Путь Кочегара VI

Глава 1

Павел Матисов

Путь Кочегара VI

https :// author . today / u / magic

Иллюстрации, карта, доп материалы:

https :// author . today / post /260801

Вторая декада первого месяца первой зимы подошла к концу. В этих краях холода наступали чуть раньше, чем в Триумвирате. Сервы уже зябко ежились при порывах пронизывающего ветра и кутались во множество слоев одежд. Практикам не требовалось напяливать кучу нарядов. Греющая аура могла справиться почти с любым морозом, особенно на этапе Адепта. Хорошо быть пламетворцем. К приятному ощущению силы и обжигающему жару в груди и через несколько дней не успеваешь привыкнуть.

Мы с Сати и Дарракой уже на следующее утро направились на тренировку. Следовало как можно скорее набирать форму и привыкать к алому огню ступени Адепта. Все техники требовалось корректировать под новые условия. Так что даже Даррака, не слишком ценящая напряженные занятия, старательно отрабатывала удары и свои особые умения.

Никто из нас ничуть не удивился, когда стало понятно, что старый Якорь Ши больше не действует. Придется искать новые образы, как и множество раз до этого. Впрочем, до этапа Мастера нам всем было далеко, так что мы не торопились.

Руен оказался достаточно крупным и неплохо защищенным городом, напоминающим скорее европейские, нежели азиатские крепости. Из-за наплыва беженцев и ухода многих горожан царили не самые радостные настроения, но рынок и торговые лавки продолжали свою работу.

С представителями Ордена Пятилистья нам удалось поладить благодаря переданной “взятке”. Шибато ввел нас в курс дела, обозначив фронт распространившейся заразы. Орден тесно сотрудничал с генералом Хушай, который командовал обороной Руена и также занимался зачисткой деревень от напасти. Атаковать закатников Шаньцинь не спешил, ожидая, что они нападут сначала на Ляодун. Что будет на руку непримиримому соседу.

Периодически пятилистники устраивали вылазки. Небольшие отряды отправлялись на разведку местности, крупные — на зачистку захваченных поселений. Судьбу Хитогинциань разделило множество мелких сел в округе.

Мы познакомились с высшими духами, которых с собой привела Ния. Один походил на миниатюрного брона: неповоротливый, но мощный. Союзник был соткан из багрово-алых язычков огня и относился к касте Адептов. Правда, арсенал техник у него был скуден, так что до полноценной “Обезьяны” он не дотягивал. Второй высший дух напоминал кентавра с головой фавна. Он имел руки и мог использовать колюще-режущее оружие. Орудовал длинным копьем с широким наконечником.

Держались духи вне города, поскольку их внешность слишком отличалась от того, к чему привыкли жители поверхности. Между ифритами с высшими духами и людьми крайне редко случались войны, поскольку их интересы практически не пересекались. Им было нечего делить. Ифриты и духи жили под землей, люди — на поверхности. Однако с распростертыми объятиями их наверху также не принимали. Разве что как союзника в борьбе против общего врага.

— Итак, что будем делать? — вопросил я на общем собрании близких соратников. — Ждем, пока закатники сделают первый шаг?

— Чего ждать? Размажем их тонким слоем! Рокх! — пожала плечами Даррака.

— Как бы мне не хотелось отомстить мерзавцам, бросаться сломя голову слишком опасно, — заметила Бхоль. — Нам необходимо заручиться поддержкой ванских войск и пятилистников.

— И как это сделать? — поинтересовался я.

— Не уверена… Мы могли бы устроить переговоры с Ляодун. Если страны заключат союзнический пакт, у закатников не останется и шанса.

— Я как-то подслушала разговоры, которые генерал Хушай вел с советником вана… — произнесла Ния.

— Подслушала? — приподнял я бровь.

— Случайно, — невозмутимо добавила ифритка. — К ляодунцам они относятся со скепсисом и заключать соглашения не намерены. Опасаются удара в спину.

— Ладно, пока это единственный выход, — вздохнул я. — Как бы еще примирить их между собой?

— Если мы хотим ослабить закатников, надо подумать о том, как избавить их от Когтя Орока, — произнесла Бхоль.

— Хм, ты вроде бы умеешь проникать в разные сокровенные места? — обратил я свой взор на ифритку.

— Но не в святая святых темного Ордена, — фыркнула девица. — Меня быстро раскроют.

— Ладно. Раз ты — наш единственный летающий юнит, будешь заниматься разведкой местности. Проверяй окрестности Ордена и следи за передвижением основных сил.

— Ты просишь наследницу рода Хелсс работать словно презренный низший дух? Наглости тебе не занимать, человек!

— Так ты возьмешься за работу или нет?

— С такой мелочью я могу справиться! — взметнула она сноп искрящихся волос.

— Вот и славно. Только я не обещаю исполнить твою просьбу взамен.

— Ничего сложного от тебя не потребуется, Ли, — хмыкнула она. — Если вы закончили, то я отправляюсь…

Переметнувшись в свой духовный облик, Ния воспарила в небеса и понеслась в сторону ставки ордена, став похожей на небольшую комету. Мы же себе не придумали активного занятия, помимо тренировок. Чем и решили заняться, стараясь не расходовать духовную энергию полностью. Кто его знает, когда нам понадобятся силы.

Помимо прочего, я занимался понемногу латанием раненых. Как пятилистников, так и обывателей, получивших различные повреждения. Конечности не растил с ноля, а скорее помогал заживлять порезы, язвы и прочие легко устранимые раны. Это приносило нам некоторый доход, хоть я и не требовал платы. Излеченные сами дарили средства, порой весьма скромные. Ко мне вскоре прилипло очередное прозвище. Сначала меня прозвали Ублюдочный Целитель, но закрепилось чуть иное название: Непостижимый Целитель. Так и не понял, с чем это было связано. Больные относились по-разному к тому факту, что им помогает Сумасшедший Ублюдок Ли. Вероятно, они не могли понять, в чем мои мотивы, почему я практически бесплатно занимаюсь врачеванием. Отсюда и Непостижимый.

В Руене очень давно проживал местный целитель, но он перебрался в столицу, оставив опасную крепость и местных страждущих, предоставленных самим себе. Меня тоже несколько напрягал тот факт, что я физически не мог помочь всем желающим. Оказывается, целительство — это не только важная боевая способность, но и тяжкий крест, который мне теперь придется нести. Приходилось отрешаться от нескончаемого потока и выбирать тех, кому следовало помогать в первую очередь. Репутация Ублюдка Ли еще работала, но отчаявшихся людей не пугало даже мое грозное прошлое. Здесь на помощь приходила Даррака, ставшая кем-то вроде моей секретарши и вышибалы в одном лице. Всяких левых попрошаек, повредивших мизинчик, она быстро отправляла на улицу.

Про себя я тоже не забывал. Спустя несколько дней, наконец, мои мучения подошли к концу. Зеленый целебный огонь кочеранга завершил последние штрихи, восстановив подушечки пальцев. Моя левая рука выглядела почти как новенькая. Функциональность тела полностью восстановилась, я исправил изъян носителя из рода Чай, к коему не имел прямого отношения. Теперь я мог лапать красоток обеими конечностями. Жаль, что эти самые красотки, несмотря на свою близость к монаршему телу, оставались донельзя недоступными.

Исцеление стало достаточным поводом, чтобы отпраздновать данное событие в узком кругу. Мы направились в одну из лучших таверн города, которая, несмотря на ситуацию с порчей, продолжала радовать жителей прекрасным саке, хорошим сервисом и закуской. Ния пропадала на разведке, так что мы направились в питейное заведение втроем. По крайней мере, мы надеялись, что она действительно занимается разведкой, а не сачкует где-нибудь в своих огненных подземных притонах.

Часть посетителей отнеслась к нашему появлению с явным неудовольствием. Однако я привык к подобному отношению, так что просто не обращал внимание. Некоторые, наоборот, искренне желали послушать истории Сумасшедшего Ублюдка Ли, так что я разливался соловьем. Вокруг нас постепенно собирался народ, а саке лилось рекой. Благодаря целительской практике нам удалось пополнить наши финансы, так что мы себе ни в чем не отказывали.

— И тогда я врезал наглой принцесске в ответ, отвесив смачную пощечину! Хо-хо-хо… — проговорил я перед слушателями хвастливо.

— Принцесса Хван?! Не может такого быть! — удивились посетители.

— Вы кого слушаете, Сумасшедшего Ублюдка Ли? — донеслось из-за дальнего стола угрюмо. — Ничего, кроме лжи и бредовых сказок, его поганый рот родить не может!

— Че сказал?! — бахнула кружкой о стол Даррака.

Мы обратили внимание на один из столов, за которым сидел небольшой отряд практиков. На их одеждах бело-синей расцветки виднелся герб правящей династии. Войска вана. Либо стражники Руена, что почти одно и то же. Беглый запрос через Злодни дал понять, что среди присутствующих пара Адептов, несколько Бойцов и других практиков ступенями ниже.

— Че слышала, горная Обезьяна.

— Да я его!

— Спокойно! — Сати схватила ее за плечи, не пуская в драку. — Давайте не будем нагнетать обстановку…

— Что Ублюдок Ли делает в Шаньцинь? — вопросил один из стражников. — Пришел поживиться под шумок, пока мы с закатниками разбираемся?

— Разбираетесь? — хмыкнул я. — Пока лишь я вижу, что вы заперлись в крепости и носу отсюда не кажете.

— Наглец! Мы только вчера ходили в рейд, потеряли двоих ценных товарищей! — вспыхнул Адепт, схватившись за рукоять оружия. — Там, где появляется Ублюдок Ли, неизменно происходят неприятности. Из-за тебя темное воинство вторгнется в Шаньцинь! Из-за Отмеченного Тьмой! Орок явится за Сумасшедшим Ублюдком Ли, чтобы покарать!

— Не стоит ссориться. У нас общий враг! — возразила Бхоль.

— Только нотаций от Падшей Облачницы не хватало. От грязной шлюхи, предавшей свой Орден!

Послышался скрип зубов. Сати не стала ничего говорить. Она просто отпустила Дарраку. Аракийка радостно бросилась вперед, на бегу достав свой огромный молот. Я не стал ее останавливать, поскольку не хотел. Солдаты вана сумели и меня вывести из себя.

Стражники не успели толком отреагировать, как огромный молот, изторгая струи пара, разрезал воздух, разнес в щепки стол, а затем вонзился с чудовищным грохотом в пол таверны. Во все стороны полетели обломки, доски, каменная шрапнель. Заложило уши. Стражников разметало в разные стороны. Только Адепты сумели устоять на ногах, хотя и их откинуло на несколько метров. Одного из них звали Лу Сен, второго — Шаадон, и походил он на выходца из Вольных Степей.

В таверне воцарился хаос. Обычные посетители бросились прочь. Стражники ощетинились колюще-режущим, часть других практиков присоединилась к ним, посчитав, что чужакам надо преподать урок. Мы втроем оказались против толпы из полутора десятков практиков. Хоть Адептов среди оппонентов было не так много, расслабляться не следовало.

Мы с Сати встали по бокам от Дарраки, привычные к такой боевой схеме. Аракийка наносила существенный урон, но была уязвима к быстрым атакам и нападению с флангов, так что мы таким образом прикрывали ее. Напитанный духовным огнем кочеранг порхал в моей руке, как и ивовый клинок. Мы еще не полностью освоили открывшиеся нам после перехода возможности, но текущих умений хватало для противоборства с более слабыми практиками. Противники разлетались в стороны один за другим, мебель разбивалась на части. Кое-где дерево таверны загорелось. Хозяин заведения вместе с работниками пытались потушить пожар и разнять драку. Второе у них не получалось.

Лу Сен орудовал длинным копьем, стараясь держаться на дистанции. Шаадон же облачился в паровые доспехи и бросался на нас, сломя голову, махая двумя клинками средней длины. Его духовное оружие могло создавать огненные печати, которые он цеплял на свою броню, что давало дополнительную защиту. Обычно удар молота Дарраки наносил неплохой урон любому одоспешенному практику, но Шаадон держался. Лу Сен делал копьем круговые движения, создавая кольца огня, после чего отправлял их в противника. Я принимал атаки на мою воронку-щит. Клешня после изменения не потеряла своих замечательных свойств, так что я не только мог обороняться от огненных ударов, но и понемногу восстанавливать потраченное ци.

Кто-то из Бойцов ударил меня в плечо сзади. Бил какой-то особой техникой, так что мой алый покров не справился. Кипящая Кровь кочегара оросила пол таверны. Возможно, сражайся мы насмерть, то дело бы повернулось иначе, но при текущих раскладах победить оказалось сложно. Получившие затрещину практики поднимались и бросались в бой снова.

Мы, не сговариваясь, принялись отступать. Улучив момент, я закрыл рану в плече, а также плеснул целительного зеленого огня на бок Дарраке. Аракийка, как всегда, совершенно не обращала внимание на собственную сохранность. Хоть ее усиленный благодаря молоту Барьер держал значительно лучше, панацеей от любых атак он не стал.

Мы втроем высыпали наружу, преследуемые раздухарившимися солдатами и завсегдатаями заведения. С окрестных улиц к нам начали стягиваться другие стражники и им сочувствующие.

— Бей Ублюдка Ли! Пусть валит из Руена!

Мы ожесточились, перестав сдерживаться. Практики получали серьезные раны, выводящие их из боя. Лу Сену я зарядил кочерангом издали, пропоров шею. Ему пришлось заняться собственным здоровьем, выбыв из сражения. Шаадон выказывал недюженные способности, продолжая подниматься после атак Дарраки, но и он в итоге сдал. Пошатываясь, Адепт в доспехах приблизился к аракийке, получил еще один удар, отлетел в деревянную стену, пробив доски, и, наконец, затих, не в состоянии более подняться на ноги.

Однако на шум подбегали все новые и новые практики. Хотя Клешня позволяла мне потихоньку восстанавливать энергию, а Кочеранг исцелял любые ранения, бесконечно сражаться мы не могли. Такими темпами против нас выступит все собравшееся воинство вана Шаньцинь, все защитники Руена. Трое Адептов не в силах сдержать орды наступающих практиков.

Использовав Огненный Шаг, мы запрыгнули на одну из крыш, где принялись держать оборону. Засвистели стрелы и арбалетные болты. Снаряды увязали в Барьере или звенели об элементы доспехов.

— Остановитесь! — прозвучал громкий командный окрик.

Мы увидели, что на улицу рядом подоспели практики из Ордена Пятилистья во главе с Адептом Шибато. Командир запрыгнул на крышу и оттолкнул солдатов вана, наставивших на нас оружие.

— Что произошло? Объяснитесь!

— Солдаты вана принялись на пустом месте оскорблять нас… — начал я.

— Отмеченный Тьмой приведет зло в наши дома! — вскричал Лу Сен, зажимая рану в шее. — Мы должны избавиться от Ублюдка Ли, пока он не накликал беду!

— Верно-верно!

— Того бы хотел и сам Орок, — заметил я. — Неужто ты служишь темному богу?

— Что за вздор?! — воскликнул Лу Сен.

— Спокойно! — веско произнес Шибато. — Сейчас не то время, когда нам следует враждовать!

— Ублюдок Ли, убирайся! — прокричал кто-то из зевак снизу.

— Хорошо. Мы покинем Руен, — принял я решение. — Такой исход вас устроит?

— Но…

— Если вы не отступитесь, то рискуете потерять благоволение Ордена Пятилистья, — проговорил Шибато, обращаясь к страже.

— Почему вы защищаете Ублюдка Ли? Разве вы не говорили, что он обчистил ваши цветники?

— Ли Кон искупил свои прегрешения, поделившись цветами кулмраца. Отмеченный Тьмой на стороне благочестивого огня!

— Хорошо, — вздохнул Лу Сен. — Но чтобы ноги его не было в Руене! Пускай отправляется в Ляодун, где ему и место!

— Мы сами решим, куда нам идти! — фыркнула Даррака, опустив молот себе на плечо.

— Как преданная ученица Ордена Семи Облаков выражаю вашим действиям полное неодобрение. Из-за ваших разногласий с Ляодуном темные силы вас уничтожат, — припечатала Сати.

— Не пугай нас, облачница! Мы и так всю жизнь на грани!

Использовав Огненный Шаг, мы спустились на улицу, и направились неспешно прочь из города. Нам вслед еще доносились ругань и проклятия, но мы на них не обращали внимание. Защищать Руен после такой выходки желание у нас испарилось в один момент. Сами ведь себя закапывают, лишаясь ценных союзников. Не думаю, что среди них были последователи Орока, хотя ничего исключать нельзя.

— Постараемся держать связь! — махнул нам на прощание Шибато.

С гордо поднятой головой мы покинули Руен. По крайней мере, успели отвесить немало тумаков местной братии. Двух Адептов, не самых слабых бойцов, побили и унизили. Руенцы еще будут жалеть, что так обошлись с Сумасшедшим Кочегаром Ли.

Глава 2

Мы оставили крепостные стены Руена позади и вошли под сень раскидистых шаньциньских исполинов. Моросил мелкий дождь, переходящий в мокрый снег. Мы знали дорогу до пристанища высших духов — туда и решили держать путь. Бронированный огневик с кентавром встретили нас настороженно, но своей госпоже они верили, так что приняли без особых проблем. Соорудив навес от дождя, мы встали на ночевку. Пронизывающий ночной холод заставлял активнее включать Греющую Ауру.

Была в бытие на природе своя прелесть. Жить постоянно в глуши мне бы не хотелось, но иногда выбираться в лес — милое дело. Особенно, когда благодаря Греющей и Барьерной Ауре тебя не мучает холод и не достают кровососущие твари.

— Вот гады! — выдала Даррака, очищая кровь и грязь со своего молота. — Нечего вставать на защиту этих дуралеев с низин!

— Да, поведение их не красит, — заметила Сати. — Но наша главная задача — отомстить и разобраться с Когтем Орока. Местные войска выступят в роли союзников, хотят они того или нет… Господин Кон, ужин готов…

Порой меня пугала зацикленность вассала на хладнокровной мести в сочетании со следованием своим ученическим орденским принципам и бытовой рутиной вроде готовки. Но все мы немножко Сумасшедшие, и уж точно не мне ее упрекать.

Мы не слишком сильно доверяли огненным духам ифритки, поэтому решили дежурить ночью по очереди. Я встал первым в караул. Глядя на сверкающие в небесах звезды, я полировал свой кочеранг, думая о превратностях судьбы. Пути в свой родной мир нет, но мне нравился Фанши. Здесь я мог раскрыть потенциал истинного Кочегара в полной мере, обзавелся близкими соратниками, познакомился с разными людьми, получил возможность помогать страждущим. Смирившись с опасностями, которые таил новый мир, научился получать удовольствие от жизни здесь. Да и спутниц я бы ни на кого не променял.

Легкий дождик барабанил по навесу, Орок разгонял сгустившуюся ночную темень. Слева во всю длину развалилась Даррака, посапывая. Справа чуть ли не калачиком аккуратно свернулась Сати, от которой доносились еле слышимые звуки размеренного дыхания. Обе девушки были окутаны тонкой алой завесой, согревающей их в морозные зимние ночи. За пазухой громко сопел Чебуль, предпочитающий забираться в самые теплые места.

Поодаль словно слабые костерки трещали высшие духи. Огненные звери были немногословны. По уровню интеллекта до людей они не доставали. Скорее походили на преданных псов с умением связать несколько слов вместе. Сходство усугублялось тем фактом, что духи вяло грызли сухие деревяшки, собранные в лесу. Таким образом они восполняли духовную энергию. Пасти, полные язычков пламени, охотно хрустели обуглившимися палками. Горящие угли для них были изысканным лакомством.

— Знаешь, человек, — подал вдруг голос Злодни негромко. — Возможно, я скоро перейду в ранг высшего духа…

— Оу, серьезно? Жаль. Я успел привыкнуть к твоим способностям. И когда только успел накопить сил?

Огненный белый шарик выскочил из амулета и забрался на торчащий корень ближайшего дерева.

— Частички души павших людей, монстров и демонов, с которыми вы сражались, — поведал Злоднегрисс, — поглощались сами собой. Не то чтобы я хотел снова падать на самое дно каст и начинать все сначала, но переход неизбежен… — вздохнул он.

— Придется искать нового контрактного духа… — я отошел от навеса в сторону, дабы не побеспокоить спящих ночными разговорами.

— Не обязательно. Ты показал себя достойно в Цунь-Ши-Дао, человек, и достиг Адепта в сжатые сроки. На данной ступени тебе доступны все те техники, которыми владею и я. Будешь тратить больше ци, ведь алая каста не чета белой, но главное, что умения будут работать. Я научу тебя, двуногий.

— Ого. С чего бы такая щедрость? Мне казалось, что ты не выносишь людишек?

— Это так. Но Сумасшедший Кочегар Ли среди всех двуногих достоин уважения… — заметил он. — Я слушал и наблюдал за твоими действия. Не все людишки — жалкие двуличные создания, при малейшем чихе бегущие служить проклятому Ороку. Ты с честью прошел испытание меткой Тьмы.

— Спасибо на добром слове. Духи тоже не все такие уж жадные вредины… С чего начнем?

— Начнем с огненного измерения. Сложно объяснить куску плоти, как работает связь с иным планом. У нас, духов, врожденное чутье. Попробуй ощутить огненную нить, что показывает дорогу к нашему хранилищу.

Задача оказалась не самой тривиальной. Я ощущал натянутую почти неосязаемую струну, которую Злодни старался материализовать для меня. Нечто вроде якоря, служащего для связывания мира реального и огненного измерения. Пожалуй, на прошлых этапах развития я бы и не почуял данную цепь, но после становления Адептом контроль над огнем и чутье неплохо так возросли. В какой-то момент мне казалось, что я держу огненную струну в руке, но в следующий миг ощущение исчезало. Оказалось, что для постоянной поддержки связи людям необходимо привязывать нить к своему котлу.

Пока что скопировать нить у меня не вышло, но я сумел достать с того измерения спрятанный Котелок Родникового Очищения. Возникало ощущение, словно окунаешь свою руку в кипящую воду. Не удивительно, что многие обычные предметы портятся в огненном плане. Ци расходовалось довольно быстро. Злодни справлялся лучше благодаря белому огню, но зато не надо будет кормить прожорливого контрактного духа. Так, что плюс-минус, то на то и выходило. Дарраку надо будет тоже научить. Аракийцы не использовали духов-партнеров, из-за чего у них были сложности с транспортировкой вещей. Теперь и Чонджул, получив Адепта, сможет изучить данную технику.

Мы со Злодни тренировались несколько часов, пока наши занятия не прервало появление крупного огненного шарика, спустившегося с небес. Дух обернулся ифриткой, которая выглядела немного уставшей.

— Темное воинство выступило вперед, — поведала Ния.

— Куда они направляются?

— Прислужники Орока двинулись западнее. Их цель — Шаньцинь. Судя по всему, Ляодун они решили оставить на десерт. Между ними и Руеном есть небольшой городок Ондолуен, мимо которого они точно не пройдут. Обычно орда пожирает любую жизнь на своем пути.

— Сообщи в крепость. В первую очередь Шибато. Узнай, что они предпримут. Останутся в Руене или попробуют дать бой. Мы будем держаться рядом.

— Использует наследницу домена в качестве посыльной… — пробурчала ифритка. Несмотря на недовольство, она принялась исполнять поручение и улетела в Руен.

Не в слишком удачное время мы поссорились с защитниками Шаньцинь, но тут уж ничего не поделаешь. Сати с Дарракой проснулись из-за шума. Теперь уже всем было не до сна. Вскоре вернулась Хелсс, доложив информацию в Руен. Шибато с генералом Хушаем провели ночное совещание и приняли решение выступать. Давать решающий бой шаньциньцы и орденцы не собирались. Они надеялись прикрыть отступление гражданских, задержав наступление темных тварей. Шибато согласился взять нас в свой отряд, так что и мы принялись собираться. Пользуясь помощью Злодни, я самостоятельно убрал котелок и другие вещи в огненное измерение.

Мы выступили в поход и вскоре встретились с отрядом пятилистников неподалеку от Руена. Затем дождались лучшего отряда шаньциньцев и двинулись легким бегом в сторону Ондолуена. По задумке передовые части первыми вступят в бой, после чего их поддержит подоспевшая кавалерия. Нанеся быстрый удар, мы должны будем отступить, защищая беженцев.

Ночной бег по неровной грунтовой дороге в окружении бряцающих доспехами и оружием десятков практиков показался мне несколько сюрреалистичным. Под предательским светом алого Орока мы двигались навстречу жутким чудищам, столкновение с которыми слабые духом выдержать не способны. Мы же неслись прямо им навстречу. Пикантности добавляла парочка высших духов, на которых шаньциньцы косились с подозрением и от которых старались держаться подальше. Орденцы принимали необычных союзников более сдержанно. Ния также бежала на своих двоих, экономя огненную энергию.

Мы пробежали несколько деревушек, встревоженных, словно пчелиные ульи, в которые залез косолапый. Информация о вторжении распространялась быстро, и сервы среди ночи спешно вьючили скотину, набивали телеги скарбом и снимались в дорогу. Двигались в основном в сторону Руена, который считался самым надежным форпостом в округе. Нам вслед неслись одобрительные выкрики и пожелания надрать темному воинству задницу, что добавляло дополнительной мотивации.

Спустя пару часов умеренного бега мы достигли Ондолуена. Поскольку городок находился недалеко от границы с Ляодуном, он тоже имел защитные укрепления. Однако от вторжения темной орды его это не спасло. Поселение окружили порченые твари, в том числе и с противоположной стороны. Город зажали в клещи, не выпуская никого наружу живыми. Судя по крикам изнутри и темному зареву пожаров, оборона к нашему приходу была полностью прорвана. И хотя в данную секунду гибли люди, командиры дали подчиненным несколько минут передышки. Культивация культивацией, но усталость никуда не уходила полностью.

— Прорываемся к северным вратам! — распорядился сотник, командующий элитным отрядом шаньциньцев. — Не жалеем Жгучей воды! Жгучую кислоту только по особой необходимости! Вперед!

Мы бросились вниз с холма и атаковали нестройные ряды нежити. Свежеподнятые зомби больших сложностей у опытных бойцов не вызывали. Но, помимо примитивных мертвяков, закатники бросили в бой усиленных монстров. Прочная костяная броня, острые длинные когти, резвая прыть и раздражающие плевки черным огнем — все это заставляло солдат выкладываться на полную. Порой ушлые усиленные мертвяки насаживали на свои когти зазевавшихся стражников, но в большинстве случаев люди выходили победителями из противостояния. Все же в передовом отряде собралась боевая элита из лучших практиков. Мастеров, жаль, не было, но около восьми Адептов давали жару прущей нечисти.

Подошедшие гиганты, слепленные из множества тел, также вызвали определенные трудности. Усиленные твари были проворнее и сильнее своих рядовых сородичей. Приходилось долго рубить конечности, уворачиваясь от свистящих костяных лезвий. А затем еще требовалось обезглавить павшего гиганта, иначе он продолжал доставлять неприятности.

Спустя пару десятков минут подоспела конница шаньциньцев. В плане культивирования ездоки похвастаться успехами не могли, однако парнокопытные с наездниками в броне представляли собой и без духовных техник достаточно грозную силу. Удар боевой конницы сминал зомби словно скошенную траву. Правда, психологический эффект от данных атак оставался нулевым, поскольку нечисти был неведом страх. Вот против гигантов они ничего сделать не могли, особенно усиленных. Лишь опытные Адепты сражались с огромными многометровыми монстрами.

Мы почти прорвались к вратам, но к нечисти подошло подкрепление. В отличие от обычных мертвяков новые враги почти не отличались от людей. В полумраке была заметна лишь бледная кожа и темные, горящие черным огнем глаза. Культисты носили одежду и доспехи Ордена Заката с его гербом в виде заходящего солнечного шара. Пользовались артефактным оружием с его уникальными способностями. Владели как обычным огнем, так и проклятым. Я заметил, что от особи к особи соотношение разнилось: кто-то бил только черным огнем, словно все естественное пламя котла было поражено. Другие сочетали разные атаки.

Культисты оказались дико сильными. Я не проверял каждого встречного Сутью, но Адептов среди темных служителей было больше, чем у нас. Они владели фехтованием и техниками чуть хуже людей, но компенсировали данный недостаток мощью, резервом и возможностью использовать проклятый огонь. Жгучая вода уходила словно через решето, и даже Кислотой мы начали активно пользоваться.

Мой кочеранг порхал над полем боя без остановки. Я лишь отвлекался на то, чтобы быстренько затянуть очередную рану союзникам. Само собой, упор делал на себя и Сати с Дарракой, но иногда помогал и другим бойцам. Ния воевала с дальней дистанции, не подставляясь, так что ей моя помощь не требовалась. Честно говоря, во мне не было уверенности, как поведет себя целебный огонь на ифритке, но вроде бы должен помочь.

Грязная черная кровь, искры проклятого огня, отрубленные конечности и потроха — все это покрыло поле боя рядом с воротами в город. Нам все не удавалось пробиться через последнюю линию. Конница проносилась через культистов, не нанося существенного урона, только теряя скакунов и наездников.

Мы собрались в мощных кулак из Адептов и двинулись на противника. Неподалеку Лу Сен крутил свои огненные кольца, отправляя их на врага. Шибато быстро носился по полю с помощью необычного Огненного Шага, стараясь срубить противникам головы. Даррака шла первой, принимая на свой Барьер разрозненные темные удары и вынося целые толпы зомби. Сати орудовала слева от нее, точечными атаками проделывая отверстия в черепах. Я то махал кочерангом в ближнем бою, то метал его в ничего не подозревающих мертвяков. Шаговый Разрез алой касты неплохо так пробивал защиту, сносил конечности или выворачивал внутренности наизнанку.

Преодолевая сопротивление из прущей нечисти, мы подобрались к последнему оплоту обороны врага из вооруженных культистов. От одного из них исходила уж больно злая давящая аура, так что я проверил его Сутью. Служитель Орока оказался целым Мастером! Хотя в Ордене Заката их было ранее один или два. По всей видимости, Коготь Орока сделал свое грязное дело, усилив в короткий срок многих закатников.

Лу Сен первый полез на Мастера, что сделал зря. Удлинившийся в несколько раз посох-копье пронзил его грудную клетку, заразив черным огнем. Соратники оттащили его подальше от вражеского строя. Поморщившись, я все же улучил момент и принялся помогать ему на скорую руку. Проклятый огонь сбить сходу не удалось, поэтому я полез со своим целительным пламенем сразу к ране. Удивительно, но черный огонь мгновенно отступил, съежился и истаял, когда столкнулся с зелеными язычками из рукоятки моего целебного кочеранга. Наскоро я восстановил внутренние повреждения и закрыл рану, не забывая собирать разлитую над полем энергию с помощью воронки-щита.

— Оказывается, целебным огнем удобно сбивать черное пламя! — заметил я. — Почему раньше не сказали?

— Откуда нам было знать? — возразила Сати. — Целители идут воевать в последнюю очередь, поэтому никто и не в курсе про особенности зеленого огня…

— Навалимся на культистов! Раздавим их, рокх!

Мы усилили напор и принялись теснить последний ряд защитников. Нам помогали практики из Ордена и солдаты вана. Высшие огненные духи также вносили свою лепту, раскидывая нечисть, хотя их огонь постепенно тускнел. Вот только культисты оказались не лыком шиты. Огрызались темные прислужники достаточно умело. Наше и так потрепанное воинство редело на глазах. Шибато сделал попытку на скорости прорваться к ним сзади, чтобы провести неожиданную атаку, однако вражеский Мастер нанизал на копье предводителя Орденцев. Черный наконечник вонзился Шибато в лоб, пробил череп насквозь и вышел с другой стороны. Черный огонь мгновенно пожрал содержимое черепной коробки. Лидер пятилистников умер быстро.

— Отмеченный Владыкой… — проскрежетал потусторонний голос. Мастер повернул искаженное тьмой лицо в мою сторону. — Он будет рад такому подарку. Уничтожить отмеченного любой ценой!

Культисты вытянули руки и исторгли в нашу сторону струи всеразрушающего проклятого пламени.

— Назад!

Я выступил вперед, прикрыв союзниц щитом-воронкой. Черный огонь наседал со всех сторон, прогрызая себе путь через Барьер и щит.

— Господин! — послышался сзади беспокойный голос Сати.

— Держусь… — прохрипел я, чувствуя, как духовный огонь и силы быстро покидают меня.

Воронка не справлялась с напором, к тому же поглощенное пламя я не мог использовать для техник. В мою голову впилась идея впустить проклятый огонь в свой котел души, но я быстро осознал, что это ловушка. Темная сила не оставляла попыток завладеть моим разумом даже в такой ситуации.

Одежда частично сгорела в огне, Барьер лопался, пламя лизало мою закаленную кожу, которая могла выдержать существенный напор, но не такую лавину проклятого жара, обрушившегося на меня. Наконец, мне пришла в голову идея, и я повернул кочеранг рукоятью вперед. Зеленое пламя возникло на кончике эфеса, и моментально стало легче. Черный огонь распадался, не причиняя мне вреда, сталкиваясь со своим антагонистом. Целебное пламя оказалось на диво эффективным средством борьбы против темного огня. Я двинулся вперед, окутанный черным коконом из беснующихся дымчатых язычков. Лишь в глубине светилось тусклое зеленое пламя, словно маячок в ночи.

— Почему ты еще жив?! — прокаркал лидер культистов.

— Потому что кочегары не боятся огня!

Подобравшись ближе, я выудил склянку со Жгучей кислотой и зарядил по предводителю. Порцию потратил большую, но ради Мастера можно было и раскошелиться. Прислужник вспыхнул и заорал потусторонним голосом. Похоже, не ожидал от меня такой атаки, вложив все силы в нападение. Мастер подыхать так просто не собирался, так что я поспешил и сблизился с целью, пользуясь паузой в атаках нечисти. Иначе тварь, наверняка, восстановится после дерзкого удара. Несколько взмахов кочерангом, и голова Мастера, искаженная в гримасе ярости и злобы, покатилась по освещенному Ороком полю. Я не поленился, и потратил немного кислоты, чтобы сжечь останки твари. Соратники связали боем остальных культистов, благодаря чему я получил возможность свободно атаковать издали, чем я и воспользовался.

Спустя какое-то время мы снесли остатки темного воинства. Это была всего лишь часть наступающей орды, но мы понесли существенные потери. Ворота, наконец, открыли, и наружу повалили поток застрявших в городе людей и остатки защитников, коих преследовала скоростная нежить. Командиры приказали отступать, прикрывая отход гражданских. Стрелы с небольшими емкостями со Жгучей водой принялись поливать ряды нежити, замедляя их продвижение.

В вышине я заметил силуэт какой-то летающей твари, но мы уже отходили от Ондолуена. Основные силы не стали нас преследовать. Все же немалая часть темного воинства не умела быстро бегать. Битва за приграничный городок оставила двоякие впечатления. С одной стороны, мы выполнили задачу, с другой — потеряли многих сильных бойцов, включая Шибато. И это была всего лишь часть темного воинства, которая пошла в обход города, дабы окружить. Что же будет, когда мы столкнемся с полноценной армией Орока?

Глава 3

Множество раненых пришлось нам тащить на обратном пути.

— У кого осталось ци: выпускайте в мой щит! — распорядился я, запрыгнув на одну из телег. — Пострадавших несите ко мне!

Самочувствие мое после душа из проклятого огня оставалось скверным, но мне было не привыкать.

— Непостижимый Целитель… — заметил кто-то из гвардейцев.

— И не думайте, что босс будет работать бесплатно! — добавила Даррака.

Солдаты и орденцы пороптали какое-то время, но польза от моего целительства была всем очевидна. Так что вскоре мы наладили конвейер по передаче энергии от практиков мне, а также по подносу пострадавших к телеге, в которой я принимал пациентов. Кроме меня, в Руене и окрестностях целителей не водилось. Из столичных пенат лекари вылезать не горели желанием. Лечебные зелья, мази и припарки творили в этом мире чудеса, но, если серьезно повреждены внутренние органы, лишь целитель мог спасти раненого.

Времени терять было нельзя, так что я приступил к работе сразу после отступления воинства. Возможно даже, что я был бы более полезен в данной стезе изначально. Если бы сосредоточился на лечении вместо сражения, смог бы спасти многих умелых практиков. Но и в бою от меня была значительная польза. В любом случае мне не хотелось становиться исключительно небоевым специалистом, так что заниматься целительством предпочту в свободное от отрубания голов время.

Спустя пару часов поток срочных раненых иссяк. Либо я поработал над тяжело пострадавшими, либо они ушли на тот свет, не дождавшись своей очереди. Всем помочь я не мог при всем желании.

Когда мы уже подъезжали к Руену, ко мне подошел немного оклемавшийся Лу Сен, которого я подлатал на поле боя.

— Брат Ли Кон, выражаю благодарность тебе за спасение моей жизни. И прошу простить за инцидент в таверне. Ты показал себя с лучшей стороны и спас многих моих товарищей.

— Рад, что между нами больше нет разногласий, — кивнул я.

— А ведь по слухам ничего хорошего от Ублюдка Ли ждать не приходится…

— Не стоит верить раздутым сплетням. И зови меня Кочегар Ли.

— Как скажешь, брат Ли. Я доложу генералу Хушаю о твоем вкладе в исход битвы.

— Да-да, желательно, чтобы благодарность генерала выражалась полновесным золотом, рокх! — добавила Чонджул.

— Это не мне решать, — пожал Адепт плечами.

Более никто препон нашей группе не чинил по возвращению в город. Мы делом доказали свою полезность. Некоторые спасенные и сражавшиеся с нами бок о бок благодарили нас за помощь. Утром Руен гудел словно растревоженный улей. Беженцы и солдаты прибывали, другие спешили убраться из города подальше, понимая, куда придет следующий удар.

Нас вместе с офицерами и особо отличившимися бойцами принял в замке генерал Хушай. На меня старик произвел вполне благостное впечатление. Умудренный муж, не растерявший цепкость ума из-за возраста. Наградил проявивших себя солдат, похвалил за смелость и ратные подвиги Орден Пятилистья, а также других добровольцев, включая нас. Мы в данном случае считались кем-то вроде наемников без обязательного жалования. Но, наслушавшись про то, сколько я спас людей и как сразил главного Мастера темных, генерал Хушай отвесил нам небольшой кошель с золотом. Будет теперь на что жить.

— Готовимся к обороне города, дамы и господа, — выдал Хушай, обведя собравшихся суровым взглядом. — Скоро к нам прибудет подкрепление, но грядущее противостояние легким не будет. Темные силы смогли собрать под своими знаменами множество сильных практиков. Разведка доложила о нескольких Мастерах в рядах армии Орока. Не стоит забывать и про настоятельницу Дзагири, которая, если верить донесениям, прокляла и приручила орденского демона. Нас ждут непростые деньки. Но мы справимся, ибо с нами воля великого вана и сияющий Гатхи!

— Да! Ура! — отметили офицеры воодушевленными криками.

Когда ажиотаж спал, я поинтересовался:

— Что насчет союзников? Возможно, нам стоит попросить помощи у ляодунцев?

— Ляодунские псы никогда не согласятся помочь нам, а мы не падем столь низко, чтобы просить их о помощи, — скривился Хушай. — Скорее, они атакуют нас, когда мы разберемся с темными тварями. Мы должны быть готовыми и к такому развитию событий.

— Вот упрямцы… — вздохнул я.

Мы разместились в том же здании вместе с орденцами. На сей раз к ифритке с союзниками отнеслись более благосклонно. Люди видели, как высшие духи сражались, не жалея себя. Брон уменьшился в размерах, растеряв массу духовной энергии. Кентавр потерял левую руку. Но у духов регенерация работала лучше, чем у людей, так что со временем сама восстановится. Правда, из-за опасения пожара их поселили в подвале. Того и гляди, деревянные перекрытия запылают, пока они просто спят. Для ускорения восстановления мы приобрели для духов партию качественного древесного угля.

Темное воинство не спешило сходу бросаться в бой. Сначала ему требовалось “переварить” пойманных жертв. Так что у нас появилось немного времени на то, чтобы подготовиться к решающему сражению. Тренировать Цунь-Ши-Дао, как проклятым, было уже поздновато. Моментального эффекта от культивирования можно не ждать. Да и фехтование как таковое при таких жарких стычках пригождалось все реже. Исход битвы решали скорее духовные техники, особенности артефактов, сила огня и тому подобное.

Я продолжил тренировки со Злодни. Освоение связи с огненным измерением шло семимильными шагами. Помимо этого, я приступил к изучению духовной Сути. Алый огонь уже мог проникать сквозь толщу земной коры и достигал сердца Фанши, пускай и потреблял намного больше энергии, чем белая каста. Поскольку упаковывать обращения я уже умел, дело спорилось. Я научился самостоятельно отправлять послания к Фанши и узнавать разную полезную информацию. Проблема заключалась в том, что следовало точно целиться в центр планеты, и не всегда удавалось определить его местоположение с поверхности. Злоднегрисс практически не промахивался в отличие от меня. Во-вторых, следовало умело рассчитывать количество ци, которой хватит на то, чтобы послание достигло Фанши. Это зависело от плотности земной коры и магматических пород на пути. Можно было взять с запасом, но тогда расход ци становился непомерным даже для Адепта. В общем, без Злодни я справлялся, но партнер белой касты все равно был крайне полезен.

Даррака не пылала энтузиазмом. Мне приходилось заставлять ее изучать технику огненного измерения. Все же аракийка привыкла в последнее время полагаться на способности наших контрактных духов. Дабы она прониклась положением, я заставил ее таскать рюкзак с нашим котелком и прочим скарбом, который мы хранили в ином плане. Уже на второй день энтузиазма у аракийки прибавилось.

Мне-таки удалось привязать нить Злодни к своему котлу. Цвет огня в процессе сменился с белого на мой родной алый. Странное ощущение при этом возникало. Чувствуешь все время, будто рядом есть огромная кладовка, откуда веет жаром. Нить при этом постоянно потребляла духовную энергию, в зависимости от количества помещенных предметов. Немного, но за сутки набегало прилично.

Разведка Шаньцинь внимательно следила за передвижениями нечисти. Использовались и малые духи-соглядатаи. Поэтому в воздушной разведке Хелсс не было особого смысла. Мне все не давала покоя одна идея, вот только самостоятельно отлучаться из Руена не хотелось. Иначе велик риск пропустить все веселье.

— Похоже, шаньциньцам гордость так и не позволит сделать шаг навстречу. Ния, можешь слетать в Ляодун и попробовать уговорить тамошних цзы выслать нам помощь?

— Снова ты меня в качестве презренного курьера использовать решил, человек? — надулась огненная дивчина.

— Считай это важной дипломатической миссией, а себя послом.

— Хорошо, — вздохнула ифритка. — Я попытаюсь привести помощь. Но сомневаюсь, что двуногие смогут отринуть былые обиды. Даже пред ликом Орока вы продолжает грызться между собой.

— Рассчитываем на тебя.

— Взамен ты дашь обещание исполнить мою просьбу, Ли!

— Как я могу дать обещание, не зная самой просьбы? — опешил я. — Чего ты хочешь? Артефакт прокачать? Исцелить кого-то?

— Нет, — качнула она копной огненных волос. — Узнаешь, когда мы разгромим Орден Заката. Скоро вернусь!

Ифритка обернулась в свой духовный облик и взвилась ввысь. Очень скоро алый шарик исчез на горизонте.

Орденцы также понесли потери, но отступать от своей миссии не стали. После гибели Шибато лидерство перехватила другая Адептка по имени Люшия — вполне себе решительная, боевитая дамочка. У нас с ней отношения были ровные.

Темное воинство дало нам почти три дня на подготовку. Подкрепления в Руен прибывали постоянно, возводились укрепления, готовились разные оборонительные и метательные снаряды. Окрестные деревушки обезлюдели давно, но на какое-то время силы Орока в них задержались. То ли там прятались упертые личности, не желающие покидать село, то ли нежить разбиралась со скотиной и зверьем.

К Руену темная армада подошла на закате солнца, словно оправдывая свое орденское происхождение. Ния еще не вернулась из своей дипломатической миссии. Мы с Сати и Дарракой взошли на крепостную стену, откуда и принялись наблюдать за подходом войск. Среди рядов нежити виднелись как рядовые неуклюжие и неопрятные зомби, так и усиленные костяной броней и оружием монстры, многочисленные гиганты, какие-то мертвые гончие, а также перешедшие на сторону Орока послушники Ордена Заката. Они даже держали стяги со своим гербом: серым полотнищем с оранжево-алым шаром в центре. Только теперь красное светило было перечеркнуто черным крестом, что намекало на нового властителя их дум.

— Плохи дела в этот раз… — вздохнул рядовой стражник с арбалетом в руках. — Нечисть больно умная пошла. Раньше они атаковали вразнобой, хаотично…

— Орден Заката будет уничтожен, — отрезала Бхоль. — Как и Коготь Орока.

Стражник вздрогнул от холодного тона ученицы:

— Обязательно, сестра. Отступать нам некуда…

Впервые я принимал участие в столь масштабном сражении. Ранее все же ограничивался небольшими по численности схватками и драками. Но со временем влипал во все более серьезные переделки. Тенденция не может не настораживать, но, как и сказал стражник, отступать нам некуда. Взялся за гуж, не говори, что не дюж. Несколько напрягал тот факт, что приходится полагаться не только на себя или близких соратников, но и на совершенно незнакомых тебе людей. А ну как они струсят, бросят тебя на поле боя? Однако выбора не было. Придется положиться на обороняющихся солдат. Чебуля я оставил подальше от крепостных стен, решив, что от него особой пользы в таком сражении не будет.

Как и всегда, в подобных случаях чувствовался определенный мандраж. Кочегары не должны отступать, но никто не говорил, что им нельзя бояться. Важнее то, как ты справляешься со своими страхами. Смею надеяться, что я справлялся вполне неплохо.

— Ух, как много голов сегодня размозжит мой молот, рокх! — облизнулась Чонджул. — Картина почти как в моем Якоре Ши!

— Не лезь на рожон, — буркнула Сати. — Иначе господину снова придется тратить силы на твое лечение.

— Не ворчи, не то морщины появятся, — фыркнула аракийка в ответ.

На наш участок стены прибежал запыхавшийся солдат.

— Господин Кон, его превосходительство генерал Хушай приказал вам…

— Приказал? — перебил я, приподняв бровь.

— То есть… генерал Хушай просит вас спуститься к госпиталю. Ваши навыки целителя будут полезнее там!

— Я не собираюсь отсиживаться сзади. Тяжелораненных, особенно сильных практиков, несите прямо ко мне. Остальные пусть уповают на обычные зелья и своих богов.

— Я передам ваши слова…

Поклонившись, курьер покинул стену. Мы обратили свое внимание на подступающее воинство.

Нечисть наступала все же не столь однородно, как это делали бы обученные военные. Какие-то зомби перли вперед, другие отставали, некоторые разбредались по лесу. С нестройной толпой воевать было легче. Первых добравшихся до стены встретили лучники, арбалетчики и я со своим метательным кочерангом. Расстояния более чем хватало, чтобы спокойно выцеливать сверху головы нежити. Ушлые особи пытались карабкаться по каменной кладке, но получали в итоге алебардами и другим оружием по черепушке.

Несколько гигантов не стало подходить к стене. Монстры имели более мощные верхние конечности, и довольно быстро стало ясно, для чего они им. Гиганты брали специально подготовленные камни, источающие черный огонь, и метали в крепостную стену. Затем доносился грохот, стену потряхивало. Радует, что строили здесь на совесть, и как минимум парочку попаданий в одно место кладка легко выдерживала. Все ж таки, нежити следовало сначала провести обширную бомбардировку, а уже затем вести наступление. Но, похоже, полной власти над своими войсками настоятельница Ордена не имела. Так что им приходилось использовать все наличные силы сразу.

Несколько летающих костяных виверн кошмарили защитников города, но, в целом, воздушных сил у противника было мало. Одну из виверн удалось подбить мне. Я попал по крылу, после чего монстр рухнул на землю, и затем уже другие солдаты его искромсали.

Темные культисты представляли из себя наиболее грозную силу. Сильные практики могли забраться по отвесной стене с помощью Черного Шага. И тогда на стене вскипало кровавое побоище. Особенно если сразу несколько послушников высоких ступеней проникало наверх. Мастеров действительно оказалось много. Мы с Дарракой и Сати схлестнулись с одним из таких. Культист переоценил свои силы, ринувшись в одиночку и напоровшись на элитный отряд в нашем лице. Одна склянка со Жгучей кислотой, несколько удачных выпадов, и темный эмиссар пал.

На других участках стены дела обстояли не столь радужно. Кое-где под стеной скопились целые горы из трупов защитников, пытавшихся избавиться от прислужников Орока. Солдаты и сервы сбрасывали на нежить кипящее масло и тяжелые валуны, использовали иные осадные хитрости. На нечисти подобные приемы работали хуже, но все же приносили свою пользу.

Периодически ко мне подносили тяжелораненых на носилках, так что мне приходилось бросать поле боя. Разорваться на части я не мог.

Мы ждали появления главного действующего лица, о котором ходило множество противоречивых слухов. Никто вблизи не видел настоятельницу, но ходила информация, что она приручила демона Ордена — Янтарную Мантикору.

Наконец, над городом пронесся пронзительный рев, и в воздух поднялось массивное существо. На фоне уходящего за горизонт пылающего солнца силуэт мантикоры выглядел устрашающе-величественным. Здоровая махина с кошачьим телом, толстыми рогами, огромными кожистыми крыльями и хвостом скорпиона. Монстр походил скорее на ягуара, чем на льва, из-за расцветки и отсутствия гривы. Но раз уж переводчик в моей голове обозначил чудище как мантикору, значит, будет мантикорой.

На спине у демона восседала человеческая фигура в сером. Алые волосы развевались в потоках ветра. Настоятельница Дзагири парила над полем боя с видом превосходства.

— Эх, снова летающая хреновина, — вздохнул я, сжимая клешню.

— Господин, только не бросайтесь сломя голову, — остудила мой пыл Бхоль. — Возможно, защитники справятся и без ваших безрассудных планов.

— Да, мои планы включают в себя толику удачи в условиях неопределенности, — покрутил я рукой с усмешкой. — Но я выбираю оптимальные варианты при текущих раскладах.

— Знайте, господин: если вы оступитесь, я уйду за вами, — проговорила Бхоль тихим, будничным тоном.

Я нахмурился. Мне послышалось в ее словах нечто самурайско-самоубийственное, что мне не понравилось. Только я открыл было рот, как Даррака рубанула:

— Чего вы там флиртуете? Лучше бы за нечистью следили, рокх!

— Не флиртуем мы!

— Глядите. Дамочка в сером решила почтить нас своим присутствием, рокх…

Настоятельница верхом на мантикоре приблизилась к крепостной стене. Ничего хорошего от нее мы не ждали, но случившееся превзошло наихудшие наши прогнозы. На конце хвоста мантикоры сформировался большой желтый шар, похожий на миниатюрное солнце.

Подлетев поближе к стене, чудище запустило свой пламенный снаряд в кладку. Раздался оглушительный взрыв, ударила волна горячего воздуха, в разные стороны полетели осколки камней и части тел попавших под обстрел защитников Руена. Когда пыль улеглась, мы увидели, что в стене образовался знатный пролом. Простым зомби было сложно пролезть внутрь, но прыткая усиленная нечисть и гиганты легко преодолевали препятствие. Периметр крепости оказался прорван.

Глава 4

— Настало время Сумасшедшего Кочегара Ли, — проговорил я и направился вдоль крепостной стены.

— Я закрою брешь! — проговорила Чонджул и двинулась в сторону пролома.

За ней последовали и высшие духи ифритки: пламенный брон с кентавром. Союзники принялись отражать натиск нечисти, и от их поддержки была заметная польза.

Я же следил за полетом демона, вычисляя место, откуда будет удобно запрыгнуть на него. Жаль, что культиваторы не летают аки птицы. Мантикора сделала большой круг и принялась возвращаться к стене. Я подметил, что армия нечисти не бросилась, сломя голову, к пролому. По-видимому, Дзагири не могла толком управлять своим темным воинством. Соответственно, чем больше проломов настоятельница организует, тем проще им будет сломить оборону.

Почувствовав движение сзади, я обернулся и увидел, что Сати движется следом за мной.

— Ты чего удумала?

— У меня свои счеты к главе Ордена Заката, — проговорила ученица мрачно.

Я понял, что отговаривать Сати будет бесполезно. Она у нас сильная и независимая, к тому же может принести не иллюзорную пользу в бою.

Дзагири начала снижаться, и я бросился к выбранному ей участку стены. Приходилось проталкиваться мимо защитников крепости, а порой и косить чудом забравшимся наверх культистов или прыткую нечисть. В одном месте потребовалось использовать Огненный Шаг, чтобы перепрыгнуть через огромное костяное лезвие одного из гигантов, который махал над стеной острым клинком. Даже по меркам своих сородичей тварь была здоровенной, так что достигала верхушки стены и могла напрямую воевать с защитниками. Впрочем, вторую конечность практики ей уже отчекрыжили. Я не мог задерживаться, поскольку была цель поважнее, поэтому просто перепрыгнул через препятствие.

За последние декады в технике Огненного Шага мы с Сати изрядно поднаторели. Я научился держать равновесие и точно рассчитывать дозу как хлопка, так и реактивных струй. Я забрался на парапет стены, после чего оттолкнулся от камня, взвился в воздух и приземлился точно на верхушке одной из башен. Сати следовала за мной по пятам.

Мантикора принялась снижаться. Баллисты, лучники и практики обстреливали ее со всех сторон, осознавая угрозу. Однако черное поле проклятого огня надежно защищало демона от снарядов. План у меня созрел почти сразу, как только я увидал хвост мантикоры. Вблизи он оказался толще, чем я предполагал, но, если браться не у основания, хваты клешни должны зацепиться. После стычек с нечистью и использования воронки-щита мне удалось заполнить небольшое хранилище энергии в Клешне проклятым огнем, который я мог теперь обратить против самих слуг Орока.

На кончике хвоста начал разрастаться очередной огромный шар огня. Улучив момент, я разбежался по крыше башни и оттолкнулся от края сильным хлопком, бросив свое тело в воздух. Реактивные струи позволили мне преодолеть значительное расстояние, хоть ци такой трюк сожрал немало. Вытянув руку до хруста, мне удалось поймать уплотнившийся от натуги скорпионий хвост примерно в середине. Хваты сжались, намертво цепляя меня к демону.

Следующей прыгнула Сати. Ее ивовый клинок смог проколоть защиту мантикоры. Девушка также зацепилась за бок монстра. Судя по всему, она воспользовалась возможностью изгибать произвольно свой меч, превратив ивовый клинок в подобие крюка.

Мантикора взревела и дернулась. Дзагири перегнулась через бок, чтобы поглядеть на наглецов, что посмели прилипнуть к ее демону словно цепкие клещи. Дамочкой она оказалась вполне себе симпатичной, если бы не сеть черных вздувшихся вен и гримаса ненависти, исказившая ее прелестное личико. Я заметил, что под черным покровом одежда у настоятельницы выглядела странно: напоминала живую сероватую ртуть с прожилками оранжевого огня. Тело было прикрыто данной защитой, лишь голова оставалась свободной.

Шар набухал и наливался желтым огнем, чей жар я прекрасно чувствовал даже на расстоянии. Тянуть резину я не стал, активировав режущую особенность артефакта почти сразу. Послышался хруст и громкий щелчок. Вырвавшийся черный огонь позволил хватам пробить защиту и отсечь толстый хвост монстра. Зацепиться спрямленной кочергой я уже не мог, поэтому позволил себе просто упасть вниз. Мелькнувшие острые когти лап мантикоры слегка задели мои волосы. Еще немного, и тварь схватила бы меня за голову, но резвости ей не хватило.

Падая, я наблюдал за тем, как дела обстоят у Сати. Девушка успела выудить склянку Жгучей Кислоты и с силой бросить ее прямо в наездницу, совершив красивый акробатический этюд. Дзагири окутало чернильное пламя, от нее послышались какой-то потусторонний рев и громкий зубовный скрежет. Настоятельница обладала мощной защитой, так что даже Жгучая кислота не принесла должного результата. Серая ртуть окутала в том числе и голову Дзагири, защитив уязвимую зону. Выдвинувшаяся на несколько метров черная плеть хлестнула Сати, попав по лицу и телу. Ученический доспех не выдержал, защитные пластины и алый Барьер посыпались. Девушка вскрикнула и высвободила ивовый клинок из тела зверя, после чего принялась падать следом за мной. От ее тела исходила полоса черного огня — из тех мест, куда пришелся удар плети.

Не сформированный до конца огненный снаряд вместе с половиной хвоста рухнули на землю первыми. Произошел взрыв. Поменьше, чем в прошлый раз, но меня ударной волной откинуло в сторону.

Я сгруппировался, погасил инерцию огненным выбросом из ступней и довольно удачно приземлился возле стены, не скатившись в крепостной ров. Главная проблема заключалась в том, что мы упали за пределами стены, поскольку мантикора подлетела со стороны нападавших. Вокруг копошилась разнообразная нечисть, пытающаяся забраться на стену или проломить ее в том числе и головой. Времени прошло слишком мало, а нежить не успела отреагировать на наши выкрутасы.

Заметив, что Сати падает неуклюже, я ринулся в ее сторону и успел подхватить на руки, погасив силу удара от падения. Выглядела девушка неважно: через лицо и грудь еще горела полоса черного пламени, а доспех находился в плачевном состоянии. Оставаться за пределами стен с девушкой без сознания было сродни самоубийству. Я спешно приставил кочеранг к ее голове рукояткой вперед и высвободил солидную порцию целебного огня. Проклятое пламя моментально погасло, и, к счастью, Бхоль быстро пришла в себя, закашлявшись. Хоть ей и досталось, серьезных ран удар плети не нанес. Сати шустро вскочила на ноги, поняв, в какой ситуации мы находимся.

Нежить осознала, что среди них появились живые куски мяса, и принялась тянуть к нам свои руки. Я плеснул вокруг Жгучей кислотой, отогнав наиболее шустрых. Одному врезал Разрезом из кочеранга. Бхоль также сделала несколько быстрых выпадов, упокоив парочку зомби.

— Туда! — скомандовал я и прыгнул вверх, перемахнув через нестройный ряд нечисти.

Сати последовала за мной, совершив высокий прыжок. Мы вырвались из окружения и двинулись вдоль стены, отбиваясь от лезущих со всех сторон зомби. Задачи убить всех вокруг не стояло. Чаще мы просто сбрасывали противника в ров или просто отталкивали в сторону. Проскочили между ног одного гиганта, который был слишком медлителен, чтобы нанести удар по вертким целям.

Бросив краткий взгляд наверх, я заметил, что Дзагири с мантикорой отступили от стен, с которых по ней работали множество стрелков и практиков. Запустить очередной разрывной снаряд они не успели. Судя по всему, без полноценного скорпионьего хвоста повторить свою бомбардировку они и не смогут. Главная задача выполнена. Жаль, Дзагири оказалась сильнее прошлых противников. Помимо проклятого огня, ее защищала какая-то странная пластичная, почти жидкая защита.

Мы с Сати пробежали вдоль стены, старательно уворачиваясь от наседающей нежити. Один культист рангом не ниже Адепта прочертил по моему бедру острым клинком из чернильного огня, и нам с Сати пришлось задержаться. Бутыль со Жгучей кислотой и несколько взмахов оружием избавили нас от одного из самых настырных и сильных преследователей.

До пролома, организованного Дзагири, было далековато. Поэтому я решил двигаться к громоздкому гиганту, который доставал до верхушки крепостной стены. Тварь была медлительной, со множество выступающих костяных пластин, наростов и шипов. Мы, наконец, подобрались к монстру, который успел разрушить верхнюю часть стены.

— Лезь! — отрывисто скомандовал я, срубая голову рядовому зомби.

Сати спорить не стала, запрыгнув на один из коленных шипов гиганта. После чего прыгнула дальше и зацепилась за спинной гребень. Я двинул сапогом и хлопком по лезущей нечисти, после чего и сам прыгнул на коленный шип. Гигант начал двигаться, почувствовав, что по нему кто-то ползает, так что я чуть не промахнулся. Удалось зацепиться клешней. На сапоге повисла клыкастая гончая, прокусив кожу. Я двинул ей по морде второй ногой, снова использовав хлопок. Тварь рухнула вниз с развороченной головой. Я быстро подтянулся, сгруппировался и снова прыгнул наверх.

Сати уже забралась на хребет супер-гиганту и принялась кромсать его клинком, не забывая поливать кислотой. На фоне такого здоровяка ивовый клинок смотрелся зубочисткой. Однако костяному исполину подобное отношение не понравилось. Он принялся вертеться с доступной ему скоростью, двигать единственной целой рукой, и я чуть не свалился вниз, ему под ноги, где уже собралась немаленькая толпа алчущих крови зомби. В последнюю секунду я уклонился от костяного клинка, которым он ударил себя по спине.

Подтянувшись еще несколько раз, я добрался до района шеи гиганта. Сати раскурочила большое отверстие. Не размышляя особо, я достал склянку со Жгучей кислотой и швырнул глубоко в недра твари. Резко повалило чернильное пламя, принявшись пожирать своего хозяина. Чудище дрогнуло. Пользуясь огненным Шагом, мы с Сати запрыгнули на плечо, откуда перенеслись на стену. Наконец, оказавшись в относительной безопасности, где можно перевести дух.

Супер-гигант продолжил беспорядочно махать рукой и топтать своих сородичей, пока черный огонь прожигал его шею насквозь. Наконец, голова отделилась от тела и рухнула на землю. Исполин еще двигался какое-то время, но затем завалился назад и рухнул в крепостной ров с шумом и грохотом, придавив несколько незадачливых тварей. Одной проблемой меньше.

— Подайте мне ци! — скомандовал я.

То ли тон мой был достаточно грозным, то ли наши с Сати этюды впечатлили солдат, но они послушались и принялись передавать духовный огонь в мою воронку. Бой и не думал заканчиваться, так что силы мне еще пригодятся.

— Так, срочные раненые есть? — вопросил я, воспользовавшись передышкой.

Однако в хаосе сражения медики потеряли меня. Обычные защитники лишь глазами хлопали, не зная, чем мне помочь. Впрочем, и хорошо, что ко мне не понесли раненых, поскольку кое-кто оказался не слишком доволен нашими подвигами. Громогласный рев разнесся над Руеном. Мантикора в последних лучах ушедшего за горизонт солнца неслась в нашу сторону. Из ее пасти валил дым и язычки пламени, так что не только из хвоста она способна изрыгать огонь. Впрочем, судя по отсутствию новых атак по стене, аналогичной мощностью вторая способность не обладала.

Солдаты бросились в разные стороны. Мантикора с наездницей врезались в стену в то место, где я только что стоял. Когти проскрежетали по каменной кладке, сломав парапет и вырвав несколько валунов. Хлесткая плеть ударила в вовремя выставленный мной щит-воронку и достаточно легко пробила алый барьер. Черный огонь больно хлестнул меня по только выращенной левой руке. Я откатился дальше от врага, разорвав дистанцию. Быстро прикоснулся к ожогу рукояткой кочеранга и погасил чернильное пламя целебным огнем.

— Лисолов Ли Кон из рода Чай, Отмеченный Тьмой, — прошелестел мягкий, пепельный голос Дзагири, обратившей свой взор на меня. Из-под пластичной брони показалось ее надменное лицо, испещренное черной сеткой сосудов. Мантикора дыхнула в другую сторону огнем, не дав Сати подобраться ближе.

— Рад, что вы почтили меня своим присутствием, — обозначил я шутливый поклон. — Удивлен, что такая красивая и статная женщина стала жалкой рабой одной мерзкой сущности. Я лично ценю свободу слишком высоко, чтобы становиться кому-то в услужение.

— Тебе не понять всю прелесть служения Владыке. Когда я покончу с Руеном, весь Шаньцинь покорится мне. А за ним Ляодун, Арак и мир целиком! Жалкие правители будут ползать передо мной на коленях! — проговорила она убежденно, пылая безумным фанатизмом. Совсем пропащая дамочка. — Ты сорвал мои планы, Отмеченный. Замедлил продвижение моих войск. Придется заняться тобой лично. Тем более Владыка будет рад, если ты, наконец, отправишься в небытие!

Длинная плеть распрямилась и чуть не достала меня в голову. Я снова отпрыгнул назад, защитившись воронкой. Дзагири владела черным огнем филигранно. Темное пламя в ее исполнении было концентрированным и опасным. Било словно острое жало и жгло будто плазменный выброс.

Мантикора понеслась в мою сторону, и я решил не испытывать судьбу, побежав прочь. Демон с настоятельницей двигались за мной по крепостной стене, и никто из практиков на пути не мог им противостоять. Солдаты спрыгивали вниз, убираясь с дороги. Сати пыталась достать мантикору сзади, но у нее получалось скверно. Глядя на разрушения, которые за собой оставлял проход демона, я понял, что таким образом город может лишиться половины защитников. Дзагири с Янтарной Мантикорой словно катком проходились по крепостной стене, сметая все на своем пути.

Можно было попытаться привести их к пролому, рядом с которым собрались лучшие пламетворцы, но я опасался того, что оборона в данном месте рухнет. Надо брать инициативу в свои руки. Дзагири верхом на демоне постепенно нагоняла меня, так что я вынужден был спрыгнуть со стены вниз. Погасив скорость хлопком, я побежал по улице в сторону виднеющихся домов.

При этом не забывал метать кочеранг в своего преследователя. Иногда удары приходились на морду существа, иногда доставалось и наезднице. Правда, существенного урона нанести даже с Шаговым Разрезом не получалось. Демон имел защиту из огненного Барьера, а Дзагири помимо черного пламени обладала какой-то хитрой броней. Морду мантикоры немного удалось располосовать.

Стрелки со стены и внизу принялись поливать врага снарядами, и промазать по демону было сложно. Как-то слишком беззаботно Дзагири решила выступить прямо в средоточии врага. Некоторое время я бегал по улице рядом со стеной, пока солдаты и практики атаковали демона. Мантикора постепенно слабела. Мне тоже доставалось, но Кочеранг Целебной Оплеухи справлялся с ранениями и быстро гасил проклятый огонь.

Поле битвы было усеяно искрами души павших защитников. Волей-неволей, но некоторые частички поглощались моим Дао. В том числе доставалось и Злоднегриссу. Я ощущал пульсацию амулета, в котором сидел контрактный дух. Золотой кулон изрядно нагрелся. Но мне было не до выяснения деталей. Все мое внимание занимала хищная образина с темной настоятельницей, преследовавшей меня по пятам. Одна тварь расстроилась, что я лишил ее хвостового отростка, другая желала выслужиться перед Ороком.

По Дзагири не сильно попадало, но демону доставалось прилично. Некоторые практики даже вступали в ближний бой, вот только мантикора быстро показывала им, кто здесь главный. В тушу демона вонзилось несколько копий, огненные стрелы пробивали иногда защиту, из-за чего ее истыкали со всех сторон. Люшия в одном из выпадов повредила монстру лапу. Это, впрочем, не так уж сильно сказалось на его прыгучести.

Дзагири, наконец, завела меня в тупик, и мне пришлось отступать от стены. Я ворвался в один из домов, снеся входную дверь. Ближайшие строения давно опустели, поскольку сервы эвакуировались либо прочь из города, либо собрались подальше в укрытиях. Взметнувшаяся пыль застила мне взор. На секунду я остановился, чтобы сориентироваться и понять, куда бежать дальше. Каменное строение в моем понимании представляло солидную преграду, но это оказалось не так. Янтарная Мантикора пробила стену, словно она была сделана из соломы. Не успел я сделать вдох, как огромная лапища ударила меня в грудь и пригвоздила к полу.

Навалилась огромная тяжесть, из меня вышибло дух. Огнедышащая пасть приблизилась к моему лицу, предвкушающе скалясь.

— Владыка будет доволен, — заметила Дзагири удовлетворенно. — Разорви его!

— Господин! — донесся отчаянный вопль спешащей мне на помощь ученицы.

Однако Сати не успевала. Липкий страх и боль от вонзившихся в мою грудь когтей окутали мое естество. Но, хоть я и боялся, сдаваться так просто не собирался.

Я сделал попытку извернуться и вонзить кочеранг в брюхо демона, но мою вялую борьбу затмило собой необычное происшествие. Мой амулет раскалился до белого свечения, отчего начал жечь даже мою закаленную в тренировках кожу. Помещение затопил яркий свет. Нависшая морда на секунду отпрянула. А затем из амулета вылетел массивный белый дух, в котором уже нельзя было узнать прежнего мелкокалиберного Злоднегрисса. Дух был значительно крупнее и злее, что ли. Конечности вроде рук выделялись более четко. Никогда ранее не наблюдал воочию переход духов из низшей категории в высшую. Выглядело довольно эпично. Особенно, когда раскаленный белый дух впился в морду Янтарной Мантикоры, принялся кромсать плоть и жечь глаза. Демону стало не до меня, и я смог выбраться из-под тяжелой когтистой лапы.

Глава 5

— Что за… — обронила Дзагири, пытаясь удержать демона в повиновении.

Потолки в здании не были низкими, но монстр был слишком здоровым. Так что настоятельница громко ударилась головой о потолок. Вряд ли это нанесло ей серьезный урон. Скорее, разозлило и раззадорило. Дзагири хлестнула плетью по Злоднегриссу, который вцепился в морду мантикоре.

Я поднялся и принялся помогать своему духу, стараясь достать тварь в шею или голову. Сзади подоспела Сати, ввязавшись в драку.

Злоднегрисс быстро терял свой ослепительный оттенок. Сначала он пожелтел, затем принял оранжевый цвет, красный, бордовый и, наконец, остановился на сером с черными вкраплениями, что соответствовало начальному уровню Рекрута. Переход завершился. Дух остался размером с крупную собаку, однако было заметно, что он серьезно обессилел, выплеснув всю энергию трансформации против злобного демона.

Строение ходило ходуном из-за погрома, который учинила разъяренная мантикора. Потолок второго этажа и стены начали обваливаться. Из-за этого наездница не могла нормально нам противостоять, сосредоточившись на летящих обломках.

Злоднегрисс отпал, не в силах более противостоять противнику, и забился в какую-то щель. Я смог заметить, что ему удалось поразить один глаз мантикоры, но второй все еще горел мутным янтарным светом. Улучив момент, я вонзил кочеранг во вторую глазницу и выплеснул свой алый огонь.

Еле успел вытащить свой клинок. Мантикора взбесилась и принялась с утроенными усилиями крушить все вокруг себя. Заметив проем в стене, я выскочил наружу. Сати также успела покинуть помещение, прежде чем строение сложилось. Само собой, демону с Мастером в доспехах такая встряска была нипочем. Хищное чудище вынырнуло из обломков.

— Слушайся меня! — рыкнула Дзагири, пытаясь удержать норовистого скакуна.

Однако мантикора перестала ее слушаться. После потери зрения ей стала править слепая ярость. Извернувшись, монстр сбросил настоятельницу со своей спины. Дзагири ловко приземлилась на землю, использовав темный Шаг.

Мантикора попыталось взлететь. Однако затем врезалась в одну из крепостных башен и рухнула на мостовую. Без зрения чудовище не могло толком ориентироваться в пространстве.

— Руби крылья! — донеслись команды практиков, окруживших беснующегося демона.

Похоже, там есть кому заняться мантикорой.

— Теперь я понимаю, почему Владыка обратил на тебя свое внимание. Ты портишь любые планы, ублюдок!

— Сумашедший Кочегар Ли, я попрошу, — сплюнул я кровавый сгусток. Гадина повредила мне легкое. Пока в бою возникла небольшая пауза, я приложил рукоять кочеранга к своей груди и принялся испускать целебный огонь. Раны жгло, но при этом плоть и органы быстро восстанавливались.

Дзагири уплотнила свою пластичную металлическую броню, окутав себя дополнительно коконом темного пламени. Затем выпустила длинный черный клинок из дымчатого огня и достала откуда-то из-под брони бежевый костяной кинжал. Невзрачный, скромный и простенький нож без какой-либо гарды. Коготь Орока.

— Вижу, узнал, — ухмыльнулась настоятельница. — То, что уничтожит твою душу окончательно, не дав отправиться на перерождение!

Дзагири понеслась в мою сторону быстрыми прыжками. Мы схлестнулись в жестком клинче. Мне пришлось отступать, поскольку мой духовный щит не выдерживал долгого столкновения с проклятым огнем настоятельницы. Она владела темной стихией мастерски. Бхоль не стала стоять сложа руки, сразу придя мне на помощь.

Дзагири торопилась, опасаясь, видимо, что нам на помощь придут другие практики. Однако у них дел с Янтарной Мантикорой и другой нечистью было хоть отбавляй. На какое-то время нашу троицу оставили друг другу. Дзагири крутилась как волчок, отражая наши атаки. Возможно, двое на одного было не слишком честно, но в настоящий момент меня вопросы чести волновали мало. Как ни крути, а сражаться сразу на два фланга было тяжело даже для Мастера, продавшего душу Ороку. Тем более мои атаки благодаря особенности кочеранга были донельзя стремительными, да и Бхоль не отставала. Дзагири спасала лишь превосходная защита да мощное нападение. Несколько раз мы пытались достать ее Жгучей кислотой, но противница не стояла на месте, да и разъедающая субстанция не могла толком пробиться через ее доспех.

Мы с Сати обзавелись новыми ранами, не в силах парировать всеразрезающий черный клинок. Дзагири попыталась насесть на Бхоль, но ученица грамотно отступала и уклонялась от атак. Пока я пытался пробить ее в спину.

— Не мешайся под ногами! — ругнулась настоятельница Ордена Заката.

— Ты ответишь за свершенные злодеяния! — упрямо проговорила Сати.

Мне удалось нанести неплохой удар сзади, пробив темный кокон и броню Дзагири, оцарапав ей спину.

— Тц, слишком долго! — рявкнула она и резко развернулась в мою сторону.

Из ее рук вылетело чернильное пламя, так что мне пришлось уходить в глухую оборону. Видимость резко снизилась, и я пропустил момент, когда настоятельница пошла на сближение. Дзагири рывком сократила дистанцию, вынырнув из черного облака, и сбила меня с ног. Я смог лишь схватить клешней ее правую руку, заблокировав темный клинок. Да подставить кочеранг, о который звякнул костяной кинжал. Острие проклятого артефакта нависло надо мной. Вокруг нас плескался черный и алый огонь, что мешало сосредоточиться. Коготь Орока приближался к моему лицу сантиметр за сантиметром. Лицо Дзагири было скрыто за сплошной маской доспеха, но я был уверен в том, что она сейчас кровожадно ухмыляется. Умирать крайне не хотелось. Тем более без возможности возрождения. Сердце колотилось как бешеное, все мое тело вместе с котлом души было напряжено до максимальной своей степени. Темный огонь вонял жженым пластиком и серой.

Краем глаза я видел, что Сати пытается пробить ее защиту, но у нее плохо получалось. Тогда Бхоль совершила высокий прыжок. В высшей точке она развернулась лицом вниз и активировала реактивную тягу, что позволило ей развить более высокую скорость. Она ударила в то самое место, которое я успел немного повредить. Тонкий ивовый клинок пронзил защиту, вошел в спину, по инерции прошел дальше, вышел с другой стороны и вошел мне в грудь на пару сантиметров. Что было неприятно, но не так критично, как Коготь Орока, висящий в миллиметре от моего лица.

— Таким тычком меня не убить! — процедила она, продолжая давить.

— Господин, держитесь! — проговорила Сати отчаянно, поняв, что атака не принесла существенных плодов.

По всей видимости, она не придумала ничего умнее, чем выдернуть клинок из раны, постаравшись нанести как можно больше повреждений. Однако этого было явно мало для безумной культистки, чье тело было пропитано темной энергией и имело огромную живучесть.

На какое-то время в животе Дзагири образовалось отверстие, покров и доспехи были повреждены ударом Сати. Я осознал, что это мой единственный шанс, и решил им воспользоваться. Мне пришлось пойти на большой риск. Я разжал клешню и перехватил ей левую руку Дзагири, в котором она держала Коготь Орока — его я считал более серьезной угрозой своей жизни. В следующий момент черный клинок, более не удерживаемый клешней, вонзился мне в левое плечо и принялся прорубаться через плоть. Какие-то доли секунды у меня оставались, пока левая рука еще работала и сдерживала Коготь, а темный меч не успел дойти до сердца.

Правая моя рука с кочерангом же высвободилась. Поначалу я думал о том, чтобы воткнуть свое оружие острием, но некое провидение или интуиция заставили меня поступить иначе. Я с силой воткнул рукоятку кочеранга прямо в не успевшую затянуться рану на животе Дзагири, пропихнув как можно глубже. После чего выпустил целебный зеленый огонь, подав максимальный напор на остатках своей ци.

Дзагири издала оглушительный вопль и сделала попытку отпрянуть от меня. Но я специально подался вперед, продолжая держать кочеранг в ране и направлять целебный огонь. Сати, не сумев пробить ее доспехи, решила хоть как-то мне помочь. Она вцепилась в правую руку Дзагири, не давая ей нанести мне еще больше урона. Несколько мгновений мы стояли в такой странной скрюченной позе.

Пока вопль Дзагири не оборвался ревом взметнувшегося пламени. Зеленый огонь вырвался из раны фонтаном. Пластичные доспехи поплыли и потеряли герметичность, зелено-чернильное пламя принялось литься из всех щелей. Настоятельница Ордена Заката сгорела словно сверхновая за короткий срок. До такой степени, что от нее ни пепла, ни иных следов не осталось.

Коготь Орока, более не поддерживаемый носительницей, брякнулся об обугленную мостовую. Черный плотный клинок рассеялся. Опустевшие доспехи еще какое-то время держали форму, но затем стекли на землю, образовав большой сгусток, похожий на плотную ртуть. Где и застыли словно бы в нерешительности.

Вот уж не думал, что целебный огонь может эффективно справляться не только с темным пламенем, но и проклятыми служителями Орока. Вероятно, он так хорошо сработал из-за той прорвы черной энергии, что текла в теле Дзагири. Полезная особенность при столкновениях с культистами, ничего не скажешь…

— Господин, ваша рана!

Крови из прорубленного плеча натекло немало. Настоятельница успела до легкого добраться и почти поразила мое бедное сердце. Я спешно приложил рукоятку к повреждению и принялся за самолечение. Сати поделилась со мной ци, хоть у нее самой оставалось не так много сил.

Практики справились с Янтарной Мантикорой, хоть и понесли потери. Люшия, новая глава отряда пятилистников, направилась в нашу сторону вместе с другими командирами и пламетворцами.

— Настоятельница Дзагири мертва? — обратила она внимание на доспехи и валяющийся костяной клинок. — Хорошие новости! Мы должны передать Коготь Орока в надежные руки. Мифриловый доспех настоятельницы, полагаю, достанется отряду Ли Кона в качестве трофея. Есть возражения?

— Возражений нет. Я передам Коготь генералу Хушаю на хранение, — откликнулся один из офицеров.

— Не лучше ли использовать Коготь в бою, чтобы победить нечисть? Эффект от его применения может усилить солдат, вернуть им дух и силы, — предложил один практик.

— Исключено! — нахмурилась Люшия. — Проклятый артефакт нельзя использовать никому. Будет лучше, если Орден Пятилистья позаботится о темном артефакте!

— Мы уже успели убедиться, к чему приводит артефакт в руках Ордена. Лучше будет, если Коготь Орока останется у вана Шаньцинь.

— Сати, принеси Коготь мне, — хрипло проговорил я, с трудом присев на земле.

Окружающие перестали гомонить, опешив от моей наглости. Бхоль молча сходила за кинжалом, обернула тряпкой и принесла его мне. Я невозмутимо спрятал артефакт за пазухой и произнес:

— Коготь Орока — мой трофей. Я позабочусь о нем. Вам артефакт доверять нельзя.

— А тебе можно, Сумасшедший Ублюдок Ли?! Ты просто жаждешь использовать артефакт сам!

Я молча отогнул ворот продырявленного халата, показав крупный шрам в районе сердца. На том месте, где раньше красовалась черная длань.

— Еще вопросы есть?

— Отмеченный Тьмой… — проговорил кто-то.

— Полагаю, Ли Кон — идеальный кандидат в качестве временного хранителя Когтя, — встала на мою сторону Лушия. — Он доказал, что является кровным врагом Орока, получив метку и сразив многих его приспешников. Пусть кинжал остается у него. Дамы и господа, у нас еще много дел. Наступление отнюдь не закончено. За работу!

Офицеры и рядовые пламетворцы потянулись к стене, из-за которой все еще доносились звуки битвы и завывания нежити. Несколько человек помедлили, глядя на меня с неудовольствием, а то и неприязнью. Похоже, Коготь Орока для многих являлся лакомой целью. И плевать им было на тот факт, что это проклятый артефакт. Если так подумать, то при правильном применении он может послужить во благо…

Я покрутил головой, почувствовав, что в мой разум вторглись чужие мысли. Потрогал кинжал через ткань, поморщившись. Похоже, я взвалил на себя очередную тяжелую ношу. Но таков Путь Кочегара.

Из-за потери крови ощущалась унизительная немощность, поэтому я решил прекратить боевое выступление и сосредоточиться на раненых. Сати убрала стекшие доспехи настоятельницы в свой огненный карман. С ними мы решили разобраться как-нибудь позже. Меня проводили к госпиталю, организованному недалеко от пролома в стене. Именно здесь сражение кипело наиболее жарко. Мне дали тонизирующее зелье, восполняющее ци понемногу. Не без побочных эффектов, но я решил пойти на данные меры. Также добровольцы подавали мне ци через воронку.

К сожалению, с гибелью предводительницы темное воинство не остановилось, как это обычно бывает в киноэпопеях. Нечисть направляла скорее воля Орока. Любой миньон мог заменить настоятельницу. Да и без командиров нечисть продолжит штурм, разве что менее дисциплинированно. Так что придется зачищать их всех до единого, а ведь орде не было конца и края.

Одним из первых пациентов стала… Даррака. Аракийка прибежала в госпиталь, буднично придерживая свою левую руку, отделенную от тела. Вся грязная, в порванной одежде и доспехах, но довольная. Девушка участливо спросила, завидев мой бледный вид:

— Босс, вы в порядке?

— Получше тебя, — хмыкнул я, осматривая повреждения союзницы.

Рана, к счастью, была резаной и довольно ровной, а потому много энергии на восстановление не потребуется.

— Славная битва! Мертвяки все никак не кончаются. Давайте побыстрее, мне надо продолжать бой!

— Сказал бы я, что тебе нужен постельный режим, но вряд ли у нас получится убедить тебя лежать смирно, — вздохнул я. — Сати, приглядишь за ней?

— Хорошо. Но следите за местными. Мне не понравилось их отношение к Когтю.

— О, так вы получили тот самый артефакт Орока? — заинтересовалась Чонджул вдруг. — Отпад! Можно мне его подержать?

— Нечего лишний раз лапать “коготок”, — проговорил я, следя за тем, чтобы кость и ткани срослись правильно. А то еще шиворот-навыворот приращу руку. Целебная магия артефакта довольно мощная — она и такие вещи может сотворить.

— Я тут немного прибарахлилась, — обронила Чонджул сверток с элементами доспехов, оружием и деньгами. — Босс, уберете пока к себе?

— Ты еще и культистов успеваешь обирать? — покачал я головой удивленно. — Ты разве не изучила Связь с огненным планом?

— Точно, рокх! — хлопнула она себя по лбу здоровой рукой. — Все не привыкну, что теперь могу пользоваться данной техникой…

Даррака, вернув свою руку, направилась обратно на поле боя, за ней двинулась и Сати. Я наказал им не лезть на рожон и в случае ранения сразу же отступать в госпиталь. Сам же взялся за следующего тяжелораненного. Со временем я приучился выбирать только смертельные случаи, оставляя остальных на поруку обычным медиками и целебным зельям. Некоторым только подлечивал внутренние органы и сшивал наиболее серьезные раны, не исцеляя полностью. Что позволяло экономить ци. Бойцы из таких практиков все равно были посредственные.

Спустя какое-то время я решил сделать перерыв, отвлечься от целебной стези. Хотя медикам не понравилось, что я покидаю свой пост. Также я заметил, что снаружи за мной следовало несколько практиков. Я в цветах и геральдике Шаньцинь был не силен. Вероятно, один тип представлял вана, другие — местных цзы и боевые подразделения. Был и один пятилистник, следующий за мной на расстоянии.

Я направился к стене рядом с проломом. Нечисть перла непрерывным потоком, и не думая заканчиваться. Гончие, гиганты, усиленные мертвяки и культисты продолжали штурм. Силы же защитников подходили к концу. Духовная энергия не была бесконечной, и выдерживать такой темп нам было сложно. Сати сражалась рядом с Дарракой, экономя свою ци. Из-за чего эффективность атак снизилась.

Забравшись на стену, я принялся метать кочеранг в проходящую через пролом нежить, обильно смачивая лезвие Жгучей кислотой. Последний наш резерв, который также подходил к концу. Изрядно мы израсходовали зелий на различную нечисть. На одну Дзагири извели массу. Гиганты представляли серьезную опасность, так что я сосредоточился на их ногах.

Разорванные тела защитников представляли собой удручающую картину. Силы покидали людей, обороняющиеся с трудом сдерживали пролом. Забравшийся по стене культист чуть не отправил меня на тот свет. Мне пришлось помахать клинком, защищаясь воронкой от темных атак. В итоге я сумел накопить проклятой энергии в клешне и схватить его за шею. После чего отделить голову от тела. Тем не менее, удручающей картины на поле боя моя скромная победа не изменила. Сколько же тварей успели они подготовить с помощью Когтя Орока? Может, и впрямь использовать его, чтобы восполнить силы?

Я ударил себя по щеке, поняв, что поганый артефакт снова со мной играется. Если так пойдет и дальше, то нам придется бежать. Нельзя, чтобы нечисть вернула Коготь Орока в свои руки. Унести его подальше и уничтожить важнее, чем защитить Руен.

С восточной части фронта вдруг начал доноситься слитный гул. Словно грозовые тучи приближались, громыхая и шумя потоками льющейся воды. Первым я заметил огненную искорку, летящую по небу. Которая на поверку оказалась вернувшейся Нией. С восточного фланга по нечисти ударила конница со свежими пламетворцами. Началось истребление, отчего народ на стенах пришел в возбуждение. Впрочем, были среди криков радости и опасения на тот счет, что подоспевшие на помощь ляодунцы могут устроить какую-нибудь подлянку потом.

— Ли! Я исполнила твое прошение. Достойно, смею заметить! — обвела рукой поле боя Хелсс. — Доволен ли ты?

— Более чем, — присел я на каменный обломок, чтобы передохнуть. — Подмога пришла как нельзя вовремя. Как тебе удалось уговорить их?

— Хмпф, людишки все одинаковые, — фыркнула она. — Пообещала одному знатному вельможе, что проведу с ним ночь. Он договорился об отправке помощи.

— Серьезно? Даже на такое готова пойти? — удивился я. Не слишком-то распутность сочеталась с горделивым характером ифритки.

— Время я не называла, — усмехнулась огненная бестия. — Это может быть через месяц, через год или через сто лет. Кто знает, проживет ли это насекомое столь долгий срок.

— Хитро. Хотя не думаю, что после этого он будет доверять ифритам.

— Орок с ним, — пожала она плечами.

— Кстати, насчет Орока… — я подошел к краю стены и осмотрелся. Приставленные ко мне люди все еще находились поблизости. Они сражались с лезущими из пролома монстрами, но не забывали поглядывать, на месте ли я. Один тип стоял на крепостной стене неподалеку, орудуя из лука.

Мне такое поведение не понравилось. Коготь Орока и впрямь губительно влиял на разум окружающих. Сильные мира сего жаждали заполучить его себе, и плевать им, к чему это может привести. Каждый, как и Дзагири, считал, что сможет управлять артефактом, избегая его влияния. Черта с два! Лишь истинный Кочегар способен нести сие тяжкое бремя, не поддавшись на провокации Орока. Но и это не точно…

Я повернулся к ожидающей моего решения ифритке и произнес:

— Нам надо найти способ незаметно убраться из Руена.

— О-у, — Ния принялась изучать обстановку вокруг. — Посмотрим, что можно придумать…

Глава 6

Тучи заволокли небо, не позволяя лучам Орока как следует разогнать сгустившийся ночной сумрак. Местами горели факелы и фонари из малых духов, плюс практики охотно подсвечивали окружение. Ибо сражаться в полной темноте с нежитью было вдвойне жутко. Виднелись многочисленные прожекторы подоспевшего на выручку воинства ляодунцев. Пускай их заманили сюда с помощью хитрости, но без их помощи вряд ли бы шаньциньцы сумели защитить город. Несмотря на осветительные артефакты, темных закоулков оставалось предостаточно.

Ния слетала на разведку и использовала найденных малых духов. Сама она была слишком заметной, чтобы просто так шастать по закрытым объектам. Строго говоря, обычно и за малыми духами следили. А ну как ляодунцы подослали шпионов, которые разведывают линию обороны и тайные ходы. Но в текущих событиях на шастающих сгустков пламени практически не обращали внимание.

Хелсс передала послание Дарраке с Сати, и под покровом ночи они незаметно покинули место схватки, сделав вид, что отправились передохнуть. В сражении с нечистью наметился перелом благодаря подоспевшей подмоге. Поток зомби через пролом в стене иссякал. Так что никто ничего не заподозрил. Два подопечных высших духа также по-тихому покинули поле боя, изрядно уменьшившись в размерах.

Я же, следуя командам Нии, придвинулся поближе к башне, продолжая со стены метать кочеранг по копошащимся внизу зомби. Ифритка заранее погасила некоторые огни, снизив видимость. Сделав вид, что направился дальше, я нырнул внутрь башни следом за принявшей человеческий вид наследницей Хелсс. Ради маскировки она значительно потускнела, язычки пламени снизили яркость, а волосы свои она скрыла капюшоном.

Улизнуть оказалось довольно просто. Наблюдатели делали вид, что не следят за мной, а просто ошиваются поблизости и режут нежить. Поэтому отреагировали на мою пропажу не сразу. Я проследовал за Нией по темной лестнице вниз. Из основания башни подземный ход вел вглубь города. Мы преодолели одну из опускающихся створок, которая была в настоящий момент открыта — ифритка заранее разведала маршрут. Охранников не было в наличии, поскольку все силы были брошены на отражение угрозы. Мы вылезли в оружейном квартале, откуда, в случае чего, шли поставки снарядов и прочих припасов во время осады. И незамеченными растворились в ночном обезлюдевшем городе.

Возле условленного места соединились с Сати и Дарракой, поджидавших нас в проулке. Они сумели разыскать Чебуля рядом с тем трактиром, где я его оставил. Хургл радостно забрался мне на плечо и потерся мордочкой.

Наверняка нас уже начали искать, так что мы не стали медлить. Направились по безлюдным узким улочкам и закоулкам к северо-западной части Руена. Нежить просочилась везде, окружив город. Но в северной части их число было минимальным. Соответственно и охрана стены оставалась разреженной. Мы нашли место с примыкающей к стене постройкой, забрались на ее крышу с помощью Шага, затем запрыгнули на стену и перемахнули через зубцы. В кромешной темноте улизнуть от случайного взгляда оказалось несложно.

В полях вокруг города бродила нечисть, однако кого-то вроде гигантов или высокоранговых культистов не встречалось. Четверка Адептов легко прорезала себе путь через открытую местность. Прожекторы пламетворцев ни разу на нас не остановились, так что можно было вздохнуть спокойно. Мы добрались до лесистых зарослей, которые здесь, в целом, напоминали растения Чайфу, и принялись плутать. Сати вела нас то на запад, то на север, порой мы ходили кругами, чтобы сбить вероятных преследователей со следа. Долго следовали вдоль ручьев и даже искупались пару раз в небольших холодных речушках, для чего пришлось использовать Греющую ауру. Двигались быстро, иногда переходя на бег. Силы наши слегка восстановились после перекуса на скорую руку.

Лишь поздним утром, когда Гатхи уже вовсю прогревал промерзшую за ночь землю, мы разбили лагерь и встали на отдых. Выбрали уютную полянку под сенью раскидистых деревьев, похожих на вязы.

— Я так полагаю, у вас была веская причина тайно убегать, не дождавшись конца сражения? — заметила Ния, с величавым видом… играя с Чебулем веточкой. Хургл гонялся за палочкой словно заправский кот.

Вот уж не думал, что горделивая ифритка будет питать слабость к мелким питомцам. По всей видимости, людское презрение к хурглам она не разделяла. Наверное, под землей их просто не водилось.

— Была, — ответил я односложно, не желая вдаваться в подробности.

— Судя по туше мантикоры, глава Ордена Заката отправилась к своему владыке? Неужто прибрал к рукам Коготь Орока?

Я посмотрел на ифритку с подозрением.

— Нечего пожирать меня взглядом, — заметила она. — Ифриты никогда не пойдут на сделку с Ороком и не будут пользоваться его дарами. Мы состоим из огня Фанши, проклятое пламя нас попросту уничтожит.

— Это не значит, что вы не возжелаете извлечь выгоду из данного артефакта.

— Твоя правда, но мне можно доверять, Ли.

— Само собой, — заметил я с сарказмом.

— Я отправлюсь на поиски Злоднегрисса, — поведала Ния. –Он служил домену Хелсс, и ему была обещана опека и защита после перехода на высшую стадию. В нынешнем состоянии его даже младший дух может пожрать.

— Хорошо, — кивнул я. — Следи за тем, чтобы тебе никто не сел на хвост.

— Я пойду нижними путями, куда людишки почти не суются.

— Много слышал о них. А мы можем ими воспользоваться?

— На ступени Адепта не советовала бы туда соваться. Быстро познакомитесь с хищными духами. Тем более плотский облик не позволит вам протиснуться сквозь мелкие щели. Вам придется искать открытый вход в пути: вулканы, огненные реки, горячие гейзеры. Так что не вздумай нырять в нижние пути, Ли. Ты мне еще нужен.

— Звучит почти как признание, — усмехнулся я. — Удачи с поисками Злодни. И спасибо за помощь.

— Не скучайте!

Ифритка немного полетала над поверхностью, пока не отыскала пролом в земле, куда и протиснулась.

— Эх, думала, нас наградят как героев, а вместо этого пришлось спасаться бегством, рокх! — вздохнула Даррака. — Это все из-за Когтя?

— Ага.

— Вот гадкий ножик… Ну, хотя бы немного трофеев собрать успела…

Набив как следует живот, я настроил Греющую ауру и улегся на тонкой подстилке из трав. Вырубился почти сразу, как только опустил голову. Во второй половине дня меня толкнула Сати, передавая караульную эстафету. Девчонки выложились на полную, так что и им требовался полноценный отдых. Я обошел окрестности, проверив, не затаился ли поблизости коварный зверь. Все было тихо, к нашей радости.

Присев на поваленное дерево, я принялся аккуратно счищать грязь с кочеранга и полировать его. Оружие много работало в последнее время, поэтому требовало ухода. Местами образовались сколы, царапины и потертости. Подобное отношение снижало силу особенностей, так что необходимо приводить оружие в надлежащий вид. Радует, что духовный артефакт имел нечто вроде регенерации, позволяя восстанавливать даже крупные сколы на лезвии. Живая ткань также постепенно восстанавливалась, получая духовную энергию от носителя. В такие моменты начинаешь ценить все удобства живой одежды. А то бы бегали сейчас полуголые, прикрывшись фиговыми листиками. Огненная стихия в сражениях ханьфу не щадит.

Спустя час я услышал движение в спальной зоне. Зевая, потянулась Даррака.

— Еще рано, — произнес я негромко, дабы не разбудить Бхоль.

— М-м-м, мне надо кое о чем поговорить с тобой, босс…

Чонджул поднялась с импровизированной постели и двинулась в мою сторону.

— Да?

— Мы расправились с угрозой Ордена Заката, поэтому я должна покинуть отряд.

— Что? Почему?

— Я ведь говорила ранее: такова традиция аракийцев. Я обязана посетить родное село после перехода на новую ступень. Мне надо обновить родовые татуировки. После жара перехода они почти полностью выгорели, рокх! Да и поделиться с родней добытыми трофеями не мешало бы.

— Ты действительно должна уйти? Прямо сейчас? — проговорил я, ощущая неприятную горечь.

Что ни говори, а к компании Дарраки я привык. Она мне нравилась, не буду кривить душой.

— Но, прежде чем уйти, я хотела кое-что сделать… — проговорила Чонджул странным тоном.

Я приподнял брови в недоумении.

Аракийка вдруг приблизилась ко мне, наклонилась, схватила за отворот восстановившегося ханьфу, резко дернула к себе и накрыла мои губы страстным, крепким и протяжным поцелуем. Оказывать сопротивление я посчитал излишним.

— Поганая дылда! — раздался гневный вскрик со стороны спальной зоны.

— Тс-ч, проснулась-таки, — скривилась Даррака, отстранившись от меня. — Ладно, еще разок…

Наплевав на все нормы, Чонджул снова поцеловала меня, и на этот раз я был более готов к интимной близости.

— Ты переходишь все границы, великанша!!!

Бхоль материализовалась рядом с нами и принялась растаскивать в стороны. Жаль. Я был бы не прочь продлить время поцелуя. Но и огорчать Сати мне не хотелось.

— Рокх! Вечно ты путаешься под ногами, мелочь… — вздохнула Даррака, облизнув свои губы с улыбкой.

— Ты давала обещание!

— Я прекрасно это помню, облачница. Но ничего поделать с собой не смогла. Я решила, что Ли Кон будет моим мужчиной, — проговорила аракийка буднично, словно я был переходящей игрушкой.

— Хм, а мое мнение кого-нибудь интересует? — поинтересовался я.

— Господин Кон, не влезайте. Это наше дело! — проговорила Сати уверенно.

— Оу, вот как? — потер я щетину, решив, что между двумя разгоряченными дамами лучше не вставать. Тем более между двумя пламетворцами-Адептками.

— Чонджул, ты давала слово, что не станешь испытывать к господину никаких любовных чувств!

— М-да, ты была права. Все как-то само получилось. А я ведь еще смеялась над тобой тогда. Извини, облачница…

Бхоль даже замолкла на секунду, не в силах поверить в то, что аракийка способна признавать ошибки и извиняться.

— Не уверена, когда я осознала, что босс мне нравится. Наверное, в тот день, когда он сражался с моим братом в ульдханг… Кто бы мог подумать, что из всех мужчин во мне проснутся чувства к тому, кого заслуженно прозвали Сумасшедший Ублюдок…

— Разве ты не заверяла, что не видишь мужчин в людях низин? — приподняла Сати бровь.

— Да, но босс — исключение. Он хоть и мелкий, но такой… — Даррака пыталась подобрать слова. — Крепкий и несгибаемый, словно адамантовый стержень, рокх. Как он рубил головы нежити, вспарывал животы и выжигал мозги… Потрясающе мило! Ли — такой душка!

Даррака снова нарушила правила, сграбастала меня в охапку и прижала к своей массивной груди, принявшись с удовольствием тискать. Объятия аракийки были крепкими, но я бы не сказал, что неприятными.

— Да сколько можно?! Господин, не стойте столбом! И сотрите эту похабную улыбку со своего лица!

Сати все же удалось нас растащить в разные сторону. Чонджул не выглядела так, словно ей стыдно. Вообще я не был уверен, что аракийке известно чувство стыда. Сам же я ощущал разные вещи: грустил из-за скорого отбытия Дарраки, радовался тому, что она открыла мне свое сердце, переживал из-за любовного треугольника и чувств Сати.

— Ты позабыла о нашем уговоре в случае нарушение слова?

— Я хорошо помню уговор, облачница. Я покину отряд, как и обещала.

— Рада, что ты умеешь держать слово… — кивнула Сати.

— Но, когда я закончу с делами, разыщу вас и вернусь в отряд.

— Что?! Уговор такого не подразумевал!

— Я знаю, — спокойно кивнула Чуонджул. — Но есть одно противоречие… Я давала клятву Дао боссу, что не покину отряд в ближайшие годы. Я не могу нарушить клятву и заполучить поганые рубцы на душе. Аракийцы держат свое слово. Босс, мне ведь можно отлучиться на какое-то время и навестить дом?

— Конечно. Это не будет нарушением клятвы.

— Облачница, я не клялась в тот день своим Дао, но все равно обязана уточнить: простишь ли ты меня за столь вольную трактовку нашего с тобой уговора?

Бхоль несколько секунд буравила аракийку недовольным взглядом, но затем вздохнула:

— Кто я такая, чтобы решать, кому в отряде господина место, а кому нет. Делайте, что хотите…

— Отлично, рокх!

Чонджул сблизилась со мной и прильнула к моим губам, словно только и ожидала разрешения.

— Я не это имела в виду! — снова встала между нами ученица Ордена.

— Тц, ладно. Мне пора идти… — отступила Даррака.

— Прямо сейчас? Пока ты будешь шастать, мы уже мастера возьмем! — заметил я.

— Тогда мне придется вас догонять. Не страшно, — пожала она плечами.

— Может, сначала уничтожим Коготь? — предпринял я последнюю попытку отсрочить неизбежное.

Лицо Чонджул окаменело. Девушка скривилась и нехотя выдала:

— Есть и другая причина, почему я должна уйти. Вы, наверняка, знаете, что у аракийцев сложности с культивированием Ши. Мне известно, что Коготь Орока может нивелировать данный недостаток. Люди Арака могли бы получить средство для быстрого роста. Наверняка, вы скажете: мы не сможем контролировать артефакт, как не смог и Орден Заката. Я это знаю. Знаю, но все равно с трудом сопротивляюсь позывам. Проклятый кинжал призывает меня воспользоваться им. Лучше вам его как следует спрятать, чтобы он не вводил в заблуждение честных аракийцев. Я уже знаю о его существовании, поэтому мне следует покинуть отряд. Я не настолько… сильна, как босс или облачница. Вы сможете сопротивляться, но мне тяжело устоять перед соблазном.

— Я понял тебя, — кивнул я. — Что ж, мы направимся на север. Через Четверной предел, на поиски Хрустального Пика, как нам советовал небесный мастер. Возможно, там мы узнаем, как уничтожить кинжал… Хе-х, почти что Братство Когтя…

— Братство? Может, Сестринство? — хмыкнула аракийка, намекая на превосходство женского пола в количестве.

— Главнее тот, у кого артефакт, — отмахнулся я.

— Я обязательно найду вас, босс! — ударила кулаком о грудь Даррака.

— Не сомневаюсь. Удачной дороги, Дари. И позволь мне…

Я подошел к Чонджул, крепко обнял, после чего быстро поцеловал напоследок. На лице Дарраки осталось слегка удивленное, но довольное выражение. Похоже, она все-таки не была полностью уверена в моих чувствах к ней, и такого шага с моей стороны оказалось достаточно, чтобы ее настроение значительно улучшилось.

— Не все ж тебе меня тискать… — произнес я.

— Спасибо, босс! Я мигом. И соскучиться не успеете! Облачница!

— Да?

— Следи за Ли Коном, не давай всяким вертихвосткам возле него ошиваться. За девкой огненной пригляди. Неизвестно, что у нее на уме.

— Можешь не беспокоиться на сей счет.

— И со шрамом своим разберись. Он тебе не идет, — критически оглядела ее Даррака.

— Согласен, — кивнул я.

Отметина Дзагири все еще портила прелестную внешность Бхоль. Через все лицо и часть торса проходил грязный, некрасивый шрам. Сати прикрыла шрам рукой, склонив голову нервно.

— Да… — проговорила она глухо.

— До скорой встречи, рокх!

— Гя-уш! — вскрикнул хургл, словно бы понимая, что мы расстаемся с соратницей надолго.

Махнув рукой, аракийка направилась в лес и вскоре исчезла из вида. Мы с Сати остались наедине на полянке, если не считать Чебуля и ее контрактного духа. Келстигнусс, к слову, сумел также вознестись и преодолеть разрыв до желтой касты. Да и мы тоже немного развили свое Дао и даже Цунь. В столь экстремальных условиях, когда тебе приходится действовать на пределе возможностей, телесный элемент усиливается сам собой.

Сати отошла в сторону и присела на камень, спиной ко мне. Я чувствовал себя немного неловко перед любимой девушкой. Всегда считал, что гулять сразу с двумя или заводить любовницу на стороне может себе позволить лишь отпетый негодяй. Но как-то само получилось, что я сам стал этим негодяем. И, похоже, обратного пути уже не существовало.

Наступал вечер, солнце постепенно двигалось за горизонт. Я подошел к Сати и присел рядом с ней, положив ладонь ей на колено. Попытался заглянуть в глаза, но она резко отвернулась, прикрыв лицо рукой.

— Простите, что вела себя столь дерзко, господин Кон. Вы — мой сюзерен, а я — слуга. Я не имею права указывать вам, с кем можно строить отношения, а с кем нет.

— Чего началось-то? — опешил я. — Мне казалось, что мы уже определились друг с другом, разве нет?

— Я… недостойна быть рядом с вами, господин…

— Да в чем проблема? Из-за Дарраки расстроилась?

— Нет… То есть, и это тоже…

Меня начали раздражать эти недомолвки. Я хотел взглянуть Сати в глаза, но она постоянно уводила взгляд и прятала лицо. Я резко схватил ее за руку и отвел в сторону, благодаря чему смог нормально взглянуть ей в лицо. Шрам и впрямь выглядел ужасно. Правый ее глаз помутнел. Зрение она не потеряла полностью, но, по всей видимости, черный огонь успел нанести повреждения. Из глаз девушки катились слезы, ее взгляд перескакивал с одного предмета на другой.

— Не… не смотрите на меня… — проблеяла она несчастным тоном.

— Подожди, так тебя шрам беспокоит, что ли?! — воскликнул я.

Сати подавленно кивнула.

— Ты забыла о том, что всегда можешь положиться на Непостижимого Целителя?

— Разве зеленый огонь может убрать шрамы? — раскрыла она глаза в надежде.

— Конечно. Сколько я раненых перелечил. Шрамы убираются на ура!

— Тогда почему вы свои шрамы не вывели, господин?

— Ну так… Шрамы вроде как украшают мужчину.

— Что?! Из-за такой ерунды?!

— Шрамы поддерживают мою грозную репутацию, так что с нами предпочитают не связываться, — принялся я оправдываться.

— Полная чушь! — нахмурилась Бхоль, наконец, взяв себя в руки. — Если вы спросите моего мнения, то я хотела бы видеть господина Кона без шрамов!

— Гх-м, тогда придется и собой заняться. Буду выглядеть как манерный парнишка из группы поп-айдолов…

— Вы будете выглядеть великолепно, господин Кон! — возразила Сати уверенно.

— Что ж, поверю вассалу на слово…

Глава 7

— Но сначала займемся тобой, — проговорил я решительно. — Мой резерв полон, так что давай посмотрим поближе.

Бхоль успокоилась, поняв, что ничего страшного не случилось. По сути, обычная процедура лечения, через которые мы проходили не раз, помогая друг другу: смазывая, бинтуя раны или исцеляя артефактом. Девушка поморщилась и резко заморгала, когда зеленый огонь коснулся глаза. Наверняка, ощущения не из приятных. Однако Сати стоически вытерпела процедуру исцеления. Серый мутный глаз вернул свои краски, правда, бледнее чем раньше. Левый ее глаз радовал насыщенным красным цветом, а правый остался розовым. Но Сати это не расстроило. Главное, что зрение полностью восстановилось. И я заверил, что подобная незначительная гетерохромия лишь добавляет ее природной красоте приятную изюминку. Смутившись, Бхоль перевела тему, потребовав заняться ее шрамом.

Нам пришлось использовать Жгучую воду, которая доставляла болезненные ощущения при попадании на кожу. Но ученица лишь слегка скривилась, не проронив ни слова. Шрам постепенно истаивал, сожженная бровь отрастала, кожа выравнивалась, возвращая свой молочно-розовый цвет. В первый сеанс нам не удалось убрать все последствия, но Сати уже значительно похорошела. Оставшиеся следы уже не могли скрыть красоту ее прелестного личика.

— На сегодня хватит… — проговорил я, почувствовав проседание резерва. Целебный огонь порой отбирал много ци, особенно, в таких хирургических работах.

— Спасибо, господин Кон… — ощупала она свое лицо удовлетворенно. — И прошу простить меня за дерзость…

Сати резко приблизилась и ткнулась в мои губы своими. Неуклюжий поцелуй не продлился долго. С покрасневшим лицом Бхоль отстранилась, стараясь не смотреть в мою сторону.

— Вот так фокусы! — крякнул я от неожиданности.

— Что? Предпочли бы вместо меня с Дарракой лобызаться?

— Нет, конечно. Но как же отношения вассала и сюзерена?

— Прошу меня простить, господин. Тяжелая битва с Орденом Заката, суматошная ночь и тяжелый день совершенно выбили меня из колеи. Можете быть уверены, что впредь я буду контролировать себя.

— Нет, да я ведь совсем не против…

— Я займусь ужином, господин, — отрезала Бхоль, вернув свою невозмутимую маску.

Я решил не давить на ученицу. Ей тоже было нелегко перестроиться.

— Ты довольна, сестрица Сати, тем, как мы расправились с убийцами твоих близких? — поинтересовался я, пока закипала вода в котелке.

— О большем я и мечтать не смела. Надеюсь, Дзагири переродится презренным хурглом.

— Гя-уш!

— Прости, Чебуль, я не тебя имела в виду… Теперь нам осталось только уничтожить Коготь, чтобы больше никто не попал под проклятье Орока.

Я достал сверток и развернул, явив Коготь миру. Простенькая с виду безделушка, которые продают в сувенирных лавках доверчивым туристам. Однако я ощущал некую злую силу, исходящую от него.

Коготь Орока

Уровень: Солнечный. Тип: общий предмет

Особенность: увеличение скорости атаки на 37%

Особенность: проклятый артефакт

Особенность: разрушает душу живого существа при смерти

Особенность: упрощенное создание темных существ

Особенность: скорость прохождения темного огня выше на 132%

Особенность: наносит незаживающие раны

Не с первого раза, но у меня получилось отправить послание Фанши и успешно получить ответ. С боевой точки зрения, Коготь Орока не слишком сильный артефакт, но, со стратегической, его особенности могут принести определенную пользу. Душа живого существа, как я понял, содержит много энергии. Недаром же ифритка охотилась за моей душой. При разрушении высвобождается столько энергии, что Цунь-Ши-Дао развивается влет. Наверняка с перекосами, поскольку ты не успеваешь осваивать полученные силы, но для целей нечисти этого достаточно. По-быстрому настрогать войско и бросить его на убой. Каждый взятый населенный пункт будет добавлять к армии новых солдат, восполнять потери и дополнять новыми силами. В теории разрастаться орда должна в геометрической прогрессии. Повезло, что Руен удалось отстоять. Иначе зараза могла расползтись по всему Шаньцинь, Ляодун и уйти на другие земли.

Сомнительный боевой трофей, который нельзя, по сути, использовать. Проклятый артефакт только голову морочил и создавал проблемы. Я тщательно запаковал его в тряпки.

— Хм, можно ли его спрятать в огненном измерении? — предположил я.

— Не уверена. Келсти, как ты считаешь?

— Сначала ци.

— Проглот. Держи… — Сати поделилась с ним духовной энергией.

— Артефакты огромной силы являются лакомой целью и для существ, живущих в огненном измерении. Прятать там их — плохая идея.

— Что ж, спасибо за предупреждение… — заметил я. — В итоге мы не получили кучи трофеев после стольких стараний… Как твоя ученическая броня?

— Сомневаюсь, что ее можно восстановить, — вздохнула Сати. — Да и на ступени Адепта в этом уже нет большого смысла. Слишком горяч духовный огонь, слишком мощны атаки врага.

— Ясно. А что насчет брони Дзагири? Что это за штука такая?

Бхоль достала пластичные доспехи из своего схрона. Мы принялись рассматривать их и трогать. Аморфная серебристая масса легко перекатывалась и напоминала нечто среднее между пластилином, киселем и жидким убийцей из будущего.

— Мифрил, — проговорила Сати благоговейным тоном. — Наставник рассказывал мне когда-то про “живую сталь”, что крепче настоящей стали… Не думала, что мне доведется держать ее в своих руках…

— Дорогая вещь? — потрогал я гладкую холодную субстанцию.

— Безумно. Если мы продадим мифриловую броню, то сможем купить вам и мне лучшие паровые доспехи, которые только можно сыскать!

— Заманчиво. А что духовная Суть нам скажет… — активировал я технику.

Мифриловый Доспех Ускользания

Уровень: Лунный. Тип: общий предмет

Особенность: усиление броневой защиты на 41%

Особенность: проводимость духовной энергии выше на 92%

Особенность: вероятность защиты от прямой атаки выше на 62%

Особенность: потребление духовной энергии ниже на 32%

Особенность: усиление движений носителя на 38%

— Ох, так вот почему многие мои удары уходили по касательной… — проговорила Бхоль, оценив артефакт.

— Лунный уровень — это мощно. И где только настоятельница раскопала такое чудо? Мы можем использовать мифриловую броню?

— Не уверена… Кажется, наставник говорил, что мифрил реагирует на духовный огонь…

Сати поднесла ладонь к сгустку и выпустила небольшой язычок пламени. Доспехи дрогнули и потянулись к испускаемой энергии, словно листики к солнцу. Я быстро обдумал различные варианты и пришел к наилучшему на мой взгляд решению.

— Когда твой день рождения, кстати?

— Четвертого числа второго месяца первой зимы, — ответила Бхоль, слегка удивившись вопросу.

— Подожди. Полторы декады осталось всего?

— Верно, — кивнула она.

— Вот и отлично. Не придется ломать голову, что именно подарить тебе на день рождения.

— Что вы имеете в виду, господин?

Судя по всему, Бхоль на самом деле не улавливала связи. То ли не рассчитывала на такую щедрость, то ли думала, что я оставлю себе.

— Можешь забирать и использовать свой подарок на двадцатилетие, — кивнул я в сторону доспеха.

— Подождите, господин, вы ведь не серьезно? — ужаснулась она, широко раскрыв глаза. — Я не имею права носить доспехи подобной ценности. Это… это броня не ученицы, а настоятельницы как минимум!

— Рано или поздно ученик становится настоятелем, если прикладывает достаточно усилий.

— Господин, если вы не желаете продавать доспехи, то используйте их сами. Ваша жизнь ценнее моей.

— С этим я бы поспорил, но не буду. Возражать бесполезно, поскольку я уже все обдумал. У Дарраки благодаря особенности молота усиленный Барьер. Я использую воронку-щит. К тому же зачастую атакую издали. Ты остаешься одна без достойной защиты. Так что выбор, кому носить доспех, очевиден.

— Это… я даже не знаю, что сказать…

— Спасибо будет достаточно.

— Вы… действительно другой человек. Полная противоположность прошлому Ли Кону. Не уверена, смогу ли я когда-либо к этому привыкнуть. Спасибо огромное за вашу щедрость, господин Кон!

Бхоль бухнулась на колени и низко поклонилась.

— Хоть это и приятно, но не стоит меня чествовать словно святого. Броню отдаю тебе чисто из практических соображений. Так наш отряд будет сильнее, а значит, мы сможем выжить в более суровых заварушках. К тому же, доспех дается тебе на время твоей службы. А там уж посмотрим. Срок окончания еще не скоро. Кто знает, вдруг ты решишь по своей воле остаться со мной, — добавил я с усмешкой.

— Если господин будет одаривать вассала такими подарками, даже самая благочестивая ученица Ордена Облаков не устоит, — заметила она с иронией, приняв мою игру.

— Разбирайся. Если не сможешь освоить мифрил, то и подарка тебе не видать.

— Приложу максимум усилий!

— И чем это пованивает, отрыжка хургла?

— Гя-уш?

— Ой! — подорвалась Сати. — Кажется, готовить ужин придется заново… — вынесла она неутешительный вердикт. — Слишком мы с вами увлеклись... Подождите еще немного, молодой господин. Скоро еда будет готова.

Мы с Сати вдоволь накушались, после чего продолжили заниматься своими делами. Я отдыхал, накапливая ци для нового сеанса исцеления, Бхоль тренировалась с мифрилом. Получалось у нее так себе. Возможно, нам придется искать наставника, который разбирается в том, как устроена легендарная живая броня. В Шаньцине нам лучше избегать городов, иначе ищейки быстро возьмут след. Я почти не сомневался в том, что ван Шаньциня, более мелкие феодалы, возможно, пятилистники и другие силы возжелают найти меня и отобрать Коготь Орока. Поэтому разыскать наставника будет проблематично. Да еще Четверной предел по слухам представляет определенные сложности в преодолении. Даже практики высоких ступеней не справлялись. Попасть на северный континент будет непросто. Но где наша не пропадала? Снова только мы вдвоем с Сати, кромешные джунгли, полные опасностей и тяжелый путь впереди.

— Неправильно делаешь, — донесся до меня знакомый голос.

Ах да, еще же ифритка, привязавшаяся за нами. И как только подкралась незаметно?

— Что именно? — нахмурилась Сати, отложив броню.

— Мифрилу по нраву энергия Барьера. Просто сформируй ауру, и он сам потянется.

Хелсс прошла в центр полянки, держа в руках ослабленного серого духа, коим был трансформировавшийся Злоднегрисс.

— Попробую… — проговорила Сати, косясь на ифритку с подозрением.

— Ты как, приятель? — уточнил я у высшего духа.

— Хочу есть! — провозгласил тот.

— Значит, ничего не изменилось, — пожал я плечами. — Ладно, могу немного поделиться с тобой ци…

Злодни оказался более чем доволен перекусом. Когда я перестал подавать ци, он принялся грызть дровишки, потихоньку выжигая их. Теперь дух стал похож на беспомощное дитя, за которым нужен глаз да глаз. Плюс в амулете он уже не помещался. К счастью, достижение ступени Адепта позволило мне освоить техники первостепенной важности. Так что и без Злодни проживу. Не скажу, что буду сильно скучать по вздорному наглому духу со скверным характером, но…

— Я буду помнить твой подвиг в бою с Янтарной Мантикорой. Спасибо, что пришел мне на помощь.

— Если бы мой двуногий умер так глупо, я бы себе никогда не простил, — фыркнул тот язычками черно-серого пламени.

Со стороны Сати донесся довольный возглас:

— Кажется, получается!

Одну из рук ученицы вместе с плечом окутал серебристый переливающийся доспех.

— Неплохой артефакт вы себе заполучили, — скрестила руки на груди Ния. — Его можно научить забираться под одежду, чтобы не было заметно со стороны. Вопрос тренировки. Плоть людская хрупка, поэтому вы вечно прячетесь за толстыми слоями металла.

— Спасибо за советы, — ответила Бхоль, не став возмущаться ее хамством.

Похоже, наставника по работе с мифрилом нам искать не придется.

— Итак. Ты доволен моей работой, Ли? — вопросила она официальным тоном.

Что же, по всей видимости, настало время разобраться и с сестрицей Хелсс. С Дарракой мы разговор провели, сеанс психотерапии с Сати прошел успешно, теперь подошел черед Нии. Я все еще не до конца понимал, как отношусь к ифритке. К ее экзотической внешности я вполне привык. Она мне даже нравилась. Огнедевка была горяча во всех смыслах. Но вот надменный вздорный характер портил все впечатление. Разве что житейского опыта, несмотря на значительный возраст, у нее было мало. Эдакая немного испорченная принцесса со своими пламенными тараканами. Но временами она вела себя очень даже мило.

— Вполне. Без твоей помощи вряд ли бы людям удалось удержать Руен. Ты готова поведать о своей просьбе?

— Время пришло. Может человечка оставить нас наедине?

— Я — вассал господина Кона и обязана защищать его постоянно, — нахмурилась Сати.

— Пф-ш, — прическа ифритки испустила язычки пламени. Она явно не была довольна таким развитием событий, но решила не качать права. — Пусть так. Человек Ли Кон из рода Чай, тебе оказана великая честь быть полезным Ние из домена Хелсс!

— И чем же я могу быть полезным?

— Ты должен сделать мне ребенка.

— ЧТО?!

— Что ты несешь, распутная огневка?! — вспылила Бхоль, отчего потеряла концентрацию, и мифриловый доспех принялся сползать.

— Тц-ч, не влезай не в свое дело, “вассал”. Я разговариваю с Ли! — произнесла Хелсс.

Сати потянулась к ивовому клинку, а Ния запылала бодрее обычного.

— Спокойно, дамы! — принялся я успокаивать. — Возможно, возникло некоторое недоразумение? Что ты подразумеваешь под ребенком?

— Хм. Продолжение рода, потомство. Как это и у людей происходит. Мужчина и женщина уединяются и делают ребенка.

— Ты ведешь недозволительные речи, ифрит, — скривилась Бхоль.

— Стоп-стоп, давай сначала проясним ситуацию и не будем делать скоропалительных выводов. Объясняй все с самого начала, сестра Ния. Если я пойму, что ты лжешь, ни о каком… к-хем, сотрудничестве не может идти и речи!

— Не понимаю, для чего ты набиваешь себе цену, человек? Разве моя просьба настолько сложна в исполнении? Я проделала огромную работу: помогла с Серыми Лисами, денно и нощно следила за позициями Ордена Заката, на пределе возможностей летала в соседнее государство, где договаривалась о поддержке. Не пожалев собственной репутации! — продолжила она буравить меня недовольным взглядом. — И ты в качестве благодарности не готов совершить несколько телодвижений? Насколько же черна твоя душа, человек?

— Эй, не выворачивай все наизнанку! — рассердился я. — Что значит “несколько телодвижений”? Дети — это крайне серьезный и ответственный вопрос. Поэтому говори: для чего вдруг тебе понадобился ребенок от меня?

— Нам стоит просто прогнать распутного ифрита прочь, господин!

— Спокойно, милая Сати. Я сам разберусь.

— Поразительно! Богатейшие люди Ляодуна готовы были отправить огромное войско и осыпать меня золотом всего лишь за одну ночь. А ты смеешь воротить нос от прекрасной Нии из домена Хелсс? Наглости тебе не занимать!

— “Ночь” и “ребенок” — немного разные вещи, — возразил я.

— То есть, вы бы согласились провести с нелюдью ночь?! — ахнула Бхоль.

— Ну, предпочту не отвечать на данный вопрос, — ушел я от ответа. — Так ты будешь рассказывать свои мотивы или продолжишь бросаться необоснованными обвинениями?

Ифритка недовольно и шумно вздохнула, выпустив облачко дыма:

— Хорошо. Все сказанное не является великой тайной, но должно остаться между нами. Поклянитесь своим Дао!

Любопытство победило, так что мы выполнили требование ифритки, дав клятву.

— Вы уже знаете, что я являюсь наследницей домена Хелсс. Но, честно говоря, меня, в отличие от отца, не слишком интересует его развитие и усиление. Горану подобное отношение никогда не нравилось. Он хотел видеть наследника, который займет его место и будет преумножать величие домена Хелсс. Одна из причин, почему я долгое время охотилась за твоей душой Ли.

— А что насчет ребенка? Люди и ифриты вообще совместимы в этом плане?

— Об этом мало кому известно, но на самом деле для заведения потомства ифриту нужен именно человек. Духи рождаются из огня Фанши. Ифриты же полулюди, полудухи. Они не могут иметь детей между собой. Лишь людская плодовитость позволяет нам продолжать род. Моя мать была человеком, пламетворцем, конечно. Поскольку выдержать жар ифрита обычный человек не в состоянии. Поэтому я рада, что ты успел достичь касты Адепта. На этапе Бойца ты бы мог сгореть от слишком тесных объятий.

— Я тоже рад, что достиг Адепта, — поежился я, представив себе страшную смерть во время жаркого соития.

— Провалившись в охоте на твою душу, я некоторое время злилась из-за неудачи, но затем мне пришла в голову гениальная идея! — проговорила ифритка с апломбом. — Ведь моя главная цель — это избавиться от опеки отца и статуса наследницы, жить в свое удовольствие. Если я сделаю ему внука, произведу на свет нового наследника домена, Горан будет занят его обучением. Он всегда хотел ифрита-мальчика, а не девочку. И тогда я, наконец, получу долгожданную свободу! Несколько месяцев мучений, и я больше не буду связана обязательствами. Никто больше не будет остужать мне мозги. Понимаешь теперь мои мотивы, человек?

— Тогда почему именно я?

— Я — Ния из рода Хелсс, наследница великого домена, — вздернула она подбородок. — Разумеется, я не желала возлечь с первым встречным человечком из подворотни. Я охотилась за твоей душой, потому что она сильна, намного мощнее рядовых душ. А значит, от тебя родятся сильные дети, которые прославят род Хелсс. Ради этого я и пошла на уступки, оказав множество услуг. Которые ифриты просто так не оказывают. Пока мы с тобой в хороших отношениях, Ли. Но если ты вздумаешь мне отказать… Иметь ифрита во врагах даже хуже, чем заработать пристальное внимание проклятого Орока. Подумай о своем ответе дважды, человек! Каково же будет твое окончательное решение, Ли Кон из рода Чай? Не заставляй меня ждать!

Гм, вот уж никак не думал, что во мне скрыта некая особенная ценность в плане наследников. Вздорная, но шикарная красотка расы ифритов требует провести с ней ночь, а то и не одну. Что может быть прекраснее? Тем более в случае отказа у меня явно возникнут проблемы. Никак не ожидал, что возможна такая ситуация, когда меня будут принуждать к соитию. В этом амплуа мне скорее виделась настойчивая аракийка, а не ифритская принцесса. Решение сходу выдать я не мог. В моей душе боролись противоречивые желания и мысли. Однако уйти от ответа, судя по нетерпеливому виду Нии, у меня не выйдет ни при каких обстоятельствах.

Глава 8

Глянув на Сати, я заметил, что девушка — в гневе. Она не перебивала больше нашу беседу, но было видно, что готова взорваться в любой момент. Кажется, настолько мрачно-злобной я видел Бхоль только во время нападения на Орден Семи Облаков, когда она потеряла многих близких людей.

В такие спорные моменты, когда мне было сложно определиться с тем, как поступить, мне на помощь приходил единственный рабочий метод. Как только я подумал про Путь Кочегара, ответ пришел сам собой. Я посмотрел прямо в глаза ифритке, полные боязливого предвкушения. По всей видимости, для Хелсс данное решение также не было простым. Она не походила на такую особу, готовую прыгать в постель к каждому встречному.

— Я отказываюсь, — проговорил я четко.

Несколько секунд Ния глядела на меня ошарашенно, округлив глаза, не в силах поверить в услышанное. Затем язычки ифритского пламени начали разгораться, а ее прическа приподнялась, став похожей на огненный ореол. Ифритка пребывала в ярости.

— Ты хорошо подумал, человек? — произнесла она елейно-стальным тоном.

— Я уверен в своем решении.

— Прежде чем стать моим кровным врагом, объяснишь ли причину своего отказа? Я недостаточно хороша для тебя? Или ты снова набиваешь себе цену? Больше помогать тебе я не собираюсь, Ли! Можешь и не мечтать!

— Причина, да? — почесал я щетину. Мне пришлось довериться интуиции. Облечь в слова свои ощущения оказалось сложнее. — Во-первых, есть девушка, к которой я уже испытываю чувства. Твой запрос — это откровенная измена.

— Я не требую от тебя никаких чувств. Обычный, механический процесс!

— Блудница рода ифритского … — покачала головой Сати.

— Помолчи, человечка! — раздраженно выплюнула Ния.

— Спокойно. Во-вторых, я считаю, что у ребенка должен быть отец, если он жив и желает принять участие в воспитании, конечно.

— Горан заменит ему отца, — пожала она плечами.

— На самом деле это не ключевые причины моего отказа.

— Тогда в чем дело?!

— Как бы это сказать? Тот факт, что ты не понимаешь причины — и есть причина.

— Что ты имеешь в виду? Объяснись!

— Ты ведь почти ничего не знаешь о взаимоотношении мужчины и женщины. Ты ничего не знаешь о детях.

— Знаю! Я читала книги с поверхности. Бывала много раз среди людей! — заявила она уверенно.

Я покачал головой:

— В общем, ты не понимаешь ничего. Ты не знаешь людей.

— Что за чушь!?

— Для начала ты должна понять людей, узнать, для чего заводят детей. И лишь затем принимать решение.

— Я не намерена разгадывать дурацкие шарады. Значит, ты отказываешься вернуть мне долг, человек?

— Не отказываюсь. Но не таким способом. Путь Кочегара запрещает мне оставлять потомство с тобой.

— Снова этот проклятый Путь Кочегара! Что он означает, Орок тебя задери?!

— Путь невозможно объяснить, ему можно лишь следовать.

— Чертовы людишки! Ты снова пытаешься водить меня за нос?!

— Нет, я абсолютно серьезен. Я не могу пойти против своих принципов. Но готов отдать долг другим способом. Хочешь, артефакт какой-нибудь прокачаю? У меня хорошо получается это делать во время перехода. Хотя, до Мастера еще долгий путь…

— Мне не нужны артефакты, мне нужен наследник!

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, — снова покачал я головой.

— Ты повторяешь снова и снова, что я ничего не понимаю и не знаю! — всплеснула она руками. — Это ужасно бесит!

— Госпожа, возможно, стоит прислушаться к словам Ли, — подал голос Злоднегрисс, отвлекшись от трапезы. — Я хорошо успел его узнать. Он говорит вам все это не просто так.

— Ты на его стороне, предатель?! Хорошо! — ифритка глубоко вздохнула и подуспокоилась. — Знание и понимание можно приобрести, правильно? Я изучу людей в достаточной степени, чтобы ты признал за мной право иметь наследника. Но, если ты снова дуришь меня, я обеспечу тебе ворох крупных проблем, Ли!

— Буду иметь в виду.

— Куда вы направляетесь? Я не желаю искать вас по всему континенту снова!

— Господин… — предостерегающе проговорила Бхоль.

Скорее всего, ученица намекала на то, что лучше пустить ифритку по ложному следу. Однако я чувствовал, что Ния — не совсем потерянная. При должном старании из нее может получиться замечательный человек. Ифрит, то есть. Возможно, к моим размышлениям примешивались эмоции и мужской инстинкт, ибо в своем облегающем пламенном платье она была диво как хороша. Но я решил долго не думать над этим фактом.

— Мы идем на север, через Четверной предел, к Хрустальному Пику, — ответил я честно.

— Значит, хотите уничтожить Коготь? Похвальное рвение. Я разыщу тебя, Целомудренный Прохвост Ли, когда найду ответы на твои вопросы. Злоднегрисс, пора доставить тебя обратно в домен. До встречи!

— Буду ждать твоего возвращения, — кивнул я.

Когда Хелсс покинула нас, я, наконец, смог вздохнуть спокойно и утереть выступивший пот. Ссориться с ифриткой очень не хотелось. Если уж она смогла выудить целое войско ляодунцев, то и на меня натравить практиков не проблема. Найдет где-нибудь логово культистов и укажет им путь. Я надеялся, что Ния действительно сумеет найти ответы и разберется в житейско-бытовых вопросах. Ха, вот только итоговый результат изысканий ей может не понравиться. Но это уже не мои проблемы.

— Господин Целомудренный Прохвост, — проговорила Бхоль с толикой сарказма. — Можете отправляться спать. Я буду дежурить первой.

— Конечно, Трусливая Падшая Облачница. Следи в оба… — ответил я в том же стиле.

Я выпустил воздух из легких и продекларировал изможденным, тяжелым тоном:

— Бойся не вражеских орд,

А внимания женского.

Устал Кочегар…

[Сати Бхоль]

Милорд отправился отдыхать, а ученица продолжила разбираться с живыми доспехами. Совет ифритки был как нельзя кстати. Мифрил охотно реагировал на Барьерную ауру, питаясь излишками духовной энергии. Сам забирался по руке, оплетая конечности. Сати немного побаивалась полностью покрываться броней. А ну как замуруют ее внутри — так и погибнешь от недостатка воздуха. Артефактные доспехи не являлись пока ее личным предметом, поэтому могли выкинуть какой-нибудь фортель. Ведь раньше они принадлежали злобной настоятельнице Ордена Заката и могли унаследовать ее замашки. Тем не менее, нельзя не отметить выдающихся защитных свойств доспеха. Его можно носить под одеждой и не тратить время на призыв. Постоянная защита может быть полезна при внезапных атаках из засады.

Пока что Бхоль не знала, что ей и думать насчет поистине ванского подарка. Не каждый правитель имел в своем распоряжении такие дорогие артефакты. Она осознавала, что Ли Кон — человек со своими недостатками, но эмоции иногда захлестывали ее разум, заставляя считать его идеальным. Лишь откровенный флирт с Дарракой и Нией спасал ситуацию. А то Сати могла бы растерять всю свою гармонию Цунь-Ши-Дао из-за бушующих в душе чувств и потухнуть. Ей следовало держать разум в холоде, пока она не научится специальным женским медитативным техникам. Она не имела права подвести учителя и всех тех, кто верил в нее. Стать “рокх”, как их называли аракийцы — худшее что могло произойти.

Произошедшее с признанием Чонджул и откровенной просьбой Хелсс выбило ее из колеи. В глубине души, как и любая девушка, она надеялась на то, что останется единственной в сердце своего избранника. Но уже давно она понимала, к чему все шло. К сожалению, господин оказался из тех, кто не закрывает свое сердце. Хоть он и старался держаться, но свою природу обманывать долго не смог. Сати знавала случаи, когда правители или великие практики имели несколько жен. В некоторых провинциях и империях подобное считалось нормальным. В Ордене Семи Облаков учили иначе, поэтому ей придется приспосабливаться к тяготам внешнего мира. Если бы еще это была не Даррака, чей характер полностью ей противоположен, Бхоль было бы проще принять соперницу.

— Пусть все идет своим чередом, — вздохнула она, решив избавиться от гнетущих мыслей.

Неизвестно, что их с господином ждет в будущем. Сможет ли Даррака проделать столь дальний путь и разыскать их? А может, найдет в родных краях статного аракийца и выкинет из головы низкорослого господина. Миссия с уничтожением Когтя Орока сама по себе крайне сложна и опасна. Все прислужники темного бога будут ставить им палки в колеса. Поэтому сейчас явно не до романтических отношений и не до мечтаний о счастливом будущем. Главное — избавиться от проклятого артефакта.

Утром Сати заставила Ли Кона заняться тренировками. Час на культивирование Цунь, час на медитации Ши и поиски своего Якоря. С Дао у них серьезных сложностей ранее не возникало, поэтому Бхоль решила ограничиться двумя аспектами развития. Путь им предстоял неблизкий, и силы могли понадобиться, однако забрасывать тренировки не стоило. Тем более на этапе Адепта они стали выносливее и сильнее. Могли целый день чередовать быстрый шаг с неспешным бегом, и еще оставались силы на короткую разминку.

Якорь Ши не обнаружился сразу, но Сати не унывала. Прошлые попытки показывали, что образ найдется довольно быстро. Пара месяцев — это не пара десятков лет, как это бывает у некоторых практиков. Господин также не сумел сходу освоить новый Якорь Ши, что было не удивительно. Судя по возникающей иногда мечтательной улыбке, он грезил о Дарраке, либо о Ние. Все же открытое любовное признание и просьба сделать ребенка — не самые рядовые события. Ли Кон, наверняка, еще долго будет прокручивать их в уме, проникаясь самодовольством. Но рецепта лечения от данного недуга Сати не знала.

После тренировки и обильного завтрака они, наконец, двинулись в путь. Шаньцинь представлял собой не самую равнинную местность, изрезанную каньонами и усыпанную холмами и сопками. Впрочем, по большей части местность была довольно проходимой. Особенно для практиков уровня Адепта, владеющих огненный Шагом.

Шаньцинь считался территорией повышенной опасности. Здесь обитали монстры, по сравнению с которыми звери Триумвирата могли показаться невинными котятами. Животные владели огненной стихией высоких каст, поэтому с ними не могли толком справиться даже продвинутые пламетворцы. Сати с господином ступали по густым лесным зарослям с осторожностью, следя за окружением и периодически осматриваясь на предмет враждебных существ.

Чебуль был сразу отправлен господином в “свободное плавание”. Мы не слишком хорошо успели изучить местную флору, поэтому хурглу был дан наказ тащить все самое интересное, что найдет. Для достижения ступени Мастера им следовало еще разжиться рецептом, которые стоили на данном этапе сумасшедших денег. Если они смогут перебраться на другой континент, то там собранная растительность может не иметь большой значимости. Тем не менее, сборы они не прекращали. Бхоль попадалось много знакомых растений: цветов, лиан, листьев, стеблей и кустарников, так что они охотно собирали ценные ингредиенты. Не ради использования, так на продажу. Правда, они не планировали заходить в центральные города Шаньцинь, дабы преследователи не узнали, куда они направились. Придется искать тихое место, где можно сбыть все лишнее. Золото от награды за помощь в походе на Ондолуен еще оставалась, так что они могли быть спокойны.

В обед господин удачным броском сбил зазевавшегося крупного перьечеса — массивную птицу с размахом крыльев около двух метров. Благодаря огненным струям перьечес мог разгоняться до баснословных скоростей, так что им повезло подловить его на одной из веток деревьев. Обед получился на славу.

Они двигались нехожеными местами, вдали от троп, дорог и трактов. Это был лишь вопрос времени, когда они столкнутся с местными обитателями. Вот только встреча оказалась не самой приятной.

— Что такое? — донеслось от господина, когда они пробирались по неглубокой долине, окруженной скалистыми уступами. Ли Кон обращался к своему питомцу, который забрался ему на плечо и боязливо подрагивал, озираясь по сторонам. — Глядим в оба!

Пара двинулась с удвоенной осторожностью, однако враг заметил их первым. Утробное рычание сверху привлекло их внимание. Обратив взоры на один из уступов, они заметили массивное существо, похожее на волка не самых обычных пропорций. Передние конечности были развиты не хуже задних. На спине виднелись короткие костяные шипы, в честь которых и прозвали данную породу. Плохой новостью значился тот факт, что на шкуре зверя виднелись красноватые пятна, да и на кончиках когтей плясал красноватый огонь.

— Шипастый Волколак! — прошипела Сати. — Да еще алой касты!

— Неприятно, но с одиночкой мы справимся.

Только господин произнес эти слова, как на уступ вышло еще трое волколаков алой касты. Затем послышалось короткое порыкивание, и хищники чуть подвинулись, уступив место своему более крупному сородичу, с оранжевыми отметинами на шкуре. Вожак стаи, а это был он, судя по всему, достиг оранжевой касты развития. В теории это соответствовало Мастеру-пламетворцу, но не все существа можно было сравнивать лишь по цвету огня. Сати слышала о том, что волколаки наводили страх в данной местности. Привычка охотиться крупными стаями позволяла им уничтожать целые села и отряды солдат.

Поодаль раздались отрывистые завывания. Судя по всему, на подходе были еще звери, и сейчас стая собиралась в единый кулак, дабы покарать непрошенных гостей. Люди для них были всего лишь добычей.

— Уходим, — шепнула Сати и начала медленно пятиться.

— Будет лучше, если ты накинешь на себя свою броню.

— Я… еще не успела толком научиться пользоваться ей…

— Самое время сделать рывок в обучении...

Они продолжили пятиться, отступая от склона, на котором виднелись волколакские морды. Но далеко уйти им не дали. Первым вниз прыгнул вожак, ловко спустившись по каменным уступам. За ним последовали прочие члены стаи.

Сати и Ли побежали прочь со всех ног. Извернувшись, господин метнул кочеранг. Огненный разрыв слегка поцарапал вожака. Шкура у оранжевой касты оказалась на диво крепкая. Если бы не количество волколаков, они могли бы дать открытый бой. Все же у них имелся опыт сражений с демонами и нечистью, которые зачастую страшнее диких зверей. В текущей ситуации разумнее было спасаться бегством. Сати достала из схрона мифриловую броню и распространила вокруг себя Барьер. Доспех принялся расползаться, обволакивая руки и остальное тело. Но ужасно медленно. Бхоль еще не смогла найти точный спектр духовного огня, который бы приглянулся артефактной броне.

Несмотря на ступень Адепта, высокую мобильность, ловкость и силу, убежать от прирожденных хищников алой и желтой касты оказалось невозможно. Волколаки быстро сокращали дистанцию. В голове ее пронеслась мысль, что они оказались как бы не в более напряженной ситуации, чем при обороне Руена и сражении с Дзагири верхом на демоне. Волколаки быстро нагоняли. Обернувшись, она насчитала семерых особей, следующих за ними по пятам, не считая вожака оранжевой касты.

Господин сумел выбить одного из погони, повредив тому лапу. Но противники были уже слишком близко.

— Принимаем! Цепляй броню! Живее! — отрывисто произнес Ли Кон, вставая в оборонительную позицию и активируя щит.

— Стараюсь! — проговорила Бхоль, злясь на свою беспомощность.

И именно злость помогла ей подобрать нужный спектр духовного огня для Барьера. Злой спектр. Мифриловый доспех с огромной скоростью принялся оплетать ученицу, в то время как один из волколаков уже вознесся в длинном прыжке. Выставленный ивовый клинок пронзил тело зверя, но огромная туша продолжила полет, и не думая помирать. Сати прикрылась левой рукой, окутанной серебристой броней. Пасть, полная острых, отсвечивающих алым огнем клыков, сомкнулась на ее руке. Волколак повалил девушку на землю и принялся терзать. Из его пасти капала кровь — все же она успела его достать, но зверь продолжал атаковать цель.

Господину же удалось принять вожака на свой щит и откинуть в сторону. Волколак покатился по склону в сторону речного русла и на некоторое время вышел из боя.

— Ты как?

— В порядке! — произнесла Сати, прислушавшись к ощущениям. Боли не было. — Похоже, он не может прокусить доспех.

— Славно. Тогда отвлеки их пока…

— Господин?!

Ли Кон воспользовался Шагом, вскарабкался на ближайшее крупное дерево и занял позицию на одной из толстых ветвей. Мифриловый доспех окутал ее полностью. Лишь возле глаз осталась тонкая и относительно хрупкая полупрозрачная прослойка. Остальное тело оказалось покрыто толстой и прочной броней. Подоспели остальные волколаки из стаи. Сати почувствовала, как ее сначала схватили за одну ногу, а затем и вторую. Острые зубы лязгали о доспех, но им не хватало силы прокусить мифрил. Бхоль вспомнила, каких трудов стоило ей пробить данную броню, а ведь ее укол изначально считался крайне пробивным. Пришлось идти на серьезные ухищрения.

Сати сделала несколько выпадов, поранив собравшихся возле нее волколаков. Одного ей удалось пронзить в голову. Вот только набежали новые звери, и один монстр вцепился ей во вторую руку, принявшись отчаянно терзать. До тела никто из зверей добраться не смог. Она чувствовала себя куклой, которую дергали в разные стороны.

Повернув голову, Сати узрела вожака, который преодолел склон. Оранжевая каста могла прокусить ее доспех, так что девушка напряглась. К счастью, в главаря почти сразу прилетел кочеранг. Волколак взревел и бросился к дереву. Благодаря силе и когтям он мог довольно быстро взбираться по деревянной поверхности. Однако наверху его в полной готовности встретил господин. Волколак обзавелся серьезной раной через всю морду и рухнул вниз, не сумев удержаться после сильного удара.

Вожак предпринял новую попытку забраться на дерево, но снова получил в морду. Так повторялось несколько раз, пока, наконец, одной из своих атак Ли Кон не сумел пробить его Барьер и череп. Тело Шипастого волколака оранжевой касты рухнуло на землю. Его многочисленные сородичи не извлекли урок и продолжили попытки терзать Бхоль. Несколько особей попыталось повторить подвиг лидера и забраться на дерево, чтобы вкусить плоти наглой добычи. Вот только все они потерпели поражение. Один за другим волколаки падали, пронзенные кочерангом и разорванные напором алого пламени.

Сати чувствовала себя немного странно. Мифриловый доспех защищал ее выше всяческих похвал, но она не привыкла ощущать себя настолько беспомощной в бою.

Наконец, Ли Кон начал атаковать терзающих ее тварей, и Бхоль удалось высвободить правую руку. Сати принялась крутить вензеля, протыкая шкуры наседающих монстров. Двоих ей удалось достать. Оставшейся парочке хватило мозгов отступить от добычи, которая оказалась им не по клыкам.

Девушка поднялась и осторожно ощупала себя. Многочисленные следы от зубов и царапины быстро затягивались. В некоторых местах мифрил поддавался ударам, что могло привести к синякам. Но это была крайне малая плата за выживание против целой стаи высокоступенчатых монстров.

— Ты в порядке?

— Да, господин.

— Из тебя получилась отличная приманка, — проговорил он с насмешкой, поняв, что у нее нет серьезных ранений.

— Не так я представляла себя в бою в легендарных мифриловых доспехах…

— Главное — победа, — спрыгнул Ли Кон с дерева. — Остальное — детали…

Глава 9

[Ли Кон]

Уже в первый день пути мы наткнулись на серьезного противника. Волчары имели ступени вплоть до оранжевой. И, если поодиночке, мы бы легко с ними справились, то вот против стаи пришлось изрядно попотеть. К счастью, Сати сумела разобраться с доспехом. Мифриловая броня оказалась диво как хороша, особенно против таких не слишком умных противников. Возможно, используй они огонь по максимуму, смогли бы прокусить живой металл. Животины лишь трепали девушку как куклу, царапая, оставляя вмятины и подпалины. Поскольку нагрузка на разрыв также приходилась на доспех, Бхоль практически не пострадала. Если не считать пары синяков и царапин. Мы победили, но девушка была все равно недовольна:

— Господин Кон, надеюсь, это не станет постоянной практикой?

— А что не так?

— Я желаю сражаться так, как пристало ученице Ордена Семи Облаков, а не выступать в роли приманки, манекена для избиения!

— Сражайся, кто ж тебе не давал? — пожал я плечами.

— Мы могли бы применить иную тактику!

— Да? Что-то я не слышал от тебя разумных предложений, когда на нас неслась стая! В бою хороши все средства. Надо играть роль приманки — будешь играть. Как ученица боевого Ордена ты должна это понимать.

— Наверное… вы правы, господин, — понурилась она. — Простите, что вспылила…

— Ничего. Ты отлично исполнила свою задачу. Давай подлечу синяки…

Шипастые Волколаки, как назывались напавшие на нас монстры, ценились довольно высоко. Я помогал Бхоль разделывать туши. Мы забрали язык и печень, ценившиеся как высококачественные ингредиенты для зелий. Вполне возможно, что и на пилюли на Мастера пригодятся. Наверное, как и в прошлые разы, понадеемся на то, что нам удастся отыскать Якорь Ши. Поэтому развивать следует Цунь. Ну и для перехода потребуется сильный препарат Дао. К слову, душевный компонент мы немного развили в прошлых стычках, а также на волколаках. Казалось бы, с монстров алой и оранжевой касты должны падать сильные искры, но и предел развития снова поднялся вверх. Так что нам придется перебить много живых существ, причем неслабых, чтобы довести Дао до максимума алой ступени. Впрочем, с нашей-то удачей, не удивлюсь, если данный элемент культивирования мы освоим первым.

Сати вырезала немного волчьего филе. Мясо, в целом, у волколаков было жестким, однако ингредиенты с алой касты могли долго храниться в огненной схроне. Да и ци восстанавливали лучше. Быстро разделав трупы, мы поспешили покинуть место боя. Не хватало еще, чтобы на запах крови вышли другие хищники, кои в здешних краях представляли опасность даже для легендарных Адептов.

Путешествовать снова вдвоем, вместе с Сати, было в какой-то степени мило. Если исключить периодические наскоки кровожадного зверья. Хотя без Дарраки наша компания стала более молчаливой и скучной, что ли. Энергичная аракийка всегда давала поводы для обсуждений. Хелсс прибивалась к нашей компании набегами, так что ее отсутствие мало что изменило.

Я все еще переживал по поводу наших непростых отношений. Бхоль была воспитана в строгости, так что во мне не было уверенности, что она хорошо перенесет конкурентку в лице Чонджул. Я старался не поднимать данную тему, избегать острых моментов. Сати также не вспоминала о случившемся перед уходом компаньонки. Мы словно безмолвно согласились не говорить об этом моменте. Тем не менее, рано или поздно мне придется начать сей непростой разговор, расставить все точки над и. Я откладывал его до последнего.

После аракских гор по Шаньцинь было приятно путешествовать. Приходилось ступать осторожно и постоянно обозревать окрестности, поскольку повторения ситуации со стаей волколаков нам не слишком хотелось. Если уж устраивать бой, то на наших условиях. Но, в целом, я был рад, что хотя бы здесь по горам ползать не надо.

Чебуль оказывал нам неоценимую помощь, предсказывая нахождение поблизости монстров. Порой и мы сами первыми обнаруживали зверей, с которыми встречаться вблизи было не самой умной затеей. Например, в Шаньцинь обитали гигантоящеры — дальние родственники гигантозмеев. Тело их по размерам и форме имело сходства, только у гигантоящеров было четыре лапы. Топали они громко, если не сидели в засаде, так что их мы слышали издали. Было бы неплохо приручить такое чудище, чтобы передвигаться с ветерком. Но, с другой стороны, придется постоянно искать для него пропитание. Плюс у данных животных периоды активности чередовались с периодом спячки.

Нор, каверн, трещин в земле и узких пещер в Шаньцинь встречалось много. Чебуль неизменно отправлялся на разведку, и зверьку улыбалась удача: несколько раз он успешно добыл нам Жемчужную орхидею. И даже почти не съеденную. Ингредиент был дико полезен на этапе Новичка, но на ступени Адепта уже являлся рядовым. Тем не менее, орхидея использовалась во многих рецептах, так что мы и ее активно собирали.

В Руене нам удалось расспросить пятилистников о том, что из себя представляет знаменитый Четверной предел. Оказалось, что северная часть континента практически вся испещрена горными вершинами, в которых царят аномальные холода. Называлось это место Предел тысячи пиков. За ним следовал Предел пламенного потока, Предел кипящего моря и Предел вздымающихся льдов. Звучало зловеще. По слухам, преодолеть данные преграды серву будет неимоверно сложно. Но для пламетворца ступени Адепта это не должно быть существенным препятствием. По крайней мере, мы на это надеялись. По огненной реке мы бегали еще на ступени Новичка, так что поток банально перебежим. Согласно сведениям, он не такой уж широкий. Вот с Кипящим морем могут быть свои сложности.

Предел тысячи пиков можно обойти с запада и востока, но тогда нам придется делать солидный крюк. По прямой на север до него относительно недолго идти. На ступени Адепта даже банальная скорость передвижения по пересеченной местности выросла. Мы меньше уставали, легко преодолевали крутые подъемы, перепрыгивали через овраги с помощью Шага.

Много ингредиентов попадалось нам на пути, однако без точного рецепта мы не знали, что именно искать и в каком направлении двигаться. Познания Сати о полезных компонентах были довольно обширные, ведь им в Ордене вдалбливали всевозможные знания о зельях. Но они не были всеобъемлющими. Чем дальше мы уходили от ставки Ордена Семи Облаков, тем чаще нам попадались растения и звери, о которых Сати знала не так много, как хотелось бы.

Поэтому мы все-таки решились выйти в люди. За шесть дней пути я полностью избавил Бхоль от шрамов на лице и теле, найдя и несколько более мелких. Признаться, я был бы не прочь продлить процедуры лечения, поскольку других возможностей потрогать и полюбоваться на полуобнаженную спутницу возникало мало. Было заметно, что она, в целом, не против близости, о чем говорил спонтанный ревнивый поцелуй, но она держалась, помня об ограничениях Цунь-Ши-Дао. И я ее прекрасно понимал, отчего не торопил. Самому не хотелось бы отказываться от пути пламетворца ради интрижки, тем более, когда ты находишься в шаге от цели.

Лишь не самые обычные разнотонные розово-красные глаза могли выдать в ней известную облачницу. Волосы Бхоль отросли за последние месяцы, так что она сменила прическу. Я помог ей заплести тугую косу. Моя же щетина оформилась в короткую бородку. Я также чуть иначе уложил волосы. И, следуя требованиям спутницы, избавился от собственных шрамов. Пока что только на лице и руках. Времени и ци полностью убрать изъяны не было. Тем не менее, такой маскировки должно быть достаточно, чтобы не вызвать подозрений.

Само собой, мы занялись и нашим опознанием через Суть. На мне все еще висела защита гунской семьи. По всей видимости, отец все еще включал меня при регулярных обновлениях защиты. Даже интересно немного, как они там без меня? Закончилась ли война с Хень-Тань? Остыл ли отец? Поладил ли он с гун-эр Лонглин? Но не настолько сильно я успел привязаться к родичам Ли Кона, чтобы торопиться встретиться с ними снова.

Сати и Чебуль не имели аналогичной защиты, так что нам пришлось копить ци и отправлять прошения Фанши. Земная сущность скрыла их статус и статус ее оружия от оценки со стороны на некоторое время. Данный трюк мог вызвать подозрения у практиков, ведь законопослушный пламетворец не будет скрывать свое имя. Но мы решили пойти на риск.

Скрывать кочеранг от Сути не имело смысла, поскольку его форма сама по себе была достаточно узнаваема. Я изготовил для него футляр и начал носить за спиной. Питомец в виде редкого хургла также изрядно меня демаскировал, поэтому его мы либо оставляли в лесу, либо прятали в мешке.

В одном небольшом селе раздобыли себе новую одежду, представившись бродячими кочегарами. Зима входила в полную силу, так что пламетворцев охотно привечали почти в любых домах. Живая ткань привлекала слишком много внимания, так что мы обзавелись простыми однотонными ханьфу, купленными у сервов.

Помимо прочего, на севере Шаньцинь народ не так много знал про Ли Кона из рода Чай. Моя слава была огромной, но не бесконечной. Тем более меня помнили, как однорукого мерзавца, а не благородного молодого человека с полным набором конечностей. Больше люди не видели во мне знаменитого Сумасшедшего Ублюдка Ли с подручной Падшей Облачницей. Хотя, кочеранг или Чебуль могли натолкнуть их на такие мысли.

После избавления от шрамов, с грустью вынужден констатировать, я действительно стал немного похож на солиста-айдола из какой-нибудь мальчиковой группы. Лишь бородка слегка оттеняла образ, но в то же время на гладком, чистом лице, без единой оспины или шрама, она выглядела чужеродно. Мой славный образ отпетого бандита пропал с концами. Скорее всего, потом от растительности придется избавиться, поскольку борода мне не шла. Лет через десять, когда заматерею, тогда и попробую. Зато Сати была более чем довольна. Как своим излечением, так и моим внешним видом. Иногда я ловил на себе ее влюбленные взгляды.

Ханша-Нуен являлся последним крупным городом перед непроходим Пределом тысячи пиков. Ну как крупным? Поменьше Руена, конечно. Горные вершины уже виднелись на горизонте, окутанные туманной дымкой. Ханша-Нуен не имел крепостных стен со всех сторон, хоть и был обнесен частоколом. Скорее для защиты от лесного зверья, чем от агрессии ляодунцев. Мы дождались сумерек и проникли в город незамеченными, перебравшись через невысокую стену. Стражи у входа могли задать много лишних вопросов странникам со скрытыми именами, так что мы предпочли обойти ворота.

Переночевали в таверне средней паршивости. В номерах давно не убирались, но зато вопросы насчет нашего происхождения никто не задавал. Достаточно было продемонстрировать алый Барьер якобы ненароком, и вопросы к нам у местной бандитской братии отпадали. Чебулю не нравилось сидеть в мешке, плюс его возня вызывала недоуменные взгляды, но, в целом, нас никто не донимал.

Мы посетили лучшего из местных алхимиков, коих всего насчитывалось трое. На покупку готовых рецептов средств у нас не было. С награды и с даров от моих пациентов деньги оставались, но не так чтобы много.

— Можно получить рецепты иным способом? — поинтересовался я.

— Иным способом? — оскалился алхимик. — Ха! Попробуйте пройти Лабиринтный пик! По слухам в закромах заброшенного Ордена можно найти много сокровищ!

— Так понимаю, здесь есть какой-то подвох?

— Все, кто пытался пройти лабиринт, не вернулись.

— Кто-то может поделиться информацией о лабиринте?

— Спросите Беззубого Хенга. Где-то в трущобах обычно обитает.

— Спасибо за сведения… — кивнул я.

— Уважаемый мастер, не подскажите, к кому я могла бы обратиться за познанием женских техник? — чуть смутившись, уточнила Сати.

— Это вам в столицу. Там и целители, там и кудесницы по дамских техникам.

— А за Четверным пределом есть наставницы?

— Думаете, сможете преодолеть все Пределы? — осмотрел он нас скептически. — Воля ваша. Слышал я об отшельнице на Граничном острове, что между морским и льдистым Пределом. Хотя о ней рассказывают всякое.

Поблагодарив алхимика за сведения и прикупив немного целебной мази на случай моей недееспособности, мы отправились на поиски Беззубого Хенга. Поспрашивав народ и раздав немного монет, нам все же удалось разыскать пропойцу, который квасил с дружками в грязном помещении, больше похожем на сарай.

— Лабиринтный пик, знафит, — прошепелявил Беззубый. — Ходил я как-то в экспедифию с могучими практиками. Страшно было — футь! Темные бесконефные тоннели, скрежетание многоножек, чавканье, дрофь в коленках. Но практики прут вперед, уверенные в своих силах. И я шел, пока, знафит, из-за угла на меня не напала огромная многоножка! Я сражался отважно, и нам удалось завалить монстра. Только вот ранение не позволило мне продолфить путь. Пришлось отступить. Я несколько дней ждал возврафения товарищей, но никто так и не вернулся. Ни один из могучих практиков!

“Брешет,” — подумалось мне. Наверняка просто слинял, обделавшись со страха, увидав первую многоножку. Но и из его бредней можно извлечь полезные сведения.

Также я заметил, что один из его подельников нахмурился, глядя в мою сторону. Лысый худой тип с кустистыми седыми бровями. Причем смотрел он мне не на лицо, а в район груди.

— Вы заметили что-нибудь необычное? Какие-то звуки? Может, ваши товарищи провалились в каверну?

— Всякое возможно… Знаете, разве что запах… — задумался он.

— Запах?

— Да. Такой пряный, приятный. Совершенно не сочеталось с жутью темных проходов!

— Спасибо, что поделились с нами, — вдруг перехватила инициативу Бхоль.

Мы подали алкоголикам-тунеядцам немного серебра за беспокойство и покинули сарай. Я чувствовал на себе напряженный взор подельника Беззубого, но не стал ничего предпринимать. Не мог же этот лысый пропойца узнать во мне Ублюдка Ли? Это невозможно, разве что он с Ли Коном не встречался раньше воочию.

— Ты что-то поняла?

— Лишь догадки, но я решила не озвучивать их при чужаках, — ответила Сати с легкой самодовольной улыбкой. — По описанию запаха очень похоже на сонное зелье, которым усыпили вас во дворце.

— Во как! А противоядие существует?

— Конечно! Но, если мы действительно пойдем в лабиринт, необходимо действовать максимально осторожно. Неизвестно, сколько правды в словах Беззубого Хенга.

Мы вернулись в алхимическую лавку и практически на последние средства приобрели противоядие, подходящие против некоторых типов сонных зелий и других ядов, передающихся по воздуху. Финансы резко оскудели. При желании мы могли бы продать орхидеи или ингредиенты с волколаков и прочее накопленное добро, однако культиваторская жаба душила. Вдруг компоненты пригодятся для зелий нам самим? Покупали тут ингредиенты вдвое дешевле, чем продавали.

Лабиринтный пик находился немного западнее. Среди множества остальных горных вершин Предела тысячи пиков он ничем особенным не выделялся. Не самый высокий, не самый холодный, не самый широкий. Судя по древним легендам, когда-то давно внутри горы располагался могущественный Орден. Но затем случился то ли обвал породы, то ли война, то ли иной катаклизм, и Орден был предан забвению. Прошло много веков, однако слухи о несметных богатствах и не думали пропадать. Папирус мог храниться долго при правильных условиях. Да и разные артефакты существовали для продления срока службы предметов. Хотя я все равно сомневался, что внутри что-то уцелело. Но раз уж мы разгадали тайну Лабиринтного пика, нельзя не наведаться внутрь.

После обеда мы двинулись в сторону частокола, собираясь по-тихому покинуть Ханша-Нуен. Решили пробираться трущобами, поскольку там стражу днем с огнем не сыщешь. Краем глаза я замечал подозрительное шевеление на улицах. Но лишь когда толпа оформилась, стало понятно, что народ явился конкретно за нами. Нас окружило около четырех десятков человек: внешне совершенно разных. Кто-то принадлежал к зажиточному сословию, кто-то явно был боевым практиком, заявились и несколько стражников в местной форме. Но попадались и сущие оборванцы. Например, подельник Хенга, который также явился по наши души. Непонятно, что объединяло всех этих личностей. Ясно было одно: день переставал быть томным.

Глава 10

— Ублюдок Ли! — прокричал пропойца мерзким хриплым голосом. — Верни то, что тебе не принадлежит!

— О чем это вы? — спросил я.

— Ты взял вещь, которая наша по праву. Немедленно верни ее. Иначе мы уничтожим тебя!

— Ах, вот оно что… — протянул я, подтвердив свои догадки.

Все оказалось довольно просто. Слуги Орока собрались, чтобы надавать мне звездюлей и отобрать проклятый артефакт. Теперь стало понятно, почему пропойца так активно пялился мне в район груди. Ведь за пазухой в свертке там находился Коготь Орока. Я думал, что плотной ткани достаточно для сокрытия темного артефакта. По крайней мере, Сати переставала ощущать его давление, когда его скрывала моя собственная естественная огненная аура. Однако прислужник смог его почуять. Почувствовал родное проклятое амбре, по всей видимости. Значит, придется найти способ как-то прятать Коготь Орока от окружающих. Просто закопать в лесу не вариант. Эта частично разумная хреновина сразу же найдет себе нового покровителя и проберется к культистам.

Впрочем, о сокрытии Когтя волноваться стоит во вторую очередь. Для начала неплохо было бы разобраться с прислужниками. Похоже, со всего Ханша-Нуен собралась толпа. Сражения явно не избежать.

— Эй, на нас напали служители Орока! Честный люд, помогите! Сообщите страже! — прокричал я с показным отчаянием.

— Убить Ублюдка! — скомандовал стражник-культист, чьи глаза вспыхнули черным пламенем.

Толпа двинулась на нас, повыхватывав разнообразное оружие. Сати резко плеснула Жгучей водой, разбрызгав субстанцию по кругу. Жгучую кислоту мы всю использовали ранее при обороне Руена. Вода из лепестков Жгучелиста действовала вполне себе неплохо на рядовых культистов. Пропойца, почуявший артефакт, вспыхнул черным пламенем. И как только они спокойно принимают возможность сгореть всего лишь от окропления “святой” водой? Лишь из-за одного данного пункта я бы не стал поступать на службу Ороку. Часть противников выбыла из строя.

Практики довольно легко защитились от Жгучей воды, используя темный Барьер. С помощью Шага я запрыгнул на крышу ближайшего одноэтажного здания. Сати последовала моему примеру, встав рядом со мной. Девушка окуталась своим отливающим пурпурным пластичным металлическим доспехом.

— Мифрил! — воскликнул люд.

— Доспех мой! — загорелись глаза одного Бойца.

Практики принялись запрыгивать на крышу следом за нами и вступать в бой, окружая с разных сторон. Было неприятно ощущать опасность в том числе и со спины. Большая часть резко переключились на Бхоль, узрев ее великолепные доспехи.

— Прости, милая, — шепнул я девушке.

— А? — обернулась она, отвлекшись от своего противника.

Наверное, она будет недовольна, но ничего не поделаешь.

Я сильно толкнул ее вбок и сбросил с крыши. Сати успела сгруппироваться и приземлиться на ноги. Ее почти сразу облепили проклятые практики. Многие культисты спрыгнули следом за ней вниз. По-видимому, они еще не были полностью зомбированы и понимали, что от Когтя Орока лично им большой выгоды не будет. Его заберет какой-нибудь более опытный культист. А вот мифриловые доспехи можно снять и забрать себе или продать.

На крыше осталось всего трое. Я принялся фехтовать, орудуя кочерангом. Двое Адептов и Боец действовали не так уж безрассудно, не позволяя мне сходу вывести их из боя. Краем глаза я поглядывал, как обстоят дела у Сати. Картина напоминала ситуацию с волколаками. Ее пытались проткнуть, однако у толпы ничего не получалось. От Адептов она еще умудрялась отбиваться. Мастеров среди нападавших не было, так что мифрил с ее личным Барьером отлично защищал от любых атак, даже с использованием проклятого огня. Местные Адепты не могли проводить много темных сил. По сравнению с Дзагири они были наивными новичками.

Мне-таки удалось обезглавить Бойца, и сразу стало полегче. Один из Адептов, орудующий двумя кинжалами, решил сблизиться и зажать меня в клинче. Но я и сам того добивался. Перевернув кочеранг эфесом вперед, я схватил его за витую середину, где лезвие отсутствовало. Один из источающих черный дым кинжалов неприятно чиркнул меня по руке. Я же достал рукояткой до незащищенного локтя Адепта. Зеленый огонь озарил место схватки. Левая рука культиста вспыхнула черным пламенем в один момент. Адепт заорал и отступил. Проклятый огонь продолжал грызть его, несмотря на все его потуги.

Оставшись один на один со вторым Адептом, я, наконец, смог вздохнуть спокойнее. Культист орудовал коротким боевым топором со щитом и действовал достаточно умело, но против скоростного кочеранга шансов у него было мало. Я сумел оттеснить его щит своим и вонзить лезвие в грудину, разворотив ее Разрывом.

Первый Адепт тем временем смог преодолеть кризис. Для этого он отрубил свою руку у самого основания. Впрочем, это лишь продлило агонию индивидуума. Я достал зеленым огнем и вторую руку, после чего снес агонизирующему культисту голову.

Сати активно отбивалась от нападавших, наседающих с разных сторон. Она пропускала удары, но мифрил держался. Атакующие решили сменить тактику, нацелившись на ее оружие. Пытались отобрать ивовый клинок, выбить его из рук облачницы. И здесь на сцену вышел я, поскольку избавился от своих противников. Мне пришла в голову идея, которую я поспешил опробовать.

Рука у меня была набита на метание кочеранга. Всего лишь следовало немного сменить технику так, чтобы оружие не втыкалось лезвием, а ударяло рукояткой. Первый бросок прошел на отлично. Насыщенный целебным огнем кочеранг ударил культиста в плечо. Проклятое пламя взвилось, быстро охватив тело практика. Через одежду зеленый огонь проникал довольно легко, даже через плотную. Некоторые прислужники спрятались за паровыми доспехами. Их я тоже пробовал достать, метая кочеранг. Защита одоспешенных воителей не была сплошной. Целебный огонь проникал через щели, иногда получалось лишать врагов конечностей или отсекать голову.

Весьма удобный способ расправы над прислужниками Орока. То тут, то там очередной падший вспыхивал проклятым пламенем. Толпа редела на глазах. Противник осознал, от кого исходит основная угроза, и немного отстал от Сати. Чего делать не следовало. Бхоль хоть и не могла заставить их вспыхнуть сразу, но ее ивовый клинок пробивал практически любую защиту. Раз уж она справилась с Дзагири в доспехах, то и у рядовых Адептов не было особых шансов. Они могли лишь отбиваться от ее выпадов или подставлять не самые жизненно важные зоны в теле.

Несколько человек сделало попытку запрыгнуть на крышу. От парочки Рекрутов я избавился довольно быстро. С еще одним Адептом и Бойцом пришлось повозиться, но и они испарились во всепожирающем черном пламени. Целебный огонь — полезная вещь. Намного эффективнее что Жгучей воды, что Жгучей кислоты. Вот бы можно было разлить зеленое пламя по склянкам и косить нечисть налево и направо… Но это всего лишь мечты.

Культисты Орока подошли к концу. Несколько человек благоразумно убежало, решив, что приказы Владыки не стоят их жизней. Жаль, что наше инкогнито в итоге раскрыли, но догнать разбегающихся прислужников мы не могли при всем желании. Будем надеяться, что до властей информация не дойдет. Не хватало еще, чтобы ванские войска вместе с культистами начали охоту за Когтем.

Мы с Бхоль не стали брезговать и подобрали оставшиеся от нападавших трофеи. Помимо оружия, попадались и драгоценные украшения и даже кошели с деньгами. За свою мерзопакостность надо платить.

— Что здесь происходит?! — прибыла стража на место бойни. Как всегда поздновато.

— Чистим улицы от служителей Орока, — хмыкнул я. — Нам пора идти. Если будете преследовать — отправитесь следом за ними!

— Стойте!

Мы с Сати довольно быстро оторвались от преследования, прыгая по крышам города. Ханша-Нуен был небольшим поселением, и Мастеров среди пламетворцев здесь не было. Мы перебрались через стену и исчезли в лесных зарослях. До самого вечера мы петляли, уходя от вероятного преследования. Возможно, стража и не рискнула идти за нами, увидев последствия бойни.

— Теперь в Ханша-Нуен нам дорога закрыта, — вздохнул я, когда мы остановились на ночевку. — Если найдем в Лабиринте сокровища, придется сбывать их в другом крупном городе.

— Справимся. Меня больше волнуют служители Орока…

— Да-а, надо какой-нибудь защитный футляр для Когтя изготовить. Чтобы блокировал темную ауру… — задумался я.

— Господин, я хотела бы поговорить о вашем… поступке. Там, на крыше, — проговорила Сати суровым тоном.

— Что такое, любимая?

— Лю-любимая?! — опешила она, покрывшись румянцем. — Не смейте меня так называть! … По крайней мере, пока я не изучу нужные техники. Мне и так непросто блюсти гармонию Ши…

— Прости. Впредь буду осторожнее.

— Зачем вы меня столкнули? Использовали снова в качестве приманки, ничего не сказав!

— Тактика уже второй раз доказала свою эффективность, — попытался я оправдаться.

— Не буду отрицать очевидное, — вздохнула девушка. — Использовать меня в качестве груши для битья — удобный вариант для отвлечения противника. Но впредь согласовывайте со мной свои затеи. Чувствовать себя преданной — очень неприятно, знаете ли. Если в бою нет времени на долгие объяснения, давайте придумаем кодовое слово для данной… тактики…

— Операция “груша для битья”?

— Просто “манекен”. Во-первых, короче и, во-вторых, не так явно для противника.

— Договорились. Из тебя вышел идеальный манекен!

— Вместо того, чтобы ерничать, лучше бы исцелили мне плечо. Один Адепт сумел пробить доспех…

— Непременно.

Следующим утром мы двинулись к Пределу тысячи пиков. Когда перед нами выросли огроменные высоченные вершины, мы нутром осознали, почему данную местность назвали Пределом. Даже перевалы находились на высоте нескольких тысяч метров. И, что самое скверное, дорог здесь не существовало. Сообщения с северным материком здесь попросту не было, никаких портов, ничего. Кроме совсем отбитых отшельников, никто не селился в здешних горах, так что и необходимости прокладывать дороги или тропы не было. Подкова и даже Арак выглядели жалкими подражателями, не достигающими и половины высот Предела тысячи пиков.

Лабиринтный пик находился во втором ряду одного из горных кряжей. На то, чтобы преодолеть первый, у нас ушло почти два дня. Ночевали мы, забившись в какую-нибудь случайную расщелину и врубив свои ауры практические на полную. Да еще и прижавшись друг к другу. Ибо пробирающий до костей холод оказался страшнее, чем мы себе представляли. Что-то я сомневаюсь, что в моем родном мире на тех же высотах царят такие же температуры. Какая-то местная аномалия, скорее всего. В иной ситуации интимные ночные объятия могли бы сбить нас с гармонии Ши, но в данном случае мы с Сати просто-напросто спасали свои жизни. Никакого романтического подтекста в этом не было. Разве что совсем чуть-чуть.

Бхоль и раньше легко преодолевала крутые подъемы. Но теперь и я немного приноровился, изрядно походив по Аракским горам и Подкове. Правда, Предел тысячи пиков был значительно круче. Один раз нам пришлось возвращаться и искать другой путь, поскольку мы наткнулись на крутой обрыв. У нас имелась с собой веревка, хранимая в огненном схроне, но она была относительно короткой. Также мы потренировали сполна огненный Шаг, как при подъеме, так и при спуске. Опытные пламетворцы могли спокойно прыгать с любой высоты, замедляясь перед соприкосновением с поверхностью. Однако в Пределе дули адской силы ветры, порой закручиваясь в настоящие смерчи. Если такой порыв перевернет тебя кверху ногами перед самым приземлением, никакой огненный Шаг тебе уже не поможет. Приходилось передвигаться осторожно.

Еще одной проблемой стало отсутствие нормальной пищи. У нас с собой были определенные припасы, но на преодоление всего Четверного предела их может не хватить. Надо будет перед заходом пополнить их в достаточной степени. Лучше всего подходили высококлассный духовный рис и мясо сильных духовных зверей, поскольку они могли некоторое время храниться в огненном измерении. Любое облегчение ноши могло значительно упростить наш путь.

Наконец, мы добрались до Лабиринтного пика, который издалека напоминал руку с поднятым средним пальцем. Исчезнувший Орден, слава Гатхи, располагался не у самой вершины, так что нам не пришлось лезть слишком высоко. Секта практически полностью находилась внутри горы, изъеденной местными многоножками.

Мы достигли внешних развалин, которые уже покрылись слоем земли и мха. Местами и не разобрать: искусственного ли происхождения камень или естественного. В скале были выдолбленные широкие ворота, лишь одна из створок которых сохранилась. Она намертво срослась с окружающими скалами.

Внутри было темно. Без Злоднегрисса, по которому я немного скучал, у меня не было возможности использовать хороший фонарь. В целом, я приблизительно знал подходящие спектры огня, которые позволяли освещать местность. Правда, техника оставляла желать лучшего: свет был тусклым и расходовал много ци. Так что мы положились на прожектор Келстигнусса и Бхоль, которая двинулась первой. Тем более она была защищена лучше меня. Мы соблюдали все меры предосторожности при движении. Я шел на значительном удалении от Сати, протянув веревку между нами. Если Сати потеряет сознание, я сразу вытащу ее наружу.

Пару раз мы натыкались на многоножек, но те предпочитали не вступать в бой. Словно чего-то ждали. Нутро пика действительно выглядело как один большой лабиринт. Хотя, многоножки проели множество параллельных ходов, отчего находить путь было легче. Порой нам встречались намеки на какие-то постройки, ровные стены, полы и потолки, но ничего мало-мальски ценного мы не находили.

Лабиринт выглядел поистине жутко. Беззубый Хенг не соврал. Темные мрачные коридоры с неровными обгрызенными стенами, бездонные провалы, ведущие, казалось, к самому ядру Фанши, черные подгорные омуты, зловещие звуки капающей воды и щелканья многочисленных жвал. Не будь я Адептом с опытной напарницей под боком, наверное, мои поджилки тряслись бы от страха. А так лишь на душе стало тревожно, что заставляло проявлять осторожность с утроенными усилиями.

Не найдя ничего интересного на первом ярусе, мы поднялись наверх. Там следов человеческой деятельности стало еще меньше, так что мы решили спуститься вниз. И здесь нас ждали более цельные сохранившиеся помещения Ордена. Интересно, как орденцы здесь воздух вентилировали.

Мы двинулись по обнаруженному сохранившемуся коридору с ровными стенами, как вдруг Сати остановилась, подняв руку:

— Чую запах!

— Действуем по плану! — ответил я и отошел назад на максимальную длину веревки.

Мы выдули противоядие и принялись ждать. Спустя десяток минут Бхоль все еще оставалась в сознании, хоть ее и мутило слегка. Мы решили, что зелье действует исправно, и двинулись дальше. Впереди мы обнаружили провал в полу, ведший в естественную пещеру. Прожектор Сати высветил множество белых грибов странной формы. Мы закрыли лицо рукавом, поскольку сонный газ стал практически осязаем. Чебуль лакать зелье отказался, так что теперь спал крепким сном в заплечном мешке.

— Сонная поганка, — поведала Сати. — Редко их столько в одном месте произрастает…

— Дорого стоят?

— С десяток золотых определенно выручим. Но я не уверена, что противоядие справится, если мы спустимся вниз… Господин!

Прожектор высветил внизу множество обглоданных костей, рядом с которыми копошились многоножки необычного окраса. Очевидно, данный вид имел сопротивляемость сонному газу. При виде света монстры резво разбежались, не став с нами конфликтовать.

— Теперь понятно, куда делись предыдущие исследователи… — протянул я. — Попробуем пройти дальше?

— Да!

Мы осторожно обошли провал по краю и вернулись в орденский коридор.

— Не может же быть так, что все слухи о сокровищах нам врали?

— Именно так! — раздался вдруг приглушенный женский голос.

Свет прожектора высветил двоих человек, вышедших из-за поворота коридора. Они носили на головах странную конструкцию, похожую на противогазы. Напоминали свихнувшихся маньяков из фильмов ужасов.

— Мы распускали слухи, чтобы побольше доверчивых дурачков приходили сюда и становились нашим обедом! — произнес мужчина предвкушающе.

— Наши запасы как раз подошли к концу, и я ужасно проголодалась!

— Тогда не будем откладывать, дорогая, — произнес ее напарник безумным голосом, выхватывая широкий клинок. — Посмотрим, что принесли нам новые гости! Их мясо должно быть нежным и сладким!

Глава 11

— Кто вы такие? — вопросила Бхоль сурово.

— А вы почему не заснули как остальные? Неужто додумались зелье использовать? — вопросил мужчина.

Я воспользовался духовной Сутью, однако тип был закрыт от опознания. В теории защиту Фанши можно было взломать, но для этого требовалось потратить массу ци, чего в текущей обстановке мы позволить себе не могли.

— Тебя маменька учила отвечать вопросом на вопрос?

— Мою дорогую маму трогать не смей! — вытащил он сверкающий громоздкий меч, отдающий насыщенным янтарным отблеском. Оружие его напоминало нечто среднее между фальшионом и большим мясницким тесаком.

— Адамантий! — ахнула Бхоль. — Будьте осторожны, господин!

Я мысленно присвистнул. По всей видимости, эта парочка долгое время кормилась в данных пещерах. Кормилась в обоих смыслах. Так что они много добра успели скопить, забирая себе имущество незадачливых приключенцев.

Сати активировала свой доспех, и живая броня обволокла ученицу.

— Мифрил! — в ответ ахнула женщина в противогазе. — Сегодня мы сорвем большой куш, дорогой!

— Это точно! Держи девку в броне. Сначала разберемся с тем типом. Что за хрень у тебя в руках? Гнутая кочерга?

— Знай, что твою жизнь оборвет Сумасшедший Кочегар Ли с помощью Кочеранга Целебной Оплеухи!

— Гля, у типа совсем крыша потекла… Его мозги должны быть необычными на вкус! Круши, руби, дави, терзай!

Мужчина двинулся на меня, активировав духовный щит. По оранжевому свечению стало ясно, что против нас выступает целый Мастер. Каким только образом сумели так прокачаться, сидя в пещерах? Хотя, тихая охота на исследователей должна приносить солидные деньги. Возможно, они тратили их на собственное развитие.

Коридор был достаточно широким, чтобы несколько человек сражались друг с другом, не мешая. Прожекторы из духов давали куцее освещение, разгоняя подгорный сумрак.

Мы с каннибалом схлестнулись в жесткой стычке. И я сразу осознал преимущество адамантиевого оружия: оно двигалось словно перышко, но било будто чугунная дубина. Оппонент махал им с большой скоростью, нередко меняя направление удара. Казалось, что он — виртуоз-фехтовальщик. Нет, фехтовать он тоже умел, но немалую часть заслуги взял на себя необычный клинок. Мне приходилось тяжеловато. Скоростной кочеранг и щит-воронка делали свое дело, но у противника имелись собственные козыри. Клинок из адамантия почти нивелировал особенности моего оружия. Тем более вражеский артефакт имел и иные особые свойства.

Я словно столкнулся, пускай не с полной своей копией, но с противником, владеющим схожими приемами. Духовный щит, огненный Разрыв, Барьер, скоростной артефактный клинок. Но при этом враг был на ступень выше меня. Оранжевое пламя легче пробивало мою алую защиту, чем я его Барьер.

Тем временем и дамы схлестнулись между собой, вот только их битва… так и не состоялась. Женщина являлась Адептом, как и мы, однако владела какой-то хитрой техникой: испускала из пальцев огненные нити. Эти нити оплели приблизившуюся Бхоль и сковали. Сати рубила их гибким клинком, чье лезвие могло изогнуться и срезать оковы. Однако на место срезанной приходила новая нить. Сделать женщина ничего не могла через мифриловый доспех, но и Сати оказалась заблокированной. Собственно, в этом и заключалась цель противницы: задержать мою напарницу, пока ее сожитель разбирается со мной.

— Мочи ублюдка! — подбадривала каннибалка, используя знаменитое прозвище, хотя я уверен, что она меня не узнала. Возможно, сидя в своих пещерах, они и не слышали никогда про Сумасшедшего Ублюдка Ли.

Тесак из адамантия нанес мне множество неглубоких ран. Я не остался в стороне и тоже несколько раз порезал противника. Вот только ситуация складывалась все равно не в мою пользу. Времени на самоисцеление мне враг не давал. Единственный вариант при текущих условиях — это победа по вместимости резерва, который активно пополняла Клешня. Оппонент сторонился хватов, так что зацепить его руку или клинок у меня не получалось. Да и не факт, что особый удар Клешни сможет перекусить адамантий.

Поняв, что надо что-то менять, я сменил тактику. Коридор был длинным, так что я принялся постоянно отступать и метать кочеранг. Шаговый Разрез наносил неплохие повреждения, при этом я успевал вернуть оружие. Однако скоро противник приспособился блокировать мои атаки духовным щитом. Оранжевый Барьер пробивался, но до вражеской плоти достать стало сложнее. Я расходовал ци в никуда.

Наконец, мне пришел в голову более эффективный план расправы. Женщина не могла добраться до Сати через ее мифриловый доспех, при этом умело сдерживая ее потуги. Но сама же оставалась без серьезной защиты. Я выгадал момент, разорвал дистанцию и метнул кочеранг в противницу. Та была полностью поглощена борьбой с Бхоль, поэтому не сумела толком отреагировать. Кочеранг сделал два оборота и воткнулся лезвием ей в бок, пробив алый покров. Шаговый Разрез разворотил рану и сразу же прижег вырвавшимся на свободу пламенем плоть.

— Дерьмо!

— Дорогая! Держись, я покрошу ублюдка на куски!

— Скорее!

Я успел вернуть кочеранг до того, как каннибал столкнулся со мной. Сати начала давить, кромсая огненные нити, но противница пока что держалась. Я кружил по коридору, снова улучая возможность для нападения. Мужчина словно спятил, начав крутить мечом с бешеной скоростью и стараясь ни в коем случае не давать мне оторваться от него. Бхоль все еще боролась, напоминая серую металлическую бабочку, завязшую в красной паутине. Я решил рискнуть и метнул кочеранг снова, вот только разорвать дистанцию у меня не вышло. Враг резко насел на меня, и я прикрылся щитом-воронкой. Адамантиевый клинок пробил духовную защиту, проскрежетал по кожуху клешни и оставил широкую глубокую рану на левой руке.

Затем я вернул кочеранг, отчего парировать атаки стало значительно сподручнее. Улучив момент, я быстренько мазнул целебным огнем по поврежденной руке, закрыв основную рану. Мой второй удар попал по руке женщины, отчего она повисла плетью. Количество огненных нитей, которые она могла использовать, уменьшилось вдвое. Сати начала теснить оппонентку, прорубаясь через оставшиеся нити.

Вскоре раздался вскрик полный боли, когда Бхоль пронзила тухлое сердце каннибалки. Никакого темного огня видно не было, так что парочка к Ороку отношения не имела. Ее сожитель рассвирепел еще больше, впав в режим берсерка. Он подставлялся под удары, но не чувствовал полученных ран. При этом и меня несколько раз полосонул неприятно. Когда мне на помощь подоспела Сати, итог уже был очевиден. Выстоять против двоих Адептов лабиринтный хитрец, несмотря на свою ступень Мастера, не мог. В итоге накатывающая ярость привела к интересному результату. Побагровевшее лицо покрылось язычками оранжевого пламени, которые принялись лизать своего хозяина. Огонь пожирал носителя. Это не было похоже на сознательную технику Последнего Жара. Скорее, из-за переполнявших его эмоций из-за гибели подельницы организм практика пошел вразнос. В итоге нам пришлось спешно убегать и падать на пол.

Грохот мощного взрыва прокатился под сводами лабиринтных пещер. Нас опалило клубами оранжевого пламени. Благо, что наши тела были закалены и могли выдерживать такой жар некоторое время. Коридор затрясся и осыпался в некоторых местах. Кое-какие проходы завалило, стены подкоптило. Но подгорное помещение сумело пережить взрыв Мастера, чему мы были, вне всякого сомнения, рады.

После избавления от врагов мы занялись собой: выпили по новой порции противоядия, исцелили раны и привели себя в порядок. Немного отдышались, отойдя в проход, где воздух был почище. Затем принялись осматривать трофеи. С безумной парочки мясников самой ценной добычей стал, само собой, адамантиевый клинок. Он пережил взрыв, в отличие от прочей экипировки мужчины. Его подельнице, павшей рядом, тоже досталось. Но кое-какие трофеи и с нее удалось собрать.

Мы решили оставить тела каннибалов многоножкам. Подгорные санитары быстро справятся с ними. Сами двинулись на поиски мифических сокровищ, в существовании которых были большие сомнения. Если верить мародерам сонной западни, то никаких сокровищ здесь давно нет. Мы не стали верить на слово и потратили много времени на исследование руин. В большинстве мест сонного газа не было, так что мы могли двигаться спокойнее.

Нам не соврали: в пропылившихся полуразрушенных помещениях почившего в бозе Ордена ничего ценного не обнаружилось. Исключением стала найденная жилая комната, в которой обитала наша парочка. Там имелась мебель, одежда, запасы еды, саке и вина, разных ингредиентов и всяких бытовых вещей. В углу была выдолблена яма, наполненная отходами в виде мусора и человеческих костей. Никакое мясо среди найденной провизии мы брать не стали от греха подальше. Нашли приличное количество серебряных и золотых монет и бутылки дорогого саке. Жители лабиринта себе ни в чем не отказывали.

Не поленились и собрали некоторое количество сонной поганки, что тоже стоила недешево. По сути, клинок из адамантия с трофеями из комнаты и стали нашими сокровищами. И куш был вполне себе приличный. Один клинок стоил целое состояние. Личный артефакт другой человек толком использовать не мог, но материал сам по себе стоил бешеных денег.

Больше суток мы провели в подземных катакомбах, прежде чем пришли к выводу, что ловить здесь больше нечего. Назад вернулись тем же путем, потратив еще немного противоядия. На выходе оставили надпись, выжженную в камне: “Сокровищ нет! Здесь орудовала банда мародеров-каннибалов. Берегитесь сонного яда в воздухе!”. Засим мы сочли свою миссию выполненной.

Обратный путь прошел не менее тяжело. Предел тысячи пиков не желал быть легкой прогулкой даже для практиков ступени Адепта. В Ханша-Нуен нам дорога была заказана, да и, в целом, в Шаньцинь мы изрядно наследили. Так что решили двинуться в Ляодун, благо граница была неподалеку.

Четвертого числа второго месяца первой зимы мы, наконец, добрались до среднего по размерам города под названием Сяофун. Поселение имело мощные крепостные стены и в целом напоминало Руен. По всей видимости, приграничный город также подвергался нападкам со стороны соседей. С помощью кочеранга, веревки, огненного Шага и ловкости мы сумели проникнуть внутрь, перебравшись через стену.

Стоял холодный зимний вечер. В центральной части города зажгли редкие фонари из духов. Начался легкий снежок. Кружившиеся в хороводе снежинки окутывали город белоснежным покрывалом.

— Хорошо, что успели! — вдохнул я прохладный воздух.

— Успели к чему? — озадачилась Бхоль.

— И ты еще спрашиваешь? — покачал я головой. — Поздравляю с днем рождения, сестрица! Двадцать лет не каждый день исполняется. Ты уже совсем взрослая…

Сати некоторое время пучила глаза и открывала,закрывала рот, не зная, что ответить.

— Подарок у тебя уже есть. Тебе он понравился хоть?

— О лучшем подарке я и мечтать не могла! Большое спасибо.

— Отлично. Осталось отпраздновать данное событие в лучшем заведении города! Давай посмотрим, что здесь есть интересного…

Самый роскошный ресторан Сяофун выглядел на удивление пристойно. Везде царила чистота, интерьер и нарядные официанты радовали взор. Мы использовали маскировку, так что никаких проблем не возникло. Я лишь переживал из-за Когтя, которого обернул в кучу слоев плотных тканей. К счастью, никто из обслуги не вел себя странно, пялясь мне на грудь, так что я решил, что слуг Орока среди них не было.

Бхоль чувствовала себя немного неуверенно, но после бутылочки саке пришла в благодушное настроение. Мы немного поболтали о разной ерунде. Я узнал, что к цветам в целом она была равнодушна. Любила красивые сложные узоры на платках и других тканях. На самом деле тем для разговора у нас было не так много, поскольку за месяцы странствий мы успели хорошо друг друга изучить и всласть наговориться. Но особенная атмосфера элитного ресторана помогла нам отлично провести время. То, что надо, после тяжелых битв, лазания по подземельям и горам. Остановиться, перевести дух, отдохнуть, сходить на свидание с понравившейся девушкой.

Здесь же была и гостиница, также, по заверениям, лучшая в городе. В средствах мы на данный момент стеснений не испытывали, так что остались на ночь. Я, не без грусти, избавился от своей недобороды, оставив гладкий подбородок. Чем Сати была более чем довольна. С таким чистым гладким лицом, без единого шрама, и родной отец не узнает во мне Ублюдка Ли. Ну, зато я начал ловить на себе заинтересованные взгляды других посетительниц ресторана и гостиницы, богатых на вид.

Почти весь следующий день мы убили на реализацию товара. От всего удалось избавиться по неплохим ценам, кои можно было найти в Сяофуне. Бхоль в основном вела бизнес — у нее торговаться получалось лучше. Единственным исключением стал клинок из адамантия. Далеко не у каждого лавочника имелось столько наличности, чтобы оплатить его полную стоимость. В итоге мы обратились к местному лучшему кузнецу, который также не имел много наличных средств:

— Уважаемый мастер, как насчет такой сделки: вы берете часть материала и встраиваете в наше оружие. Плюс мне нужен футляр из адамантиевого сплава. И сумма к выплате уменьшается!

— Хм, отдать работой? Нас такой вариант устроит!

Повезло, что кузнецу хватало квалификации, чтобы работать с таким редким и тугоплавким материалом. Спец приблизился к ступени Посвященного. Финальный рывок, и преодолеет планку Мастера. Не то, что кузнец Охидо из Шейчжоу, который находился на ступени Бойца. Когда-то данный этап развития казался нам недосягаемым.

Первым я попросил кузнеца изготовить шкатулку-футляр из сплава стали и адамантия. После убирания внутрь Когтя, наконец, он перестал донимать окружающих. Если его и сможет почуять слуга Орока, то чутье у него должно быть феноменальным.

Затем мы поочередно отдавали свое оружие на улучшение, стараясь далеко не уходить от кузни. Практика показывала, что недруги могут найти нас в любой момент. В итоге наше оружие облачного уровня теперь отблескивало оранжевым и стало немного легче. Улучшения явно хватит для Небесного уровня, когда оружие до него дорастет.

Полученных средства хватило на то, чтобы приобрести два рецепта ступени Адепта. Наиболее справедливую цену нам предложили в местной школе боевых искусств. Мы заранее уточнили, сможем ли найти ингредиенты на северном континенте, на что получили положительный ответ. Не все, но большая часть зверей и растений обитала и в других частях света. Я так до сих пор и не знал, является ли текущий континент чем-то огромным, или он всего лишь маленький островок среди бескрайних кусков суши и океанов. Приобрели рецепты уровня Адепта для развития Цунь и Дао: Пилюля Железных Костей и Бальзам Алмазной Пыли. Ингредиенты с волколаков, орхидея и даже сонная поганка пригодились. Если Пилюля железных костей была достаточно простым рецептом, то в Бальзаме использовалось с десяток ингредиентов. Запаришься все искать.

Большая часть наших финансов испарилась. На оставшиеся деньги мы приобрели компоненты, которые встречались лишь на этом континенте, а также подготовились к далекому походу. Одним из наиболее значимых приобретений стала лодка, напоминающая широкое каное. Сделана она была из особой породы духовного дерева со специальной пропиткой — все для того, чтобы оставалась возможность поместить ее в огненное измерение и хранить там. Ведь лазить по горам с лодкой на горбу — не самое приятное времяпрепровождение. Нам требовалось преодолеть несколько десятков километров через Предел кипящего моря. Мелкая лодчонка — не лучшее плавсредство для такого, но Адепты должны справиться. Поместили мы лодку в схрон Сати, поскольку благодаря Келстигнуссу хранение забирало меньше ци. Но все равно прилично. Договорились скидываться вдвоем, так как Бхоль еле успевала восстанавливать духовную энергию.

Десятого дня второго месяца первой зимы, в наиболее студеную пору, мы выступили в путь. Нас ждал Четверной предел.

Глава 12

Насколько эффективен футляр для Когтя Орока проверить было сложно. Не хотелось привлекать внимание темной братии снова. В Сяофун мы пробыли несколько дней, и нам удалось сохранить свое инкогнито. Чебуля несколько раз раскрывали, но с Ублюдком Ли меня не связали. Все же в здешних краях слава про меня меркла. Сплав из стали и адамантия отлично экранировал вредное излучение проклятого артефакта. Испытывать его, выставляя на всеобщее обозрение, мы благоразумно не стали.

Леденящий душу ветер, вьюги и сугробы сопутствовали нам в дороге. Ждать до лета никому из нас не хотелось, тем более в Пределе тысячи пиков царила извечная мерзлота, невзирая на сезонность. На этот раз мы взяли с собой достаточное количество провианта. Непортящуюся часть я держал в схроне, остальное несли в заплечных сумках. Чебуль практически не вылезал из-за пазухи, держась вблизи Греющей ауры. Холод ему крайне не нравился. Хургл постоянно бурчал недовольно, словно обвиняя меня в том, что я украл драгоценное тепло из его мира.

Предел тысячи пиков являлся слабозаселенной местностью. Растения и звери водились лишь у подножий, крупные хищники встречались редко. Снежные виверны здесь появлялись вплоть до алой касты, и порой нам приходилось несладко. Отбиваться на крутых склонах от стай высокоранговых летающих монстров — то еще испытание. Прибегали к тактике под кодовым названием “манекен”. Сати выступала на открытое место и собирала хищников на себе. Я же из укрытия метал кочеранг, постепенно сокращая поголовье тварей. Бхоль вскоре свыклась со своей слегка мазохисткой ролью в бою и, кажется, даже начала получать удовольствие.

Дорога через первый Предел оказалась непростой. В морозные ночи мы снова жались друг к другу, забившись в какую-нибудь щель и активировав Греющую ауру на полную, ибо холода наверху стояли страшные. Да еще и ци приходилось экономить, поскольку она уходила на поддержание схрона. Поэтому мы потребляли еду больше обычного. На этапе Адепта удавалось извлекать немало духовной энергии из пищи, но недостаточно для того, чтобы с комфортом преодолевать Предел тысячи пиков.

Один раз мы с Сати решились пойти на риск. Настолько нам не хотелось в тот момент идти в обход. Мы наткнулись на почти отвесную пропасть в несколько сотен метров глубиной. Посовещавшись, мы приняли решение сокращать путь. В прошлой жизни ни разу не довелось прыгать с парашютом. Наверное, данный опыт бы мне пригодился, чтобы умело маневрировать в полете. Здесь, в горах Предела, царили резкие ветра, из-за которых я чуть не разбился. Я прыгнул и разогнался до высокой скорости, в полете меня закружило в небольшом вихре, словно подосланном самим Ороком. Лишь перед самой поверхностью удалось выправить падение и замедлиться с помощью реактивных огненных струй и хлопков. Ноги я себе немного отбил, но все лучше, чем валяться со свернутой шеей. Сати тоже потряхивало немного во время падения, но у нее получилось приземлиться чуть аккуратнее. После прохождения данного испытания мы уверились в своих силах насчет быстрого спуска. Еще бы подъемы также быстро и без затрат преодолевать, но гравитация на Фанши не знала жалости.

Около десяти дней у нас ушло на то, чтобы преодолеть небольшую полоску суши, изборожденную непролазными пиками. По равнинной местности могли бы и за день пройти, но здесь пришлось заниматься скалолазанием. Ну а дубак стоял такой, что не уверен, смогли бы мы пройти здесь на ступени Бойца.

Подойдя к обрыву, мы застыли в изумлении, глядя на открывшуюся нам картину: внизу бурлило и вскипало целое море огня. Предел пламенного потока произвел на нас впечатление. Он походил на Огненную реку, у которой мы познакомились со Злодни и Нией, только увеличенной в тысячи раз. По информации от жителей нам было известно, что Пламенный предел простирался на десятки километров. Его ширина зависела от времени года и… настроения Фанши. Бурлящие потоки брали начало где-то в недрах раскаленной планеты, вырывались наружу, текли в только им известном направлении, и снова исчезали в бездонной пропасти. Пейзаж перед нами предстал изумительно-жуткий. Словно мы попали в геенну огненную.

Только выйдя к краю пропасти, мы поняли, что высота над уровнем моря все время повышалась. Самый низкий перевал, который мы нашли, возвышался над Пламенным пределом на пару километров минимум. Склон на границе между пределами был резкий, почти отвесный. Скакать по камням даже для Адептов было бы опасной затее. Одно неверное движение, и можно покатиться вниз. Безопаснее спрыгнуть сразу в пропасть и надеяться на то, что сможешь затормозить в конце. Благо мы один раз уже потренировались.

Мы с Сати тщательно подготовились: понимая, что расход ци предстоит солидный, как следует отдохнули и подкрепились, довели запасы духовной энергии до максимума.

Помолившись своим богам, мы хорошенько разбежались и нырнули в пропасть, сильно оттолкнувшись от края. Склон был не совсем отвесный, так что при обычном падении мы бы рано или поздно столкнулись со скалой. Можно было бы использовать реактивные струи, но мы применили один нехитрый трюк: наклонили корпус вперед, чуть раскрыв руки. Таким образом поток воздуха толкал нас вперед. Мы словно слегка планировали, в чем нам помогала живая одежда из крыльев огненной бабочки.

У поверхности из-за жара и разницы в местности снова нас начали трепать ветра, но мы справились. Перевернувшись, погасили скорость с помощью хлопков и реактивного движения. Я не слишком удачно плюхнулся в плотные слои лавы из духов, напоминающие густой кисель. Мои ноги ушли вглубь, и меня чуть не засосало в жаркую трясину. Спешно подергавшись, мне удалось вырваться из лавового потока. В отличие от Огненной реки, относительно спокойной, Пламенный предел представлял из себя довольно хаотичную субстанцию. Здесь даже были волны, которые вели себя странно. Не походили на морские. В некоторых местах вздымались гейзеры: неразумные духи вырывались из глубин под давлением на поверхность, превращаясь в раскаленные жидкие капли.

Стоять на месте здесь было нельзя категорически. И даже медленный шаг не спасал. Требовалось либо бежать, либо пользоваться огненным Шагом. Второе сжирало ресурсы ци как не в себя, первое — физические силы.

— В порядке? — уточнил я у приземлившейся Сати, перебегая с место на место.

Девушка погасила скорость и соприкоснулась с огненным морем аккуратно, в отличие от меня. Иногда мне казалось, что в ее роду были кошки.

— Да. Поспешим, господин!

И мы побежали. Нам предстояло преодолеть одну, а то и несколько марафонных дистанций. По чадящему пеклу, не останавливаясь ни на секунду. Давно мы так над собой не издевались на тренировках Цунь. Вероятно, несколько процентов сможем прокачать.

Жар нас практически не беспокоил. Пламенный предел не являлся лавой в полном смысле этого слова. Температуры были здесь намного ниже. Плюс мы были закалены, так что могли бы легко купаться в верхних слоях.

Спустя час непрерывного легкого бега стало понятно, что Пламенный предел неоднороден. Существовали области, где лава была донельзя плотной, почти твердой, а в иных местах походила на жидкость. Мы старались либо обходить данные зоны, либо быстро проскакивать с помощью огненного Шага.

Испытание оказалось не из простых. Тут проверялась и твоя выносливость, и ловкость, и объем резерва. Нам приходилось выкладываться на полную катушку. Пот катился градом, из-за чего требовалось пить много воды, запасы которой не были бесконечными. Да еще поди попробуй сделать это на бегу.

Мы старались делать мини-передышки в областях с повышенной плотностью духов. В них бежать можно было не так быстро, появлялась возможность передохнуть и глотнуть воды. Забег наш длился не один час, при этом с переходом на ступень Адепта естественные надобности никуда не делись. Справлять нужду на ходу, скажу я вам, то еще приключение. Сати держалась долго, но и ей пришлось идти на уступки. В принципе, если быстро перебирать ногами, то можно стоять и на месте в местах повышенной плотности.

Огненное море таило в себе и иные опасности. Иногда нас атаковали местные дикие духи. Размерами и кастами они были разными. Обычно удара кочерангом хватало, чтобы донести до них простое правило: с кочегаром и его спутниками лучше не связываться.

Вечер вступал в свои права, когда море огня внезапно забурлило. Мелкие духи принялись прыгать в разные стороны, разбегаться, выныривать из глубин и взлетать в воздух словно обеспокоенные косяки рыб. Мы ничего хорошего от данного феномена не ждали, так что, не сговариваясь, поднажали.

Кипящее море вспучилось, и наружу выплыл дух поистине гигантских размеров. Волосы на голове встали дыбом. Спрятаться было негде, даже стоять на месте было нельзя. При этом из ниоткуда выныривает натуральный пылающий кит аж оранжевой касты. Зазевавшиеся духи исчезли в его пасти, оставив лишь пару дымных выбросов. Рыбища, появившаяся откуда-то из недр Фанши, почуяла свежую добычу и двинулась в нашу сторону. Возможно, она и вынырнула на поверхность только потому, что ощутила вкусную ауру двух молодых Адептов. Огромная, полная зубастых язычков пламени, пасть начала настигать нас со страшной скоростью.

— Манекен? — обронила Сати кодовое название нашей тактики.

— И что ты будешь делать, если оно унесет тебя вниз?! — крикнул я. — В стороны!

Мы разбежались в разные стороны, надеясь сбить противника с толку. Кит решил, что Сати — более вкусная цель, и принялся нагонять.

Я же начал метать кочеранг, атакуя моим фирменным шаговым Разрезом. Твердая плоть китового монстра поддавалась, несмотря на его оранжевую касту. Похоже, он брал своей массивностью. Но в океане всегда найдется рыба зубастее тебя. Куски огненной плоти отлетали от туши с завидной регулярностью.

Проблема была в том, что двигался кит слишком быстро. Мне было сложно попасть в одно и то же место, чтобы расширить рану. Сати не успевала. Тогда я двинулся ему наперерез и, использовав Шаг, запрыгнул на спину. Клешней зацепился за край огненного гребня, который, как и тело ифритки являлся отчасти материальным. После чего принялся отчаянно прорубаться сквозь огненную плоть, невзирая на жар и неудобства. В такой позиции получалось наносить атаки быстрее.

Вот только я не успел. Сати, нанеся несколько ран, исчезла в его бездонной пасти. Я был уверен в том, что так просто Бхоль переварить себя не даст, вот только выплыть из нижних путей может быть для нас проблемой. Я с удвоенным усердием принялся рубить кочерангом, прогрызая себе проход. Кит начал уходить на глубину, и я погрузился следом за ним.

Меня не объял сходу огонь. Лишь зрение перестало давать сколь-нибудь достойный результат. Скорее приходилось полагаться на чутье пламетворца, благодаря которому удавалось различать ауры разной силы и плотности.

Тварь виляла, стараясь меня сбросить. Однако клешня держала крепко. Обстановка постоянно менялась, но я с упорством истинного кочегара продолжал расширять рану.

Наконец, мне удалось проникнуть через прочный внешний слой и скелетный каркас. Дальше начались внутренние органы, и кочерангу стало проще прорубать себе путь. Китовый монстр вертелся словно угорь на сковородке, но достать меня пастью не мог. Огромность была как его преимуществом, так и недостатком.

Лезвие кочеранга вдруг лязгнуло о металл, отчего я обрадовался. Ивовый клинок также прорубал себе путь наружу. Я быстро достал мифриловую ратницу из чего-то вроде пищевода и потянул на поверхность. Сати активно помогала себе, испуская реактивные струи.

На нас начали наседать другие, более мелкие в сравнении с китом духи. Мы с Бхоль махали своим оружием, отбиваясь от назойливых лавовых пираний. Кит нас преследовать не стал. Похоже, осознал, что с пламетворцами лучше не связываться и уплыл залечивать раны.

Не без труда, но нам удалось выскользнуть из цепких объятий, порезав по пути особо наглых духов. Вылезти на поверхность оказалось непросто, но пара хлопков помогли нам справиться с задачей.

Выпорхнув на свежий воздух, мы спешно двинулись на север, продолжив свой путь. Отдыхать здесь было негде. Только вперед, только хардкор. Предела Пределу кипящего моря на горизонте все не было видно. Похоже, в этом году Пламенный поток разлился от души.

— Г-господин… — всхлипнула Сати.

— Что случилось?!

— Мой резерв… почти пуст.

— Отрыжка хургла! Держись!

— Гя-уш! — буркнул Чебуль, которому купаться в огненном потоке не понравилось.

Бхоль смогла пробежать еще несколько километров, но усталость брала свое. Без ци преодолеть некоторые участки не представлялось возможным. Увидев, что девушка завязла в огненной трясине, я поспешил на помощь. Тянуть на себе дополнительную ношу оказалось отнюдь не просто. Конца и края Пламенному пределу видно не было. Я понял, что и мой резерв скоро подойдет к концу.

— Доставай лодку! — скомандовал я.

— Сначала плата! — гнусно произнес Келстигнусс.

— Я тебя сейчас кочерангом проткну, если будешь ерепениться!

— Ладно-ладно… — пробурчал малый дух.

Потратив солидную порцию личной энергии, Келсти материализовал лодку. Я специально отогнал ее в более жидкий участок, поскольку там жар и активность духов была ниже. Опасался, что лодка будет тонуть, и плавсредство действительно просело. Но, к счастью, лодка держалась над потоком. Сати перевалилась за борт и рухнула на скамью, тяжело дыша. Затем забрался и я.

Несмотря на усталость, отдыхать нам было некогда. Бхоль занялась провизией, сготовив нам перекус на скорую руку. Мясо виверн хоть и было жестким, но неплохо восстанавливало ци. Особенно, если они принадлежали к алой касте и выше. Сати занялась едой, мне же пришлось отбиваться от наседающих духов. Необычный предмет им не понравился. Наглые обитатели Пламенного предела грызли деревянное днище и борта лодки. Наш транспорт был сделан из прочных и огнестойких пород древесины, чтобы ее можно было хранить в огненном измерении. Данные свойства нам пригодились, ибо обычную лодку духи разрушили за несколько минут.

Сати восстановила силы, но убирать лодку в схрон пришлось мне, поскольку у меня сил оставалось больше. Пищеварительная система пламетворцев заработала, снабжая ослабший организм духовной энергией. Мы продолжили путь.

Неизвестно точно, какую дистанцию мы преодолели, но лишь на рассвете следующего дня мы, наконец, достигли границы двух Пределов. И, надо признать, граница эта выглядела впечатляюще. Огненный поток сталкивался с неумолимой водной стихией. Плодом их союза становился пар. Гигантская плотная стена белого пара, вырывающегося на десятки метров вверх. Где-то вздымались натуральные гейзеры, подкидывая незадачливых духов высоко вверх. Мы видели нечто подобное в месте соединения Огненной реки с обычными ручьями, но здесь масштаб был совершенно иной. Красивая, неиспорченная радуга висела над границей на всем ее протяжении, радуя и привлекая взор.

Мы были слишком измотаны, чтобы любоваться достопримечательностью. Поэтому просто на всей скорости преодолели разделяющий барьер, прорвавшись через высокотемпературную паровую завесу. Наши закаленные тела кипящая вода не впечатлила. По инерции пробежали еще какое-то расстояние, после чего плюхнулись в воду.

— Соленая! — воскликнул я с толикой удивления. — Сто лет не был на море.

— Рада, что вам удалось осуществить свою мечту, господин…

— Вода горяченная! Кайф!

— Пламенный поток совсем рядом, — озвучила очевидное Бхоль.

Бежать по воде в теории мы тоже могли, но расход ци при этом был бы запредельным. Я вытащил лодку из схрона, после чего мы забрались в нее. Суденышко покачивалось на волнах. Нас относило прочь от стены пара. Сати достала весло и неспешно погребла прочь. Дополнительная тренировка Цунь пламетворцам не повредит.

— Справились! — произнес я удовлетворенно. — Осталось всего два предела, и мы достигнем Нового света!

Глава 13

— Гя-уш! — выполз на нос судна нахохлившийся Чебуль.

Мотаться у меня за пазухой во время бега и активных боевых действий ему совсем не понравилось. Но то, что зверек вытерпел неудобства, не бросился вскачь, говорит о незаурядном интеллекте. Обычная кошка бы уже десять раз попыталась свалить и сгинула в огненном потоке.

Кипящее море вдали от границы выглядело достаточно мирно. Вскипало оно только в месте встречи двух Пределов. В остальном походило на типичное море средней солености. Небольшие волны перекатывались по темно-синей поверхности. Огненных духов здесь не водилось, поскольку вода их естественный враг. Вот только насчет другой живности мы с Сати не были до конца уверены. А ну как жуткий кракен или огромная акула нападут на нас из мутных глубин. Бездонные водоемы и в нашем мире таили множество опасностей, а уж Фанши их все усиливал многократно. Вспомнить хотя бы Ашитору с ее полноводной рекой, в которой обитали самые разнообразные хищники.

Я сменил Сати на посту гребца, и девушка занялась провиантом. Котелок родникового очищения был безумно полезен при нашем заплыве. Он мог очищать морскую воду до состояния пресной в том числе, хоть на это и расходовалось немало ци. Но мы могли себе позволить подобную роскошь. Разводить костер, чтобы вскипятить воду, нам не требовалось. Алое пламя, которым мы овладели, легко доводило воду до кипения, и расходы энергии были посильны Адептам.

Следующая наша промежуточная цель — это Цаньский архипелаг. Цепочка небольших, в основном каменистых островов, где были людские поселения. Сориентироваться в море было сложно. Как прокладывать маршрут по звездам, мы с Сати не знали. Оставалось надеяться, что мы не промахнемся мимо архипелага. Благо с помощью Фанши мы точно знали направление сторон света в любом месте.

Мы подкрепились и передохнули, подремав по очереди. Для нормального сна не хватало ни места, ни условий. Шум моря, узость лодки, качка и свист ветра не слишком располагали к релаксу. Тем не менее, мы восстановили силы и ци после длительного тяжелого забега.

Восполнив резерв, я попробовал выступить в роли мотора: свесить ноги за корму и выпустить реактивные струи. Подобрав правильную позу, я сумел разогнать лодчонку до приличных скоростей. Вода за мной бурлила после выбросов огненных Хлопков и реактивных струй. Передвигаться так можно было довольно быстро. Проблема оставалась той же: ци утекало слишком быстро. Даже ступень Адепта не сильно спасала.

Нашу лодку неслабо так потрепали прожорливые огненные духи. Днище все было обуглено. К счастью, течи удалось избежать. Смирившись, я вернулся к более традиционному способу передвижения: утомительной гребле. Сати периодически сменяла меня и активно работала веслом. Для нее это было очередной тренировкой Цунь. Фанатка культивирования. К слову, телесную составляющую мы действительно немного прокачали.

К вечеру погода испортилась. Низкие черные тучи заволокли небо, налетел шквалистый ветер. Наше утлое суденышко бросало на огромных волнах словно щепку в водовороте. Дождь хлестал по щекам, что снижало видимость. Мы лишь старались держать лодку носом на волны, иначе рисковали перевернуться. Не морское судно мы с собой в путь взяли, но иного выхода не было. Сверкающие молнии били в море в опасной близости. Сати заверила, что пламетворец ступени Адепта сможет пережить удар молниевой стихии. Добавив не слишком обнадеживающе, что на все воля Гатхи и Фанши.

Неожиданно в днище пришелся глухой удар, лодку слегка подкинуло. А спустя миг несколько толстых щупалец вылезли из морских пучин. По размерам монстру до кракена было далеко, но тварь все равно была огромной. Щупальца принялись трепать нашу лодку, стараясь разломать борта. Часть конечностей схватили и нас с Сати, сделав попытку утащить в воду. Но мы не сидели сложа руки: умелые взмахи острыми лезвиями с огненным Разрезом, и отрубленные щупальца посыпались вниз. Одно из них еще долго дергалось внизу лодки.

Заметив белое тело у поверхности, я метнул кочеранг. Шаговый разрез пробил черный покров монстра. Зверь рассвирепел. Возле щупалец также возник черный огонь. Поначалу мы подумали, что спрут относился к черной касте, но Сати первой заметила различия:

— Чернильный огонь! Орок подчинил себе морского монстра!

— И как он нас только нашел в открытом море?! — вопросил я.

— Орок мог послать своих монстров на всей протяженности Кипящего Предела… — предположила Сати.

Никто точно не знал, как далеко распространяются возможности темного бога. Но он не был всемогущим: не знал, где именно находится тот или иной человек в любой момент времени и даже ночью, когда Орок внимательно глядел на планету с неба, мог общаться лишь с некоторыми посвященными адептами, более слабые духом существа могли лишь в общих чертах уловить волю владетеля. Возможно, Орок видел примерное местонахождение Когтя, хотя футляр должен был помочь скрыть его ауру.

Что ж, раз принадлежность морского чудища определилась, стоило сменить тактику. Лодка наша опасно скрипела, сдавливаемая щупальцами спрута. Так что я принял решение действовать более активно. Заметив тень огромного тела, я нырнул в воду. Удар вышел не слишком мощным, но мне удалось пробить темный барьер спрута и поранить его. Затем я быстро перевернул кочеранг рукояткой вперед и поплыл ближе к ране, используя огненный Шаг под водой. Тварь отпрянула от меня и схватила щупальцами за ноги.

Пришлось помахать кочерангом и потравить гада целебным огнем, прежде чем мне удалось освободиться. Спрыгнувшая в воду Сати также избавилась от нескольких щупалец. Доспех тянул ученицу на дно, так что ей приходилось прикладывать усилия, чтобы оставаться на том же уровне.

Вторая попытка вышла более удачной: я сумел ткнуть спрута рукояткой кочеранга, воспользовавшись разрушительным для всех слуг Орока целебным огнем. Монстр вспыхнул и бросился прочь. Мы его преследовать не стали.

Живительный воздух ворвался в мои легкие, когда я, наконец, выплыл на поверхность. Сати вынырнула следом. Мы принялись озираться, потеряв наше суденышко.

— Гя-уш!!! — донесся до нас далекий писк хургла из-за высокой волны.

Следуя на звук, мы сумели найти лодку. Наш путь по Пределу кипящего моря продолжился. Шторм утихать и не думал, так что мы еще долго сражались со стихией. Лишь когда волны уменьшились, принялись грести в нужную нам сторону.

Обнаружилась и серьезная проблема: лодка дала течь в паре мест. Приходилось вычерпывать набирающуюся воду котелком и выливать за борт. В таком режиме поспать нам явно не удастся: одному требовалось грести, удерживая курс, второму — вычерпывать воду.

Ночью алый свет Орока, наконец, высветил перед нами очертания неизвестного острова с крутым скалистым берегом. Потыкавшись, мы не нашли приличной бухты, так что решили добираться вплавь. Лодку убрали в огненное измерение. Волны с силой били о камень, так что обычный серв вряд ли бы смог выбраться из пучины. Использовав Шаг, мы не без труда выскочили из морской западни на ближайший уступ. Волны по нам еще активно проходились, прибивая к скале, а ноги предательски скользили. С помощью такой-то хургловой матери мы, наконец, запрыгнули на следующий уступ, докуда вода уже не добивала. Затем, забираясь по каменным выступам, выбрались на поверхность острова.

Растительность здесь оказалась довольно чахлой и редкой. Безжизненная поверхность была в основном устлана каменистыми склонами и пожухлой травой. Виднелись лесистые участки и даже небольшая гора в центре. Крупных животных здесь не водилось, судя по всему. Только на змей наткнулись, шастая по ночному лесу. К счастью, их клыки не смогли прокусить нашу Барьерную ауру.

В итоге мы вышли к небольшой рыбацкой деревушке, что находилась у бухты в западной части острова. Это был, определенно, не центральный остров Цаньского архипелага, но мы были рады, что смогли найти кров. Постучавшись в разные дома, с третьей попытки мы отыскали приют на ночь. Оказавшись на ровной, твердой и некачающейся поверхности, где не было необходимости куда-то бежать или отбиваться от монстров, мы с Сати почти сразу отрубились, оставив Келстигнусса за главного. Предварительно нагрели тепловой камень в доме. Снег на острове не лежал благодаря теплому морскому климату, но дыхание зимы ощущалось очень близко.

Мы не знали, сможет ли напавший на нас спрут передать информацию о нашем местонахождении своему боссу. Полагаю, Орок примерно представлял себе наш дальнейший путь, так что стоило держать ухо востро. Люди на островах, кажется, не были поражены темной заразой. Никто не пялился в сторону футляра. Хоть и дивились тому, что Адепты решились переходить через Четверной предел, но в нас с Сати известных личностей не узнали.

Следующей точкой нашего путешествия значился Граничный остров. За горсть серебра мы нашли рыбацкий парусник, на котором и отправились в море. Сложно себе было представить, как сервы ходят по глубоким водам, в которых обитают жуткие монстры. Парусник был значительно больше нашей лодки, но тому же спруту ничего серьезного противопоставить не мог. Рыболовный гарпун не причинит ему особого вреда. Если так посмотреть, то сервы большие герои, чем сражающиеся с нечистью Адепты высоких ступеней. В их работе больше риска, чем в уничтожении очередного культиста бывалым пламетворцем. Хотя, имелись и у простого люда свои хитрости. Когда я поинтересовался, как им удается избегать встреч с морскими монстрами, нам показали горшки со специальным зельем. Одно было сверхвонючим, так что чудища предпочитали не связываться с деревянным “скунсом”. Второе — с кровью одной известной морской твари, которую остальные хищники побаивались. При попадании ее в воду был высок шанс, что они отступят. Так и жили сервы-рыбаки. В надежде на чудо и солидный улов.

Под парусами шли мы довольно бодро. Видели издали другие острова архипелага. Обошлось без приключений. К полудню наше судно причалило в узкой бухточке Граничного острова. Море здесь стало холоднее, как и воздух. Чувствовалось дыхание не только зимы, но и Предела вздымающихся льдов, что начинался прямо к северу от островка.

— Держитесь настороже, — обронил напоследок рыбак.

— А что не так с отшельницей? — уточнила Сати.

— Не от мира сего она! Бывайте!

— Даже интересно, в чем выражается ее чудаковатость, — пробормотал я, глядя на отчаливший парусник. — Надеюсь, не как у обитателей Лабиринтного пика… Таких гастрономических пристрастий гости могут и не пережить.

— Уверена, мы со всем разберемся. Если она откажется меня обучать, найдем другого учителя! — произнесла Бхоль твердо.

Граничный остров по размерам был еще меньше предыдущего. Мы видели рыбаков в море. Сезон работы в полях прошел, да и на данном каменистом островке много не вырастишь. Основной постройкой Граничного поселения являлся приземистый монастырь с открытым внутренним двором. Неплохое для здешнего уровня развития строение со множество красивых узоров в камне. Те, кто украшал здание, подошли к делу с душой. Цветные фрески, разнообразные растительные орнаменты, диковинные рыбы и другие морские обитатели. Даже кого-то вроде русалок увидал на барельефах. Сати о подобной расе не слышала, так что скорее просто мифы, как и на нашей земле.

Сестры здесь носили длиннополые свободные ханьфу с мантиями и закрытым головным убором, отдаленно напоминающим то ли одежду христианских монахинь, то ли паранджу. На нас местные глядели со скепсисом и сдержанным опасением.

— Какая нужда привела вас сюда, пламетворцы? — поинтересовалась одна из монахинь в эффектных белых одеяниях.

— Мы искали отшельницу, которая обучает женским техникам, — пояснил я.

— И вы нашли ее. Можете звать меня Мать Фенахо. Для тебя, дитя? — уточнила она, повернувшись к Сати.

— Все верно, сестра, — кивнула Бхоль.

— Почему же ты не взяла слово сама, дав ответить ему?

— Господин Кон — мой сюзерен, его слово первое.

Монахиня покачала головой сокрушенно:

— Все ясно. Иди за мной, дитя.

— Можно услышать ваши условия для начала? — спросил я. — Обучение стоит денег?

— Я сообщу условия обучаемой. Вы можете быть свободны, господин?

— Кун. Ло Кун, — представился я.

Мне сразу показалось такое фальшивое имя неубедительным, но Сати заверила меня в том, что для местных разница большая, и связи они не увидят. Поначалу она предлагала мне представиться как Ло Хун, но я по понятным причинам отказался. Себе она взяла псевдоним Таби Схоль.

— Дочери проводят вас до гостевых апартаментов, господин Ло Кун, — прошелестел ее голос отнюдь не гостеприимно.

— Что это значит? — нахмурился я, привыкший быть рядом с Сати в любой трудности. — Откуда нам знать, что вы не похитите гостью или убьете, чтобы завладеть ее имуществом?

— На Граничном острове не бывает краж или убийств, — закатила глаза настоятельница Фенахо.

— Господин Кун, — обратилась ко мне Бхоль. — Думаю, со мной все будет в порядке. Я поведаю вам детали обучения вечером.

— Хорошо. Следи в оба.

Окинув подозрительным взором настоятельницу, я двинулся прочь. Одна из монахинь вызвалась проводить меня до гостевых апартаментов. Помимо монастыря с кельями, на острове было еще несколько построек, находившихся возле бухты. Лодочный причал, разные хозяйственные и жилые постройки. Судя по всему, на Граничном острове проживало немного более сотни человек. Половина — монахини из монастыря, половина — жители рыбацкого поселка.

Только сейчас меня насторожил один необычный факт. В том, что монастырь женский, не было ничего удивительного. Но все жители поселения у бухты также были женского пола. И в море ходили тоже женщины. Сия особенность, определенно, вызывала подозрения. Мне вспомнился какой-то посредственный фильм, который я смотрел давно краем глаза. Жаль, сюжет я не помнил от слова совсем.

— И причем здесь пчелы? — задумчиво пробормотал я, почесав голову.

— Вот ваши апартаменты, гость, — произнесла проводница нейтральным тоном, показывая на нечто, напоминающее сарай или хлев для скотины.

Люди здесь жили небогато, но не до такой степени.

— Серьезно? — вскинул я бровь. — У вас нет гостиницы нормальной или таверны? Согласен и на келью!

— К сожалению, доступ в монастырь для вас закрыт. Гостиниц у нас нет. Редко к нам приплывают гости, тем более Адепты. Ночью в это время года холодно, но, думаю, у пламетворца вашей ступени не возникнет трудностей. Спокойной ночи, гость Кун. И не докучайте жителям Граничного острова…

Вздохнув, я направился к своему неказистому жилищу. Внутри наличествовала деревянная мебель и соломенный матрас. Крыша в одном месте протекала. В нашем лесном домике было больше удобств. Не то, чтобы я был таким уж привередой. Истинному кочегару не пристало окружать себя тлетворной роскошью. Но отношение местных дам меня несколько покоробило. Словно я — существо второго сорта, которое здесь не ждут.

Я немного прогулялся по поселку, опросил местных. Отвечали мне односложно и приглашать погостить не спешили. А ведь далеко не все жители были практиками, и в такую морозную пору кочегара в доме желали видеть многие сервы. Но не обитатели Граничного острова.

Впрочем, они не бросались на меня с ножами, и то рис. Всяко лучше слуг Орока, желающих выпустить мне кишки и прибрать к рукам Коготь. Встречались и вполне симпатичные девицы, кои могут выступить в качестве Якоря Ши. Могли бы, но практика показывала, что вида новой красотки недостаточно. С другой стороны, наблюдение за дамами могло натолкнуть меня на идеи обновленного образа Ши.

Дошел до северной части Граничного острова. Картина открывалась завораживающая: в черных морских водах вдали блестело бело-голубое нагромождение льдин и айсбергов. Предел вздымающихся льдов. Не самая опасная часть, если верить слухам. Там холодно, но не суровее, чем на вершинах Предела тысячи пиков, и при этом по горам ползать не придется.

— День добрый! — на обратном пути я зашел к мастерице, занимающейся шлифовкой борта большой лодки. — Наша лодка дала течь. Не могли бы вы помочь ее залатать? Не бесплатно, конечно.

Дородная дама глянула на меня недобро:

— Только с разрешения Матери Фенахо.

— А сами вы решения не принимаете?

— Откуда нам знать, что вы замышляете и зачем на остров явились? — буркнула она. — Не отвлекайте.

Навязываться я не стал, поняв, что мне здесь не рад никто. Депрессивный островок какой-то. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что я им не нравился из-за того, что являлся мужчиной. Но пока они учат Сати, можно и потерпеть временные неудобства. Заняться тренировками и медитациями. Найти Якорь Ши, что лучше делать без посторонних рядом. И поискать в здешних местах ингредиенты для изученных нами рецептов. Путь к Мастеру еще предстоит длинный, но надо с чего-то начинать.

Глава 14

Делать было особо нечего, так что я коротал время на лавочке перед домом, то играя с Чебулем, то полируя кочеранг, то медитируя в поисках нового образа Ши.

Вечером меня навестила Сати вместе настоятельницей монастыря в качестве сопровождения. Выглядела Бхоль несколько растерянной, а нахмуренные брови придавали ей забавно-грозный.

— Все нормально? — уточнил я.

— М-м, старшая сестра Фенахо разъяснила мне правила проживания. Господин Кун, обучение может занять и несколько декад — зависит от скорости усвоения и прогресса на тренировках. Занятия бесплатные, но я должна буду соблюдать определенный порядок, заведенный в монастыре.

— Что бесплатные — это хорошо, — кивнул я. — Ты не заметила ничего подозрительного на острове?

— Да, есть такое, господин Кун… — согласилась ученица.

— На Граничном острове нет господ, — скривилась сопровождающая монахиня.

— Отчего так сложилось? И что вы делаете с мужчинами? Мне стоит опасаться за свою жизнь? — начал я задавать животрепещущие вопросы.

— Таковы традиции нашего острова, — ответила матрона степенно. — Мы, в отличие от мужчин, не спешим решать любой спор насилием. Поэтому вам, дорогой гость, ничего не угрожает. Если только вы не будете нарушать общественный порядок.

— И в мыслях не было. Но как вы… размножаетесь? Я вроде бы видел детей… — заметил я.

— На Граничном острове периодически гостят мужчины, — принялась объяснять глава поселения. — Женщины, созревшие для продолжения рода, могут подойти к ним за помощью. Соглашаться или нет — исключительно их собственный выбор.

— Передайте вашим жительницам, что господин Кун в подобных мероприятиях участвовать не намерен! — отрезала Сати, не спрашивая моего мнения на сей счет.

— Снова “господин”? — вздохнула монахиня. — Нам еще предстоит как следует поработать над вашим воспитанием, послушница Схоль…

Сати вздохнула, слегка закатив глаза, но перечить не стала.

— Несколько декад, значит? — произнес я задумчиво. — Думаю, я найду чем себя занять. Нам нужны кое-какие ингредиенты для зелий, которые добываются в море.

— У нашего алхимика есть разные ингредиенты на продажу, но обычно мы отправляем их на большую землю партиями. На острове спрос невелик.

— Тогда мог бы меня кто-то проконсультировать насчет морских гадов? Где их найти, как приманить и все в таком духе.

Фенахо несколько секунд смотрела на меня ничего не выражающим взглядом:

— Спросите Сун Вэй. Если она изъявит желание вам помочь, конечно.

— Спасибо за подсказку.

— Госп…

— К-хем, — кашлянула настоятельница.

— Брат Ло, — поправилась нехотя Бхоль. — Пока я буду занята, не избегайте тренировок, в особенности Ши. Тело свое пламетворец также обязан поддерживать в достойной форме. Иначе потухнет.

— Конечно! На мой счет не волнуйся. Учись прилежно и не забивай голову прочей ерундой.

После кратких объятий, из-за которых на щечки Сати вылез легкий румянец, мы распрощались. Фенахо перед уходом бросила на меня еще один предупреждающе-подозрительный взгляд. Какое-то время я смотрел вслед ушедшим дамам. Хоть я и ощущал некоторое недовольство в обитателях Граничного острова, но открытой враждебности никто не проявлял. Наоборот, они побаивались меня самого. Фенахо хоть и являлась Мастером, но, в целом, на острове не так много практиков высоких ступеней. Для них мы с Сати представляли серьезную угрозу. Или я сам отдельно. Ко мне относились как к нейтральному и отчасти разумному сильному зверю. Была бы их воля — посадили бы меня в клетку. Вот только им прекрасно известно, что “дикий зверь” очень не любит сидеть взаперти.

— Ладно, пусть “Таби” занимается, а мы с тобой займемся своими делами, да, Чебуль?

— Гя-у-уш! — протянул хургл голодным тоном.

— Кто о чем, а проглот о еде, — хмыкнул я.

На следующий день я взялся за тренировки. Сильно на Цунь не налегал, поскольку мы планировали использовать духовные препараты. По меркам культиваторов часовая тренировка с пробежкой и силовыми упражнениями являлась всего лишь небольшой зарядкой. Дабы огонь в котле души не тух.

Недолго обследовав окрестности, нашел живописную скалу. На верхушке дул холодный ветер, а внизу бились о камень волны, отчего иногда поднималась водяная взвесь, и даже долетали брызги. Пахло соленым морем и водорослями. Место отлично подошло для медитаций Ши. Удавалось быстро сосредотачиваться и входить в нужный настрой.

У меня даже получилось нащупать легкий отголосок правильного образа Якоря Ши. Кажется, основой для состояния разума стали недавние события. Какие именно, понять было сложно. Я довольно долго медитировал, пытаясь ощутить данный настрой снова, но все было тщетно.

Еда собственного приготовления не шла ни в какое сравнение со стряпней Сати. Ученица научилась из скудных ингредиентов в походных условиях готовить пищу, достойную дорогих ресторанов. Не скажу, что я совсем не умел готовить, но до уровня Бхоль мне было далеко. Даже непривередливый Чебуль остался не в восторге. Кажется, хургл раздумывал, не сменить ли ему хозяина и не сбежать ли в монастырь к Сати.

— Ты ведь мужского пола, дружок, — усмехнулся я. — Так что из тебя там скорее шкварок нажарят.

В целом, мне стали ясны все те оговорки и небылицы, которые вещали про Граничный остров. Сначала я не понимал, почему Фенахо называли отшельницей, но она была здесь единственным Мастером. Сидеть в такой глуши, когда ты можешь стать придворным пламетворцем и купаться в роскоши? На такое не каждый решится. Да и в общем, народу здесь было мало, так что легко ощутить пустоту окружения. По крайней мере, если ты мужчина-гость.

Вот уж не ожидал встретить в патриархально-архаичном Фанши чего-то наподобие феминистского анклава, состоящего из одних женщин. Тем более, на суровом холодном острове, граничащим с Пределом вздымающихся льдов. С другой стороны, пламетворцы могли выполнять тяжелую работу и обогревать дома, и пол здесь не имел большого значения. Теперь стало понятно, почему отшельница не от мира сего. Фенахо скорее напоминала выходца из моего родного мира, а не местную жительницу. Возможно, она тоже переродилась здесь после смерти? Впрочем, если учесть, что миров и планов должно быть множество, вероятность того, что мы оба родом с Земли, крайне низка. Не стоило рисковать, раскрывая свое происхождение перед подозрительной феминисткой.

Скрыть Чебуля на острове от окружающих было бы сложно, так что прятать зверька я не стал. Только днем отпускал в местный лесок, чтобы не мешался. Хоть тут водились змеи и хищные птицы, хургл достиг ступени Бойца и сам мог кого хочешь располосовать. Чебуль питался регулярно и обильно, отчего в духовной энергии недостатка не испытывал и мог противостоять даже среднего размера хищникам.

Для Пилюли Железных Костей требовалось не так много ингредиентов: кости Снежных Виверн, кости Шипастых Волколаков, хрящ Гигантского Ската и зубы Ледовитой Акулы. Поначалу мы удивились тому, что среди ингредиентов нет ни одного связующего или катализатора, который мог бы преобразовать твердую материю в усваиваемый препарат. Но затем осознали, что духовный огонь на ступени Адепта сам по себе являлся неплохим катализатором и важной составляющей личного зелья. Благодаря ему компоненты лучше смешивались и усваивались организмом владельца.

Для Бальзама Алмазной Пыли часть ингредиентов у нас имелась. например, жемчужная орхидея, жгучелист и еще пара распространенных компонентов. В окрестностях Граничного моря можно было найти иные составляющие: чернила Грязеспрута и жгучеводоросли.

Сун Вэй я нашел у пирса. Женщина разгружала свой улов, который забирали другие работницы. Помимо мелкой рыбешки, ей удалось изловить крупного то ли угря, то ли змею. В море рыбачка ходила на приличных размеров лодке с простеньким паровым движителем. Кораблик имел красивую сине-зеленую раскраску. Было заметно, что за ним хорошо следят. Имелась и небольшая мачта для паруса. Видимо, чтобы иметь хотя бы минимальную возможность хода в случае поломки двигателя.

Сун Вэй была на удивление дамой мелкой комплекции. Мне рыбаки и моряки представлялись эдакими брутальными, рослыми, жилистыми трудягами. Однако Сун Вэй внешне являла собой образец хрупкой утонченности. Правда, привычки и характер не позволяли назвать ее леди. При виде меня женщина смачно сплюнула за борт и ругнулась про себя, скривившись. В плане характера дамочка больше соответствовала образу.

— Ты — тот тип, что недавно явился на наш остров? За каким хреном прячешься от Сути? — вопросила она без любезностей.

— Нажил немало врагов, к сожалению, — вздохнул я. — …Надеюсь, я могу вам довериться?

— Ну?

— На мне стояла метка Орока, пока ее не вытравили. Темнейший все еще пытается мне напакостить.

— Ха, даже так? — посмотрела она на меня с куда большим интересом, чем вначале. — У нас культистов нет точно!

— Они хорошо умеют скрываться, но да ладно. Можно попросить вас об одолжении?

— М?

— Нам с Таби нужны кое-какие ингредиенты: чернила Грязеспрута, жгучеводоросли, а также хрящ Гигантского Ската и зубы Ледовитой Акулы.

— Губа не дура, мажорчик.

— Почему вы решили, что я — мажор?

— А то я не вижу, как из-под верхнего халата живая ткань проглядывает.

— Вы ошибаетесь, просто рисунок похожий. Я — бродячий кочегар Ло Кун, который презирает материальные ценности.

— Кочегар, ну-ну… Знаю, где растут Жгучеводоросли. Грязеспрут тоже противник известный. Но Гигантоскат и Ледовитая Акула? На таких монстров я не охочусь обычно, — покачала она головой. — Разве что… ты сам захочешь попробовать себя в рыболовном деле?

— Если научите меня морским премудростям, с удовольствием!

— Ступень? — оглядела она меня со скепсисом.

Я молча активировал Барьер.

— Адепт?! — присвистнула она. — Редкая птица доплыла до середины Предела вскипающего моря… Что ж… моя напарница решила вдруг обзавестись потомством, так что я осталась без команды. В море одному ходить опасно. Если будешь слушаться моих приказов, не дурить и не возникать, так и быть: возьму на борт!

— Договорились! Как делим улов?

— Хе, сначала поймай хотя бы одну сардину, а уже потом строй из себя бывалого ловца. Приходи завтра с утра, юнга Ло!

— Так точно, капитан Вэй!

Так и начались мои рыболовецкие будни. Поскольку работенка была не то чтобы легкой, количество тренировок я значительно снизил. Мы отправлялись с утра, поэтому медитациями Ши стал заниматься вечером.

Сун Вэй была настоящей морской волчицей. Знала все об окрестных морских и островных просторах. У нее был настоящих нюх на рифы и мели. Рельеф в Цанском архипелаге был непредсказуем. Порой из-за отливов вода опускалась, обнажая острые подводные скалы, иногда целые куски рифов после шторма оказывались в другой части моря. Аналогично и насчет морских обителей: все их повадки, места обитания, привычки, сильные и слабые стороны. В чем-то она напоминала мне Дарраку, разве что габаритами не вышла, да мужланов недолюбливала поголовно. Если бы не эти два факта, могли бы и сдружиться.

Обычно Сун Вэй ловила некрупную и неопасную рыбу. Просто потому, что если постоянно рисковать в погоне за редким и сильным уловом, рано или поздно сам станешь добычей. Лучше исключить риск, если на кону не стоит выживание тебя или твоих близких.

Не то чтобы нам с Сати в настоящий момент кто-то угрожал, но, в целом, мы чувствовали на себя постоянное злое давление, которое оказывал Орок. Многочисленные стычки, нападение Ордена Заката с приспешниками на облачников, схватка с Серыми Лисами, отражение нападения на Руен и противостояние с настоятельницей Дзагири, после чего минимум дважды мы сталкивались со слугами Орока: сначала это была сборная солянка из городских культистов, а затем и бессловесный морской гад. Темный бог оставлять в покое нас не желал. Мы ощущали, словно нас положили под пресс и с каждой декадой все больше увеличивали давление. Бесконечно это продолжаться не могло. Мы обязаны избавиться от Когтя Орока любой ценой и, желательно, побыстрее. На ступени Мастера мы будем более подготовлены к любому противостоянию, так что ради зелий можно пойти на определенный риск. Тем более Сати не видит и не будет ругать меня за безрассудство, хе-х.

Меня ее беспокойное бурчание не особо раздражало, но кочегару полезно иногда побыть вдали от близких, уединиться от эмоциональных привязанностей. У некоторых это рыбалка или охота, у других гараж или кабак. На Граничном острове легко добиться уединения, поскольку никто из жителей не спешил ко мне обращаться.

Сун Вэй была строгим, но несколько расхлябанным учителем. Любила травить байки из своей богатой на события жизни, забывая о каких-то мелочах, само собой разумеющихся для морских волков, но которые сухопутная крыса вроде меня не знала.

Первые дни меня гоняли с одного борта до другого, учили управляться с паровым движителем и сетями. В общем-то меня использовали в основном для зарядки котла духовным огнем. С одной стороны, неприятно было ощущать себя ходячей батарейкой или топливным баком, с другой — работа кочегара на Фанши в этом и заключалась. Так что я смиренно подавал ци в котел. Стал корабельным кочегаром, можно сказать. Со временем Сун Вэй доверила мне и штурвал. Я досконально выполнял любые команды капитанши, благодаря чему нам удавалось избегать мелей и опасных островных течений.

На лодке был установлен металлический винт почти каноничной формы, так что не зря я отказался от идеи вносить в мир данное изобретение. Его здесь знали очень давно. Разве что из-за неравномерного развития областей, некоторые страны использовали относительно архаичные технологии. Тот же Триумвират мало чем отличался от позднего средневековья.

Помимо движителя, имелась здесь и паровая гарпунная пушка, установленная на носу. Сун Вэй находилась на ступени Бойца, а пушка для эффективной работы требовала Адепта. Так что я иногда заряжал и ее котел своей духовной энергии. Капитанша нередко всматривалась в воду, прикрыв глаза и положившись на свое чутье пламетворца. Когда у поверхности показывалась сильная аура, она производила выстрел. Гарпун пронзал водную толщу, впивался в шкуру и надежно фиксировал плотную веревку, связывая судно и добычу. После этого расслабляться также не стоило, поскольку рыба могла дать сдачи.

После того, как мы немного притерлись друг к другу, я показал ей свой кочеранг. Если вы понимаете, о чем я. Скрывать свое основное оружие на корабле было неуместно. Сун Вэй в свойственной ей манере восхищенно отругала меня за не слишком практичное оружие. Она узнала во мне Сумасшедшего Ублюдка Ли, только слышала о нем лишь краем уха. В любом случае, клятву Дао мне удалось с нее стребовать, так что мое инкогнито она раскрывать не будет.

После этого я также стал охотиться сверху, выискивая добычу покрупнее. Кочеранг входил в воду не так глубоко, как гарпун, однако я постепенно учился разным хитростям. Особый спектр огня позволял оружию входить в воду практически без сопротивления. Жаль, эффективность кочеранга при ловле рыбы оставалась посредственной: зацепиться за шкуру он не мог, метать его с привязанной веревкой было не слишком удобно. Небольших размеров добычу удавалось умерщвлять. Но основной улов все равно был за Сун Вэй.

Однако, главным своим приобретением во время наших морских походов я мог по праву считать технику духовного Чутья. В целом, почти любой пламетворец ей владел, но только на базовом уровне. Сун Вэй научила меня более тонко ей пользоваться. Если упростить, то в пассивном режиме мы ощущали волны чужой духовной энергии. Однако обычно живые существа их скрывали, закукливались, чтобы их не обнаружили хищники. В таком случае пламетворец должен был испускать собственную энергию особого спектра: так, чтобы его самого не обнаружили сразу, а по отклику огня можно было определить эхо, местонахождение, примерные размеры и силу противника.

Духовное Чутье предполагало и развитую технику духовной Маскировки, но ей Сун Вэй обучить не могла. В природе два данных направления постоянно совершенствовались. Непрекращающаяся гонка, которая решала судьбы целых видов живых существ. Особенно под водой или в недрах Фанши. Ведь тот, кто первым обнаруживал оппонента, имел много больше возможностей избежать контакта или напасть первым.

Спустя декаду постоянной практики и наблюдения за действиями Сун Вэй я сумел овладеть духовным Чутьем. Удивился, как я раньше без нее вообще сумел выжить. Радости моей не было границ. Один маленький шаг для пламетворца, но огромный скачок для простого кочегара!

Глава 15

Сати я видел редко. Ее почти не выпускали из монастыря. В один из дней девушке разрешили повидаться со знакомым. Мы встретились на закате неподалеку от гостевого домика. Под чахлым деревцем, чьи листья уже опали, стояла деревянная лавочка. Виднелось небольшое возделываемое поле, которое в настоящий момент пустовало.

— Присаживайся, — похлопал я по сидению рядом с собой.

Бхоль бросила быстрый взгляд на настоятельницу, которая и здесь сопровождала ученицу, после чего произнесла:

— Спасибо, я постою.

— Как знаешь. Как проходит обучение?

— Все хорошо. Старшая сестра Фенахо помогла мне освоить духовное Чутье. С ним теперь можно приступить к дальнейшим шагам.

— Отлично! Меня Сун Вэй тоже обучила данной технике. Весьма полезно.

— Сун Вэй? — в голосе приподнявшей бровь девушки проскочили ревнивые нотки. Но спустя секунду Сати кашлянула, сменив тему. — К-хем, неважно. Я хотела вам кое-что сказать, брат Ло.

Опять этот “брат” Ло. За время странствий я привык к прежнему обращению. И новое мне не слишком нравилось. “Дорогой” или “милый” звучало бы намного лучше. Либо просто по имени.

— Да?

— Я осознала, что наши отношения были неправильными. Я — свободный человек, а не рабыня. Поэтому отныне мы не хозяин и слуга, а равноправные личности, — продекларировала Бхоль.

Фенахо удовлетворенно кивнула, слушая речи своей подопечной.

— Я всегда относился к тебе как к равной. Эти вассальные клятвы были исключительно твоими причудами.

— Это только вам так кажется, брат Кун. Вы получали удовольствие от наших неравных отношений, от моих унижений и подобострастия.

Я нахмурился. Поначалу мне казалось, что она просто играет роль, но серьезный тон намекал на то, что она верит в сказанное.

— Подобострастия? Интересно, в какое время? В то, когда ты всячески пыталась убить меня или любым способом избавиться от вассалитета?

Фенахо приподняла брови в удивлении. Глаза Сати принялись метаться из стороны в сторону, пока она искала, что мне ответить:

— Возможно, первое впечатление и не было обманчивым! — выпалила она.

— Сестра Схоль, на досуге расскажите мне про ваши прежние взаимоотношения поподробнее, — потребовала настоятельница с намеком.

— Да, я… — ученица принялась вертеть головой, глядя то на меня, то на настоятельницу. Похоже, наши придирки поставили ее в тупик.

Вдруг Сати зафиксировал взгляд где-то в районе поля.

— Манекен, — проговорила она.

— Манекен? — переспросила Фенахо, посмотрев в ту сторону, куда она указывала.

Среди поля торчало потрепанное пугало в старых одеждах, набитых соломой. Для меня, видевшего много фильмов ужасов, выглядело зловеще. Думаю, и местным подвешенная на шесте человекоподобная кукла казалась жуткой.

— Это пугало, сестра Схоль, — пояснила настоятельница.

— Пугало?

— Да, оно призвано отпугивать разных вредителей вроде птиц. На островах водятся разные прожорливые звери, с которыми трудно бороться. Особенно урожай портит птица, которую мы прозвали Летающим хурглом. Даже пугало не всегда помогает. Приходится оставлять детей присматривать за полями.

— Думал, рыбного улова острову хватает для пропитания.

— С голоду не умрем, конечно, но разнообразие в еде — тоже важно.

— Буду знать, старшая сестра, — кивнула Сати понятливо.

— К слову о хурглах, — глянула на меня настоятельница. — Жители видели хургла в нашем лесу, хотя их здесь давно вывели. Не ваш питомец случайно?

— Мой. Приютили детеныша…

— У одной из сестер пропали овощи из корзинки. Если подобное повторится, мы можем поднять вопрос об охоте на вредителя. Так что следите за питомцем, брат Кун.

Никто бедных хурглов не любит…

— Обязательно. И лучше я возмещу потери. Не надо объявлять охоту на Чебуля.

Я распрощался с Сати и Фенахо. Настоятельница и ученица вернулись в монастырь. Некоторое время я продолжал сидеть на скамейке, размышляя. С одной стороны, я верил в Сати. У нее достаточно здравого смысла, чтобы не вестись на крамольные речи.

Упоминание манекена ни с того, ни с сего, наводило на определенные мысли. Вряд ли Сати не знала, что такое пугало. Вероятно, это было своеобразное послание дня меня. Манекен — так называлось кодовое слово для ситуации, в которой Бхоль окутывалась мифриловой броней и брала врагов на себя. Жертвовала собой ради общего блага команды. Значит ли это, что Сати идет на жертвы, слушаясь настоятельницы, чтобы заполучить ценные сведения и обучиться духовным техникам? Вызывает огонь на себя? Или она намекала, что в монастыре кругом одни враги и мне надо срочно придумывать, как ее вызволять?

С другой стороны, червячок сомнения все равно грыз меня, выедая изнутри. Бхоль — обычный человек слаборазвитого мира, у нее нет сопротивляемости к разного рода шарлатанам, сектам, мошенникам и навязчивой рекламе. Фенахо — опытная манипуляторша. Как бы Сати ни старалась крепиться, настоятельница могла перетянуть ее на свою сторону. Мы прошли через столько трудностей: травились, тонули, сгорали, мерзли, страдали от когтей и клыков монстров или нечисти. Кто бы мог подумать, что именно сладкие речи могут стать причиной разлада. Воистину, человек — самое опасное существо в мире. Не только на Земле, но и на Фанши.

Только я об этом подумал, как на горизонте объявилось не менее опасное существо, чем человек. Алый шарик, покружившись вокруг деревни, спланировал к моей лавочке и трансформировался в симпатичную девушку с розовой кожей и желтыми словно раскаленные угли глазами.

— Наконец, я нашла тебя, Ли! — торжествующе воскликнула Хелсс.

— Тише! — шикнул я. — Давай без имен пока. Блюду конспирацию.

— Хорошо, человек, — кивнула Ния. — Далеко вы забрались на север.

— Пришлось потрудиться. Четверной предел заслуженно носит славу непреодолимой преграды для обычных людей…

— Я пришла поведать о своих успехах, человек. И потребовать выполнения твоей части уговора.

Впервые после попадания на остров я подумал о том, что рад, что Сати сейчас нет рядом.

— Что ж, рассказывай!

— Твои запросы были не слишком точны, человек. Но я нашла ответы, которые тебя удовлетворят, — протянула она гордо. — Во время пути я останавливалась как в небольших поселках, так и в городах. Опрашивала молодых и старых. Даже иногда удавалось с детьми поговорить, если они не убегали от меня в страхе.

— Похвальное рвение. Только у кого-то может на всю жизнь остаться психологическая травма…

— Какая еще травма? Я ни на кого не нападала! — проговорила ифритка уверенно. — Итак! Детеныши нужны для того, чтобы было кому помогать работать в поле и по дому. Не умеете вы, людишки, питаться ветками или огнем Фанши, поэтому чем больше работников в семье, тем лучше!

— Вот оно как, — хлопнул я себя по колену. — Не скажу, что ты неправа…

— Я всегда права! — кивнула она. — Детеныши также нужны людям для продолжения рода. Чтобы было кому передать в наследство купеческую или ремесленную мастерскую. Вырастить помощника, обучить тому же делу, передать свои знания и навыки.

— То же верно.

— Отношения между человеческой самкой и самцом сложно описать в двух словах. Чаще всего они сходятся для того, чтобы было удобнее и дешевле вести хозяйство. В городах практикуются особые браки, призванные укрепить связи между родами. Правитель почти всегда вынужден выбирать супруга, исходя из политических соображений. Это я и из книг знаю.

— Хм, правильно…

— Достаточно ли тебе ответов, человек, чтобы счесть меня готовой к заведению потомства?

— Ты перечислила две причины, почему люди заводят детей. К какой относишь свой вариант? Тебе нужен ребенок для помощи в поле?

— Конечно нет!

— Значит, тебе нужен ребенок в качестве наследника рода?

— Именно!

— И что же ты планируешь ему передать?

— Трон домена Хелсс!

— А он у тебя есть? — усмехнулся я.

— Что? Я — наследница домена!

— Вот именно! Я тоже, к слову, наследник трона Чайфу. Вот только у нас с тобой нет ничего. Всем владеют наши отцы.

— Но я… — Ния запнулась.

— Ты не хочешь наследника, — произнес я твердо. — Твой отец хочет наследника.

— И что с того? Разве между этим двумя вариантами есть большая разница?

— Возвращайся, когда поймешь.

— Человек! — прогремел голос мгновенно распалившейся ифритки. — Ты снова выставляешь меня идиоткой!

— Просто не будь ей, и все будет в порядке.

— ЧЕЛОВЕК!

Жар от раскаленной ифритки начал доходить и до меня, так что я решил немного остудить обстановку:

— Спокойно, милая Ния. Ты мне нравишься, кстати.

— Что? — пламя моментально спало. Мое замечание застало Хелсс врасплох.

Меня всегда учили не играться с огнем, но иногда удержаться просто невозможно. Наверное, поэтому я и стал кочегаром.

— Так, к слову пришлось… Я очень рад, что у тебя наметился значительный прогресс в изучении мира людей.

Насупившись, Ния глядела на меня с подозрением и опасливым ожиданием, отдав инициативу мне в руки. По всей видимости, несмотря на свою спесь, понимала, что знает меньше меня.

— Ты лишь в начале своего пути. Не думай, что ответы придут быстро. Я в мире людей прожил больше три… двадцати лет, — поправился я. — Сколько лет ты провела в обществе людей? Месяцев? Декад? Продолжай искать ответы и обязательно найдешь. Вопрос с потомством слишком важный, чтобы относиться к нему спустя рукава.

— Я уже опросила многих людей из разных мест. Каким образом мне добыть нужные тебе ответы?

Пораскинув мозгами, я выдал предложение:

— Попробуй найти большую и дружную семью. Это могут быть и обычные сервы. Поживи с ними несколько месяцев, помогай по хозяйству, вотрись в доверие. Многие вещи люди рассказывают, только когда доверяют. Даже если тебе ничего и не поведают дельного, обычная жизнь рядом с ними может натолкнуть тебя на правильную мысль. Хм, и спроси у родителей, за какую сумму они готовы продать своих детей.

Хелсс оглянулась вокруг:

— На этом убогом острове есть подходящие семьи?

Меня передернуло:

— Нет, в качестве примера здешние семьи не стоит использовать. Не будем их осуждать, но лучше слетай на большую землю и поищи более традиционные пары с детьми.

— Ты просто желаешь от меня избавиться?

— Ни в коей мере, милая Ния.

— Снова твое наглое обращение!

— А как мне обращаться к девушке, с которой у нас, возможно, будет интимная близость? Гражданка?

— “Милая” мне по нраву! — внезапно сменила тон ифритка, улыбнувшись и оскалив свои заостренные зубки.

Девушка перетекла поближе к скамейке, встала у меня за плечом, наклонилась, мягко приобняла сзади и прошептала:

— Если ты продолжаешь водить меня за нос, человек, твои близкие даже пепла твоего не найдут! До скорых встреч!

Резко разорвав объятия, ифритка взмыла ввысь и двинулась прочь от острова. Летела Хелсс на север, понимая, что мы пойдем примерно тем же путем. Незачем лишний раз делать огромный крюк через Пределы. Наверное, нижними путями проще преодолеть Четверной предел, но все равно занимает время и силы.

— Ф-ух, прокатило! — утер я пот со лба, выступивший из-за одной горячей особы.

Нет, я не водил ифритку за нос. Но, честно говоря, и сам не мог точно сформулировать, что именно меня не устраивает в ее просьбе. Нечто интуитивно понятное для жителя моего родного мира, для человека. О чем я никогда особо не задумывался. Возможно, если бы у меня появились свои дети, я бы понял. А может, и нет. В любом случае было нечто неправильное в подходе ифритки. Словно дети для нее всего лишь безвольный инструмент.

— Забавно… — пробормотал я, поднимаясь с лавочки.

Я одновременно надеялся на то, что она отыщет ответы на вопросы и страшился этого.

— Слишком много сомнений для истинного кочегара. Славная охота должна разогнать хмурые думы!

Следующим утром мы с Сун Вэй отправились в море. Походы наши обычно длились по паре часов в одну сторону. Иногда мы удалялись от острова, порой ловили и поблизости. Зависело от погоды, течений, настроения капитана и положения звезд на небе. Причем, самый непредсказуемый из четырех пунктов был именно третий.

Жгучеводорослей я набрал с запасом в одной из ходок ранее. Пришлось, правда, немного целебным огнем потом пройтись по ладоням, поскольку жгучеводоросли жгли даже через ткань.

Сегодня Сун Вэй пребывала в хорошем расположении духа, так что я решил попытать удачи:

— Капитан, настало время большой охоты! Как насчет Гигансткого ската, Грязеспрута или Ледовитой акулы?

— Думаешь, что готов, салага? — хмыкнула морская волчица. — Ты только стоять на судне научился, а уже на морских хозяев нацелился.

— Без ложной скромности скажу, что с хозяевами суши я изрядно повоевал.

— И как? Победил?

— Учитывая, что я сейчас стою перед вами, то да.

— Ладно, сегодня я добрая. Но сначала при свидетелях дашь согласие на этот поход. А то подруга твоя будет потом допытываться у меня, куда ты пропал. Кстати, уводить тебе надо ее отсюда. Не то, как я, останется на острове на всю жизнь.

— Я верю, что Таби выдержит давление. А вам здешняя жизнь не нравится, капитан?

Женщина сплюнула и передернула плечами:

— Сложно сказать. Наверное, как и у всех: кажется, что в другом месте жизнь краше и приятней. Ладно, это не твоего ума дело, странник. Идем, поведаешь о своем желании перед свидетелями!

Было немного странно участвовать в данной церемонии, которая для Сун Вэй являлась страховкой на случай моей внезапной кончины. Но в итоге мы покончили с формальностями и вышли в море. Сегодня Предел вскипающего моря был в хорошем настроении. Ни серьезных волн, ни сбивающего с ног ветра, ни хмурых туч. Дубак стоял злейший, но в это время года иначе и быть не могло.

— Грязеспрут и Гигантоскат чаще встречаются на юге, так что держим курс туда.

— Кажется, мы уже встречались с одним Грязеспрутом, — припомнил я. — Проклятым Ороком. Как нам добыть его чернила?

Сун Вэй вкратце описала свой несложный план. Оказывается, что здешние умельцы и от морской воды умели очищать чернила. Но, конечно, лучше прибить монстра и извлечь субстанцию на воздухе, а не пока тварь еще жива.

Нехотя капитан взяла на себя управление движителем, согласившись с тем, что духовная энергия может мне еще пригодиться. Я обещал править на обратном пути.

Несколько часов мы рассекали водную гладь в южном направлении, миновав парочку скалистых островов. И наконец нам улыбнулась удача. Только обнаружили мы не спрута, а большого округлого ската, который напоминал летающую тарелку по форме. Только парил он не в воздухе, как положено НЛО, а под водой. Даже через несколько метров водной толщи его голубоватое тело выделялось. Хотя подводных монстров помогало обнаруживать скорее духовное Чутье, нежели зрение. Скат имел неплохую маскировку, но от Сун Вэй спрятаться не смог.

— Пасется. Гарпуном, скорее всего, не достанем с судна, — обрисовала ситуацию капитан. — Готов рискнуть?

— Всегда готов!

— Тогда прогревай метатель и ныряй. Минимум на четыре шага надо приблизиться, если хочешь иметь шансы пробить его шкуру.

— А дальше? Скаты агрессивные?

— По-разному бывает, — пожала она плечами. — Может напасть, а может попытаться уплыть. Еще он способен молнией шарахать, так что будь настороже и не ослабляй Барьер.

— Слушаюсь! Разрешите выполнять?

— Дерзай, юнга!

Мы следовали на некотором удалении за скатом, пока я готовил метатель гарпунов. Паровое устройство работало и под водой. Морская толща быстро гасила кинетическую энергию, так что глубоко гарпун не добивал.

Затем Сун Вэй приблизилась на минимально возможное расстояние и дала команду. Не используя огненный Шаг, чтобы не испугать морского исполина, я аккуратно нырнул в воду с носа. Соленая вода стала легонько пощипывать глаза и немного забилась в ноздри. Но на такие мелочи в ходе активной охоты почти не обращаешь внимание.

Оказавшись в паре метров от туши, я прицелился и выстрелил из метателя. Отдача ударила по рукам, огромные струи пара с шипением вырвались из недр устройства. Гарпун с привязанной веревкой быстро преодолел расстояние и ткнулся в ската. Однако удача мне не сопутствовала: я попал в какую-то складку шкуры, из-за чего удар пришелся скорее по касательной, лишь немного оцарапав тушу.

Багровый огненный барьер моментально сформировался вокруг тела Гигантоската, а из задней части начали вырываться реактивные струи. Отчего вода забурлила, закрутившись водоворотами. Я знал о том, что скаты, как и многие другие водные обитатели, могут развивать высокие скорости под водой благодаря естественному огненному Шагу.

Повторять попытку и искать следующего ската мне крайне не хотелось. Тварь нападать на меня не спешила, решив по-быстрому свалить от непонятного противника. Оставалось лишь попытаться догнать цель. При этом я понимал, что шансов выиграть в скорости на длинной дистанции у меня крайне мало. Лишь на старте я мог урвать заветные секунды, поскольку инерция у туши была значительно больше моей.

Вложив всю доступную энергию в огненный Шаг, я рванул вперед. Двигаться под водой было немного проще, чем пытаться взлететь, сражаясь с гравитацией. Однако сопротивление воды делало свое дело, тем более человеческое тело не могло похвастать гидродинамическими характеристиками.

В итоге я на последних мгновениях лишь сумел зацепиться клешней за кончик продолговатого хвоста монстра. Гигантоскат набрал свою максимальную скорость, а меня замотало сзади из стороны в сторону. Из “дюз” монстра вырывались мощные струи огненной энергии, которые били и по мне в числе прочего. Клешня постепенно начала заполнять свой особый отсек для ци.

Электрический разряд пробил мое тело, заставив изогнуться в скрюченной позе. И алый Барьер не помог полностью. Лишь ослабил силу удара. Только благодаря Клешне, которая не попала под воздействие тока, я смог удержаться. Электричество быстро прочистило мне мозги. Я вспомнил, что согласно рецепту, мне вообще-то не требуется большого количества компонента.

Несколько раз подтянувшись поближе к основанию хвоста ската, я выбрал место для удара и активировал особенность Клешни. С трудом, но хваты, усиленные накопленным огнем, сумели-таки перекусить толстый отросток.

Гигантоскат усвистел вперед на бешеной скорости, оставив меня позади. Я быстро всплыл на поверхность. Сун Вэй вскоре поравнялась со мной и взяла на борт. Отрубленный хвост Гигантоската достигал размеров ноги взрослого мужчины. Определенно, должно хватить на несколько порций зелья. Заодно и скат выживет. Если бы здесь существовали “зеленые”, они были бы довольны.

— Аж воспылал! — произнес я довольно.

— А ты — отчаянный малый, — хмыкнула капитанша, осматривая мой скромный улов.

— Мне даже понравилось кататься, — глянул я вслед исчезнувшему под водой монстру. — Как-нибудь можно будет и повторить…

Я поймал на себе недоуменный взгляд Сун Вэй. Комментировать мое высказывание дамочка не стала. Удивление капитана заставило меня задуматься: сумел ли я сохранить рассудок в этом жарком мире или с каждым днем все ближе к своему прозвищу? Но думал я недолго. Сун Вэй посадила меня за штурвал, наказав греть котел и двигаться обратно, поэтому мне пришлось сосредоточиться на управлении судном.

Глава 16

Еще несколько дней мы плавали в поисках Грязеспрута, однако все рейсы оказались не результативны. Море большое. Искать здесь определенную особь — все равно что высматривать иголку в стоге сена. Разве что искомые монстры обладали значительными габаритами, отчего найти их было немного проще. Если они не обитали исключительно на глубине, конечно.

В один из дней я как обычно двинулся к своей “медитативной” скале, заодно и Чебуля по пути проведал. Хургл вполне освоился в лесу, но не то, чтобы здесь было много лакомств. Иногда он питался найденными змеями, впавшими в спячку, или пытался одолеть крабов, что у него получалось с переменным успехом. Кончика хвоста он лишился, когда усиленная огнем клешня попыталась покарать наглеца. Правда, в основном крабы оказывались в роли проигравших. Чебуль умел пользоваться камнями.

Добывать пищу самому ему не нравилось, поэтому моих приходов он ждал с нетерпением. Я всегда приносил ему большую порцию жареной рыбы или кальмаров, в коих недостатка не испытывал. Пользуясь служебным положением, я имел доступ к нашему улову и мог брать себе все, что пришлось по вкусу.

— Проголодался?

— Гя-уш! — спрыгнул мне на плечо с ветки хургл.

И сразу принялся уплетать переданное лакомство. За дни прозябания на острове я рыбы уже наелся, но Чебулю все еще нравилось.

Духовное Чутье, которое я использовал и в лесу, подсказало мне о приближении ауры маленького человека. Им оказалась девочка лет восьми, вскоре вышедшая из-за зарослей, прихрамывая. В руках она держала связку каких-то сушеных фруктов или овощей. Увидев Сумасшедшего Ублюдка Ли, девочка встала как вкопанная. Начала осторожно пятиться, не сводя с меня полных подозрений глаз. Но затем увидала хургла у меня на плече и остановилась.

— Это… ваш питомец?

— Чебуль? Мой, — кивнул я.

— Значит, мама была права… Ей не понравилось, что на острове завелся вредитель.

— Если он что-то сожрет у вас, я возмещу потери, — пожал я плечами.

Девочка стояла в нерешительности, глядя на Чебуля заинтересованным взглядом.

— Тебя как звать?

— Джи. Но мама мне запрещала разговаривать с мужчинами.

— А меня Ло Кун. Как видишь, я не кусаюсь, в отличие от этого обжоры. Ты подкармливала Чебуля?

— Только маме не говорите. Она рассердится, если узнает…

— Я умею хранить секреты. Можешь покормить, если хочешь. В этого проглота целая бочка еды может войти.

Поколебавшись, девочка приняла приглашение и подошла поближе, заметно хромая. Сняла со связки сухофрукт и протянула зверьку. Судя по всему, Чебуля сладкая еда интересовала больше, чем слабосоленая рыба, так что он по-быстрому запихнул мою подачку в рот и сразу после взял новое угощение.

— Лишь бы побольше, да?

Джи с удовольствием подкармливала зверька. Еще раньше я заметил, что дети не так негативно относятся к хурглам. Наверное, их личные припасы хурглы еще не воровали и не портили, поэтому для них это просто забавный миловидный зверек.

— Что у тебя с ногой? — уточнил я.

Девочка напряглась, но все же ответила:

— Была в море, когда акула близко к бухте заплыла. Мама не успела ее почуять.

— Больно было?

— Безумно!

— Целителей у вас нет, как я понимаю?

— Только на большой земле. Мама копит деньги на поездку и на плату целительнице. Они просят очень дорого за лечение увечий…

— Хочешь, исцелю?

— А вы — целительница, сестра Кун? — вытаращила она глаза.

— Научат тебя тут на свою голову… — буркнул я. — Кроме сестер, еще и братья бывают.

— Да! Просто привычка… Вы, действительно, настоящая целительница?

— Целитель, — поправил я и зажег зеленое пламя на кончике рукоятки.

— Ого! Но мне мама, скорее всего, не разрешит… — задумалась она.

— Тогда мы ей не скажем, — подмигнул я. — Сеансы будут короткие, поэтому она ничего не заподозрит.

— Ну…

— Не навязываюсь. У меня самого духовная энергия уходит на корабль и тренировки.

— Мы столько денег сможем сэкономить! Вы не берет платы? — спохватилась она.

— С вас не возьму. Вы ведь тоже бесплатно обучаете мою подругу.

— Тогда… давайте попробуем…

Девочке не слишком хотелось нарушать установленные на острове запреты, но возможность исцелиться перевешивала страхи. Мы устроились на одном из камней, и я осмотрел ногу Джи. Практически вся ступня отсутствовала. Рана давно зажила, но выглядела неаккуратной.

— Будет больно. Придется потерпеть.

Оросив культю Жгучей водой, я принялся за сеанс лечения. Джи, надо отдать ей должное, лишь слегка дернулась, но не закричала. Я прекрасно знал, насколько неприятные ощущения возникали после обработки кожи Жгучей водой.

Спустя некоторое время силы мои начали иссякать, так что я прекратил подачу целебного огня. Удалось восстановить пару сантиметров плоти вместе с костями. Причем окончание снова заросло, так что Джи могла опираться на свою увечную ногу. По своему опыту знал, что ощущения будут странными поначалу, но со временем привыкаешь.

— Спасибо большое, брат Ло Кун! — обрадованно произнесла девочка, крутя ножкой. — Тогда… я приду сюда завтра в это же время?

— Приходи. Только смотри, чтобы твоя родительница ничего не заподозрила. Будет ей потом сюрприз, когда ты вернешься с целой ступней.

— Да! Она точно обрадуется!

Девочка дернулась было, чтобы меня обнять напоследок, но вбитые в нее наставления пересилили. Коротко поклонившись, она убежала. В принципе, и правильно. Мало ли, какие мутные личности тут в лесу шастают.

Время тренировок теперь придется немного уменьшить и попросить послаблений у Сун Вэй, но дело того стоило. Раз уж у нас образовалось много относительно свободного времени, стоило помочь нуждающимся. Тем более сложно оставить в беде ребенка, имея возможность исцелить недуг. Не таков Путь Кочегара.

Потянулись однообразные деньки. Выход в море, сеанс лечения, тренировка и так по кругу. Сати навещала меня периодически, и ее поведение все больше и больше настораживало. Не замечал за ней особых актерских талантов, а здесь она вела себя словно заправская мужененавистница. Вспоминался период наших непростых отношений в начале совместного пути. Я помнил ее оговорку про операцию “манекен”, но не мог отделаться от мысли, что Фенахо все же удается влиять на мысли ученицы.

Ступня Джи постепенно восстанавливалась, тренировки шли своим чередом. Еще один раз мне удалось достичь гармонии Ши, когда я думал о ком-то из спутниц. Вот только разобраться досконально в нюансах Якоря Ши пока не вышло.

У меня появилась одна идея насчет поимки Грязеспрута, однако она была несколько сумасбродной. Я решил оставить сбор чернил напоследок, поэтому мы с Сун Вэй переключились на поиски Ледовитой акулы. Обитала она, как можно догадаться, во льдах, что начинались к северу от Граничного острова.

Дул холодный завывающий ветер, в то время как наше судно преодолевало километры водной глади. Сначала на море появились редкие льдины, затем айсберги покрупнее. После пришлось сбросить скорость и внимательно всматриваться в воду, чтобы не напороться на какой-нибудь каверзный кусок льда. Мы прошли еще какое-то время, лавируя меж льдин, и достигли участка, в котором куски уже образовывали почти сплошную поверхность. Кое-где виднелись участки, по которым можно было проплыть на судне, но затея эта была довольно рисковой. На горизонте, сквозь снежную взвесь, можно было увидеть вздымающиеся белые холмы — целые ледяные острова.

Мы остались в судоходной зоне и принялись курсировать вдоль льдов. Периодически Сун Вэй разбрасывала приманку в виде окровавленной рыбьей требухи. На кровь слетались самые разные морские жители. Целые стаи небольших хищников кружили вокруг. Порой их самих настигала рыба покрупнее.

Нам повезло: уже в первый день охоты показался ярко-белый плавник Ледовитой акулы с заметным шрамом в средней части. Шкура хищника имела светлый оттенок. Возможно, таким образом он маскировался на фоне льда, либо нам просто альбинос попался.

— Крупная! — цыкнула Сун Вэй. — Готов рискнуть, юнга?

— Всегда готов!

— Кипяти метатель! Живее!

Мы быстро заняли свои места на судне. Сун Вэй направила корабль в сторону акулы, я же подготовил гарпуномет к стрельбе. После чего мы поменялись местами. У капитана все же было много больше опыта обращения с паровым метателем, так что я лезть не стал.

— Левее! Еще левее! — командовала она негромко. — Идем наперерез… И… Огонь!

С громким шипением клубы перегретого пара вырвались из сопел метателя. Окутанный багровым духовным пламенем гарпун вылетел из ствола, прошил водную толщу и пробил бок цели. Я результат выстрела не увидел сразу, но вскоре почувствовал. Наше судно дернулось, доски затрещали. Веревка и крепление троса были мощными, но и нам противостояла не совсем обычная добыча. Ледовитая акула достигала в длину вместе с хвостом более восьми метров, а весила, наверное, несколько тонн. Крупный морской монстр принялся вырываться из хватки, пытаясь отбиться от цепей. Кораблик потащило за акулой. Нас мотало из стороны в сторону, иногда утапливая в водную толщу. Вода переливалась через борта.

— Теперь твой черед, Сумасшедший Ло! — оскалилась глава. — Я к этой дуре не полезу. И если моему судну будет грозить опасность, веревку придется перерезать.

Сун Вэй вооружилась длиннющим копьем, которым добивала трепыхающуюся добычу. Достать акулу было непросто, поскольку она ушла на некоторую глубину.

Я же обнажил кочеранг и двинулся к носу. Примерившись и набрав в грудь побольше воздуха, прыгнул в море и быстро сблизился с монстром. Вокруг акулы вскипала вода из-за ее собственного защитного Барьера и выбрасываемых реактивных струй. Рыбина имела алую ступень развития, что не так уж и плохо. В здешних местах и белая каста встречалась.

Резкий рывок, и моя Клешня уверенно цепляется за спинной плавник монстра. Ледовитая акула не обратила на меня особого внимания поначалу. Добавилось несколько десятков кило нового груза, что для многотонной махины было сродни перышку. Но, когда мой кочеранг начал прорубаться через ее Барьер и терзать плоть, морская гадина задергалась. Благодаря скорости оружия удавалось наносить массу ударов в короткий срок, а огненный Разрез вырывал целые куски плоти.

Акула отчаянно вертелась из стороны в сторону, пытаясь вырваться и цапнуть наглого ездока. И несколько раз ее огромные зубы клацнули в опасной близости от моих ног. Тварь оказалась довольно гибкой, а меня болтало так, что ступни порой дергались почти у самой пасти. К счастью, мне удалось не повторить судьбу Джи и сгруппироваться.

Затем раздался резкий звук, будто что-то лопнуло. И акула резво понеслась на глубину, прочь от лодки. То ли крепление с веревкой не выдержало, то ли Сун Вэй решила отцепляться. Воздух бесконечным не был, да и давление воды начинало ощущаться.

Я заметил, что акула реагирует на мои атаки, инстинктивно поворачиваясь в противоположную сторону. Какой-то боевой рефлекс, по-видимому. Извернувшись, я сумел достать тварь в живот. Акула дернулась и взяла курс выше. Приходилось обновлять атаки, поскольку монстр старался снова уйти на глубину. Еще несколько ударов, и цель понеслась по направлению к поверхности.

Я рассчитывал хотя бы глотнуть воздуха, после чего продолжить бой, но произошло непредвиденное: на пути обезумевшей акулы встретился айсберг. Столкновение получилось намного более жестким, чем у знаменитого Титаника. Голову акулы расплющило, и она частично вошла внутрь, разбив толщу льда. Клешня сорвалась с плавника, прочертив две глубокие борозды. После чего и меня неслабо приложило о льдину всем телом. Благо, хоть Барьер я успел насытить и немного сгруппировался.

К счастью, неподалеку находилась открытая полынья, куда я спешно выплыл, чтобы снова набрать в грудь воздуха. Хорошо, что практики высоких ступеней могли задерживать дыхание на более долгий срок. Затем, не мешкая, я добрался до то ли отключившейся, то ли окочурившейся акулы и на всякий случай произвел несколько контрольных ударов в голову. Свет почти не проникал под толщу льда, так что мне пришлось полагаться скорее на осязание и свое духовное чутье.

Затем настал черед утомительной и местами опасной разделки туши. Даже при всех наших тренировках Цунь поднять многотонного монстра и затащить на судно мы не могли. Сун Вэй вскоре разыскала меня, причалив к ближайшей льдине. Мы вдвоем взялись за разделку акулы на крупные куски, которые уже могли затащить на корабль. Без Барьера и прочих духовных хитростей Ледовитая акула превратилась просто в большой кусок мяса и костей, прочная шкура которого не могла сопротивляться Разрезам.

Процесс шел быстро, но мы все равно привлекли внимание случайных хищников. Приплывали и довольно крупные твари, от которых мы откупались кусками мяса. Еще несколько частей потеряли из виду под водой. Главное, что голову удалось поднять на льдину, а затем перетащить на корабль. Зубов, а их у Ледовитой акулы имелось несколько рядов, точно хватит на Пилюли Железных Костей не только нам, но и нашим внукам.

Набегались мы изрядно. Чуть ли не все ци истратили. Наш баркас значительно просел, когда мы загрузили весь добытый улов. Ничего лишнего оставлять не стали, и, к счастью, жадность нас не сгубила. Ветер дул стабильно, так что Сун Вэй подняла парус, дабы сэкономить духовную энергию. Тут же и сварили себе акулятины. Мясо оказалось довольно вкусным, хорошо восстанавливающим ци. Разве что немного вонючим. Обычно его предварительно в особом растворе маринуют. Так что уже спустя несколько часов мы запустили движитель, и к вечеру добрались до Граничного острова.

Пришлось повозиться, но с помощью кочеранга, Разреза и брани мне удалось извлечь зубы твари. Часть их можно будет продать на большой земле и пополнить наши оскудевшие финансы.

Улов выдался царским, так что в деревне и монастыре закатили небольшую пирушку. Такой добычи, если питаться одной акулятиной, поселению хватит на несколько дней. Работы жителям по разделке предстояло много, но никто не унывал. Проблема из-за большого количества еды — это не проблема. Большую часть мяса после обработки отправят в ледник на хранение.

К нам даже сама настоятельница Фенахо пожаловала. Хоть и зыркала на меня недовольно, похвалила нас с Сун Вэй за смелость и мастерство.

— Плавник со шрамом! — раздался знакомый девичий голосок среди толпы жительниц. — Это та самая акула!

— Та, что напала на тебя?

— Да! — уверенно ответила Джи, подойдя поближе. — Спасибо, что изловили ее, сестра Сун Вэй, брат Ло Кун!

— Всегда пожалуйста! — с улыбкой заметила капитан.

— У меня есть для тебя сувенир на память, — усмехнулся я и подошел ближе.

Вытащив из схрона самый крупный акулий зуб, я презентовал его Джи, под недовольным взглядом Фенахо и некоторых других жительниц.

— Отпад! — воскликнула девочка. Да, для местной детворы такой подарок считался роскошным. — Большое спасибо, брат Ло Кун!

— Ага. Пусть этот клык оберегает тебя от невзгод…

— Довольно. Джи, дорогая, отойди от мужчины. Тебе ведь говорили держаться от них подальше!

— Но, мам! Брат Ло не плохой человек! — уверенно ответила девочка.

Так значит, малышка Джи дочка самой Фенахо. Интересное открытие. Пока неясно, к добру это приведет или к очередным проблемам.

— Хватит пререкаться! — начала закипать настоятельница. — Дома еще поговорим, как должна себя вести в обществе благовоспитанная младшая сестра! А вы! — зыркнула в мою сторону агрессивно Фенахо. — Держитесь от моей дочери и других детей острова подальше. Ясно вам?

— Предельно… — пожал я плечами.

После триумфального возвращения судно требовало профилактических и ремонтных работ: отмыть от крови, подремонтировать и починить крепления, которые акула все-таки сумела вырвать. Так что на несколько дней нам было не до походов, тем более запасов наделали достаточно. Удивлен, что с такими умениями Сун Вэй живет относительно скромно. Насколько я понял, на острове внедрили нечто вроде социальной системы, когда тот, кто много зарабатывает, делится с остальными. Видимо, в небольших замкнутых группах подобное работало без перегибов.

Так что я оказался предоставлен самому себе. Сати продолжала активно заниматься, поэтому и я засел за тренировки. Благодаря поддержке Сун Вэй и моей возросшей популярности удалось, наконец, сдать нашу лодку плотнику на починку. Она нам еще может понадобиться в дальнейшем походе через Четверной предел.

Следующим вечером ожидал как обычно появления Джи, но девочка не пришла. Лишь на третий день пациентка явилась в лес проведать нас с Чебулем. Как оказалось, ее наказали из-за той истории с подарком. Мать горела желанием выкинуть акулий зуб, но Джи удалось его отстоять.

Проблем из-за настоятельницы опасалась как ее дочь, так и я сам. Но Джи очень хотелось исцелить свою увечную конечность. Ну а я не желал бросать дело даже не на половине пути, а практически в конце. Мы приступили к формированию пальцев на ноге.

После исцеления Джи я смогу покинуть остров с чистой совестью. Останется только найти Грязеспрута, на чей счет у меня имелась одна идейка, и вызволить Сати из монастыря-промывателя мозгов. Учеба учебой, но я не хотел рисковать близким человеком. Поэтому придется действовать на опережение.

Глава 17

Второе лето постепенно принялось отвоевывать территорию у холодного сезона. Зима шла на спад. Правда, на Граничном острове ощущалось влияние северных суровых ветров и течений. Погода все еще оставалась стылой.

Наконец, мы закончили сеансы исцеления. Ступня полностью восстановилась. Джи прыгала от счастья и чуть не раздавила нас с Чебулем в чересчур тесных объятьях. За время лечения мы с девочкой неплохо сдружились, чему способствовал и хургл, который всегда пользовался популярностью у детей.

— Ур-ра! Теперь я могу показаться маме! Не терпится увидеть ее лицо!

— Изображай хромоту еще несколько дней, — попросил я.

— Но зачем?

— Мне надо кое-что сделать, а потом уже можешь раскрыть наш небольшой секрет.

— Ну-у, как скажешь, старший брат Ло… Вот!

Девочка протянула мне небольшой браслет с тремя небольшими и красивыми пурпурными жемчужинами:

— Больше я не знаю, чем отблагодарить… Эти жемчужины я собрала сама! Училась нырять за жемчугом, пока, на меня не напала акула…

— Спасибо! Буду беречь твой подарок…

Джи от избытка чувств крепко обняла меня, чему я не препятствовал. Удивительно, а ведь в начале нашего знакомства она даже моих касаний побаивалась. Я повязал браслет себе на запястье.

— И чего мама все время твердит, что мужчины плохие… — буркнула Джи, размышляя вслух.

— Плохие мужчины встречаются, но и среди женщин есть не самые приятные личности. Наверняка, ты знаешь таких.

— Да! Бабка Шинду! Вечно на всех ругается и еду отбирает…

— Возможно, среди мужчин процент негодяев и выше, но судить о человеке по полу неправильно. Так что твоя мама на сей счет заблуждается. Но лучше тебе держать от нее эти мысли в тайне. Пока не подрастешь. Не то проблем не оберешься.

— Я не глупая! Сама все понимаю! — возразила Джи.

— Как знаешь.

Ранним утром следующего дня мы с Сун Вэй вышли в море. Остался финальный босс, которого нам требовалось одолеть, дабы собрать необходимые ингредиенты. Я попросил капитана выйти пораньше, чтобы успеть добраться до того места, где была наша прошлая встреча с прислужником Орока.

Ци мы берегли на всякий случай, ставя парус в те моменты, когда дул попутный ветер. Точного места определить я все равно не мог, так что мы остановились около полудня, пройдя на юг приличное расстояние. В Сун Вэй я почти не сомневался, так что скрывать от нее способ ловли не стал. Тем более любопытная морская волчица вряд ли бы отстала от меня.

— Ну и? Что такого особого ты там заготовил?

— Смотри. Нечасто увидишь артефакт солнечного уровня…

Я вытащил сверток из-за пазухи, развернул ткань и явил миру красивый, отливающий оранжевым, футляр из адамантиевого сплава. Затем открыл коробку и достал костяной кинжал. Темная аура Когтя бросилась во все стороны, словно только и ожидая, когда его выпустят на свободу. Кажется, зловредной ауры накопилось за то время, что я не открывал футляр, больше обычного. Темная энергия напоминала газ, который надо периодически стравливать. Но тогда артефакт могли почуять слуги Орока поблизости. Да и на мозги аура влияла не лучшим образом. Мне сразу же захотелось выкинуть артефакт в море, но я осознавал, что это наведенный морок. Смог взять себя в руки. Какая-нибудь прокаженная рыбина потом поднимет его со дна и доставит разумным прислужникам.

— Отрыжка пескокраба! Тот самый Коготь Орока?! Ты действительно смог его заграбастать себе? Сумасшедший Ублюдок! — восхищенно-опасливо-возмущенно воскликнула Сун Вэй.

— Кочегар, попрошу, — крутнул я Когтем. — Используем его, чтобы приманить тварей Орока. Возможно, сумеем привлечь того самого Грязеспрута, который атаковал нас в прошлый раз.

— А если тварей Орока появится много?

— Хм-м, на этот случай плана я не придумал…

— Хочешь мой корабль угробить?!

— Тебе корабль дороже жизни? — хмыкнул я. — Ладно, убираю обратно в футляр. Может, этого хватит, чтобы привлечь внимание…

Мы неспешно курсировали по ветру, и еще несколько раз я доставал Коготь Орока на свет, позволяя его злобной ауре распространиться по округе. Я не знал, насколько подводные прислужники чувствительны к его темной силе. Методом проб и ошибок смогли найти золотую середину. В короткие промежутки все было тихо, а когда я подержал кинжал подольше, то нас атаковал с десяток существ разного вида и размеров.

Хотя бы гигантов среди них не было, так что мы отразили атаку. Сун Вэй стреляла из метателя и мастерски орудовала длинным копьем, я же бросал кочеранг и уничтожал прислужников зеленым огнем. Заодно и потренировался. Ведь спрута мне уничтожать полностью не следовало, не то сгорит вместе с чернилами. Нас атаковали как скаты, так и длинные мурены, акулы-молоты и даже то ли огромный дельфин, то ли карликовая косатка, с которой пришлось повозиться. Черный огонь доставлял нам проблем. Проклятое пламя разрушало обшивку корабля, оставляя подпалины.

Мне приходилось бегать и спешно тушить темный огонь целебной энергией кочеранга. Зеленое пламя отлично работало против несмышленых слуг Орока, не имевших внешней защиты. Вспыхивали после одного-двух бросков. Я понял, что, если целиться по конечностям: хвостам, плавникам или щупальцам, у крупной цели есть все шансы пережить самовозгорание.

Наконец, во второй половине дня явился наш с Сати старый приятель. Грязеспрута мы почуяли загодя, так что были готовы к атаке. В прошлый раз мы монстра изрядно покромсали, и оправиться полностью он не успел. Хотя новые щупальца отрастил черного цвета. Вероятно, темный огонь помог ему регенерировать. Да и, в целом, в данном аспекте он значительно прибавил. Вероятно, Орок осенил его своим благословением, поскольку он единственный сумел найти нас посреди Предела вскипающего моря.

Одно из щупалец повредило мачту, другое серьезно задело бросившуюся на врага Сун Вэй. Мне пришлось вставать на пути длинных черных конечностей и прикрывать капитана. Благо, хоть целебный огонь работал на Грязеспруте безотказно. Одно щупальце за другим сгорало, безуспешно пытаясь достать меня. Или, точнее, достать темный артефакт, надежно спрятанный у меня за пазухой.

Грязеспрут бился отчаянно и даже сумел поразить меня в плечо черным копьем, но его судьба была предрешена. Набравшая сил Клешня перекусила очередное щупальце, попытавшееся обвиться вокруг моей ноги. Рукоятка кочеранга, источающая зеленоватое пламя, врезалась в основание еще одной конечности, отчего та запылала. Сун Вэй, несмотря на рану, достала монстра за еще одно щупальце. И враг оказался без средств нападения, если не считать свой массивный клюв.

Нам пришлось еще довольно долго возиться, дабы не повредить чернильную емкость. Сун Вэй прибила тушу гарпуном к судну, а я аккуратно добивал морского гада, орудуя кочерангом и Разрезом. Затем, под руководством капитана, мы вытащили остатки погибшего монстра на корабль и извлекли ценные чернила. В бою он их не использовал, так что удалось нацедить несколько литров. От темной субстанции слегка веяло злой силой, но со временем проклятый огонь покинет чернила. Плюс их можно будет аккуратно очистить целебным пламенем.

— Разинут клюв,

Щупальца опали безвольно.

Не злите Кочегара… — произнес я устало, когда активная фаза закончилась.

Повоевали мы славно. Правда, возвращаться придется без улова. Прокаженное мясо в пищу никто употреблять не станет. Разве что Сун Вэй добыла разных ингредиентов с умерщвленных нами монстров.

Какое-то время у нас ушло на лечение ран и восстановление энергии. Лишь поздним вечером мы добрались до Граничного острова. “Припарковав” транспорт, мы распрощались и направились отдыхать.

Все требуемые ингредиенты в Пределе я добыл, Джи излечил. А значит, можно забирать Сати и валить с этого стремного острова. Вызволять ученицу решил днем, поскольку в это время монахини уходят по своим делам, да и отдых требовался мне самому. Лодку нам починили, залатав пробоины. Запас пропитания из вяленой рыбы и сушеной акулятины добыл достаточный.

Пятый день первого лета выдался пасмурным, но не дождливым. Поздним утром я заявился прямо к монастырю, не став ждать очередного свидания с “заключенной”, которые становились все реже и реже. Перед заходом внутрь я выпустил свое секретное резервное “оружие”, надеясь, что оно сможет разыскать мою спутницу.

— Я хочу повидаться с сестрой Схоль! — громко уведомил я.

— Госпожа настоятельница не велела пускать вас к сестре Схоль, — заявила одна из “фемонахинь”. — Что вы делаете? Вам нельзя внутрь!

— Прочь с дороги! Мы покидаем ваш остров!

Монахини встали стеной у входа, преградив мне путь. Я попер вперед, принявшись расталкивать девушек, порой довольно грубо. Некоторые дамы попадали. Женщины-практики, коих в монастыре было предостаточно, так просто не отступились. Одна отвесила мне смачную пощечину, огрев оплеухой из багрового огня. Даже через Барьер я почувствовал удар.

— А вот этого делать не следовало!

След ответной пощечины украсил щеку монахини, которая пошатнулась и отступила назад, но удержала равновесие. Все же пламетворца уровня Бойца простым ударом не свалить.

— Я за равноправие! — расправил я плечи.

— Ах ты, ублюдок!

— Кочегар, попрошу. Даже принцесса Ванкуен получила свой урок. Куда вы-то лезете?!

Однако толпу было не остановить. Дамочки бросались на меня словно разъяренные львицы, защищающие своих детенышей. В монастыре проживало не так много высоко ступенчатых практиков, но они брали количеством, а не качеством. Я надеялся, что днем большая часть обитательниц будет вдали от монастыря, но девки словно ждали моего появления. Устроили натуральную засаду.

Монахини отнюдь не были беззащитны. Если неодаренные уже не поднимались после пары оплеух, то практики лезли с завидным упорством. Порой и мне доставались чувствительные тумаки. Монастырь, как оказалось, не просто давал приют девам в беде, но и являлся упрощенной версией Ордена пламетворцев. Дам здесь учили боевым искусствам на славу. Особенно активно монахини пытались зарядить мне между ног. Похоже, этот удар они оттачивали с особым тщанием. Мне пригодились давние уроки мастера Токфу, благодаря которым я вовремя переставлял ноги, тем самым уходя с линии атаки или снижая силу удара. Кажется, дамочки всерьез вознамерились лишить меня наследников.

В долгу я не оставался, и личики многих монахинь украсили разноцветные фингалы и отметины. Если поначалу старался действовать аккуратно, то в горячке боя почти все нормы приличия ушли в небытие. Оставался лишь миг до того, как кто-либо из нас вытащит оружие. Покамест мы обходились банальным мордобоем, но он в любой момент мог перерасти в кровавое побоище. Чего мне лично хотелось бы избежать.

— Довольно! — раздался властный голос.

На широкий балкон второго этажа вышла леди Фенахо. Возможно, именно с этого места она проводила свои темные мессы по одурманиванию доверчивых простушек. В руке настоятельница держала элегантный клинок с тонким узором, который слегка отливал оранжевым. По всей видимости, адамантиевый сплав. Неплохая у отшельницы экипировка.

Монахини отступили. Я потрогал слегка ноющую челюсть, по которой одна двухметровая аракийка неслабо так заехала. Вот уж не думал, что гордых жительниц аракских гор смогут затянуть в свою секту.

— Ло Кун! Ты проявил форменную наглость, явившись в монастырь без спроса. Не говоря уже про драку, что ты затеял. Если ты думаешь, что мы позволим забрать сестру Схоль, то глубоко ошибаешься! Она приняла наше учение всеми фибрами своей души и больше никогда не будет прислуживать отбросам подобным тебе!

— Давайте разойдемся по-хорошему, дамы. Позовите сюда Таби!

— Сестра Схоль в уединении познает тайны собственного тела. Никому нельзя ей мешать! В любом случае, тебе не о чем разговаривать с ней, паскудный мужлан Ло Кун… Или, мне стоит называть тебя Сумасшедший Ублюдок Ли?

— Неужто прозвище подвело? — покачал я головой в сожалении. — Или Сун Вэй проболталась?

— Я пыталась допроситься правды у Сун Вэй, но она хранила клятву надежно. Во-первых, одна жительница выходила в море и видела издали твой странный изогнутый клинок. Во-вторых, мало кто заводит хурглов в качестве питомцев. Данные сведения позволили нам вычислить твою истинную личность, Ли Кон из рода Чай. Пиратский Разлучник, Предатель Пекла, Цветочный Вор, Кровавый Должник и Терзатель Проклятой Настоятельницы! Возможно, тебе удалось справиться с главой падшего Ордена Заката, но со мной такой трюк не пройдет!

По лезвию адамантиевого клинка пробежали яркие оранжевые искорки. Фенахо являлась Мастером и явно умела пользоваться как оружием, так и духовными техниками.

— Значит, придется прорываться по-плохому? — вздохнул я. — Видит Фанши, я этого не хотел…

Я обнажил кочеранг, размотав повязки, и взял клинок в руки. Также снял тряпку, укрывающую Клешню от взора практиков.

— Стойте! — раздался звонкий голос.

Из восточного крыла здания вышла Сати, на плече которой восседал Чебуль. Тактика с отправкой питомца дала свои плоды. Хургл смог понять мою просьбу и по запаху разыскал ученицу.

— Что, во имя Гатхи, здесь происходит?!

— Не подходи, сестра! — грозно произнесла настоятельницы. — Мы справимся с твоим мучителем!

— Сати, мы уходим! — проговорил я резко. — Забудь о том рамене, что тебе навешали здесь на уши!

— Что… Вы спятили?! Я еще не закончила обучение!

— Ты не должна переживать из-за этого животного, — заверила Фенахо. — Мы закончим твое обучение по всем правилам!

— Почему ты назвал меня “Сати”?

— Они знают наши настоящие имена, — пожал я плечами. — Собирайся, мы покидаем Граничный остров.

— Зачем? Разве я не говорила про… манекен? — понизила голос Бхоль.

— И все равно я не могу оставить тебя в лапах этих гарпий! — покачал я головой. — Слишком опасно для твоего рассудка!

— Что это значит, сестра? — приподняла брови Фенахо. — Не хочешь ли ты сказать, что все это время… лгала нам?!

— Нет, я… — Бхоль шумно вздохнула и направилась в мою сторону. — Хорошо, раз до этого дошло… Я не разделяю ваших устремлений, сестры!

Среди монахинь прокатился возмущенный ропот, полный негодования.

— Сестра? Так это была всего лишь умелая игра?

Сати кивнула:

— Лицедейство — не самое одобряемое в Ордене занятие, но нас и ему учили. Должна признаться: в какой-то степени ваши слова показались мне логичными и правдивыми. Но я никак не могла воспитать в себе ненависть к человеку, к которому испытываю сильные чувства…

— Уф-ф, значит, с тобой все в порядке! Аж воспылал!

На эмоциях я бросился к подошедшей девушке и крепко обнял, слегка приподняв в воздух.

— Ох, поставьте меня на место! — воскликнула раскрасневшаяся Бхоль.

— Я знаю, как сражаться с врагами внешними. Но мне сложно представить себе, как побороть внутренних демонов… — опустил я девушку на землю.

— Все хорошо, господин Кон. Моя маскировка оказалась безупречной, раз вы поверили в мою игру… Найти наставника по женским техникам непросто, и обычно занятия у них крайне затратны. Поэтому я и решила притвориться, что подпала под их влияние.

— Ты у меня умница! Эх, если бы я был менее импульсивен…

— Мне все равно приятно, что вы бросились вызволять меня…

Некоторое время обитательницы монастыря молча слушали, как мы ворковали и миловались, одаряя нас недобрыми угрюмыми взглядами. Все же мы оба успели соскучиться по близости и обществу друг друга, по голосу и интонациям, запаху, по знакомым плавным движениям и изгибам тела. Мы наслаждались друг другом, и нам было плевать на то, что вокруг нас стоят недовольные монахини, чьи сердца давно очерствели. Обведя толпу взором, я заметил, что не все из них глазели на нас с ненавистью. Были и поддерживающие, и даже завистливые взгляды. Похоже, не все монахини прониклись учением Отшельницы Фенахо.

— Вы двое нанесли нашему монастырю тяжкое оскорбление, которое невозможно смыть! — ругнулась настоятельница.

— Мы ведь почти закончили обучение, госпожа настоятельница. Позволите ли вы завершить начатое? — Сати вежливо поклонилась.

— Исключено! — отрезала Фенахо. — Выметайтесь из монастыря немедленно! Чтобы уже к вечеру духу вашего не было на Граничном острове! Если же вы задержитесь, то вам не поздоровится! Сумасшедший Ублюдок Ли и Падшая Облачница Сати, вам навсегда запрещено приближаться к Граничному острову!

— Какая жалость… Еще декаду, и я бы освоила последние штрихи, — вздохнула Бхоль. — В любом случае, спасибо вам за науку, старшая сестра Фенахо, — обозначила она еще один поклон.

— Убирайтесь! — указала она нам на выход клинком.

Только мы развернулись, как появился новый участник. Сквозь толпу пролезла любопытная мордашка, принадлежавшая знакомой мне Джи.

— Мама… Брат Ло… Что здесь происходит?

— Нас прогоняют острова. Сати, поскольку она не желает следовать местным правилам. Меня, поскольку я — неотесанный мужлан, — пояснил я коротко.

— Мама! Так нельзя! — возмутилась Джи.

— О чем ты толкуешь, дочь? И отойди подальше от мужчины!

— Нет!

Джи топнула ногой и бросилась в мою сторону. Монахини не успели ее остановить. Девочка быстро сократила разделявшее нас расстояние и повисла на мне, вцепившись в руку.

— Джи?! Что ты творишь?! — ошарашенно произнесла Фенахо.

Настоятельница была настолько ошеломлена, что спрыгнула с балкона и приблизилась к нам. Огненным Шагом дама владела мастерски, как и положено с ее ступенью. Я порадовался, что у нас не дошло до активного противостояния. Хотя зарекаться еще рановато.

— Брат Ло Кун хороший! И с сестрой Схоль я разговаривала! Она тоже не плохой человек! Нельзя их прогонять!

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Отойди от него немедленно. Знаешь ли ты, кто стоит рядом с тобой? Сумасшедший Ублюдок Ли! Он съест твою печень на завтрак!

— Неправда! Он хороший! Он исцелил мою ногу!

— Что?!

— Смотри!

Джи развязала тесемки обуви и освободила ступню из тряпок. Монахиням предстала аккуратная беленькая ножка с полным набором пальцев.

— Но как… — обронила Фенахо, не веря своим глазам.

— Похоже, не все слухи до вас дошли, — заметил я с усмешкой. — Меня еще прозвали Непостижимый Целитель.

В качестве подтверждения я зажег целебный огонь над рукоятью кочеранга.

— Брат Ло последние дни занимался со мной, тратил свое время и духовную энергию! И делал это безвозмездно! Мы должны отплатить ему добром за исцеление!

— Ублюдок Ли проделал все это, чтобы втереться к тебе в доверие! Он ничем не отличается от остальных мужчин!

— Ты не права, мама! Мужчины все разные! Как и женщины! — принялась яростно спорить Джи. — Нельзя относиться к человеку плохо только из-за пола! И Ло Кун хороший. Я уверена в этом!

Глаза Фенахо готовы были выкатиться из орбит. Она поглядела на меня со смесью страха и неприязни:

— Ли Кон! Ублюдок! Ты отравил мою дочь своими презренными лживыми речами!

— Кочегар, попрошу. И разве я делал что-либо, чего не делали вы в отношении Сати, а? — произнес я с усмешкой.

У настоятельницы не нашлось доводов, чтобы мне возразить.

— Выходит, мы квиты? — продолжил я.

— Господин Кон приложил много усилий, чтобы исцелить травму вашей дочери, — взяла слово Бхоль, быстро подстроившись под ситуацию. — Хоть он и занимался, не требуя платы взамен, что я полностью одобряю… Но мне кажется, с вашей стороны будет уместно отблагодарить его и оказать ответную услугу, — припечатала ученица безжалостно. — Например, закончить мое обучение.

— Это… невозможно! Джи, как ты могла!

— Мама, я тебе все расскажу, и ты поймешь! Помоги старшей сестре Таби, пожалуйста! Они ведь помогли нам. Теперь те деньги, что ты копила, мы можем потратить на что-нибудь полезное.

— Ни о какой помощи не может идти и речи!

— Но ведь ты сама учила меня, что надо помогать в ответ! Раз так, то я ухожу! Уеду с острова навсегда! Брат Ло, вы ведь собираетесь на большую землю? Возьмете меня с собой?

— Возьмем, раз так хочешь… — заметил я.

Нет, тащить за собой малышку через льды было бы слишком неосмотрительно, но на Фенахо ее заявление произвело неизгладимое впечатление. Настоятельница взяла себя в руки и вернула себе строгое выражение лица:

— Мы с тобой дома обстоятельно поговорим, Джи. Гость Ли Кон, вам дозволено оставаться на Граничном острове. Гость Сати Бхоль, мы проведем ваше обучение до конца, пока вы не будете удовлетворены.

— Благодарим вас за проявленное благоразумие, — обозначил я поклон. — Надеюсь, вы не будете слишком строги с Джи и дадите нам с Сати видеться почаще.

Было в какой-то мере забавно, что именно Джи стала троянским конем, что взломал оборону настоятельницы. Все же добрые дела вознаграждаются. Иногда.

Глава 18

Чуть больше декады мы провели на Граничном острове. Это было спокойное и легкое время. Я активно тренировался и искал Якорь Ши, но прогресса добиться не удалось. Сати же закончила со своим обучением, изучив все требуемые техники. Мне детали никто не раскрывал, даже Бхоль. Знал лишь о том, что полученные умения позволяли в некоторой степени управлять по своему желанию разными аспектами своего тела. Мне бы тоже пригодилось, наверное. Но наставники для мужчин встречались редко. У нас было много меньше проблем с культивированием, поэтому особой популярностью данные навыки не пользовались. Обычно к ним прибегали в случае застоя и невозможности перейти на следующую ступень. У меня с этим было все более чем в порядке. Организм молодой, душа пылкая, так сказать. И без дополнительной стимуляции все работает, как надо.

— Готова отправляться? — уточнил я у Сати, которая покидала монастырь со своими скудными пожитками.

— Да, господин.

— Не то чтобы я был сильно против, но ты все еще должна звать меня господином?

— Нет… Но мне надо привыкнуть к изменениям…

— Ясно… Спасибо за то, что приютили нас! — помахал я провожающим нас монахиням, в числе которых была и Фенахо с Джи.

С девочкой мы тепло распрощались. В остальном близких знакомств на острове мы завести не сумели. Поэтому покидали его без особых сожалений. Хотя бы со слугами Орока не столкнулись здесь, и то радует.

С припасами, вещами и Чебулем мы погрузились на судно и отчалили. Сун Вэй вызвалась отвезти нас к началу Предела вздымающихся льдов. Граничный остров быстро уменьшался в размерах и спустя какое-то время растворился в волнах и морских брызгах. Необычное по меркам Фанши местечко. Я скорее готов был встретить его в родном мире, а не здесь. Но пути пламетворцев неисповедимы.

Сати бросала подозрительные взгляды на Сун Вэй, особенно когда мы перекидывались короткими фразами. За время многочисленных рейдов мы успели отлично сработаться и понимали друг друга с полуслова. Если говорить о морской волчице, то она была в какой-то степени мне интересна. Но я не собирался ухлестывать за каждой встречной дамой. С Дарракой и Сати оно как-то само получилось.

Капитан сделала небольшой крюк и отвезла нас в нечто вроде залива, выдающегося на север. Здесь были теплые течения, которые не давали льдам распространиться далеко на юг. Мы довольно долго лавировали между льдинами, идя по своеобразным каналам и протокам. Но, в конце концов, сплошная стена льда преградила нам путь, и судно остановилось.

Используя Шаг, мы с Сати спрыгнули с борта на лед. Сун Вэй решила проводить нас и двинулась следом.

— Держите, — протянула женщина нам несколько комплектов ремней с острыми шипами. — Пригодится.

— Чтобы по льду не скользило? Спасибо за подарок!

— Эх, Сумасшедший Ли! — вздохнула Сун Вэй. — Надеюсь, ты избавишься от проклятого Когтя. Удачи!

Капитан крепко обняла меня напоследок, махнула рукой Сати и вернулась на корабль. После чего движитель затарахтел, и судно отчалило от льдины.

— Не слишком ли вы в близких отношениях? — заметила Бхоль.

— Что поделать: морские походы сближают. Но ты можешь не переживать. В моем сердце есть лишь ты.

— И Даррака?

— Хм-м, север там? Не будем терять время! — проговорил я и уверенно направился вперед.

Снежок приятно хрустел под ногами, холодный ветер бодрил, не давая расслабиться. Мы преодолевали один белый бархан за другим. Презент Сун Вэй пригодился, когда пошли холмистые неровные ледяные участки. Без шипов под ногами пришлось бы пробираться по скользким поверхностям дольше и с куда меньшим удобством.

Чем дальше мы забирались, тем холоднее становилось. Но до уровня Предела вздымающихся пиков температуры не опускались. Тем более второе лето набирало обороты.

Разве что с ночевкой возникли сложности: найти укрытие оказалось непросто. Ближе к ночи в нависающей глыбе льда мы выжгли с помощью Разрезов и духовного огня аккуратную выемку, где могла поместиться пара человек. По крайней мере, наглый ветер внутрь не залетал. Укрывшись Греющей аурой и прижавшись друг к другу, мы вполне пристойно провели ночь.

— Хорошее у тебя прозвище объявилось, — зевнул я с улыбкой, проверив статус поутру.

Имя: Сати Бхоль

Прозвище: Трусливая/Кровавая Сати, Предатель Пекла, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс, Падшая Облачница, Цветочный Вор, Терзатель Проклятой Настоятельницы, Огнекитовая Наживка

По всей видимости, Сати умудрилась заработать новую кличку в огненном Пределе, когда ее сожрал мощный дух.

— Ох, только этого не хватало…

— Теперь мы с тобой пара Наживок… — пошутил я.

— Чем дольше я за тобой следую, тем больше нелепых прозвищ ко мне цепляется, — вздохнула ученица.

Путешествовать по Пределу вздымающихся льдов оказалось проще, чем по горному, огненному или морскому, поскольку под ногами почти все время находилась твердая поверхность, да и по крутым пикам лазить не приходилось. Курорт практически.

Возле полыньи или по краям льдин встречались похожие на пингвинов существа, способные передвигаться под водой с огромной скоростью. Также по ледяной пустыне скакали меховые шарики размером с собаку. Хищные твари с огромной пастью во все тело, но от нас предпочитали держаться подальше, поскольку по размерам мы их превосходили. Лишь на второй день пути мы столкнулись с неким препятствием. Им стали Клешневитые Нарвалы — странное химероподобное существо с длинным рогом и массивными клешнями. Ими животные пробивали отверстия в тонких местах. И затем поджидали свою добычу, которая рано или поздно явится на водопой.

Мне внезапно выскочившей клешней чуть нос не откусили. И ведь проверял Чутьем пространство перед собой. Скрываться нарвалы умели весьма качественно. С тех пор я сначала метал кочеранг в прорубь и тщательно проверял местность Чутьем, и лишь затем подходил набрать воды, чтобы ополоснуться, к примеру. Для питья мы нередко топили в котелке набранный снег.

Экосистема Предела вздымающихся льдов была занимательна, но мы не стали здесь задерживаться. Никаких ингредиентов с местных обитателей в данный момент нам не требовалось.

Пять дней нам понадобилось на то, чтобы преодолеть последний Предел. Прыгая по айсбергам, мы добрались до открытого участка моря, которое вдоль берегов континента не было сковано льдами. Пришлось доставать лодку и снова погружаться на наше утлое суденышко. Благо до берега хотя бы было относительно недалеко.

Побережье большой земли было усеяно рыбацкими деревушками, а в устьях рек и удобных бухтах раскинулись городишки и города. Мы причалили возле одного такого села, не забыв про нашу маскировку. Местные люди мало чем отличались от своих южных собратьев. Плохо знали географию, с трудом указывали дорогу до Хрустального пика и активно щурили глаза. Однако пламетворцев по какой-то неведомой причине здесь было больше, как и различных паровых механизмов. Поговаривали, что сила огня, исходящая из недр Фанши, здесь более активна. Поэтому человеку проще стать пламетворцем и культивировать.

Гуанджар являлся небольшим прибрежным богатым государством, протянувшимся вдоль моря. Он контролировал многие перевозки и промышлял выловом рыбы. На севере его защищали горы и обширная пустыня, которую мог преодолеть не каждый.

Самым волнующим открытием для нас с Сати стало использование здесь дирижаблей. Судя по рассказам местных, их конструкция не сильно отличалась от земных аналогов. Разве что в баллонах применялся неясный газ животного происхождения, который нагревали практики на борту. Рыбаки в деталях не разбирались, поэтому нам предстояло самим узреть чудеса северного континента. Правда, здесь континент северным никто не называл. Да и погода не отличалась ни холодами, ни жаром. Складывалось впечатление, что Фанши — бесконечное место без конца и края.

Само собой, курсировали дирижабли только между крупными населенными пунктами. Поэтому мы направились в столицу Хайсур, который располагался в паре дней пути от места нашего прибытия.

Остатки серебра мы обменяли на местные монеты, чего хватило на билет в дилижансе. Ехали мы вдоль побережья. Места напоминали скорее засушливую саванну. Лишь возле рек растительность цвела буйным цветом, но ее активно вытесняли людские поселения. Тракт оказался весьма оживленным. Ни на разбойников, ни на монстров в дороге мы не наткнулись. С ностальгией вспоминалось наше полное приключений путешествие по Вольным Степям.

Адепты здесь были более частым явлением, нежели на юге, так что на нас особого внимания не обращали. Кочеранг я прятал, а Чебуля не стал. Приходилось и его статус скрывать, но в мешке держать питомца все время было попросту невозможно. Пассажиры косились на странного зверька, но никто не признал во мне знаменитого Сумасшедшего Ублюдка Ли. На ином континенте обо мне слышало не так много народу.

Я чуть ли не прослезился, когда понял, что моим мучениям пришел конец. Здесь меня не будут судить за грехи, которых я не совершал. На новой земле ко мне будут относиться согласно моим текущим поступкам и словам. Континент назывался Джунхо, что переводилось как… континент. То ли люди здесь с названиями не парились, то ли именно здесь зародился язык, и данное слово стали использовать для обозначения континента.

В Хайсур мы прибыли на двадцать пятый день первого месяца второго лета. Погода стояла весенняя, правда, такого времени года местные не знали. Столица произвела на нас с Сати положительное впечатление. Яркие краски, развешанные ткани с красивыми узорам, цветастые ковры и различные пряности. Люди здесь любили украшать свои дома. Единственным недостатком был запах рыбы, распространяющийся далеко от рынка и порта, но в остальном город показался нам вполне гостеприимным.

Здесь мы решили остаться на несколько дней. Для этого продали лишние клыки ледовитой акулы и поселились в хорошей гостинице, в которой даже подобие водопровода имелось. Все ингредиенты для Пилюли Железных Костей были у нас в наличии. Так что мы арендовали специально оборудованный зал для занятий алхимией. И приступили к варке.

Я начал изготавливать первым свою порцию. На подготовку акульих зубов, хрящей ската, костей волколаков и виверн уходило приличное количество ци. Было интересно наблюдать за тем, как меняются ингредиенты под длительным воздействием духовного огня.

Делать сразу на двоих было нельзя, поскольку каждый практик должен был вложить собственное ци. И я чуть серьезно не напортачил, сгубив драгоценные ингредиенты. Оказалось, что для зелья требовался огромный запас духовной энергии. Я рассчитывал, что моего внушительного резерва хватит за глаза, но в итоге финальные штрихи проводил на крохах остающегося ци. Потратив половину компонентов, мне удалось изготовить три Пилюли Железных Костей из четырех. Одна рассыпалась в прах из-за недостатка связующего пламени. Три других смог довести до конца, чуть не упав в обморок от истощения.

Сати приступила следующей. Она подготовилась лучше меня, уже понимая, что ее ждет. Как следует подкрепилась едой, восстанавливающей ци, не торопилась, соблюдая максимально возможные промежутки, а также ограничилась тремя пилюлями, не став брать больше ингредиентов. Учла все мои ошибки, можно сказать. И все три препарата получились у нее без проблем.

Котелок Родникового Очищения

Уровень: Облачный. Тип: общий предмет

Особенность: очищает воду от примесей

Особенность: увеличение шансов успеха при варке на 44%

Особенность: увеличение эффективности духовного огня на 23%

Котелок получил повышение до облачного уровня во время наших алхимических экспериментов. Немного жаль, что уже после моей варки, поскольку новая особенность пришлась бы как нельзя кстати. Довольно много времени прошло с момента получения котелка в подарок от главы Храма дождливого пика, но мы все-таки не зарабатывали на жизнь алхимией и использовали артефакт нечасто. Разве что регулярно воду очищали от примесей.

Я сумел сварить две пилюли горного уровня и одну облачного. Качество духовных препаратов в некоторой степени повышало их эффективность. У Сати все три оказались горного уровня, так что я мог собой гордиться. Выглядели Пилюли Железных Костей как округлые цилиндрики серебристого окраса размером с мизинец.

Мы продали лишние ингредиенты, благодаря чему неплохо так пополнили наши финансы. В Хайсуре давали цены лучше, нежели в провинциальных поселениях. Ну а затем настал черед активных тренировок Цунь. В столице, само собой, имелась масса заведений, где за небольшую плату пламетворцы могли оттачивать свои навыки и культивировать.

Мы с Сати посещали стадион, совмещенный с продвинутыми банями или комнатами закалки, где наличествовали залы даже для тренировок уровня Адепта и Мастера. Сопротивляемость огню на данных этапах значительно возрастала, поэтому обычного пара было недостаточно. И даже Сумасшедшая Закалка Ли уже не спасала.

Первый день мы посвятили тренировкам на выносливость, приняв по Пилюле Железных Когтей. Поначалу казалось, что у тебя за спиной выросли крылья. Хотелось бежать бесконечно, прыгать и кувыркаться. Но к вечеру силы стали покидать тело. Ныли все мышцы и связки. А кости стонали столь сильно, что казалось, будто они желали выбраться из телесных оков на свежий воздух. Порой даже нам чудился треск собственных костей. Недаром препарат звался именно таким образом.

Вечером мы с Сати направились в термы. К сожалению, не всякая одежда выдерживала нагрузки на высоких ступенях, так что нам пришлось разделиться по разным залам для мужчин и женщин. Помещение закалки уровня Адепта представляло собой большой неглубокий бассейн, наполненный раскаленными углями. Тренирующиеся ходили по ним, ложились на спину или живот. Оставлять футляр с Когтем без присмотра я опасался, но некоторые практики не расставались с оружием, так что я на общем фоне не вызывал подозрений. Моя собственная аура немного притупляла действие темной энергии, так что было лучше держать Коготь всегда при себе.

Я с некоторой опаской приступил к культивации Цунь. И хотя к огню я привык, плюхаться в угли просто так психологически оказалось сложно. Сначала аккуратно потрогал ножкой, постоял. Раскаленные угли казались мне горячим песком в жаркий солнечный день. Местами стоять было трудно, но на то она и тренировка — надо развивать свою огнестойкость, а не топтаться на месте. Затем уже попробовал полежать на спине и животе. Второе оказалось тоже не так уж легко морально, поскольку одну часть мужского организма ты стараешься инстинктивно беречь, а не бросать на прожарку в печь, полную углей.

Первый день закалки Цунь прошел сносно. Я видел некоторых Адептов, которые ложились на угли и просили закопать их, накидав новых раскаленных дровишек сверху. Поглазел и на зал закалки для Мастеров. Он также отличался от предыдущих ступеней. В зале стояли похожие на гробы металлические ящики, куда забирались испытуемые. Снизу засыпались раскаленные угли особого сорта, и затем прислуга раздувала специальные мехи, заполняя саркофаг разгоряченным воздухом. Таким образом удавалось достичь больших температур.

Если следовать совету, который мне дала одна дама в Чайфу, то в этом пыточном устройстве я должен буду продержаться два часа, прежде чем штурмовать следующую ступень. Выглядел пылающий гроб максимально брутально. Даже на расстоянии чувствовался жар. Пара Мастеров, которые в этот день решила потренироваться, выходила из саркофагов раскрасневшимися, с трудом передвигая ноги. Мне казалось, что после того, как залезу внутрь духовки, на выходе уже получится кочегар-гриль с хрустящей корочкой. Я ведь учился контролировать горячие котлы снаружи, а не лазить внутрь. Но ничего не поделать: Цунь-Ши-Дао требовал жертв.

Глава 19

Вид разгоряченной, вспотевшей после зала закалки Сати чуть не заставил меня воспылать. Были свои плюсы от посещений терм. Жаль, что залы были раздельными.

На второй день мы сделали упор на силовые упражнения. Мышцы разрывало на части, когда мы таскали огромные грузы. Пожалуй, на ступени Адепта любой практик без особых сложностей побьет мировые рекорды в разных дисциплинах. Мы поднимали многосоткиллограммовые штанги, сделанные из массивных валунов и перекладин между ними, толкали камни, волокли тяжелые грузы. Каждый раз после испытания хотелось упасть без сил на землю и зарыдать, но спустя несколько секунд духовный препарат возвращал нам силы, и мы двигались вперед.

Про Чебуля тоже не забыли. Помня о том, что случилось в прошлый раз во время потребления им препарата Цунь, мы обеспокоились средствами удержания. Возле стадиона имелись клетки для тренировки питомцев. В основном лошадей. Чебуль был слишком мелок и мог пролезть между ячейками. Так что его плотно упаковали в ошейник с ремнями, посадив на цепь. Хурглу такое отношение не понравилось, но нам не улыбалось потом ловить его по всему городу. Съев маленькую порцию препарата, Чебуль начал носиться как угорелый по дереву, к которому мы его прицепили.

Ступень Мастера была желанна всеми без исключения практиками. По слухам, на данной ступени открывались новые возможности, о которых точно не было известно.

Я попробовал посетить зал закалки для Мастеров, однако продержался всего полчаса, получив серьезные ожоги. В некоторых местах моя плоть натурально прожарилась. Не рассчитал немного свои силы. Тем не менее, целебный огонь быстро вернул мне форму. После такого фиаско я решил сначала разобраться с залом для Адептов, а уж потом штурмовать комнату Мастеров. В угольном бассейне я чувствовал себя относительно уверенно.

На тридцатый день первого лета в Хайсуре проходил песенный фестиваль. С самого утра начали голосить на улицах, не дав нам как следует выспаться. И ладно бы пели профессионалы, но завывали и полные любители, отчего прогулка по улицам порой походила на пытку. Впрочем, яркие краски и праздничные наряды, неподдельная радость на лицах, заразительные песни и пляски — все это не могло оставить нас равнодушными.

— Господин, может сегодня прогуляемся? — предложила Бхоль.

— У нас осталась последняя Пилюля.

— Оставим… на потом.

— Как пожелаешь, милая… Могу я теперь так тебя называть?

— М-м, угу… — кивнула она, слегка смутившись.

Мы провели замечательный день, бродя вдвоем по узким улочкам Хайсура. Один раз нас приняли за обывателей какие-то душегубы, но нам даже оружие доставать не пришлось. Быстро привели грабителей в бесчувственное состояние. Мы смотрели представления, слушали певцов, плавали на гондоле по реке, пробовали местные сладости, деликатесы и всячески развлекались.

Сати ближе к вечеру стала донельзя серьезной и несколько нервной. Недалеко от нашей гостиницы она вдруг потянула меня в закоулок, приблизилась и нашла мои губы своими. На какое-то время все мысли вылетели у нас из головы. Остались лишь мы вдвоем посреди ничего.

— Значит, ты в порядке? — уточнил я, когда мы разорвали объятия.

— Настоятельница говорила, что для надежности техники следует отшлифовать, но я больше не хочу и не могу ждать. Последние дни были для меня словно пыткой. Наверное, мои слова звучат глупо?

— Ничуть, — ухмыльнулся я. — Теперь ты понимаешь, что я чувствовал последние месяцы.

— Ох… Прости, что заставила ждать… мой Ли, — томно и немного неловко прошептала она мне на ушко, так, что по телу пошли мурашки.

— Уверена? — уточнил я, поскольку мне все еще казалось, что меня ждет какой-нибудь подвох.

— Уверена! Эта горная дылда нас, определенно, разыщет. А я не желаю становится номером два! — проговорила Бхоль твердо.

— Тогда вернемся в номер?

Сати кивнула. Сплетя наши руки между собой, мы поднялись в роскошную по местным меркам комнату дорогой гостиницы, где мы остановились.

— Старшая сестра Фенахо много рассказывала мне про таинство любви. Это особое время, когда мужчина и женщина обмениваются своим духовным огнем и в некоторых случаях частичками Дао, — пояснила Сати. — Настоятельница говорила, что с помощью духовных препаратов можно извлечь пользу из занятия. Попробуем?

Бхоль достала Пилюлю Железных Костей.

— Даже в такое время устраиваешь тренировку?

— Просто… я сильно волнуюсь и смущаюсь, — призналась она. — У меня нет практического опыта в таких делах. Духовный препарат поможет мне преодолеть слабость…

— Не так я представлял себе нашу первую ночь, но почему бы и нет…

Покрутив свою Пилюлю Железных Костей в руках, я проглотил препарат. По телу начал быстро распространяться жар, который соединялся с предвкушением незабываемой ночи и превращался в сногсшибательный коктейль.

Сбросив одежды, мы сплелись в сладострастном танце. С улицы еще доносились песнопения, заглушающие наши стоны. Тело Бхоль было мягким и упругим в нужных местах, и крепкие мышцы пламетворца его совсем не портили. Мы соединялись раз за разом, не в силах насытиться друг другом.

Сами собой наши тела объял духовный огонь. Порой он доходил до таких величин, что сжигал постельное белье и портил мебель. Но нам было наплевать на запах гари. Кроме нас, не было никого в этом мире, и даже если бы сам Орок сейчас явился в наш номер, мы бы не обратили на него никакого внимания.

Потребленная Пилюля добавила нам дополнительной пылкости, сил и выносливости. Так что мы провели друг с другом весь вечер, ночь и большую часть утра. Это был одновременно безумно короткий и чудовищно долгий миг, который мы точно запомним на всю жизнь.

Лишь когда солнце уже вовсю светило через задернутые занавески, мы устало сплелись в клубок и забылись счастливым сном на обугленной, истерзанной огнем кровати. И все это время мы, разумеется, не слышали стуков управляющего гостиницы, которого беспокоили шум и источаемый из нашего номера запах паленой ткани и гари. Потом пришлось платить компенсацию за учиненные повреждения, но мы ни о чем не жалели.

К полудню мы, наконец, выползли из номера, ополоснувшись. Бурчащие желудки требовали пищи, так что мы отправились подкрепиться. Много нехорошего выслушали на наш счет от управляющего и другой прислуги. Особенно тяжело приходилось Сати, не привыкшей оправдываться из-за слишком проблемной ночи любви. Стыдливый румянец почти не сходил с ее щек.

Уладив формальности, мы воспользовались рестораном гостиницы, чтобы восполнить питательные вещества и духовную энергию в организме. Интереса ради я сверился со своим статусом.

Имя: Ли Кон Чай

Особые навыки: духовный щит, греющая аура, духовная суть, духовный барьер, духовный разрез, шаговый разрез, кипящая кровь, огненный шаг, духовное чутье

Цунь: 93%

Ши: 7%

Дао: 56%

— Действительно, Цунь неплохо поднялось. Но и Ши скакнуло на три процента, да и Дао немного повысилось!

— Настоятельница Фенахо была права, — кивнула Сати.

— Выходит, если мы будет делать это каждый день, то за месяц станем Мастерами без всякого Якоря?! — воскликнул я.

— Не так громко! — шикнула Бхоль, оглянувшись. — Без духовных препаратов эффект будет намного ниже. Если вообще будет.

— Вот как? Надо обязательно проверить. Тем более я еще не насытился.

— Если каждый день есть одну и ту же еду, рано или поздно она надоест, — фыркнула Бхоль.

— Этому тебя в монастыре научили? — приподнял я бровь.

— Скорее, женская интуиция.

Практики-пламетворцы, иной мир, суровый Орден, тренировки, огненная магия и закалка характера. А женщина, она и на Фанши женщина.

Чебуль не сумел проскочить на следующую ступень, но вполне себе окреп и значительно приблизился к возвышению.

Надолго мы оставаться в Хайсуре не стали, опасаясь, что местные прислужники Орока о нас пронюхают, либо учуют Коготь. Нам повезло достать билеты на дирижабль, который отправлялся на следующий день. Летательный аппарат должен был преодолеть невысокие горы недалеко от побережья и обширную пустыню, называемую Красная Пустошь.

Воздушный порт Хайсура внушал уважение. Да и сами дирижабли по местным меркам — верх технологического и ремесленного мастерства. Воздушные винты, рулевые рейки-крылья, многочисленные каучуковые или кожаные емкости с газом, сверкающие на солнце металлические гондолы с округлыми иллюминаторами. Целых три дирижабля находились в день отправки в порту. Один крупный пассажирский с грузовым отделением, один небольшой пассажирский и еще один грузовой.

Возникало ощущение, словно понемногу я возвращался назад к цивилизации. Начинал с ослов и лошадей, затем пересел на паровые дилижансы и пароходы, а теперь уже и до воздушного средства передвижения добрался. Могут ведь фанатики огненные, когда захотят. Возможно, в недалеком будущем и космическое пространство освоют, чем хургл не шутит.

В отличие от дилижансов, билеты здесь стоили что для сервов, что для практиков одинаково, но с условием, что пламетворцы половину своей энергии будут тратить на поддержание работы дирижабля. В противном случае придется заплатить втрое дороже. То есть, все практики на борту становились кочегарами принудительно-добровольно.

Нам провели краткую экскурсию перед вылетом. Узкий коридор проходил по центру гондолы, в котором и двум людям разойтись сложно. Каюты оказались низкими узкими клетушками с двумя двухъярусными кроватями. Место и вес здесь экономили максимально. Каюты располагались сзади, спереди находилась рубка управления воздушные винты по бокам, а также котельная, в которой пламетворцы передавали свою духовную энергию и нагревали теплоноситель. То бишь, воду. Вокруг гондолы шли деревянные мостки, ходить по которым могли лишь смелые духом личности, не боящиеся высоты.

Сверху висело несимметричное нагромождение воздушных емкостей с подъемным газом. Они крепились к трубе с теплоносителем. Также с каждой стороны дирижабля располагались настоящие паровые пушки небольшого калибра. Очевидно, что даже дирижабли встречали опасности на своем пути.

В полдень наш дирижабль поднялся в воздух. К взлету мы с Сати были готовы. Я и раньше летал по воздуху, а Бхоль не боялась больших высот. Стоит только вспомнить качающиеся веревочные мостики через пропасти, по которым они в Ордене Семи Облаков спокойно бегали.

Сзади находилась небольшая смотровая площадка, откуда пассажиры могли полюбоваться на проплывающие под ними земли. Хайсур с высоты птичьего полета выглядел совершенно другим поселением, непохожим на тот город, который мы успели изучить.

— Жаль, что нет кают для новобрачных. Могли бы продолжить развитие Цунь-Ши-Дао, — заявил я полушутливо.

— Я же говорила: настоятельница возражала против частой близости. Мы привыкнем к духовному огню друг друга, и тогда развитие сойдет на нет.

— Тебе не понравилось?

— Понравилось. Но культивирование важнее мимолетного удовольствия.

— Мимолетного? За кого ты меня принимаешь?

— Прости, — улыбнулась Сати. — Ни капельки не сомневаюсь в твоих возможностях, но Цунь-Ши-Дао превыше всего.

— Фанатка, — фыркнул я беззлобно.

В целом, я был с ней солидарен. Нельзя бросаться в омут низменных удовольствий. Это не Путь Кочегара. К тому же лучшая приправа к еде — это голод.

— Но сейчас я ведь ничего не нарушаю? — приобнял я ее за талию.

— Нет… — склонила она голову.

Некоторое время мы глазели на прекрасные виды. Под нами проплывали дома, поля, каналы. Море постепенно удалялось. Назойливый ветер трепал наши длинные волосы.

— Скажи, вы… то есть, ты… не жалеешь?

— О чем?

— О том, что наследник правящего рода обратил свое внимание на безродную ученицу из павшего Ордена…

— Снова за старое?

— Я должна убедиться!

— Нет, не жалею, — коротко ответил я, посчитав, что подробности излишни.

— Хорошо! — Сати довольно положила голову мне на плечо.

Постепенно дирижабль набрал высоту и преодолел горный хребет, который служил естественной границей Гуанджара. Недолго мы пробыли в этой прибрежной стране, но наверняка пребывание здесь запомним надолго.

Потянулись оранжево-ржаво-рудые каменистые склоны и барханы Красной Пустоши. Редкие островки пожухлой травы также изобиловали алыми или коричневыми оттенками.

— Простите, мы с вами нигде не встречались? — обратился к Сати немолодой усатый мужчина в высокой шляпе с короткими полями.

Бхоль оглядела незнакомца и уверено ответила:

— Определенно, нет.

— И все-таки… Такие глаза встречаются редко… — продолжил он, приблизившись.

— Уважаемый, вам чего надо? — произнес я грубо, встав перед девушкой.

Не то чтобы я сомневался в способностях Бхоль постоять за себя, просто так уж меня воспитали.

— Я не ищу ссор. Прошу простить мою бестактность…

— Идем, — потянул я девушку внутрь гондолы.

Мы с Сати брать дорогие билеты не стали, так что и нас участь кочегарская не миновала. Практиков на этом рейсе оказалось меньше обычного, так что приходилось отрабатывать сполна. Тепловая энергия питала газовые емкости, которые при нагреве поднимали махину наверх, а также вращала лопасти больших пропеллеров, толкающих судно вперед. Двигались мы с приличной скоростью. Явно быстрее дилижанса, а если учесть отсутствие остановок, ям, холмов и поворотов, то аналогичное расстояние мы преодолеем быстрее в три-четыре раза.

Вечером мы засели в своей каюте за тренировками Ши. Соседи наши легли спать пораньше, так что мы переговаривались шепотом.

— Как у тебя с прогрессом в Ши? Я уже несколько раз нащупал свой Якорь.

— Я открыла Якорь Ши вчера… — заявила Бхоль.

— Что? Когда успела?

— Наутро… После той ночи…

— И что на этот раз послужило твоим Якорем?

— Я бы хотела оставить подробности при себе, — со смущением протянула Сати.

— Воля твоя… Выходит, я отстаю в развитии… Тебе именно ночь помогла найти Якорь Ши?

Сати молча кивнула.

— Может, и у меня получится?

Однако, как я ни фокусировался на постельных сценах, как ни пытался воспылать, образ приходить не желал. Мысли мои перескакивали с Сати на Дарраку. Я чувствовал себя неловко из-за того, что не до конца прояснил сей момент. Словно нерадивый школьник, боящийся показать дневник родителям.

— Милая, выйдем на минутку…

Мы с Сати снова вышли на заднюю площадку. Солнце давно скрылось за горизонтом, так что внизу не было видно ни зги. И даже висящий Орок не особо спасал положение. Пропеллеры мерно жужжали, разгоняя потоки воздуха. На платформе в этот поздний час мы были одни.

— Я хотел поговорить о нас с тобой… — с трудом молвил я.

— О нас? — склонила голову набок Бхоль.

— И о Дарраке… — добавил я угрюмо, представляя себе последствия.

— А что с Чонджул? Разве она не часть нашего отряда?

— Да, но я имел в виду нечто большее…

— О твоих с ней любовных взаимоотношениях? Что в них такого?

— Ты не против?

— Против, конечно. Я не желаю ни с кем тебя делить, — передернула Бхоль плечами недовольно, глядя в темноту.

Я утер пот со лба, не зная, что тут можно сказать. Ощущал себя бойцом, прокладывающим тропу сквозь минное поле.

— Но это эгоистичное желание, — продолжила вдруг Сати. — Раз твоему сердцу милы мы обе, ничего не поделать. У сильных практиков, правителей и героев в порядке вещей иметь нескольких спутниц жизни. А я знаю, что на ступени Адепта ты точно не остановишься.

— Значит… все в порядке?

Сати кивнула и добавила с неприкрытой угрозой:

— Но, если тебе будет мало нас двоих…

— Ни в жизнь! — облегченно выдохнул я и сжал девушку в крепких объятьях. — Я тебя обожаю, говорил уже?

— Нет, но я не будут против, если ты будешь напоминать об этом почаще…

Наворковавшись, мы вернулись в нашу каюту. Вот уж не думал, что все пройдет так легко и быстро. Только накручивал себя каждый раз, размышляя о любовных перипетиях. Сказывается воспитание прошлого мира. На Фанши не видят ничего зазорного в многоженстве. И хоть я не ставил себе цель завести гарем из красоток, судьба решила все за меня.

Сати забралась на верхнюю полку и вскоре засопела. Я же еще долго сидел внизу, слушая размерное гудение двигателя с пропеллерами. Обретение внутренней гармонии было отличным шансом на открытие своего Якоря Ши. Ведь развитие Ши или Разума в какой-то степени означало поиск своего идеального состояния, вело к нирване, достижению счастья.

И действительно: в течение пары часов медитаций я оказывался близок к своему Якорю Ши несколько раз. Боль из головы уходила, когда я подавал духовный огонь. Время шло, голова раскалывалась под давлением огня алой касты. Однако мне казалось, что отступать в такой момент нельзя, иначе в будущем я не смогу подобрать тот самый нужный настрой, к котором был близок как никогда.

Среди ночи я, наконец, смог сформулировать новый Якорь Ши для себя. Он, как ни странно, имел прямое отношение к Сати и Дарраке. Я смог познать дзен и примириться с самим собой. Раз уж не только все участники, но и само общество не было против, то нет смысла оказывать сопротивление. Я начинал с Якоря, заточенного на красивых девушках, осознании разных видов женской красоты и закончил многоженством. Достойно пылкого сердцем истинного Кочегара!

Лишь после этого я нырнул в манящие объятия одеяла и подушки, удовлетворившись результатами наших бесед и медитаций Ши.

Мне показалось, что не прошло и пары секунд, как громкий взрыв и дикая тряска изгнали меня из приятного мира сновидений.

Глава 20

Раздались панические крики, народ принялся метаться по дирижаблю. Мы с Сати выскочили в коридор, по которому носилась обслуга транспорта.

— Что случилось?! — вопросил я.

Сверху снова громыхнуло, дирижабль слегка качнуло.

— Красные Могильщики! — ответил нам практик. — Пропустите!

Боец принялся расталкивать народ, пробиваясь к паровой пушке. С двух сторон уже доносилась периодическая канонада. В отличие от классической пороховой пушки, паровым агрегатам требовалось больше времени на подготовку между выстрелами.

— Послушайте, нам надо поговорить! — появился из соседней каюты настырный усатый мужчина, на этот раз без шляпы. Обращался он к Сати.

— Сейчас явно не время для разговоров! — буркнула Бхоль. — Вы ведь практик? Защищайте дирижабль!

— Конечно…

Прогремел взрыв. Нас тряхнуло, а часть борта гондолы словно гигантозмей языком слизнул. Образовалась огромная дыра в обшивке. Стало ясно, что снаружи царило раннее утро. Гатхи только-только поднимался из-за горизонта. Среди пурпурной сини зари мелькали странные силуэты, похожие на пузатых больших шмелей красного цвета. Приглядевшись, я понял, что это не звери, а практики верхом на неких мобильных устройствах, позволяющих им парить и летать с приличной скоростью. Короткие крылья, хвост, пара гудящих пропеллеров, исходящий паром котел и емкости с левитирующим газом. Устройства как по звучанию, так и из-за открытой кабины напомнили мне мопеды.

— Ка-ка-ка! — донесся до пассажиров каркающий смех Красных могильщиков. — Бросайте оружие или прощайтесь с жизнью!

Сервы, конечно, не могли сопротивляться пиратам, а вот практики решили дать отпор. Среди пассажиров их было не так много, но вместе с командой дирижабля они представляли грозную силу. Тем более, жалкие воздушные бандиты не знали, что данным рейсом летит сам Сумасшедший Кочегар Ли и Храбрая Облачница Сати.

На некоторых летающих мопедах к дирижаблю спускалось сразу по паре человек. Головорезы спрыгивали на заднюю площадку или мостки, шедшие по периметру гондолы. Сражение закипело. В прямом и переносном смысле: нам перебили одну из паровых труб, и коридор частично заволокло паром. Огненные техники летали то тут, то там. Громыхали выстрелы паровых кулеврин. У меня сложилось ощущение, что мы попали на войну почти что современной эпохи, а не средневековья.

Помимо мопедов, нам противостоял еще и вражеский дирижабль. Выглядел он как хаотичное нагромождение пушек, пропеллеров, котлов и газовых емкостей, спальных корзин, болтающихся крюков, веревок… и даже гамаки висели снизу, покачиваясь на ветру. Но каким-то образом монструозное чудо инженерной мысли висело в воздухе, не думая падать. Огромные паровые пушки наносили солидный урон нашему транспорту.

Сати мгновенно окуталась в мифриловый доспех и двинулась вперед по коридору. Я метал кочеранг из пробоины в корпусе, стараясь достать пролетавших мимо пиратов. Периодически получалось. Вскоре рядом с Бхоль почти не осталось защитников — их всех оттеснили или изранили пираты. Лишь мужик с пышными усами сражался отчаянно. Он находился на ступени Бойца, но фехтовал с поразительным умением.

Операция “манекен” продолжалась: воздушные налетчики не могли одолеть воительницу в мифриловых доспехах, пока ее подельник метал по ним загнутый клинок, больно бьющий алыми разрывами.

Раздался еще один взрыв. Нам разворотило одно из оборудованных мест стрельбы из паровой пушки. Раненый боец выполз из разрушенного закутка, истекая кровью. Я помог ему и применил целебный огонь. Кое-как поставил практика на ноги. В данный момент у нас каждый солдат был на счету.

Гондола зияла множеством отверстий разного диаметра. Мы начали потихоньку падать. Очевидно, что основную угрозу для дирижабля представлял вражеский корабль.

— Держитесь! — метнул я кочеранг в последний раз, попав в плечо одному из пиратов. — Попробую добраться до главного судна!

— Будь осторожен! — коротко ответила Бхоль, делая очередной выпад ивовым клинком.

Разрушений в нашем корабле было столь много, что мне не составило труда найти пробоину и забраться наверх. Пробравшись по обшивке, я проскользнул мимо пары шаров с газом и выбрался на крышу дирижабля. Кожаные и каучуковые емкости слегка пружинили под моими ногами. Прямую защиту имела только гондола. По всей видимости, если навесить броню вокруг всего шара, то подъемной силы не останется ни на что иное.

Вражеский корабль нависал сверху. Он подошел к нам довольно близко, плюс от пружинящих шаров можно было оттолкнуться, но по моим прикидкам преодолеть такое расстояние у меня бы не вышло. Летать я пока не умел, только далеко прыгать. Вокруг носились пираты на мопедах. Бандиты пытались достать меня, метая заряженные огнем дротики, которые я старательно отклонял воронкой-щитом.

Мелькала идея попытаться завладеть воздушный глайдером, но его управление выглядело сложным. Я сомневался, что смогу разобраться сходу. В голову пришла иная идея.

Подобрав подходящий момент, я разбежался по пружинящей крыше дирижабля, сделал распрыжку и сильно оттолкнулся, использовав огненный Шаг. Шкура емкости не выдержала пламенного Хлопка и лопнула. Выпущенный на волю разогретый газ придал мне немного дополнительного толчка. Кстати, газ этот ужасно вонял, напоминая смесь запаха протухшего яйца и птичьего помета с фермы.

Глазомер меня не подвел. Я сумел дотянуться в прыжке до пролетающего мимо мопедиста. Гаденыш, правда, целился именно в меня и сумел достать дротиком в плечо, пробив Барьер. Но затем бандит познакомился с лезвием моего кочеранга и улетел вниз, навстречу ржавому песку пустошей. Красному могильщику достойная смерть.

Летающий мини-дирижабль начало уводить в сторону, так что медлить я не стал. Быстро залез на сиденье, примерился и снова оттолкнулся мощным огненным Хлопком. Воздушный мопед закрутило из-за моего толчка и понесло куда-то вниз. Я же взвился в воздух и сумел-таки дотянуться до одной из свисающих с судна веревок. Пираты еще не успели среагировать толком на мои акробатические этюды, так что я воспользовался заминкой сполна.

Подтянулся на веревке и забрался на мостки. Затем потратил несколько секунд на то, чтобы исцелить собственное плечо. После чего побежал по хлипким мостикам и переходам, громя вокруг себя все, что только попадалось на глаза. В том числе уничтожил и две точки с паровыми пушками и стрелками невысокой ступени, большую котельную и множество емкостей с газом.

Красные Могильщики поняли, что их резиденции угрожает опасность, и потянулись обратно на защиту летающего форпоста. Вот только многих перебили защитники пассажирского дирижабля, да и мы с Сати избавились от кучи противников. Порой не успевал искры души поглотить даже.

Я забурился внутрь вражеского судна и принялся уничтожать газовые хранилища. Воняло адски, но корабль начал постепенно снижаться. А затем и перешел в свободное падение. Красные Могильщики пытались остановить меня, но нападали хаотично, да и в узких проходах внутренних переборок летающего монстра напасть вдвоем было сложно.

Лишь в конце я столкнулся с умелым Мастером. Судя по всему — главой пиратов. Вожак Могильщиков не имел попугая на плече, повязки на глазу или протеза вместо ног. Он походил на пилота старого истребителя с его шлемом и круглыми очками, защищающими от ветра. Вот только занятный внешний вид не отменял его боевых навыков. Мне приходилось отступать, периодически получая неприятные раны. Ци стремительно подходила к концу, и восполнить ее с помощью воронки вожак мне шансов не давал.

К счастью, летающая пиратская база падать бесконечно не могла. Мне удалось в небольшую щелку заметить приближение песчаной поверхности. И в нужный момент я прыгнул высоко вверх, протиснувшись в отверстие между газовыми хранилищами.

Главарь замешкался, не последовав за мной сразу, и тут его настигли тяжелые последствия. Огромная махина ударилась о земную поверхность и сложилась словно карточный домик, похоронив под собой многих пиратов. Рудый песок Пустошей, окрасившийся на рассвете в кровавые тона, стал последним пристанищем Красных Могильщиков.

[Сати Бхоль]

Обучение на Граничном острове дало Сати многое. Некоторым советам Фенахо девушка решила все же следовать. До крайностей она доходить не собиралась: например, манипулировать своим партнером, лгать и пользоваться его деньгами или положением. Фенахо считала, что своей красотой надо пользоваться как оружием, и жалкие мужчины достойны быть лишь жертвами, у которых выкачиваются все ресурсы. Подобное поведение претило ее сущности.

Однако кое-что Бхоль взяла на вооружение: постаралась вести себя более зрело и не показывать свою зависимость. Хоть в душе ее все пело и трепетало в моменты близости, она старалась сильно не давать волю эмоциям. Не докучать партнеру, но и не упускать его из виду. Получать удовольствие, но не забывать его доставлять. Сделать так, чтобы отношения никого из них двоих не тяготили.

Путь к Хрустальному пику привел их в прибрежный город, в котором они провели много замечательных часов. Кое-какие интимные советы неопытной Бхоль пригодились и на практике. Несмотря на все ее заскоки, она была благодарна настоятельнице за науку. Духовные техники работали как следует, уберегая разум от чрезмерных нагрузок, а тело от незапланированной беременности. Вкусив запретный плод, Бхоль поняла, почему многие легко теряли гармонию Ши во время соития. Напор духовной энергии партнера был настолько силен, что она чуть не растворилась в нем, растеряв собственное я. Лишь медитативные огненные техники позволили ей не потеряться в водовороте страстей.

Среди ночи на дирижабль, в котором они летели, было совершенно нападение. Господин, как обычно, бросился в самое пекло, решив в одиночку расправиться с вражеским кораблем. Сати останавливать его не стала, прекрасно понимая, что в такие моменты мало какие доводы подействуют. Свои переживания за любимого человека пришлось запихнуть куда поглубже и сосредоточиться на схватке.

Ивовый клинок легко находил бреши в легких доспехах пиратов. Мало кто из них носил полноценные доспехи, не говоря о паровых. Вероятно, такому отношению способствовала воздушная жизнь, которая не терпела перегруза из-за лишнего веса. Чрезмерно тяжелые доспехи отправлялись в утиль первыми.

Мифрил прекрасно защищал от налетчиков, хоть один Адепт и смог уколоть ее в бедро стремительной атакой. Бхоль чуть ли не в одиночку сдерживала наплыв бандитов некоторое время. Пока среди нападающих не начали раздаваться вопли:

— Полундра! Враг проник на корабль! Отходим! Защитим матушку “Тихоходку”!

Пираты постепенно отступали, садились на свои легкие воздушные суденышки и неслись в сторону материнского дирижабля. Сумасшедший Ли сумел наделать достаточно шума.

По всей видимости, пираты поняли, что стремительный наскок провалился. Слишком остры оказались зубки у жертвы. Красные Могильщики решили уничтожить их дирижабль и принялись палить со всех орудий. Тяжелые болванки пробивали металлические переборки словно папирус. Второстепенные и резервные котлы взрывались, пар окутывал судно, дирижабль накренился и пошел вниз.

Одно из ядер больно ударило Бхоль в бок, отчего ее развернуло и чуть не скинуло в провал в стене. Барьер Адепта и мифриловая броня сдержали удар.

А вот усатому мужчине, который достойно сражался рядом с ней, повезло меньше. Он и так был серьезно ранен одним из пиратов. Но сейчас ему досталось еще больше: небольшое ядро попало ему в грудину и проделало сквозную дыру.

Поняв, что врагов на судне не осталось, Сати несколько секунд раздумывала, идти ли на помощь господину, но она так и не нашла способов перебраться на удаляющийся пиратский корабль. Поэтому решила заняться ранеными.

— С-стой… Йонхоль… — выдавил из себя нечто нечленораздельное пострадавший усач, который ранее до нее домогался.

Сейчас было не до старых обид, тем более дядя в шляпе не показался ей отпетым негодяем. Скорее несколько развязным и фамильярным.

Сати достала бальзам с бинтами и попыталась помочь раненому. Кровь останавливаться не желала. Удар ядра пришелся рядом с сердцем, и, похоже, орган задело осколками костей. Обычный человек уже был бы мертв, но незнакомец держался. Из последних сил он подтянулся и схватил ее за руку смертельной хваткой. Приблизил свое бледное лицо с выкаченными глазами.

— Ты… должна… найти Пак Хмина… в Катакомбах Инчхена… Обязательно найди его! — прохрипел он на последнем издыхании. — И тогда… узна…

Но договорить незнакомец не успел. Силы покинули смертельно раненного, и мужчина затих, завалившись обратно на пол с открытыми неподвижными глазами.

Несколько секунд Сати сидела рядом, осмысливая слова незнакомца. У нее возникло ощущение, словно он знал ее. Но, скорее всего, ошибочно принял за кого-то знакомого. Тем не менее, витать в облаках у нее времени не оставалось. Мотнув головой, Бхоль прикрыла глаза погибшего, затем поднялась и отправилась помогать другим раненым. Если бы господин находился на дирижабле, было бы намного проще спасать людей, но не всегда есть такая возможность. Сати бинтовала раны, пережимала артерии и наносила живительный бальзам, как ее учили в Ордене Семи Облаков. Делать все, что в ее силах и помогать страждущим — таков девиз ее ордена.

Дирижабль потерял много газовых мешков, да и котельная вышла из строя, так что падение остановить не удалось. Приземление вышло скверным, но, к счастью, конструкция гондолы выдержала удар.

Выбравшись наружу, Сати быстро отыскала место падения вражеского дирижабля, и помогла Ли Кону справиться с оставшимися пиратами. Некоторые, видя крах своей ватаги, разбежались, улетев на своих мини-дирижаблях. Сражение с Красными Могильщиками подошло к концу.

Оба воздушных корабля рухнули на землю. Из-за разрушения котельных образовались очаги возгорания. Шкуры и каучуковые емкости пылали только так. Они с господином принялись помогать тушить пожары, но один из членов команды их сразу отогнал, объяснив, что смысла тушить купол уже нет: воду в текущей ситуации надо беречь, да и избавиться от огня будет дико сложно.

Вместо этого они организовали закуток с навесом, куда стащили раненых и разные припасы. При этом выживший кочегар дирижабля заставил их устроиться на скальном пригорке, подальше от рыжего песка пустошей. Затем Ли начал свою стандартную процедуру: поглощал ци у любых доноров через свою Клешню и занимался целительством. Пострадавших было много, и не всем удалось дождаться помощи. Усатый мужчина в шляпе отправился на перерождение.

Сати передала большую часть резерва господину, после чего отправилась вместе с еще несколькими смельчаками исследовать развалины пиратского корабля. Не зря она не снимала свой чудо-доспех: несколько выживших устроили засаду, пальнув по ней из паровой пушки. Мифрил выдержал. К счастью, фехтовальных умений, экипировки и крох энергии хватило, чтобы зачистить бандитскую базу. Лазя по покореженному остову, Бхоль наткнулась на пронзенного железной балкой хорошо экипированного мужчину в летных очках. Суть показала, что им был вожак Красных Могильщиков. Сати порадовалась, что Ли Кону удалось одолеть Мастера, и без лишней брезгливости забрала его гибкую артефактную саблю и миниатюрный паровой пистоль.

Лагерь на скале постепенно обрастал удобствами. Кто-то притащил большой контейнер, частично заполненный водой. Распределили обязанности и назначили дежурного, который должен отмерять порции воды. В Красных Пустошах жидкость была на вес золота.

К полудню Ли Кон закончил с ранеными. Несколько человек лишились пальцев и конечностей, но им Непостижимый Целитель лишь закрыл раны. Отращивание рук и ног — слишком долгий процесс.

Удалось найти парочку “москитов” в рабочем состоянии, как жители называли миниатюрные дирижабли с пропеллерами. Еще однин или два техник с дирижабля обещал починить, используя запчасти с других поврежденных аппаратов. В основном у москитов были погнуты пропеллеры из-за падения, или взорван котел попаданием из паровых пушек, либо метательного клинка Ли.

Улучив момент, Сати поведала молодому господину о последних словах незнакомца. Ли Кон передернул плечами:

— Найти Пак Хмина в катакомбах Инчхена? Похоже, на бредни умирающего. Но после того, как избавимся от Когтя, можно будет и заскочить в этот загадочный Инчхен.

— Разумно, — кивнула Бхоль. Ей было любопытно, что все это значит, но она понимала, что есть дела поважнее.

Глава 21

[Ли Кон]

— Они здесь, — цыкнул один из выживших техников, глядя вдаль, прищурившись.

Полуденное солнце светило ярко, отчего ржавые песчаные барханы переливались и слепили глаза.

— Кто? — спросил я.

— Песчаные черви. Хозяева Красных Пустошей…

— Песчаные черви? Серьезно? — приподнял я брови в удивлении.

С некоторыми фантастическими вселенными я был знаком очень хорошо. Чем еще заниматься на смене в кочегарке, как не чтением художественной литературы? Песчаные черви представлялись мне громадными монстрами, обитающими в пустынном море. Больше, чем гигантозмеи, с одним из которых я имел крайне близкое знакомство.

— Так вот зачем мы на пригорок забрались, — осмотрелся я. — Нас здесь точно не достанут?

— Нет, можете быть покойны, — заметил техник.

Я не разделял уверенности практика из команды, поскольку песчаные дюны начинались всего в нескольких метрах ниже нашего лагеря. Поэтому обнажил свой кочеранг, чтобы встретить неприятеля в полной боеготовности. И ведь ци еще не до конца успел восстановить. Как невовремя.

Вот уже и я увидел, как холмики песка перемещались в нашу сторону на большой скорости. Песчаные черви ползали быстрее бегущего серва. Но кое-что сразу показалось мне странным. Когда первый монстр вылез из песка у подножия нашей скалы, я осознал, в чем дело и рассмеялся.

Выбравшаяся из песка пасть достигала в диаметре одного шага. В длину, судя по всему, песчаные черви достигали десяти шагов или около того. Пользовались огненными техниками для передвижения под песком. То есть, для обычного человека они представляли смертельную опасность, конечно. Для практика, тем более ступени Адепта — нет. Контраст оказался настолько разительным с моими представлениями, что я еще долго улыбался, глядя на копошащихся внизу червяков.

Даже метнул кочеранг в одного особо наглого, но техник меня предостерег:

— Не злите песчаных червей. Они — священные животные для нас.

— Да? С чего бы такое отношение?

— Песчаных червей разводят многие страны, граничащие с Красными Пустошами.

— На мясо?

— Побойтесь Гатхи! Песчаные черви выделяют особый газ в процессе пищеварения, который используется в дирижаблях. Именно благодаря им простой человек смог подняться в небо! — благоговейно прошептал техник.

— Ого! Так вот он, какой местный “спайс”… — присвистнул я.

Теперь стало понятно, на какой тяге летают воздушные вундервафли. В принципе, меня детали интересовали не так сильно, как практическая сторона вопроса. А именно: как научиться управлять ховербайками, доставшимися нам от пиратов.

Один практик почти сразу отправился в ближайший город, чтобы сообщить о происшедшем, привести подмогу и воду. Среди пассажиров уцелело больше двадцати человек, и их следовало вызволять. По всей видимости, их потащат назад в Гуанджар, поскольку он ближе, чем остальные заселенные земли.

Мне не хотелось ждать следующего рейса, тем более что в нашем распоряжении оказался рабочий москит. Окружающие высоко оценили наш вклад в разгром пиратов, поэтому никто не спорил с тем, чтобы мы присвоили себе некоторые припасы Красных Могильщиков. Экипировку их вожака, которую забрала Сати, можно будет продать за приличные деньги. Его сабля была сделана из мифрилового сплава.

На червей мы перестали обращать внимание. Забраться на скалу песчаные монстры не могли. Я приступил к изучению крылатого мопеда. Элементов управления у него было множество. Пускай аппарат и был довольно примитивным, разобраться сходу со всеми деталями было непросто. Без помощи техника вряд ли бы я смог понять назначение хотя бы половины рычажков и переключателей.

Баллоны с газом находились сзади и спереди, котел вместе с движителем снизу, поэтому центр тяжести находился ниже седла. Москит был довольно компактным и мог поднять максимум двоих легковесных пассажиров, либо одного с грузом. На некоторые ставили паровые пушки.

Крен обеспечивался наклоном корпуса, рысканье — переключением хвостового вертикального руля, а тангаж — от хвостового горизонтального руля, а также подачей тепла либо в передний, либо в задний газовый баллон. В зависимости от того, в какую сторону требовался тангаж.

На практике пилотирование данного аппарата было той еще хитрой задачкой. Сначала следовало наполнить котел духовным огнем в достаточной степени. Чтобы не улететь куда-нибудь ввысь, но как раз оторваться от земли, я привязал аппарат веревкой к грузу на время тренировки.

Один раз чуть не отправил аппарат в пасть к червям, но, резко выбросив тепло в баллоны, сумел подкинуть москит наверх. Оказалось, что центр тяжести находится не так уж и низко, поэтому небольшое отклонение корпуса вбок может серьезно накренить судно. Пираты показывали чудеса пилотирования, но у них явно был большой опыт в управлении москитами.

Движитель негромко тарахтел, когда рукоять хода выкручивалась до упора. Благодаря пропеллерам удавалось достигать больших скоростей. Главное — не свалиться на близко расположенные крутящиеся лопасти, а то без конечности могут оставить. О мерах безопасности пираты имели смутное представление.

На следующее утро вернулся наш посыльный с запасами воды и еды. Было принято решение брать пострадавших на борт следующим рейсом пассажирского дирижабля, так что бедолагам придется прождать еще несколько дней, прежде чем их подберут.

Мы же задерживаться не стали. Кое-какой запас воды у нас имелся, да и, на худой конец, можно распотрошить котел москита, где содержалось несколько литров воды. Мы вдвоем с Сати и Чебулем создавали некоторый перегруз, но проблему можно было решить дополнительным нагревом котла, что для двух Адептов не было большой сложностью.

Тепло попрощавшись с оставшимися пассажирами и членами команды, мы покинули наше временное пристанище на верхушке скалы. Правил я аккуратно, стараясь сильно не гнать. Сати сидела сзади меня, приобняв за талию и прижавшись к спине. Пароховер гнал с приличной скоростью, ветер трепал волосы и свистел вдоль обводов корпуса, солнце сполна прогревало землю и случайных путников, гудели двигатель и пропеллеры, булькала в котле вода, чувствовалась приятная мягкость прижавшейся девушки, периодически из дюн выныривали зубастые округлые пасти песчаных червей, привлеченных шумом. Кайф, одним словом. Доводилось мне кататься несколько раз на мотоциклах, и москит дарил схожие ощущения. Скорость мини-дирижабля была не столь впечатляющей, но свобода передвижения в воздухе сполна нивелировала данный недостаток. Интересно, смогли бы мы преодолеть Четверной предел, если бы обзавелись таким чудом техники? Не уверен на самом деле, что он сможет подняться высоко в горы, но в остальном польза от москита была значительной.

Путешествуя по Красным пустошам, мы следовали советам местных жителей и останавливались только на скальных основаниях. Порой приходилось плутать, но дело того стоило.

Лето было в самом разгаре, и днем температуры поднимались до адских отметок. Чебуль изнывал от жары, стараясь забраться в тенек. Но тела пламетворцев чувствовали себя в пустынном пекле нормально. Я ощущал, что температура наших тел поднимается вместе с окружающей средой, и дискомфорта это не добавляло. Наши организмы серьезно изменились, пройдя через закалку и путь Цунь-Ши-Дао. Мы почти не потели. Исключение составляли слишком жаркие схватки, когда ты укрывался слоями Барьеров и брони, а повсюду летал горячий духовный огонь. Когда шли тренировки Цунь в зале закалки или когда мы с Сати решали узнать друг друга поближе. В Пустошах нам удалось уединиться, отчего нельзя было не воспылать.

В общем, перелеты на моските по раскаленной пустыне нам с Сати пришлись по душе. И даже напавшая на нас стая огненных стервятников не испортила настроение. Двигались они благодаря реактивным струям быстрее пароховера, но против кочеранга нет приема. Потеряв пару сородичей, птицы отстали.

За москит нам порой было тревожно. Аппарат был собран кустарным способом. Пропеллеры и двигатель были изготовлены, скорее всего, профессионалами Хрустального пика, если мы правильно интерпретировали метку на металле. Но все остальное выглядело как груда хлама, по недоразумению способная поднимать людей в воздух. Да еще и песок не щадил движущиеся части, хоть я и старался держаться повыше. Тем не менее, я надеялся, что москит нам еще послужит. Надо только будет смазать и немного подремонтировать.

Красные Пустоши занимали огромную территорию, но благодаря паровому ховеру нам удалось преодолеть пустыню всего за несколько дней. На севере лежало относительно крупное государство под названием Фойджин. В северной его части пролегали обширные горы, где и находился искомый Хрустальный Пик.

Красные марсианские пейзажи сменились вполне привычной зеленой растительностью с примесью рыжих ноток из-за местного травянистого покрова. Наконец, появились нормальные водоемы, ручьи и речки. Обнаружив укромное озеро, мы с удовольствием искупались. Не удержались и еще немного позанимались Цунь-Ши-Дао, на пару воспылав. Фенахо была права: эффект от частой близости значительно снижался. Интересно, что будет, если менять партнера? Ведь тогда к чужому огню ты привыкнуть не успеешь.

Спустя пару дней полета мы добрались до крупного города под названием Иборан, где решили остановиться на некоторый срок. Про маскировку свою мы не забывали, хотя про нас в этих краях мало кто знал. Хургл вызывал удивление только как экзотичный питомец.

Мы быстро разыскали лучшую кузнечную мастерскую города, в которой заведовал аракиец ступени Мастера. Звали его Гарруд. Рослый горец мощного телосложения с бородой-лопатой. Под его началом ходило более десятка подмастерьев, что занимались в основном примитивными заказами вроде гвоздей и подков.

Паровую технику осматривал лично Гарруд, тем более мы хотели в качестве оплаты сбагрить ему трофейное оружие пиратов. Принял нас кузнец вполне добродушно. Аракиец сходу вызывал доверие, однако я знал, что это чувство может быть обманчиво.

— Ха, собрались на Хрустальный пик на этой груде хлама, зорх?! — развеселился мастер, когда мы пояснили, куда планируем слетать. — Да он и до трети не поднимется, с двумя-то пассажирами!

— Гя-уш! — пискнул хургл.

— С тремя, — поправился он, усмехнувшись. — Котел спалите, пытаясь забраться выше. Зорх… Можем добавить несколько баллонов с газом по бокам… Но мощность котла ограничена. Все равно до вершины не доберетесь.

— Хотя бы пол пути преодолеть — уже плюс.

— Движитель совсем плох. Проще полностью заменить. Есть более свежая модель в наличии.

— Будет зависеть от стоимости…

Немного поторговавшись, мы с Сати договорились об апгрейде для нашего стального коня. Обменяли на все наши трофеи. Но потраченное не было жалко. Возможность быстро передвигаться по воздуху стоила любых вложений. Паровой пистоль вожака пиратов тоже продали. Все равно подобное оружие практиков старших ступеней не брало.

Мы разместились в хорошей гостинице и продолжили тренировки. Ши благодаря найденному Якорю росло очень быстро, Дао на пиратах и совместных утехах тоже удалось неплохо прокачать. Цунь практически достиг максимума. В Иборане имелись термы с залом закалки уровня Мастера, так что мы с Сати попробовали там свои силы. На этот раз я сумел продержаться дольше, но до заветных двух часов не дотерпел. Снова пришлось лечить свою подкопченную тушку.

Находясь в крупном поселении, мы все время озирались и напряженно следили за любой группой опасно выглядящих лиц. Ибо нельзя исключать, что местные служители Орока не учуют Коготь. Но пока футляр, судя по всему, справлялся со своими обязанностями.

Спустя пару дней получили свой москит обратно, отремонтированный, улучшенный и даже покрашенный в серый матовый цвет, не дающий бликов. Дабы потенциальному врагу было сложнее засечь аппарат. Работал теперь москит немного тише, смог разгоняться до чуть более высоких скоростей и подниматься на большую высоту. На таком пароховере и в ресторан девушку свозить не зазорно.

— Малыш еще прослужит вам долго, зорх! — любовно похлопал аракиец по корпусу москита.

Мы попрощались с Гаррудом, забрались в седло аппарата и быстро прогрели котел. Газовая смесь нагрелась, слегка расширившись, и потянула нас ввысь. Никаких правил воздушного движения здесь не существовало, разве что торговым кораблям следовало заходить через таможню.

Поднявшись наверх, мы заметили нескольких воздушных всадников, патрулирующих над городом. В Иборане существовала и такая служба контроля. Паровая техника была удовольствием не из дешевых, и местные служащие использовали иное средство передвижения: огневок. Те самые бабочки, из крыльев которых получались восхитительные живые наряды с эффектом восстановления. При этом они имели мало общего с земными медлительными бабочками. Намного больше в размерах и способные молниеносно разгоняться до высоких скоростей с помощью огненных всплесков. Даже наш улучшенный москит всадник верхом на огневке мог догнать.

Запоздало я осознал, что забыл спросить у Гарруда, к кому лучше всего обращаться из Небесных мастеров. Но решил уже не возвращаться.

Нам удалось миновать инспекторов воздушного контроля и спокойно покинуть город. Благодаря дополнительным емкостям с газом москит потреблял меньше духовной энергии, при этом летел немного быстрее. Аэродинамика пострадала, но новый движок скомпенсировал недостаток.

Несколько дней у нас ушло на то, чтобы добраться до Хрустального Пика. Москит успешно преодолел пару горных перевалов, но было заметно, что ему тяжеловато подниматься на такую высоту. Мы избегали людных мест, опасаясь привлечь внимание тех, кого не стоит привлекать.

Хрустальный Пик был виден издали и сразу узнаваем. Склоны этой горы были покрыты красивыми наслоениями из прозрачного минерала, что переливались и искрились, отражая разноцветные солнечные отблески в разные стороны.

Внизу находилось небольшое поселение, но в основном товары перевозились по воздуху, минуя перевалочный пункт. Вверх вела узкая и крутая дорога, которой пользовались на так уж и часто. Мы подняли москит на максимально доступную высоту, после чего приземлились в укромном месте на склоне и тщательно спрятали летательный аппарат.

Затем вышли к тропе и начали подниматься. Виды открывались потрясающие. К горам мы уже были привычны, а вот необычная хрустальная особенность была для нас внове.

Во второй половине дня мы добрались до вершины. Здесь, среди хрустальных друз, каменных глыб, прозрачных сталагмитов и завываний холодного горного ветра расположился немаленький город. По всей видимости, вершину сравняли пламетворцы, поскольку такое ровное плато на высокой горе редко встретишь.

В отличие от Кузни Трех Хребтов здесь все жили вместе: рудокопы, небесные мастера, прислуга, пекари, брадобреи и так далее. Город отличался обилием роскошных строений, чадящих труб многочисленных кузниц и плавильных мастерских. Заметил и грузовой дирижабль, который стоял в воздушном порту. Мне стало любопытно, как он сумел подняться на такую высоту. Разгадка пришла быстро. Строить дирижабли, способные подняться на вершину пика, нерационально, поскольку в остальных частях континента такие мощности не требовались. Для дополнительной подъемной тяги сверху временно цепляли еще один купол с газом.

Мы прошлись по городу, немного поспрашивали местных о разных Небесных мастерах, но не смогли сходу выбрать лучшую кандидатуру.

Прогуливаясь возле большой мастерской, меня кольнуло чувство правильности данного пути. Кузница была одной из самых крупных и роскошных, что мы видели.

— “Мастерская Айкорна”, — прочитал я вывеску.

— Айкорн — тот, что ступени Посвященного? — заметила Бхоль. — Идем внутрь?

— Пожалуй, — кивнул я.

Мы зашли внутрь лавки и сразу попросили встречи с главным мастером по важному вопросу. Наши ступени и богатый наряд убедили персонал, что мы не будем тратить время сударя Айкорна понапрасну, так что вскоре нас пустили к Небесному мастеру.

Айкорном оказался седеющий старик крепкого телосложения с пронзительными глазами. Силу пламетворца он явно не растерял.

— Кто такие? С чем пожаловали?

Врать Небесному мастеру мне показалось дурным тоном.

— Ли Кон из рода Чай, также известный как Сумасшедший Ублюдок Ли, и мой вассал Сати Бхоль из Ордена Семи Облаков.

— О, слыхал о ваших похождениях на юге, — в глазах Айкорна появился интерес. — Чем могу быть полезен?

— Мы пришли по важному вопросу, но прежде… позвольте убедиться в том, что вам можно доверять.

— Пожалуйста! — махнул мастер. Посвященный нас не сильно опасался, очевидно.

Я поднес рукоятку кочеранга к руке старика и активировал зеленый огонь. Айкорн не возгорелся вдруг черным пламенем, пройдя проверку.

— Целебный артефакт? Интересно…

— Хорошо, — кивнул я и выложил на стол заветный футляр. — Здесь находится темный артефакт под названием Коготь Орока. Возможно, вы слышали о таком?

— Доводилось…

— Мы ищем способ уничтожить проклятый артефакт. Сможете ли вы это сделать?

— По слухам, Коготь Орока никакой жар не берет… — протянул мастер задумчиво и подошел к футляру. — Мне надо осмотреть артефакт.

— Осторожно! Темная аура может привлечь приспешников Орока.

— Не переживайте, аура Посвященного скроет темную силу…

Айкорн окутал шкатулку желтым огненным туманом и открыл крышку. Чернильному огню не удалось пробиться через завесу.

Старец поднял кинжал и, к нашему удивлению, любовно погладил:

— Молодец, что привел их сюда…

Внутри меня все похолодело. Я лишь успел подняться с кресла и отклониться влево, защищая сердце, как стремительно рванувшийся Коготь Орока воткнулся мне в грудь.

Глава 22

— Господин! — выкрикнула Сати отчаянно.

Адская боль отдалась в каждой клеточке организма. Создалось впечатление, что удар пришелся не только в мое тело, но пронзил саму душу. Жизнь и энергия начали стремительно покидать мой организм.

В глубине разума билось сожаление на счет собственного недальновидного решения. Я поверил ощущению, которое мне внушил проклятый кинжал, и зашел именно в кузню одного из последователей Орока. Мне удалось привыкнуть к нашептываниям Когтя, но такое слабое внушение распознать не вышло. За что теперь приходится расплачиваться, страдая от разрушения собственной души.

Айкорн навалился на меня и прижал к полу, стараясь вдавить костяной кинжал как можно глубже. Однако не особо острое лезвие Когтя застряло где-то в ребрах. Сати выхватила свой клинок и сделала попытку ударить, но не смогла пробить сверкающий желтый Барьер Посвященного. Айкорн отмахнулся от ученицы, и широкая волна огня отбросила Бхоль в сторону. Девушка пролетела через всю комнату и врезалась в стену.

Я схватился за рукоятку правой рукой, однако ладонь пронзила чудовищная боль. Рука начала неметь и чернеть.

— Как? — прохрипел я, задыхаясь от пронзающей каждую частичку моего естества боли.

— Как я прошел твою проверку? — усмехнулся Айкорн. — Не каждому верному слуге Владыки требуется поддержка в виде темного огня. Мне и своих сил хватает, как видишь. А ты неплохо держишься, Ли…

Следом за короткий промежуток времени случилось сразу несколько вещей.

— Мерзавец! — рыкнула Сати, впав в режим берсерка.

— ГЯ-УШ!!! — прошипел встревоженный хургл, поняв, что происходит неладное.

Бхоль понеслась на Айкорна, окутавшись тяжелой мифриловой броней и использовав Шаг для разгона. Хургл прыгнул на лицо мастеру и вцепился в окружающий его Барьер, напитав свои коготки багровым огнем. Жаль, не в кожу. Но Чебулю удалось на время закрыть ему глаза, значительно снизив видимость. Айкорн напрягся, выставив духовный Щит со стороны несущейся ученицы. Опасался, что тонкий пробивной ивовый клинок сможет пронзить его защиту. Оружие Сати завязло в преграде, не достигнув цели, однако набранная бронированной защитницей скорость была такова, что девушка толкнула Айкорна в сторону, из-за чего он ослабил хватку. Чебуль же помешал практику быстро среагировать на ситуацию.

В этот же момент и я предпринял попытку освободиться. Живой рукой я схватить проклятый Коготь, находящийся в руках врага, не смог, но у меня имелся козырь в рукаве. Фигурально и буквально выражаясь. Выпрастывав из левого рукава Клешню, я зацепился хватами за основание кинжала и с силой потянул от себя. Пока Айкорн был сбит с толку и ослеплен, следовало развивать успех.

Где-то из недр сознания, из детских времен увлечений боевыми искусствами, я выудил прием обезоруживания неприятеля с ножом. Крутнув сильно локтем и кистью, я сумел вывернуть Коготь из лап небесного мастера.

— Ты… — процедил он сквозь зубы, скидывая Чебуля с себя и швыряя зверька о стену.

Следующим своим действием он нанес Сати размашистый удар вытянутым узким клинком, мгновенно вынутым из ножен. Нечто вроде продвинутого Разреза смогло пробить Барьер, мифриловый доспех и нанести неглубокую рану.

Я сполна воспользовался образовавшимися долями секунды, рванув вперед и воткнув Коготь в неприятеля. Рывок получился слабым, ибо израненное тело плохо слушалось меня. Сами физические повреждения меня не сильно беспокоили — бывало и хуже. Но тяжелая, вязкая боль продолжала пульсировать в где-то в глубинах души, а котел Дао работал с перебоями. Тем не менее, этого хватило для того, чтобы сократить расстояние, пробить желтый сверкающий Барьер и вонзить кинжал в живот. В сердце целить не стал, поскольку знал о крепости костей пламетворцев высоких ступеней. Промахнуться по сердцу было слишком легко.

Сати вовремя сблизилась с Айкорном и обвила его правую руку ивовым клинком. Пробить его Барьер Бхоль не могла, зато сумела обезопасить от нанесения ответного удара.

— Я — Великий Айкорн! — прорычал мастер, поняв, что попал в ловушку. — Вы не уйдете отсюда живыми!

Я почувствовал, как по кинжалу в меня начал перетекать поток энергии. Почувствовалась эйфория и приток сил, как при потреблении искр Дао. Часть энергии рассеивалась в окружающее пространство, и ее подбирали невольно либо Сати, либо Чебуль. И в данном случае частичек души было намного, на пару порядков больше, чем при обычном убийстве практика. А если присовокупить к этому ступень Посвященного, то выходил очень солидный куш. Я ощущал, как мое Дао растет не по дням, а по секундам.

Айкорн пытался вырваться из хватки. Сати навалилась на него всей своей массой вместе с доспехом, сковав кузнеца не только гибким клинком, но еще и ногами, полностью повиснув на нем. Тем не менее, Небесный мастер вместе с нами двумя скакал по помещению, бился о стены и потолок. Наша шумная схватка наверняка привлекла массу внимания, но все происходило настолько стремительно, что помощь не успела прийти к Айкорну.

Прислужник Орока быстро слабел по мере высасывания из него жизненных сил и разрушения души. Мы с Сати словно пиявки прицепились к противнику, и не думая отпускать. Я же наоборот креп с каждой секундой. Мои душевные раны быстро затягивались, и наверняка Дао быстро росло.

Вот так и надейся на выявление слуг Орока с помощью целебного огня или Жгучей воды. Но, если он не пользуется проклятым огнем, лишь его действия могут выдать в нем культиста.

Вскоре Айкорн рухнул на пол, его Барьер потух, а кожа стала напоминать бледный пергамент.

— Вам… не уйти… от гнева Владыки… — прохрипел он напоследок.

Раздался негромкий хлопок, сопровождающийся выбросом большого количество частичек души, разрушенной Когтем Орока. Мы с Бхоль не планировали здесь долго задерживаться, но просто так бросить такую поляну не могли.

Мой взор сместился на Клешню, держащую Коготь. Выглядел артефакт крайне скверно. Хваты исказились, металл поплыл и почернел. По всему корпусу разошлись дымящиеся черные линии, похожие по узору на путь молнии по небу. Часть достигла и моей руки. Плоть в этих местах почернела, покрывшись чернильными язвами. От Клешни веяло сернистым жженым запахом.

Артефакт принял основной удар на себя. Страшно представить, что произошло, если бы я держал Коготь голой рукой. Либо он бы меня поработил, либо уничтожил. По всей видимости, как носитель, я для него был слишком неприятен.

Я быстро вложил проклятый артефакт в футляр, после чего его злая энергия перестала так остро ощущаться. Лишь когда в коридоре послышался топот и гомон, мы поняли, что пора покидать “гостеприимную” мастерскую. И срочно.

— Мастер Айкорн, что случилось?! — ворвался практик в обширный кабинет Небесного кузнеца.

За ним в проеме показались головы еще нескольких подмастерьев. Не удивлюсь, если ступени Адепта, а то и выше.

— Мастер?! Ублюдки, вы что сотворили с господином?!

— Они использовали Коготь Орока! Твари!

— Бей мразей!

Я быстро подхватил Чебуля и прыгнул в окно, разбив толстое хрустальное стекло и раму Разрезом. За мной последовала Сати, окутавшись полным доспехом. В мифриловую броню барабанили разные огненные техники. К счастью, серьезного урона Бхоль удалось избежать.

Я чувствовал себя на подъеме. Возможно, удар Когтем еще аукнется в дальнейшем, но эйфория и избыток энергии толкали меня вперед.

— Убийца Небесного Мастера! Уничтожьте его! — раздался полный ненависти выкрик.

Хрустальный пик всполошился. Из разных кузниц выскакивали подмастерья и мастера, подтянулась и местная стража. Слухи распространялись моментально — посредством перекрикивания. Правда, через несколько улиц сломанный телефон давал сбои, но бегущих людей старались задержать в любом случае.

Мы отбивались всеми силами. Я бежал первый, пробивая дорогу и расталкивая практиков, Бхоль изображала мой щит, блокируя многочисленные атаки сзади. Кузница Айкорна находилась чуть ли не в центре, так что нам пришлось бежать через полгорода.

В правом плече разорвался цветок боли. Нашелся какой-то ушлый арбалетчик с особыми заряженным оранжевым огнем снарядом, который сумел выцелить меня на бегу и всадить болт в плечо, пробив Барьер.

— Отрыжка хургла! — ругнулся я.

Мы приближались к каменной гряде, частично опоясывающей городское плато. Двигаться в сторону ворот было глупо, поскольку там нас встретят стражники.

— Сюда! — скомандовала Бхоль, перехватив инициативу.

От боли, повреждений Дао и избытка частиц души соображал я скверно.

— Это же Сумасшедший Ублюдок Ли! Он явился на континент, чтобы творить хаос и нести погибель!

Отрыжка хургла! И почему мы вечно в любом месте влипаем в неприятности?!

— Айкорн служил Ороку! — огрызнулся я, хоть и понимал, что это бесполезно. На мои слова не обратили особого внимания.

Следуя командам Сати, мы запрыгнули сначала на крышу одноэтажного строения, затем перебрались на второй этаж, пробежали по плотной черепице и с помощью шага запрыгнули на один из уступов огромной хрустальной друзы. Летящие огненные росчерки и стрелы со звоном разбивали прозрачный минерал, разлетающийся на мириады осколков.

Возможно, это бы смотрелось красиво, если бы за нами не гналась толпа разъяренных практиков. Несколько Мастеров постепенно догоняли нас с помощью более мощного огненного Шага. Мы забрались на скалу и спешно направились к краю.

— Где-то здесь… — произнесла Бхоль напряженно, двинувшись к обрыву.

Вскоре мы достигли края пропасти. Сильный ветер обдувал нас, стремясь откинуть назад, прямо в лапы настигающих пламетворцев. Внизу раскинулись северные горы провинции Фойджин. Кристально чистый воздух позволял глядеть на десятки километров вдаль.

Кивнув друг другу, мы с Сати разбежались и прыгнули в пропасть. Потоки воздуха принялись трепать наши ханьфу. Мы испустили реактивные струи из наших стоп, разгоняясь еще больше. Несколько Мастеров последовали за нами в пропасть. Обрыв не был полностью отвесным, так что нам приходилось держать особый наклон корпуса, позволяющий продвигаться вперед.

Один настырный практик решил догнать нас, для чего выбросил целый фонтан красного огня из ног. Ракетчик хурглов. Извернувшись, я метнул кочеранг, когда он слишком сблизился с нами. Лезвие пробило его Барьер и нанесло легкую рану в голову. Практик замешкался и раскрыл руки в стороны, потерял темп, а бушующие потоки воздуха его сразу замедлили. На последних сантиметрах дальности я успел вернуть кочеранг себе.

— Здесь! Тормозим! — проговорила Бхоль.

Мы извернулись ногами вниз, и принялись испускать короткие струи огня, снижая собственную скорость. Тормозить было намного сложнее, чем просто развивать скорость, поскольку толчки так и норовили развернуть тебя. В огненном Шаге держать равновесие было сложнее всего.

Не без проблем, но мы приземлились, и я побежал прогревать спрятанный москит, прихрамывая. Сати взяла на себя наших преследователей, перехватив их выше по склону. Операция “манекен” продолжалась.

— Уходим! — крикнул я, когда котел нагрелся в достаточной степени.

Нажав на педаль, я запустил пропеллеры на полную катушку. Газовая смесь еще не до конца нагрелась, поэтому москит поволокло по земле.

— За руль! — скомандовал я, заметив приближающуюся Бхоль.

Задавать вопросов девушка не стала. В элегантном прыжке она приземлилась точнехонько в седло передо мной. Я же принялся активно метать назад кочеранг, не давая практикам подобраться. Однако пламетворцев по нашу душу явилось множество. Со стороны города в небо поднимались всадники на огневках и на других компактных пароховерах. Следовало спешить.

Москит сверзился с края скалы и чуть ли не камнем рухнул вниз. Я уже было подумал, что нам конец. Не рассчитал подъемную тягу, и сейчас наше единственное средство передвижения канет в небытие. Однако пропеллеры сделали свое дело, протолкнув аппарат немного вперед. Мы чиркнули задней частью о край скалы, после чего, наконец, немного отдалились от склона Хрустального пика. Мы одновременно падали и летели вперед. У Сати не было большого опыта в пилотировании, но справлялась она неплохо. Не зря в Пустошах я дал ей пару уроков.

Еще какое-то время я отбивался от настырных практиков с помощью кочеранга. Наконец, мы начали отходить от склона, а никто из преследователей полноценно летать не умел. Они лишь прыгали высоко с помощью Шага, стараясь достать нас разнообразным оружием.

Поняв, что мы ускользаем, один из них додумал метнуть нож в боковую емкость с газом. Четыре штуки которых мы установили у кузнеца. Мы сразу же потеряли равновесие, поскольку противоположная сторона тянула аппарат вверх. Я вовремя сдвинул корпус, не то мы могли бы перевернуться. Также задрался нос, поскольку спереди тяги осталось больше.

— Рукоять вниз на себя! — крикнул я.

Сати спешно дернула рукоять, сменив фокус подачи тепла на задние емкости с газом. Вскоре мы немного выровнялись, и я прорубил кочерангом дыру в противоположном заднем баллоне. Вонючий газ, от которого даже глаза слезились, быстро вышел через отверстие. Нос судна снова ушел наверх, но, по крайней мере, мы выровнялись в плоскости крена, и теперь наш полет проходил спокойнее. Вскоре передние резервуары остыли, и мы окончательно выровняли москит. Без дополнительных баков аппарат так высоко уже не поднимется, но нам главное от погони оторваться.

Все это время мы продолжали падать вниз и продвигаться вперед. После набора приличной скорости как следует заработали крылья и хвост, и Сати, наконец, смогла нормально управлять москитом. В какой-то момент нам даже пришлось отключить пропеллеры, поскольку они не поспевали за скоростью, которую мы набрали благодаря частичному падению. Ветер свистел вокруг, колотя по нам воздушными перчатками. Мы спустились на уровень перевала, преодолели пару холмов, после чего резко снизились и ушли вбок, двинувшись вдоль речного каньона.

Солнце спустя какое-то время скрылось за горизонтом, и мы поняли, что смогли оторваться. Обнаружив укромную пещеру, решили передохнуть в ней. Вход располагался высоко над землей, так что не всякий хищник сможет забраться внутрь, плюс со стороны засечь ее сложно.

Сати занялась готовкой, я же провел осмотр вещей и своей руки. Ранение в грудь и другие наши повреждения исцелил прямо в полете с помощью зеленого огня. Темные прожилки и подпалины, доставшиеся моей левой руке, ушли после применения целебного пламени. Меня тревожило это заражение проклятым огнем, но, по всей видимости, исцеления хватило, чтобы избавиться от симптомов. Рука не болела и не ощущалась чужой.

Много чего произошло в кабинете Небесного мастера. Отголоски липкого страха от использования Когтя все еще отдавались эхом в моей голове, но, по-видимому, серьезных последствий мне удалось избежать благодаря прокладке в виде Клешни.

Мой драгоценный артефакт выглядел неважно. Темные разводы избороздили корпус, хваты почернели и немного оплавились.

Клешня Рассекающего Поглощения

Уровень: Небесный. Тип: общий предмет

Особенность: увеличение силы хвата на 95%

Особенность: поглощение до 43% активной внешней духовной энергии

Особенность: сопротивляемость альтернативной энергии, возможность держать запас в 8,4 терций ци

Особенность: проклятый артефакт

Суть показала, что Клешня взяла новый уровень развития, получив новую особенность. Первый наш артефакт небесного уровня, если не считать трофейный мифриловый доспех лунного ранга. Вот только радости данный переход не добавлял. Новая особенность мне крайне не понравилась. Проклятые артефакты способны были принести беды своему носителю.

— Использовать Клешню на постоянной основе больше нельзя… — проговорил я грустно.

— Я бы советовала вам избавиться от проклятой вещи, — заметила Бхоль.

— Наверное, ты права… Жаль расставаться с родной Клешней. Много мы с тобой пережили, — погладил я неровный, изъеденный чернильным огнем корпус. — Ты и на Хрустальном пике спасла мне жизнь… Спасибо!

Иногда, в особые эмоциональные моменты, от личного предмета можно было ощутить толику примитивных эмоций вроде радости или недовольства. Но в данный момент от Клешни донеслось лишь пустое ничто. Связь с личным предметом была утеряна навсегда.

— Гя-уш…

— И тебе спасибо…

Чебулю я также исцелил поврежденные лапы. Общим предметом мог пользоваться в полной мере любой человек. Думаю, не всех отпугнет приставка “проклятый артефакт”. Все-таки особенности у Клешни прекрасные. Поглощение энергии не раз меня выручало, особенно в моменты целительства, да и железная хватка с перекусыванием частенько пригождались. Пока что я убрал проблемный артефакт в огненное измерение. Держать его при себе могло быть опасно.

Цели наши принципиально не изменились. Коготь Орока должен быть уничтожен.

Глава 23

Пока нас не объявили в международный розыск, или как у них тут принято, мы решили воспользоваться моментом. Нам следовало найти кого-то, кому мы могли бы доверять, и кто бы обладал возможностями разрушить Коготь Орока. Либо хотя бы подсказал, куда нам пойти. Вряд ли мы сможем проникнуть в Хрустальный пик во второй раз, не говоря о том, что тамошние кузнецы точно не захотят нам помогать.

Мы не стали тратить время на сон, направившись обратно в сторону Иборана — один из ближайших крупных городов, где можно было найти сведущего человека. Жаль, что путь на Хрустальный пик для нас теперь закрыт, но сдаваться мы не собирались. Дремали по очереди, привязав себя веревкой к водителю.

В небольшом поселении, где мы остановились по-быстрому пополнить припасы, нам попался разговорчивый фермер. У которого я решил поинтересоваться на всякий случай:

— Не знаете никого с темной меткой?

— А вам для чего это?

— Ищем союзников в одном важном деле, — я оголил шрам на груди, который не стал убирать целебной силой.

— С темной меткой? — почесал нечесаные лохмы фермер. — Кажется, кузнец из Иборана был отмечен Ороком. Как там его звали?

— Гарруд? — предположил я.

— Точно, Гарруд! Знаток своего дела. Не чета Небесным мастерам, но тоже кое-что смыслит…

Поблагодарив серва, мы продолжили путь и к вечеру уже достигли предместий города. Как и предполагалось, вести с Хрустального пика еще не дошли до Иборана, поэтому с пролетом внутрь проблем у нас не возникло. Мы постарались замаскироваться, дабы не создавать лишних проблем кузнецу. В мастерской в такой час продолжала кипеть работа, но трудились только подмастерья. Глава кузни мог позволить себе нормальный восьмичасовой рабочий день. Нас узнали как хороших клиентов и поведали дорогу до дома Гарруда.

Кузнеца наше появление у себя на пороге насторожило, но показанная метка сделала его сговорчивее. Он провел нас в пристройку, не желая подвергать опасностей ни жену, ни детей. Не скрываясь, мы поведали ему о случившемся в Хрустальном пике и продемонстрировали Коготь, прикрыв артефакт аурами.

— Н-да, ну и натворили вы делов, зорх, — задумчиво погладил Гарруд свою роскошную бороду.

— Вы верите нам?

— Кому как не собрату по несчастью верить? — аракиец сдвинул рубаху, показав нам некрасивый шрам в районе сердца. — Я в свое время устал от борьбы и не смогу вам активно помогать. Что касается Когтя… Мастера Хрустального пика не смогли бы вам помочь.

— Жар все еще недостаточен?!

— Дело в другом. Я изучал этот вопрос, когда сражался с прислужниками Орока… Божественный артефакт может уничтожить лишь другое божество.

— Фанши?

— Ходили слухи, что где-то есть апостолы Гатхи, способные взывать к своему повелителю, но то всего лишь смутные слухи. Так что остается лишь Фанши, зорх.

— И как нам до него достучаться?

— Фанши не обращает внимание на мольбы страждущих и живет закрыто. Единственный вариант — это пойти и постучаться к нему непосредственно, — заявил аракиец.

— Пойти к нему… в глубь земли? — уточнила Сати.

— Верно, — кивнул кузнец. — Пламетворец ступени Посвященного может это сделать.

— А Мастер?

— Хм, способный Мастер, наверное, сдюжит, — протянул Гарруд. — Собираетесь отправляться в пекло?

— Выбора нет. Никому другому эту задачу доверить нельзя. Один раз я уже пошел на поводу Когтя. Второй раз такой ошибки не совершу, — проговорил я твердо.

— Как у вас с Цунь-Ши-Дао? Якорь нашли?

Мы кратко описали наши статусы и прогресс в культивировании. Осталось немного развить Цунь с Ши, и мы будем готовы к переходу. Поглощенная душа Айкорна дала нам с Сати значительный прирост в Дао.

Речь зашла о Бальзаме Алмазной Пыли, который нам требовался для перехода на новую ступень.

— Большую часть недостающих компонентов можно достать, — проговорил Гарруд и покачал головой. — Но алмазная пыль даже мне не по карману.

— Мы примем любую помощь. Где мы можем найти алмазную пыль?

— Процесс сбора пыли сам по себе трудоемкий, — покачал он головой. — Алмазную пыль добывают в основном в восточных провинциях: Саперане, Цуджи, Инчхене…

— Инчхене? — переспросила Сати.

— Ага…

— Кажется, у нас появился повод узнать, что имел в виду незнакомец, — переглянулись мы с Бхоль.

Кузнец среди ночи разыскал алхимика и прикупил нам недостающих ингредиентов, не требуя ничего взамен. Было крайне трогательно спустя столько недружественных встреч наткнуться на настоящего союзника, которых хотел помочь тебе не за деньги или по принуждению, а потому что разделял твои убеждения и твою ношу. Жаль, что Гарруд не мог последовать за нами. Тем не менее, мы были благодарны кузнецу за помощь.

Задерживаться мы не стали, опасаясь накликать беду на союзника. Получив ингредиенты, мы распрощались с аракийцем и вскоре покинули Иборан.

Путь на восток прошел без особых происшествий. Большая часть проблем поджидала неосторожных путников на земле. От Красных Виверн, что напали на нас, нам удалось успешно отбиться. В этих районах орудовали воздушные пираты, которые могли перехватить летающее судно, но то было раньше. После уничтожения Красных Могильщиков в данной нише образовался вакуум.

Мы летели вдоль линии Красной Пустоши и порой видели поля, где собирали Алмазную пыль. Насколько мы поняли, ингредиент не имел отношения к песчаным червям. Это были мельчайшие частички местного красного песка, которые впитывали энергию солнечных лучей, недостатка которых в Пустошах не испытывали. Десятки и сотни сервов занимались муторным просевом песка на предмет алмазной пыли. Их охраняли практики, защищающие от нападок песчаных червей. Обычно рядом с местом сбора парили примитивные дирижабли с платформами, куда в случае тревоги сбегались рабочие. Процесс действительно выглядел, в целом, трудоемким. Алмазная пыль валялась под ногами, но поди просей и собери нужное количество. Проще все-таки изыскать средства иным способом или приобрести компонент на рынке.

Инчхен являлся столицей крупной провинции под названием Чосин. Располагался густонаселенный город возле реки, которая удачно протекала относительно недалеко от начала Пустошей. Добыча Алмазной Пыли приносила солидный доход в казну государства. Ингредиент использовался во многих зельях, не только в Бальзаме Дао уровня Адепта. Солидным, но далеко не единственным. Чосин являлся довольно развитым государством, хотя в последние годы пришел в упадок.

Мы припарковали наш москит в лесу неподалеку и ночью проникли через крепостную стену, сложенную из красного песчаника. По всей видимости, неподалеку располагался карьер данного строительного материала. Первые этажи домов были обычно сложены из песчаника, вторые — деревянные. Из-за этого город издали смотрелся весьма экзотично и необычно, особенно в лучах заходящего солнца. Розовато-алые краски плясали по фасадам и стенам зданий. Чебуля оставили в лесу, поскольку он был слишком приметен.

Инчхенские катакомбы являлись обширной разветвленной сетью разных подземных сооружений: канализаций, тайных ходов и убежищ — на случай разрушительных пылевых бурь, которые изредка приходили в эти места прямиком из Пустошей. Найти некоего Пак Хмина оказалось не так-то просто.

[Сати Бхоль]

Инчхен мог бы произвести приятное впечатление, если бы не масса бездомных на улицах. Разные личности бандитской наружности дежурили на каждом углу. Город переживал не лучшие времена, и несмотря на это в глубине души девушка испытывала к нему добрые чувства. Казалось, она нашла родственное ей место. С чем это связано, было неясно.

Они с Ли держались трущобной части города, в которой стража появлялась нечасто, а в разных притонах и тавернах лишних вопросов никто не задавал. Теперь они являлись разыскиваемыми преступниками как-никак. Вряд ли из-за убийства обычного кузнеца у них возникло много сложностей в другой провинции или стране. Но Айкорн был одним из лучших Небесных кузнецов, а Хрустальный пик имел особый статус и репутацию. Мало кто из правителей окрестных провинций желал ссориться с лучшими производителями паровой и артефактной техники. Теперь им приходилось держаться в тени и регулярно проводить ритуал сокрытия своих имен от Сути.

Тем не менее, ситуация для Бхоль являлась привычной. С тех самых пор, как она попала в услужение к Сумасшедшему Ублюдку Ли, всегда находились разные личности, желающие проучить сюзерена. Ну а после того, как тело господина занял Сумасшедший Кочегар Ли, ничего кардинально не изменилось. Иметь во врагах самого Орока — тяжкая ноша, которую им приходится нести.

С поисками Пак Хмина возникли определенные трудности… и странности. Его знали в трущобах очень многие, но никто не мог точно сказать, где он находится. Пак Хмин являлся опасным государственным преступником и мятежником. Говорили, что он — лидер некоего антигунского движения. Текущий правитель провинции Чосин мало кому нравился. После прихода к власти Гулхара жизнь в стране текла своим чередом, но в последние годы гун совсем сдал. По некоторым слухам он повредился рассудком. Гулхар поссорился с соседями, запустил экономику, перестал держать своих цзы в узде. Столица пришла в упадок, население нищало.

Им ничего не оставалось, кроме как лазить по катакомбам в поисках базы таинственной личности. При этом они сами старались сохранить инкогнито, пряча лица за платками, а голову под широкополой шляпой.

Бхоль сомневалась, что это какая-то хитрая ловушка. Уж слишком сложно было бы подстроить все это, включая нападение Могильщиков на дирижабль.

В один из дней, когда они лазили по подземным проходам, сзади подкрались неизвестные:

— И кто же тут у нас шастает? — вышли на них пятеро практиков в масках.

— Мы ищем Пак Хмина! — твердо произнесла Сати.

— Его ищут многие! — усмехнулся говоривший. — Включая псов паскуды Гулхара. Для чего ищете вы?

В воздухе сгустилось напряжение. Практики были готовы атаковать, если они дадут неправильный ответ. Господин Кон также потянулся за тряпкой, в которой хранил свой приметный клинок.

— Это он сам должен нам сказать! — заявила Сати.

— Чего? О чем ты толкуешь, женщина?!

— Неизвестный мужчина сказал нам найти Пак Хмина в Катакомбах Инчхена. Мы про вашего предводителя ничего не слышали до того момента.

Бандиты переглянулись и о чем-то коротко пошептались.

— Кто сказал вам найти Пак Хмина?

— Мужчина в годах невысокой ступени, скрыт от сути, скуластое лицо, усы, носил высокую шляпу…

— Они могут просто водить нас за нос! — проговорил один. — Наверняка желают выйти на босса!

— Слишком странные у них запросы. Кажется, я знаю, о ком они вели речь. Если так, то они могут стать нашими союзниками.

— Сдавайте личное оружие, и тогда вы получите шанс встречи с лидером!

— Еще чего! Откуда нам знать, что это не западня? — ответил Ли.

— Хорошо! Организуем встречу завтра утром в подземном ходу под городским театром. Вы найдете спуск…

Практики быстро удалились, исчезнув в темных мрачных катакомбах Инчхена.

В назначенное время Сати с Ли направились к городскому театру. Из-за того, что рядом с ним дежурил наряд стражи, пришлось повозиться, но им действительно удалось отыскать вход в катакомбы. Немного проплутав, они вышли в относительно просторный зал со стоячей водой и массивной металлической решеткой, закрывающей один из проходов.

— Вы пришли. Назовитесь и покажите лица, — раздался властный мужской голос.

Небольшой прожектор зажегся по ту сторону решетки, осветив помещение. Ли с Сати сняли платки со шляпами, представ перед таинственной личностью во всей красе.

— Ваше… величество?! — ахнул мужчина.

— Меня зовут Сати Бхоль, — представилась девушка, слегка опешив.

— Ли Кон из рода Чай, — подал голос господин. — И почему вы спутали ее с гун-эр?

— Я был правой рукой гун-эр Йонхоль, когда мерзавец Гулхар организовал переворот: убил правителя Чосин и всю его семью: жену, родителей и младшего брата. Убрал всех, кто мог претендовать на престол. Почти всех… Пройдем в более подобающее место. Мои люди покажут вам дорогу.

— Лидер, вы уверены?

— Более чем.

Вскоре к нам вышел человек, и мы двинулись за ним по подземным переходам. Спустя несколько поворотов вышли к потайной двери, которая вела в новую сеть тоннелей. Катакомбы под Инчхеном оказались полны жизни. Они шли мимо помещений-казарм, где проживали солдаты. В некоторых залах тренировались практики, в других латалось обмундирование и готовились зелья. Хмин подошел с размахом к грядущему мятежу. Вот только одних этих сил вряд ли хватит, чтобы свалить текущего правителя.

То, что их допустили в святая святых повстанцев, говорило либо о том, что им доверяют, либо о том, что планируют пустить в расход. Сати надеялась на первый вариант, но внутренне была готова и ко второму. Слишком часто они влипали в разные неприятности, чтобы верить случайному главарю подземной шайки.

Спустя некоторое время они вышли в просторное по меркам катакомб помещение с низкими потолками. На стене висели карта и разные схемы с пометками, шкафы были усеяны свитками и тубусами для писем. По всей видимости, их привели прямо в штаб повстанческой армии.

Пак Хмин оказался крепко сложенным мужчиной в годах с седыми висками. Настоящий властный командир или правитель, за которым охотно шли подчиненные. Мужчина подошел к Сати очень близко вдруг, приблизив свое лицо.

— Эй, — встал у него на пути Ли.

— О-у, простите, не хотел вас пугать… — поднял он руки. — Так значит, Гжан смог осуществить задуманное и вывезти вас на другой континент…

— О чем вы говорите? Кто и откуда меня вывез? — нахмурилась Бхоль.

— Вы ничего не помните из детства? Хотя вам не было и четырех, когда Гулхар осуществил переворот.

— Я помню… корабль, море и строгого человека, который вез меня куда-то… Долгая дорога в неудобном фургоне… Потом уже я оказалась в Ордене Семи Облаков, — попыталась вспомнить старые события Бхоль.

— Хотите сказать, Сати родом из Чосина? — спросил Ли Кон, пока девушка пыталась уложить открывающиеся сведения в голове.

— Именно. Сейчас, я покажу вам…

Пак Хмин покинул зал и вскоре вернулся с квадратным предметом, спрятанным в плотной ткани.

— Практически все имущество династии уничтожено, но кое-что нам удалось спасти. Полюбуйтесь!

Мужчина откинул ткань, явив им портрет красивой женщины в роскошных, гунских одеяниях. Иссиня-черные волосы, сложенные в сложную прическу, и пронзительный взгляд красных глаз, который был хорошо ей знаком. Она видела его в зеркале.

Господин переводил взгляд с портрета на Сати и обратно:

— Похожа. Кто это?

— Погибшая много лет назад гун-эр Ясмин Йонхоль, супруга единственного законного правителя Чосин.

— Но вы уверены, что здесь есть родственная связь?

— Ошибка практически исключена. Гжан, что должен был спрятать вас подальше от Чосин, не вернулся из своего путешествия. Дабы соблюсти конспирацию, мы не договаривались о конкретном месте. Условились лишь о том, чтобы новое имя имело сходные черты с настоящим. Твое истинное имя — Сонми Йонхоль, ваше высочество, — Пак Хмин обозначил глубокий поклон. — И я рад, что вы нашли дорогу домой!

Сати нахмурилась. Внезапное родство с почившей правительницей внесло сумятицу в ее мироощущение. Она росла как сирота, дочь неизвестных родителей. Но она всегда считала, что вышла из простой семьи сервов и не имеет отношения к родовитым династиям.

— Это какая-то бессмыслица! — всплеснула Бхоль руками. — Я не могу вдруг оказаться наследницей какого-то старого рода!

— Всякое в жизни случается, — хмыкнул Ли понимающе.

— Я — ученица Ордена Семи Облаков, служу господину Ли Кону из рода Чай!

Пак Хмин покачал головой:

— Мы не смогли вас разыскать раньше, иначе вы бы легче приняли свое прошлое, ваше высочество.

— Так моя спутница — целая принцесса! Вы очень скромно живете, ваше высочество! — усмехнулся Ли.

— Не называйте меня так! — огрызнулась Бхоль.

— Тебе можно называть меня господином Коном и сюзереном, значит, и мне можно звать тебя принцессой Сонми.

Сати вздохнула. Ли Кон с удовольствием подтрунивал над ней, но сейчас ей было не до шуток.

— К чему вы готовитесь здесь под землей? — поинтересовалась она.

— Разумеется, к свержению тирана Гулхара! Мы надеемся, что вы присоединитесь к нашей борьбе и возглавите справедливый поход! Ваши светлые родители будут отомщены! — проговорил Пак Хмин фанатично.

— И кто же, согласно вашим планам, должен был стать новым правителем? — сузила глаза Бхоль.

— Идем, я познакомлю вас кое с кем, — пригласил их военачальник. — Мы ведь не только ваше высочество сумели спасти…

Немного пропетляв по узким коридорам, компания вышла в небольшое помещение, похожее на учебное. Старая женщина преподавала местный аналог географии единственному ученику, который выглядел скучающим. Завидев гостей, он подорвался:

— Дядя Хмин, тренировка?!

— Сначала учеба, ваше высочество, — проговорил мужчина суровым тоном. — Вы же не хотите подвести своих родителей?

— Конечно нет! А это… знакомое лицо, — протянул юноша задумчиво.

Красные глаза и синеватые волосы не были большой редкостью в Чосин, но сходство во внешности было видно невооруженным глазом.

— Сонми Йонхоль, ваша старшая сестра! Знакомьтесь, это Ходжи Йонхоль, второй наследник династии Йонхоль. Наше знамя в грядущем восстании. На троне Чосин воцарится законный правитель!

— Да-да, дядя Хмин снова за старое… — закатил глаза Ходжи.

Пак принялся вспоминать прошлое, рассказывая разные истории. В основном речь шла об успехах правящей семьи. Правая рука гун-эр оказался донельзя преданным роду, сделав все, что в его силах, чтобы сохранить наследников, воспитать и организовать сопротивление.

— Пятеро из двенадцати цзы готовы выставить войска, еще четверо вмешиваться не намерены. Это лучшие расклады из возможных за последние годы! Гулхар сам довел Чосин до состояния, когда собственные цзы желают его свергнуть. Хотя доверять местечковым князькам не стоит. Они присягнули на верность диктатору, им все равно кому служить. Тех же, кто сопротивлялся, лишили всех земель или жизни.

— Раз сестра здесь, то мне не придется становиться правителем? — вопросил Ходжи.

— Разве у вас наследование не по мужской линии? — спросил Ли.

— Престол наследует сильнейший практик, — ответил Пак. — Ходжи всего лишь Рекрут, тогда как ее высочество Сонми достигла Адепта. И это в столь юном возрасте! Настоящий талант.

— Здесь моей заслуги меньше, чем вам кажется, — буркнула Сати, бросив взгляд на Ли Кона. — Кто-нибудь моего мнения не хочет спросить? Я не желаю становиться каким бы то ни было правителем. Это совершенно чуждый для меня мир!

— Не говорите так, ваше высочество! В ваших венах течет благородная кровь! Помнится, мы с вашей матерью ездили…

Пак Хмин принялся с удовольствием вспоминать деньки величия рода Йонхоль. По его словам, страна процветала, а правящую семью все обожали. Было ли так на самом деле, неизвестно, но военачальник верил в свои слова, судя по его виду. Он поведал Сати множество разных подробностей о жизни гунской династии, о первых месяцах ее жизни. О том, как нянчился с ней в младенчестве и даже учил первым стойкам с мечом. Чего гун-эр не одобряла. На секунду Бхоль показалось, что она вспомнила этого статного, уверенного в себе мужчину. Но затем ощущение развеялось. Все же слишком много времени прошло.

Оказалось, что специальным ритуалом с подношением Фанши, довольно затратным, можно изменить имя человека. Так что через Суть будет показываться другое имя. Такой ритуал в свое время провели с Сати-Сонми. Брата Ходжи не трогали, держа наследника в тайне. Его имя помогало склонять на свою сторону солдат и цзы.

— Вы все еще не желаете помогать сопротивлению? — вопросил Пак.

— Нет! — отрезала Бхоль. — Ваши споры с Гулхаром не имеют к нам с господином прямого отношения. Для чего нам рисковать своими жизнями? Я не помню ни своей Родины, ни родителей. Почитаю лишь своего наставника из Ордена Семи Облаков, который заменил мне отца. За него я мстила, не жалея собственной жизни. Сражаться за людей, которых никогда не знала, у меня нет никаких причин!

— Эх, жаль, что мы так и не смогли разыскать ваше высочество… — вздохнул Пак с сожалением.

— Подойдем к вопросу с другой стороны, — хлопнул по столу Ли. — Что вы готовы дать за помощь двух легендарных Адептов с уникальными навыками и снаряжением?

— Насколько уникальными?

Ли продемонстрировал целебный огонь из рукояти, а Сати окуталась мифриловым доспехом.

— Ого! — округлил глаза Ходжи. — У нас ни целителей, ни такой брони нет…

Пак Хмин почесал свою аккуратную клиновидную бородку:

— Что может быть более ценной наградой, чем престол Чосин?

— Исключено! — буркнула Сати.

— Тогда… титул цзы и земельный надел? — предложил Хмин. — Когда его высочество взойдет на престол, у нас появятся широкие возможности. Сейчас у нас не так много ресурсов, как хотелось бы.

— Алмазная пыль, — предложил Ли. — Нам не хватает ингредиента для зелья Дао.

Пак размышлял недолго:

— Если поможете нам свергнуть Гулхара, Алмазной пыли у вас будет столько, сколько пожелаете!

— Вот и славно! — ухмыльнулся Ли, после чего повернулся к Сати. — Ты ведь не против?

— Раз такого желание господина… — пожала плечами ученица.

Глава 24

[Ли Кон]

Воссоединение с семьей и старыми знакомыми прошло не слишком гладко, но постепенно острые углы сгладились. Ходжи был несколько рассеянным, но вполне смышленым и позитивным юношей. На его личность наложился отпечаток вечного бегства и пряток от тирана, который многие годы желал найти сбежавшего принца и извести.

Сейчас момент был более чем подходящий. Гулхар растерял влияние среди цзы, и многие перешли на сторону принца Йонхоль. Появление принцессы придало восстанию новую энергию. Пак принялся рассылать гонцов, которые должны были поведать цзы о новом законном наследнике престола. Что позволило в дальнейшем перетянуть на свою сторону еще одного феодала.

Двенадцатого дня второго месяца первого лета мятежники выступили против диктатора Гулхара. Подосланные цзы войска атаковали столицу с севера и отвлекли на себя внимание большей части личной гвардии гуна.

Повстанческая армия проникла во дворец через давно подготовленный тайный ход, миновав основные укрепления. Тем не менее, прорываться пришлось с боем. Сражение закипело в прямом и переносном смысле: у охраны дворца было множество паровых доспехов, которые испускали целые тучи пара при разрушении котла. Не сказать, чтобы паровые доспехи были совсем бесполезны. Нет, просто они являлись серьезной защитой только против практиков низких ступеней. До уровня мифриловой брони изделия Хрустального пика не дотягивали, но были лучше агрегатов, произведенных в Кузне трех хребтов. С некоторыми элитными экземплярами из особого сплава могли справиться только Мастера или умелые Адепты вроде нас с Сати.

Но, в целом, мятежники готовились к прорыву годами, и среди атакующих было больше десятка Мастеров, не считая самого Пак Хмина, который сражался на передовой и сражался более чем эффективно. Ходжи участвовал в набеге. Хоть мне казалось это не слишком умной затеей, но военачальник посчитал, что это поднимет боевой дух наших солдат и понизит мотивацию защитников. Передовые отряды постоянно кричали о том, что принц Йонхоль возвращает свой законный трон.

И план Хмина сработал: не все, но приличная часть дворцовой гвардии не стала сражаться с мятежниками, отступив. Прошло много лет с переворота, но они все еще хранили верность предыдущей династии. Либо Гулхар их так достал, что они ждали дня, когда придет новый правитель.

Без Клешни я чувствовал себя словно без руки. Доставать проклятый артефакт не стал, поскольку он мог принести больше вреда, чем пользы. Читал я разные книги, в которых герои от безысходности прибегали к помощи пагубных сил или проклятых вещей, что им в итоге аукалось. Нет, мне хотелось прожить еще долго и умереть в старости в окружении кучи внуков. Или достичь просветления в Цунь-Ши-Дао и стать бессмертным, что, говорят, тоже возможно. А не страдать от последствий проклятья. Удар Когтем в грудь и моя попытка схватить его голой рукой все еще аукались, отдаваясь периодическими уколами боли. Спасал лишь целебный огонь кочеранга.

Во время штурма дворца меня поставили во вторую линию. Сати действовала на передке, в самом пекле фактически. Просто потому что являлась наиболее защищенным участником из всей мятежной армии. “Операция манекен” была теперь постоянной ролью Бхоль. Имя принцессы тоже использовалось в агитации.

Я же действовал аккуратно, экономя силы. Быстро подлечивал смертельно раненых, восстанавливая внутренние органы. Периодически отправлял кочеранг в полет, ловя беспечных практиков, не готовых дать отпор.

Дворцовая гвардия дрогнула, но не вся. Часть сражалась отчаянно. То тут, то там начали появляться языки знакомого нам чернильного пламени. Гулявшие по городу слухи подтвердились: гунские прихвостни были охвачены эпидемией культа Орока. По всей видимости, зараза не успела распространиться полностью, но подкосила многих. Хорошо, хоть у местных почитателей Орока не было Когтя, иначе бы вместо Адептов мы бы сражались с Мастерами, а то и с Посвященными.

Тем не менее, сражение проходило тяжело. У мятежников было не так чтобы много сил. Я выдвинулся на передовую, решив, что моя помощь будет полезнее здесь. Жгучей воды и даже Жгучей кислоты, рецепт которой мы передали повстанцам, Пак наготовил, однако не так много, как хотелось бы.

Мой кочеранг, охваченный целебным пламенем, носился по дворцовым коридорам и залам, сталкивался с культистами и заставлял их пылать чернильным пламенем.

Наконец, мы ворвались в тронный зал, где засели основные силы во главе с Гулхаром. Гун до последнего не показывался, а ведь он находился на ступени Мастера и мог принести много пользы в бою. Когда мы вошли в тронный зал, сразу стала ясна причина его медлительности. В помещении находилось огромное существо, частично похожее на Гиганта плоти, с которыми мы сталкивались раньше. Только незаконченное, словно бы слепленное наспех. Тела соединялись вместе с помощью плотного, тягучего темного огня.

— Никогда такого не видывал… — сплюнул Пак Хмин угрюмо. — Похоже, Орок потратил много сил, чтобы дать своему выкормышу последний шанс.

— Зло будет повержено! — выкрикнул Ходжи с задних рядов воинства.

— Держитесь сзади, ваше высочество! — обронил лидер и рявкнул. — Не оставим и пепла!

— Не оставим и пепла! — поддержали клич воины и двинулись на противника.

Аморфная туша из человеческих тел не имела четкого строения. Она походила на ползающую амебу со множеством отростков из слепленных культистов, источающих черных огонь.

Солдаты, соблюдая осторожность, принялись поливать тварь огненными техниками и резать на куски. Толстые щупальца с отростками рук пытались хватать воителей и разрывать на куски. Кое-где мелькали костяные лезвия, но много таких оружий чудище отрастить не успело. Вероятно, ритуал трансформации проводился в спешке.

Я активно метал кочеранг издали, и мои удары всегда настигали цель, нанося существенный урон. Щупальца сгорали во всеочищающем пламени одно за другим. Жаль, их у монстра было много.

Сражение шло своим чередом, и тварь постепенно теряла силы. Но произошло непредвиденное: темный гигант схватил Сати. Девушка, как всегда, действовала на переднем крае. На этот раз она кромсала щупальца, стремясь уничтожить все конечности. Вот только амеба, не считаясь с потерями, перетекла на ее фланг и схватила Сати сразу множеством почерневших рук. Бхоль сопротивлялась, отрубив несколько конечностей, но силы были неравны. Сверкающий мифриловый доспех частично скрылся в громадном теле черного монстра.

— Сати! — вскрикнул я, сцепив зубы.

Откуда-то из недр темного гиганта выплыло искалеченное черным огнем лицо.

— Гулхар! — ругнулся Пак.

— Отпусти ее! — проревел я.

— Кажется, я смог поймать кого-то ценного для тебя, Отмеченный тьмой? — ухмыльнулся он. — Как насчет такого?

Монстр напрягся, тела людей и черное пламя вокруг Бхоль уплотнились. Раздался скрежет и треск ломаемых костей.

— Н-нет… — в стоне Сати было полно боли.

Мифриловый доспех мог защитить от многого, но не от всего.

— Принеси мне Коготь, Отмеченный, — проговорило лицо Гулхара. — Я знаю, что он у тебя. И тогда я отпущу ее.

Сердце кольнуло. В голове стали вихрями роиться разные мысли. Что, если отдать Коготь ненадолго и спасти Сати? Ничего ведь плохого не может произойти…

Я ударил себя по лбу рукояткой кочеранга, разбив до крови. Проклятый артефакт предпринял очередную попытку спастись из моих цепких лап, внушая мне предательские мыслишки. Однако мне удалось собраться и изгнать морок из своей головы. Разумеется, с получением Когтя, тварь обретет способность уничтожать души и восстанавливать свои силы. Неизвестно, в каком ключе тогда пойдет сражение. Также Коготь советовал мне достать Клешню и использовать ее, чтобы покарать врага. Но я понимал, что данный путь также ведет в никуда.

— Гос-подин… — раздался очередной неприятный хруст сдавливаемой огромным монстром девушки. Раз даже Пилюля Железных Костей не помогла, тяжело представить, какое давление испытывала Сати.

Я вышел вперед и вытянул свой верный Кочеранг Целебной Оплеухи:

— Да упокоишься ты со всеми своими почившими товарищами.

Еле вспомнил об одной важной вещи, от которой меня самозабвенно отвлекал проклятый артефакт. Хоть я и не мог доверить никому данную задачу, но в данном случае рисковать не стоило. Я перебросил футляр с когтем Пак Хмину, который ловко его поймал.

— Позаботься, — обронил я, после чего пошел на монстра.

Многочисленные щупальца бросились на меня со всех сторон. Я отчаянно орудовал кочерангом, стараясь пробиться к терзаемой девушке. Целебный огонь активно жег связанный черным пламенем тела. Мою атаку поддержали союзники, но я знал, что не справлюсь. Не успею. Сати была во власти отродья Орока.

Несколько лезвий, источающих чернильный огонь пронзили меня в ногу и плечо, пробив Барьер и духовный Щит. Одно из щупалец схватило меня, но я сумел вовремя перерезать его кочерангом. Я продолжал двигаться вперед, пытаясь прорваться к центру туши. Новые глубокие раны украсили мое лицо, тело, руки и ноги. Глаза заливала кровь и липкий пот. Открытые раны жгло черным огнем, словно на них плеснули соли.

Я знал, что у меня нет шансов, но все равно шел вперед. Ибо таков был Путь Кочегара…

Очередное щупальце схватило меня, а второе одновременно сцапало кочеранг. Я сумел удержать оружие в руках, однако не мог дотянуться до первой конечности. Начал жечь второе щупальце целебным огнем. Оно активно запылало, но не отступило, удерживая мое оружие. При этом вокруг моей тушки стал сворачиваться змеиный клубок из проклятого огня и плоти. Монстр начал подтягивать меня к себе, собираясь пожрать точно также, как это сделал до этого с Сати.

— Вот и настал твой конец, Отмеченный тьмой. Орок всегда возвращает долги! — триумфально произнес Гулхар.

Я исчез во внутренностях чудища. Целебный огонь жег его изнутри, но он слишком быстро восстанавливался. Моей мощи не хватало…

Было обидно расставаться с жизнью в столь молодом возрасте, но я был рад, что смог погибнуть в бою, сражаясь за правое дело.

Вдруг я почувствовал знакомое требовательное ощущение. Кочеранг был голоден. Я не стал отказывать оружию в просьбе и сполна накормил оружие частичками собственной души.

Произошедшие изменения оценить я не успевал, но оружие само направило меня на правильный путь. Духовная энергия влилась в кочеранг потоком, а затем раздался глухой хлопок, превратившийся в зеленый огонь. Целебное пламя бросилось во все стороны, начало активно пожирать монстра и исцелять носителя. Стало значительно свободнее.

Дернувшись, я сумел выбраться из нутра чудища и встать на ноги. В черной амебе зияло крупное пылающее отверстие, оставленное хлопком. В пылу схватки я не слишком понял, что именно произошло. Времени на разбирательства не оставалось.

Я бросился к месту, где исчезла Бхоль, воткнул кочеранг в проклятую плоть и активировал новую способность еще раз. Молнии зеленого цвета бросились в разные стороны, поразив как монстра, так и меня. Часть искр разлетелась по тронному залу, затронув и солдат. Я почувствовал небольшое облегчение. Мои собственные раны начали потихоньку заживать.

А вот проклятому чудищу стало худо. Целебный огонь разрушил целые куски аморфного тела и несколько щупалец, монстр пошел вразнос. Заметив блеск металла, я просунул руки и схватил бронированное тело, после чего вытащил Сати наружу. Ноги ее и руки висели безвольными плетями.

— Гос-подин… — произнесла она тихим тоном.

— Жива! — проговорил я радостно.

Несколько солдат продвинулись почти вплотную к монстру, прорубая оставшиеся щупальца. Новая способность была крайне эффективна в борьбе против проклятых созданий. Проблема заключалась в том, что я потратил практически все свои силы. К тому же следовало оказать внимание Бхоль. Она могла быть смертельно раненой.

Я решил рискнуть еще раз и убить двух хурглов разом.

— Вытащите нас, если что, — бросил я союзникам и двинулся к самому центру монстра.

— Владыка достанет тебя рано или поздно! — проскрежетало зубами лицо, искаженное от злости.

— Буду ждать, — кивнул я, придерживая тело Сати левой рукой.

После чего вонзил кочеранг глубоко в плоть и активировал целебную способность, собрав энергию со всего тела. Зеленое пламя прыгнуло во все стороны, пожирая проклятую плоть. Лицо Гулхара сгорело в огне. Я почувствовал жжение в местах ранений — способность подействовала и на меня. Целебный огонь в том числе окутал и Сати, так что я надеялся, что неприятного исхода удастся избежать.

Навалились тяжесть, сильная усталость и истощение. А затем мир померк.

Очнулся я в некоем светлом помещении на широкой кровати. В окно пробивались лучи утреннего солнца. В помещении дежурила пара солдат повстанческой армии. Или, если быть точным, то теперь гунской армии. Гун умер, да здравствует гун, так сказать.

— Что с Сати?!

— Высочество изволит отдыхать в соседних покоях, — успокоил меня практик.

Ци частично восстановилось, так что я взялся за собственное исцеление. Поверхностные раны были обработаны бальзамом, но правая нога сильно болела. Похоже, монстр сломал мне ее, когда я находился внутри. И как только потом не почувствовал, таская на себе человека в доспехах.

Также осмотрел и свое оружие с помощью Сути.

Кочеранг Тысячи Целебных Оплеух

Уровень: Небесный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 88%

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 92 шагов

Особенность: ускоряет исцеление ран

Особенность: массовое исцеление, преобразование целительской энергии эффективнее на 48%

— Снова не подвел, — любовно погладил я личное оружие. — Надо будет тебя как следует отполировать.

Странно, конечно, что развивается именно целительская часть, ведь я чаще калечу, чем лечу. Но, по-видимому, в той ситуации именно такое развитие было оптимальным. Пусть теперь какое отродье Орока посмеет сунуться ко мне.

Закончив с собой, я направился в соседние покои.

— Прости, что снова подвела… — встретила меня угрюмая Сати, закутавшаяся в одеяло.

— Не суди себя строго. Кто меня только не выручал из беды, даже хургл несколько раз. Не буду же я убиваться из-за этого?

— Ты прав… Исцелишь?

Ради интереса я воспользовался новой особенностью кочеранга — массовым исцелением. В целом, умение сработало отлично, исцелив многие повреждения в теле Сати. Вот только целебный огонь все еще оставался огнем, хоть и своеобразным. Постельное белье не пострадало, а легкие занавески вспыхнули и истлели. Пришлось заниматься тушением пожара, что не самое простое занятие для пламетворца. Казалось, сама наша аура активно раздувала огонь.

Еще долго гудел гунский дворец Инчхена, сама столица, да и весь Чосин. Смена правителя редко проходила бескровно. Хотя, в данном случае, процесс получился не столь кровавым. Гулхара много кто не любил, и после распространения информации о случившемся в тронном зале союзников у него резко поубавилось. Ни один из цзы не стал открыто выступать на стороне павшего правителя. Те, кто раньше его поддерживал, заняли нейтральную сторону, либо приняли возвращение династии Йонхоль.

Ходжи спустя несколько дней был коронован. В пышной церемонии приняла участие Сати, выступая в роли принцессы. Меня же оставили в тени. Дело в том, что Хрустальный пик был важным партнером Чосин, а из-за случая с Небесным мастером Айкорном мы с Сати все еще числились преступниками. В теории Бхоль могла вернуть свое настоящее имя и зажить королевской жизнью, ее причастность могли замять. Но Сумасшедшего Ублюдка Ли Хрустальный пик вряд ли простит. У Чосин и так хватало трудностей после переворота, так что они стремились построить со всеми партнерами нормальные отношения.

Поэтому я в основном проводил время в закрытых покоях и тренировочных залах, скрытых от любопытных глаз. Мы с Сати активно занимались Цунь-Ши-Дао, доведя все показатели до максимума. А также я смог продержаться два часа в гунском зале закалки для Мастеров. Хорошо иметь братца в роли гуна: все королевские учреждения в твоем распоряжении.

Казна оказалась частично разграблена, но несколько порций алмазной пыли удалось быстро собрать в виде налогов с добывающих домов. Мы изготовили по порции Бальзама Алмазной Пыли. Духовный препарат выглядел как мазь с переливающимися красными вкраплениями, красиво поблескивающими на солнце.

Коготь Орока, твой черед следующий!

Глава 25

На границе с соседней провинцией стали происходить столкновения с культистами. Судя по донесениям разведки, окрестные прислужники Орока зашевелились. Собирались в поход против надоедливого Отмеченного тьмой, дабы изъять драгоценный Коготь Орока. Что новоиспеченным властям Чосин не могло понравиться. Мало испорченных отношений с Хрустальным пиком, так еще и прислужники Орока со всех сторон стекаются, создавая проблемы. Провинции требовалась передышка, консолидация и восстановление. Так что надолго я задерживаться здесь не имел права.

Переход на ступень Мастера прошел не без проблем, но мы успешно преодолели планку. Намазав тело Бальзамом Алмазной Пыли, мы с Сати воспылали и, держась за свои Якоря Ши в бушующем шторме, до последнего терпели всепоглощающий жар. Проходить переход, пользуясь гунским гостеприимством, было одно удовольствие. Идеально продуманная конструкция отправляла тебя в воду в том случае, если ты терял сознание или намерено убирал руку со специального рычага. Слуги поддерживали твое тело на плаву, не давая задохнуться. Холодная проточная вода быстро охлаждала разгоряченное тело.

Несколько дней нам с Сати дали на то, чтобы освоиться со своими новыми способностями. Оранжевый огонь вел себя чуть иначе, так что все духовные техники требовалось тренировать заново. Не с нуля, конечно, но кое-какое время заняло.

Сати или Сонми принимала деятельное участие в становлении новой династии Йонхоль на престоле, помогала брату с делами и давала советы в меру своего разумения. Все-таки Бхоль не обучалась на правителя королевства, да и опыта у нее такого не было, но в некоторых вопросах житейской мудрости хватало, чтобы принимать верные решения. Ходжи, несмотря на то, чтобы был младше всего на три года, оказался в этом плане не слишком развитым. Походил больше на классического, слегка избалованного принца.

Последнюю ночь во дворце мы провели вместе. Развитие Цунь-Ши-Дао после перехода требовало духовной гармонии, и строгая Бхоль не допускала никакой близости. Лишь в ночь перед уходом мы решили воспользоваться прекрасными удобствами, поскольку было неясно, когда нам вновь доведется полежать на мягкой кровати. И доведется ли вообще.

— Тебе вроде бы понравилось помогать Ходжи?

— М-м, возможно… — протянула она, прижимаясь к моему плечу.

— Не думала о том, чтобы остаться? Все же титул принцессы не каждому выпадает в жизни…

Сати приподнялась и посмотрела в мои глаза серьезно:

— Это чуждый мне мир. К тому же еще минимум два года я обязана прислуживать сюзерену…

— Удобная отговорка, — хмыкнул я.

— А что же ты сам сбежал от жизни второго наследника престола Чайфу, дорогой Ли?

— Хм, давай спать. Завтра будет трудный день…

С удивлением мы обнаружили на себе новые прозвища. Сати получила-таки “Невозмутимый Манекен” в честь своей тактики сдерживания. Также нам обоим досталось “Убийца Королей” — именно так в народе нас стали называть. Говорили, что Сумасшедший Ублюдок Ли только явился в Чосин, как тут же прикончил Небесного Мастера Айкорна и сверг гуна Гулхара, что правил много лет. Поговаривали, что во дворцы меня пускать нельзя, не то очередного гуна ждет страшная участь. Впрочем, народ отзывался обо мне скорее в положительном ключе, ибо история про чудище Орока и наши с Сати подвиги стала известной. Уже и баллады про нас слагать начали.

Прощание с Ходжи и Пак Хмином вышло теплым. Правая рука погибшей гун-эр в целом показался нам достойным человеком, правда, слишком сильно он влиял на своего подопечного. Но присмотреть за принцем мы не могли, так что оставалось надеяться на добропорядочность Пак Хмина.

— Сестра, не обращай внимание на слухи с Хрустального пика. Здесь тебе всегда будут рады! — Ходжи крепко обнял Сонми напоследок. — И, эм, Сумасшедший Кочегар Ли…

Я кивнул благодушно. Научил его правильному обращению.

— Я буду помнить вашу помощь в трудную минуту. Спасибо!

Покончив с формальностями, мы покинули дворец по тайному ходу, скрыв свои лица. Затем выбрались из Инчхена и разыскали оставленный москит.

— Гя-уш! — подпрыгнул недовольный Чебуль.

Хоть мы пару раз его навещали, но хургл все равно был недоволен такой длинной разлукой. Или, скорее, ждал с нетерпением новых вкусностей из дворца.

Покормив Чебуля и прогрев котел, мы с Сати поднялись в воздух и двинулись на север. В нескольких километрах от Инчхена находились знаменитые горячие источники, в которых был скрыт вход на нижние пути.

Место, куда мы отправлялись, требовало особой одежды, и живая ткань могла не выдержать тамошний жар. Так что вещи мы сложили у москита. Я ограничился набедренной повязкой, футляром с Когтем и кочерангом. Сати имела мифриловый доспех, с помощью которого могла скрыть наготу.

Вход в нижние пути охранялся отрядом стражи, но у нас с собой было личное письмо от самого гуна, так что препон нам чинить не стали.

— Проплывете под водой и попадете в стихию огня. Будьте осторожны, — предупредил нас начальник караула.

Местечко выглядело приятным само по себе. Мы прошли в водоем с горячей водой и нырнули на глубину. Я на автомате задержал дыхание, хотя после перехода на ступень Мастера наши тела претерпели радикальные изменения и теперь могли питаться чуть ли не чистой духовной энергией. Но мне все еще был непривычен данный процесс.

Мы проплыли в провал, откуда поднимались пузырьки воздуха. Вода бурлила. Чем глубже мы опускались, тем горячее становился поток. Однако для нас даже кипяток стал всего лишь слегка теплой водичкой. После перехода на ступень Мастера наша сопротивляемость огню возросла еще больше.

Вскоре стало светлее. Мы достигли места, где огненное пекло соединялось с водной стихией, благодаря чему источники и нагревались. Сначала в огонь нырнула Сати, за ней последовал я. Нижние пути оказались на ощупь менее плотными, нежели водная толща, и более хаотичными, что ли. Помимо неразумной стихии мелькали и слабые духи. Видимость значительно снизилась. Нам пришлось полагаться на собственное духовное Чутье. Очень непривычная среда для человека, но выбора у нас не было.

Какое-то время я потратил на то, чтобы приспособиться к местной безвоздушной среде. Кое-где можно было наткнуться на воздушную прослойку, но по мере углубления в недра планеты карманы пропадут. Нам следовало полагать только на свою способность питать тело духовной энергией. Каждая клеточка наших организмов претерпела изменения. Мы перестали быть людьми в полном смысле этого слова. Такова была плата за силу и путь Цунь-Ши-Дао. Скорее, мы приблизились по своей сути к ифритам.

Освоившись, мы осторожно поплыли вниз, к сердцу Фанши. Реактивные струи огненного Шага толкали нас, разгоняя до приличных скоростей. Второй особенностью пламетворца уровня Мастера являлась возможность поглощать внешнюю духовную энергию, которая была разлита в мантии повсюду. В верхних слоях ци было разрежено, но нам все равно удавалось пополнять резерв.

В верхних слоях еще можно было разговаривать, но по мере углубления и уплотнения слова превращались в слаборазборчивый шум. Звуковые волны с трудом распространялись в данной среде. Существовал особый духовный язык, который мы пока что не разумели. Впрочем, нам всего лишь требовалось добраться до плотных слоев и достучаться до Фанши.

Если так подумать, то поверхность вместе со всеми горами и океанами представляет собой сущую мелочь в сравнении с ядром планеты. Здесь обитали самые разнообразные духи: от разумных до стихийных, от низших до высших и ифритов. Но территория была колоссальной: ширились бесконечные огненные поля, на которых паслись различные огненные сущности.

Несколько раз мы духовным Чутьем замечали сильные ауры духов, но нам удавалось избегать контакта. Достигнув плотных слоев, мы набрали приличную скорость. Следили за тем, чтобы поступление энергии от способности поглощения соответствовало расходу ци на огненный Шаг. Мы разрезали кипящее ядро словно сверхзвуковые истребители воздушную толщу. Правда, скорость наша была скромнее. Ощущения же было сложно передать на словах. Наверное, в ином случае мы бы постарались насладиться моментом и как следует освоиться в новой среде, но необходимость толкала нас вниз.

Огненные потоки становились все плотнее и горячее. Если в начале нижних путей дискомфорта мы не ощущали, то по мере движения к центру планеты начало слегка припекать. Я постоянно отправлял духовные послания Фанши, прося откликнуться. Однако божественная сущность не отвечала на мои мольбы. Следовало приблизиться вплотную к границе ядра, и только тогда есть шанс, что Фанши откликнется.

Футляр, в котором находился Коготь, начал источать темную энергию. Вряд ли в артефакте могло содержаться много темного огня, но тенденция настораживала. Складывалось впечатление, что кинжал подозревал о своей участи, и ему такой расклад не нравился.

Проклятый огонь пытался бороться с потоками пламени Фанши, но претерпевал неудачи. Слишком сильно было подземное пекло, а мощь Когтя здесь была невелика. Переговариваться мы могли, но требовалось подойти вплотную и кричать во всю мочь.

В один из моментов нам с Сати почудилась сильная и злая аура, движущаяся за нами со стороны поверхности. Мы на всякий случай ускорились, однако мутное нечто не отставало.

— Орок! — выкрикнула Сати, сблизившись со мной.

Чутьем мы не так часто пользовались в сражениях со слугами Орока, но такую огромную ауру нельзя было не узнать. Мы не видели сущность глазами, но примерно могли определить размеры. Темный преследователь напоминал гигантозмея, только бесконечного. Казалось, огромный черный червяк растянулся до самой поверхности. Хотя так далеко наше духовное Чутье не простиралось. Неужели темное божество направило свою руку прямо с самой поверхности?

Вытянутое тело вонзалось в недра Фанши, стараясь догнать нас и покарать. Не знаю, что это за сущность, но, по всей видимости, Орок пошел на самые крайние меры. Сначала слепленное из чернильного огня чудище, на которое он потратил много сил, теперь черный гигантозмей. Сомневаюсь, что это — нормальный способ воздействия Орока на мир внизу. Ведь он бы давно мог уничтожить всех своих врагов подобным образом и захватить поверхность, после чего спокойно воплощал бы свои неведомые планы. Должно быть, он пошел на данный шаг от отчаяния, тратя накопленные резервы. Коготь был дорог этому гаду.

Тем не менее, нам от осознания сего факта было не легче. Проклятая змея догоняла, и я чуял уже, как челюсти ее широко раскрылись, дабы проглотить несносного человечишку. При этом вокруг темной змеи происходили мощные волнения. Духам Фанши разной разумности такое вторжение не понравилось. По всей поверхности преследователя происходили стычки: духи рвали черный шланг на части. Однако Орок вбухал столько энергии, что змея каким-то образом держалась в откровенно враждебной среде.

Бхоль отлетела в сторону, и змея не среагировала на нее. Шла целенаправленно за мной. Хоть мы и ускорились, так что ци улетало только в путь, но оторваться не удалось.

Пасть настигла меня, черные челюсти сомкнулись, и я применил целебный взрыв. Зеленый огонь бросился в разные стороны, уничтожив пасть. Однако спустя короткий промежуток времени появился новый отросток.

Я пытался вилять, уворачиваться, но настырная шустрая змея все время догоняла. Мой резерв быстро таял. Целебный взрыв кочеранга был бесспорно полезной способностью, но расходовал много сил. Восполнять духовную энергию не удавалось.

Бхоль пыталась отвлечь червяка, атаковала разными духовными техниками, но существенного урона нанести не смогла. А в один момент она вдруг испарилась, уйдя прочь от змеи. Чутье подсказало мне, что ее аура направилась в другую сторону.

Мне же ничего не оставалось, кроме как плыть через пекло все дальше вглубь, приближаясь к более плотным слоям. И параллельно разить темную сущность ударами целебного огня. Я не знал, как далеко еще мне предстоит плыть до ядра планеты, где меня услышит Фанши. Спрятаться в океане огня было все равно негде, так что я продолжил свой путь, сцепив зубы.

В какой-то момент неожиданно змея резко отстала и быстро развоплотилась. Слетевшиеся мелкие духи растерзали сущность на части. Я смог немного передохнуть и восполнить свой резерв, сбавив скорость. В плотных слоях внешняя энергия поглощалась на ура.

Вскоре сверху спустилась Сати. Приблизившись вплотную, она отрывисто проговорила:

— Натравила на него огнекита! Перекусил отродье! Не знаю, насколько его хватит! Орок силен!

Кивнув, я ускорился. Сати снова улетела в свободный полет на поиски новых мощных духов, которые могли бы потягаться с темной змеей, используя себя в качестве приманки. Недаром все же получила прозвище Огнекитовая наживка…

Плыть пришлось еще долго. Множество раз змея возвращалась, стремясь меня уничтожить. Несколько часов прошли в изнуряющем побеге от темной сущности. Иногда Бхоль удавалось привлечь местных духов, которые активно нападали на вторженца.

Наконец, на мою очередную просьбу о помощи пришел лаконичный ответ:

— “Положительно”.

Огромный мощный поток огня вырвался откуда-то со стороны центра планеты и врезал по следующей за мной по пятам змее, чуть не спалив меня самого. У темного отродья не было и шанса. Червяк Орока растаял без следа. Больше никакой угрозы духовное Чутье обнаружить не могло.

Я отправил новый запрос с помощью духовной Сути, открыв футляр с Когтем:

— “Прошу уничтожить проклятый артефакт”.

— “Обоснование действия”.

— “Обоснование? Коготь Орока портит всем жизнь на поверхности! Много людей погибли из-за него!” — в послание я вложил массу эмоций.

Фанши молчал. Я осознал, что божество, представляющее целую планету, происходящее на поверхности не особо интересует. Мы не более чем мелкие паразиты, копошащиеся на кожуре яблока. Наверное, даже Бездны Орока были для него всего лишь мельчайшими червоточинами или прыщиками.

— “Положительно”, — решило божество в итоге.

Более аккуратная обжигающая ложноножка выдвинулась ко мне, подхватила переданный Коготь Орока и утащила в сторону ядра. Спустя какое-то время раздался приглушенный взрыв, и по округе пронеслась волна возмущения из темного огня. Впрочем, субстанция мантии быстро пожрала чужеродную энергию.

Приплывшая Сати поинтересовалась, как все прошло. А я сам не был до конца уверен. Общение с Фанши напрямую оказалось не тем, чем я себе представлял. Словно беседуешь не с разумным человеком, а с подобием компьютера. Но кто я такой, чтобы судить о том, как должны вести себя боги? Орок тоже не образец благоразумия отнюдь.

— “Коготь Орока уничтожен”? — спросил я на всякий случай.

— “Положительно”.

— Ура!

На радостях я обнял Сати и закружил в счастливом танце. Впрочем, долго миловаться было опасно, потому что температура и давление на краю мантии были значительно мощнее, чем в зале закалки для Мастеров. Мы с трудом противостояли напору, окутавшись Барьером. Да и духи здесь обитали значительно более свирепые. Лишь внимание Фанши отвлекало их от наших персон.

Тем не менее, терять такую возможность было грешно, и я немного пообщался с Фанши. Если это можно назвать общением. Разговаривало божество своеобразно. Порой мы просто не понимали друг друга. Но, когда речь зашла о противостоянии с Ороком и Безднах Орока, Фанши разразился целой длинной тирадой. Борьба божеств длилась не сотни и даже не тысячи, а миллионы лет. Сводилось все к тому, что периодически, раз в несколько столетий, Фанши проводил чистку поверхности на предмет нежелательных образований. Для этого божеству был необходим проводник или аватар: человек, ифрит, высший дух или иное разумное существо, способное справиться с истинным жаром Фанши. Он упоминал синий огонь, что соответствовало ступени Высшего — на четыре ступени выше Мастера. О практиках такого уровня в местах, в которых мы побывали, и не слышали. Только смутные легенды остались.

— “Уничтожь проклятый артефакт. Иначе он доставит массу проблем в будущем”, — нехотя вытащил я из схрона предмет, попавший под действие темного огня.

— “Положительно”.

Рука Фанши забрала артефакт внутрь ядра и уничтожила.

— Прощай, Клешня, моя верная соратница… — протянул я с толикой грусти. — Фанши, до встречи!

Я в любом случае не планировал становиться никаким героем, аватаром, избранным или еще какой неведомой зверушкой. С Когтем оно само так получилось. Свершать геройские поступки — это хорошо, но и жить тоже когда-то надо. Мне кажется, мы с Сати уже заслужили своими действиями и подвигами как минимум пару столетий покоя и ленивой неги. Так что я пожелал Фанши удачи с поиском проводника, после чего мы со спутницей удалились восвояси. Чувствовали мы себя превосходно несмотря на то, что обгорели из-за близкого соседства с ядром планеты. Коготь Орока уничтожен, темное божество растратило все свои силы, так что мы сможем, наконец, вздохнуть спокойно.

Эпилог

[Несколько декад спустя]

— Тц, задела-таки, зараза, — проворчал я, осматривая кровоточащую рану в боку.

— И не говори! — закатила глаза Даррака, поднимая с земли свою руку.

— И почему ты всегда лезешь в самое пекло, получаешь больше всех, но все равно лезешь? — буркнула Сати, наименее пострадавшая из нас всех. Возможно, потому что мифриловый доспех имел отменную защиту.

— Целитель рядом, вот и не парюсь, — отмахнулась аракийка поднятой рукой.

— Рваная рана, — пробормотал я, осматривая повреждения Чонджул. — Может криво срастись.

— Рокх с ней! Отрежем и заново вырастим! Колдуй, Ли!

Мы с Дарракой присели на камень, и я принялся врачевать, стараясь срастить руку ровно. Плоть быстро восстанавливалась под палящими язычками целебного пламени.

Много чего произошло за последние декады. Мы смогли воссоединиться с Чонджул, которая преодолела Четверной Предел по более безопасному, морскому маршруту. Что забавно, это мы наткнулись на аракийку в одном поселении. Хотя именно она нас активно разыскивала, а не наоборот.

Чонджул все еще находилась на ступени Адепта, но быстро сокращала разрыв. Во время своего паломничества в горы она не только восстановила татуировки и навестила родню, но и прошла обучение у аракийской мастерицы женских техник. Так что потухнуть и стать “рокх” она более не опасалась.

— Облачница! Займись душой поверженного демона. Она не должна пропасть зря!

— И кто за ней будет следить здесь? — скептически вопросила Бхоль, оглядев массивную переливающуюся ауру зверя, что все не хотел отправляться на тот свет.

Наткнулись мы на демона практически случайно. Путь до следующей ступени оказался довольно тернист. Мы шли на запад в поисках одного ценного ингредиента для зелий и набрели на небольшое поселение под названием Шобо-Ши. Местных жителей терроризировал сильный демон, и мы согласились им помочь за достаточно скромную плату. Шестилапая Мантикора, обитавшая на ближайшем холме, принадлежала к желтой касте. Монстр оказался достаточно сильным. Его огненная техника пробивала скалы и прошивала Барьеры, хотя на подготовку атаки у него уходило довольно много времени. В некоторых местах демон оставил после себя глубокие кратеры с трещинами в скалах. Мы втроем славно поработали, изничтожив поганца. Теперь сверкающая аура Шестилапой Мантикоры безвольным куском висела в воздухе. У нас имелась возможность ее добить, либо поместить в какое-нибудь пристанище.

Из одной из трещин в скале вдруг полился небольшой фонтанчик воды. Образовался ручей, который потек с холма вниз, выискивая кратчайший маршрут. По-видимому, монстру одной из своих атак удалось достать до водоносного слоя.

Внезапно в моей голове щелкнуло. Я еще раз оглядел местность и понял, что она идеально подходила под мои планы. Давно мне хотелось остановиться хоть ненадолго, подумать, покультивировать в спокойствии. Найти место, которое можно было бы назвать домом. Или создать такое место самому.

— А знаешь, что, — взял я слово. — Тащи ауру демона вон в ту скалу.

— Но кто будет приглядывать за ней? — уточнила Бхоль.

— Мы.

— Мы? — приподняла она бровь.

— Я ведь упоминал, что мечтаю организовать свой Орден или что-то похожее. И мне кажется, это место отлично подходит. Замечательный вид с холма, источник воды, деревня рядом, запечатанный демон, далеко от Хрустального пика. Что еще для счастья надо? Как вы на это смотрите?

— Ха, я за любую движуху! В Ордене всегда есть чем заняться, верно? — отметила Даррака.

— Ну, раз господин того желает… — проговорила Сати.

— А сама что думаешь?

— Я всего лишь ученица Ордена Семи Облаков. Не уверена, можно ли мне участвовать в данной затее…

— Считай, что мы основатели филиала Семи Облаков. Принципы твоего культа мне, в целом, нравятся, только их надо немного скорректировать. Да и в любом случае, каждый ученик рано или поздно становится наставником, а может, даже настоятелем.

— Если мы не будем нарушать постулаты Ордена Семи Облаков, я не против. Мне всегда нравилось заниматься с детьми… — проговорила Бхоль мечтательно.

— Да! Будешь у нас наставницей по занятиям Ши!

— А я кем? — спросила Даррака.

— Конечно же, наставницей по Цунь! — кивнул я.

— Рокх! Целая наставница! Звучит классно, — удовлетворенно произнесла Чонджул. — Ауч!

— Не дергай рукой, — проговорил я строго излишне подвижной пациентке.

Сати схватила своим гибким клинком дергающийся комок ауры и отнесла его в сторону, после чего поместила в большой валун высотой в два человеческих роста. Аура демона исчезла внутри и перестала так сильно фонить. Но по опыту нам известно, что некоторое демоническое влияние останется, и культивировать в данном месте станет немного проще. Еще надо будет научиться проводить обряды по запечатыванию души демона. Но опыт — дело наживное.

— Интересно, как там Хуй поживает, — вспомнил я об ученике. — Может, он захочет продолжить обучение в Ордене? Да и Джи стоит навестить при случае…

— И как мы назовем Орден? — поинтересовалась Сати.

— Я ведь говорил как-то…

— Нет, только не это! — округлила глаза Бхоль.

— Чего? О чем речь? — спросила Даррака.

— Разумеется, об Ордене Кочегаров! — заявил я с гордостью.

— Господин, может, передумаете? — простонала Сати.

— А мне нравится, рокх! Орден Кочегаров звучит круто, — поддержала меня Чонджул.

— Милая Дари, назначаю тебя старшей наставницей! Будем с тобой учить правильному воспыланию! — заявил я.

— Рокх!

Возмутиться такому повороту событий Бхоль не успела, поскольку на холме появился гость.

— Господин Мастер! — услышали мы голос подошедшего сына старосты деревни. — Вы сумели победить монстра!

— Само собой…

— Насчет платы… Не уверен, сможем ли мы набрать оговоренную сумму… — принялся он неумело торговаться.

— Возможно, мы сумеем договориться с вашей деревней кое о чем другом… — проговорил я. — Кому принадлежат эти земли?

— Вроде бы ничейные, — почесал голову парень. — На севере ведь Проклятый Лес, откуда часто лезут монстры. На востоке Черная Пропасть. Демоны вроде этого здесь нередко появляются …

— Как ты думаешь, гун не согласится отдать мне небольшой клочок земли?

— Ого! Хотите здесь обосноваться?! Если будете защищать от монстров, то отдаст, наверное. Но надо со старейшиной посовещаться.

— Да, надо будет обмозговать данный вопрос… — протянул я.

Мое внимание привлекла алая звездочка на горизонте, показавшаяся смутно знакомой. Так что я решил отложить разговор.

— Ступай в деревню и сообщи, что с демоном покончено.

— Да, господин Мастер! — серв низко поклонился и направился прочь с холма.

— Такую славную победу и мой титул старшей наставницы должно отметить жарким сексом, рокх! — расправив плечи, аракийка придвинулась ко мне.

— Вы же не так давно уединялись! — всплеснула руками Сати. — Распутница!

— Чего это распутница? Не так уж и часто мы развлекаемся. А вот тебя такими темпами Ли совсем позабудет!

— Ты должна понимать, что наибольший прирост в Цунь-Ши-Дао происходит, только когда близость случается нечасто и при правильном настрое!

Даррака невозмутимо наматывала локон светлых волос на палец:

— Да плевать на Цунь-Ши-Дао, мне сам процесс важнее...

— Аг-х, блудница горная! — взвилась Сати.

— Полено низинное! — парировала аракийка.

— Г-хем, — кашлянул я. — Дамы, попридержите хурглов, у нас новый гость.

— Гя-уш! — выполз из зарослей Чебуль, которого я отпустил погулять перед битвой.

Зверек споро забрался мне на плечо, убедившись, что опасность миновала. Хургл достиг ступени Адепта, но все еще оставался осторожным и хитрым. Было чему у него поучиться.

— Так и знала, что найду вас, если полечу по отголоскам духовных разрывов, — приземлилась на холм Ния Хелсс. — Пришлось потрудиться, чтобы выйти на ваш след…

Выглядела ифритка вроде бы как и раньше, но имелись и трудноуловимые отличия. Одежда, сотканная из язычков пламени, стала менее аляповатой, более взрослой, что ли.

Я приготовился к непростому разговору:

— Итак, ты нашла ответы на мои вопросы?

— Нашла, — кивнула Ния уверенно. — И правильного ответа не существует.

— Вот как? — приподнял я брови.

— Хоть есть и общие ценности, каждый находит что-то свое. Несколько месяцев я жила среди людей. Отыскала малолюдный хутор, где меня приняли спустя некоторое время. Помогала по хозяйству… — ифритка слегка запнулась. — Сначала у меня многое не получалось, но я не опускала руки, училась не создавать пожары и не впадать в ярость, и меня приняли в семью. Спустя месяц мне доверили даже следить за младшими детьми.

— Для ифрита, вероятно, серьезное достижение, — кивнул я.

Ния кинула на меня подозрительный взгляд. Так и не поняв, смеюсь я над ней или нет, девушка продолжила свой рассказ:

— Я задавала разные вопросы жителям деревни, но ни один из них не смог дать четкого ответа. Зачастую они различались.

— Спрашивала ли ты, за какую сумму они готовы были продать своих чад?

— Спрашивала, — кивнула она. — Есть люди, что готовы расстаться со своими детьми за деньги, но большинство отказалось наотрез, какую бы сумму я ни называла. Возможно, я все еще недостаточно хорошо понимаю людской мир, но я усвоила урок, человек.

— Вот как?

— То, что я планировала сделать сродни продаже, и это недопустимо, — тряхнула она копной сверкающих волос.

— Ф-ух, вот и славно. Значит, твоя просьба больше не актуальна?

— Актуальна, — обнажила Ния свои заостренные зубки.

— Но почему?!

— Я довольно долго находилась в больших семьях среди детей. Знаю, что меня будет ждать много сложностей, но я решила испытать все трудности и радости материнства на себе. Я решила воспитать своего ребенка сама, вдали от моего отца и домена Хелсс. Так, чтобы он хорошо понимал не только мир духов и ифритов, но и мир людей. Возможно, из этого получится нечто интересное…

— Погоди, погоди! — подняла ладонь Даррака. — Видишь ли, у Ли уже есть мы с облачницей!

— Ничего страшного, я не займу много времени вашего мужчины.

— Что значит, ничего страшного?! — взвилась Бхоль. — Распутная ифритка!

— Ладно-ладно, не будем горячиться… — попытался я снизить накал страстей. — Я доволен твоими речами, Ния, вот только есть одна мелочь, про которую ты забыла.

— Какую же? — нахмурилась она.

— Кх-м, любовь.

Ифритка осмотрела меня снизу вверх:

— Думаю, я смогу полюбить человека, даже такого наглого, как ты.

— Но кто сказал, что я смогу полюбить тебя?

— О-о, просто дай немного времени. Никто не сможет устоять перед несравненной Нией Хелсс!

— Господин Кон, вы же не собираетесь… — предостерегающе заметила Сати.

— Но нам ведь не хватает наставницы Дао для нашего Ордена… — протянул я осторожно.

— Наставница Дао? — заинтересовалась Хелсс.

— Ты же гонялась за моей душой. Должна много знать про Дао.

— Это факт, — кивнула она. — В таком случае я стану наставницей Дао и заставлю тебя полюбить меня. А затем займусь воспитанием ребенка!

Я вздохнул, понимая, что ифритку все еще сложно назвать нормальной с человеческой точки зрения. Она мне нравилась, но к Дарраке и Сати я испытывал иные чувства. Даже самому интересно, сможет ли ифритка заставить меня воспылать.

— Вы ведь не против? — уточнил я у дам.

— Знала ведь, что все закончиться этим… — буркнула Бхоль обреченно.

— Чем больше наставников, тем лучше! — обронила Даррака. — Главное, чтобы тебя хватило на всех.

— Надеюсь, что хватит, — произнес я не слишком уверенно, вспоминая песенку про султана и трех жен.

— Допустим, мы трое будем преподавать Цунь-Ши-Дао, — проговорила Бхоль. — А сам ты чему планируешь обучать?

— Разве это не очевидно? — поднял я палец вверх, окутав руку оранжевыми языками пламени. — Я буду учить аколитов Пути истинного Кочегара!

[Конец серии]

Спасибо всем за чтение и поддержку!

На данный момент планирую заняться новой историей. Не буду давать обещаний продолжить цикл, но в принципе еще 1-2 тома Пути можно будет написать когда-нибудь в будущем. Интересно посмотреть на становление нового Ордена и разные проблемы в процессе.

Буду признателен, если оставите комментарий и к 1 тому (без спойлеров пожалуйста):

https://author.today/work/184952

Что еще почитать:

https://author.today/u/magic/series

Статусы на конец серии

Имя: Ли Кон Чай

Прозвище: Сумасшедший Кочегар/Ублюдок Ли, Кровавый Должник, Тухлый Мясник, Крушитель Черепов, Предатель Пекла, Пиратский Разлучник, Стальной Отступник, Змеиная Наживка, Наездник Демонической Виверны, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс, Лисолов, Отмеченный Тьмой, Отсекатель Жвал, Цветочный Вор, Непостижимый Целитель, Терзатель Проклятой Настоятельницы, Целомудренный Прохвост, Убийца Королей, Уничтожитель Когтя Орока

Раса: Человек

Возраст: 22

Ступень: Мастер

Положение: настоятель Ордена Кочегаров

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: духовный щит, греющая аура, духовная суть, духовный барьер, духовный разрез, шаговый разрез, кипящая кровь, огненный шаг, духовное чутье, духовное дыхание, духовное поглощение

Цунь: 18%

Ши: 8%

Дао: 32%

Кочеранг Тысячи Целебных Оплеух

Уровень: Небесный. Тип: личный предмет. Владелец: Ли Кон Чай

Особенность: увеличение скорости атаки на 97%

Особенность: возврат к владельцу, радиус действия до 112 шагов

Особенность: ускоряет исцеление ран

Особенность: массовое исцеление, преобразование целительской энергии эффективнее на 59%

Котелок Родникового Очищения

Уровень: Облачный. Тип: общий предмет

Особенность: очищает воду от примесей

Особенность: увеличение шансов успеха при варке на 50%

Особенность: увеличение эффективности духовного огня на 29%

Имя: Сати Бхоль

Прозвище: Трусливая/Кровавая Сати, Предатель Пекла, Истребитель племени Тургол и Степных Крыс, Падшая Облачница, Цветочный Вор, Терзатель Проклятой Настоятельницы, Огнекитовая Наживка, Невозмутимый Манекен, Убийца Королей, Уничтожитель Когтя Орока

Раса: Человек

Возраст: 20

Ступень: Мастер

Положение: наставница Ши Ордена Кочегаров

Дух-хранитель: Келстигнусс, белая каста

Особые навыки: барьерная аура, духовный разрез, греющая аура, бытовое обезвоживание, духовная суть, кипящая кровь, огненный шаг, духовное чутье, духовное дыхание, духовное поглощение

Клинок Ивовых Искр

Уровень: Облачный. Тип: личный предмет. Владелец: Сати Бхоль

Особенность: призыв скальных искр высотой 2,6 шага

Особенность: гибкость, растягивается до 2,3 раз

Особенность: проводимость ци увеличена на 57%

Мифриловый Доспех Ускользания

Уровень: Лунный. Тип: общий предмет

Особенность: усиление броневой защиты на 48%

Особенность: проводимость духовной энергии выше на 102%

Особенность: вероятность защиты от прямой атаки выше на 72%

Особенность: потребление духовной энергии ниже на 40%

Особенность: усиление движений носителя на 45%

Имя: Чебуль

Прозвище: Проглот, Резервный Паек

Раса: Хургл

Возраст: 1

Ступень: Адепт

Положение: талисман Ордена Кочегаров

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: бездонный желудок, огненный шаг, огненный разрез, духовное поглощение

Имя: Даррака Чонджул

Прозвище: Молотобоец Даррака, Цветочный Вор

Раса: Человек

Возраст: 24

Ступень: Адепт

Положение: наставница Цунь Ордена Кочегаров

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: барьерная аура, духовный разлом, греющая аура, духовная суть, огненный шаг, кипящая кровь, духовное чутье

Молот Громового Барьера

Уровень: Небесный. Тип: личный предмет. Владелец: Даррака Чонджул

Особенность: легкость для владельца — снижение веса в 2,2 раз

Особенность: громовой удар

Особенность: реактивность — вмещает до 4,6 терций ци

Особенность: усиление духовного Барьера на 49%

Имя: Ния Хелсс

Прозвище: Непокорный Книгочей, Подгорная Мегера, Сельская Ифритка

Раса: Ифрит

Возраст: 72

Ступень: Адепт

Положение: наставница Дао Ордена Кочегаров

Дух-хранитель: нет

Особые навыки: барьерная аура, духовный разрез, духовная суть, огненный шаг, духовное чутье, огненная форма, духовный полет, духовное дыхание, духовное поглощение, огненное копье

Уничтожено:

Коготь Орока

Уровень: Солнечный. Тип: общий предмет

Особенность: увеличение скорости атаки на 39%

Особенность: проклятый артефакт

Особенность: разрушает душу живого существа при смерти

Особенность: упрощенное создание темных существ

Особенность: скорость прохождения темного огня выше на 138%

Особенность: наносит незаживающие раны

Клешня Рассекающего Поглощения

Уровень: Небесный. Тип: общий предмет

Особенность: увеличение силы хвата на 95%

Особенность: поглощение до 43% активной внешней духовной энергии

Особенность: сопротивляемость альтернативной энергии, возможность держать запас в 8,4 терций ци

Особенность: проклятый артефакт

Пять правил кочегара:

— возвращай долги

— не пресмыкайся

— не сдавайся, храни огонь в сердце

— помогай слабым и беззащитным

— пей молоко

Уровни предметов:

Земной

Горный

Облачный

Небесный

Лунный

Солнечный

Звездный

Nota bene

Опубликовано Telegram-каналом «Цокольный этаж», на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет:

Путь Кочегара VI

Content

Путь Кочегара VI

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог

Статусы на конец серии

Nota bene