Гриб Роман

Засланец божий 7

Глава 1

* * *

Это был все тот же самый пустой пиршественный зал, с которого все и началось. Бесконечные ряды столов, утопающие в тумане. Двенадцать пустых тронов с самым большим, тринадцатым по середине. Только на этот раз он не был пуст.

Зив. Зив восседала на нем, до хруста в пальцах сжимая подлокотники и закусив губу с такой силой, что по подбородку не переставая стекала тоненькая струйка крови, окрасившая в алый ее белоснежную тогу. Тринадцать лучей, украшавших спинку трона, переливались всеми цветами радуги. Кожа Зив шипела и источала тоненькие струйки пара, и на ней периодически в разных местах появлялись небольшие пузыри ожогов, тут же исцелявшиеся безо всякого следа. И в этот же самый миг по всем мирам, где хотя бы когда-то слыхали о Сефоттине, Мардукоре и Вакхе, под каким-бы то ни было именем, странствовали миллионы Зив.

Трон Сефоттина, он же — Трон всех миров. Символ Его силы, его Ключ и Его символ власти. Собирая в себе невиданную мощь всех, кто в него верил, он позволял являться Сефоттину всем своим последователям сразу. Везде. Только не каждый был способен выдержать такие потоки маны. Но ей было все-равно, и сейчас она презентовала чудо-виноград почти в миллионе миров почти миллиарду правителей, земледельцев, торговцев, меценатов и прочих, прочих, прочих тех, кто наделен какой-никакой властью массово распространить этот продукт. Да, во многих местах ее аватары были изгнаны, а дары — осквернены. Где-то ее пытались убить, сжечь «проклятую ведьму», и немало мест, где инквизиторам это вполне удалось… Но во многих местах сие чудесное растение воспринимали и на ура, и она изливала там свою силу, взращивая обильно плодоносящие виноградники буквально за пару часов.

— Я больше не могу. — процедила сквозь крепко сжатые от натуги зубы Миюффт, сидевшая у ее ног на полу, положив свои ладошки на колени богини. — Мой уровень еще слишком мал, чтобы оперировать такими мощностями.

— Хорошо, отдохни. — кивнула ей в ответ богиня. — Ты и так значительно помогла мне, дальше я завершу начатое сама.

— Ты же сгоришь! — воскликнула Миюффт, но сил продолжать исцеление у нее уже просто не было.

— Иногда нужно сгорать, чтобы другие могли согреться. — философски ответила ей Зив. — Если замысел Дениса воплотится в жизнь, то меня смогут воскресить, и пара потерянных миллионов уровней будут небольшой платой за это. Если же нет, то и не имеет значения, сколько я проживу до того дня, когда Крон уничтожить последний живой мир.

— У вас это что, семейное — героически помереть? — буркнула Миюффт, беспомощно глядя на то, как кожа богини начала чернеть и обугливаться.

— Возможно. — из последних сил улыбнулась богиня пересохшими губами, тут же с хрустом треснувшими. — Когда я испарюсь, забери мою диадему. Я сохранила в ней ряд обучающих воспоминаний. Там есть и по менталистике, и по психомагии. То, чего нынешним Небаррцам еще неизвестно. И ключ, как тебе вернуться обратно… Мне кажется, тебе это очень пригодится. И кнут. Бич Богов ранит сами души. Велхенст явно был пьян, когда создавал… Это…

Пока Зив это говорила, ее тело стремительно обгорало, рассыпаясь прахом, тут же растворявшимся в воздухе. Сначала пальцы, потом выше, и выше… На последнем слове, что Зив произнесла уже полностью безгубым, прогоревшим до зубов ртом, после чего замолчала, а тело ее просто рассыпалось золой. Лишь серебристая диадема с небольшим бриллиантом, размером с ноготь, безо всякого следа гари с легким звоном упала на каменное сиденье трона, на кучку пепла. А над троном колыхнулась яркая розовая бабочка души богини, изливающая вокруг себя яркое сияние, медленно угасающее, как и сам источник света, через несколько секунд исчезнувший из реальности.

— Надеюсь, твоя жертва оказалась не напрасной. — покачала головой Миюффт, беря в руки диадему и надевая ее на голову. После чего добавила шепотом себе под нос: — Семейка героев… Блин… Сто тысяч уровней… Куда мне столько…

* * *

На этот раз я уже прекрасно понимал и осознавал, что нахожусь внутри воспоминания. Да и че уж греха таить, вполне даже по характеру боли во время просмотра видосиков от глазика, догадывался, что чем-то подобным это все и закончится.

Астероид. Три неизменные тетушки на своих каменных стульях. Одна старая, другая средних лет, третья все молодится под малолетку. Это у них типо метафора такая. Хер его знает для кого — в логово к ним уже пару тысяч лет вообще никто, кроме совета голосов и их ближайших друзей не ходит. Думаю, они уже просто привыкли к этим своим обликам и тупо не хотят ничего менять. «Око» стоит на ржавой подставке, и вокруг него расположились мы. Я, завернутый в простынь, лежу на самоходном, одушевленном диване, сплетенном из живой виноградной лозы благословленного сорта. Со спинки свисает ветка с сочной гроздью, которой диван сам меня кормит сочными десятиградусными ягодами. Рядом, справа от меня, в воздухе висит в позе лотоса седой бородач, которого я видел в первом видении. Теперь я уже даже не догадываюсь, а просто знаю — это Сефоттин. Слева — Гуал Вакалар, сидит прямо на земле. В старом шаманском прикиде. С барабанчиком своим, в шкурах и черепах. Шестеро. Седьмого нет, тот уже почти сотню тысяч лет как пропал, еще во времена первой катастрофы. Но душа пока цела, хоть это радует. Шесть голосов всевидящего ока. Мало кто знает, но именно Сефоттин предложил сделать глаз в треугольнике символом их великой церкви. Типа треугольник — пирамида, а глаз — это, мол, боги так намекают всем своим последователям: мы все видим! Тем в целом было похрен, так и стало. А если кто и догадывался, что именно этот шарик послужил прототипом образа, то особо об этом не трындели. Надо, значит надо.

Почему именно мы? Ну, так получилось. Глазик нас выбрал еще до того, как в солнечной системе появилась жизнь. Вернее, придумал и потом создал, выцепив в первичном бульоне семь подходящих на его взгляд искр, аналогов души у микробов, ставших в последствии нашими душами. Откуда взялся сам шар? Если отбросить все лишнее, то этот артефакт рождается вместе со звездой и по сути является ядром ядра звезды, его овеществленным отражением ее души. Это ядро можно вынуть, если будет семь душ, способных на это, но тогда они становятся связаны. Можно ли отвязать одну из них и заменить другой? Технически — да, но… Именно око создает эти души путем многомиллионолетней эволюции, и столько же нужно времени, чтобы создать полноценную замену. Но и, если уж откровенно, никто из нас на эту участь не жаловался. Откуда у звезд души, если до этого жизни не было? Откуда-то оттуда. Пришел Творец, первый и изначальный, создавший всю вселенную силой своей мысли. Как я создаю бутылку пива или водки. Насрал материей, наблевал душами и ушел похмеляться. А вселенная продолжила жить уже как-то сама по себе. А может, и не сама, может — так и было задумано изначально Им. Тут хер проссышь, из нашей системы еще никто с творцом не общался. В парочке соседних звездных систем есть существа, что утверждают, будто им довелось, но есть все основания считать, что они тупо пиздят для авторитетности.

Зачем этому «оку» вообще нужно, чтобы его доставали из многомерного ядра звезды? Наверное, это можно назвать инстинктами. Объединиться со своими творениями. После этого можно многократно усилить свои возможности, и их возможности тоже, и начать полноценно менять реальность. Цель всего этого? Да как и у людей. Сами они не знают. Как люди живут, рожают детей и обеспечивают им возможность повторить этот цикл. Так и звезды живут. Взрослеют, создают жизнь вокруг себя и взращивают ее, чтобы кто-нибудь из них когда-нибудь стал новой звездой, а потом умирают. Если повезет, то может даже и нового Творца воспитать получится. Вырастет и эмигрирует в собственную вселенную, прихватив туда и своих родителей и родичей.

И также, как и рожать опасно для здоровья и жизни матери, так же и с этим шариком дела обстоят. Абы какую душу в качестве источника энергии не прицепишь, а если все семь уничтожить, то и звезда ебанет. Пофиг даже, в живом теле эта душа воплощена, или просторы астрала бороздит. Главное — чтоб сама цела была.

— Одного не могу понять. — задумчиво пробормотал Гуал Вакалар. — Неужели Крон не осознает, что его действия уничтожат его родную звездную систему?

— Да все он осознает. — грустно вздохнул Сефоттин. — Ты же видел, его другая звезда пригрела, и даже душами прежних своих обитателей поделилась. У ее «ока» всего три якоря целыми остались, а если он поглотит наши души, то сможет стать дополнительным ее источником энергии и звезда протянет на пару миллиардов лет подольше.

— А по мне, так звезда эта сама виновата! — ударил кулаком по раскрытой ладони орк. — Ее дети ушли от нее, бросив в чужой галактике, значит — сама так воспитала! Лучше бы взорвалась на заре эволюции, чем таких творцов порождать! Не хотел бы никогда оказаться во вселенной такого… Такого создателя, как у нее вышел! Толи дело наше Солнце! Теплое, любящее и заботливое!

— Ну хватит… — издала смущенный звук сфера и мягко запульсировала теплым светом.

— Ну что поделать, если это правда! — усмехнулся шаман и развел руками, глядя на шар.

— Ладно, Мар скоро вернется домой, пора действовать. — с некоторой грустью в голосе сказал Сефоттин. — Что там с твоим плеером?

— Да все, держи. — протянул я главному богу потертый плеер, в котором я безо всяких сомнений узнал свой аппарат по характерной царапинке на краю. — Все зачаровали. Хотя знаешь, начальник, с аппаратом можно было бы и поаккуратнее, когда музыку на него закачивал.

— Сам попробуй на тысячелетия попрыгать и ничего не поцарапать. — по-доброму усмехнулся Сефоттин и резко звонко свистнул.

Прямо из воздуха вынырнул черный крылатый пегас и приземлился возле Сефоттина. Бог ловко запрыгнул на спину, и пегас, встав на дыбы, громко заржал и замахал передними ногами в воздухе. Контуры Сефоттина и пегаса дрогнули и поплыли, преобразуясь. Ноги крылатого коня превратились в колеса, ржание постепенно превратилось в рев мотора, а одежда Сефа — в байкерский прикид. Можно было бы уже и догадаться, но я его прям таки узнал — тот самый байкер, что продал мне мой плеер по дешевке. Сефоттин пришпорил байк и тот, взревев, встал на оба колеса и рванул вперед, окутываясь густым облаком электрических разрядов. И даже заднее колесо еще не скрылось в пространственно-временном проходе, как к нам уже выезжал этот же байкер, только в чуть более пыльной и потрепанной одежде, чем уезжал. Как только последняя молния, скользящая по коже байкера, успокоилась, впитываясь в землю, он слез с мотоцикла, принимая свой прежний облик, а байк, даже не до конца еще приняв прежний лошадиный облик, раскинул крылья и улетел, как и прилетел — просто прямо в воздух.

— Жаль, фокусник не с нами. — вздохнув, доставая из-под одежды небольшой флакон, Гуал Вакалар. — Было сложно создать ложные воспоминания и наложить их на это зелье.

— И сколько Зив проспит? — спросил я, принимая флакон.

— Да все точно по расчётам, вплоть до доли секунды. — подала свой сварливый голос старуха Норна. — Вали уже, толстяк.

— И тебе не хворать, карга. — усмехнулся я, убирая флакон в… Астрал! — Маяк?

— У Лйутсфэуза. — кивнул Сефоттин. — Все уже готово, сам же прекрасно знаешь.

— Знаю. — кивнул я. — Но знаете, это, все же, страшно — умирать.

— Это только в первый раз. — рассмеялся Гуал и, резко посерьезнев, добавил. — Потом привыкнешь!

— Тем более, что даже себя самого потом вспомнишь. — добавил спокойным добрым отцовским тоном Сефоттин. — Считай, просто долго спал. Или в игре полного погружения был, за другого персонажа играл, как в свое время у молодежи модно было. Тридцать лет. Да и Артарил твой сильнее ста…

* * *

Очнулся я от того, что Гуал шлепал меня по щекам, держа в воздухе за шкирку.

— Дурила! Кто «Оку» больше одного вопроса в день задает?! — рявкнул орк, едва я пришел в чувства, после чего еще несколько раз похлопал по морде, размахнувшись немного посильнее.

— Гуал, ты его щас опять вырубишь. — усмехнулся Леха.

— Так может, хотя бы глупостей меньше творить будет. — хмуро произнес шаман, но перестал меня лупить и даже поставил на ноги.

— Очень в этом сомневаюсь. — покачал головой паладин.

— Ну, тоже верно. — кивнул орк и спросил у меня. — Ответы хоть все успел получить?

— На последнем вопросоответе изображение поплыло и вырубилось вместе со мной. — покачал я головой и потянул руку к шару.

— Да куда! — хлопнул меня по руке орк. — Хочешь, чтобы душу совсем на клочки разнесло?! Завтра еще поспрашиваешь, если надо!

— Да не буду я ничего спрашивать! — потер я отшибленную нахер ладошку. — Забрать шарик надо и валить отсюда!

— Что? — резко стал серьезным орк. — Почему?

— Глазик сказал, что тут опасно. — пояснил я ему. — Так что валим, валим все. Может, тут еще лет сто спокойно будет, а может — уже сегодня случится чего!

— Не будет. — проворчала старуха.

— Сегодня. — кивнула средняя.

— Да уже… — Вздохнула младшая.

И по всему астероиду прошла волна, словно по нему долбанули снизу чем-то здоровенным.

Глава 2

Еще один удар, и по земле пошла тонкая трещина, явно норовящая расколоть обитель Норн пополам, как минимум.

— Уходим. — сказала средняя, и Норны, переглянувшись между собой, синхронно исчезли.

— Ну и мы тогда тоже. — пожал я плечами и, быстро положив руку на «глазик», переместил его в астрал, после чего схватил за руки своих спутников и совершил перемещение с ними туда же.

— Что это там сейчас было? — спросил первым Леха, едва мы убрались из обители древних предсказательниц.

— Да понятно, что. — усмехнулся Гуал. — Приспешники Крона отыскали, где старушки прячутся, и принялись ломать защиту. Думаю, даже не надеялись кого бы то ни было поймать, так — спугнуть пытались.

— Почему ты так думаешь? — с каким-то подозрением в голосе спросил паладин.

— Да потому что без ключа, проникнуть туда физически невозможно. — поучительным тоном ответил орк. — Можно только по примерным координатам пространство посотрясать, каким-нибудь гравитационным полем. Ну, или магией. Норны вон, сразу же скрылись. Только вот невдомек им, что у них не одна секретная обитель есть! Ха-ха! Не найти им старушек, и не добраться до их памяти!

— А может, и не собирался их никто ловить? — предположил я. — Просто нарушить работу шарика по изменению событий хотели, например. Не съем, так понадкусываю, как говорится.

— Да хоть бы даже все это вместе. — пожал Леха плечами. — Что, нельзя было оставить этот шар на месте? Раз уж это место такое недоступное. Или он хрупкий и не выдержал бы разрушения их обители?

Неожиданно, безо всякого внешнего воздействия, к нам подлетел сам хрустальный шар и, зависнув напротив Лехиной рожи, ответил ему:

— Гнездо было атаковано силами другого, вражеского Ока, меня могли выкрасть. Звезда, с которой Крон договорился, делает все возможное, чтобы заполучить себе душу с даром творца. Она… Люди называют подобное состояние старческим маразмом. Она уже не понимает толком, что творит. Поэтому и жизни на ее планетах не было. Когда ее покинул ее собственный сын, ее творец, она убила все живое вместо того, чтобы создать себе новые якоря. Крон тоже в некотором роде старый безумец, и они легко нашли общий язык.

— А есть способы излечить этот… Звездный маразм? — немного растерялся Леха от этой картины говорящего хрустального шара. — Или проще теперь взорвать эту звезду, чтоб не мучилась и другим проблем не создавала?

— Через двести тысяч лет, она вольется в нашу галактику, и наша Мать исцелит ее. — не выражая эмоций, ответил шар. — А проблем она и не создавала, пока Крон не начал вспоминать, кем был.

— О, кстати, как он это сделал? — зацепился я за фразу. — А то у меня некоторые проблемы с подобными воспоминаниями. Может, можно как-то безболезненно вспомнить все?

— У Крона это одна из сторон его личного направления… Его уникальной способности. — ответил Глазик. — Ты же для этого создал свою странную траву… Веселянку. С ее помощью, пусть и не в таком объеме, но ты можешь безопасно путешествовать по слоям собственной души. И другие, в разной степени, тоже это могут.

— Ага, понятно. — покивал я. — Как говорил Амаяк Акопян — «Чтобы произошло чудо — нужно дунуть. Если не дунуть, то чуда не произойдет». А почему ты себя так хорошо в астрале чувствуешь? Летаешь самостоятельно даже.

— Так ведь именно тут и зарождался этот шар. — ответил шар. — Ты еще вспомнишь это.

— А что дальше? Куда тебя переместить? Или тут оставить? — продолжил я расспросы.

— Оставь пока тут. — легонько покачнулся шар, словно кивнув в ответ. — Кроме тебя, никто сюда больше не сможет проникнуть, и достать меня тоже.

— Я бы не был так уверен. — покачал я головой. — Один бандюган вполне смог один раз выпотрошить мой астральный карман, что помешает тому же Ананси провернуть это повторно?

— Ничто не помешает. — легко согласился шарик с аргументом и тут же привел контраргумент. — Но я не в твоем кармане. Это моя родина, и не одна система не сможет меня привязать ни к чьему имуществу. Так же и ты меня не сможешь отсюда извлечь, если я на то не соглашусь.

— А как ты вообще в физическом мире оказал… Ся? Ось? Ась? — решил я уточнить и этот момент.

— Ты же меня и вынес. Только тот, предыдущий ты, не нынешний. — охотно объяснил глазик. — Другие голоса не могут сюда перемещаться сами, поэтому пришлось мне пойти им навстречу.

— О, скажи еще вот какую вещь! — неожиданно понял я, что не состыковалось в этой истории с тем, что рассказали об этом оке и голосах эльфы. — Ушастые говорили, что души «голосов» никто не может поглотить, а тут Крон вырисовывается, и он типа может это сделать!

— Все верно. — с нотками растерянности ответил шар. — Никто под светом этой звезды не может поглотить вас, мои голоса. Ваша ментальная защита дает вам эту неуязвимость. Только вот, Крон живет теперь под чужими лучами. И, получив покровительство другого «ока», он получил превосходство надо мной. В прошлый раз Сефоттин пожертвовал своей жизнью, дав Крону поглотить его душу, и изнутри одолел его. На сей же раз Крон знает о такой возможности, и решил сначала получить очень сильное уровневое превосходство, прежде чем это осуществлять. К тому же, если бы он сумел добыть меня, этот шар, с помощью своей звезды они сумели бы обойти любые мои ограничения.

— Чем больше ответов, тем еще больше вопросов. — покачал головой Леха. — Денис все же голос?

— Конечно. — охотно ответил шар. — И, раз уж не получилось показать, расскажу так. Душа Вакха, которую вы так усиленно ищите, скрыта в теле Дениса.

— В смысле? — удивился паладин. — А что, можно в одно тело две души помещать без побочных эффектов?

— Он и есть переродившийся Вакх. — качнулся шарик таким образом, что можно было бы даже сказать, что он покачал головой, будь он головой.

— Тогда почему никто из искавших не вышел на него?! — воскликнул Леха. — Живую душу разыскать совершенно не сложно!

— Его душа покрыта сутью силы «Эгиды». — пояснил глазик. — И потому она сокрыта от любого взора. Любой взглянувший на Дениса до попадания на Небарру, не увидел бы ничего, кроме сияния силы Сефоттина. Но в мире без магии почти и не искали.

— А еще в мире без магии я не мог контроль маны начать осваивать, что привело бы к прорыву воспоминаний, верно? — усмехнулся я.

— Совершенно точно. — с оттенком радости подтвердил мою догадку шарик.

— А это, на самом деле, многое объясняет. — задумчиво почесал каску Леха.

— Кроме, пожалуй, факта наличия в моем интерфейсе чата с Вакхом. Пусть и неработающего. — добавил я.

— Вполне объясняется и это. — легко возразил шар. — Эгида скрывает настоящую сущность, а система видит энергию и метку уникальной способности. Не сумев отыскать источник маны Вакха, она просто присвоила жреческий статус и успокоилась.

— А почему ты вообще так легко сейчас это все рассказываешь? — спросил я.

— Время пришло. — получил я ответ. — Пути больше нет, а тебе нужны ответы. Иначе вопросов может больше вообще не быть. Силы, как вы его называете — Арктура — сильнее моих, и я не могу дальше создавать реальность событий. Лйутсфэуз тебе рассказал примерный план, но следовать ему или нет — решать теперь уже тебе.

— Ну, тот факт, что дорожных работников разогнали, а технику сдали на металлолом, не означает ведь, что по уже подготовленной лесной просеке нельзя пойти хотя бы пешком? — уточнил я. — Это всяко разно должно быть легче, чем просто ломиться через тайгу.

— По такой аналогии все верно. — словно кивнул, качнувшись, шарик. — Но на самом деле нет. Без моего вмешательства, «тайга» получается в любом случае, даже если повернуться и пойти назад, где только что была трасса. Там в плане управления событиями тоже будет тайга, словно и не было никакой дороги. Однако, если ты считаешь, что следует идти по сценарию, то иди. И помни про силу голоса. Она работает иначе, чем моя.

— А как? — решил я выяснить этот вопрос.

— Ты скоро вспомнишь, это проще, чем рассказывать словами. — ответил шар.

— Ну, ладно. — пожал я плечами. — В любом случае, мне легче, чем Лехе придется.

— В смысле? — не понял последней фразы воин.

— Ну, чтобы никто типа всяких Анансистов не прочитал твою память, тебе придется походить в облике этой хреновины с ментальным щитом. — пояснил я, а Леха сделал *рукалицо* и покачал головой. — А еще с умным лицом придется делать вид, что мы сосредоточенно ищем Вакха и знать не знаем, где он.

— Ага, значит, как речь зашла о собственной шкуре, так сразу забыл о выкупе? — усмехнулся ерпарх.

— Нет, почему же? — пожал я плечами. — Просто подготовиться надо. Им же Вакх нужен, а не Веселитель, вот и получат они ЕГО. Тем более, что босс наш с тобой просил взорвать там все к ебеней матери. Ну, или как там черные дыры уничтожают все вокруг себя? Главное, Лех, не проболтайся никому. По определенным причинам, я думаю, ты должен понимать, что в любой момент ты можешь беседовать с богом обмана.

— Хорошо, буду делать вид, что ничего не было. — кивнул ерпарх.

— Ну что тогда, если вопросов ни у кого больше к Глазику нет, то отправляемся обратно? — посмотрел я на Гуала и Леху и, не найдя вопросов и возражений, переместил нас в раскуроченный бункер космодесантников.

Глава 3

В бункере за это время мало что поменялось, только народа поменьше стало. Император, Архимаг, мастер Ка Дшуа, Тень. Монстродеры в полном составе, только Миюффт не видно нигде. Как и Эдюффт. Наверняка в инвизе где-нибудь сидит, или по бункеру сталкерит.

— О, молодой человек! Мы уж заждались вас! — воскликнул Архимаг, едва заметил наше появление. — Ну что, какие планы по дальнейшим действиям? Пересадка памяти?

— Не в этот раз. — грустно вздохнул я и развел руками. — Спойлеров наслушался тут от парочки знакомых, не получится ничегошеньки с этой задумкой, и получиться не должно было.

— Но в таком случае, и деталей ритуала, позволяющего переродиться с сохранением памяти, вы не сможете понять. — мигом погрустнев, ответил пухляш. — Для этого нужны хотя бы минимальные теоретические знания общего курса магии, и известной Академии базы по психомагии.

— Ну, тогда этот вопрос нужно обсудить вам с Гартаилом и какой-нибудь из Юффт. — пожал я плечами. — Кстати, где она?

— Тут я. — подала голос с нотками некоторой растерянности пустота, и из инвиза показалась малявка с какой-то новой блестяшкой на лбу, едва заметной под низко натянутым капюшоном. — И ты прав, из-за твоего ментального щита тебе бы не удалось привить ни одного самого малюсенького воспоминания. Придется думать, как укрепить твою душу, чтобы воспоминания не прорвались.

— Не, не так. — покачал я головой. — Нужно думать, как эти воспоминания достать, и при этом чтоб нихера там больше не треснуло и не лопнуло. И тут тоже небольшой спойлер. Для этого надо хорошенечко дунуть веселянки.

— Ну, мы так и подумали, что округа большого торжища, где распродается свежий урожай этого растения, привлечет твое внимание. — усмехнулся Император. — Поэтому в данный момент там в укромном месте разбивается полевой лагерь.

— Отлично. Нужно выкупить половину припасов у барыг. — потер я руки. — Сколько, как думаете, монет на это понадобится?

— Думаю, в районе двух миллионов золотых. — задумчиво потер свой костюм в области немалочисленных подбородков Архимаг.

Ээээ… Это они оборзели или это так много товара? — аж растерялся я от такой цифры. — А скидку за опт? Не?

— И то, и другое. — усмехнулся пухляш. — А скидка — это если бы товар сложнореализуемый был, а тут — достаточно дефицитный. Едва торговец поймет, что тебе нужна большая партия, он и ценник задерет. Ему то что? Он так и так продаст и свое получит, опоздавшие на торг и без того уедут домой почти без покупок. А вот ты, коль монеты зажмешь, останешься без нужного тебе ингредиента. А такие объемы просто так никто не покупает, тут явно какая-то особая, магическая или алхимическая цель.

— Ну да. Накуриться в хламину — цель достаточно важная, пусть и не алхимическая. — пожал я плечами.

— Мне кажется, он просто не понимает соотношение «объем-цена». — обратился Леха к Архимагу, а после перевел взгляд на меня и пояснил. — Денис, по завышенной цене веселянку тебе отдадут монеты за четыре за мешок, итого у тебя будет около пятисот тысяч мешков веселянки. Этого хватит, чтобы накурить в хлам половину достаточно плотно населенного Арпатира, или две трети Грамзы. Не все такие крепкие, как ты, большинству достаточно колючек пять-шесть, чтобы в осадок выпасть.

— Хм… Спасибо за консультацию, дружище… — задумчиво потер я подбородок. — А скажи, если взять стандартный мешок, как эталон, то тот погром, что мы у князя местно-славянского устроили, на сколько мешков потянет?

— Думаю, мешков на девяносто-сто. — немного подумав, выдал Леха цифру. — Вот и представь, что будет с такого объема, что ты хочешь затарить.

— Однозначно, треш, угар и безудержное веселье. — усмехнулся я. — Ну, а раз уж у тебя весельеметр появился, то прикинь, сколько нужно дыма, чтобы, например, настоящего Гуала оркорака ухламить, или Мардукора.

— Дууумаааюю… Где-то около ста… — задумчиво протянул Леха. — Может, ста десяти…

— Всего сто мешков? — удивленно поднял я брови.

— А, нет! — вышел из задумчивости Леха. — Тысяч! Сто тысяч мешков, плюс-минус!

— А, ну вот! — радостно взмахнул я руками. — Я ее в дым перегоню и в астрале законсервирую, у себя в кармане! А потом, как все закончится, накурю богов в честь такого события! Думаю, они уже давненько не веселились!

«М: Только попробуй! Еще раз прокляну!» — неожиданно самостоятельно выскочил чат с боссом.

«Аноним: *эмоджи с грозовой тучей* Проклиналку оторву, сынок. *строгий смайлик, грозящий пальцем* Такой праздник даже нам грешно будет не отметить. *подмигивающий смайлик* Идея просто — *три эмоджи-молнии*» — и дата отправки сообщения — через неделю!!!

«М: Это что сейчас было?! *охреневающий смайлик*»

«Я: Ну, я так понял, вы там типа в соседних камерах, вот и спроси у него сам».

«М: У кого???»

«Я: А у тебя много отцов с молниями и путешествиями во времени?»

«М: А, ну да…»

И отключился.

— Что он сказал?! — хором воскликнули Император и Ка Дшуа, уставившись на меня глазами фанатиков, после чего удивленно переглянулись и вновь посмотрели на меня.

— Да так, семейные разборки в общем чате. — махнул я рукой и, случайно задев Леху, получил электроразряд. — Ай, блин, ты чего это вдруг Электролехой стал?!

— Это не я, это ты. — сделал шаг в сторону от меня Паладин. — Электровеселитель. Чего вдруг наэлектризовался?

— А, видимо привет от громовержца. — покивал я и решил сменить тему. — Короче. Кто что сейчас делает? Надо ж, наверное, быть в курсе всеобщих действий. Архимаг?

— Академия продолжает работать в стандартном режиме, что тут еще сказать? — пожал пухляш плечами. — Магистры каждый перероет свою библиотеку на предмет информации о Вакхе, вплоть до детских сказок и контекстных упоминаний. Посмотрим, проанализируем, авось, какую зацепку найдем. Зачарованные книги — вещи куда более долговечные и надежные, нежели технологичные носители информации.

— Наши же нейросети уже прошерстили все Арпатирские носители информации. — продолжил за ним Император. — На нашем материке зацепок нет. Все древние артефакты уже давно найдены, учтены и опечатаны в архивах. Реликвий Вакха со следами хотя бы остаточной магии нет, что есть — полные пустышки, что является нормой для реально умерших богов. Нужен какой-то артефакт типа накопителя, где могла остаться его мана.

— Могу сказать тоже самое про территорию центрального храма. — развел руками Ка Дшуа. — Сканирующие зонды также разосланы по всем известным святым местам Вакха во все миры, где было зарегистрировано его присутствие на поиски следов его маны. Ерпархи в данный момент занимаются тем, что вручную перепроверяют результаты машинного поиска более ранних сканирований, показавшие нулевой результат. А там, на минутку, информация по всем доступным мирам, не только по Небарре. Можем передать на анализ все известные мифы, легенды и сказания, где Вакх под любым из своих имен и обликов упоминается, аналитикам Академии, если вы считаете, что там может быть что-то зашифровано.

— Это было бы просто великолепно! — оживился Архимаг. — А в каком виде предоставите?

— Думаю, к вашему законодательству наиболее подходящей формой будут инфокристаллы. — пару секунд подумав, ответил старый мастер. — С головными обручами для считывания.

— Отлично, с радостью примем такую помощь. — кивнул пухляш.

— Тень, а ты чего там притих в углу? — обратился я к затаившемуся и подозрительно тихому главе местного божественного сословия.

— Я общаюсь с Аппатаком. — ответил эльф. — Он, как вы могли заметить, не смог воплотиться на совете, разрываясь в данный момент на тысячи миров. Сила его, несомненно, возросла, но он все-равно не успевает быть везде, где он нужен.

— Видимо, настало время выпускать оркораков ему на помощь. — произнес Гуал Вакалар. — Жаль, конечно, что времени мало прошло, им еще учиться и учиться силы контролировать. Но, как бы там ни было, они сильнее Аппатака. Думаю, по паре тысяч миров нагрузки на каждого, сможем с него снять.

— Не думаю, что это разумно при текущих обстоятельствах. — неожиданно подал голос спокойно за всем и всегда наблюдающий, но не вмешивающийся Гарик. — Такие сильные души, как у вас, станут прекрасной приманкой для Крона. А он, напомню, ловит, а вернее — уже переловил всех сильнейших богов Пантеона.

— Вот именно. — с вызывающей усмешкой кивнул Гуал ему в ответ. — Чего сидеть по норам и прятаться? Ему, с таким раскладом, парой божественных душ больше, парой — меньше, погоды не сделают! А люди страдают! Те, кто верил своим богам, оказались лишены их поддержки! Понятно, что на рожон лезть нельзя, и мы будем соблюдать осторожность. Но и ничего не делать уже тоже нельзя! Мардукор начал нас обучать азам, и какое бы у вас не сложилось впечатление, но он тоже проделывал ту работу, что и Аппатак, просто он не подавал виду, даже во сне! Чтобы у молодого бога ветра комплексов не было, что он в десять раз меньше может сделать на пределе сил, чем Мар! И он учил нас контролю силы, чтобы пользы от нашей помощи было больше, чем вреда. Пока можем, мы должны помогать нуждающимся разумным!

— В таком случае, я отдам приказ, чтобы вас пропустили к Аппатаку, к ключу. — кивнул Ка Дшуа.

— Без обид, мастер Ка, но ты в самом деле думаешь, что его ИСТИННЫЙ ключ он бы оставил в свободном доступе в мире смертных? — усмехнулся орк. — Их троны в главном пиршественном зале Пантеона — вот настоящие ключи их силы! Реликвии вашего храма не имеют и сотой доли той мощи, что проходит через них. И вот вам и ответ, почтенный дракон. Мы не будем выходить из божественной обители главными телами. Везде будут наши аватары. Пусть ловят их, сколько хотят!

— О таком я даже не подумал. — с легкой улыбкой сделал Гартаил легкий кивок-поклон головой. — Тогда замечаний больше нет.

— А я, если честно, предполагал нечто подобное. — едва заметно усмехнулся Ка Дшуа. — Пусть нам и не говорили. Значит, так было нужно.

— ГенадьВалерич, а если вы троны богов захватите, то может, и сообщение по мирам разослать получится? — решил внести я предложение. — Может, где у кого какой неучтенный накопитель маны завалялся, с энергией Вакха? Если кто знает, или владеет таким, пусть сообщит, или принесет. Уж как отблагодарить, поди сможем придумать.

— Замечательная идея! — усмехнулся Гуал и с едва заметной насмешкой в глазах посмотрел на меня. А может, мне просто показалось. — Как только освоимся, обязательно сделаем!

С этими словами орк просто провалился в пол и исчез.

— О, пока не забыл! — посмотрел я на Леху, а вернее — на его доспех, линии которого так и подсвечивались красным. — А то, что ты так легко энергию босса зачерпываешь, это норма?

— Понятия не имею. — пожал плечами паладин. — Я в первый раз ерпарх, и Мардукор впервые в такой ловушке заперт.

— На самом деле, это говорит о том, что Алексей, скажем так, истинно верит в Мардукора. — задумчиво, медленно, словно не желая говорить, но надо, произнес Ка Дшуа. — Хотя и это определение неверно… В общем, между их душами очень сильный канал, иначе быть не может. Мы, едва лишь вернулись из той пещеры, сразу проверили, работают ли стандартные жреческие возможности, и…

— И все оказалось, как у меня! — уверенным голосом перебил его Император. — Связь с начальством возможна в одностороннем порядке, когда он накопит достаточно силы, чтобы пробиться через барьер. Зачерпнуть ману своего бога нельзя, она сочится тонким ручейком. Благо, у нас у всех наши уникальные способности открыты за счет уровней, можем ими за счет собственной маны пользоваться, но куда как слабее, чем могли бы с поддержкой маной покровителей! Это ты, Денис, херпарх, ваши души с Мардукором сплетены на самом тонком плане бытия! Но вот Алексей — настоящий феномен в этом плане! Насколько я знаю, такое возможно, только лишь если полностью раскрыть душу при посвящении.

— Так может, так случилось, потому что я просто не понимал, как можно вообще открываться, или не открываться, на тот момент? — опять пожал плечами воин.

— Не стоит скромничать. — покачал головой мастер Ка Дшуа. — Ты, едва оказавшись в нашем мире, сумел активировать алтарь заброшенного храма. Только истинноверующий способен на такое, и признаться, я ни разу на своем веку подобного не встречал. Потому и Мардукор тебя ерпархом сделал сразу же, без испытания.

— Это так сейчас прозвучало, будто ерпархом босса может стать любой проходимец. — скептически поднял я бровь.

— Соглашусь, пояснение мое несколько сумбурно. — кивнул Мастер. — Не каждый, само собой. У человека такие понятия, как «честь и достоинство» должны быть в самой его сути, чтобы получить подобное предложение.

«М: Скажи им, что у Алексея просто душа с моей резонирует в очень близком диапазоне, вот и эффект такой возник. А то сейчас такого бреда нанесут — сами запутаются и хандрить начнут, что с ними что-то не то.»

«Я: И че, ты так все время теперь подслушивать будешь?»

«М: А чем мне еще тут заниматься? Наши камеры — просто пузыри воздуха и голый каменный пол, отсеченные от реальности мембранами искривленного времени! Магическое, физическое воздействие — ничего этим пленкам не страшно. Полная изоляция. Хорошо хоть, свет и звук пропускают, когда дед рядом — Крону скучно, он общением с нами иногда развлекается.»

«Я: И что даже в такие моменты его нельзя, например, лазером подстрелить, или мощной звуковой волной атаковать?»

«М: Да все у него предусмотрено. Ты думаешь, я не пытался? Барьер все излишки энергии обратно отражает. Я чуть сам себя «солнечной казнью» не поджарил, когда пробовал преграду на прочность».

«Я: И что, то что в астрале происходило, тоже видел?»

«М: А думаешь, почему я сказал, что «еще раз прокляну»? Та твоя метка гибели точно моя, раз уж выяснилось, что ты Вакх и есть. Извинений не жди — заслужил ты ее»

«Я: А за что извиняться то? Раз мы сделали так, чтобы ты ее на меня наложил, значит, иначе бы ничего и не получилось. Да и без этого «везения утопленника» я бы даже вырос другим, наверное»

«М: А с такой позиции я даже не смотрел на этот вопрос… Эх, и отца не спросить. Без Крона молчанка, а при нем точно не спросишь даже иносказательно, сразу все всё поймут»

«Я: Ну вот и играем в Штрилица до конца, значит»

«М: Поделишься планом?»

«Я: Конечно, я же сказал уже! Всех накурю!»

«М: *рукалицо*»

Глава 4

В общем, передав послание от босса мастеру, я поверг его ерпархов в очередной приступ ступора. Да уж, че то их без маны начальства своего морозит конкретно. Хотя, Леха тоже таким же был, пока босс мертв был. Наверное, схожие ощущения сейчас и у них.

— Мастер! — окликнул я встрепенувшегося от моего голоса Ка Дшуа. — А сколько у вас занимает времени обучение пилотов ваших этих птичек-синичек?

— Дня три, вместе с тренировками в симуляторе, а что? Есть кандидатуры? — заинтересованно спросил он.

— Ага. — кивнул я. — Стронк вон, чем не кандидат? Как я понял, он уже ас-пилот, пусть и права заграничные. Плюс маг воздуха высшего эшелона. Пойдет?

— Вполне. — удивленно кивнул он. — Но одного для полного укомплектования недостаточно.

— А почему вообще у вас при наличии нужной техники, нет пилотов? — задал я сразу начавший мучать меня вопрос, едва я услыхал об этом. — Или там прям настолько сложно управлять, что способных на это кандидатов хрен отыщешь?

— Да способных-то пруд пруди. — усмехнулся мастер в ответ. — Просто техника достаточно мощная в плане вооружения, не каждому ее доверишь. По мирам до сих пор гуляют легенды о различных огненных колесницах, чуть не спаливших все живое. Это все про один такой случай, когда техник угнал рядовой аппарат, от скуки, и почти уничтожил атмосферу в одном из миров, когда разбился о скалы со всего маху. Центральный реактор работал на всю катушку… В общем, эвакуировали боги тогда едва ли десятую часть населения, и те чудом выжили. После этого случая боевое крыло было законсервировано, обслуживается исключительно автоматами, а живых пилотов не набирали уже лет так… Тысяч пять, наверное. У вас есть кандидаты, в которых можно быть уверенными, что они не подведут?

— Так любые валькирии. — удивленно поднял брови Леха. — Их чувство чести, достоинства и преданности сильнее, чем даже у цивилизованных орков! Плюс это самая преданная Мардукору раса.

— Подтверждаю. — добавил Гартаил. — Еще, их врожденная скорость реакции очень подходит для полетов.

— А тот факт, что вся эта история затеяна ради поисков Вакха, не принесет проблем с ними? — пробулькал ерпарх-осьминог. — Простите, если это кого-то заденет, я до сих пор не научился разбираться в сухопутных расах и тонкостях их традиций, но помню, что он — причина гибели их родного мира.

— Месть — это самое последнее чувство, которое должно влиять на разум воительницы. — холодным, но полным патриотизма голосом ответила осьминогу Шииран. — В первую очередь, в нашей помощи нуждается Отец Войны, и даже если для его спасения нужно воскресить Вакха, любая валькирия пойдет на это!

— Ну, тогда будешь послом в валькирьские земли. — похлопал я ее по плечу, чуть ли не встав ради этого на цыпочки. — Мастер, можно какой-нибудь символ церкви ей дипломатический?

— Думаю, Альфгевард можно послать вместо нее. — задумчиво потерев лицо, произнес Ка Дшуа. — Она сама по себе — символ церкви и известна валькириям во всех мирах, где они живут.

— Тогда, как вариант, их можно отправить вместе. — пожал я плечами. — И даже дело не в том, поверят ем по отдельности или нет, но… Шииран прошла вместе со мной долгий путь и сможет ответить на многие вопросы, что связаны со всем, что происходило. Одно дело — рассказ этой вашей Альфгевард, и совсем другое — от первого лица. Ши, ты как, не против?

— Если нужно, я пойду и сделаю это. — ударила она правым кулаком по нагруднику доспеха и кивнула.

— Ну и отлично. — тоже кивнул я в ответ и обратился уже к мастеру и Гарику. — А что с драконами? Благородство, полеты, это вроде их синонимы, нет?

— Не все драконы благородны. — покачал головой Ка Дшуа. — Но соглашусь, с таким подходом, можно обратить взор на стаю красных драконов из Тррограна.

— Разумный выбор. — медленно мигнул глазами Гартаил. — Когда-то благословленные Мардукором, они сохранили ему верность и я лично могу за них поручиться, что они не предадут и с радостью пойдут в бой за ним. Только вот… Скажи, Веселитель, ты с кем так воевать собрался? Я в молодости застал «Стаю» храма в деле. Откровенно говоря, ковровая бомбежка ядерными зарядами меньше разрушений способна нанести. Им больше подходит присвоенное в ряде миров название «Колесница хаоса», нежели огненная или солнечная повозка.

— Пока не знаю, но, как говорил один забавный медведь: «Мне кажется, это бззззз — не с проста!». — пожал я плечами. — Не может быть, чтобы просто пара непонятных мне строчек в музыкальном пророчестве в точности совпали с имеющимся у храма воздушным эскадроном. Значит, надо подготовиться. Не понадобятся — заебись! Но вот совсем не заебись, если понадобятся — а их нет! Так что выходит, что тебе, Гарик, быть послом к краснокожим собратьям. Ерпарха в качестве удостоверения храмового нужно?

— Нет, это лишнее. — усмехнулся эльфодракон. — Все драконы давно знают, что мое слово надежнее жреческих медальонов.

— Ну и отлично. Теперь Да Ня. — на этих словах тихая и незаметная репортерша вздрогнула. — Маячки и всякие прочие зонды можешь оставить, но это уже не прогулка с бухлом и куревом. Шуруй домой и веди съемку по удаленке.

Странно, но мне показалось, что блогерша на этих словах даже с каким-то облегчением вздохнула, пусть и постаралась это скрыть. Мда, видимо, не спроста она так быстро все нужные лицензии и операции вне очереди получила. Ну, да ладно, Императора, или советников его в этом плане понять можно. Когда на шахматном поле пешка неожиданно становится ферзем — это еще понятно. Но когда она становится джокером и начинает бить морду шахматистам — тут надо своих агентов минимум на разведку посылать.

— Император, а вы в Да Ню случайно никакой портативной ядерной петарды не встраивали? — подмигнул я киборгу.

— Лично я — ничего не встраивал. — помотал он головой.

— Само собой. — понимающе кивнул я. — Такими ручищами только вражеские черепа в фарш превращать и потом из них мясовиков катать, с динамитной шашкой вместо носа. Но петарда-то есть?

— Как ты догадался? — усмехнулся он в ответ, посмотрев мне прямо в глаза.

— Да знаешь… Первое. Слишком уж она тихая и грустная ходила все это время. — начал было я загибать пальцы, но потом вспомнил про разнообразное значение жестов, и прекратил. — Второе. Лу Вар очень уж бабахи любит. Третье… Пусть и незаметно, но она сейчас обрадовалась тому, что я ее домой выгоняю. Четвертое… А оно нужно?

— Денис, скажи, у тебя есть для меня задания сейчас? — неожиданно спросил Леха.

— Да так вроде нет, а что? — пожал я плечами.

— Ты же все-равно сейчас к Хиндзи не собираешься? — продолжил задавать вопросы паладин и, дождавшись моего утвердительного кивка, продолжил. — Я тогда к нему смотаюсь по-быстрому. Честно — за тобой такой сообразительности давно не наблюдалось, и я считаю, что прям необходимо знать, какие еще в тебе будут изменения от людской веры.

— Вот прям совсем в меня не веришь, да? — сделал я оскорбленное лицо.

— Вообще ни капли. — покачал он в ответ головой, чем вызвал у Лисы приступ смеха.

— Ну ладно, вали. — пожал я плечами, и воин скрылся в портале, ведущем в Академию.

— А я никуда не собираюсь, мне и тут весело! — категорично заявила наемница, едва заметила на себе мой взгляд.

— От меня тоже не избавишься! — скрестила руки на груди Миюффт. — Сейчас накуришься там всякой дряни без меня, потом душу ни по каким осколкам не соберешь!

Вдруг резко звуки реальности приглушились, а голова слегка заболела и закружилась, и в глазах слегка потемнело. Несильно и недолго, буквально через секунду все прошло, но. Едва я вернулся в реальность…

— От меня тоже не избавишься! — скрестила руки на груди Миюффт. — Сейчас накуришься там всякой дряни без меня, потом душу ни по каким осколкам не соберешь!

— О, блин, давно не было. — помотал я головой и потер виски руками.

— Чего не было? — тут же заметила неладное со мной мелкая. — Тебе опять плохо?

— Не опять, а все еще. — помотал я головой. — Дежавю. Ты вот свою последнюю фразу сказала, и руки скрестила. А потом тут же еще раз. Пару лет такого уже не было, думал, прошло…

— Ааааа, гадалки в роду были, да? — понимающе покивала она головой. — У меня такое нечасто, но тоже бывает, только немного по-другому. Я иногда словно вспоминаю забытый сон, и знаю, что будет вперед на несколько секунд. Так пророческий дар спонтанно проявляется. Бабушка говорила, что это нормально.

— Может, и нормально, если гадалки были. — пожал я плечами. — Только вот я первая гадалка. Ни мама, ни дед с бабкой о таком не рассказывали никогда.

— А отец? — с интересом спросила она. — По отцовским линиям пророческие таланты передаются даже чаще, чем по материнской.

— А хрен бы его знал. — пожал я плечами в ответ. — Не видел я его никогда, и никто ничего о нем не знает. А мать не рассказывала особо ничего о нем. Ладно, что там с торжищем? Переносимся туда уже, не нравится мне в этом развороченном бункере. Словно в гигантском осином улье сидишь.

— Только еще один вопрос, как раз о насекомоподобных, на обсуждение вынесем. — сказал Император. — Мастер, несмотря на ваш купол, в подземных пещерах наблюдается экспоненциальный рост числа особей арахнидов. И тут не может быть никакой речи об ускоренной инкубации. Им не хватило бы на это их запасов биомассы. Косвенные показатели датчиков говорят о наличии портала, работа которого не смогла быть прервана блокирующим полем.

— Но это совершенно невозможно! — вроде как искренне удивился Ка Дшуа. — Эрг-Зэдцевы поля вводят пространство в состояние полного стазиса, блокируя пространственные манипуляции любой природы! Хоть магической, хоть техногенной, хоть даже смешанной!

— Мастер, перед вами стоит двухультовый херпарх. — покачал головой Император. — Это тоже считалось невозможным, причем в этом вопросе в свое время поставили точку сами боги. Технологию ваших полей я не знаю, но давайте разберем их принцип работы. Возможно, вы упускаете какую-то очевидную вещь.

— Например, скорость течения времени в этих ваших порталах. — предположил я. — И не надо так смотреть! Это же очевидная вещь, в которой у Крона несомненное преимущество над всеми!

— Хм. А ведь и в самом деле… — почесал лоб Ка Дшуа. — Надо, конечно, делать расчеты и модулировать ситуацию в эмуляторе, но думаю…

— А, че считать! — махнул я рукой. — Ананси! Жопа твоя паутинистая! Мы угадали? И нехер молчать, я знаю, ты подслушиваешь!!! Спалился ты.

— Как?.. — раздался из углов шепот. — Это самая идеальная прослушка, какую я когда-либо создавал!..

— Ну, вот, сам же и сдал себя. — пожал я плечами. — Вроде древний, а что такое «брать на понт» — не знаешь. Переобщался, видать, ты с пауками своими, забыл человеческие повадки совсем. А вообще, это просто ожидаемо было. Так что, мы угадали с тем, как вы обошли этот хренов купол? И нахрена ты арахнидов сюда перегоняешь?

— Да… Угадали… — тяжело вздохнув, ответил шепот Ананси. — И это — гарант вашей скорости… Говоришь, неделя? Хорошо… Если не выполнишь свое обещание через неделю, рой пойдет чистить этот материк… Затем — соседний… На третью мы начнем осаждать храм… И через месяц сотрем его вместе с вами, если вы не сдержите слово…

— Если подглядывать, подслушивать и поднюхивать не будешь — будет тебе все через неделю. — кивнул я. — Но учти, если я замечу твою слежку… Я телепортируюсь к тебе в любую точку вселенной, предварительно нажравшись гороху, перловки, яиц и квашеной капусты и устрою тебе такую газовую камеру, что месяц глаза потом слезиться будут.

— НЕДЕЛЯ!!! — рявкнул хор злых голосов бога обмана и замолчал.

— Что, думаешь, что напугал его? — с усмешкой спросила Лиса.

— Уверен. — кивнул я в ответ, после чего осмотрел собравшихся. — Ну что, где там моя веселянка?

Глава 5

В общем, отослав монстродеров вместе с мастером в центральный храм, в качестве стартовой локации их квеста, сам я выдвинулся в миниимперию Син Та. Или в Син Ту? Ее вообще можно склонять? Эх, жаль Лехи нету. Полевой лагерь разбивали, как ни странно, солдаты императора. И пусть само понятие «лагерь» было достаточно громким для палаточного городка… Но и сами бойцы при этом были в технологичных скафандрах, и стол в штаб-палатке был с голограммным проектором явно не магической природы. Ответ оказался достаточно простым:

(Надпись на картинке: Астрологи объявили неделю повышенной боевой готовности. Закон о запрете техники в Грамзе и магии в Арпатире для участников события отменен)

Самое просто решение, и не нужно ничего выдумывать, чтобы обходить законодательство. Император отправился к себе на родину, сославшись на государственные дела, в штабе же за него был Лу Вар. Архимаг же сказал, что его совет с управлением страной прекрасно справится без него, как справляется постоянно, поэтому он не может пропустить самое веселье. В общем, центральное салохранилище Академии попиздёхал с нами. Тень же растворился в своей стихии, заявив, что благодаря этому он и с нами будет, и везде. А заодно и в безопасности. Одно дело бухать вместе, и совсем другое — курить с Веселителем, рядом с половиной годового урожая веселянки.

Поскольку основные вопросы были уже решены, то я приступил к синтезу монет. И мешки для них. Если кто забыл, а думаю, таких немало, местная монета весит около пяти грамм. А мне нужно два ляма их. Даже если фасовать для удобства расчетов и инкассации по тыще монет в мешок, то выходит тыща мешков по пять кило. Пять, сука, тонн. Но суть проблемы оказалась даже не в том, чтобы синтезировать такую гору металла, пусть даже синтез золота требовал больше маны, чем прочие вещества. С каждым разом, как в мозгах всплывало новое воспоминание, ульта требовала все меньше и меньше усилий и концентрации, а как глазик показал мне, что я и есть Вакх перерожденный, так эта ульта и вовсе стала ощущаться, как привычная с рождения часть тела.

Главной проблемой было это все считать и раскладывать. Принтер-то в меня встроить — встроили, а вот про калькулятор забыли нахрен. Заебался я уже на третьем мешке, даже несмотря на помощь Лисы и Миюффт. Спасителем в этой ситуации стал, как ни странно — Архимаг. Причем не магией. Притащив бутылочку проспоренного винишка, он разлил напиток весьма и весьма отменного качества, и принялся вручную пересчитывать монеты с такой скоростью, какой позавидовала бы любая счетная машинка, перелистывающая пачку купюр за несколько секунд. А морда пухляша, частично освобожденная от его мумиеобразного костюма, просто светилась от счастья. И только вспомнив, что он в прошлой жизни был купцом, ко мне пришло понимание. Чувак просто соскучился по старому занятию!

Причем соскучился он настолько, что даже решил пойти вместе со мной закупаться товаром. Ну, как — со мной. Это скорее я с ним. Набросив на себя иллюзию, Архимаг стал похож на толстого японского борца сумо, одетого скорее в белый чехол для автомобиля, нежели в кимонообразный халат. На космодесантников, отправленных Лу Варом на наше сопровождение, он набросил облик орков-наемников. А бластеры-автоматы превратились в мощные арбалеты классической конструкции. Ну, еще на транспорт пришлось иллюзии накладывать. Навряд ли местные поезд из антигравитационных самоходных платформ приняли бы за обычный купеческий обоз. А вот шеренга из телег, которую тянул вытянутый кристалл вместо упряжки лошадей, уже что-то поближе к реальности. Пусть и дорогим такой двигатель был и смотрелся, как какой-нибудь ламборджини или бентли в мухосранске. Но в целом, это встречалось. Ну, подумаешь, олигарх на сельском рынке. Соскучился по натуральным овощам. Хотя и тут я немного лоханулся с аналогиями.

Упряжек с кристаллами тут было дохера. Правда, и народа при этом было десять раз по дохуя. А торжище… В общем, огромное поле, вытоптанное уже до голой земли. Размером с хороший такой поселок, километров десять на десять. Огромная палаточная ярмарка. И не только палаточная. Торговые тряпочные шатры, войлочные, шкурно-кожаные, травяные… Крытые телеги-фургоны и просто сваленные в кучу мешки с товаром, привезенные верхом на вьючной скотине самых разных видов.

Да и сами купцы были также самой разной расовой принадлежности. И только то, чем они торговали, объясняло, почему на ярмарке совершенно нет никакой ксенофобии и расизма. Знаете, была у меня как-то девка, в пивнухе работала, в крупной сети. Получала по меркам нашего города неплохо. Предложила своей подружке резюме подать. Так не взяли подружку — потому что та не пила практически! Мол, как можно продавать пиво — и не любить его? Вот и тут то же самое. Потенциальный покупатель должен видеть, что товар прущий, а не просто с чахлого лопуха репьев нарвали.

Да, ту же охрану, допустим, никто не накуривал. Иначе бы и смысла ее с собой таскать не было. Но конфликты все же были редки даже между телохранителями разных торговцев. Дело в том, что это не просто народный рынок. Столица Син Та, одноименный город, обеспечивала охрану, обеспечивавшую порядок на торжище. И нарушителей порядка просто и без затей выпинывали с торжища, конфискуя товар и деньги в казну. Какой смысл был в этом городскому бюджету? Ну, первое — один конфискат окупал стражу лет на пять. Да и второе достаточно очевидно. Огромное количество народа вливало в эти дни в экономику города баснословные суммы. Не все желали ночевать в поле, или тем более — окружающем его лесу. Туризм и гостиничный бизнес били ключом.

Вот торговцы и покуривали, пребывая постоянно в веселом расположении духа. И товар свой сразу прорекламировали, и профилактику вспышек плохого настроения провели. Отчего и агрессивный маркетинг тут не имел места быть. Вот как обычно на рынке — идешь и глохнешь от того, как на тебя каждый торгаш орет, что вот у него — самые вкусные яблоки. А у другого носки — самые ароматные на всю округу. А тут как бы — одно и то же у всех. Ну, может есть небольшая разница по месту произрастания, где от почвы и солнечности прушность продукта зависит. Но не критичная. Различались дополнительные прибамбасы, которыми тоже немного приторговывали. Как вам, например, приспособа для курения, похожая на мундштук для сигареты, только стаканчик пошире и подлиннее, и сигарета туда не вставляется. Красивый резной мундштук из белой плотной древесины! Туда несколько колючек веселянки утрамбовывается и курится. Или добавочный фильтр! Трубка с хлопковым волокном, или с очищенной шерстью, или любым другим волокнистым материалом. С одной стороны — тот мундштук вставляется, другой стороной — в рот сувать. Там образом и фильтрующий материал не нагревается и не обугливается, и поменять его можно, когда загрязнится. Таким образом вся копоть от горелого травяного материала оседает, а магическая суть свободно проходит. Как в вальяне, только не водой чистится, а, грубо говоря, ватой.

Но это уже для совсем ничего никогда не куривших. Я вот, помню, в детстве, решил я с пацанами курево попробовать, в тринадцать лет. Обычное, табачное. Спер у деда пачку беломора. Бабка-то на него все время ворчала, что воняло от него этим куревом, от которого даже комары морщатся и облетают дымящего по широкой дуге. А потом падают без сознания в ближайших кустах. А тут от меня учуяла. Сразу, с порога. Я уж и головку лука перед этим съел, и даже чеснока три зубчика, когда понял, что простым полосканием рта от запаха этого не избавиться. Но не спасло. Короче, когда рука у нее дедовым ремнем махать устала, заставила она меня залпом две пачки этой дряни выкурить. Народные методы борьбы с детским курением — они такие! Думал, кишки тогда выблюю… С тех пор на табак смотреть не могу!

Короче, понравился мне этот мундштук, и купил я его. Мог бы я такой синтезировать? Наверное. Но чуваки старались, делали. Почему бы и не порадовать людей монеткой? Всего-то пол-золотого. Даже сдачу забирать не стал.

— А нам лагеря-то хватит, под полмиллиона мешков? — с сомнением посмотрел я на уходящий в сторону лагеря загруженный первой партией мешков караван. — Всего тысяча за ходку! Это ж неделю так ходить!

— Ну, допустим, не неделю, а пару дней… — почесал Архимаг затылок. — Но это и не моя идея была. Передумали, молодой человек?

— Не, если я какую херню задумал, я до конца доделываю. — помотал я головой. — Даже если уже сам понял, что в хрень ввязался. Просто скучно и муторно это все.

— Просто нет в вас торговой жилки. — с какой-то ноткой сожаления вздохнул пухляш. — Лично мне это доставляет искренне удовольствие! Может, бросить это все, передать Академию тому же Хлаа, да вновь в торговцы податься?

— А что, что-то мешает торговать, оставаясь у руля? — спросил я, пожав плечами. — Просто так по миру бродить вам это, как я понял, не мешает.

— Тоже верно. — одобрительно покачал головой главмаг. — В общем, если вам скучно, я могу заняться скупкой, а вы идите в лагерь, да займитесь, чем хотите.

— Не получится чем хотим. — ехидно пробормотала Миюффт. — Ломаются некоторые.

Лиса хихикнула и отвернулась, типа рассматривает товар очередного торгаша. А я даже не сразу понял, о чем речь. А когда понял, *рукалицо* сделал. Мда. Видимо, плохо я на нее влияю. Это моя привилегия, до лицерукоприкладства окружающих доводить!

В лагере выяснилось, что если портала в академию не видно, то это совершенно не означает, что его нет! Один из соседних от штаб-палатки шатер скрывал в себе пространственный переход в магическую цитадель. Собственно, это все, что он скрывал. В данный момент в нем один за одним скрывались так и скрытые иллюзией бойцы Арпатира, конвоируя цепочку тележек с веселянкой. Аккуратно свистнув один мешок с последней телеги, я направился к штабу.

— О, ты как-раз вовремя! — воскликнул, увидев меня военный советник. — Гуал передал весть, что в мире под название Дайнеосс артефакторы отрыли спящую реликвию Вакха. Ничьи сканеры не могли бы засечь этот фон, реликвия хранилась в историческом музее древней магии, там более активных и фонящих поделок разных божеств — уйма! Если бы не древний архивариус, заставший еще живого Вакха и помнящий наизусть список хранимых артефактов, никто бы и не отыскал! В данный момент организуется совместная экспедиция для транспортировки реликвии, это займет пару дней, если не будет форс-мажоров.

— Ну вот. Я же говорил, что просто херово искали. — пожал я плечами. — Где самое надежное хранилище для него можно организовать?

— В центральном храме, конечно! — удивленно воскликнул Лу Вар. — Самые древние и самые продвинутые достижения техномагии у них! Причем, насколько мне известно, во всех мирах… А тут даже простейшими регенерирующими капсулами жмотятся поделиться…

— А типа у вас все так херово с медицинскими технологиями? — усмехнулся я.

— Ну, может, не так и плохо, но могло бы и получше быть. — буркнул советник. — Мы даже капсулы эти сами уже почти изобрели! И даже не в военных целях. Вот какая, скажи, разница, на пять лет раньше они у нас появятся, или сами придумаем чуть позже?

— Ну вот представь себя научным советником. — пожав плечами, ответил я. — Пришли к тебе дикари и просят научить чему-нибудь. Станешь ты альтруизма ради этим заниматься?

— А чего представлять, на меня пока эту должность и свалили, пока кандидата подбирают. — вздохнул советник, после чего задумчиво посмотрел на мой мешок. — Слушай, а не одолжишь пару колючек? Может, хоть мозги с шунтами обратно подружатся.

— Да ваще без базара. — развязал я мешок и, зачерпнув полный кулак, протянул киборгу. — На, оттянись по полной. Без отпуска, наверное, ебашишь.

— Да куда мне столько! — даже отшатнулся Лу Вар. — Меня с одной-то унесет на орбиту! У меня же тут… — похлопал он стальной ладонью по нагруднику. — Килограмм тридцать биомассы! Туловище, голова, и все!

— Бедняга. — покачав головой, вздохнул я. — А как же трахаться?

— О, с этим то проблем нет! — хохотнул он. — Кнопку нажал, компьютер все нужные сигналы в мозг отправил, гормональную смесь вколол — оргазм сильнее, чем обычный!

— Да уж, не быть мне Арпатирским киборгом. — вздохнул я и высыпал колючки на стол. — Короче, сколько надо, столько и возьмешь. Только вот мне куда упасть? Не прямо ведь тут упарываться.

— Смотри. — над столом появилась полноценная голограмма нашего палаточного лагеря, и советник ткнул в одну палатку пальцем. — Мы вот тут. А тебе вот сюда. — ткнул он в палатку на противоположном краю обустроенной поляны. — В ней установлен генератор двустороннего защитного поля, понадобится — можете врубить. Ни извне никто не проникнет, ни изнутри ничто не выйдет. Только смотри, не повреди, там реактор рвануть может килотонн на десять. Нам-то в доспехах ничего, а вот вам, мясным, туго придется.

Поблагодарив киборга, я подхватил мешок и мы с наемнице и мелкой направились к указанному нам пункту назначения. Все же, немного подсикивают мне палатку у себя под боком ставить. Хотя, оно и верно. Сколько раз уже со мной хуйня происходила, если так прикинуть? А сколько раз она от меня и начиналась?

— Значит, так. — остановился у входа в наше палаточное логово. — Миюффт, понятное дело, идет внутрь, ей мои мозги с душой страховать. А вот ты, Лиса, как?

— Это что это, ты мне предлагаешь в стороне от главного веселья остаться! — искренне возмутилась рыжая наемница. — Щас, ага!

— Предупреждаю, я упарываться буду в хламину, там чисто от моего дыма можешь на неделю в осадок выпасть. — сделал я последнее предупреждение.

— Не понимаю, ты отговариваешь или наоборот — агитируешь? — усмехнулась Лиса и просто молча зашла в палатку.

— Ну, я, если что, предупреждал. — пожал я плечами. — Если лишние рога вырастут, или крылья, или десять сисек — я не виноват!

Глава 6

Первое, что бросилось в глаза, едва я вошел в палатку — агрегат в виде усеченной пирамиды, достаточно похожий на тот, что обеспечивал нас антисептической защитой в очаге прорыва гнили. С одним лишь различием. На передней ко входу поверхности, на блестящей поверхности корпуса выделялся большой ярко-красный тумблер. И надписи вокруг него. Сверху — «ПОЛЕ», слева — «ВЫКЛЮЧЕНО», справа — «ВКЛЮЧЕНО». И пусть сами надписи были выполнены каким-то даэдрическим шрифтом, система благополучно осуществляла онлайн-перевод. Сейчас тумблер был в выключенном положении.

— Это вот этот артефакт что ли — тот самый генератор? — обошла вокруг агрегата, с интересом его разглядывая, Лиса.

— Очевидно, что да. — пожал я плечами. — Включи, чо уж. Чтоб местные лишний раз не волновались.

— Это что, вот этой штукой его активировать? — осторожно потрогала она тумблер.

— Ну а что тут непонятного? — решительно подошла к агрегату Миюффт и, слегка пошевелив рычаг выключателя, поняла, в какую сторону он переключается и врубила аппарат.

Из усеченной пирамиды вылезла странная металлическая конструкция, сам агрегат загудел, задрожал, и от него прошла едва заметная волна, едва появившееся из него устройство начало вращаться. Никакого давления прошедшая волна не производила, так — легкая щекотка. Но через пару секунд после того, как эта прозрачная пелена прошла сквозь стены шатра, аппарат щелкнул, перестал дрожать, а воздух в палатке стал словно немного гуще. Выглянув наружу, я увидел вокруг нашего временного жилища, метрах в пяти, прозрачный, потрескивающий редкими электрическими разрядами и слегка искривляющий изображение внешнего мира, купол. Ради интереса достал лук со стрелой из астрального кармана и выстрелил в эту пленку. Так, безо всякой напитки маной. Чисто механический выстрел.

Ни с каким звоном стрела от пленки не отлетела. Сначала она словно застряла в невидимой мишени, воздух и купол вокруг нее заискрился десятисантиметровыми голубыми разрядами электричества, после чего стрела тупо упала на землю, после чего телепортировалась обратно в карман. Прикольно! Интересно, а что будет с «испепеляющей мощью», которую может придать стрелам лук? Зарядив новую стрелу сотней маны, я жахнул по защитному полю. Оставляя за собой тонкий огненный шлейф, стрела подобным же макаром застыла в куполе, и тут же, едва ее полет был прекращен, вся нерастраченная «мощь» высвободилась в виде взрыва. Аж в ушах зазвенело.

Тут же открылся небольшой портал, и из него кубарем, поблескивая кинжалами, выскочила Лиса. Прокатившись по земле и застыв в боевой позиции, она быстро повернулась вокруг собственной оси, выискивая угрозу.

— Не мандражуй. — помахал я ей правой рукой, левой убирая лук обратно в карман, после чего мизинцами поковырял в ушах, пытаясь прогнать этот противный звон. — Это я озорничаю.

— Мог бы и предупредить. — покачала головой наемница, убирая кинжалы обратно в ножны.

— Ну извините, не подумал. — развел я руками.

— В общем, все, как всегда. — высунулась из палатки мелкая.

— Ну. — кивнул я. — А че менять традиции?

Лиса лишь молча покачала головой и, крутанувшись на месте, резво нырнула в на миг открывшийся портал, выныривая с внешней стороны защитного купола, лицом к нам. Беззвучно пооткрывав рот, она вопросителььно посмотрела на нас, ткнула указательными пальцами на уши и с вопросительным выражением лица помотала головой. Я помотал в ответ. Наемница провалилась на месте, в прямом смысле и чуть было не свалилась мне на голову, падая из открывшегося в воздухе пространственного окошка.

— Забавно, говорю! — хохотнула Лиса, глядя на то, как неловко я увернулся от ее падения-прыжка. — Даже заряженные маной стрелы блокирует, а телепорты — нет! Еще и звук, как выясняется!

— Да они, похоже, еще не додумались до того, как порталы блочить. — пожал я плечами. — Это ж только храмовники местные знают, как делать. Короче, я курить.

С этими словами я зашел обратно в палатку, создал штук десять кресел-мешков и, плюхнувшись в один, достал местный мудштук. Подгребя к себе мешок, я забил в него штук пять колючек, создал с помощью «огнемета» огонек в ладони и подкурил агрегат. В целом, прикольно, конечно, но не очень удобно. Нужно держать эту штуковину почти вертикально, чтобы пепел горячий не выпадал. Так что, сосредоточившись, с помощью Вакховой… Хм… Так а выходит, пора уже говорить, с помощью «своей»? В общем, с помощью творящей ульты, поддав маны в основание стаканчика с травой, размягчил древесину и загнул его на манер курительной трубки.

— Ну вот! Другое дэло, товарыщ Бэрия! — пробормотал я, как умея, пародируя Сталина, довольно затянулся творением, после чего провел по верхней губе рукой, выпуская облачко маны и отращивая густые усы.

— Ну вот интересный ты, ага! — возмущенно отобрала подошедшая ко мне Лиса трубку и плюхнулась в соседнее кресло-мешок. — Главное, о себе он подумал, а другие что? Прямо во рту должны поджигать?

— А что, нэплохая идэя. — сделал я лицо укуренного Илона Маска и, зачерпнув сразу горсть веселянки, забил ею рот и приложился к ней огнеметом. — ПЫХ!

— Да ты что творишь! — воскликнула Миюффт, резко врубая хилку и начиная поливать меня лечебным светом, а заодно и обезболивая ожоги. — Хоть бы сначала живучесть повысил для регенерации!

— А что, нэплохая идэя! — попытался я сказать, но получилось лишь бессвязное мычание из-за забитого тлеющей травой рта.

«Да ладно уже, полечу» — раздался в голове голос Миюффт. — «Не напрягая ядро души лишний раз, матрицу потянешь».

«Пых-пых» — подумал я ей в ответ.

«Пых-пых, мазафака?» — усмехнулся голос в голове.

«Пыхменно!» — ответил я ей и сделал глубокий вдох, за один затяг уничтожая весь подожженный заряд во рту.

И провалился в темноту.

Ощущение было, словно я падаю в колодец вниз спиной, а вверху, за пределами колодца, остается реальность и отдаляется вместе с изображением и звуками. Однако постепенно падение замедлялось, пока я не осознал, что просто завис, словно в воде. Я попробовал посмотреть на свои руки, но их у меня не было. Как не было ног, хера и прочих частей тела. Чисто точка обзора от первого лица, плавающая в пространстве. Как камера в VR-видео. Попробуйте, кто не знал, на том же ютубчике посмотреть. Особенно увлекательно видео с американских горок и карусели типа рейнджера, или как там это чудовище по подготовке космонавтов называется. Ну, в котором кресло подвешено, которое на триста шестьдесят градусов крутится, и это кресло еще вверх-вниз по кругу катается. Я когда на такое наткнулся, лежа на кровати чуть вертолета не словил. А это я еще трезвый был. Даже специальные очки не нужны, можно телефон поворачивать для изменения направления обзора, или пальцем поворачивать. Еще, кстати, такая же порнушка есть, но там качество фигня, и вообще не об этом щас речь!

Щас речь о том, что я плыл в темном пространстве, но откуда-то шел свет. Разобравшись, как управлять направлением обзора, я повернулся на свет. Бабочка, уже однозначно знакомая мне, как душа. Мягкий желтоватый свет, как… Ну да, как от нашего Солнца. Это в полдень если на него смотреть, то оно белое. А так-то оно желтоватое. Интересно, глазик специально так сделал, или совпадение?

— Нет, не специально. — раздался рядом неопределенной гендерной принадлежности Глазика. — Но и не совпадение. Вы, мои голоса, самая чистая моя суть, а моя эссенция… Мана, так вы это называете, она желтая, как и мой свет. Вот и ваш свет тоже желтый.

Я посмотрел в сторону источника звука, и увидел туманный, расплывчатый образ темного шара, покрытого бледным облаком тумана.

— ЭТО ЕЩЕ ЧТО ТАКОЕ?! — вспыхнуло с противоположной стороны от шара белое сияние, вещающее голосом Миюффт.

Я перевел взгляд на источник этого светозвука. Почти прозрачный силуэт мелкой психопатки, и сияющая, словно лампочка-пятисотваттка, бабочка в груди этого фантома. Душа Миюффт была настолько мощная, а крылья ее настолько огромные, что раскидывались, по ощущениям, на несколько метров в разные стороны, придавая ей образ ангела.

— Глазик, знакомься — это Миюффт, она же Эдюффт, она же мелкая, маньячка, пиздючка и аптечка. — переведя взгляд на шар, произнес я и повернулся к мелкой. — Миюффт, знакомься, это Глазик. А еще шарик, всевидящее око, артефакт Норн, душа нашей звезды, Солнца нашего, мать и бать всего живого в нашем мире, а еще…

Пространство вокруг булькнуло, а внизу, там где была та самая первая душа, что-то вспыхнуло. А у меня, хоть явно и не было тут тела, заболела голова.

— А еще то, что сплело все наши пути воедино. — закончил я мысль. — И сделало нас такими, какими мы стали.

— Судьба-хозяйка? — вопросительно посмотрела на тень шара Миюффт. — Та самая безликая и всемогущая?

— Не такая уж и всемогущая, как выяснилось. — немного смутившись, ответил Глазик. — Но и так меня тоже называют.

— Ладно, познакомились и хорошо. — хотел было я кивнуть, но без тела не очень получилось. — Кто ответит, где мы?

— На границе твоей души. — охотно ответил Глазик. — Ты пришел вспоминать. Следуйте за мной.

С этими словами шарик тронулся с места и поплыл вниз, оставляя за собой едва заметный шлейф из окружавшего его тумана. Я попробовал двинуться за ним, и на удивление, это получилось с первого раза. Миюфф же последовала последней.

«Денис, это действительно… Оно?» — раздался голос Миюффт, но уже не со стороны, а «внутри» моей «головы».

«Конкретно это — не знаю, но голос его… Ее… Короче, голос, вроде, Глазика. Если каждый желающий по моей душе не может шароебиться, то с максимальной вероятностью это оно.» — подумал я в ответ.

Ответных вопросов больше не последовало, и до самой бабочки мы плыли в тишине. Когда мы приблизились к моей душе, и она уже была сравнима с пятиэтажкой, внутри нее стала заметна цепочка из шариков. Семь штук внутри бабочки, по две — снаружи с двух концов. Видимо, чакры? В одном из шариков, что был условно «сверху», там, где у настоящей бабочки была бы голова, была трещина. Но сам шарик был небольшой, и деталей было не рассмотреть. Аккурат над ним Глазик и застыл.

— Дальше я не могу идти. — грустно произнес шар. — Такого грубого вмешательства ты пока не сможешь перенести. Но она — сможет! Даже сейчас она не такая яркая, как ты, и не опалит ничего. Да и бывала она уже в тебе.

— Не то, что некоторые… — проворчала за спиной мелкая маньячка.

— Не стоит спешить, дитя мое. — с улыбкой в голосе ответил Глазик. — Не так уж и много подождать он от тебя требует, а ты уже сейчас не сможешь постареть, если сама того не захочешь. Целительские способности, и твой уровень силы уже способны преодолеть старение. Так что у вас будет вечность, чтобы даже надоесть друг другу.

— Ну, если уж ты это обещаешь, тогда ладно. — резко повеселела Миюффт. — А мы ничего не сломаем, пока он вспоминать будет?

— Теперь ты можешь сделать все аккуратно. — легко ответил Глазик. — Но я все-равно помогу, хотя бы отсюда, извне. Я не могу просто так потерять голос с даром творца. Шанса, чтобы родить второго, может и не быть…

— Но, похоже, и горевать сильно не будешь, если что? — каким-то странным тоном спросила у шара Миюффт.

— Возможно, я неправильно выражаюсь, что у тебя сложилось такое впечатление. — грустно ответил Глазик. — Но и ты пойми. Я не человек. Возможно, когда-то… Чем-то подобным я могло быть… Но я звезда. У звезд иные эмоции, иные ценности… Хотя нет, эмоции достаточно похожие. Просто… Скажи, если бы у тебя было детей столько, что можно сбиться со счета… Миллионы миллионов… Дети, что едят друг друга, чтобы стать сильнее и жить дальше, не будучи сожранными другими братьями и сестрами… Ты бы сильно горевала, если бы кого-то из них, пусть и лучшего из лучших, не стало? Ты, дочь рода Паларимам, ответь на этот вопрос.

— Очень сложный вопрос. — крепко задумалась Миюффт. — Но, кажется, я примерно понимаю, о чем ты.

— Я не хочу терять никого из голосов. — таким же грустным тоном продолжил Глазик. — Но и… Руки на себя накладывать не стану, если это случится. Тем более, что и рук то нет. Я… Я не Арктур. Что бы ни случилось, любой ценой, но жизнь не должна обрываться хотя бы в последнем из моих живых миров. Но для этого нужен хотя бы один целый голос, иначе вместилище моей души разрушится, а с ним и мое огненное тело вспыхнет в последний раз и погаснет навсегда. Так что идите в слой разума, там все нужные вам ответы.

— Слой разума? — удивился я. — Это вон тот треснувший шарик вместо мозгов?

— Именно. — подтвердил Глазик. — Только это не отдельный шарик. Все сферы. Что ты видишь — это слои одной сферы. Твой разум пока трехмерен и не вышел за грань восприятия, а душа твоя — тринадцатимерная субстанция. Но пока это лишняя информация. Через пару миллионов лет, ты подрастешь, подучишься, и тогда можно будет переходить к высшей психометрии. А пока иди, и вспомни, что должен.

И невидимая рука подхватила меня, и с размаху швырнула в сторону чакры-шара, перечеркнутого полоской трещины, края которой были схвачены белыми сияющими скобами. Содержимое трещины — желтоватый туман — переливалось… Видеороликами. Как газеты из Гарри Поттера с живыми картинками. Только тут словно кипящий суп из движущихся образов. И едва я приблизился к разлому, как из него вырвались длинные толстые щупальца, и обхватив меня, утянули в глубину моих воспоминаний…

Глава 7

— Если скажешь, что мы ищем, то вместе мы можем сделать это быстрее. — сказала Миюффт, когда мы проплывали мимо очередного видеоролика из моей нынешней жизни. — Если нужно какое-то воспоминание Дениса, то можно было и не погружаться… Сюда. Я бы и так это смогла бы найти это в твоих мозгах. А если из прошлого воплощения, то тогда нужно глубже спускаться.

— Да я пока просто осваиваюсь. — хотел было отмахнуться я от нее, только нечем было. — А так… Я и сам толком не знаю, что надо. Вроде как, нужно воспоминание, в котором зашифрованы пароль и название некоего файла, что я спрятал в архивах центрального храма. Там должны быть чертежи агрегата, или артефакта, который сможет найти душу Вакха.

— Хорош кривляться. — усмехнулась мелкая. — Все уже, у кого извилин хватает, поняли, что ты Вакх, а Алексей — Артарил. Очевидно, что, когда Мардукор убивал его, он вложил в свой удар столько маны, чтобы через его душу добить до твоей. Потому у него и канал связи с его богом такой сильный остался, в отличие от его коллег. Проковырял, так сказать.

— Даже так? — от удивления я даже остановился и оглянулся на маньячку. — И кто еще это… Понял?

— Ну, раньше всех — Архимаг. — ответила она. — Еще в Академии, когда ты сказал, что видишь магию. Видишь ли… Вакх, ну то есть ты, основал этот ваш орден каменщиков. Именно для того, чтобы они в этом мире основали Академию, и провели ритуал по возвращению тебе памяти. Как один из хранителей ордена, он понял, что ты — это ты, лишь решил перепроверить все, освежить в голове. Он и про Алексея первым все понял.

— Кто еще знает? — решил уточнить я. А то, может, уже и смысла таиться нет.

— Ну, так никто… Либо хорошо скрывают мысли. — немного задумалась Миюффт. — Алексей, он как бы уверен в том, что ты Вакх, но все же это больше из разряда теорий. Он еще сомневается и наверняка даже сам для себя не берется этого утверждать. Гуал Вакалар, готова спорить, с самого начала все знал, просто ждал, когда ты сам до этого дойдешь.

— А если Архимаг знает, то нафига он тогда эти копания в архивах устроил? — решил уточнить я у нее. А вдруг знает?

— Чтобы отвлечь остальных. — усмехнулась мелкая. — Что надо, он давно уже убрал из библиотеки да в своем личном архиве спрятал. Но он не до конца уверен в том, что если кто-то из его подчиненных докопается до истинны, то он станет молчать. Вот и нагрузил их пустой работой. Так что, погружаемся в нижние слои?

— А нам стоит спешить? — спросил я. — Или косяк догорит, и меня отсюда выкинет?

— Ха! Да ты столько вдул — ты еще полчаса в отрубе будешь! — хохотнула Миюффт. — Просто действительно не понимаю, зачем тут находиться, если я любое из этих воспоминаний могу тебе оживить?

— Это возрастное. — очередная привычная и безуспешная попытка растерянно развести руки в стороны. — Знаешь, когда взрослеешь, стареешь… Начинаешь испытывать такое чувство, как ностальгия. Вот, например, ты бывала в этом году там, где ты была, когда тебе было лет пять? Или, может, игрушку какую давно потерянную находила? Вот и тут. Можно воспоминания со стороны посмотреть.

— Или заново пережить, если к ним прикоснуться. — добавила мелкая. — Ну, или погрузиться в них, в твоем случае.

— А что у меня за случай? — даже не задумывался я до этого момента, как меня воспринимают со стороны собеседники в этом месте. — Как я вообще выгляжу?

— Ну, ты просто искра. — пожала прозрачными плечами Миюффт. — А что ты хочешь поностальгировать?

— Да вот хотя бы это. — подплыл я к одному «памятному» ролику. — Там я… О, помню.

И, не заметив, как прикоснулся к тонкой и почти неощутимой пленке поверхности воспоминания, оказался затянут в него. Да, это было через пару дней после того, как я очнулся в больнице после длительного запоя. Ну, того, в который я ушел после смерти деда и бабки. Несмотря на то, что это уже приводило меня в реанимацию, я в этот день уже тоже напился. Осень, начинавшая примораживать по ночам. Это и послужило причиной того, что я протрезвел сильнее обычного, когда уже сидел на берегу реки и тупо пялился на отражение Луны в поверхности воды. Как я туда пришел, я не помнил. Но помню, что в телефоне, даже без наушников, у меня была зациклена на повтор одна песня.

«Князь(КняZz) — Человек-загадка»

«Тебе интересен человек-загадка!

Знать меня желаешь, что ж изволь…

Я давно не весел, на душе так гадко -

Раздели со мною эту боль.»…

— И вправду, мне интересен ты, человек загадка. — хихикнула в ухо мне-искре Миюффт, только вот оглянуться и найти ее взглядом не было возможности. В данный миг я видел все от лица себя-воспоминания.

«Припев:»

…«Если ты поверишь мне, ты прикоснешься к моей тайне, -

Я буду виден в полночь при луне, застыв на том берегу.

Ты знай, я — не такой, как все! Теплей оденься на свидание.

Ведь, если будет холодно тебе — ничем я не помогу!»…

Я никому не говорил, но именно эти строчки и перевернули мне мозги. Сидя в одной майке на берегу осенней реки, я ощущал, как подступающий морозец уже начинает добираться до моих внутренностей. И если бы я даже уже сейчас не отрезвел от холода, то прямо тут бы и уснул. И уже никакой Сергей Дмитриевич, самый лучший реаниматолог нашей больницы, не вернул бы меня. Только если он тайком некромантией не промышляет. Я бы, если честно, не удивился. Говорят, мужик настоящие чудеса творит! В общем, если прямо сейчас я не встану и не пойду домой, а завтра не свалю из этой дыры, то…

…«Встанет пред тобою призрак одинокий,

Сквозь меня увидишь темный лес.

Я не в ладах с судьбою и с самим собою.

Знала б ты в какой я омут влез»…

Собравшись с силами, я поднялся и пошел в сторону дома. Немного погодя перешел на легкий бег, чтобы согреться. Не выпуская продолжавший орать песню телефон из руки. А далеко же ведь, пиздюк, забрался! Минут десять бежал чисто до края деревни. Хм. А ведь если так подумать, то песня эта не могла просто так взяться… Интересно, а могли Норны через обычный телефон достучаться? Или это я сам себя еще в прошлом воплощении так запрограммировал?

— Стой! Куда ты? — раздался удивленно-испуганный удаляющийся голос Миюффт. — Что происходит?!

А происходило то, что меня словно за шкирку, выдернуло из этого воспоминания. Белые туманные, и по ощущениям липкие щупальца утаскивали куда-то, по ощущениям, вниз, в глубину. Куда — стало понятно достаточно быстро. Мимо мелькнули края огромной по сравнению со мной пропасти. Если верхний слой был скреплен скобами, то этот слой, более внутренний, что ли… В общем, он был зигзагом сшит толстым канатом, а его поверхность была накрыта чем-то типа белого брезента. Местами порванного, дырявого и побитого жизнью и временем. В одну из таких дыр меня и затянуло.

Развернувшись в несущем меня потоке силы зрением вниз, я стал наблюдать, что же это такое и куда меня утягивает. Сильный приступ «головной боли» с головокружением, характерный для острого приступа «вспоминания, и я оказываюсь на уже знакомой площадке на астероиде, возле хрустального шара на подставке. Моя рука лежит на поверхности глазика. Моя пухлая, жирная, как, впрочем, и все прочие части тела, рука.

— Да уж, делать наводку событий на технику без зачарования — тот еще геморрой. — усмехаясь, покачал я головой и посмотрел на Норн, а также Сефоттина, Гуала и Лйутсфэуза.

И меня выкинуло из видения. Хотелось поморгать и протереть лицо руками, но не было ни рук, ни глаз, ни век. Оставалось лишь медленно качаться и осматриваться. Наверху, условно, было небо из белого рваного брезента. По бокам — уходящий вдаль разрыв, похожий на американский Гранд-каньон. Внизу… Какой-то белый туман. Ради интереса я направился к этому самому туману, на ходу рассматривая окружающие стены ущелья.

Отвесные пузырящиеся туманные стены. Так же, как и над брезентом, они состояли из видеороликов. И, видимо, чем ниже — тем ближе к детству. Как я это определил? Вакх молодел по мере опускания? Нет. До определенного момента его возраст застыл, и пару километров, по субъективным ощущениям, он вообще не менялся. А потом начал молодеть и худеть по мере моего погружения. На самом дне были детские воспоминания. Если сравнить с толщиной слоя памяти меня нынешнего слой воспоминаний Вакха, то это как если сделать бутерброд с маслом, где мои воспоминания — стандартный тонкий слой масла, а воспоминания прошлого воплощения — полуметровой толщины буханка хлеба. Неудивительно даже, что попытки достать воспоминания с самого дна привели к тому, что душа треснула. Представьте, что у вас есть супер-пупер-не-ебаться-какой-крутой-магнит, и железяка на двухкилометровой глубине. И вы этим магнитиком эту металлохуёвину достали. Что будет с грунтом на этом месте? Херня будет. Вот и с душой то же самое и произошло.

В туман на дне нырять не стал. Хер его знает, что это и что со мной случится. Что может быть глубже памяти о прошлой жизни? Память позапрошлой? Ядро или матрица души?

«Правильно думаешь, шестой» — раздался «в голове» голос глазика. — «Этот туман — это сама твоя суть. Если ты коснешься его поверхности, последствия будут печальными. А памяти еще более прошлых воплощений ты уже не найдешь, они канули… В тебе самом, при перерождении»

«А зачем вообще такие сложности?» — подумал я в ответ.

«Не знаю. Так просто есть. Так устроены души. Может, тебе бы смог ответить Творец нашей вселенной, но точно не я» — с некоторой грустью ответил Глазик. — «Как я понимаю, это некоторого рода страховка. Запасной трамплин, откуда можно добыть жизненный опыт предыдущих воплощений. Иначе бы он исчезал вместе с накопленными уровнями при перерождении. Но уровни поглощаются матрицей при первом перерождении, а вот память — при втором. Те воспоминания, что ты сможешь перенести на свой нынешний слой, ты сможешь использовать, когда вновь переродишься»

«То есть, если я в лучших традициях упоротых хомячков, надсажу пупок и вытащу весь этот запас наверх, то я вспомню все, что знал и умел Вакх?» — переспросил я. — «А Крон, выходит, подобным образом каждый раз делает?»

«Именно!» — как-то даже радостно воскликнул глазик. — «Но вот все не нужно. Умения вспоминать — хорошо. Но память личности обычно приносит лишь сумасшедствие»

«Ой, можно подумать, мне есть куда еще больше ебнуться» — усмехнулся я в ответ.

«Напрасно ты так думаешь» — опять погрустнел голос артефакта. — «Шизофрения, раздвоение личности — вот примеры, известные на твоей родине. Или, как в случае с Кроном. Его прошлые воспоминания превосходят даже твои в разы. Когда он добывает их из недр своей души, его прошлое Я поглощает его нынешнего, растворяя жалкие крупицы новой памяти в себе, как океан растворяет слезу».

«А почему нельзя было его убить просто до того, как он получил свою ульту и вернул себе память?» — искренне удивился я. — «Только не говори, что было невозможно его отыскать!»

«Смотри» — ответил голос, и меня подхватила невидимая рука, поднимая ввысь, почти к самому верхнему краю пропасти.

После чего меня просто с силой запихнули в один из видеороликов на поверхности клубящихся стен. Дальнейшее я перескажу очень коротко, насколько вообще могу. В ускоренном варианте передо мной проносились видения взрывающихся планет и нашего Солнца. И каждый раз к этому приводило одно и тоже — Крон. Его убивали во младенчестве и пытались поглотить его душу — но, как только он оказывался в утробе кого-нибудь из богов, он начинал поглощать других обитателей «чертогов смерти» этого бога. И, набирая уровни даже после своей смерти, он получал уровень активации, возвращал себе память. Суперхищник, или даже вернее сказать — суперпаразит. Даже в вариантах с поглощением его души Сефоттином — самым сильным богом нашей системы — он проворачивал этот фокус, изнутри выедая сначала его чертоги, а затем и его собственную душу.

В этом у Глазика вышел просчет. Никто из голосов не может быть поглощен. Так сказать, скорлупа — как у черемуховой косточки — неперевариваемая. Но вот изнутри никакой защиты не было. Можно ли было с помощью Сефоттиновой способности ходить во времени прыгнуть далеко-далеко в прошлое и уничтожить Крона еще до того, как его душа стала сильной? Можно. В таких вариантах пространство на пару световых лет от Солнца схлопывалось в ноль. Даже не в черную дыру. Просто сама материя вселенной переставала существовать, дабы спасти себя от парадокса. Ведь если бы Крон не стал сам собой, то не родился бы Сефоттин, не полетел бы в прошлое, не убил бы отца, тот бы родился, породил Сефоттина, тот бы полетел в прошлое… Вечный научно-философский спор. Так вот. Творец предусмотрел защитный механизм от этой херни. Обнуление сектора мироздания с парадоксом. К тому же эффекту приводило, даже если бы был послан кто-то другой. Чтобы послать в прошлое киллера по чью-то душу, нужно чтобы в будущем о нем знали. А если его не было никогда, то и не пошлет никто и никого не убьет. Ну и далее по той же схеме.

Было несколько вариантов, как прекратить эту бесконечную цепочку. Верней, было несколько вариантов, но с одним способом разрешения вопроса. И тот не стопроцентный. Но ситуация, в общем то патовая. Либо получится, либо нет. Но если не делать, то будет «нет» в любом исходе.

— Ох, еле тебя отыскала! — воскликнула появившаяся рядом Миюффт. — И то судьба помогла.

Но я ей не ответил. Голова, или что там мне ее тут заменяло, просто раскалывалась от объема видений, что сейчас проносились в моей голове. И даже не имея тела, я ощущал, что каньон буквально ходит ходуном. Даже находясь, скажем так, внутри его стенок.

— Подожди, я сейчас. — посмотрев по сторонам, серьезным тоном сказала мелкая и потускнела.

Несколько секунд, и я ощутил, как голове становится легче, а душетрясение утихает. Невидимая рука с силой дернула меня и вместе с Миюффт вытащила нас на открытое пространство разлома.

«Ты все видел, и теперь знаешь, почему вы все это затеяли» — произнес голос глазика. — «И то, как действовать с таким раскладом событий — тоже. Но вот помочь с тем, где закопано воспоминание с ключом к той машине, что ты соберешь, я не могу»

— Ничего, мы справимся и отыщем необходимое. — весело ответила ей вновь засиявшая Миюффт. — Я нашла подходящего размера железную воронку и забила туда полмешка веселянки. Этого ему на три-четыре часа стабильного поиска хватит!

И больше глазик не отвечал.

— Смотри. Для того, чтобы отыскать нужное воспоминание, нужно сосредоточиться на интересующем тебя вопросе так, словно ты пытаешься это вспомнить. — учительским тоном начала говорить мелкая. — Душа сама вытолкнет тебе нужный образ. Или притянет тебя туда. Скорее всего даже второй вариант, у тебя, я так поняла, именно такой принцип работает.

— Погоди-погоди. — перебил я ее. — Сначала колись, откуда такие познания!

— Ну, это… — Неожиданно растерялась Миюффт. — В общем, от Зив. Она в психомагии разбиралась, передала мне диадему памяти…

Речь целительницы была прервана тем, что стены окружавшего нас каньона заходили ходуном. Словно водяной матрас, на которой с разбегу прыгнул сумоист. А снизу появился яркий источник яркого красного света. Посмотрев туда, я увидел, как из серой туманной пелены выглянул огромный глаз, налитый кровью. Либо правый очень-очень-очень грустный, либо левый, но в крайне неблагоприятном расположении духа. И, судя по шраму, пересекавшему его веки, это был левый.

Глава 8

— Ты нафига мне хату разносишь, босс? — поприветствовал я Мардукора, заглянувшего на огонек. — Как ты это, кстати, делаешь?

— Через нашу связь, олух! — рявкнул бог войны, непонятно откуда. Ладно глаз в душе — но рта то там не было. — Почему я должен узнавать о смерти своей жены при таких обстоятельствах?

— При каких? Стоп, какой смерти? — хотел было непонимающе я поморгать, но все еще нечем было. — Юффт, он о чем?

— Ой… — растерянно потупила она взгляд. — Я не думала, что нас тут кто-то еще может слышать…

— Что с ней случилось? — прорычал Мардукор уже более тихим, но от того лишь еще более устрашающим тоном. — Вы как-то к этому причастны?!

— Да ни к чему мы не причастны! — резко перешла в наступление Миюффт. — Это ваша семейная привычка трагически жертвовать собой! Она просто сгорела на троне Величайшего от перегрузки, вот и все!

Упс! А я же знаю, на самом деле, о чем речь идет… Теперь знаю, только что спойлеры посмотрел, просто воспоминания еще не совсем улеглись, очень уж много вариантов за раз посмотрел. Доктор Стрейндж из войны без конечностей отдохнуть может. Главное, сейчас не сказать начальнику, что это мы так запрограммировали события через глазик, чтобы у нее возникла подобная идея… А то от его вспышки гнева мою душу разорвет на клочки. Зачем? Честно — мне иначе не хватит маны на спасение мира, как бы пафосно это не звучало. Более того — даже так, с кучей благословленных виноградников по мирам, если собрать всю ману всех, кто бухнет этих чудесных ягод, ее будет впритык.

— А по какому вообще слову ты понял, что это произошло? — решил я сменить тему. Давно уже заметил, что дай только боссу поумничать, как он достаточно быстро начинает отходить — сказывается его аспект бывшего министра науки. — Просто по тому, что она о ней в прошлом времени высказалась?

— Это ты просто разницы не видишь! — рыкнул Мардукор, но действительно начал постепенно отходить. Вспыльчивый он, но отходчивый. Я вот другой, меня хрен разозлишь, но, если довели — неделю злой ходить буду. — Ты мыслишь по-русски, тебе душа перевод на родной язык осуществляет. А в ее родном языке, как в английском вашем — много дополнительных времен! И одно из них — так называемое лингвистами «мертвое время»! Прошедшее погибшее, прошедшее умершее, прошедшее убитое, и такие же варианты с настоящим и будущим. УнИнРаЛ переводит это, кстати, задействуя тот же механизм, с помощью которого ты ее понимаешь тут, в глубинах души. Он на основе этого раздела психомагии и разработан. Так вот, она сказала о Зив в прошедшем умершем времени!

Ну вот, об этом я и говорил! Под конец этого монолога шеф злился уже больше по инерции, потому что так сразу в ноль не успокоишься после такого потрясения. Но душа уже перестала трястись и колыхаться, и красное сияние от глаза уменьшилось. Как и сам размер Мардукорова глаза на матрице моей души.

— А будущее и настоящее мертвые времена это как? — стал я уводить разговор в левое русло.

— Будущее означает, что кто-то умрет. — начал пояснять шеф. — В частности, что он погибнет, сам умрет или его убьют. Настоящие формы, собственно, означают, что это происходит в настоящем… Ты чего мне зубы заговариваешь?!!

— Да чтоб ты не кипятился как китайский чайник. — огрызнулся я. — Щас закончим со всей этой поебенью и вытащим мы твою Зив из атсрала! Забыл, что ли, как тебя воскрешали?

— А если не получится ничего?! — рявкнул Мардукор. — Что тогда?!

— Тогда она единственная, кто по настоящему уцелеет в этом пиздеце!!! — рявкнул я в ответ, устав терпеть его крики. — Вот, смотри сам!

Стены окружающего меня коньона колыхнулись, «голова» заболела еще с полминуты назад, но ко мне пришло понимание, что и как сделать. Ну, как пришло — вернулось. Видимо, вон по той тонкой туманной ниточке, что тянулась от меня к стене. За эту самую ниточку я и потянул, вытягивая за нее из бездны воспоминаний только что виденные мною вероятности. Знания сами всплывали из памяти, а сознание понимало, что это пиздец какая высшая магия! Но живые картинки спокойно слушались мысленные приказы и, уплотняясь, освобождались от туманной составляющей, что была… Да, концентрированной силой духа. То, что когда-то было жизненной энергией — праной — после смерти превращалось в астральный туман, и заполняло этот слой души, сохраняя, консервируя в себе воспоминания. И, когда душа уходит на перерождение, старый слой воспоминаний сбрасывает эту энергию в мир духов, сливая память в матрицу, придавая ей дополнительные свойства. Несомненно, в этой жизни моя душа получила огромный стартовый запас маны за счет поглощения слоев с уровнями и, наверняка, душами множества алкашей. Но в следующем воплощении за счет поглощенных воспоминаний я получу еще более крутой баф. Все умения и навыки, которыми при жизни владел Вакх превратятся в стартовый набор предрасположенностей.

Откуда я все это знаю? Вот и у меня возник этот же вопрос. Сам процесс очистки воспоминаний от тумана занял несколько секунд, и я мысленно швырнул комок концентрированных образов в зрачок Мардукору. Это займет его на некоторое время. Оглянувшись, я понял, откуда такой бонус к вспоминаемости. Сброшенный с воспоминаний туман окружил меня, не желая отступать и превращаясь в нитки-паутинки, тянущиеся к стене.

Так вот, про предрасположенности. Знаменитый принцип врожденного таланта. Когда дети рисуют, нигде до этого не обучаясь, лучше многих взрослых — это тот самый принцип проявляется. В позапрошлой жизни они наверняка были людьми, получившими профильное образование и посвятившими всю свою жизнь искусству. И вот, переродившись и поглотив эти воспоминания и навыки, они получили врожденный талант к этому роду деятельности. Так и появляются прирожденные маги, пророки, воины, музыканты и прочие-прочие-прочие гении своего ремесла. Собственно, даже этот феномен прекрасно объясняет тот факт, почему нынешние детишки с пеленок уже, еще не умея читать, включают телевизоры, отправляют смс и с прочей техникой легко ладят. Этот навык у них в самом прямом смысле — в душе!

С этими воспоминаниями можно было поступить в двух вариантах. Достать на верхний слой и пользоваться при жизни, либо оставить тут, и получить бафф в далеком будущем. Третий вариант — поплавать тут и насмотреться на то, что я когда-то знал и умел… Ну я все-равно не запомню все! Я уже даже начал забывать то, что видел в тех вариантах развития будущего, и детали нынешнего сценария… Одно понятно — трещину эту надо заделывать, как только все уляжется. Если душу мою хорошенько тряхнет, то и верхние воспоминания — личность меня нынешнего — могут рухнуть в эту пропасть. Или наоборот, может произойти извержение памяти Вакха. И сейчас, будучи подключенным неожиданно образовавшейся пуповине, соединявшей меня со стенами каньона, я в полной мере осознал правдивость того, о чем говорил Глазик.

Да, во многом мы с Вакхом были схожи. Черты характера, привычки, темперамент. Но это черты, присущие именно моей душе. Я буду таким в любом из воплощений. Но если его личность прорвется наверх — меня не станет. Слишком много ненужной памяти и… Она не моя. Пусть тут можно отыскать такие веселые оргии, охватывавшие целые миры, какие не приснятся ни одному порнорежиссеру, даже если он снюхает весь кокс планеты. И я сейчас вовсе не про уголь. Хочу сам такие устраивать, а не вспоминать чужие!

И тут я понял, что ухватившие меня щупальца тумана начинают затягивать в себя. С каждой секундой просматривать старую память становилось все легче, но я при этом словно засыпал. Встрепенувшись, я дернулся прочь, рывком сокращая расстояние от бурлящей стены, почти поглотившей меня. Оглянувшись по сторонам, я увидел тусклую тень Миюффт. Понятно, абонент оффлайн. Глянул вниз. Удивленный красный глаз, походу, до сих пор посматривал сброшенный видос.

— Уф, успела! — воскликнула неожиданно вернувшаяся целительница. — Ты полмешка за десять минут скурил! Пришлось остатки в воронку вытряхнуть и Лису за добавкой посылать.

— Десять минут? — удивился я. — А по моим ощущениям, часов пять уже прошло!

— Ты, наверное, сжатые воспоминания просматривал. — пожала она плечами. — Это нормально. Ну, что дальше?

— Дальше? — задумался я. — Думаю, дальше надо найти информацию по тому самому файлу, архиву, или в какой там форме зашифровано послание, да возвращаться в реальный мир.

— И все? — удивленно-возмущенно воскликнула мелкая. — Тут же целый кладезь информации! Высшая божественная магия одна чего стоит! Где ты еще такое возьмешь?

— Надо будет — Гуала спрошу, или босса. Он, в конце концов, мне должен еще два желания.

Отыскать нужную информацию не составило труда. Пуповина, которая чуть не утянула меня в пучину воспоминаний, никуда не делась, только затягивать прекратила. Мда, без веселянки бы ничего не получилось. Вот за этим Вакх ее и создал. Нет, все же я — это Я! Денис Степанович Синюхин! А Вакх — это Вакх. Древний толстый бог-алкаш, давно канувший в могилу, собственными руками ее вырыв в кровати Мардукора. Самое изощренное самоубийство, хотя и классное. Даже просто поваляться рядом с такой красоткой… Это, пожалуй, даже жизни стоит! А тут еще и ради спасения мира…

Ах, да, архив! Как говорится — хочешь что-то спрятать — положи это на самое видное место! Чертежи того-самого центрального храма Вакха, что вошел во множество легенд об уничтожении родного мира Валькирией. В архивах храма была полная триДЭ копия со всеми фресками, узорами и прочей ахенеей. И вот эти, на первый взгляд абстрактные узоры, если знать, откуда и какие участки брать, можно сложить в нужный агрегат. Только вот функция у него будет совсем не поисковая, но не об этом сейчас речь. Речь сейчас о том, что ключ к расшифровке хранится в той самой реликвии, что была спрятана в магическом музее в одном достаточно развитом мире. Думаете, просто так архивариус прожил хуеву гору лет? Его Вакх благословил! А тот и мечтал о бессмертии как раз. Не просто так, само собой, благословил. А с тем, чтобы, когда надо, эта реликвия «случайно» отыскалась. И информация, зашифрованная и там, и там, независимо друг от друга, никаким компом бы не вычислилась. Ключ так вообще ахинею содержал, если не знать, что это и куда применять.

— Значит так. — оторвался я от созерцания воспоминаний. — Для дальнейших действий нужно дождаться, пока привезут реликвию. Так что у нас есть пара дней, чтобы хорошенько погулять напоследок.

— Мне не нравится такая формулировка. — нахмурилась Миюффт.

— Мне тоже. — пожал я несуществующими тут плечами. — Но все может быть. Если все заебись сложится, то круто. Но может и не получиться. Не хочу, знаете ли, вечность потом в Кроне перевариваться, и чтоб при этом вспомнить нечего было, так что надо выходить и накуриваться!

Ого. Что-то не помню, а мелкая раньше *рукалицо* делала?

Глава 9

Возвращение моего разума в тело далось мне достаточно тяжело. И дело вовсе не в том, что голова гудела или тошнило, или еще что-то подобное, что часто описывают в книжках. Дело было в том, что в собственной душе я был в самом ясном и трезвом рассудке. Тело же мое было укурено в слоновью говнину и в данный момент блаженно пускало слюни, глядя на то, как Лиса таскает в палатку мешки с веселянкой. При этом тело обнимало какую-то странную полуметровую воронку, похожую на дорожный конус, которыми раскуроченные участки огораживают, только без квадратного основания и красного цвета. Видать, запчасть от чего-то. И совершенно не с чем сравнить состояние, когда ты из полностью трезвого за долю секунды превращаешься в истощающий тонкие струйки белого дымка тело. Благо, наемница тоже уже дунула, и в процессе поддавала добавки, так что мешки она транспортировала в очень хорошем расположении духа, а ее местоположение даже за пределами шатра можно было легко определить по направлению ее перемещающегося смеха.

— Эй, ты как? — похлопала меня по щекам Миюффт, с некоторой долей беспокойства заглядывая мне в глаза.

— Хо-хо-хорошо! — ответил я ей голосом Санты и сам же рассмеялся от такой шутейки, после чего подумал, что неплохо было бы отметить новый год, пока есть возможность и начал синтезировать красный костюм прямо поверх своего костюма охотника за нежитью. — Собирай народ, будем наряжать елку, водить хороводы и пить хороводку!

— Кажется, тебя сильно накрыло. — вздохнула мелкая и положила мне на лоб светящуюся ладошку. — Ну ничего, сейчас полегчает.

На ее удивление, и на мое веселье, никакого эффекта это не принесло. Удивленно поглядев на свою целительскую конечность, она повторила манипуляцию, добавив ладошке яркости. Эффект был ровно тот же.

— Ха-ха! Знаешь, почему не работает? — спросил я у нее и тут же ответил. — Конечно, не знаешь! Чтобы работало, надо чтоб было что лечить. Мозги там отбитые, или яды всякие. А у меня там ни того, ни другого!

С этими словами я сделал глубокий вдох из забитого до верху свежими веселыми репьями конуса и выдохнул в лицо своей малолетней аптечке. А чтобы облако дыма не развеялось сразу, добавил туда капельку маны и «приказал» дыму кружить вокруг ее головы, пока она весь его не сдышит. Был бы я чуть-чуть в более ясном состоянии, я бы заметил, что голова у меня при этом слегка заболела, а в голове возникают новые старые знания по контролю маны, но… Но в данный момент я бы, наверное, не почуял, даже если бы мне Леха кувалду свою на ногу уронил.

— Тепло ли, тебе, девица? — голосом Морозко, обратился я к Миюффт. — Тепло ли тебе, красная?

— Да скорее уж тогда — синяя. — хихикнула мелкая, но недостаточно весело для такой накурки.

— А должно быть жарко. — нахмурился я и, жестом подозвав пару мешков веселянки, поджег их огнеметом и все так же, напитывая дым своей маной, приказал ему окружить маньячку.

— Опять все веселье без меня проходит! — всплеснула руками зашедшая с новыми мешками колючек Лиса, после чего вырвала у меня из рук конус и сделала глубокую затяжку.

Наверное, не стоило этого делать, но с затяжкой я ей помог, пропитывая маной воздух и приказывая ему целенаправленно двигаться в открытый конец этого чудовищного косяка. Наверняка наемница сама знала и умела дуть, как надо. Но, как говорится — умная мысля приходит опосля.

Лиса застыла изваянием даже не с улыбкой на лице… С конусом во рту она замерла, а дым заполнил ее изнутри настолько, что даже глаза туманом заволокло. В прямом смысле! И из ушей легкий дымок заструился. И в мой перенакуренный мозг пришла невероятная идея. А что, если заткнуть ей уши и продолжить забивать в нее дым, создавая концентат веселья прямо в ее крови? Сдохнуть не должна — суперцелитель под боком, и на нее до сих почти не действует аж два мешка чудо-травы. Надо будет уточнить, кстати, почему. Но потом.

— А что ты делаешь? — уже более весело и даже с некоторым интересом и желанием поучаствовать спросила Миюффт, глядя на то, как я вытряхиваю из конуса-воронки пепел и заряжаю туда следующие полмешка.

Ну, я и поделился с ней идеей. Неожиданно, всегда не по годам серьезная и рассудительная Юффт меня поддержала и предложила ускорить процесс, нарастив конус кожухом от генератора защитного поля. Хвала богам угара, мозгов еще хватило на то, чтобы сначала выключить агрегат. С помощью творяще-растворяющей ульты, я превратил в воздух все болты и сварные швы, отделив верхнюю часть корпуса от основания, а с помощью ульты босса бахнул себе еще немножечко силы и снял его, положив на пол. Приварив все так же с помощью творящей ульты уже приспособленный для курения конус к вершине, мы положили Лису на бок возле этой чудовищной трубки, насадили ее ртом на конус и принялись набивать веселянкой приспособу для накуривания.

Колючек наемница успела натаскать мешков так штук пятьдесят, плюс-минус. И это только в палатку. Еще столько же снаружи лежало, как потом выяснилось. За один раз в агрегат влезало мешков по семь, а если немного потромбовать, то и все десять. Само собой, тромбовали мы по пятнадцать.

— Напомни, зачем мы это делаем? — где-то на пятом заходе спросил я у мелкой.

— Так прикольно же посмотреть, че будет? — хихикнула Миюффт, и с этим нельзя было не согласиться.

Внимание, анекдот!

Сидит на берегу обезьянка, косяк курит. Подплывает бобер. Повел носом, подходит к обезьяне:

— Дай разок пыхнуть!

— Ладно, на! Только, чтоб лучше вставило, затянись, ныряй — и по дну на тот берег, там выдохнешь!

Так тот и сделал. Выныривает на том берегу, выдыхает — прямо в морду бегемоту, который там стоит. Бегемот:

— Где взял?

— Да вон, на том берегу обезьяна курит — она угостила. Бегемот ныряет и бегом по дну на тот берег. Выныривает перед самой обезьяной. Та роняет косяк и кричит:

— Выдыхай, бобер, выдыхай!

Вот и я также, как только весеняка под куполом закончилась, похлопал застывшую безмолвной дымящейся лежачей статуей Лису по щеке и сказал:

— Выдыхай, бобер!

Ну, она и выдохнула. Всё. И всё стало, как в тумане. Во всех смыслах — что в прямых, что в переносных.

В себя я пришел, сидя высоко над землей, на ветке чего-то хвойного. Точно — не елки и даже не сосны. Немного покрутив по сторонам глазами и попытавшись напрячь извилины, я понял, что это секвойя. Как у эльфов.

А, не, не как. Это я, после того, как Лиса испустила концентрированный дым, позвал Тень… Нет, не позвал. Приподнял полуразобранный генератор поля, запустил в образованное им пятно темноты руку и за капюшон вытащил охреневающего бога тьмы в палатку. И начал ему залечивать о том, что мне нужна самая охуенная елка на Небарре, а такое только у его народа есть. Тот сначала не понимал, что от него хотят, но сделав пару вдохов, погрузился в нашу атмосферу и сказал, что елку он точно не притащит, максимум — мешок шишек.

Я ответил, что мешок шишек мы уже скурили, и не один, так что хватит и одной семечки. В ответ на это Тень притащил шишку своей священной секвойи, сказав, что если надо, то сам ковыряйся. А я че. Я не гордый. Из семечки дерево вырастить после того, как в голой пустыне джунгли вырастил? Да нехрен делать!

Ладно. Откуда дерево, понятно. Что еще было? посмотрев налево, я увидел белочку. Обычную лесную белку, сжимающую в лапках еловую шишку. Судорожно сжимавшую шишку дрожащими лапками и с такими глазами, будто она эту шишку без вазелина высрала только что. Немного поморгав слипающимися глазами и встряхнув тут же словившей вертолетов головой, я понял, что еще было не так в этом зверьке. Накладная белая борода из ваты и красный колпак. Ааааа, ну да. Это я с криком «Братва, зацените, я белочку словил!», нарядил ее в помощника Санты, после чего накурил и отправил подарки разносить.

В принципе, легко отделалась.

Взглянув на право, я увидел Миюффт, мирно спящую в обнимку с соседней веткой. В костюме феи из белого узорчатого тюля. Только крылья не из тюля. Крылья феи косплеил тесно прижавшийся к ее спине Шихичи, своими недоразвитыми крылышками. Ну, спасибо, что не огромный олвейс, плюс-плюс-плюс какой-нибудь.

А вообще, почему она не в костюме снегурочки? Даже отойдя от дыма, я понимаю, что даже будучи Сантой, а не Морозом, я бы обязательно завел снегурочку! Неужели… Леха?!

Покрепче обхватив ногами ветку, на которой я сидел, я посмотрел вниз. А, вон и Снегурочка. Под елочкой, на груде коробок от подарков спит. Архиснегурочка! Если кто не понял метафоры — это был Архимаг. Странно, что не снеговик. А нет, не странно! Вспомнил. Архимаг никак не мог согласиться с тем, что у снеговика морковка должна быть сверху, а не снизу. Иначе, мол, это не снеговик, а снеговичиха будет. Тот факт, что у Снегурочки снизу будет морковка, причем ни разу не овощная, пухляша совершенно не смутил. Мол, можно такое в некоторых краях повстречать. Типа есть несколько народностей, в которых у баб клитор размером — некоторые мужики таким хером не обладают. Вот все органы нормальные, дырка там как положено, а клитор — как хер. И даже встает так же. Если бы не накурка, я бы поспорил, что Снегурочка не из тех краев. Но веселянка однозначно говорила, что откуда мне знать? Во-первых, я ее настоящую никогда не видел. А во-вторых — пых-пых, мазафака! Новый год у нас, чудеса и все такое.

Кстати, о чудесах. Откуда все эти чуды взялись, что в неисчислимом количестве покрывали все поле под ветвями моей «елочки»?

Потерев лицо и голову ладонями, я вспомнил. Это мне в голову взбрела идея мирить Гальсану и Син Та. Син Ту. Тьфу, короче, азиатов местных и местных дрессировщиков. Как оказалось, конфликта как такового и не было, просто один барон, из пограничья, немного расшалился, узнав, что власть в соседнем регионе сменилась, да еще и на малолетнего пацана. В общем, местный мандарин, или как там у него должность называется, сам его за это наказал за самоуправство. Поймал, и побрил под ноль. Так у них отрубание головы называется.

Так, это ладно. С этим разобрались. Откинувшись спиной на ствол дерева, я расслабленно посмотрел на небо. Поморгал. Протер глаза на всякий случай. Потрогал лоб на предмет высокой температуры. Нет, не кажется.

На небольшом отдалении от древа, чуть-чуть выше меня, в воздухе висела магическая Академия. Не весь город, нет. Чисто центральный корпус учебно-магической обители. Висела в воздухе, словно огромный неопознанный летающий объект. Плоское каменное основание, под каждой башней — огромный плоский кристалл, светящийся каждый своим оттенком. Видимо, по цвету маны владельца факультета, потому что в центре самая огромная блямба светилась бирюзовым, как и мана самого Архимага. А еще вокруг Академии слегка светился защитный купол, из которого сыпал жирными мокрыми хлопьями снег. Как игрушка, которую потрясешь, и типа снег идет. Только не игрушка, а пиздец. Вокруг купола Академии летала антигравитационая платформа с упряжкой… Моих зверьков. Ближе всех к повозке — Гуля. Затем Потапыч, Ктулху и ведущий — Пушистик. А как они не падают?!

А, это Лу Вар упоролся и сделал им миниатюрные антигравитационные тапочки всем. Немного практики, и вот уже зверьки способны бегать на высоте до двухсот метров, спокойно утягивая за собой такие же антигравитационные сани. Почему они вокруг Академии кружат? Так я и их накурил. Вот, прикололо их и, похоже, до сих пор не отпустило. Но и тут Лехи не было. Странно. Должность Рудольфа должна быть его! Я бы ему даже рога нарастил ради такого случая! Не в переносном смысле, а настоящие. И нос маной босса напитать можно, чтобы красным огоньком сиял.

Так. А с чего я вообще взял, что Леха где-то должен быть? Он же в Горааррааре у графа… А, нет. Вернулся он, вчера еще. Вчера?! Сутки уже прошли, что ли?

Сотворив бутылочку живительного жигулевского, я «пшикнул» пробкой, от чего внизу во сне заворочался Архимаг, начав водить по воздуху носом. Сделав пару глотков, я продолжил мучать то, что осталось от извилин. Почему я так ищу Леху, и почему у меня стойкое ощущение, что мне будет за это стыдно?

Глава 10

В голове почему-то возникла картинка, гуляющая по интернету и периодически всплывающая во всевозможных пабликах в вк, на форумах и просто в личных сообщениях везде, где только можно, в преддверии нового года. Попутно пробуждая древнее зло баянов, но неизменно вызывая легкую улыбку. Наверняка знаете, о чем речь — там елочная игрушка ищет, кто орет, а это оказывается звезда, задницей насаженная на макушку новогоднего дерева.

Нервно сглотнув, я медленно посмотрел наверх и мурашки пробежались по спине. Что или кто именно, было непонятно, но что-то или кто-то на макушке было. Дай бог, это не Леха, либо дай Мардукор снять его раньше, чем он очнется. Врубив режим человека-паука, я быстренько пополз наверх. Хвала Вакху, выяснилось, что это не паладин.

Красный пятиконечный листок, типа кленового с канадского флага. Только листики поуже и подлиннее, да плюс одна нетипичная деталька. Типа как у одного земного веселящего растения листик, из которого делают паклю, веревки, масло и дурь, но которое нигде нельзя называть. Хм. А почему тогда только пять листиков? Их в оригинале побольше.

Ааааа, это меня накрыло и, горланя на всю округу, что это растение даже на носках рисовать нельзя без штрафов, так его завуалировал, покрасил в красный, а каждый листочек снабдил огромной залупой на конце. Это чтоб наверняка никакой дурьконтроль не пришел. Почему я не подумал о том, что такое изображение может заблокировать другой госорган, безуспешно боровшийся с мессенджерами, мой все еще пропитанный дымом мозг отвечать отказался. Так, а почему же все-таки это не Леха, и почему я о нем вспомнил в связи с этим украшением?

А, точно! Он же пришел в самый разгар гулянки и сразу сделал *рукалицо*, увидев, как Лу Вар один в припрыжку ходит вокруг елки, водя одиночный хоровод. Сначала паладин начал возмущаться, что мы тут в преддверии конца света устроили, выкрикивая что-то про пир во время чумы, афинские вечера и какой-то валтасаров пир. Так, ну это все вполне в стиле этого святоши. Ответил я ему тоже вполне в моем стиле — начал кидаться в него дымками. Это как снежки, только из концентрированного веселяночного дыма. Реакция у него оказалась очень даже неплохая на пару с ловкостью и он успешно начал уворачиваться, но я отрастил еще две пары рук и усилил напор. Так что парочку снарядов в морду он все же пропустил.

Ух, ебаться в пятки куском пемзы… Накурить берсерка, это ж надо было додуматься! Настала моя очередь рукоплескать ладонью по своей морде. Так, хорошо. Накурил я Леху. Что дальше? Дальше мы пошли кататься с горки на его щите. Беда была в том, что все же на улице было лето, и лето в этих краях круглогодичное, поэтому вместо ледянок получились землянки. Но поскольку землянки — это такие жилища в земле и на них кататься негоже, Лу Вар скинул на выбранный нами холм криобомбу с орбиты, заморозив округу метра на четыре в глубину и на километр вокруг мишени.

На вершине холма Леху стало немного отпускать и, уже положив щит на промороженную землю, он начал сомневаться, стоит ли оно того. В ответ на это он получил большим дымком по морде и я, уронив его на щит, пропел:

«Безуууумцааам нет путиииии назааааад! Отглаадил стрелки на трусах последний мой утюг!!!»

После чего смачным пенделем отправил его навстречу приключениям, а сам, поскользнувшись, ебнулся на спину и покатился в противоположную сторону. Скатившись со склона, я окончательно ебнулся, а именно — башкой об дерево. Так что дальше было решено, что новый год без караоке — не новый год, и я взял уверенный курс на военного советника и начал ему объяснять, чего я хочу. Взаимопонимание вроде как было найдено, но по-своему, по военному. Вот что такое караоке? Это когда музыка играет, и под нее слова песни бегают. Поскольку за пять минут такое не сварганишь, то мы взяли груду фанеры, ведро краски и стали рисовать слова на листах. После чего под нейтральную музыку, игравшую из динамиков одного их арпатирских солдат, стоявшего на месте и косплеившего колонку, остальные солдаты бегали с этими фанерками, а мы орали эти слова, как могли. Хвала веселянке, на мотив было уже начхать, главное — процесс. В конце каждой песни пробегал солдат с дисплеем генератора случайных чисел. Это была оценка караоке-системы того, на сколько баллов мы спели. Если выпавшее нам число не нравилось — перепевали.

Главная загвоздка была в том, что, во-первых, солдаты не знали, в каком порядке идут слова в таких песенках, как «в лесу родилась елочка», «три белых коня», «кабы не было зимы» и «новогодняя» Дискотеки Авария. Во-вторых… Во-вторых, мы были накуренные, когда их писали, поэтому за достоверность слов не ручаюсь от слова «иди нахуй». Ну и в-третьих, фанерки скидывались в кучу вообще без системы.

В общем, в результате этого родились вот такие незабвенные хиты. Пусть даже я их еле вспомнил. Но вспомнил же? Значит, незабвенные.

Я Дед Мороз, борода из ваты,

Который детям подарки достает из рюкзака.

Это в городе мне грустно было.

Налейте мне вина побольше

И можно свободно ожидать чего угодно

Возле снежной бабы.

Только мало толка,

Кабы не было зимы в городах и селах.

Или вот еще.

Не кружила б малышня

Возле снежной бабы,

Но она ушла на блядки.

И много-много радости детишкам принесла.

Да уж… На накуренную голову это веселее выглядело.

После, когда караоке сломалось… Ну, как — сломалось — Леха вернулся на горку из заезда и скатился в нашу сторону, расшвыряв десантников, словно кегли. В общем, было решено, что новый год не новый год без боя куратнов и послания президента. Поскольку ближайшим президентом из телевизора был Император, то связались с ним по планшету Лу Вара. Узнав, что от него требуется, он сделал *рукалицо* и послал нас. Отлично. Послание есть, осталось шампанское и куранты!

Не знаю, почему я просто не сотворил традиционного «Советского», но аналог я начал требовать с местных. Архимаг, услышав, что шампанское — это вино с газиками, взял большую бутылку и пернул в нее. На фоне общего состояния упоротости это было весело, но за кощунство он все-таки был принужден к выпиванию своей газировки. Свое ж — оно не пахнет.

Но в целом, игристое вино отыскать оказалось не так уж и сложно. Сложнее было с курантами. Общим решением курантами было решено назначить Леху. Потом полчаса ловили этого ледянщика, увлеченно нарезающего круги на своем щите по замороженному холму.

Стоп, круги?

А, ну да. Круги. Этот пиздюк прикиньте до чего додумался? Он встал на щит, как на плот и своим мечом отталкивался от ледяной поверхности, придавая себе ускорение. А ускорение этот перекачанный в силу додик получал неимоверное.

Оседлав Лу Вара, я выкрикнул «Я убью тебя, лодочник!» хриплым голосом, после чего отдал советнику команду ковровой бомбардировки горки из его встроенного ракетопулемета. Берсерку-паладину на этот обстрел было похер. Он даже не отмахивался, а просто врубил свою защиту, поглощающую любой урон и продолжил кататься, окруженный едва заметно мерцающим пузырем.

Но костюм Лу Вара оказался полон сюрпризов, и из правого предплечья у него в сторону Лехи отправилась в полет очередная приблуда. Самонаводящаяся реактивная железная лапа-гарпун на длинном тонком тросике. В состязании в кошки-мышки победила техника. А вот в поединке силы однозначно выиграл ерпарх. Даже не заметив, что к нему кто-то прицепился, он так и продолжил гонять по холму. Ну а мы рванули за ним на стремительно укорачивающемся тросике, как воднолыжники за лодкой. В общем, остановить Леху удалось, лишь вручную направив его взгляд на елку, выруливая на нее и применяя систему торможения из автомобильного краш-теста. В состязании «трехметровой толщины секвойя — накуренный в хлам ерпарх Мардукора» победителей не выявилось. Дружеская ничья и отпечаток Лехи в натуральную глубину в коре древа.

В наказание паладин был подвешен на цепях на нижней ветке елочки, рядом с мигающими огоньками магической гирлянды, созданной Архимагом из огромного числа разноцветных светляков. Рядом с Лехой мы подвесили его щит, а на голову ему торжественно присобачили созданный мною старый советский будильник. Ну, знаете, такой… Им еще можно кирпичную стену пробить, а его звоном поднять половину деревенского кладбища. Поставив время на часах без пяти двенадцать, я понял, что нет самого главного — салфеток с карандашом, чтоб желание загадать. Выручили Архимаговы походные запасы. Пергамент и пучок восковых разноцветных карандашиков.

Поскольку салфетка с желанием должна догореть до конца боя курантов, бил Леха в молот часа два. Почему? А потому что, как выяснилось, зачарованный на долговечность и пожароустойчивость пергамент крайне неохотно горит. Но, пожары пожарами, а против реактивной плазменной струи из реакторного сопла советника с температурой горения около восьми тысяч градусов нашего Цельсия на конце струи он не выстоял. Правда, там и пепла почти не осталось, но главное — традиция!

А поскольку куранты закончили свой звон, настало время запускать салют.

Мой вам совет. Если надумаете как-нибудь гулять с министром обороны, генералом подрывной бригады, пироманьяком и просто укуренным в хлам минером, то подумайте сначала об укрытии на час салюта, или хотя бы о берушах. Нет, никто не пострадал даже. Но грохот стоял такой, что вороны с деревьев в лесу попадали. Вы когда-нибудь видели седую ворону? Жуткая картина, между прочим — стая седых от страха птичек.

Поскольку Леха опять начал проясняться рассудком, я психанул и, отыскав мундштук, переделанный ранее мною в трубку, придал ему свойство бесконечного синтеза веселяночного дыма. А чтобы упоротый в хлам воин не выронил ее изо рта, я приклеил ее к губе лейкопластырем классического образца. Знаете, тряпочный такой, он еще отрывается вместе с раной, которую он заклеивает. В этом и состоит его принцип — порезался, залепил пластырем, оторвал — порез остался на пластыре, а кожа чистая. Если не считать следов клея, которые еще месяц будут напоминать о произошедшем. Иного объяснения его суперклейкости я не вижу.

Итак. Куранты пробили, настала пора открывать подарки. А для этого их еще подарить надо. Эй, где дед Отморозок?! Ой, это же я…

Почесав затылок, я не стал особо думать. Как обычно, в общем. А просто силой мысли создал большой красный мешок. После чего напитал его своей маной и «благословил» Вакховым, исполняющим желания благословением, формулируя мысль так, чтобы мешок для каждого, кто запустит в него руку, синтезировал идеальный для этого человека подарок. И пока я это делал, Архимаг в образе жирной Снегурки открывал порталы во все населенные пункты примиряемых государств, приказывая всем собраться у нашей елочки. Ослушаться его никто не мог, поэтому пришли все.

Аааа, вот какая хронология появления этой убитой в щи толпы на поле…

Так, не отвлекаться. Леха то в итоге где? Так и висит на ветке?

Тааак… Вот я сижу на воздухе и протягиваю свой мешок бесконечно череде проходящих мимо удивленных людей и пыхаю на всех веселяночным дымом собственного синтеза… Все достают подарочки, многие открывают их тут же. Коробки скидывают под дерево. Бантики… Бантики от подарков кто-то придумал привязывать на пускающего дым и слюни паладина, болтающегося на цепи невысоко над землей. Ха! И все?! Его просто замотали в бантики? А я то переживал!

Глава 11

— Лех! Лееехаааа! Ты там как живой вообще? — разбирая висевшую на ветке кучу бантиков, звал я напарника. — А хотя че тебе будет-то, максимум — убитый в хлам…

Слой за слоем, бантик за бантиком я разгребал эту стихийнообразовавшуюся пятиметровую елочную игрушку. Даже не срывал их — смысла не видел. Просто пробирался внутрь, туда, к цепям. Пока не выпал из нее с обратной стороны. Плюхнувшись на землю, я с удивлением посмотрел сначала на Лехин кокон, а потом на елку. Снизу клубка из бантиков была аккуратная дырка, как в осином улье. Тут, внизу, на дереве, кусок коры неровной прямоугольной формы был неаккуратно приставлен к стволу. Верней, к нише, выдолбленной прямо в стволе. Вокруг этой импровизированной двери валялись кучи темной древесины, даже не вырубленной — вырванной нахрен кусками прямо из ствола секвойи. Из-за двери раздавалось недовольное кряхтенье. Через несколько секунд дверь упала на землю, и из ниши вышел паладин, встав ногами на край двери. За его могучей спиной удалось разглядеть криво выдолбленный из дерева толчок с торчащими во все стороны волокнами и занозами. Словно древесину тупо рвали зубами и когтями.

Хотя, почему — словно? Судя по торчащим из-под Лехиных ногтей древесным опилкам, так все и было. Видимо, очень сильно срать хотел. Кустов-то вокруг на километр не осталось — все хороводы из местных жителей вытоптали. Вот сразу видно воспитание! Я бы на его месте тупо с ветки посрал, как воробушек, и похер.

Несколько секунд Леха стоял с закрытыми глазами и шарил руками перед собой. Видимо, пытался понять, куда исчезла дверь. После чего прямо закрытыми глазами посмотрел вниз, на прижатую его ногами цель, пыхнул трубочкой, так и прилепленной к его нижней губе, и наклонился за дверью. Наверняка, он бы ее поднял очень легко, если б не стоял на краю этой доски ногами. Хотя, с его силушкой бога, мать его, тырской, он ее легко и поднял. Опрокинув себя обратно в толчок и криво приложив дверь обратно к проему. Изнутри послышалось гневное пыханье трубкой, а древо содрогнулось от удара. Видать, это он так расстроился и стукнул по стене, или по полу от огорчения. А я понял, что меня разбудило. Судя по всему, именно так минимум один раз он уже сделал и, когда он в прошлый раз вот так же гневно долбанул кулаком по стене, я и проснулся. А может и не кулаком, конечно. Может пнул, или башкой приложился.

Дверь в очередной раз упала на землю, из импровизированного сортира вышел Леха с закрытыми глазами и, встав на край двери, принялся водить перед собой руками. После чего, не открывая зенок, посмотрел на лежащую на земле цель, прижатую его сапожищами. Пыхнув трубочкой, паладин наклонился и рванул доску на себя, вновь улетая внутрь и прикрывая за собой проход. Повторное гневное пыханье и удар, сотрясающий всю секвойю.

Я решил помочь ему и, подкараулив, когда дверь опять начнет падать, подхватил ее и оттащил в сторону. А когда Леха, не открывая глаз, принялся водить перед собой руками, сунул ему ее прямо в руки. Довольно улыбнувшись, воин пыхнул трубочкой и попятился спиной обратно в нишу, закрывая дверь на этот раз аккуратно, вставляя ее в проем, словно пробку в бутылку. Если бы не ободранные по периметру края косяков и самой доски, можно было бы и не заметить, что что-то было. А из-за двери раздались звуки расстегиваемого ремня, через несколько секунд сменившихся на звуки радостного пердежа и облегчения.

— Пи! — раздался за спиной голос Пушистика, от которого я аж вздрогнул, от неожиданности.

Обернувшись, я увидел упряжку своих оленей. Тоже накуренные, судя по затуманенному взгляду питомцев. Не, ну ладно сани-платформа беззвучно летает, но эти то как так тихо подкрались?

— Пи! — повторил змеебой, а моего сознания коснулась эмоция нетерпения и требования, словно он хотел, чтобы я поскорее залез в телегу.

А вот щас даже интересно стало. Покачиваясь, я медленно подошел к летающей телеге. Грузовая прямоугольная платформа с выдвижными бортами. Даже держаться в полете не за что. Так что пришлось врубать творящую ульту и переделывать верхнюю часть корпуса в автомобильное кресло с ремнями безопасности. А бортики, хрен уж с ними — в сани, как у Санты. Мешок и так уже тут валялся, заброшенный сюда под конец вечеринки за ненадобностью. Так что его я пристегнул к заднему сиденью.

— Ну, показывайте, чего вы там хотели показать. — пристегнувшись, проверил я надежность ремней и обратился к своим зверькам.

— Пи! — кивнул Пушистик и повозка принялась набирать высоту.

По широкой спирали облетев елку-секвойю, упряжка взмыла в небеса и помчалась… Куда-то. К слову, я ж так и не сказал. Сейчас была ночь. Может, поздний вечер. А может, и ранее утро, конечно. Короче темно, и хер пойми, сколько времени. Звезд с луной не было — небо закрывали плотные облака. Внизу кроме магической гирлянды на елке, небольшая подсветка была лишь в нашем палаточном лагере неподалеку, да редкие костры в поле-торжище. Город Син Та был, казалось, мертв. Хотя, правильнее было бы сказать — убит в хламину. Почти все жители в данный момент вповалку лежали на поле в обнимку с гальсанцами.

Но зверьки уносили меня все выше и дальше, набирая высоту и скорость. Немного подумав, я набросил на них берсу, и от скорости, которую они взяли, мне чуть не снесло крышу. Одним словом — ВУУУУХУУУУУУ!

Горы, леса, поля и города мелькали внизу, пока не сменились бескрайней тундрой. И пусть я никогда тут не был, но то, что это тундра — было понятно по общей картине. Так-то я сам не совсем тундра, фотки и видосы с крайнего севера видел. А еще тут было достаточно светло относительно нашего основного места дислокации. Пусть в конце августа тут уже и появляются сумерки, а не светло круглые сутки, но все-равно достаточно светло круглую ночь. Явно светлее, чем на экваторе в полночь. Единственное отличие — на Грамзе тундра была не бескрайней болотистой равниной, а холмисто-гористой местностью. Но такая же арктическая пустошь с мелкими, редкими, жиденькими кустиками. Отключив берсу у питомцев, я обратился к змеебою:

— И что вы тут мне показать хотели?

— Пи. — коротко ответил он мне, а в голове у меня появилось понимание, что это означало что-то типа «подожди, еще чуть-чуть».

Ну, ладно. Подожду. А пока посмотрю, чем меня лично порадует мой мешок с подарками. Не глядя нащупав горловину артефакта, я просунул в него руку и, пошарив там, вытянул оттуда бутылку пива. Немецкого! Да уж, отличный мешок! В отличие от меня. Это ж надо такое желать, когда можно что угодно вытащить! Хотя… Что угодно я и сам могу синтезировать. Ну, почти. Ну да ладно. Дареному пивку в горлышко не смотря. Так что, отхлебнув, я расслабился и принялся смотреть на растущую прямо по курсу гору. Массивная каменная гора со снежной шапкой. Даже не сразу я понял, что это вулкан.

— Это я так вас заебал, что вы меня в вулкан решили скинуть, как одно легендарное колечко? — усмехнулся я, глядя на спящее чудо природы, и услыхал в ответ лишь возмущенное фырканье всего звериного квартета.

Мол, хорош ерундой болтать.

Когда мы достигли вершины этого чуда природы, зверьки сделали над горой пару кругов, гася скорость, и начали снижение. Причем не просто опускались на гору, а явно целенаправленно двигались в сторону жерла пусть в данный момент и спящей, но явно когда-то огнедышащей махины. Диаметром жерло вулкана было метров пятьсот, а глубиной — метров двести. Плюс-минус там… Все же веселянка меня еще не отпустила, могу и ошибаться. Так. А ведь они не просто так меня сюда принесли. По накурке я сам на этой упряжке до сюда долетал. Со снегурочком Архимагическим. Мол, нужна Санте Морозовичу дача на севере. Только смутно помню, че было… Видимо, я зверькам и наказал отнести меня сюда, когда очнусь. Что еще было? Ага, припоминаю. Пока над Грамзой круги нарезали, Снегур пузатый округу подарками из мешка посыпал. Так вот куда пропасть маны девалась…

Первое, что меня насторожило, были едва заметные струйки дыма, поднимающиеся из жерла. Однако запах горелого каменного угля опровергал теорию о надвигающемся извержении. Там, вроде, всякой горелой серой пахнуть должно, или еще чем более едким и ядовитым.

Второе, что меня удивило, когда мы снизились на достаточную высоту — это то, что стены вулканического жерла были обжиты этажей на девять, и от вершины до дна вела целая система дорог по типу серпантина, только сложнее, и наверх выходило аж три дороги. Все это было тщательно и аккуратно выдолблено прямо из окружающего камня. Или из чего там вулканы состоят? Дымили постройки на верхних этажах. И, судя по железному звону, доносящемуся из тех строений, это явно были кузницы. Хм. Дайте угадаю, этот вулкан дварфы обжили! Ой, нет, не «угадаю». «Вспомню»!

Ну, логично, да. У Санты же низкорослые эльфы подарки для детишек делают. А для плохих детишек у него — уголь в носок. Логично, что низкорослые мастеровитые эльфы с каменным углем — это горные коротышки-кузнецы. Идеальное место для хаты отмороженного подарконосца. Осталось только отыскать среди местного населения наркомана, который согласится за свой счет ежегодно облетать планету и раздавать подарки пополам с пиздюлями всем желающим… Хотя, а мне то какое дело? Оставлю им мешок с санями, да и пускай летают, если захотят!

Еще один нюанс привлек мое внимание, уже когда мы опустились на дно. Двухметровая бронзовая статуя посреди площадки на дне жерла. Пузатый бородатый Санта с такой же Снегурочкой. У каждого персонажа — по косяку во рту. Дымящемуся. По бронзовому дымящемуся косяку с желтоватым дымком, характерному для синтезируемого мною веселяночного дыма… Да и с таким же запахом.

Не придумав ничего лучше, я отцепил себя от кресла и, отвязав подарочный мешок, закинул его на плечо статуе дымящего деда. А когда немного задумался, как бы его привязать, чтоб не свалился, чуть в штаны не наделал, когда статуя с железным лязгом сомкнула руку на горловине артефакта.

— ХО-ХО-ХО!!! — пронесся по жерлу зычный голос Санты, и эхо поддержало этот сюрреализм. — Хо… Хо… Хо…

Грохнувшись на копчик на землю, я застыл, глядя на статую, но больше она не делала ни одного движения и не издавала ни единого звука.

— Заказ выполнен, ваше Накурнечество! — раздался сзади-сбоку-слева от меня характерный для для дварфов коротышеский бас. — Изволите забрать, или у вас еще дела?

Я посмотрел на него еще не до конца прояснившимся взглядом, и встретил аналогичный расслабленный затуманенный взор. Коротышка с затуманенным взглядом и полузакрытыми глазами расслабленно стоял и пыхтел трубкой, забавно торчавшей из бородатой морды. В простой рубахе и таких же штанах и ботинках. Руки заткнуты в карманы кожаного кузнечного фартука. Под мышкой небрежно зажата массивная кувалда, правда, почти неприметная под грудой мышц.

— Напомните, уважаемый, что за заказ? — почесал я затылок и еще раз посмотрел на неподвижную более статую.

— Ну так это… Как ты их назвал… Ядра дырявые, вроде. — пыхнув, ответил кузнец. — Я особо не понял, моя задача — молотом рулить. Если не помнишь, к Скалолому обратись значит, к мастеру нашему.

— Ну, веди тогда. — пожал я плечами и встал с земли. — А то я даже как ходить, еще не очень вспомнил, не то, что там про заказы какие-то…

Глава 12

Мастер Скалолом оказался уже весьма пожилым дварфом, с обильно украшенной сединой головой. Ну, по крайней мере, то, что не было поглощено внушительной лысиной, было практически полностью белым. И даже борода почти вся такая же. Только вот сам кузнец был не по годам бодр и мощен. Благодаря мощным плечам, бицухам, банкам и прочим мышцам в пространстве коротышка занимал в ширину места больше, чем в высоту. Я раньше думал, что такое писатели курят, описывая подобное в своих фэнтезятинах? А теперь понял, как такое возможно. У них, у дварфов, туловище просто на бочку помятую похоже. По крайней мере у тех, у кого мышцы не так развиты. А вот если мясо нарастить правильное, то получается весьма гармоничное соотношение, и даже не скажешь, что это карлик. Тем более, что и не карлик это — скелет совершенно другой. Хотя… Люди без нормальных мышц — тоже те еще уродцы, если подумать.

«Ядра» находились внизу, в глубине вулкана. Хотя, изначально было логично, на мой взгляд, найти их наверху, в кузницах. Но логика имеет место быть там, где достаточно знаний. Без этого логика — хуйня полная и напоминает высеры диванных экспертов в комментах. Да, на верхних этажах есть кузницы, работающие на каменном угле. Тупо потому, что есть некоторые вещи, изготовить которые нужно именно таким образом, а жечь что-либо на дне непроветриваемой каменной воронки — хреновая идея.

А вот когда встречающий, даже не назвавший мне своего имени, проводил меня на несколько этажей вглубь огненной горы, где меня уже и встретил мастер, мне открылась настоящая причина, почему они выбрали именно вулкан своей вотчиной. И сдается мне, даже Арпатирцы такого организовать не смогут со всей их сраной техникой. Короче.

Этот сраный вулкан если и был спящим, то не извергался он далеко не по собственной воле. То, что сверху не было дыма и жара, еще ничего не значило. Взору моему открылось огромная пещера, метров пятьсот-шестьсот диаметром. Точнее мой глазомер сказать не мог, потому что его малость ослепляло почти до бела раскаленное озеро лавы почти во всю пещеру. В добавок, эта лава была перечеркнута каменным крестом трехметровой ширины. Почему в него не обрушивался верхний свод, не имевший никаких колонн и прочих опор? Магия. Все стены и потолок, и крест тоже, были покрыты изумительно точными магическими узорами и рунами, вполне физически светящиеся огненного цвета сиянием. И только я раскрыл рот, чтобы спросить, почему тут почти не жарко и даже можно дышать, по голове будто ударили. Но не молотком, как обычно, а подушкой. Старой такой, перьевой, а не современной синтепоновой, но удар был глухой и мягкий, лишь слегка оглушающий. Но в мозгах тут же появилось знание, как обычно уже бывает, когда там всплывают знания из прошлого воплощения.

Руны обрели для меня смысл. Нет, это не было как в случаях, когда система переводила написанное на привычную мне русскую грамоту. Но я понимал смысл каждой рунограммы на каменных поверхностях пещеры. Вон те вертикальные линии и надписи, что поднимаются по стенам и радиально сходятся в центре потолка — это опорные балки. Они равномерно распределяют нагрузку каменного свода по всей пещере. Вон те две спирали по стенам напротив друг друга, что идут от потолка вниз, к полу — они тянут сюда по незаметным вентиляционным каналам свежий воздух. А две другие спирали, между ними — снизу вверх, уносят старый воздух.

Вокруг лавового озера было несколько колец рун, сдерживавших исходящий от магмы жар. Без них тут было бы невозможно находиться — сауну в пару тысяч градусов, держу пари, даже Гар, местный огненный бог, в человеческой шкуре не выдержал бы.

А вот каменный крест, что пересекал само озеро, был самым ключевым элементом этого места. И руны на нем были самым сложным конструктом. Самое важное — от него в глубь, в недра самой планеты, уходили магические линии. Эти каналы маны исходили от целой группы магических круглых печатей, смысл которых был в том, чтобы исключить в округе километров на пятьсот землетрясения, а так же извержение этого самого вулкана. Были на этом каменном мосту и другие узоры. Руны огнеупорности не давали самому камню нагреться. Иначе бы он расплавился в этом озере за несколько минут. Руны поддержки огня не давали лаве остыть и застыть, обеспечивая теплооборот с недрами по принципу конвектора. И целая куча активируемых печатей промышленного назначения как на кресте, так и на окружающем чашу с лавой камне. Вон тот магический конструкт, например, призван вытягивать из лавы металлы, притягивая расплавленные в недрах планеты капли железа, золота и серебра к себе, образуя небольшие лужицы расплавленных металлов возле каменных бортов. А дварфы их уже достают зачарованными черпаками и отправляют на дальнейшую очистку и переработку после того, как остудят в виде слитков. Неподалеку похожий конструкт, только на нем медленно растут кристаллы. Вроде даже алмазы. И еще много чего подобного.

А поближе к нам располагалась специфичная кузница. Даже скорее кузнечная фабрика. Нечто вроде пневмомолотов, только на магическом приводе. С десяток. Огромное нагромождение лебедок, цепей и прочего позволяло поднять, наверное, заготовку размером с камаз и, окунув ее для разогрева в лаву, переместить на зачарованную на прочность каменную площадку-наковальню, где ее трехметровым в диаметре молотом-прессом можно было бы обработать.

— Вот заказанные ядра! — с гордостью указал Скалолом на три аккуратных железных шарика сантиметра по полтора-два в диаметре, лежащие прямо на полу. — Если б не твой самогон, ох и не успели бы!

Охреневая и подняв бровь, я посмотрел на «ядра». Ей богу — шарики от тракторного подшипника куда ровнее! И ради этого я на край света летел? Этот скепсис дварфом закономерно был замечен, но истрактован он был по-своему.

— Ты осмотри сначала заготовки, а потом рожу криви. — недовольно буркнул мастер.

— Да я не о том. — отмахнулся я от него рукой. — Не помню просто ничего. Я случайно не говорил, зачем мне эти шарики?

— Аааа, ну да… Извини тогда, не подумал. — понимающе покивал дварф. — Я, если честно, вообще удивлялся, что ты вообще на ногах стоять можешь. Говорил, да, только не очень-то понял я. Какую-то черную дыру ты из них делать хотел. Только скажи, как из железного шарика дыру можно сделать? Вот если в нем — так еще куда ни шло!

— А хуй бы его знал. — подошел я к ядрам и, качнувшись, присел возле них, разглядывая творения. — Это надо, наверное, опять накуриться, чтобы вспомнить, но че-то в рот я это ебал. Лучше уж бухать.

— Вот с этим полностью согласен. — покивал Дварф, а посмотрел на заказ.

Ну шарики как шарики. Странным фактором было только то, что камень вокруг них был чуть треснут. Словно их уронили, или очень сильно сверху ебнули. А камень, на минуточку, на прочность зачарован! Потерев лицо ладонями, я решительно схватился за один из шариков и попытался встать. Вот только поделка словно оказалась прикручена к полу. Так что неудачная попытка встать превратилась в удачную попытку лечь рядом с шариками.

— Эй, че за шутки?! — возмутился я подобным фактом. — Вы нафига их к полу прилепили?

— Прям совсем-совсем ничего не помнишь, да? — сочувственно покивал в ответ мастер. — Это ж сжатое железо! Такое в этом мире только мы и можем сделать! Правда, обычно мы максимум в пять раз уплотняем, больше — смысла нет для оружия и доспехов — там и прочность чудовищная, и вес не каждому по силам.

— О… Ну ни хрена себе… — почесал я затылок, посмотрев на шарики по новому. — А тут тогда во сколько раз сжали?

— Во… Много раз. — немного подумав, ответил лысый дварф. — Тут в каждом по пятьсот стандартных слитков. Больше не можем, извиняй. Не сжимается дальше, пружинит.

— А где можно этот стандартный слиток посмотреть? — спросил я, желая прикинуть вес шариков, которые без берсы не удавалось сдвинуть ни пальчиком, ни даже ногой.

— Так вон же, на стеллаже. — кивнул Скалолом в сторону кузнечной конструкции.

Там, сбоку на массивных каменных многоэтажных полках лежали штабелями слитки. Ну, как — слитки. Железяки квадратного сечения, примерно так сантиметров пять на пять и длиной сантимов двадцать пять. Прикинув в руках, могу дать килограмм пять такой чушке. Это получается… Каждый шарик тонны две с половиной весит?! Нихера себе — дальше не сжимается!!! Понятно, почему даже зачарованный камень под ними треснул — на половину квадратного сантиметра такой вес положите. А если еще уронить?

— Прикольно. — задумчиво попинал я одно из ядер, вновь подойдя к ним. — Только вот что мне теперь, постоянно под берсой ходить, чтобы их таскать?

— Об этом, кстати, ты тоже просил напомнить. — усмехнулся дварф. — Там у тебя пространственный карман какой-то особенный есть, который веса не дает, и ограничения у которого на объем, а не на вес.

Немного подвиснув, я открыл описание «астрального кармана». Реально. Я почему-то думал, что он там по весу ограничивает, и семь с половиной тонн туда бы не влезло, но… Но сжатые до полного пиздеца эти тонны займут… Несколько кубических сантиметров! И это даже не предположение. Это — уже результат проверки на практике после перемещения шариков в астрал. Хорошее, однако, хранилище!

— Уважаемый, скажите… — задумчиво потер я подбородок, предполагая практическое применение данной особенности кармана. — А вы так вообще что угодно сжать можете, или только металлы?

— Только металлы. — непонимающе поморгал дварф. — Мы ж кузнецы, а не алхимики какие-нибудь!

— О, а алхимики могут? — зацепился я за формулировку.

— Наверняка… — осторожно начал цедить слова Скалолом, теребя бороду, поняв, что сболтнул явно лишнего. — Только вот технология уникальная, наша, дварфийская. И к нам сюда, кроме дварфов и богов никто входить не может… Если бы не Гар, то и тебя бы так просто не впустили…

— А что насчет дварфа по имени Горнбрад? — предложил я кандидатуру. — Алхимик, божественные зелья варит, младшие боги как-то заикались, что у него даже есть шансы стать одним из них. Или левые дварфы сюда тоже не все могут входить?

Лавовое озеро в этот момент булькнуло, и взлетевший из магмы язык пламени сложился в знакомую бородатую рыжую морду местного огненного бога.

— Ты скажи, чего задумал, а там посмотрим, что там кому можно, а чего нельзя. — весело усмехнулась проекция головы Гара. — А то этот вулкан немножко ключ моей божественности, и абы кого я сюда не пускаю.

— Да ничего особенного. — пожал я плечами. — Просто интересно было посмотреть, можно ли сжать по такому же принципу разные веселящие зелья, или банальный спирт. Прикинь — несколько тон бухла в объеме одной рюмашки? Вот это было бы божественное пойло!

«М: Ты такое не потянешь, желудок порвешь.» — всплыло окошко с сообщением от босса.

«Я: О, босс! Не спится? Не спиться? А ты такую рюмашку потянешь?» — ответил я ему, но вопрос так и остался без ответа.

— Так сильно органику не сжать, конечно… — задумчиво произнесла огненная голова, а из лавы поднялась пламенная рука и задумчиво потерла подбородок. — Но до определенного предела, со стабилизацией вещества магией, можно попробовать провернуть парочку вариантов… Да, давай тащи сюда этого алхимика, поэкспериментируем!

Глава 13

Прежде чем перемещаться к Горнбраду, я совершил перемещение к своим зверюшкам, которых я так и оставил наверху, возле статуи робосанты. Сняв с них антигравитационные тапочки, я вернул их в покеболы, несмотря даже на протесты Пушистика. А то мало ли. Меня вон как из одного края мира на другой кидает. С экватора до тундры. Потом искать их заебусь. И уже так, со спокойной душой, телепортировался к алхимику. Или этот способ можно назвать астралопортацией? Как думаете?

Дварф в это время тихонько дремал у себя в лаборатории, сидя на табурете и прислонившись спиной к спине. На столах вокруг у него тихонько что-то булькало, хлюпало, шипело и издавало прочие разнообразные звуки в химическо-алхимической аппаратуре. Воздух в помещении был пропитан целой кучей разнообразных запахов, но не острых и насыщенных, а так — легкие шлейфы. Явно с последней нашей встречи коротышка проапгрейдил систему вытяжки и вентиляции. Хотя, может это уже и просто-напросто другое место, тем более что цвет стен отличается. Наводку то для перемещения я делал на самого Горнбрада, а не на место.

Особым образом на столе возле бородача выделялась тикающая штуковина. Часами это точно быть не могло. Блестящий металлический цилиндр, сантиметров двадцать высотой и шесть-семь диаметром. На боку — три вертикальные шкалы с циферками и делениями. От нуля до шестидесяти на двух, и до двадцати четырех на другой. И ползающие по этим шкалам тоненькие металлические стрелочки, указывающие на деления шкалы. Причем от максимального значения, что было наверху шкалы, к нижнему. Мне кажется, это таймер. Потому что, пока я разглядывал обстановку и саму эту приспособу, стрелочка на средней шкале упала с единицы до нуля, и следом активировалась крайняя, с секундным интервалом отсчитывая двадцать секунд.

— Бомм! — издал таймер негромкий звон, едва закончился отсчет.

Горнбрад, не открывая глаз, протянул руку к аппаратуре на столе, повернул какой-то рычажок и две разноцветные жидкости из разных емкостей смешались в третьей колбе. А дварф, все также, с закрытыми глазами, пальцем поднял стрелочки на цилиндре на девять минут и двадцать секунд, после чего нажал на кнопку на верхнем конце цилиндра и продолжил спать.

— Кхы-кхы. — кашлянул я в кулак.

— А? Что? Куда? — удивленно разлепил дварф глаза и покрутил головой по сторонам. Стоит признать — совершенно не испугавшись. — О, а ты как тут, ваше херпаршество, оказался? У меня ж защита от телепортаций стоит. Или дверь выломал?

— Да не, у меня просто принцип перемещений уникальный. — подтянул я свободную табуретку и уселся на нее. — Шаманско-бааргховый. Фирменная разработка, никто так больше не умеет, а потому и защиты от перемещения нету. Невыгодно от одного единственного меня защиты разрабатывать.

— Ааааа, ну ладно тогда. — как-то даже успокоился сразу дварф, потирая лицо ладонями, разгоняя сонливость и позевывая. — А то уж я подумал, что меня обманули, когда защиту ставили. Ты это, по делу или так, в гости забежал?

На последних словах он достал ящика стола бутылочку и приглашающе булькнул содержимым.

— А почему бы и не совместить одно с другим? — усмехнулся я в ответ. — Тем более, что у тебя таймер, я так понял, а там твое присутствие понадобится, если согласишься.

— Заинтриговал, заинтриговал. — кивнул алхимик и, вынув две толстые керамические стопки, больше похожие на ювелирные тигли, плеснул в них чуть красноватое содержимое бутыли. — Да, ты прав. У меня еще на час тут работы, прежде чем одно интересное зелье готово будет. Так что есть время поболтать.

В общем, чокнувшись по местным традициям, мы выпили за встречу, и я принялся рассказывать то, что задумал. А Горнбрад задумчиво теребить бороду, внимательно меня слушая.

— Знаешь, если сжать спирт так, как ты хочешь, даже с применением магии, он твердым станет. — выслушав, ответил алхимик. — Но вот с дымом веселяночным может получиться. Он изначально в себе материи содержит мало, и суть его магическую природу имеет. Его хоть как сжимай, он летучим останется. Нужен только настоящий, живой дым, а не то, что ты синтезируешь. Уж не обижайся, но твой при сжатии свойства потеряет. Загляни через полгодика, думаю, к тому времени придумаю способ, как это сделать.

— Боюсь, нету у нас полугодика. — вздохнул я и жестом показал, чтоб тот наливал дальше. — Слушай, чего ты, в своих лабораториях сидя, пропустил.

И рассказал ему события последних дней. Дварф слушал, открыв рот, не забывая, однако, вовремя подливать добавки. А также следить за таймером и аппаратурой.

— И вот, я переместился к тебе. — закончил я через полчаса, утаив лишь некоторые детали вроде проспойлеренных мною вариантов сценариев через Око, да и про само Око тоже умолчав от греха подальше. — Ну как, что скажешь?

— А зачем тебе это вообще? — задумчиво почесал Горнбрад лоб. — Вот честно — ума не приложу, как это использовать в качестве оружия!

— Ну, на самом деле, Вакх этот способ применял, только не как оружие нападения, а как оружие возмездия. — ответил я ему. — Мне до его уровня еще охренеть как далеко, думал сжатым спиртом свой пространственный карман заполнить. Чтоб если хотя бы сдохну, то и Крону чтоб досталось. Там, глядишь, он бы опьянел и контроль над своими ловушками потерял — боги бы освободились и пизды ему дали. А может, и сам бы высвободил это все при возможности.

— А, ну если так, то тогда и вправду с веселянкой лучше получится, чем со спиртом. — хлопнул в ладоши алхимик. — Со спиртом потом придется придумывать, как его потом расжимать, а дым этот сам разожмется, едва ты капсулу с ним раздавишь. Только аккуратно надо будет — она бабахнет так, что мало не покажется! Но, если как оружие возмездия, то можно будет сделать механизм, на твою жизнь завязанный… Тогда она сама высвободится, как только ты умрешь!

— А вот в этом плане я уже полностью доверюсь профессионалу. — пожал я плечами и подставил ему пустую рюмку. — Думаю, с мастерами из вулкана вы придумаете, что и как лучше сделать.

— О, это верно. — покивал Горнбрад, разливая остатки содержимого бутылки. — Мастера из Гар-Шяаня недаром обитель огненного бога занимают.

В этот момент сработал таймер, и алхимик принялся отключать аппаратуру и сливать зелье с лабораторной установки, отставив рюмку в сторону.

— Че хоть за варево там у тебя получилось? — полюбопытствовал я, кивнув на бутыль, которую дварф осторожно, словно она стоила целое состояние, перенес в сейф. — Или секрет?

— Да нет, не секрет. — ответил дварф. — Даже наоборот, заказчик не против, чтобы люди знали, что у него есть зелье неуязвимости. В общем, эликсир этот придает неуязвимость к любому урону на сто тысяч единиц урона с одной порции. А в одной бутыли этой — пять порций. Что, тоже хочешь?

— Да нет. — отмахнулся я. — У меня за этим Леха есть. Он на Мардукоровой мане, думаю, даже падение в жерло этого вашего Гар-Шаня выдержит.

— Вырос парень. — усмехнулся дварф. — Помню, как впервые его повстречал… Его ж тогда кабан на дерево загнал! Всего двадцатый уровень у Алексея тогда был. А секач тот — аж пятидесятого! Все же округа проклятого храма — это вам не абы что, туда без подготовки и оружия хорошего лучше не соваться! А у них на двоих тогда один меч был, пусть и божественный. Но если им махать-то умения нет, то толку от него?

— Двоих? — зацепился я за слово. — Это пилот тот что ли второй был?

— Пии… Лот? — переспросил дварф, закончив, наконец, закрывать сейф с заказом и поворачиваясь ко мне. — Это как?

— Ну, человек, который водит летающие аппараты. — даже не сразу придумал я, как объяснить аборигену из магомира значение этого слова.

— А, ну да. — покивал дварф, которому приговоренная бутылочка, кажись, начала развязывать язык. — Вроде бы она на чем-то там летала, по их рассказам.

— Она?! — переспросил я. — Пилот женщиной оказался?

— Ну да. — удивленно кивнул Горнбрад. — А что, Алексей тебе об этом не рассказывал? Хотя, да… Скрытный он парень, из него раскаленным молотом особо слов не выбьешь.

— Да и я, если честно, не особо то и расспрашивал. — понял я, что действительно, за всю время наших совместных странствий, ни разу особо и не расспрашивал историю Лехи в этом мире. — А вы вообще долго общались? Много можешь о нем рассказать?

— Общались не очень долго, они из города через два месяца ушли. — усмехнулся дварф, доставая из ящика соседнего стола бутыль литра на полтора и тарелку с нарезкой вяленного мяса. — А вот рассказать много можно! Это ж смотря, как рассказывать, а уж что-что, но вот повести ковать подгорный народ умеет лучше, чем железо!

В правдивости этого высказывания я убедился в полной мере на ближайшие два часа. Рассказчиком Горнбрад оказался если не более искусным, чем алхимиком, то уж точно равным этому своему основному навыку. Я даже не заметил, как время пролетело, а когда мысленно подвел итоги услышанному, то понял, что событий там и не так уж и много было.

Познакомились дварф и ерпарх неподалеку от того заброшенного храма, с которого началось и мое путешествие в этом мире. Пилотка… Пилотесса… Как вообще назвать женщину пилота? А, ладно, похер. Пилот при падении ушибла ногу, достаточно сильно, и не могла никуда идти. Так что, обустроив ей лежанку в храме, Леха принялся за охоту, заодно практикуясь в ерпаршерских навыках, боевой магии и разбираясь с функционалом доспехов и меча, который педагог-археолог без прокачки силы даже поднял бы с трудом. И вот, на второй день повстречал он на своем пути огромного лесного кабана. Поначалу обрадовавшись, что можно завялить кучу мяса на огне и на пару дней забыть об охоте, Леха достаточно быстро пожалел, что связался этим пятачком-переростком. Удар мечом, даже заряженный божественной маной, кабан принял вскользь своим непробиваемым лобешником, и охота превратилась в избиение жреца. Заметил это Горнбрад издалека и наблюдал с самого начала. И то, как кабан, подхватив Леху на морду, с разбегу приложил того к мощному толстому местному аналогу дуба. И то, как потом эта же хрюшка подбросила жреца так, что тот сумел зацепиться за нижнюю ветку и забраться на дерево. И то, как кабан таранил дерево, пытаясь стряхнуть обидчика.

В общем, выручил дварф Леху, подстрелив кабанчика из арбалета в бочину. Благо, дварф был алхимиком, и стрелка была смазана быстродействующим ядом. Причем жрать потом добычу вполне можно было, достаточно было лишь хорошенько проварить или прожарить мясо — яд от температуры разрушается на безобидные пищевые добавки, лишь улучшающие вкус мяса. Даже старого волка с этой «приправой» сожрать можно, если больше нечего.

В общем, и ногу пилоту Горнбрад тоже вылечил. И в благодарность за безвозмездную помощь (да-да, прикиньте! Дварф — ни копейки за это все с них не стал требовать! Мол, закон проклятого леса такой. Сегодня ты поможешь, завтра — тебе. А кто выгоду себе тут в помощи ищет — тех лес быстро забирает.) Леха с пилотом напросились в помощники дварфу. Буквально за еду и крышу над головой, они помогали ему добывать ингредиенты для зелий, охотиться и даже выполнить парочку заданий от гильдии героев, проредив популяцию монстров в окрестностях города. В свободное время пилотка обучалась основам целительства, а Леха упражнялся в боевом направлении в городских казармах. Тоже бесплатно — живая груша для битья всегда нужна даже таким бойцам, как Шииран, с которой они там и познакомились, а пилот все-равно потом хилила начинающего воина, если где-то доспех не справлялся с поглощением урона.

Через два месяца случилась небольшая заварушка в соседнем графстве с очередным свихнувшимся некромантом, и Леха с пилотом отправились вместе с отрядом, отправленным на помощь соседу набираться опыта, во всех смыслах. Там же и с Шииран немного сблизились. Без пошлых смыслов. Через два месяца они вернулись, и после еще одного месяца работы по охране города приперся Оракул, и нанял Ши с Лехой. Из этого похода они вернулись, основательно поднабравшись уровней. И, отдохнув пару недель у старого доброго дварфа, уже вполне самостоятельно справлялись с легкими ежедневными квестами по сбору трав и грибов. От денег эти шизики благородно отказались, так что Горбрад снабдил их большой порцией элексиров и зелий, после чего ерпарх отправился в свой большой поход поиска пути в центральный храм, чтобы официально вступить в свою должность, а заодно и свадьбу сыграть. Очень уж с пилоткой они сроднились за это время.

Да, вот это вот все дварф рассказывал два часа. Очень уж живописно он это делал. И да, теперь я понял, чего Леха особо не горел желанием рассказывать свою историю, и очень уж вскользь упоминал, что не один он из нашего мира сюда попал. Тупо ревновал чувак. И думаю, немалую роль в этом сыграла мана нашего босса. Ну вот реально, мне очень даже хотелось бы встретиться с кем-то, кто еще был нашим земляком. А тут — землячка! Само собой, без бутылочки такие встречи не проходят. А пьяная гайка — резьбе не хозяйка, как говорится. И пусть не про каждую гайку это можно сказать, но… На месте Лехи я бы тоже постарался минимизировать подобные риски. Но вот что меня смутило в этой истории, так это десятилетняя давность истории, и теперь с пилотом встретиться жизненно необходимо. Слишком уж это невероятно, но именно поэтому процентов девяносто девять можно поставить на то, что мы с ней знакомы…

Глава 14

Особых трудностей с тем, чтобы доставить Горнбрада в вулкан, не было. Подождав, пока алхимик соберет все ему необходимое, мы переместились с помощью астрала в лавовую обитель. Особые трудности возникли при транспортировке запасов веселянки из академии в нутро огненной горы. Просто-напросто потому, что, переместив пару сотен мешков, я заебался. Больше морально заебался, чем физически. Даже с применением астрального кармана. Даже с учетом того, что он по мере того, как я им пользовался, раскачался до пятидесятого уровня и в него влезало уже пять кубов твердого вещества, а в кубе помещалось девять мешков веселянки. На Земле грузчиком вкалывал, теперь и тут продолжать?! Да я охуею пол-ляма мешков таскать! Я так богом грузчиков стану, и чихать я хотел на то, что бог алкашей и так им симпатизирует, как и они ему… Не об этом речь!

В общем, пришлось будить Архимага, чтобы он портал открыл. Снегурочок просыпаться не хотел, поэтому пришлось искать методы экстренного пробуждения. Стандартные особо не канали. Сотворив пузырек нашатырного спирта, я поднес флакон к носу главмага. Толстяк поморщился сквозь сон, после чего не просыпаясь, фыркнул и продолжил спать. Я поднес флакон к собственному носу и удивленно его понюхал. Внутри пузырька была чистая вода. Почесав затылок, я скинул ботинки, которые я уже, получается, четыре дня где-то не чистил творящей ультой от запаха. Поднеся для проверки по очереди обувь и носки к его носу, я получил идеально чистые вещи. Обувшись в чистенькие берцы, я продолжил чесать затылок.

Не придумав ничего лучше, я обошел лежащую на боку тушу и сотворил в руке петарду. Уж что-что, а корсар пятый, длиной и толщиной с указательный палец, должен его будет поднять! Тем более, что я, раздвинув ногой Архимаговы булки, заправляя поглубже халат Снегурки, заправил туда же и подожженное пиротехническое изделие, совершенно для этого не предназначенное. Да, обычного человека таким приколом убить через разрыв ануса — плевое дело. Но точно не это магическое существо возрастом, как я понял, больше тысячи лет.

Как выяснилось, разбудить эту тушу подобным образом сложно. Возможно, что для этого надо было вкручивать петарду непосредственно в очко, а не просто вложить в копилку, но… Пиротехника сработала, едва заметно всколыхнув окружающие мягкие ткани полужопий, и вся энергия от бабаха оказалась поглощена тушей. А я на собственной шкуре осознал, что как бы не было смешно от историй о том, как Архимаг разносит в пух и прах банду разбойников пердежом, все-равно не стоит находиться даже в двух метрах от этого его вонючего оружия.

Даже еще не закончив колыхаться от взрыва, Аримаг заметно напрягся и выдал такой гороховый залп, что уши заложило. И даже находясь на, как я думал, безопасном двухметровом расстоянии, я отправился в полет. Благо, костюм охотника на нежить был зачарован на прочность, хотя и он, признаться честно, затрещал от ударной волны. А я-то думал — это спящего медведя будить опасно!

Поднявшись с земли, я с удивлением обнаружил, что пухляш продолжает дрыхнуть, сквозь сон почесав жопу и достав из нее заправленный халатик. На этот раз я почесал не бритый пару дней подбородок. А мужик оказался крепче, чем я думал! Чтобы легче думалось, я сотворил бутылочку Жигулевского и с легким приятным пшиком откупорил тару. Как ни странно, именно это Архимага и пробудило. Ну, почти. Услыхав знакомое шипение, Снегурочко сначала поводил по воздуху носом, не открывая глаз, потом повернулся на спину и уселся на землю, начав крутить головой по сторонам. После чего бутылку у меня из рук выдернуло невидимой силой и поднесло к пухляшу. И вот наконец, сделав несколько глотков, он открыл глаза и с блаженной улыбкой посмотрел на меня.

— Доброе… А что сейчас? — радостным голосом спросил Архимаг, покрутив головой вокруг.

— Пусть будет утро. — пожал я плечами. — После нового года, оно всегда так. Когда очнулся — утро, если очнулся — доброе.

— Хорошая мысль. — покивал толстяк головой и залпом допил бутылочку, после чего с жалостью посмотрел в нее, как в подзорную трубу и грустно вздохнул, опуская пустую тару. — И погуляли тоже хорошо.

— Я бы даже сказал — охуэнно. — кивнул я в ответ. — Я тут с каким вопросом то. Надо ту веселянку, что мы закупили и что осталась еще, в один вулкан перекинуть. Откроешь портал?

— Да как песок потоптать. — отмахнулся Архимаг. — В какой вулкан кидать? Сейчас активен Шшаррагаш на юге, если не ошибаюсь. Орочьи степи накурить хочешь?

— Неплохая идея. — оценивающе поджал я губы. — Но вообще надо в этот… Гар-Шуань, что ли. Не доводилось бывать? Там еще дварфы живут, куйню куют. С меня ящик жигулевского.

— Конечно доводилось. — даже как-то немного разочарованно вздохнул Архимаг, и перед ним на земле возникла миниатюрная иллюзия вулкана-кузницы, верхнего яруса. — Куда надо портал?

— Ну, в идеале — немного поглубже, чтоб далеко не бегать. — Там лава внутри, и кузница. И еще куча приспособ разных.

— Ого, вас допустили в святыню Гара? — удивился было Архимаг, но потом, видимо, начал просыпаться. — Ой, точно, вас же младшие вполне признали, чего это я… Ух, делаааа, это ж я сам и забросил вас туда!

— А вот этого не помню. — пожал я плечами. — А что, тоже доводилось в святилище лавовом бывать?

— Доводилось. — с легким налетом ностальгии улыбнулся пухляш. — Мы же им вентиляцию делали, и металлопритяжение на каменный мост накладывали тоже академики. А они нам взамен накопители монолитные вырастили. Вон те, что снизу светятся.

С последними словами он кивнул на летающую Академию, и я еще раз посмотрел на светящиеся круги под башнями.

— Ну так что, куда товар выгружать? — произнес Архимаг, и я вновь перевел взгляд с Академии на него с его иллюзией, на этот раз изображавшую внутреннее помещение с лавой.

Я ткнул пальцем в то место на магической голограмме, где начал складывать веселянку, и Архимаг, кивнув, убрал иллюзию и открыл сбоку от себя небольшое пространственное окошко, за которым я увидел пещеру и лежавшие в ней мешки. Пухляш кивнул каким-то своим мыслям, изображение сместилось чуть выше, и в воздухе над мешками возникло бирюзовое свечение, через пару секунд превратившееся в окошко горизонтального портала несколькиметрового диаметра. И из этого портала посыпались лежавшие в Академии мешки. Вот это концентрация! Сидя под деревом, открывать порталы через полпланеты! И хрен с ним, что толстяк сейчас был напряжен, словно ежиками какал, главное — что может! Я такое, наверняка, за тыщу лет хрен бы провернул, тут же разума надо — мама не горюй! Легкий гулкий удар по голове даже цифру подсказал — тысяч двадцать в этот параметр, и четверть этого значения в контроль маны. Второй удар подсказал, что те самые накопители, что под башнями, могут давать подобные добавочные параметры, если в них слито достаточно очков опыта либо душ. А создавать артефакты за счет донорских очков опыта вполне себе можно. То же самое Око-Глазик тому — самый яркий пример.

Тот факт, что норны весь свой духовный опыт сливали в шар, несмотря на то, что это по сути было вместилище души звезды, да и внешние источники очков развития задействовать не брезговали, мне подсказал третий удар невидимой подушкой по голове. Хм. Надо будет потом мелкую попросить глянуть, че за фигню мы намутили с душой. Или может даже так помнит. Однозначно, это намного лучше, чем было, что боли при каждом воспоминании нет. А если это просто болевые окончания у души уже просто отмирать начали? Вдруг такое возможно?

И вот так, пока я тряс контуженной головой, Архимаг уже отгрузил весь товар, закрыл все порталы-окошки и сейчас молча сидел, и показушно-грустно рассматривал пустую бутылку.

— Да помню я, помню. — усмехнулся я в ответ на этот театр одного актера. — Сейчас сотворю.

И тут меня осенило. А что я все синтезирую это, да синтезирую? Что мне, вашу мать, мешает астралопортироваться на родину и притащить настоящего жигуля?!! Для пробы попытался синтезировать металлический десятник, и пусть не так легко, как пивас, но мне это вполне удалось! Даже золотишко местное сложнее создавать, на самом то деле. Золото — металл маноемкий, а червонцы наши — они ж из латуни какой-то отлиты. Так что я переместился в астрал и, сосредоточившись на образе зарослей клена и прочего кустарника неподалеку от моей съемной квартиры, совершил перемещение. Темно. Судя по всему, на родине глубокая ночь. Значит, супермаркеты не работают, и нужно топать сразу в сторону круглосуточного магазинчика неподалеку от съемной квартиры.

Вот тоже ведь, придумали закон, что после одинадцати ночи и до восьми утра спиртягу продавать нельзя! По первости, когда к закону этому еще не привыкли, даже забавный случай был. В маркетах, чтобы махинаций не было, ввели ограничение на кассах на программном уровне, чтобы алкашка не пробивалась в неположенное время. И вот так вот пошел я в магаз, что с семи работал. Пришел где-то без десяти восемь, чтоб и продуктов взять, и пивка сразу на вечер. Чтоб, значит, два раза не бегать. На кассу пошел уже, как я думал после восьми. И кассирша так же думала. Нажимает она кнопку, чтоб чек пробить — не пробивается! Стояли, ждали минуту, пока на кассе часы пропикают нужный час. Что забавно, никто в очереди (прикиньте, в такую рань за мной уже пара человек столпиться успела!) ни слова не сказал, даже также повозмущались по поводу этих законов.

В общем, все, конечно, знают хорошие места, но никто их не сдает левым людям. А то так стукачу какому расскажешь, где можно пивасика банального взять, за наличку, без чека по ночному часу и все — прикрыта лавочка! Да и в лавочке самой тоже, абы кому не продают. Только проверенным людям, за кого поручатся такие же, еще более проверенные годами уважаемые господа. Само собой, в таких магазинчиках типа «ларекудома», ценник повыше, чем в маркетах. Они поэтому и позакрывались уже почти все. Всякие шестерочки их основательно так потеснили. Но есть еще места, где такой вот «У Армена», что зародился раньше перестройки, сумел выдержать конкуренцию.

— Ого, Денис, где пропадал? — искренне удивилась моему визиту тетя Галя, отрываясь от планшета с каким-то сопливым сериальчиком. — Тут чего уже только не напридумывали про тебя! Мол, и мотоцикл твой на трассе нашли разбитый и рядом тебя, в фарш перемолотого, и в монастырь ты ушел, на Натаху свою обидевшись. Ой, наверное, не стоило ее упоминать?..

И с хитрецой такой смотрит на меня, сучка. Забавная она, на самом деле. Уникальный человек. Без всяких долговых тетрадок наизусть знает, кто сколько и чего в долг взял. Да, и такие места еще есть! Это вам не Москва! С такой памятью многого добиться можно было бы, если захотеть. А она вот. Говорят, что с самого открытия тут. Но честно, не верится в это — выглядит она не старше сорока. Но все зовут ее Тетя Галя. Даже Иваныч, доходяга местный, лет пятидесяти. Может, и вправду она даже для него — тетя. А может, просто потому что так принято.

— Если что, говорите всем, что я с цирком бродячим уехал. — усмехнулся я ей в ответ. — Фокусам всяким вот учусь, да и работка легче, чем грузчиком. Хотя и опаснее иногда. Смотри, че умею.

С этими словами я поместил открытую ладонь над монетницей и принялся синтезировать десятники.

— Ловко. — улыбнулась Тетя Галя. — А еще можешь чего?

— Могу. — кивнул я. — Давай пару упаковок жигулевского!

Выставив товар на прилавок, продавщица с любопытством уставилась на меня. А я тем временем сосредоточился и пусть с заметным трудом, но все же переместил пиво в астральный карман.

«ВНИМАНИЕ!!!»

«Воздействие негатора неопознанной природы!»

«Для сохранения работоспособности комплекса Мобильной Системы Развития Личности рекомендуется дозировать магию 100000 единиц маны/час.»

«Рекомендуемое время возобновления работы с Мобильной Системой Развития личности через 01:02:58»

И после того, как я свернул окошко с сообщением, в левом верхнем углу остался таймер обратного отсчета.

— Больше пока не могу. — развел я руками, но Тетя Галя и на это поаплодировала от души.

— Порадовал, мальчик мой, порадовал ты меня. — с улыбкой начала пересчитывать она монеты с такой скоростью, что кажется, даже Архимагу было чему поучиться, при этом совершенно не отвлекаясь от пересчета разговорами. — Я в последний раз фокусника видела у троюродной сестры на свадьбе. Так у него видно прям было, что и карты он в рукавах прячет, и что шляпа у него с двойным дном. А у тебя прям ни дать, ни взять — магия!

— А что, видала ты магию настоящую? — усмехнулся я в ответ. — Есть, с чем сравнить?

— Да знавала я одного… Фокусника… — с какой-то ноткой ностальгии ответила она. — Как сейчас помню, Генкой звали. Он и ветер мог вызвать, и огоньки зажигал. Даже фокус с призывом духов проворачивал. Пропал потом… Видать с цирком тоже с каким уехал. У тебя сто рублей лишних, на.

— А фамилия у этого Генки часом не Шаманов была? — задумчиво посмотрел я на пододвинутую ко мне в монетнице сдачу. — Давай что ли рыбки на эту сотку, вяленой.

— Все-таки уехал. — по-своему поняла мой вопрос Тетя Галя. — Ну да, чувствуется его рука в том, как ты ловко чудишь. Ну, привет ему, что ли, передай, раз уж вас так судьба свела.

— Обязательно, Теть Галь. — кивнул я, запихивая в карман куртки протянутый пакетик с воблой.

И, распрощавшись с продавщицей и покинув магазинчик, тут же завернул за угол. Осмотревшись по сторонам, я в очередной раз подивился, что в округе тихо и безлюдно. Обычно в любое время ночи тут кто-нибудь крутится, и внутри безлюдно не бывает. Хотя и такие вот затишья тоже случались, особенно посреди недели.

— Гуал, рожа твоя клыкастая, я знаю, что ты меня слышишь. — позвал я оркорака. — Покажись.

— Чего тебе? Стоп, тут то ты что забыл?! — воскликнула сформировавшаяся из кирпича стены клыкастая морда. — Этого в плане не было!

— Не было. — кивнул я. — Но и не влияет на результат. Ты нафига, Геннадий Валерьевич, Тетю Галю обижаешь?!

— Какую Тетю Галю? — нахмурился орк. — Аааа, эту? А что, она обиделась? Ну подумаешь, помутил малость, пока у нее муж в тюрьме сидел! Она, как ваше поколение говорит, давалка та еще была!

— Может, и давалка, а человек-то хороший. Даже народ честной не обсчитывает, хоть и продавщица. — пожал я плечами. — Зайди, извинись, сделай одолжение.

— Ну, если уж ты просишь, то ладно. — несколько секунд помолчав, ответил шаман.

Стена колыхнулась, и из нее, словно из вертикальной водяной стены, вышел Геннадий Валерьевич. Мой старый знакомый трудовик в простом спортивном костюме. Только в образе чуточку моложе, чем я его по школе помню.

— А ты как, обратно сейчас или еще чего тут хотел? — спросил Генадьвалерич.

— Мне около часа надо, чтоб амулет отдохнул. — ответил я. — А то понатыкали тут негаторов, понимаете ли, нормального херпарху маной помахать негде. Но, тут то я уж поди как-нибудь без Лехи часик протяну. Все же я тут жил. Причем конкретно вот в этом вот доме. — кивнул я на многоэтажку рядом.

— Ну, смотри. — усмехнулся трудовик. — Если что, зови. Пару свободных аватар пока сыщется, если чего.

И зашел в магазин, повернув за собой табличку «открыто» на «закрыто».

— Денис?! — раздался сбоку-сзади знакомый голос. — Ты живой, или мне опять пора кодироваться?!

Глава 15

— Живой, Тореро, как видишь — живой. — с усмешкой ответил я ему. — На часок вот заглянуть решил на вторую родину. Чего тут нового у вас произошло, пока меня не было?

Иваныч был из тех самых благословленных алкашей, что по пьяни могли и с девятого этажа выпасть без переломов, и технический спирт неделю бухать без слепоты, и одним выдохом в трубочку гаишника сломать дорожным патрульным психику, заставляя прибор показать смертельную дозу. Свидетелем всем этим историям я, само собой не был, но ни капли не сомневался в том, что все эти байки — чистая правда. На моих глазах его однажды лишь легковушка сбивала, неподалеку от дома. У тачки бампер в дребезги, пусть и пластиковый, а он просто перекатился через нее, встал, отряхнулся и отматерил водятла. Водила пацаном зеленым оказался. Причем в тот момент это был реальный цвет его рожи — от страха. А Иваныч синий был, тоже и в прямом, и в алкогольном смыслах. Так на радости, что Иваныч живой и невредимый оказался, десять тыщ ему за молчание сунул и свалил побыстрее, чтоб гаишников никто не вызвал.

Как-то так сложилось, что с Иванычем у нас были хорошие отношения. А от этого отношения с остальными жильцами у меня были не очень. Мало кто любит алкашей и их собутыльников, даже если они никому ничего плохого не сделали. Стереотипы такие стереотипные. Никто ведь даже никогда не спросит, отчего такие люди спиваться начинают, да на какие шиши бухают каждый божий день. Воруют что не приколочено — так думают. Да, многие так и делают. Но не он.

Что случилось с Иванычем? Если коротко, то Афган. Советское время, все дела. Никто у молодого вертолетчика не спрашивал, хочет он на юга, или нет. Некоторое время спустя, их лагерь был атакован. Ночь, взрывы, выстрелы. Кишки боевых товарищей создают стильный и неповторимый ландшафтный дизайн. Пулевое в голову, кома, божественное чудо — и вот Иваныч неведомым образом выписан из больницы с третьей группой инвалидности, с неоперабельной даже на сегодняшний день пулей в глубинах мозга и с советом сильно головой не трясти, ибо случай уникальный и хер его знает, что будет, если пуля сместится. Может, и ничего — и так уже он по идее должен был перестать дышать, с таким расположением снаряда прямо в том участке мозга, что за дыхание отвечает. А может — пошевелится и заденет именно то, что жизненноважно. Сам Иваныч считал, что его Бог хранит и к религиям относился с должным уважением, хотя и в церквях и храмах особо замечен не был.

Дальше, как и многие другие пережившие бомбежку, Иваныч начал спиваться. Хотя бы просто для того, чтобы можно было уснуть и проспать хотя бы часов пять-шесть без кошмаров. Да, если бы он обратился к врачам, ему бы наверняка выписали нужные препараты, но такой уж у нас стереотип — пошел к психиатру — значит психбольной. Лучше уж алкаш. Так и живет всю жизнь. Афганская пенсия, инвалидская, дворником в своем доме до сих пор работает, однушку от государства каким-то чудом удалось выбить в свое время, вот ее и сдает, а на часть этих денег комнату снимает у старушки-соседки. У той муж давным-давно помер, а дети по стране разъехались. Кошку принципиально заводить не хочет — мол, помру, кто о ней позаботится? А так алкаш — чем не кошка? Так же и нагадить может мимо лотка, и кормить надо. Только еще и за хлебом сбегать может, если ноги ломит, и детям позвонить, если он ее переживет. Так что, если кому одиноко — заводите вменяемого алкаша вместо кошки! Советы от бывалых старушенций.

Это, кстати, главная причина, почему я его «Тореро» прозвал. Вдова о нем, как о сыне непутевом заботится. У Арии-Кипелова песня есть одноименная. «Хей, тореро, сын вдовы!..», «…Бог хранит тебя, смерть щадит тебя…». А он и не возражал, так и сложилась традиция.

И, как говорится: если ты разговариваешь с богом — это молитва, а если бог с тобой — это шизофрения. Сказал я, у кого прямой чатик в голове с одни из верховных божеств, ага. Хотя на самом деле фраза мне и не принадлежит. Но вот в том, что его хранил один знаменитый бог войны, сомнений теперь никаких быть не могло, когда зрение системой модифицировано.

«Иваныч, Священное крыло Мардукора, 101 уровень»

— Да чего тут может нового случиться… — махнул Иваныч рукой. — Только вот, Никитична моя померла, так что пришлось в квартиру свою вернуться.

«Я: Босс, че за крылья тут у тебя священные по Земле-матушке шатаются?» — открыл я тем временем окошко с Мардукором.

«М: Священные крылья — отмеченные мною воины-авиаторы, заслужившие своими морально-волевыми качествами моего благословения.» — несколько секунд спустя ответил бог войны.

«Я: Это потому Иваныч такой неубиваемый?» — продолжил я допрос.

«М: В том числе. Хотя и сам по себе он достаточно везучий. Но верно, если бы живучесть от моего благословения не была повышена, то пулевое в голову он бы не пережил».

«Я: А как думаешь, на ерпарха он часом не потянет, если на крыло потянул? А то там, как я понял, после зачистки одного предателя, вакансия точно появилась»

«М: Кумовство, однако. Хм… Смотреть надо. Думаешь, просто так все жрецы проходят путь паломника? Испытание силой не каждому дается легко».

«Я: Чувак, Иваныч девяностые пережил и не скурвился. А некоторым твоим жрецам и испытание силой не помогло завалить испытание властью».

«М: А, черт с тобой. В конце концов, если мы выживем все по итогу, но испытание провалит, можно и рядовым служителем оставить. Думаю, он не будет против».

— Слушай, Тореро… — перешел я на заговорщицкий шепот. — А не хочешь стариной тряхнуть, родину спасти?

— Хоть и дурацкие у тебя шутки, Денис, но мне кажется, снова весело будет. — усмехнулся Иваныч. — Терять то мне, сам знаешь, нечего. Пойдем, бутылочку возьмем?

— Не, магаз пока закрыт. — покачал я с усмешкой головой. — Пошли, пивка бахнем, расскажу.

По дороге до Иваныча дошло, что идем мы налегке, и он, само собой, поинтересовался, где же это я спрятал пивасик. Пришлось заверить его, что у меня скрытые карманы вместительные. И даже не соврал ведь ни капли при этом! В квартире, к слову, ничего не изменилось. А, я же вроде так и не упомянул, что я у Тореро хату и снимал? Ну, вот. И еще. Наверняка у вас в голове всплывает образ из фильмов, когда речь идет о берлоге холостяка-алкоголика. Обшарпанная хрущевка, тусклый желтый свет от самой слабой лампочки накаливания, обшарпанный стол, накрытый прилипшей к нему газеткой, да? Ну… Я уже отзывался о стереотипах. Нормальная на самом деле квартирка, подготовленная для сдачи среднестатистическим людям. Не евроремонт с золотыми унитазами и стразами на кухонной плите. Просто все чистенько, аккуратно, светло и удобно. Почти новая техника, мебель и обои. Пил Иваныч пусть и запоями, но контроль себе отдавал, пока с белочкой не увозили. Хотя при мне такое и было лишь один раз. А так, если что ломалось даже, чинил все сам. Рукастый мужик.

Вместо предисловия я тупо усадил Иваныча на стул и выдернул из астрала одну упаковку пиваса. Система ругнулась, что это последняя попытка напрячь медальон и, раз уж я по-хорошему не понимаю, то способности мне отключают до конца таймера. Сам таймер вырос до полутора часов. А сам медальон угрожающе нагрелся до такой степени, что пришлось достать его поверх одежды и даже куртку застегнуть, чтобы поверх кожанки горячая хреновина болталась и майки не касалась.

— Все-таки опять кодироваться. — вздохнул афганский ветеран и потыкал пальцем в пивко. — Хотя, стоит признать, галлюцинация на этот раз очень реалистичная.

— А что в прошлый раз было? — поинтересовался я.

— Да, так, ерунда полнейшая. — махнул он рукой и принялся вытряхивать на стол протянутую воблу. — Мотоциклист, может, привиделся полностью, может, реально был, но мозг чуданул. Короче, почудилось мне, как мужик на мотоцикле едет. Потом мотоцикл у него заржал, как лошадь, весь молниями заискрился, перед ним что-то типа фантастического портала открылось с каким-то космическим пейзажем, и он туда укатил. Я как пивом похмелялся, так бутылку и выронил. Ну, ты помнишь, меня тогда увозили, кодировали.

— М-да, неудобно вышло. — усмехнулся я, доставая открывашку из ящика кухонного гарнитура. — В общем, как оказалось, не было у тебя тогда горячки. Слушай, чего расскажу…

В общем, повесть о приключениях Веселителя длилась часа два. Под конец рассказа позиция Иваныча была похожа на мою. Если это правда — то круто. Тем более, что кулдаун на работу амулета откатился и я смог достать из астрала свой смартфон с фотками и показать Иванычу красоты Небарры. Пусть я и не много наснимал, но хоть что-то. Ну а если это глюк…

— Мне нарколог в крайний раз сказал, что если ко мне по пьяни умершие придут, да за собой звать будут, то все. — вздохнул владелец квартиры. — Редко кого после этого откачивают. Кто в окно выходит, у кого сердце отключается. А тебя, Дениска, все давно уже мысленно похоронили. Мол, нашли твой мотоцикл на трассе разбитый. То, что тебя не нашли… Да кто ж в таком выживает? Решили, что труповозка уже увезла то, что от тебя осталось. Так что, пойду я с тобой. Вдруг это не белочка? Хоть перед смертью инопланетян посмотрю.

— Иномирян. — поправил я его. — Все же это эта же планета.

— А арахниды эти твои? — усмехнулся он в ответ. — Из того, что ты наговорил, я так понял, что ты авиафлот собираешь? Ну так боевой летчик-снайпер в звании майора, думаю, вам точно пригодится. Явно же против инопланетян война будет, если будет. Ну, а если глюки это все… Так я свое пожил, можно и в окно выйти.

— Погоди, какой майор-снайпер? — помотал я слегка затуманенной пивасом головой. — Я думал, тебя молодым салагой подбили?

— Не те это вещи, чтобы на каждом углу хвастаться. — дернул краем губ мигом нахмурившийся афганец, и неожиданно в его глазах промелькнуло нечто, мимолетно сделавшее его похожим на Мардукора. — Снайпер, это не про стрельбу, если что. Это высший класс у пилотов. Я ж на вертушке бочку сделать могу с закрытыми глазами! Из-за пули, падлы, выпнули… Что брать с собой?

— Да что тебе надо, то и бери. — пожал я плечами. — Может, что-то памятное, или одежда любимая есть? Хотя, думаю, в храме тебе подберут одежонку-то.

— Ну, тогда я готов. — хлопнул в ладоши старый вояка. — Полетели!

— Тогда пристегнуть ремни. — хлопнул я его по плечу и, не убирая руки, совершил перемещение в астрал и далее, сосредоточившись на образе мастера Ка Дшуа, начал перемещаться в Небарру.

Мастер стоял посреди светлой комнаты с яркими источниками света на потолке, похожими на лампы. Склонившись над белым широким шестиугольным столом, безо всяких опор висевшим посреди комнаты, Ка Дшуа хмурился и тыкал пальцами в какую-то голограмму.

— Добро пожаловать в центральный храм всех миров. — раздался со всех сторон приятный женский голос, от которого вздрогнул даже Ка Дшуа. — Твой путь паломника завершен.

— Да уж. — задумчиво покачал головой мастер. — Внутрь храма пока еще не один непосвященный жрец не телепортировался. Кто это с тобой?

— Знакомый, пилот высшего класса из моего родного мира. Нужен? — ответил я. — Только ему еще надо систему помочь настроить. Да и, наверное, подсказать, как лучше очки опыта раскидать.

— Священное крыло? В занегаченном техногенном мире? — присмотревшись к новому персонажу, удивился Ка Дшуа. — Какое звание, боец?

— Майор, товарищ… — начал было отчитываться вояка, но неожиданно замялся. — Как могу к вам обращаться?

— Мастер Ка Дшуа. — представился главный жрец. — Если по вашим армейским аналогиям, то я… Хм… Маршал и президент-главнокомандующий, выходит. На территории, подвластной храму, само собой. Традиционное обращение — мастер Ка Дшуа. И, отставить уставное обращение. У нас принят более фамильярный формат общения.

— Есть отставить… — начал было говорить Иваныч, но прервался на середине фразы, чуть было не отдав честь.

— Привыкнешь. — кивнул ему в ответ мастер. — Значит, есть нераспределенные очки опыта… Что с параметром харизмы? Ах, да, интерфейс еще настроить нужно…

— А что вообще случилось? — поинтересовался я причиной заметной невооруженным глазом рассеянности мастера. — Проблема с поиском пилотов?

— Да с этим никаких проблем. — задумчиво потыкал он в голограмму. — Проблема… Не получается единого командира подобрать. Спорить с назначением, само собой, никто не будет. Дисциплина у истинных последователей Мардукора железная.

— Но, как говориться, осадочек остался? — продолжил я мысль. — Группа лиц, из рядов которых избран командир, зазнается, а другие чувствуют себя ущемленными, и таят в себе обиды?

— Можно и так сказать. — покивал Ка Дшуа. — Так что твой товарищ весьма кстати! Смотри! А, хотя ты не поймешь… В общем, если ему настроить харизму на пять сотен очков, то модуляция строя боевых звеньев получается идеальной, насколько это вообще доступно с данными параметрами! Иномирянин без привязанностей, земляк лишь одному пилоту, чувство взаимного равенства максимальное! Тем более он благословлен самим Мардукором, валькирии пойдут за ним, как за мессией.

— Мастер Ка Дшуа! — Раздался тем временем женский голос из открывшегося дверного проема. — Вторая стая синиц гото… Ва…

— Можешь не переживать по поводу своей белочки, Тореро. — похлопал я Иваныча по плечу, посмотрев на вошедшую женщину. — Это мой глюк. Таких совпадений в жизни точно не бывает.

Глава 16

На самом деле, давно уже можно было бы и догадаться. Но для этого думать надо, а это никогда моей фишкой не было. Да, попал Леха в Небарру из две тыщи десятого года, переместившись во времени. Да, не просто так это произошло. Не берутся из ниоткуда, знаете ли, грозы, способные сквозь время объекты перемещать. Хотя, откуда мне наверняка знать? Может, даже бывают и дикие сквозьвременные шторма… Это у Зевса-Сефоттина спрашивать надо, он по этой херне спец. Этот же спец по нашему основному сценарию и перемещение этого вертолета подстроил. Потому и вертолет, к слову, молния так легко подбила.

Хм. Что-то я упустил этот момент, когда варианты просматривал, а щас уже и не помню точно, чего видел… Это выходит, что я сам, пусть и «я-прошлый» — и ее перемещение подстроил?! Хотя, да… Думаю, сгинул бы без нее Леха. Тем более, что она в хила пошла качаться, как я понял. Настоящий дух спасателя не пропить, даже если попытаться.

— Это мне теперь че, Леху папой называть? — не придумал я ничего более умного для такой неожиданной встречи. — Вы ж поженились, как я понял? А почему ты не рассказывала, что пилотом служишь? Мол, просто спасатель, и все.

— А, так это ты тот самый алкаш, к которому его приставили? Знаешь, а я бы многое отдала, чтобы на его лицо посмотреть, когда он узнает. — неожиданно и достаточно ехидно улыбнулась моя мама-пилот-спасатель. — А не говорила, чтоб не волновался никто. Мои родители бы меня в погребе заперли, едва узнав о такой опасной профессии. Ну, ты же знаешь их характеры. Они просто за спасательскую должность-то долго переживали.

— Это верно, дед бы еще наверняка и выпорол. — покивал я в ответ, и повисла неловкая пауза. — Ладно, я тогда Лехе ничего говорить не буду, пока сам до храма не доберется.

— Раз уж такая встреча, то я думаю, вам лучше пообщаться более уединенно. — заметил мастер Ка Дшуа. — Что там с синицами?

— А, точно. — собралась с мыслями моя мать и вернулась к тому, с чем пришла. — Вторая стая синиц расконсервирована и продиагностирована, к сопряжению полностью готова. Третья стая выведена из стазиса, к началу расконсервации готова.

— Отлично, можете действовать. — кивнул ей мастер. — И выводите из сна синего соловья для нового командира. Его подготовкой я займусь лично, после чего представлю его официально. Светлана, думаю, будет логично, если ты лично проведешь экскурсию для Дениса по просторам храма.

На том все и порешали. Оставив Тореро мастеру на растерзание, мы с мамой Светой отправились смотреть, что это за храм такой и с чем его едят. Для начала выяснилось, что находимся мы на нижнем этаже, в подвалобункере. Поэтому пришлось подниматься. Но при этом бить ноги не было никакой нужды. Лифт. Только не такой, как у нас в виде обоссаной кабинки с измазанными чем-то шоколадного оттенка кнопками, а цивилизованный. Больше похожий по принципу на академский, а внешне — на транспортную аэротрубу из футурамы трехметрового диаметра и непрозрачными стенками. Круглая белая труба со светящимися стенами и отъезжающей вбок дверью. Кнопок и пола нет. Вместо пола силовое поле, которое тебя удерживает в воздухе. Поверить в такую херню удалось не сразу, даже несмотря на то, что мама бесстрашно шагнула прямо на воздух и с усмешкой продемонстрировала, что на этом даже прыгать можно. Едва я хотел войти, как мимо нас пролетел сверху вниз уже знакомый мне осьминог с булькающе-хлюпающим именем, приветственно помахавший мне щупальцем. Оказалось, что силовой пол формируется под каждым пассажиром, а не полностью на этаж, чтобы не мешать перемещениям других путешественников и не создавать пробки на этажах.

Устав ждать, пока я переборю инстинкты, мама просто схватила меня за руку и рывком затянула в лифт. Дверь закрылась, а перед глазами, прямо в интерфейсе, появилось окошко с привычными лифтовыми кнопками. Судя по показаниям системы, мы находились на минус третьем этаже, а всего в минусе было тринадцать ярусов. И в плюсе столько же.

— Денис! Как же я переживала за тебя! — неожиданно, рывком обняла она меня, и мы медленно полетели вверх. — Как же ты возмужал!

— А ты наоборот, даже, кажется, моложе стала. — растерянно обнял я ее в ответ.

— Это со всеми целителями так. — ответила она со вздохом. — Пока дар работает, тело само омолаживается. Это другим магам надо ритуалами внешний вид поддерживать. Ну, рассказывай, как там на родине дела?

Ну, я и начал постепенно рассказывать, хотя особо и нечего было. А она тем временем рассказывала, что тут к чему, ибо лифт уже вынес нас на нулевой этаж, где у шахты лифта не было стен, и мы покинули подъемную трубу. Над головой так же была дыра в потолке, уходившая выше. Вообще, как я потом посмотрел на голограммах, этот центральный храм был достаточно причудливой конструкцией. Во-первых, основанием ему служила двенадцатиугольная каменная платформа трехметровой толщины и метров пятьсот в поперечнике. От каждой грани этого фундамента отходило по длинному острому лучу-лестнице. В метрах ста от каждого края располагалось двенадцать толстых, метров по тридцать диаметром, башен, сужавшихся кверху и загибавшихся внутрь на манер когтей. И макушками упирались в стены центральной башни-пирамиды с двенадцатью гранями, больше напоминавшей какой-нибудь обелиск или стеллу соотношением ширины к высоте. Все из белого камня, больше даже похожего на какой-нибудь металлопластик. Только вот это центральное сооружение висело над поверхностью фундамента, не касаясь его, на высоте метра четыре. А присмотревшись, я понял, что и башни-когти ее тоже не держат, оставляя несколько сантиметров свободного пространства.

И лифт, собственно, был по центру этой самой центральной башни. Непередаваемое ощущение, я вам скажу, осознавать, что ты только что вышел из-под висящей в воздухе безо всяких опор пятнадцатиэтажки, над шпилем которой медленно вращается в воздухе вокруг невидимой оси аналог моего жреческого медальона из золота, с пятиметровой гранью внешнего треугольника и светящимся мягким белым светом зрачком, разгоняющим закатные сумерки.

Располагался храм на высоком холме, вокруг которого располагался футуристичный город. Застройка невысокая, этажа на три, куча зелени. Белые домишки разных форм соединялись дорогами с серым, не по-отечественному гладким покрытием с голографической разметкой. Дороги эти были как наземными, так и воздушными, с силовым ограждением. Эти, вторые, располагались над крышами зданий. Транспорта на земле почти не было, а что был — был без колес и плавно скользил по воздуху на каких-то антигравах. Как я ни пытался напрячь магическое зрение, так и не смог разобрать принципа их работы, надо поближе разглядывать. Однозначно, мана в них была, и однозначно служила источником экологически чистого топлива, но… Это радикально отличалось от чисто магического аналога из Академии. Словно это было техногенным устройством. Те самые гибридные технологии?

Большая часть летающих повозок скользила как-раз по воздушным трассам. Пешеходы в разнообразных одеждах шлялись как по этим дорогам, так и по воздушным. И кругом чистота и порядок. Никаких разбросанных окурков, фантиков и даже харчков. Либо дворники охереть как хорошо работают, либо население крайне порядочное и ответственное. И скорее верилось в первое, поскольку населяли город обычные люди. А эти твари, как показывает практика, просто физически не могут не засерать место своего обитания. Хотя, может, тут как в Академии — за фантик мимо урны — пять лет бесплатной работы дворником?

Но жилая застройка была, скажем так, с трех сторон храма. Часть пространства занимало то, что можно было бы назвать хозпостройками, или казармами с плацами. И судя по высокому забору с каким-то защитным полем по верхнему краю, территория эта принадлежала храму. Даже если точнее сказать, выдавали эту принадлежность толстые каналы магических энергий, тянущиеся с нижних ярусов храма к этим площадкам и забору, явно питая энергией защиту. Силовые манокабели?

Территория эта, как пояснила мне моя мама, и была военным хранилищем храма. Вся техника, накопленная за сотни тысяч лет собирательства знаний и технологий со всех миров, и даже наследие титанов, пусть и немногочисленное. Мало что сохранилось с тех древних времен, а что сохранилось — почти все тут. Казармы, кстати, в которых шла подготовка валькирий и драконов к пилотированию авиатехники, располагались сверху, в тех самых немногочисленных постройках.

— А где сама техника? — спросил я, глядя на пустое пространство между строениями, однозначно неспособные вместить кучу авиации. — Под землей?

— Конечно. — кивнула мама в ответ. — Самый надежный способ что-то долго хранить — закопать это в бункер. Хотя я так и не поняла, от кого они с такими технологиями тут все прячут. Забор при необходимости генерирует полномасштабный защитный купол, способный выдержать падение на него, наверное, даже Луны, а храм божественной магией так пропитан, что эту самую Луну на место вернет.

— Ну, так оно, наверное, просто меньше места занимает? — пожал я плечами. — Держу пари, под землей там площади в ширину на половину города. Я угадал?

— И да, и нет. — получил я в ответ усмешку. — Ангары находятся в сжатом пространстве, и по факту все находится в пределах огороженного периметра. Но внутри там места при этом в десятки раз больше. Только вот это и на поверхности можно оборудовать беспрепятственно.

— А я бы сделал так, как они, если бы была необходимость и возможность. — усмехнулся я в ответ. — Лучше нездоровая паранойя, чем здоровенный геморрой. Сама говорила.

— Ну, тогда не буду спорить с умным человеком. — хохотнула она. — Пошли, покажу «птичек».

— А мне можно? — уточнил я на всякий случай.

— Конечно можно. — удивленно посмотрела она на меня, после чего взглядом показала на так и выставленный напоказ херпаршеский медальон. — Это у тебя как-раз тут все должны разрешения спрашивать. Кроме, разве что, мастера Ка Дшуа. Но вы, по сути, равны в правах. Вот если бы было несколько херпархов, и от разных богов, тогда да, вам бы пришлось выбирать главного. И вот тот главный был бы равным Дшуа, а остальные немного нет.

— И все же, Денис в данный момент наделен экстренными полномочиями самим Марудкором. — прямо в воздухе зажглась перед нами голографическая голова мастера, размером с шарик от пинг-понга. — Так что он сейчас старший вообще над всем, и никому об этом не стоит забывать. Светлана, там в симуляторе у валькирий с драконами какая-то заварушка, разберись, пожалуйста. — и голова погасла.

— Дуры озабоченные, опять, наверное, к ящерам приставать начали. — покачала головой моя мать и добавила. — Ты как, по своим делам, или со мной?

— Да по своим делам я из любого места свалить могу. — отмахнулся я. — А Гартаил таки мой питомец, вдруг ему щас чешую выдирать начнут? Он же там?

— А, так вы знакомы… Питомец?! — кажется, я сумел ее удивить. — Он же разумный!

— Ну, так вот получилось. — пожал я плечами.

И в этот момент наш разговор был самым наглым образом прерван раздавшимся со стороны казарм грохотом. С нашего холма был хороший обзор, и потому удалось прекрасно рассмотреть, как крышу у одного строения изнутри разнесло на части, словно взрывом, и оттуда начал вылетать небольшой красный дракон. Размерами об был, наверное, в половину Гарика. Только вот этого веса тоже должно было хватить для того, чтобы противостоять любому, кто попытается его удержать за хвост и не дать набрать высоту. А это произошло и крылатый ящер, попытавшись взлететь, лишь бессильно грохнулся на остатки крыши, натянув хвост, словно тетиву. И вообще, это противоречит физике, значит — его хвост где-то застрял.

Или ну ее нахуй, эту физику, в мире с системой и магией?

Глава 17

Как оказалось — совершенно верно. Ну ее нахуй, эту физику.

Но сначала следовало туда добраться, чтобы выяснить этот забавный факт. И для этого мама вновь затащила меня в лифт, только в этот раз крепко сжав мою ладонь. Это, видимо, чтобы мне маршрут не объяснять. А я убедился, что аналогия с футурамой пришла мне не просто так. Для начала этот аэролифт пулей швырнул нас вниз, тоже, в общем-то, клав на физику жирный хер. И еще больше наплевав на законы инерции, резко прервал наш стремительный полет на нижнем этаже. При этом я не испытал никакой перегрузки, что было некоторой неожиданностью. В данном месте трехметровая шахта лифта превращалась в расширительное колено в виде четырехметровой сферы, с кучей горизонтально отходящих в разные стороны коридоров. Перед глазами рядом с кнопками этажей появилась карта, указывающая, куда какой коридор ведет. Типа плана местности с видом сверху, на который была наложена сетка радиально расходящихся из центра линий.

Но особо поразглядывать я это не успел. Видимо, мама выбрала нужный маршрут, и нас моментально засосало в туннель, ведущий примерно в сторону одного из ангаров на том огороженном полигоне с драконом на крыше. Стремительный полет, резкое торможение в аналогичном колене на долю секунды и такой же крышесносный полет наверх с последующим торможением без инерции и выход в большой ангар с толпой… Двухметровых девочек и двухметровых смуглых качков. Одеты все были в однотипные серые комбинезоны без отличительных знаков. К слову, такой же был и на моей матери, но у нее знак отличия все же был, хотя сначала я ему не придал значения. Слева, под сразу под ключицей, посередке — раскинувший в разные стороны крылья символический серебристый журавль, летящий влево вверх. Или цапля. Это пусть орнитологи разбираются, чего там дизайнеры могли по пьяни нарисовать.

Именно в этой постройке отсутствовала крыша, и это не было дизайнерской задумкой. Сидящий на крыше дракон с усталым видом пытался вытянуть из пролома свой хвост, а внизу кончик его пятой конечности с азартно горящим взором удерживала бабища. Судя по мышцам уровня молодого терминатора, силы у нее было не меньше тыщи на одной только физической массе. А сколько еще за счет умений может быть? Видимо дохрена, и еще чего-то. Без «чего-то» не объяснить того факта, что это она удерживала дракона на земле, хотя он спокойно мог бы поднять ее в воздух и стряхнуть, как прилипшую мерзость.

— Арнолис, ну сколько можно? — уперев руки в бока, сделала осуждающее лицо моя мама, видимо, заслужившая тут некоторый авторитет. — Он же тебе уже объяснил, что ты не в его вкусе!

— Так никто же от него и не требует меня жрать! — возмутилась валькирия, не отпуская хвоста. — И даже облизывать, хотя я и не против! Да и вообще, нечего было меня тогда нокаутировать, если он такой неженка!

— Это все ладно, но хату на хера было разносить? — возмутился я, обведя взглядом развороченный потолок. — Кто ремонт оплачивать будет?

Ойкнув и засмущавшись неожиданно осознанным фактом случайного вандализма, валькирия выпустила драконий отросток. Не ожидавший такой подлянки крылатый ящер удивленно рыкнул и, повинуясь инерции, потерял равновесие и вылетел с остатков крыши за стену. Судя по глухому звуку удара мяса об землю, рептилоид не ожидал освобождения и поэтому летать отправился в стиле камня. Ой, я опять ошибся. Ойкнула и смутилась бабища явно не от мук совести. Судя по тому, что все эти бодибилдерши встали на одно колено и склонили головы в мою сторону, я для них был чем-то типо генерала, посреди ночи завалившегося вместо борделя в казарму и не обнаружевшего разницы. Не, не в том смысле, что начавшего трахать солдат, а в том, что обнаружил там кучу шлюх. Не, не в том смысле, что валькирии шлюхи… Солдаты они, я имел в виду… ДА ХУЛИ Я ВАЩЕ ОПРАВДЫВАЮСЬ?!

Драконы повели себя более сдержанно, просто обозначив свое уважение полупоклоном. Только Шииран и Гартаил, скромно стоявшие у стеночки, не последовали общему примеру. Гарик поприветствовал меня кивком, а Ши ударом кулака по груди. О, нифига себе! С воительницы доспехи снять умудрились, переодев в стандартный для всех комбез! Видать, погода изменится.

— Гарик, шо за хуйня? — обратился я к эльфоухому оборотню. — Почему пацаны на баб не смотрят? Женатиков принципиальных набрал? Или водки взял мало? Я понимаю, что у валькирий фигуры на любителя бывают, но они ж все-равно женщины!

— До окончания обучения употреблять алкоголь запрещено. — с усмешкой и даже какой-то издевкой ответил Гартаил. — Информация может некорректно усваиваться в состоянии опьянения. А бойцы нет, не женатые. Молодые еще просто, неопытные.

— Ну так правильно. — кивнул я. — Бухать же надо между занятиями, а не во время! После уроков, за углом школы. Че мне, как детишек малых, учить вас надо? А там и стеснение пройдет, и неопытность перестанет быть аргументом.

После чего повернулся к маме и приказал:

— Светлана Максимовна, сегодня занятия отменить и в добровольно-принудительном порядке устроить корпоратив! А то что это, мои войска, и трезвыми в бой полетят? Да меня Пантеон потом засмеет!

— Так точно, Денис «Степанович». — наигранно козырнула она рукой, почему-то выделяя голосом мое отчество. Ну, хоть подыграла. После чего перевела взгляд на народ: — Значит так. Чтобы к моему возвращению навели порядок и вернулись к занятиям! Вечером — приказ слышали — укрепляющий боевой дух пир!

Валькирии поддержали распоряжение одобрительно-радостными звуками озабоченных самок гамадрила. Качки же растерянно смотрели на Гартаила, ища поддержки и защиты. Вот же тоже, набрал дивизию девственников, и что с ними теперь делать? Думать же надо! В стадо недотраханных баб — свободных зеленых пацанов приводить… Это как перед кошкой валерьянкой помахать! Ладно, перевоспитаем. Или… Так и задумывалось?

А мама, наведя порядок и раздав всем указаний и пиздюлей, повела меня обратно в лифт и опустила нас на минус третий этаж. И моему взору открылся огромный ангар. Многокилометровое помещение высотой с пятиэтажку, заставленное рядами каких-то не то самолетов-трансформеров, не то боевых японских роботов в сложенном состоянии. Между ними плавно летали дроны-техники с двумя-четырьмя-восемью лапами-манипуляторами, с какими-то инструментами и прочими техническими приспособами неизвестного мне назначения.

— Вот, это местные называют «синицами». — обвела мама рукой ангар. — Одноместный боевой летающий штурмовик.

— А че они на общипанных птеродактилей похожи? — подойдя поближе к крайнему агрегату двухметровой высоты, мне удалось его получше рассмотреть. — Или им крылья не нужны для полетов? Всякие антигравы там, и прочие турбины?

Нет, реально. Эти хреновины напоминали огромных ощипанных куриц из металла: тонкие лапки, тонкие манипуляторы вместо крыльев, без перепонок и перьев и массивная тушка.

— И да, и нет. — охотно пояснила она. — Ты как, слышал про эфир? Местные на нем большинство технологий базируют.

— Ну да, чего-то там слыхал от босса такое. — кивнул я. — Давно это было, правда, да и мне от его этой физики особо ни тепло, ни холодно. Пусть там у них хоть эфир будет, хоть теория стрингов. По мне так вселенная — это один большой глюк хтонического наркомана, а мы в нем — воображаемые фиксики. Куда как больше объясняет всю творящуюся херню.

— Знаешь, тоже иногда такие мысли в голову приходят. — усмехнулась она в ответ, после чего вернулась к предыдущей теме. — Так вот, вместо реактивных движков местные применяют скрытые эфирные турбины. Поскольку мы проницаемы для эфира, эту субстанцию можно прокачивать через физические объекты безо всякого вреда. Но поскольку он обладает высокой плотностью в своем субизмерении, и является по сути своей жидкостью, то можно сделать турбину, что будет прокачивать его через себя. И таким образом, можно «плыть» в эфире в любом направлении, просто поворачивая эти турбины. В Академии тягловые кристаллы по похожему принципу работают, только на магической технологии. А тут — смешанная, а потому весьма эффективная.

— А че арпатирцы тогда на реактивной тяге прыгают до сих пор? — поинтересовался я.

— Не знаю. — пожала мать плечами в ответ. — Наверное, сложно без маны эфир гонять. Я не физик и не техник, с этим то до конца не разобралась. Так, основы поверхностные, да и то в обучающей машине, в форсированном режиме. Если бы целительство не развивала, то даже и не потянула бы такой интенсив — мозги б сгорели.

— Ну и нахрен тогда эти их турбины. — пожал я плечами. — Дай угадаю. Крылья такие ощипанные, потому что потом на них появляются перепонки и перья из силовых полей?

— Именно! — с улыбкой ответила она. — Причем под разную скорость и разный стиль полета — своя собственная форма! Гораздо лучше, чем у земных истребителей с трансформируемой конфигурацией крыла.

«Новое сообщение» — мигнула в углу надпись с конвертиком, только вот совершенно не такое, как обычно от босса приходит.

Жестом попросив тишины, я нажал на значок. Письмо-молитва оказалось отправлено Юффт. Блин, а я и забыл, что она моя жрица-ерпарх, и уж тем более не думал, что она мне писать может!

«Ю: Это как вообще?… Кто ж так молится?»

«Ю: Ну ок))) Денис, тебя тут Архимаг так сильно потерял, что аж на дерево полез меня будить»

«Ю: Разбудил он всю округу, когда под ним ветка обломилась и он на землю грохнулся»

«Ю: Прикольная у тебя система молитвы!»

«Ю: Так вот, его Алексей спросонок щитом лупить начал. Пострадавших, кроме как от ударной волны, нет»

«Ю: Трубку у Алексея отобрала, он утихать начал. Но Архимаг какого-то жигуля требует»

«Ю: Аминь?»

«Я: Щас прибуду. Раминь»

— Там это, мой бродячий цирк в зоопарк превращаться начал. — развел я руками. — Надо бежать. Но скоро будем тут с гастролями. Топите баньку, маринуйте мясо.

Обнявшись на прощание, я переместился в астрал, а после к дереву, сосредоточившись на образе нашей «елочки». И едва не приземлился Лехе на голову, которую паладин потирал, пытаясь сообразить на традиционную после таких гулянок тему — «чевчерабыло». По лицу было видно, что чевчерабля соображаться не хотела. Ну, наконец-то поймет меня. Архимаг нашелся с противоположной стороны дерева в небольшой воронке метровой глубины. Судя по тому, что еще недавно воронки не было, это он недавно так грохнулся и образовал этот кратер. Видимо, вон с той самой ветки, которая виднеется из-под его жирных боков. Сам же главмаг храпел, лежа на спине.

— Вышел херпарх из тумана, вынул пиво из кармана. — пробормотал я себе под нос, приближаясь к пухляшу и вынимая из астрального кармашка вторую упаковку пивандрия, которую я и водрузил Архимагу прямо на грудь. — Буду квасить, буду пить, буду сиськи теребить…

— Это архимаговы сиськи что ли, ты теребить собрался? — раздался ехидный голосок Миюффт сверху. — А я была о тебе лучшего мнения.

— А я думал, что у тебя есть хоть какой-то инстинкт самосохранения. — посмотрел я на висевшую на ветке вниз головой, обхватив сук ногами, мелкую. — А ты так и напрашиваешься на порку.

— А ты сначала поймай. — показала она язык и ушла в инвиз.

— Ага, щас. Тебе только этого и нужно. — хотел я было показать ей фак в ответ, но вовремя опомнился, и вообще никаких жестов показывать не стал. — Ты лучше расскажи, че мы с моей душой наделали, что я перестал боль ощущать при воспоминаниях.

— Сначала пообещай… Нет, поклянись, что не будешь ругаться. — раздался приглушенный голос из пустоты.

— Обещаю, что подвешу тебя за соски на веревочку, и выпорю ржавой цепью, если не расскажешь. — погрозил я ей в ответ.

— Уууу… Давай наоборот, если расскажу? — хихикнула малолетняя извращенка, не выходя из невидимости.

— Давай без давай. — вздохнул я. — А то превращу в мальчика и отдам на воспитание кравдинским пидорасам. Блять, тебе и это в радость будет… Короче, колись уже.

— Тебя что, Алексей укусил? — надувшись, вышла мелкая из невидимости на том же самом месте, где и пропала, даже в той же самой позе вниз головой. — Такой скучный стал. Ладно. Но учти — если от твоего мата проснется Архимаг, сам будешь усмирять это чудовище.

Глава 18

«Нужно обязательно дунуть, потому что если не дунуть, то никакого чуда не произойдет.» (с)

Амаяк «Рахат Лукумыч» Акопян

Мелкая оказалась полностью права. От моего мата проснулся Архимаг. Но подношения в виде ящика жигулевского усмирили гнев этого салохранилища. А вот Леха, проснувшись, выскочил из своей тайной комнаты, выдолбленной этим дятлом Муди Мудпекером в древе. Выскочил, прикрываясь щитом, запнулся об корень и покатился на щите куда-то вдаль на одной только силе инерции.

Чего это я вдруг принялся косплеить будильник? Так было от чего. Передунув веселянки, я не то додумался, не то вспомнил, как убрать эти хронические головные боли. В общем, ту трещину, в которой я летал, вспоминая Вакховые похождения, мы совместными с Миюффт усилиями заполнили веселяночным дымом. А ту мембрану, что разделяла слои памяти нынешнего и прошлого воплощения, мы натянули, как глаз на жопу, на этот каньон. Предварительно для эластичности наделав хуеву тучу дырок в ее поверхности. В итоге, глобального прорыва воспоминаний мне теперь не грозило. Вместо этого прошлая память по мере необходимости сочилась, как вода через дуршлаг.

Все это мелкая скинула мне одним пакетом данных, через ментальную связь. Ее новая божественная диадемка позволяла записывать воспоминания, не захламляя собственной головы, чем она и воспользовалась. Подстраховалась, так сказать.

Так чего ж я тогда матерюсь, как отпиздивший собственные пальцы молотком трудовик? Да так. Ссущая ерунда. Каждый раз воспоминания, проходя через этот барьер, растворяют его, как струя мочи — сугроб. В итоге я подписал себе приговор собственными руками. Рано или поздно… Лучше бы, конечно, поздно… В общем, барьер этот, скорее всего — рано — полностью растворится и воспоминания смешаются. И постепенно личность Вакха займет доминирующее положение. Да, это тоже — я, но все-равно это неправильно.

Существуют ли способы это исправить? Конечно. Есть ли те, кто способен это исправить? Конечно, нет. Миюффт до нужного уровня еще расти и расти. Дело даже скорее не в уровне, в конкретном опыте. Вот Зив, она бы да, справилась. Да вот только даже у нее бы это заняло около трех месяцев, поэтому даже тратить время и силы на это сейчас нет смысла. Есть один мастер целительства — бог-целитель, Асклепий-Гиппократ, но он, если и жив, то точно находится в плену у Крона. Так что, как ни крути, а для быстрого выхода из ситуации нужно как можно скорее заканчивать эту историю.

Откуда я такие детали знаю? Да все оттуда же, с нижнего этажа памяти. Пока я осознавал, что натворил, по моей башке шесть раз шибанули невидимой подушкой, и один раз по морде ею же поелозили. А УнИнРаЛ, получив доступ к новой для него информации, сумел это все проанализировать. И поместил в левом верхнем углу зрения таймер обратного отсчета.

«До полного слияния личностей:»

«8дн.: 16 ч.: 19 мин.»

Почему он раньше не мог этого сделать? Ну, у системы тоже есть ограничения. Чтобы сформулировать какую-либо способку, или даже просто вот такой таймер, кристаллам-процессорам нужна исходная инфа. Это система с живой душой с собственным разумом могла бы сама это проанализировать, диагностировать, в душе покапаться при необходимости. А тут сухой ИИ, всего лишь имитация. Откуда я и это знаю? Оттуда же. И, между прочим, весьма дорого за эту инфу заплатил!!!

«До полного слияния личностей:»

«7дн.: 23 ч.: 48 мин.»

Вот столько стоят такие бесполезные для меня в данный момент знания. Вот и как тут не материться?

Почему мелкая не дрогнула и сделала все, как я ей приказал? Да дура она фанатичная, вот почему. Раз я сказал — значит, так надо. Я же, мать его, «бог»! Да еще и херпарх. Да еще и избранный. Остается только надеть черный плащ да взлететь в небеса, агентов Смиттов мочить.

— Ты закончил? — раздался рядом голос Тени.

— Нет! — огрызнулся я. — Еще трижды выебанная семизалупным хуем в многожопу пидорасня меня дернула курить эту поебень, и чтоб Крона кроты-пидорасы сотню лет ебали под ногти! Теперь, пожалуй, все. Чего хотел?

— Конспектировать твои лекции, для потомков. — задумчиво потер подбородок бог тьмы. — А вообще, просто хотел поинтересоваться. Чем мне кормить тот зиккурат, что ты мне «подогнал», и на кой он мне вообще. И что будет, если его не кормить?

— Чего блять? — поднял я удивленную левую бровь. — Ты тоже курил?

— Хвала Пантеону, в этот раз пронесло. — потреугольнился Тень. — Но я знал, что ты не вспомнишь. Ты семена Меллорна когда спрашивал, то нес какую-то ерунду. Мол, «нужно построить зиккурат», «во имя плети», «во славу сотоны» и чью-то жизнь за какого-то Нер-Зула хотел отдать. Все это на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылку рома. Вместо сундука взял шишку древа, за ром сошла бутылка крайльниерра, а йо-хо-хо у меня нет, и ты ответил, что, цитирую: «ну и йу-ху-хуй с ним». После чего запрыгнул в свою летающую повозку и улетел на север, сказав, что летишь на какой-то йух. После чего, верстах в двухстах севернее от святилища Гара, на Проклятом берегу, появилась странная пирамида с четырьмя когтями-клыками на вершине, вокруг пасти. Я пробовал распознать, что лежит в основе этого… Нечто. Судя по всему, ты смешал мамонта и моржа, напитав это все веселянкой и силой тьмы. Система это опознать не может.

— Дела, однако. Ну, попробуй тогда кормить их тем, чего моржи и мамонты едят. Трава и рыба, наверное. Че не понравится — выплюнет. Скорее всего. — почесал я затылок и, не сумев ничего вспомнить, достал плеер. — А с остальным… Блин, ваще нихрена не помню об этом. Ну, давай попробуем спросить. Вдруг найдется ответ?

И, под заинтересованный взгляд Тени, нажал на кнопку выбора случайной песни, сосредоточившись на вопросе, что за хуйня про зиккурат и проклятый берег. Выпала песня «Проклятый берег», группы «Адамант». Ну, вот эта вот:

https://vk.com/spirtoedus_officinalis?w=wall-168959716_444

В тему, конечно, название. Только вот в очередной раз не для меня ответ оказался. Я смысла ваще не уловил, а вот его темнейшество все понял, словно я опять что-то на эльфийском ему рассказал, озвучив для иностранца текст, записанный на русском. Понял и, загадочно покивав, превратился в лужу жидкой тьмы и впитался в землю. Ни словечка не объяснив, чего он там напонимал.

— Ну и хуй с тобой, хозяйка тьмы. — пожал я плечами и посмотрел на медленно плетущегося в нашу сторону паладина.

Одной рукой Леха держал щит за верхний краешек, волоча его за собой. Другой рукой он держался за голову. Видимо, торможение оказалось не очень удачным.

— Ну че, моряк Папай, набить тебе трубочку свежим шпинатом? — помахал я ему рукой.

— Давай лучше тебе морду набьем. — огрызнулся воин, постепенно приходя в себя.

— О, кстати. Раз уж обо мне заговорили. — вспомнил я, что Леха отлучался до Хиндзи. — Чего там про меня разузнал? Ну, про Веселителя, если точнее.

— Как бы смешно это ни было, но почти ничего нового. — вздохнул паладин и, добредя до елочки, уселся у ее основания, опираясь спиной на ствол. — Почти все мифы и сказки слизаны с различных вариантов сказок о Вакхе и его различных аватарах под иными именами. Тот же известный тебе Бааргх. Бог вина и веселья, а также природы и плодородия, которому нипочем даже смерть, ибо он неоднократно выбирался из царства мертвых, да и других воскрешал тоже. Конечно, с его-то уникальной ультой, почему бы и нет? Странно только, что он после своей последней смерти не самовоскресился. Видать, его душа где-то в плену или в кристалле души…

«Так и не будешь ему пока рассказывать, что ты это и есть он?» — раздался в голове голос мелкой менталистки.

«Ну сказал же уже на эту тему. Вдруг опять какая-нибудь херня его подчинит, или тупо память прочитает? Ананси вон, даже древний негатор взломал как нехуй делать, так что тут и Академические амулеты на ментальную защиту могут оказаться бесполезны. И пусть он даже все так и ходит в образе этой хуеты с ментальным щитом, но мало ли. Лехе я может и доверяю, не доверяю я его черепушке». — ответил я ей.

— В общем и целом, пропагандисты выставляют тебя вторым пришествием Диониса, благо что и имечко у тебя созвучное. — продолжал тем временем паладин. — А он от тебя отличался, пожалуй, только лишь тем, что был немножко поумнее да похитрее. Но оно и понятно, с его-то уровнями он мог себе сколько угодно разума прокачать… Хм…

«Ой, кажется, кому-то и говорить ничего не придется!» — хихикнула в моей голове мелкая психопатка.

— Да не, бред… — буркнул сам себе под нос Леха, покачав головой.

— Конечно не придется, я же сказал, что не скажу. — ответил я ей.

— Что? — резко повернулся ко мне Леха.

— Что? — удивленно поморгал я в ответ, и только потом до меня дошло, что последнюю фразу я произнес вслух. — Бляаааа… Не обращай внимания, это мы с мелочью ментальные связи тренируем.

— Аааа… — понимающе протянул он и, вроде как, заснул. Даже храпеть начал.

В моей голове тем временем стоял неуемный ржач Миюффт.

«Ну, на этот раз пронесло». — мысленно пожал я плечами.

«А давай тебе язык вырвем?» — предложила маньячка. — «А потом, когда все закончится, обратно отрастим. Будь он чуточку в более ясном сознании, он бы все понял, как мне кажется»

«Давай лучше Лехе мозги вырежем» — внес я встречное предолжение. — «Он все-равно паладин, ему они за ненадобностью. Че там ему думать — бабл прожал, да лупи кувалдой во все, что движется»

«А если по своим лупить начнет?» — хихикнула Миюффт в ответ.

«Так он и так с этим прекрасно справляется» — подключился к голосовому чату Архимаг. — «С елки даже парочка светляков от гирлянды осыпалась, как он по мне колошматил недавно. А они, на минуточку, магией зафиксированы»

В общем, немножко посовещавшись, мы решили, что Лехе, чтобы он сильно не думал, необходима трудотерапия. В последний раз его очень уж увлекло кузнечное мастерство, так что весьма кстати было отправиться в вулкан, в Гар-Шяань. Пока в храм реликвию подвезут, Леха немного покует. Ну а я немного похмелюсь с Горнбрадом и прочими бородачами. Замутим брагу на веселянке… А что, я еще ни разу в жизни самогонный аппарат вместо плиты на лаву не ставил! Должна получиться истинно огненная вода!

В общем, архимаг нас троих — меня, Леху и Миюффт — перекинул прямо на мешки с веселянкой. Должна была еще Лиса, конечно, быть, но… Где-то она после гулянки затерялась. Ну ниче, все-равно эта поляна под елочкой — полевой штаб и нам по итогу всем там собираться… Так что втроем до кузни прогуляемся. Стоит, наверное, отметить, что мешков осталось уже в два раза меньше, чем мы отгрузили. Либо коротышки пиздец с каким энтузиазмом за дело взялись, либо спизили и сами курят. Но вроде как в этом мире у них честная репутация… Да и судя по пылающим огнем глазам местного мастера и Горнбрада, все же первое. И нет, не от того они пылали, что были красны от накурки, нет. Реально, это было даже не отражение лавы, а глазные яблоки светились изнутри огненным сиянием.

Глава 19

— Привет, трудяги! — обозначил я свое появление, но дварфы сначала даже не заметили нашего присутствия.

— Бесполезно. — раздался веселый голос огня из лавы, после чего раскаленная жижа булькнула, и из появившегося на ее поверхности пузыря появился Гар. — Их вдохновение поймало за бороду, как они это называют. В них теперь можно магмой кидаться, они не заметят. Смотри!

С этими словами огненный властелин наклонился и, зачерпнув из жерла пригоршню лавы, слепил из нее шарик и запулил в мастера Скалолома, как снежок. Сгусток расплавленных недр, очертив небольшую дугу, хлопнулся коротышке между лопаток и, не причинив никакого вреда, разлетелся кучей брызг, а остатки просто стекли на пол, даже не опалив одежды.

— Это как так вообще? — протер я на всякий случай глаза(вдруг еще трава не отпустила). — Вы тоже это видели?

— Это, так сказать, национальный признак. — хохотнул в ответ Гар. — Только у дварфов есть полная неуязвимость к любому огненному воздействию, но только во время творческого транса.

Подтверждая эти слова, Горнбрад подбежал к огненному озеру, к тому самому месту, где кристаллы росли. И, улегшись на помост, запустил руку прямо в раскаленную жижу и принялся там шарить. Достав оттуда небольшой кристаллик, отряхнул его от налипшей лавы и положил рядом с собой, продолжив манипуляции. Видать, нужных штуковин поблизости не было, и он принялся водить рукой шире и глубже, и в один миг не удержался и булькнулся в жерло вулкана.

От неожиданности я аж завис, не зная, что делать, и тупо застыл, хлопая ртом и переводя взгляд с места нырка на Гара и обратно, вытянув в ту сторону руку. Миюффт стояла с глазами натянутой на глобус совы, обеими руками зажимая свой рот. Леха стоял и дремал, опустив голову на грудь. Гар с усмешкой на ебле молча кивнул в сторону дварфа-дайвера.

Из лавы, как из могилы в фильме ужасов, высунулась мощная ручища Горнбрада и ухватилась за край зачарованного камня. Рядом показалась вторая рука, и, положив на помост парочку небольших кристаллов, ухватилась за край и из бассейна вынырнул сам ныряльщик. Стряхнув налипшую магму, словно болотную грязь, дварф подобрал добычу и направился к рабочему верстаку, больше напоминавшему сейчас колдовской алтарь.

— Конечно, не каждому дано прям так сильно погружаться в этот транс. — нарушил тишину бог огня. — Горнбрад, так тот вообще, до встречи с тобой, был из слабейших по этому таланту. Он чего к людям-то жить ушел — дара своего слабого стеснялся. А сейчас вполне себе на старшего мастера претендует.

— А что, мастера именно за это умение дают? — спросил я.

— У дварфов да. — кивнул в ответ рыжый огневик. — Но у них уровень ремесленного мастерства связан с этой способностью. Так что это все заслуженно. Ты вообще как, по делу или просто, время скоротать?

— А я как кофе — три в одном. — усмехнулся я в ответ. — Во-первых, спящую красавицу надо делом занять на несколько часов, как очнется, чтоб думал меньше. Потом в главный храм переместимся, он там от одного сюрприза так охуеет, что ваще ни о чем думать не сможет, а пока вот, отвлечь надо. Во-вторых, тут как-раз алхимический заказ доделают — забрать надо будет. Ну и в-третьих, не хочешь на обновку Тени посмотреть? Тут неподалеку я какой-то зиккурат сотворил, сам хочу глянуть. Только как теперь Леху занять, если до мастера с алхимиком хер достучишься?

— О, это не переживай. — отмахнулся Гар и на несколько секунд завис, наполнив глазницы пламенем, после чего вернул себе нормальные глаза и продолжил. — Все, как проснется, его пристроят к делу. Уж чего-чего, а работы в кузницах всегда навалом!

С этими словами прибежало трое суровых и крепких дварфов и, подхватив Леху под руки, куда-то его повели. Предупредив, чтобы лишний раз к нему под руку не лезли, и будили с повышенной осторожностью, я понял, что это было лишним. Медальон высшего жреца коротышкам сказал все то же самое, только молча. Уж чего-чего, а то, что к спящему воину-потенциальному-берсерку лишний раз под руку лучше не лезть, в Небарре знали. А кто не знал, тот быстро превращался начинку для чебуреков. Тем более, что бог войны у кузнецов-оружейников как-бы тоже был в немалом почете. Да и существовали Мардукор и Велхенст рука об руку. Братья, как-никак. Короче, можно не беспокоиться ни за Леху, ни за дварфов.

— Ну что, полетели тогда? — сделал было я шаг в сторону выхода, ведущего наверх, к летающей телеге.

— Полетели. — усмехнулся Гар в ответ и, положив нам с Миюффт руки на плечи, резко погрузился в лаву, утягивая нас за собой.

Можно было бы сказать, что я обоссался от страха, пока падал, чтобы хоть немного, но замедлить горение, но… На самом деле я даже не успел испугаться. А когда успел, мы уже выходили из его огненного телепорта. Стоит отметить, что стихия пламени куда как более приятная для трансгрессии, нежели тьма, которой предпочитал перемещаться Тень. Если темную стихию населяли всякие мрачные и жуткие сущности, то переполненный светом и огнем мир Гаровой стихии не пугал, а скорее впечатлял. Низа, верха и прочих определяемых гравитацией направлений там не было, как и самой силы притяжения. Было ощущение, что мы несемся в невесомости сквозь яркое желто-красноватое пламя.

Да, пространство тут как-бы было. И заполнялось оно переплетающимися, но в то же самое время не смешивающимися огоньками. Небольшие, словно пламя свечи. Побольше — огоньки факелов и маслянных ламп. Костры, лизавшие походные котелки и куски насаженного на ветки мяса. Бьющееся в печках пламя, и пожирающие трупы погребальные костры. Разбивающиеся о тренировочные манекены файерболы и уничтожающие дома пожары. Несколько секунд в мире огненной стихии, но этого хватило, чтобы понять, что через каждый огонек отсюда можно взглянуть наружу и, собственно говоря, даже выйти.

Сам Гар потерял человеческое обличие и был похож на огненного элементаля с размытыми границами частей тела. А нас с мелкой окружал какой-то прозрачный кокон, однозначно — защитного предназначения. Тут и гением быть не нужно, чтобы догадаться. Недолгий, секунд пять полет через пламенный план, и нас словно пинком, вышвырнуло через окошко очередного костра к подножию не очень высокой пирамиды, однозначно идентичной варкрафтовскому зиккурату нежити. Окруженная кольцом костров, она стояла в тундровых сумерках и шевелила четырьмя огромными, цвета слоновой кости, бивнями. Рядом с грустно-задумчивым видом стоял Тень и смотрел на это сооружение. Или существо? Хер поймешь.

Попытавшись посмотреть на свойства зиккурата посредством системных способностей, я тоже получил какую-то херотень.

«Зиккурат «Хозяйка Тьмы», 38 уровень»

«Культовое строение, посвященное Танариэллу, сыну Квазариэлла и внуку Пиздариэлла, великому и ужасному Теню»

«Качество: Божественное»

«Свойства: скрыто, откроются на 10000 уровне»

«Способности:»

«Маногенератор: производит Теню ману в объемах, трекратно превышающих обычный показатель поглощенных душ, следующее улучшение на 100 уровне»

«Манонакопитель: накапливает Теню ману в объемах, трекратно превышающих обычный показатель поглощенных душ, следующее улучшение на 100 уровне»

«Власть тьмы: при отсутствии прямых солнечных лучей, свойства способностей «манонакопитель» и «маногенератор» удваиваются, следующее улучшение на 100 уровне»

«Скрыто: откроется на 100 уровне»

«Скрыто: откроется на 1000 уровне»

«Скрыто: откроется на 10000 уровне»

«Скрыто: откроется на 100000 уровне»

Что интересно, на мой, сугубо ебанутый взгляд, ОНО имело смешанное описание. Вроде бы свойства и способности — как у артефакта. А вот надпись, висящая над самой пирамидкой, высотой с трехэтажку, была как у живого существа.

Не став тревожить Тень, я подошел к основанию зиккурата и аккуратно попинал нижний камень. Да, камень. Даже, кажется, благородный гранит. В ответ на стук откуда-то сверху раздался глухой каменный скрежет. На всякий случай отбежав обратно к костру, я посмотрел на источник звука. С двух сторон от широкой каменной лесенки, растянувшейся снизу вверх по середине стены, примерно на середине высоты на стене — открылись два огромных глаза с грустными тюленьими глазами. Сфокусировавшись на нас, зиккурат высунул из плоской вершины, окруженной клыками-когтями, длинный розовый язык и приветственно им помахал. После чего облизнул бивни, убрал его обратно и вновь закрыл глаза.

— Мужики, напомните, что на пиру в честь победы во всей этой ебале я только бухаю. — глядя на ЭТО, грустно попросил я коллег по божественному ремеслу. — Никто ничего не курит.

— Охотно это проконтролирую. — полным охуевания голосом ответила вместо них Миюффт.

— А че оно жрет? — веселым голосом спросил неунывающий Гар.

— Да все подряд. — задумчиво ответил бог Тень. — Всеядная штуковина получилась.

— А, извиняюсь, гадит оно откуда? — поинтересовался я.

— С противоположной стороны дырки у нее. — вздохнул Тень.

— Дырки? Несколько? — заинтересовалась мелкая.

— Ага. — кивнул Тень. — Это самочка.

Я задумчиво почесал затылок, а Гар и Миюффт хором заржали и побежали смотреть.

— Че делать с ней будешь? — поинтересовался я у бога тьмы.

— Кормить, качать. — пожал он плечами. — У нее на ману отличный буст в потенциале, грех таким не воспользоваться. Да и на самом деле, интересно даже, что у нее на высших уровнях откроется.

— А если рожать начнет? — продолжил я бредить.

— Посмотрим, что родит. — усмехнулся Танариэлл. — Хотя, надеюсь, никто это трахать не осмелится.

— Циперон бы трахнул. — наклонил я голову на бок, продолжая любоваться постройкой.

— Этот псих даже сам себя трахнул бы, если бы получилось. — также не отрываясь от созерцания зиккурата, ответил эльф.

— Не, ну в целом, если хер длинный и полувялый, его можно себе же в зад засунуть. — продолжил я мысль.

— Ой, вот мне то, с моей всевидящей тьмой, рассказывать не нужно. — усмехнулся бог тьмы. — И не такого за свои века насмотрелся по неволе, пока не научился теневое зрение контролировать.

— Сочувствую. — усмехнулся я в ответ. — Интересно, а что моей стихией может быть? Спирт? Из любой бутылки с бухлом смогу появиться?

— Это по твоей собственной уникальной способности смотреть надо. — ответил Танариэлл. — С элементными стихиями просто проще всего разобраться. А вот как быть, например, Императору? Вот не было бы в нашем мире техники — и была бы бездарная способность. А так, в потенциале, он со временем может раствориться в арпатирских нейросетях, став одушевленным искусственным интеллектом.

— А в чем его ульта состоит? — уточнил я.

— Ну… Он может перемещаться сознанием по своим сетям, например… — задумался Тень. — Может контролировать большое количество электронной техники силой мысли, и даже подчинять чужие доспехи в некотором радиусе, подавляя волю их носителей и перехватывая управление. Личный его рекорд по контролю, если не ошибаюсь — средний десантный линкор низкоорбитального полета. Я имею ввиду, что он полностью его контролировал, заменив своим разумом все узлы с искусственным интеллектом. Если их оставлять, то в потенциале, он может подчинить всю технику в своей стране, не подключенную к чужим разумам. Таким же образом он может и раствориться в этой, скажем так, «стихии». Если увлечется, то его родной мозг выгорит, и он останется распыленным в технике. Ты замечал свойства своей маны? По ним можно предположить, какая способность будет у тебя.

— Ну, один знакомый дварф-кузнец сказал, что мана у меня опьяняет, как бухло. — немного повспоминав, ответил я. — Я вот че и думаю в сторону спирта.

— Ладно, давай не будем делать вид, что никто ничего не знает. — покачал головой Тень. — И в следующий раз, если что-то захочешь от меня скрыть, зажигай тысячу светляков, чтобы ни пятнышка теней рядом не было. Опьянение, это скорее эффект от людской веры. А стихия твоя, с твоей творящей суперспособностью — это та материя, что ты сам создашь. Каждая монетка, что ты создал в этом мире. Каждая капелька алкоголя, каждый атом того вещества, что перешел из выпивки и закуски в строительный материал для организмов, которые их употребили. Достигнув должного уровня мастерства, ты сможешь ими управлять, как тебе вздумается, но это миллионы лет, наверное, нужны. Но лет через двадцать, сдается мне, телепортироваться в фонтаны, что синтезируют напитки из твоей маны, ты точно сможешь. Магии бы тебе только подучиться.

— Хм… — Задумчиво потер я подбородок. — А можешь еще одну вещь сказать, если уж ты все своими тенями прослушивать можешь?

— Спрашивай. — пожал плечами эльф.

— Есть кто-нибудь ваще, кто не знает, что я Вакх? — усмехнулся я. — А то может, и не нужен этот спектакль никому.

Глава 20

В общем и целом, мой секрет оставался секретом. Да, были люди, что что-то подозревали. Но они молчали. Из младших богов об этом знали наверняка Тень, Гу, Гар и Аппатак. У первого кругом были подслушивающие маячки в виде теней, у бога воздуха — еще проще. Воздух — он же всюду и слышит вообще все. Собственно, благодаря ему звуки-то и существуют. Гу, как бог воды, тоже многое мог узнать. Вода, она как бы тоже везде есть. Гар… Огневик просто был в хороших отношения с водником и воздушником, своими родными братьями, поэтому узнавал многие значимые вещи первым, из первых же уст. В остальном, надо признать, младшие отнеслись к вопросу конфиденциальности данной информации с пониманием. И даже самостоятельно, хотя и не без влияния Тени, приняли решение о тотальной слежке силами стихий, чтобы никто, если вдруг ненароком узнает или догадается о моей тайной личности, не стал пиздеть об этом направо и налево. По крайней мере, так Тень сказал. Доверять ему, или нет… Я лично доверял. Особых резистов к бухлу я у него не заметил, а в пьяном виде он себя отличным мужиком показал. Да и вообще — если никому не доверять, то нахера тогда вообще так жить?

— Слушай, Танариэлл… — обратился я к эльфу по настоящему имени. — А каково это вообще — быть Богом?

— Лично для меня не очень, я уже подустал малость. — неожиданно поморщился хронически спокойный Тень. — Но это во многом зависит от изначального характера, взгляда на мир и собственного темперамента. Вот, например, Гар. Пусть он и самый молодой из нас, но я уже в его возрасте заебался. Все эти постоянные молитвы, просьбы послать кому-нибудь месть. Или даже сделки в обмен на душу. Многие бандиты какие-нибудь убойные способности просят, или благословения. Большую часть игнорировать приходится, иначе полный хаос начнется. А вот Гар всегда весел и не унывает даже в полной заднице. Характер у него такой.

— А часть желаний все-равно выполняешь? — уточнил я.

— А как иначе? — пожал он плечами в ответ. — Если их игнорировать, то со временем о моем культе забудут. Кому нужен забывший о своих последователях бог? И то половину исполняю так, что этих утырков собственные желания убивают. Чтоб знали, что я еще и бог — ХА! — «зла». Это тебе еще повезло, так сказать, что ты унаследовал культ Вакха, а он в свое время грамотно поступил. Создал себе образ просто компанейского парня, ничего особо не требующего за свои дары, и в то же время ничего особо за молитвы не дающего. Бог счастья, это вам не бог мести и тьмы… Тебе вот, подозреваю, молитвы вообще не мешают, да?

— Ну, если честно, то мне ни одной еще не приходило. — почесал я затылок. — Ну, Миюффт только, но там по жреческим делам… Это же другое?

— Нет, не другое. — покачал головой Танариэлл. — У жреческих обращений лишь приоритет, они всегда первыми в очереди стоят. Вот об этом я и говорю. Даже несмотря на то, что ты с помощью Зив послал дары во множество миров, никто не просит у тебя большего. Может, просто не знают, что можно просить, может, своих «дающих» хватает. Но сам факт — тебе легче всех в этом плане будет, даже если до уровня Пантеона пробьешься. А вот верховным я совершенно не завидую. Столько миров, столько вариантов культов под разные менталитеты… Там же миллиарды молитв ежесекундно, круглые сутки. И все «дай, дай, благослови, исцели, защити, прости, помилуй»… И решай, кто достойнее явления милости. Каждому давать тоже нельзя — совсем оборзеют, да и маны никакой не хватит.

— А если не секрет, какой у тебя ключ твоей «веры»? — спросил я у бога тьмы. — А то вон у Гара вулкан с постоянно бурлящим озером лавы, как я понял. Гу че-то там про омолаживающий бассейн говорил. У тебя есть что-нибудь такое общеизвестное? Чтоб все пришли и охренели.

— Есть. Куда ж без этого. Только не так, чтоб все пришли и обалдели, а для избранных, как святилище Гара. — покивал головой эльф. — Легендарное оружие тьмы. Заготовку мне — честно — Мардукор подарил, а изготовил ее и вовсе сам Велхенст. Оружие завязано на саму стихию, а она тоже обладает чем-то наподобие разума. И только те, у кого нет никакой корысти в своих помыслах, только чистая месть, могут получить это оружие, и тьма даже не потребует душу взамен. Лишь заберет его обратно, когда оно перестанет быть нужным. При этом тьма меняет облик мстителя, дает ему неуязвимость и после свершения мести, может даже эвакуировать его в безопасное место.

— И что это? — заинтересовался я. — Меч, нож, лук?

— Вот в этом и самый сок! — хитро улыбнулся Тень. — Тьма сама решает, какой облик примет оружие! Кинжал отчаянья, лук боли, арбалет мести, праща возмездия… Это лишь самые распространенные его облики. Лет двадцать назад, забавный случай был. Один барон забавы ради, вырезал деревню собственных крестьян, а потом дома все сжег дотла. Паренек один выжил чудом, пошел мстить. Ну его понятное дело, поймали и в темницу. Но он не сдался, и в плену тренировался три месяца ВИЛКОЙ! Как же я ржал, когда стихия подарила ему «Вилку справедливости», потому что именно таким оружием он овладел лучше всего! В общем, перебил он весь род того урода, а когда стража его окружила, то тьма его трансгрессировала в безопасное место.

— Как говорится у меня на родине — ножа не бойся, бойся вилки. — покивал я в ответ. — Один удар — четыре дырки.

— А в тех краях вилки трехзубые. — ответил Тень. — Хотя и этого тоже весьма так не мало.

Тем временем возвратились Миюффт с Гаром и принялись делиться впечатлениями, нахлынувшими на них от созерцания каменного очка и аналогичной пиздени. Были они, оказывается, на уровне земли, и неосведомленный человек мог бы принять их за двери. Вот для него было бы сюрпризом, узнай он, куда на самом деле пытается войти! Еще немножко поудивлявшись на диво дивное, мы решили, что хватит нам, и Гар вернул нас обратно в недра вулкана. Тем более что дварфы, вроде как, потихоньку начали приближаться к завершению моего заказа и постепенно выходили из своего творческого транса.

Обратный путь пролегал так же через огненный мир, попали в который мы через тот же костер, через который попали к зиккурату. Только в этот раз это было не таким неожиданным, а потому таких же впечатлений не принесло. Это как второй раз на одном и том же аттракционе прокатиться. Единственное — из лавы нас вышвырнуло на каменное ограждение, словно пинком. Это воздух от жара расплавленных недр какой-то магией защищало от перегрева. А так мы не дварфы, чтобы из лавы выныривать и на ней оставаться!

— О, Денис! Ты как всегда вовремя. — заметил, как я потираю ушибленную задницу, Горнбрад. — Мы как раз закончили с твоей веселянкой возиться, сейчас сосуд запаяем, и можешь забирать!

«Запаяем» в их понятии означало «отхерачим шар из раскаленного стекла многотонным магопневмомолотом». Но причины таких тонкостей производственного процесса оказались достаточно простыми и выяснились, когда я попытался поднять остывший десятисантиметровый шар с густым и плотным, молочного цвета, содержимым. Весила эта сфера порядка тех самых чернодыровых ядер.

А еще получившаяся поделка не идентифицировалась системой. При попытке применить проницательность к этой хреновине интерфейс просто выдавал набор непонятных символов вместо названия, которые в добавок еще и мигали, сменяясь на другие. Никаких выпадающих списков со свойствами и способностями, хотя структура меню была, как у артефакта, а не как у обычного предмета. В общем, создали дварфы какую-то неидентифицируемую херню и теперь сами чесали бороды и разводили руками, пытаясь разобраться, что же это у них вышло. Одно они могли сказать точно — если эту штуку постараться и разбить, то пиздец всем окружающим. Такого количества дыма, высвобожденного одномоментно, хватит, чтобы простого человека на пару сотен лет отправить в глюколовную кому. Ну, значит в качестве карающего оружия вполне себе подойдет! Надо будет только придумать, чтобы оно после моей смерти не только из астрала выпадало, но и взрывалось! Ну, думаю, в храме найдется пара технологий. Если что, архимага с императором напрягу. Они люди умные, думать привыкли! Не то, что я.

— Ну что, дружище, что я тебе должен за эту ерунду? — обратился я к Горнбраду после того, как запихнул эту игрушку в астральный карман.

— Да брось ты, какие долги! — принялся отмахиваться алхимик. — Это я твой должник за столь бесценный опыт! Да и многие мастера готовы бороду отдать за то, чтобы побывать в Гар-Шяане, а я тут за просто так очутился.

— А зачем кому-то бороду отдавать? — смутила меня фраза. — Вернее, кому она нужна?

— Ну так это… — посмотрел алхимик на мастера растерянно-смущенным взглядом.

— Да думаю, им можно сказать. — задумчиво потер нос Скалолом. — Только вы это, пообещайте, что не расскажете никому. Это важный секрет нашего народа.

— Да можем даже поклясться. — пожал я плечами и произнес. — Клянусь Мардукором, что все, что мне расскажут про донорство дварфийской бороды, останется только со мной! Мелкая, повторяй.

Система подтвердила клятву и, дождавшись, пока процедуру повторит Миюффт, я приготовился к хранению гостайны.

— В общем, это… — Не зная, с какой стороны подступить к вопросу, начал Горнбрад. — В нашем обществе считается крайне некультурным для бабы без бороды на общественных местах появляться. Это все-равно, что без одежды выйти. А с бородой не каждый дварф добровольно расстанется, вот и дорогой атрибут получается — парик для лица. Я вот своей супруге свою бороду пожертвовал, чтоб она в магазин выйти могла. Благо, что алхимик я, и эликсир для роста волос сварить сумел. Так месяц все-равно в подвале сидел, зелья варил, пока не отрастет.

— А ниче, что мы дома у вас были и без бороды ее видели? — на всякий случай уточнил я.

— Дома — это дома. — поднял руку мастер Скалолом. — Дома ты гостей можешь хоть голышом принимать. Это твое логово, и правила гостеприимства тоже твои. Кому не нравится — пусть катятся к себе и у себя дома ходят, как хотят!

— Потому и ходят разные слухи про наш народец. — хохотнул Горнбрад. — С одних, вроде того, что у баб наших бороды растут, мы и сами посмеяться можем. А за другие, про мужеложество, значит, и подобные, мы и головы проламываем!

— Или отрубаем. — поддержал его Скалолом, и коротышки хором рассмеялись.

— Очень странная традиция. — задумчиво произнесла Миюффт. — Я понимаю, если у мужика своя борода не растет, это еще может быть стыдным. А женщинам-то это зачем?

— А кто ж его знает. — пожали дварфы плечами. — Испокон веков так принято.

— А мне кажется, я даже знаю, откуда такое могло пойти. — усмехнулся я. — Вот в моем родном мире, несколько веков назад среди знати было модно парики носить. Такие густые, белые, кудрявые. Вроде как какой-то лысый король был, комплексовал и парик носить начал. А чтоб никто в него пальцем не тыкал, приказал всем фрейлинам своим и вельможам так же ходить. А поскольку в маленькой Европе все короли друг другу были близкой родней, попереженившись и переебавшись семьями за несколько веков, то и традиции быстро из одной страны в другую кочевали. Вот и с бородами вашими у баб. Не было ли у какого горного короля супруги со своей, настоящей бородой, или дочки? Если была, то тогда и приказать могли, чтоб дварфийка без бороды из дома выходить не смела. У нас вот, говорят, иногда бородатые бабы встречаются. Болезнь какая-то. А у вас?

Глава 21

В общем, коротышки в историю оказались еще хуже, чем я и лишь пожали плечами в ответ. Ну да и ладно, главное в мастерах-ремесленниках — знание своего дела. Осталось Леху отыскать. Гар куда-то смылся, и позвать дварфа-проводника теперь было некому, так что пришлось топать ножками и спрашивать ротиками, не видали ли они кузнеца-паладина. Херню такую попробуй не заметить, так что особых проблем с поисками не было. Практически за ручку довели.

Возле кузни-мастерской, где коротал время паладин, толпились местные обитатели и что-то весьма шумно обсуждали. Увидев Скалолома, дварфы расступились и показали ему объекты всеобщего внимания. В середине толпы лежали несколько напильников и кувалд разного калибра.

— Смотри, какая штука получилась! — воскликнул один из кузнецов и, подхватив один из молотов, стукнул им по полу.

Кувалда в его руке вздрогнула от удара и превратилась в шипастую булаву. От следующего удара булава обратилась в секиру. Затем в моргенштерн, потом просто в гладкий шар на палке. Потом снова булава, и так по кругу. После чего дварф отбросил этот молот-оборотень и подхватил напильник. Стукнув им по земле, он добился его превращения в широкий кинжал с двухсторонней заточкой. Затем в узкий трехгранный стилет. Широкий охотничий нож, кривой ритуальник, длинный кухонник и еще штук пять прочего колюще-режущего оружия.

Откуда у них такое взялось? Да это все перенакуренный Леха, оказывается, постарался. Вспомнив лучшие заветы кузнецов-жрецов, он нахуячил своей маны в местные инструменты. И чего-то у него в его глюкнутых мозгах наклинило, и он в лучших моих традициях придал предметам свойства своей ульты. И если моя мана придавала вещам творяще-дезинтегрирующие свойства… То Лехина мана повторила свойства его собственной ульты, и сотворила оборотней. Но поскольку у кузнечных поделок нет крови, то инструментам оказалось достаточно просто тех поделок, что ими когда-то изготавливали. А поскольку и мозгов у инструмента, хвала богам, тоже не было, то и переключали они режимы по порядку. Напильник вот, немало в своей жизни повидал. А молот, кажется, был еще новичком в своем деле.

Дварфы же, как оказалось, обсуждали в большей степени не то, что получилось у Лехи, а сколько и как надо покурить, чтобы вот так же, научиться придавать свойства своим поделкам в зависимости от индивидуальных параметров, а не как раньше — по стандартному ритуалу зачарования. Кажется, паладин случайно положил новую веху в подгорно-кузнечном артефактном деле.

И знаете, ради чего Леха столько инструмента попортил? Ради магического мультитула! Швейцарский нож небаррского разлива. Это его так история об оружии-трансформере Тени впечатлила. Да, режимы у него переключались куда как прикольнее — через интерфейс, а не ударом об землю. Да, круто — когда небольшой ножичек прямо в руке, просто меняя свою форму, превращается в открывашку, отвертку и особенно — штопор! Но хорошо, что Гуал Валерич этого не видит. Как трудовик, он бы точно испорченным напильником по макушке бы настукал. Даже несмотря на то, что поделка прикольная получилась. Ну да ладно. Чем бы ерпарх не тешился — лишь бы не руками!

В общем, пока дварфы не опомнились и не расстроились от испорченного инструмента, я сотворил небольшой, но постоянно синтезирующий пиво бочонок, показал Скалолому, как пользоваться его краником, сгреб в охапку воина с Миюффт и переместился в храм. Точкой прибытия я выбрал ту комнату, в которой я впервые оказался в главной обители ерпархов. Ну не на мастера же мне каждый раз совершать перемещение? Мало ли чем он может заниматься и какую нужду справлять.

— Ты откуда… Когда ты умудрился в зале совета побывать? — удивленно закрутил головой по сторонам Леха.

— Пока ты спал, очевидно же. — пожал я плечами в ответ. — Ты ваще столько всего проспать умудрился!

— Что-то из этого мне нужно знать прям срочно? — нахмурился ерпарх.

— В душе не ебу, что для тебя может быть срочным. — потер я лоб, вспоминая события последних часов. — Из храмовых событий… Пожалуй, новый главнокомандующий, Иваныч. Майор, ас-пилот, ветеран Афгана и просто хороший мужик. А, еще он Мардукором благословлен. Так что, думаю, подружитесь, если че.

— Второй земной пилот на один центральный храм… — задумчиво пробормотал Леха. — Это же полный «еб твою мать», Денис.

— Это, как выяснилось, тоже. — усмехнулся я в ответ.

— В смысле? — не понял метафоры паладин, но в этот миг дверь отворилась и в комнату вбежала моя мама.

— Лешка! Вернулся! — повисла она у него на шее, нацеловывая в случайные места головы.

— Света! — аккуратно взял он ее за талию своими перекачанными теперь ручищами и, аккуратно отстранив, поцеловал в губы. После чего аккуратно поставил на пол и кивнул на меня. — Вот, знакомься, это — Денис. Мой объект и главный виновник всеобщей суматохи. И наш земляк заодно.

— Да знакомы мы. — хохотнула моя мать в ответ. — Ты даже не представляешь, как близко!

— В каком смысле? — резко переменился в лице Леха и подозрительно на меня покосился медленно наливающимися кровью глазами.

— Ну тише ты, берсерк, тише. — похлопала мама его по щеке. — Ладно, хотела я было пошутить, что «не настолько близко мы знакомы с Денисом, как ты подумал, но бывать он во мне бывал»… В общем, знакомься, Леша, это Денис, мой сын. Усыновлять его будешь или так подружитесь?

Вы когда-нибудь видели, чтобы человеческая морда была живым олицетворением японского флага? Я до этого тоже не видел, и даже подумать не мог, что такое в принципе возможно. Однако, Леха не даром был жрецом одного из сильнейших богов. Он смог осуществить невозможное. Краснющее, как мечта коммуниста, его лицо начало бледнеть с периферии к носу. В последний момент лишь его шнобель остался сиять багровой лампочкой, прежде чем вся морда стала белой. Опять в голове всплыла аналогия с красноносым оленем Санты, который Рудольф. А в следующий миг пришлось ловить потерявшего сознание воина. Хорошо еще, что я сам силу прокачал малость, а то бы накрыло нас этой грудой цветного металлолома, и хрен бы кто потом эти лепешки в нормальный вид привел. А так хотя бы удалось аккуратно уложить жреца на спину, на пол.

— Ну надо же, в каких только передрягах не побывал, а на ровном месте чуть инсультом не накрылся… — пробормотала себе под нос мама, накладывая светящиеся слабо-салатовым оттенком ладони на голову Лехе.

Под воздействием этого сияния воин начал потихоньку приходить в себя, а его лицо начало обретать более-менее здоровый оттенок.

— Так это не глюк… — простонал паладин, открывая глаза и обводя нас мутным взглядом.

— Ну, это как посмотреть. — поучительным тоном ответил я. — Напомню, что я придерживаюсь теории, что это как раз-таки глюк, только мой, и чтобы выйти из комы, мне, видимо, нужно прикончить Крона.

— Да пошел ты… — расслабленно откинул Леха голову на пол и накрыл лицо руками. — Лично я себя глюком не ощущаю.

— В таком случае, ты можешь придумать рациональное объяснение иррациональности нашей ситуации? — усмехнулась моя мама. — Ну ведь действительно, если исключить воздействие закона подлости и подсчитать все, как ты любишь — по-научному, то вероятность почти нулевая будет у событий.

— Да чего тут думать. — отмахнулся он в ответ. — Норны перемудрили, вот и все объяснение. Чтоб им вечность икалось.

— И Норны тоже — глюк. — подмигнул я ему.

— А морду глюк тебе может разбить? — нахмурился паладин.

— Конечно! Я ведь тоже в глюке — глюк! — всплеснул я руками. — А «я-не-глюк» сейчас лежит в палате и пускает слюни. И даже не на медсестричек! Самое обидное, ведь он их даже не видит.

— А может наоборот, хорошо, что не видит. — усмехнулся потихоньку приходящий в себя воин. — Вдруг там сестры — старенькие и морщинистые уже.

— Вот кто бы говорил про постарше! — подмигнул я ему и едва увернулся от стремительного взмаха молотом, после чего от греха подальше, по уже сложившейся традиции, запрыгнул на потолок и принялся косплеить паука.

— Алексей! — грозно топнула по полу ногой его жена так, как умеет только она, от чего не только Леха вытянулся по стойке смирно, но и я вскочил солдатиком на потолке. — Прекрати буянить! Или ты хочешь повторения истории с тем трактиром? Ладно изба бревенчатая, а храм ты потом как отстраивать будешь?

— А че он первый начинает. — по-детски надулся паладин, но кувалду убрал на место.

— Натура у нас такая, Синюхинская. — усмехнулась она в ответ.

— А ты ведь даже фамилию свою ни разу не называла за все это время. — вздохнул Леха. — Так бы, глядишь, я бы что-то заподозрил.

— Не, Лех! — покачал я с потолка головой. — Для этого думалка нужна, которая не только запоминает, но еще и логичные выводы делает. А ты, извиняй — паладин паладином!

— Можно я ему хотя-бы ногу сломаю? — с ноткой грусти в голосе спросил воин, глядя на меня. — Его даже исцелять не нужно будет, он на Мардукоровых способностях сам излечится.

— Ладно. Но только левую. — дала добро моя мама.

— Эй, не позволю его калечить! — неожиданно вклинилась в разговор не отсвечивавшая до этого в стороне Миюффт. — На правах его будущей жены заявляю, что только я могу ему ноги ломать! Как и все остальные кости!

— Денис, тебе не стыдно? — удивленно посмотрела мама на меня.

— Ничего, за что могло бы быть стыдно, не было! — возмутился я. — Как ты вообще могла обо мне такое подумать? Она просто чокнутая яндере местного разлива!

— Протестую! Яндере ревнивые до ужаса! — возмутилась мелкая. — А у нашего народа достаточно прогрессивные взгляды на потрахивание левых баб! Главное, чтоб мужик семью не бросал!

— Протест отклонен! — отрицательно помахал я руками перед собой. — Яндере в первую очередь — ебанутые на половину головы создания девочки-ураганы!

— А как называются на половину головы двинутые мальчики? — с интересом спросила Миюффт.

— Денис Веселитель они называются… — проворчал Леха, чем до глубины души развеселил мою любимую мамочку.

— Отставить балаган! — неожиданно разнесся по комнате суровый властный голос… Иваныча.

Я глянул в сторону дверей, в котором стоял старый вояка, и с трудом узнал старого алкаша. Нет, внешне он не изменился, но появилось в нем нечто такое, от чего мурахи по спине даже не бегали, а вставали ровными шеренгами по стойке смирно. Бегали мурашки по окружающим стенам, полу и потолку. Ну, по крайней мере складывалось такое впечатление. К слову, от этой его команды по стойке смирно встали не только мурашки, но даже не признающая никаких авторитетов Миюффт. Что уж говорить про Леху, проходившего местную военную подготовку и имевшего какое-никакое понятие о воинской дисциплине. А может, даже и служившего в нашем мире… Как-то не задавался этим вопросом — немножко похуй было на этот факт.

— Иваныч, бля… смахнул я со лба выступивший холодный пот. — Какой Сталин тебя укусил?

— Это называется — грамотная прокачка харизмы. — с усмешкой вышел из-за его спины мастер Ка Дшуа. — Денис, там реликвию с маной Вакха доставили. Сейчас ею займешься или попозже?

Глава 22

Конечно, увидеть эту хреновину я захотел сразу. В любом случае, все детальные исследования, извлечение чертежей и сборку агрегатов можно отложить. Но сейчас мне было интересно посмотреть на артефакт. Так что Ка Дшуа проводил меня до комнаты с реликвией, находившейся на нижнем этаже храма. Хотя, комната — это мягко сказано. Банковские сейфовые бункеры-хранилища больше напоминают это местечко. И это — в центральном храме! В месте, где лучшие научные достижения сочетаются с аналогичными достижениями магии. Наверняка, эта комната-сейф с двадцатисантиметровой дверью выдержит сверхмощный ядерный взрыв, причем изнутри. Поинтересовавшись, нужно ли чего еще и получив ответ, что на «если чего еще» у меня Леха есть, мастер вместе с Тореро и мамой отчалили, оставив нас троих наедине с… Чекушкой, стоявшей на круглом постаменте посреди комнаты.

Не, серьезно. Бутылка объемом со стакан из прозрачного стекла. Пустая даже! Если бы не описание от системы, я бы даже не обратил на нее внимания у себя во дворе. Там таких реликвий — пройти негде! Но все же это был артефакт.

«Бутылка благословленного джина»

«Сосуд с отличным джином, выгнанным самолично Вакхом, был дарован Лаиллю в благодарность за теплый прием и щедрые угощения. Лаилль был беден, но все-равно поделился последними припасами с безымянным бродягой, под ликом которого путешествовал Вакх, за что и был вознагражден»

«Качество: Божественная»

«Свойства: исполнение желаний»

«Зарядов: 0,5/100»

Видимо, заряды закончились, бутылку выкинули, а Вакх ее нашел, зашифровал в ней чертежи, слегка подзарядил на пол-шишечки, и отнес в упомянутый ранее музей, на хранение.

— И что, ты думаешь, что вот этих крох его маны хватит, чтобы отыскать душу Вакха? — задумчиво посмотрев на бутылочку, спросил Леха.

«Может, уже хватит секретничать? Все-равно ведь догадается. Да и времени мало уже, скоро даже Ананси все сам узнает» — раздался в голове голось Миюффт.

«А знаешь, согласен» — махнул я рукой и продолжил уже вслух. — Лех, запри дверь, чтоб не подслушал никто ненароком.

— Да кто тут может подслушать? — удивился ерпарх. — Это ж центральный храм! Сюда даже в невидимости никто посторонний не проникнет! Храм все покровы и иллюзии снимет.

— Ну хуй знает, хуй знает. — пожал я плечами. — Ананси вон, Марудкором так хорошо прикинулся, что даже толпа жрецов подделку не распознала. А что, если он задумает сюда притопать?

— А что, если он вместо меня уже сюда притопал? — усмехнулся Леха, но дверь в бункер-хранилище послушно прикрыл.

Никаких вентилей от замков на двери не было, только лишь массивная ручка-скоба. Но замки в стене отчетливо щелкнули, едва она затворилась. А магическое зрение услужливо показало, что в стене изменился узор из тонких потоков и узлов маны. Новое ощущение удара подушкой по голове, минус еще полчаса на таймере, и я «вспоминаю», как оно тут все работает. Запорный механизм похож на земной. Хотя, этот принцип настолько же очевидный, как и колесо, а потому изобретен параллельно во множестве миров. Не очевидными являются материалы, из которых все изготовлено. Тут вам и нанотехнологии, собравшие материалы буквально по атомам в такой конфигурации и с таким химическим составом, что никакие сплавы и даже порошковые стали по прочности не сравнятся. А потом все это еще и магией упрочнено. Причем не простой магией, когда колдуны встали в круг, письками-посохами помахали, и заебись. Такая магия в сравнении с местной — как простая дверь из досок по сравнению с этой нанотехнологичной бункерной преградой.

Местные магические приемы можно назвать по Сколковским аналогиям — наномагией. И магические узоры наносятся во время сборки сразу маной самим же компьютером, и средний диаметр магической печати — десять атомов. Собственно, эти десять атомов между собой этой печатью и связываются для прочности. А чтобы атомы не отваливались пачками по десять штук, эти блямбы между собой тоже соединяются. В итоге, без применения сверхмощных энергий, либо встречной магии, от двери, стен и механизмов нельзя отковырнуть ни одного даже самого захудалого изотопчика.

И приправлено это все мечтой Николы Теслы. Беспроводная передача электричества. Мана, используемая в этой технике в качестве топлива, не ведает сопротивления при прохождении по специально подготовленным для этого манаканалам в стенах, а в электричество преобразуется уже на месте, особыми узлами в катушках, которые открывают-закрывают электромагнитные замки в этих бункерных дверях. Это же является и страховочным механизмом. Если вдруг кто атакует храм, и в этой комнате кто-то окажется заперт, а центральный маногенератор, или манопроводы сломаются — просто поддал своей маны в замки, они и откроются!

Откуда я столько деталей знаю? Так это Вакх знал, я просто вспомнил. Откуда он знал? Ну вот еще, таймер ради такой фигни тратить!

— А, так вот. — помотав головой, вернулся я к Лехиному вопросу. — Ты думаешь, я просто так тебя в кузницу сбагрил?

— В смысле? У этого был какой-то смысл? — непонимающе похлопал он глазами.

— Мне кажется, что вы соображалками поменялись по накурке. — хихикнула, прикрывая рот ладошкой, Миюффт.

— Вот-вот. — покивал я, соглашаясь с ней. — Лех, не тупи! Ананси бы максимум брелок-иллюзию сделал, даже если бы поймал волну. А твой мультитул реально трансформируется, как ты сам под своей ультой! Так что ты точно Леха, смирись и живи с этим.

Эх, чуть-чуть до фейспалма его не дожал! Типичным движением рука уже направилась было к лицу, но на полпути замерла, после чего Леха лишь покачал головой и опустил конечность. Старею, старею…

Хотя нет, беру свои слова обратно! Когда я раскрыл своему напарнику, где прячется душа Вакха, то мне поначалу показалось, что от его *рукалица* у него нос хрустнул!

— Это как укуриться надо было, чтобы забыть, что я в курсе, что ты перерожденный Вакх? — простонал ерпарх. — Я ж чего хожу в образе этой вот хренотени с ментальной защитой?!

А вот и моя очередь фейспалмиться настало. А ведь реально же! Я даже и забыл уже. А Леха, значит, молодец, роль отыгрывал так, что даже я поверил, что он не в курсе. Надо будет его после всего в актерское училище сдать, на опыты. Не, однозначно, нужно скорее все это заканчивать и на реабилитацию валить, память укреплять. Витаминов из вина и пива явно не хватает!

— Ну ладно, тогда, пока голова еще хоть как-то варит, давай разбираться. — убрав руку от лица, обратился я к Лехе. — Есть идеи, как из реликвии информацию вытащить? И как она вообще там зашифрована? Я-то думал, там какая-нибудь статуэтка с флешкой. А тут — чистое стекло! Никаких чипов нигде не видно.

— Чипы и процессоры — это как каменный век для нашей эпохи, по сравнению с технологиями чистых кристаллов. — усмехнувшись, ответил воин. — Все продвинутые цивилизации хранят информацию в кристаллах, лазером воздействуя на их кристаллическую решетку. А сверхпродвинутые, перешедшие на маготехнические девайсы, обходятся даже без лазера, манипулируя молекулами сверхтонкими потоками маны.

— Короче, я давно уже понял. Ты ботаник, я дурак. — перебил я почувствовавшего любимую почву под ногами завкафа. — Хочешь сказать, что эта бутылка и есть одна большая флешка?

— Возможно. — немного обидевшись, кивнул Леха, после чего завертел головой по сторонам. — Айлис, просканируй реликвию на предмет хранимой информации!

— Хорошо. — ответил женский голос, исходивший, казалось, сразу ото всех стен.

Постамент, на котором стояла бутылочка, приподнялся, открывая скрытое под ним хранилище… Наверное, сканеров? Похожие на репортерские зонды Да Ни шарики, только размером по сантиметру, они целым роем вылетели из тумбы и, окружив реликвию, принялись просвечивать ее лазерами, прозванивать разночастотными звуками и, наверное, еще чем-то невидимым облучать. Длилось это все от силы секунд двадцать, после чего шарики поднялись над постаментом, а голос отчитался о результатах работы:

— Стенки сосуда являются чистым низкосортным стеклом, малопригодным для хранения информации. Однако, в донышке присутствует экранированная хорошо структурированной кварцевой сферой полость, содержимое не читается. Могу предположить, что необходимое хранилище информации именно там. Конечно, если его наличие не вызывает сомнений.

— Лех, а это что вообще за тетка? — с некоторой долей подозрительности, шепнул я ерпарху на ухо.

— Это Айлис. — не скрываясь, ответил паладин. — Одушевленный искусственный интеллект храма. Не бойся ее обидеть — эмоциональная матрица отсутствует, возможна имитация личности в личном жилье, по желанию, однако компьютер с эмоциями — опасная штука, тем более с душой. Айлис — местное все, и если не отключать отдельные блоки под ручное управление, то все процессы в храме протекают под ее управлением. За конфиденциальность происходящего в этой комнате не переживай. Даже сам Мардукор не сможет заставить ее выдать какую-либо информацию о ком бы то ни было, и о чем бы то ни было, что происходит на территории храма, а вручную ничего не добыть. Все предусмотрено. А так — это идеальный ассистент во всем, благодаря которому храму почти не требуется обслуживающий персонал.

— Ну ладно, раз ты говоришь ей доверять, придется доверять. — проворчал я, беря бутылочку в руки. — Слыш, яндекс-Алиса, подсвети, где тут эта сфера запаяна!

Один из шариков сорвался с места и, подлетев, очертил тонкими зелеными лазерными лучами небольшой круг на подставленном донышке чекушки. Ровно по центру. При этом невооруженным взглядом там ничего не заметно было. Хотя, если наложить в стакан стеклянных шариков и залить их водой, их тоже нельзя будет увидеть. Видимо, и тут также.

Пожав плечами и не придумав ничего лучше, я провел пальцем вокруг очерченной зоны, пропуская через него ману и, включив творящую ульту, растворяя излишки стекла. Причем постарался сосредоточиться таким образом, чтобы растворялось именно «низкосортное стекло», как обозвала его Айлис. Как ни странно, и не как обычно — через жопу, но манипуляция протекла гладко, будто я тыщи лет только этим и занимался. Хотя, с учетом того винегрета, что начинает твориться в моей башке из двух памятей, то вполне подходит… Вакх же однозначно своей ультой тыщи лет пользовался? Значит, и мне теперь во многом будет проще. Если че, нужные воспоминания всплывут…

От мыслей этих меня отвлек гладкий шарик, со звоном провалившийся внутрь стеклотары. Вытряхнув его через горлышко, я посмотрел на свойства чекушки. Как ни странно, свойства сохранились. Осталось только зарядить, да дырку запаять — и можно дальше играть в Алладина, исполняя с помощью джина чьи-нибудь желания. Положив шарик на постамент, я отдал Айлис команду сканировать его.

— Подтверждаю, данный объект является хранилищем информации. — через несколько секунд раздался голос умного храма. — Начать считывание информации или желаете оставить ее в тайне?

— Считывай. — решив, что суперумный, но безэмоциональный комп — не лучший объект для сарказма, ответил я.

— Расчетное время дешифровки — двенадцать минут. — ответила Айлис.

После чего верхняя, круглая поверхность постамента раскололась на три части с небольшим кружком по центру, став подобной знаку радиации. Шарик оказался на центральной подставке. Из внутренней части вылезли какие-то щупы, четыре штуки, которые присосались к шарику и, видимо, принялись считывать инфу с помощью лазеров. Потому что шарик резко засветился достаточно ярким синим светом.

— Лех, а Айлис может потом сразу начать следующий этап, или нужно вручную отдавать команды? — спросил я тем временем у напарника.

— Конечно, в этом и смысл искусственного интеллекта. — ответил он. — Айлис — вполне себе здравомыслящая личность, только без эмоций и с необычайно мощными вычислительными мощностями процессорных кристаллов вместо мозга. Она в первую очередь должна понимать сказанное, а не тупо выполнять запрограммированные голосовые команды.

— Что необходимо сделать с полученной информацией? — подтверждая его слова, спросил ИИ.

— Короче, смотри. — почесал я затылок, вспоминая инструкцию. — У тебя же в архивах есть чертежи главного храма Вакха? Ну, из того мира, который от спиртового взрыва погиб.

— Совершенно верно. — подтвердила мои слова Айлис.

— Так вот. В дизайне этого храма зашифрованы чертежи какого-то агрегата, который зачем-то мне нужен. — продолжил я мысль. — Но чертежи эти разбросаны так, что полностью вписываются в общую картину, по кусочкам. На шарике записана полная абракадабра, но этот бред — это координаты этих чертежей и, видимо, инструкция по сборке этих кусков в единую конструкцию. Нужно будет превратить это все в некий аппарат.

— Задание понятно, приступаю. — ответила Айлис спокойным и, действительно, безэмоциональным голосом. — Приблизительное время выполнения — двадцать три часа пятнадцать минут.

— Охренеть. — почесал я затылок. — Мне самому непонятно, а ей понятно! Реально, супер-интеллект!

Где-то на заднем фоне сделал *рукалицо* Леха.

Глава 23

— Слушай, бать, а чем в храме можно сутки заниматься? — обратился я к Лехе.

— Не называй меня так. — мрачно процедил он сквозь зубы в ответ.

— А как? — поинтересовался я. — Папуля? Отец? О, может — святой отец?!

Вместо ответа паладин лишь закрыл глаза и начал глубоко и медленно дышать.

— Ладно, скучно с тобой. — махнул я рукой. — Сам придумаю. В крайнем случае, телепортируюсь куда-нибудь в Кравду, да там время скоротаю. Кстати, мой контракт с боссом, походу, все-таки накрылся глубочайшим медным не то тазом, не то женским детородным органом. Так что ты можешь за мной не шататься везде.

— Ну вот что ты сразу начинаешь? — резко открыл Леха глаза и успокоительно замахал руками. — Я уже даже привык к твоим тупым шуточкам! Ты ж пропадешь тут один. Опять кому-нибудь не тот палец покажешь — и все!

«Я: Босс, ты чем его так мотивировал? Я как ни заикнусь, чтоб он отвалил… Школота отлучение от телефона и компа не так остро переживает, как Леха — отлучение от меня!» — обратился я к Мардукору.

«М: Да ничем особым. Так, сказал, что обнулю ему уровень и на Землю обратно отправлю, на Ближний Восток, в актуальную горячую точку. А они там всегда есть.»

«Я: А ты тот еще садюга… Стоп! А что, чужой уровень можно обнулить?!»

«М: Если бы ты уделил хоть немного времени исследованию своих «божественных» способностей даже через системное меню, ты бы много чего интересного отыскал.»

«Я: Ну не ворчи! Это долго, нудно и скучно. Можешь вкратце объяснить?»

«М: Ты бы еще реакцию цепного ядерного распада кратко объяснить попросил!»

«Я: Ой, че там трудного? Представь, что ядро атома урана — это банка нитроглицерина, а кувалда — быстрый нейтрон. Один маленький бабах приведет к большому барабуму. А если банка не одна, а целый склад, то будет большой пиздец.»

«М: *смайлик-рукалицо* Ну если так, то представь, что душа с уровнями, это пакетик с соком, а тело ее владельца — холодильник. Достаешь из холодильника сок, выпиваешь его в своих чертогах смерти, ставишь обратно пустой пакетик на полку. Главное, холодильник долго открытым не держи — сдохнет.»

«Я: Ну вот! Можешь же, когда хочешь!»

«М: *рукалицо*» — и чатик с боссом закрылся.

— Ладно, Лех, не ссы. — похлопал я воина по его орихалково-латунному наплечнику. — Я своих не бросаю, тем более в Сирию.

— А что там в Сирии? — растерянно спросил паладин.

— Точка, достаточно горячая. Вроде. — пожал я в ответ плечами. — По крайней мере, была недавно. В общем, показывай, где и как тут жречество культурно отдыхает и предается греху и разврату.

— Прав ты только в одном. — устало вздохнул Леха. — Жречество местное отдыхает культурно, а это — без бухла и разврата.

— Ну, может, хотя бы стриптиз? — с надеждой спросил я.

— Не в этой религии, чувак. — покачал он головой. — Могу предложить игровой симулятор реальности. Видеоигра с полнейшим погружением.

— А в этих играх есть бухло и бабы? — заинтересованно уточнил я.

— Это все есть в борделе у У. — ехидно усмехнулся воин.

— Ну вот еще бы я трансов, пусть и магических, не трахал, ага! — замахал я руками.

— Тогда могу предложить посетить храмовый хамам с бассейном и тренажерным залом. — наконец придумал хоть какой-то более-менее вариант ерпарх.

— Хотя бы с веничком и пивком? — с надеждой посмотрел я на него глазами кота из Шрека.

— Ладно, для тебя организую пива. — махнул рукой Леха. — Но учти, мастер тебя осудит. Хотя да, чего это я… — последнее было сказано явно в ответ на мою молчаливо-саркастично поднятую бровь.

— Кстати, про баб. — ехидно вклинилась в разговор Миюффт. — Там вечером будет толпа бухих валькирий.

— Да ну нахер… — на пару секунд подвиснув, помотал я головой. — От этого точно надо будет подальше держаться. Они тут уже даже драконов запугать умудрились своим сну-сну!

В общем, договорившись с Айлис о том, чтобы хранилище кроме нас троих никому не открывалось, мы покинули комнату-сейф и отправились за Лехой в турболифт. Сначала Леха попросил Айлис организовать мне личную комнату на херпаршьих правах и, пока мы поднимались, апартаменты были готовы. Хотя, чего там готовить? Голая комната. Даже без мебели. Причина такого аскетизма оказалась проста и сложна одновременно. Супер-пупер, нано-хуяно-технологии. Если кто смотрел войну бесконечности, там у Старка костюм его последний был из нано-роботов. Просто аморфная масса, которая под воздействием центрального процессора превращается в костюм, и во все прочие оружия. Хотя, ладно. Эта аналогия перебор. Тут скорее ближе банальный жидкий терминатор. Только тут — жидкая мебель. И посуда, и постельное белье, и даже фикус почти как живой, в углу. И да, достичь такого местные смогли исключительно благодаря объединению технологий с магией.

В общем, навестили мы комнату, Айлис показала нам несколько голографических иллюзий интерьера, я выбрал более-менее приглянувшийся, и мы пошли дальше, пока мебель собиралась из аморфной серой каши и набирала плотность.

Хамам меня одновременно удивил, и не удивил. Не удивил тем, что это было помещение из серого камня, в лучших турецких традициях. Удивил всем остальным.

Начнем с того, что это была комната четырех метров высоты и размерами эдак двадцать на десять метров. И дверь была подобающая, трехметровой высоты и такой же ширины. В ней по принципу матрешки несколько дверей поменьше, и на человеческом росте это отнюдь не заканчивалось, доходя вплоть до полуметровой, самой маленькой, дверки.

И внутри полки, целым фигурным каскадом заполнявшие все стены до самого потолка, так же отличались размерами. Небольшие ступеньки из камня, очевидно — для тех коротышек, для которых предназначалась и наименьшая дверка, поднимались до самых верхних ярусов. Неподалеку от них — ступени, более-менее приемлемые для человекоподобных существ. Сами полки отличались шириной и расстоянием между ними. Для тех гигантов, видимо, для которых предназначалась самая большая дверь, были полки двухметровой ширины с шагом по высоте в полтора метра. Удобные для человека, с шагом сантиметров по семьдесят-восемьдесят, такой же ширины. У мелких было самое большое разнообразие — двадцать сантимов туда и сюда. Считай, лесенка для человека — полок для кого-то миниатюрного. Также, как и человеческие были равны лесенкам для гигантов.

А еще половину помещения занимал бассейн с уходящим наискосок, на глубину, дном. Как потом выяснилось, в дальнем углу была глубина метров десять, а с самого края — столько же, но уже в сантиметрах. Наличие же водоема совершенно не отменяло полков над ним, и таким образом, нагревшись, нырнуть можно было в него сразу же с места.

Теплоизоляция у этого хамама была в большей степени магической, и плюсов у такой технологии энергосбережения было просто неисчислимое множество. Во-первых, окружающие помещения, и даже дверь снаружи — не нагревались вообще. Во-вторых, это обеспечивало постоянную жару круглые сутки без особых заморочек на подогрев, который в условиях избыточной маны тоже, как бы, проблемой не являлся… В-третьих, подогрев и вентиляция тоже были замагичены и зациклены внутри комнаты. А еще бассейн был с магическим контролем температуры, и лишнее тепло из нагревшейся воды тут же возвращалось в воздух, оставляя водичку все время приятно-прохладной.

Леха, оставив меня тут, свалил за обещанным мне пивом. Миюффт, поморщившись от жары, попросилась в упомянутую ранее Лехой игру-симулятор, в какой-нибудь файтер. Ну, это я уже на задротский перевел. Я же скинул уже весьма поношенные шмотки у двери прямо на пол и придался нагреву.

И, честно, я не представляю, для кого предназначались верхние полки этого сооружения. Разве что, для инферналов. Сотворенный мною банный градусник показал сорок градусов на полу. На уровне моего лица держалась уверенная сотня. На высоте моей вытянутой руки сдох градусник, показав максимальную свою отметку в сто двадцать цельсиев. На верхней полке, под самым потолком, чуть не сдох я. Начнем с того, что намоченное в бассейне полотенце начинало шипеть и брызгаться паром, стоило лишь положить его на камни полка на двухметровой высоте. Без него же туда залезть не представлялось возможным без ожогов. Пришлось врубать берсу на бешенную живучесть, чтобы безболезненно туда забраться. Возможно, только за счет этого мой череп там не превратился в банку тушенки, брошенную в костер. Но в бассейн я оттуда упал, а не спрыгнул. Прыгать сил не осталось, пришлось падать, считая ребрами ступени-полки.

Минут через десять приперся Леха и, на удивление, даже присоединился к посиделкам. Не забираясь, правда, даже на полутораметровую высоту. Так, внизу в восьмидесяти градусах присел. Но вот местным пивком он меня удивил. Целый ящик-холодильник с откидной крышкой. Эдакий сундучок с сокровищами! Некрепкое, градуса четыре. Но самое интересное — оно было упаковано в прозрачные квадратные пузатые пакетики по двести грамм, с черной козлиной головой в качестве эмблемы! Ну надо же, и тут всякие велкопоповицкие козелы существуют! В общем, как дешевое молоко, только пакетики. Только вот как его пить — сначала было непонятно. Попробовав по принципу молока, зубами оторвать уголок, я чуть не вырвал себе зуб. Силушка то выросла, а пакетик оказался необычайно прочный.

Секрет оказался еще проще и, воистину, техно-магично-гениальным! Эмблема, напечатанная ровно по центру пакета, была не только товарным знаком, но еще и ключом-открывашкой. Достав из ящика себе пакетик чего-то безалкогольного, вроде как кваса, Леха приложил к эмблеме в виде пучка колосков, большой палец, и магическое зрение показало, что из его пальца вытекла капля маны. А пакет шевельнулся и секунд за пять трансформировался в круглый пластиковый стаканчик, слегка выпуская внутренние газики в момент открывания верхушки, чтобы сделать тоненький слой пены. Я повторил процедуру, и мой пакет аналогичным образом превратился в стакан, только с чуть более высокими краями, и с чуть более толстым слоем пенки.

— Чтоб не намусорить, я колбасок взял. — открыл Леха крышку на крышке переносного холодильника, демонстрируя полость, заполненную тонкими копчеными колбасками совершенно классического вида.

Я подхватил парочку и, отхлебнув, закусил. Нормальный пивас, нормальные колбаски. Да, пиво не на хмелю, но тоже приятное на вкус и стандартно шипучее. Да, колбаски не привычные тоже, непонятно, из чьего мяса. Но вкусные. Я бы даже сказал, что это неведомое мясо, с этими неведомыми консервантами, идеально подходит ко вкусу древесного дыма. В общем, удивил Леха меня, удивил и порадовал!

— Лех, а скажи, пожалуйста. — задумчиво посмотрел я на огромные каменные полки. — Для каких гигантов эти платформы? Тролли, как я понял, с Мардукором враждовали, тут их и подавно бывать не должно. Инферналы? Там и жара адская наверху.

— Ну да, тот же владыка Лйутсфэуз раньше захаживал сюда, с братом Сефоттином посидеть, например. Надо же иногда снисходить до храмов, верующим показаться, а тут два в одном. — пожал ерпарх плечами. — Да и про троллей утверждение спорное. Это народ Скъяаррла враждовал. А так, были и боголюбивые племена каменнокожих. Да, их потом другие тролли истребили, как предателей, но знавали стены храма и их.

— Да, было время! — раздался вдруг в помещении хриплый низкий голос, а на полу загорелась двухметровая пентаграмма. Натурально загорелась, огнем!

Глава 24

— …Или вот еще случай был. — вещал развалившийся на верхней полке, на животе, сложив крылья за спиной, владыка Инферно. — Поспорили мы как-то со жрецом бога солнца, кто дольше на верхней полке просидит. Взяли мы, значит, бочку перцовой настойки, острого вяленого мяса, да компота на запивон. На жаре развезло даже меня, всего ведро-то на двоих выхлебали. Да и уснули, а бочку открытой оставили. Просыпаюсь, смотрю по сторонам — пол храпящими телами завален, дверь приоткрыта, а в ней в отрубе один из младших жрецов валяется. Живой конечно, че ему будет. Бухой просто в хлам. Айлис молодец, дверь хоть и открыта осталась, а жар не выпустила, барьер тепловой исправно работает. Испарилась, значит, вся бочка! А никто значения не придал, подумали, что перегаром нашим просто несет. Вот и унесло их с алкогольной ингаляции! Ха-ха-ха-ха!

— Так кто в итоге в споре-то победил? — поинтересовался я.

— Да мы на вторые сутки решили, что ничья. — отмахнулся Лйутсфэуз. — Бочка пустая. Сидеть и мясо с компотом кушать? Так что заключили мы мировую, да пошли в город, в квартал Аполлона, по кабакам и бабам!

— О, а я думал, что это святой город, типа Ватикана! — икнул я в ответ. Вот в чем-чем, а в том, что в этой сауне нехило так развозит, демонюга оказался прав. — А тут и кабаки есть?

— А ты думаешь, где я пиво добыл? — усмехнулся в ответ Леха. — Тринадцать верховных богов и богинь Пантеона разбили город на свои сектора еще во времена основания. Вакх туда, хвала Мардукору, не входил, но бог солнца вполне разделял его взгляды и бухал запоями еще до того, как этот алкаш появился! Вот, за его сектором веселый статус и закрепился.

Владыка демонов заглянул, так сказать, на огонек. Нет, реально. В этот раз безо всяких скрытых смыслов. Любил он эту храмовую баньку, но не с боссом же моим тут бухать? А так просто, в одиночестве сидеть… Кости погреть и в его родном мире можно. В любую лужу с лавой копыта опустил, веничек из арматуры туда же окунул, да парь свои старые косточки. А тут — какая-никакая, но все же своя веселая компания. И да, про веник из арматуры — это не голые слова. На верхней полке было градусов четыреста-пятьсот, как пояснил рогатый гость. А это выше температуры возгорания древесины, и обычные древесные веники там превращались в горящие факелы. Да, Лйутсфэуза это радовало, но недолго. Прутики быстро в пепел обращались. Пришлось делать железный веник. И большой — демонюга ведь трехметровый. Банщиком был назначен самый трезвый — Леха. Тем более, что у него был доспех, компенсирующий жару, и напялив его обратно, он вполне мог стоять наверху и хлестать владыку ада за всех искушенных им грешников. Тем более, что своей силы ему вполне хватало, чтобы размахивать таким орудием банных пыток. В благодарность Лйутсфэуз призвал трех мелких демоненков-бесов, и заставил их притащить бочку адской перцовой настоечки, и ничуть не менее острого мяса. Прямо как в той истории с солнечным жрецом. И компоту, для Лехи, да и нам на запивон.

В общем, народ. Если вы ели супер-острые крылья из КээФСи, пробовали сверхжгучие мексиканские приправы, макали хер в аджику или хотя бы пили соус чили — забудьте все свои ощущения, потому что в сравнении с ЭТИМ угощением — это сладкий рулет. С компотом. Не ожидая никакого подвоха, я выпил залпом рюмочку этого адского во всех смыслах пойла. Ну что я, перцовки никогда не пил? Да даже аптечную доводилось! В общем, я чуть было не повторил подвиг с выпитым бассейном. Хорошо хоть вовремя вспомнил, что в нем Леха купался. И до этого хер его знает, кто еще. Никакого огненного дыхания, как тогда, на берегу пруда, но зрение ко мне вернулось не сразу. Или может, я просто глаза открыть не мог. Хотя, какая разница?

В общем, да, запивать такое необходимо. И компот этот из неведомых фруктов, был сварен идеально под эту настойку. Жжение почти прошло с первого глотка. До первого куска мяса. А вот сугрев от настоечки — остался! Короче, небывалый аттракцион, рекомендую всем, кто любит поострее! Главное — после мяса руки мойте перед походом в туалет, а то вам пиздец.

В общем, скоротав так несколько часов, мы распрощались с демоном, и, убрав за собой, каждый отправился по своим делам. Лйутсфэуз — править инферналами. Я — спать. Леха… Видимо, отдавать супружеские долги за все время своего странствия. Дело житейское. Кстати, про уборку. Айлис, без всякого сомнения, могла послать бригаду дронов, чтобы навести идеальный порядок. Более того, идеальный она и наведет после нас. Но убирать за собой тут было принято. Типа воспитательного момента, учит ответственности и тому, что нужно думать, прежде чем делать, оценивать то, что потом придется расхлебывать в результате собственных действий и все такое прочее. Я особо не слушал Лехиных объяснений на этот счет.

Кровать, собранная Айлис из жидкой материи, оказалась весьма удобной. Постельное белье с климат-контролем, матрас средней мягкости и упругости. Такое ощущение, что хоть месяц на таком проваляйся — пролежней не будет. Как ни ложись — удобно, мать его! И самое главное — всегда прохладная подушка! Не нужно полночи просыпаться, ворочать ее, ища неперегретое место и перекатывать туда-сюда сбившийся наполнитель. Вот она — настоящая вершина прогресса! А не всякие там антигравитации, покорения Марса и электромобили. Однозначно, тот, кто изобретет такую подушку — станет даже не миллиардером, а… Триллионером? Как минимум. В общем, отрубился я капитально и продрых до… Хрен его знает. Судя по таймеру, отсчитывающему время до «полного слияния личностей», часов десять. Надеюсь, что во сне ничего не вспоминал и это настоящее время моего сна. Но наконец-то я выспался и был бодр!

— Айлис! А можно завтрак? — обратился я к местному дворецкому. — Или надо топать в какую-нибудь общую столовую?

— Зависит от ваших предпочтений к месту приема пищи. — ответила компьютерная баба. — Возможна доставка в комнату, возможен и публичный прием пищи.

— Отлично! — потянувшись на кровати, улегся я поудобнее. — Тогда сооруди… Пол-литра крепкого горячего черного чая, если найдешь — цейлонского. Четыре чайные ложки сахара туда. И… Что-нибудь сытного поесть. Только не червей там каких-нибудь! А то мало ли, что тут принято… О, давай то, что обычно ерпарх Леха ест!

— Такие подробные описания не обязательны. — спокойно ответила Айлис. — Мне известны гастрономические традиции и вашего мира в целом, и вашей страны в частности. Из самых быстрых вариантов могу предложить молочную рисовую кашу, отварные сосиски и паровые котлеты.

— А че, вполне нормально. — кивнул я в ответ. — Тащи все.

— Мне тоже самое! — раздался голос Миюффт из пустого кресла, чуть не доведя меня до пердечного сриступа.

— Блять, мелкая! Ты заебала шпионить в тихую! — возмутился я таким наглым ее поведением. — А если бы я дрочил?

— Пфф! Напугал! — ответила она с усмешкой. — У меня, между прочим, три старших брата было! Не удивишь меня таким зрелищем.

— Блин, я все время забываю, что у вас традиции ебнутые тут. — провел я руками по лицу, разминая сонные мышцы морды. — Причем в каждой деревне свои собственные. Айлис, а кина у тебя никакого нету? Или хотя бы мультиков?

— Конечно есть. Храмовые архивы содержат копии всего культурного наследия всех исследованных миров. Включая кинематографию. — охотно ответил ИИ. — Могу предложить к просмотру фильмы из твоего родного мира в целом, и с твоей родины, в частности. Думаю, тебе будут интересны премьеры текущего месяца.

А вот тут она и в самом деле меня смогла заинтриговать. После моего согласия, часть стены засветилась, превратившись в шикарный, почти двухметровый экран. Пульта не было, но с таким охеренным голосовым управлением, которое могла обеспечить Айлис, он был нахер не нужен. Остановил я свой выбор на просто невероятным, на мой личный взгляд, фильме. Космическая фантастика «Вратарь галактики». Отечественная космофантастика! Да еще и с рейтингом «шесть-плюс». Детская сказка!

Ну че сказать. Поржал. Знаете, вот более чем уверен, что фильм этот обосрали. Почему я так думаю? Да народ у нас щас такой стал — лишь бы обосрать все наше. Могу даже на вискарь поспорить — отзывы у него будут в духе «что за бред», «где наши и где фантастика» и тому подобное. И совсем не вспомнят о том, что фильм — детский и вступление к нему тоже оформлено голосом закадрового сказочника.

Вот Миюффт — впечатлилась. Даже, по ее словам, намного больше, чем от симулятора виртуальной реальности. Даже поверила в реалистичность событий. Пришлось ее обламывать и объяснять, что это все выдумка.

Жрачку нам доставил на подносе летающий многорукий дрон минут через десять после заказа. Столь быструю готовку Айлис объяснила, что это просто уже все было готово ранее и помещено в стазисное поле. Это такая штука, типа холодильника, только там заморозка происходит не за счет низкой температуры, а за счет особого силового поля. Оно останавливает все процессы внутри вещества. Время не останавливается, но останавливаются даже электроны на атомных орбитах. Таким образом, еда не только не тухнет, но даже не остывает. И после снятия поля получается свежая ароматная пища. Опять техномагия, которая рулит!

— Айлис, а что там со чтением инфы и дешифровкой чертежей? — обратился я местной яндекс. Алисе после того, как фильм закончился.

— Чтение информации было завершено через двенадцать минут после начала сканирования, согласно рассчетам. — бодро отчитался комп. — Сборка чертежа была завершена через три часа сорок две минуты, что на пятнадцать минут быстрее предварительного расчета. В данный момент заканчивается сборка самого устройства. Расчетное время до окончания процесса — один час тринадцать минут.

— Погоди-погоди. — помотал я головой. — Сборка устройства? Я думал, что двадцать три часа, это конец постройки чертежей.

— «Нужно будет превратить это все в некий аппарат.» — ответила Айлис записью моего собственного голоса, после чего продолжила. — Я посчитала это командой на сборку. Я ошиблась? Прекратить сборку? Ликвидировать образец?

— Не-не-не-не-не! — замотал я головой и даже замахал руками. — Все правильно делаешь! Это я туплю просто.

— В таком случае, через один час двенадцать минут можно будет приступать к испытаниям образца. — закончила Айлис.

— Отлично. Даже замечательно. — порадовался я, что, наконец-то, все идет не через такую уж глубокую задницу, как обычно. — Че там Леха? Занят? Спит? Можешь его позвать?

— Что мне передать ерпарху Алексею? — не стала выдавать информацию о паладине и его занятиях ИИшка. «К» — Конфиденциальность!

— Передай ему, чтобы зашел ко мне, когда освободится. — пожал я плечами. — Либо, если освободится он позже, чем закончится сборка, то пусть шурует сразу туда, где ты аппарат собираешь. Кстати, что там за херовина выходит?

Глава 25

Узнав, что там за аппарат, я понял, что данный вариант развития событий был предвиден еще Вакхом. Странно. Я вроде, когда смотрел разные вариации развития событий, не видел там сценария с использованием этого чуда техномагической промышленности. Интересно, а есть возможность в этой психомагии прятать воспоминания от самого себя? Минус десять минут на таймере дали ответ — можно, и я перестал думать в этом направлении. Не такая уж и важная в данный момент информация!

Задумчиво покрутив рукой висящую над столом голограмму в натуральную величину, я почесал затылок. Массивная железная перчатка, вместо пальцев у которой — три загнутых внутрь железных когтя, между которыми помещался небольшой железный шарик. Не простой шарик, а, как сказала Айлис — сверхмассивный. Именно такой, какой мне отковали дварфы в вулкане. Айлис лично подтвердила, что эти ядра чернодыровые, одно из которых я достал прямо на стол, от чего не предназначенная для таких нагрузок столешница прогнулась до самого пола — идеально подходят под эту хероболу. Поинтересовавшись, может ли местный промышленный комплекс создать такие же сверхплотные ядра, храмовый интеллект ответила, что может. А вот продемонстрированный ей так и неопознанный системой шарик с веселянкой ей воссоздать уже не по силам, как выяснилось.

Ну, вот и все потихоньку встает на свои места. Особым Шерлоком с Холмсом быть не нужно, чтобы догадаться. Вся эта затея была замучена Вакхом с одной целью — создать этот сверхсмешарик. Зачем? Доживем — увидим. Наверное, нужен для успеха всей миссии. Из раздумий меня вывел голос Айлис:

— К вам ерпарх Алексей. — и после нескольких секунд взаимного молчания продолжила. — Впустить его?

— А, да. Конечно впустить. — покивал я. — Леху всегда впустить, пока обратной команды не получишь.

Дверь открылась, и зашел мой верный спутник. Что интересно, дверь была сделана по классике — открывалась наружу, ручки с обеих сторон. Замочных скважин не было. А замки на голосовом управлении — были. Рассказав Лехе про успехи машинной сборки аппарата, я поинтересовался, где без лишних глаз можно испытать генератор черных дыр. Почесав лампочку, ерпарх ответил, что лучше всего — в какой-нибудь пустыне. Мало ли что пойдет не так, и стабильность генерируемой херни пойдет по пизде? Так хотя бы только мы пострадаем. С моими знакомыми шаманами из астрала вырваться нам труда не составит, а Гуал с его нынешними силами и тела нам без труда создаст. Это не Мардукор, которому для полноценного контроля маны и тело надо особым образом выращивать, с уже развитыми манаканалами. Нас и просто из чистой материи можно материализовать. О том, что я как бы и сам уже, даже будучи духом, смогу себе тело воссоздать, я тактично промолчал. А ведь эта ульта в сумме с шаманским умением — реальный чит… Одно оправдание ей — если я личинка творца, то такое умение мастхэв. Вот только сочувствую я жителям своей собственной вселенной. Они ж сопьются!

Ни кого ни о чем не предупреждая, в лучших традициях раздутой паранойи, мы проследовали в хранилище с реликвией. Убрав от греха в астрал шарик-флешку, подальше и поглубже, вместе с чекушкой, я посмотрел на лежавшую на постаменте херовину. Металлический конус, состоящий из плотно прилегающих друг к другу пластин, расширяющийся к основанию и сужающийся к когтям. Под форму руки. Длиной сантиметров шестьдесят.

— Айлис, я же правильно тебя понял? — на всякий случай еще раз уточнил я назначение агрегата. — Надеваю на руку, а в клешню — ядро вставляю?

— Совершенно верно. — подтвердил ИИ способ применения генератора. — Питание осуществится за счет твоей маны, меню интуитивно понятное, управляющие узлы соединяются с нервной системой, интерфейс синхронизируется с системным. Так же за счет маны носителя формируется защитное поле, гасящее разрушительное воздействие избыточного гравитационного поля оператора.

— А если оператор не один? — зацепился я за сомнительный пункт. — Его спутников затянет в дыру?

— В интерфейсе можно добавить объекты и субъектов, к которым данное поле так же будет применено. — охотно пояснила Айлис.

— Ну что, с богом? — произнеся в пространство, сунул я левую руку в перчатку.

— Главное, чтоб не к нему… — проворчал Леха и потреугольнился.

Эх, вот учил меня дед — не суй свои части тела в разные сомнительные отверстия, а тем более — дырки. Но нет, совал, сую и, наверное, так и продолжу совать. Изнутри прибор был мягок и по ощущениям, отделан чем-то типа бархатного поролона. И полость в форме руки, даже с пятью пальцами, в которые моя рука вошла как родная. Почувствовав под пальцами какой-то плотный упор, я обхватил его внутренними пальцами и… В общем, сначала пару секунд ничего не происходило, а потом мне показалось, что с моей руки от кончиков пальцев до локтя сняли кожу. Сняли кожу и пустили по мясу муравьев, в шипованных ботинках.

Заорал ли я? А вы как думаете? Как резаный! Чуть не доведя в отместку до сриступа Миюффт. Ну, и Леху заодно. Но долго пытка не продолжалась. Секунд пять. После чего так же внезапно, как началось, и прошло. Словно тумблером — вкл/выкл сделали.

— Ну и чего ты так орал? — возмутилась мелкая, проведя над моей рукой светящимися ладошками. — Ни царапинки ведь нету!

— Айлис, че за хуйня? — проигнорировав целительницу, наехал я на ИИшку. — Предупредить нельзя было, что бобо будет? Я чуть ебобо не стал!

— Ты им стал задолго до этого… — покачал головой Леха.

— Знаешь, что? Вот что! — показал я ему фак.

И только потом понял, что показал его левой рукой. И в итоге получилось так, что я поджал два когтя генератора и отогнул один. Тот, который соответствовал расположением среднему пальцу.

— Странно, но такой обширный болевой синдром нехарактерен для безинвазивной интеграции. — задумчиво-удивленно ответила Айлис. — Судя по всему, у тебя имеются обширные повреждения душевной матрицы. Для более точной диагностики рекомендуется посетить медицинский блок, оборудования данного хранилища недостаточно для однозначного ответа.

— Так спрашивать надо, я б ответил, что душа по швам разошлась. — вздохнул я, удивленно рассматривая клешню, весьма уверенно шевелившую когтями манипулятора под действием силы мысли. — Ладно, проехали. Че можешь сказать про этот генератор? Мы не ебанем вместе с планетой во время испытаний?

— Результаты виртуальной модуляции показали, что данная технология контролируемых черных дыр самая совершенная. — ответила ИИшка. — Доступные мне из архивов аналоги уступают этому аппарату на несколько порядков. Данная конструкция доступна лишь в техномагических мирах, а таковых развитых насчитывается всего сто пятнадцать, и ни в одном из них на настоящий момент нет ничего превосходящего его по компактности, качеству и мощности.

«М: Подтверждаю. В большинстве случаев исследование черных дыр заканчивалось запретами либо после пары провальных экспериментов, либо на этапе создания бомб на основе сверхсжатой материи. Даже в наше время мы не стали развивать эту область, от греха и соблазна подальше. А того, что известно, за глаза хватило бы для подрыва нашей тюрьмы, но теперь даже мне интересно, откуда у тебя… У Вакха такие чертежи взялись? И что можно сотворить с помощью нее?»

— Босс говорит, что Вакх охуел в свое время. — почесал я тыковку. — И превзошел все известные земные технологии.

— Так, то — земные. — каким-то рассеянным голосом ответил Леха. — Есть несколько обитаемых соседних звезд. И даже если Пантеон был не в лучших дипломатических отношениях с ними, это могло не помешать Вакху договориться с ними и приобрести парочку приборов.

— Ну начинается хрен-тв. — сделал я *рукалицо* — Инопланетяне всякие… Просто признай, что я был гением в прошлой жизни! А то начнешь щас всякие Нибиру собирать…

— Про Нибиру не очень верное сравнение. — усмехнулся Леха.

— Почему это? — искренне удивился я. — Уж не хочешь ли ты сказать, что она существует?

— А тебя до сих пор ничего не смущало? — теперь уже удивился Леха. — Мифическая Нибиру, где зародились и откуда пришли боги… Некая Небарра, где зародилась человеческая раса как в общем, так и раса титанов в частности… Нибиру… Небарра…

— Ага. А золото они собирали для своих УнИнРаЛовых пирамид? — потер я подбородок когтем левой руки.

— Ну! — развел руками ерпарх. — Представляешь, как все просто на самом деле!

— Не, Лех, не представляю, потому что мне на самом деле полностью похер на это было. — пожал я плечами в ответ. — Ты лучше скажи, в какую пустыню мы полетим и каким образом? Мне для перемещения нужно знать, куда или на что астралопортироваться. Вот вернуться сюда смогу, а отсюда незнамо куда — беда.

— Односторонняя телепортация — не проблема. — махнул рукой Леха. — Пошли в транспортный блок.

— А есть какая-нибудь тряпка руку замотать? — попытался я переместить генератор дыр в астрал, но не смог. — А то херовина, кажется, приросла к руке. Кстати, Айлис, это так и должно быть?

— Отключение аппарата должно осуществляться через меню управления. — раздался голос ИИшки с некоторыми нотками растерянности. — Разве оно не появилось?

— Нихера не появилось. — настороженно осмотрел я весь интерфейс и не нашел ни единой новой кнопки, даже по основному меню мельком пробежался. — Шо за хуйня, Айлис?

— Тогда у меня для тебя печальные прогнозы. — добавил искусственный интеллект в голос нотки грусти. — Повреждения ментальной области души фатальны и даже моими инструментами невозможно внести исправления. Требуется точечное вмешательство специалиста божественного ранга, либо тотальное перерождение для самовосстановления матрицы души.

— А последняя известная мне богиня с таким профилем героически накрылась медным тазом. — махнул я клешней. — Короче, не отвлекаемся от намеченной цели и идем прямой дорогой в жопу. Как и шли. Раз уж агрегат слушается моих мыслей, значит, и работать будет, если маны в него поддать. А такие опыты точно надо проводить подальше. Пошли, Лех в твою телепортационную.

— Ты уверен? — настороженно спросил воин. — Может, лучше отрубим тебе руку да новую отрастим, и ну его?

— Лех, не ссы. — добавил я уверенности в свой голос. — Помни, что я — «голос». И я «вспомнил», что это значит и как работает. Именно через слова «голоса» и меняют реальность. Главное, сказать свою фразу уверенно. Помнишь, как я горланил песню про разбойников и на нас банда напала? Хоть это и было заранее задумано, но для активации событий нужно было, чтобы я это озвучил. Вот и теперь я тебе однозначно заявляю. Этот агрегат мне нужен, и он будет работать!

— Уверен? — на всякий случай уточнил Леха.

— Если честно, не очень. — вздохнул я. — Но другого выбора нет. Вернее, он есть, но толку от него не будет.

Глава 26

В общем, тряпок лишних у местного электронного дворецкого не было, пришлось создавать полотенце и заматывать эту клешню. Эх, надо было прокачать ветку иллюзий в свое время! Может, даже с Ананси потягались бы, прикидываясь друг дружкой по очереди…

Заматывание это хоть и пригодилось, но особо не помогло. Если другие ерпархи и прочие обитатели храма рангами пониже не доебывались узнать, что это у меня с рукой, то вот мастера Ка Дшуа остановить мог, наверное, один Мардукор. И даже тот факт, что у меня были расширенные полномочия, не помог. Хотя бы просто по той простой причине, что мужик он был шибко умный, и сложить два плюс два мог. И догадался, что агрегат, с помощью которого «мы должны отыскать душу Вакха» — вот он, не очень качественно замаскирован от посторонних глаз. А поскольку такого высокого человека нахуй не пошлешь, то пришлось брать его с собой. Тем более, что Небаррскую географию он знал куда лучше земного археолога, и вполне мог помочь с выбором подходящей пустыньки. А дела его могут и подождать, как он сказал — основная работа сделана, и сейчас у него свободное время образовалось.

«Денис, он как-то подозрительно навязчив.» — раздался в голове подозрительный голос Миюффт.

«Согласен.» — мысленно кивнул я в ответ. — «Если что, из инвиза за ним последишь. Это ведь настоящий мастер, не Ананси под иллюзией?»

«В том-то и дело, что настоящий…» — растерянно ответила она. — «Но он словно сам не свой»

«Ну, может, просто перенервничал мужик» — предположил я. — «Сама прикинь, какая у него сейчас напряженка на работе. Уж кто-кто, а ты поехавшую кукуху должна как никто понимать!»

«Но с тем, что за ним нужно присмотреть, ты согласен почему-то?» — продолжила она доебываться до меня.

«Конечно согласен!» — чуть ли не вслух воскликнул я. — «А если он совсем ебнется, и с криками «мои стальные шары подойдут для этого дыродела лучше твоих заготовок» начнет мне в клешню свои мудя совать?»

«Тебя только это пугает?» — получил я ответ.

«Меня больше пугает, что это может оказаться правдой» — мысленно усмехнулся я в ответ, после чего голос в голове замолчал.

Храмовый транспортный узел представлял собой просторную высокую комнату со множеством круглых площадок разного размера. Даже скорее средних размеров авиационный ангар. Светлые стены, белый потолок, темно-серый пол. Круглые площадки — чего и следовало ожидать, оказались телепортами. Размеры от метра до пятидесяти. Мелкие — для одиночных персонажей и мелких предметов. Большие — для групп и массивных объектов. Больше пятидесяти метров телепорты редко применялись — объекты таких размеров были, как правило, большими транспортными аппаратами, которые можно было снабдить персональным телепортом. Большего размера группы… В рамках храма народа столько не было, а нехрамовникам сюда дорога обычно закрыта.

В целом, более опытный в подобных вопросах, Ка Дшуа подсказал, что если нам нужно пустынное место, где в случае провала эксперимента никто бы не пострадал, то лучше выбирать не пустынное место на Небарре, а просто телепортнуться в незаселенные миры. Благо таких была целая уйма, а вопросы дыхания легко решались легкой и незаметной дыхательной маской, даже без аквалангических баллонов. Техномагическая и нанотехнологичная приблуда просто превращала выдыхаемый углекислый газ обратно в чистый кислород, а нехватку компенсировала из собственных сжатых запасов каких-то минералов. Одноразовая, она обеспечивала три часа свободного дыхания, после чего ее можно было спокойно поменять на новую… Но. Нам столько времени и не нужно было, да и в случае чего, я сам мог синтезировать воздух при необходимости. Даже без фотосинтеза! Я ж не овощ.

— Вот, например, Метан-восемьсот сорок три. — продемонстрировал нам почти шарообразную голограмму мастер Ка Дшуа. — Достаточно необычное земное измерение, благоприятное для прогулок по ней без спец-костюмов и магии, нужна лишь дыхательная маска. Плотность атмосферы приблизительно равна привычной для человека, средняя температура по планете комфортна для нас и равномерно распределена по всей поверхности, за счет парникового эффекта метана, которого в атмосфере содержится тридцать два процента. Остальную долю занимает азот, как и на земле. Кислорода нет, жизни выше простейших, нет. Воды мало, солнце светит на порядок слабее, чем в обжитых измерениях, поэтому планета не раскалилась в метановом парнике. И да, местные бактерии безопасны для человека по причине совершенно иной биохимии. Мы им не по вкусу, проще говоря.

— Да уж. У газпрома бы все мечты сбылись сразу же, узнай они про такой мир. — почесал я затылок правой рукой. — Есть там какая-нибудь большая каменная равнина?

— Да, конечно. — повернул мастер голограмму таким образом, что ее бок оказался повернут вверх, после чего широко разведя руками, растянул ее, приближая изображение поверхности. — Вот, удобное широкое плато, бывший ударный кратер от большого астероида. Ни ветра, ни воды. Удобное место даже для полноценной колонии.

— Отлично! — кивнул я и повертел головой. — Туда и полетим. Куда вставать?

— Да хоть даже вот сюда. — пожал плечами старший жрец и показал на ближайшую трехметровую платформу. — Надевайте дыхательные маски.

Я повертел в руках принесенную недавно дроном маску. Респиратор респиратором. Только резинок нет. Приложив ее к морде лица, я понял, почему. Она самостоятельно прилипала к лицу, едва ее прикладываешь. И так же легко отделяется, если взять ее рукой и потянуть. И также самостоятельно эта маска герметизировалась, подгоняя края под форму лица. При этом просто так маска не сваливалась. Для проверки я хорошенько покрутил головой. Держится. Помахал черепом посильнее, чуть не отбив ухо об Лехин наплечник.

— Да не свалится она, не свалится. — проворчал паладин и, схватив меня за респиратор, поднял меня за него над землей. — Его теперь только ты сам снять сможешь. Не думай, что ты умнее местных технологий.

После чего аккуратно поставил меня на пол.

— Ну, тогда полетели. — потер я шею, все же не предназначенную для того, чтобы на ней болтался целый Денис.

— Вставайте на платформу, я вас отправлю. — сказал мастер.

— А вы чего? — удивился я. — Я думал, вы с нами хотите.

— Я отдам Айлис последние инструкции, и прибуду через несколько секунд. — отмахнулся Ка Дшуа. — Думаю, за это время вы успеете только размотать полотенце.

— Ну ок, ждем тогда. — пожал я плечами и первым ступил на круглое пятно телепорта. — Лех, Миюффт, вас долго ждать?

Дождавшись, пока мы все втроем займем место на перемещалке, мастер открыл перед собой голографическое прозрачное меню управления установкой и, что-то там потыкав и наелозив пальцами, уверенно ткнул на большую красную кнопку.

По краям платформы появилось вертикальное силовое поле. Видимо, чтобы никто ничего не высунул во время перемещения. После чего воздух немного завибрировал, и окружающая картина резко сменилась на слабоосвещенное свободное пространство унылого каменного мертвого пейзажа.

— Лех, молот к бою, Юффт, в инвиз. — скомандовал я, едва мы очутились в этом метановом мире. — Лех, гусарам — молчать, нет времени на вопросы.

— А, так ты тоже заметил, что мастер сам не свой? — удивленным голосом спросил паладин, снимая молот из-за спины и наливая его маной босса. Как, впрочем, и доспех со щитом.

— Не, это мелкая заметила. — ответил я, разочаровывая Леху и начиная снимать полотенце с клешни. — Я ж его почти не знаю, откуда мне знать, что для него норма, а что нет? Лучше перестрахуемся.

— Я ничего не пропустил? — возникнув из воздуха, спросил Ка Дшуа.

— Не, вы весьма вовремя, мастер. — помахал я снятым полотенцем. — Лех, помогай! Надо ядро в клешню положить будет! Если силы не хватит, скажи, я берсу накину.

С этими словами я изъял из астрального хранилища один из железных шариков. В следующий раз, конечно, думать буду и проводить изъятие прямо на землю, а не уровне груди, как сейчас. Сверхтяжелый шарик, едва оказался в физическом мире, со всей своей Ньютоновской радостью ебнулся об землю, выбивая фонтан каменной крошки и покрывая каменную плиту под нашими ногами паутиной трещин. Я едва-едва мизинец правой ноги успел оттуда убрать!

— Ничего себе у тебя игрушки… — удивленно протянул Леха, подойдя и попробовав поднять шарик легким усилием.

Легкое усилие, понятное дело, не помогло. Но, поднапрягшись, паладин сумел оторвать ядро от земли. Даже одной рукой! Хотя и пыхтел при этом так, будто штангист, ставящий рекорд.

— Охренеть! — выдохнул, наконец, Леха и отпустил ядро, выбивая новый фонтан каменной крошки. — Нет уж, сначала подготовь свой агрегат, поднять — подниму, но долго держать тяжело. Сколько там вообще? Оно раза в три-четыре тяжелее, чем мой молот.

— Тонны полторы, что ли. Не помню точно. — пожал я плечами и посмотрел на клешню.

Ну, посмотрел, и что? В ответ она не посмотрела — уже слава богу. Ну, попробуем тогда просто тупо поддать в нее ману, раз уж она ею питается. Вдруг меню управления все-таки появится?

Меню не появилось, а вот внутреннее пространство между железными когтями засветилось, а по самим когтям начали скользить едва заметные искры. Поддав напора, я добился лишь усиления свечения и удлинения искр, начавших бить миниатюрными молниями в воздух внутри клешни. Еще сильнее усилив напор, я добился того, что от каждого когтя внутрь, в самый центр, протянулись по две искры-молнии, соединяясь там кончиками в небольшой электрошар. Только вот этот шар никак не хотел стабилизироваться.

— Кажись, готово! — воскликнул я. — Лех, суй сюда чего-нибудь!

Напрягшись, паладин вновь поднял чернодырное ядро, а я присел, на всякий случай, и раскрыл клешню, подставляя искрящееся нутро агрегата под снаряд. Подняв руку с грузом до уровня пояса, Леха забросил шарик в самую середину электрошара. Мысленно приготовившись к перелому руки, я подхватил ядро и… Когти клешни сомкнулись, заключая ядро в электрическую капсулу, а я заметил, что рука ничего не весит. Не, ну не прям чтоб совсем-совсем ничего. Так, свой собственный вес генератора дыр остался. Но я спокойно держал руку на весу.

А дальше все пошло как по маслу. Повинуясь простому внутреннему желанию превратить ядро в черную дыру, генератор потянул из меня ману, как я с похмела пивко из бутылочки. Искры натянулись, словно нити, и железный шарик начал сжиматься, при этом светясь, словно небольшое солнце. Но длилось это недолго. Несколько секунд. После чего свечение резко, рывком, прекратилось. Открыв глаза и проморгавшись, я увидел в глубинах электрошара небольшую черную точку.

— А с гравитацией так и должно быть? — задумчиво спросил мастер.

Посмотрев вокруг, я заметил, что к этой клешне начинают тянуться мелкие предметы. Амулеты мастера и Лехи. Мелкие камушки к нам поползли. Волосы у Лехи как-то все в мою сторону смотреть стали. Даже брови дыбом встали. Только вот мои шмотки вели себя цивилизованно и висели, как и должны.

— Вообще нет, не должно. — покачал я головой. — Но у меня меню управления отсутствует. Хм… А попробуйте ко мне прикоснуться?! Может, так вы будете засчитаны как исключения?

На удивление, этот бред сработал и, едва мои спутники дотронулись до меня руками, гравитация прекратила вытворять с ними херню. Так что я смог добавить еще больше маны в агрегат, пока не начал чувствовать жжение в маноканалах. Черная дыра в кулаке увеличилась, до размеров куриного яйца, а в мою сторону начали катиться уже вполне себе крупные, с голову размером, камни. Подумав, что этого вполне себе хватит и, пока меня не засыпало камнями, я начал потихоньку гасить потоки маны, и дыра потихоньку начала уменьшаться. И тут я понял, что могу сделать еще одну херню. Как понял? Ну, видимо, искусственный интеллект агрегата как-то все же слился с моим, и подсказал. И, повинуясь наитию, я начал вращать когтями, словно венчиком блендера. А ведь до этого даже не знал, что так можно!

С черной дырой при этом ничего не происходило, а вот между электрококоном и основанием когтей начало нарастать какое-то прозрачное уплотнение, словно линза из воздуха. Камни под ногами при этом рванули все в обратные стороны. Антигравитация?! Так, значит, если щас разжать когти…

Едва я это сделал, черная дыра рванула из железного кулака, словно пуля из ружья. Хорошо хоть, направил я ее горизонтально — на бошки потом не ебнется. А то был бы такой же пиздец, как и вон тому склону. Сначала, едва черная точка встретилась с каменной стеной, она втянула в себя метров пятьсот окружающей материи, а потом произошла яркая вспышка и все втянутое разлетелось вокруг, сопровождаемое мощной взрывной волной. Если бы не Лехин защитный купол, нас бы наверняка размазало по камням, как тончайший слой деликатесной жреческой икры.

— Что-то мне подсказывает, что вы с помощью этого устройства совсем не собирались искать Вакха. — мрачно вздохнул мастер Ка Дшуа. — Может, расскажете, что затеяли?

— Сначала передай привет Ананси. — раздался за его спиной полный злобы голос Эдюффт, а из его груди показалось окровавленное жало метательного ножика маньячки.

Глава 27

— А сейчас-то что не так? — как-то грустно посмотрел на кончик ножа мастер. — Выкрал вашего Ка, сделал полноценный одушевленный клон, скопировал ему и уровни, и умения… Никаких ментальных щитов… Да даже память ему с оригинала перенес. А контролирующий канал невозможно заметить!

— Нифига себе. А че, ножик тебе совсем-совсем не мешает? — удивился я.

— Так говорю же — все умения скопировал! — воскликнул поддельный мастер. — В чем я прокололся?

— На душе нет жреческой метки Мардукора. — ответил Эдюффт. — А ее кроме него самого никто не скопирует.

— И откуда ты такая прозорливая на мою голову свалилась… — покачал клон головой и, закинув левую руку за спину, легко выдернул метательный нож из спины за невидимую цепочку, после чего дернул было за нее, но, судя по удивленной роже, с тем же успехом он мог бы дернуть бетонную сваю.

Эдюффт, так и не выходя из невидимости, расхохоталась и, видимо, дернула в ответ, разрезав ножиком мастеру руки. Нож тоже, в общем-то, был невидимым, выдавали его контуры лишь лоскуты плоти и кровь, когда он из груди торчал. А сейчас, вернувшись к владелице, он вновь исчез из поля зрения. Но ненадолго, и через секунду голова клона мастера дернулась, а в виске у него образовалась внушительная такая дыра. Хотя и она особого неудобства ему не доставила.

— Ладно, я понял. — кивнул каким-то своим мыслям клон. — В общем, за то, что вы вместо поиска души Вакха начали искать оружие, в надежде, что оно вам чем-то сможет помочь, я отдаю Арахнидам приказ на зачистку. Пусть гибель миллиардов разумных будет на вашей совести. Хотя, обмануть бога обмана… За это вам мое искреннее уважение! В благодарность за такой урок я заберу вас в убежище последними, уже после того, как в Небарре не останется иных живых.

— Ты действительно думаешь, что объединенным силам Небарры нечем будет ответить армии вторжения? — пафосно ответил на эту речь Леха, но услыхал лишь едкий смех.

— Да что сможет эта ваша армия? — отсмеявшись, ответил Ананси телом мастера. — Или тебе напомнить, как я один застал врасплох и обезвредил «элиту» вашего мира?! Уничтожите портал вместе с ущельем — я новые открою, в любом месте и количестве! Уведете разумных в иные миры — я начну зачищать и их! Ладно, оставлю вас наедине со вашей совестью и этой копией мастера. Пусть у него и нет уникальной способности оригинала, но даже этот клон сумеет вас развлечь.

С этими словами, не обращая на так и воткнутый в висок нож, реплика мастера топнула по камню ногой, от чего он моментально покрылся сетью трещин и разошелся ударной волной в разные стороны, отбрасывая нас назад метров на пять. Даже Леха отлетел. Видать, способность откровенно магическая и даже такие тяжести способна сдвинуть. Не теряя времени, мастер прыгнул на Леху, но видимо, забыл про нож на цепочке, за которую прямо в прыжке, выйдя из инвиза, его дернула мелкая. Юффт, видимо, с прокачкой тоже не зевала. Ибо по законам физики, более массивный мастер должен был сдвинуть ее в своем прыжке. Но Эдюффт даже не дернулась и наоборот, рванула нож на себя, предварительно пропустив по цепочке волну маны. Наверное, поэтому нож не вылетел, а наоборот — словно прирос к ране и изменил траекторию полета клона ровнехонько в сторону маньячки.

Я благоразумно остался в стороне, чтобы не попасть между молотом и наковальней. В прямом смысле. Леха тоже был закален в боях и простым толчком его из строя не выведешь. Уже в момент прыжка клона он прикрылся щитом и начал подниматься. А когда ксерокопия Ка Дшуа подлетела к Эдюффт и головой угодила в разинутую пасть девочки-монстрика, он уже добрался до них и своей монструозной кувалдой превратил клона в фонтан фарша. Не помог клону даже возникший над ним золотистый купол явно защитного назначения. Разлетевшись искрами вместе с фаршем своего создателя, купол погас, а у меня резко просела шкала жизни. На половину!

— Вот это урон! — удивленно воскликнула мелкая и тут же засветилась, и мое здоровье начало стремительно пополняться.

— Сфера отражения. — мрачно стряхнул Леха с лица ошметок, подозрительно похожий на половину мошонки. — Возвращает нанесенный урон, игнорируя любой тип защиты и уничтожая непосредственно прану. Если бы не объединяющая здоровье союзников способность моих доспехов, я бы умер. Коронная фишка мастера, он ее сотню лет оттачивал в битвах. Как вообще можно такое копировать?

— Например, попросить Крона поместить клона в какую-нибудь капсулу с ускоренным временем? — предложил я вариант. — И уже там набить боевой опыт на способку.

— Хм. А что, вполне вариант. — почесал Леха подбородок.

«Хрумм!!!» — сжала челюсти так и не выпустившая из пасти черепа Эдюффт, от чего Леху вывернуло завтраком. Да и если честно, я тоже с трудом удержал рисовую кашку внутри.

— Тьфу. — выплюнула мелкая маньячка содержимое рта. — Ста-а-а-рый, невкусный совсем.

— Это не старый, это пассивная способность мастера. — вздохнул паладин и, достав фляжку, снял перчатку и обмыл лицо от следов вражеской крови. — Алхимический яд в крови. Капитально Ананси заморочился с копированием.

— Да уж. Даже Айлис ничего не заметила. — заметил я. — А ты говорил, что она капец умная.

На этой фразе Леха застыл сначала с удивленным лицом, а затем резко гневно сощурился.

— Саботаж. — процедил он сквозь плотно сжатые зубы. — Айлис не могла не заметить отсутствия жреческой метки, а «нежрец» не мог управлять храмовым пультом. Денис, ты же шаман и бог, срочно отыщи душу этой подделки!

Стоп. Реально, душа! Обычно же над умирающими я «бабочку» видел. А тут — ничего такого не было.

— А клон точно мертв или ты недооцениваешь мастера? — посмотрел я на то, что осталось от тела.

«Мастер Ка Дшуа» — показал мне мобильный интерфейс.

— А ведь и вправду… — задумчиво произнесла Эдюффт, глядя на остатки мастера и направила в его сторону ладонь, тут же засветившуюся лечебным светом. — Оно еще живо. Хм. А как бы его так подлатать, чтобы он снова драться не начал?

Верхняя половина грудной клетки с руками, шеей и половиной головы на ней. Вот, что осталось после удара молотом. Ну, еще две ноги от середины бедра и вниз, но с верхней частью тела их ничего не соединяло, кроме кровавого пятна. И сейчас открытые раны подернулись и начали затягиваться тонкой пленкой свежей розовой кожи.

— Лех, отруби ему на всякий случай руки. — обратился я к ерпарху и тот, кивнув, достал меч и двумя короткими взмахами отсек этому туловищу руки.

И вот тут случилось невероятное. Едва правая верхняя конечность отлетела от плеча, надпись над телом мигнула, и имя мастера исчезло.

— Аааа, походу не было саботажа, Лех. — удивленно подняв бровь, обратился я к воину и озвучил то, что видел. В конце концов, система тут была только у меня, в моем мобильном медальоне. — Есть идеи, что такого в правой руке особенного?

— Перстень? — предположила Эдюффт.

— А что в нем такого? — удивленно посмотрел на него Леха. — Обычная печатка старшего ерпарха.

— А может и необычная. — стянул я украшение со среднего пальца отрубленной руки и напряг зрение, сосредотачивая проницательность изо всех сил. Серебристая, словно оловянная и сплетенная из тонкой проволоки, печатка с круглым красным плоским камушком, на котором выгравирован треугольник с глазом.

«Печатка старшего жреца Мардукора»

«Свойства: скрыто»

Не придумав другого варианта, я просто взял и надел печатку на средний палец правой руки. Пальцы у меня были немного тоньше, нежели у старого Мастера, поэтому кольцо немного болталось. Но не думаю, что именно это стало причиной следующего поведения ювелирки.

«Ошибка! Титул владельца не соответствует титулу печатки!» — выскочило сообщение от системы.

Кольцо резко нагрелось и… У меня отвалился палец ровно по колечку. Даже боли и крови не было. словно лазером отсекли. Хихикнув, Эдюффт направила на меня одну из рук и облучила целебным светом, и палец начал потихоньку отрастать. Вновь подняв с земли украшение, я принялся всматриваться в камень. Что-то в нем должно быть, интуиция вопила об этом, а мозгов понять не хватило.

«М: Да ты магическим зрением посмотри на него, олух». — высветилось сообщение от босса, и я хлопнул себя по лбу. Вполне заслуженный титул он мне присвоил!

Полученное от прошлого моего воплощения, куда более опытного в магических вопросах, зрение показало одну элементарную вещь. В глубине печатки скрывалась душа. Чья именно — ну, очевидно — душа настоящего мастера. Заключена она была в малюсенькую бусинку, изолированную от окружающего мира тонкой вязью узора из маны пепельного цвета.

— Лех, в кольце душа, подозреваю, что это Ка Дшуа. — озвучил я свои мысли Лехе. — Как думаешь, Ананси мог наебать и ИИшку, и систему, привязав душу оригинала к кольцу и к телу?

— Почему бы и нет. — поджал губы паладин. — Он же бог обмана. Он даже жрецов смог ввести в заблуждение, прикинувшись Мардукором. Наверняка у него голова неплохо варит в этом направлении.

— Тогда берем в руки этот огрызок и валим в храм. — начал отдавать я команды. — Я воскрешу мастера, Айлис аккуратно восстановит клону необходимые для допроса части тела, и он лично разберется со своим двойником.

В общем, положив на Лехин щит остатки клона, я переместил нас в хранилище, где и происходила сборка агрегата. Айлис сразу поняла, что необходим медицинский блок, и начала его готовить, пока мы туда направлялись. А мы по дороге объясняли ей, что к чему, чтобы она не увлеклась и не отрастила ненужных частей тела пленнику.

Медицинский корпус представлял собой целый этаж со множеством разнообразных комнат, и чтобы долго не блуждать, нас у самого выхода из лифта уже ожидало два медицинских дрона. Подхватив остатки клона невидимым силовым полем, они стремительно полетели в одном им ведомом направлении. Ну, а мы поплелись за ними. В самой комнате обстановка была достаточно аскетичной по причине того, что медперсонал тут был один — Айлис, а ее руками выступали дроны, оборудованные всем необходимым. Поэтому никаких лишних приборов, столиков, тумбочек и шкафов. Пустая белая коробка. Из мебели — один стол метр на два — это по моей просьбе для более удобного воскрешения Ка Дшуа. Из приборов — белый пластиковый таз, перевернутый вверх дном и подвешенный на гофрированной трубе под потолком. Под этим тазом в силовом поле висел обрубок и медленно регенерировал голову и нижнюю часть туловища. Парившие рядом два дрона опутали его разными трубками и проводами и что-то с ним делали.

Сосредоточившись, я аккуратно растворил печатку и оставил на ладони небольшой круглый кристалл, похожий на миниатюрный кристалл души, только более филигранный в своем исполнении. Поддав маны в оболочку из пепельной маны, я смешал ее со своей и аккуратно потянул за ниточку, распутывая узор, как старый свитер. Нет, не сам я до этого додумался, это мне Миюффт посоветовала. Неплохо она магии нахваталась. Выживем — возьму у нее несколько уроков. Надеюсь, хотя бы после всего появится немного свободного времени. Заполучив таким образом чистый кристалл с душой, я положил его на стол. А дальше уже, если честно, было проще. Опыт по воссозданию тел по матрице чужой души уже был, и ничего нового тут не произошло. Синтезировав простынь, я бросил ее на сделавшего резкий вздох Ка Дшуа, надеясь, что он сам поймет, что эстетика человеческого хуя — не для меня. Тем более чужого. В общем, пока воскресший старший жрец приходил в себя, мы рассказывали ему, что произошло. Он же при этом ничего рассказать не мог. Лег спать, проснулся — вот, у меня на столе.

— Херпарх Денис, мастер Ка Дшуа. — неожиданно вклинилась в разговор Айлис. — Император Арпатира желает с вами поговорить. Вывести канал связи или отклонить?

— Выводи. — переглянувшись с мастером, хором ответили мы, и прямо перед нами возникла голограмма лысой головы киборга.

— Приветствую вас. — встревоженным голосом начал Император. — Без прелюдий. Ожил паучий каньон и паучьи пещеры. Ваш спутник, блокировавший пространственные манипуляции, уничтожен, как, собственно, и блокировка. И оттуда поперла волна арахнидов как классического образца, так и нового, аналогичного питомцу Миюффт. Вопреки традициям, враг совершенно разнообразно вооружен. Техногенное, магическое и гибридное оружие и щиты. Оборонительные кордоны сметены, все десантные бригады, включая живую и роботизированную силу, едва сдерживают прорыв, и то благодаря поддержке Академии и Младших. Но силы противника нарастают в геометрической прогрессии. Я официально признаю нашу несостоятельность и прошу подкрепления. Единственный вариант уничтожить прорыв вижу в «дыхании хаоса», но, вы сами понимаете последствия.

— Айлис, экстренный бросок птиц. — вздохнув, сжал кулаки мастер. — И перебазируй все доступные дроны в боевом режиме на погашение прорыва.

— Подготовка пилотов еще не готова. — ответила Айлис. — Боевая эффективность крыльев, по предварительным расчётам, составляет семьдесят пять процентов от доступного максимума.

— И все-равно это в два раза эффективнее автоматического пилотирования даже одушевленными автопилотами. — перебил ее мастер. — Других вариантов просто нет, выполняй.

— Принято. — послушно ответил искусственный интеллект. — «Гнев божий» перебазировать на Паучий Каньон?

— Нет. — несколько секунд подумав, отрицательно ответил старший жрец. — Направь его на нас.

— Это нерационально. — неожиданно возразила Айлис.

— Это интуиция. — отрезал мастер, и с этим компьютер уже не придумал, как можно поспорить.

Как бы там ни было, именно этой черты были лишены даже одушевленные компы.

— Как же ты достал меня со своей интуицией. — неожиданно раздался голос мастера, но уже со стороны клона. — Но ты все-равно не сможешь ничего этим изменить! Лишь создашь пару лишних, хотя при этом — легких помех!

— В таком случае, хотя бы так попорчу тебе жизнь. — гордо ответил Ка Дшуа своему обрубленному и изуродованному клону. — Просто так мы тебе не сдадимся!

— Дураки! — расхохотался клон. — А могли спокойно и без лишних жертв просто встать на нашу сторону. Ну ладно. Хотите попортить друг другу кровь? Получайте!

С этими словами из огрызка в разные стороны рывком, разрывая кожу, вылетели две тонкие хитиновые лапы, пробивая насквозь медицинские дроны. И еще две. И еще две разорвали плоть рук. Голова с хрустом лопнула, высвобождая ужасную хитиновую башку с фасеточными глазами и мощными, на глазах растущими жвалами. Несколько секунд, и перед нами возник огромный арахнид с очень маленьким брюшком, мощной грудью и на глазах твердеющим панцирем. Метра два в высоту. Подобие Шихичи, только с более полезными для боя пропорциями.

— Во имя Мардукора! — неожиданно воскликнул Леха и, сорвав со спины молот, швырнул его в неожиданно появившегося врага.

Арахнид даже особо уворачиваться не стал. На короткий миг одна из его боевых сабель покрылась пепельным щитом, и безо всякого вреда насекомое отбило молот в сторону.

— А вот и уровневый босс… — пробормотал я себе под нос.

Глава 28

Букашка реально оказалась боссом. Причем никак не для одиночного прохождения, а для рейдового. Или хотя бы под пати. Благо, что наша банда пусть и через задницу, но в целом отвечала этим требованиям. Надеюсь, загасим тварь за счет общего суммарного уровня и перегара. А может, тупо на харизме вывезем!

В лучших традициях танковой роли, Леха прикрылся щитом и пошел в лобовую атаку. Тварь хотела было его обойти, но паладин тупо наступил арахниду на лапу, вдавив ее сантиметров на двадцать в пол, и жуку не оставалось ничего иного, как начать пищать и огрызаться. Не, наверняка херня могла отгрызть себе лапку и продолжить свой путь в нашу сторону, но это все же тяжело делать, когда тебя лупят по морде огромной толстой латунной плитой, по злой шутке системы обозванной щитом. Да еще и аналогичной кувалдой под полтонны весом.

В этот момент арахнид продемонстрировал первую босс-способность. Начал обильно выпускать паутину и накидывать липкие нити на Леху. Не сразу, конечно, но постепенно движения воина замедлялись. Да, он рвал шелковые нити когда те становились достаточно твердыми, но на смену одной приходило две-три новые. Свежие, липкие и тягучие, они словно пружины, стягивались и мешали танку двигаться. Но ведь именно за этим и нужна команда!

Врубив огнемет, я приказал Миюффт обезболить Леху и направил в сторону схлестнувшихся в ближнем бою противников мощную струю пламени. Шкала моего здоровья чуть дернулась, но незначительно. Значит, и паладин особо не пострадал. Да уж, работать мне над уроном от огня еще, да работать! Ну. Хотя бы лишняя паутина обгорела, сняв с танка дебаффы.

Арахнид же, собака такая, был либо шибко умный, либо шибко контролируемый. Поняв, что паутина особой радости ему не доставляет, бросил это дело и просто от души харкнул Лехе в морду вязкой зеленоватой слюной. Эх, насекомья твоя башка! Слушать же надо, что твои враги вслух говорят! Пусть харчок и обладал ярко выраженным кислотным эффектом, и за две секунды проел Лехину рожу до костей, но это не помешало ему продолжить лупить арахнида чем ни попадя даже без выеденных кислотой глаз. А болевого шока быть не могло — пати-хил работала на отлично! За счет этого и зрение к танку вернулось через три секунды после потери — регенерация от целительских способностей Миюффт просто поражали и ужасали одновременно!

Само собой, просто так мы не стояли и не смотрели на эту дуэль. Мастер Ка Дшуа даже не смотря на то, что только что воскрес и умения могли не работать на полную катушку, бросился в бой. У этого роль понятная — мили-ДД. Конечно, бросился он не безрассудно, а вполне рассчетливо обошел арахнида сзади, стараясь не попадаться ему на глаза. Последнее у него получилось, потому что у меня в этой пати роль была ваще хуй пойми какая. Жрец? Наверное. Все-таки на мне раздача бафов. Вот я и баффнул мастера невидимостью, какая была. По крайней мере, глазами я его не видел, а лишь магическим зрением, но там ваще хз, с какого уровня я не могу видеть невидимок. У Миюффт вон, невидимость божественного уровня за счет доспеха. А там апгрейд на инвиз аж самим Велхенстом наложен.

Короче, боевое насекомое совершенно не заметило, как к нему со стороны жопы подкралась беда и воткнуло в эту саму жопу руки по локоть. Да, особого неудобства это ему не доставило. Все же членистоногие настолько живучие, что даже без парочки внутренних органов могут долго и благополучно существовать. А тут — насекомое генномодифицированное, да еще и богом. А вот мастеру досталось. Не учел Ка Дшуа того факта, что именно в жопе у противника паутинные железы. И может арахнид это сам сделал, а может — мастер внутри чего-то не нажал, но жопный конец брюшка у арахнида взорвался мощным выстрелом паутины и припечатал главного ерпарха к стене огромным слоем шелковой жижи, почти моментально затвердевшей до плотности хорошего бетона. Чтобы высвободить мастера из плена этой ловушки, мне пришлось захуячить в фаерболы аж три сотни тысяч маны. Огнеметом вообще не брало, только взрывной огненный урон.

А дальше началась обычная куча мала, когда вместо того, чтобы методично и медленно колупать босса, находя у того уязвимые места и баги в поведении, все тупо бросаются бить главгада, даже хилы. А у нас еще и хил — ебанутый рога.

В общем, врубив невидимость и излучая во все стороны целебную энергию в виде ауры, какая-то из личностей Юффт бросилась в бой и, судя по характеру получаемых арахнидом повреждений, начала тупо отгрызать тому лапки. Работал ее спел по похищению жизни у врага или нет — было непонятно. Возможно, у насекомого уровень живучести супервысокий. Даже скорее всего так и есть — откусываемые лапки отрастали за несколько секунд. Пока она одну отгрызала — прежняя успевала отрегенить. И даже взорвавшаяся жопа уже тоже зажила и начала вновь испускать клейкие шелковые нити вокруг себя. Видимо, в надежде, что кому-то из противников это хоть немного, но помешает.

Меня это все начало уже малость подзаебывать, и я набросил на мастера и Леху берсу, по тысяче в каждый параметр. Чего так мало? Да чтоб элементарно хату не разнесли. Да и так, для пробы. Проба особых успехов не принесла. Поняв, что противники начали его лупить еще сильнее и быстрее, арахнид выпустил какую-то магическую волну, раскидавшую нападающих как нехуй делать. И сразу же, пока враги не успели опомниться, выпустил целое облако пепельного цвета, окутавшего его тело толстым слоем. Ага, значит все же это контролируемый самим Ананси питомец. Это, как я успел понять, цвет его маны. Я же снял со своих спутников берсу и перенастроил ее конфиг, убирая бесполезное ускорение восприятия. Зато добавил по сто тыщ силы, и по три миллиона живучести. Чтоб сами, без хила, лучше самозаживлялись, и набросил на всех, включая себя. Зачем? Затем, что меня это заебало и я достал лук.

Что будет, если взорвать в небольшой и почти неразрушимой комнате большую бомбу? Хуево будет тем, кто в ней — это ж понятно! Осталось опытным путем подобрать объем заряжаемой в стрелу маны, чтобы пиздец настал букашке, а нам не настал.

— Леха, врубай пузырь и в угол жучару дави! — выкрикнул я, даже не переживая особо за то, что противник меня услышит. — Юффт, мастер, прячьтесь за Лехой!

Леха кивнул и, врубив заметный глазу шарообразный щит двухметрового радиуса и прикрывшись щитом, рванул на противника. Арахнид молодца — сообразил, что от этого желательно увернуться и попробовал подпрыгнуть и пропустить священный снаряд под собой, но Леха тоже умел прыгать, и жучара встретился с летящим на него прозрачным шаром и, размазывая по его поверхности слой пепельной энергии, оказался припечатан к стене. Не желая смиряться с участью, арахнид принялся наносить жуткие удары по Лехиной защите, но совершенно безрезультатно.

Сам же паладин оказался словно привязан невидимыми палками к центру этого пузыря и находился на благоразумном расстоянии двух метров от противника. Причем поверхность пузыря была настолько жестко привязана, что стоило Лехе повернуться, поверхность бабла тоже поворачивалась. Немножко покрутившись, паладин понял, как управлять этой штуковиной и бесцеремонно потащил арахнида в угол и там заблокировал его передвижение своим пузырем.

Только вот в чем тут состояла геометрическая проблема. Шар — он круглый. А комната прямоугольная, и углы в ней — прямые. У арахнида осталось целых три выхода, пусть и не очень большого размера: вверх, вбок и в другой бок. И оставаться в плену у него в планы не входило. Если, конечно, у жуков вообще могут быть планы. В общем, жучара начал рыпаться в разные стороны, пытаясь выскользнуть. И, наверное, даже смог бы, при желании, но вот только Лехин пузырь прекрасно понимал, что союзный двуручный меч — это не вражина проклятая, и спокойно пропускал его туда-обратно. Так что паладин спокойно встал по центру своего шара и стал махать в разные стороны своим клинком, не давай арахниду выбраться. Да, лезвие меча со звоном отскакивало от конечностей насекомого, высекая искры из пепла. Но эти удары отбрасывали его обратно, в ловушку. Я же в это время отошел в дальний угол, заканчивая подготовливать снаряды.

Еще один плюс союзности — сквозь пузырь спокойно пролетали и союзные стрелы. Так что, отойдя в противоположный угол, я взял первую стрелу, заряженную сотней тысяч маны, и, даже особо не целясь, набросив на арахнида метку «Ока Леголаса», выстрелил в жука. Эффект оказался как от бракованной китайской петарды. Пепельный щит насекомого просто погасил полет стрелы, полностью впитав энергию, заложенную в нее. Даже самого захудалого хлопка не получилось, и внутрь она даже на сантиметр не проникла. Мощно. Помню, одно собакоголовое войско от такого мощного заряда целой просекой отделалось! Окей…

Стрела с тремя сотнями тыщ маны уже сумела пробить брешь в броне и, остановленная плотью, высвободила остатки неизрасходованной маны. В груди арахнида возникла небольшая воронка, сантиметров двадцать диаметром-глубиной, тут же начавшая затягиваться новой плотью и пепельной защитой.

Ладно, настало время стрелы с лямом маны. Буду нежно называть ее лимонкой. Вот это чудо кузнеческой науки прошило тело арахнида почти насквозь, затормозившись о защиту насекомого с обратной стороны тела. Так что вражину буквально разорвало пополам!

— Да оно совсем охренело?!! — возмутился Леха, глядя на то, как две половинки жука-мутанта начали отращивать недостающую часть тела.

Так что пришлось в спешном порядке расстреливать остатки арахнида лимонками. Благо, регенерация у него оказалась не такой быстрой, как я, и уже через десять выстрелов от насекомого осталась лишь вяло копошащаяся в углу лужа с кусками лап.

— Чума и оспа! — склонилась над этой лужой Миюффт, выйдя из инвиза. — Оно все еще живо!

— Айлис, убери эти останки в дезинтегратор. — поморщившись, отдал ИИшке приказ мастер Ка Дшуа, и в комнату влетела пятерка небольших дронов-уборщиков. — А то еще, не приведи Мардукор, ЭТО сумеет восстановиться.

— Если у арахнидов есть хотя бы одна десятая доля возможностей этого существа, то тогда вполне понятно, почему у союзников не получается их сдерживать. — задумчиво поковырял лужу мечом Леха. — Давайте будем объективными, не так уж и сильно Ананси эту особь усилил, а мы ее толпой запинали едва-едва.

— Полностью согласен. — покивал в ответ мастер. — Чего уж мелочиться, в случае таких массовых вторжений положено старших богов вызывать… А сейчас из старших остались лишь Гуал с его подручными. Денис, ты его лучше всех из нас знаешь, как думаешь, они смогут изолировать пространство вокруг нашей планеты от инопланетных порталов? Думаю, если прервать поступление подкрепления, мы как-нибудь справимся с вражеской армадой.

— Жрец, об этом вполне можно спрашивать и меня самого. — мрачно произнес воздух, после чего прямо из него соткался аватар шамана в обычной, гуманоидной форме орка. — Если честно, то с этим большие проблемы. Поколение Васшанета не сталкивалось с подобным и в его памяти нет даже теории на счет блокировки пространства.

— Старина Лйутсфэуз? Может он чего подскажет? — предположил я. — Хотя бы по части теории, раз уж в уровне он богам уступает в разы.

— Ты переоцениваешь огнерогого. — отмахнулся орк. — Он сам себя в рамки простого демона загнал.

— Хорошо. Что ты сам предлагаешь делать? — вклинился в разговор Леха. — Чем вы вообще можете сейчас помочь?

— Кулаками и зубами! — хищно оскалился бывший шаман. — Мои бойцы уже готовы выступать на подмогу. Мое предложение — сделать то, чего от нас ожидают меньше всего! Прорваться к порталу и самолично войти в их мир через их же собственные врата, и ударить с тыла!

— Не приведет ли такой выплеск энергий к прорыву эфира? — настороженно прищурился Ка Дшуа. — Такое большое скопление сущностей божественного ранга, пусть даже в облике аватар, сильно продавит реальность.

— Окстись, жрец! — удивленно воскликнул орк. — Наша планета и так на грани гибели, а тебя волнует какой-то там прорыв? Подчеркну — ПЛАНЕТА! Вся, а не одна лишь Небарра! Со всеми ее мирами, вплоть до мертвых измерений! Даже если кто и выживет, если мы проиграем, то меньше, чем через десять лет Крон дожрет остатки! Либо сейчас, либо никогда!

— Знаете, я согласен с учителем. — добавил я. — Пока враг упивается собственной силой и непобедимостью, нужно создать видимость борьбы и ударить оттуда, откуда не ждут. Пусть удар самотыком в жопу — это не очень с позиций воинской морали и чести, но лучше самотык в жопе врага, чем в твоей. И что-то мне подсказывает, что если мы сейчас не поставим все на кон, то и ставить потом будет нечего. Так что… Общий сбор, «мстители»!

Глава 29

— Куда ж еще более общий сбор? — удивился мастер. — Даже Аппатак уже помогает!

— Откуда инфа? — удивился я такой осведомленности Ка Дшуа. — Никто ж не говорил такого.

— Если говорить аналогиями вашего мира, то у меня в голове интернет встроен. — постучал главжрец пальцем по виску. — И отчеты с поля боя я получаю онлайн.

— Круто. — позавидовал я такой штуковине. — А у нас компания «Интел» обещала давным-давно подобный чип сделать еще к прошлому году. Да обосрались, видимо.

— Микросхемы сложно с мозгами подружить. — согласно кивнул Ка Дшуа. — Тут кристальные технологии требуются, и шунты делать либо из золота, либо из маны. Так что неудивительно. Так что, кого еще звать собрался?

— А, так этих… Лйутсфэуза с его легионами, и Орду с ее супершаманом. — пожав плечами, ответил я ему. — Сами боги в свое время с гнилью совладать не сумели, а Скъяаррл ее приручил. Как думаете, Ананюга наш сумеет что-то этой силе противопоставить?

— Даже одного Скъяаррла хватит. — прорычал Гуал. — Нет острой нужды ослаблять Орду отводом войск, а то Альянс мигом со спины ударит, да и сами бойцы, без поддержки своих царей, мало что смогут противопоставить армии вторжения.

— Прям мысли читаешь. — усмехнулся я и достал из астрала заветный зуб, оставленный мне троллем для его призыва. — Это ж он почему поддержку орды обещал? Потому что сам тогда имбой не был! Так, просто сильный шаман.

С этими словами я сжал в кулаке трофей стоматолога и, на удивление, способный дробить камушки зубик достаточно легко раскололся на кучу мелких осколков. Это что, я такой сильный стал? Черт, а ведь да. Сильный и живучий. Берсу то я так и не отключил, и она все так и потребляла ману. И, едва я вырубил боссовую ульту, воздух передо мной дернулся, и перед нами появился каменный великан.

— Ты позвал, и я пришел. — стукнул своим посохом-бревном по полу тролль-шаман и, принюхавшись, осмотрелся по сторонам. — Да ладно, главный храм?!

— Такие дела. — развел я руками. — Да и босс с тобой как-то и не враждовал, это ваши обиды были. Не помню, говорили тебе или нет, так что вот.

— Что случилось, зачем звал? — нахмурился великан.

— Погоди. — поднял я останавливающим жестом руку. — Лйутсфэуз! Ты просил позвать, когда пиздец начнется! Ну вот, началось!

На сей раз пентаграмма загорелась не на полу, а на стене. Полыхнув багровым огнем, магическая фигура превратилась в портал, за которым на миг мелькнули огненные пейзажи Инферно, и во всей красе к нам вышел главдемон. Проход мигнул и погас, а демонюга поежился, как в холодильнике, и начал уменьшаться, принимая свою более гуманоидную форму крылатого и парнокопытного старика.

— Все совсем хреново? — осмотрев собравшуюся хмурую компанию, бодрым голосом спросил владыка ада.

— Достаточно. — кивнул Ка Дшуа и, взмахнув рукой, создал по центру комнаты достаточно реалистичную голограмму двухметрового диаметра на уровне нашего пояса.

Горная местность, огромная трещина километров на двести. И отовсюду, откуда только можно было, лезли потоки арахнидов самого разнообразного вида. Просто гигантские пауки и богомолы, скорпионы и стрекозы, жуки и муравьи… И различные гибриды. Так что тот облик, который приняла благословленная мною в пещере королева, даже терялся на общем фоне. Тем более, похоже, ее этот облик был просто недостижимой мечтой, ибо она тупо была ограничена биологическими рамками, и искренне завидовала способностям своих сородичей, принадлежавших другому биологическому виду. Так что сильно я, считай, и не накосячил.

И лезли они не просто так, беспорядочной стаей ползучих гадов. Это был организованный марш, только техники не было. Авиация — гигантские стрекозы, мухи, летающие жуки и это еще без гибридов, описание которых могло бы занять целую отдельную книгу. Самые простые — двухметровые летающие скорпионы. Летали, загнув хвосты вниз, на бешенной скорости пронзая ими Арпатирских боевых роботов и живых бойцов, невзирая на броню. Немалая часть летающего войска скидывала на обороняющихся аборигенов бочки с разнообразным содержимым. Какие-то снаряды взрывались, причем весьма так нехило, словно там была вполне себе современная взрывчатка. Другие содержали кислоту, растворявшую даже камень. Причем была как жидкая кислота, так и газообразная. Бочки с кислотным газом еще и взрывались — содержимое явно находилось под давлением. Были и авиаторы-камикадзе — эти были оснащены острыми длинными лапами-саблями-копьями. Они падали в гущу местных солдат и бились до самой своей гибели. Да, арпатирцы были тоже не салагами, и отдавали жизнь одного солдата за десяток таких. Но раненный человек — считай, тоже минус боец, а арахнид даже с одной лапкой продолжал наносить урон, пока она шевелилась.

А еще проблема тут была в том, что даже если бы это была долгосрочная война, человеки бы проиграли. Вырастить и натренировать солдата — дело пары десятков лет. Вырастить готового к сражению арахнида с помощью магии и генетики — дело пары дней. Армию хитиновую создать — вопрос пары месяцев. Могли ли Арпатирцы создать армию клонов? Да, но… Все это требует гигантских фабрик, которые тоже еще надо построить. Потом вливать каждому клону память — тоже технический вопрос, и устройств надо много. Проще роботов клепать, но они даже под управлением мощного искусственного интеллекта проигрывали одушевленным бойцам. В общем, чистая технология без магии сразу проиграла тем, кто не страдал херней и объединял эти вещи.

А арахниды явно времени не теряли и, наверняка не без помощи Ананси, насоздавали техномагических устройств. Например, почему авиация вражеской армии вообще существовала? Почему их не сбивали на подлете лазерами и ракетами? Маго-силовые щиты. Силовые купола арпатирцев они превосходили на порядок, как, впрочем, и аналоги от магов. Силовое поле в чистом виде, оно легко прошивается боевыми заклинаниями без физической составляющей. Например… Да хоть чем нестихийным, грубо говоря! Любые проклятья и тому подобное, что не было ледяной сосулькой или огнешаром и не имело физической составляющей. Также обстояли дела на практике и с магическими защитами в большинстве случаев. Заклинания они отражают на порядок лучше тех же стрел и арбалетных болтов, да и прочность щита зависит от уровня урона. Так что залп из простого калаша завалит любого среднего мага — щит тупо израсходуется на середине рожка. Это Леха у нас имба, на Мардукоровой мане его в бабле, наверное, можно на Солнце скинуть. А на Архимага вообще смотреть не стоит. Бог среди людей, да и Младшие, думаю, его нет-нет, да поочковывают. Но чего-то я отвлекся опять.

В общем, защитные поля вокруг летающих арахнидов были комбо и одинаково легко отражали как магию, так и физику. Да, лимит у них тоже был, но его еще пойди пробей! А ведь помимо летающих войск, насекомыши и сухопутными обладали.

В первых рядах, что вполне логично, шли «танки». Длинные ползучие страхоебины, они напоминали помесь таракана и крота, закованного в толстенную хитиновую шипастую броню. Полутораметровой ширины плоские передние лапы были похожи одновременно и на щиты, и на морды бульдозеров, которыми эти биотрактора сносили, либо разрывали, любые баррикады. И да, на спине у каждой твари было прилеплено по генератору защитного поля, также, комбинированного типа.

И просто так взять и разнести этих передовиков тоже еще надо было постараться, потому что каждый танк сопровождался отрядом пехоты. Богомолы-шихичи. На спинах горизонтального брюшка у них стояли какие-то железные коробки, от которых шли мощные шланги к каждой боевой сабле. А на каждой сабле было прицеплено по… Пусть будет, по бластеру. Четыре ствола на рыло. Пушки стреляли какими-то светящимися сгустками, по свойствам похожими на капли расплавленного металла. По крайне мере, при ударе о предметы они разлетались от взрыва каплями прожигающего и расплавляющего окружающие предметы вещества. Как пояснил мастер Ка Дшуа из поступающих онлайн отчетов, эти снаряды тоже были техномагическими, и силовые поля арпатирцев с ними хоть и справлялись, но очень сильно при этом просаживался заряд накопителей в генераторах защитных полей.

Были в рядах нападающих и чистые маги, что в таком контексте было немного неожиданно. Но это чисто для меня. Ну а что, применяются же даже в наши дни щиты в омоне? Щиты, дубинки. Если не знать, из чего они сделаны, то можно подумать, что речь о какой-то средневековой дружине. Так почему бы не быть магам в техномагическом войске? К тому же, они показали себя весьма неплохими козырями, устраивая тупо стихийные атаки по площадям. Огненные вихри, заморозка, зыбучие пески, ниоткуда возникающие трясины и небольшие смерчи… Но вот к этому, в очередной раз меня удивив, арпатирцы оказались как раз готовы. Оказывается, к войнам с магами они были обучались. Как и воины академии были готовы отразить техногенную атаку. Тут собака оказалась зарыта в регулярных совместных учениях на нейтральных островах в океане. Острова были необитаемы, что неудивительно. Хотя и не были пустынными. После учений совместными усилиями войска восстанавливали местную флору и даже мелкую фауну. Просто для того, чтобы острова ветром и дождем не стерло до следующих учений.

Само собой, поддержка артиллерией у хитинового войска тоже была, и вот она доставляла проблем даже больше, чем авиация. Тут я, если честно, представлял себе огромных неповоротливых жуков, на спинах которых прикручены гаубицы, но, когда голограмму приблизили, я аж прихуел. Пятидесятиметровые сороконожки вместо жуков, и на спинах у них штук пятнадцать орудий разной длины и калибра. Заряжали пушки и вовсе стремные хуйни, похожие на пауков-сенокосцев, называемых в моих родных ебенях косиножками. Только размах лап и высота — метров пять, да лап в три раза больше, чем у наших мелких оригиналов. Причем треть этих лап оказалась хватательной, и ими эти монстры заряжали орудия безо всяких лесенок, тупо закидывая боеприпасы в форме коротких толстых патронов по старинке, через дуло, тупым концом вниз. Но даже это не было концом.

Едва мы оценили масштабы происходящего, как земля во многих местах начала вздуваться и трескаться, и из этих вздутий начали подниматься вытянутые летательные аппараты. Двигателей, винтов, турбин и реактивных сопел и даже тупо крыльев у них не было на видном месте. Видать, тоже техномагические движки. Металлические, явно железные, даже не крашенные, аппараты были сделаны, похоже, в спешке и специально для этой операции. Однако ведь и правда — зачем заморачиваться за внешний вид, если камуфляж не нужен? Зачем камуфляж способному становиться невидимым летательному агрегату? И некоторое время спустя в тылы нашим, союзным войскам посыпалась смесь из взрывчатых снарядов и арахнидских десантников. Без парашютов — насекомые были снабжены короткими крылышками и планировали явно больше с помощью магии, нежели физики. И, приземлившись, они внесли немалую долю хаоса в происходящее.

Не стоит думать, что арпатирцев ебали, как салаг. Мощные танки палили по арахнидам плазмой, мощными лазерными лучами, электроразрядами, железными болванкой, взрывчатыми снарядами и давили жуков, чем были оснащены — колесами, гусеницами, железными лапами. Даже превращали их в фарш с помощью навесных пил, как цепных, так и циркулярных. Пяти- и десятиметровые боевые роботы месили противника ногами, заливали поле боя местным аналогом напалма, более ярким и сжигающим даже камни. Авиация и артилерия бомбили врага чуть ли не сплошным ковром, и местами даже весьма удачно. Но гибридизированные с магией защитные поля арахнидских щитов давали невероятное преимущество, а аналогичное оружие легко уничтожало даже самое эффективное против них арпатирское средство — супертанк.

В общем, за века своих тренировок арпатирцы продемонстрировали жукам свой арсенал более, чем полностью, и те просто не демонстрировали, что им есть, что противопоставить местным, потихоньку разрабатывая защиту и запасая оружие.

Пока я все это разглядывал, Гуал со Скъяаррлом и Лйутсфэузом активно обсуждали план контрмер, чтоб случайно не попасть друг другу под руку. О том, что они могут попасть под арпатирскую бомбежку, они даже не переживали. И действительно, они арахнидов запинать сами не могут — что они демонам тем же сделают? Напалмом зальют? Да те только рады будут!

В общем, общим решением поле боя поделили следующим образом: Гуал с прочими оркораками устраивают огромное болото в центре, полностью взятом под контроль арахнидами, и уже там, в своей родной мокрой среде, устраивают вакханалию. Инферналы выходят по периметру, на границе с людьми и потихоньку давят хитиновый бестиарий к болоту. План-капкан. Троллю же достается сам каньон и удар снизу. Чтоб совсем никто не мешался под рукой и случайно не увяз в гнили, прорыв которой решено было устроить на дне расщелины. План весьма простой — затопить ущелье и многочисленные пещеры, связанные с ним вентиляционными и парадными тоннелями, а оттуда уже разогнать всепожирающую слизь по подземным ходам. После же, разобравшись с захватчиками, на месте обдумают план вторжения в родной мир жуков-мутантов. С воздушными же силами насекомых разберутся уже готовые к вылету «птички» храма. Оценив силы противника, мастер Ка Дшуа весьма уверенным голосом сказал, что они эту авиацию разгонят, как воробей — стаю комаров.

Нам же велели сидеть как и сидели — тут, в недрах храма. Ну и в самом деле — что мы в таком замесе можем сделать? Уронить на них кувалду Лехину? Так арпатирцы сами при необходимости бомбу любой мощности смогут скинуть.

— Кстати, а что такое «дыхание хаоса»? — вспомнил я упоминавшуюся императором неведомую херню. — Супермощная ядерно-водородная бомба?

— Почти. — усмехнулся Леха. — Бомба, но безопасная с точки зрения радиоактивного заражения. Данное устройство, скидываемое, как правило, с орбиты, вызывает прорыв эфира. Ее плюс — в зоне поражения не остается в живых даже бактерий и вирусов. Минус — прорыв, достаточный для уничтожения жизни на необходимой нам территории, может разорвать эту планету. Второй минус — прорыв эфира невозможно контролировать, и он может как просто перемешать материю в сфере с радиусом две сотни километров, включая воздух и лаву, так и может перемешаться с этой самой материей и превратиться в чистую взрывную энергию, разбрасывая содержимое этой сферы по всей планете. Таким взрывом можно разнести наш шарик на камушки. Третий минус — эфир может телепортировать данный участок пространства в другой мир, заместив его аналогичным участком оттуда. Или не замещая, просто оставляя в теле планеты воронку глубиной двести километров. Фонтан магмы тоже не очень хорошая идея. Землетрясение, что последует за этим, вызовет глобальные разрушения. Эфир в чисто виде можно приравнять к сказочному хаосу, люди еще не умеют его контролировать, даже титаны подошли к его конролю лишь на уровне усмирения спонтанных прорывов.

— И именно поэтому храм очень редко делится технологиями. — мрачно заметил Ка Дшуа. — Вот. Поделились технологией эфирной турбины с арпатирцами, и что? Они сразу додумались, как качать эту субстанцию не просто через устройство, а прямо в наш мир! Хорошо, император достаточно разумен и понимает, что эта бомба фатальна.

— Короче, это орудие мести, но никак не атаки и тем более — обороны. — поставил точку в этом разговоре Леха. — Можно уничтожить вражескую планету или жизнь на ней — как случай пошлет. Или, видя, что проигрываешь, уйти на тот свет вместе с захватчиками. Но это же можно сделать и простой ковровой бомбардировкой планеты ядерными или кварковыми бомбами, даже последствия будут более предсказуемые.

— А кварковая бомба — это что к чему? — поинтересовался я. — Тем более, я четко помню — ты такую уже упоминал!

— Да просто сверхмощная бомба, только в ней не радиоактивное вещество разлагается, а любые атомы расщепляются полностью в чистую энергию, на составляющие элементарные частицы кварки. — пожал плечами в ответ всезнающий паладин. — Только радиоактивных последствий на порядок больше — эти кварки превращают обычную стабильную материю вокруг в радиоактивные изотопы.

— Короче, сами тут свои кварки ковыряйте, мы пошли. — рыкнул Гуал Вакалар, и исчез вместе с троллем и демоном.

А мы припали к голограмме, наблюдая начало новых действий.

Глава 30

Итак, напомню исходные данные. Почти круглый пятачок горной местности диаметром около пяти сотен километров. Площадку эту пересекает глубокое извилистое ущелье в двести километров. Из ущелья, а также по всей округе изо всех возможных дырок в земле и камнях лезут разнообразнейшие арахниды. Пещер, видать, больше, чем дырок в хорошей шлюхе, и даже в отличном сыре. По периметру захваченного насекомыми круга идет сражение с людьми. Упомянуть я забыл, пожалуй, лишь роль Академии и Младших богов. Летающее здание Академии парило глубоко в тылу невысоко над землей и обеспечивало поддержку на достаточно ограниченном участке периметра километров двадцать-тридцать. Просто потому, что попытки эти были не более удачными, нежели усилия самих арпатирцев. Стихийная магия гасилась комбо-щитами, как и потоки дружественной плазмы, так что боги местные оказались практически бесполезны.

Из всех богов больше всего урона нанесли Тень и Гурля. Смертоносный туман богини смерти легко проникал через щиты и уносил пачку насекомых за пачкой. Только одна беда — запасы маны у нее оказались ограничены. Думаю, что ее атаки продолжались лишь потому, что академики ее подпитывали маной из накопителей. Тоже самое можно сказать и про бога тьмы. Из-под каждого камня в радиусе тех же пресловутых тридцати километров выныривали какие-то размазанные тени, щупальца, лапы и пасти. Да, они легко проходили через защитные купола, но их было явно недостаточно.

Сами маги молчали, либо их попытки сливались с усилиями богов. Но, наверное, все же молчали и готовили пакость. И пакость, стоит признать, удалась. На обороняемом магами участке забурлила земля, и от самого края человеческих войск вглубь захваченного круга прокатилась волна выскакивающих из земли шипов. Широкая волна острых каменных игл. Шириной километров двадцать, волна проникла, наверное, на всю сотню километров вглубь вражеской территории. Что удивительно, арахниды реально и сразу дохли, будучи пораженными этими шипами. После чего каждый хитиновый труп поднялся и, покачнувшись, пошел косить собственных живых собратьев. Или сосёстрьев. Хер их разберет. Вот это уже оказалось подходящим средством: клин клином вышибают, как говорится. Только вот, видимо, один залп заклинания вызвал жуткое истощение академических накопителей. Потому что сразу после этого летающая школа магии дернулась и резко пошла на посадку.

И знаете, на самом деле, если представить силу что Архимага с соратниками, что богов в полноценном масштабе, будучи на земле — то эта мощь ужасала. Даже тридцатикилометровый пятачок — это лишь чуть меньше, чем дохера! Просто представьте, что один длинноухий хер может наебнуть тьмой мегаполис размером, например, с Казань просто усилием мысли. А один жирный хуй может сравнять с землей и поднять в виде зомби Москву. Если честно, то мне даже босс написал сообщение, подсмотрев это моими глазами, что он в полном ахуе от накопленной ими мощи.

Проблема только в том, что масштабы события были гораздо обширнее, и со взглядом сверху было видно, что это лишь небольшое пятно на фоне общего поля сражения.

Однако, все изменилось с приходом тяжелой подмоги. Оставив небольшую полосу чистого пространства по краям, километров пятьдесят, плюс-минус, почти вся территория, захваченная арахнидами, поплыла. Ну, еще края каньона остались нетронутыми. Видимо, чтобы болото внутрь не потекло. В общем, поплыло все, медленно разжижаясь и заполняясь невесть откуда берущейся водой. И это не был просто потоп, нет. Сама земля изнутри напитывалась влагой и превращалась в вязкое месиво, в котором вязли инопланетные мутанты. Скалы и возвышенности тоже не остались в стороне, начав источать тонкие грязные вязкие струи. Камень трескался и обваливался, местами начались грязевые оползни. Потоки камня и земли, подхваченные потоками жижи, стекали с гор вместе с попытавшимися на них укрыться хитиновыми войсками. А также с редкими лесами и горными лугами. То тут, то там из бывших пещерных отверстий поднимались пузыри воздуха, сменявшиеся воронками. И буквально через полчаса все превратилось в медленно копошащуюся массу.

При приближении изображения было видно, что это арахниды там копошатся, пытаясь выбраться из стихийной неожиданности. Но их утаскивали в глубину непонятные существа. Что-то типа осьминогов, гигантских раков и каких-то чудовищных трехметровых амфибий, похожих на помесь жабы с черепахой и крокодилом. Оркораки тоже бесились, стремительно плавая в этой трясине, вопреки физике и здравому смыслу и помогая своим монстрам расправляться с особо огрызающимися скоплениями противника. Ну им можно — у них силы уровня старших богов.

Само собой, параллельно с этим всем безобразием, инферналы устроили другое. Свое, с блекджеком и шлюхами, как говорится. Ну, вернее, с суккубами и пиздюлями. То вторжение, что устроил один мухоподобный демонический генерал, не шло ни в какое сравнение. Чего там с ним вторгалось? Половинка легиона отбитых на все свои рога архидемонов на небольшом участке вокруг руин древнего города? Тут же владыка огненных миров устроил форменный пиздец. Все свободное от арпатирских солдат и неожиданного болота пространство превратилось в филиал ада. Огромные портальные арки открывались одна за другой, только на этот раз демоны в качестве жертвоприношений, укрепляющих эти проходы, использовали не своих адских гончих, а местных арахнидов. Благо, насекомые не убегали, а отважно бросались на новых противников, непонятно на что надеясь. А может, королевы роев просто не знали, что это такое и думали тупо завалить их массой. Вот только один закаленный в боях инфернал стоил целого человеческого войска, а архидемон вполне мог заменить неимбованный академическими накопителями корпус магов. А тут — десятки легионов рогатых ветеранов.

В общем, пока младший демонический состав давил полчища тараканов для укрепления проходов, а средние по силе и званию инферналы ударяли в спины арахнидским танкам и опиздюливали нападавших на них членистоногих, старшие генералы, не обращая внимания на жалкие попытки расстрелять их расплавленным металлом, устраивал локальный апокалипсис. Что называется — небеса разверзлись огненным дождем. Это еще даже скромно сказано. Обильный град из огромных лавовых сгустков прошел по всему периметру, свободному от болот. И даже немного трясину задел. Арпатирские войска благоразумно выставили заграждение из нескольких рядов танков, врубивших на полную катушку силовые щиты, смыкая края защитных полей в единую плотную стену. Так из наших никто не пострадал.

А вот из хитиновых захватчиков наоборот — никто не уцелел. То, что началось, это даже не бойня. Это просто шашлычная уже сразу была. Из упавших с неба лавовых метеоров вылупились шестилапые звери, похожие на тех гончих, что демоны использовали обычно. Только с более злобными рожами, да размером с трехэтажный дом. Адские бройлеры! И вот эти монстры вместо того, чтобы топтать и жрать мелкую добычу, принялись поливать округу огнем из своих пастей. Пламя явно было магическим, поскольку от него плавился местный камень, превращаясь в привычную инферналам магму, и после того, как они расплавлялись, они не остывали моментально, а растекались по округе, пожирая огнем органику и плавя в себе мелкие окружающие камушки.

В общем, дым, огонь, потоки лавы, ошметки насекомых по округе летают вперемешку с пеплом. Обычный сабантуй новокузнецкого металлургического комбината.

Поняв, что что-то идет не по плану, командование роем отдало команду отступать своей малой авиации. Видимо, решили сфокусироваться на новой угрозе, подзабив на людишек яйцеклады. И до летающих арахнидов сразу было не добраться — подниматься они могли, как оказалось, на заоблачную высоту. В чем была причина такого маневра? Причина была в каменной коже и набедренной повязке из шкур.

Скъаррл ударил по каньону, и до этого момента на него арахниды вообще не обратили внимания. Каким он там макаром им глаза отвел — это теперь только у него одного узнавать надо. Но в данный момент тролль на огромных щупальцах из Гнили висел над расщелиной, раскинув толстые слизистые канаты над пропастью, словно мост, и источал вниз целый водопад из гноя. Гнилопад. А еще из него разлетались детишки его ручной гниломатки, оставляя за собой тягучие слизистые мутные нити. Опять же, нужно учитывать, что это при взгляде с большой высоты, откуда в сгустке висящего над пропастью гноя даже не видно было каменной тролльей тушки. При приближении же тонкие нити гнили становились толстыми метровыми канатами, а сами детишки оказались не такими уж и маленькими. Это нам в озере попался совсем крохотный образец. Личинка личинки. И эти астральные охотнички в данный момент, полностью смазав края пропасти гнилой смазкой, начали обследовать пещеры, из которых до сих пор продолжали сочиться потоки арахнидов.

Зачем и куда они сочились, если выхода не было? Так на то были крылатые особи. Как минимум, одну сухопутную единицу на своем борту один крылатик мог переносить. В данный момент насекомье правление проверяло на прочность тварей, что наполняли трясину, заполнившую округу каньона, и для этого десантировало эвакуированных со дна ущелья бойцов прямо на головы болотных тварей. И подкрепление из пещер туда же было отправлено. А еще часть арахнидов была высажена на сухие края каньона и в данный момент неприспособленные для ручного труда боевые особи ковыряли камни и пытались сделать из них подобия пирсов, или причалов. Возможно, в конечном итоге это даже могло бы стать мостами… Но это в какой-нибудь другой раз.

Только вот недооценивать врага никогда нельзя. Портальными технологиями инсекты неплохо владели, и на отстроенных каменных пирсах арахнидами-магами стали открываться пространственные врата. Одни за другими. На территорию трясины они извергали из себя потоки каких-то мелких таракашек, которые в такой густой жиже уверенно держались на поверхности. Эдакие водомерки, только размером с кошку и с острыми жалами, что на морде, что на жопе. Да, они были хрупкие, и урона наносили мало, но их было дохера, и еще столько же. Монстры, наполнявшие болото, начали лупить по ним, у кого что было. Да, успех это приносило. Но уцелевшие собратья раздавленных водомерок атаковали не успевавшие скрыться в грязи щупальца и морды. Как оказалось, твари эти были не только кусучими, но еще и ядовитыми, и вскоре на поверхность начали всплывать первые мертвые монстры Гуала и его компании. Ну, хорошо, хоть не сами оркораки.

Тролль тем временем разошелся и заполнил гнилью каньон до самого верхнего края. Сквозь гнойную поверхность при желании можно было разглядеть, как из глубин поднимаются большие пузыри воздуха, и даже как в них шевелятся разнообразные членистоногие. Видимо, из пещер воздух откачивает.

Оркоракам, скорее всего, не понравился тот факт, что их зверюшек покусали, и самом центре болота грязь вздулась огромным пузырем, из которого появилось нечто. С пятиэтажку высотой, с товарный поезд длиной, это было явно воплощенным в жизнь нечто из эпохи Васшанета. Такое же креведко, судя по внешнему виду, а также по форме и функционалу лап. Только с маленькой бронированной шипастой головой. Да и весь панцирь был покрыт огромным количеством шипов, против почти гладкого панциря Васшанета. Ударив хвостом по поверхности грязевого озера, монстр двинулся по направлению к пирсам, к середине ущелья, проваливаясь в грязь от силы «по колено».

Арахниды, может, поняли, что пахнет вазелином возле жопы, а может — заранее готовили пакость, но… Порталы на пирсах неожиданно поплыли навстречу друг другу и слились воедино, образуя десятиметровый проход куда-то в другой мир. И оттуда медленно, вальяжно и самоуверенно начал выползать супермутант.

Глава 31

Первое, что пришло в голову при виде этой махины — ультралиск из старкрафта. Но это — первое, когда я увидел лишь кусок гигантского арахнида. По факту, это был гибрид сколопендры, жука-носорога, скорпиона, паука… Да походу всех тех исходных созданий, над которыми ставил свои ебанутые опыты Ананси. Гибкое и длинное, но в тоже время высокое и толстое рыжее тело сороконожки на длинных, но толстых лапах, пар тридцать, не меньше. Такое даже из танка не прострелишь — снаряд срикошетит! Да еще панцирь по всей длине был усеян огромными острыми шипами, обильно выделяющими зеленую, чуть светящуюся слизь. Наверняка ядовитая херня, но ее попадания в тело и так хватит за глаза, ибо, падая на камни, она их плавила и разъедала. А водомерок, окружающих этого козыря, эта слизь моментально превращала в зеленые лужи.

На переднем конце тела, расширявшемся для большей устойчивости и имевшем более мощные ходильные лапы, возвышалось боевое туловище. Словно насаженная на вертикальную булавку пузатая круглая тушка жука блестящего коричневого окраса. Массивная голова с малюсенькими глазками, с огромным изогнутым назад рогом, окруженным шипами поменьше. На остриях — зеленые капли, только что без излишеств, не стекающие на окружающие предметы. И три ряда лап по три штуки в каждом! ТРИ, сука! Внутренние, поменьше и потоньше, были привычными богомольными сабельками. Видимо, чтобы добивать то, что смогло пробиться через внешние орудия причинения смерти. Средний ряд — длинные толстые гибкие лапы с длинными плоскими острыми скорпионьими клешнями. Причем эти клешни были заточены как изнутри, так и снаружи. Наружный ряд был скорее не лапами, а просто мощными хитиновыми зазубренными саблями, что на манер жвал смыкались внутрь. Размах этих лап-жвал превышал размер самого туловища и спокойно мог обхватить выставленного против него креведко, к тому же, ростом арахнид превышал древнюю поебень примерно в полтора раза.

Хвала грибам, создатель этой поебени не додумался сделать этой твари крылья! А ведь с применением магии она вполне бы могла летать. Вместо крыльев под мощными пластинами, закрывающими спину создания, как выяснилось, скрывались добавочные длинные, тонкие и гибкие конечности, по пять штук с каждой стороны. Каждая из этих скрытых лапок венчалась острым прямым жалом, источавшим уже упоминавшийся ранее яд-кислоту. А венчал это боевое туловище скорпионий хвост на затылке. Конечно же, с жалом, с блестящей зеленой капелькой на острие.

Что у одного, что у другого из новоявленных монстров напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения, и, едва заметив друг друга, они радостно клацнули клешнями и рванули навстречу друг дружке, словно старинные друзья, не видевшиеся пару миллионов лет. До жути похоже на «тихоокеанский рубеж». Столкнувшись, твари вызвали мощную ударную волну, поднявшую целое цунами грязи, круговой волной разошедшееся в разные стороны. Очевидно, что обе стороны использовали какую-то магию. Ну серьезно, если бы они с такой силой столкнулись бы без защитных щитов, то никакие панцири бы не помогли — были две насекомовые отбивные сразу, а инферналы бы их на своем гриле поджарили. Монстры же просто схватили друг друга клешнями, за что ухватилось, и начали бороться, попутно тыкая друг в друга жалами. Понятно, что последнее лучше выходило у арахнидского персонажа — просто потому что жал у него было, как волос на лобке.

Только вот ни у того, ни у другого ничего не получалось. Поверхность тел у обеих тварей была покрыта невидимой защитной пленкой, так что ни уколы, ни кислоты-яды не могли добраться до противника. Поняв, что таким образом ни у кого из них ничего не выйдет, креведко первым решил применить боевую магию. Или кто-то из оркораков, но не суть. Суть в том, что со дна болота выскочило несколько каменных шипов, прямо под пузом арахнида. И этот удар, очевидно, очень сильно просадил защиту магического щита. Потому что один из шипов не только подбросил эту махину, но и даже навылет ее проткнул. Не упуская момента, креведко тут же засадил противнику в грудь шипом своего хвоста и отсек своими клешнями вражеские — сразу три средние лапы, с бритвенно-острыми клешнями.

Увлекшись поединком, никто не обратил внимания на арахнидскую авиацию, что, после того, как сбросила десант, растерянно парила над полем боя, не имея возможности куда-то приземлиться. И зря. Вражеское командование совершенно не переживало за сохранность ресурсов, и догадалось сбросить один из летающих аппаратов прямо на дружественного нашей стороне монстра. Насмерть, конечно, не пришибли. Не забываем, что сражение шло в грязи, и креведко просто оказался наполовину вдавлен в грязь, с прижатым в глубине хвостом.

Можно считать, что «один-один». Один из юнитов обездвижен, будучи нанизанным на так и не исчезнувший шип, другой — придавлен. К тому же, ранение для ультралиска, будем называть его так, оказалось просто досадной помехой. Воспользовавшись преимуществом по числу лап и размеру, ультралиск схватил креведку за лапы с клешнями своими скорпионьими конечностями, полностью лишив того атакующей способности, и принялся с удвоенной яростью молотить по его защите всеми доступными конечностями.

Но призванный «нашими» монстр тоже дураком не был. Поняв, что за лапы его держат каменной хваткой, извернулся и просто рванул противника на себя, изгибаясь и перекидывая его через себя. Наверняка, на поле боя раздался жуткий хруст, голограмма просто без звука все транслировала. Но туловище противника, лишенное магической защиты, просто и без затей оказалось разорвано ровно по перфорации, оставленной каменным шипом. Кровь у твари тоже оказалась кислотной, и камень, основательно изъеденный ею, не выдержал таких издевательств, развалившись сразу после этой манипуляции, но самое главное было достигнуто — половина сколопендровой части ультралиска осталась в грязи. Заливая все вокруг кислотной слизью, задняя половина сороконожки конвульсивно задергалась и обмякла, слабо подергивая лапками. А вот передней половине многоножки с боевым туловищем, кажется, было похер на это. Извернувшись, арахнид уверенно встал на оставшиеся лапы и, забравшись на летательный аппарат, придавивший креведко, сам предпринял попытку порвать своего противника, растягивая его клешни в разные стороны и оттягивая их на себя. Однако древнему морскому обитателю было на это плевать, и мне даже на миг показалось, что его ротовые щупальца складываются в некое подобие ухмылки. После чего союзный гигант рванул распятые верхние конечности на себя, отрывая нахрен своему оппоненту клешни, державшие его лапы.

Арахнидское командование, видать, понимало, что противник оказался сильнее, чем они думали, и просто направило в сторону сражающихся еще с десяток летающих аппаратов. Видать, просто решили завалить его нахрен. И в этот миг поля боя достигла храмовая авиация.

Едва аппараты показались на горизонте, стало понятно, почему у них были птичьи названия. Реально, в полном боевом режиме они выглядели, словно огромные пернатые создания. Косяк «журавлей» в количестве штук двести замыкал Гартаил, сверкая своей полированной латунно-орихалковой чешуей. Возглавлял процессию небольшой летательный аппарат в виде небольшой серой пташки. Это был, как пояснил мне мастер Ка Дшуа, тот самый соловей, на котором летел Тореро Иваныч.

Почему соловей? Ну, помимо внешней схожести, это летающее суденышко было оборудовано громкоговорителями и могло «петь» на все поле боя, заглушая любые взрывы и передавая команды руководства даже в условиях глушения вообще любых иных каналов связи. Но это побочная функция этого устройства. Звуковая волна, издаваемая соловьем, могла крушить мелкие предметы, и даже убивать мягких противников. Зачастую такая атака применялась для деморализации противника — прикиньте, пролетел самолетик, назвал всех пидорасами, и кровь из ушей пошла у всех, кто это услышал, да пара голов лопнула. Ну, еще соловей обладал повышенной маневренностью, скоростью и невидимостью. В целом, эти же свойства есть и у реальной одноименной птички. Много поет, неприметная, быстрая и юркая пташка. Правда, основная функция соловья была в том, чтобы командир просто летал над полем боя и раздавал бойцам вдохновляющую пассивку, даруемую ему перекаченной с помощью мастера харизмой.

А вот журавли отличались от своих природных тезок. Огромные многометровые огненные жар-птицы. Хотя это был и не огонь. Просто силовые поля, которые создавали внешний вид этим аппаратам, светились и обладали огненным цветом, от багрового до почти белого. А еще журавли были тяжелыми бомбардировщиками, скидывая на противников мощные бомбы при необходимости, и летающими авианосцами. И несли на своих бортах тех самых «синиц», которых я уже видел ранее. По десятку на каждом борту. С синицами оказалось попроще. Никакого огня в окрасе или еще чего. Просто слегка светящиеся цветные поля, реально напоминающие этих милых пташек.

Возможно, это был отвлекающий маневр, чтобы ввести потенциального противника в заблуждение. ведь многие из вас видели синичек. Красивая цветная птичка размером с воробушка. Многие даже не знают, что эти твари — хищники, спокойно и даже с большим удовольствием питающиеся трупами. Особенно обожают сало. Вот бывало, забьем с дедом свиней, предварительно разделаем туши на части, да в дровнике вешаем, на морозе. Так если хорошенько срез не замотаешь — прощайся с сальцем. Через пару дней снимаешь окорок — а там под кожей — пещеры! И нифига это не мыши с крысами. Синички выклевывают!

Помните уже упоминавшийся ранее анекдот про красных-белых и лесника, который пришел и всех разогнал? Вот похожий случай, только пизды получили арахнидские войска. Первым делом синицы расправились с вражеской авиацией, даже не тратя на них боеприпасы. Они тупо пролетали через эти летательные аппараты, взрывая их изнутри. Чисто десантные посудины, никакими средствами обороны, кроме защитных полей, они не обладали. Но синицам на эти поля было глубочайше похуй, и они прошивали эти суденышки, как горячий нож — горячую пюрешку. Следующей мишенью стал призванный арахнидами ультралиск. Какой бы едкой ни была его кислота, защитным полям было на нее насрать, и несколько синичек, пробив его тушу навылет, принялись просто рвать его стальными лапами. В общем, через несколько секунд креведко был свободен и зол. И тут же зарылся куда-то в глубину болота.

После этого синицы замельтешили над полем и показали, почему эти храмовые аппараты, как мне рассказывали ранее, были прозваны огненными колесницами. На лету «птички» покрывались слоем огня и уходили на сверхзвуковую скорость. Верней, это был не огонь, а какая-то там плазма, но в физиках я был не силен, а потому Лехины пояснения не запомнил. И вот на этих сверхскоростях истребители начали брить болото, заливая его поверхность слоем еще более едкого, чем кислота, пламени. Монстры, призванные оркораками, благоразумно перестали показываться на поверхности, но выживших к этому моменту насекомых это уже не спасало. Даже инферналы, к тому времени зачистившие подвластные им территории и начавшие осаждать края трясины, осушая грязь и заливая ее огнем, уважительно застыли и засмотрелись на это безобразие.

— Как-то подозрительно легко. — с нотками подозрительности произнес вслух Ка Дшуа и, наверное, передал мысленный приказ птичкам отступать, потому что синицы резко, как по команде, взмыли вверх и начали размещаться на спинах журавлей.

Сразу видно, интуицию мужик имеет прокачанную. Едва птички взлетели, поле боя разразилось землетрясением. Дернулись края каоньона, местами сойдясь поближе, местами — наоборот, разойдясь шире прежнего. И сбоку от пропасти в стороне наибольшей пустоши, грязевые массы начали вздуваться огромным пузырем. Реально огромным, километров в сто в поперечнике.

Глава 32

Пузырь лопнул, и из него показался круглый, черный и блестящий купол немного вытянутой, овальной формы. С шестью мощными, несколькикилометровыми в поперечнике, лапами. С первого взгляда даже было непонятно, аппарат это, или живое.

— Отвлеките его. — с загадочной ухмылкой произнес вслух Ка Дшуа.

Видать, задумался и продублировал мысленный приказ вслух. А журавли, повинуясь команде, перешли в наступление. В тот же самый миг с огромным ускорением сверху, видимо, с орбиты, по всему периметру, на выжженную инферналами землю, обрушились ромбовидные железные хреновины, игнорируя физику и врубаясь в землю метров на десять, то есть на половину своей длины. Хреновины эти, как выяснилось, были тоже храмовыми, и генерировали они мощнейшее защитное поле в виде цилиндрического барьера. Отрезали они болото даже от инферналов, чем сначала вызвали волну возмущения и удивления. Но причина такого поведения вскоре выяснилась, и даже огненные демонюги прониклись пониманием.

Как я уже упоминал, данные малочисленные, но крупногабаритные авианосцы еще несли на своих бортах груз нехуевых таких бомб. Тех самых кварковых. Отступив за границу силового поля, журавли принялись обстреливать новоявленный объект какими-то светящимися шарами. Те, судя по кривой извилистой траекторией, обладали самонаводящейся системой и, едва первый шар коснулся блестящей поверхности нового вражеского юнита, все внутреннее пространство болота превратилось в одно сплошное световое пятно. Думаю, голограмма даже урезала яркость, раз эдак в тысячу. И длилось это свечение минут десять. Что самое интересное, ядерно-кварковый пожар не поднимался выше сотни километров, образуя эдакий купол над вражеским объектом. Как объяснил Ка Дшуа, это уже Гуал с собратьями постарался, применив все свои силы для контроля этого… Ну, технически, даже ядерная плазма относилась к огненной стихии. А шаман еще при жизни отметился, как равноценный стихийник. Да уж, наверное, после такого зрелища Гар закомплексует и утопится в своем вулкане.

Землю вокруг трясло и колдоебило во все стороны. Трескались и осыпались горы. Обваливались края каньона и медленно тонули в заполнявшей расщелину гнили. И вот эта самая гниль некоторое время спустя начала достаточно быстро куда-то утекать. Словно затычку из каньона вынули. И судя по довольной роже мастера, он был в курсе событий.

— Скъаррл добрался до портала, через который сюда прибыл новоявленный объект. — не убирая с лица злорадную усмешку, пояснил главжрец. — Боюсь, теперь силам подкрепления будет не до нашего мира.

— Ага. — возник рядом прозрачный силуэт орка-Гуала Вакалара. — Он еще Циперона додумался шаманству начать обучать, и детеныша астрального охотника ему выделил. Так вы представляете, до чего этот мелкий извращуга додумался? От Гниль вместо смазки использует!

— Бррр. Давай без таких подробностей. — Леху аж передернуло от таких новостей. — Даже не хочу такого слышать!

— И в правду, ГенадьВалерич. — укоризненно покачал я головой. — Давай лучше я тебе камеру дам, видос запишешь, как он самую главную королеву арахнидов трахнет! И короля.

— Фу, Денис! — замахал руками орк. — Сам такое снимай! Ладно еще с тролльчихами — они хоть гуманоидные. Стоп… Что? Ни царапины?!

С этими словами фантом шамана пропал, а на голограмме начало опадать окутывающее эпицентр пиздеца пламя. И на том же самом месте лежала та самая поебень. Земля вокруг пылала и сияла, расплавленный и раскаленный до бела камень светился, словно миниатюрное солнце. И посреди этого безобразия сверкал черный панцирь стокилометрового жука. Более того, на несколько километров от него грязь хоть и засохла, но ей ровным счетом ничего не было.

— Это магия высшего, божественного ранга. — прищурившись, вынес вердикт Ка Дшуа. — Даже наши технологии не могут выдержать прямую бомбежку, только дистанционное сдерживание взрывной волны…

— Ананси? — предположил Леха.

— Наверняка, не сам же Крон… — задумчиво ответил мастер.

В этот момент произошло достаточно интересное. Расплавленный камень колыхнулся и начал стягиваться в кучу, формируясь в огромного… Гуала, мать его за ногу, Вакалара в облике оркорака!

— Что дальше? Начнут астероидами, как снежками кидаться, увеличившись до планетарных размеров? — скептически поднял я бровь, глядя на эту картину. — Это ж сколько маны Гуал щас проебывает?

— А что ты предлагаешь делать? — нахмурившись, смотрел на голограмму с места событий Леха.

— Да сразу бомбой хаоса по нему ебнуть? — предложил я. — Если я правильно понял, при таких мощных заклинаниях эфир сам начинает чудить, так чего ждать? Просто не супер-мощную брать, не на пятьсот километров, а так, чтоб кусок жука поразило. А там через дырку изнутри доковыряем, если выживет.

— Психопат. — вздохнув, покачал головой Леха.

— Однако, это тоже вполне себе вариант. — задумчиво пробормотал Ка Дшуа. — Однако, стоит для начала посмотреть, как естественный выброс повлияет на объект. Ананси много времени провел в изоляции от нашего мира, мало ли до чего он сумел додуматься. К тому же, нельзя исключать наследия расы, жившей до их прихода в системе их звезды.

— Кстати, а храм не изучал соседние звезды? — спросил я на всякий случай.

— Нет. — покачал головой старший ерпарх. — Не положено. Есть наша планета с кучей измерений — вот это наша зона ответственности. У наших богов был в далеком прошлом конфликт с расами из соседних звездных систем, что были обитаемы. Так что сейчас действует простой договор. Наши боги не суются к соседним звездам, а их боги не суют нос в наши дела. Это же касается и других, даже необитаемых миров. Рядовые люди, без статуса принадлежности к Пантеону, вполне могут перемещаться, чем Ананси с Кроном и воспользовались.

— Ну Крон ладно, он как-бы другим чуваком на тот момент был. — непонимающе помотал я головой. — Но Ананси же сын Сефоттина?

— Ну и что, что сын? — пожал плечами мастер. — Он же, по сути, был изгоем в семье, и даже отдельного культа и стабильной паствы не имел, и тем более не имел метки объединенной церкви. Не вникай, там божественные юристы договор составляли.

— Хм. Ну ладно. А что, если простым людям можно к другим звездам летать, они что? — продолжил я допрос. — Пусть даже не в Небарре, а в других измерениях. Там никто не раздобыл инопланетных технологий?

— Ну почему же, было и такое. — тут уже вполне согласился с доводами Ка Дшуа. — Вот только в чем проблема… Люди не могут не уничтожить сами себя, и едва у них получается раздобыть технологии, превышающие технологии соседних государств, они тут же создают из них оружие и развязывают мировую войну. Из мира в мир, из века в век, история ходит по бесконечному кругу. Где-то цивилизации отбрасываются в каменный век по итогу, где-то гибнут целые миры в пепле ядерной зимы. В архивах храма полно инопланетных чертежей и технологий, скопированных из таких миров. Только вот проблема в том, что и физика, и магия душ во вселенной везде едины, и кварковая бомба получится одинаковая что у людей, что у орков, что у инопланетных разумных грибов. Эта технология, кстати, получена от них, расой вышедших в космос орков из мира Оирам. Правда, был это изначально плазмо-кварковый двигатель для космического корабля, но что стоит из реактора сделать взрывное устройство? В общем, нет больше космических орков.

Пока шла эта научно-просветительская беседа, на поле боя сошлись лавовый оркорак и жук-переросток. Просто и без затей сошлись в рукопашку. Ну, если быть точным, Гуал начал колотить жука, а тот, поскольку особо боевыми конечностями не обладал, просто подмял своего противника под себя и пытался задавить своим весом и затоптать лапами.

— А почему они просто дерутся? — не выдержал я наконец. — Ладно жук, но Гуал че, никакими заклинаниями не владеет?

— Это парадокс божественных сил. — вздохнул Ка Дшуа. — Чем сильнее твой оппонент, тем меньше силы ты можешь излить во внешний мир. Жаль, голограмма не может передать магический фон. Поверь, он там сейчас перенапряжен. Если Гуал Вакалар применит мощное внешнее заклинание, реальность тут же треснет, вот он и вливает все силы в эту оболочку и в простые удары. Если бы их битва происходила где-нибудь в суб-измерении, не привязанном к координатам физического мира, типа Пантеона, там да, он мог развернуться на полную. А так ему приходится жалеть нашу планету и сдерживаться.

Стоит признать, даже такое сдерживание было внушающим и завораживающим зрелищем, но я решил посмотреть на это все магическим зрением. Нет, не подумайте, я не собирался туда телепортироваться ни одним из известных мне способов! Вернее, собирался, но не совсем я. Просто вспомнил, что Гуал научил меня одной забавной штуке, как аватар. А их вообще не жалко! Так что врубил я разум побольше, на сто тыщ, с запасом и, создав копию, переместил ее в астрал, а затем, сосредоточившись, на поле битвы.

Первый опыт получился неудачным, и моего магического клона забросило прямо между дерущимися. Само собой, ничего разглядеть, кроме потных жучиных подмышек, я толком не успел, и аватар разлетелся облаком пепла, упав на горячее тело оркорака. Так, следующим шагом я создал сразу десяток аватаров и принялся учиться закидывать их на определенное расстояние. Через восемь попыток уже получилось совершить подобное перемещение без уничтожения копии, а дальше я просто учился астралопортировать своего клона на некотором расстоянии от цели.

Нет, ну вот на самом деле. Да, я научился, сосредоточившись на чьем-либо образе, перемещаться к нему. Или сосредоточившись на определенном участке пространства. А вот не знал бы я, что сейчас за бойня идет, и переместился бы к Гуалу в оригинальной шкурке, и что? Стал бы богом шашлыка! Вернее, богом-шашлыком. Шашлыбог. Повелитель шампуров и владыка мангалов. Хм. А что, можно добавить и этот пункт в мою религию, если выживем. Короче. Теперь я сосредоточенно пытался научиться контролировать расстояние до своей точки телепортации, и раза с сотого вполне удачно и благополучно научился. Правда, таймер при этом безбожно сожрал аж двенадцать часов до полного слияния, но… Че то похуй уже.

Главное, что мне удалось пусть и в копии тела, контролируемой перекачанным параметром разума из оригинала, переместиться в безопасное место ристалища, и взглянуть магическим зрением на битву. Ну, что сказать. Ка Дшуа приуменьшил, сказав, что там магический фон перенапряжен. Если выдать магическому взору приоритет, то физическое зрение вообще прекращало работать, потому что все вокруг было просто залито пепельной пеленой и, неожиданно, светом, окрашенным в цвет морской волны в яркий солнечный день. Это даже не струйки и потоки маны дерущихся переплетались. Это как на картинках, где сливаются, например, две реки с разной водой, или два океанских течения. Огромные волны маны двух цветов кружились, толкались и боролись. Но при этом не смешивались. Никакой филигранности, никаких причудливых узоров магических плетений. Просто сила против силы. И местоположение дерущихся можно было определить тупо по тому, где источник этих сил находился.

На этом информационный поток от аватара прервался, а на голограмме я увидел, как от дерущихся прошла какая-то странная вибрация. Знаете вот, когда воздух в жару над асфальтом дрожит? Вот такая же оптическая рябь.

— Началось. — прошептал мастер и не мигая уставился на изображение. — Прорыв. Слишком большой выброс маны…

То тут, то там на боевой арене стали возникать странные участки, похожие на вращающиеся участки самого пространства, через которые проходило крайне искаженное изображение того, что было за ними. некоторые воронки возникали прямо в уцелевших горах. И в этих местах камень трескался и… Вел себя достаточно разнообразно. Местами он взрывался, разлетаясь по округе. Местами растрескивались и щебеночным фаршем втягивались в воронки и бесследно в них исчезали. А местами куски скал просто целиком телепортировались куда-то в иные, параллельные ебеня. В других местах наоборот, появлялась материя из иных миров. Например, вон — огромный пузырь с косяком яркой красно-синей рыбы, растекся ручьем по горе, образуя аккуратное мутное озеро. А вот островок джунглей выпал, прямо со стаей охуевающих обезьян на ветках деревьев. И самое главное — чем ближе к дерущимся, тем сильнее были аномалии.

Неожиданно, гигантский жук словно получил скипидарово-перцовую клизму и с утроенной яростью бросился в бой. Рывком у него выросли огромные жвалы, и ими он пронзил лавовое тело оркорака, ничуть не пугаясь того, что челюсти тут же начали дымиться. Но жук не стал дожидаться, когда они отгорят, и просто рванул к ближайшей, достаточно крупной пространственной аномалии, дожирающей небольшую гору. И впихнул туда тушу Гуала. Стоит отдать ГенадьВалеричу должное — он до последнего пытался утащить жука за собой, но на гладком панцире, кроме как за челюсти, ухватиться было не за что, а последние под напором его клешней просто переломились, и чудовищная воронка перемолола оркорака.

Мастер Ка Дшуа создал дополнительную голограмму с приближенным изображением воронки, и мы увидели, что на самом деле, воронка перемолола лишь эту монструозную боевую аватару. А еще мы увидели, что аномалия выплюнула не только Гуала, но и всех его оркораков. Это ж какая у Ананси, сука, силища, что он объединенные усилия всего поколения Васшанета поборол?! Не, однозначно, тут без Крона не обошлось…

Жучара же неожиданно сжался и, поджав лапки, лег на землю, а его панцирь на верхней стороне грудного отдела разошелся, словно дверь в супермаркете, и из нее выбрался огромный паук. Ну, огромный по нашим меркам — метров десять в длину, и это только тело. На теле этой хитиновой горы его, конечно, без приближения и не заметить было бы… Но этот паучара, особо не выползая, просто поднял в воздух свою переднюю пару лап, и тела оркораков, еле-еле шевелящиеся на земле, оказались окружены сферическими прозрачными пленками. Эти шарики с трофеями поднялись в воздух и медленно поплыли в шлюз, мимо паучары. Сам же восьмилапый, безо всякого сомнения — Ананси, посмотрел в нашу сторону, словно знал, куда смотреть. И неожиданно, в нашей комнате прозвучал его голос:

— Славная добыча. Крон будет доволен. Спасибо, что вытащили их из Пантеона.

«М: Это фиаско, братан» — написал мне босс, и добавил смайлик *рукалицо*

Послание от автора:

Народ, сюжет неуклонно катится к завершению, и мне нужно подбить сюжет. Не хочу, как некоторые, смазано слить окончание цикла. За сим объявляю: неделю-другую проды не будет. Но потом выложу ее всю, сразу. Или за два раза, по два больших куска. Сам пока не знаю, как пойдет. Без обид. Ждем-с.

Глава 33

Немного непонятно, почему, но паук немного помедлил, прежде чем начать забираться обратно в свой шестилапый броненосец. Может, высота сказалась и, как следствие, кислородное голодание — как ни крути, а жук, будучи стокилометровым в длину, в высоту был прямо пропорционален, а потому в холке был километров двадцать. Собственно, люк, из которого паучара выбрался, находился на высоте километров семи-восьми, и это в положении жука с поджатыми лапками. А это уровень вершин нихуевых таких гор. А может, чувствуя свою неуязвимость, просто залюбовался просторами родной планеты. Но этого хватило на то, чтобы одна из синиц, сорвавшаяся с борта несущего их журавля, протаранила его в попытке если не уничтожить, то хотя бы как-то поднасрать.

Навредить ему это никак не навредило. Так, просто силой удара откинуло на несколько метров от дверей в жучиные недра. Да уж, кажется, в плане защитных заклинаний ему бы с Гартаилом посоревноваться. Тем более, что дракон тоже со стремительностью пули вырвался вперед и пикировал на бога обмана. Только вот бросаться сразу в бой он не стал, с размаху грохнувшись на спину жука чуть повыше шлюза и вонзая свои орихалковые когти в его панцирь.

Спина синицы тем временем раскрылась, словно шкатулка, пополам, и из нее, сверкая своей латунной броней, выскочила Шииран, держа сразу все свои клинки в шести руках, прикрываясь щитом, который она удерживала еще одной, четвертой, нижней парой верхних конечностей. Хм. Паучиха против паука… Забавно. Вот только куда она поперла против бога? Ладно, доспех у нее непробиваемый, но он же непробиваемый, чисто пока у нее мана не кончится!

Но, несмотря на это, валькирия отважно бросилась на паука, бешено вращая клинками. Не ожидавший такой подлянки Ананси сначала ушел в оборону, просто и без затей двумя передними парами лап начав отбивать незаметные обычному человеческому глазу атаки воительницы. Но длилась его растерянность недолго — пару секунд. После чего он просто замахнулся от души и врезал по Шииран сверху вниз. Валькирия выдержала, опытным движением подставив под удар щит, быстро перекинув его в верхние руки, а мечи в нижние, державшие до этого средство защиты. А панцирь жука таких издевательств не выдержал, и великанша по колено провалилась в его спину. Однако никакого фонтана жижи, заполняющего этот огромный дом на лапках, не было. Судя по всему, до заполняющей этого стокилометрового насекомыша лимфы было еще копать и копать.

Держу пари, если у пауков были мимические мышцы, то рожа Анансюги выражала бы крайнюю степень охуевания от того факта, что его противница устояла. По крайней мере, просто так во время боя растерянно не застывают. Валькирия же, по всей видимости, что-то подобное предвидела, а потому тут же вылетела из пролома и просто от души зарядила пауку сапогом по морде, от чего тот проскользил назад еще на метр. Вот это силища! Да его таранный удар истребителем всего на десяток метров протащил, а тут сразу — столько!

Вот только этот пинок привел бога обмана в чувства, и тот пошел в ответную атаку, начав наносить воительнице целый град колющих ударов своими передними лапами спереди, с боков и сверху. Причем делал он это столь быстро и стремительно, что теперь уже Шииран ушла в оборону. И судя по тому, что каждое попадание лапой по щиту или броне ощутимо ее пошатывало, а порой и заставляло ее прокатиться назад на полметра-метр, словно по льду, то силу в свои удары Ананси вкладывал не только физическую.

В какой-то, понятный только ему одному момент, Гартаил сделал глубокий вдох и выплюнул в Шииран мощный, густой поток пламени. Только вот огонь не стал распространяться вокруг, а наоборот, собрался в тонкую струю и, ударив точно между лопаток воительницы, начал… Впитываться в нее! И нет, не вспыхнули ярким пламенем глаза валькирии, и не начал вырываться огонь между пластинами доспеха, как это обычно описывают в книжках. Если бы Леха восхищенно не воскликнул «Переливание маны!», я бы даже не догадался, что это он творит.

Паук же, не переставая молотить валькирию, взглянул на дракона. Наверняка даже — злобно, но мимики у него, напоминаю, не было. И из шлюза, так до сих пор и раскрытого нараспашку, полезло полчище пауков поменьше, хотя и похожих на Ананси один в один. Хм. Интересно, это просто особи одного с ним биологического вида или аватары? Эх, не узнать отсюда. Да и что бы мне эта информация дала бы?

Тем временем, пока все забыли про стаю «птиц», они тоже не зевали. Первое, что произошло дальше — это то, что летательный аппарат Шииран захлопнул свою шкатулку и, покачнувшись, расправил силовые крылья и тупо упал в раскрытую пасть шлюза, подминая под свою стальную тушку несколько выскочивших было паучков. На некоторое время поток пауков, бегущих к дракону, ослаб, а потом и вовсе прекратился.

А через несколько секунд в недрах их корабля-жука возник ядерный взрыв, мощной реактивной струей выплеснувшийся наружу, через шлюз. Не успевшие отдалиться от края шлюза пауки моментально превратились в пепел. Отдалившиеся — просто обуглились. Те, что достигли Гартаила и словно мухи о стекло, долбились об окружавший крылатого ящера пузырь защиты, те просто поджарились, пузырясь и лопаясь от моментально вскипевшей внутри них воды. Гарик же, видать, заранее понял, что к чему идет, и за секунду до взрыва принялся вливать в Шииран свою ману-пламя. Так что валькирия вполне себе удачно пережила это буйство огненной стихии. Хм. Вроде, никто ничего про жаростойкость не говорил… Или это Гартаил и его пламенная энергия такой бонус добавляют? Хер в этой магии разберешься, без профильного образования.

Сам же жук, внутри которого только что ебанул ядерный заряд неопознанных мощностей, дернулся и, словно пьяный, зашатался на месте. А еще, похоже, от произошедшего у него заклинило шлюзовые двери, потому что они попытались закрыть дыру, ведущую в жучиные недра, но створки лишь слегка показались, дрогнули, и отказались работать. Но, через несколько секунд жук перестал качаться, вновь выровняв свое положение в пространстве.

Сам же паук не то растерянно, не то контуженно застыл на месте, глядя на темный зев шлюза, переставшего извергать пламя. Ананси игнорировал даже яростные удары ходячей мясорубки в лице Шииран. После чего резко развернулся и, схватив валькирию передними лапами, принялся бешено лупить ею прямо об панцирь жука. Видимо, очень расстроился от такой выходки. Шииран же при этом абсолютно не растерялась и от души, вложив, наверное, всю свою силу, умудрилась швырнуть свой щит прямо в морду богу-пауку. Сломать это ему ничего, конечно, не сломало, но вот контузило знатно, и валькирию он выпустил из лап, отлетев метров на двадцать. Опять гребаная магия физику во все щели поимела.

— Мастер, что происходит? — спросил я у главжреца, увидев, как летающее храмовое войско перестроилось и, набирая высоту и скорость, устремилось к дерущимся.

— Жук уязвим изнутри. — спокойно и сосредоточенно ответил Ка Дшуа. — Жаль, что размеры ворот могут пропустить лишь синицу. Но, учитывая геометрию реактивной струи, что вырвалась из него при взрыве, а также скудную информацию от уничтоженной внутри синицы, внутри него огромные пустые помещение. Так что сейчас мы дадим каждой синице по кварковому заряду и отправим их внутрь. Ага, все-таки он нас слышит!

Последняя реплика была явно про Ананси, что на его словах резко посмотрел на нашу камеру, или что там сканировало происходящее? Спутник? В общем, не столь важно. Важно, что паук к этому времени очухался и рысью рванул в сторону прохода, ведущего в недра жука. Интересно, что он хотел сделать? Перегородить своей пуленепробиваемой тушкой проход, косплея Пендальфа и крича на синичек «Ты не пройдешь!»? Или знал, как двери починить? Хер его знает.

Потому что Гартаилу, видимо, надоела эта возня с обучением своей подружки и он резко спикировал на Ананси, тараня его в классическом лобовом столкновении.

Вот это уже была схватка более-менее равных существ. Для тех, кто не помнит: длина тела паука метров десять, длина тела Гарика без шеи и лап примерно такая же, ну, может капельку больше. Ананси попытался пронырнуть под пикирующим на него драконом и проскользнуть в люк, но Гарик оказался проворнее и вцепился пауку в спину, прижимая его к поверхности панциря жука, терпеливо пережидающего всю ту возню, что творилась на нем. Вот только дракон сам неоднократно говорил, что все свои умения он вливал в защиту, это и оказалось роковой ошибкой в битве против божественных сущностей. Да, Ананси не мог причинить вреда крылатому ящеру. Даже явно кислотный укус не оставил на сверкающей чешуе Гартаила ни царапинки, лишь два пятна желто-зеленой жижи. Но и эти пятна его не взяли и стекли на землю. Ну, на панцирь жука то есть. И запузырились, оставляя в этом самом панцире огромные и глубокие дыры, метр на метр, наверное. Но даже и эта кислотная атака не добралась до внутренностей паучьего корабля — толщина хитиновой брони жука-переростка внушала. В общем, Гарику было похуй на его атаки, но и вреда он своему противнику причинить тоже не мог — когти, клыки и пламя паука не брали, а других атакующих умений у ящера и не было.

Шииран тем временем, подобрав щит и закинув мечи в ножны по причине их полной бесполезности, принялась помогать своему возлюбленному, схватив паука за заднюю лапу и со всей натуги начав оттаскивать его в противоположную от шлюза сторону. Понемногу, еле-еле, но у нее ПОЛУЧАЛОСЬ! Получалось тащить крепко сплетенных борьбой гигантов в свою сторону.

В общем, когда синицы достигли своей цели, Ананси до шлюза не то что не добрался — даже основательно так отдалился. И, согласно плану действия, объявленному мастером, летательные аппараты, державшие в стальных лапах по светящемуся шарику, один за другим ныряли в темную утробу жука. Все две тысячи. Блять, если этот жук не превратится как минимум в мясной салют — я… Я месяц пить не буду! По идее, если у него внутри рванет сразу две тысячи кварковых боеголовок, у него пузо вообще испариться должно! Тем более, что изнутри он, как показал взрыв от самоуничтожения синицы Шииран, почти не защищен магией, а бортовой реактор этих летательных аппаратов, как объяснил мне Леха, на порядок слабее бомбы.

Примерно на середине этого погружения истребителей в жука, Леха сжал кулаки и губы, сильно при этом нахмурившись.

— Что-то не так? — моментально отреагировал на это мастер.

— Светлана… Да, что-то не так… — растерянно пробормотал он и потер пальцы на правой руке.

— Все кто слышит — назад! — резко выкрикнул вслух Ка Дшуа, но было уже поздно.

Последняя синица скрылась в темной пещере жучинного шлюза, и мы услыхали злорадный смех бога обмана, раздавшийся со всех сторон, вместо голоса Айлис. В тот же самый миг гигантский паук рывком встал на все свои лапы, легко скидывая с себя Гартаила, застывшего с широко раскрытыми, словно от удивления, глазами. Задней лапой, за которую его так и держала валькирия, он подтянул к себе Шииран, так же замершей безвольной куклой. Взглянув напоследок на храмовую камеру, следящую за событиями, Ананси спокойно подхватил ящера и воительницу передними лапами и потащил их за собой. Добравшись до шлюза, он легко в него спрыгнул вместе с добычей, и двери безо всяких помех мягко за ним закрылись.

— Мама… — только теперь дошло до меня, что она тоже была на одной из синиц.

— Она жива. — стащил с правой руки перчатку Леха и продемонстрировал мне простое обручальное кольцо. — Я чувствую, что она жива. Но что-то… Словно создает помеху.

— Да тут и думать нехуй. — резко разозлившись, прошипел я сквозь зубы. — Тот же самый временной пузырь, что и всех остальных изолирует! Сука ты паукообразная! Я тебе лично все лапки оторву и в жопу запихаю! Слышишь?! Я знаю, что ты слышишь, мразь арахнидская!!!

Но в ответ раздался лишь повторный приступ злорадного смеха, а от жука по полю боя во все стороны прошла странная силовая волна, перемалывая все помехи на своем пути, словно гигантский невидимый комбайн. Искажая само пространство, она прокатилась во все стороны, превращая землю, горы и воздух в однородный грунто-воздушный фарш. Защитное поле храма, огораживавшее пятачок земли с гигантским насекомым, не стало для этой волны помехой. Установки, создававшие этот защитный барьер, словно простые камни, оказались перемолоты чудовищным оружием. А сама волна безо всяких помех пошла дальше, уничтожая все на своем пути. Демоны, космодесантники… Ни что не уцелело в этом ударе. А когда пространство успокоилось, открывая взору огромную перемолотую равнину, повсюду начали открываться порталы заоблачной высоты, из которых сплошным ковром поперли арахниды. Ползучие, летучие, десантные корабли и похожие на жука-корабль Ананси, только поменьше — километровой длины…

— Я же обещал, что уничтожу все живое в этом мире? — раздался в комнате злорадствующий голос бога обмана. — Что ж, смотрите! Ваши жалкие технологии ничего не смогут сделать этому вторжению! Даже если вы всю планету завалите своими бомбами хаоса, я вновь открою порталы и поведу свои войска в бой! Ха-ха-ха!

— Зачем тебе нужны захваченные синицы? — еле сдерживая гнев, прошипел Леха.

— Ой, ну а сам как думаешь? — издевательски ответил Ананси. — Ты же сам лично отдашь мне Вакха-Дениса в обмен на свою супругу. Ведь ты же хочешь вновь увидеть ее живой? Молчишь? Ну молчи. Пару минут на подумать у тебя есть.

Голос бога обмана замолчал, а перед главным жуком-кораблем на голограмме возник огромный портал, в котором этот жучара медленно начал скрываться.

Глава 34

«Эй, вы же не думаете ему верить?» — создала общий ментальный чатик для присутствующих Миюффт. — «Он же бог обмана!»

«Разумеется — нет!» — сжал до хруста кулаки Леха. — «Предлагаю разыграть перед ним сценку, дабы выманить его из его жука, на расстояние удара молота!»

«В крайнем случае, дам тебе свой лук, подстрелишь его своим молотком». — добавил я.

«Нет, на крайний случай у нас есть орбитальная установка «Гнев Божий»». — вставил свою реплику Мастер Ка Дшуа. — «Рассчеты показывают, что даже твой защитный пузырь, Алексей, выдержит не более трех минут в его луче.»

«Я: Босс, это реально такая мощная установка, что за три минуты твою ману сожрет?» — быстренько настрочил я в рабочий чатик.

«М: Эта установка создает луч из раскаленной плазмы, выкачивая ту через сложную систему порталов прямо из солнечного ядра. За счет этого затраты энергии на работу самого спутника минимальные, а разрушительная мощь колоссальна. Это орудие апокалипсиса.» — ответил Мардукор. — «Так что да, защитные функции Алексеева доспеха способны истощить запасы моей маны за считаные минуты. Правда, за это время с планеты испарится атмосфера и верхний слой земной коры.».

«Мастер, а нахуя вам такая адская машина на орбите?» — поинтересовался я у главжреца.

«Ликвидация восставших миров, богов и иных сверхсильных сущностей» — поджав губы, беззвучно ответил Ка Дшуа. — «Вообще, Гнев Божий был создан в незапамятные времена еще самими титанами, и использовался ими всего единожды, если информация верно внесена в архивы. После чего эта установка была переведена в дежурный режим, а несколько тысячелетий спустя переведена под управление Великого Храма. Расчет был на то, что принять решение о ее запуске можно лишь объединенным решением совета старших ерпархов, по одному от каждого верховного бога. Никто в те времена не мог даже предположить, что может остаться ерпархиат лишь двух богов, и то у Сефоттина один-единственный жрец.»

«Как бы там ни было, я не верю, что он честно отдаст нам Светлану.» — продолжил хмуриться Леха. — «Поэтому предлагаю атаковать, едва он окажется в зоне доступа.»

«Встречное предложение» — добавил мастер. — «Едва он окажется в округе храма, атаковать его Гневом. Будем честны перед собой, это единственное средство, способное его одолеть. Поэтому, Алексей, едва вы его выманите, сразу активируй сферу и уходите… Куда ты там телепортируешься, Денис? Вот туда.»

«А как же люди и прочие живые существа?» — охренел я от такой способности отправить на плаху целую планету.

«Почти все разумные сейчас эвакуируются из Небарры в иные миры» — спокойно ответил Ка Дшуа. — «Храмы не просто так кругом разбросаны, функционал алтарей весьма многогранен. Да, успеют не все. Но они погибнут так и так, гибель же от Гнева будет моментальной, в отличие от гибели от лап арахнидов. Души же их, за неимением других вариантов, пойдут напрямую к Мардукору, такова одна из функций Гнева.»

«Все-равно это как-то неправильно.» — вздохнув, покачал я головой.

«М: Это война, Денис. На войне много чего неправильного и несправедливого. Именно потому погибшим при подобных обстоятельствах в моих «Залах героев» предоставляются лучшие места и лучшие условия. А особо отличившимся дается шанс на вторую жизнь.»

«Я: Всего-лишь некоторым? А почему бы не всем?»

«М: У всех способностей есть свои пределы, Денис. Вот ты можешь одновременно создать тела миллиону живых существ? Нет, не можешь, не отвечай. И так знаю. А нам, без таких творящих аспектов, как у тебя, намного сложнее создавать тела из ничего, сколько бы миллионов лет нам ни было.»

«Я: Знаешь… Ваша семейка это все заварила, ей и расхлебывать. Слушай… Нет, получается — читай мое второе желание. Когда мы все это расхлебаем, если расхлебаем, то ты и все остальные боги восстановите Небарру до состояния «как позавчера». Вместе со всем, что с нее испарится. И воскресите всех живых существ, вплоть до микробов. Как ты их всех заставишь, твои проблемы, но вместе, я прям уверен, вы сможете».

«М: Ну это уже перебор! Хотя, если изъять из души Крона пару богов природы… Ладно, людей точно всех вернем, и даже животных, раз уж ты у нас даже в этом воплощении природу любишь. Это я смогу обещать. По поводу восстановления прямо всей Небарры… А, хрен с тобой! Если и вправду вернется весь Пантеон, мы сделаем это, а кто не захочет — лично отправлю в загробный мир второй раз, и теперь без права на возврат!»

И в этот миг все вокруг ощутимо тряхнуло. Словно… Словно сверху на землю упало что-то очень большое и тяжелое. Моментально переключив голограмму с поля сражения на территорию священного города, нашим глазам предстал уже знакомый нам стокилометровый жук. Создав вторую голограмму, с более детальным масштабом, мастер продемонстрировал нам огромную голову этого транспортного насекомого, медленно опускавшего лапу на городские кварталы. Когда конечность коснулась поверхности, храм повторно тряхнуло. После чего жук начал ложиться на землю, и когда его брюхо опустилось на дома, строение тряхнуло пиздец как сильно. Хорошо хоть храм на совесть был возведен, и в стенах ни трещинки не возникло.

— У вас пять минут на то, чтобы сдаться. — раздался довольный голос Ананси. — Мастер, ты можешь не выходить. Порадуйся жизни лишние минуты.

— Как ты так легко взломал храмовую систему? — неожиданно спросил Леха в ответ.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Да я же ведь эту систему и проектировал! — рассмеялся бог обмана. — Неужели вы думаете, что я бы не оставил себе такую соблазнительную лазейку в файерволе? Даже ломать ничего не нужно было! Айлис считает меня создателем, что очень близко к правде.

«Проклятье!» — раздался в ментальном канале голос мастера. — «Если это так, то… Мне действительно придется остаться. Я уничтожу центральные кристаллы Айлис, иначе гнев будет не запустить.»

В этот момент отворились двери в нашу комнату, и в помещение влетели обычные храмовые летающие дроны. Только вот в манипуляторах у них были зажаты штуковины, подозрительно похожие на бластеры, и дула этих агрегатов были недружелюбно направлены в нашу сторону.

— Денис, Алексей, владыка Ананси ожидает вашего визита. — нежным, даже дружелюбным голосом произнесла Айлис. — Пожалуйста, проследуйте на поверхность.

«Мастер, справитесь в одиночку?» — мысленно спросил его Леха.

«Да, не переживай за меня» — усмехнулся Ка Дшуа в ответ. — «Уж с чем-чем, а с дронами храмовыми я справлюсь.

Посмотрев по сторонам в поисках Миюффт, я понял, что та опять скрылась в невидимости.

«Не волнуйся, с вами я, с вами.» — раздался в моей голове ее усмехающийся голос.

— Ладно, Лех, пошли спасать маму. — вздохнув, направился я к дверям. — Ананси, слышишь? Мы идем!

Когда мы выбрались из храмовых недр на улицу, я осмотрелся вокруг. В целом, красиво. Закат, ясное небо. О происходящем на другом конце мира пиздеце не говорит вообще ничего. Если не считать огромной туши жука, спина которого тонула в небесной выси, а пузо заканчивало плющить город. Одну свою переднюю лапку жук поднял на спину своего грудного отдела, туда, где у него ранее открывался шлюз, и через некоторое время спустил оттуда Ананси. В человеческом обличии, он держал за левый локоть перед собой мою маму. И Лехину жену.

«Мастер, отсюда наш ментальный чатик добивает?» — молча подумал я, пока бог обмана опускался к нам.

«Да…» — раздался приглушенный голос Ка Дшуа в моей голове. — «И это хорошо, будет возможность предупредить, когда я смогу активировать Гнев»

«Отлично. Лех, это мама Света, или иллюзия? Твое кольцо как-нибудь может это определить?» — спросил я.

«Вне всякого сомнения, это она.» — сжав правую руку в кулак и прижав ее к сердцу, ответил паладин.

«Какой план действий?» — на всякий случай уточнил я. — «Как обычно, импровизируем на харизме?»

«А у нас когда-нибудь по плану проходило все?» — мрачно подумал в ответ Леха. И как это у него получается — даже мысленно ворчать? Талант…

Тем временем Ананси ступил на землю, толкнув маму перед собой. Та шагала явно под ментальным контролем, тупо глядя перед собой с абсолютно безэмоциональным выражением лица. Сам же бог обмана шагал немного позади ее с жутко довольным ебальником, словно ему на работе пообещали премию сразу за десять лет работы выплатить. Не дойдя до ступеней храма метров двадцать, Ананси остановился и вопросительно посмотрел на нас. Леха сразу схватил меня за шею и потащил вниз. Ебать у него хватка, я вам скажу! Ощущения были, словно меня терминатор поймал! Нет, терминаторы меня не ловили, но думаю, выражение «стальная хватка» родилась не просто так, и это именно про такие случаи. А стальная — значит терминатор. Доведя меня до основания лестницы, Леха остановился и ощутимо нажал рукой вниз, заставляя меня встать на колени.

«Думаешь, поверит?» — с некоторым сомнением спросил я у воина.

«А у нас много вариантов?» — еще более мрачно спросил он в ответ и продолжил уже вслух, обращаясь к властелину арахнидов. — Ананси, мы согласны на обмен. И… Скажи, как присоединиться к Крону?

— Серьезно? — то ли сделал вид, то ли удивился бог обмана. — Ты думаешь, я поверю, что ерпарх самого МАРДУКОРА вот так легко предал своего бога?

— Я самый молодой жрец. — вздохнув, ответил Леха. — Мардукор, по сути своей, вынудил меня служить ему, дав простейший выбор — либо сгинуть в лесу незнакомого мне мира, либо работать на него. Будь у меня выбор, я бы сто раз подумал, встать ли на сторону такого кровожадного и эгоистичного существа. А я ведь молод, я еще жить хочу, и… Хочу, чтобы Света тоже жила.

— М-да-а-а… — протянул Ананси, качая головой, после чего посмотрел на меня ТАКИМ пронзительным взглядом, что у меня аж кишки зачесались. — Ну что, братишка, слыхал, чего твои славные жрецы стоят на самом деле? Ты же слышишь, я знаю! Ты не можешь не слышать.

— Так что ты скажешь? — нетерпеливо и слегка дрожащим голосом спросил пауковода Леха. — Можно будет к вам присоединиться или мы со Светой просто сможем дожить оставшиеся годы в каком-нибудь тихом спокойном мире?

— Ты правда думаешь, что перебежчикам есть место в наших рядах? — скривился Ананси, словно ему в нос пернули. Ой, а ведь было, было… — У нас работают за саму идею уничтожения старого, консервативного мира, выстроенного Пантеоном. Те, кому надоела власть древних богов. Те, кто хочет расшевелить этот застой в развитии! Ладно, тебе я сохраню жизнь. Но вовсе не из жалости. Я хочу, чтобы ты до самой своей смерти мучился тем, что все дальнейшее — исключительно твоя вина! Чтобы ты раз и навсегда запомнил, что невозможно тягаться во лжи с богом обмана!!!

С этими словами из ниоткуда в его правой руке возник среднего размера кинжал, которым он с размаху отсек голову моей матери. Мое сердце на несколько секунд замерло, а Леха и вовсе грохнулся на колени.

«Лех, скажи, что это иллюзия.» — только и смог подумать я в общий ментальный канал.

«Нет…» — растерянно ответил он, прижимая правый кулак к груди.

После чего резко вскинул голову и посмотрел на Ананси таким взглядом, что тот даже немного отшатнулся. Глаза паладина сначала превратились в бордовые угольки, а через пару секунд — в яркие красные фонарики, бившие кровавого цвета световыми лучами. Даже скорее не фонарики, а лазерные указки. Одновременно с этим узоры на его доспехах засияли ярким алым светом, превращая Леху в огромный ярко-красный фонарь. А в следующий миг паладин рванул с места и размытой тенью протаранил бога обмана.

Представьте себе краш-тест белаза. Или столкновение грузового локомотива со скалой. От удара Лехи об Ананси по округе прошла настоящая сейсмическая волна, а земля содрогнулась, словно рядом под землей бомба рванула. Вот только бог обмана, пидарюга эдакая, выстоял. Выстоял и просто толкнул Леху, от чего тот пушечным снарядом пролетел в сантиметре от меня и затормозил об ступени, создав в них ударную воронку метров на пять диаметром.

Тут же что-то загудело сверху, а небесный свод начал светлеть.

«До удара Гнева пять секунд» — раздался приглушенный голос мастера в ментальном чате. — «Уходите.».

«Леха, валим!» — рванул я в сторону паладина.

«Четыре…» — отсчитывал Ка Дшуа.

«Оставьте меня, я должен убедиться, что он сгинет» — отмахнулся воин, пытаясь оттолкнуть меня в сторону под нарастающее сверху сияние, превратившее округу уже в настоящий солнечный день.

«Три, два…» — тикал таймер голосом главжреца.

— БАБЛ!!! — рявкнул я на контуженного паладина.

«Один.» — закончил отсчет мастер. — «Удар»

И ровно через секунду после того, как нас окружила мерцающая пленка лехиной защиты, округу просто залило ослепительным сиянием. Не было никакого рева и еще чего. Просто море света, в котором я тупо перестал видеть даже собственную вытянутую руку. Даже глаза закрыть не помогало. Единственное, что было, это легкая тряска земли под ногами.

«У всех со зрением рамсы?» — подал я мыслеречь.

«Да.» — ответила Миюффт. — «Это от света сетчатка сгорела, я лечу. Только она сгорает с той же скоростью, а если я начну лечить сильнее, то Ананси заметит мое присутствие.»

«Думаешь, есть еще смысл прятаться?» — даже реально приподнял я бровь.

«Мало ли.» — ответила мелкая, и я даже готов поспорить на пузырь, что она при этом пожала плечами.

«Вы всерьез считаете, что он выживет там, за куполом?» — с каким-то сомнением в голосе спросил Леха.

«Да че то уже хер его знает, что от него ожидать» — пару секунд подумав, ответил я. — «На секундочку, он Гарика одолел, а его даже наш босс победить не мог в честном бою»

— Вот вы где! — разнесся по округе не то мысленный, не то физический голос Ананси, а по куполу снаружи что-то ощутимо ударило.

«ДА КАК ЕГО ОДОЛЕТЬ?!!!» — прям рявкнул в ментальный канал Леха.

«Мастер, ты тут?» — решил спросить у самого опытного из нас совета.

«Нет больше мастера» — ответила Миюффт. — «Испарился вместе с храмом»

— ВАМ НЕ ОДОЛЕТЬ МЕНЯ! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! — раздался издевательский голос бога арахнидов, после чего последовал еще один мощный удар по защитному куполу. — А ЗНАЕТЕ ПОЧЕМУ? КРОН ВЛИВАЕТ В МЕНЯ МАНУ ВСЕХ ПЛЕНЕННЫХ БОГОВ! А ЧТОБЫ ВЫ РАНЬШЕ ВРЕМЕНИ НЕ УЗНАЛИ, ОН ПРОСТО НЕ БРАЛ МАНУ ВАШЕГО ХВАЛЕНОГО МАРДУКОРА! ХА-ХА-ХА-ХА!

— Посмотрим тогда, что ты на это скажешь… — пробормотал я себе под нос, начая закипать от бессилия, плюс придали силы и уверенности в своих действиях воспоминания о том, как он обезглавливает маму.

С этими словами я достал из астрального кармана чернодыровое ядро и зарядил перчатку-генератор. Еще минус один час на таймере до полного слияния, на который уже было полностью и целиком насрать, и я «вспоминаю», как качать ману от всех своих собутыльников из иных миров. Благо, что способности «мастера-спиртоеда» засчитывали за оных даже тех, кто пожрал моего благословленного винограда, и шкала маны тут же ушла в бесконечность. Положив руку на Лехин наплечник, чтобы генератор считал его за союзника, я почувствовал, как Миюффт прижимается ко мне, обнимая со спины. А ментальный канал передал информацию, что сделала она это с той же самой целью.

«Твой барьер растворится от таких мощных потоков маны» — грустно прошептала она в чатик.

«Главное, чтобы тело раньше времени не растворилось.» — усмехнулся я в ответ, и активировал берсу с параметром на живучесть, настроив туда единичку с двадцатью нулями. Не знаю, как эта цифра называется, и как-то похер. В момент активации способки мне показалось, что мою душу вывернули наизнанку, а тело обуглилось до самых костей. Благо, что Миюффт обезболила своими способностями, а живучесть, раздутая до пиздецовых цифр, за секунду отрегенила все обгоревшее мясо. Усмехнувшись, я кивнул сам себе и принялся перекачивать всю доступную мне ману в левую руку.

По когтям пробежали мощные искры, тут же превратившие железный шарик в черную точку, принявшуюся стремительно расти. Мана сперва текла с заметной натугой, но постепенно легчало. Я чуть ли не физически ощущал, как раздуваются линии маноканалов, и вместе с этим таймер обратного отсчета взбесившись, отсчитывал минуты с секундной скоростью.

Не знаю, каким образом там что в черных дырах работает. Да что там, даже ученые до конца еще этого не знают. Но перчатка продолжала работать даже тогда, когда черная сфера на руке раздулась до локтя. Все это время Ананси продолжал лупить по защитному куполу. Отставив руку в сторону, чтобы не задеть союзников почти метровым черным шаром, я ощутил, что Леха начал дрожать.

«Чего с тобой, Лех?» — поинтересовался я.

«Наши силы иссякают.» — сильно уставшим тоном ответил он. — «Стреляй в него и уходи. Я постараюсь его еще некоторое время поотвлекать. Попробуй напасть на логово Крона, пока все будут думать, что ты тут. Вдруг удастся.»

И в этот самый миг закончился «Гнев Божий». Что называется — дежавю. Утихшее сияние открыло нам вид на огромную воронку со склонами из светящегося расплавленного камня. И мы посреди этого моря булькающей магмы на небольшом островке, защищаемом от расплавления Лехиным куполом. И прямо в воздухе перед нами стоит Ананси, положив ладони на защитный пузырь со злорадной ухмылкой на ебальнике. Немного позади, за его спиной висел без единого следа от Гнева его жучара. Увидев черную дыру, выражение Анансиновой морды сменилось со злорадной на удивленную, а в следующий миг его морда познакомилась с черной сферой поближе.

Освободившись от сгенерировавшей ее клешни, черная дыра стремительной черной молнией пересекла пространство, даже не заметив помехи в виде бога обмана, втянув его в свои недра, и помчалась в сторону жука, втягивая в себя тут же устремившиеся к ней потоки расплавленного камня, притягиваемые ее гравитационным полем. Врезавшись в хитиновую морду этого транспортного средства, черная дыра устремилась в его глубины, просто поглощая гигантскую тушу, закручивая ее в себя ее по спирали. Остановившись где-то на середине искореженного тела, снаряд взорвался, устроив над воронкой второе подобие божьего гнева. А я резко почувствовал острую слабость и головокружение. Мана показала дно, сожрав последнюю порцию на берсу, а я без сил упал на колени. Рядом, покачнулся и упал на одно колено Леха, а защитный купол начать дрожать.

Неожиданно, перед нами открылся портал, из которого вышел и встал на воздух… Ананси. От увиденного голова закружилась с утроенной силой. Сука, все зря!!!

— Сволочи, такую мощную аватару уничтожили. — грустно вздохнув, не открывая рта, произнес бог обмана. — Даже сам Гуал Вакалар бы не разобрал, где оригинал, а где подделка.

— Только не говори, что вы знакомы? — из последних сил прошептал я, не желая думать, что оркорак мог быть на их стороне.

— Конечно знакомы, дурик. Я ведь Третий. Неужто не додумался у Глазика спросить про меня ничего? Хотя, чего ж это я. Ты, Шестой, никогда усидчивостью не славился. Как был пофигистом, так и остался. Но ты молодец, да. Все четко по сценарию сделал, как планировалось. Ну, да ладно, пошли уже в клетку. — вздохнув, похлопал ладонью по защитному пузырю Ананси, от чего тот лопнул, Леха без сознания грохнулся на землю, а я ощутил мощную волну жара и вакуум, попытавшийся меня вывернуть наизнанку. Воздух, как и было обещано, полностью испарился.

С этими словами он ступил на наш островок и легким движением ноги спихнул бессознательного Леху в расплавленный камень. После чего взмахнул рукой, и последнее, что я увидел перед тем, как потерял сознание, это мелькнувшую перед глазами странную пленку, окружившую меня в виде пузыря, и таймер до слияния разумов, показавший одиннадцать часов.

Глава 35

И вновь картина маслом: «Голоса на привале». Уже знакомый мне астероид, ныне разрушенный приспешниками Крона. И вся старая компания, шесть морд. Сефоттин, Гуал, три Норны и я-Вакх. Вот только старушки сошли со своих кресел в кои-то веки и сейчас вместе с нами стояли вокруг подставки с «глазиком», возложив на него свои руки. На шарике даже места столько не было, сколько на нем сейчас было рук, так что ладони лежали и друг на дружке. Каждый занимался своей частью программирования реальности, в частности я сейчас надиктовывал одному человеку строчки одной песенки, для одной рок-группы. Да, сейчас не родились еще ни человек, ни группа, и до их рождения еще не одно тысячелетие. Но в свой час они появятся, и создадут группу Septem Voices и одноименную песню, если перевести название группы: «Семь голосов». По некой иронии судьбы, их будет при этом не семеро, а шестеро, как и нас.

«Вот и все, Мать Земля, мы отбились от предков,

Поменяли обычаи и простили заветы.

Мы забыли рождение и в лицо вам хохочем,

Мы краснеем от солнца и чернеем от ночи.

Здравствуй, Небо Отец, мы лежим под тобою!

Знаем совести эхо ты навечно укроешь

От бесплотных надежд, и от душ неспасенных,

И от всех тайн людских, нам судьбой принесенных.»

Признаюсь честно, я этого не сочинял, это все младшая из Норн, та, которая все время молодится. Пятая. Почему пятая? Глазик особо не заморачивался и, когда создавал наши души, тупо пронумеровал их. Тем более, что и самого понятия «имя» в те далекие-далекие времена не существовало в солнечной системе. Откуда тогда были цифры? Откуда-то извне, от творца. Личности как таковой у души нашего Солнца и не было, но из каких-то гораздо более древних воплощений, более древних, чем даже наша вселенная, у этой души были простые понятия о том, что существуют слова, цифры и в принципе — разумная речь и математика. Тогда, еще в другой реальности, эта душа была живым разумным существом, и после смерти отошла в аналог наших чертогов смерти к своему богу, ставшему в последствии нашим творцом. Тот создал нашу вселенную, а души своих верных последователей воплотил в звезды, планеты, галактики… А сам куда-то съебался. Не то спать, не то на дачу.

«Кровь как сок на губах, все засохнуть не может.

Неужели конец и ничто не поможет?

И никто не заметит, что были мгновения,

Когда шепота грохот перешел в песнопения,

Превратился от слова ко слову в молитву

За еще уцелевших, за последнюю битву.

И за тех, кто остался лицезреть это чудо -

Как по собственной воле все пришли ниоткуда.»

Не настолько прям пророческие слова, но это про грядущую последнюю битву. Еще более последнюю, нежели та, после которой я отрубился и погрузился в пучину воспоминаний в очередной раз. Приукрашено — мама не горюй! А перешедший в песнопенья шепот — это метафора нашего сиюминутного шепота вокруг шара. Когда-то, через много-много лет, этот наш шепот превратится в песни, и некто Денис Синюхин услышит строчки:

«Извечно помнили семь слов: друг, враг, ложь, правда, совесть, бог, любовь!

Запомнили, кто слышать мог, их семь бессмертных голосов.»

Семь голосов. Семь источников сил души нашей звезды, и семь инструментов, помогающих ей влиять на происходящее под сенью ее лучей. И у каждого голоса своя особенность, характеризующая его характер. Первый голос — «друг» — средняя Норна. Та, что ни старая, ни молодая, а нормальная такая милфа. Достаточно дружелюбная ко всем. Второй голос — старшая, вредная старушенция. Не то, чтобы она прям враг всему живому, но характер у нее достаточно злобный, и именно она всегда строит «плохие» линии судеб. У средней не хватило бы духу на это. Но и херни она лишней тоже не творит, ей совесть не позволяет. Не в том смысле, что у нее эта черта личности сильная, нет. Совесть гипертрофирована у пятого голоса — у младшей Норны, и она в этой троице для баланса.

С Гуалом вы уже знакомы, он четвертый — правда. И это реально про него. Может чего-то недосказать, или сказать так иносказательно, что даже элита оракульская удушится от зависти. Но соврать не сможет по природе своей. Не то, что третий — Ананси. Вот тот пиздеть умеет так, что сам иногда забывает, что спиздел и начинает думать, что выдуманное им было на самом деле. На текущий момент он сгинул, давным-давно, еще на Марсе, когда Крон себя вспомнил и начал херню творить. Вот только… Это тоже произошло не спроста, и Норны с Сефоттином произвели внедрение его во вражеские ряды еще до того, как родился даже не Крон — а простой марсианский паренек Корглав.

С шестым голосом все просто. Личинка творца — «бог» — это я. Последним же якорем-голосом Глазик создал Сефоттина. Воплощение любви. Если читали греко-римские мифы, то поймете, о чем речь. Перелюбил все, до чего мог дотянуться. Правда, особо его винить не стоит. Ну не виноват он, что его таким создали, и каждую свою любовницу он совершенно искренне любил, простите за тавтологию. Правда, пойди это жене объясни, но… Это уже отдельная история. Почему же она не ушла от него? Ну… Отчасти, потому что у титанов не приняты разводы, отчасти — потому что действительно нужно смертным пример подавать. Еще немножко потому, что верховные боги на дорогах не валяются, в отличие от богов бухла, и статус старшей богини уйдет от нее вместе с разводом. Но самой главной причиной была та, что она была пусть и необычной, но все же бабой. А Сеф любил ее совершенно искренне и очень сильно. А за это бабы очень часто могут простить даже ежедневные измены. В конце концов, если бы не эта его черта, то очень многие из богов и не родились бы, включая и меня. Как уже ранее упоминалось, сильная душа может родиться только у сильной души, в семье простых людей боги не рождаются. А прочие обитатели Пантеона особой плодовитостью не страдали. В общем, именно в этом и было основное предназначение Сефоттина и его любвеобильности.

«Поднимались с колен и бежали навстречу

Неизвестно чему, просто так было легче

Избежать страшных встреч с безжалостной тенью,

Что являла собой их сердец преступления.

Насмерть падали, в кровь разбивались те люди.

Ну и что ты с них спросишь и за что их осудишь?

Может кто-то смеется, может кто-то и плачет,

Но за сделки с их совестью им никто не заплатит.

Извечно помнили семь слов: друг, враг, ложь, правда, совесть, бог, любовь!

Запомнили, кто слышать мог, их семь бессмертных голосов…»

Самым странным в том, как я это вспоминал на этот раз, было то, что я осознавал себя Денисом, а не Вакхом, хотя воспоминания шли именно от лица того, древнего бога бухла. Знаете, как бывает сон, в котором ты наблюдаешь за собой, но словно со стороны. И при этом я, не будучи Вакхом, понимал, знал — что все те песни, что выпали мне в качестве пророческих, точно также были надиктованы сквозь время нами. Почему для этого понадобились разные исполнители? Ну, не каждый смертный выдержит напор божественного откровения больше одного раза. Тут реально нужны оракульские предрасположенности, чтобы один и тот же текстописец сумел несколько раз услышать шепот Глазика и не сойти с ума.

«Листьев шелест остался и ветер гуляет.

Земля наша чиста, и сама избавляет

Всех живущих на ней от подобных судов,

От бесчестных поступков и мыслей, и слов…»

Да уж. Земля теперь чиста. Чище некуда! Даже от воздуха очистили…

И вот тут до меня дошло, что за хуйня происходит! Я хер его знает сколько пролежал в отрубе после того, как перенапрягся с генерацией черной дыры, и в настоящий момент заканчивалось слияние личностей и памятей меня нынешнего и меня прошлого! А еще… Еще после моих тренировок по перемещению у меня в астральном кармане остался мой аватар. Несмотря на то, что основное мое тело ушло в отруб, этот мой клон продолжал спокойно там здравствовать. От скуки он начал бухать и слушать музыку. И эта самая песня в его ушах и создала этот вот самый сон-воспоминание!

Тот самый редчайший момент, когда ты осознал во сне, что спишь. Только вот не проснулся, как это обычно при этом бывает. Забавное на самом деле ощущение. Я сплю, при этом понимаю, что сплю, и могу контролировать действия своего аватара. Хотя, на самом деле это не так уж и сложно, я ж мильоны раз так делал. Стоп. А вот это уже не мое воспоминание… Хотя нет, мое, только Вакховое, а не Денисовое… Черт, я ж так чокнусь, причем не стаканами…

«Не волнуйся, ты не сойдешь с ума.» — раздался в моей голове мягкий голос Глазика, так и плавающего по астральным просторам. — «Если что, я помогу тебе с этим справиться, но думаю, ты сам сумеешь это одолеть. А сейчас — просыпайся, пора заканчивать».

И я очнулся. Пробуждение, прямо скажу, было не самым приятным. Голова гудела и кружилась, как с жестокого похмелья. Я даже не сразу сообразил, где нахожусь, да и не до того было. Отсчитывающий минуты до конца существования личности Дениса Синюхина как отдельного алкаша, больше не было, однако интерфейс и медальон с МобиСРаЛом исправно работали. А это означает лишь одно — слияние личностей произошло. Вот отсюда и память Вакха, как собственное во сне.

«Скажи, как мне тебя теперь называть?» — раздался в моей голове растерянный голос Миюффт.

«В смысле? Как Дионисом звала, так и зо…» — автоматом ответил я было, и тут же сам поймал себя на мысли, что что-то не то.

Тряхнув головой, я зажмурился от внеочередного вертолета и приступа тошноты. Черт, а ведь именно этого я опасался, что мои личности вступят в конфликт. Что Синюхин, как более молодой и сильный, займет мое место при слиянии! Нет, стоп, что я несу? Это наоборот, Денис боялся, что я его поглощу… Блять! Блять, блять, блять!!!!! Что я теперь такое?!!

«А что обо мне говорит система?» — поинтересовался я у мелкой.

«Тут нет системы» — вздохнула Миюффт.

Черт, а ведь и вправду, откуда ему тут быть? Это у меня медальон остался, да и тот — не мой. Кстати, что там сказано? Ну-ка, мобисрал, покажи мой профиль!

«ERROOR»

— Очнулся, наконец! — раздался незнакомый мне голос. — Славно вы меня одурачили, славно!

Такой ответ я получил. Причем именно так, через двойное «О». Ну, этот кулон тоже можно понять. Он, когда проектировался, совершенно не был рассчитан на такие перегрузки. Даже чудо, что он еще работает. Хотя, а в чем чудо-то? Сам же ведь его через глазик на то и запрограммировал.

Глава 36

Я осмотрелся вокруг. На самом деле, в данный момент совершенно не имело значения, кто из нас взял верх. Главное, что мы оба понимаем, что без этого слияния мы бы не смогли осуществить задуманное. В данный момент я сидел просто на каменном полу и был накрыт полупрозрачным куполом. Он не был материальным, нет. Весьма похожую пленку я видел в архивных записях, из нее была сделана тюрьма для Крона. Искаженное пространство-время. Оно полностью отсекало внутреннее пространство от внешнего. Проникнуть через такую пленку могло лишь то, чему разрешал «оператор» генератора. В данном случае — сам Крон, как единоличный создатель, полностью контролирующий преграду.

Единственное, что не могла эта преграда разорвать — это прямые связи души. Именно такие связи имеют души богов с настоящими Реликвиями. Именно так, с большой буквы. Реликвии и Святыни, являющие истинные божественные чудеса. Все, что могла эта преграда — это максимально эти связи ослабить.

И опять же, ослабление это происходило в одностороннем порядке. Умышленно. Для того, чтобы души всех последователей безо всякого препятствия находили дорожку к своему покровителю. И именно это сыграет ключевую роль в замысле. Эх, жалко, Небарры больше нет, там такие отличные фонтаны были! Но и благословенного винограда хватит. Должно хватить. Стоит отдать должное Зив. Если бы не ее жертва, если бы она не перенапряглась, виноградников было бы меньше, и тогда маны, поступающей от искренне поверивших в меня алкашей не хватило бы. И мелкая бы тогда не получила свой заоблачный уровень, и просто не сумела бы так качественно лечить эту обгорающую, совершенно пока еще не приспособленную под те потоки магической энергии, что через нее проходят, оболочку.

Я поднял голову перед собой и сфокусировался на мужике средних лет. Мужик, как мужик. Красноватая кожа, как у всех марсиан. Тоже странная вещь, на самом деле. Все, кто жил на этой планете, через несколько сотен лет приобретали такой оттенок кожи. Даже сама планета после зачистки красной стала. В общем, простой человек-марсианин. Если бы не мощная аура, чувствовавшаяся даже в моем пузыре, я бы и не подумал, что это дедуля Крон. Корглав даже не был на него похож, но почему-то он решил оставить себе это тело. Или ему было просто похую на внешность?

Крон был одет в просто серый комбинезон, похожий на костюмы людей из стартрека, с небольшим отличием. Роскошный золотой погон-эполет на левом плече, как у царских генералов-маршалов. Я-Денис ожидал, что Крон встретит меня, сидя на величественном троне, возможно, из вражеских костей и черепов, но мужик просто стоял на полу передо мною, на небольшом расстоянии. Рядом — Ананси. В таком же комбинезоне, только с серебряным наплечником и с ехидной усмешкой на ебле.

— Привет, дедуль. А можно я с пацанами на рыбалку схожу? — похлопал я глазами и осмотрелся вокруг.

— Не, внучок. Вы с ребятишками плохо себя вели и потому будете дома сидеть. — хохотнул в ответ Крон.

— А можно тогда друзья сюда придут? В приставку порубимся, да на мечах. — усмехнулся я в ответ.

— Ну. Пусть попробуют. — секунду подумав, кивнул мой собеседник. — Даже интересно было бы посмотреть, кто и как сюда сможет пробраться.

— А если серьезно, можно последнее желание? — обратился я к Крону. — Все равно теперь, запертый в этой клетке, я тебе ничего уже сделать не смогу.

— Смотря какое. — удивленно поднял он бровь. — Сам наверняка понимаешь, выпускать тебя никто отсюда не будет.

— Прекрасно понимаю. — усмехнулся я в ответ. — На самом деле ерунда. Просто хочу бухнуть с дедом на последок.

— А я все думаю, первый предложишь, или просить придется. — захохотал Крон. — Про фирменное вино Вакха знаешь? Последние его запасы в кладовых Пантеона хранятся, так никто ключи не дает! Малолетки, совсем уважение к предкам потеряли.

Знаю ли я про свое фирменное красное полусладкое?! Конечно! Теперь я все про него помню. То самое, которым меня в первый день Мардукор угостил. Мой лучший рецепт, из лучшего сорта благословенного винограда!

Почесав правой рукой затылок, я огляделся вокруг. Просторная, огромная и высоченная светлая комната из камня. Или просто отделка под него? Хотя нет, не отделка. На марсе гранит легок, из него спокойно строили колонии, как на земле из дерева дома складывают. Я при этом нахожусь на полу, у стенки, накрытый куполом. Не знаю, вип это, или просто еще не запечатали в капсулы, как у других пленных богов? Они-то вон, по стенам развешаны. И каждая сфера облеплена железками, проводами, трубками, кристаллами и прочей лабудой. И магическим зрением прекрасно видно, как они откачивают ману из своих пленников. Вон, неподалеку, вижу Мардукора, а рядом с ним батя, Сефоттин. Ну надо же было ему Степаном обозваться, когда на Землю меня перезачать сошел? Лучше имени придумать не мог? Или просто, чтоб максимально созвучно с оригиналом было?

Черт, а это весьма забавное ощущение! Я-Вакх знал, что Сеф был физиологическим отцом Дениса, а Я-Денис не знал и искренне удивился этому факту из обобщенной теперь уже памяти! Даже, я бы сказал, охерел.

«Я: Босс, а ты вроде говорил, что ваши вместилища непрозрачные?» — написал я-Денис Мардукору сообщение.

«М: Крон торжественное представление устроил, чтобы показать всем, что все кончено». — пришло ответное сообщение, только оно еще в добавок сопровождалось эмоцией. Эмоцией мрачности и отчаянья.

Да, Денис не мог знать, отчего так. Но вот я знал. Да, пожалуй, я как Вижн из мстителей. Я не Денис, но я и не Вакх. Я нечто новое. Не знаю, привыкну ли, хотя оно и не нужно. Я-то знаю, чем кончается пьеса. Короче, Вакх при жизни с херпаршеством вполне себе баловался. Это так на самом деле работает канал, соединяющий души бога и жреца. Это раньше система блокировала передачу эмоций через мессенджер, заменяя их на эмодзи. А сейчас амулет с интерфейсом и так работает через задницу, вот и результат.

В общем, сосредоточившись, я создал бутылочку того самого чудесного вина и стакан. Отлив себе порцию бухлишка, я протянул тару Крону и задумчиво посмотрел на барьер.

— Поставь на пол у мембраны и отойди. — сказал дедуля.

Я послушно выполнил его требование, аккуратно поставив бутылочку на самом краю пузыря и отойдя к противоположной стороне камеры. Неожиданно стенка дернулась, и моя тюрьма отъехала на полметра назад, пропуская тару наружу. Крон наклонился и поднял бутылку, задумчиво посмотрев на нее. После чего в его руке буквально из неоткуда возник красивый хрустальный фужер, в который он плеснул небольшой глоток вина. Покрутив напиток по стенкам посудины, с лицом знатока он посмотрел вино на свет, после чего понюхал.

— Даже не попытался меня отравить? — даже с какой-то грустью спросил меня Крон.

— Ну вот еще, такой замечательный продукт портить! — обиделся я в ответ. — Есть и другие способы поднасрать.

— Тоже верно. — улыбнулся Крон и вопросительно поднял стакан.

Я принял этот жест и, подойдя к его стороне моей камеры, приложил к нему свой стакан. Крон чокнулся со мной через барьер и пригубил свою порцию. А я свою. Прекрасно. Отличное вино. Его даже закусывать не хочется, скорее это им нужно запивать еду. Закрыв глаза, я просмаковал волну удовольствия, что растекалась по пищеводу. И чуть ли не захлебнулся открывшимся океаном маны моего нового собутыльника.

Не знаю, что там хотел продемонстрировать богам Крон, но когда я открыл глаза, я увидел потемневшие тюрьмы остальных пленников, и лишь мой пузырь был все так же прозрачен. Сам же Крон просто молча развернулся и уходил, и лишь Ананси остался стоять возле моей камеры. Не говоря ни слова, бог обмана лишь еле заметно, на миллиметр приподнял брови и так же, миллиметрово, вопросительно кивнул. Я медленно моргнул и так же, на один миллиметр, положительно кивнул в ответ.

Все уже было готово к последнему раунду. Аватар, так и плававший по астралу, уже выдернул к себе Скяаррла и Циперона. Даже пришлось перекинуть стакан в клешню на левой руке, которую Крон даже не подумал снимать — настолько он был уверен в неразрушимости своей клетки. Зачем стакан перекидывать? Чтобы дать Денису волю сделать *рукалицо*, когда тот узнал сценарий, деталей которого не ведал никто из голосов.

В чем был секрет неразрушимости брони чокнутого шута? В его ульте. Тень думал, что это какая-то разновидность управления тьмой, или теневыми сущностями. Ну, в чем-то он прав. Костюм карлика состоял из чистейшей материи черной дыры, а форма ей придавалась исключительно за счет магии. Все, что нужно было шуту от бога мести — это уровень активации, который он и получил. Теперь, если Циперона как-нибудь убить в боевом режиме, то пизда придет всей материи в радиусе, наверное, километров двухсот, когда эта материя вырвется из-под контроля его души. И именно по этой причине он нужен в этой заварушке.

«Готовься лечить, мелкая» — предупредил я целительницу и зарядил клешню последним железным снарядом. — «В этот раз я живучесть повышать не буду, мне нужна каждая капля маны»

Миюффт ничего не ответила, но я тут же ощутил волну невидимого света, которая была характерна для ее магии. И почувствовал, как она крепко обнимает меня со спины. Спросите, почему мы оказались в одной камере? А вы еще не поняли, что Ананси провернул самую масштабную аферу в своей жизни, наебав Крона, будто он на его стороне? Ну, вот, я вам объяснил. Именно поэтому бог обмана так легко получил от меня пенделя в той пещере и снял слежку. Так он с чистой совестью мог сказать на любом детекторе лжи, что его раскрыли. Смерть мамы и Лехи… Если сейчас все срастется, босс их воскресит. Ибо должок. Так было нужно для дела, как бы это не было неприятно даже планировать… В общем, Ананси реально не видел Миюффт в ее суперневидимости, и Крон тоже не видел. А она ни на шаг не отходила, а потому и оказалась заперта вместе со мной.

Как я сумел достать ядро для генератора, если тюрьма все блокирует? Так астральный карман к душе привязан, и работает тот же принцип, как с душами верующих. Они же после смерти через мир духов уходят даже к богам, если те напрямую их сами не поглотили. Так что отсюда в астрал сам я уйти не могу, а притянуть к себе вещи оттуда — вполне.

И вот уже привычным образом пробегают искры по когтям перчатки, а железный шар превращается в маленькую черную точку, а в голове начинает звучать музыка, которую врубил мой аватар на плеере.

«Этот путь проделан мною.

Стонет пламя за спиною.

Синий мрак огнем истерзан.

Это гибель, это бездна.

Груз ошибок плечи давит.

Сил бороться не хватает.

За непокорность жестоко

мне рок отомстит, но я делаю шаг.»

Да, без всяких сомнений, этот путь я проделал с ошибками. Но они все были допустимыми. Хотя, если честно, если бы я в парочке мест не накосячил, вложил бы вовремя очки опыта в контроль маны, сейчас было бы намного легче. Но сейчас уже не было времени что-то менять. Вон, и Ананси это понимает. Едва я начал генерировать свой снаряд, он тут же перекинулся в огромного паука и напал на Крона. Ничего он ему не сможет сделать, но и моментально Крон тоже не отобьется. Так что пару минут на наращивание мощностей выстрела он мне выиграет. К тому же в данный момент я вливаю в генератор ману людей, стараясь не трогать запасы Крона. Денис бы так не смог, а я вот — могу.

«Безумцам нет пути назад.

Ломает стрелки на часах

последний мой азарт.

Мосты горят, горит земля.

За острый край шагаю я,

так надо.»

Да, эта моя последняя выходка должна сломать все стрелки на часах, разнеся мою камеру из искривленного времени на миллионы временнЫх осколков. А пока гигантский паук быстрыми ударами лап пытается пронзить своего начальника, но эти удары лишь с металлическим звоном отскакивают от невидимых щитов, высекая искры прямо из воздуха. Однако, причиной является всего-навсего лишь минутная растерянность Крона. Собравшись с силами, Крон просто взмахивает рукой, и движения Ананси начинают замедляться, а буквально через полминуты помещение содрогается от чудовищного удара невидимым молотом. И от гигантского паука остается лишь судорожно дергающее обломками лапок месиво. Но есть еще запасные тузы в астральном рукаве. С двух сторон, капканом, из воздуха появляются Скъаррл и Сциперон, а я начинаю вкачивать в генератор ману Крона, потому что мана людей уже закончилась, не успев еще толком восстановиться после предыдущего донорства. Тело шипит, обгорает и трескается, но мелкая добросовестно отхиливает эту шашлычную оболочку. Только вот вентиляции это не добавляет, и моя тюрьма постепенно начинает заполняться дымом.

«В едком дыме верить глупо,

что удача даст мне руку.

В мир иллюзий нет возврата,

и жестокой будет правда.

Страх ползёт змеёй по коже.

Выбор сделан. Жребий брошен.

Падают жизни осколки,

но будет свободным

предсмертный мой вдох.»

Да, после такого не выжить. Я знаю, что догорю раньше, чем до меня доберется хоть кто-то из богов, после их освобождения. Но, как говорит нежить, умирать страшно только в первый раз. В том, что победа будет нашей, я уже не сомневаюсь. Была контрольная точка, в которой Крон мог прибить Ананси раньше на полминуты, и тогда бы ничего не вышло, но теперь сценарий в наших руках. Потому что на сцену вышла эта ордынская парочка. Нет, несомненно, даже измазанные гнилью, придающей нехилых таких способностей к поглощению урона, они оба на порядок слабее этой древней и могущественной сущности. Вот только деморализующий фактор в виде метрового стояка у двухметровой черной гориллы отобьет желание приближаться к такому сопернику у любого.

Стая астральных охотников накидывается на Крона, оставляя за собой гнилостные слизистые следы. Меньше минуты, и одежда на дедуле съедена всепожирающей субстанцией, а Циперон, облизываясь, с удесятеренной прытью начинает бросаться на бога времени. Скъяаррл стоит немного поодаль и атакует Крона духами инферналов, но их огненная магия в большей степени лишь подогревает гниль, увеличивая силу охотников. Надо отдать Крону должное — меня бы уже давно растворили, тупо истощив запасы маны на регенерацию. Но как бы там ни было, ману у него я откачиваю быстрее, чем он ее восстанавливает, и постепенно становится заметно, что дедуля начинает сдавать позиции. Если честно, то вся эта история с черными дырками — все ради того, что было куда слить его ману…

«Безумцам нет пути назад.

Ломает стрелки на часах

прощальный мой азарт.

За край судьбы шагаю я.

Мосты горят, но всё не зря –

я знаю.

Время ещё не настало.

Последний удар остаётся за мной.»

Да, последний удар останется за мной. Но его время еще не наступило. Пока лишь время для залпа. Черная сфера, поглотившая мою руку до самого плеча, срывается и отправляется в свой короткий и стремительный полет. Вместе с моей рукой и перчаткой, оставляя лишь воронку на месте моего плечевого сустава. Но крови нет — она тут же сворачивается, а сама рана обугливается, как и все остальное тело. Рядом без сознания падает Миюффт, выходя из невидимости. А над ее грудью начинает подниматься бабочка души. А вот этого быть не должно было. Я нахмуриваюсь, в результате чего у меня хрустящей корочкой отваливается половина ебальника, но мне похер на это. Она должна будет подлечить Скъаррла после боя, мир не может сейчас потерять сильнейшего шамана. Так что, собрав в себе остатки сил, я вливаю в мелкую целительницу и маньячку свою прану.

Черная дыра, что, если судить по габаритам, должна была превратить станцию в каменную пыль, врезалась в спину Циперона и полностью впиталась в него, увеличивая рост монстра до пяти метров. Вот так вот кинг-конгами и становятся. Ошалевший от двухметрового хера, пронесшегося в сантиметре от его рта, Крон отшатывается, поскальзывается и падает. Это промедление позволяет шуту схватить его за ногу и начать примеривать, куда бы и как его трахнуть. Поняв, что размерчик не тот, Циперон уменьшает хер, но мне не до дальнейших событий.

Силы стремительно утекают, а без поддержки целительной энергии тело начинает болеть. Странно, вроде нервы должны были обуглиться уже нахрен. Ну да не до них. Аватар цел, и это главное. Остатки маны в берсу аватару, чтобы у того не отвалились руки от сверхсжатого смешарика. Флакон божественного яда, несколькими каплями убивающий драконов, забытый на дне рюкзака, намазывается на поверхность шарика. Уже с помощью заполняющей астрал силы духа рвущийся в битву демонический лук превращается в рогатку и вручается моей копии, и тот со всей дури заряжает смешариком в раскрытый от ужаса рот Крона. Скъяаррл не зевает и, вспомнив историю с собственным ртом и бутылкой, с размаху лупит по нижней челюсти Крона коленом, придерживая голову поперечно удерживаемым посохом, чтобы та не отлетела раньше времени.

И вот оно, время моего последнего удара. Пока я еще не рассыпался пеплом, с помощью аватара же я выдергиваю из перерожденного титана его душу, оставляя тело на забаву Циперону, закидываю ее в свои Сады вечного веселья и погружаюсь вслед за ним. Нужно успеть…

Эх, сады мои, садочки. Как же я скучал по вам! Не то, что Денис. Наверняка даже не полил вас ни разу… Так, Крон! Быстрее к нему!

Сосредоточившись на образе деда, я перемещаюсь к нему. Он стоит под яблоней, вылупив глаза, заполненные молочной дымкой, просто в никуда. А я же начинаю откачивать из него уровни.

«Так вот как это делается» — восклицает уцелевшая часть сознания Дениса, глядя на то, как из Крона в меня начинают перетекать потоки яркого света, напоминающего белое пламя.

Да, Именно так. И нужно спешить. Расшатанная всеми этими манипуляциями моя душа уже тоже начинает распадаться. Надеюсь, Глазик сумеет сохранить ядро и наставить каких-нибудь заплаток потом, при перерождении. Дух Крона начинает таять, и из нее вырываются другие духи. Это поглощенные им ранее, более слабые боги. Это хорошо, значит, я уже сумел ослабить его до того уровня, что эти поглощенные души смогли преодолеть удерживающие их скрепы. Вырвавшись на свободу, духи понимают, что к чему и начинают пытаться мне помочь, но я усилием воли изгоняю их из своих садов. По идее, там, снаружи, сейчас лопаются тюрьмы других, живых богов и они сообразят поймать их. Должны. Я же остаюсь, чтобы окончательно растребушить его душу. Даже простых людей, и даже арахнидов. Всех их — тоже прочь из сада!

В следующий миг окружающая картина начинает колебаться, и Сады веселья начинают тонуть в тумане. Земля колышется, как трясина, по ней ползут трещины и целые пласты искусственной реальности падают куда-то вниз. В проломах виднеется оно — ядро моей собственной души. то самое, которое видел Денис, находясь в каньоне воспоминаний своего прошлого воплощения.

И это единственный вариант избавить наш мир от сумасшедшего бога времени. Схватив в охапку так и не вышедшую из веселяночного дурмана душу Крона, я шагаю в эту пропасть и скрываюсь в ядре собственной души, наблюдая глазами своего аватара, как рассыпается пеплом мое основное тело. А когда я погружаюсь в пучину ядра, все гаснет.

Эпилог

Пип. Пип. Пип. Пип. Пип.

Как же неприятно пикают эти реанимационные мониторы. Хотя я знаю для чего это сделано. Этот мерзкий звук — он же даже мертвого разбудит! А это и есть основная функция реанимации. Эдакая некромантия по-научному.

Раскрыв глаза, я попытался посмотреть на разбудивший меня прибор, но не смог. Шея затекла так, словно я лежал без движения пару месяцев! Да и веки открывались с такой тяжестью, словно на них гирьки были подвешаны. Я попробовал пошевелить руками, и пусть и с трудом, но мне это удалось. Трубки, катетеры, капельница… Дежавю. Помнится, когда меня из запоя выводили, так же все выглядело. Готов поспорить, это не только та же самая палата, но и даже койка. Черт, а что вообще было? Почему я тут?

Неожиданно открылась дверь, и в палату вошел врач-реаниматолог. Почему я так решил? Так я знаю его, он же меня тогда и откачивал. Правда, пока я вспоминал, откуда я его знаю, у меня крайне разболелась голова. Мужик лет пятидесяти уже, с трехдневной щетиной на лице. Имени — хоть убей не помню.

— О, как я удачно зашел! — воскликнул он, увидев, что я пришел в себя. — И давно вы, молодой человек, бодрствуете?

— Нееет… — просипел я пересохшим горлом, явно отвыкшим говорить. — Что, где…

— Не помнишь ничего? — вздохнув, наклонился он ко мне и зачем-то посветил в глаза фонариком. — Себя хоть помнишь?

Нахмурившись, я попробовал вспомнить, кто я, и не смог. Вздохнув, я слабо и отрицательно помотал головой.

— Денис Степанович Синюхин ты. — проговорил он. — Ни о чем не говорит? — и, дождавшись моего отрицательного движения головой, продолжил. — На мотоцикле ты разбился, как на скорой сказали. Мол, нашли тебя в кювете, рядом — мотоцикл разбитый. Ну, ничего? Ладно, отдыхай.

С этими словами он что-то там подкрутил на капельнице, и меня отрубило.

В себя я пришел на следующий день, и через пару часов мне сказали, что меня переводят в хирургию, объединявшую в местной ЦРБ и травматологию, и неврологию, и еще что-то, где и продолжат лечить мою голову, расшибленную при падении. Вообще, сказали — прямо чудо какое-то. На полной скорости, и всего-навсего голову расшиб, хотя в шлеме был. Хотя должен был наоборот, тело в фарш, а череп целый. Но, реаниматологов чудесами не удивить. Очередное вот чудо, что я через три месяца комы в себя пришел, и все показатели сразу в норме. Словно после сна.

В палате меня встретили трое. Парень лет тридцати, девушка, на двадцать пять, и девчонка лет десяти-двенадцати. Представились Лехой, мамой Светой и сестрой Юлькой. Ладно, поверю. Смысл им меня обманывать? В общем, оставив мне апельсинов и плеер, они ушли. Зачем плеер? Говорят, он мне может помочь вернуть память. Мол, я музыку очень любил и не расставался с ним никогда. Ну, посмотрим.

***

— Ну что, вспомнилось что-нибудь? — спросил меня на следующий день Леха.

— Не. — покачал я головой. — Только сон странный приснился.

— Расскажешь? — заинтересовался друган.

— Да особо рассказывать нечего. — пожал я плечами. — Приснилась мне тундра какая-то, с морем, и там огромная каменная пирамида. На вершине когти, на боках глаза. И я из этой пирамиды из дверей выпадаю, голый и весь в слизи какой-то, и по ступенькам вниз скатываюсь, как с ледяной горки, на этой слизи, что меня покрывает. А пирамида эта, увидав, что я скатился, встает такая на ножках крабьих и в море уползает.

— Да уж, чего только не приснится. — как-то странно ухмыльнулся Леха.

***

В просторной беседке из виноградных лоз сидела необычная компания. Сефоттин по своей любимой традиции сидел прямо на воздухе, скрестив под собой ноги. Мардукор сидел справа от него, в плетеном кресле, прислонив своему сиденью большой двухлезвийный боевой топор. Справа от Сефоттина сидел Гуал Вакалар в обычном, орочьем обличии, а рядом с ним — краснокожий парень с прилизанной прической. Ананси. Три сестрицы-Норны, сидели напротив них.

Возле стола стоял и переминался с ноги на ногу, не решаясь присесть среди таких сущностей, Алексей в полном боевом доспехе.

— Он пришел в себя, и вроде как начал что-то вспоминать. — не поднимая взгляда на присутствующих, сказал паладин. — Причем вспомнил то, что видел при появлении, тот самый темный зиккурат, который и создал клон его тела.

— Или родил его. — задумчиво произнес в ответ орк.

— Не, для этого нужно, чтобы эту пирамиду кто-то трахнул. — усмехнулся Марудкор. — Только если он сам?

— А что, он мог. — заржал Вакалар.

— И все же, Эскулап однозначно сказал, что это тело — клон. — вмешался в спор Сефоттин. — Но вот самая загадка тут в том, что он однозначно пропустил свою душу через цикл перерождения. Так что технически он переродился, хотя и в прежнее тело.

— Но зачем это ему нужно? — удивился Мардукор.

— Он Крона заточил в себе. — ответила ему старуха.

— А вновь родившись, он его пожрал. — продолжила средняя.

— Избавив мир от старика навечно. — закончила младшая.

— В общем, он переродился, чтобы навсегда уничтожить ядро души вместе с личностной матрицой Крона. — решил более-менее понятно пересказать эту мысль Сефоттин. — Он поместил его душу в такие глубины собственной души, чтобы даже ни следа от его памяти не осталось. Однако, это же полностью уничтожило и все его собственные воспоминания. Что верхний слой личности, что внутренний, у него оба кристалльно чистые.

— Дела… — покачал головой Мардукор. — А ведь я ему еще одно желание должен.

— Должен — вернешь. — легко кивнул отец бога войны. — Мы посовещались и решили провести ему курс реабилитации в «Колыбели».

— Так вы за этим сохранили этот дурдом? — искренне удивился Мардукор.

— Не за этим, а для подобных случаев. — усмехнулся Гуал Вакалар. — Он ведь теперь первого уровня, даже сила и та до минимума опустилась. Спорю на коготь северного медведя, что у него сильнейшая слабость сейчас! Сила то в пять раз ниже, чем нужно для взрослого тела!

— А что за «Колыбель»? — настороженно спросил Алексей.

— Один из миров. — с улыбкой ответил Сефоттин. — Там одна из первых версий системы тестировалась. Игровая и одушевленная.

— Другими словами, дурдом. — фыркнул бог-берсерк. — Душу взяли самую отбитую! Никогда ей не забуду, как она меня до первого уровня обнулила, когда я туда попал! Меня!!! Главного администратора!!! Все способности заблокировала, все артефакты отобрала!!! Я говорил всем, что надо брать душу флегматика, а они… — Мардукор бессильно махнул рукой.

— В общем, Алексей, как ты уже, наверное, заподозрил, когда Дениса выпишут, вы отправитесь в «Колыбель», восстанавливать ему память под контролем местной системы. — задорно подмигнул паладину Сефоттин.

— А смысл?! — удивился бог войны. — Может, в реабилитационную капсулу его? Да даже моя Зив умеет работать с памятью! Тем более, что основной слепок памяти на это обнуленное тело ему пересадили именно с ЕЁ диадемы! Думаете, не справится?

— Так надо. — закрыв глаза, ответил ему отец и растворился в воздухе, а вслед за ним и все остальные голоса.

— Как они все меня… — покачал головой Мардукор и повернулся к своему жрецу. — От своего слова я не отказываюсь, Алексей, и свою награду ты получишь. Но думаю, сам понимаешь, что она тебе ни к чему в новой командировке?

— Конечно. — не поднимая глаз, кивнул ерпарх.

— А еще… Как ты смотришь на то, чтобы стать заместителем мастера Дшуа? — неожиданно предложил бог войны. — После перерождения он пожелал отречься от должности. Говорит, что устал, и ищет приемника. Как ни крути, ты лучший кандидат на эту роль. Я не тороплю с ответом, скажешь после «колыбели». Мало ли что изменится к тому времени…

***

— Вот такая херня со мной произошла, чувак. — закончил рассказ странный парень в простой черной футболке с логотипом группы «Король и Шут» и хлопнул пустую рюмку на барную стойку.

После чего похлопал своего собеседника-собутыльника по плечу и, собираясь уходить, обратился к нему:

— И помни, ты пообещал, что напишешь по этой шизе книжку! Закончишь — я тебе продолжение расскажу!

— Бщал — нпшу! — буркнул тот в ответ и, упав под стойку, захрапел.

— Ну вот, опять. А вроде толстый, должен был покрепче других быть. — грустно вздохнул практически трезвый парень и оглядел барную витрину с горькой тоской. — Эх, где бы найти такое бухло, чтоб уже свалило меня с ног?..

***

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги: https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Content

Гриб Роман Засланец божий 7

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Эпилог