Бог-Император, к доске! Том 7

Глава 1. Возлюбите меня… И я возлюблю вас

— Ты помнишь, кто ты? — спросил я ласково Дашу, склоняясь над ней. Я даже чуток приглушил оранжевые тона в своей ауре, подчиняющие волю, чтобы не пугать воскресную девушку.

— Д-да… Я Даша… — произнесла она робко, — Учусь в школе Притяжение Звезд… Состою в группировке Дети Императора…

— Ты помнишь… что с тобой произошло? — я чуть наклонился, чтобы наши лица находились примерно на одном уровне. Это способствовало атмосфере доверия и дружбы.

— Да… я умерла, — в шоке произнесла девушка. Ее глаза расширились ещё сильнее. Кажется, она только сейчас в полной мере осознала, что произошло, — Меня убил Клент Зинцер… а потом… а потом… а потом… — Даша нахмурилась, словно о чем-то напряженно задумалась, — А дальше все как в тумане… Я вроде бы даже покидала свое тело… Но помню это так смутно…

Отлично. Она, как я и думал, не поняла, что именно произошло с ее душой в последние минуты жизни. Ведь именно я развеял связь между ее душой и телом.

— Я дарю тебе второй шанс прожить эту жизнь, — сказал я и бросил быстрый взгляд в сторону архимага, — И скажи спасибо так же архимагу Парацельсу. Это именно он придумал данное заклинание.

Даша, а также все присутствующие, со слегка ошалелыми взглядами уставились на волшебника.

— Приве-е-ет! — протянул архимаг Парацельс и дружелюбно помахал всем рукой. Бутылка, которая тихо-мирно лежала в его ладони, внезапно вырвалась и начала бегать кругами вокруг волшебника на четырех стеклянных ножках. Чем вызвала ещё больше ошарашенных взглядов.

— Так это что… реально архимаг Парацельс? — в глубоком шоке произнес Геннадий, — Сначала Вадик Бог-Император… а теперь и Великий маг древности?

Архимаг приложил руку к сердцу и поклонился.

— Но лучше всех это мое заклинание используешь именно ты, — добавил Парацельс, посмотрев на меня, — Только Богу-Императору под силу воскрешать людей после такого долгого промежутка после смерти. Даже я так не умею… пока трезвый, понятное дело. Когда выпью, моя сила не имеет границ, не забывайте.

Народ под напором таких мощных новостей слегка подзабыла воскресшей Даше. А ведь ей сейчас как раз больше всего требовалась любовь и поддержка.

— Теперь все будет хорошо, — ласково сказал я Даше и обнял её за плечи, — Ты в кругу друзей.

Девушка обняла меня в ответ. Я ощутил, как под одеждой дрожит ее тело, словно от холода. Скорей всего это из-за стресса.

Краем глаза я заметил, как нахмурилась Эйка. Но вслух красноволоска ничего не сказала.

— Возлюби меня, как своего Бога-Императора, — прошептал я Даше тихо на ухо, — И тогда я возлюблю тебя в тысячу раз сильнее.

— Да! Да, мой Император! — слезы хлынули из глаз Дарьи, — Простите меня! Я буду любить вас! Больше чем себя и свою жизнь!

Она крепко крепко обняла меня, я ласково погладил ее по спине. Эйка, не выдержав, подбежала к нам и обняла уже меня. Вторым подошёл Геннадий и положил руку мне на плечо, желая выказать поддержку.

— О-о-о! Обнимашки! — к нам подбежал Парацельс и ласково обнял растерявшегося Геннадия сзади, обдав нас всех ароматами клубнички.

Я, конечно, запретил ему пить алкоголь, но что-то мне подсказывало, что волшебник, судя по его поведению, уже успел тайком набраться, пока все смотрели на явление Бога-Императора народу… хитёр, чертяга, умеет момент выбирать.

Далее подбежали Мария, Ира, Анастасия Андреевна и тоже втиснулись в наш дружный обнимашный коллектив. Ощутив, как мне в спину упёрлись чьи-то упругие булочки, я ощутил себя значительно лучше.

А следом за моими ближайшими соратниками ко мне начали стекаться и другие Дети Императора. Руки тянулись ко мне, желая прикоснуться к самому Богу-Императору, желая обрести благословение. А те, кто не мог коснуться меня, касались или обнимали тех, кто находился ближе.

Массовые обнимашки в стиле Бога-Императора. Я одобряю. Хотя со стороны это чем-то напоминает маленький еретических культ, куда пускают только своих.

Они верили мне… они вверяли в мои руки свои судьбы. И в этот самый миг я ощутил нечто… очень-очень странное чувство, о котором я давным-давно забыл. Кажется, я не испытывал его тысячелетиями… Я всегда старался вытравить его из себя, как нечто вредное и мешающее важной цели. Но теперь оно снова вернулось, очень отчётливо и неоспоримо!

Мне, Богу-Императору, величайшему правителю в истории человечества, носителю такого количество титулов, что на полный перечень уйдет пара тяжёлых томов, Победителю Темных Богов и Древних, непревзойденному герою, воину, тактику, стратегу и магу… стало стыдно. Чувство стыда — вот что это было за чувство. Люди вокруг искренне верили в меня и любили, как сына, друга, парня, наставника… каждый по своему. А я думал о них как о пешках в своей долгой многоходовке…

Стоп? Что со мной?

У меня слегка задергалось правое веко. Глупая душа Вадима Сабурова… это ты там не успокаиваешься? Знай свое место, душонка.

Или стоп… может быть дело вовсе не в душе Вадима Сабурова? Она-то уже не должна оказывать сильного влияния. Я вспомнил, как много-много лет назад испытывал подобные чувства. Когда ещё не был Богом-Императором… а был просто Арсамоном, или даже Арсом… Арсиком по версии мамы… мальчишкой, одним из многочисленных сорванцов в нашем поселении. Холодными зимними вечерами, когда за стенам нашего дома из камней, глины и соломы, бушевала пурга, мы собирались вместе всей большой семьей. Садились около костра в центре нашего дома, обнимались и грелись. Чёрный густой дым от дров и навоза поднимался вверх и уходил через дыру в крыше. А вокруг нас ходили куры, овцы, козы и прочий домашний скот.

Да, хлева тогда ещё не изобрели. Скотинка жила под одной крышей с людьми. Первобытное дикое время-с. Запашок в доме был ещё тот, но никто не жаловался. Всё были привычные. В те времена в диких племенах подобное положение вещей казалось нормальным.

И в те времена, вместе со своей семьёй, я был по-настоящему счастлив. И сейчас похожее ощущение вернулось ко мне… А я совсем о нем забыл.

Я вздохнул. Блин, что-то ты совсем размяк, старина. Не расслабляйся. Помни, что не имеешь права к кому-либо привязываться. Привязанность мешает планам. Ты должен по необходимости пожертвовать любым из своих сторонников, если в том будет критическая необходимость. Потому что так надо. Этого от Бога-Императора ждёт человечество.

Надо заканчивать с этими обнимашкамм и срочно поить всех безалкогольным парцеядом Парацельса. Где он там?

* * *

— А можно написать о вас репортаж в школьной газете, о Великий Бог-Император? — с придыханием спросила одна из девушек, подрабатывающая репортером в школьной газете.

— Не можно. Нужно! — решительно произнес я, — Задавай любые вопросы. И лучше зови меня просто Вадик, мне так привычнее.

После моего откровения многие Дети Императора пребывали до сих пор в лёгком шоке. Кто-то сел прям на пол и в шоке глядел в пространством перед собой счастливыми глазами. А на лице играла довольная улыбка. Поэтому я сам сходил за ящиком безалкогольного парцеяда и прямо сейчас на глазах у изумленной публики разливал его по заранее приготовленным бокалам.

— А какие у Бога-Императора любимые домашние животные… Э-э-э… Вадик? — мое имя девушка-журналист из-за робости едва вымолвила.

— Рыбки, — сразу же ответил я, — Раньше были. В принципе, и сейчас тоже. Надо только их будет завести. Но времени мало из-за… кхм… учебы. Да, учебы.

Как известно, все хрень. Кроме рыбок. Да и рыбки, если разобраться, тоже.

— Братик, так ты все это время был Богом-Императором? — укоризненно произнесла Ира, уперев руки в бока, — И молчал об этом? Как тебе не стыдно???

— Прости, — я с виноватой улыбкой развел руками в стороны, — Так получилось. Я сам не так давно узнал об этом. Не хотел… М-м-м… маму лишний раз волновать.

Боковым зрением я уловил яркую красную вспышку. И тут же на инстинктах пригнул голову. Эйка влетела в меня с ударом ногой с разворота. Я пропустил ее ногу над собой, но она тут же пнула меня второй. Я поставил блок, останавливая ее ногу в нескольких дюймах от своего лица. Эйка зарычала и ловко поймала обеими ногами мою шею и руку в «замок». Так мы и застыли — я стою, а Эйка висит в воздухе, держит меня двумя ногами и пытается провести захват.

— Ты!! — возмущённо произнесла она, сверкая разгневанными глазами. Она, словно волчица, не уставала проверять меня, своего вожака, на прочность, — Почему ты не сказал мне, что ты Бог-Император?

— Так надо было, — я одарил ее виноватой улыбкой, — Некоторые вещи любят тишину. Если бы я раскрылся слишком рано, Дети Императора могли оказаться в опасности. А сейчас, после бала, ситуация успокоилась. И я могу больше не скрываться.

— Дети, не ругайтесь, — обеспокоенно произнесла Мария, укоризненно глядя на Акане, — Эйка… пожалуйста, успокойся. Мы все после… такого откровения ещё не пришли в себя.

— Да, Эйка, не бушуй так! — сказала Ира, — Давай с тобой поспарингуем, если хочешь подраться. А Вадика не трогай.

Эйка, что-то неохотно пробурчав себе под нос, отпустила меня.

— Вадик, — Мария подошла поближе, заглядывая мне в глаза, — Как же так вышло… что ты… Бог-Император? И… ты ли это по-прежнему?

Она задавала опасные вопросы. Мария, хоть и была домохозяйкой, по-прежнему обладала живым и острым умом. А тут он ещё был помножен на материнские чувства.

— Конечно же, я, — с улыбкой ответил ей я, — Это непросто объяснить… Но в какой-то момент мне начали являться видения о моей прошлой жизни. Я начал вспоминать о местах, в которых раньше не был. Вспоминать о людях, которых никогда раньше не знал. У меня появились странные, но сильные способности. Все вы сами прекрасно видели, как впервые проявились они на Арене. Вскоре я осознал, что в прошлой своей жизни являлся ни много ни мало Богом-Императором.

— Ох, даже не верится… — Мария покачала головой, внимательно глядя мне в глаза, — Когда ты… воскрешал Дашу и произносил эту свою речь, у меня возникло ощущение, что передо мной не ты, Вадим, а какой-то совершенно чужой человек…

Она замолчала, с ожиданием глядя на меня.

Женская интуиция и материнские чувства. Их не так-то просто обмануть. Но я делал это уже неоднократно.

— Ну, я чувствовал, что должен открыться друзьям и близким как-то по-особому, — я со смущенным видом прищурился и почесал в затылке — так, как это бы сделал Вадим Сабуров, — Нужно было быть убедительным. А тут и повод подвернулся — спасти Дашу.

Мария улыбнулась и кивнула. Она поверила, увидев привычное для Вадима поведение. Мне было не трудно сымитировать — ведь в моём распоряжении была вся душа мальчишки со всеми его эмоциями и воспоминаниями.

Эйка внезапно обняла меня, уткнувшись носом мне подмышку. Я услышал ее тихое сопение.

— Мне все равно, что ты Бог-Император, Вадик… — пробубнила она тихо, так чтобы слышал только я, — Я тебя все равно люблю.

— И я тебя люблю, солнце, — ласково произнес я шепотом, гладя ее по макушке.

Люблю. На самом деле люблю. Но не больше, чем всех остальных людей. Ты для меня — прекрасный сосуд, отличный образец человеческой расы, здоровый и сильный, который родит мне достойного наследника, что станет новым воплощением для сущности Бога-Императора. Как тебя можно не любить?

Я буду хорошим мужем Эйке и буду заботиться о ней. Я сделаю её счастливой, какой только может быть женщина с таким могущественным мужем, как я. Счастливая мать — значит, счастливый и здоровый ребенок. Она никогда ни о чем не догадается. Это будет ее награда за помощь своему верховному правителю.

Глава 2. Неловко-то как

— Простите меня, пожалуйся, — произнесла Даша, с виноватым видом опустив голову.

— Все в порядке, Даша, — ласково произнес я, — Ты молода и наивна. Я виню в произошедшем только себя. Не уберёг и не досмотрел.

— Я достойна самого строгого наказания… — не успокаивалась Даша.

Я был доволен. После всего произошедшего вряд ли я теперь найду более верного сторонника, чем Даша. С учётом ее ценного Дара, она будет не просто верным, но и невероятно ценным последователем. Надо беречь ее.

— Я думаю, Даше таки надо назначить наказание, — Эйка кивнула, сурово глядя на девушку невидимку, — А то накосячила серьезно, подвергла всех нас риску. И осталась без наказания.

— Да, вот именно! — Даша энергично закивала, с благодарностью глядя на Эйку, — Я хочу, чтобы меня наказали!

Я вздохнул и развел руками. Ну раз Даша так хочет… думаю, ей и впрямь это необходимо, чтобы справиться со стрессом. И вернуться к обычному ритму жизни. И заодно забыть о Кленте…

— Ну тогда может быть ты и придумаешь ей наказание? — спросил я у Эйки.

Красноволоска улыбнулась и выразительно стукнула кулаком о ладонь.

А потом мы ещё долго пили, ели, слушали музыку, танцевали и отдыхали. Безалкогольный парцеяд, кстати, оказался вполне себе зачётной штукой. На вкус великолепен, как всегда, повышает самомнение, словно ты — сам архимаг или даже Бог-Император. А волшебные глюки такие же качественные.

Только с наступлением ночи наша вечеринка начала замедляться. Люди устали и откровенно зевали. Даже Глюки-ангелочки Парацельса — и те клевали носами.

Я заботливо разложил всех моих последователей по кроватям и диванам разных квартир. Даже тех, которые де факто нам не принадлежали. Такими темпами мы отожмем себе все элитное общежитие…

Я ласково поцеловал разомлевших Марию, Иру и Эйку в щеки. Все девушки, очень уставшие, лежали в одной большой кровати. У их ног, свернувшись клубком, словно кот, спал ангелочек, мелодично насвистывая церковные хоровые мотивы через носопырку.

Я накрыл их одеялом. Пусть даже сквозь сон чувствуют тепло и заботу. Пусть даже на подсознательном уровне знают, что их Бог-Император здесь, рядом с ними.

Распрямившись, я прислушался к себе. Мне, кажется, больше не нужен сон. Организм после пробуждения работает совсем по-иному. А это значит, что теперь я могу ураганить хоть всю ночь.

Сквозь не до конца закрытую штору пробивался лунный свет. На дворе стояла глубокая ночь. Самое время, чтобы сделать кое-что важное. Я улыбнулся и, тихо прикрыв за собой дверь, вышел из спальни.

Леди Найткэт, я иду. Или кто вы такая на самом деле? Надеюсь, вы готовы? Я заберу у вас последнюю страницу с Императорским договором. Верховные лорды, мне, конечно, друзья, но будет лучше, если такое могущественное оружие, как Императорский Договор, будет только у меня.

Кроме того, Императорский Договор очень важен для реализации моих грядущих замыслов. Изначально я планировал с его помощью подчинить Верховных Лордов, если они заартачатся. Но теперь, после того, как я вспомнил все, Императорский Договор может помочь в ещё одной вещи… куда более важной и значимой.

Ведь теперь я знаю, что именно произошло с моим миром. Я знаю все. Кто, что и как. Знаю, кто такой Тотх’Аз и какую роль во всем этом играл великий Мудрец.

Императорский договор станет ключом к моей решающей победе. А потому он очень важен.

Отдельно я задержался рядом с Геннадием. Подумав, я достал его сейф-Дар и прихватил его с собой. Возможно, пригодится, кто его знает. Вдруг я найду у леди Найткэт что-то нибудь очень интересное, что захочу взять с собой?

Не желая больше терять время, я быстро переоделся в чистую рубашку и брюки, потом надел ботинки и плащ. Затем я схватил свой кинжал со стола и надежно засунул его за пояс. Он отлично работает против паранормальных сущностей — такая способность очень даже может мне пригодиться в вылазке против женщины с ведьмовским Даром.

Затем я глубоко вздохнул, распахнул дверь квартиры и быстро побежал вниз по лестнице.

Я понятия не имел, куда идти. Все, что мне оставалось, это бродить по корпусу, пока я не почувствую притяжение Духовной интуиции. По идее, она должна направить меня к нужному кабинету. Просто так узнать, где находится комната леди Найткэт, я не мог. Потому что даже у Духовной интуиции есть свои пределы.

Даже у моей. Пусть я и превосхожу саму леди Мираэль.

Я тихо бродил по коридорам около часа. Но время шло, а результата не было. Я постепенно терял терпение. Может быть я что-то не так делаю?

Портреты выдающихся личностей прошлого продолжали следить за каждым моим движением, пока я шел по коридорам и мимо пустых классных комнат. Наконец, я остановился посреди коридора.

После Черного Вальса Духовная Интуиция работает крайне плохо. Из-за слишком частого использования? Скорей всего. Высшие силы не любят, когда их помощью злоупотребляют. И тот факт, что я пробудившийся Бог-Император, ничего не меняет.

Каким бы мощным не был компьютер, интернет на нем лучше работать не станет, если на тебя чем-то обижен провайдер.

— Ну и где же вы притаились, леди? — прошептал я себе под нос.

Я ни черта не чувствовал. Духовная интуиция молчала, словно воды в рот набрала. Очевидно, нельзя полагаться на неё все время. Слишком ненадежны эти так называемые высшие силы.

Мне на мгновение захотелось сорвать со стен картины с классиками и расколошматить их все. Их укоризненные взгляды продолжали непрерывно преследовать меня, пока я шел по едва освещенным коридорам.

Наконец, я почувствовал сильное, ничем необъяснимое притяжение, исходящее из очередного прохода. А еще оттуда тянуло булочками с корицей. Может быть я просто проголодался? И дело вовсе не в Духовной интуиции.

Я последовал за зовом (а может быть просто за вкусным запахом), и он привел меня вниз по ряду проходов на минус первый этаж. Вскоре я, наконец, наткнулся на деревянную дверь с вырезанным на ней волком и ухмыльнулся. Леди Найткет не изменяла себе и окружила себя атрибутикой с изображениями волков, похожих на Беллу, её фамилиара.

— Один ноль в пользу булочек с корицей, — сказал я, — Духовная Интуиция стартует с отставанием.

Я просунул в скважину духовный поток и добрую минуту возился с замком, пока не услышал щелчок.

— Да, — пробормотал я.

Я осторожно толкнул дверь. Внутри оказался маленький темный кабинет. Гладкий черный деревянный пол был покрыт кроваво-красным персидским ковром, а стены были выкрашены в темно-коричневый цвет. Книги занимали всю стену, а около письменного стола с компьютером работал небольшой электрокамин с движущимся изображением горящих поленьев. На участке пола, не занятом ковром, красовалась пентаграмма, нарисованная зеленым мелом. Над рабочим столом леди висел массивный портрет, я увидел леди Найткэт и леди Мираэль. Обе женщины жали друг другу руки.

Я чуть ли не физически ощущал, как обе ведьмы смотрели на меня сверху вниз, как будто оценивали каждое мое движение. По моей спине побежали сами собой ледяные мурашки. Хотя это скорее из-за сквозняка, который возник после открытия двери.

Я проигнорировал неприятные ощущения, и начал осматривать офис. Нужно действовать быстро. Леди Найткэт может вернуться в любой момент.

Когда я приблизился к ее книжной полке, мое сердце остановилось. Я услышал тихое знакомое рычание за ее столом. Затем я медленно обошел стол и, вытянув шею, увидел старую знакомую — волчицу Белль, свернувшуюся калачиком за хозяйским стулом. Холодные светло-голубые глаза волка без отрыва смотрели на меня. Я уж было решил, что она сейчас завоет, бросится на меня или что-то в этом духе. Но вместо этого ее взгляд неожиданно смягчился.

Она поднялась, подошла ко мне и ткнулась в ладонь холодным влажным носом. Посмотрела на меня просящим взглядом, и я понял, что она хочет чего-нибудь вкусненького. Возможно, волчица вспомнила маленькое угощение, которое я дал ей в классе в прошлый раз.

— Прости, девочка, — прошептал я и развел руками, — На этот раз у меня с собой ничего нет.

Белль выглядела разочарованной, но не злой. Очевидно, хозяйка хорошо кормила её. На меня она смотрела так, словно хотела сказать: будь ты кошкой или зайцем, я бы тебя сразу к ногтю. Но ты большой, есть тебя придется долго, поэтому на первый раз прощаю.

Нежно лизнув на прощание мою ладонь, она вернулась на своё место, положила голову между лапами и медленно разочарованно выдохнула.

Я улыбнулся. Белль не могла помнить о… гм… прошлых временных итерациях. И это, наверное, даже хорошо. Что было стерто из потоков времени — того и не было никогда.

Прожорливость волков была мне хорошо известна. Три таких голодных зверя могли сожрать целого человека вместе с костями. Леди Найткэт играет с огнём, держа при себе настоящего дикого зверя. Пусть даже и связала себя с ним духовными нитями.

Я продолжил изучение книг, запустив между их страниц свои духовные потоки и напрямую считывая содержимое. Леди собрала внушительную коллекцию. Все книги были написаны на разных языках, и каждый том был толще предыдущего. Я поднял свои духовные «тентакли» повыше, чтобы дотянуться к верхним полкам, и начал просматривать всю стену. Я начал с самого верха и медленно спускался вниз, мои духовные потоки скользили по корешкам, пока не достигли конца нижней полки.

Ничего.

Если копия синей книги с Императорским договором и находилась здесь, то точно не с другими книгами. Духовная интуиция по прежнему молчала.

— Черт, — пробормотал я и взглянул на рабочий стол. Интересно, может учебник там? Надо проверить.

Когда я подошел к массивному столу из красного дерева, на котором стоял компьютер, волчица подняла голову и снова уставилась на меня. Затем она оскалила зубы и зарычала, стоило мне начать выдвигать ящики.

Упс…

— Пожалуйста, девочка, — прошептал я ласково, — Не суетись. Я обещаю, что быстро закончу свои дела и уйду отсюда.

Белль прикрыла пасть, а затем снова опустила голову на лапы, продолжая наблюдать за мной. Я не мог сказать наверняка, но в глубине души чувствовал, что волчица меня поняла.

— По рукам? — Я ухмыльнулся, — Обещаю в следующий раз принести тебе что-нибудь вкусненькое.

Волчица заскулила, а затем прикрыла глаза, как будто меня в кабинете и не было. Хорошая девочка. Удивительно, как она меня слушается, практически как хозяина…

Я улыбнулся, продолжая рыться в столе Найткэт. Женщины очень падки на мужские обещания, в том числе и волчицы.

Странно, что профессор оккультных искусств не заперла свои ящики. Впрочем, она вообще не ожидала, что кто-то вломится в офис.

Я перелопатил почти все ящики, но ничего полезного не нашел. Остался только один, и я вздохнул, положив пальцы на ручку.

Если книги здесь не было, это означало, что девушки из Тройственного союза нашли ее первыми. А все мои планы можно считать разрушенными.

Та-а-ак… Момент истины!

Я резко вдохнул и рывком выдвинул ящик. Мгновение спустя мое дыхание со свистом вырвалось из моего пересохшего горла.

Там, на самом дне ящика, в одиночестве лежала последняя копия колдовской книги с синей обложкой.

Я ухмыльнулся, протянул руку и достал свой трофей. Перелистнул нужную страницу и вырвал ритуал Императорского договора.

— Теперь ищите его сколько угодно, господа Верховные лорды и девочки из Тройственного союза.

Я положил книгу на место и закрыл ящик. Затем я скомкал страницу. Не было нужды перечитывать ее. Теперь, когда ритуал укоренился в моей памяти, я просто активировал духовную силу в руке. И молча смотрел, как страница сгорает, превращаясь в черную хрустящую корочку. Не одна леди Вышнегорская умеет уничтожать важную макулатуру.

Я сделал это. Я нашел последнюю и единственную оставшуюся копию ритуала. Теперь их больше не осталось. Я уничтожил все доказательства. Верховные лорды, Тройственный союз, вам всем горячий привет, мои дорогие зазнайки и ЧСВешники.

Я быстро вышел из кабинета, подпрыгивая на каждом шагу от удовольствия. Пока что все складывалось в мою пользу. Но мне все равно нужно было оставаться начеку. Пока все шло хорошо, но кто знал, с какими еще препятствиями мне придется столкнуться перед последним рывком к власти.

Только время покажет. А пока надо вернуться и заняться портретом Дмитрия Вышнегорского.

Не успел я добраться до конца длинного коридора, как вдруг услышал чьи-то приближающиеся шаги.

— Леди Найкэт, с вашей стороны так мило было помочь нам, — раздался голос Акиры.

— Мы этого никогда не забудем, — добавил суховато голос Пальмистрии.

— Главное, девочки, выполните свою часть сделки, — ласково ответила леди Найткэт, — А уж я отблагодарю вас достойно… Как вы того просили.

Отступать было некуда. В коридоре не было других дверей. Лишь кабинет леди Найткэт… Мне придется вернуться в него, если я не хочу обнаружить себя.

Глава 3. Это Белла?

Я, стараясь двигаться бесшумно, вернулся назад в кабинет, закрыл за собой дверной замок и быстро огляделся. Мест, где можно было спрятаться, было не так уж и много.

Не то, чтобы я боялся обнаружения… Мне скорее хотелось узнать, о чем именно говорила леди Найткэт с девушками. Если она та, кем является на самом деле… то вполне может всплыть что-нибудь интересное.

Сейчас, когда ко мне вернулись старые силы, можно попробовать использовать что-нибудь из старого арсенала. Например, старое доброе заклинание невидимости. Я отлично им владел, хотя и применял крайне редко. Стоит ли рискнуть и использовать его прямо сейчас? По идее, побочных эффектов быть не должно. Хотя-я-я…

Немного подумав, я решил не рисковать, максимально приглушил свою силу и спрятался под стол. К волчице.

Белла добродушно посмотрела на меня и лизнула в щеку. Места под столом было много, здесь помимо нас еще бы кто-нибудь поместился. А главное, из-за перегородки между опорами со стороны не было видно, что под столом кто-то находится. Я по этой же причине не заметил Беллу, когда впервые зашел кабинет.

Сейчас бы, конечно, пригодился бы Дар Даши… но его сейчас нету под рукой. Увы и ах.

Раздался щелчок открывшегося замка, а после него — звук поворачиваемой ручки. В кабинет вошло несколько человек. Судя по звукам шагов — трое. Одни шаги звучали легко, почти невесомо — это, возможно, Акира, девушка с худеньким телосложением. Другие шаги были уже потяжелее. Из обладатель весил килограмм на двадцать побольше школьницы. Полагаю, это леди Найткэт. Роскошные формы милфы должны добавлять ей некоторое количество лишних кило.

Правда, если моя теория верна, то весить леди должна намного меньше. Ну да ладно.

Обладатель третьих шагов, судя по звукам, весил очень так немало. Как будто состоял из железа. Да ещё и слегка позвякивал на каждом шагу.

Пальмистрия? Ну а кто ж ещё?

Они остановились около письменного стола. Раздался звук выдвигаемых ящиков.

Белла смотрела на меня, наклонив голову чуть набок. Я добродушно улыбался ей. Будь хорошей девочкой, волчица, не суетись! Я не хочу вреда твоей хозяйке, а просто послушаю, о чем они разговаривают.

— Держите, — сказала леди Найткэт, — растворите в любой жидкости и заставьте Вадима Сабурова ее выпить. Любым способом.

— Но как мы это сделаем? — с удивлением произнесла Акира, — Он же не дурак. Из наших рук он ничего не возьмёт. Даже если мы будем очень просить.

— Я не знаю, каким образом вы это сделаете, — в голосе леди Найткэт прозвучал холодок, — Проявите сообразительность и настойчивость, достойную учеников притяжения Звёзд. И если справитесь — я помогу вам на финальных экзаменах. А также расскажу, что заготовили Верховные лорды на следующую Арену.

— Правда? — хором воскликнули Пальмистрия и Акира.

— Истинно, — подтвердила леди Найткэт, — Вы хорошо проявили себя на экзамене по Духовной Интуиции, если верить вашим итоговым результатам, — напомнила леди Найткэт, — Смогли выиграть кругленькие суммы в казино Великой Зыби. Постарайтесь использовать ваши умения Духовной интуиции, чтобы заставить Вадима Сабурова выпить это вещество.

— Вадим Сабуров сам обладает Духовной интуицией, — напомнила Пальмистрия, — Он может разгадать наши намерения.

— Он не ждёт, нападения, это даст вам преимущество, — напомнила леди Найткэт, — А даже если бы и знал… вас в Тройственном Союзе сейчас… пять или шесть сильных Одаренных? Вы двое, Батиковы и Акихито. Вы впятером сможете использовать Духовную интуицию раз в пять чаще. Это серьезное преимущество. Высшие силы не любят, когда их слишком часто тревожит один человек. Вадим Сабуров рано или поздно просто истощит отпущенные ему резервы. И тогда вы возьмёте его тепленьким.

Я сидел под столом и слушал с мрачной физиономией. Леди Найткэт… зачем ты увеличиваешь число своих грехов?

Ранее на балу подослала ко мне Беллу в человеческом облике и, дистанционно управляя ей, пыталась меня соблазнить. Это вообще, знаете ли, ни в какие ворота не лезет. Надо серьезно поговорить с ней по этому вопросу.

— Ох, леди, — вздохнула Акира, — Вы прямо как бальзам на душу с вашим предложением.

— Угу, — согласилась Пальмистрия, — У Тройственного союза в последнее время дела совсем плохи. После того экзамена в казино почти все наши одноклассники переметнулись в группировку Дети Императора. Фактически, мы остались впятером, больше нас никто не поддерживает. Ну и ещё есть Клент Зинцер с его отморозками, но что-то мне подсказывает, он тоже скоро вступит к Детям. По сути мы остались впятером против целого класса. Единственный шанс сохранить какое-то подобие независимости — пойти на поклон к лидерам третьего или четвертого курса. Но это фактически означает полную потерю самостоятельности.

— Да, либо соглашаться с лидерством Вади… Сабурова, — вздохнула Акира, — И кое-кто из нас, например, Юля Батикова, под большим вопросом. Мне кажется, она была бы очень даже не против присоединиться к команде Сабурова.

— Ты под точно таким же подозрением, как и Юля, Акира, — сухо напомнила ей Пальмистрия, — Даже не проси меня напоминать, почему.

— Ой, только не начинай заново, — фыркнула японочка с симметричным лицом. Я услышал негромкий и кратковременный треск натянутой материи. Это что, Акира начала злиться, у нее увеличилась грудь и натянула блузку? Как интересно…

— Девочки, не ссорьтесь, — леди Найткэт постаралась примирить двух рассерженных кошечек, — Вам нужно единство как никогда раньше. Не распаляйте друг друга почём зря.

Может мне как-то постараться подсмотреть за ними? Их духовные потоки я видеть могу, но этого мало. Я также могу воздействовать на объекты вокруг меня через духовные потоки, подобно тому, как я отменил дождь. Но это может привлечь ко мне лишнее внимание. Всё-таки я решил, что это стелсовая миссия. Леди Найткэт не должна узнать, что я подслушиваю ее разговор с девочками.

Белла ткнулась мне в ухо влажным носом и лизнула в щеку, словно выражала полное согласие с ходом моих мыслей. Я чувствовал запах собачьей шерсти и пыли, но они нисколько меня не отвлекали. Я был весь обращён в слух. Ну же, девочки, не сдерживайтесь… я хочу получить все ваши секреты. Все до единого, без исключений.

— Идёмте, — произнесла леди Найткэт. Судя по звукам ее шагов она направлялась к двери, — Время позднее, а завтра занятия. Вам нужно хорошенько выспаться.

Я едва сдержал разочарованный стон. Это что, получается, я тут под столом зря сидел? Ну, не совсем зря, я все-таки узнал о заговоре против меня… думается, что моя Духовная Интуиция все ещё неплохо работает, раз привела меня сюда именно в это время… Но все равно! Я хотел большего!

Ну, судя по звукам, все дамы направлялись к выходу из кабинета. Вот и все… Что ж, придется ограничиться лишь теми небольшими сведениями, что я получил…

— Постойте… — неожиданно произнесла Пальмистрия, резко остановившись, — Постойте…

— Что случилось? — капризным тоном произнесла Акира, — Я хочу в кроватку и спатоньки… Не знаю, спишь ли ты, Пальма… Но как минимум тебе нужна подзарядка.

— Видение… — слабым голосом произнесла Пальма, — У меня было видение… только что… ноль-ноль-ноль-один-один-ноль-один… простите, я из-за волнения на двоичный код перешла…

— Что ты видела, Пальмистрия? — возбуждённым голосом произнесла леди Найткэт.

— Я словно отключилась на пару мгновений… — ответила кибердева. Я сосредоточенно вслушивался, стараясь не пропустить ни звука. Белла как назло начала чесать себе за ухом задней лапой, слегка сбивая мне звуки, — А потом кое-что увидела… видение длилось для меня около минуты, но в реальности прошло, кажется, пару секунд.

— Что ты увидела? — напряжённо спросила леди Найткэт.

Пальма не ответила. Далее я услышал несколько тяжёлых шагов. Пальма куда-то продвинулась. Но я не совсем понял куда.

— Что ты на меня так смотришь? — раздался напряжённый голос Акиры, — Зачем ты ко мне подошла? Пальма, ты меня пугаешь!

Пальмистрия зачем-то подошла к Акире.

— Акира, пообещай, что сейчас в течении минуты будешь стоять на месте неподвижно, — ровным голосом произнесла Пальма.

— Зачем? — опасливо поинтересовалась Акира.

— Так надо, — последовал ответ, — Я не могу сказать.

— Почему? — Акира сопротивлялась до последнего.

— Акира, прошу, делай все, что говорит Пальма, — попросила леди Найткэт, — Это может быть очень важно!

— Ну если вы так настаиваете… — неохотно произнесла японка, — Только не сделай со мной ничего плохого!

— Обещаю, — сказала Пальма, — Что не причиню тебе вреда.

— Ну ладно… — выдохнула Акира, — Тогда вперёд… эй, что ты делаешь???

Голос японки сорвался на визг. Я прислушивался изо всех сил, пытаясь понять, что же там делает Пальма, но слышал только тихое шуршание.

Но тут мне на помощь пришла Акира.

— Ты зачем меня лапаешь за сиськи?! — взвыла она, — Немедленно прекрати! Я не знала, что у тебя такие наклонности!

— Я тоже не знаю, зачем я это делаю, — призналась Пальма. Шуршание стало громче. И быстрее, — Но видение приказало мне полапать тебя за сиськи, Акира. Я не вижу смысла в этих манипуляциях… но я так же не вижу смысла сопротивляться воле высших сил. Наверняка в этом есть скрытый смысл. Надо только подождать и он откроется нам.

— Ага, или небожители просто хотят посмотреть, как одна девочка мацает другую за сиськи, — прорычала в ответ Акира, — Завязывай с этим! Это тупо!

Раздался треск материи. Акира ожидаемо разозлилась. И ее грудь начала стремительно расти. Я как наяву увидел натянутую материю белоснежной блузки. Увидел, как героически пуговицы на ней напрягают невидимые «пуговичные» мышцы, удерживая в узде дикую сисечную мощь…

— Продолжай, Пальма, — приказала леди Найткэт, — Все, что тебе явилось в видении, надо исполнить в точности. Пути высших сил неисповедимы… но мы должны послушно выполнять их волю. Акира, потерпи, пожалуйста.

— Да она все это придумала только для того, чтобы поиздеваться надо мной! — плаксиво произнесла Акира, — Я не буду это терпеть!

Раздался треск материи. Что-то со стуком упало на пол и покатилось, подпрыгивая, в сторону письменного стола. Пуговица?

Круглая черная пуговица закатилась под стол и, пройдя между мной и Беллой, ударилась о ножку стула. После чего упала набок и, побренчав, успокоилась.

Белла тут же приблизила к пуговке свой любопытный блестящий нос и несколько раз глубоко вдохнула воздух.

И резко, без предупреждения, чихнула.

— Под столом кто-то есть, — рычащим голосом произнесла Акира, — Пальма, может быть ты ему сиськи помнешь?

— Это Белла, — успокаивающим тоном произнесла леди Найткэт, — Там ее любимое место, в темноте. Кроме того, она мой фамилиар, и я ощущаю ее присутствие. Я могу даже смотреть ее глазами и даже управлять ею на расстоянии, если использую особое зелье. Оно даже позволяет чувствовать все, что чувствует Белла.

Волчица чихнула ещё несколько раз, поднимая клубы пыли. Ее под столом оказалось неожиданно много. И прежде, чем я сам это осознал, я набрал в грудь воздух и… оглушительно чихнул!

— А это тоже Белла? — с напряжением в голосе спросила Пальмистрия.

— Не уверена… — медленно произнесла леди Найткэт. Судя по звукам шагов, она направилась к письменному столу.

Я слегка напрягся. Ещё не хватало, чтобы меня под столом засекли… Ладно ещё на Золотом троне, но под учительским столом… Всей школе расскажут, Начнут всякие сплетни про Бога-Императора пускать, а мне этого не надо! Я дорожу репутацией! Вадим Сабуров может себе такое позволить, а Бог-Император уже никак!

Глава 4. Довольно жёстко

Леди Найткэт зашла за стол. Она опустила руку, скользя пальцами по гладкой лакированной поверхности столешницы. Полы черного платья тихо шелестели, развиваясь за ней позади. Воротник леди и запястья украшали зеленые кружева, формой похожие на лепестки цветов. Волосы воронова крыла водопадом низвергались за ее спину, собранные зелёной лентой в хвост. Тонкий аромат духов, от которого веяло чем-то замогильно зловещим, следовал за ней невидимым шлейфом.

Акира и Пальмистрия напряжённо следили за передвижениями преподавательницы, не шевелясь… ну почти. Пальма по инерции продолжала мять и тискать груди Акиры. Булочки японки росли, словно на дрожжах, оставшиеся пуговки готовы были сорваться с привычных мест и стартануть сразу в космос. Японка злилась, и сила её росла, но любопытство и желание узнать, что там под столом, перевешивало всё.

Пальмистрия в этот раз пришла без одежды, сверкая своим хромированным телом. Её интимные части были прикрыты выдвижными пластинами, поэтому она технически никак не нарушала школьный дресс-код.

Зайдя за стол, леди Найткэт резко наклонилась, желая увидеть источник странного чиха…

Кто же там прячется под столом. Леди Найткэт узнает Это прямо сейчас.

Зелёные огни загорелись вокруг её кистей. Пламя дрожало в предвкушении — кто тот дерзкий, кто осмелился вызвать Гнев могущественного преподавателя оккультных наук? Кто подслушивает?

Леди Найт Кэт рывком наклонилась и заглянула под стол.

Под столом сидела волчица Белла в полном одиночестве. Она дружелюбно взглянула на хозяйку и лизнула её прямо в нос тёплым и влажным языком.

— Девочка, так ты тут одна? — с удивлением произнесла леди Найткэт, рассматривая пыльное пространство под столом, — Мне показалось… Ну ладно.

Бела быстро дышала, высунув язык из пасти. На хозяйку она смотрела с любопытством — а что такое происходит? А почему любимая хозяйка под стол лезет?

— Хм… Кажется, это все-таки была Белла, — растерянно произнесла преподавательница оккультных наук, распрямившись, — Надо бы дать ей лекарство… Расчихалась, бедная…

— Так там никого нет, кроме Беллы? — с возмущением произнесла Акира и отстранилась от Пальмистрии, — Так это что я тут зря всё это терпела? Вы издеваетесь? Бесите!

Грудь Акиры рывком выросла до пятого размера. Последние пуговки затрещали и разлетелись в стороны. Края рубахи заколыхались, едва прикрывая два огромных арбузика.

— Я не знаю, — Пальмистрия с равнодушным видом пожала плечами. Кибердеву ничто на этом свете не волновало, — Я ученица прилежная. Духи сказали, я делаю.

— Р-р-р!.. — зарычала Акира, агрессивно глядя на Пальму, — А мне сейчас духи шепчут выдрать кое-кому волосы. Причин не объясняют, но в этом наверняка есть особый сакральный смысл! Недоступный простым смертным!

— Девочки, не ссорьтесь, — слегка растерянно произнесла Леди Найткэт. Белла вылезла из-под стола и наматывала круги вокруг своей хозяйки, глядя на неё эдаким любопытно-дружелюбным взглядом, — Порой духи ведут себя непредсказуемо и любят подшучивать над смертными. Вам уже скоро пора будет на уроки. Подумайте над моими словами. Если вы сможете выполнить моё задание, награда будет велика.

— Хорошо, Леди Найт Кэт, — хором произнесли девушки и обожгли друг друга неприязненными взглядами.

В этот момент Белла зачем-то подошла к Пальмистрии, и ткнулась носом ей в область паха.

— Ты что делаешь, — Пальма отстранилась, сделав несколько шагов назад, — Зачем тебе мои горюче-смазочные материалы?

— Белла странно себя ведёт, — сказала Акира, с подозрением взглянув на фамильяра, — Она не заболела? Возможно тяга к отвратительным запахам типа бензина является симптомом?

Пальма бросила в сторону Акиры холодный взгляд.

— Всё может быть, — растеряно произнесла леди Найткэт, — Во время бала Чёрный вальс Бэлла подверглась высокой нагрузке. Она… Впрочем, сейчас не время для этого. Идёмте, девочки. Не будем задерживаться.

Все трое покинули комнату. Леди Найткэт закрыла дверь на замок. Вскоре, шаги всей троицы стихли вдалеке.

Белла навернула круг по комнате, сосредоточено все обнюхивая. Она как будто запоминала запахи, хотя по идее должна была знать их все на зубок.

Внезапно, все тело волчицы затряслось, словно от сильных судорог, ее шкура пошла буграми. Волчица рывком встала на задние лапы, ее шерсть начала втягиваться под кожу. Хвост также втянулся в тело. Верхние и нижние челюсти начали укорачиваться. Волчица… трансформировалась во что-то иное?

Спустя пару секунд в центре кабинета вместо зверя стоял — совершенно голый Вадим Сабуров с очень довольной физиономией. В его грудной клетке блестела металлическая дверца сейфа. Точь-в-точь такая же, как у Геннадия Болотина.

Эх… аж мурашки по коже бегут непрерывным потоком! Бр-р-р!.. Этот новый Дар работает довольно жёстко.

Я опустил глаза на металлическую дверцу сейфа, вросшую в мою плоть в области груди. Там вся моя одежда, а также еще кое-что… точнее, ещё кое-кто. Набрав пароль, я с щелчком открыл ее и чуть наклонил корпус вперёд.

Из черного дна сейфа, из беспроглядной тьмы наружу выпрыгнула… Белла. В этот раз уже настоящая Белла. Выглядела она слегка взвинченной и зашуганной. Несколько раз она метнулась из одного угла кабинета в другой, шерсть на ее загривке стояла дыбом. Наконец, волчица остановилась и, ощерившись на меня, приглушённо зарычала. Ее жёлтые звериные глаза опасно сверкнули.

Не стоило забывать, что волк, даже прирученный — это в первую очередь дикий зверь. А не милый домашний пёсик.

— Тише, тише, девочка, — мягко произнес я, быстро вытаскивая из сейфа свою одежду, — Не суетись…

Но волчица успокаиваться не желала. Напротив, она оскалила зубы и припала к полу, словно вот-вот собиралась броситься.

Не зря я прихватил с собой Дар Геннадия, ой не зря. Как чувствовал, что пригодится. Спасибо Духовной Интуиции, наверняка это ее рук дело.

Но если Белла на меня сейчас бросится это может привести к неприятностям. Я волчицу, конечно, не боюсь, но она может поднять шум и гам. А пока я нахожусь в кабинете леди, лучше лишний раз не шуметь.

Я сунул руку в грудь и извлёк наружу нечто вроде светящейся фасолины. Белла тут же присмирела, очень внимательно глядя на блестящую штуку.

— Держи, Белла, — с улыбкой произнес я, — Это, кажется, твое.

Светящаяся фасолина в моей руке — звериный Дар Беллы. Это — Дар превращения. Подозреваю, что именно с его помощью леди Найткет превратила Беллу в Эйку на балу. Она же наверняка может дистанционно управлять своим фамилиаром и всеми ее возможностями.

Может быть леди именно поэтому сделала волчицу своим фамилиаром? Из-за ее уникального Дара? У зверей так-то обычно Дара не бывает. Но нет правил без исключений.

Это самая техника крови, позволяющая создавать связи между объектами — действительно сильная штука. Пожалуй, она ничуть не менее полезная, чем Духовная Интуиция.

Дар скользнул по шкуре Беллы и провалился куда-то вглубь ее тела. Волчица немного успокоилась, перестала свалиться, ее шерсть улеглась. На меня она посмотрела чуть более благодушно, но все равно с подозрением. Типа, я тебе доверилась, а ты вон со мной как поступил, негодяй…

— С меня большой подарок, — с улыбкой я сложил руки в молитвенном жесте, — Много-много вкусного хавчика для самой хорошей девочки в мире!

Белла демонстративно отвернулась от меня и села ко мне спиной.

— Ну? Кто хорошая девочка? — я с улыбкой почесал Беллу за ухом, пытаясь заслужить прощение. Волчица практически никак не реагировала, с гордым видом задрав морду к потолку и прикрыв глаза.

Впрочем, иногда она постукивала задней лапой по полу. Очень слабо и очень редко. Она же серьезная дама, как ее хозяйка.

Я же, продолжая пытаться примириться с Беллой, уже думал о своих дальнейших планах.

Скорей всего леди Найткэт умеет менять и свой собственный облик. Опять же, благодаря Дару Беллы. В чем же может заключаться Дар самой леди? В телепортации? Она же как-то выдернула Беллу с бала, когда я в старой итерации раскрыл ее. Впрочем, у леди уже был учебник, наделённый Даром — с его помощью она натравила на нас демонов. Возможно, Даром телепортации наделен иной предмет или животное, а свои силы леди скрывает…

Может ли леди извлекать чужие Дары и тасовать их по своему усмотрению? Так умею только я… и раньше умел Дмитрий Вышнегорский. Могла ли леди дойти до этого открытия самостоятельно?

Кто знает.

Далее… Средство, которое леди Найткэт дала девочкам, находилось у Пальмистрии. Кибердева спрятала его в своем скрытом отсеке в животе. Поэтому я и полез ее обнюхивать, используя чуткое звериное обоняние, чтобы запомнить запах колдовского средства. А не потому, что мне так уж были интересны горюче-смазочные материалы Пальмистрии.

Ну может быть когда-нибудь потом, в будущем, кто знает.

Не знаю, что это средство из себя представляет, но мне теперь нельзя ничего брать из рук девушек Тройственного союза. Пока не понятно, привлечены ли к заговору против меня Юля, Лена и Акихито, но расслабляться все равно не стоит.

Что касается Акиры… после той ночи в казино она, может быть немного поменяла ко мне отношение, но кажется, недостаточно сильно, чтобы перестать интриговать против меня… плохая девочка.

Распрощавшись с Беллой, я вскрыл замок на двери и пошел прочь от кабинета. Близилось утро, а следом за ним и занятия. Я чувствовал себя как огурчик, несмотря на бессонную ночь. Теперь, когда мои истинные силы всегда со мной, такие вещи как усталость меня не волнуют. Я буду продолжать осваивать свою силу и с каждым днём буду становиться все более опасным…

Внезапно у меня в кармане завибрировал телефон. Кому там не спиться в такую рань?

Оказалось, что не спиться Акихито Накамура. Вот же неугомонный японец. И чего ему в этот раз от меня понадобилось? Мира хочет просить?

Как оказалось — да. Именно мира.

Привет, Вадим. Есть разговор. Как ты знаешь, отношения между нашими группировками Дети Императора и Тройственный союз оставляют желать лучшего. Я предлагаю провести мирные переговоры и выработать концепцию мирного сосуществования в рамках школы Притяжение звёзд, а также за ее пределами. Когда и где тебе было бы удобно встретиться?

Как интересно… события начинают стремительно ускоряться. Интересно, Акихито реально хочет замириться или это хитро подготовленная ловушка? Знает ли он о намерениях леди Найткэт, Акиры и Пальмистрии?

Что-то мне подсказывает, что знает. Но это ещё предстояло выяснить наверняка.

Глава 5. Последнее письмо

Я пошел обратно в нашу квартиру. Из-за ближайших домов мне в лицо брызнули лучи яркого солнца. Наступало утро.

Хорошо, что первые занятия сегодня после двенадцати часов. Пусть народ, напившийся безалкогольного парцеяда, простится столько, сколько ему надо. Это я Бог-Император, получив назад истинную силу, могу всю ночь скакать как горный козел, любить много женщин да раз, и мне будет норм.

А ещё к слову у меня теперь бесконечная энергия. Не в том плане, что я теперь могу плевком планеты уничтожать, а в том, что она никогда не закончится. Ресурсы ничем не ограничены. Я не могу устать, и мои силы не кончаются.

Поднявшись в нашу квартиру, я проверил всех членов своей группировки. Парни и девчата спали как младенцы, и ничто не могло нарушить их сон.

Молодцы, одобряю. Силы надо восстанавливать, чтобы продолжать служить Империи и всему человечеству.

Я оценивающе взглянул на Марию Вышнегорскую. Она бы смогла родить мне неплохого ребенка. Сильного и одаренного. Но он был бы слабее сына, которого родила бы мне Эйка.

Я проверил всех девушек — и понял, что красноволосая Акане была лучшей кандидаткой на роль жены Бога-Императора. Не случайно меня к ней так тянуло. Есть в нашей Эйке что-то особенное. Возможно, в нашем с ней магнетическим притяжении есть что-то свыше. Не обошлось ли здесь без провидения?

В любом случае не стоит забывать, что если я найду кандидатуру лучше, то Эйку придется отложить на задний план.

Я ощутил укол глубоко в сердце. Какая-то часть меня противилась моим холодным расчетливым мыслям. И я знал, кто это был.

Успокойся, Сабуров. Ты должен гордиться той великой честью, что тебе была оказана — твоя душа, твои знания и опыт — теперь часть Бога-Императора. На наших плечах — великая миссия, спасения человечества. Если мы ничего не сделаем — народ так и останется под властью Тотх’Аза. А это, на мой взгляд — даже хуже, чем смерть. Я же ведь теперь знаю, что произошло с нашим миром и всем человечеством пятьсот лет назад… Отлично знаю. Знаю лучше, чем кто-либо. Ну если организаторов не считать. И поэтому — изволь подчиняться. Твоя душа, мальчишка, и так слишком долго рулила, будучи главной в теле.

А ещё у меня переговоры с Тройственным союзом на носу. Пора заканчивать с этими интриганами-малолетними. У них весьма скверная позиция. После моего триумфа в казино мой авторитет невероятно возрос в классе. Куча людей, которые раньше были за Тройственный союз, перешли ко мне в группировку. По сути дела Пальма, Батиковы и Акира с Акихито остались впятером. Так что речь даже не о перемирии, а скорее о капитуляции. О ее условиях.

Акихито, конечно, выбрал очень обтекаемую формулировку. Дескать, выработаем концепцию мирного сосуществования. Но мы оба прекрасно понимаем, что на самом деле я так или иначе поглощу тройственный Союз. Тем более, что Юля и Акира, скажем так, неравнодушны ко мне. Несмотря на то, что последняя вместе с Пальмой и леди Найткэт опять замутили заговор против меня.

Я, конечно, не питал иллюзий, что девушки вот так с ходу расчувствуются и бросятся мне на шею. Акира, скорей всего, ведёт двойную игру. Если их маленький новый заговор не удастся, она просто скажет: «Ой, а я тебя всегда любила, Вадим, меня заставляли Акихито и Найткэт, но теперь мы можем быть вместе, ня, и вообще, у меня потенциально самые большие сиськи в школе, десу». Беспроигрышный вариант.

В случае же с Юлей… ситуация поинтереснее. Она, кажется, искренне влюблена в меня. Скорей всего, влюбилась с того момента, когда я спас ее от демона, насланного леди Найткэт. И, возможно, она давно вступила бы в мою группировку. Но ее удерживает сестра-близнец Лена и ранее взятые на себя обязательства перед Тройственным Союзом.

Интересно, могут ли Юля или ее сестра родить мне ребенка более сильного, чем у Эйки? На переговорах надо будет присмотреться ко всем девушкам, даже к Акире и Пальмистрии. На всякий случай.

Дашу, Иру, Анастасию Андреевну и других девушек из Детей Императора я уже осмотрел. Никто из них не сможет принести мне такого сильного ребенка, как Эйка. Красноволоска пока что впереди планеты всей.

Размышляя о предстоящих переговорах с Тройсвенным союзом, я двигался к своей комнате. Перед тем, как встречусь с Батиковыми, Пальмой и прочими, надо поработать над портретом Дмитрия Вышнегорского. Не зря отец моего нынешнего тела так заострял на нем внимание. Что-то важное он там для меня припрятал. Очередное письмо?

Очевидно, что-то там такое интересное есть.

Я закрылся на ключ у себя в комнате. Кто-то из Детей Императора уже проснулся, я слышал посторонние звуки в гостиной, на кухне и в других соседних квартирах. Мне сейчас не нужны посторонние, а то будут отвлекать. Так что замок поможет сосредоточиться на главном.

Я уселся перед портретом прямо на пол. Дмитрий Вышнегорский, похожий на более старшую версию Вадима Сабурова, смотрел на меня, улыбаясь. Холст и рама были выполнены из дорогих материалов, сам портрет был нарисован в фотореалистичном стиле. Художнику, который работал над всем этим вручную, большой респект, он настоящий мастер. И скорей всего сумму за свои услуги взял большую.

— Итак, Дмитрий, какие же вы тайны от меня скрываете? — негромко произнес я, подперев щеку кулаком, — В прошлую нашу встречу вы не особо охотно делились информацией. Вы были не в себе, будучи заражённым Аномалией… а может быть намеренно что-то не договорили.

Я внимательно смотрел на портрет, пытаясь увидеть в нем нечто скрытое от человеческого взгляда. Очевидно, Дмитрий спрятал очень глубоко свой секрет. Чтобы его не нашли недруги нашей семьи. И я практически уверен, что информация там — самая важная, какая только может быть. Она спрятана куда тщательнее, чем первое письмо в кулоне леди Вышнегорской.

Но мне больше не надо закрывать глаза и сосредотачиваться, чтобы увидеть истину. Теперь передо мной все открыто, как на ладони.

Тем не менее, никаких подсказок, духовных потоков или чего-то подобного я в картине не видел. Как будто бы самый обычный портрет.

Но это только первый слой. Возможно, письмо спрятано где-то намного глубже… может быть оно и даже не выглядит как физический объект. Поэтому я его и не вижу.

Я внимательно осматривал портрет, ощупывал его своими духовным потоками, пока, наконец, не обнаружил письмо — оно было написано на микроскопическом уровне, выложено молекулами краски в правом зрачке Дмитрия. При этом на довольно глубоком слое, чтобы не дай бог его не стёрли.

Маловероятно, что подобное письмо кто-то найдет. Если бы я не пробудил свои силы, я бы тоже его не смог бы найти. Такое ощущение, что портрет попал в мои руки строго тогда, когда надо…

Интересно. Я практически уверен, что никто в этом мире, кроме Бога-Императора (и бухого в хлам архимага Парацельса) не смог бы обнаружить письмо. Дмитрий Вышнегорский предполагал, что я… обрету подобные силы? А потому решился на подобный уровень маскировки? Что ж… в любом случае письмо у меня и пора его прочитать.

Уже первые строки поставили меня в тупик:

Приветствую вас, Владыка Бог-Император. Полагаю, что к моменту, когда вы прочитаете письмо, вам будет открыто большее число тайн нашего мира, и я уже не смогу рассказать вам ничего принципиально нового. Однако я постараюсь.

Но сперва я бы хотел рассказать вам кое-что про мою семью. Как вы знаете, моя дочь, Ира, сильно заболела в прошлом. Она не узнавала родных, у нее случались приступы агрессии. При этом у нее случались вспышки невероятной силы, из-за чего я сам чуть не погиб несколько раз, пытаясь сдержать ее.

Я начал заниматься исследованиями, закупил на родовые деньги дорогое оборудование и вскоре все понял — моя дочь превращалась в Аномалию. Почему, как, за что — я тогда не понимал.

Идти за помощью к правительству я не захотел — они бы отобрали у меня дочь, мою кровиночку. И ставили бы над ней эксперименты, вместо того, чтобы лечить. И я решил взять все в свои руки.

Я погрузился в исследования и добился кое-какие успехов. Мне удалось создать лекарство, майндоцин, способное затормозить развитие Аномальных течений в духовном теле человека. У него оказался один полезный дополнительный эффект — он стимулировал мозговые процессы у мертвецов, которых использовало правительство в качестве дешёвой рабочей силы. Мне удалось заключить несколько крупных контрактов на производство и поставку спецсредства. Это поправило мои финансовые дела и позволило продолжать заниматься исследованиями.

Вскоре я сделал множество удивительных открытий. Я понял, как манипулировать Даром, как усиливать духовные потоки, как пользоваться техникой крови и Духовной Интуицией, и многое-многое другое. Все эти открытия лежали на поверхности — я был уверен, что был не первым, кто до этого всего додумался. Но правительство продолжало держать большую часть открытий в секрете, контролируя работу учёных, направляя их исследования в нужные им русла. А слишком болтливым просто затыкали рты.

Вскоре я увидел нечто ужасное в своих приборах — то как выглядит наш мир на самом деле. Все эти склизкие щупальца, пульсирующие полипы, наросты, перекошенные человеческие лица, воронки бурлящей пропотлазмы… я едва не свихнулся. Это зрелище не для человеческих глаз… мне потребовался год, чтобы снова начать нормально спать.

Не буду вдаваться в подробности, но я продолжил исследования и понял, что в этом новом мироздании, в котором мы существуем, есть один дефект. Оно не стабильно. И Аномалии — побочный эффект, возникающий из-за конфликта старых и новых физических законов. И эта ситуация усугубляется. Вы уже слышали, что Аномалии становятся всё сильнее год от года? Вот она, причина! Наш мир саморазрушается, и Аномалии скоро пожрут его, если мы ничего не сделаем!

Но был во всем этом и один хороший момент. Не спрашивайте как, но мне удалось найти вашу душу, душу Бога-Императора! Я понял, что вы хотите переродиться и сделал все, чтобы это произошло.

Не сразу мне удалось найти для вас подходящее тело. Я перепробовал многих кандидатов, и все без толку, хотя решение все это время находилось у меня под носом. Мой сын, Вадим, оказался идеальным вместилищем для Бога-Императора. Я подготовил его к процессу перерождения, но ничего не стал рассказывать. Постепенно его душа сольётся с вашей душой и передаст все знания о современном мире.

Бог-Император! Я знаю, что к этому моменты, Вы осознали себя и все вспомнили. Вы на пороге обретения власти в нашем мире. Вы уже скорей всего все знаете о Тотх’Азе, и что он из себя представляет. Пожалуйста, уничтожьте его и покарайте тех, кто стоит за его созданием! Сделайте наше мироздание снова таким, каким оно было изначально! В противном случае нас всех полностью пожрут Аномалии…

Прошу только об одном — позаботьтесь о моей семье. Больше всего на свете я люблю их — Иру, Вадима, Алису и мою Машу… Я отдал вам своего сына, лишь бы вернуть вас к жизни. Прошу вас, будьте снисходительны ко мне хотя бы в этой малости, не оставьте мою семью…

Я не верю в справедливость Верховных Лордов, они давно отступились от истинного пути. Надеюсь, что вы сможете вернуть Правду в наш мир и исправить последствия катастрофы… Спасите нас от Тотх’Аза…

В конце письма я приведу пространственные координаты особого места, через которое вы сможете попасть к своему телу и окончательно завершить свое перерождение.

Всегда Ваш Дмитрий Вышнегорский

Глава 6. Один синдром передает привет

Мое тело… отлично, теперь у меня есть подсказка, как добраться до моего тела. Прямо сейчас отчетливо помню, что я оставил в своём теле кое-что очень важное, что мне может пригодиться. Да, не зря меня так тянуло ещё с самых первых дней к мавзолею, где находилось мое тело. Сложный механизм, созданный лично мной, до сих пор поддерживает в этой тушке жизнь… хотя она по сути просто овощ, ведь настоящая душа уже переродилась.

— Так, отлично, — я хлопнул себя по коленке и поднялся на ноги, — Надо будет напрячь Юмэко. Пусть закупит кое-какое оборудование, они мне поможет прорваться внутрь.

Дмитрий… спасибо, ты хорошо послужил. Когда я вернусь к власти, я позабочусь о том, чтобы твой подвиг остался в веках. И о семье твоей позабочусь. По возможности.

Я вышел из комнаты, проверяя своих уставших последователей. Лишь единицы проснулись. Большей частью народ ещё дрых.

Так, минуточку… А где Геннадий? Он заночевал на диване, но сейчас его не было на месте. Куда делся, самый верный соратник? В туалет отправился? Нету. На кухню? Нет… Хм…

В коридоре послышались голоса. Я услышал голоса Иры и Даши.

— Братик, ты где? — Ира, кажется, оббегала всю квартиру, заглядывая во все возможные и невозможные места, лишь бы найти меня, — Братик, куда ты запропастился?

Все это немного походило на панику. Надо успокоить сестренку. А то проснулась, меня рядом не нашла и разволновалась.

— Ты где? Бра-а-атик… — кричала Ира, грозя перебудить все общежитие. Пусть оно и находилось под моим полным контролем, но…

— Я? Я тут, — быстро ответил я, двигаясь на голос сводной сестры.

— Ой! — Ира набежала на меня и тут же бросилась мне на шею, обвив меня тонкими руками. Голову положила на плечо, — Я так и думала, что ты точно где-то в комнате!

— Что случилось? — ласково спросил я, гладя её по волосам, — Тебе приснился плохой сон?

— Да… — Ира уткнулась мне носом в плечо, — Я проснулась, а тебя рядом нет…

— Но ведь рядом была мама, — с улыбкой произнес я.

— А я хочу, чтобы был ты… — Ира отстранилась, немного успокоившись. Даша стояла неподалеку, с виноватым видом поглядывая на меня. Мне кажется, или она что-то хочет мне сказать?

— Братик, а у нас еще остались те вкусные печеньки с джемом? Я смотрела, в шкафу ни одной не осталось…

— М-м-м… спроси лучше у мамы, — пробормотал я себе под нос, отстраняясь, — Даша, ты что-то сказать хотела?

‒ Нет… я так, — сделала вид, что задумалась Дашка. Но я прямо почувствовал, что она хотела мне что-то сообщить. Стеснялась что ли?

— Вкусные печеньки. Это мама позавчера ещё напекла. Она у нас хорошая! — довольно улыбнулась Ира, заметив, что я снова не обращаю на неё внимания.

После чего она глубоко зевнула, прикрыв рот ладонью. Глядя на Иру, зевнули и мы с Дашей. Кажется, она нас всех заразила своим желанием подольше поспать. А ведь я даже не нуждаюсь в сне. А мне все равно хочется зевать так, как будто не выспался.

Странно… ночной вылазкой из дома я заработал изрядную дозу адреналина, а также взбудоражил нервную систему.

Ладно, не важно. Главное, что все выспались, что только добавляло настроения. А все остальное дело вторичное.

Я продолжал наслаждаться нежными объятиями с сестренкой, и в это время же смотрел на Дашу.

— Даша, я же вижу, — сказал я вкрадчиво, — Что ты хочешь мне сказать?

— Ну, в общем, — запинаясь, Даша опустила глаза, — Геннадий вышел из квартиры… и быстро пошел в сторону учебного корпуса.

Я приподнял бровь — ну и что такого в этой новости? Может быть Генка в школьную библиотеку пошел. Он у нас любит поучиться. Дело правильное, полезное. Пусть трудится. Грызет гранит науки.

— Не вижу причин для беспокойства, — сказал я.

— Да, но он сказал несколько фраз, которые мне показались очень странными, — сказала Даши. Она подошла ко мне, приблизилась вплотную и шепнула на ухо, — Он сказал, что все изменилось… и нужно её выпустить из библиотеки…

Я застыл. Нехорошие подозрения моментально переполнили меня. Библиотека… там до сих пор в укромном месте находится секретарь леди Мираэль. В общем-то я в любом случае хотел её выпустить. Но что задумал Геннадий? Да еще и не посоветовавшись со мной? Странно.

Я должен туда сходить. Прямо сейчас.

— Вы о чём это? — Ира с подозрением переводила взгляд с Даши на меня.

— Так, ни о чем… — сказал я, глядя на девушку-невидимку, — Спасибо, Даша. Ты большая умница. Я тобой очень горжусь.

Даша вся расцвела после моей похвальбы — она услышала именно то, что хотела. Немного добрых слов и поддержка — именно этого ей сейчас и не хватало.

— Одолжишь мне свой Дар? — спросил я у неё, — На время.

— Конечно! — воскликнула она, готовая на всё, чтобы искупить свою вину.

Я был уже одетый, так что, распрощавшись с девушками, я развернулся на выход из квартиры. На ходу достал телефон и отправил сообщение Акихито.

«Хорошо, Акихито, я согласен. Но для проведения переговоров у меня есть одно условие».

«Какое?» — тут же пришел ответ. У меня сложилось ощущение, что Акихито все это время сидел над телефоном и напряженно ожидал моего ответа.

«Пусть пусть все девушки из вашей группировки придут на переговоры в красивой сексуальной одежде», — написал я.

Подобную просьбу должны принять как за очередное проявление озабоченной натуры Вадима Сабурова. Но я преследовал куда более далекоидущие цели. Мне было интересно, насколько сильно девушки Тройственного союза отчаялись и насколько сильно готовы прогнуться, чтобы сохранить остатки былого влияния в классе. Если они все придут в откровенных платьях — это будет очень хороший знак и во многом развяжет мне руки на переговорах.

Ну а если придут принаряженными не все… что ж, я по крайней мере буду знать, кто из них расположен ко мне чуть более лояльно.

«Я не могу гарантировать, что они согласятся на подобное условие», — последовал ответ. Ожидаемый, опять же.

«Это дело сугубо добровольное. Никого не принуждаю. Что касается времени и места, где пройдут переговоры, я сообщу тебе позже».

Быстрым шагом я приближался к учебному корпусу. Надо понять, что же там задумал Геннадий. Блин, не спокойно на душе. Может быть я, конечно, зря переживаю, но… лучше проверю лично. Заодно будет время придумать, где же перевести переговоры.

Дар Даши у меня, наверное, один из самых часто используемых. Неудивительно, с учётом его полезности. Хотя очень скоро я смогу обходиться и без него. Буквально пару дней мне нужно, чтобы окончательно привыкнуть к своей истинной силе.

Леди Мираэль не оказалось на месте, что и неудивительно в такой ранний час. Коридор был пуст, поэтому я без проблем проник в кабинет леди Мираэль, а через потайной ход — в библиотеку.

В невидимом виде крадясь через стеллажи, я услышал впереди два голоса. Я остановился, прислушиваясь.

— Вот… я принес, — раздался голос Геннадия. Мне он показался как будто бы слегка смущенным, — Еда, вода и прочие нужные вещи… а также твое любимое клубничное мороженное.

— Спасибо, Гена, — раздался басовитый голос секретаря леди Мираэль, — Это очень мило с твоей стороны.

Я остановился, прислушиваясь. Это о чем они там курлыкают так нежно? Это же ведь не то, о чем я подумал? Может быть я как-то неправильно расслышал?

— Ох, любимый… — в басовитом голосе леди секретаря прозвучала нежность.

Я слушал и не верил своим ушам. Это что такое вообще происходит? Геннадий нашел себе подружку? А не простую, а самую горячую милфу всего Притяжения звезд (если не считать леди Мираэль)? И не просто горячую, а еще и максимально квадратную и сильную?

Невольно ощущаю чувство гордости за него. Как вырос, парень! Геннадий, а вы знаете толк в женщинах. И в методах ухаживания за ними. Как они сошлись? Даже представить не могу. Это какая-то… не знаю, хитрая скрытая форма стокгольмского синдрома? Когда жертва влюбляется в своего мучителя, проникается его идеями и так далее по списку… Какой-то очень хитрый эволюционный выверт, направленный на выживание отдельной особи.

Интересно, у них дальше романтики дело не зашло? Или Геннадию уже можно забыть о мечте в тридцать лет стать магом?

Они продолжали щебетать о всяких милых глупостях. Я на всякий случай держался на расстоянии, чтобы не дать себя обнаружить. Мне очень хотелось узнать, о чем же у них пойдем разговор.

— Освободи меня! — попросила секретарь, — Ты, конечно, хорошо справляешься с моими обязанностями, но я должна вернуться на рабочее место! Я нужна леди Мираэль, чтобы всё в школе работало как отлаженный смазанный механизм! Ты обещал!

— Да, я, собственно, и собирался, — виноватым голосом произнес Геннадий, — Держать тебя здесь уже нет никакого смысла. Вадик оказался самым настоящим Богом-Императором? Представляешь?

— Пф-ф-ф!.. Что за чушь? — фыркнула секретарь, — Где Бог-Император, а где Вадим Сабуров? Мальчик, конечно, выдающийся уникум, но не надо его переоценивать.

— Да нет, он на самом деле настоящий Бог-Император! — возбуждённо произнес Геннадий, — Он сегодня ночью нам признался и показал свои возможности. Он человека воскресил, прикинь? Какой Уникум на подобное способен?

— Да ладно?? — в голосе секретаря прозвучал откровенный скепсис, — Так уж и воскресил? Наверняка, это просто какой-то трюк…

— Да нет, никакой не трюк, — продолжал настаивать Геннадий, — Все взаправду! Вадик может все повторить!

— Мда?.. — скепсис не желал уходить из голоса секретарши, — В любом случае об этом должна узнать леди Мираэль. Выпусти меня отсюда, и я все ей расскажу, как есть…

Глава 7. Любовь и разочарование

— Ладно, — неуверенно произнёс Геннадий, — Я тебя выпущу В принципе, Вадим так и так собирался это сделать. Думаю, что он не сильно разозлится если я проявлю немного самостоятельности. В конце концов он сам сказал что хочет, чтобы о Боге-Императоре узнало как можно больше народу.

— Вот-вот, совершенно верно, любимый, — секретарь энергично закивала головой, — Находиться здесь совершенно невыносимо. Только твоё общество немножко внушает мне надежду.

Понаблюдав за ними, я молча развернулся и пошёл назад. Зря только беспокоился. Впрочем Геннадий, конечно, мог бы и сказать мне о своих романтических делишках. Но видимо он испугался, что я могу отстранить его от ухаживания за секретарём.

Что-то мне подсказывало, что это могут быть обычные женские хитрости. И «любовь» моментально развеется, когда секретарь окажется на свободе. Ну да и ладно, я не буду вмешиваться. Посмотрим, как он будет дальше. Геннадию это будет даже полезно. Да, его сердце будет разбито, но это нормально. Пусть взрослеет и укрепляет свою личность. Чтобы созреть, в жизни нужно пройти через глубокое разочарование и крушение наивных мечтаний. Чтобы развеять иллюзии юности и принять эту жизнь такой, какая она есть.

Мне ли этого не знать.

Так или иначе, перед женщиной надо будет извиниться и преподнести хороший подарок. Как-никак продержали взаперти довольно долгое время. Надо загладить вину. Может быть дать Геннадию выходной и купить им два билета в какую-нибудь романтический путешествие на недельку? Если, конечно, она не бросит его в самое ближайшее время.

Оказавшись снаружи школы, я достал телефон и начал набирать сообщение Юмэко. Моя верная секретарша обычно занималась моими финансовыми делами и юридическими вопросами. Они стали возникать после того, как мне во владение перешли части имущества Зинцеров.

Привет, Юмэко. Я тебе сейчас пришлю список оборудования, которое нужно закупить в самое ближайшее время. Там довольно дорогие детали. А также редкие. Но их нужно обязательно достать. Рассчитываю на тебя. Целую, твой Вадим.

Далее я задумался над тем, что написать Акихито. Надо решить, где и когда будем проводить встречу. Со временем всё более-менее ясно. Скорее всего перенесём переговоры на поздний вечер. А вот где их провести, какое место выбрать — это вопрос интересный. Надо его всестороннее обдумать.

* * *

В итоге встречу решили проводить в соседнем элитном общежитии. Оно считалось нейтральной территории, хотя само здание находилось не так близко от дома где жил я. Ну и ладно. Так даже лучше. Все наши находятся не так уж и далеко.

Ну а Тройственному Союзу помощи ждать неоткуда. Их осталось всего-то пятеро.

После занятий мы с Эйкой прошлись по тихим ухоженным улочкам, негромко беседуя и обсуждая прошедшие занятия. В общежитии я решил отправиться только после того, как начнет темнеть. Эйка напросилась следом за мной.

Перед походом на переговоры я заскочил в свою комнату и переоделся в парадный костюм — одна из вещей рода Вышнегорских, которые мне передал Анатолий Краснов согласно нашему с ним уговору. Уж не знаю, зачем Чикэку выкупила даже предметы одежды на аукционе… думала, что Дмитрий мог спрятать в них что-то ценное. В принципе, так оно и оказалось — послание скрывалось в портрете. Но у Чикэку не было ни одного шанса его найти.

Парадная форма Вадима Сабурова была довольно красивой — черная, с золотым шитьем модной бабочкой с голубым камнем. Я отметил высокое качество работы портного, а также дорогие материалы, из которых она была сделана.

Войдя внутрь общежития, мы с Эйкой направились прямо к комнате охраны — отметиться. Это был пожилой, но крепкий мужик в форме, смотрящий какую-то музыкальную передачу по телевизору. Я даже не успел поздороваться, как он увидел меня и довольно громко сказал:

— Здравствуйте, господин Сабуров! Ваш столик в нашем ресторане дожидается вас!

Я кивнул ему. Охранник сидел в своем кресле за длинным журнальным столом. Перед ним стояли мониторы от камер наблюдения. Ожидаемо, общежитие охраняется, и этот мужик — явно не в одиночестве здесь находится.

Мы с Эйкой переглянулись и прошли в помещение ресторана, расположенного на первом этаже.

В комнате было много странных предметов — какие-то экзотически блестящие золотом статуэтки, странные большие символы на стенах, нанесенные черной краской, свисающие с потолка красные ленты, горящие свечи… какая-то пышная аляповатая экзотика. Официанты сновали с какими-то сложными и вычурными восточными блюдами. На мой взгляд, блюда эти не выглядели аппетитно. Ну да кто знает, может быть на вкус самое то?

Звучала живая музыка, напоминающая мне церковную, только без хора. Ну и довольно-таки громкая она была. Музыканты, наяривающие на своих инструментах в своем уголке, отжигали на полную.

Помимо нас с Эйкой в ресторане почти никого не было. Лишь несколько парочек беседовали негромко в своих уголках. Это, скорее всего, дети своих состоятельных родителей. В ресторане цены были конские. Строго для уважаемых господ.

Никого из Тройственного союза ещё не было. Неудивительно, мы с Эйкой пришли заметно загодя.

— Почему ты взял только меня? — пробурчала красноволоска, с подозрением зыркая по сторонам, — Бог-Император достоин куда более пышной свиты.

— Да зачем? — я пожал плечами, — Меня одного вполне достаточно, чтобы обеспечить нашу безопасность. Ребята из Тройственного союза и так немного нервничают, что мы проводим переговоры в месте, расположенном близко к нашей основной базе. Пусть увидят, что нас только двое, и слегка расслабят булки.

Эйка кивнула. Мы сели за забронированный столик, к нам подошла официантка в длинном одеянии, похожем на кимоно, и подала меню. Мы с Эйкой принялись неторопливо перелистывать страницы меню, разглядывая картины блюд.

— Ой, Мороз, Мороз! — донесся сверху голос Парацельса, — Не морозь меня! Маего коня-я-я…

Услышав голос старого друга, я ухмыльнулся. Парацельса мы в конечном итоге решили поселить в этой гостинице. Произошло это по моей инициативе. Парацельс при всем своем добродушии, иногда мог доставить неприятности окружающим своей магией. Или даже начать буйствовать, особенно после десятой… двадцатой… сотой бутылки. Так что пусть он портит сон посторонним людям, а не моим Детям Императора. Пусть высыпаются и идут на занятия свежими и бодрыми.

Мы сделали наши заказы и через какое-то время официанты внесли две длинные стойки с суповыми тарелками, каждая из которых была накрыта салфеткой. Пока они перекладывали блюда к нам на столик, за ними своей очереди дожидались еще несколько пар официанток, переодетых в азиатские балахоны из ярких разноцветных перьев. Причем это были совсем молодые и до безобразия красивые девушки. В руках они держали по две или три бутылки вина.

Одна из официанток, поймав мой взгляд, подмигнула мне взмахом длинных пушистых ресниц.

Тут же рядом я услышал приглушённое рычание чупазавра. Эйка согласилась терпеть моих будущих жен и наложниц, но это вовсе не означало, что она не будет выкидывать их из окон, как обещала. Поэтому я перевел взгляд в меню, чтобы немного разрядить обстановку.

Другие посетители с любопытством поглядывали на меня, как будто хотели о чем-то спросить, но все никак не решались подойти, чего-то ожидая или теребя свои украшения или мобильные телефоны. Слухи о том, что Вадим Сабуров — переродившийся Бог-Император, с утра начали распространяться по школе. Но большинство учеников и преподавателей в них, разумеется, не верили.

Внезапно в коридоре послышались шаги многочисленной группы людей. Двери отворились и в ресторан вошла большая группа бритоголовых и голых по пояс молодых мужчин азиатской внешности. Они были босы, все как один носили пышные штаны из красной ткани. У некоторых на телах были нанесены татуировки в виде иероглифов, драконов и чего-то подобного. Все они выглядели поджарыми и мускулистыми. В их походке и движениях угадывался дух опытных бойцов.

Некоторых из них я знал. Это были ученики Притяжения, из простолюдинов или бедных азиатских кланов, не пользующихся особым влиянием. Никто из них не был связан с домом Накамура или Акане. Парни были с самых разных курсов, с первого по пятый.

В полном молчании они уселись на пол на циновки, разложенные персоналом ресторана вдоль стен, и приняли позу лотоса.

Выглядело все это дело со стороны довольно забавно. Но подозрительно. Взгляды у всех были довольно отрешенными, словно они пытались открыть чакру, погрузиться в нирвану или что-то типа того. И все они старательно дышали! Явно по какой-то особой технике. У кого-то дыхания почти не было, кто-то дышал почти во всю мощь легких, у кое-кого и вовсе оно как будто бы остановилось.

Музыка стихла. Музыканты взяли перерыв и ушки куда-то в подсобку. В полной тишине мы вместе с ничего не понимающей Эйкой смотрели на странных гостей. Появление азиатов вызвало в зале какое-то движение, послышались непонятные разговоры и переглядывания. Видимо, никто не ожидал такого поворота событий.

— Чего это они? — удивленно спросила девушка, — Зачем они решили заниматься здесь дыхательной практикой?

Я тоже чувствовал лёгкую растерянность. Появление учеников из азиатской прослойки Притяжения — просто совпадение? Они совершенно случайно решили устроить в ресторане свое мероприятие одновременно с нашими переговорами?

— И что делать? — в очередной раз спросила Эйка, — Мы в такой компании вообще сможем провести переговоры? По всем правилам после дыхательной техники начинаются активные физические упражнения.

Я пожал плечами. Ситуация вырисовывалась сложная. Появление этих парней — совпадение, или часть последнего отчаянного плана Тройственного союза?

Духовная Интуиция как назло подсказок не дает. Она вообще весь день на удивление молчалива. Видимо, пришла расплата за слишком частое использование в прошлом.

А тем временем двери в ресторан снова отворились, и в помещение вошли пятеро. Те, кого мы дожидались…

Глава 8. Вкусный ужин и свежие новости

Акихито, Пальмистрия, сестры Батиковы и Акира. Тройственный союз в полном составе. Точнее, то, что от него осталось.

Они впятером вошли в ресторан и огляделись, выискивая меня взглядами. Акихито и Пальма выглядели довольно мрачными и сосредоточенными. Акихито явился в черном деловом костюме, кибердевушка пришла как обычно без ничего. Стальные пластины на ее теле как обычно скрывали самые интересные места.

А вот Батиковы и Акира принарядились. Их наряды выглядели довольно откровенно, с большими вырезами, облегающие, но тем не менее в рамках приличий. Причем Лена и Акира смотрели на меня с немного странными выражениями лиц — как будто бы враждебными, даже с отвращением, но в то же время и виноватыми.

Что ж… это хороший сигнал. Три девушки последовали моим рекомендациям. Это сигнал, что они склонны согласиться на все мои условия. Но вот Акира… она под вопросом. Я помню, что японка вместе с Пальмистрией собирались подсыпать мне что-то эдакое, выданное им леди Найткэт. Травануть что ли хотят? А может быть подсадить духовного паразита?

Азиаты, практикующие духовные техники, на появление Тройственного союза никак не отреагировали. И продолжали себе правильно дышать.

— Почему они так развратно нарядились? — хмуро произнесла Эйка, — Что за на фиг? Они на переговоры пришли или на подиум? Подлизаться к тебе хотят?

Лена и Акира смерили ее злыми взглядами. После той драки в столовой отношения между девушками не стали лучше. Их могла примирить лишь вынужденная необходимость сотрудничать.

— Сама-то тоже приоделась, прифрантилась, — пробубнила Лена, бросив взгляд на платье Эйки и ее аккуратно причесанные волосы. Для похода в ресторан красноволоска привела себя в порядок, временно отказавшись от своего любимого пацанского стиля.

Пальмистрия смотрела на меня в весьма привычном для неё состоянии: спокойном и задумчивом. Металлическое блестящее лицо роботизированной красотки не выражало никаких эмоций. Металлические сочленения двигались идеально гладко и выверенно, словно тщательно смазанные.

Н-да… а с ходу и не скажешь, что эта девушка — может быть очень даже злой и агрессивной, если понадобится.

Костяной кинжал с надписью «В память о Ферре» едва заметно завибрировал у меня на поясе, стоило мне посмотреть на кибердевушку. Если мне память не изменяет, он и в прошлые разы вел себя подобным странным образом.

В любом случае… Как же вы собираетесь меня травить?

— Ну привет, ребята, — я дружелюбно улыбнулся и указал на пустые столики на нашем широком столе — ровно пять пустующих, по числу новоприбывших гостей, — Присаживайтесь.

— Здравствуйте, Вадим, — неловко улыбнулась мне Юля. Остальные промолчали.

Гости рассматривали присутствующих и нас с Эйкой со сдержанным любопытством, которое свойственно тому, кто впервые попал в незнакомый дом, со всем его нехитрым убранством, привычными вещами и не очень привычными личностями. Хотя сейчас речь скорее про ресторан, но тем не менее.

Эйка, откинув со лба прядь непослушных волос, косилась на меня с раздражением и удивлением. Она все еще думала, что я опять от неё что-то скрываю. Ну в принципе частично так и было.

Лена, недолго думая, начала вполголоса порыкивать на сесту, недовольная, что та проявляет ко мне слишком открытую симпатию. Юля начала оправдываться перед сестрой. Дескать, она просто отдает дань вежливости. И вообще, чего это Лена тут раскомандовалась? То, что она родилась на минуту и сорок пять секунд раньше, не делает её старшей сестрой в полном понимании этого слова!

Я с улыбкой наблюдал за их перепалкой. В любом случае расслабляться не стоит. От загнанного в угол зверя можно ожидать чего угодно. А Тройственный Союз именно такой зверь. Если Юля и Акира в теории могли заслужить мое благословение и даже возвыситься, став моими фаворитками, то вот у Акихито и Пальмы такой возможности не было. Акихито все-таки парень, как наложницу я его не рассматриваю, нет, хоть убейте, да и слишком умный и амбициозный. Да еще и обиженный на меня за поражение. Такого к себе близко точно подпускать не буду. Себе дороже. Вопьется в горло в самый неподходящий момент и постарается отомстить.

Хотя юному Накамуре не чуждо и благородство. Помнится, он даже выступил против своего брата Дейчи, когда понял, что тот хочет убить меня. И даже пострадал.

Может быть Акихито не так уж и плох, как я о нем думаю?

Пальма… в принципе все тоже самое, за исключение того, что она киборг. И не сможет принести мне детей. Автоматически исключается из кандидаток в фаворитки. И тоже меня сильно не любит. Считает меня выскочкой, который посмел превзойти ее, лучшую ученицу класса.

— Что, вот так просто будете стоять и тупить? — раздраженно произнесла Эйка и указала на пустые стулья, — Вадим же сказал, присаживайтесь! А ну, шевелитесь, а то я обижусь!

Эйка как обычно подключила свой командирский тон. Тройственный союз подошел к нашему столу в полном составе. Девушки и Акихито начали рассаживаться.

— Эйка, ты чего? — с улыбкой спросил я шепотом красноволоску. Она опять что ли ревнует? Немудрено, в Тройственном союзе состоят редкие красотки. А по итогам переговоров они могут присоединиться к нашей группировке, — Ты моя старшая жена. Все будет так, как мы решили, — мягко произнес я.

— Тише ты, — пробурчала Эйка, но её щеки слегка занялись румянцем. Она под столом осторожно коснулась своей коленкой моей, — А не то я размажу их всех по стене. Потом я посмотрю, как ты будешь леди Мираэль всё это объяснять.

— Эйка, ты моя одна единственная… самая главная… не переживай…

— Заткнись, дурак, — пробурчала Эйка, но ее горящие щеки выдавали её с головой.

Акира и Юля окинули красноволоску недовольными взглядами. Кажется, что-то из нашего шепота они таки разобрали.

Я начал внимательно рассматривать садящихся девушек. Интересно, сможет ли хоть одна из них родить мне сына более сильного, чем Эйка? Сомневаюсь в этом очень сильно.

Чтобы понять это, мне потребовалась пара секунд. Хм… удивительно, у Акиры очень хороший результат. Я бы даже сказал уверенное второе место. Она все еще довольно заметно уступает Эйке, но знатно опережает остальных конкурентов. В общем, японку надо взять на карандаш. Будет очень достойным запасным вариантом, если с Эйкой, не дайте Высшие силы, что-то случится.

А вот у Юли и у Лены результаты оказались на удивление слабыми. Был даже велик шанс родить неодаренного ребенка. Вот тебе и раз… я с мирмециями оказался совсем не совместим. Это из-за их сродства с муравьями? Всё может быть. Слишком большая разница в генетике также плоха, как и слишком большое родственное сходство.

Одна из официанток в откровенном костюме с перьями, медленно поднявшись из-за стола, подошла к нашему столику. В руках она держала небольшой кувшин с водой, кружки и пять меню для новоприбывших гостей. Девушки и Акихито принялись листать страницы, выбирая себе заказы.

— Что бы такое выбрать… — задумчиво произнесла Акира, изредка стреляя в меня глазами поверх менюшки, — Вадим, а ты что взял? Тут такой большой выбор, я прямо теряюсь.

Она говорила естественно и беззаботно, словно мы были старыми хорошими друзьями. Отвлекала внимание? С Акиры станется, она та еще… девушка.

Я молча поднял салфетку с тарелки, от горячего блюда пошел густой пар. Я ощутил приятный острый запах мяса и овощей с приправами. Недурно, недурно.

Мы всемером начали беспечно разговаривать, обсуждая текущие занятия, преподавателей и слухи и новой грядущей Арене. Вскоре принесли заказы, сделанные Тройственным союзом, и мы все вместе принялись за трапезу.

Важные переговоры мы решили оставить на самый конец. Сначала надо поесть и немного подобреть. Там и разговор живее пойдет.

В какой-то момент активировался большой настенный телевизор последней модели, с расширением 100500k или типа того. Закрутилась реклама некоего нового аниме-сериала. Видимо, пока музыканты отдыхали, нас решили развлечь телевидением?

Начали показывать новости. И, вот так сюрприз, показывали нашу школу. Некая журналистка, возбужденно глядя в камеру, рассказывала, что Уникум Притяжения, Вадим Сабуров, возможно, является реинкарнацией Бога-Императора! И тому есть ряд доказательств…

Я покачал головой. Быстро, однако новости разнеслись. Не обошлось ли тут без Верховных лордов? Начали подготавливать население к откровению?

Журналистка опрашивала прохожих, и те делились своим мнение о ситуации.

— Ну все, Бог-Император наконец-то вернулся к нам! — радостно говорили одни. Видимо, это были те, кто легко верил любой информации, — Скоро всех осчастливит и наложит всем полную тарелку! Заживём!

— Ничего вы не понимаете, легковеры! — фыркали пренебрежительно другие. Видимо, это были те, кто никогда ничему не верил, — Зачем нам в современном мире этот устаревший варвар, незнакомый с прогрессивными достижениями? Он введёт свои страшные законы, устроит диктатуру, и вообще жертвы себе заставит приносить! Или того хуже, гомосексуализм запретит!

— Да это просто фейк, не ведитесь! — говорили третьи — те, кто всегда во всем сомневался и видел подвох, — Ну какой Бог-Император в наше время, очнитесь! Это обычные политические игрища, не более того. Один Верховный лорд решил подсидеть другого Верховного лорда, вот и все. И придумал себе в помощь информационное оружие. Это просто Фейк-Император!

Ребята из Тройственного союза в шоке смотрели на меня. Я одарил их самой дружелюбной улыбкой, на которую был способен. Даже не знаю, в какую сторону это скажется на переговорах. В лучшую?

Глава 9. Маленький трюк

— Что-то подозрительно много срани на меня в новостях выливают, — задумчиво произнес я, пролистывая быстро новостную ленту в телефоне и читая заголовки, — Как будто кто-то задействовал все подконтрольные ему медиа, чтобы сформировать обо мне самое плохое впечатление у простого народа. Вы так не думаете?

Акихито, Акира и Батиковы смотрели на меня, приоткрыв рты от изумления. Пальмистрия не выдержала и решительным движением рук поочередно подняла всем нижние челюсти, заставив зубы щелкнуть. Но, судя по удивленному блеску в ее кибернетических глазах, юная Душепийца тоже находилась под впечатлением.

Кинжал «В память о Ферре» на моем поясе под одеждой продолжал вибрировать, реагируя на близкое присутствие кибердевы. И я уже давно знал причину, почему так происходит. Теперь, когда ко мне вернулась память, история Пальмистрии стала мне ясна, словно я держал ее на ладони. У тебя, девочка, есть кое-что, нужное мне… Думаю, мы сможем разрешить этот вопрос к нашему обоюдному удовольствию.

— Да это чушь какая-то, — наконец, произнесла Акира

— Чушь у тебя в голове, — фыркнула Эйка и приобняла меня за плечо, — Скоро вы сами всё увидите своими глазами. И поймете, как заблуждались насчет Вадима.

— В любом случае, — сухо произнес Акихито, — Давайте уже приступим к переговорам.

— Да, действительно, — я кивнул, — В конце концов, именно для этого мы здесь и собрались.

За столом сразу как-то накалились атмосфера. Официанты унесли пустые тарелки, очень-очень быстро двигаясь. Как будто предчувствовали, что если богатые школьники не договорятся, они могут устроить что-нибудь нехорошее…

Только вот у Тройственного союза против меня сейчас шансов никаких не было. Если они начнут сопротивляться… я знаю, как заставить их подчиниться. Я сейчас слишком силен для них. Даже если я буду драться с закрытыми глазами и использовать только одну ногу, я все равно выиграю. Даже впятером лидеры Тройственного союза мне не соперники.

— Итак, — я соединил ладони лодочкой и откинулся на стуле, благодушно глядя на пятерых ребят и девчат напротив, — Предварительные условия такие. Мы заключаем мир, обязуемся не вести против друг друга боевые действия, не интриговать и не настраивать против друг друга иных учеников. С этими пунктами все согласны?

Члены тройственного союза дружно закивали. В этом пункте никаких возражений ни у кого не было.

— Можно ещё добавить, — негромко произнес Акихито, — Что если кто-то нарушит эти условия, другие обязуются выступить против него и защитить пострадавшего.

— Принимается, — сказал я. Эйка кивнула, выражая согласие как моя правая рука в группировке.

— Кроме того, — мягко продолжал я, — Вы все вступаете в группировку Дети Императора и принимаете меня как своего лидера. После чего мы вступаем в борьбу за главенство во всей школе.

— Звучит неплохо, — кивнула Юля.

— А… ага, — с напряжением в голосе произнесла Лена.

— Приемлемо, — как бы с неохотой произнесла Акира.

— Я отказываюсь, — сухо произнесла Пальмистрия. Свет от люстр отражался на поверхности её хромированного тела. Ожидаемый ответ. Пальме я никогда не нравился. Глупо было бы рассчитывать, что она вот так легко прибежит ко мне с поднятыми вверх лапками.

— Я не буду твоим врагом, Вадим, — поспешила продолжить Пальмистрия, — Но и подчиняться тебе не хочу. Я лучше останусь сама по себе. Я выхожу из борьбы за власть.

— Чтобы позволить себе остаться нейтральным, нужно быть сильным, — сказал я.

— Пальма, — шикнула на неё Акира, — Что ты такая неуживчивая! Мы же это обсуждали! Принимай его предложение!

— Нет, — Пальмистрия непреклонно покачала головой, — Я не дам другим группировкам завербовать себя. Я просто буду жить своей жизнью и заниматься учёбой и своими делами.

— О боже, Пальма, дурочка, — Акира закатила глаза.

Это хорошо. Они не выступают единым фронтом, а открыто, при мне, спорят друг с другом. Просто отличный знак. Значит, между ними нет согласия. Я проглочу их поодиночке.

— Акихито, а что ты скажешь? — я перевел взгляд в сторону наследника Накамура. Мне был очень интересен его ответ. Акихито умен, этого у него не отнять. У него есть внутренний стержень. Он способен дерзить даже более сильному старшему брату и идти против его воли.

Покорится мне? Или попросит о нейтральном статусе, как Пальмистрия? Скорее второе, но возможен и третий, некий неучтенный вариант.

Но сюрприза не произошло.

— Я, как и Пальмистрия, предпочту нейтральный статус, — мягко произнес Акихито, склонив голову, — На тех же условиях.

Я кивнул. В целом, меня такой расклад устраивал.

Какое-то время мы ещё обсуждали нюансы, систему сдерживания и противовесов. Сначала обсудим всё устно, а потом закрепим договором — типа того, какой мы заключили с Эйкой, когда Вадим Сабуров сдал ей в аренду свое тело для тренировок. Его, конечно, можно и нарушить, но нарушитель тогда сразу лишится уважения среди других благородно рожденных детишек. Аристократ должен держать свое слово. Никто не захочет иметь дел со лжецом.

Врать, интриговать и обманывать аристократу можно только тайком, чтобы не спалили.

Наконец, все нюансы были оговорены.

— Юмеко составит текст договора и пришлет вам всем на подпись, — сказал я.

— В таком случае, — быстро произнесла Акира, — Давайте в знак примирения выпьем по кружечке хорошего ароматного чая с травами. Это добрая традиция нашего рода. Да, Акихито?

Японец кивнул, глядя на меня с вопросом в глазах. Я пожал плечами. Дескать, почему бы и нет?

— Вот, у меня как раз есть с собой очень хороший и ароматный сорт, — Акира полезла в свою сумочку, — Попрошу официантов заварить

Очень скоро перед всеми нами стояли дымящиеся чашки с чаем. Аромат был и в сам деле весьма приятным. Но стоило мне поднести руку к чашки и коснуться белоснежной мраморной ручки, как меня кольнуло едва заметное чувство опасности.

О-о-о… как мило… они решили настолько топорно меня травануть? В чай подсыпали гостинец от леди Найткэт? Ох, девушки… Это прямо таки настоящее неуважение. Можно было бы придумать что-то более хитрое и неожиданное?

— М-м-м… запах великолепный, — Лена поднесла кружку ко рту и отхлебнула, — Спасибо, Акира. Это истинное удовольствие.

Её примеру последовали Акихито, Пальма, Эйка и Акира.

Я поднес кружку к губам, делая вид, что тоже собираюсь выпить. Но перед этим бросил быстрый взгляд поверх края чашки. Посмотрел на Юлю Батикову, которая держала в руках кружку и внимательно смотрела на меня.

И по глазам Юли я прочитал одну фразу: «Не пей».

Я сосредоточился на своих ощущениях, но те ничего мне не подсказали. Я нахмурился. Очень странно. Духовная интуиция молчит. Она не работает? Или в кружке на самом деле ничего нет?

Я забыл про духовную интуицию и начал использовать свои новообретенные способности Бога-Императора. Я заметил послание на картине, нанесенное на молекулярном уровне. Значит, и здесь тоже должен справиться.

И действительно, вскоре я увидел маленькую микроскопическую линию, которая медленно двигалась от моей кисти по руке. Линия состояла из маленьких микрообъектов, размером с человеческую клетку или даже меньше. У них были небольшие тонкие конечности, придающие им сходство с насекомыми. И да, они, кажется, состояли из металлических соединений.

Ах, вот оно в чём дело… нанороботы. Хитро, Пальмистрия, хитро. Не знал, что она так хорошо прокачалась. В каждом нанороботе, полагаю, есть контейнер с тем самым веществом, которое девушкам дала леди Найткэт?

Что плохо… духовная интуиция не предупредила о нанороботах. Я заметил их только благодаря своей истинной силе. Ладно… ничего страшного. Интуиция со временем восстановится, и высшие силы станут ко мне немного снисходительнее.

И в этот момент произошло нападение. Краем глаза я заметил сверкающий бласт духовной силы, с шипением несущийся в мою голову. Я чуть отклонил голову в сторону, позволив ему пролететь мимо. Снаряд врезался в стену и с грохотом взорвался, оставив на ом месте черное выжженное пятно.

Азиаты, ранее практиковавшие свои дыхательные техники, все как один повскакивали на ноги и набросились на меня. Весь ресторан аж засветился от ярких вспышек духовной силы. Эйка с ревом раненой львицы, на чьих детенышей покушаются, опрокинула стол и вскочила на ноги. Треск дерева, звон бьющейся посуды и злые крики заполнили ресторан.

Эй, нет, Эйка… я не могу позволить причинить тебе вред. Ты мне нужна. Так что не лезь вперед и позволь защитить себя.

Моя истинная сила всегда при мне. Я повел бровью, посылая вперед легкий энергетический всплеск. Первые ряды наступающих повалились на пол. Их тела бились в судорогах, глаза зактывались, изо рта била пена.

Азиаты атаковали только меня, игнорируя Тройственный союз. Несколько человек налетели на меня с боков, я лениво отмахивался, раздавая зуботычины. Они были слишком слабы, чтобы хоть что-то мне сделать.

Надо понять, что происходит. Это вмешалась третья сторона?

Ответ не заставил себя ждать. Резко распахнулась дверь и в ресторан повалили большая толпа разряженных четверокурсников. И возглавлял их никто иной, как максимально модный Дейчи Накамура, старший брат нашего Акихито.

— Вадим Сабуров! — громко произнес он, приняв пафосную стойку и закрыв лицо ладонью, глядя на меня через просветы между пальцами, — Мы, кажется, в прошлом с тобой не закончили! Пришло время решить всё раз и навсегда!

Его дружки поддержали лидера громкими воплями.

Я приподнял бровь. Он что, решил, что после Чёрного Вальса самое время расправиться со мной? Какое-то… очень нехарактерное действие для Дейчи. Он никогда не лезет напролом. С него станется устроить подлянку исподтишка. А тут какое-то грубые прямолинейные выходки.

Как бы то ни было… теперь я легко расправлюсь со всеми ними.

Азиаты продолжали переть на меня со всех сторон. Рядом с кем-то дралась Эйка. Ей неожиданно на помощь пришла Юля, прикрывая красноволоску со спины. Нет, не надо драк, девушки. Сейчас я положу их всех.

И тут произошло нечто очень странное.

Я поднял руку и… мое тело неожиданно застыло. Руки, ноги, духовная сила. Всё замерло. Я не мог пошевелить даже пальцем. Просто неподвижно стоял на месте.

Моя духовная сила деактивировалась. Защита полностью спала сама собой. Без участия моей воли.

— Я знал, что ты меня к себе не подпустишь, — негромко произнес Акихито. Он продолжал сидеть неподвижно на своём стуле, закинув ногу на ногу, и пить ароматный чай из кружки, — Поэтому Использовал небольшой трюк, чтобы отвлечь тебя.

Что? Что это за странное ощущение? Почему я не могу пошевелится?

Я не получил урона от ударов. Вообще никакого. Азиаты с громкими короткими воплями продолжали дубасить меня почем зря руками и ногами. Но я просто стоял на месте, как соляной столб. Я не чувствовал их ударов. Как будто по непонятной причине стал полностью неуязвимым и непробиваемым. Как будто мое тело состояло из непробиваемого вещества. И это при отключенном покрове-то!

— Как тебе мой маленький фокус? — скучающим голосом произнес японец, небрежным жестом поправив сбившуюся прядь волос. Он вытащил из карманы сложенный в несколько раз лист пергамента, развернул и показал мне. Я с содроганием узнал страницу из императорского Договора.

Выходит, я уничтожил всё-таки не все страницы?

Да нет… не может быть!

— Не один ты мастерски владеешь Духовной интуицией, — сухо произнес Акихито, — И не один ты получаешь видения. Я знал, что в этот день у тебя не будет работать Духовная Интуиция из-за чрезмерного использования… и понял, что это лучший день для ответного удара.

Что? Так нанороботы были просто отвлекающим маневром? Как ему удалось? Как он заполучил страницу?

Глава 10. Секрет Акихито

Я сосредоточился, пытаясь снова овладеть собой. Не может быть такого, чтобы я, Бог-Император, не смог сбросить с себя какое-то там глупое заклинание, созданное смертными!

Свечение духовной силы вокруг меня стало заметно ярче. Я начал мерцать, как яркая неоновая лампа посреди дискотеки. Мои зубы аж затрещали, настолько сильно я их сжал. Мне снова кто-то заехал в лицо со всего размаху, но тут же отскочил назад с воем, баюкая сломанную сразу в нескольких местах руку! Теперь она куда больше напоминала зигзаг.

Акихито смотрел на меня и ухмылялся, словно был полностью уверен в своих силах. Что он там такого увидел в будущем при помощи Духовной Интуиции?

В ресторане продолжалась драка. Эйка билась с бритоголовыми буддистами или кем они там были, отвешивая им смачные тумаки то с руки, то с ноги. От её пинков нападающие как пули разлетались в стороны, опрокидывая столы с едой и перекрытия.

Красноволоска еще не подозревала, в какой опасной ситуации я нахожусь. Жажда боя полностью поглотила её. Ярко-красная духовная сила, похожая на пламя, ярко горела вокруг девушки.

Императорский Договор… Что это за заклинание такое? Даже я, Бог-Император, не могу противостоять ему? Однако… Должен выразить восхищение неизвестному умельцу, сумевшему состряпать такое заклинание поразительной мощи и сложности. Возможно, он даже близок по уровню к таким титанам как Великий Мудрец и Мерлин.

В любом случае это меня не остановит. Я сломаю этот договор!

— Хватит, Вадим, — раздраженно произнес Акихито и неторопливо прихлебнул винцо из бокала, — Ты лишь оттягиваешь неизбежное. Прекращай сопротивляться и подчинись! Вдвоем, под моим скромным руководством, мы добьемся куда большего, чем поодиночке!

Давление на меня усилилось. Могучая сила стремилась смять мою волю, используя мою же силу против меня. В этом-то и была главная загвоздка. Чем сильнее была цель заклинание, тем сильнее Императорский Договор бил по ней. Очень продуманно.

Мои размышления были прерваны голосом, раздавшимся прямо позади меня.

— Сабуров, обернись уже!

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть говорившего. Это был гламурный парнишка парнишка из тусы Дейчи в блестящих неоновых шмотках, с обритой половиной головы и и аж четырьмя золотыми кольцами в одной брови.

Модный чел.

Он держал в руке биту, заряженную духовной силой. На меня он смотрел крайне самоуверенно, его нижняя челюсть была выдвинута вперед.

— Подохни! — рявкнул он и ярости бросился вперед. Я даже не попытался уйти с его пути. При всём желании не смог бы.

Но широкоплечий парень, похоже, воспринял мое безразличие как вызов. Подскочив, он замахнулся на меня битой. Я не боялся — под неуязвимостью Императорского договора парень скорее сломает свою биту. А может быть и себе что-нибудь.

Я не волновался — зато Эйка, увидев, что меня атакуют, а я стою неподвижно на месте, рванулась в нашу сторону, наперерез четверокурснику. В мгновение ока она перехватила его, поймала руки парня, державшие биту, а затем изо всех сил ударила его коленом в живот.

Черт… защищая меня, Эйка рискует пострадать сама! А я даже открыть рот не могу, чтобы предупредить её о сложной ситуации!

Её кулак вонзился в твердый пресс парня, и он отшатнулся. Затем один из «буддистов» оказался прямо позади здоровенного четверокурсника и ударил его по затылку почти полной бутылкой вина. С оглушительным звоном осколки посыпались на пол…

Кроваво-красная жидкость расплескалась повсюду. Основной урон на себя приняла бритая часть головы парня. Тот скосил глаза к переносице — удар оказался довольно-таки мощным. Видимо, «буддист» успел влить в бутылку немного своей духовной силы.

Но несколько посетителей, до этого сидевших спокойно и наблюдавших за замесом, поднялись, с демонстративно громким скрипом отодвинув стулья. Кажется, они обиделись на то, что вино испачкало их одежду и еду.

Как оказалось, это были пятикурсники. Они и без того недолюбливали и меня, и четвертый курс, а тут такой повод подвернулся…

Я почувствовал, как кто-то схватил меня сзади за плечи.

Что ж… Ситуация всё лучше и лучше. А Императорский Договор продолжает сверлом вкручиваться мне в висок, пытаясь сломать мою волю… И как только Акихито его на меня накинул, ума не прихожу?

Парень с кольцами на бровях согнулся пополам. Эйка пригнулась, когда девушка-пятикурсница с высокомерным лицом за соседним столиком замахнулась на неё. В руках девицы стремительно формировался сгусток духовной силы. Но я не мог остановиться, чтобы помочь девушке.

Меня окружили толпой со всех сторон. Я оказался лицом к лицу с ухмыляющимся парнем с длинными грязно-рыжими волосами, свисавшими ему на глаза. А ещё у него были почему-то накрашены губы яркой красной помадой. Я запрокинул голову и изо всех сил ударил его по лицу лбом. На такое короткое действие меня кое-как хватило.

Когда мой лоб врезался в его нос, я услышал тошнотворный хруст. Хрящи в носу парня сломались, хлынула кровь, рыжеволосый завопил и попятился.

Я ещё раз окинул взглядом помещение ресторана и понял, что по всему залу расходится волна насилия. Летали стулья и сгустки духовной силы, морды с треском опускались в дорогие салаты с креветками. Посуда звенела, столешницы и перекрытия трещали.

Одно недоразумение повлекло за собой другое, и вскоре культурное место, где расслаблялись сливки высшего общества, превратиться в одну большую драку.

М-м-м… не так я видел наши переговоры.

Ситуация с каждой секундой становилась всё хуже. В помещение один за другим вбегали на шум драки всё новые и новые участники. Ничего не поняв, они с ходу вливались в общий замес.

Я перевёл взгляд, чтобы посмотреть, как там дела у Эйки. Ну у красноволоски всё было хорошо. Она двинула локтем в горло очередному подбежавшему качку, а затем наступила на спину сгорбившегося четверокурсника, не дав ему встать, и громко завопила на весь ресторан. Разве что кулаками себя по груди не начала стучать.

Единственные, кто не принимали особого участия в драке — были девочки из Тройственного союза. Пальма, Акира, Лена жались к Акихито и вели себя на удивление миролюбиво. Только отмахивались от самых агрессивных товарищей, если те вдруг лезли к ним.

Юля какое-то время сражалась недалеко от Эйки, но вскоре не выдержала и присоединилась к сестре. Всё-таки не следовало недооценивать родственные узы.

— Что происходит? — спросила Акира, переводя удивленный взгляд с Акихито на меня, — Что с Вадимом? Это из-за зелья Леди?

— Я вам с самого начала сказал, что ваш дурацкий план от леди Найткэт не выгорит, — фыркнул юный Накамура, — Но вот использовать его в качестве прикрытия, чтобы отвлечь остатки духовной интуиции Сабурова… это вполне рабочий вариант!

— Ты что… смог раздобыть Императорский Договор? — тихо произнесла Пальмистрия, внимательно глядя на Акихито.

— Да, — усмешкой произнес парнишка, потягивая вино из бокала.

— А почему нам не сказал? — с возмущением посмотрела на него Акира.

Акихито. Тот лишь усмехнулся и пожал плечами.

Акихито… он в конечном итоге переиграл всех. Полагаю, Дейчи тоже под его контролем? Уж слишком уж в лоб и топорно действует четверокурсник, обычно хитрый и предусмотрительный.

— Ты уже на ком-то тестировал договор? — спросила Пальмистрия.

— Дейчи стал первым, кого я подчинил, тренируя Императорский Договор, — негромко произнес Акихито, подтвердив мою мысль. После чего указал на кипящую вокруг драку, — Сейчас я заставил их всех драться между собой… четвертый курс, пятый и другие… чем сильнее разобщены наши враги, чем сильнее враждуют, тем проще нам идти к своим целям.

Вот зачем Акихито устроил это побоище… Он хотел убрать руками Дейчи всех конкурентов со своего пути, внести в их ряды раскол. Он, конечно, мог просто через Дейчи просто управлять его вассалами… но, видимо, Акихито избрал иную стратегию.

— То есть ты можешь подчинить себе любого? — с подозрением спросила Лена.

— Да… но есть нюансы… — сказал Акихито, — Больше двух людей мне под контролем не удержать. Чем больше целей, тем больше сил нужно, чтобы их контролировать. Так что не беспокойтесь, девушки. С моей стороны вам ничего не угрожает.

— Успокоил, — фыркнула Акира.

— И вам надо меня защищать, — добавил Акихито, — Пока Сабуров не подчинен полностью, я очень ограничен в своих действиях.

— Не волнуйся, кузен, — хмыкнула Акира и стукнула кулаком по ладони, — Сестренка не даст тебя в обиду!

— Акихито, — негромко произнес я. Подняв руку, я оказал на него пальцем, — Слушай внимательно.

Акихито чуть своим вином не подавился, в шоке глядя на меня. Он явно не ожидал от меня подобного сопротивления.

— Отменяй своё заклинание, — холодно произнес я, глядя ему прямо в глаза, — Если ты это сделаешь… я обещаю, что пощажу тебя. В противном случае не завидую тебе… и всем, кто пойдет против Бога-Императора.

— Ах так… — прищурился Акихито. Мои слова про Бога-Императора он явно всерьез не воспринял, — А ну-ка, девушки… укажите этому отбросу на его место. Слишком много возомнил о себе, Сабуров? Так мы тебе напомним, кто ты есть!

— Мы собьем ему концентрацию, и он больше не сможет противостоять заклинанию, — произнесла Пальмистрия, с хрустом разминая плечи.

Глава 11. Рассекающее лезвие неона

Акира и Пальмистрия начали приближаться ко мне. За ними, немного помедлив, последовали Юля и Лена.

Юля… даже ты?

Тем временем еще один пятиклассник схватил меня за руку. Я попытался отстраниться от него, но тот держал крепко. Пока я вырывался из его хватки, его друган ударил меня по лицу… и тут же взвыл от боли.

— Что с этим парнем?! — прокричал он, баюкая ушибленную руку. Средний и указательный пальцы вывернулись под неестественными углами, — Он как стена…

У меня перед глазами поплыл туман… черт, я не могу одновременно бороться с Императорским Договором и отмахиваться от толпы!

Я зарычал от злости. Очередная волна света прошла изнутри сквозь мою кожу, на мгновение осветив весь ресторан. Нет уж, неизвестный создатель Императорского договора, я не проиграю тебе!

— Эй, он наш! — возмущенно заорали Пальмистрия и Акира, но их не слушали.

Еще двое крепких парней бросились вперед и схватили меня. Они потащили меня в подсобную комнату. Эйка, Тройственный союз скрылись за толпой дерущихся…

За мной с громким щелчком захлопнулась дверь. Я слышал приглушенные звуки драки с той стороны — грохот падающих тел, звон посуды, треск мебели, злобные и испуганные крики, вопли ярости.

— Итак, Сабуров… Уникум, мать твою… — раздался голос у меня над ухом, — Не знаю, чего это тебя так внезапно замкнуло… Но ты ответишь за то, что испортил наш вечер!

— Пошел в жопу, — лаконично ответил я, — Не до тебя сейчас.

Дверь с грохотом слетела с петель. Пальмистрия, выбив её ударом ноги, с грохотом ворвалась в комнату. Двое из них грубо тем временем повалили меня и связывали мои руки вместе. Третий повернулся к Тройственному Союзу:

— И кто же это у нас тут буянит? — восклицает он, — Посмотри на этих второкурсников! Вам что, совсем жить надоело?

Один из двух других насмешливо рассмеялся и сказал:

— Похоже, кто-то решил закончить обучение раньше срока.

Один из них заехал мне в живот с размаху. Такой мощный удар вполне мог выбить из меня дух. Но боли, благодаря Императорскому Договору, я не ощутил, но с моего пояса сорвался костяной кинжал и загрохотал по полу. Как бы не потерять…

Издалека послышался разъяренный вопль разозлившегося тиранозаврика. Спустя пару секунд Эйка красной молнией пролетела мимо Пальмистрии и с разгону влетела в пятикурсников. Пламя вокруг нее пылало невероятно ярко, а джинсы и футболка дали трещины от вздувшихся мышц. Кажется, я даже заметил блеск чешуи.

Сейчас, конечно, не полнолуние, вряд ли Эйка сможет полноценно превратиться. Но кто знает…

Она с разбегу пнула одного из парней! Он с громким стуком врезался спиной в стену. Ещё двое развернулись к красноволоске, но их просто смел красный вихрь в виде моей безумной фурии. Пальмистрия в шоке смотрела на Эйку с таким выражение лица, словно хотела сказать: «Почему она еще не психбольнице?»

Впечатляет. Эйка способна уже разбираться с пятикурсниками. Её развитие летит вверх по экспоненте.

Эйка, тяжело дыша, бросилась ко мне и начала развязывать веревки на моих руках. На меня она смотрела чрезвычайно сердито.

— Почему ты позволил им себя пленить?! — закричала она на меня.

Я пожал плечами.

— Для разнообразия, — говорю я.

— Для разнообразия?! Ты же можешь так погибнуть!

— Может быть, — беспечно ответил я.

Если я скажу ей, что мой разум сейчас разрывает на части Императорский Договор, скорей всего красноволоска и вовсе с ума сойдет.

— Не переживай за меня, — сказал я ей, — Лучше… блин… Лучше найди Акихито и выбей из него всё дерьмо.

— Зачем? Почему именно Акихито?

Трое пятикурсников, которые взяли меня в заложники, неторопливо поднялись обратно на ноги. Они оказались ожидаемо покрепче тех ребят, с которыми мы имели дела раньше. Один из них взмахнул рукой, энергетической волной оттолкнув Эйку в сторону. Оставшиеся двое снова двинулись ко мне.

Но им дорогу перегородила Пальмистрия. Она смотрела на них так свирепо, словно собиралась распилить на части.

Тем временем в проходе появились Акира и Юля с Леной. За их спиной маячил Акихито, который двигался очень вяло и медленно. Кажется, девушки специально не торопились, чтобы иметь возможность защитить своего лидера в случае чего.

— Так, так, смотрите, кто у нас тут, — усмехнулся один из пятикурсников, бросив взгляд в сторону дверного проема. Он совершенно не выглядел ослабевшим. Как будто атака Эйки не оказала на него вообще никакого влияния. Совершенно иной уровень, — Мелкотня вконец оборзела.

— Эй, Акихито, — произнес его дружок, поставив на меня ногу, — Что, решили втянуть нас в свои разборки между Детьми и Союзом? Этот парень внизу, кажется, не слишком доволен этой вечеринкой, а? Может быть, нам следует позаботиться о нем, пока вы с психованной Акане всё тут не разнесли?

Пальмистрия и Эйка одновременно бросили на него жгучие взгляды.

— Заткнись и не путайся у меня под ногами, — произнесла Пальмистрия.

— Вали отсюда, пока я по-настоящему не озверела! — рыкнула Эйка.

Золотое сияние ударило из глаз девушки-киборга. Все ее кибернетизированное тело зажужжало, завибрировало, между щелей и сочленений ударило яркое неоновое сияние. Длинное сверкающее лезвие, с негромким щелчком выскочило из её руки. Она с угрожающим видом приняла боевую стойку.

Мой кинжал с надписью «В память о Ферре», лежавший на полу, снова начал вибрировать.

Эйка тоже встала в боевую позу рядом с Пальмой.

— Как в старые добрые, бывшая подруга? — спросила она, не глядя на кибердевушку.

— Да, бывшая подруга, — ответила та, сканируя противников внимательным взглядом.

— Врежьте им, девчата! — прокричала со стороны входа Акира, — А мы проследим, чтобы никто не вошел.

Пятикурсники ответили насмешливым смехом.

— О, вот как? — произнес один из них, — Что ж, позволь мне убедиться, что у вас не будет ни шанса, выскочки!

Он подхватил с пола мой костяной кинжал и швырнул его в Эйку. Но та легко увернулась. Лезвие за звоном ударилось в стену и зазвенело по полу.

Внутренние двигатели Пальмистрия взвыли от резкого форсирования, кибердевшука швырнула своё тело на одного из парней, взмахнув своим серебряным клинком. Но тот быстро сместился в сторону. Лезвие безвредно рассекло пустой воздух.

Пальмистрия сердито завибрировала, сверкая неоном, и снова бросилась на противника, яростно нанося удары, со свистом вспарывая воздух. Но тот продолжал с усмешкой уклоняться.

Пальмистрия остановилась, переводя дыхание. Кажется, она поняла, что таким темпом ничего не добьется.

На парня она посмотрела с презрением.

— Значит, ты все-таки не так беспомощен.

Тот криво улыбнулся ей.

— Ты тоже на удивление сильна… для второго курса. Не хочешь сдаться, пока я ещё играюсь с тобой?

Тем временем Эйка рядом продолжала сражаться со вторым пятикурсником. Их силы оказались примерно равны, и никто не мог взять верх.

Пальмистрия указала на своего противника одним пальцем, запрокинув голову с презрительной миной на лице.

— Сдаться? Слушай внимательно, самоуверенный мальчик. Я собираюсь унизить тебя прямо сейчас.

С быстротой молнии она прыгнула к нему, подняв свое лезвие высоко над головой.

Но парень был готов к такому развитию событий. Ловким движением он отодвинулся назад и выставил вперед свою руку, покрытую сверкающим золотым покровом.

В мгновение ока неоновый клинок встретился с золотым сиянием.

Звук лязга и электрический треск эхом разнеслись по комнате. Пальмистрия изо всех сил напрягала свои сервомоторы, а её противник — мускулы. И оба взвинтили свою силу воли на максимум.

С оглушительной вспышкой в стороны брызнули искры… вместе с кровью. Парень дико заорал, на пол рухнула его рука с подергивающимися пальцами. На гладком срезе виднелись красные мышцы и белый овал кости.

Драка в помещении практически остановились. Все присутствующие, в том числе и сам пострадавший в шоке смотрели на отрубленную руку, вокруг которой растекалась красная лужа. Только Эйка продолжала рычать как ни в чем не бывало — одной рукой она держала своего противника за горло, а второй ритмично била по роже. Даже апокалипсис не мог встать между красноволоской и мордобоем.

— Подбери сопли и бегом в медпункт, — равнодушным голосом произнесла Пальма. Она резко взмахнула рукой, стряхивая кровь с лезвия, — Твое биологическое дерьмо еще можно пришить назад.

Пятикурсники молча подхватили под руки своего тихо скулящего товарища, подобрали его руку и тихо вышли из комнаты. Тройственный Союз молча расступился, пропуская их.

— Мы — Одаренные среди Одаренных, запомните это, пятый курс, — сказала им вдогонку Пальмистрия, — А теперь ты, — равнодушно сверкая желтым светом в глазах, девушка-киборг повернулась ко мне.

— А ну не трогай его, змея! — крикнула Эйка и тут же переключилась на Пальмистрию.

Пальмистрия увернулась от удара Эйки и взмахнула своим длинным лезвием в ответ. Эйка блокировала атаку своим покровом и врезала кулаком в ответ — да прямо в бронированную грудь Пальмистрии!

Пальмистрия отшатывается назад, схватившись за глубокую вмятину в груди. Даже духовный покров не защитил её от урона. Внутри ее тела что-то жалобно заскрипел и залязгало.

Ещё несколько минут они обменивались ударами, но вскоре стало ясно, кто из двух девушек сильнее. Пальмистрия отступила назад к двери, тяжело дыша. Её корпус покрывают вмятины, на Эйке же не было ни царапины.

— Ты молодец, Эйка, — сказала кибердевушка, — Отдаю тебе должное. Ты стала намного сильнее с момента наших последних тренировок.

— Я всегда была сильнее тебя, — фыркнула Эйка.

— Ну и что вы стоите и смотрите, дуры? — Пальмистрия обернулась к Тройственному Союзу, — Помогите мне!

Глава 12. Муравьиный танец

— Вадик, что с тобой? — прошипела мне Эйка, — Ты же Бог-Император!

— Акихито каким-то образом набросил на меня Императорский договор, — неохотно произнес я, — Я пытаюсь сбросить его. Я неуязвим, но практически ничего не могу делать.

— Даже пальцем пошевелить?

— Пальцем пошевелить могу. Но это требует огромных усилий от меня.

— Хм… дела… — Эйка почесала затылок.

— О чём вы там шепчитесь? — спросил покачивающийся Акихито. Ему Императорский договор тоже давался нелегко.

— Шептаться бесполезно! — ехидно произнесла Акира. Она вошла в комнату, поравнявшись с Пальмистрией, — Сдавайся, Вадик! Не волнуйся, я прослежу, чтобы тебя никто не обижал! Обещаю, что буду пылинки с тебя сдувать!

Она бросила на меня весьма красноречивый похотливый взгляд.

— Какие вы храбрые, — саркастически ответила им Эйка, — Толпой одного побить собрались?

Снаружи продолжали доноситься звуки драки и погрома. Движуха, кажется, выходила на новый уровень, даже не думая затихать. Побитые школьники доставали телефоны, звонили своим друзьям, те прибегали на помощь и, не разобравшись в обстановке, с ходу вливались в общий замес.

Охранка, как обычно действовала по принципу: «Ещё рано вызывать подкрепление, у нас такие продвинутые учебные методы…».

Пальмистрия и Акира двинулись к нам с очень угрожающим видом. За ними следовали сестры Батиковы. Акихито привалился к дверному косяку и медленно сползал вниз. Всё, на что ему хватало сил — это внимательно наблюдать.

Эйка крепко сжала кулаки и, закрыв меня своим телом, встала в боевую стойку.

Мальчики отдыхают, девочки дерутся — как-то так можно было обозвать данную ситуацию. Будем надеяться, что кто-нибудь из наших, элитнообщажных, услышит шум драки и забежит на огонек.

Эйка, конечно, очень сильна, и уделает любую девушку из Тройственного союза. Но она одна. Какое-то время, конечно, продержится, но без подмоги не обойтись.

— Получай, красная! — закричала Акира, бросаясь вперед. За ней последовала Пальмистрия.

Эйка зарычала, готовая дать отпор.

Удар! И Пальмистрия, впечатавшись в Акиру, уволокла японку за собой прямо в стену!

Но удар нанесла совсем не Эйка… Мы вместе с ней с удивлением смотрели на Юлю, которая неожиданно сделала свой ход. Мирмеция стояла в красивой боевой позе, держа свою изящную ножку высоко поднятой в воздух. Именно ей она с разворота и влупила Пальмистрии.

Растяжка у Юли достойная, достойная.

— Сестра, ты что? — в шоке произнесла Лена, глядя на Юлю. Она, кажется, до сих пор не верила, что именно ее сестра ударом ноги с разворота отправила в дальний полет к стене и Пальмистрию, и Акиру.

— Прости, сестра, — Юля с печальной улыбкой покачала головой. Она встала рядом с Эйкой. Снизу для меня, лежавшего на полу, открылся неплохой вид на их подкаченные тылы, — Но я, кажется, сделала свой выбор.

— Но… — растерянно произнесла Лена, но так и не смогла закончить.

— Что ж, мы всё равно в большинстве, — сухо резюмировала Пальмистрия, поднимаясь на ноги.

— Ай, больно же, Юлька, чтоб тебя! — прошипела Акира, потирая бок. Ее груди опасно завибрировали, — Ты мне за это ответишь!

— Лена, твоя сестра на тебе, — сухо произнесла Пальмистрия, бросив взгляд в сторону второй близняшки, — Ты же ведь все еще за нас?

— Д…да! — Лена горячо кивнула, — Я ни за что не предам наш союз!

Ситуация начала насыщаться новыми красками.

— Рада видеть тебя с нами, — Эйка кивнула Юле.

— Это было непростое решение, — кивнула мирмеция и улыбнулась, — Но я рада, что наконец решилась.

— Я рад, что ты с нами, Юля, — улыбнулся я мирмеции, превозмогая боль.

О том, что Эйка обещала всех новых жен выкидывать из окон, я решил тактично умолчать. Некоторые подробности семейной жизни до первой брачной ночи лучше не разглашать.

— Вадик, — негромко произнесла Эйка, глядя на приближающихся Акиру, Пальмистрию и Лену, — Ты точно неуязвим?

— Да, — подтвердил я, — Неуязвим, но ничего не могу сделать.

Пальмистрия подняла руки на уровень груди, обратив ладони друг к другу. Между блестящими металлическими пальцами засверкали желтые искры и молнии. Ещё чуть-чуть — и жахнет энергетическим залпом!

— Ну тогда это отлично! — Эйка внезапно хищно оскалилась и крепко схватила меня за ногу.

— Что ты… — начал было говорить я, но не успел закончить.

Дальнейшие события разворачивались стремительно. Пальмистрия швырнула в нас энергетический залп. Сгусток энергии, размером примерно с куриное яйцо, искрясь и вибрируя, с воем полетел к нам через всю комнату. Эйка взмахнула мной, словно бейсбольной битой и, когда сгусток подлетел поближе, лупанула мной по нему со всей дури!

Сгусток отразился от меня и полетел назад, прямо в Тройственный союз. Ребята, изменившись в лице, едва успели пригнуться. Сгусток вылетел через дверь наружу и где-то там среди дерущихся взорвался, добавив еще больше шума и дыма в потасовку.

Надеюсь, никто сильно не пострадал.

Красноволоска воспользовалась растерянностью врагов и перешла в атаку. Она с диким хохотом принялась лупить мной Тройственный союз. А мне было норм, я не получал вообще никакого урона. Мои суставы сгибались в локтях до предела, но не больше отмеренного природой. Из-за этого меня очень сильно болтало из стороны в сторону, я хаотично размахивал руками, периодически задевая то пол, то стены, то оппонентов…

В какой-то момент я и вовсе лицом заехал в увеличившуюся грудь Акиры, очень глубоко погрузившись куда-то в её недра. Не удивлюсь, если там останется отпечаток в форме моего лица…

Тройсвенный союз с испуганными воплями бросился наутек. Эйка неслась за ними, гогоча, как обезумевший индеец, и размахивая моей неподвижной тушкой у себя над головой.

— Как-то это не очень почтительно, — проворчал я, едва скрывая улыбку, — Но эффективно. Бог-император одобряет!

— Рада, что смогла угодить вам, Повелитель! — хохотнула Эйка.

Вот у кого, у кого, а у Эйки отношение ко мне ни капли не поменялось после моего откровения. Но может быть именно это мне в ней и нравится? Она ко всем относится одинаково, невзирая на положение и статус. Всем одинаково хочет дать в бубен…

— Пожалуйста, только с Леной поаккуратнее! — просила Юля, которая бежала рядом с нами.

— Это зависит от ее поведения, — проворчала Эйка. На Юлю она поглядывала с подозрением. Видимо, не забыла, как они дрались с мирмециями в столовке пару недель назад.

— Я поговорю с ней! — пообещала Батикова.

— Ни с кем ты не поговоришь! — крикнул ей Акихито с оскорбленным видом, — Предательница!

Японец, которого на руках держала Акира, резко вытянул в сторону Юли руку. Мирмеция застыла, словно больше не могла сдвинуться с места.

— Держу, — прохрипел Акихито. Его глаза сильно покраснели, как будто он не спал несколько дней.

— Что ты сделал с моей сестрой? — покосилась на него Лена, — Если с головы Юли хоть волос упадет…

— Я взял её под контроль с помощью Императорского договора, — обливаясь потом, произнес Акихито, — Теперь она моя… Ничего ей плохого не будет, не переживай.

— Что? Но ты же говорил, что больше двух человек не можешь контролировать! — Лена с удивлением посмотрела на него.

— Я сбросил контроль с Дейчи, — мрачно произнес Акихито, — И перекинул его на Юлю. Другого варианта уже не осталось…

Издалека послышались крики Дейчи. Он требовал от всех срочно прекратить драку. Но сделать это было не так просто, особенно когда у всех присутствующих кровь десять раз вскипела в жилах.

Эйка налетела на него, готовая огреть мною по голове, но между нами встала Пальмистрия. Щитки на её руках раздвинулись и с щелчками изменили форму, превратившись в некое подобие высокотехнологичного башенного щита. Я треснулся об него со всей дури, но пробить ожидаемо не смог. Пальма серьезно укрепила щит своей духовкой.

— Но тогда Дейчи сейчас пошлет своих разобраться с нами! — испуганно произнесла Лена, — Он должен всё осознать!

— Да… — Акихито проскрипел зубами, — А чтобы этого не произошло, вам с Юлей прямо сейчас надо активировать ваш совместный Дар! И победить!

Лена ахнула, прижав ладони ко рту.

— Акихито, ты уверен? — в шоке прошептала Акира, — Говорят, совместный Дар Батиковых — просто какая-то лютая жуть! Их только потому не перевели в S класс, что им крайне трудно его активировать!

— Я слышала, что их Дар воистину чудовищен, — негромко произнесла Пальмистрия, — Но что именно он из себя представляет, никто кроме преподавателей не знает. Говорят, он может стереть все Притяжение с лица земли… а может быть и не только его.

— Не медли! — приказал Акихито растерянной Лене, — Начинайте танцевать ваш танец маленьких утят… пчёлок… муравьев, блин!

Так, я не знаю, что эти мирмеции задумали, но мы не должны дать им это закончить!

— Лучше возьми эту психованную под контроль! — потребовала Акира, ткнув пальцем в Эйку.

— Не уверен, что с ней это получится быстро… она слишком неистовая, — прохрипел Акихито, — А нам нужен гарантированный результат…

Лена и Юля, находящаяся под контролем японца, встали лицом друг к другу. Они начали выполнять замысловатые движения руками и ногами, действительно напоминающие некий причудливый танец. При этом они периодически в ритм делали одновременно шаг друг к другу… Их антенны над головами тоже двигались, принимая участие в танце.

— Эйка, не дай им сблизиться! — крикнул я.

Эйка рванулась было в сторону танцующих мирмеций, но дорогу ей преградили Акира и Пальмистрия.

— Не так быстро, дорогуша, — ухмыльнулась Акира. Её блузка трещала от напора грудей, приближающихся к шестому, а то и седьмому размеру. Это доставляло Акире определенные неудобства, но в тоже время и делало её сильнее!

— Лучше сдавайся и отдай нам Вадима подобру-поздорову, — мрачно произнесла Пальма, блестя холодными глазами, — И тогда никто не пострадает.

Я бросил взгляд в сторону мирмеций — те уже почти сблизились и уже тянули друг к другу руки, готовые взяться за ладони. Им остался сделать последний шаг, и танцевальный ритуал будет завершен!

И тогда Эйка сделала то, чего от неё никто не ожидал. Она… изо всех сил швырнула меня прямо в Батиковых!

Я словно огромный снаряд пролетел мимо растерявшихся Акиры и Пальмы, которые, будучи застигнутыми врасплох, не успели отреагировать. В тот момент, когда Юля и Лена взялись на руки, я оказался аккурат между девушек, зажатый между двух пар больших грудей…

Яркая вспышка озарила весь разгромленный ресторан…

Глава 13. Возмездие во имя Луны

Где я??? И что со мной?

Вокруг темень. Не видно ничего, хоть глаз выколи.

Императорский Договор все ещё плющит меня. Чтобы противостоять ему, я отключил почти все имеющиеся у меня опции восприятия.

При этом я вроде бы нахожусь в вертикальном положении, прижатый к чему то мягкому. Типа большой мягкой подушки. У этой большой и упругой подушки есть удачные впадины и выпуклости, в которых удобно расположились части моего тела. В частности голова моя четко уместилась между двумя выпуклостями четкой сферической формы.

Хм…

Мягенько… подозрительно мягенько…

Я что, прилип к чьим-то огромным сиськам? Они реально огромные, десятый размер, а то и больше. Я уверен, что это сиськи, уж женскую грудь я всегда сумею распознать.

Это точно не Лены и не Юли. У них поменьше.

Кто это, блин? Куда подевались сами мирмеции? И эта девушка как будто не дышит… она вообще живая?

А еще здесь было душно, как в замкнутом пространстве и пахло чем-то приторно сладким… подозрительно похоже на мёд мирмеций в высокой концентрации.

Тьма… теплая и мягкая… обволакивает меня со всех сторон. Как же голова болит из-за постоянной борьбы с Императорским договором. В сознании странный туман и расплывчатые болезненные образы.

До меня издалека долетают чьи-то крики, звон посуды, грохот и забористые матюки на самых разных языках. Рядом что-то происходит. Война? Драка? Я к этому имею хоть какое-то отношение? А-а-а… да, точно, на меня ж тут очередной покушение Тройственный союз устроил. Акихито душит Императорским договором.

— Куда они все делись? — послышался чей-то взволнованный голос. Женский. Почему-то он кажется смутно знакомым, — Что это за штука? Откуда она взялась? Разве Дар Батиковых так работает?

А-а-а… это, кажется, Акира. Её голос я узнаю из тысячи.

— Дар Батиковых повышает духовную силу Юли и Лены, но вводит их в состояние ярости, — раздался голос Акихито, — В котором они себя плохо контролируют. А тут… они все втроем исчезли, а вместо них появился этот огромный странный кокон. Это всё ты, виновата, дура красная! Ты прервала танец и все испортила!

Кокон? Я внутри кокона? А вместе с кем? Я попытался ощупать загадочное существо, вместе с которым так близко оказался в очень узком пространстве. Да, это точно женщина… юбочка, трусики, декольте, пышная шевелюра… всё на месте.

Интересно… рядом с ней воздействие Императорского договора как будто чуть ослабло, и я почувствовал себя немного лучше.

— Я тебе щас в рыло двину! — донесся голос Эйки, которая по привычке большую часть споров заканчивала угрозами членовредительства. Ну и судя по звукам возобновившейся драки, за словами сразу последовали и дела.

— Да мне плевать, что произошло! — произнесла Пальмистрия, — Мне плевать, что эта за здоровая штука! И почему она здесь появилась ни с того ни с сего! Я чувствую от неё странные вибрации… там кто-то живой находится! Если это Вадим Сабуров, я вскрою ее и достану его наружу!

Раздались резкие скрипучие звуки. Я ощутил гул и вибрацию. Как будто по моей тьме кто-то постучал или поскрёб снаруже. Ну-у-у… Пальмистрия решила форсировать события.

— Надо сломать! И посмотреть, что там внутри! — продолжала яриться Пальмистрия изнутри. Внезапно раздался боевой ор Эйки, а за ним — громкий металлический лязг, скрежет циркулярных пил прекратился. А спустя мгновение последовал мощный грохот, словно что-то очень тяжелое и металлическое упало на пол.

— Пальма, я её держу! — раздался голос Акиры. Раздался подозрительный чпокающий звук, — Я зафиксировала её своими сись… кхм… грудями…

— Р-р-р!.. — неистовствовала Эйка.

— Девчонки, не медлите! Скорей вскройте этот кокон! Надо узнать, что внутри! — потребовал Акихито.

И на хранящую меня тьму со всех сторон посыпались удары. М-м-м… хреново… Где ж там союзники и последователи, когда они так нужны… Хоть бы Парацельс на запах разбитого бухлишка пришел…

— А ну прекратите, ня! — внезапно раздался высокий голос у меня прямо над ухом. Да такой громкий, что я от неожиданности чуть не подпрыгнул на мягких женских перинах, — А то выйду и всем рога пообламываю!

Оу, значит, эта странная незнакомка всё-таки жива. Голос её был… мелодичный, высокий и очень приятный. Но была в нём некая странность… некое эхо… словно одновременно говорил не один человек, а сразу штук десять. Хм… разве такое может быть? У обычных людей точно нет. Похожим образом, к слову, говорили мои бунтующие осколки душ до объединения. Только их было больше, чем десять, и эффект был более выраженным.

Лязг и скрежет снаружи после короткой паузы снова возобновился. Пальмистрия не успокаивалась, и пилила кокон снаружи… Но у неё, кажется, ничего не получалось. Защитная оболочка кокона оказалась для Пальмистрии слишком твёрдая. Впечатляюще. При этом я не чувствую в этой странной девушке ни капли духовной силы. Кого же призвали мирмеции после моего вмеша…

Я ощутил, как девичьи мускулы подо мной резко напряглись. Гигантская незнакомка ударила прямо перед собой, кулак ударил в оболочку кокона, хрустнувшую, словно яичная скорлупа. Образовался пролом, через который к нам хлынули яркие потоки света.

Девушка напрягла вторую руку и… я не сразу понял, что она о моем присутствии даже не подозревала. Её кулак ударил мне в грудь и расширил мной дыру, вышвырнув меня наружу в окружении из твердых обломков. Я по дуге пролетел над головами дерущихся школьников и рухнул на пол, прямо в лужу разлитого спиртного.

— Вади-и-ик! — долетело до меня.

Но я чувствовал себя уже немного лучше. Давление Императорского договора чуть ослабло. Я даже нашел в себе силы подняться на ноги.

Вокруг кокона стояли школьники с отвисшими челюстями, в том числе Пальма, Акира и Акихито. А из большой дыры наружу выбиралось что-то большое… и очень красивое. А также странное.

Это была огромная девушка, ростом около четырех-пяти метров, в весьма открытом и соблазнительном наряде из чёрного шелка с золотыми узорам. У нее на лбу были кристаллические ромбы и муравьиные антенны, как у мирмеций. Пушистые остроконечные ушки на её макушке встали торчком, словно хотели уловить даже самые тихие звуки. На голове среди пышных вьющихся волос выделялись чёрные рога. Взмахнув пушистым белоснежным хвостиком, она осмотрелась по сторонам, в удивлении вскинув изящные соболиные брови. Её гетерохромные глаза, голубой и оранжевый, блестели любопытством.

Школьники застыли, некоторые при виде странной гостьи даже распахнули рты. Драка резко замерла. Неудивительно, я тоже не совсем понимал, кто это такая…

Она изящно потянулась, отставив попу в сторону и прикрыв ладошкой маленький ротик с пухлыми губками-бантиком. За её спиной расправились огромные перепончатые крылья, как у летучей мыши. Видимо, её тело немного затекло.

Это… что-то вроде демона? Или Аномалия? Дар Батиковых — призыв вот этого существа? А сами они куда-то на время бесследно исчезают? Хотя Акихито описывал несколько другой эффект от их Дара…

Надеюсь, что Батиковы исчезли лишь на время.

Странно, что я про это существо ничего не знаю. Я знаю всех мало-мальски могущественных сущностей, обитавших в моём мире. Значит, это самое странное создание появилось уже после моей смерти.

Вообще… Я склонил голову набок. Вообще… это создание немного напоминает фалура. Это такой мифологический персонаж из сказаний и легенд народа параситик. Объединяет в себе черты множества самых разнообразных рас — кошкодевочек, мирмеций, демонов, людей и прочая, прочая прочая… И обладают эти Фалуры практически божественной силой. Правда, есть одна загвоздка — подобных созданий никто никогда не видел. Они являлись чистой воды выдумкой.

И вот теперь внезапно я вижу подобное существо перед собой спустя много лет после моей смерти.

А ещё… я практически уверен, что это — Аномалия. Мне хватило лишь беглого взгляда на её духовные потоки. Её духовные потоки выглядели также странно, как у Человека-семерочки, у Димитрия Вышнегорского и как у демонов, которых призывала книга леди Найткэт…

— И я несу возмездие во имя Луны! — громко возвестила незнакомка на всю разгромленную столовку. Постояла, немного подумала, приложив ко лбу изящный пальчик, а потом заявила, — Простите! Сама не знаю почему я это сказала. Захотелось. Вот и сказала. Какой-то подсознательный рефлекс. До сих пор не знаю, откуда эта фраза.

Драка полностью прекратилась, даже в самых дальних углах потасовки затихли. Практически все парни смотрели на новоприбывшую влюбленными глазами — настолько та была хороша. Настолько, что её сексуальный образ перебивал даже осторожность и страх перед неведомым.

Что-то в этом есть от магии суккуб. Только работает куда мощнее.

— Я не Слава, — произнесла она внезапно со слегка отсутствующим видом, словно о чем-то вспоминала, — И не Сахаринка. И не Соня. Не Сияна. Не Эгина. Не Ника. Не Ферра. Не Вафелька. И даже не Перчинка. Я — Сласасосиэгинифервачинка!

Чего??? Я не знал ни одного из этого странного списка имён… ни одного, кроме Ферры. Дочери моего друга, древнего кузнеца, способное создать самое невероятное оружие.

— Можно сокращённо просто Славя, — сжалилась она, небрежно взмахнув ручкой, — Как Слава, только девушка.

Хм… Не знаю, что эта Аномалия такое несет, но где там мой костяной кинжал? Он, помнится, очень даже пригодился против демонов. Убивал их практически с одного пореза. Куда он там запропастился? Кажется, последний раз я его видел, когда его швырнул один из пятикурсников…

Надо его поскорее найти. Возможно, он мне прямо сейчас пригодится. Если что-нибудь вдруг пойдет не так.

Глава 14. Здравствуйте, я ваша бабушка

Из толпы вырвалась Эйка, пинками и зуботычинами раскидывая всех, кто мешал ей пройти.

— Вадик! — она подбежала ко мне, на ее лице застыло испуганное и обеспокоенное выражение, — Ты живой?

— Вполне живой, — я ободряюще улыбнулся ей и поднялся на ноги. С меня струйками стекал дорогой алкоголь. Главное, чтобы этого не увидел Парацельс, а то нашего безумно-гениального деда хватит Кондратий.

Эйка приобрела меня за плечо, помогая держаться ровно.

— Императорский Договор ослабил свое давление, — сказал я, — Но расслабляться ещё рано. Надо постараться вырубить Акихито. Как только он отключится, я смогу освободиться.

— Предоставь это мне, — Эйка кровожадно улыбнулась, — Я из него все дерьмо выбью.

— Лучше пока находись со мной рядом, — сказал я, — Если до меня доберется Пальма, у меня могут возникнуть проблемы несмотря на всю мою неуязвимость. И позвони уже кому-нибудь из наших.

— У меня телефон разбился… опять, — повинилась Эйка, — Один момент.

Она дала в дыню стоявшему неподалеку четверокурснику. Пока тот медленно заваливался навзничь, Эйка духовной силой примагнитила его телефон начала набирать номер.

— Я позвоню Генке, — сказала Эйка, — Он пришлет помощь.

— Ага, отлично, — сказал я, быстрым взглядом взглянув на гигантскую девушку по имени Славя. Та все ещё переводила любопытный взгляд по присутствующим в столовке. Те не сводили с нее шокированных взглядов.

— Надо сваливать, — добавил я, — У нас нет причин оставаться здесь и драться. Время играет на нас. Только вот…

— Что? — покосилась на меня красноволоска.

— Я хочу понять, откуда здесь взялся фалур, — произнес я, внимательно глядя на исполинскую прекрасную девушку, — У нее просто невероятная титаническая сила… Но я понятия не имею, кто она. А я знаю всех более менее сильных сущностей, живших в моем мире. А еще эта Сласасосиэгинифервачинка назвала одно очень интересное имя… Я хочу разобраться.

— О боже… только истинный Бог-Император мог запомнить такое имя, да еще и выговорить его без запинки… — Эйка вздохнула, — Так что делаем?

— Тихонько отступаем в безопасное место и ждем подкрепления, — сказал я, — Но с этой Слави глаз не спускаем.

— Алло, Геныч? — Эйки прижала трубку к уху, — Короч, собирай всех, до кого дотянешься и…

А тем временем вокруг фалура… Слави… или кем она там на самом деле являлась, разворачивались весьма интересные события.

— Ой, а ты мне кое-кого напоминаешь! — пропела она и подошла к Пальмистрии. Встала над кибердевой и внимательно разглядывала её, наклонив голову набок, — Ты же вылитая Ферра!

— Кто-кто? — Пальма с растерянным видом пятилась маленькими шажками назад.

— Конечно, глупенькая! — Славя чуть согнула колени, упершись в них руками. Она наклонилась перед Пальмой так, что их лица оказались практически на одном уровне. Белоснежные кружевные трусики выглянули из-под юбочки Слави, обнажив округлую часть её попки. Многие парни попадали на пол без чувств, орошая всё вокруг себя фонтанчиками крови из носа.

В основном это были ребята из японских кланов. У них, как известно, в носу сосуды тонковаты… Особенно сильно это проявляется, когда духовная сила, активированная в бою, начинает разгонять кровь по венам.

— Пальма! — испуганно воскликнула Акира, пятясь назад. Её груди чутка ужались, до обычного десятого размера, сравнявшись с грудями Слави. Пуговицы на блузке Акиры, прокачавшие свои невидимые пуговичные мышцы, с облегчением выдохнули, — Осторожно! Это может быть Аномалия!

— Что? Какая ещё Аномалия? — Славя перевела недоумевающий взгляд в сторону Акиры, — Ты о чем, девочка? Я никакая не Аномалия. Я — Славя и точка!

— У неё точно такие же антенны, как у Батиковых… — с удивлением произнес Акихито, в свою очередь разглядывая Славю.

Он был одни из немногих парней, у кого при виде Слави не пошла кровь из носа. Девочки не интересуют? Хотя с другой стороны я тоже ведь так не реагировал… Скорей всего это потому, что мы с Акихито, как очень умные люди, не позволяем плотскому командовать собой. Да-с…

— Ну да, — Славя распрямилась и тряхнула копной густых волос, после чего провела ладонью по своим муравьиным антеннам, словно приглаживая их, — Я из рода Батиковых. Я, можно сказать, их персональный ангел-хранитель или что-то вроде того… Правда, появляюсь я в этом мире очень нечасто. А сейчас и вовсе такое ощущение, что позвали меня после очень долгого перерыва…

Она сокрушенно вздохнула и разочарованно развела руками. А потом неожиданно схватила Пальму и, прижав её к себе, начала тискать, словно маленького пушистого котенка. Из глаз Слави покатились слёзы. Растерявшаяся Пальмистрия притихла, не понимая, что же происходит.

— Ты так напоминаешь Нам Ферру, милая маленькая девочка, — проворковала Славя, нежно гладя девушку по длинным синим волосах. В руках великанши Пальма выглядела как большая красивая металлическая игрушка, — В Нас ведь тоже есть частичка Ферры… Только вот ты, похоже, её прямой потомок, далекая внучка. Мы не удивлены, что твое тело тоже металлическое! И получается так, что Мы — твоя бабушка! Мы так рады видеть тебя, малышка! Мы счастливы, что Наш род произвел на свет такого прекрасного ребенка!

— Эм… — Пальма растерянно посмотрела на Акихито. Тот сделал страшное лицо, — Эм-м-м… М-м-м… Бабушка?

— Да, родная? — Славя отстранила от себя Пальму и, держа её на вытянутых руках, с умилением рассматривала.

Я заметил, что поведение и манера речи нашей Слави каждый раз немного меняется. Пару мгновений она говорила как молодая девчонка… а сейчас как зрелая женщина. Да еще и почему-то говорит о себе в третьем лице, как монаршая особа.

Теперь я был практически уверен, что это существо соткано из нескольких личностей. В смысле его душа.

— Можешь помочь нам наказать одного плохого мальчика? — кибердева указала на меня пальцем.

Славя перевела взгляд в нашу с Эйкой сторону. Мы застыли, опасаясь сдвинуться с места. Вот же дерьмо…

— В чём он провинился? — спросила Славя, внимательно глядя на меня.

— Он хочет вбить клин между мной и моими друзьями, — быстро произнесла Пальма, — Силой заставить нас подчиниться себе

— Оу… так это из-за этого вы тут все подрались? — Славя бросила в мою сторону растерянный взгляд, — Мальчик, это правда?

— Твоя внучка тебе врёт, женщина, — сказал я, — Это она со своими друзьями хочет подчинить меня при помощи заклинания чёрной магии! Будь осторожна, или тот азиатский паренек и тебя подчинит!

— Охо-хох… — Славя озадаченно почесала в затылке, поочередно глядя то на меня, то на Пальмистрию, то на Акихито, — Ну вы и закрутили… Может быть все успокоимся и сядем за стол мирных переговоров? А то я, ня, вас отшлепаю! Всех!

Она только что сказала «ня»? А, ну да, она же частично кошкодевочка. И да, снова говорит о себе в первом лице.

— Ай, к чёрту всё, — внезапно произнес Акихито и вытянул в сторону Слави руку, — Императорский договор!

Фалур застыла, её зрачки расширились. Она выпустила Пальму, и та с громким металлическим стуком ударилась пятками о пол.

— Акихито! — возмущенно закричала кибердева, повернувшись к японцу, — Что ты творишь?

— У нас нет другого выбора, — сухо произнес тот, — Я снял контроль с Юли, всё равно ее сейчас нигде нет, и перебросил его на эту Аномалию. Она решит вопрос с Сабуровым.

— Но… но… она же моя бабушка… — растерянно произнесла Пальмистрия.

Славя стояла на месте неподвижно, даже не моргая. В отличие от меня, Императорский договор подчинил её очень быстро. Хотя я бы не сказал, что Славя слабая. Напротив, она — одно из сильнейших существ, что я когда-либо видел.

Чёрт, этот Императорский договор — слишком сильное и могущественное заклинание. Оно не должно находиться в руках смертных.

— Сла… сасоси… фервачи… Славя! — Акихито остановился на более коротком варианте имени, — Выруби Сабурова!

— Нет! — возмущенно воскликнула она, — Что ты со мной сделал, мальчишка?

Однако она тем не менее послушно развернулась в мою сторону и расправила крылья. Её ноги оторвались от пола, девушка воспарила над головами присутствующих, порождая сильные воздушные потоки. Народ начал разлетаться в стороны, словно под порывами урагана.

Славя с очень виноватым выражением на удивленной моське полетела в нашу с Эйкой сторону. Приказ был получен и неуязвимый воин отправился исполнять волю своего хозяина.

— Эйка, — быстро сказал я, глядя на приближающуюся Славю, — Слушай меня вниматель…

— Ныа-а-а! — Эйка в длинном прыжке атаковала Славю, выставив вперед ногу. Так и не дослушав меня.

Боевой ор Эйки разнесся по всей столовке, на мгновение перекрыв вой ураган. Вокруг Эйки вспыхнуло максимальное алое сияние. На том месте, где она стояла мгновение назад, взвился столб пыли, а в стороны разошлась звуковая волна, опрокидывая учеников и обломки. Эйка вложила всё в этот решительный удар.

Кроссовок красновлоски столкнулся с лицом Слави. В стороны с глухим звуком снова разошлась ударная волна, подхватывая незакрепленные легкие объекты. Пол под ногами просел, в потолке образовалась круглая область из трещин, вниз посыпалась белая штукатурка.

По всему моему телу Слави прошла вибрация, немного дёрнулись упругие груди…

И на этом всё. Больше никаких эффектов. Огромная красотка осталась невредимой. Ну разве что на лице выражение стало ещё более виноватым.

— Прости, девочка, — произнесла Славя, с сочувствием глядя на Эйку, — Я себя больше не контролирую. Бегите. Я слишком ужасна в гневе…

Эйка отступила, глядя на ферала в в глубоком шоке. От её кроссовки шёл легкий дымок, вся подошва почернела и, кажется, была готова вот-вот отвалиться.

— Что? Как? Почему? — Красновлоска в шоке смотрела то на свой кулак, то на Славю, — Это же… невозможно!

— Считай, что это просто боевой макияж, — улыбнулась Славя, — Очень прочный.

Эйка лишь озадаченно моргала.

— На ней Императорский договор, её бесполезно бить, — напомнил я Эйке, — Используй меня как меч или щит, не стесняйся. Мне ничего не будет.

— Хорошо! — Эйка решительно ухватила меня за ноги, — Как скажешь, любимый, меня дважды просить не надо!

И в этот напряженный момент появился ОН! О ком все забыли…

Он влетел в ресторан… да, именно влетел. Левитируя над полом на высоте около полуметра. Согнувшись в пояснице буквой «г». В белоснежной пижаме и колпаком с пумпоном на голове. С ночным горшком в руке, в котором что-то плескалось. С плотно закрытыми глазами. Похрапывая и что-то бормоча под нос.

Величайший волшебник в истории человечества, Великий и Ужасный архимаг Парацельс. Его нос шевелился, ноздри раздувались, что-то вынюхивая.

Никаких сомнений — уснувший архимаг прилетел на запах разбитого бухлишка.

Глава 15. Грёзы пронзают волю

Шум драки и дикий ор, грохот ударов, столкновение сил… ничто из этого не смогло нарушить богатырский сон волшебника. Зато запах разбитого бухлишка он учуял аж с верхнего этажа. Узнаю старину Парца.

— Па-а-арц! — заорал я во всю мощь легких, желая привлечь внимание старого колдуна. Но тот продолжал дрыхнуть на лету, изредка похрапывая. Не открывая глаз, он старательно огибал учеников Притяжения, направляясь лишь к ему одному ведомой цели… хотя почему только ему одному? Я вот, например, догадывался, что летит чародей скорей всего на запах разбитого бухлишка!

А Славя с очень виноватым видом летела к нам, паря над головами парализованных учеников. Ее странные чары действовали на всех присутствующих, превращая их в безвольные манекены. Причем эта странная магия действовала как на парней, так и на женщин.

В Славю влюблялись все, кто ее видел. Лишь очень немногим удавалось преодолеть воздействие. Эйка и Акира были слишком злые, Пальмистрия — слишком холодной, Акихито — слишком умным.

— Я не могу себя контролировать, — с виноватым видом произнесла Славя, подняв руку над головой. В воздухе материализовался двуручный меч с волнистым лезвием и упал её аккурат в ладонь, — Простите…

Внезапно, выражение её лица резко изменилось. Стало злым и, я бы даже добавил зловещим.

— Тот, кто это сделал со мной, — мрачно произнесла она, злая тень легла на её лице, — Очень дорого заплатит за свою дерзость. Я найду его хоть на краю света и заставлю страдать…

Мои брови сами собой взлетели на лоб. Какая, однако, резкая перемена. От вины и сожаления — к жажде мести.

— Акихито, это все зашло слишком далеко! — неожиданно произнесла Пальмистрия, повернувшись к Акихито, — Славя… я и впрямь чувствую родство с ней. Освободи ее!

— Ей ничего не будет, — проскрипел зубами Акихито, — Я как наложил заклинание, так и сниму его…

— Но она же моя бабушка! — настаивала Пальма, — И, судя по всему, бабушка Батиковых, очень далёкий предок. Мы не имеем право использовать ее как инструмент! Я не разрешаю!

— Пальма, мы уже столько всего сделали! — взмолилась Акира, — Слишком поздно! Назад дороги нет! Вадим нам не простит!

Пальмистрия шагнула к Акихито, Акира преградила ей дорогу. Воздух между девушками опасно наэлектризовался.

Славя тем временем перехватила двуручник обеими руками. Зависнув над нами, она вскинула его высоко над головой. Лезвие меча вспыхнуло ярким светом, неистовые лучи брызнули от клинка в разные стороны. Он как будто накапливал энергию для удара.

— Бегите, глупенькие, — сказала Славя нам с Эйкой, — Вы даже не представляете, как велико мое могущество. Во всем Арсамоне нет никого, кто мог бы выйти против меня один на один.

— Как самоуверенно, — не сдержавшись, хмыкнул я, — Чем выше задерешь нос, тем лучше видно твои сопли.

— Дерзкий мальчишка, — нахмурилась Славя, внимательно разглядывая меня, — Большая часть твоего интерфейса от меня скрыта… это странно. Кто ты такой? Ой… беги! Я нападаю!

Я не успел ответить — Славя, под воздействием Императорского договора, рубанула меня мечом сверху вниз.

Эйка с боевым воплем шваркнула моей тушкой навстречу мечу великанши. Клинок ударил меня в грудь, из места удара в стороны ударили искры и световые лучи. Славя не убирала меч, продолжая давить. На ее лице застыло удивленное выражение.

Мощная ударная волна разошлась в стороны, подхватывая обломки и тушки учеников.

В этот момент в помещение ворвалась охрана во глава с Крысичем, начальником службы безопасности. Ворвалась… чтобы быть снесенной обратно ударной волной, им явно стоит ещё немного подумать над системой безопасности.

Только Парацельс никак не отреагировал на удар. Он даже ухом не повел. Волшебник, продолжая похрапывать, плыл по воздуху прямо к бару, где было множество разбитых бутылок.

Акихито, Пальма и Акира пережили импульс, успев рухнуть на пол. Парацельс проплывал как раз мимо них.

— Вы не подскажете, как пройти в туалет? — спросил волшебник у Акихито, не размыкая глаз.

— Чего? — Акихито приподнял голову, ошарашенно взглянув на волшебника.

— Спасибо, — кивнув, Парацельс как ни в чем ни бывало поплыл дальше.

Славя, поняв, что не в состоянии меня разрубить, отпрыгнула назад и фыркнула, тряхнув кошачьими ушками.

— Как ты, ня, выдержал мой величайший и лучший во вселенной удар? — возмущенно поинтересовалась у меня Славя, — Объяснись, ня, или покусаю!

— Меня пытаются заколодовать, точно так же, как и тебя, — сказал я ей, — Это заклинание подчиняет себе цель и дарует ей полную неуязвимость.

— М-м-м… вот в чём дело, ня, — задумалась Славя. Меч в её руках снова начал испускать яркое сияние, — Это настоящий вызов для величайшей волшебницы вроде меня, ня! Возможно, Клинок Грёз сможет решить эту проблему…

— У тебя есть Клинок Грёз? — удивился я.

Клинок Грёз — крайне редкий и могущественный магический артефакт. Он способен проникать в разум и грезы живых разумных существ и подчинять их своей воле… точнее воле своего хозяина. Внушать идеи, насылать сны и всё в таком же духе. Если подумать, чем-то действительно схоже с воздействием Императорского договора.

— Да, но я не могу его достать, — с сожалением произнесла Славя. Она снова налетела на нас и рубанула мечом.

Эйка, как и в прошлый раз, попыталась отбиться мной. Однако, случилось непредвиденное — моя нога, мокрая от пролитого алкоголя, выскользнула из руки Эйки. Меня развернуло под непредсказуемым углом, выгнуло куда-то зигзагом… И в итоге клинок Слави влупил мне прямо… да-да, именно по ним. По Императорским шарам.

Мощный звук колокола разнесся по всему помещению. Лица от ужаса вытянулись у всех — у Слави, у меня и у Эйки.

По всему моему телу от паха разошлась мощная вибрация… но на этом всё. Мои императорские сливы достойно выдержали удар, спасибо Договору.

— Ой! Прости-прости! — Славя смотрела на меня с виноватым видом, — Я нечаянно!

— За нечаянно бьют отчаянно! — прорычала Эйка, замахиваясь мной на Славю. Красноволоска пошла в ответную атаку, охаживая мной великаншу со всех сторон! Шокированная Славя отбивалась, но начала пропускать удары! Пару раз я стукнул её лоб в лоб, пару раз в бок и по сиськам, заставив их дрожать и подпрыгивать. Правда, это по сути всё было бесполезно, ведь Императорский Договор точно так же защищал это странное существо.

Когда же чертов Акихито выдохнется?

— Не-е-ет! — внезапно разнесся по всему ресторану отчаянный вопль Парацельса. Архимаг стоял на коленях над пролитым алкоголем и отчаянно вопил, воздев руки к небу, — За что-о-о?

А… он таки добрался до бара и наконец проснулся.

Пока все, в том числе и Славя, смотрели на волшебника в легком офигевании, я заорал во всю мощь легких:

— Па-а-арц!!!

— Да? — волшебник, хлюпнув носом, развернулся ко мне, — О, Импи!

— Выруби его! — крикнул я, указав на Акихито, — Быстро!

— Зачем? — Парацельс

— Просто выруби! — заорал я, — Не медли! Он опасен!

— Ладно, — архимаг пожал плечами и развернулся к Акихито.

Но прежде чем волшебник успел что-либо сделать, японец, ухмыляясь, вытянул в его сторону руку. Сонный архимаг реагировал очень медленно… непростительно медленно…

— Императорский договор! — пафосно провозгласил Акихито.

— Ой, я свободна! — обрадовалась Славя, прекратив меня атаковать. Правда, Эйка по инерции продолжала с воплями дубасить её моей неподвижной тушкой.

Парацельс недоуменно посмотрел на него, поковырял в ухе, после чего прочитал короткое заклинание. Из воздуха над головой Акихито материализовалась… корова. Парнокопытное, выпучив глаза и оглушительно замычав, рухнуло японцу прямо на голову, прижав его к полу.

— Хмхмхмхм! — мычал Акихито в ответ. Его лицо оказалось зажато коровьим выменем. Пальма и Акира стояли рядом и в шоке смотрели на корову и на своего босса. Я ощутил как давление на меня ещё немного ослабло. Но не прекратилось.

Серьезно? На Парацельса не подействовал Императорский договор? Во дед даёт… я ощутил легкий укол зависти. Императорский договор подчинил Славю, даже мне доставил кучу неприятностей… и только архимагу всё как с гуся вода.

Жаль, что Акихито защищен духовным покровом и простой коровой его не вырубить. Парацельс ещё не знал полную силу одаренных, и ему трудно было рассчитать свою силу так, чтобы никого не убить. Дед всегда отличался миролюбием.

Может быть стоит прямо приказать ему убить Акихито?

— Так пойдет? — архимаг повернулся ко мне, глядя с вопросом в глазах. Акихито тем временем спихнув с себя корову, выбрался на волю.

— Императорски… — он не успел договорить. Парацельс щелчком пальца призвал из воздуха уже целого… слона. Серокожий исполин, глядя на нас добрыми разумными глазами, приземлился на Акихито всей задницей, прижав японца к полу. Тот даже слова сказать не успел. Акира испуганно завизжала и начала пинать слона в бок, но тому её удары были как… как, собственно, слону дробинки.

Из-под жопы слона высунулась рука японца, пару раз загребла воздух… и обмякла. Юный Накамура отрубился.

Я уже хотел было с облегчением выдохнуть… однако по какой-то причине давление Императорского договора никуда не делось. Он был по-прежнему здесь, в моём мозгу. Давил, сверлил висок, пытаясь добраться до самой сердцевины моего «Я». Как только Акихито отрубился, «сверление» стало ещё настойчивее!

Что? Почему Императорский договор не только не прекратил свое воздействие… но ещё и усилился?

— А-а-ар! — я зарычал, пытаясь преодолеть воздействие Императорского договора.

Я справлюсь! Я должен! Я сильнее этого…

Острая обжигающая боль пронзила мою грудь. Сфокусировав взгляд, я увидел прямо перед собой Славю. Из ладони великанши торчало длинное лезвие, состоящее из ярчайших частиц радужного света. И именно этим лезвием она пронзила мою грудь…

Клинок Грёз… Это он. Никаких сомнений.

— Прости, малыш… — с виноватым лицом произнесла она, — Я не могу противиться… этому…

Сквозь сгустившийся туман разума до меня донесся отчаянный крик Эйки…

Теперь я был полностью под чужим контролем. Но подчинил меня точно не Акихито.

«Убей архимага…» — кто-то тихо шепнул мне. И я понял, что не смогу воспротивиться этому приказу…

Глава 16. Вкусный кроссовок

Славя рывком извлекла из меня клинок Грёз и отступила назад.

— Я, я, — залепетала она, — я не хотела…

Кажется, у нее включился режим стесняши… М-да… выглядела она то как стерва, то как вполне приличная девчонка. Интересное создание… Сможет ли она принести мне сильного ребенка?

Впрочем, сейчас мне не до этого.

— Парц! — крикнул я, чувствуя, как уходит контроль над моим телом, — Мое тело взяли под контроль! Сейчас я попытаюсь тебя убить!

— Че? — Парацельс ошарашенно уставился на меня.

— Эйка! — я повернулся к Красоноволоске, — Тот, кто применяет Императорский договор, должен находиться рядом! Ему необходим визуальный контакт, чтобы применять это заклинание! Найди его! И ещё — найти мой костяной кинжал и пронзи им Пальмистрию! Это очень важн…

Я замолчал. Императорский договор окончательно подчинил меня. Теперь я мог лишь наблюдать. Вот уж никогда бы не подумал, что вляпаюсь в такую историю. Как же это всё не вовремя…

Надеюсь, Парацельс и Эйка не подведут…

— Не злись, — с виноватым видом произнесла Славя, глядя на меня, — Я и правда не хотела.

«Я знаю», — хотел бы ответить ей я, но уже не мог. Что ж…

Больше всего на свете я не люблю, когда меня обманывают. Я привык доверять людям, пусть и с оглядкой. А уж если они не оправдывали моё доверие…

Мы со Славей одновременно шагнули в сторону Парацельса. Волшебник слегка настороженно смотрел в нашу сторону.

— Импи, ты сейчас ведь не шутил? — слегка растерянно произнес он.

Я поднял руку, и ревущий поток духовной силы вырвался из моей ладони и устремился к волшебнику. Он накрыл его полностью с головой, пробил дыру в противоположной стене и улетел куда-то в стратосферу…

Школьники, придя в себя, с криками и воплями побежали на выход. Выбегали через двери, выпрыгивали из окон, кто-то выскакивал через дыру в стене. Про драку и взаимные претензии все забыли.

Когда поток силы иссяк, архимаг остался стоять неподвижно на месте, но выглядел слегка… прокопченым. Его с ног до головы покрывал плотный слой гари. Единственными светлыми пятнами на нем остались два удивленно моргающих глаза. Парацельс приоткрыл рот, выпустив облачко дыма.

— Походу, не шутил, — прохрипел архимаг, встряхнулся от пепла и начал засучивать рукава, — Ты мне, конечно, друг, Импи, но наезд на свою свою бороду я не прощу никому…

За его спиной материализовалась Славя, двигавшаяся с огромной скоростью. Она подняла над головой меч, и тот на глазах трансформировался огромный молот — такой большой, что был способен расплющить слона, как муху.

Изо всех сил она опустила молот на Парацельса, и тот полностью скрылся под парочкой тонн стали. Молот с грохотом опустился на пол, заставив все обломки вокруг подпрыгнуть. Из-под него в стороны вырвались клубы пыли.

— Ой… — напряженно произнесла Славя, растерянно глядя на свой молот, — Только не мессира Парацельса…

В стене молота внезапно появилась деревянная дверь. Она открылась, из нее вышел хмурый Парацельс. Архимаг закрыл за собой дверь, и та рассосалась в металлической поверхности молота, словно её и не было.

— Знаете что, юная леди, — укоризненно произнес архимаг, — Вым следовало бы подумать над своим поведением… ик!

Он слегка пошатнулся и смущенно приложил ладонь ко рту.

Я усмехнулся. Было бы глупо ожидать, что Парацельса можно так легко одолеть.

— Ахимаг Парацельс, да вы пьяны! — с возмущением произнесла Славя, раскручивая свое оружие, снова принявшее форму меча, над головой, — У вас язык заплетается! В таком состоянии вам точно не победить и не освободить нас!

— Я стекл, как трезвышко! — с возмущением произнес волшебник, глядя на Славю, — И у меня заплетун совсем не языкается! И вообще, ты откуда меня знаешь?

— Архимаг Ника Ортис, чья душа стала одним из кусочков, из которых меня собрали, является вашей ученицей, — сказала Славя.

— Хм… Нику помню, — кивнул Парацельс, погладив бороду, — А вот тебя чего-то нет…

— Это сложно объяснить… — она бросила быстрый взгляд на бессознательного Акихито, — Как я поняла по структуре этого заклинания, Императорский Договор — это ритуал, требующий долгой подготовки. Ему необходимо ряд ингредиентов для генерации энергии особого типа. Эта энергия хранится внутри человека и может быть использована для мгновенного применения Императорского договора на цель или цели. Однако ее запас ограничен. Если мы заставим наших противников потратить ее, перекидывая Договор с одной цели на другую, то мы должны победить!

Парацельс смотрел на нее и рассеянно моргал. Кажется, он потерял связующую нить ещё на первом предложении…

Я тем временем, ведомый Императорским Договором, начал складывать новое атакующее заклинание, нацеленное на Парацельса. Я по сути всё ещё оставался сторонним наблюдателем…

Всё-таки я очень хочу узнать, кто же тот кудесник, кто придумал Императорский Договор, способный доставить столько неприятностей даже мне. Я не верю, что это какой-то простой смертный сумел сотворить. Не под силу такое смертным… Ну может быть Парацельс бы и смог, он редкое исключение. Но даже ему для такого прорыва потребовалось бы выжрать в одно жало не менее ста бутылок парцеяда…

Краем глаза я заметил, что Эйка скрылась в одном из подсобных помещений ресторана.

* * *

— Как я и говорила, — негромко произнесла леди Найткэт, указывая на монитор. Там во всех подробностях отображалась драка в ресторане, — Вадим Сабуров полностью под нашим контролем. Мой план реализовался на все сто.

— Отрадно слышать, — кивнула леди Мираэль. Эльфийка немного нервничала и тасовала колоду карт Таро, — Жаль только, что другого способа, кроме как использовать Императорский договор, не осталось.

— Вадим стал слишком силен, — кивнула леди Найткэт, — Другого варианта у нас нет. Верховным лордам, когда те спросят про Императорский договор, скажите, что Вадим Сабуров уничтожил все его образцы.

— Верховные лорды этого так просто не оставят, — мрачно произнесла Мираэль, — Они будут допытываться… Начнут расследование.

— Вадим Сабуров скажет на допросе всё, что мы ему прикажем, — с улыбкой произнесла леди Найткэт, — А глупые детишки из Тройственного союза подтвердят.

— Да, — кивнула леди Мираэль, — Вам весьма ловко удалось использовать наших самоуверенных детишек, чтоб отвлечь Вадима Сабурова.

— Это всё благодаря вашему Дару Предвидения, леди Мираэль, — преподавательница оккультных искусств церемониально поклонилась, — Только вдвоем нам удалось спланировать такую хитрую операцию. И ещё нам очень повезло, что после Черного Вальса у Вадима Сабурова практически отключилась Духовная Интуиция.

— Меня, конечно, очень смущают эти слухи, распространившиеся сегодня утром, — леди Мираэль вздохнула. Её руки едва заметно дрогнули, чуть не выронив карты, — О том, что якобы Вадим — Бог-Император…

— Уверяю вас, леди, это не более, чем слухи, — очаровательно проворковала леди Найткэт, — Просто Вадим имел несколько удачных деловых встреч на балу, в том числе и с Верховными лордами. Его уникальные способности впечатлили многих власть предержащих, и они решили разыграть новую политическую карту с новым Богом-императором. Ради укрепления личной власти, как всегда и бывает. Так что для нас будет очень кстати взять мальчишку под контроль…

— Слыш, сучки! — донеслось из их спины, — Вы не охренели?

Леди Найткэт и леди Мираэль одновременно вздрогнули и обернулись. В голове у Найткэт даже мелькнула мысль: «В смысле, я же позаботилась о том, чтобы нам никто не мешал!»

А в следующую секунду в щеку леди Найткэт влетел кулак разгневанной Эйки… Красноволоска ворвалась в комнату охраны, словно красный разгневанный вихрь.

— А-а-а!.. — ревела Эйка, осыпая ударами преподавательницу оккультных наук.

— Юная леди! — в шоке произнесла Мираэль, всплеснув руками, — Что вы себе позволя…

Носок кроссовка заехал эльфийке прямо в широко открытый рот. Замдиректора широко распахнула глаза, карты выпали из её рук. В последний момент она успела врубить защитный покров — и только по этой причине зубы не брызнули дождем из её рта.

— М-м-м… ом-ном-ном… — Мираэль схватила Эйку за голень, пытаясь вытащить кроссовок изо рта.

Леди Найткэт тем временем пыталась подняться на ноги. С той стороны её лица, куда пришелся удар Эйки, происходило что-то странное. Оно плавилось и оплывало, словно покрытое слоем грима, который хорошенько так разогрели.

Одного быстрого взгляда хватало, чтобы понять, что лицо леди Найткэт — лишь искусная маска, скрывающая совсем другую личность.

— Ира? — в школе произнесла Эйка, мельком бросив взгляд на преподавателя оккультных искусств. В этот момент в каморку с разбега ворвалась Белла и в прыжке укусила Эйку… прямо за самое мягкое место! Зубы у Беллы оказались заряжены духовной силой, и наследница Акане с громким воплем подскочила аж до потолка. Кроссовок, который жевала Мираэль, соскользнул с её ноги.

— Не Ира, — хмуро произнесла леди Найткэт… или кем она на самом деле являлась? Держась за половину лица одной рукой, она поднялась на ноги.

— Феди Файткэт? — в шоке произнесла Мираэль, которой никак не удавалось вытащить кроссовок Эйки изо рта, так глубоко он туда заехал, — Фто с фашим лифом? Оно… оно хах фудто фофсем дфуфое…

— Всё в порядке… — леди Найткэт криво улыбнулась. Уголок рта провалился куда-то внутрь щеки… — Просто тушь смазалась…

Глава 17. Слишком много плачущих дам

Яркое зелёное пламя вспыхнуло вокруг рук леди Найткет. Точно такое же пламя вспыхнуло вокруг Эйки. Преподавательница оккультных искусств рывком вытянула руки в сторону красноволоски. Эйка вскрикнула и взлетела под потолок. Бела, сердито рыча, подлетела следом за ней, продолжая держать девушку за джинсы. Она как бульдог вцепилась в добычу и больше не хотела отпускать.

Никто бы не захотел отпускать такую вкусную попку, как у юной Акане.

— Ах вы… это вы! — хрипящая Эйка перевела взгляд на леди Мираэль, — Это вы за всем стоите!

Леди Мираэль молча отбросила кроссовок Эйки в сторону и бросила взгляд на монитор. Там битва была в самом разгаре. Сверкали молнии, полыхало яркое пламя, летали коровы с выпученными глазами, пищали ангелочки… Архимаг, Вадим Сабуров и Славя сцепились не на шутку.

— Вадим — это переродившийся Бог-Император, как вы не понимаете! — в отчаянии кричала Эйка. Зелёное сияние окутало ее со всех сторон густым покровом, не давая ничего сделать, — Вы и правда настолько слепые?

— Леди Мираэль… — прохрипела леди… Найткет? — Помогите… эту красную бестию очень трудно удержать…

Пот градом катился по ее лицу, и вмести с ним, словно воск, стекал ложный облик. Леди Найткет теперь выглядела совершенно иначе. У нее появились яркие голубые глаза, вьющиеся золотистые волосы. В целом теперь она стала очень похожа на Марию Вышнегорскую, на ее чуть более молодую версию. Или на Иру, только постарше. И с заметно более злым лицом.

Леди Мираэль наклонилась, чтобы подобрать рассыпавшиеся карты с пола. И застыла. Практически все карты лежали на полу рубашкой вверх… кроме одной. Старший Аркан Император лежал лицевой стороной вверх. И почему-то в этот момент леди Мираэль Озерской показалось, что его нарисованные глаза смотрят прямо на неё…

Эльфийка подобрала карту и поднесла ее ближе к лицу, внимательно рассматривая.

И в этот момент в комнату, слегка поскрипывая поврежденными сочленениями, вошла… Пальмистрия! Выглядела кибердева неважно. Её корпус покрылся гарью, в некоторых местах виднелись вмятины.

Прихрамывая, она молча двинулась в сторону Эйки. Из её руки выдвинулась циркулярная пила. С тихим жужжанием её зубчики пришли в движение…

— Да, милая Пальмистрия, молодец, моя лучшая и любимая ученица, — хищно улыбнувшись, произнесла леди Найткэт, — Не медли, сделай это! Так будет лучше для всех нас!

Эйка задергалась и зарычала, пытаясь вырваться, но леди Найткэт усилила хватку. Превратиться в тиранозавра у красноволоски не получалось — основная фаза полнолуния давно прошла, а до следующей было далеко.

Приблизившись, Пальмистрия без тени сомнения несколько раз взмахнула рукой! Налитые духовной силой зубчики пилы взвыли…

С яркой вспышкой зеленое сияние, окутывающее Эйку, лопнуло и развеялось! Пальмистрия даже не поцарапала красноволоску! Она разрезала лишь духовную силу леди Найткэт, пройдя по самой кромки, в миллиметре от кожи Эйки.

Освобожденная Акане шлепнулась на пол. От удивления даже Белла открыла пасть и выпустила Эйку. А Пальмистрия повернулась к леди Найткэт и леди Мираэль.

— Хватит, — холодным голосом произнесла она, — Всё это зашло слишком далеко.

— Пальмистрия… — голубые глаза леди Найткэт опасно сверкнули, — Что ты творишь…

— У вас ведь закончилась энергия для Императорского договора, верно? — поинтересовалась Пальмистрия, — Иначе вы бы сразу использовали его против Эйки, а не стали бы удерживать её при помощи своей духовной силы.

Пальмистрия все очень точно подметила. И сделала свой ход, когда была полностью уверена в успехе.

— Сдавайтесь, — сухо произнесла Пальма, переведя взгляд на леди Мираэль, — Не усугубляйте ситуацию.

Мираэль переводила напряженный взгляд то на карту с Императором, то на Пальмистрию. Наконец, она перевела взгляд на экран, где сражался Вадим. Эльфийка закусила губу, её руки задрожали. Ещё чуть-чуть — и выронит карту.

— Леди… — напряженно посмотрела на неё леди Найткэт, — Не делайте глупостей! Мы так долго шли к нашей цели! И теперь, когда мы уже у цели, вы вдруг сомневаетесь!

Мираэль снова посмотрела на экран, где сражался Вадим. И в этот момент парень резко посмотрел на неё через экран… точнее, прямо в камеру! Он улыбнулся и что-то произнес одними губами.

Глаза леди Мираэль широко распахнулись. После чего она резко закрыла глаза, и её лицо приняло расслабленное, одухотворенное выражение. Словно дилемма, долгое время терзавшая эльфийку, наконец была разрешена.

Леди Найткэт, тряхнув золотистыми кудрями, громко закричала:

— Нет!

Она вытянула в сторону леди Мираэль руки. Яркое зеленое сияние вспыхнуло вокруг ее пальцев и волной сорвалось в сторону леди Мираэль. Эльфийка в ужасе смотрела на приближающуюся волну, даже начала делать какие-то пасы руками, но, кажется, спасти себя уже не могла…

Внезапно зелёная волна, так и не достигнув эльфийки, резко остановилась. А потом задрожала и развеялась.

Леди Найткэт, Эйка, Пальмистрия и Мираэль в шоке смотрели на… Вадима Сабурова, который неведомым образом появился прямо перед леди Мираэль, тем самым закрыв ее собой. Лёгким движением руки он развеял всю атаку ведьмы.

— Хватит, Алиса, — ласково произнес Вадим, — Нет смысла продолжать эту бессмысленную борьбу. Давай лучше постараемся поладить.

— Ты… ты не мой брат! — воскликнула леди Найткэт… точнее, Алиса, старшая сестра Вадима Сабурова. Злые слезы текли по её лицу, — Ты забрал себе его тело, но ты не он!

— Алиса, — медленно произнес Вадим, чуть наклонив голову набок, — Ты же ведь… украла часть наработок отца, верно?

— Не смей называть его отцом!

— Пересадила себе несколько Даров… Этим и объясняются твои глубокие познания в оккультизме и управлении духовной силой. Согласилась сотрудничать с ТСБ… уж не ты ли поучаствовала в том, что отца раскрыли?

Алиса, тряхнув золотистыми кудрями, снова взмахнула руками, посылая в Вадима новую зеленую волну. Но тот просто шагнул вперёд, за один шаг пройдя насквозь волну и… через саму Алису, каким-то образом оказавшись за ее спиной. В его пальцах извивалось нечто, похожее на светящегося червя.

Духовный паразит.

— А вы не так уж и просты, господин Третий, — с усмешкой произнес Вадим, — Чую, чую знакомый почерк. Как, однако, было любезно с вашей стороны не предупредить меня об этом маленьком нюансе… Или на вас вдруг внезапно забывчивость накатила?

Алиса медленно повернулась в его сторону. Лицо ее побледнело. Однако решимости на нем меньше не стало.

— Это… это ничего не меняет! — по прежнему злобно произнесла Алиса, — Я знала, что эта штука во мне! Я… я согласилась подсадить её добровольно!

— Ну, разница всё равно есть, — заметил Вадим, — Теперь я уверен, что у тебя никто в мозгах не сидит. И ты действуешь по своей воле.

— Я всегда действовала по своей воле, урод! — резко бросила Алиса.

Эйка дернулась в её сторону, сжимая кулаки, но Вадим жестом остановил её. Он подошел к Алисе и взял её за руки. Та зашипела и задергалась. Бела зарычала на Вадима, словно готова была броситься в любой момент. Однако Сабуров… просто взял и поместил руки Алисы себе прямо в грудь. Примерно туда, где находилось сердце.

От такого поступка челюсти отвисли у всех присутствующих, даже у Беллы.

— Что… что ты делаешь? — в шоке произнесла Алиса. Злость в ее глазах сменилась удивлением, — Зачем? Я же теперь…

— Да, — кивнул Вадим, — Ты теперь можешь убить меня в любой момент. В то же время ты теперь имеешь доступ к моей душе и можешь убедиться, что я — это действительно я.

Злое торжество озарило лицо Алисы… И тем не менее… в глубине её глаз зародилось сомнение. Она молча смотрела на Вадима, плотно сжав губы. После чего закрыла глаза и сосредоточилась.

Медленно томительно потекли секунды. Эйка волчицей смотрела на Алису. Не было никаких сомнений, что если с Вадимом случится что-то плохое, то красноволоску остановить будет уже невозможно. Она перестанет сдерживать свою ярость. И тогда Алисе конец…

Не менее напряженными выглядели и Мираэль с Пальмистрией. Всегда холодные и собранные, властная замдиректора и снежная киберкоролева выглядели так, словно не находили себе места.

Белла крутилась вокруг Вадима и Алисы и негромко поскуливала. Она, может быть, и не до конца понимала сложившуюся ситуацию… но всё чувствовала.

Алиса резко распахнула глаза и рывком убрала от Вадима руки. В уголках её глаз, обращенных на парня, заблестели слёзы.

— Прости… — шептала она, — Вадим… родной… Я… я… даже не думала что ты… что твоя душа… я думала… поглощена… я читала записи отца и там… и там…

Вадим с улыбкой заключил её в объятия.

— Ну-ну… — я ласково гладил её по волосам, — Это по прежнему я… твой Вадим. Просто с некоторыми… гм… апгрейдами из прошлого.

Белла подошла к нам и лизнула руку сначала Алисы, а потом мою. Эйка расслабленно выдохнула и от избытка чувств стукнула Пальмистрию по плечу. Звенящий звук металла разнесся по комнате. Кибердева в шоке посмотрела красноволоску, но той этого показалось мало. Эйка внезапно сграбастала её в объятия и приподняла невысоко над полом.

— Пальмочка, я тебя сейчас задушу, — в чувствах произнесла Эйка, крепко зажмурившись. Как будто ни в коем случае не хотела дать волю слезам.

— А… а… а… апути… — в шоке проскрипела Пальма.

— Не путю…

Девушки, которые до этого отчаянно дрались и были готовы растерзать друг друга, теперь куда больше напоминали старых подруг. Которыми они, собственно, когда-то и являлись в далеком прошлом.

Мираэль благоразумно отступила от Эйки на пару шагов, чтобы её тоже не… не «задружили». У эльфийки в отличие от кибердевы не было стального корпуса, способного выдержать всю любовь Эйки.

И никто не заметил хитрой улыбки Вадима, которая мелькнула на его лице лишь на секунду…

Разумеется, я легко обвел Алису вокруг пальца. Даже если бы она захотела причинить мне вред — она бы не смогла. Та, кто считала себя хитроумной интриганткой, сама оказалась наивной, как дитя. Она увидела строго то, что я ей показал.

Будучи убежденной в собственной гениальности, она даже мысли допустить не могла, что её обведут вокруг пальца.

Ну да ладно, в любом случае пусть приходит к нам в гости, пообщается с мамой и сестрой. Они уже довольно давно не встречались лично. Общались только через сухие телефонные разговоры. Теперь, когда я вытащил из Алисы духовного паразита, я могу быть уверенным, что она больше ничего не выкинет. Что бы она там не говорила о своей силе и независимости, я более чем уверен, что кто-то скрыто манипулировал ей в своих интересах. Скорей всего наплел ей, что дескать, духовный паразит делает тебя сильнее и всякое такое. И что он совсем не влияет на решения, которые ты принимаешь, глупая девочка, ага, ага…

Я не знал на все сто процентов, стоит ли за произошедшим Третий. Так или иначе — это старый вампир ведет свою игру. И хотя он уверяет, что признал меня Богом-Императором, я не удивлюсь, что он может оказаться одним из самых опасных противников.

Очевидно, Верховные лорды понимают, что мой приход к власти изрядно пошатнет их влияние. Об этом тоже не стоит забывать.

А еще я незаметно извлек из Алисы и Мираэль остатки энергии, которую они использовали для активации Императорского договора. Кроме того, пользуясь тем, что дамы отвлеклись, я незаметно проник в их разум и подчистил там всё, что было так или иначе связано с Императорским договором. Больше применять они его не смогут, даже если очень захотят.

Такое могущественное заклинание могло принадлежать только мне. Одному. Уж слишком оно опасно.

Я ещё раз молча оглядел и Мираэль, и Алису. Ни одна не была способна принести мне сильного наследника. Ну… на этом все. Почти всё.

— Мираэль?

Она вздрогнула — я впервые за время нашего общения назвал её по имени, отбросив вечное «женщина». После чего… рухнула передо мной на колени. Отпустив млеющую Алису, я приблизился к эльфийке.

— Простите меня, господин, — произнесла она, опустив голову. Её каштановые кудри полностью скрыли от меня её лицо.

— Всё в порядке, Мираэль, — мягко произнес я и положил ладонь на её подбородок, — Здесь нет твоей вины. Служи мне верой и правдой и будешь вознаграждена.

— Да, мой Император… — прошептала эльфийка, глядя мне в глаза влюбленным взглядом, — С этого момента у вас не будет более верной слуги, чем я…

Вот как… Мираэль, выходит, любила меня всё это время. Ещё с самых древних времен. К сожалению, я не могу ответить ей взаимностью. Она не способна принести мне сильного ребенка.

— Тогда чуть позже расскажешь мне, что приготовили для нас на новой Арене, — негромко шепнул я ей. Она энергично закивала.

Я повернулся к Эйке и… без лишних слов заключил ее в объятия. Уткнулся лицом в копну ее ярких красных волос, вдыхая неземной аромат…

— Спасибо, родная, — шепнул я ей, — Я счастлив, что ты есть у меня.

Эйка аж замурлыкала в моих объятиях. И прижалась ко мне ещё сильнее.

Я люблю тебя, прекрасное дитя человеческого рода… Сегодня ночью я вознагражу тебя по достоинству. Ты будешь на седьмом небе, обещаю.

Краем глаза я заметил недовольное лицо Алисы. Кажется, она предпочла услышать от меня подобное в свой адрес. Помнится, я обнаружил наше семейное фото, где я и Алиса были обведены сердечком.

Что-то мне подсказывает, что она испытывает ко мне далеко не родственные чувства. К сожалению, для Алисы перспектив нет. Она сможет родить сильного наследника, более сильного чем Ира или Мария, но до Эйки или даже Акиры ей все равно далеко. Так что увы, сводная сестрёнка, для меня ты останешься просто сестрёнкой. Но обещаю, что я буду заботиться о тебе также, как и о всех своих верных последователях.

Та-а-ак… Пальмистрия.

Кибердева держалась спокойно и достойно. Впрочем, как и всегда. Она, очевидно, не отказалась от своих амбиций и все ещё не верила что я — Бог-Император.

Думаю, я смогу убедить ее. Ей хватило разумения, чтобы осознать, к чему может привести дальнейшая эскалация.

— Я согласна присягнуть на верность Детям Императора, — произнесла она, глядя мне в глаза, — Нет смысла продолжать это бессмысленное противостояние.

— Я сегодня это уже слышал, — я вытянул руку в сторону. В комнату со свистом влетел костяной кинжал с надписью «В память о Ферре». Его рукоять идеально легла мне в ладонь, — А после этого меня попытались убить.

Пальмистрия отшатнулась. Она, кажется, что-то почувствовала в моих намерениях. Что-то нехорошее для нее. Но сделать ничего не смогла. А даже если бы и смогла — это бы ей не помогло.

— Вадик, стой! — закричала Эйка, но было уже поздно.

Я сблизился с Пальмистрией и молниеносным движением вонзил кинжал ей в грудь. По самую рукоять.

— Нет! — ворвался мне в уши крик Эйки. Красноволоска сорвалась с места и рванула в нашу сторону. Как будто ее действия что-то могли изменить.

Пальмистрию словно парализовало. Ее тело вытянулось, словно туго натянутый лук. Из ее широко распахнутых холодных кибернетических глаз брызнул золотой свет.

Пластины, покрывающие ее кибернетическое тело, задрожали. Их края начали тлеть и истончаться, словно бумага под пламенем свечи.

Почему же я сделал это? Дело было в воспоминаниях, вернувшихся ко мне после обретения истинной силы. Эта история началась ещё в глубине веков. И связана она была с родом Пальмистрии.

Дело было так. В далёкой далёкой древности, у моего хорошего друга, умелого кузнеца, создателя невероятного оружия, тяжело заболела дочь. И не было никакого способа ей помочь. Даже я, Бог-Император, был бессилен.

Тем не менее мне удалось найти решение. Тело спасти возможности не было, но я подсказал ему, как перенести душу дочери в новую оболочку. Взамен я попросил о небольшой услуге… Кузнец согласился.

Пришло время отдавать долг. И поможет мне в этом Пальмистрия, прямой потомок дочери кузнеца, которую звали Ферра.

Душепийца — так звали моего друга кузнеца. Он был так-то хорошим и весёлым мужиком. Имя ему совсем не подходило. Но у его племени была такая традиция — давать детям страшные и жуткие имена. Якобы для того, чтобы обмануть нечистую силу. Типа, раз имя у ребенка жуткое, значит, он свой и трогать его не надо.

— Вадик! Она же сдалась! — в гневе кричала на меня Эйка, сжав кулаки, — Что ты творишь?

— Тихо, тихо, — Я приложил палец к губам, второй рукой удерживая Пальму, — Просто наблюдай.

Часть пластин исчезла с тела Пальмы, обнажив ее внутреннюю «начинку» из микросхем, сервоприводов и проводов. Иногда во всем этом угадывалось нечто вроде органики — Пальма ещё не до конца утратила свою человеческую суть.

На глазах тело Пальмистрии начало перестраиваться, словно конструктор. С каждой перестановкой оно теряло человеческие очертания, становясь чем-то совершенно иным.

— Да, — произнес я, внимательно наблюдая за процессом, — То, ради чего ты была рождена, девочка. Стать совершенным оружием Бога-Императора.

Кинжал, вытолкнутый одной из движущихся частей, зазвенел по полу. А у меня в руках была уже не девушка, а… огромный могучий молот на длинной рукояти, переполненный скрытой силой. Силой, идеально сочетающейся с моей собственной.

— Что… что произошло? — в шоке произнесла Эйка, глядя на молот, — Что ты сделал с Пальмой?

— Она обрела свою законченную форму, — рассеянно произнес я, гладя руками невероятно красивые очертания благородного оружия, — Ее далекий предок задолжал мне в прошлом… и через кровь своих потомков таким образом передал мне подарок… оружие, достойное Бога-Императора. Лишь в моих руках оно обретёт свою истинную силу.

Алиса с восхищением смотрела на молот в моих руках. Она осторожно приблизилась, разглядывая его очертания.

— Это великолепно, братец, — прошептала она, глядя на молот с восхищением. Очевидно, она видела несколько больше, чем Эйка, — Я чувствую невероятный потенциал этого оружия… Можно потрогать?

— Конечно, — кивнул я.

Алиса осторожно провела пальцами по поверхности оружия, скользя самим кончиками подушечек по сложной структуре гравировки. Молот едва заметно задрожал в моих руках — как будто был живым и мог чувствовать.

— Вадик, — с напряжением в голосе произнесла красноволоска, — Пальма же… ведь жива?

Ну вот чего она все портит? Ох… Эйка, Эйка… чистое и наивное дитя. С добрым сердцем… но очень глупая.

— Да, — Я кивнул, — Молот — это ее тело. Душа по-прежнему находится в нем.

— То есть, с Пальмой все хорошо? — уточнила Эйка.

— Да.

— Могу я увидеть ее в прежнем облике?

Ну вот зачем она все усложняет? Ладно, так и быть… Мне не трудно.

Сосредоточившись, я крепче сжал молот в руках. С оружием вновь начали происходить метаморфозы. Те же самые, только в обратном процессе. Но было одно отличие.

Органики в этот раз стало появляться заметно больше. А число металлических деталей сокращалось на глазах.

Очень скоро в моих руках был уже не молот… а прекрасная обнаженная девушка с длинными синими волосами и жёлтыми глазами. Живая, из плоти и крови. Она в шоке смотрела то на меня, то на свои руки.

— Ох-х-х… — она вздрогнула всем телом и обхватила себя за плечи, — Какие сильные… чувства… совсем не такие как в кибернетическом теле… что со мной… почему я… выгляжу как человек?

— Прими извинение от Бога-Императора, — сказал я ей мило, — Теперь ты можешь быть кем угодно — хоть человеком, хоть роботом. Хоть чем-то средним. Отныне ты не привязана к механическому облику. Я слегка… подкорректировал твой Дар.

Расплакавшись, Пальма повисла на мне. Ее слезы текли бурным потоком, словно она выплескивала разом все, что скопилось в ее стальных глазах за все эти долгие годы.

Ох… сегодня просто день женщин, рыдающих на моих плечах.

— Я не знаю, как ты это сделал, — прошептала она, — Но… спасибо… Я уже забыла, каково это… быть человеком из плоти и крови и чувствовать… теперь я твоя верная слуга…

Я ощутил уже три ревнивых взгляда. Эйка, Алиса и Мираэль напряжённо смотрели на Пальму. Они, конечно, переживали за нее… Но все имели на меня определенные виды.

Расслабьтесь девушки. Шансы есть только у Эйки. И у Акиры, если вдруг, не дай бог, с красноволоской что-то случится. Но я такого не допущу.

Ну а Пальма… ты мое оружие. Ты принадлежишь мне. Вся, без остатка. И очень хорошо, что ты согласилась мне служить по доброй воле. Думаю, мы поладим. Когда ты понадобишься мне — я призову тебя.

Я бросил взгляд на монитор. Парацельс и Славя все ещё продолжали сражаться. Странная девочка-аномалия где-то потеряла свой меч и отчаянно тянула волшебника за бороду обеими руками, словно хотела оторвать ее. Парацельс возмущённо хрипел и в ответ наминал Славю за сиськи, словно хотел сделать им лечебный массаж.

— Как дети малые, честное слово, — вздохнул я, — Теперь надо как-то их разнять. А то ж ведь разнесут все наше Притяжение звёзд. А что не разнесут, то превратят в парцеяд…

Глава 18. Разговоры высокого уровня

Под ногами хрустели обломки некогда роскошного ресторана. Вид и запашки были те еще. Пол был заляпан пролитыми напитками, усеян осколками разбитой посуды, в воздухе стоял мощный запах пота. На полу то тут, то там попадались разбитые столы стулья, остатки дорогой еды, капли крови. Стоны и мольбы заполнили мои уши, когда я проходил мимо тушек школьников, тех, кто не успел убежать. Большинство были в синяках и кровоподтеках, многие были избиты так сильно, что не могли двигаться.

Типичный образовательный процесс в Притяжении звезд.

Даже не верится, что всё закончилось именно так. Всего несколько часов назад я спокойно ужинал с друзьями, наслаждаясь лучшими кулинарными изысками, которые могло предложить это заведение. А теперь мы тут устроили зону боевых действий с применением могущественной боевой магии.

Эйка, потирая попу, укушенную Беллой, двигалась за мной след в след. Красноволоска что-то недовольно бурчала себе под нос, бросая настороженные взгляды по сторонам. Тем не менее её глаза лучились счастьем каждый раз, когда она смотрела на меня. Я точно знал это, хотя и не оборачивался. Духовная сила давала мне обзор на все триста шестьдесят градусов. Даже глаз не требовались.

Вскоре мы приблизились к Парацельсу и Славе, которые решительно и настойчиво пытались придушить друг друга. Императорский договор на них уже не действовал, но архимаг и ферал так увлеклись потасовкой, что уже не замечали ничего вокруг.

— Брейк, — сказал я, отгораживая их друг от друга стеной силы, — Победила дружба. И я.

— Пусти, Импи, я этой курице сейчас… — рычал Парацельс, обиженный за свою бороду.

— Ты кого курицей назвал, старикан? — рычала в ответ Славя, угрожающе сверкая глазами с вертикальным зрачком.

Нам с Эйкой пришлось приложить много усилий, чтобы успокоить этих двух буйных, но суперсильных гордецов. К счастью, разум возобладал, и Парацельс со Славей оставили попытки придушить друг друга. Но при этом всё ещё весьма недовольно косились друг на друга.

— Наш мир в беде, Славя, — сказал я, глядя на странную девушку-Аномалию, — Ты, кажется, не совсем к нему равнодушна. Не хочешь ли присоединиться ко мне и помочь в финальной битве?

— Ты, кажется, неплохой парень, — улыбнулась мне Славя, — К сожалению, время моего пребывания в этом мире ограниченно. Я сама толком не знаю, куда я ухожу в момент своего исчезновения. Для меня это как сон без сновидений. Но я чувствую, что с нашим миром что-то не так… Можешь призвать меня в битву, когда посчитаешь нужным, Бог-Император. Думаю, ты поймёшь, как.

Ого, она смогла узнать меня. Эта странная зверодевочка не проста, весьма не проста. Надо бы узнать, как же она вообще появилась на свет. Подозреваю, она нечто большее, чем просто дух-покровитель рода Батиковых.

— Передай привет Юле и Лене, — попросила она с улыбкой, — Жаль, что я не смогу увидеть их своими глазами…

Эйка молча достала телефон, нашла галерее коллективное фото класса и показала его зверодевочке.

— О… — в глазах Слави сверкнули слезы. Она с благодарностью посмотрела на Эйку, — Спасибо тебе, злая девочка…

Красноволоска лишь хмыкнула.

С яркой белой вспышкой Славя исчезла. А вместо нее на пол рухнули Лена и Юля с совершенно ошарашенными лицами. Мирмеции как всегда выглядели красиво и сексуально — даже позы, которые они приняли после падения выглядели… весьма интригующе. Но сейчас их лица не покидало чувство растерянности. Они смотрели на нас широко распахнутыми, настороженными глазами, словно не понимали, где находятся и как сюда попали.

— А… что? — ошарашенно произнесла Юля, оглядываясь по сторонам.

Обе близняшки выглядели точно также, как и до превращения в Славю. Ничуть не изменились. И, кажется, совсем ничего не помнили, что произошло в ресторане за их отсутствие.

Я молча заключил обеих в полупрозрачную сферу силы, как рыбок в аквариум.

— Вадик… — слегка неуверенно произнесла Эйка, — Юля нам, вообще-то, хорошо помогла…

Я неопределенно пожал плечами.

— Эй, что за шутки! — возмущенно закричала Лена,

— Это для вашей безопасности, — сообщил им я и пошел в другой конец ресторана. Там у меня тоже остались дела.

Акихито и Акира. Где вы там?

В верности Мираэль и Алисы я теперь был уверен. Я чувствовал искру преданности, зажегшуюся в их душах. Но что на счет этих двоих борзых школьников?

Мой взгляд остановился на группе школьников, сгрудившихся в углу. Они испуганно смотрели на разрушения вокруг них. К ним уже спешили несколько прибывших медиков.

— Что, черт возьми, здесь произошло? — в шоке произнесла Анастасия Андреевна, её голос дрожал. Она прибыла одной из первых и сразу же начала помогать раненым.

Я вздохнул, чувствуя легкий укол совести. Эх… снова я хорошему человеку подбросил работы… Правда, не я начал эту драку в ресторане, если уж начистоту. Я только оборонялся.

Одна из девушек, из пёстро и вычурно одетых, заговорила, перемежая слова судорожными всхлипами.

— Они как будто не могли остановиться! — пролепетала она, ее голос дрожал, — Это Всё Дети Императора! Они все просто начали драться и не останавливались! Мы пытались спастись, но они были слишком быстрыми, слишком сильными!

У-у-у… понятно. На нас как всегда сейчас постараются свалить всех собак. Хотя из Детей в драке участвовали только мы с Эйкой.

— Это была не просто обычная ссора, — вторил ей пестро одетый парень — Это была настоящая катастрофа! Они ответят! Последствия настигнут виновных далеко за пределами стен этого ресторана и школы!

Но медицинские работники не особо прислушивались к их словам. Они оказывали первую помощь, помогали пострадавшим подняться на ноги и выводили их из разгромленного заведения.

Наш гордый японский школьник Акихито выглядел неважно. Он сидел на полу, обессиленный, прислонившись к стене. Всё его лицо покрывали синяки и кровоподтеки. Из его рта вытекала тонкая струйка крови.

Рядом с ним находилась Акира и что-то нежно ворковала, глядя на брата. Ее нежные руки светились духовной энергией — она пыталась залечить его раны. Её груди уменьшились до обычных размеров. На их лицах застыли смятение и усталость.

Акихито первый заметил нас с Эйкой. Несмотря на раны, его взгляд оставался твердым, хоть и смертельно уставшим. Твердо решил защитить своих близких от беды. Он сражался изо всех сил, но в конце концов его превзошли числом и одолели.

И теперь, сидя на полу, он не мог не задаваться вопросом, что ждет его и его семью в будущем.

— Я прощаю вас, — ласково произнес я, остановившись неподалеку.

— Нам не нужно твое про… — взбрыкнула Акира. Но Акихито сжал её руку.

— Я признаю своё поражение, — сказал он хрипло, — Прошу, откажись от мести.

— Как я уже сказал, — кивнул я, — Я не хочу больше крови. Её и так пролилось сегодня достаточно.

Со стороны мои действия являлись воплощением благородства. Однако…

Никто так и не понял, что я использовал на Акихито и Акиру Императорский договор.

Почему именно на на них? Эти двое не успокоятся, и все равно продолжат по мелкому вредить. Не мне, так моим союзникам.

Я не имею никакого права ещё раз на то, что произошло сегодня. На мне ответственность не только за меня, но и за тех, кто присягнул мне на верность. Эйка, Геннадий, Мария, Ира, Даша, а также Алиса и Мираэль. И многие другие, чью верность я могу ощутить.

Акира и Акихито по-прежнему оставались моими врагами. И Акихито владел Императорским договором. Такого человека я обязан подчинить. Тем или иным способом.

Почему я не убил их? Акихито, помнится, воспротивился Дейчи во время дуэли с Юцером, когда двоюродный брат попытался меня убить. Парень не лишен благородства. А Бог-Император умеет быть благодарным.

Также Императорский договор я наложил на Юлю и Лену. Почему на Юлю? Вряд ли она так просто смирится с тем, что я подчинил её сестру. Прости, Юля, но так надо…

Акира жалобно смотрела на меня. Ее взгляд как бы говорил: пожалуйста, прости! Ради той ночи, что была у нас в казино…

— Идем, Эйка, — я ласково улыбнулся своей красноволосой красотке. Которая так и не поняла, что я именно сделал. Для неё мои действия выглядели максимально красиво и благородно, — Пора отдохнуть.

Она положила голову мне на плечо и зажмурилась от удовольствия.

Я позабочусь, чтобы ты никогда об этом не узнала. Счастье — в неведении.

* * *

Два благородных господина, лица которых скрывали белые маски с цифрами «один» и «три» коротали время за непринужденной беседой. Оба отдыхали в приватной гостиной эксклюзивного клуба, предназначенного для «своих». Для тех, кому положено.

Они потягивали из бокалов выдержанный виски и слушали классическую инструментальную музыку через виниловый проигрыватель. А лучше винила, как известно, только живая музыка.

Разговор перешел на недавний инцидент в Притяжении Звезд. А если точнее — на драке в азиатском ресторане, работающем при школе.

Третий откинулся в кресле, на его губах играла лукавая улыбка.

— Жаль, что такое прекрасное заведение превратилось в руины, — произнес он, в его не было ни малейшего намёка на сочувствие, — Я был там пару раз. Реально хорошее место. Было.

— Иногда немного хаоса необходимо для наведения порядка, — ответил Первый, его глаза сверкали расчетливой холодностью, — Кроме того владельцы всё покроют за счет страховки. Сумма там должна быть немаленькая. Как раз хватит на восстановление всего и вся.

— Леди Элеонора, должно быть, расстроится. Это был её любимый ресторан на территории школы.

— Не всё ли равно?

— Действительно. Если хочешь знать мое мнение, она и Пятый совершенно незаслуженно занимают свои должности, — заметил Третий.

— Вынужден согласиться, — кивнул Первый, — Пятый когда-то был велик, реально велик… Но после перерождения он уже не тот, нет той старой хватки. Волку подточили клыки.

— Четвертая слишком сильно руководствуется эмоциями при принятии решений, — добавил Третий и махнул рукой, как будто речь шла о чём-то совершенно безнадежном.

— Да, Четвертая, — вслух размышлял Первый, в его голосе сквозило презрение, — Она слишком чувствительна, слишком склонна к вспышкам эмоций. И очень доверчива. Я всегда говорил, что она — сомнительное решение на место место Верховного Лорда, ты согласен, Третий?

Третий кивнул, задумчиво потягивая виски.

— Да, я всегда считал, что ей не хватает необходимого уровня контроля и сдержанности. Настоящий лидер должен уметь держать свои эмоции под контролем, независимо от ситуации. Даже удивительно, как Притяжение под её контролем достигло таких высот… Не иначе совпадение.

Первый хохотнул. Его смех, тонкий и высокий, напоминал звон льда о хрусталь.

— Да, и давай не будем забывать о ее склонности к театральности, — добавил Первый, — Помнишь, как она представила нам того мальчишку на заседании? Вряд ли это можно назвать качеством истинного лидера.

Третий вздохнул, поставив на стол прозрачный бокал с остатками бренди.

— Хоть мы с Четвертой и конкурируем посредством наших школ, лично мне на самом деле ее жаль. У Четвертой большой потенциал, но я боюсь, что он может быть растрачен из-за ее недостатка самоконтроля.

Первый кивнул, на его губах заиграла лукавая улыбка.

— Да, действительно жаль. Но, возможно, мы сможем найти способ помочь ей… сосредоточиться, а? В конце концов, не пристало Верховному Лорду быть объектом насмешек. Ну а если и это не поможет… её всегда можно будет заменить.

Третий хмыкнул, в его глазах мелькнуло веселье.

— О, я понимаю, что ты имеешь в виду. Ты всегда умел манипулировать раскладами в нашу пользу, Первый. Твой оригинал был той ещё заразой. До сих пор жалею, что так и не двинул ему хорошенько по морде. Да и ты в плане коварства не далеко от него ушел.

Первый усмехнулся.

— Сочту за комплимент. Это все для блага Империи, Третий. И если Четвертая не может справиться с ответственностью, то будет лучше, если ее передадут кому-то более способному.

— Найти бы ещё такого человека… Умного способного… но при этом преданного и лояльного.

Эти двое некоторое время сидели молча, каждый погрузился в свои мысли, наслаждаясь вычурным вкусом виски. Атмосфера сгустилась мрачная, в воздухе висела тяжесть невысказанных вопросов. И ответов.

— Теперь, после драки в ресторане, у тебя нет никаких сомнений в том, что перед нами — тот самый Бог-Император? — спросил Третий.

— Его и правда очень трудно отличить от оригинала, — неохотно произнес Первый.

— Ай, да брось, — вздохнул Третий, — Я сошелся с ним в битве. Это лучший способ узнать человека. Сразу после способа выпить с ним парцеяду… Я уверен, что это переродившийся Император.

— Плохо, что мы так и не завладели Императорским договором, — мрачно произнес Первый, — Очень плохо. Леди Мираэль подвела нас… А ведь леди Элеонора убеждала в её лояльности. Вот чего стоит слово Четвертой.

— Да. Так что если ты рассчитывал подчинить леди Элеонору и Бога-Императора с его помощью, советую тебе об этом сразу забыть, — сказал Третий, — Скорей всего Императорский договор у Бога-Императора. И он теперь единственный, кто способен его применять. Для нас это — крайне высокий уровень опасности.

— Лишь вопрос времени, когда он придет к власти, — мрачно произнес Первый.

— Бог-Император придет к власти, в этом нет никаких сомнений, — кивнул Третий, — Так будет лучше для всех нас. Но произойдет это тогда, когда решим мы. И на наших условиях.

— Думаешь, он попытается добраться до Тотх’Аза? — спросил Первый.

— Не просто попытается, — сказал Третий, — Скорей всего он сделает это в ходе новой Арены. Это будет для него идеальное время.

— Великий Мудрец держит нас в неведении, — мрачно произнес Первый, — И это в его стиле… Наверняка он ведет собственную игру.

— А мне кажется, нет, — внезапно произнес Третий, — Великий Мудрец… Всегда был сторонним наблюдателем. Лишь изредка он помогал тем, кого счел достойными. Но таких случаев было всего несколько за историю нашего мира.

— Ты думаешь, он просто дождется, кто победит? — Первый покачал головой, — И что нам делать в таком случае? Мы можем как-то защититься от Императорского договора?

— Да, есть один способ… Я с удовольствием поведаю тебе о нем.

Они ещё долго, около часа, беседовали, обсуждая свои дальнейшие действия. Когда они допили свои напитки, Третий встал, его движения были плавными и грациозными. Нечеловечески плавными и грациозными.

— Думаю, мне пора, — сказал он, в его голосе звучала фальшивая вежливость.

Первый кивнул, тоже поднявшись со своего места.

— Да, у меня тоже есть дела, — сказал он, в его словах сквозила та же фальшивая любезность.

— Полагаю, мы обо всём договорились? — произнес Первый, внимательно глядя на Третьего.

— Конечно, — тот кивнул, — Думаю, наше решение станет благом для всех.

— Во имя Бога-Императора.

— И Тотх’Аза.

Оба Верховных лорда обменялись формальными поклонами, в прорезях масок угадывался расчетливый блеск в глазах.

* * *

Я растянулся на диване, закрыв глаза, и удовлетворенно вздохнул. День выдался долгим и утомительным, но теперь я наконец-то могу расслабиться и насладиться комфортом. Я погрузился в мягкие подушки, чувствуя, как уходит напряжение прошедшего дня. Я нащупал пульт и включил плейлист с релаксирующей музыкой.

Попалась речная тема со звуками ветра, деревьев и текущей реки, где плескались её обитатели…

Ах, рыбки…

В квартире я находился один. Мария, Ира и Алиса упорхнули куда-то по магазинам. Их встреча вышла довольно бурной и эмоциональной. Не буду даже расписывать, сколько было восторженного писка, прыжков до потолка, обнимашек и целовашек… Это бы заняло целую сагу.

Усердствовала в основном Ира, которая очень соскучилась по старшей сестренке. Но и Алиса, освобожденная от контроля духовного паразита, кажется, тоже была очень рада. Хотя и изо всех сил старалась этого не показывать.

Дотянувшись до телефона, я набрала номер Юмеко.

— Да, господин? — практически сразу ответила моя секретарь.

— Привет, Юмэко. Ты закупила то оборудование, которое я сказал тебе приобрести?

— Конечно, господин. Судя по данным курьерской службы, заказ должен прибыть со дня на день.

— Отлично.

Я также отдал ей несколько распоряжений на следующий день. Но когда я положил трубку, телефон зазвонил снова. Бросив взгляд на экран, я приподнял в удивлении бровь. Это была Аманда Зинцер. Наша роковая женщина высшего порядка.

Не ждал, не ждал… По крайней мере не так быстро и не в ближайшие дни. Думал, ей понадобится больше времени, чтобы прийти в себя после событий на крыше.

Аманда как обычно непредсказуема.

— Привет, Аманда, — ответил я, стараясь, чтобы в моем голосе не было усталости. Не хочу давать ей повода делать какие-то далеко идущие выводы.

В отличие от Акихито и Акиры, в Аманде я был уверен. Там на крыше, я увидел, как в её сердце вспыхнула искра истинной верности. Аманда… обожала сильных мужчин. Я продемонстрировал ей свою подавляющую силу, разделался с её секретным оружием в лице мертвого мужа… Так что теперь в её верности сомневаться не приходилось.

— Добрый вечер, мой лорд, — почти промурлыкала она, — Я не побеспокоила вас?

— Всё в порядке. Что ты хотела?

— Если у вас найдется минутка, я бы хотела поговорить с вами. С глазу на глаз. По очень важному вопросу. Я как раз недалеко от вашего дома. Могу подойти в течении пяти минут.

Мгновение я раздумывал. Аманда уже принесла мне клятву верности. Как вассал, она была обязана мне, но это не означало, что я полностью доверял ей. Её искренность не означала, что она перестанет плести интриги и что-то выгадывать для себя за моей спиной. Тем не менее, мне было любопытно услышать, что она скажет.

— Поднимайся, — сказал я ей и положил трубку.

Через несколько минут в дверь квартиры позвонили. Я отключил релаксирующую музыку, поднялся открыл дверь. На пороге стояла мило улыбающаяся Аманда. Выглядела она как всегда потрясающе. Ее длинные чёрные волосы были уложены в идеальные вьющиеся локоны, спадающие на плечи и спину. Алые глаза сверкали умом и хитростью. Сегодня она надела черное длиннополое платье, его подол и рукава были украшены алым бархатом.

Меньше всего она походила на человека, который потерпел сокрушительное поражение. В принципе, логично, она же женщина. А женщина остается в выигрыше при любом раскладе. Даже если её, гм… ставят в позу проигравшей. А потом ещё, и ещё, и ещё раз… Это всё равно никакого значения не имеет.

— Прошу, — сказал я, отступая в сторону, чтобы пропустить ее.

— Благодарю, господин, — Аманда очаровательно улыбнулась мне, как старому доброму другу. Как будто мы всего несколько дней назад не пытались прикончить друг друга.

Иронично.

Она скользнула в комнату, ее бедра покачивались при ходьбе. Я не мог не оценить, как облегающее черное платье подчеркивало ее изгибы.

— Желает ли леди выпить? — спросил я небрежно, желая немного разведать обстановку.

— Я бы с удовольствием выпила бокал сухого белого вина, если оно у вас есть, — сказала она любезно, присаживаясь на диван.

Я налил каждому из нас по бокалу и присоединился к гостье, устроившись на подушках рядом с ней. Какое-то время мы молча потягивали вино. Единственным звуком, нарушившим тишину помещения, был звон наших бокалов.

— Итак, о чем ты хотела поговорить? — спросил я, сразу переходя к делу.

Аманда глубоко вздохнула, прежде чем заговорить.

— Видите ли, у меня есть сведения, что влиятельные аристократы предпринимают шаги против вас, господин, — произнесла Аманда, глядя мне в глаза очень серьезно.

— Да? — я приподнял бровь, — И кто же?

Список потенциальных кандидатов, скажем так, был весьма велик.

— Некоторые из Верховных лордов, — сказала она, ее голос звучал тихо, — Я знаю, что вы считаете некоторых из них своими верными союзниками, но я думаю, что вам стоит пересмотреть свои взгляды.

— Расскажи подробнее, — нахмурился я.

— Видите ли, клан Зинцеров владеет элитным клубом, где любят отдыхать некоторые из сильных мира сего. Так вышло, что мне в руки попала запись их разговора. К сожалению, неполная, был слишком высокий риск обнаружения. Но начало и конец разговора более чем разборчивые.

Она достала телефон и включила аудио запись.

— Жаль, что такое прекрасное заведение превратилось в руины, — услышал я голос Третьего, он же Геренд Альрийский, — Я был там пару раз. Реально хорошее место. Было.

— Иногда немного хаоса необходимо для наведения порядка, — ответил ему Первый, — Кроме того владельцы всё покроют за счет страховки. Сумма там должна быть немаленькая. Как раз хватит на восстановление всего и вся.

Я молча прослушал всю аудиозапись их разговора. К сожалению, как Аманда и сказала, большая часть беседы осталась не записанной. Мешали помехи. Тем не менее оставшейся части диалога было более чем достаточно для выводов.

Я откинулся в кресле и на мгновение задумался.

Аманда сидела, сложив руки и скромно опустив ресницы. Весь её вид так и говорил: «Я принесла пользу, я полезная, господин. Довольны ли вы мной?»

— Благодарю, Аманда, — сказал я наконец, — Это весьма ценная информация.

Аманда расцвела и как бы невзначай приблизилась ко мне практически вплотную. Она улыбнулась, ее глаза сверкнули решимостью.

— Это мой долг как вашего вассала, господин. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы забрали в свои руки всю полноту власти.

Я внимательно смотрел на неё. К слову… Так вышло, что я же ведь ни разу не проверял Аманду на тему жены. Насколько сильного ребенка ты способна мне принести, женщина?

Глава 19. Фото в рамке

Сила… и потенциал. Невероятный потенциал. Вот что я увидел. Аманда способна родить мне ребенка с невероятной силой. Дитя от Акиры и даже Эйки даже близко с ним стоять не будут…

Это будет сильнейший Бог-Император, который когда-либо существовал. Сильнейшее воплощение, которому не будет равных. Лучший защитник, которого только может пожелать человечество.

Я не мог не заметить манящий блеск ее волос, черных как крыло ворона. Словно водопад они каскадом ниспадали на её плечи. Ее пронзительные красные глаза, казалось, глядели в мою душу, когда она смотрела на меня со смесью желания и восхищения.

— Скажи мне, Аманда, — начал я, — Не страшно ли интриговать против Верховных лордов ради меня?

Она замешкалась на мгновение, прежде чем ответить. Ее губы изогнулись в лукавой улыбке.

— Я уже убедилась, что вы — нечто большее, чем просто Верховный лорд. Вы превосходите их также, как Верховный лорд превосходит простолюдина. А я… я всегда любила сильных мужчин. Я сама сильная женщина… по настоящему сильная, что большая редкость в наше время. И меня тянет к сильным мужчинам… но вот в чем проблема, сильному мужчине сильная женщина не нужна.

— Вот как…

— Я знаю, что мне уже не стать вашей официальной парой, и особо рассчитывать не на что, но… я готова сделать все, что потребуется, чтобы доказать вам свою преданность.

Я не мог не улыбнуться от ее смелых слов. Мысль о рождении ребенка от Аманды звучала очень привлекательно, я знал, что это повлечет за собой последствия. Эйка, моя любовь, наверняка не воспримет эту новость с пониманием.

Эйка… я же решил, что она для меня ничего не значит. Она имеет значение для Вадима Сабурова… но не для Бога-Императора.

Почему тогда сердце только что пропустило один удар?

— Аманда, я ценю твою помощь и твою преданность, но я должен все тщательно обдумать, — сказал я, — Решение, которое я приму, повлияет не только на меня, но и на тех, кто меня окружает. Я должен учитывать возможную обратную реакцию и… Я не хочу причинить кому-либо душевную боль.

Она понимающе кивнула, ее необычные глаза с красной радужкой смягчились.

— Я понимаю, мой господин. Я просто хотела предложить вам свою помощь в надежде доказать свою преданность. Меня не пугает гнев Верховных лордов. Какое бы решение вы не приняли, я буду уважать вашу волю и продолжу верно служить вам как ваш вассал.

Я кивнул, испытывая чувство благодарности к ней за понимание.

— Спасибо, Аманда. Скажи, твои люди из клана Зинцер тебе все еще верны? Возможно, мне в будущем понадобятся услуги людей… с солидным боевым опытом.

Аманда кивнула.

— Многие после предательства Филио разбежались по другим кланам. Но у меня осталось несколько преданных лидеров банд с проверенными боевиками. Я пришлю вам список потенциальных кандидатов сегодня позже.

Я кивнул, в голове уже крутились предстоящие задачи. Новая Арена… все решится на ней.

Пока мы обсуждали дела, меня не покидала мысль о том, что у нас с Амандой будет ребенок. Мысль о таком сильном потомке, была манящей и не отпускала: существо, чья сила потенциально превосходила бы даже мою собственную. Вероятно, во всей Вселенной не нашлось бы никого, способного противостоять такой грозной силе.

Он станет моим идеальным воплощением.

Но в то же время я знал, что к этому решению нельзя относиться легкомысленно. Оно повлияет не только на меня и Аманду, но и на тех, кто нас окружает, включая мою девушку Эйку. Почему я не могу избавиться от чувства вины при мысли о том, что могу причинить ей боль?

Это неправильно… так не должно быть… Я единственный хранитель человечества. И я должен защитить его любой ценой. Отринуть даже нормы морали, если они будут мешать мне исполнять мой долг.

Взвешивая в уме все за и против, я не мог избавиться от ощущения, что этот ребенок должен появиться в любом случае. Его появление ознаменовало бы новую эру, в которой я мог бы править, имея рядом с собой наследника, чья сила была бы непревзойденной. А после смерти и изнашивания моего текущего тела все мои знания, все мои души перейдут сыну.

Нужно собрать больше информации. Нужно провести исследование, убедиться, что Аманда действительно способна родить сильного наследника, и тщательно обдумать все возможные последствия. Только тогда я смогу принять взвешенное решение, которое определит не только мое собственное будущее, но и будущее всего человечества.

— Могу ли я еще чем-нибудь помочь, господин? — спросила Аманда мягко и нежно. Кажется, она придвинулась ко мне немного ближе. Её пальцы почти коснулись моих. Гладкая поверхность дивана под нами едва заметно скрипнула, — До меня дошли слухи о новой Арене, которую планируют устроить Высшие лорды. Говорят, что в ней будет участвовать не только Школа Притяжения Звезд, но и многие другие. Похоже, это очень важное и особенное событие.

Но я покачал головой.

— Нет, здесь ты ничем не можешь помочь. Леди Мираэль уже предоставила мне всю исчерпывающую информацию о будущей Арене. Но я рад видеть твой энтузиазм.

Я не придвинулся к Аманде ближе. Но и попыток отстраниться не сделал.

Аманда кивнула, но в ее лице промелькнул намек на разочарование.

— Конечно, милорд. Я всегда в вашем распоряжении…

Она игриво провела рукой по моей руке, отчего мурашки побежали по позвоночнику. Она наклонилась ближе, ее мягкое дыхание щекочет мое ухо. Она что-то зашептала, немного милое и бессмысленное, с легким налетом романтики.

Как не поддаться ее соблазнительным чарам? Аманда хороша собой… И пусть её душа черна, она искренне предана мне.

Ее фарфоровая кожа сияет в мягком свете, слабый румянец играет на ее щеках. Она иногда прикусывает нижнюю губу, когда говорит. Ее черные как ворон волосы спадают распущенными локонами, обрамляя лицо с тонкими чертами. На виске пульсирует тонкая жилка.

— Милорд, что вы думаете о том ресторане, где беседовали Верховные лорды? Это очень хорошее место в центре города, и я не так давно открыла его. Не окажете ли вы мне честь, не попробуете ли наше меню?

— Хм… звучит интересно, — кивнул я, — Как будет больше свободного времени, обязательно посещу его. Главное, ха-ха, не подслушивай меня!

Аманда в притворном испуге отстранилась.

— Как можно, господин! Может быть, мы могли бы как-нибудь сходить вместе? Тогда вы будете уверены, что ваша приватность вне опасности. Зачем мне подслушивать саму себя?

— Отличная идея. Я с удовольствием свожу тебя туда. Проводить время с союзниками — очень важно для укрепления вассальных отношений, — кивнул я.

— С удовольствием. И кто знает, может быть, потом мы могли бы продолжить ночь в родовом особняке Зинцер? Я бы показала вам, как у нас все устроено… Обещаю, вы не пожалеете… Наш особняк очень красивый.

Я улыбнулся.

— Звучит неплохо, Аманда.

В ходе разговора она игриво проводит пальцами по своим волосам, привлекая внимание к черным, струящимся локонам. Из-за этого движения большой бюст в глубоком вырезе платья раскрылся передо мной в полном, так сказать, объеме. Через разрез в подоле черного платья я также оценил изящные линии её изящной ножки, упакованной в сетчатый чулок..

Аманда, несмотря на свой возраст, находится в идеальной физической форме. Пожалуй, в этом она не уступит молодой девушке. Пронзительные глаза с необычной алой радужкой, полные губы и изящный изгиб ключиц… роскошная женщина.

Она как бы невзначай закидывает ногу на ногу, давая мне возможность полюбоваться ее упругими бедрами. Каждое ее движение рассчитано и соблазнительно, и я чувствую, как мое желание к ней усиливается с каждой минутой. Даже не терпится узнать, какие еще удовольствия приготовила для меня эта милая девушка. Точнее, женщина, но для меня они все девушки…

Я понимаю, что это хитрая женская игра. Я видел всё это уже много раз, очень много раз за долгие тысячелетия своей жизни. Женщины пользуются одними и теми же трюками из столетия в столетия, и мы, мужчины, неизменно попадаемся на них.

Потому что хотим попадаться. Как вот я прямо сейчас.

Она придвигается еще ближе, ее губы оказываются в нескольких дюймах от моих. Пухлые и нежные, они жадно просят поцелуев. Я чувствую жар, исходящий от ее тела.

— Ой… какая я неуклюжая, — внезапно говорит Аманда и встает с дивана.

Я вижу, как по ковру катится бокал. Кажется, кто-то из нас из-за неосторожного движения смахнул его.

Она наклоняется, чтобы поднять упавший бокал. Она как будто бы случайно наступает на подол, отчего ткань на ее юбке натягивается и становится полупрозрачной. Я вижу ее кружевные трусики сквозь натянутую ткань платья. Шелковая ткань плотно обтягивая самое сладкое местечко женского тела…

Сложно удержаться от того, чтобы не любоваться ее красотой и элегантными движениями. Аманда тонко намекает, что готова отдаться мне прямо здесь и сейчас.

Милые игры с женщинами… Я даже забыл о том, как это может быть приятно. Не вижу причин отказываться от сладкого искушения.

Я встал и грубо схватил её в охапку, прижимая к себе. Аманда вскрикнула в притворном испуге:

— Ах, мой господин, что вы делаете? Я боюсь…

Её глаза выглядят испуганно. Но я понимаю, что это притворство. Я крепко целую её, накрывая сладкие алые губы своими. Аманда послушно отвечает, наши языки сплетаются во влажном танго. Она обвила руками мою шею и издала тихий стон.

Как все поменялось. Ещё совсем недавно она хотела убить меня. А я собирался жестко отБДСМить Аманду в ходе допроса. И лишь чудом не довел дело до конца.

Насладившись её губами, я кидаю леди Зинцер на стол. На пол падает тарелка с фруктами и мелкие предметы. Юбка Аманды задралась, попка оказалась прямо передо мной. Я вижу её трусики, черные и кружевные, туго впивающиеся в ее нежную плоть. Медленно я стягиваю их…

Мне открывается поистине великолепный вид. Аманда — прекрасная и здоровая женщина. Во всех отношениях.

— Ах, господин… Вы такой страстный… — стонет Аманда, — Вы меня пугаете…

Она думает, что происходящее — это исключительно заслуга ее хитрых манипуляций. Что ж… пусть продолжает думать.

— Я больше не могу сопротивляться твоим чарам, — произнес я хрипло стандартную банальность, чтобы заполнить паузу.

— Ах… господин, остановитесь… — прошептала она, — Нас же могут обнаружить… Что если ваша сестра… или леди Мария…

Я приник к Аманде, крепко удерживая её бедра руками. Языком я начал ласкать её кожу, ощущая ее тепло и мягкость. Аманда издала легкий стон, когда я поцеловал её… несколько глубже обычного. Рукой она попыталась меня остановить, он я легко отклонил её пятерню.

Аманде нравилось, когда мужчина брал её силой. И это отчетливо читалось. В этом они с Акирой были похожи.

А дальше мы вместе с Амандой провели очень много приятных минут…

Исследуя тело Аманды, я не мог удержаться от того, чтобы не заняться ее самой интимной зоной. Я провел языком по гладкой, мягкой коже, медленно спускаясь к ее влажной и жаждущей киске.

Пора попробовать на вкус эти сладкие, медовые складочки. Я лизал и целовал ее чувствительную кожу и складки, наслаждаясь тем, как женщина извивается и стонет подо мной. Пальцами я дразнил ее, исследуя каждый сантиметр и заставляя ее стонать от удовольствия.

Аманда издала глубокий стон удовольствия, когда я начал лизать и посасывал ее клитор. Я ввел внутрь её киски два пальца, и начал массировал ее внутренние стенки.

Я чувствовал, как ее тело дрожит от желания, отзываясь на мои прикосновения. Это было отличное, глубокое чувство. Я наслаждался тем, что могу довести ее до экстаза. Я продолжал ублажать Аманду пальцами и языком, исследуя каждый сантиметр ее самых чувствительных мест.

— Ах… господин… господин, — стонала она, крепко ухватившись за края стола, на котором лежала, — Я… я… уже близко…

Я ощутил, что стенки её влагалища задрожали сильнее. Наконец, она издала громкий, пронзительный крик. Оргазмические волны, словно судороги, пронзили её тело насквозь.

Когда она, тяжело дыша, полностью удовлетворенная, лежала на столе, я с удовольствием разглядывал её влажную мокрую киску. Я ощущал чувство гордости за то, что доставил ей такое удовольствие.

Не счесть тех женщин, которых я довел до оргазма. И мне до сих пор не надоело… Готов хоть вечность этим заниматься.

Мои штаны уже трещали от мощного напора стояка. Пора с этим что-то сделать.

Я перевернул Аманду на спину и начал развязывать веревки на ее платье, намереваясь оставить даму полностью голой. Руки леди Зинцер нашли путь к моей груди, и она начала возиться с пуговицами на моей рубашке. Ее прохладные пальцы скользнули под ткань, радуя меня нежными прикосновениями. Я провел руками по ее бокам и бедрам, ощущая изгибы ее тела сквозь тонкую ткань платья.

— У тебя красивая и нежная кожа, — сказал я с улыбкой, проведя пальцами по ее шее и груди, — Особенно мне нравится эта пульсирующая жилка на твоей шее.

Она хихикнула и улыбнулась притворно скромно. Как же не похожа в этот момент она была на ту буйствующую пантеру, державшую в кулаке несколько районов.

Хороший сильный мужик — вот чего ей не хватало.

— Я в вашем распоряжении, господин. Вы очень умелы и опытны, это чувствуется. Вы знаете, как сделать женщине приятно, — прошептала она, ее дыхание обжигало мою кожу, — Как и ожидалось.

Я не мог больше ждать. Я содрал с неё платье, не заботясь о его сохранности, и отбросил в сторону. На Аманде остался черный кружевной бюстгальтер, не оставляющие места для воображения, и красивые чулки с кружевами. В самом низу её живота курчавился черный треугольник волос.

— Вау!.. — выдохнул я, оценив великолепное зрелище, — Ты горячая штучка, Аманда.

Щеки Аманды покраснели ещё чуть сильнее. Аманда покраснела и соблазнительно прикусила губу.

— Хотите потрогать, господин? — спросила она, озорно проведя по губам языком, — Это всё ваше…

Я кивнул, мои руки уже тянулись к ее нежной коже. Она издала вздох удовольствия, когда я провел пальцами по ее изгибам, притянул ее ближе, целуя ее шею и ключицы. Мои руки проникли за её спину, расстегнули застежки бюстгальтера. Как и трусики, он улетел куда-то в сторону.

— О, мой господин, — прошептала она, — Что вы со мной делаете? Остановитесь…

Но я знал, что она хотела этого так же сильно, как и я. Сильные мужчины были страстью Аманды. Ее самым сильным искушением.

Не в силах больше ждать, я приблизил своё лицо к ее груди, наслаждаясь видом ее пышных полушарий, слегка покачивающихся под своей тяжестью.

Грудь Аманды была большой и упругой, с идеально круглыми и слегка вытянутыми сосками. Ее кожа была гладкой и мягкой на ощупь.

Я взял один сосок между губами и нежно пососал его, вызвав у Аманды тихий стон. Второй я начал нежно выкручивать пальцами. Я почувствовал, как ее соски твердеют, отзываясь на мои прикосновения.

Она выгнула спину и прижалась ко мне, поощряя мои попытки исследовать ее тело. Вид ее красивой, идеальной груди и чувствительных сосков, а также громкие стоны пробудили во мне новую волну желания. Я хотел, чтобы леди кричала ещё громче, ещё сильнее.

Когда я просунул руку между её ног, ощутив влагу и тепло, я почувствовал, как она дрожит от желания. Ненасытная, одного оргазма ей было мало. Мне тоже не терпелось попробовать ее сладость. В этот раз полноценно, без всяких там пальцев.

— Пожалуйста, — прошептала она, — Не останавливайтесь, господин. Овладейте мной… Дайте мне ощутить вас внутри себя…

Я не мог больше сопротивляться искушению. Резким движением я раздвинул ее дрожащие ноги в стороны.

Я медленно ввел свой затвердевший член в Аманду, ощущая тепло и тесноту ее плоти. Она тихо стонет, когда я начинаю двигаться, ее бедра двигаются синхронно с моими. Я чувствую, как ее мышцы сжимаются вокруг меня, втягивая меня глубже и глубже.

Ее тело отвечает на каждое мое прикосновение, она задыхается и извивается подо мной. Её груди подпрыгивают от каждого толчка, покрытые блестящими капельками пота. Громкие развратные шлепки наполнили комнату…

Мы двигались всё быстрее и быстрее, оба в погоне за приближающимся финалом. Одновременно с тем, как начали сокращаться стенки её влагалища, я ощутил растущее напряжение в моей промежности.

Аманда издала оглушительный крик удовольствия, и я почувствовал, как ее мышцы сжались вокруг меня. Я зарычал и крепко сжал её груди. В моей голове словно взорвалась бомба, а мой член одну за другой исторгал порции семени, наполняя матку Аманды до краёв…

Мы рухнули на стол, задыхаясь, полностью обессилевшие, наши тела сплелись в полном единении…

— Роди мне сильного ребенка, — шепнул я ей на ухо, — Самого сильного во вселенной. Чтобы не нашлось никого, кто мог бы ему противостоять.

— Да, господин… — прошептала она, обнаженная и прекрасная, закатывая глаза, — С величайшей радостью…

— Что здесь происходит? — раздался со стороны входа знакомый голос. Я сразу узнал его.

Это была Эйка.

Моя красноволоска стояла в дверях, держа в руках какой-то сверток. Ее глаза расширились от шока при виде открывшейся перед ней сцены. Немудрено… Мы с Амандой лежали на столе, обнаженные и покрытые потом. Наша одежда была случайным образом разбросана по комнате — очевидно, в комнате только что отбушевал вулкан страстей.

Эйка сжала кулаки, словно пытаясь осознать происходящее.

— Что, черт возьми, здесь происходит? — повторила она, ее голос дрожал от гнева и обиды. Сверток выскользнул из её рук и упал на пол.

Я встал и молча привел себя в порядок, используя духовную силу.

— Аманда принесла очень важные сведения. Против нас готовят заговор… — начал было я, но она прервала меня.

— Какой заговор? Какие сведения? Ты изменяешь мне с этой шлюхой! — вырвалось из Эйки, она указала на Аманду.

Леди Зинцер до этого момента выглядела слегка растерянной. Даже грудь попыталась прикрыть. Но после оскорбления она выпрямилась и села, её взгляд насмешливо сверкнул. Она распрями плечи так, что её соски, словно острия копий, уставились на Эйку. Леди Зинцер элегантно положила руку на бок и сладко произнесла:

— Господин Вышнегорский проводит время так, как посчитает нужным. Для меня, его верной слуги, большая честь помочь ему в том.

Красноволоска обожгла её пламенным взглядом, словно была готова вот-вот броситься.

Я изогнул бровь. Да что на Эйку нашло-то?

— В чем проблема, Эйка? Мы уже неоднократно это обсуждали, — сказал я, застегивая пуговицы рубашки, — Ты сказала, что ничего не имеешь против, если у меня будет несколько жен.

— Да, но… но… но не она же! — глаза Эйки, обращенные на Аманду, сверкнули гневом, — Ты, что, не знаешь, какая это злобная змея?

— Что-что, милочка? Я не ослышалась? — Аманда уперла руки в бока, — Я, рискуя быть разоблаченной, раздобыла для господина очень важные сведения! Ты, глупышка, даже не представляешь, чего это мне стоило и какому риску я подвергалась!

— Это правда, Эйка, — я кивнул и шагну к красноволоске, дружелюбно протягивая к ней руки, — Аманда — наш союзник и очень здорово мне помогла. Не говори о ней в таком тоне.

Но Эйка отстранилась, глядя на меня с глубокой обидой в глазах.

— Почему… почему… почему ты так ведешь себя? — прошептала она сдавленно, словно у неё в горле застрял ком. В уголках её глаз сверкнули слезы.

— Как? — я удивленно приподнял бровь.

— Так спокойно! — вырвалось из неё, — Как будто ничего не произошло!

Я молча смотрел на неё. Весь мой тысячелетний опыт не мог подсказать, что сказать Эйке в такой ситуации.

— Милочка, сбавь обороты, — послышался голос Аманды. Она встала со стола и подобрала с пола свои черные кружевные трусики и принялась задумчиво рассматривать их на свету, — Ты должны быть благодарна господину за его милость, а не вести себя так, как будто тебе все должны.

— Заткнись, стерва! — взревела Эйка. Яркое сияние, словно огненный смерч, вспыхнуло вокруг красноволоски. Её волосы встали дыбом, словно наэлектризованные.

Она бросилась на Аманду, занося кулак для мощного удара.

Черно-алая аура силы вспыхнула вокруг леди Зинцер. Она ловко поймала кулак Эйки в свою пятерню, полностью погасив силу удара.

— Хо? — Аманда усмехнулась, — История повторяется, деточка? Ты для своего возраста сильна, но мне совсем не ровня…

— А-а-а!.. — завопила Эйка так, что в окнах зазвенели стекла. Её красная аура сгустилась, став багровой. Движения Акане резко ускорились. Аманда не заметила. как в воздухе просвистел второй кулак Эйки. Он врезался прямо в идеальную скулу леди Зинцер…

Аманда с ошарашенным лицом отлетела назад и растянулась на полу, продемонстрировав нам свои идеальные ноги и упругую попку. На её лице не осталось и следа, защитный покров все поглотил. Всё, кроме унижения.

Я рассмеялся, глядя на эти глупые женские разборки. Лишь бы друг друга не покалечили, дурочки.

А Эйка повернулась ко мне. Ее глаза пылают гневом, из глаз текут слезы, смешиваясь с тушью. Кулаки крепко сжаты.

Без предупреждения она набросилась на меня, отвесив мне мощную оплеуху по щеке. Я не шелохнулся, словно железобетонный столб. Я чувствую жар ярости Эйки, когда она стоит передо мной, ее грудь вздымается от переполняющих её чувств.

Глупое дитя. Обещала же что примет других моих жен. А теперь ведет себя как малолетняя истеричка и размахивает руками.

— И что дальше? — поинтересовался я, — Подеремся и разгромим квартиру?

Глаза Эйки сузились, когда она посмотрела на меня и Аманду. Из её глаз по щекам струились слезы, но она быстрым и энергичным движением смахнула их.

— Я не могу поверить, что доверяла тебе… Не могу поверить, что я была такой идиоткой и думала, что я тебе не безразлична… А ты меня просто использовал всё это время… — выдала она на одном дыхании, затем повернулась и выбежала из комнаты.

Когда за ней захлопнулась дверь, я почувствовал, как меня охватывает чувство вины и сожаления. Но я быстро отогнал эти глупые и недостойные меня проявления.

Наклонившись, я подобрал сверток, лежащий на полу. Его выронила Эйка и забыла о нем. Я неторопливо развернул его.

Это оказалась фотография в рамке. Селфи, которое мы сделали с Эйкой несколько недель назад, когда гуляли по парку. На нем мы стоим, крепко обнявшись и смеемся. Рамка фото была украшена ракушками, камушками и другими прикольными блестящими штуками.

Из-за падения стекло разбилось, трещины прошли по мне и Эйке.

Эйка сделала этот подарок своими руками, чтобы порадовать меня после победы над Тройственным союзом? И закрепить наши отношения?

Я отбросил фото в рамке на диван. К чёрту. Сама потом прибежит. Ещё извиняться будет. Дурочка.

Но Эйка не прибежала. Ни через день, ни через два. Ни через неделю.

Глава 20. На дне

По темному тоннелю канализации шел человек. Он представлял собой жалкое зрелище, выглядел как бомж. Когда-то он был работником сети продуктовых магазинов «Семёрочка», но после некоторых событий был вынужден укрыться в темных и сырых туннелях городской канализации.

Сейчас он куда больше был похож на человека, который конкретно так забил на свою жизнь. Он выглядел неопрятно, с сальными волосами и густой бородой на исхудавшем лице. Его одежда, которая когда-то была стильной униформой, теперь была изорвана и испачкана грязью. Единственное, что осталось от его прежней жизни — это именная бирка с фото и именем. Да и те уже было не разобрать из-за затвердевшего слоя грязи.

Несмотря на тяжелые обстоятельства, он не собирался сдаваться. Из кусков дерева и металла, найденных на свалке неподалеку, он соорудил импровизированную кровать, небольшой стол и стулья, и даже книжную полку. Её он заполнил книгами и журналами, которые нашел на помойке.

Журналы были в основном порнографические.

Он создал небольшое и тусклое освещение с помощью найденной на помойке новогодней гирлянды. Смог подключиться к линиям электропередач и воровать электричество. И теперь его мрачное канализационное убежище украшали новогодние огоньки… Но новогоднего настроения они не создавали.

Несмотря на все усилия, которые он приложил, чтобы сделать это место пригодным для жизни, мужчина не мог избавиться от чувства безысходности. Оно нависло над ним, как тяжелое мрачное облако. Он постоянно что-то бормотал себе под нос, говорил о том, что его забыли и что никому до него нет дела. Он часто плакал, слезы текли по его измазанному грязью лицу, когда он вспоминал о потерянной жизни.

Чтобы выжить, он искал еду на той же свалке, где нашел свои строительные материалы. Он рылся в мусоре, в поисках любых съедобных объедков. Он даже разбил небольшой сад в одной из сухих частей канализации. Там в найденных горшках человек выращивал овощи и зелень.

Иногда, когда он вылезал на поверхность и видел людей, в его голову закрадывались странные мысли. Люди казались ему не отсортированными продуктами. Их необходимо пометить священным штрих-кодом и в правильном порядке разложить по полочкам магазина… Всех, до единого…

Он пугался этих мыслей и гнал их от себя. Но они неизбежно возвращались.

— Я не поддамся… я не поддамся… не снова… — шептал он бессонными ночами, скорчившись на своей кровати и накрывшись одеялом из лоскутов.

Несмотря на тяжелые условия жизни, мужчина сохранял хоть какую-то надежду. У него был маленький радиоприемник, найденный опять же на помойке. Кое-как бродяга смог его отремонтировать и заставил работать. Он держал его настроенным на местную новостную станцию, всегда слушая, нет ли там новостей о Притяжении Звезд и Вадиме Сабурове. Он часами перелистывал газеты и объявления о работе, мечтая о том дне, когда он сможет покинуть канализацию и начать новую жизнь. Как же он радовался, когда по радио сообщили, что Вадим — это переродившийся Бог-Император!

Это означало, что скоро все изменится! Ведь Вадим обещал прийти за ним!

Но по мере того как дни превращались в недели, а недели в месяцы, эта надежда начала угасать. В глубине души он понимал, что никто не придет его спасать, что он навсегда останется одиноким в темных и сырых туннелях канализации.

Вадим Сабуров забыл про него. У этого одаренного паренька наверняка своя жизнь и планы, зачем ему опасный сумасшедший монстр…

…Этот день не отличался от всех прочих. Мужчина лежал на кровати, слушая передачу по радиоприемнику. Издалека доносился плеск мутного водного потока, несущегося по канализации.

Внезапно он услышал шаги, приближающиеся к его импровизированному убежищу в канализации. Они были размеренными и уверенными. Тот, кто шел сюда, не пытался спрятаться или подкрасться. Как будто был полностью уверен в своей силе.

Бродяга подскочил со своей кровати. Подозревая, что на него могут напасть, он вырубил радио, вырубил гирлянды, схватил бейсбольную биту и притаился за входом в его жилище. Осталось дождаться, когда злоумышленник войдет. Наверняка это другой бродяга, который хочет покуситься на его имущество! А может быть и вовсе убить…

Главное, не использовать свои силы. А то эти голоса в его голове могут снова взять над ним власть. И тогда он опять сойдет с ума… И кошмар начнется заново…

Когда некто вошел в тускло освещенную комнату, мужчина сглотнул и крепче сжал биту в руках. Он был готов броситься на незваного гостя в любой момент. Нужно лишь собраться с духом.

Незнакомец стоял неподвижно и как будто осматривался. Из-за полумрака бродяга никак не мог разглядеть его лицо. Ну и ладно.

Он бросился на вторженца, замахнувшись. Дико заорав, он резко опустил биту прямо человеку на голову… Но бита замерла сама по себе, не долетев до цели пары дюймов.

Вокруг незнакомца вспыхнула яркая золотистая духовная аура силы. Всё импровизированное убежище оказалось освещено. Сияние разогнало даже самые густые тени в углах. Незнакомец медленно повернулся к бродяге и внимательно посмотрел на него. Движения этого человека были величественны и царственны. От него исходили уверенность, величие и сила.

Глаза бродяги широко распахнулись. Он выпустил биту, та со стуком упала на пол и покатилась. Бродяга рухнул на колени, припав к ногам незнакомца. По его лицу текли слезы, его переполняли эмоции. Он даже не смел поднять на него глаза, осознав, что только что натворил.

— Ты пришел… Мой Император…

Это не кто иной, как Вадим Сабуров, человек, которого он ждал. Он сдержал свое обещание и пришел за ним.

* * *

Я задумчиво почесал нос, который слегка страдал от канализационного амбре. Человек-Семерочка явно не ожидал моего появления. Он услышал мои шаги в туннеле и приготовился к драке, но теперь, кажется, понял, что это я. Я оглядел его импровизированное жилище и покачал головой. Условия, в которых он жил, были плачевными. Я повернулся к нему и мягко поинтересовался, как он выживал.

— Едва-едва, мой Император, — ответил он, все еще стоя на коленях, — Едва-едва.

Я протянул руку и помог ему подняться.

— Встань, друг мой. Не нужно этих формальностей.

Он посмотрел на меня со смесью растерянности и надежды в глазах.

— Но как можно иначе? Вы — Бог-Император. Так по радио сказали, и в интернете подтвердили. Два самых надежных источника, там врать не могут. А я всего лишь нищий… Сумасшедший… Аномалия…

— Это всё в прошлом, — сказал я, положив руки ему на плечи, — Главное, не кем ты был, а кем ты стал. Твой вид невзрачен, но я вижу, что в душе ты пытаешься бороться со своей Аномальной натурой, и это самое главное. Скажу прямо — мне нужна твоя помощь.

Он посмотрел на меня в замешательстве.

— Моя помощь, о Бог-Император? Я всего лишь оболочка человека. Внутри я уже совсем не такой, как другие люди… Мой разум осквернен. Мне нечего предложить вам…

— Ты можешь предложить больше, чем ты думаешь, — сказал я, мои руки светились мистической энергией, — У тебя есть сила и воля. Этого вполне достаточно. Идем со мной. Ты поможешь мне найти одного человека. Очень нехорошего человека.

— Помочь найти? Но как? — удивился Человек-Семерочка, — Я не умею искать людей…

— А людей искать и не надо. Надо Найти Аномалию. А одну Аномалию всегда тянет к другой…

Пока я говорю, тепло моей энергии вливается в него, очищая от тьмы и безумия, которые поглощали его. Я чувствовал, как в душе Человека-Семерочки проясняется. Голоса в его голове, которые преследовали его много лет, замолчали.

Я дал ему ясность и цель, которых человек не знал уже много лет.

— Я готов служить, мой Император, — сказал он, и слезы снова потекли по его чумазому лицу, — Я сделаю все, что вы от меня потребуете.

— Хорошо, — сказал я, довольный, — Вместе мы восстановим порядок в этом хаотичном мире и принесем надежду людям. А теперь пошли.

— Что, прямо сейчас? — удивился он.

— Ну да, а чего тянуть?

— Но у меня тут вещи, — он растерянно уставился на свой хлам.

— Брось, это тебе больше не понадобится, — я махнул рукой, — У тебя будет новая жизнь.

Я наблюдал, как мужчина начал преображаться на моих глазах. Дикий взгляд в его глазах сменился решимостью. Его спина выпрямилась, а плечи расправились. Он словно стал другим человеком.

— Напомни, как тебя зовут? — спросил я его.

— Меня зовут Сергей, — сказал он, распрямляясь во весь рост. Как же он сразу преобразился, стоило лишь дать ему надежду.

— Ну что ж, Сергей, — сказал я с улыбкой, — Погнали.

* * *

Столица Империи, Арсамонир — город современный и красивый. Но не везде. Если отойти подальше от центральных районов и освещенных улиц, можно попасть в совсем другое измерение.

В частности — в трущобы. Да, они тоже существовали в моем городе.

Трущобы были отдельным миром, лабиринтом узких, извилистых улочек. И жили здесь по своим законам. Полуразрушенные здания, которые давно нуждались в капитальном ремонте, тянулись бесконечно. Улицы были темными и мрачными. Единственный свет исходил от мерцающих фонарей и редких костров, горящих в ржавых бочках. Полиция сюда старалась лишний раз не заглядывать. А если и заглядывала, то только в составе больших патрулей.

Кирпичные фасады зданий почернели от копоти и грязи. Окна были заколочены или разбиты, а стены покрыты граффити. В воздухе стоял густой запах мусора и нечистот. В тенях сновали крысы, блестя красными бусинками глаз.

По мере того как мы с Человеком-Семерочкой углублялись в трущобы, росла тревога моего спутника. Это было видно по его напряженным взглядам, которые он кидал по сторонам. Тени, казалось, простирались перед нами в бесконечность, и я не мог избавиться от ощущения, что сами трущобы наблюдают за нами через разбитые провалы глаз-окон.

Люди здесь тоже были другими: их лица были суровыми и обветренными, одежда — поношенной и грязной. Они быстро передвигались по улочкам, в их глазах была настороженность — они всегда оставались начеку. Обитатели трущоб перешептывались между собой, когда я проходил мимо, их голоса были низкими и неразборчивыми.

Повсюду я видел признаки бедности и отчаяния. Дети с грязными лицами и в потрепанной одежде играли на улицах, а немногочисленные женщины наблюдали за ними, сидя на лавочках. Я видел нищих, их глаза были полны голода и безнадежности. И везде я видел следы разрухи — разбитые окна, сгоревшие магазины. Один раз и вовсе попалось безжизненное тело, лежащее в сточной канаве.

Было ясно, что люди здесь живут на грани, и что один неверный шаг может оказаться и последним. Но среди этой тьмы были и моменты света. Я видел семьи, которые собирались вместе, делили еду или смеялись. Сплоченность придавала им сил, и они жили несмотря ни на что.

Но ещё я знал, что в этих трущобах обитает кое-кто, кто любит гасить эти лучики надежды. Уже очень-очень давно он делал свое черное дело и считал, что управы на него нет. Именно его я сегодня и собирался найти.

— Так кого мы хотим найти, господин? — спросил меня Сергей, — Мы уже так долго идем…

Мое присутствие успокаивало его. Но Человек-Семерочка продолжал нервничать.

— Мы ждем ночи, — сказал я, продолжая напряженно вглядываться в окрестности, — И мне ещё нужно немного времени…

— Для чего?

— Скоро увидишь…

Солнце зашло за горизонт, и трущобы погрузились во мрак. Я продолжал вертеть головой по сторонам. Давай, Духовная Интуиция, не подведи… Пока мы продолжали свой путь по извилистым, темным переулкам трущоб, я чувствовал, как нарастает напряжение в моем спутнике. Он нервничал и сильно. Если бы я не знал его силу, я бы сказал, что он боится нападения. Я в очередной раз попытался успокоить его.

— Не волнуйся, Сергей, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос был ровным, — Я знаю, что делаю. Все будет хорошо.

— Я верю вам, мой Император, — ответил Сергей, его голос дрожал, — Мне не нравится это место. Здесь слишком темно, и есть что-то такое, от чего у меня мурашки по коже.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал я мягко, — Но мы не можем позволить страху остановить нас. Мы здесь, чтобы помочь этим людям. Это мой долг, как Императора. Зло поселилось в этих трущобах и уже долгое время кошмарит город. Пора с ним разобраться.

— Да, Император, я понимаю… но меня пугают не грабители… и даже не это зло, о котором вы говорили…

— А что же?

— Я сам… Я боюсь сорваться…

Мы продолжили путь, наши шаги эхом разносились по пустым улицам. Здания нависали над нами, отбрасывая зловещие тени на мостовую. В воздухе витал запах помоек и гари.

Когда мы в очередной раз свернули за угол, я увидел вдалеке женщину. Она шла быстро, опустив голову. Иногда она нервно оглядывалась через плечо. Как будто боялась слежки. Я сказал Сергею, чтобы он шел за мной, передвигаясь как можно тише. Мы двинулись за женщиной на расстоянии, стараясь держаться в тени.

— Кто она? — прошептал Сергей, его голос был едва слышен.

— Без понятия, — ответил я, — Но она станет нашим проводником. Так что следим и не отсвечиваем.

Пока мы шли за женщиной, я не мог избавиться от ощущения, что за нами наблюдают. Духовная интуиция прямо-таки вопила, что что-то не так. Волоски на затылке встали дыбом, и мне пришлось бороться с желанием повернуться и убежать. Странно… Мой разум оставался спокоен и холоден. А вот тело почему-то реагировало странно.

Лишнее подтверждение, что зло, прячущееся в трущобах, весьма могущественное. И я даже, кажется, знаю, кто это именно.

Старый знакомый из прошлых времен.

Наконец, женщина остановилась перед ветхим зданием на окраине трущоб. Она замешкалась на мгновение, нервно оглядываясь по сторонам, а затем проскользнула внутрь.

— Кажется, мы у цели, — сказал я, жестом приглашая Сергея следовать за мной, — Пойдем.

Когда мы подошли к зданию, я услышал звуки разговоров и смех людей внутри. Было ясно, что это какое-то общественное место. Надпись “Сладкие киски” над входом мерцала розовым неоном, как бы намекая…

Я повернулся к Сергею и увидел страх в его глазах.

— Ты готов? — спросил я его.

Он сделал глубокий вдох и кивнул.

— Да, я готов. За вами хоть в ад.

— В ад пока не прошу. Начнем для разогрева с борделя.

С этими словами мы вошли в здание.

В нос сразу ударил запах дешевых духов и сигарет. Тускло освещенное помещение было заполнено смесью отчаявшихся мужчин и женщин. Кто-то хотел заработать, а кто-то хотел на время забыть о своей жалкой жизни. Пол скрипел при каждом нашем шаге. В тускло освещенном коридоре было множество дверей, каждая из которых вела в небольшую комнату, где женщины занимались своим ремеслом.

Сергей схватил меня за руку, его глаза расширились от страха и отвращения.

— Какие мы здесь найдем ответы? — прошептал он, — Это ж просто дыра…

Я ничего не ответил, оглядывая помещение в поисках женщины, за которой мы следили. Но ее нигде не было видно.

— Она где-то здесь, — сказал я, мой голос был низким и ровным, — Мы должны найти ее.

Сергей покачал головой.

— Простите, мой Император. Вам, конечно, виднее, но… Я совсем ничего не понимаю. Может просто уйдем?

Я повернулся к нему, мой взгляд был жестким.

— Мы не зря проделали этот путь. И не уйдем, пока не получим ответы.

Сергей колебался мгновение, затем неохотно кивнул.

— Да-да, конечно, как скажете…

Мы начали продвигаться вглубь борделя, стараясь слиться с посетителями. Я мельком увидел, как молодую девушку, не более шестнадцати лет, затащил в боковую комнату мужчина, достаточно старый, чтобы быть ее дедом.

Будь мне хотя бы тысяча лет или меньше, я бы вмешался. А сейчас уже нет. Зачем? Это ничего не изменит. В моей помощи нет никакого смысла. Люди слишком любят свои грехи. Куда больше, чем меня. Или даже себя.

— Вы уверены, что мы в правильном месте? Это не похоже на то место, где есть полезная информация для Бога-Императора…

Как он надоел… Мне пришлось снова включить психолога.

Я успокоил его:

— Поверь мне, это то самое место. Нам просто нужно быть осторожными и не привлекать к себе лишнего внимания.

Мы подошли к стойке с баром, где сидел суровый лысый мужчина и считал деньги. Я облокотился о столешницу и сказал ему:

— Есть свободные девочки?

Мужчина посмотрел на нас с подозрением:

— Кто вы такие будете? Что-то я ваших лиц не припоминаю….

Думает, что я из полиции? Мы с Сергеем и правда не похожи на типичных обитателей этих мест.

Я достал несколько купюр и положил их на стол:

— Мы тут новенькие. Мы с другом просто хотим расслабиться с несколькими горячими телочками. А ещё моему другу не помешает ванная.

Взгляд мужика сразу потеплел, стоило ему увидеть деньги. Он забрал купюры и кивнул:

— Хорошо, девочек сейчас организую. И ванную заодно.

Он бросил взгляд на Сергея, повел носом и поморщился. Запашок от моего спутника шел избыточный, даже для обитателя трущоб.

Мужик отвел нас в маленькую комнату без окон и попросил подождать. Внутри комната была скудно обставлена, в ней стояли только старый диван и шаткий стол. Обои на стенах облупились, в воздухе витал запах дешевых сигарет.

Сергей сидел на диване, его взгляд метался по комнате.

— Мне это не нравится, — пробормотал он, — Я чувствую, что должно произойти что-то плохое.

— Расслабься, — сказал я, стараясь говорить непринужденно, — Это всего лишь бордель. Бояться нечего. Ну и скорей всего здесь наркотой приторговывают. Но это такое себе.

Но мои слова не особо успокоили нервы Сергея. Он продолжал ерзать, его нога подпрыгивала вверх-вниз от избытка дурной энергии.

— Я не знаю, мой Император, — сказал он, — У меня просто плохое предчувствие по поводу этого места.

— Поверь мне, — сказал я, положив руку ему на плечо, — Все будет хорошо.

Раньше он не был таким трусливым. Неужели его характер настолько изменился за время одиночества? И даже мое присутствие не может его успокоить.

Или дело в чем-то другом? Он чувствует близкое присутствие кое-кого другого, как я и предполагал…

Несколько минут мы сидели в тишине, напряжение в комнате было физически ощутимым. Как раз когда я собирался заговорить, дверь открылась, и вошла пожилая женщина с избытком косметики на лице — видимо, местная мадам. За ней следовали пять женщин.

Четыре из них выглядели очень потасканными и были одеты очень вызывающе. На их прокуренных лицах играли заманчивые улыбки. Но пятая женщина выглядела иначе. Она была самой красивой из группы, с правильным чертами лица и большими голубыми глазами. Почти что обычная девушка. Странно, что она забыла в таком месте? Но ее взгляд был опущен, и казалось, что она замкнулась в себе.

Это была та самая девушка, за которой мы следили.

У нее были длинные темно-каштановые волосы, собранные в хвост на затылке. Ее кожа отличалась приятным кремово-фарфоровым цветом. В глазах девушки поселился легкий намек на грусть. Она была высокой и стройной, с приятными изгибами и округлостями во всех нужных местах.

Она носила черное платье, которое плотно облегало ее фигуру. Платье имело глубокий V-образный вырез, который опускался очень низко, аж до пупка, открывая ее обширное декольте. Бретельки платья были тонкими и изящными, а сзади платье было как будто разрезано, демонстрируя гладкие бледные плечи хозяйки. Юбка платья была короткой и расклешенной, длинной чуть выше колен, обнажая ее стройные ноги.

Эта красивая молодая женщина была вынуждена продавать свое тело в дешевом борделе. За ней явно крылась какая-то грустная история… но мне она была не особо интересна. Я таких историй успел наслушаться миллион.

Пока я смотрел на неё, мою голову на мгновение как будто пронзила острая спица. Духовная интуиция послала в мою голову яркий образ, на мгновение заполнивший весь мой разум.

Я встал, стараясь, чтобы мой голос оставался ровным.

— Что думаешь, братан? — сказал я Сергею, указав на стесняшку, — Вот эта выглядит сочной.

Сергей встал рядом со мной, на девушку он глядел с яркой нервозностью во взгляде.

— Ты… ты уверен, что это правильный поступок? — спросил он.

— Конечно, да ты посмотри на её сиськи, — сказал я, уверенно отыгрывая опытного посетителя борделей, — Возьмём её в бутербродик и отдерем вдвоем.

Сергей побледнел — кажется, его такая перспектива не особо прельщала. Четыре проститутки захихикали. И только пятая девушка-стесняшка никак не отреагировала. Она продолжала молча разглядывать пол перед собой.

Мадам шагнула вперед, на ее лице появилась лукавая улыбка.

— Она в вашем распоряжении, господа, — сказала она, — Но помните, ее время стоит недешево. Она одна из лучших девочек нашего заведения.

— Тогда подгоните мне и моему другу ваши лучшие аппартаменты. Ванна готова?

— Да, конечно.

— Отлично.

Я полез в карман и достал пачку банкнот, без раздумий протянув их мадам. Она приняла их с низким поклоном.

Когда мы выходили, Сергей схватил меня за руку и сказал:

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я чувствую, что мы влипли по уши.

— Просто доверься мне, Сергей, — спокойно произнес я, — Все будет хорошо.

Комната-траходром, в которую нас привели, оказалась небольшой и скромной. На окнах висели пыльные шторы. Когда-то они, возможно, были белыми, но со временем стали серыми. На полу лежал ковер, который когда-то был цветным, но сейчас был истерт и истоптан. В углу стоял ободранный диван, который когда-то был… ну вы поняли. Рядом с диваном стояла тумба, на ней пылился старенький радиоприемник. Свет от единственной лампочки под потолком мерцал. На полу стояли керамические горшки с красными слегка подсохшими цветами.

В целом, комната была простая и безликая. Но по сравнению с другими помещениями борделя она и впрямь казалась лучшей. По крайней мере здесь было относительно чисто.

Сергея увели в ванную отмывать от его прошлой бомжатской жизни. Мы остались с девушкой в комнате наедине. Я прошелся к окну, разглядывая “хоромы”. Она осталась стоять у входа, опустив глаза и сцепив руки в замок.

— Итак, как тебя зовут? — спросил я ее, стараясь сохранить легкий и непринужденный тон. Как будто мы были почти знакомы. Я отодвинул шторы и быстро осмотрел улицу снизу.

— Лена, — тихо ответила она, не поднимая глаз.

— И что привело тебя сюда, в это место? — спросил я, задвинув шторы и повернувшись в её сторону.

— Я здесь работаю, — озвучила она очевидную вещь, ее голос был едва слышен, — Здесь я получаю достаточно денег, чтобы выжить. У меня не так много других вариантов.

— Понятно, — сказал я, кивнув. К девушке я испытывал легкое сочувствие. Но не более того.

Я внезапно сменил тему.

— Я слышал, что в этом районе орудует маньяк. Его последняя жертва вроде бы была недалеко от этого места. Журналисты, кажется, прозвали его Зверь. За жестокость. Не боишься его?

Лена мельком посмотрела на меня, ее глаза расширились от страха.

— Да, боюсь, — сказала она, ее голос дрожал. Она снова опустила глаза, — Здесь все его боятся. Но что делать? Жить-то надо как-то продолжать…

Я подошел к ней и остановился в шаге, внимательно рассматривая. Она молчала, не смея поднять на меня глаза.

— Целуешься? — спросил я её.

— По… по симпатии, — последовал робкий ответ.

Я протянул руки и по-хозяйски раздвинул в стороны полоски её платья, прикрывающие грудь. Крепкая, большая и, кажется, своя. Ареолы сосков темные, широкие как блюдца. Сами соски тоже большие, каждый размером с желудь. Такие очень приятно брать в рот и посасывать, осторожно и нежно прикусывая.

Она никак не отреагировала на мои действия, позволяя мне делать всё, что заблагорассудится.

Неплохое приобретение.

— Танцевать умеешь? — я пощупал правую грудь. Мягкая и в тоже время упругая. С Эйкой, конечно, никакого сравнения, но все равно весьма и весьма достойно.

— Немного… — покорно произнесла она.

— А стриптиз? — я вернул полоски ткани на место.

— Только… любительский.

— Ну давай, пока Сергея нет, покажи, что умеешь.

Я сел на диван и включил приемник, настроив его на музыкальную волну. Помещение наполнили звуки какого-то модного современного бита.

Закинув ногу на ногу, я жестом приказал ей начинать.

Лена начала грациозно двигаться в ритм музыки, ее бедра соблазнительно покачиваются в такт. Большие груди в низком вырезе слегка подпрыгивают. Платье прилегает к ее изгибам, ткань обнимает талию и бедра, позволяя оценить рельеф во всем его великолепии.

Танцуя, девушка потянулась к волосам, чтобы вытащить шпильки или заколки. Ее длинные темные локоны упали на плечи свободными волнами, обрамляя лицо и подчеркивая его яркие черты. Её глаза глубокого карего цвета сверкали в тусклом свете комнаты.

Она двигается с чувственной грацией, ее тело плавно переходит от одного движения к другому. Она выгибает спину, выпячивая грудь вперед, и платье соскальзывает с ее рук, открывая обнаженные плечи. Она тянется за спину, расстегивает петельки и позволяет платью упасть на пол. Её обнаженное тело блестит в тусклом мерцающем свете лампы. На ней остались только кружевные черные трусики и чулки. А также туфли на шпильках.

Лена перемещается ближе к дивану и начинает танцевать более вызывающе, медленно двигая бедрами, проводя руками по своему телу. Она наклоняется вперед, ее грудь покачивается прямо перед моими глазами. Девушка соблазнительно улыбается.

Пристально глядя мне в глаза, она поворачивается ко мне спиной и продолжает танцевать, ее движения становятся все более раскрепощенными и уверенными. Я провел рукой по её попке и крепко сжал подтянутую упругую ягодицу. Девушка застонала и придвинулась ещё ближе, позволяя мне делать всё, что я захочу. От её скромности и стеснения не осталось и следа.

Она садится ко мне на колени и начинает елозить по мне попкой. Я, улыбаясь, крепко держу её за талию. Затем поднял руки повыше, мои ладони легли на её груди, пальцы сомкнулись на набухших сосках…

Дверь приоткрылась, в помещение вошел отмывшийся Сергей. Он был полностью чистый, от него пахло шампунями. Из одежды нам нам было только белое полотенце, которое он обмотал вокруг пояса, и мокрые шлепанцы. Увидев нас, он застыл в двери, в его глазах отразился суеверный ужас.

«Бог-Император, пощади…» — так и читалось в его взгляде.

«Не пощажу», — ответил я также взглядом.

Но тут начало происходить нечто странное.

По мере того как девушка танцевала, ее движения становились все более порывистыми и беспорядочными. Кожа приобрела бледный, почти полупрозрачный вид. Ее глаза, когда-то полные жизни и энергии, теперь напоминали синюю космическую бездну, поглощающую звезды. Ее некогда мягкая и эластичная кожа теперь казалась натянутой на кости, придавая ей неестественный, неживой вид.

Глаза Сергея в ужасе широко распахнулись. Но я продолжал неподвижно сидеть на месте, излучая спокойствие и уверенность.

Продолжая танцевать, девушка начала неестественно изгибаться, ее конечности скручивались под невозможным углом. Казалось, что она больше не контролирует свои движения, как будто какая-то темная сила овладела ею и использует ее как сосуд для своих зловещих целей.

Вдруг она издала пронзительный крик, от которого задребезжали стекла. Ее тело начало биться в сильных конвульсиях. По всему ее телу открылись гротескные и ужасающие раны, сочащиеся черной жидкостью…

Это уже не Лена, которую я узнал, а что-то совсем иное…

Наконец-то. Я долго ждал, пока это существо откроется.

Я чуть сосредоточился, накидывая на него Императорский договор. Существо дернулось и оскалилось. Приоткрыло вытянувшуюся пасть, полную острых зубов, как у пираньи.

— Как ты… смеешь… — прохрипело оно, пуча на меня налитые кровью глаза. Его голос лишь очень отдаленно напоминал голос Лены.

Что ж, как и ожидалось. Я знал, что Императорский договор вряд ли подействует на это существо. Договор все-таки был заточен конкретно под людей. А мой противник к людям никакого отношения не имеет.

А ещё я знал, что это существо к девушке Лене никакого отношения на самом деле не имеет. То была лишь искусная личина, необходимая для заманивания жертв.

Монстр бросился на меня, его острые как бритва когти сверкнули в тусклом свете. Я закрыл глаза и потянулся к духовной силе, струящейся по моим потокам.

С молниеносной скоростью я уклонился от атаки монстра и нанес ему мощный удар в грудь. Существо издало оглушительный рев и попятилось назад, явно удивленное силой моего удара. Я продолжил атаковать в том же темпе, нанося быстрые удары и мощные выпады, каждый из которых подпитывался моей духовной энергией.

Сергей в глубоком шоке смотрел на нас. Он стоял на месте, словно врос в пол, не в состоянии пошевелиться.

Монстр яростно отбивался, его когти беспрепятственно проходили через мою духовную защиту, как будто ее и не было. Рвали мою одежду и оставляли глубокие прорехи в стенах и мебели вокруг нас. Он был силен… очень силен. Но я был полон решимости покончить с убийствами раз и навсегда.

Никто не имеет права забирать жизни моих подданных. Кроме меня.

По мере того как продолжалась борьба, я заметил, что атаки монстра становятся все слабее и менее точными, и понял, что конец близок. Наконец, с последним приливом энергии, я нанес противнику мощный удар ногой прямо в челюсть. Подача отправила монстра в полет через всю комнату. Он врезался в стену, пробил её насквозь и полетел куда-то далеко-далеко, рассекая воздух над домами.

Не так быстро, дружок.

Я сосредоточился, обращаясь к природным духовным потокам, пронизывающим все мироздание. Один из них, словно хобот, протянул свой отросток к летящему телу и втянул его себя.

Монстр задергался, заизвивался, пытаясь выбраться из барьера, но это было выше его сил. Я выдохнул и облегчением — всё получилось. Я всё-таки смог взять его живым. Это было намного сложнее, чем просто убить.

Снизу послышались топот и испуганные крики. К нашей комнате кто-то приближался.

— Сергей, — негромко произнес я, глядя на свою извивающуюся добычу. Монстр завис в воздухе над проезжей частью, яростно извиваясь и пытаясь выбраться. Пешеходы снизу в ужасе смотрели на него, — Задержи тех, кто бежит сюда.

— А… что? — человек-семерочка растерянно посмотрел на меня.

— Скажи им что-нибудь… не знаю, прояви смекалку и придумай, — сказал я, — Мне нужно обсудить кое-что со старым знакомым.

Природное щупальце по воздуху медленно потащило ко мне трепыхающуюся тушку.

Глава 21. Осколок

Сосредоточившись, я сконцентрировал свою силу. Удержать монстра, который когда-то был красивой женщиной, в подвешенном состоянии оказалось очень непросто. Даже мне. Сила его была невероятна… и пользовался он ей весьма умело.

Его подвело только то, что он не ожидал встретить такого противника, как я. Поэтому он много лет творил бесчинства на моих землях.

А ещё он почувствовал мое присутствие и даже оставлял мне послания на месте преступлений. Чертил кровью жертв послания на древнеарсамонском языке. Каков наглец.

Поэтому мне пришлось изрядно постараться, чтобы подобраться к нему незамеченным.

Существо корчится и бьется, в его глазах ярость и боль. Я медленно втягиваю тварь обратно в комнату, через зияющую дыру в стене, которую она проделала своей бренной тушкой.

Тварь продолжает бороться с моей ментальной хваткой, ее рев эхом разносится по комнате. Я чувствую ее огромную силу и ярость, и знаю, что если я хоть на мгновение ослаблю бдительность, оно вырвется.

— Ты однако, хороший актер, — хмуро произнес я, — Или просто пользуешься воспоминаниями этой девушки, чью душу поглотил?

Существо затихает и удивленно смотрит на меня.

— Так ты… — произносит оно почти спокойным голосом, — Так это ты…

В коридоре человек-семерочка безуспешно пытался успокоить собравшийся народ.

— Что там за грохот? — раздался обеспокоенный женский голос с хрипотцой. Кажется, это была местная мадам.

— Это всего лишь тренировка, — объяснял Сергей людям в коридоре, — Не о чем беспокоиться!

— Какая, мать её, тренировка? — раздался резкий голос того мужика, который встречал нас на ресепшене, — Кто там орет? Че с Ленкой?

Я вздохнул. Да, было оптимистично полагаться лишь на Сергея. Я призвал свою силу и потянулся к стоящим в коридоре людям.

— А, ну раз тренировка, значит, тренировка, — в коридоре послышались удаляющиеся шаги.

Легкое внушение, как правило, немного упрощает жизнь.

— Ну что? — я перевел взгляд на девушку… на нечто, которое когда-то было девушкой, — Будем драться или поговорим?

Некоторое время она… оно смотрело на меня, после чего кивнуло.

Я сидел напротив существа, теперь уже в облике девушки, и изучал его лицо. Оно было знакомым, но искаженным так, что у меня по коже поползли мурашки.

Сергей стоял за моей спиной и с недоверием глядел на создание, ожидая от него любой подлянки.

— Ты, — сказал я, мой голос звучал спокойно и размеренно, — Ты выглядишь знакомо. Мы уже встречались раньше.

Существо, сидевшее на кровати предо мной, криво усмехнулось. Оно больше не притворялось девушкой. В чертах его лица появилось что-то злобное и неестественно жестокое, выдавая его истинную сущность.

— Да, встречались, — произнесло оно, — У нас с тобой долгая история конфликтов.

Я наклонился вперед, не сводя глаз с его лица.

— Чего ты хочешь? Почему ты здесь, в теле этой девушки?

Нечто испустило глубокий вздох.

— За мной охотились веками, моя сила желанна для тех, кто хочет ее контролировать. Я был когда-то частью великого целого… но теперь я лишь осколок. Я был вынужден бежать, скрываться в тени. Но теперь я нашел сосуд, носителя, который позволил мне снова ходить среди смертных.

Оно провело ладонью по своей шее и оскалилось. Я покачал головой.

— Ты используешь ее, манипулируешь ею ради убийства людей. Ты чудовище.

Ухмылка монстра расширилась.

— Возможно. Но я также бог. А боги делают то, что должны, чтобы выжить. Кроме того, разве ты, Бог-Император, не делаешь по сути то же самое? Чем ты лучше меня?

Я встал, сжав кулаки. Этот парень меня всегда бесил. Больше, чем все остальные ему подобные.

— Я не позволю тебе причинить вред ещё кому-либо, — сказал я, — Твоя охота прекратиться здесь и сейчас.

Глаза существа сверкнули весельем.

— Ты всегда был достойным противником. Я с нетерпением ждал нашей следующей битвы… но вижу, что я тебе не соперник. Ты стал слишком силен, — оно развело руки в стороны, — Мне нужно набрать больше сил. Можешь убить мою оболочку, но этим ты ничего не добьешься. Дух мой тебе не удержать.

— Уверен? — прищурился я.

— Более чем. Ты пытался подчинить меня какой-то новой магией, очень сильной, берущий сознание под контроль… Но со мной такой трюк не пройдет. Я не смертный. Такой магией меня не подчинить.

Я молчал. Тут крыть было нечем. Императорский договор против этого существа не мог помочь.

— Значит, я буду продолжать преследовать тебя, — сказал я, — Нашел один раз — найду и во второй. И рано или поздно найду способ уничтожить.

В этот раз мой собеседник промолчал. Он лишь напряженно глядел своими космическими глазами в мою сторону. Ухмылка не сходила с его лица. Он смотрел на меня с извращенным выражением, в его глазах сверкал намек на безумие.

— Знаешь, мы не такие уж разные, ты и я. Мы оба стремимся к власти и контролю. Может быть, мы договоримся?

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался я.

— Ты намного сильнее меня. Стань моим хозяином, — сказало оно, — Я буду служить тебе, выполнять твои приказы в обмен на твою защиту и помощь в развитии моей силы. Я готов взяться за самую грязную работу… ту, о которую Богу-Императору не пристало марать руки.

Я на мгновение задумался над его предложением. Это была опасная игра, но мысль о том, что у меня будет такой полезный союзник, была заманчивой. Но было одно условие.

— Звучит интересно, — сказал я, — Но ты ведь что-то попросишь взамен за свою службу?

Я знал его как облупленного.

Выражение лица существа стало еще более мразотным.

— Отдай мне его, — он ткнул пальцем в Сергея, стоявшего за моей спиной, — Я чувствую, как пульсирует его искренняя верность к тебе. А ещё он — Аномалия. Для меня это двойное изысканное лакомство.

Сергей за моей спиной едва заметно вздрогнул.

— Почему именно его? Почему не любую другую душу? — мрачно произнес я, — Под твои условия можно много кого подобрать.

— Потому что он тот, кого я хочу видеть страдающим, — ответил он, мой голос был пронизан злобой, — Считай это моим капризом. И тогда я поклянусь тебе в верности.

— Бог-Император никогда так не поступит! Ты, монстр! — выкрикнул Сергей за моей спиной, — Не неси чепухи!

Я на мгновение задумался, а затем кивнул.

— Очень хорошо, можешь забирать его. Но знай, что я не тот добрый хозяин, с которым можно шутить, — сказал я, — Я сделаю то, что ты просишь, но это будет иметь последствия.

— Чт… что? — в шоке произнес Сергей.

— Спасибо, хозяин, — закивало существо, — Чувствую, мы сработаемся…

По центру его тела, по горлу и между грудей прошла вертикальная линия. Она разошлась в стороны, я увидел, что это зияющая пасть с острыми как бритва зубами. Внутри глотки была клубящаяся бездна тьмы, пронизанная пульсирующим голубым светом. Он, казалось, исходил из какой-то далекой галактики.

Я молча смотрел, как длинный язык демона вырвался изо рта и обвился вокруг Сергея. Тот боролся и кричал, но это было бесполезно. Язык тянул его все ближе и ближе к зияющей пасти, пока его не поглотила тьма и голубой свет.

Даже перед лицом смерти он так и не воспользовался своими силами Аномалии. Хотя мог, я это точно знал. Сергей лишь умоляюще смотрел на меня и звал на помощь. Как будто до конца не верил в мое предательство.

Он до последнего надеялся, что это все какая-то шутка или проверка на верность. Что я вот-вот приду ему на помощь. Он остался верен мне до конца даже перед лицом смерти.

Челюсти демона сомкнулись, и Сергей исчез, поглощенный монстром. Нечто в образе девушки облизнуло губы. Обычные, человеческие, искривив их в гротескном жесте удовлетворения.

Я знал, что все закончится именно так, но все равно пошел на это. Это было необходимо.

В ушах до сих пор звучали крики Сергея, я не мог избавиться от чувства пустоты и сожаления. Но пути назад уже не было, и я постарался отогнать эти бесполезные и ненужные чувства.

Я должен быть выше примитивных порывов. Лишь цель имеет значение.

Демон улыбнулся мне, словно почувствовав мои мысли, и я понял, что наш совместный путь только начинается.

В комнате вокруг меня стояла тишина. Единственным звуком было мое собственное дыхание. Сердце размеренно билось в моей груди, не ускорив свой бег ни на секунду.

Голос существа прервал мои мысли:

— Спасибо, хозяин, за вкусное угощение, — произнесло оно голосом Лены, — В этом мире всегда есть цена, которую нужно заплатить. Я готов служить тебе верой и правдой.

— На колени, — я указал пальцем на пол перед собой.

— Ха, да еще чего, — рассмеялся демон, — Я твой слуга, но не раб. Не забывайся.

Внезапно он встал с кровати, подошел к дивану и… опустился передо мной на колени. Так, как я и просил.

— Чт… что? — в шоке произнесло существо, — Почему я… сделал это?

Впервые за всё время он казался шокированным.

Я усмехнулся. Всё получилось. Теперь оно вынуждено выполнять все мои приказы. Тело твари дрожало от гнева и бессилия.

— Что… что происходит? — в гневе спросило оно меня.

— Императорский договор, — сказал я, — Заклинание, подчиняющее себе волю.

— Но оно на меня не действует! Ты уже применял его!

— Верно. Я знал с самого начала, что не подействует. Поэтому мне пришлось наложить на Сергея особое заклинание, которое я специально создал для твоего случая. Когда ты поглотил его, оно распространилось по твоему телу, словно вирус. И сделало тебя уязвимым к Императорскому договору. Теперь ты — моя марионетка.

Я полностью контролировал его. Демон кричал и ругался, но я только смеялся.

— Обманщик… Ты думаешь, что победил, — прорычал он, — Но ты даже не представляешь, во что ввязался. Ты не сможешь долго контролировать меня. Рано или поздно я вырвусь на свободу.

— Не согласен, — спокойно ответил я, — Я подчинил тебя своей воле, и ты будешь делать то, что я скажу. И столько, сколько я решу.

— Ты думаешь, что ты такой могущественный и хитроумный, Бог-Император, — усмехнулось оно, — Но я найду способ освободиться. И когда я это сделаю, ты пожалеешь о том, что растоптал мою гордость.

— Знал бы ты, сколько раз мне это говорили, — ответил я с ухмылкой, — А пока ты будешь верно служить мне и выполнять все мои приказы. Твои способности пригодятся мне в самое ближайшее время.

Демон стиснул зубы и издал оглушительный рев. Я ощутил легкие толчки на ментальном уровне. Но они не могли ничего изменить.

Монстр не мог не знать, что бессилен против моего заклинания. Теперь он был под моим контролем, чтобы использовать его в своих целях.

Я чувствовал, как сырая сила течет по его венам, и понимал, что должен быть осторожен. Демон хитер и не остановится ни перед чем, чтобы вернуть себе свободу. Я должен внимательно следить за ним, всегда готовый нанести удар, если он осмелится бросить мне вызов. Или решит навредить важным для меня людям, например, Эйке…

Тьфу, какой ещё Эйке. Всё, Эйка выбыла. Это её выбор. Она для меня ничего не значит.

Я откинулся на спинку дивана, с усмешкой наблюдая за демоном, который боролся с моим заклинанием. Это было свирепое и ужасающее существо, но теперь оно с потрохами принадлежало мне.

— Ты закончил? — лениво спросил я, когда он обмяк и плечи его опустились, — Давай, собирайся, приведи себя в порядок. У нас ещё много работы. Надо будет ввести тебя в курс дела.

Существо, тяжело дыша, покорно склонило голову. Но в его космических синих глазах блестели злые звезды…

Глава 22. Модернизированная Арена

Модернизированная Арена Притяжения Звезд представляла собой великолепное зрелище. Трибуны были заполнены тысячами зрителей, с нетерпением ожидающих начала шоу. Сама сцена представляла собой огромное открытое поле, окруженное высокотехнологичными барьерами. Их мощность и прочность обеспечивали генераторы духовного поля. По сравнению с прошлой Ареной их усилили в несколько раз.

Сами препятствия были впечатляющими: от высоченных стен до коварных ям, усеянных острыми шипами. Одаренные ученики должны были использовать все свои уникальные способности, чтобы преодолеть их и добраться до конца, где их ждал флаг, возвещающий о победе. Кто первым схватит его — тот и победил.

Новую Арену организовали реально с размахом. Это будет мощное шоу.

Я шел вдоль рядов сидений, ощупывая ментальными щупальцами энергию толпы. Рокот возбужденных разговоров наполнял воздух, смешиваясь со случайными возгласами «Ура!!!» или «У-у-у!». Пару раз до меня долетело даже «На мыло ложного Бога-Императора!». Ух, найду я этих крикунов… правда, сейчас не до них.

Предвкушение переполняло зрителей. Они ещё не знали, что сегодня станут свидетелями величайшего шоу в истории этого мира… По сравнению с которым померкнет всё, что только можно было себе представить.

За мной тенью след в след двигалась Лена, моя новая одержимая секретарша. Она следовала за мной повсюду в своем деловом костюме, ее глаза всегда были прикованы ко мне. Я чувствовал демона внутри нее, кипящего от гнева и негодования. Но у него не было другого выбора, кроме как подчиняться, играя роль моей верной помощницы.

И должен признать у него это получалось в совершенстве. Он был куда эффективнее Юмеко. Знания и навыки существа были бесценны, а его способность добывать информацию была непревзойденной. Я также знал, что его демонические умения могут пригодиться в определенных ситуациях.

Я видел зависть и страх в глазах некоторых зрителей, знатных аристократов. Они не знали, не могли знать, что Лена — не обычная секретарша, а могущественная сила под моим контролем. Но чувствовали, что что-то с этой девушкой сильно не так. Инстинкты кричали людям, что перед ними — подделка. Чудовище, надевшее людскую личину. Но внятно объяснить свою тревогу они не могли даже себе.

Они также знали, что и со мной нельзя шутить. Я обладаю такой силой, которой им во веки не достичь.

— В новостях пишут, что леди Элеоноре сильно нездоровится, — произнесла Лена за моей спиной, — Она не сможет присутствовать на Арене. Вместо нее прибудет её отец, барон де Биль.

— Остальные лорды прибудут? — уточнил я.

— Да, все четверо, — сказала Лена.

Я хмыкнул. Не верю я в такие случайности. Самый лояльный мне Верховный лорд… и не будет присутствовать на самом важном событии? Совпадение? Не думаю!

Да, сегодняшняя Арена будет особенной. Я чувствовал это. Уже хотя бы потому, что все пять Верховных лордов будут присутствовать и наблюдать за состязанием… ну, четыре Верховных лорда и один врио. А кроме Притяжения Звезд будут участвовать многие другие школы.

Я не мог не заметить статную фигуру архимага Парацельса, выделяющегося среди зрителей своей старомодной широкополой шляпой мага. Он сидел в VIP-секции Арены. Одетый в роскошный белый плащ, он проводил время вместе с двумя красивыми молодыми студентками. Они ловили каждое его слово, их глаза были расширены от восхищения, а губы слегка приоткрыты в благоговении.

Парацельс величественно жестикулировал руками, его глубокий голос наполнял арену, когда он рассказывал горячим цыпочкам о своих подвигах. Они смеялись и хлопали в ладоши, явно очарованные его историями. Я не мог не задаться вопросом, какие секреты он хранит, какие тайны магии и силы позволяют ему вызывать такое влечение женского пола к себе.

Даже мне, Богу-Императору, некоторые тайны мироздания оставались недоступны. С силой и харизмой Парацельса могла сравниться только выносливость его печени.

Когда я скользил взглядом по морю лиц вокруг меня, одно особенно привлекло мое внимание. Лицо, обрамленное прекрасными красными локонами. Это была она, моя бывшая подруга Эйка. Она выглядела всё так же прекрасно, даже стала ещё краше. Хотя это скорее мое воображение обманывает меня.

Она, как и Парацельс, сидела со своими родителями в VIP-зоне и, казалось, была погружена в беседу с ними. Чикэку и Анатолий ласково разговаривали с дочерью. Кажется, в их семье воцарились мир и согласие.

Мне захотелось поговорить с ней, узнать, чем она занималась всё это время. Но я отогнал эти мысли. Хватит. Что было, то прошло. Прошлого не вернуть. Мысль о том, чтобы встретиться с ней снова, вызывала у меня смешанные эмоции.

Когда я стоял там, наблюдая за ней издалека, меня охватило чувство тоски и сожаления. Я не мог не задаться вопросом, могло ли все сложиться по-другому между нами. Но сейчас я знал, что должен сосредоточиться на поставленной задаче. Мысли о глупой капризной девчонке не должны мне помешать.

Я хмыкнул. Да-а-а… К сожалению, я все еще что-то испытываю к Эйке, глупо это отрицать. Но сегодня всё изменится. Я окончательно преодолею все свои слабости.

И спасу этот мир.

Пока я шел к своему месту, я уловил обрывки разговоров между студентами.

— Я слышал, что они вернут Аномалию, — сказал один из них своему другу.

— А я слышал, что собираются добавить совершенно новую. Она еще более смертоносна, чем старая, — ответил другой.

— Ужас… как хорошо, что мы на первом курсе и нам это пока не светит…

— Сплюнь! В любой момент всё может поменяться!

Помимо обычной VIP-зоны на Арене была еще одна — так сказать VIP-VIP-зона. Она представляла собой закрытую территорию с повышенным уровнем безопасности. Доступ в нее был ограничен. Вход только для самых элитных и влиятельных лиц, таких как Верховные лорды. Зона располагалась на возвышенности и была отделена от остальной части арены высоким, внушительным забором из армированной стали. У входа стояли вооруженные охранники, проверяя личности тех, кто хотел попасть внутрь.

Для обеспечения безопасности лордов во всей VIP-VIP-зоне были приняты высокотехнологичные меры безопасности. Повсюду были установлены незаметные камеры видеонаблюдения. По Арене перемещались охранники в черных костюмах, готовые отреагировать на любую потенциальную угрозу.

Мое место уже было близко. Я достал телефон и набрал номер Геннадия.

— Алло, Геныч? Все ли готово?

— Привет, ага, — уверенно ответил он, — Пальма и все остальные на своих местах. Можно начинать операцию.

— Отлично.

Положив трубку, я почувствовал легкий прилив адреналина. Операция предстояла весьма деликатная, и я знал, что каждая деталь должна быть выполнена идеально. Ставки поднялись высоко как никогда, и я не мог позволить себе допустить ни одной ошибки. Я глубоко вздохнул и приготовился к тому, что должно произойти. Я знал, что мы с Геннадием и другими ребятами — отличная команда и можем рассчитывать друг на друга.

В новом мире, который я создам, вам всем это зачтется, мои любимые Дети Императора.

Когда я и Лена заняли свои места, через громкоговорители раздался голос, объявляющий о начале шоу. Первая группа детей вышла на поле, готовая к преодолению препятствий.

Мой курс в этот раз участие не принимал — в роли жертвенных овечек у нас выступал третий курс.

Я проверил костяной кинжал у себя на поясе, усмехнулся и бросил взгляд на VIP-VIP-зону, где прямо сейчас находились четверо из пяти Верховных лордов. Полагаю, они о чем-то догадываются… Но это им никак не поможет.

* * *

Внутри VIP-VIP-зона представляла собой роскошный оазис комфорта и элегантности. Плюшевые кожаные кресла располагались рядами, открывая лучший вид на Арену внизу. Сиденья были оснащены встроенными экранами, что позволяло еще лучше следить за происходящим. Зона была окружена тонированным бронестеклом, способным выдержать даже мощную духовную атаку.

В центре VIP-VIP-зоны находилась приватная зона отдыха, где лорды могли насладиться прохладительными напитками и обсудить друг с другом ход боя. Стены были украшены замысловатыми фресками и гобеленами, изображающими значимые сцены прошлого.

VIP-VIP-зона была символом привилегий и престижа, желанным местом для тех, кто обладал наибольшей властью и влиянием в королевстве. Это было место, где лорды могли наблюдать за сражениями, защищенные от хаоса и опасностей.

Первый и Третий лорды вошли в VIP-VIP-зону, окутанные атмосферой власти и могущества. Охранники с поклонами отошли в стороны, чтобы пропустить их. Оба направились к своим местам в первом ряду. Они оба были одеты в богатые мантии, украшенные золотом и драгоценными камнями. Их движения были неспешны и вальяжны. Третий как всегда носил при себе бокал, в котором плескалось что-то красное. Первый сверкал элегантной заколкой с рубином на галстуке. Белые маски с цифрами скрывали их лица.

Усевшись, они сразу же перекинулись парой фраз.

— Должен сказать, я впечатлен тем, как гладко тебе удалось отстранить Четвертую, — сказал Первый лорд, — И комар носа не подточит.

Третий лорд кивнул, взял бутылку из бара и подлил себе вина.

— Не пей так много, — укоризненно произнес Первый, — Я постоянно тебя вижу с винцом. Или что ты там употребляешь?

— Дружба с Парацельсом накладывает определенный отпечаток, — вздохнул Третий, — Никак не могу побороть эту пагубную привычку. Будешь?

— Давай…

Оба чокнулись, звон бокалов заметался под потолком. Оба Верховных лорда сделали несколько глотков.

— На счет Четвертой. Действительно, это был блестящий ход, — продолжал Первый свою мысль, — Но мы должны оставаться бдительными. Мы не можем почивать на лаврах, ибо всегда найдутся те, кто захочет оспорить нашу власть. Например этот… так называемый новый Бог-Император.

Третий лорд поморщился.

— Да не новый он… да и не враг нам… но ты прав. Мы всегда должны быть готовы. Особенно когда Великий Мудрец хранит молчание. Но сейчас давай насладимся зрелищем.

Они обратили свое внимание на Арену внизу, где одаренные дети из третьего курса начинали участвовать в боях, демонстрируя свои силы и способности. Толпа ликовала, а напряжение было физически ощутимым. Лорды наблюдали за происходящим, просчитывая свои дальнейшие действия.

Третий откинулся в своем кресле, следя за студентами внизу. Его глаза сквозь прорезь маски с компьютерной точностью сканировали переполненную Арену. Наконец, он повернулся к Первому и сказал:

— Я не сомневаюсь, что дети из Алой Зари легко возьмут главный приз в этом соревновании. Они — основные претенденты. Нет никого, кто бы сравнился с ними в силе.

Первый лорд хмыкнул и ответил:

— Я не согласен. Студенты из Притяжения Звезд обладают не меньшим потенциалом, если не большим. У них есть определенная утонченность и элегантность в их стратегиях и способностях. Чего так не хватает Алой Заре.

Третий лишь фыркнул.

Пока они продолжали спорить, Второй и Пятый лорды вошли в VIP-зону и заняли свои места рядом с Первым и Третьим. Вскоре к ним присоединился барон де Биль, чья дочь, Четвертый лорд, леди Элеонора, отсутствовала.

Барон сидел мрачный, словно ворон. Он был одет в толстую шубу из шкуры медведя и передвигался на своем привычном инвалидном кресле. Его деревянная маска изображала лицо с мрачным и печальным выражением. Уголки ее рта были опущены сильно вниз.

Второй лорд, одетый в царственную пурпурную мантию, заговорил:

— Господа, давайте не будем забывать о цели этого соревнования. Задача не в том, чтобы определить, в какой школе самые сильные ученики. А в том, чтобы способствовать сотрудничеству и росту между всеми ними. Только работая вместе, они раскроют свои силы и станут по-настоящему сильными охотниками на Аномалии.

Пятый лорд, одетый в стандартный черный смокинг, добавил:

— Подписываюсь под каждым словом. Давайте не забывать о важности стратегии и командной работы. Кстати, Третий, что за вино? Запах просто чудесный.

Барон де Биль, наконец, заговорил. Его голос больше напоминал скрип древнего дуба, нежели человеческую речь.

— Вы все говорите о сотрудничестве и командной работе, но где же Четвертый лорд? Где леди Элеонора? Ее отсутствие ясно указывает на отсутствие единства среди нас.

Остальные лорды замолчали.

Третий лорд посмотрел на барона де Биль, его глаза были холодными и расчетливыми.

— Поскольку леди сейчас нездорова, — сказал он, — Вам предстоит занять ее место в совете. Как временно исполняющему обязанности.

Глаза барона де Биль сверкнули гневом в прорезях маски.

— Мне не будут указывать, что делать, — прошипел он, — Я сам по себе могущественный человек, и не позволю с собой обращаться как с простой марионеткой!

Третий лорд откинулся в кресле, на его губах играла улыбка.

— Вы неправильно меня поняли, барон, — сказал он, — Я не говорю вам, что делать. Я просто напоминаю вам о реальном положении дел. Леди здесь нет, и вы, как её отец и глава рода де Биль — следующий в очереди. В ваших интересах делать то, что мы скажем.

Барон де Билль усмехнулся.

— Думаете, мной так легко манипулировать, раз я в каталке? — проскрипел он, — У меня свои планы. И я не позволю ни вам, ни кому-либо другому покуситься на благородный род де Биль!

Улыбка Третьего лорда исчезла, сменившись раздраженным взглядом.

— Тогда вы не оставляете мне выбора, — сказал он, — Вы сделаете то, что я скажу, или столкнетесь с последствиями. Помните, барон, вы поступите очень глупо, если осмелитесь перечить мне. И не забывайте о леди Элеоноре. Вы же хотите, чтобы она поправилась как можно скорее?

Барон де Биль уставился на Третьего лорда, его кулаки сжались от ярости. Но он должен был знать, что лорд прав. Барон был не в том положении, чтобы бросить ему вызов…

Три других лорда молчали и никак не вмешивались. Кажется, они уже все порешали между собой заранее. А Третий лишь озвучивал общее мнение.

Внезапно со стороны Арены раздался оглушительный взрыв и грохот. Земля под ногами сильно задрожала, ряды сидений и столы зашатало из стороны в сторону. Лорды попадали на пол, тщетно пытаясь ухватиться за опору. Хрустальный кубок с вином упал со стола и с громким треском разбился о пол. Красная жидкость растеклась по полу, напоминая ярко-алую кровь.

Густой черный дым заполнил Арену. Смог сочился между рядов сидений и людей. Паника и смятение тысяч голосов наполнили воздух. Люди кричали и переговаривались, пытаясь осмыслить произошедшее.

Они даже не подозревали, что это лишь начало…

Глава 23. Бог-Экстремист

Паника распространилась по трибунам арены, как лесной пожар. Зрители повскакали со своих мест, лихорадочно ища спасения. Земля под ними сотрясалась от мощных толчков. Крики наполнили воздух, люди спотыкались и толкались, пытаясь спастись от хаоса. Одни плакали, другие кричали, но все как один были охвачены страхом. Звуки бьющегося стекла и падающих обломков усиливали неразбериху, люди перелезали через сиденья и барьеры, ищу кратчайший путь к спасению.

Некогда стройные ряды зрителей превратились в паникующую толпу, движимую первобытным желанием выжить. Запах дыма и вид пламени только усиливали ощущение надвигающейся гибели.

С оглушительным ревом генераторы, питавшие силовое поле вокруг арены, внезапно начали вспыхивать и взрываться. Мощные духовно-технические устройства, отвечающие за поддержание непроницаемого барьера, выходили из строя один за другим.

Гудение уцелевших генераторов сменилось треском и грохотом, когда силовое поле начало мерцать и истончаться. Крики наполнили воздух, технический персонал бросился в укрытие, не понимая, что происходит и кто виноват.

Больше ничто не защищало людей от опасности Арены.

Силовое поле, которое когда-то было сияющим символом мощи и престижа Арены, теперь было не более чем разрушающимся и неустойчивым слоем. Те, кто находился достаточно близко к генераторам, могли видеть сильное пламя, лижущее металл. Запах дыма и плавящегося металла наполнил воздух.

Я сижу среди хаоса на своем месте и улыбаюсь. Лена рядом с равнодушным лицом разглядывает свой маникюр. Мои глаза сканируют сцену с чувством удовлетворения. Генераторы силового поля вокруг Арены были выведены из строя, как я и планировал. Мои последователи, верные Дети Императора, выполнили свои инструкции в совершенстве. Я рад, что привил им всем достаточно веры, чтобы они без раздумий исполняли все мои приказы. Какими бы они не были, ведь Бог-Император не может задумать дурного.

Ну а кого-то, как Акихито, Акиру, смог убедить Императорский договор.

Рядом Лена поворачивается ко мне с вопросом в глазах.

— Нам пора? — спрашивает она. Я киваю. Лукавая улыбка не сходит с моего лица, когда я поднимаюсь на ноги.

— Да, пора, — говорю я, мой голос низкий и ровный.

Я оглядываю паникующие лица окружающих нас людей, их крики и возгласы замешательства наполняют воздух. Это именно то, чего я хотел. Хаос и неразбериха, идеальная возможность для нас сделать свой ход.

Все выходы с Арены заблокированы. Никто не покинет её, пока я не разрешу.

Я веду Лену за собой, проталкиваясь сквозь толпы людей, охваченных паникой. Я был полон решимости довести дело до конца, чего бы это ни стоило.

Сегодня все решится. Я верну себе власть над этим миром.

Студенты третьего курса, соревнующиеся на Арене, были полностью дезориентированы внезапным взрывом и разрушением защитного поля. Их захлестнули потоки пыли и песка, который покрывал дно Арены. Они спотыкались и оступались, пытаясь удержаться на ногах. Земля под ними сотрясалась от мощных толчков. Многие попадали от силы взрыва.

Ученики быстро поняли, что что-то явно идет не по плану. Они в панике оглядывались, наблюдая, как генераторы вокруг Арены вспыхивают один за другим, а крики зрителей наполняют воздух.

Некоторые из студентов, все еще охваченные боевой лихорадкой, не сдавались и продолжали сражаться, несмотря на хаос и разрушения вокруг. Они, видимо, решили, что это часть шоу и испытания. Другие же быстро осознали всю серьезность ситуации и начали отступать, убегая в укрытия и пытаясь уклониться от пламени и падающих обломков.

Некоторым студентам удалось спастись, но другим повезло меньше. Тех, кто оказался на пути пламени, быстро окружили бушующие языки огня. Выбраться из смертоносной ловушки жара и чада будет непросто даже одаренным…

По мере распространения пламени и усиления разрушений оставшиеся студенты отчаянно пытались выжить. Они карабкались по руинам, уворачивались от падающих обломков и перепрыгивали через горящие обломки, пытаясь спастись от смертоносного ада.

Несмотря на хаос и разрушения, некоторые студенты сохраняли спокойствие и выдержку. Используя свою подготовку и навыки, чтобы сориентироваться на опасной местности, они пытались довести других до безопасного места. Но для многих события на Арене грозили обернуться роковым, трагическим концом…

Особенно когда из-под дна Арены, проламывая перекрытия, вырвалась озверевшая Аномалия. По изначальному замыслу организаторов она должна была появиться намного позже, в строго определенный момент. Но из-за взрывов всё пошло не по сценарию…

Эта Аномалия выглядела поистине ужасно. Она возвышалась над полем боя, её массивное тело напоминало тушу гигантского осьминога или кальмара. Щупальца извивались и метались, каждое из них оканчивалось острым костяным острием. Кожа монстра была тошнотворно серого цвета и покрыта густой, блестящей слизью. Большие выпуклые глаза с горизонтальным зрачком, казалось, видели все и сразу, и в них сверкал злобный ум.

Вынырнув из глубин Арены, монстр-аномалия издал оглушительный визг. От мерзких звуков у всех, кто находился поблизости, заложило уши, а по спине побежали мурашки. Стекла и все стеклянные предметы на Арене потрескались, словно от ультразвука. Сражающиеся на арене студенты быстро поняли, что к чему, и многие из них тут же обратились в бегство. Но монстр был слишком быстр и проворен. Он легко ловил жертв в свои щупальца и тащил к зияющей пасти в виде ключа.

Движения монстра были стремительными и непредсказуемыми. Даже взглядом за ними было непросто уследить. Его щупальца были невероятно сильными. Они продолжали шевелиться и сражаться, даже когда их отрезали.

Я ощутил, как совсем рядом скапливается огромное количество силы. Повернувшись, я увидел архимага Парацельса. Волшебник, высунув язык от усердия, целился в Аномалию вытянутой рукой. Между двумя его пальцами сверкали искры и молнии.

Ох… кажется, он хочет жахнуть по серьезному…

— Парц, сто-о-ой! — кричу я, мой голос разносится над паникующей толпой, — Дети пострадают!

Парацельс каким-то образом услышал меня. Он бросил взгляд в мою сторону и опустил руку.

— Я разберусь! — крикнул я ему, — Пальма!

Я послал ментальный сигнал кибердеве, и она откликнулась. Пальмистрия, которая всё это время находилась неподалеку, отделилась от толпы. Она выглядела теперь как обычный человек, поскольку была исцелена от кибер-вируса. Однако для битвы мне требовалась её истинная ипостась из металла, чипов и проволоки.

Маленькая хрупкая девушка преображается на моих глазах, ее форма меняется и искажается в завораживающем зрелище. Структура ее тела перестраивается, а кожа становится металлической, образуя мощные бронированные пластины. Ее глаза превращаются в светящиеся желтые окуляры-экраны, а тело становится еще больше и внушительнее. Процесс происходит быстро и без проблем.

Но это ещё не всё. Трансформация продолжалась. На ходу Пальмистрия перестраивалась в боевой молот — избранное оружие Бога-Императора.

Молот прыгнул ко мне, мои пальцы крепко обхватили его рукоять.

— Я готова служить вам, мой Бог-Император, — прозвенел молот в моих руках. В его голосе звучали электронные нотки, как будто со мной вдруг заговорил компьютер, — Я искуплю своё неверие и вину перед вами! Подобно Ферре, моей далекой прародительнице, я стану продолжением вашей руки!

— Спасибо, Пальма, — серьезным тоном произнес я, — Я очень ценю это.

Я начал стремительно накапливать свою силу. Я обратился глубоко внутрь себя, призывая древнюю и могущественную магию, дремлющую в моей душе. Мои руки начали светиться потусторонней энергией. Она перетекла в молот, и тот вспыхнул ярким сиянием, словно яркая звезда в ночном небе.

В следующий миг мои ноги оторвались от пола, и я оказался рядом с Аномалией, вплотную с её огромным глазом. Я мог рассмотреть его и кожу вокруг во всех подробностях, вплоть до самой маленькой складки. В нос ударил мерзкий кислотный запах, а по ушам — оглушительный визг.

Оболочка глаза имеет тошнотворный желто-зеленый цвет и окружена толстым кольцом темно-красного цвета. Вытянутый горизонтальный зрачок глубокого чернильно-черного цвета и, кажется, постоянно двигается и сужается, сканируя пространство. Как будто бы выискивает следующую добычу.

Со всех сторон ко мне устремились щупальца. Но куда раньше я нанес удар молотом.

Существо издает пронзительный визг, его охватывает яркий ослепительный свет. Энергия проходит сквозь его тело, разрывая его на части и превращая в пепел за считанные секунды. Студенты на Арене внизу с благоговением смотрят, как обуглившаяся туша монстра с грохотом падает на землю.

Я приземлился рядом на землю, чуть согнув ноги в коленях. Я распрямился во весь рост, моя грудь вздымается от напряжения, но на лице довольная ухмылка. Все вокруг смотрят на меня с восхищением. Я почувствовал, что моя власть и авторитет стали ещё прочнее.

Но это было лишь начало.

Я рванулся в центр Арены. Я должен был оказаться там, чтобы всё получилось. Надо торопиться!

— Парц, за мной! — я позвал волшебника. И тот, несмотря на большое расстояние, услышал и оказался рядом.

— Импи, что происходит? — крикнул он, его длинная белая борода развивалась на ходу. Он пыхтел, его мантия развивалась при стремительном беге. В одной руке волшебник держал бутылку с парцеядом, в другой — симпатичную студентку. Одну из тех, кто был с ним все это время. Возможно, он хотел её защитить, а возможно, просто прихватил её с собой по инерции… а чего зря добру пропадать?

Студентку волшебник нес на плече, направив её пятую точку в зенит. Пятая точка была красивая и упругая, обтянутая черной материей юбки.

Парацельс был единственным, кому я не рассказал о своих планах. Я просто знал, что ему это сильно не понравится. И решил оставить его в неведении.

Парацельс слишком добрый человек, с чистым сердцем. Он до сих пор считает меня тем, кем я на самом деле не являюсь. И пусть продолжает считать. Так будет лучше для всех.

— Пора убить самое страшное чудовище, захватившее наш мир, — сказал я ему.

— Кого? — Парацельс несколько раз моргнул.

— Некоторые называют его Тотх’Аз, — пояснил я, — Я хочу убить его.

— Что, вот так просто?

— Самые лучшие решения — простые, — ухмыльнулся я, — Просто делай то, что я говорю. Мы будем не одни. Нам помогут союзники. Завалить такую большую скотину даже Богу-Императору будет непросто.

— Ясно… — кивнул Парацельс и глубоко задумался. Так сильно, что совершенно забыл про визжащую студентку на своем плече.

Впрочем, рядом с Парацельсом сейчас было самое безопасное место на всей Арене.

Мы с Парацельсом бежали к центру Арены — туда, где располагался флаг. Постепенно ко мне присоединились мои союзники. Они выпрыгивали из дыма и неслись рядом с нами. Юля и Лена… Акихито и Акира… Геннадий… мои сестры Алиса и Ира… и многие-многие другие, кто присягнул мне на верность.

Кто-то служил за совесть… а кем-то управлял Императорский Договор.

— Вадик! — раздался голос, от звуков которого я едва заметно вздрогнул.

Я повернулся, и увидел её. Красные развивающиеся волосы, белая футболка и джинсы, лихой и боевой вид…

— Что ты задумал?!

Я ухмыльнулся глядя на эту предательницу. И как она здесь очутилась? Увязалась за мной?

— Иди гуляй, — сказал я ей и отвернулся. Эйка меня не должна волновать. Пусть делает что хочет.

— Не обращайте на неё внимания, господин, — ласково шепнула мне Аманда, бежавшая рядом, — Она недостойна вас.

Леди Зинцер сегодня выглядела невероятно роскошно. Впрочем, для неё, потрясающей красавицы, это было обычное дело.

Она одета в облегающий спортивный костюм, который подчеркивает ее подтянутую фигуру. Ее длинные черные волосы завязаны в хвост. На лице — решительное выражение. В алых глазах сверкает злое предвкушение. Она сосредоточена на поставленной задаче, а ее движения плавные и грациозные. Ее атлетическое телосложение и подтянутые мышцы свидетельствуют о ее преданности тренировкам.

Вот она, настоящая Императрица. Думаю, именно такая женщина подходит мне больше всего. А не малолетняя импульсивная дурочка с ветром в голове.

Когда мы все достигаем центра арены, я совершаю кое-что странное с точки зрения моих союзников. Я хватаю победный флаг с гербом Притяжения Звезд и… отбрасываю его в сторону, как бесполезный мусор. Глаза союзников расширяются от удивления, они приходят в замешательство. Кто-то даже ропщет, не зная, как расценить мои действия.

— Нам не нужна победа, — хмыкнул я, — Нам нужно всё! Весь этот мир!

С яростной решимостью я поднимаю свой молот высоко над головой, впитывая всю энергию Арены — страх, радость, гнев и все, что между ними. Ох, как же много скопилось всего этого в воздухе! Не зря я устроил весь этот кошмар. Я направил всю эту силу в свое оружие, чувствуя, как сила струится по моим венам.

— О-о-ох… — Пальмистрия-молот издала такой глубокий и откровенный стон, что некоторые люди вокруг покраснели, — Я чувствую себя такой заполненной…

Я — хозяин не только этой арены, но и всего мира. Мой взгляд пронзает толпу, бросая вызов любому, кто усомнится в моей власти. Я — тот, кто контролирует ситуацию, тот, кто решит судьбу нашего мира.

Я здесь, Верховные лорды, и я готов отобрать у вас всё! Попробуйте меня остановить!

Теперь я находился в центре Арены. Идеальное место для того, что я сейчас собирался сделать. Собственно, ради этого момента вся операция и затевалась. Я хотел перепугать всех, собрать их энергию, смешать со своей и…

С яростным ревом я обрушиваю молот на землю, посылая волну энергии по Арене и всей структуре пространства вокруг. Земля дрожит под моими ногами, и толпа затихает в благоговении перед моей мощью.

— Ой… можно не так сильно? У меня голова закружилась… — пожаловалась Пальмистрия, слегка сорвав эпичность момента.

Пространство вокруг меня словно раскололось. Воздух разрезала трещина, она быстро распространила свои «ветви» во все стороны. Из неё гостями вырывался яркий красный свет. Она расширилась и превратилась в сияющий портал. Из него валом во все стороны повалил алый дым.

Чувство благоговения охватило меня, когда я заглянул в бушующую круговерть за пределами пределов. Казалось, будто сама ткань вселенной разрывается на части, открывая взору нечто поистине ужасающее и невероятное. Мои соратники смотрели на иное измерение в шоке, как будто не могли поверить в то, что видят. Да, я уже предупредил их, что зрелище нас ждет незабываемое. Но одно дело услышать от кого-то и совсем другое — увидеть своими глазами.

Но я знал, что это не иллюзия. И когда портал начал засасывать в себя все вокруг, я понял, что должен действовать быстро.

— Быстро, — сказал я, — Действуем по плану и делимся на две группы!

По плану одна группа проникает вместе со мной в портал, а другая стоит на страже у входа. Чтобы никого лишнего за нами не пустить.

Я… Парацельс… Пальмистрия… сестры Батиковы… Лена… идем в другой мир. Остальные, возглавляемые Геннадием и Амандой, сторожат вход.

— Я с вами! — внезапно крикнула Эйка, стиснув кулаки. Я даже не смотрю в её сторону.

— Красную за нами не пускать, — сказал я Генке и Аманде.

Леди Зинцер довольно заулыбалась и кивнула.

Я первый шагнул через портал, а за мной последовали остальные. В лицо мне ударил отвратительный смрад. Розово-серый туман передо мной развеялся, и я узрел самый настоящий мир ужаса. В воздухе стоял смрад гнили и разложения, а земля под нашими ногами была покрыта вязкой, мясистой субстанцией. Казалось, что мы попали в царство, состоящее исключительно из гнилого мяса.

Небо над головой было тошнотворно фиолетовым, и молнии сверкали в облаках, бросая жуткий свет на извращенный пейзаж. Странные, чудовищные тени шевелились в тумане вокруг нас. Под ногами хлюпало и что-то шевелилось, словно земля была живой.

— Надо меньше пить, — задумчиво произнес Парацельс рядом со мной. В подтверждение своих слов он тут же приложился к бутылке.

— Ох, какой чудесный край, — Лена мило улыбнулась, оглядываясь по сторонам.

Все, кажется, решили, что она это с сарказмом. И только я знал правду.

— Боже-Император, что это за жуткое место?! — воскликнула Юля. Лена успокаивающе погладила её по плечам.

— Вы уверены, что хотите это знать? — негромко произнес я, прислушиваясь. Мне показалось, что до меня откуда-то издалека долетают слабые звуки. Как будто кто-то играет на флейтах…

Флейты… если так, то это плохо.

— Хотим, — уверенно прогудела Пальмистрия-молот в моих руках, — Это будет весьма познавательно.

— Это наш реальный мир, — сказал я, — То, как выглядит наша Родина на самом деле. Вся наша планета захвачена, заражена и расщеплена на множество слоев реальности. Место, где мы сейчас находимся — самое реальное и «плотное» измерение. Все живые организмы были сплавлены в одну биомассу, а души находятся внутри Тотх’Аза. Но пока вы веруете в Бога-Императора и верны мне, вы под моей защитой, и Тотх’Аз ничего вам сделать не может.

— А… это типа мы в Матрице жили всё это время? — произнесла Пальмистрия, — А это мы вышли в реальный мир?

— Можешь считать так, если тебе так проще. Пятьсот лет назад наш мир был поглощен Тотх’Азом, — негромко произнес я. Я уже рассказал им эту историю, но было бы неплохо освежить их память, — Я собираюсь убить его и восстановить наше родное измерение.

Тягостное молчание. Мои последователи обдумывали мои слова.

— Короче, без бутылки не разобраться, — подвел итог Парацельс и снова приложился к бутылке с парцеядом. Девушка на его плече полностью отрубилась. Парацельс поправил её, чтобы не сползала, и заботливо похлопал даму по пятой точке.

— Не бойся, я буду тебя защищать, — сказал он, ласково глядя на её попку.

Блин, её надо было оставить снаружи… Но что сделано, то сделано. Сейчас уже не до этого.

Земля под ногами задрожала.

— Враги? — нахмурился архимаг.

— Нет, — улыбнулся я, прислушавшись к гулу, — Это союзники.

Одновременно с этим завибрировал кинжал у меня на поясе. Сильнее, чем когда-либо.

Глава 24. Новые/старые союзники/враги

Земля под нашими ногами сильно дрожит, словно живое существо, вспучивается и корчится от боли. Трещины расходятся во все стороны, и воздух наполняется оглушительным рокотом. Внезапно из земли поднимается массивная фигура, накрыв нас исполинской тенью. Верхняя часть её тела — человеческая, но низ — как будто змеиный, покрытый бронированными чешуйчатыми пластинами. Её голова увенчана короной из извивающихся щупалец, каждое из которых толщиной со ствол дерева.

Глаза титана пылают мистическим, неземным огнем, кристаллические брови отражают свет тысячью сверкающих граней. Исполинская женщина-титан оглядывается по сторонам. Её пухлые губы раскрываются, обнажая ряды синих кристаллических зубов, и Зыбь издает издает оглушительный… зевок, от которого сотрясаются самые основы земли. Земля под нами продолжает колебаться и дрожать, словно в ответ на призыв титана.

Великая Зыбь смотрит на нас с дружелюбной улыбкой и глубоким, мелодичным голосом тепло произносит:

— Бог-Император, архимаг Парацельс. Рада вас видеть.

Остальных наших спутников она подчеркнуто игнорирует. Батиковы и Лена ей явно не интересны.

— Ты кто? — Парацельс смотрит на неё с подозрением.

— О, неужели Великий и Ужасный волшебник не признает сильнейшего своего противника? — Великая Зыбь бросила на Парацельса снисходительный взгляд.

— Зеленый Змий, ты что ли? — сказал архимаг с удивленным видом, разглядывая огромные сиськи Великой Зыби, упакованные в чешуйчатый корсет, — А ты похорошел за эти столетия…

— Нет, я не Зеленый Змий, я Великая Зыбь. Вы в моем казино кругленькую сумму проиграли, — проворчала Зыбь, демонстративно закатив глаза, — И до сих пор долг не отдали…

Парацельс переступил с ноги на ногу, и с неуверенной улыбкой посмотрел на меня.

— Долг? Какой долг? Не припоминаю такого… Импи, чего она выдумывает?

— И вовсе я не выдумываю! — возмутилась владычица Подземелья, — Когда отдавать собираетесь, Величайший?

— Даже если проиграл, это было пятьсот лет назад! Срок давности по долгу вышел!

— Нет, не вышел! И ещё проценты набежали! Плюс инфляция! — не сдавалась Зыбь. Она явно очень хотела свои деньги назад. Сколько там Парацельс ей задолжал?

Парацельс начал хватать ртом воздух. Я понял, что надо срочно вмешаться, иначе потеряю главного своего союзника еще до начала основного сражения.

— Привет, Великая Зыбь, — улыбнулся я, — Рад видеть тебя. И ещё больше рад, что ты пришла сдержать свое слово.

Зыбь кивает, её щупальца на голове извиваются в знак согласия.

— Я всегда рад помочь тем, кто этого достоин. Главное, чтобы и ты впоследствии сдержал свое слово и подарил мне…

— Да, конечно, я помню, — я перебил её, не дав закончить фразу, — Но сперва надо одолеть Тотх’Аза.

— Думаю, с этим проблем не будет, — Зыбь усмехнулась, — Я… договорилась с одной знакомой. А она задействовала свои связи. Скоро прибудут два могущественных союзника.

— Если это те двое, о ком я думаю, — я усмехнулся, — Шансы наши и впрямь высоки.

— Ну а что на счет этих… детишек, что ты притащил с собой, — Зыбь бросила уничижительный взгляд на Батиковых и Лену. Близняшки испуганно смотрели на Зыбь и жались друг к другу. Лена стояла неподвижно, скрестив руки на груди. На Зыбь она смотрела с легким любопытством, — Это место не для слабонервных. Это извращенный, испорченный мир, где сами законы природы извращены и искажены. Ты уверен, что они готовы к такому путешествию?

— Я хорошо подготовил их. На переживай на этот счет, — успокоил я Зыбь.

— Хорошо. Тебе виднее.

— Танцуйте, девушки, — приказал я близняшкам, — Нам нужна Славя.

Юля и Лена послушно кивнули и начали свой танец, раскрывающий их истинный Дар. Их движения становились все более интенсивными по мере того, как росла энергия между ними. Казалось, что мирмеции общаются через танец, передавая эмоции и мысли, которые невозможно выразить словами.

Я любовался плавностью и грациозностью их движений. Их одинаковые платья струились за ними, когда они кружились, их длинные волосы развевались красивым струящимся шлейфом.

С каждым шагом они сближались, их руки тянулись друг к другу, пока наконец не соприкоснулись кончиками пальцев. Между ними вспыхнуло яркое пламя, которое на мгновение ослепило меня, а затем рассеялось.

Это было поистине захватывающее зрелище, особенно на фоне чудовищного мира вокруг нас.

Когда свет рассеялся, на месте сестер появился огромный каменный кокон. Изнутри его ребром ладони пробила изящная девичья ручка с блестящим маникюром. Очень большая женская ручка.

Славя, загадочно улыбаясь, выбралась наружу. Ростом почти в пять метров, она провела ладонями по своей потрясающей и манящей фигуре, проверяя всё ли в порядке. Детали её черной брони, украшенной золотыми узорами, едва слышно позвякивали. Ее лоб украшали кристаллические алмазы и усики, похожие на муравьиные, а длинные заостренные уши были приподняты, словно прислушиваясь к малейшим звукам.

Изящно взмахнув пушистым белым хвостом, она осмотрела окрестности, соболиные брови нахмурились от удивления. Ее гетерохроматические глаза, один голубой, другой оранжевый, светились любопытством.

— В какую дыру ты завел моих внучек? — строго спросила меня суровая «бабуля».

Она точно не в курсе, что я использовал против ее внучек Императорский договор. Иначе бы ее реакция была бы куда жестче. Отлично, а то я переживал.

— У нас намечается великая битва против Тотх’Аза, — пояснил я, — Это его измерение. И нам нужна твоя помощь, Славя.

— А кто это? Тотх… тутх… стутх… — Славя слегка запуталась и помотала головой. А потом удивленно уставилась на Зыбь, явно не понимая, что здесь делает такая огромная милфа. Зыбь улыбнулась ей и помахала рукой. Славя слегка растерянно помахала в ответ.

— Злой демон, который напоил все мироздание и не дает похмелиться, — Парацельс пояснил ситуацию по своему, — Я так понял, что он держит нас всех в заложниках. В том числе и твоих внучек.

— Ах так! — Славя решительно стукнула кулаком в ладонь, — Тогда давайте все вместе начистим ему рыло! Ня!

Костяной кинжал на моем поясе вибрирует с каждой секундой все сильнее. Он как будто чувствует силу, скопившуюся вокруг. Наконец, он сорвался с пояса и упал, вонзившись в мясную землю. Её плоть моментально побледнела вокруг лезвия, посерела и потрескалась, словно кинжал высосал из неё всю силу…

Кинжал начал меняться. Сначала это происходило незаметно, просто легкое смещение деталей металла и кости, но постепенно трансформация становилась более выраженной. Металлические и костяные части деформировались и искривлялись, приобретая новые формы и очертания. Кость, из которой были сделаны рукоять и лезвие, удлинилась, образуя структуру, напоминающую позвоночник.

По мере развития трансформации кинжал все больше напоминал скелет некоего живого существа. Кости, составляющие рукоятку и лезвие кинжала, словно расщеплялись, образуя ребра, лопатки, плечи, бедренные и голенные кости. Металл, который когда-то покрывал кинжал, теперь образует суставы и соединительные элементы между костями.

Наконец, трансформация завершена. Кинжал превратился в полностью сформированный скелет, в глазницах которого мерцают красные огоньки. На лбу у него странный символ — круг с диагональной линией через него. Скелет стоит во весь рост, и кажется, что его кости светятся потусторонней силой. Я чувствую тяжесть его взгляда на себе и понимаю, что это не простой мертвяк. Совсем не тот мертвяк, которого я одолел в парке. Это нечто особенное, нечто могущественное.

Похожее на того демона, поселившегося в теле проститутки Лены. Тоже осколок чего-то большего.

Я на мгновение замираю, задумчиво глядя на скелет.

— Здарова, работяги, — прохрипел скелет и помахал костяной рукой, — И в честь чего мы все здесь сегодня собрались?

— Приветствую, Тёмный лорд, — с усмешкой говорю я, — Без тебя наш пикничок не был бы полон.

Да, я давно понял, что для создания своего оружия использовал кровь Темного лорда. Точнее, его осколка, потерявшего разум и память. Сейчас, как я и думал, ему стало заметно лучше.

— А что за пикничок? — уточнил скелет.

Но я не успел ему ответить.

— Серёга! — с восторгом заорал Парацельс, набежал на скелета и сграбастал его в объятия одной рукой. Второй он продолжал держать свою сексуальную студентку, — Сколько лет, сколько зим!

Славя со слегка шокированным видом наблюдала, как архимаг обнимается со скелетом Серегой. Зыбь нетерпеливо дернула щекой. Ей явно хотелось поскорее приступить к делу, а не тратить время на обнимашки.

— Ну ты как? — спросил Парацельс, поставив Сергея на землю.

— Да как обычно… смотрю на жизнь с оптимизмом, — Сергей просунул пальцы сквозь свои ребра и со стуком пошевелили ими, — А ты?

— Я тоже! — ухмыльнулся Парацельс, — А помнишь, как мы всю Альрию вдвоем разнесли?

— Было дело, — задумчиво произнес Сергей, похрустывая суставами, — Правда, мы её вроде бы не разносили, а спасали…

— В моем случае это одно и тоже, — Парацельс ухмыльнулся и протянул ему бутылку с парцеядом, — Будешь?

— Конечно буду! — Скелет отхлебнул прямо из горла. Парцеяд заструился по его позвоночному столбу и ребрам, на ходу всасываясь прямо в кости, — О-о-о… старый добрый парцеяд, до костей пробирает… Сейчас живым себя почувствую!

— После нашей победы вдарим по бабам вместе с Импи!

— Э-э-э… нет, я человек женатый… Сколи не поймет…

— Слушай, я тебя не узнаю… — вздохнул архимаг, — Вот что свадьба с людьми делает… До чего доводит!

— Ну так я не совсем Сергей, — скелет развел руками, — Я лишь его осколок. Малая частица. Когда с этим миром произошло нехорошее, меня отщепило от основной сущности и затянуло сюда. Я долгое время был не в себе и не сильно отличался от обычной тупой нежити…

Я молча наблюдал за их разговором.

Сергей — пришелец из другого мира. У него своя довольно долгая история. Если вкратце, он в ходе загадочных событий много лет назад перенесся в наше измерение и смог стать аж целым Тёмным лордом.

Мы с ним, бывало, сражались, бывало, заключали союзы. В общем, всякое бывало в те давно минувшие дни…

Сейчас он мой союзник и куда более сообразительный, чем Парацельс. Именно по этой причине я не стал сразу возвращать его. Только сейчас, перед самым финалом операции я решил, что пришло время усилить себя всей мощью Темного лорда…

Очевидно, он просто не успеет сейчас задать неудобные вопросы.

— Сергей.

— Да? — он повернулся ко мне.

— Между Богом-Императором и Темным лордом в прошлом было всякое, но… Ты поможешь нам? — спросил я его, — Нашему миру угрожает демон по имени Тотх’Аз.

Вместо ответа он щелкает пальцами. Вокруг его костей материализуется гладкая и блестящая черная броня, покрывая каждый сантиметр его костей. Доспехи украшены замысловатыми узорами и рисунками. На черепе возникла черная корона с тремя сверкающими драгоценными камнями. Корона светится причудливым и жутким темным светом. Как будто сами мрак и пустота приобрели свойства фотонов.

В его руке появился массивный черный меч — грозное оружие с острым и волнообразным лезвием. Оно, кажется, поглощало свет вокруг себя и выглядело так, как будто было выковано из самой тьмы. Эфес меча украшало множество драгоценных камней в форме черепов. Оружие излучало невероятную силу, как будто было способен разрубить все на своем пути.

— Этому миру достаточно одного главного злодея — Тёмного лорда, — проскрипел Сергей, разглядывая меч, сотканный из чистой тьмы, — Конкурент мне не нужен.

— Буду считать это ответом «да», — хмыкнул я.

Грозовое небо над нашими головами заволновалось. В воздухе материализовались два портала, каждый из которых был окружен клубящейся золотой аурой из рун. Порталы пульсировали и мерцали, словно живые, и казались окнами в другие миры, другие измерения. Золотые руны, окружавшие порталы, казались неотъемлемой частью их структуры, они пульсировали и светились потусторонней энергией. Я не мог отделаться от чувства дежавю, глядя на них.

Пока я наблюдал, энергия внутри порталов начала закручиваться и расширяться, словно приглашая меня шагнуть через них в неизвестность.

— О, это кажется мои, — Зыбь как-то странно оскалилась, глядя на сияющие порталы, — Как же я хотела бы одного из них прихлопнуть, как надоедливую муху…

И тут из одного из порталов появился молодой человек. Он летал по воздуху легко и непринужденно, словно делал так с самого рождения. У него были темно-каштановые волосы и выразительные ореховые глаза. Увидев нас, он ухмыльнулся и полетел в нашу сторону. Я заметил аниме-принт на его футболке в виде парня с длинными красными волосами необычной формы. Этот парень держал вишенку на вытянутом языке, что выглядело весьма… специфично.

Надпись под принтом гласила «RERO RERO».

Когда он грациозно приземлился рядом с нами, я отметил его уверенную и беззаботную манеру поведения. Он был одет в простой, но стильный наряд, состоящий из темных джинсов и пары элегантных черных кроссовок. Его футболка с принтом была аккуратно заправлена в джинсы, дополненные простым кожаным ремнем.

Остановившись в паре шагов от меня, он усмехнулся и тепло поприветствовал нас:

— Привет, чуваки! Я просто проезжал мимо и решил зайти поздороваться.

Было ясно, что этот молодой человек чувствует себя комфортно в любой обстановке, даже в окружающем нас апокалиптическом кошмаре. Завсегда везде ништяк. Его уверенность и непринужденность сразу же понравились мне. Я не мог не задаться вопросом, откуда он взялся и какая нелегкая завела его на наш путь.

— О, привет Зыбь! — он помахал рукой Великой Зыби, — Чё как? Как семья, как лепестки? Как бизнес?

У Зыби задергалось веко. Почему-то она очень бурно реагировала на парнишку. Что их связывало в прошлом?

— Привет, Илья, — сдержанно произнесла она, — У меня все хорошо. Рада, что ты откликнулся на мой призыв.

— Как я могу проигнорировать просьбу своей любимой милф… тёщи? — с ухмылкой произнес парень.

— Я не твоя теща, — пробурчала Великая Зыбь.

— Ага, ага, — хмыкнул Илья, — Кето просила тебе, кстати, привет передать.

Лицо Зыби на мгновение стало свирепым. Щупальца на ее голове зашевелились словно змеи. Кристаллические брови и зубы засветились ярким синим огнем. Но она сдержалась, вдохнула и выдохнула воздух через ноздри. Их крылья трепетали под воздействием потоков воздуха.

Я приподнял бровь. Что за отношения связывали этих двоих?

— О, привет, Парц, — Илья помахал рукой архимагу, — Вижу, ты выбрался с Луны.

— Привет, — улыбнулся Парацельс, кивнув Илье, — Да… давно это было.

В этой вселенной вообще существует хоть кто-то, с кем Парацельс не бухал?

— Арсамон, — я протянул парню руку, — Я командую нашим небольшим отрядом. Скажи, почему ты хочешь нам помочь? Просто из-за просьбы Зыби? Но я вижу, у вас отношения слегка натянутые.

— Ну-у-у… — ответив на мое рукопожатие, парень задумался, — Я слышал, в вашем мире кошкодевочки водятся…

— Ну водятся, да, — я был слегка удивлен, — И что?

— Для меня это веский повод его спасти! — Илья решительно кивнул. В его глазах сверкнули огни, — Показывайте этого вашего Азазаза… Ололола… Ктулху, короче. Я ему все тентакли оторву!

Я приподнял бровь. Странный парень. Но сила в нем чувствуется большая. Такой союзник нам пригодится. Правда, он какой-то бестолковый… Особенно с учетом того, что ему явно куда больше лет, чем может показаться. Ещё один вечный ребенок, как Парц? Ну да ладно.

Я хотел что-то ещё его спросить, но тут полыхнул второй портал, окруженный золотыми рунами. И из него появился ещё один персонаж.

Это был уже не мальчик, а зрелый мужчина, с легкой щетиной на подбородке и усами. Ему было в районе тридцати лет, у него были русые волосы и пронзительные зеленые глаза. От него исходил слабый сладковатый запах. Возможно, одеколон с намеком на мед, смешанный с другими запахами.

Он был одет в элегантный серебристый костюм, идеально сидящий на его атлетической фигуре. Костюм мерцал и менял цвет, когда его хозяин двигался, отражая свет от золотых рун и грозовых облаков.

По идее, женщины должны течь при одном только взгляде на него. Не нравится мне этот гость, кем бы он ни был.

Но больше всего мое внимание привлекли кристаллоподобные, ромбовидные наросты в центре его лба над глазами. Также из макушки у него росли антенны, напоминающие муравьиные усики. Только сильно увеличенные в размере.

Точь-в-точь как у расы мирмеций.

Мужчина встал перед нами и посмотрел на нас с выражением одновременно любопытства и уверенности. Было очевидно, что он не из нашего мира.

— Приветствую собравшихся, — с улыбкой произнес он, оглядывая нас, — Илья, Великая Зыбь, Тёмный лорд Сергей, архимаг Парацельс… И ещё несколько людей, которых я не знаю. Ох, и даже ты, Славя… Как странно… В любом случае рад вас всех видеть. Меня зовут Святослав Батиков.

Но как выяснилось, Парацельс новоприбывшего не знал.

— Мы знакомы? — слегка удивленно произнес он.

— Вы меня вряд ли знаете, — ответил Батиков, — Но мне довелось общаться с вашим… гм… отражением в Грезах.

— А без разницы, — архимаг махнул рукой, — Парцеяд будешь?

— После нашей победы — обязательно, — рассмеялся Батиков.

Было видно, что со Славой, как и с Сергеем, можно иметь дело. Но ухо надо держать востро. И самое главное — близко к девчонкам его не подпускать.

— А ты… — он удивленно посмотрел на Славю, — Сласасосиэгинифервачинка! Что ты тут делаешь?

У меня глаза на лоб полезли. Как он это выговорил без запинки?

— Наши далекие правнучки смогли призвать меня на помощь! — с улыбкой произнесла огромная кошко-муравье-демоно… и-еще-много-кто девочка.

Илья всё это время молчал — он с восхищением смотрел на Славю и, видимо, забыл обо всем на свете. Даже с Батиковым не поздоровался.

— Так странно видеть тебя со стороны… — Слава покачал головой, тоже разглядывая Славю.

— Ох Слава… мне тоже очень непривычно видеть тебя со стороны. Это наша первая встреча, по сути! — Славя не осталась в долгу.

Я подошел к нему и протянул руку для рукопожатия, как и в случае с Ильей. Батиков ответил на рукопожатие, внимательно глядя на меня.

— Я Арсамон, — сказал я, — Рад что откликнулся на наш зов. Противник у нас опасный, но иначе наш мир не освободить.

— Я родился в другом измерении, но ваш мир давным давно стал для меня домом, — ответил Слава. Рукопожатие у него было крепкое и уверенное, — Пятьсот лет назад я со своей семьей находился на отдыхе в другом измерении. Поэтому, когда наш мир схлопнулся и замкнулся, мы никак не пострадали. Я очень хочу вернуть все, как было, и повидаться со своими далекими потомками.

— Их зовут Лена и Юля! — воскликнула Славя, прижав руки к груди, — Я с ними ни разу не виделась, но уверена, что они чудесные и сильные девушки, раз сумели призвать меня!

Я подумал о том, что очень правильно сделал, что приказал Лене и Юле превратиться в этого ферала. Скорей всего, Слава бы заметил, что с его внучками что-то не так. От сильных игроков Императорский договор трудно скрыть.

Славя, скорей всего, тоже ничего не поняла. Пусть и дальше остаются в неведении.

— Я, кажется, уже был мертв в то время, когда ты попал в наш мир, — задумчиво произнес я, — Я Бог-Император.

— Серьезно? — тут же настала очередь Славы удивляться. Он оглядел меня внимательно с ног до головы, — Я тебя по другому представлял. Таким здоровым мужиком в золотых доспехах и с молотом в руках… Но сила в тебе огромная и уровень тоже впечатляет…

— Ага, и список умений тоже мощный, — добавил Илья, бросив на меня внимательный взгляд.

У них там что, интерфейсы продвинутой реальности, через который эти двое меня изучают? Ну пусть, пусть. Все равно самое главное им не разглядеть. Я об этом позаботился.

— Я переродился, — коротко пояснил я, — И смог вернуть силу. И теперь хочу вернуть мироздание на круги своя.

— Отлично, я в деле, — кивнул Слава и бросил пару быстрых взглядов на Зыбь, Лену и Славю. После чего мило улыбнулся, — Особенно когда в нашей команде такие очаровательные дамы…

Зыбь фыркнула, Лена никак не отреагировала, а Славя хихикнула.

Очевидно, этого Славу к женщинам лучше не подпускать. Минимум за километр.

Я бы очень хотел видеть в своей команде Мортиса. Но старик по каким-то причинам так и не вышел на связь. Хотя я звал и искал его всеми возможными способами.

Надеюсь, у него всё хорошо.

— Так куда отправляемся? — спросила меня Великая Зыбь.

— Туда, — я указал ей направление.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — вздохнула Великая Зыбь.

По щупальцам Великой Зыби мы забрались на её макушку. После чего титанша вылезла из земли полностью и заскользила по земле. Её огромный хвост быстро извивался, как у обычной змеи, оставляя за собой приплюснутую землю.

Нас встретил пейзаж, который был одновременно гротескно кошмарным и завораживающим. Небо было тошнотворно-фиолетовым, а облака, казалось, извивались в бесконечном танце ужаса. Земля под нами представляла собой бесконечное пространство мяса и внутренностей, пульсирующее энергией зла и разложения.

Гигантские вены, толстые и пульсирующие, прокладывали себе путь сквозь мясной ландшафт, тянулись к небу, словно извилистые корни. Они были наполнены густой, гнилостной жидкостью, которая текла медленно, словно кровь какого-то чудовищного существа. Вонь стояла неимоверная, дышать было трудно.

Деревья были скрученными, извращенными порождениями, их ветви и листья состояли из мяса, хрящей и сухожилий. Казалось, они корчились в вечной агонии, словно их пожирало изнутри. Земля источала кровь.

Иногда нам приходилось преодолевать целые реки гноя. Оставалось надеяться на мастерство и чувство равновесия Зыби, чтобы не упасть в зияющую пасть мясной бездны внизу.

По мере продвижения мы натыкались на искореженные, гротескные конструкции, которые, казалось, когда-то были рукотворными зданиями. Но теперь они представляли собой не более чем скрюченные органические массы. Казалось, что они находятся в постоянном состоянии текучести, сдвигаются и меняются, как будто живые.

Мы также увидели существ, которые, видимо, называли этот мир своим домом. Это были извращенные, гротескные существа с глазами-впадинами и конечностями с острыми как бритва когтями. Казалось, они постоянно испытывали голод. Поэтому постоянно пожирали куски мясного пейзажа вокруг нас. И друг друга.

Ни разума, ни души я в них не чувствовал. Даже подобия суррогата не было.

Это был ужасающий и сюрреалистический опыт. Образ кошмарного проклятого мира будет преследовать нас вечно. Наш мир, наше родное измерение, стало извращенным творением демона, проявлением его ненасытного голода и силы. Наш маленький отряд выглядел ничтожными мухами перед лицом такой чудовищной, непостижимой силы.

Но мы станем именно тем вирусом, что сокрушит титана. Если сумеем прорваться через ему иммунную систему.

— Теперь я знаю, что чувствует ковидла в человеке, — нарушил молчание Илья, разглядывая окружающий пейзаж. Этот парень был всегда на своей волне.

— У тебя есть план, Бог-Император? — прохрипел Сергей, сверкая алым пламенем в глазницах, — Или мы просто должны найти этого Ньярлатхотепа и настучать ему по голове?

— У меня всегда есть план. Тотх’Аза искать не нужно, он вокруг нас, — я обвел рукой окрестности, — Это всё — его плоть. Он слился с нашим миром в одно целое.

— Это я уже понял… и как же ты хочешь его убить? — продолжал допытываться Сергей.

— У Тотх’Аза есть что-то вроде центрального нервного узла, заменяющего ему мозг, — сказал я, — Я собираюсь подключиться к нему и взять это существо под контроль. После чего заставлю его самоуничтожиться и восстановить наш мир таким, каким он был. Нормальным измерением.

По мере нашего продвижения завывания ветра, похожие на звуки флейт, стали громче.

— А что будет с людьми? — спросил Слава, — Они не пострадают?

— Они просто утром проснутся в своих постелях и не будут ни о чем знать, — я пожал плечами, — Если они что-то увидят и запомнят… то скорей всего будут считать это просто кошмарным сном.

— Весь мир — Тотх’Аз, и мы в нем — глисты, — проворчала Великая Зыбь, скользя по жуткому ландшафту. Нижняя часть ее хвоста покраснела из-за налипших на него кусков плоти.

Парацельс просто молча отхлебнул парцеяда. Он в его бутылке, кажется, не кончался. Студентка на плече Архимага так и не пришла в себя. Ну, оно и к лучшему. Отправить бы ее в безопасное место… да только здесь безопасных мест нет.

— А откуда этот Тотх’Аз взялся? — полюбопытствовал Сергей.

— Скорей всего, одно из созданий Великого Мудреца, — сказал я, — Даже мне трудно предсказать, чего он добивается. Всегда казался нашим союзником, помогал бороться с Древними… А когда угроза миновала, преподнес такой вот сюрприз.

— Да, очень мутная личность, — согласился Сергей, — Не могу не забыть мою с ним встречу…

Я приподнял бровь, но Сергей не пожелал продолжить свой рассказ. Дальше мы ехали молча. Я лишь изредка корректировал направление Великой Зыби, указывая ей верный путь.

Ветер завывал, словно голодный зверь. К нам приближался бушующий шторм. Мы быстро установили магические барьеры, которые приняли на себя удар. Защитные поля начали потрескивать и мерцать вокруг Зыби, когда ветер налетел на них со всей силой. Туман и облака были отогнаны прочь, открывая поистине кошмарную картину в небе над головой. Звук флейт стал практически оглушительным.

Небо отливало темно-фиолетовым кошмаром. Вместо солнца пульсировало нечто вроде набухшей раны. Сквозь атмосферу проступали темно-фиолетовые прожилки, словно кровеносные сосуды, несущие какую-то неизвестную, злобную субстанцию.

Но самым кошмарным было даже не это.

Два колоссальных монстра вырисовываются в небе, один на западе, другой на востоке. Их слегка размытые очертания видны сквозь плотную атмосферу планеты. Оба занимают изрядную часть небосвода. Они кажутся чем-то вроде спутников, заменяющих луну. Их губы растянулись и превратились в флейты. Именно они издают ту кошмарную музыку, которая сейчас развернулась во всю мощь.

Мелодия космических флейтистов — преследующая, диссонирующая симфония, которая никогда не умолкает. Звуковые волны словно живые, их распространение видно невооруженным взглядом. Они извиваются и разлетаются над планетой, создавая безумную какофонию, которая пронзает самую душу. Ноты резкие и пронзительные, словно крики миллионов измученных душ, и они эхом разносятся по пустому небосводу. Темп непостоянный, переходящий от бешеного к медленному и задумчивому, без какого-либо заметного рисунка или ритма. Сами инструменты кажутся сделанными из чего-то мерцающего и потустороннего, как будто это и не инструменты вовсе, а души самих монстров. Складчатые и тяжелые веки чудовищ опущены, как будто исполины убаюканы собственной музыкой.

Мелодия не просто слышна, она отдаёт глубоко в костях, заставляя землю под нами содрогаться. Это симфония хаоса и отчаяния, колыбель конца света, сон-смерть без пробуждения.

И чем дольше слушаешь, тем сильнее кажется, что небо темнеет, а сама ткань реальности начинает распутываться на отдельные нити. Как будто мелодия способна подчинить законы природы своей воле. Это болезненно завораживающее явление, от которого обычный человек в лучшем случае просто сойдет с ума…

— Норм музончик, — оценил Парацельс, в ритм покачивая головой.

— Торкает, — согласился с ним Илья, топая кроссовком по чешуе Зыби, — Новый хит для Киркорыча.

Все мы были слишком сильны и устойчивы ментально, чтобы так просто сойти с ума.

— Может быть зарядить по этим горе-музыкантам какой-нибудь крупнокалиберной помидориной? — задумчиво произнес Слава, потирая подбородок.

— Нельзя, — я покачал головой.

— Почему?

— Они играют эту музыку не просто так. Она — как наркотик для Тотх’Аза. Она усыпляет его.

— Так он дрых всё это время? — с возмущением произнес Парацельс, — Давайте я ему в пасть свою фирменную настойку волью, мигом на ноги подскочит, как один мой знакомый демон! И в уборную рванет на первой космической…

— Его нельзя будить, — негромко произнес я, — Ни в коем случае. Музыка не должна прерываться. Иначе Тотх’Аз проснется. А этого ни в коем случае нельзя допускать.

— Почему? — все как один посмотрели на меня. Они до сих пор не понимали… А может быть кто-то и понимал, но хотел, чтобы я озвучил это вслух.

— Потому что иначе наш мир будет уничтожен окончательно, а все, кого мы любили, растворятся в небытие, — сказал я, — Одномоментно. И ничего уже нельзя будет поделать. Потому что пятьсот лет истории нашего мира после катастрофы — это сон Тотх’Аза. Он спал все это время и видел всю историю нашего мира, всех нас и наших родных и друзей во сне. Тот портал, через который мы прошли — он не просто перенес нас в реальный мир. Он сделал нас, людей-сновидения, реальными. Снова даровал нам плоть и кровь.

Мои спутники молчали, обдумывая мои слова. Парацельс сделал самый большой глоток парцеяда из горла за всё время. Даже Илье вдруг перехотелось шутить. Кажется, он осознал, в какой переплет угодил соседний мир, где жили его любимые кошкодевочки…

— Всё ещё можно исправить, — негромко произнес я, — Просто делайте то, что я говорю. И наш мир снова вернется таким, каким был. Реальным и вещественным. А Тотх’Аз сгинет в небытие.

Спасение человечества стоит любой цены. И я готов её заплатить.

— Целый мир был превращен в Грёзу одного жуткого монстра… — Слава нарушил молчание первым, — Ужасно. Но в чем смысл всего этого? Зачем Великому Мудрецу понадобилось подобное?

— Кто знает, это надо у Великого Мудреца спрашивать, — я пожал плечами, — Он одержим параноидальным страхом перед Древними. Он и его раса в древности изрядно натерпелись от них. Возможно, таким образом он решил облагодетельствовать человечество, — я обвел рукой кошмарный пейзаж и гротескные фигуры в атмосфере планеты, — Тотх’Аз неуязвим и неуничтожим. А до человечества в Грезах не добраться даже Древним… И решил Великий Мудрец погрузить всех в вечный счастливый сон под защитой спящей твари.

— Мы изгнали Древних и одолели их жрецов много лет назад, Бог-Император, — напомнил мне Тёмный лорд, — Мы оба с тобой приложили к этому руку. И заплатили огромную цену… Древние никогда больше не смогут прорваться в наш мир из того места, где они находятся.

— Вот встретим Великого Мудреца — лично у него спросим, что он об этом думает, — повторил я, — Если он, конечно, вообще появится на этом празднике жизни. Великий Мудрец не человек, напоминаю. И логика у него не человеческая.

— Кто знает, что у него в голове творится, — добавил Парацельс, — Может быть он уже давно свихнулся.

— Запросто, — согласился я, — Мы, к слову, уже близко к нашей цели.

Впереди замаячил холм. Когда мы поднялись на вершину, то увидели что-то вроде пульсирующего узла, выступающего из поверхности почвы. Я знал, что этот узел и был ключом к доступу к главной нервной системе Тотх’Аза.

Под узлом располагалось что-то вроде темного колодца, уходящего в черную бездну. Его поверхность была покрыта толстой полупрозрачной мембраной, которая, казалось, пульсировала в гипнотическом ритме.

— Организм Тотх’Аза устроен не так как у человека, но кое-что общее есть, — сказал я, — Это нервный узел, который выходит на поверхность тела Тотх’Аза. По нему можно добраться до главного нервного узла, который у него вместо мозга.

Я первым спрыгнул с Зыби на Землю, за мной последовали остальные. И, разумеется, нас всех уже ждали.

Около нервного узла стояли двое. Таинственная девушка в маске и длинном струящемся платье, ее слюдяные полупрозрачные крылья сверкали за спиной в тусклом свете. Та самая девушка в костюме феи, спутница Великого Мудреца на балу. Рядом с ней стоял сэр Говард в идеальном черном костюме. В руке агент держал свою жуткую книгу из лоскутьев кожи.

Маска девушки скрывала ее лицо, оставляя видимыми только пронзительные глаза со странной двойной радужкой, что придавало ей загадочности. Крылья на ее спине казались слишком хрупкими, словно были сделаны из стекла или похожего материала с темными прожилками. От нее исходила аура потусторонней красоты, как будто она была не от мира сего.

Говард, с другой стороны, был воплощением элегантности, одетый в костюм и галстук, его лицо было серьезным и сосредоточенным. Он стоял высокий и гордый, что резко контрастировало с возвышенной девушкой рядом с ним. Словно две непохожие друг на друга силы, решившие объединиться и остановить нас.

— Ты… — раздался рядом со мной удивленный голос Сергея, — Не может этого быть…

О ком это он? Хотя не важно.

— Вам дальше нельзя, — сухо произнес сэр Говард, — Этот объект запрещен к посещению гражданскими лицами.

— Мне запрещен? — я приподнял бровь, — Богу-Императору?

— Таков протокол, — последовал невозмутимый ответ.

Я делаю шаг в его сторону. Сэр Говард быстро перелистывает страницу в своей книге. Земля под его ногами начинает вибрировать и бурлить, превращаясь в бульон из плоти. Из нее появляются пять мясистых коконов. На моих глазах они начинают искажаться и перестраиваться, обретая человекоподобные очертания. Трансформация выглядит одновременно отвратительной и завораживающей, как будто сама ткань реальности изгибается по воле Дара сэра Говарда.

И вот наконец, я увидел их. Четыре Верховных лорда и барон де Биль на своей скрипящей инвалидной каталке. Одна деревянная маска и четыре белых, с номерами с первого по пятый. Только цифра четыре отсутствует.

Мое сердце ускорило свой бег. Взгляд Первого лорда встречается с моим, и он слегка кивает мне, как бы говоря: «Добро пожаловать на шоу».

— Тотх’Аз — наш спаситель и благодетель, — произнес Первый, — Его Священный сон хранит нас и всё человечество. Пора бы и Богу-Императору осознать и принять этот факт.

— Те, кто не признает власть Бога-императора, будут объявлены еретиками и понесут суровое наказание, — негромко произнес я, глядя ему в глаза, — Предположим, что сегодня Бог-Император ОЧЕНЬ снисходителен и готов дать вам последний шаг раскаяться.

— Вы не оставляете нам выбора… — Первый покачал головой.

Все четверо Верховных лорда дружно подняли руки к лицам. Белоснежные маски одна за другой полетели на землю…

Глава 25. Выбор

— Императорский договор! — я сразу же использовал самое эффективное свое оружие. Но что-то мне подсказывало, что оно не сработает.

Так и произошло.

— Нет-нет-нет… — сэр Говард покачал пальцем в воздухе, — Мы бы не пришли сюда, если бы не нашли защиту против подобного…

Я хмыкнул, внимательно вглядываясь в лица Верховных. Третьего, он же Геренд, я знал. Всё-таки пили вместе. Рожи Второго и Пятого мне были незнакомы. А вот Первый…

Первый Верховный Лорд, сняв маску, оказался молодым человеком с короткими темными волосами. Однако его глаза, казалось, принадлежали тысячелетнему старцу. Контраст был разительным, и это создавало жуткое и неестественное ощущение. Глубоко посаженные глаза, морщины в уголках, а также острота взгляда создавали ощущение древней и злой мудрости. Как будто он видел то, что не должен пережить ни один человек.

— А-а-а… Врааль, ученик Великого Мудреца, предавший своего учителя и ставший жрецом Древних, — хмыкнул я, — Неужели блудный сын вернулся к отцу?

— Нет, не Врааль, — Первый покачал головой, — Врааля давно нет в мире живых и мертвых. А я лишь его бледная тень, ищущая смысл существования. Единство, утратившее единство…

— Да плевать кто ты, — хмыкнул я, — Ты будешь уничтожен так же, как и все, кто посмеет встать на моем пути.

— Мы не враги друг другу, — произнес Второй Верховный лорд, — Нам нет нужды сражаться. Мы, как и вы, хотим защитить человечество. Тотх’Аз выглядит кошмарно… но он лучший вариант, что есть у нас всех.

Второй лорд стоял, гордо распрямив плечи, грозная фигура в черной одежде. Его лицо частично было скрыто капюшоном, но я мог видеть резкие линии его челюсти и носа. Его глаза были холодными и расчетливыми, как у хищника, высматривающего добычу. В руке он держал длинный и тонкий меч, лезвие которого сверкало на свету. От него исходила аура опасности. Я нутром чувствовал, что он был опытным воином. По тому, как он держался, как двигался, было видно, что он рожден для убийства. В его присутствии я не мог отделаться от странного чувства тревоги. Как будто я стоял перед самой смертью и рисковал умереть в любой момент.

И тут вперед выступил Сергей.

— Артур, — произнес он, внимательно глядя на Второго, — Хватит. Это всё зашло слишком далеко.

— Прости, отец, — тот покачал головой, — Но ты не можешь мне приказывать. Где ты был всё это время, когда наш мир пережил катастрофу пятьсот лет назад? Вы все, старое поколение, Бог-Император, Тёмный лорд, Архимаг и другие оказались бессильны. Так хотя бы не мешайте нам исправлять ваши же ошибки.

— Это ты называешь исправлением? — Сергей обвел рукой мир вокруг себя и покачал головой, — Вы делаете лишь хуже. Остановитесь, пока не поздно.

— Избавь меня от нотаций, — сталь сверкнула в глазах Второго.

Пятый Верховный, крупный мужчина с квадратной челюстью и властным взглядом, не стал тратить время на разговоры. Он резко щелкает пальцами, на нем появляются устрашающие черные доспехи с грозными шипами. По стилю доспехи на удивление похожи на те, что носил Сергей… В его руках из воздуха соткались два меча с зазубренными лезвиями.

Переговоры зашли в тупик. Битва неизбежна.

И тут вперед вышел Парацельс, выставив руки в стороны. Он как будто пытался разнять нас в последней тщетной попытке.

— Вы же понимаете, что Тотх’Аз, которому вы поклоняетесь — сам и есть главная Аномалия? — обратился он к Верховным лордам и их приспешникам, — Не Простая, и не Редкая… Это Аномалия легендарного уровня! И она вовсе не хочет быть покорной слугой… Поэтому Аномалий в нашем мире с каждым годом появлялось всё больше и больше! Тотх’Аз хочет взять свои сновидения под контроль! И в них нет места человечеству…

— Чушь, — резко произнес Первый, — Это лишь временное явление. Тотх’Аз все еще развивается и эволюционирует. Все проблемы связанны лишь с переходным периодом. Со временем Тотх’Аз окончательно созреет, станет совершенно неуязвимым и неуничтожимым. Он будет идеальным уютным домом для всего человечества, защищенным от любых внешних угроз, Древних и не только их. Мы будем счастливы!

— Для счастья есть парцеяд, — хмыкнул Парацельс, — Ты думаешь, что сон и иллюзия способны заменить реальную жизнь?

И тут вперед вышел Геренд, он же Третий Верховный лорд.

— Парц, — произнес он, внимательно глядя на архимага, — Разве ты бы сам этого не хотел? Ты же видел всю боль и страдания реального мира. Его жестокость и несправедливость? Мир, где нужно быть подлецом, чтобы выжить. Мир, где постоянно приходится чем-то или кем-то жертвовать. И он не меняется к лучшему, этот чертов мир, несмотря на попытки. Ты разве не хочешь его изменить?

— Хочу, — Парацельс вздохнул, — Но не через жопу же?

Геренд усмехнулся.

— Мы чуть-чуть подкорректируем сон Тотх’Аза, когда он дозреет, и все люди будут жить как в Раю. Пойми, во сне может присниться, что угодно! Любые мечты могут осуществиться! Утерянные близкие снова вернуться к нам!

Но архимаг лишь вздохнул.

— Ты же знаешь, Геренд, мой девиз по жизни, — произнес он, — Архимаги не ищут легких путей! Мне с твоим Хренвчайтотхом точно не по пути.

— Очень жаль, Парц… — в глазах Третьего я видел скорбь и сожаление, — Ты должен быть с нами… а не с ним, — быстрый взгляд в мою сторону.

— Я верю в Императора, — произнес Парацельс твердо, — И буду верить до самого конца. Он — тот свет, что озарит человечеству путь!

— Как же ты ошибаешься, — в глазах Геренда сквозила горечь. Он встал в боевую позицию и выпустил острые когти, — Очень надеюсь, Парц, что ты переживешь эту битву без серьезных потерь…

— Давай без шуток, вампироэльф! — предупредил волшебник, — Или я тебя сам знаешь во что снова превращу!

Лицо Геренда слегка вытянулось. Я не понял, о чем они, но, кажется, угроза была нешуточная…

— У меня такое ощущение, что я все это уже видел в какой-то игрухе или кино, — Илья хмыкнул, — Фубуки, выведи мне полный анализ сил противников!

К кому он обращается? Ладно, это сейчас совсем не важно.

— Я не знаю большинства здесь присутствующих, но за своих внучек я вашему Ктулхе его тентакли в уши заправлю… и вам всем тоже, — прищурился Слава Батиков. Вокруг него с огромной скоростью хороводом закрутились золотые руны. Муравьиные антенны на его голове смотрели точно на Верховных лордов, словно целеуказатели, — Всем кроме феечки, она симпатичная…

— Полностью согласна! — кивнула Славя. Она, кажется, вообще не понимала, что происходит и кто все эти люди. Но за Батиковых была готова встать горой.

— Все моя мощь в твоем распоряжении, Бог-Император, — пропела Великая Зыбь над нашими головами, поднимаясь ввысь на своем хвосте и накрывая поле боя исполинской тенью, — Не забудь про свое обещание…

— Мне кто-нибудь объяснит, что тут вообще происходит? — жалобно произнесла Пальмистрия-молот в моих руках, — Я ничего не понимаю…

— Мне всегда хотелось попробовать крови божеств, — кровожадно произнесла Лена-Аномалия, скаля острые клыки.

На секунду все вокруг нас застыло. Как будто кошмарный мир замер в ужасе, осознав, какие силы сейчас столкнутся. Утих ветер, и даже молнии в фиолетовом небе стали сверкать поскромнее.

А потом грянуло…

Эпическая битва началась с серии мощнейших взрывов, от которых сама земля встала на дыбы. В воздухе одна за другой с огромной скоростью вспыхивали гигантские плазменные сферы, каждая размером с город. Весь небосвод от горизонта до горизонта расчертили светящиеся линии, густой спутанной сетью. Как будто по небу с запредельной скоростью перемещались некие небольшие объекты, оставляя за собой инверсионный след…

От мощных взрывов и ударов в клочья разлетались облака. От мясной земли отрывались огромные пласты и под воздействием неведомой силы поднимались в атмосферу.

Из-за вспышек молний стало светло как днем. Небо посветлело и из фиолетового стало лиловым. Из диких потоков ветра сформировались сотни исполинских торнадо, с воем всасывающих всё вокруг себя. В небо устремились огромные грибовидные облака, из которых то и дело вылетали огненные вспышки. Земля задрожала, её раскололи широкие и глубокие трещины. В открывшейся мясной бездне клокотало склизкое нечто, похожее на огромные внутренности…

И все это сопровождал непрерывный дождь из безумно мычащих коров вперемешку с бутылками парцеяда. Протяжное «му-у-у…» сливалось с кошмарно космической музыкой флейт…

Несмотря на устрашающую демонстрацию силы с обеих сторон, битва шла без видимого перевеса одной из партий. Заклинания и сгустки энергии летали туда-сюда, внося в мир кошмара ещё больше хаоса. С каждой минутой становилось ясно, что схватка затянется надолго… уступать не собирался никто.

Мы сражались изо всех сил, используя все доступные нам приемы и тактики. Верховные лорды и их союзники бились с не меньшим ожесточением, применяя свою мощную магию и смертоносное оружие.

Слава и девушка-фея скользили сквозь густые фиолетовые облака, обмениваясь мощными ударами.

— Последнее слово? — холодно произнесла девушка в костюме феи. В ее вытянутых руках клокотала могучая природная магия, готовая рвать и убивать.

— А как вас зовут? — любезно поинтересовался Слава, раскручивая вокруг себя хоровод из золотых рун.

Этот вопрос на мгновение сбил девушку с толка. Однако она тут же опомнилась.

— Маша, — представилась она, — Я лидер Скрытой в Нигде деревни ведунов. Известна также как Колючая Ель.

— Рад знакомству, Маша Колючая Ель, — заулыбался основатель рода Батиковых, — Меня зовут Слава Батиков, я простой парень из народа мирмеций. Что вы делаете сегодня вечером?

Диковинные глаза девушки с двойной радужкой вспыхнули от возмущения.

— Мы вообще-то сражаемся! — воскликнула она.

— Одно другому не мешает, — Слава пожал плечами, — Я знаю неплохой ресторан, где чудесно готовят крабов…

— Я вегетарианка!

— Салаты там тоже чудесные.

— Из овощей?

— Из крабов…

— Р-р-р!..

Битва продолжилась ещё более ожесточенно…

Недалеко разворачивалась схватка между Темным Владыкой Сергеем и Вторым Верховным лордом по имени Артур. Их дуэль протекала особенно ожесточенно. Двое воинов, окруженные сверкающим вихрем стали, сошлись в смертельном поединке. Во все стороны нескончаемым потоком летели искры от ударов.

Сергей орудовал мечом с запредельным мастерством, парируя атаки Второго лорда и нанося ответные удары со убийственной точностью. Артур сражался с дикой и безрассудной яростью, его меч со свистом рассекал воздух, оставляя за собой серебряные росчерки. Земля сотрясалась от силы ударов воинов, а их доспехи лязгали и звенели от каждого движения.

По ходу схватки стало ясно, что Артур — превосходный воин высокого класса. Но Сергей обходил его во всем. Темный лорд сражался спокойно и расчетливо, всегда на шаг опережая своего противника. Его движения были экономнее, он успевал первым занять более выгодную позицию. Артуру, напротив, слишком мешали его эмоции. Его атаки были мощными, но в то же время отнимали слишком много сил. Он как будто любой ценой хотел одолеть Тёмного лорда, словно жаждал что-то доказать.

Наконец, настал момент истины. Сергей сделал выпад вперед, его меч устремился точно в грудь Второго Лорда. Артур поднял свой клинок, чтобы блокировать удар, но клинок тьмы проскользнул под лезвием и вонзился в плечо. Второй лорд издал пронзительный крик — тьма, из которой был соткан меч, начала стремительно высасывать его силы.

Однако Сергей выдернул меч прежде, чем лезвие тьмы успело добраться до души Артура. Лезвие хоть и пронзило Второго насквозь, но не задело жизненно важные органы. Ни легкие, ни сердечные сосуды.

Второй лорд упал на землю, держась за раненое плечо. Он был полностью истощен. Сначала его подточила затяжная битва, а теперь клинок тьмы забрал остатки его силы. Артур смотрел на Сергея, его глаза были полны жгучей ярости.

Сергей глядел на сына сверху вниз, его костяное лицо было лишено какого-либо выражения. Красные огоньки в глазницах тускло озаряли поверхность черепа. Он ничего не сказал, повернулся и пошел прочь, оставив Второго лежать на земле, раненого, но живого.

Неподалеку Великая Зыбь сцепилась с лордом де Биль. Последний превратился в исполинского древоподобного монстра, сравнявшись с Зыбью ростом. Пустил корни в землю и стремительно высасывал из нее энергию. Его кожа стала похожей на кору, грубой и шершавой, а волосы и борода, торчащие из-под маски, развевались, как листья и ветви на ветру. Его ноги удлинились и утолстились, превратившись в толстые стволы, уходящие корнями глубоко в землю. Его руки превратились в массивные ветви, каждая из которых заканчивалась острыми когтями. Глаза де Биль сквозь прорези маски светились потусторонней энергией. Казалось, он стал единым целым с землей, черпая силу из самой почвы под собой. Воздух вокруг него был наполнен ароматом хвои и мха, а само его присутствие, казалось, заставляло землю трепетать от ужаса.

Сергей поднял меч над головой, готовый послать в монстра разрушительный слеш прямо по воздуху. Надо только не зацепить союзников.

— Стой! — крикнул Артур Сергею вслед, — Отец!

Сергей остановился. Несколько секунд стоял неподвижно, а потом оглянулся.

— В чем смысл? — спросил Артур, — Если вы победите… всё просто начнется заново. Почему бы не попробовать… разорвать этот круг?

Но Сергей лишь пожал плечами.

— Когда все закончится… приходи в нашу цитадель. Мама очень скучает, — сказал он и отвернулся.

Артур лишь горько усмехнулся и покачал головой.

Тем временем схватка между лордом де Биль и Великой Зыбью приняла неожиданный оборот.

— Опачки! — сзади к монстру подлетел Илья и опустил тому руки на темечко. Между пальцами парня и деревянной поверхностью брызнули яркие искры.

Лорд де Биль дико завопил, его глаза аж полезли из орбит, грозя выскочить через прорези гигантской маски-лица.

— Что… что ты со мной сделал? — заскрипел исполин, — Что… что это за безумные фантасмагорические образы в моей голове???

— Загрузил тебе в мозг все мемасы по ДжоДжо, начиная со Ржомбы! — заявил Илья, — Пока все их не просмотришь — не отпустит!

Де Биль завопил ещё сильнее и принялся рвать волосы-корни на голове.

— Sono Chi No Sadame[1]… — шепнул ему Илья в огромное ухо.

[1] Sono Chi No Sadame — это значит "судьба, уготованная тем, в чьих жилах течет эта кровь", то есть судьба семьи Джостаров.

— Кажется, здесь моя помощь уже не нужна… — проворчал Тёмный лорд.

…Мои пальцы сомкнулись на горле сэра Говарда. Я держу его на вытянутой руке, черные лакированные ботинки агента, испачканные в грязи, даже не касаются земли. Он вцепился пальцами в моё предплечье. Борется с моей хваткой, задыхаясь. Но я слишком силен для него. Отчаяние и осознание поражения в его глазах — это восхитительное зрелище. Награда за трудный бой, который я выиграл.

Говард был опаснейшим нашим врагом — он мог в любой момент откатить время и переиграть сражение. И потому я взялся за него лично, чтобы не дать разыграть этот козырь.

— Вот как вы все защитились от Императорского договора, — хмыкнул я, внимательно разглядывая его духовные потоки, — Заразили себя духовными паразитами. Они точно так же могут воздействовать на волю… И не дают к вам подобраться. Интересное решение. И, должен признать, эффективное. Хвалю за находчивость.

Я посмотрел на книгу сэра Говарда, лежавшую на земле. Её страницы оплели корни, проросшие прямо через переплет. Причем семечко, из которого они выросли, находилось внутри книги.

Кто-то до начала битвы подсадил их в книгу сэра Говарда? Кто-то, кто хорошо дружит с магией растений?

Я посмотрел на барона де Биль. Тот рухнул на землю и тяжело дышал. Встретившись взглядом со мной, он покорно наклонил голову.

Ясно. Старик сохранил мне верность. Или он не простил Верховным лордам леди Элеоноры, своей дочери. Второе куда более вероятно. Но на нашу сторону он не перешел и сражался отчаянно… не был уверен, что мы победим, перестраховщик?

Я бросил взгляд в сторону Великой Зыби и Ильи, одолевших барона де Биль. Парень завис напротив титанши и улыбался. Зыбь счищала с себя корни и хмуро смотрела на паренька.

— Любимую тещу никому в обиду не дам.

— Я не твоя теща…

Я крепче сжимаю горло сэра Говарда, наслаждаясь ощущением власти и контроля. Я вижу страх и неуверенность в его глазах.

— Тебе не следовало перечить мне, — говорю я, — Теперь твоя жизнь в моих руках.

Глаза сэра Говарда расширяются от ужаса.

— Пощады… — прохрипел он.

— Разумеется, — улыбнулся я, извлекая из него духовного паразита, — Императорский договор!

Плюс новый раб в комплект.

Я разжимаю хватку на его горле, и он падает на землю, кашляя и задыхаясь. Отворачиваюсь, в моих венах бушует адреналин. Я осматриваю поле боя, выискивая нервный узел Тотх’Аза. Он уцелел-то хоть? Или мне придется откапывать вход в него?

Битва подходит к своему завершению. Наши противники сражались достойно, но мы оказались сильнее. Полагаю, Верховные очень рассчитывали на умения сэра Говарда по откату времени. Эта сила способна доставить проблем даже мне. К счастью, маленький саботаж де Биль позволил нам одержать победу без серьезных потерь.

Бог-Император умеет быть благодарным. Когда всё закончится, род де Биль будет возвышен.

Удивительно, но узел и земля вокруг него уцелели. Я не мог избавиться от чувства тревоги, когда приблизился к нему. Как будто самого присутствия этого объекта было достаточно, чтобы нарушить саму основу нашего мироздания.

За моей спиной все ещё кипела битва. Союзники добивали Первого и Пятого. Второй лежал раненый и истощенный. Третий и фея куда-то запропастились. Лорды остались вдвоем, их поражение было лишь вопросом времени. Мне лучше поспешить и сделать то, что я хочу, до того, как наши победят.

Я протянул руку, чтобы дотронуться до полупрозрачной перепонки, закрывающей путь в провал. Я почувствовал, как по моему телу прошел электрический разряд. Ощущение не было болезненным, но оно было достаточно сильным, чтобы заставить меня на мгновение замешкаться. Но я знал, что это единственный способ добраться до главной нервной системы Тотх’Аза. Отступать нельзя.

Мои пальцы встретились с мембраной, и я почувствовал, как она подалась под моим нажимом. Меня тут же окутал вихрь образов и ощущений, как будто я на мгновение слился с чужим разумом. Я увидел странные, причудливые образы, услышал призрачные мелодии потусторонней симфонии.

Ощущения были одновременно волнующими и пугающими. Я должен быть осторожен, чтобы не потеряться в запредельном разуме Тотх’Аза.

Я вспорол мембрану и заскользил вниз, с каждой секундой набирая скорость.

По мере того как я углублялся, сама структура узла искривлялась и изгибалась вокруг меня. Эти ворота в разум Тотх’Аза — запутанная паутина нейронных путей, изучать их можно бесконечно долго. Но задерживаться нельзя — иначе я рискую остаться здесь навсегда и потерять себя в безумных образах и видениях.

Разум монстра, способный в своем сне вместить целую планету, нельзя недооценивать.

Вскоре мое путешествие было окончено. Через нервный канал я попал в исполинскую пещеру, полностью состоящую из плоти. Меня сразу же со всех сторон окутала гнилостная вонь разложения. Стены и пол состояли из тошнотворной смеси пульсирующего мяса и оголенных сухожилий, а потолок терялся в тенях.

Пещера освещена тусклым, мерцающим светом, который отбрасывает жуткие тени в углы. Источник света — массивный нейронный узел в центре пещеры, окруженный сгустками извивающихся нервов и артерий. Узел пульсировал, словно сердце, наполняя пещеру неведомой потусторонней энергией.

Когда я приближаюсь, то слышу низкий, зловещий гул мыслей этого существа, отдающий кошмарной вибрацией. Шепот тысяч неразборчивых голосов окутал мой разум, вызывая кошмарные мысли и видения…

Размер и сила Тотх’Аза просто ошеломляют. Даже я, Бог-Император… нет, все мы вместе взятые, кто сражался сегодня — песчинки по сравнению с этим порождением. Я нутром чуял, что нахожусь в присутствии существа, находящегося далеко за пределами моего понимания.

И меня охватывает страх. Я испытывал это чувство считанное количество раз за всю свою долгую жизнь…

Но я ломаю свой страх об колено и подхожу ближе. И вижу его — Великий Мудрец стоит рядом с узлом, среди переплетений сосудов. Стоит ко мне спиной и молча смотрит на пульсирующий сгусток мыслей.

Само воплощение возраста и древней мудрости. Его сгорбленная поза и морщинистая кожа не впечатляют, но аура силы и знания, которая его окружает, неоспорима. Длинная борода достигает груди. Лысая макушка блестит в тусклом свете нервного узла. Его мантия сшита из синей ткани, на ней мерцают замысловатые узоры.

Услышав мои шаги, он оборачивается ко мне. Несмотря на невероятный возраст, его глаза сверкают острым умом. Это окна души, которая видела больше, чем многие могут себе представить.

Я знал, что Великий Мудрец был старше нашей вселенной. И он не был человеком. Он пришел из таких мест, которые мы даже вообразить себе не можем.

И он создал меня. Как защитника человечества. Используя древние технологии своей расы. А теперь… он сотворил Тотх’Аза.

Что изменилось? Что движет тобой, бывший учитель? Ты и правда решил найти мне замену, облагодетельствовав человечество таким противоестественным образом?

Я смотрю на него в упор. И вижу свое отражение в его ледяных глазах.

— Согласие или пламя?

Когда-то я благоговел перед этим существом, которое было моим создателем. Но не теперь.

— М-м-м… Ну допустим, согласие, — Мудрец развел руками в стороны, — Ты считаешь, что я представляю для тебя какую-то опасность? Я старый и больной человек, которому уже осталось недолго…

Голос Великого Мудреца был глубоким и низким, отражая накопленные им за века знания и опыт. Его голос был подобен реке, текущей безвременно, он казался древним, как само пространство.

Но меня это всё не впечатляло. Я изучал его, сканируя на предмет оружия. Но ничего не видел. У Великого Мудреца не было ни убойной магии, ни Дара… ничего. Он был полностью пуст.

— Ты может быть и не опасен, — сказал я, — А вот то, что нас окружает — ещё как.

— Тотх’Аз спит, — сказал ворчливо Мудрец, — И надо очень постараться, чтобы его разбудить. И вообще, ты что, считаешь меня каким-то глупым злодеем, который собирается дать бой главному герою? Я выше всех этих низменных материй, борьбы за власть и прочей дури.

Он недовольно фыркнул и отошел в сторону, открывая мне путь к узлу.

— Делай все, что захочешь, — сказал он, — Можешь даже убить меня. Мне всё равно осталось очень и очень недолго… Я так и остался чужим для вашей вселенной. Она не принимает меня. Я уже, право, зажился на этом свете…

В его голосе чувствовалась усталость и равнодушие. Так мог говорить только человек, жаждущий одного — покоя.

— Ну если тебе все равно, расскажи мне больше про Тотх’Аза, — сказал я.

— А что там рассказывать? Я разработал проекты «Бог-Император» и «Тотх’Аз» примерно в одно время, находясь на пике своих умственных и душевных возможностей, — продолжал Великий Мудрец, — Так что вы, можно сказать, братья. Мои сородичи, еще живые в то время, настаивали, чтобы я использовал «Тотх’Аз» для противостояния Древним. Но я решил отложить его и применить Бога-Императора. Тотх’Аз хотя и был куда более эффективным и совершенным, всё же показался мне несколько… бездушным. Мне казалось, что жители этой вселенной заслуживают чего-то большего…

— Если тебе всё равно, тогда чего ты тут забыл? И если Тотх’Аз тебе не нравился, почему всё же применил его? — поинтересовался я, переключившись на узел. В нем, кажется, тоже не было ни ловушки, ни обмана… Я в любой момент мог осуществить свой замысел. И мне ничто не мешало.

Нет, что-то тут не так. Но что? Что я упускаю?

— Я хочу кое-что тебе отдать, — сказал он, — Воспоминание, которое когда-то принадлежало тебе.

Я с удивлением наблюдал, как Великий Мудрец порылся в кармане и извлек… сверкающую золотую искру. Она зависла в паре сантиметров над его раскрытой ладонью. Теплое сияние памяти, казалось, пульсировало и танцевало собственной жизнью, наполняя окружающее пространство золотистым оттенком.

Это был отголосок давно минувших времен, ожившее воспоминание о неких событиях. И оно, без всякого сомнения принадлежало мне. Я чувствовал это.

Великий Мудрец стоял неподвижно, держа в вытянутой руке мерцающую искру, и от него исходило спокойное достоинство. Он, казалось, ждал моей реакции.

— Как оно попало к тебе? — я не верил своим глазам.

— Ты сам передал, — сказал Великий Мудрец, — Ещё до того, как умер окончательно от ран в битве с Древними и их жрецом. Извлек из своего разума и отдал мне на хранение.

— Но… — я нахмурился, — Зачем мне было делать это?

Я осмотрел свое воспоминание. Да, это было оно, без сомнений. И ловушек к нему не было прикреплено. Я был уверен в этом на сто процентов.

А Бога-Императора не обмануть даже Великому Мудрецу.

— Понятия не имею, — последовал ответ.

Как же он надоел со своими недоговорками.

— Императорский договор!

Но Мудрец даже не шелохнулся.

— Пф-ф-ф… Я не цель для твоей глупой магии, — проворчал он, — Только не скармливай мне, пожалуйста, своих последователей, как ты любишь… Это тоже бессмысленно.

— Ладно, — я пожал плечами, — А что ты сделаешь, если я не захочу смотреть воспоминание? Что если я сейчас просто сделаю то, что хочу? Подчиню твоего любимца и перезапущу весь мир?

— Ничего не сделаю, — Мудрец покачал головой, — Мое бытие скоро подойдет к концу. Мне всё равно. Делай, что хочешь. Я никогда не вмешиваюсь. Я лишь предоставляю выбор. Ты можешь принять знание, а можешь отказаться от него. И то, и другое решение будут иметь свои последствия. Только выбрать нужно сейчас. Воспоминание — крайне хрупкая вещь. Перезапуск мира оно скорей всего не переживет.

Чёрт…

— Ты знаешь, что там? — спросил я, глядя на сверкающую искру.

— Нет. Свое воспоминание об этом моменте я тоже уничтожил. Зачем — не знаю.

Я скрипнул зубами и бросил взгляд на узел. Надо торопиться, подчинить Тотх’Аза и перезапустить мир. Исполнить свой план.

Но… что это за воспоминание, которое я предпочел скрыть от себя? Может, не стоит рисковать? Говорят, во многом знании — многая печаль…

— Это ловушка?

— За кого ты меня принимаешь? — Великий Мудрец закатил глаза, — Нет там никакой ловушки и быть не может.

Да, он не врал. Я проверил воспоминание всеми своими возможностями. Проверил Духовной интуицией — Великий Мудрец говорил правду. Он не готовил никаких ловушек. Он правда не знал, что в том воспоминании. Он просто делал то, что делал всегда — предоставлял выбор.

Я посмотрел на пульсирующий нервный узел… А потом медленно перевел взгляд на сверкающую искру.

Глава 26. Кошмар наяву

Много-много лет назад…

Великий мудрец сидит на большом камне в горах, высоко над остальным миром. Ветер завывает со свирепой силой, а воздух наполнен миллионом острых снежинок, пронзающих его насквозь. Но мудрец остается невозмутимым, его глаза плотно закрыты.

Буря неистовствует, обрушиваясь на горы и древние леса у их подножия. Грохот снежных лавин оглушает, и кажется, что весь мир разрывается на части. Однако Мудрец сохраняет спокойствие, его тело неподвижно, а ум сосредоточен.

Несмотря на хаос бури, разум Мудреца пребывает в мире. Он прожил долгую и насыщенную событиями жизнь, наполненную поисками и изысканиями. Он путешествовал по мирам в поисках знаний и просвещения и познал многие величайшие тайны Вселенной. Но он был стар, очень стар… И его время подходило к концу…

А ведь не на все вопросы еще были найдены ответы.

— Здравствуй, Великий Мудрец, — внезапно раздался совсем рядом голос.

Великий Мудрец вздрогнул от неожиданности. Открыв глаза, он увидел рядом с собой Бога-Императора, человека огромного роста в золотых доспехах, с боевым молотом в руке.

— Как ты попал сюда… — Великий Мудрец был удивлен.

Что-то с Богом-Императором было не так. Его тело было полупрозрачным, как у призрака. Но это без всякого сомнения был он, лидер человечества. Мудрец узнал детали золотых доспехов, сложную резьбу на молоте и суровое выражение лица Бога-Императора.

— Ах вот оно что… — кивнул Великий Мудрец, — Ты умер. А я уж было решил, что мой разум меня обманывает.

Бог-Император невесело усмехнулся.

— Да, верно. Пал в битве с Темными богами и Древними. Мое тело практически мертво. Верные люди перенесли его во дворец и подключили к моей машине, которая поддерживает во мне жизнь… Но это лишь продлит мою агонию.

— Ты будешь вынужден переродиться, — Великий Мудрец кивнул, — Как и в прошлый раз.

— Да, но не это главное, — сказал Бог-Император, — Мы смогли остановить вторжение Древних и отправили в небытие их Жреца.

— Врааль был талантливым учеником… — Великий Мудрец горько вздохнул, — Жаль, я не сумел удержать его от темной дорожки…

— Важнее другое, — усмехнулся Бог-Император, — Когда открылся вход в измерение Древних, мне удалось краем глаза заглянуть туда. И это, скажу тебе, было то ещё зрелище…

— Что ты увидел? — напряженно произнес Великий Мудрец.

— Ничего хорошего для нас и человечества, — Бог-Император покачал головой, — Мы вовсе не победили, а отсрочили вторжение. Дверь к Древним сейчас заперта надежно. Но они не оставят попыток просочиться в наш мир. Это вечная угроза. Хоть через миллион, хоть через миллиард, хоть через триллион лет… они найдут новых последователей и попытаются вновь. И вполне может быть, что к тому моменту не останется никого, кто бы мог им противостоять. Люди имеют склонность забывать то, что забывать никогда не следует.

— И что ты предлагаешь? — напряженно произнес Великий Мудрец.

— Используй Тотх’Аза, — сказал Бог-Император, — Активируй и запусти его. Это надежный вариант, об который Древние обломают зубы. Теперь, заглянув в мир Древних, я понял, что другого выбора у нас нет. Только Тотх’Аз, только вечный сон.

Но Мудрец покачал головой.

— Тотх’Аз — мое величайшее творение. Он превосходит даже тебя, — сказал Великий Мудрец, — Но он нестабилен. Его запуск может привести к катастрофе.

Бог-Император Арсамон усмехнулся.

— Знаю. Но есть способ его стабилизировать. Ты знаешь о чем я.

Великий Мудрец не верил тому, что слышал.

— Да неужели? — произнес он, — Ты и правда хочешь сделать это?

— Да, — кивнул Бог-Император, — Я согласен слиться с Тотх’Азом в единое целое. Я смогу стабилизировать его работу и помочь ему эволюционировать. Два твоих величайших творения станут едины, Великий Мудрец, и достигнут совершенства. Ты должен быть рад этому.

— Да, это поможет стабилизировать его… — неохотно признал Великий Мудрец, — Но… ты же к тому времени переродишься. Ты будешь уже… немного другой личностью. Так было в прошлый раз, так будет и в этот.

— К чему ты ведешь? — вздохнул Бог-Император.

— А тебе не кажется, что это несколько… бесчеловечно по отношению к той, новой версии тебя? — спросил Великий Мудрец, — Может быть он не захочет сливаться с Тотх’Азом в единое целое?

Но Бог-Император снова усмехнулся.

— Знаешь, Великий, — произнес он после небольшой паузы, — Я за свою жизнь совершил много плохих и жестоких поступков. Отправил миллионы людей на верную смерть. Приказывал пытать моих противников, похищать их детей для шантажа. По моей воле истребляли целые города. Я всегда ловко прикрывал свою политику красивой пропагандой, рассказывая людям, что моя Империя несет им свободу и прогресс. Что мы — самые продвинутые, а вокруг — дикари, для которых наше явление будет благом. В общем, мое правление отмечено таким количеством крови, что трудно представить.

— Я знаю это, — кивнул Великий Мудрец.

— Не скрою, я люблю власть, — продолжал Император, — Я люблю строить планы и наблюдать, как они воплощаются в жизнь. Я всегда оправдывал себя тем, что всё это ради человечества. И поэтому я имею право так поступать. Ведь мне противостояли весьма опасные враги, жаждущие человечество полностью уничтожить. Ради спасения тысячи невиновных людей вполне допустимо пожертвовать сотней невиновных. Но все эти мои умные рассуждения не будут иметь совершенно никакого смысла в одном случае…

— И каком же?

— Если Бог-Император не пожертвует собой ради человечества в нужный момент, — под порывом ветра призрак колыхнулся и как будто бы стал еще более прозрачным, чем был, — Ведь именно ради людей и был затеян этот проект — «Бог-Император». Я хочу довести его до конца. Это будет мой величайший план, триумф моей жизни. И её достойное завершение. Я отдам жизнь и своё Я, чтобы всё люди были счастливы. И защищены от Древних.

Бог-Император извлек из своей головы воспоминание, и оно затрепетало золотой пламенеющей искрой на его ладони под порывами ветра.

— Вот, возьми, — сказал Император, — Сохрани его. И отдай новому мне в нужный момент. Ты обладаешь уникальным Даром видеть будущее, Великий Мудрец, и ты единственный, кого я могу попросить об этой услуге. Будущее для тебя — как открытая книга. Выбери талантливых людей на роль Верховных лордов и держи их в неведении. Подстрой всё так, чтобы новый я постепенно поднимался по лестнице вверх, возвращая свои силы и знания. Можешь использовать отца моего нового тела, манипулируя им, чтобы направлять нового меня. Это должно дать отличный результат. А в нужный момент верни воспоминание, — глаза Императора сверкнули ледяной сталью, — Воля, что я вложил в это воспоминание, заставит нового меня принять правильное решение. Слиться с Тотх’Азом в единое целое и завершить его эволюцию. Подвоха он не обнаружит — он будет ожидать его от тебя. Но не от самого себя…

— Твоему наставнику, Мерлину, твоя идея точно не понравится, — медленно произнес Мудрец.

Бог-Император вздохнул.

— Мерлин — уникальный человек. Он младше меня, но у него есть то, что среди людей обычно называют Мудростью. К сожалению, он слишком мягкотелый. Все вот эти его рассуждения про мораль, нравственность, человеколюбие никакой критики не выдерживают. Когда я переродился в первый раз, он пытался привить мне эти свои идеи… Ведь когда я переродился, у меня сильно изменилась личность. Но к счастью, я не поддался. И не поддамся в этот раз.

— Хорошо, — Великий Мудрец неохотно кивнул и принял золотую искру из рук Императора Арсамона, — В виде исключения я выполню твою просьбу. Если ты считаешь, что так будет лучше для человечества.

— Благодарю, Мудрейший, — Бог-Император склонил голову, — Ты представить не можешь, как я тебе благодарен… И все человечество. Хотя оно об этом скорей всего никогда не узнает.

— Но вот новый ты явно не будет столь доволен, — заметил Великий Мудрец, — Он может не захотеть приносить себя в жертву.

Бог-Император рассмеялся.

— Что ж поделать… Ему придется смириться. Пора мне бросить в топку своих планов и себя самого, это будет справедливо, — сказал он, — Если все получится, Бог-Император все равно будет уже не нужен. Хотя, конечно, я буду скучать по своим золотым рыбкам…

— Да, — кивнул Великий Мудрец, — Новый ты будет сильно удивлен, когда узнает, что не было никакого злодея на черном троне, не было никаких заговорщиков-еретиков… Всё произошедшее, включая Тотх’Аза, изначально было планом Бога-Императора.

Ничто не предвещало кошмара. Но именно сегодня он явился к людям.

Мир начал преображаться на глазах: жуткая бурлящая биомасса начала расти над всём — на зданиях, дорогах, деревьях, животных и даже на людях. Огромные щупальца цвета сырого мяса обвились вокруг небоскребов, обрушивая их на землю. Пешеходы метались в отчаянной попытке спастись от падающих колоссов, но все было безрезультатно.

Улицы наполнились паническими криками и хаосом, люди бежали во всех направлениях, пытаясь найти убежище. Но мясная биомасса продолжала распространяться, двигаясь с неумолимой скоростью, которую, казалось, подпитывал неутолимый голод. Куда бы беглецы ни повернули, их встречало одно и то же жуткое зрелище.

Весь мир стал одной большой ловушкой. Бежать было некуда. Люди один за другим тонули в кошмаре…

Небоскребы, которые когда-то возвышались над городом, теперь представляли собой скрюченные, шишковатые массы плоти и костей. Окна и двери в них были заблокированы гротескными, пульсирующими тканями. В воздухе витал едкий запах разложения.

Само небо было заслонено огромными сгустками фиолетового тумана, из которых торчали извивающиеся щупальца.

Людям оставалось только в ужасе смотреть, как на глазах разрушается их привычный мир. Они бежали так быстро, как только могли, но каждого рано или поздно настигали щупальца. Крики затихали в бурлящей биомассе.

…Эйка в ужасе смотрела, как начало искажаться пространство в портале. Внутри иного измерения что-то загудело, и наружу хлынул поток органической биомассы, захватывая в себя всех, кто оказался на его пути.

Эйка не успела ничего сделать. На её глазах биомасса поглотила множество её друзей. И Геннадия, и Иру, и Ванни, и многих других… Многие даже не успели отреагировать, настолько быстро были поглощены.

Кроме Эйки печальной участи сумела избежать Аманда. К обеим девушкам потянулись жуткие щупальца, желая затянуть их в самую пучину. Но Зинцер и Акане активировали свою силу, отвесив каждой тентакле по хорошей затрещине. Но бурлящий кошмар вокруг продолжал прибывать…

Эйка и Аманда бежали прочь от буйствующей биомассы, трибуны и строения вокруг них искривлялись и искажались. Плоть, кости и мясо прорастали из каждой поверхности. Огромные щупальца, напирая в размере и силе, змеились по Арене, хватая все, до чего могли дотянуться.

— Туда! — крикнула Эйка, увидев свободный проход среди трибун, не затянутой плотью. Схватив Аманду за руку, она потянула её за собой.

— Отпусти! — крикнула Аманда, вырывая свою руку. На её лице смешалась целая гамма чувств, от страха до злости, — Мне не нужна твоя помощь!

— Мы должны держаться вместе, — ответила Эйка, уворачиваясь от подобравшихся близко щупальцев, — Только так выживем. У Вадика, кажется, что-то сильно идет не так…

— Почему я должна тебе доверять? — прошипела Аманда, — Мы враги, девочка, не забывай.

— Ты не понимаешь, что мы можем погибнуть в любой момент?

Аманда на мгновение замешкалась, затем неохотно кивнула.

— Хорошо. Каков план?

— Нам нужно добраться до безопасного места, — сказала Эйка, снова пускаясь в бег, — И верить в Вадика, что он успеет всё исправить до того как…

Она не договорила. Всё было понятно без слов.

— Согласна, — сказала Аманда, держась рядом с ней, — Может, полетим?

— Полет очень быстро сжигает духовную силу. Предлагаю, пока есть возможность, передвигаться на своих двоих.

Обе девушки уклонялись и отбивались, петляя между скоплениями биомассы. Вокруг них люди так же сражались за свою жизнь. Но все, один за другим в итоге оказывались в бурлящей мясной пучине…

— Резче двигай мослами, мамочка! — крикнула Эйка, ускоряясь. Она указала на вышку, через которую транслировался радио- и видеосигнал, самое высокое место на Арене, — Давай туда!

— Мы не успеем! — кричала Аманда. Её голос переполнял страх, — Оно повсюду!

— Нет, успеем! — ответила Эйка с решимостью в голосе, — Мы почти рядом!

В последний момент девушки достигли основания вышки и начали быстро взбираться по металлическим перекладинам. Под их ногами с хлюпаньем сомкнулась биомасса. Щупальца потянулись вверх, хватая их за кроссовки.

— О, Бог-Император… Мы сделали это, — сказала Аманда, ее голос дрожал от адреналина, — Мы спаслись!

— Пока ещё не совсем, — сказала Эйка, слабо улыбнувшись. Обе девушки продолжали энергично взбираться наверх, чутка отсрочив печальный конец, — Мы можем не любить друг друга, но когда нужно, мы становимся неплохой командой.

— Думаю, да, — сказала Аманда, улыбаясь в ответ. Её алые глаза сверкнули, — Пока, во всяком случае.

Эйка и Аманда поднимались по перекладине к вершине телевизионной башни, а кипящая масса под ними бурлила и вздымалась. Щупальца из склизкой субстанции тянулись вверх, хватая беглянок за ноги. Девочки отпихивали их от себя, в их движениях чувствовалось все больше отчаяния и обреченности…

— Давай, мы справимся! — крикнула Эйка, ее голос звенел от решимости.

— Я пытаюсь! — ответила Аманда, ее голос был напряжен от страха. Она немного отстала от красноволоски, — Эти штуки становятся все ближе!

По мере того, как они поднимались, щупальца становились все толще, длиннее и настойчивее. Вдруг Аманда поскользнулась, ее рука потеряла хватку. Она закричала, падая в кипящую биомассу внизу.

Эйка развернулась, и в последний момент успела схватить Аманду за руку.

— Держу!

— Не отпускай меня! — Аманда дико заверещала. В её ноги вцепилось несколько щупалец, обвивая её за щиколотки и голени. Они потянули добычу вниз, в самую гущу. Сила в этих жутких отростках была запредельная. Эйка чуяла исходящую от них дикую мощь, напоминающую Аномалии…

Акане не справилась. Ладонь Зинцер выскользнула из её руки. Аманду облепили со всех сторон щупальца и втянули в бурлящую массу.

— Аманда! — закричала красноволоска.

Но ответа не последовало, только хлюпающий звук биомассы, поглощающей все на своем пути. Эйка отвернулась и продолжила подъем. Ее разум метался, пытаясь придумать, что теперь делать.

— Вадик… — тихо прошептала Эйка, в ужасе оглядывая творящийся вокруг кошмар, — Пожалуйста… услышь меня… Спаси нас всех…

Она осталась одна, окруженная пульсирующей, извивающейся массой. Всех людей на Арене поглотила неведомая Аномалия.

Вдруг вспышка света озарила пространство вокруг девушки. Рядом с ней прямо в воздухе открылся портал. Сердце Эйки учащенно забилось, она подумала, что это Вадик пришел ее спасать.

Но это был не Вадик.

— Ох… кажется, я не совсем опоздал… — произнес лорд Мортис, протягивая Эйку руку из портала. От его серого пиджака отделялись крупицы пепла, — Прошу, юная леди, поспешите. Будет досадно, если эта гадость до вас доберется, и вы не закончите ваше обучение… А в стране и без того недостаток грамотных специалистов.

Эйка колебалась, слегка растерянная таким поворотом. Раньше она доверяла преподавателю Мортису, но что, если это какая-то ловушка? Может быть он работает на Верховных лордов? Однако у нее не было другого выбора. Биомасса надвигалась неотвратимо, и у нее оставалось все меньше времени.

Она глубоко вздохнула и наклонилась к порталу, чтобы взять профессора Мортиса за руку. Он втянул ее в портал, и тот с яркой вспышкой захлопнулся. Беглецы исчезли в неизвестности, оставив за собой пожираемый мир, у которого уже не было никаких шансов…

— Где мы? — спросила Эйка, оглядывая странный новый мир, в котором они оказались. Выглядел он жутко — повсюду мясо, фиолетовое небо, сильный пронизывающий ветер… Ощущение, что именно отсюда пришел кошмар в их мир.

— В безопасности, — сказал профессор Мортис, оглядываясь по сторонам. Его глаза были полны беспокойства, — Но расслабляться рано. В любой момент ситуация может измениться.

Адреналин схлынул, уступая место подавляющему опустошению. Эйка упала на колени, обхватила голову руками. Она потеряла всех, кого любила, всего за несколько коротких мгновений. Слезы текли по ее лицу, плечи сотрясались от рыданий.

Друзья… Мама… Папа…

Но она не позволила отчаянию захватить свой разум. Сделав глубокий вдох, юная Акане вытерла слезы и собрала всю свою волю в кулак. Она сжала кулаки и упрямо стиснула зубы. С яростной решимостью в глазах она встала, готовая встретить неизвестность.

— Эйка, — серьезно сказал лорд Мортис, глядя на неё, — Всё пошло по наихудшему сценарию.

— Я заметила, — сказала она, кивнув. Тушь, кажется, сильно размазалась по ее лицу. Но теперь это было уже не существенно.

— Если вкратце… Вадим должен был остановить злую сущность, которая захватила наш мир, — сказал Мортис, — Но он не смог этого сделать. Сущность стала слишком могущественной, подчинила Вадима и теперь поглощает наш мир.

Эйка почувствовала, как в горле образовался комок. Неужели Вадим… тоже? Как мама и папа…

— Что я могу сделать?

— Всё ещё можно исправить, — сказал Мортис, — Ты единственная, кто может достучаться до Вадима. Этого не сделать даже мне… А вот ты можешь преуспеть, я ясно вижу это в будущем… по крайней мере вероятность этого события не нулевая…

Эйка кивнула, ее решимость росла с каждым шагом. Хотя она и ни слова не поняла из странной речи преподавателя.

— Я не подведу вас.

— Я знаю, — сказал Мортис, положив руку ей на плечо, — Возьми мою силу. Используй ее с умом.

Эйка ощутила, как в неё бурным потоком вливается неизвестная энергия. Её глаза распахнулись от удивления.

— Вот, всё, что у меня есть, — сказал лорд Мортис, — Эта сила понадобится тебе больше, чем мне.

— Но профессор! — удивилась красноволоска, — Вы разве со мной не пойдете?

— За мной уже охотятся, — он покачал головой, — Я лишь навлеку на тебя опасность. Ты должна идти одна. А они… пусть потратят время на меня. Твой путь станет проще.

Он указал в сторону тумана, в котором угадывались очертания некоего циклопического строения, похожего на башню или замок.

— Вадим сейчас находится там… — сказал лорд Мортис, — Не медли, у нас мало времени…

Эйка сделала глубокий вдох и пошла вперед по тропинке, готовая встретить все, что ждет ее впереди.

— Я не зря уговорил Вышнегорского в свое время, чтобы он спас эту юную леди, когда она была ещё совсем крохой… — слабо улыбнулся Мортис, глядя ей вслед. Ниточка крови потекла из уголка его рта. Он упал на колени, тяжело дыша, — Воплотился худший из всех возможных сценариев… Вся надежда на эту девочку… все остальные… потерпели поражение…

Мир вокруг постепенно тянул из Мортиса силы… Кошмар словно чувствовал, что этот человек опасен.

Лорд Мортис закрыл глаза, сдаваясь неизбежному. Из земли вокруг него выросли щупальца и обвились вокруг его тела, заключая его в плотный кокон. Он не сопротивлялся, пока щупальца тянули его под землю. Земля сомкнулась над ним, проглотив добычу целиком…

Мортис оставался спокоен, принимая свою судьбу и сдаваясь неизбежному. Пока мир кошмара будет занят им, Эйка получит немного лишнего времени…

Эйка брела по кошмарному миру, настороженно поглядывая по сторонам. Вокруг девушки пылал алый защитный покров. Сила кипела в ней, как никогда — лорд Мортис оказался очень щедр, поделившись таким количеством энергии.

С миром вокруг нее происходило что-то странное. Чем ближе она подходила к причудливому строению, тем сильнее менялась обстановка вокруг. Странный мир медленно перетекал в почти нормальное состояние.

Эйка вошла в чертоги высохшего леса, мимо потянулись шишковатые стволы засохших деревьев. Земля была покрыта одеялом из высохших коричневых листьев, которые хрустели под ногами при каждом шаге.

Контуры массивного, сюрреалистического сооружения выступили впереди из тумана. Его форма была одновременно обычной, но в тоже время странной, с неровными углами и витыми башнями, тянущимися к небу. Несмотря на хаотичный вид, в этом здании была неоспоримая красота, завораживающее сочетание симметрии и хаоса, разума и безумия, в его извилистых линиях и изгибах.

Эйка не могла оторвать от здания удивленный взгляд, замысловатые детали конструкции притягивали ее глаза. Стены были сделаны из странного полупрозрачного материала, похожего на слюду, испещренную прожилками. Он, казалось, светился изнутри, отбрасывая жуткий свет на окружающий пейзаж. Вход в здание представлял собой массивную арку, украшенную странными символами и резьбой. Они, казалось, извивались перед глазами, норовя соскочить со своих мест.

Откуда в мира кошмаров взялось подобное чудо?

И почему-то Эйка совсем не удивилась, когда перед ней появилась… Аманда, одетая в красивое черное платье. Она вышла из-за дерева, живая и здоровая, тепло улыбнулась Эйке. Однако юная Акане оставалась настороже. Она корнями волос чувствовала, что что-то здесь не так.

— Здравствуй, Эйка, — сказала Аманда с дружелюбной улыбкой, — Я ждала тебя. Мы все тебя ждали.

Эйка настороженно посмотрела на нее, оставаясь собранной и готовой к чему угодно.

— Я думала, ты погибла, Аманда…

— Нет-нет, со мной все в порядке, — ответила Аманда, продолжая улыбаться, — Сначала было страшно и больно, но потом всё прошло. Я ещё никогда не чувствовала себя такой счастливой. Меня послали, чтобы проводить тебя.

— Куда? — прищурилась Эйка.

— Не куда, а к кому, — ласково произнесла леди Зинцер, — К Вадиму. Он знает, что ты здесь. И хочет тебя увидеть.

Эйке кивнула, все еще неуверенно.

— Хорошо. Тогда веди, — сказала она.

Аманда повела Эйку в сторону причудливого замка, их шаги отдавались эхом в тихой ночи. Пока они шли, Аманда продолжала говорить, как будто хотела развеять беспокойство Эйки.

— Не нервничай, юная Акане, — сказала Аманда, — Здесь ты будешь в безопасности и о тебе позаботятся. А ещё ты сможешь встретиться со своими родителями…

Сердце Эйки пропустило один удар.

— Правда? — встрепенулась она. Эйка не верила леди Зинцер ни на грош, однако в её груди все ещё тлел слабый огонек надежды… Вдруг родители каким-то чудом выжили?

— Конечно. Скоро ты увидишь всё своими глазами, — ласково произнесла Аманда.

Эйка все еще оставалась настороже, но она продолжала следовать за Зинцер в замок. Когда они подошли к воротам, Аманда небрежным жестом открыла их и прошла внутрь. Эйка на мгновение задержалась на пороге.

— Идем, Эйка, — обернулась Аманда, — Все твои друзья и близкие ждут тебя внутри.

Эйка сделала глубокий вдох и шагнула вперед. Ее встретил большой коридор, заполненный картинами и гобеленами, висящими на стенах. Она повернулась к Аманде, которая все еще стояла в дверях.

— Спасибо, что привела меня сюда, Аманда, — сказала Эйка, — Но я все еще не понимаю, что происходит.

— Уже очень скоро поймешь, родная, — ласково сказала Аманда, ее улыбка не сходила с лица, — Просто верь, что все будет хорошо. Нам больше нет смысла враждовать и бороться друг с другом. Вадим изменил всё…

С этими словами Аманда повернулась и пошла дальше. Эйка глубоко вздохнула и последовала за ней. Ее встретил лабиринт темных коридоров и лестниц, которые, казалось, были расположены совершенно хаотично. Несмотря на переполнявшее ее чувство опасности, она шла вперед, полная решимости найти то, что лежит в сердце этого сюрреалистического царства.

Аманда привела Эйку в просторный зал, заполненный невероятно реалистичными статуями людей и странных существ. Акане была поражена необычной обстановкой — каждая статуя была невероятно реалистичной, изображая людей и существ в мельчайших деталях. Они были сделаны из белого гладкого материала, похожего на мрамор. Он поблескивал в тусклом свете комнаты, отчего статуи казались живыми…

Статуи различались по высоте и размеру: одни достигали почти самого потолка, как например статуя огромной женщины-змеи с чешуйчатыми щупальцами вместо волос. Другие являлись обычными людьми обычного роста. Были среди них и женщины, и воины в латных доспехах. Был даже один вампир. Никого из них Эйка не знала.

Каждая статуя была уникальной, со своими замысловатыми деталями и выражением лица. Одни позировали в драматических, наполненных действием сценах, другие стояли безмятежно, как будто им было всё равно.

Эйка была поражена реалистичностью статуй. Она почти поверила, что они живые, застывшие во времени на веки вечные. Белый материал, из которого они были сделаны, казалось, мерцал и светился, придавая им неземной вид. Оглядывая комнату, Эйка не могла отделаться от ощущения, что она попала в мир грез, где все возможно.

— Красиво, да? — с улыбкой произнесла Аманда, — Это музей.

Почему-то, произнося эту фразу, она избегала смотреть Эйке в глаза.

— Музей? — скептически повторил Эйке, вникая в жуткую атмосферу комнаты, — Что за музей?

Аманда пожала плечами.

— Обычный музей. В нем есть всевозможные интересные экспонаты со всего мира.

Эйка приподняла бровь.

— Правда? Он не похож ни на один музей, в котором я когда-либо была.

— Ну, это своего рода скрытая жемчужина, — сказала Аманда с загадочной улыбкой, — Думаю, Вадим тебе сам все скоро объяснит.

Пока они продолжали идти по залу, Эйке не могла избавиться от ощущения, что что-то со статуями не совсем так. Уж СЛИШКОМ реалистично они выглядели.

— Подожди, это же… — Эйка нахмурилась, приглядевшись к одной статуе, — Эта… Сосо… Саси… Ваферчи… Славя, короче!

Крылья, хвостик, уши, антенны, высокий рост… это однозначно она! А вот рядом с ней…

— А это архимаг Парацельс! А этот молот… Это же Пальмистрия!

Эйка не верила своим глазам. Весь боевой отряд, собранный Вадимом на битву с Тотх’Азом. Плюс прибывшие союзники, о которых говорил Вадим… Все они… стали статуями?

— А ну стой! — Эйка схватила Аманду за руку. В ее голосе звучал металл, — Я хочу знать, что со всеми ними произошло!

— Очень скоро тебе все расскажут, родная… — завела Аманда привычную скрипку. Но Эйка уже не хотела ждать.

— Здесь и сейчас, — произнесла она, глядя Аманде в глаза, — Ты немедленно расскажешь мне всё, что знаешь!

Гнев мелькнул в алых глазах леди Зинцер. Аманда открыла рот, но ответить не успела.

— В этом нет нужды, Эйка, — раздался за спиной красноволоски голос, который она очень хотела услышать. Она любила его… и одновременно ненавидела.

Эйка обернулась и… не смогла сдержать испуганного вскрика. Она отступила на шаг, её глаза расширились от страха…

Тот, кто к ней приближался, лавируя между статуй, несомненно являлся Вадимом. Но как же он изменился! И далеко не в лучшую сторону…

Он стал заметно выше, за два метра в росте. И куда мускулистее. Его кожа как будто светилась изнутри причудливым неземным сиянием. Глаза стали больше, их переполняли яркие цвета всех возможных спектров, которые струились и переливались по совершенно непонятным законам. Его волосы удлинились и превратились в колючую струящуюся гриву. Каждый отдельный волос был словно сделан из потоков чистой энергии. Они трещали и искрились на свету.

Его движения были изящны, плавны и легки. Он был обнажен по пояс. Его мускулистое тело покрывали замысловатые татуировки, пульсирующие энергией. Исходящий от Вадима свет озарял пространство вокруг, отражаясь тысячами бликов на статуях. От его затылка и позвоночника отходили мясные тросы, похожие на щупальца кошмара. Они, словно кабели, тянулись вверх и исчезали в темноте над головой. По этим «проводам» циркулировала светящиеся сгустки энергии.

— Господин… — Аманда низко опустила голову, приветствуя своего повелителя.

— Вадим! — воскликнула Эйка, — Что с тобой произошло?

— В этой новой форме я воплощаю силу Тотх’Аза и Бога-Императора, единых в новой ипостаси, — Его голос приобрел глубокое, низкотональное звучание, вибрирующее в воздухе, — Я — существо чистой энергии, способное манипулировать стихиями и подчинять реальность своей воле. Мои чувства обострены, я могу видеть и слышать как колеблются атомы на другом конце солнечной системы. Я — сила, с которой нужно считаться. Всеведущее существо, обладающее космическими знаниями.

— Что это значит? — в шоке произнесла Эйка, — Я не понимаю тебя…

— Я стал намного лучше, чем был, — произнес он, остановившись в паре шагов от Эйки, — Я поглотил главный нервный узел Тотх’Аза. Теперь я контролирую всё и вся в нашем мире.

— Контролируешь? — Эйка не верила своим ушам, — На моих глазах наш мир, все наши друзья, были поглощены кошмаром! Они все погибли в страшных муках! Генка, Ванни, Даша… Твоя сестра Ира!

— Я знаю, — спокойно произнес Вадим, глядя на Эйку своими жуткими неземными глазами, — Это я всё устроил.

— Что? — Эйка отшатнулась. Ей казалось, что она видит дурной сон, — В каком смысле устроил?

— В прямом, — буднично произнес Вадим. Его голос даже не дрогнул, когда он говорил это, — Я поглотил тот слой реальности, где располагался наш привычный мир. Это было необходимо для моей дальнейшей эволюции.

Эйка смотрела на него, широко распахнув глаза. Она покачала головой, отказываясь верить в услышанное.

— Не верю… — прошептала она, — Не верю… Вадим бы никогда так не поступил.

— А я и не Вадим, — последовал спокойный ответ, — И даже не Бог-Император Арсамон. Тотх’Аз — мое истинное имя. Отныне зови меня так.

Из девушки словно вытащили внутренний стержень. Блики в глазах Эйки потухли, плечи низко опустились. Она упала на колени, глядя перед собой пустым взглядом.

— Этого не может быть… — прошептала она, — Я… отказываюсь в это верить…

Кончики её алых волос… поседели. Белизна начала быстро распространяться по её локонам, до самых корней. За доли секунды Эйка стала полностью седой.

Красные глаза Акане точно также изменили окрас. Из дерзких и красных они стали серыми и безжизненными.

Тотх’Аз наклонился и приподнял голову Эйки за подбородок, заставив её посмотреть себе в глаза.

— Не отчаивайся, дитя, — ласково произнес он, — Все не так плохо, как ты думаешь. Вот, посмотри…

Перед Эйкой вспыхнуло что-то вроде сверкающего дисплея. Она увидела своих родителей — Анатолия Краснова и Чикэку Акане. Они находились в одной из комнат их родового особняка и весело смеялись. Оба выглядели совершенно счастливыми.

И вместе с ними находилась она, Эйка! Тоже счастливая и смеющаяся. Точно такая же как она. Только ещё с красными волосами.

Эйка никогда не видела свою семью такой счастливой. Они в последние годы все чаще ругались и скандалили. А тут… просто семейная идиллия.

— Души твоих родителей находятся во мне вместе с другими людьми, — звучал над ухом ласковый голос Тотх’Аза, — Моя сила способна погрузить души в самые сладкие Грёзы, воплотить все ваши потаенные желания. Та Эйка, с которой общаются твои родители — не настоящая, она лишь искусная Грёза. Но ничем от тебя не отличается. Твои родители, как видишь, подмены не обнаружили.

Эйка пустыми глазами смотрела, как её счастливые родители проводят время с её подменой копией. Не способные заметить разницу.

— Ты легко можешь оказаться рядом с родителями, в любой момент, — голос Тотх’Аза лился, словно убаюкивающий поток, — Присоединяйся ко мне, Эйка. Я буду рад, если ты сделаешь это добровольно. Прямо сейчас я начал вторжение в иные миры по соседству с нашим. Я поглощаю их так же, как уже поглотил наш. С каждой секундой я становлюсь сильнее, мои возможности растут. Я погружу всех людей в самые сладкие Грёзы. Это будет мир сбывшихся надежд и желаний, где все будут счастливы. Жить в достатке и без войн. Никакие Тёмные боги, никакие Древние больше не смогут нам угрожать. Я, Тотх’Аз, Защитник нашего мира, легко дам им всем отпор, они всё равно что букашки для меня. Согласись, Рай для всех и задаром стоит любых принесенных жертв…

Внезапно на дисплее произошло нечто странное. Анатолий Краснов рывком вскочил со своего места и… схватил лже-Эйку за грудки! Поднял высоко в воздух.

— Ты не наша дочь! — прочитала Эйка по его губам, — Что здесь происходит? Куда ты дела настоящую Эйку?!

— Хм… — недовольно произнес Тотх’Аз. Он тоже заметил произошедшее, — Кажется, алгоритм еще нуждается в доработке. Ну ничего страшного. Я всё ещё эволюционирую. Когда я поглощу больше миров, мои возможности значительно возрастут. Прямо сейчас я поглощаю миры… они не способны дать мне отпор. Все, кто мог сопротивляться, сейчас здесь…

Он обвел рукой вокруг себя, указывая на статуи.

Глаза Эйки ожили. В них снова зажглись блики. Она рывком вскочила на ноги, дерзко глядя Тотх’Азу в глаза.

— Вадик, — отчетливо произнесла она, — Я верю, что ты ещё жив. Что ты ещё где-то там, среди ложных огней. Пожалуйста, услышь меня! Я всегда любила и продолжаю любить тебя! Я знаю, что ты сильный! Очень сильный! Пожалуйста, вернись ко мне!

— Я тебя прекрасно слышу, Эйка, — Тотх’Аз покачал головой, — И говорю тебе — идем в Рай вместе со мной.

— П-повелитель! — подала голос Аманда, молчавшая до этого, — А как же… а как же я?

— Помолчи, — последовал ответ, — Это тебя никак не касается.

Аманда отшатнулась. Кажется, она сейчас переживала точно такой же шок, как и Эйка.

— Я не верю в твой Рай, — отчетливо произнесла Эйка, глядя Тотх’Азу в его жуткие космические глаза, — Ты просто очередная ересь, которой место на костре.

Взгляд Тотх’Аза потемнел.

— Если ты думаешь, что достаточно пустить слезу, и я стану прежним, то ты глубоко заблуждаешься, — сказал он, — Бабочка никогда не станет снова коконом. Совершенная форма не опустится до более примитивной. Я — идеальное творение без изъянов. И жалобными фразами тебе до моего сердца не достучаться…

Он не успел закончить фразу. Острое лезвие, собранное из сотен мельчайших золотых рун, пронзило его со спины насквозь. Окровавленный кончик вышел из середины груди. Глаза Тотх’Аза расширились, из распахнувшегося рта вылетели капли крови.

Эйка бросила пораженный взгляд за спину Тотх’Азу. Там в десятке метров стоял незнакомый ей мужчина. Черты его лица немного напоминали черты сестер Батиковых. На лбу у него красовались три кристаллических ромба и муравьиные антенны.

Вокруг него на полу лежали куски сверкающего мрамора…

Золотой блистающий клинок, вытянувшийся на десяток метров, рос из ладони его вытянутой правой руки. Именно это оружие и пронзило Тотх’Аза насквозь.

— Может быть получится достучаться до твоего сердца таким образом, Тотх’Аз? — произнес мужчина, стряхивая свободной рукой мраморную пыль с плеча, — Извини за изъян в твоем совершенном теле, но по-другому никак…

Глава 27. Сильнейший враг

Тотх’Аз схватился рукой за руническое лезвие, торчащее из его груди, и одним движением сломал его. Клинок в руке Батикова вышел из раны Тотх’Аза и сократился до обычного размера. Сломанная часть рассыпалась на облако из мельчайших рун. Они организованным роем подлетели к хозяину и влились в его сверкающий меч.

— Ты смог освободиться? — прищурился Тотх’Аз, взглянув на Батикова, — Неплохо для простого смертного.

— Я слишком люблю жизнь и сиськи, — усмехнулся Слава, — Нас разлучать смертельно опасно…

Рука Тотх’Аза внезапно удлинилась. Словно змея, она обвилась вокруг шеи статуи Слави.

— Не советую тебе делать глупости, — холодно произнес Тотх’Аз.

— Как же низко ты пал, — Слава покачал головой, — Прикрываешься женщиной.

— Моя цель превыше примитивных ложных установок, — последовал ответ, — Сдавайся, если не хочешь, чтобы она пострадала.

Вместо ответа Батиков щелкнул пальцами. Под всеми статуями внезапно открылись сверкающие порталы. Прежде чем Тотх’Аз успел что-либо сделать, произведения искусства скрылись в ярких вспышках. Славя и остальные оказались вне его досягаемости.

— Что за… — нахмурился Тотх’Аз. Его сверкающая грива заискрила ещё сильнее.

— Квантовые портальные технологии, — усмехнулся Батиков, — Я пятьсот лет времени зря не терял. Не переживай, все они теперь в безопасном месте.

— Императорский договор, — Тотх’Аз указал на Батикова пальцем.

— Нет-нет-нет, — Слава как ни в чем не бывало покачал пальцем в воздухе, — Я защищен от подобного. Любовь к моим девочкам сильнее любых мозголомных чар.

Вместо ответа Тотх’Аз атаковал, направив на Батикова всю свою разрушительную силу.

Битва между этими двумя разгорелась невероятно яростная. Оба использовали все свои умения, чтобы одержать верх. Магия Тотх’Аза являла собой само воплощение кошмара и ужаса, вызывая дрожь по позвоночнику у Аманды, наблюдавшей со стороны. Это было темное и извращенное проявление силы, которое, казалось, высасывало жизнь из всего вокруг. В тоже время сила Батикова проявлялась в виде золотых рун, ярко светящихся и источающих ауру силы.

Зинцер прижалась к стене и расширенными от шока глазами наблюдала за жестокой схваткой двух бойцов. Преимущество явно было у Тотх’Аза, его атаки были невероятно свирепыми и смертоносными. Сила в них кипела запредельная.

Но в тоже время Батиков держался уверенно. Его золотые руны трещали от избытка энергии, когда он обрушивал на противника сокрушительные удары. Двое сталкивались снова и снова, их противостояние выглядело, как эпичная схватка света и тьмы.

И тем не менее Тотх’Аз, кажется, постепенно побеждал. Батиков стиснул зубы, по его виску скатилась капля крови…

Наконец, они столкнулись в центре зала, отчего пол и стены задрожали, сверху посыпались щебень и куски перекрытий. Слава нанес удары одновременно двумя руками. Тотх’Аз подставил ладони, поймав обе подачи.

В стороны разошлась ударная волна. Тотх’Аз и Слава сцепились пальцами и начали давить друг на друга. Яркие разряды молний сверкали вокруг них, электризуя воздух. От жуткого давления пол под бойцами треснул и просел… ниже… и ещё ниже. Куски пола вокруг них начали отрываться подниматься вверх, на лету расщепляясь на мелкие обломки. А те, в свою очередь, в прах.

За спиной у Тотх’Аза в воздухе болтались обрубки щупалец-проводов. Слава в ходе сражения успел их рассечь. И теперь из них вытекала энергия, развеиваясь в воздухе фиолетовой дымкой. Правда, не было похоже, чтобы Тотх’Азу от этого стало хуже. Он дрался с прежней яростью.

Тотх’Аз так увлекся боем со Славой, что совсем забыл про тылы. И когда угас очередной импульс силы, сзади на него набросилась Эйка! Красно… седовласка запрыгнула ему на плечи и оседлала Тотх’Аза. После чего принялась лупить его по затылку!

— Хватит! — кричала она, — Хватит драться, Вадик! Успокойся и верни всё как было!

Эйка лупила со всей силы, вкладывая в удары всю свою духовную мощь. Однако не было похоже, чтобы Тотх’Аз хоть что-то ощутил. Для него удары Эйки были даже слабее муравьиных укусов.

В битве наступил короткий промежуток. И Слава, и его противник накапливали силы для нового удара.

— Не отвлекай меня, девчонка, — раздраженно произнес Тотх’Аз. Всё его внимание было сосредоточено на противостоянии с Батиковым, — Иди и спрячься. Мне бы не хотелось отскребать тебя от пола, его только недавно помыли…

— Тогда убей меня! — кричала Эйка. Слезы текли по ее щекам, — Как уже убил всех остальных!

— Вот еще. Буду я силы понапрасну тратить….

Черно-алый луч высококонцентрированной духовной силы пронзил пространство. Он ударил Эйке точно в грудь, пронзив насквозь её сердце.

Глаза юной Акане широко распахнулись. Словно в замедленной съемке она медленно откинулась назад. В уголке её рта сверкнула капля крови, быстро набухая. Её кулаки разжались…

Обмякшее тело рухнуло на спину на каменные обломки и застыло неподвижно. Из черной дыры на её груди поднимались струйки дыма… В остекленевших глазах не осталось ни намека на жизнь…

— Никто не смеет нападать на моего господина, — произнесла Аманда с ухмылкой, вытянув руку вперед перед собой. Её палец слегка дымился, — Зря ты перешла мне дорогу, сучка…

Тотх’Аз резко развернулся. Его глаза, переполненные всеми возможными цветами и их оттенками, остановились на мертвом теле Эйки. Несколько секунд он молча смотрел на неё. А потом закричал…

Его крик горя и гнева эхом разнесся по полю боя, пронзая воздух, словно нож. Сила внутри него начала кипеть, выплескиваясь непредсказуемыми и хаотичными волнами. Как будто его боль и гнев обрели физическую форму.

Раздолбанный пол дрожал, обрушивались стены, валуны разбивались вдребезги. Тотх’Аз словно разрывал саму ткань мира в своей печали. Через образовавшуюся дыру в потолке в помещение хлынул дождь, словно сами небеса оплакивали потерю Эйки.

Тотх’Аз больше не контролировал себя, поглощенный своими эмоциями и сырой силой своей магии. Казалось, что катаклизмическую вспышку энергии уже не остановить.

— Г-господин? — Аманда сжалась в комок, объятая страхом. Тотх’Аз молча выставил в ее сторону руку, и леди Зинцер была снесена сверкающим потоком разрушительной силы… От нее не осталось даже крупицы пепла.

Батиков дернулся в сторону девушки, желая помочь ей. Ведь недавно умерших можно успеть воскресить, пока душа не отлетела далеко от тела.

Однако Слава почти сразу опустил руки. Он понял то, что для Тотх’Аза стало очевидно сразу. Помочь Эйке и Аманде и вернуть их души возможности уже не было…

А тем временем с Тотх’Азом начало происходить что-то странное. Он издал крик громче прежнего, схватился за голову. Словно в агонии, его тело корчилось и билось в конвульсиях. Как будто что-то пыталось вырваться изнутри. Воздух вокруг него стал густым и тяжелым, словно дым. Его глаза закатились, а мышцы по всему телу чуть не лопались от напряжения.

Внезапно, с ослепительной вспышкой Тотх’Аз разделился на две фигуры. Одна из них была высокой и грозной, с татуировках и с колючей сверкающей гривой волос, с глазами, светящимися красным от ярости — это был сам Тотх’Аз. Или кто-то, на него очень похожий.

Другая фигура фигура являлась обычной человеческой. И выглядела она точно также, как Вадим Сабуров в спортивном костюме, в котором он и отправился на битву с Тотх’Азом…

* * *

— Эйка… Нет… — прошептал я, склонившись на её бездыханным телом.

Моя любимая девушка, прекрасный цветок, погибла у меня на глазах… Связи её души с телом были разорваны окончательно. А это означало, что даже Тотх’Аз был не способен удержать её…

Эйка умерла. И воскресить её без души не смог бы даже сам Тотх’Аз.

И виноват во всем этом был только я сам… Не углядел… не усмотрел…

— Вот что так мне мешало всё это время и сдерживало в сражении с Батиковым, — раздраженно произнес Тотх’Аз, — А я-то думал, почему не могу драться в полную силу. Ты слишком любил эту бесполезную девчонку. Твоя доброта и мягкотелость очень сильно мешала мне с самого начала. Я бы куда быстрее достиг успеха, если бы не ты…

Я молчал. Мои руки порхали над телом Эйки, между пальцами сверкали искры. Я искал, я пытался до последнего найти средство, чтобы вернуть её… любой ценой… Пусть даже ценой своей жизни… Но мои руки зачерпывали лишь пустоту.

В глубине души я понимал, что все мои попытки бесполезны.

— Пожалуйста… Эйка… — Я приподнял её, прижал к своей груди. Слезы текли из моих глаз, падая на её бледное безжизненное лицо, — Вернись ко мне… Прошу… Я изменюсь… Я стану другим… Эйка…

Но было уже слишком поздно.

— Хватит нести эту чушь, — с отвращением произнес Тотх’Аз, потирая рукой шею и разминая мышцы, — Эта обманщица и предательница заслужила свою участь. Мы с тобой не раз спасали её, приняли в нашу группировку Дети Императора… Милостиво разрешили стать ей одной из наших жен… а она бросила нас в самый важный момент. К Аманде, видите ли, приревновала. Пха!..

Но я практически не слушал то, что он говорил. Все мое внимание было приковано к Эйке.

— Мы должны завершить нашу великую миссию и спасти человечество, — продолжал Тотх’Аз, — Не забывай, это — необходимая жертва.

Он подошел ко мне и протянул руку.

— Так даже лучше, — улыбнулся Тотх’Аз. Его лицо было точной копией моего, — Теперь мы сбросим с себя все эти глупые ограничения, — он поднес ко мне ладонь ещё ближе, — Давай. Нам надо слиться обратно. Души Бога-Императора разделились между нами, а так быть не должно.

Щелчком пальцев я сотворил мягкое ложе из белых перин и опустил на него тело Эйки. После чего повернулся к Тотх’Азу.

— Всё отменяется, — сказал я, — Мы перезапустим и откатим весь мир назад. Проект «Тотх’Аз» отменяется.

— Что-что ты сказал? — прищурился он, — Мне, кажется, что-то в ухо попало.

— Ты все слышал, — сказал я, — Мы наделали много ошибок. Пора исправить хотя бы часть.

Мы молча смотрели друг другу в глаза. Секунд десять длился этот поединок взглядов.

— Ну в таком случае… — Тотх’Аз отвел руку назад, замахиваясь. Вокруг его пальцев вспыхнуло смертоносное фиолетовое сияние, — Ты не оставляешь мне выбора… Цель превыше всего.

В воздухе сверкнул шлейф золотых рун. Слава Батиков атаковал Тотх’Аза своим руническим золотым лезвием. Но тот уже ожидал чего-то подобного. Он перехватил руническое лезвие свободной рукой, намертво зажав его пальцами.

— Больше мне ничто не помешает вас всех прикончить, — равнодушно произнес Тотх’Аз, — Вы храбрые герои, но стоите на пути прогресса.

— Ты в этом так уверен? — раздался хриплый низкий голос. Тотх’Аза насквозь пронзило лезвие, состоящее из чистой тьмы. Сгусток крови вырвался из рта сущности-двойника, глаза широко распахнулись.

За его спиной стоял Тёмный лорд, сверкая матовыми черными доспехами. В бездонных глазницах черепа горел алый огонь.

Тотх’Аз дико завопил и вскинул руки над головой. С потолка спустились длинные мясистые щупальца, обхватили его и утащили под потолок во тьму. Сергей несколько раз взмахнул мечом, разрубая толстые стволы. Но беглеца было уже не достать.

— Сбежал таки, зараза, — Темный лорд покачал головой, — Чую, он еще вернется…

Я внимательно смотрел на тросы, свешивающиеся с потолка. Все они до сих пор были подключены к телу Тотх’Аза. Из них бурным потоком в пространство вытекали излишки энергии.

Тотх’Аз ещё не достиг совершенства. Он атаковал соседние миры, пытаясь подчинить и их. Ему не хватает энергии. А это означает…

Лорд тем временем разговаривал со Славой Батиковым.

— Хэх… ты всё-таки освободился раньше меня… — Темный лорд покачал головой, глядя на Батикова.

— Стареешь, Серег, — ухмыльнулся Слава.

— Старый, но не бесполезный. Может быть на что-нибудь ещё сгожусь, — Тёмный лорд пожал плечами, — Этот Взад’Врот ещё вернется. Я чувствую, как неподалеку концентрируется дикое количество силы.

Оба посмотрели на меня.

— Я знаю, как убить его окончательно, — сказал я, без отрыва глядя на болтающиеся отростки, — Но мне понадобится ваша помощь.

— Почему мы вообще должны тебе верить? — поинтересовался Батиков. На меня он смотрел с откровенной неприязнью, — После всего, что произошло?

Но Сергея положил ему руку на плечо.

— У нас нет другого выбора, — прохрипел он, — И времени нет. Если кто и способен уничтожить Тотх’Аза здесь и сейчас… то это он.

Я поднял руки над головой и начал произносить длинное и сложное заклинание. Оно должно было связать меня с духовными потоками, пронизывающими этот мир. Комната наполнилась ярким, ослепительным светом. Воздух вокруг меня замерцал и начал трещать от буйствующей энергии.

Передо мной образовался вихрь магии, вращающийся и пульсирующий в гипнотическом ритме. Вихрь рос и рос, пока не стал размером с дом, кипящей массой сырой силы.

Сергей и Слава стояли на страже, наблюдая, как я завершаю заклинание. Батиков смотрел на мою магию, и его брови удивленно взлетели на лоб. В своем интерфейсе продвинутой реальности он явно видел что-то весьма интересное. По костяной физиономии Темного лорда что-то сложно было прочитать. Но, думаю, что и он был удивлен.

Я и сам не подозревал, что был способен на что-то подобное. Всё-таки то небольшое время, пока я был един с Тотх’Азом, дало мне довольно много знаний.

Стены вокруг нас начинают рушиться. Некогда твердый пол дрожит под ногами, а сам воздух, кажется, трещит от буйства сил. Здание вокруг осыпается, открывая нам обзор на хаотичный и кошмарный мир. Из фиолетовых туч бьют молнии. Почва и лес скручиваются в щупальца, плавятся, словно воск, и перетекают в новые невиданные отвратительные формы.

Сила, которую я призываю, яростна и интенсивна. По сути это нечто вроде вируса. Как только заклинание будет завершено, я накормлю им Тотх’Аза…

Потоки сверкающей энергии льются из кончиков моих пальцев, насыщая круговерть магического вихря. С каждым мгновением заклинание набирает силу, это настоящая буря магии, грозящая разорвать мир на части.

Когда перед нами из земли выросла исполинская черная гора, я ничуть не удивился. На самой вершине черной горы зажглись радужные огни. Этот ублюдок слился с землей, чтобы ускорить свою эволюцию! Он склонился над нами и я увидел огромное человеческое лицо с жуткими глазами, пылающими неземными огнями… Это было мое лицо, но с кошмарными гротескными искаженными чертами. Зубы во рту заострились, а волосы на голове превратились в острые шипы.

Монстр смеялся, глядя на нас троих, осмелившихся бросить ему вызов.

Сергей и Слава приготовились к битве. Но и они не смогли сдержать удивленные возгласы.

Это так странно… видеть свое искаженное лицо, обращенное ко мне. И слышать голос, до жути похожий на мой… Нет, не похожий. Один и тот же.

— Вы же понимаете, что без меня человечество обречено? — пророкотал Тотх’Аз, — Древние снова явятся и пожрут людей! Только я могу их остановить!

— Ну вот как явятся — снова набьем им лица! — гаркнул Тёмный лорд. Он взмахнул мечом, с лезвия сорвалась черная искрящаяся молния и вонзилась в исполинское тело Тотх’Аза.

— Реальные сиськи лучше виртуальных, — согласился с ним Слава, — Проверил лично!

Следом за молнией в тушу влетел вихрь золотых рун. И каждая взорвалась, отрывая от Тотх’Аза куски.

Но тому всё было нипочём. В нем бушевала энергия целых миров. Нас спасало только то, что Тотх’Аз ещё не достиг совершенной формы.

— Вы смеете бросать мне вызов? — прорычал Тотх’Аз, его голос эхом разнесся по круговерти хаоса вокруг, — Мне, богу нового мира?

— Мы с тобой причинили достаточно вреда, — негромко, но твердо ответил я, — Пришло время остановиться.

— Ха! Тебе не сравниться со мной. Ты — слабейшая и худшая моя часть. Мы выжили лишь благодаря мне. С чего ты взял, что сможешь противостоять мне? — усмехнулся Тотх’Аз.

— Во первых, я не один. А во-вторых… — ответил я, продолжая формировать вихрь магии перед собой, — Если я такой слабый, чего же ты так занервничал, что слился полностью с землей?

Тотх’Аз издал надменный смешок.

— Твоя сила не сравнится с моей. А что касается твоих союзников, то они для меня всего лишь насекомые. Я раздавлю их так же легко, как и тебя.

Я закрыл глаза и призвал остатки своей энергии. Я почувствовал, как сила проходит через меня, подпитывая заклинание. А когда снова открыл глаза, увидел, что Тотх’Аз смотрит на меня со смесью презрения и торжества в глазах.

— Ты совершил серьезную ошибку, — прорычал он, — У тебя не хватит сил. Кое-кто слишком переоценил себя.

И он был прав. У меня не хватит сил, чтобы завершить заклинание. Я крепко стиснул зубы, чувствуя, что у меня перехватывает дыхание

Просчитался? Да, похоже так и есть. Я недооценил масштабы взятой на себя задачи. Даже всей силы Бога-Императора не хватало… даже если со мной поделятся силой Сергей и Слава, я всё равно не справлюсь.

А это означало, что у меня есть только один выход.

Я поднял перед собой руку. И на моей ладони вспыхнула золотая светящаяся искра. Но это было уже не просто воспоминание. Это было нечто большее.

Одна из душ Бога-Императора.

И после этого выражение лица Тотх’Аза изменилось. Впервые за все время я увидел на нем страх.

— Нет, не делай этого! Ты же потеряешь всю свою силу! — воскликнул Тотх’Аз. В его глазах отразился ужас и непонимание. Даже… обида? — Ты станешь простым смертным, Бог-Император!

— Зачем человечеству нужен Бог-Император, не способный пожертвовать собой ради людей? — произнес я отрешенным голосом, — Я… исправлю все то зло, которое принес в этот мир. Пусть и самой дорогой ценой…

Теперь, когда я по своей вине потерял лучшую девушку на свете… мне стало все равно, что со мной будет.

И я с щелчком развеял свою душу. И потом еще одну. И ещё. И ещё! С каждой сгорающей душей высвобождалась чудовищная порция силы. Как раз то, чего мне не хватало для воплощения моей задумки. Это была одноразовая акция, после которой я потеряю все свои силы и значительную часть знаний.

Что ж… Возможно, это та цена, которую я должен заплатить за свои грехи.

Тотх’Аз дико закричал. От его вопля задрожал сам небосвод. Гигант бросился на нас, протягивая ко мне огромные руки, состоящие из гниющего мяса…

— Сто тысяч литров парцеяда внутривенно! — раздался бодрый голос Парацельса. На голову Тотх’Азу из ниоткуда рухнуло какое-то темное облако. Послышался громкий звук бьющегося стекла и звук льющейся жидкости. Тотз’Аз затрясся всем телом, словно пытался стряхнуть с себя что-то.

— Вся боярка Самиздата! — вторил ему голос Ильи, — Попробуй усвоить за раз! И пролайкать не забудь!

Голова Тотз’Аза загудела, глаза полезли из орбит, пытаясь выдержать мощный информационный поток.

Я слабо улыбнулся. Кажется, не только лишь Слава и Сергей сумели освободиться от мраморного плена. Битва лишь набирала оборот.

Я сжег последнюю душу Бога-Императора, получив колоссальную порцию энергии. Акция разовая и в один конец… но я сам выбрал этот путь. Магический смерч передо мной налился мощью, готовый взяться за дело. Я направил его прямо на Тотх’Аза — смерч вонзился ему в рот, вбуриваясь в его тело глубже и глубже.

Вперед выступили Сергей и Слава. Их клинки, сотканный из тьмы и из золотых рун, резко удлинились, и одновременно пронзили грудь Тотх’Аза — там, где находилось его черное сердце.

Под дикие вопли и бульканье Тотх’Аза его рожа начала медленно, но верно скукоживаться в куриную жопу… А мир вокруг нас словно встал на дыбы. Мое заклинание-вирус, усиленное распадом душ Бога-Императора, начало действовать.

Глава 28. Эпилог

В космосе пылала огнем аккреционного диска черная дыра. Загадка, таинственное образование, не поддающееся никакому научному объяснению. Сердце черной дыры — сингулярность, область бесконечной плотности, где разрушаются известные нам законы физики. В теории, там может произойти всё, что угодно….

Горизонт событий — граница, за которую не может выйти даже свет. Светящаяся материя вокруг него вытягивалась, вечно погружаясь в бездну.

Когда-то на месте этой черной дыры процветала планета, полная жизни, в том числе и разумной. Но потом из-за цепочки роковых событий планета утонула в черной космической пустоте…

Но сегодня всё изменилось. Черная дыра… повела себя странно. Как будто её напоил парцеядом один небезызвестный архимаг. Чёрная дыра начала… уменьшаться.

По мере того, как черная дыра сжималась, горизонт событий сужался, светящееся вещество вокруг него застывало и развеивалось. Гравитационное притяжение черной дыры было настолько сильным, что даже свет не мог вырваться из ее хватки. Но по какой-то причине ее притяжение начало слабеть. И из черной дыры в стороны ударили яркие лучи света!

Вскоре она исчезла совсем. На ее месте появилась… планета. Эта планета была покрыта континентами, ее океаны были глубокого лазурно-голубого цвета. На ней кипела жизнь, новый мир был полон чудес и тайн, которые еще предстояло исследовать.

На планете были города, а в них — просыпались люди, очнувшиеся после долгого сна.

— Охо-хох… — леди Аманда Зинцер села в своей кровати, потирая виски, — Что за дикий сон…

Она встала с кровати и подошла к окну, отдернула шторы. Теплые лучи солнца осветили её тело. Снизу с улицы послышались шокированные и удивленные возгласы — леди Зинцер по привычке спала голая.

Но ей было пофиг.

— Хм… — она взяла со стола пачку сигарет и зажигалку. И закурила, разглядывая утреннюю улицу, — Какой странный дикий сон мне приснился…

Некоторое время она стояла неподвижно, разглядывая утренний пейзаж, и пуская клубы дыма через приоткрытую форточку.

Аманде почему-то было сильно не по себе. У нее было ощущение, что она потерпела поражение. И потеряла что-то очень важное. Причем — по своей же собственной вине.

Что-то она очень сильно неправильно делала всю жизнь. И цепочка событий, накладываясь одно на другое, в итоге привели к закономерно печальному результату… И лишь чудом не произошло самое худшее.

Аманда оделась и спустилась на первый этаж их особняка. В столовую, где сейчас в компании пары служанок завтракал Клент.

— Привет, мам, — осторожно произнес он, гадая, в каком сегодня настроении властная леди Зинцер.

Аманда молча подошла к нему и… крепко обняла, прижав к себе.

— Ты что, сдурела, мать??? — в шоке произнес Клент. Он ожидал, что сейчас к нему применят борцовский прием и поставят раком за какую-нибудь провинность. Надо только понять, за какую именно и выработать стратегию оправдания.

Однако ничего плохого не происходило. Аманда просто ласково и нежно обнимала сына.

— Прости меня, Клент… — по щекам железной леди Зинцер… текли слезы, — Обещаю… что больше никогда в жизни не подниму на тебя руку.

— Что? — тут Кленту стало совсем не по себе. Ласка и доброта от матери… просит прощения… что на нее нашло?

— С этого момента все изменится, — твердо произнесла Аманда, — Так как раньше жить больше нельзя. Дом Зинцеров больше не будет идти по темной дорожке. Мы изменимся. Больше никакой преступности и криминала, наше имя будет ассоциироваться только с честью и благородством.

У леди Зинцер было ощущение, что она потерпела самое сокрушительное поражение в своей жизни. И в первую очередь — из-за себя самой.

Но она даже не могла объяснить, в чем тут дело. Скорее чувствовала. Вроде бы это как-то было связано с Притяжением звезд, где учился Клент… Или ей это просто кажется?

— Напомни, а как звали того мальчика, с которым ты ты раньше дружил, до пробуждения Дара? — спросила леди Зинцер, отпустив сына.

— Вадим Сабуров, а что?

— М-м-м… а он уже пробудил Дар? — Аманда и сама не могла объяснить, откуда у нее интерес к какому-то непримечательному Вадиму Сабурову.

— Да, но там ничего особенного, — Клент махнул рукой, — Скукоживание какое-то… что-то более бесполезное трудно представить.

— Ясно… — кивнула Аманда и села за стол рядом с сыном. Ей бы тоже не помешало подкрепиться.

— А зачем ты спрашиваешь?

— Да так… — неопределенно произнесла Аманда, — Сон странный приснился.

— Какой?

— Да я уже забыла… — она отмахнулась, не желая продолжать разговор.

* * *

… На другом конце города в небольшом кафе беседовали трое — сестры Батиковы и Слава.

— То есть ты утверждаешь, что являешься нашим далеким прапрапрадедушкой? — спросила Юля, с подозрением глядя на него.

— Ага! — радостно произнес Слава и пошевелил муравьиными антеннами на лбу, — Я тот самый Слава Батиков, основатель рода Батиковых. Вы, кстати, очень похожи на Сахаринку и Эгину…

— А вот ты на Славу Батикова — ни капельки, — фыркнула Лена, глядя на Славу с крайне скептическим выражением лица.

Тот от такого заявления аж на пару секунд потерял дар речи.

— В смысле не похож?! — воскликнул он, — Да вы на лицо мое посмотрите!

— Ну смотрим и что дальше? — сказала Юля, — Слава — бессмертный полубог и всегда выглядит на двадцать лет. А тебе за тридцатник, подозрительный мужик.

— Подозрительный мужик? — возмутился Слава, — Мне просто уже больше пятисот лет, и выглядеть как двадцатилетний пацан уже не солидно… Давайте я вас познакомлю с Сахаринкой и Эгиной, их вы точно признаете. Ну либо мы к вам всем семейством приедем. Теперь, когда с нашим миром все хорошо, можно вернуться на историческую родину.

— Если мы согласились сходить с тобой в кафе, странный трутень, это не значит, что согласимся знакомиться с твоими мутными друзьями.

— Трутень? Я не трутень! Я отношусь к рабочей особи народа мирмеций!

— Ты шутишь? — близняшки переглянулись, — У муравьев и мирмеций не бывает рабочих-мужчин. Только девочки трудятся! А мужчины — трутни.

— Я исключение, потому что раньше был человеком.

— Чего???

— Да-да, я не трутень. Хотите лампочку поменяю, кран подкручу или винду переустановлю? Кстати, ваша одноклассница Пальмистрия тоже моя внучка. Я женат на Ферре, которая…

— Мы сейчас на тебя заявление в полицию накатаем за преследование, странный мужик! — лица сестер Батиковых пылали праведным возмущением.

Слава Батиков вздохнул. Он понял, что ему потребуется еще некоторое время, прежде чем внучки начнут ему доверять. Но нужно больше красноречия. Эх, а ведь у него вечером свидание назначено с одной весьма интересной особой… Когда найти время?

* * *

В другой кафешке неподалеку тоже происходил интересный разговор. За столиком сидели двое весьма странных персон. Один — рыцарь в черных доспехах с глухим шлемом, под котором совершенно не было видно его лица и глаз. Другая — девушка с необычно красивыми голубыми глазами с двойной радужкой. За её спиной трепетали большие слюдяные крылья. Словно у феи.

— Какой крутой косплей у них, — шептались другие посетители ресторана, — Типа фея и рыцарь тьмы…

— Я думал все это время, что ты погибла, Маша… — со вздохом произнес Сергей, — Знаю, что очень виноват перед тобой…

Девушка молчала и смотрела на него, слегка насупившись. Чашка кофе стояла перед ней нетронутая.

— Прости меня, если можешь, — продолжал Сергей слегка неловко, — Не знаю, как я могу загладить свою вину… Если тебе вдруг нужна работа, то у меня в Преисподней давно вакантно место секретаря…

Лицо Маши приняло задумчивое выражение.

— В преисподней, — улыбнулась она, — А ты знаешь, как подкупить девушку…

— Хех… — Сергей хрипло рассмеялся, — Но с испытательным сроком. Сама понимаешь, ты раньше работала на наших противников… Первое время к тебе будут присматриваться.

— Я понимаю, — Маши кивнула, — Спасибо за предложение, Сергей. Думаю, я приму его, так как мне сейчас и правда некуда идти. Великий Мудрец пропал и больше не выходит на связь…

— Ты знаешь, что с ним и где он? — быстро спросил Сергей.

Но Маша покачала головой.

— Скорей всего, он хочет найти место, где сможет спокойно умереть, — сказала она, — Таков его выбор. Он и правда был очень плох в последнее время.

— Ясно, — Сергей снова вздохнул, — Если хочешь, могу показать тебе место, где располагалась ваша деревня ведунов. Насколько я знаю, там сейчас музей…

— Хорошо, — улыбнулась Маша, — Только можно завтра? А то у меня вечером свидание…

— Ого… с кем? — удивленно произнес Сергей.

— Ну-у-у… не важно, — щечки Маши едва заметно покраснели.

Тем временем к ним подошел официант и поставил на стол несколько блюд. «Сергей» — гласил бейджик на его груди.

— Ваш заказ, — любезно произнес он.

— Спасибо, — кивнул ему Темный лорд.

Официант вышел из столовой в курилку и бросил через окно неприязненный взгляд в сторону противоположной стороны улицы. Там располагалось здание «Семерочки», огромной сети продуктовых магазинов.

— Как хорошо, что я нашел новую работу, — подумал он, затягиваясь, — А то уже чокаться в этой Семерочке начал. Такой дикий сон приснился.

— Чего за сон? — спросил его коллега, тоже зайдя в курилку.

— Типа стал суперзлодеем, — вздохнул Сергей, — Человеком-Семерочкой. Превращал людей в просроченные продукты. А потом меня убили.

— Ха-ха! — рассмеялся коллега, — Поэтому ты и уволился?

— Это стало последней каплей… Пора начать новую жизнь в ресторанном бизнесе.

— Ты так говоришь, как будто уже владелец заведения.

— Когда-нибудь буду… наверное…

* * *

Я сижу на лавочке в парке, расположенном недалеко от Притяжения Звезд. Со всех сторон окружен пышной зеленью деревьев и кустарников. Звуки смеющихся и играющих детей наполняют воздух, но это только усиливает мою печаль. Я смотрю в чистое голубое небо, но оно не приносит мне утешения.

Мне удалось полностью перезапустить и восстановить мир. Тотх’Аз — мертв. Но ценой стали все души Бога-Императора и вся его сила. Душа у меня теперь одна единственная. Душа Вадима Сабурова, новой реинкарнации Императора. Она единственная уцелела. Обычная, как у простого смертного. По силе и возможностям я теперь примерно как обычный одаренный. Духовная сила и Дар Скукоживания — всё, что у меня осталось.

Скамейка, на которой я сижу, шершавая на ощупь, но я не обращаю на это внимания. Я пытаюсь избавиться от чувства тоски и потери, но оно упрямо цепляется за меня, наполняя сердце тяжестью.

Одиночество — отныне это мой удел. Практически все мои знакомые забыли о многих событиях, связанных со мной. И я полностью заслужил это. Я словно дрейфую в море смятения и неопределенности, и у меня нет якоря, который мог бы удержать меня на месте.

Чувство вины внутри меня — почти как физическая боль, от которой я не могу избавиться. Я творил ужасные вещи… Предавал людей, которые доверились мне… любили меня… А я… а я обошелся с ними как с мусором.

Глупо оправдываться тем, что это был дескать не я, а кто-то другой, завладевший мной. Это был я с самого начала. Я заслужил свою участь.

Да, я избавился от той части моей сущности, которая толкала меня на… не самые хорошие поступки. И всё же…

В руке я держу письмо, от которого веет легкими духами, с необычным утонченным ароматом лилии.

Приветствую, Вас Бог-Император. Рада, что наше маленькое мероприятие увенчалось успехом. Хотя в какой-то момент всё висело на волоске.

Я знаю, что сейчас Вы уже не в той хорошей форме, в какой были раньше. Тем не менее, я жду выполнение Вашей части договора. Я не тороплю вас, восстановите ваши силы и приведите себя в форму. Готова поспособствовать вам в той мере, в какой могу.

Моя уютная пещерка ждет Вас <3

Великая Зыбь, Хозяйка Подземелья и Вечной Топи, Лилия Великого Болота, Генеральный директор ООО «Казино Великая Зыбь» и прочая, прочая, прочая…

Я вздохнул. И теперь ещё Великой Зыби должен. А она ведь не слезет с меня, пока не получит своё.

— Вадик, — внезапно раздался совсем рядом знакомый голос, — Привет.

Я аж вздрогнул от неожиданности. Оказывается, я так задумался, что совсем перестал обращать внимание на окружающий мир.

Передо мной стоит Эйка. Живая и здоровая.

И когда я смотрю на неё, чувство тоски начинает немного притупляться. Эйка… Родная… Любимая… как я рад видеть тебя живой и здоровой.

Ее волосы собраны в хвост, а кожа все такая же бархатная и шелковистая на вид. Девушка одета в приталенную тренировочную майку и леггинсы, которые обтягивают ее изгибы. На ее губах играет уверенная улыбка, а глаза искрятся энергией и жизнью.

Однако…

— Эйка, — почти прошептал я, — Твои волосы… Они теперь седые…

Да, волосы Эйки почему-то не изменились, а остались седыми, почти белоснежно-белыми. Изменились и глаза. Из красных они стали серо-голубыми.

Эйка взяла один из своих седых локонов и задумчиво взглянула на него.

Мое сердце сжалось от чувства вины и сожаления. Почему-то некоторые вещи перезапуск не поменял. Это из-за того, что Эйка умерла в старом мире?

— А, я все равно давно уже хотела перекраситься, — Эйка небрежно махнула рукой, — Шутка ли, с красными волосами с рождения. Давно пора попробовать новый стиль.

Я молчал, не зная, что к этому добавить.

— Вадик, — задумчиво произнесла Эйка, — Объясни мне одну вещь.

В горле у меня разом пересохло. Я даже не сразу ответил.

— Какую?

— Почему у всех людей, с кем я общалась сегодня, поменялись воспоминания? — сказала она, — Причем не все воспоминания, а только те, что связанны с тобой лично? Никто больше не знает, что ты — переродившийся Бог-Император. На меня смотрят как на дуру, когда я такое спрашиваю.

Я отшатнулся. Неужели… на неё не подействовало изменение воспоминаний?

— Не знаю, — осторожно произнес я, — Может быть вирус какой… или бацила…

— Это из-за того, что ты победил Тотх’Аза и перезапустил наш мир?

Ясно. Она все помнит. Помнит истинную историю нашего мира. Видимо, таких людей на планете, на которых перезапуск не подействовал, не очень много. Считанные единицы.

Отпираться бесполезно.

— Да. Когда я смог уничтожить Тотх’Аза, я перезапустил весь наш мир, — сказал я, — Души людей обрели физические оболочки. Они сохранили старые воспоминания. Но кое-что я успел подредактировать. Убрал воспоминания о кошмаре и страданиях, которые все перенесли, когда Тотх’Аз поглотил наш мир. Также заставил всех забыть, что я Бог-император.

Это была правда. Врать мне больше не хотелось. Достаточно вранья. Из-за того, что я Бог-Император, могут пострадать Мария, Ира и Алиса. И поэтому я пошел на этот шаг. Решил стереть о себе все воспоминания. Стать никем. Я также отменил все Императорские Договоры. И поклялся самому себе больше никогда в жизни не применять это заклинание.

— А почему? — Эйка бросила на меня удивленный взгляд, — Ты больше не хочешь быть Императором?

Я покачал головой.

— Я потерял все свои силы и души. Но дело не только в этом. Я недостоин быть Императором.

— Почему? — удивленно произнесла Эйка.

— Вместо того, чтобы защищать человечество, я подверг всех страшной опасности, — произнес я мертвым голосом, — Разрушил тысячи судеб… Предал доверие тех, кто мне доверял… И самое худшее… я предал тебя Эйка. Предал твою любовь.

Я немного помолчал собираясь с духом. Слова давались тяжело, словно многотонные глыбы.

— Эйка… нам лучше расстаться.

Брови Эйки взлетели на лоб.

— Почему?

Я вздохнул. Произносить эти слова почти физически больно.

— Я… я тебя недостоин, — сказал я, — Мне лучше навсегда остаться одному, чтобы не причинить боль ещё кому-нибудь… Да и зачем я тебе такой нужен? Обычный человек… лишь тень прошлого величия…

— Глупости, — внезапно произнесла Эйка, — Вадик, вот ты вроде такой умный… а иногда дурак дураком.

Настала моя очередь удивляться.

— Почему?

— Вадик… я люблю не Бога-Императора, — сказала она, глядя мне в глаза, — Я люблю тебя. Люблю безумно. Мне нужен ты и только ты.

— Эйка…

Она внезапно забралась на лавку с ногами, села мне на колени. Глядя мне в глаза, уперла руки в спину скамейки, по бокам от моей головы.

— Давай вспомним, сколько добра ты сделал, — сказала она, — Ты спас свою семью. Марию, Алису и Иру. Излечил первых двух от духовных паразитов. Ире вернул здоровье и помог развить ее духовную энергию. Вернул уверенность Генке и помог найти любовь. Они тут недалеко в парке гуляют с секретаршей леди Мираэль.

— Ох уж этот милфхантер, — я не удержался от легкой улыбки.

— И это лишь начало списка. Идем дальше. Ты укротил Аманду Зинцер, разрушил ее криминальную Империю. Ты спас нас всех в ином мире от Великой Зыби и её монстров в казино. Ты настучал по зубам Верховным лордам и ТСБ.

— Я делал это из личных интересов…

— Какая-то часть тебя — да. Но другая часть хотела делать добро, — она легонько постучала пальцем мне по лбу, — Другая часть — истинный ты.

— Почему ты так думаешь?

— Я чувствую это. Женская интуиция и всё такое… И в конце концов ты всех нас спас. Победил Тотх’Аза. Вправил самому себе мозги и спас мир. Для меня ты — самый лучший, самый сильный мужчина на свете.

Я в полной прострации смотрел на неё. Она это сейчас серьезно? После всего того зла, что я сделал?

— Скажи… — задумчиво произнесла Эйка, — Что ты собираешься делать теперь?

— Пока не знаю… — я снова вздохнул, — Мне надо подумать. Привести мысли в порядок. Понять, чем заниматься дальше…

— Ну раз ты считаешь, что достоин наказания… давай тогда я выберу тебе наказание, — сказала Эйка, — Как главная потерпевшая.

— Наказание?

— Во-первых, ты возьмешь меня в жены, как уже обещал. И станешь самым лучшим отцом и мужем на свете, — горячо прошептала она. Я чувствовал жар её дыхания на своем лице, — Самым добрым и заботливым. А я рожу тебе самых красивых детей в мире. Двух… нет, минимум трех! Это и будет твое наказание.

С каждым произнесенным ею словом мое сердце сжималось. Эйка… какой же ты добрый и светлый человек… Я и правда тебя недостоин. Но… раз ты так хочешь… Чтобы искупить свою вину перед тобой, я стану самым лучшим мужем на свете, как ты того желаешь. Кормильцем и защитником. Лидером возрожденного рода Вышнегорских.

Осталось только подкачаться и снова стать сильным. Это трудный и непростой путь, но мне он знаком. В конце концов, я все ещё могу Скукожить чью-нибудь слишком наглую рожу.

Моя печаль медленно, но верно отступала. Мои руки словно сами легли на талию Эйки. Мы крепко поцеловались. Наши языки сплелись во влажном танго в наших ртах… Долго-долго мы наслаждались друг другом, не в силах оторваться.

— Договорились? — спросила Эйка, когда наш долгий поцелуй закончился.

— Я с радостью приму твое наказание, любимая, — улыбнулся я, — С этого момента — я твой верный и любящий муж.

— А я — твоя верная и любящая жена… — прошептала она.

И тут у меня запиликал телефон.

— Алиса пишет, что они с Марией и Ирой приготовили сладкие печеньки по новому рецепту, — сказал я, бросив взгляд на экран, — Приглашают куснуть.

— Ой, я люблю вкусняшки от твоей мамы, — улыбнулась Эйка, — Можно мне с тобой?

— Конечно!

И мы пошли есть вкусняшки.

* * *

Непримечательный человек, читавший газету на скамейке неподалеку, отодвинул от лица свою газету, и бросил взгляд парочке вслед. На его тонких серых губах появилась улыбка.

Это был лорд Мортис. Он же Мерлин. Он же Загробник. Он же много кто ещё.

— Людям не нужен Хозяин, — улыбнулся он, бросая хлебные крошки голубям, — Людям нужен Защитник.

Секретная концовка

Зловещий черный замок в глубинах Преисподней являет собой грозное и наводящее ужас зрелище. Его высокие стены и башни отбрасывают угрожающую тень на окружающий извращенный и измученный ландшафт. Каменные блоки покрыты мхом, а в воздухе витает белесый туман. Кажется, что сам воздух вибрирует от древней и злобной энергии, как будто сам замок вот-вот оживет и издаст кошмарный вопль.

Внутреннее убранство замка пугает не меньше. Факелы мерцают в темноте, освещая гротескную резьбу и жуткие фрески с пугающими сюжетами. В воздухе витает легкий аромат серы, а по коридорам разносится эхо шагов и тихий шепот.

В центре замка находится большой зал, где Темный Лорд собирает своих приспешников и гостей. Стены украшены знаменами с гербом Темного Властелина. Огонь в массивном камине отбрасывает пляшущие тени на каменный пол и стены. В воздухе витает предвкушение: о чем же будет новое совещание в этой мрачной и мистической обстановке?

— Нет, Парц, я пригласил сюда всех не для побухать… — терпеливо объяснял Сергей, облаченный в свои черные доспехи.

— Как не бухать? — в глазах архимага Парацельса отразился ужас и почти детская обида. В руках он держал матерчатые звенящие пакеты, — А как же пропустить стаканчик-другой в честь победы? Я парцеяд принес…

— Ладно, ладно, Парц… — вздохнул Сергей, — Попробуем твой парцеяд, но потом, после совещания…

Через какое-то время в зал вошли Слава и Илья. Поздоровавшись с Парацельсом и Сергеем, они расселись за длинным черным столом. Кроме них четверых в зале больше никого не было. Даже слуг.

— Все явились? — спросил Сергей, переводя пылающий взгляд с одного гостя на другого.

— Все, кто хотел, — сказал Слава.

— Маловато нас как-то, — заметил Илья, оглядываясь, — Всего четверо.

— Для начала достаточно. После недавних событий я считаю, что пришло время собрать что-то вроде Клуба Сильнейших, — сказал Темный лорд, — Или Лиги.

— Лига лучше звучит, — кивнул Парацельс, звеня бутылками под столом.

— Типа Мстители? — ухмыльнулся Илья, — А кто будет Халком?

Сергей вздохнул.

— Да, Илья, типа Мстители, — сказал он, — И целью Лиги будет защита нашего сектора миров. Чтобы ситуация, подобная кошмару с Тотх’Азом и вторжением Древних, больше не повторилась.

— Нам нужно больше людей, — задумчиво произнес Слава и посмотрел на Илью, — Великая Зыбь?

— Я с ней говорил. Она сказала, что подумает, — ответил Илья, — Но я бы на неё не слишком рассчитывал. Моя теща делает все строго для своего же блага. Она слишком себе на уме.

— А Загробник? — спросил Слава уже у Сергея.

— Он не выходит на связь, — сказал Темный лорд, — После ребута мира от него ни одной весточки. Но я думаю, что он объявится, когда посчитает нужным. Он одиночка по натуре.

— Геренд обещал, что подумает, — добавил Парацельс, — Но он, кажется, весьма расстроен проигрышем. Он реально считал Тотх’Аза хорошей идеей.

— Этот Геренд вечно влезает во всякую срань и всё делает через жопу, — проворчал Сергей.

— Вампироэльфы, они такие, — хмыкнул Парацельс, — Но он сильный воин. И точно будет нам полезен. Я с ним поговорю. Кстати, а Импи кто-нибудь пригласил? — поинтересовался архимаг.

— НЕТ! — хором произнесли Сергей и Слава, — Ну его, от греха подальше…

— Почему? — удивился волшебник.

— На фиг он тут нужен, — буркнул Слава.

— Парц, ты до сих пор веришь в пресвятого Бога-Императора, у которого просто был Очень Хитрый План? — сказал Сергей.

— Да, верю! — упрямо произнес волшебник, — Просто План был слишком хитрый, чтобы мы его понимали. Самое главное, что план был успешен и реализован в точности так, как Бог-Император его задумал. Просто есть уровни понимания, которые даже выше, чем наш с вами. Мы должны только верить.

Сергей вздохнул и не стал спорить с волшебником. Парацельс, когда выпьет… ну понятно, ему отрываются вещи, которые недоступны простым смертным. И бессмертным тоже.

— В любом случае, Бог-Император сейчас не в лучшей форме, — вместо этого сказал Темный лорд, — Он отдал все свои силы, чтобы остановить Тотх’Аза. У него нет ни душ, ни сил. Пусть подкачается и определится, что он хочет делать дальше. А там будем посмотреть.

— Я уверен, он к нам ещё вернётся, — хмыкнул Парацельс.

— Не дай бог, — закатил Слава глаза, — После того, что он осмелился сделать с моими внучками, я его рожу даже видеть не хочу.

— У меня тоже есть к нему ряд вопросов, — чуть более сдержанно произнес Сергей, — Но мы бы вряд ли одолели Тотх'Аза без него. В любом случае, это сейчас не важно. Давайте обсудим — кого мы ещё можем пригласить в Лигу, чтобы усилить наши ряды?

Совещание продлилось до позднего вечера… хотя в Преисподней такого понятия не было, здесь всегда царил мрак. Сергей, Парацельс, Слава и Илья строили планы на будущее, обсуждали потенциальных союзников и возможные угрозы. Создание большой межмировой организации, способной следить за порядком в их секторе мультивселенной — задача непростая. Раньше никто ничего подобного не делал. Это был достойный вызов даже для Сильнейших.

Ну а потом, конечно, все нажрались парцеяду, поскольку не уважить архимага было просто кощунственно. Гудели так, что черти по всей Преисподней дрожали.

Content

Бог-Император, к доске! Том 7

Глава 1. Возлюбите меня… И я возлюблю вас

Глава 2. Неловко-то как

Глава 3. Это Белла?

Глава 4. Довольно жёстко

Глава 5. Последнее письмо

Глава 6. Один синдром передает привет

Глава 7. Любовь и разочарование

Глава 8. Вкусный ужин и свежие новости

Глава 9. Маленький трюк

Глава 10. Секрет Акихито

Глава 11. Рассекающее лезвие неона

Глава 12. Муравьиный танец

Глава 13. Возмездие во имя Луны

Глава 14. Здравствуйте, я ваша бабушка

Глава 15. Грёзы пронзают волю

Глава 16. Вкусный кроссовок

Глава 17. Слишком много плачущих дам

Глава 18. Разговоры высокого уровня

Глава 19. Фото в рамке

Глава 20. На дне

Глава 21. Осколок

Глава 22. Модернизированная Арена

Глава 23. Бог-Экстремист

Глава 24. Новые/старые союзники/враги

Глава 25. Выбор

Глава 26. Кошмар наяву

Глава 27. Сильнейший враг

Глава 28. Эпилог

Секретная концовка