Возвращение ликвидатора. Новая угроза #3

Эпизод 1. Планы на будущее

Состояние было — врагу не пожелаешь. Отходняк во всей его красе. Бедный детский мозг Дениса Пичуги никак не мог справится со свалившимся на него знанием, периодически подвисая в самые неожиданные моменты.

Но я держался. Знал, что стоит отпустить вожжи эмоций, как вырвавшись на свободу, они снесут меня, и уволокут сознание в бездну. Откуда я вряд ли смогу выбраться.

Так что приходилось держать контроль. Который ослабевал с каждой минутой.

Спасательный отряд «копов» прибыл через тридцать пять минут после того, как мы разобрались с преследующей нас Структурой. По мнению Княжны, такой срок свидетельствовал о полной заднице, творящейся в столице и окрестностях, ведь по регламенту подобные группы должны появляться максимуму через десять-пятнадцать минут. От момента получения сигнала тревоги, если что, а не после того, как угроза миновала.

Но я был не в претензии. Ноги только промочил, и теперь в кроссовках противно хлюпало. А вот моя команда терпение потеряла минут так двадцать назад. Не все, конечно, только представители высшей аристократии и кланов. Но и то не от спеси, а от плохо скрываемого страха.

Вскоре нам сообщили о прибытии транспортного вертолета, и указали точку, куда следовало выдвинуться для эвакуации. Что мы и проделали, наблюдая за снижающимся бортом, в открытой двери которого — доброе утро, Вьетнам! — торчал вооруженный крупнокалиберным пулеметом стрелок.

— Что так долго! — стоило только копам высыпать из машины, беря периметр под контроль, Наташа, как самая благородная и заносчивая, набросилась на командира.

Закованный в футуристическую броню боец лишь кинул на девушку короткий взгляд, буркнул что-то вроде: «Все вопросу к командованию», и отдал приказ грузится. Выглядел он измотанным.

— Наташ, ты гонор свой придержи. — шепнул я покрасневшей от возмущения девушке. Еще бы, саму дочь маршала Кузнецова какой-то капитан проигнорил. — Все устали, не только ты.

После того, как наша связь была мною в одностороннем порядке разорвана, приходилось, как прежде, доносить свои мысли словами. Откат в каменный век, просто. Пару часов назад я бы просто послал по сопряжению волну спокойствия и ободрения, и забыл бы о произошедшем.

Пришлось даже ухватить ее за локоток, и слегка его сжать, чтобы привести девушку в чувство. Та от неожиданности попыталась вырваться, но быстро взяла себя в руки и просто кивнула.

Пока мы торчали на болоте, я запретил обсуждать то, что ребята видели. И причины разрыва слияния не назвал. Понятно, что это не шло мне в плюс, как лидеру, но они уже привыкли меня слушаться, так что сработало. Пытаться снова объединиться в Структуру после того, как я осознал свое прошлое, казалось еще более паршивой идеей. Да, мыслей моих никто из них прочесть не сможет, но мало ли что?

В вертолете, который оторвался от земли едва последний боец копов запрыгнул внутрь, тоже молчали. Но там и обстановка способствовала — все равно под рев турбин и винтов не удалось бы ни слова услышать, да и посторонних вокруг было слишком много.

Летели долго. Около сорока минут, причем, постоянно меняя направление, из чего я сделал вывод, что мы кого-то со следа сбиваем или что-то в этом роде. Спасибо, хоть противоракетных маневров не исполняли, а то бы я совсем охренел от того, как быстро дела стали такими аховыми.

Наконец вертолет стал кружить над небольшим островком в густом море подмосковных (мы же еще в Подмосковье были, да?) лесов. Сверху она больше всего походила на деревушку хоббитов из «Властелина колец» — крытые дерном крыши, низкие, сильно утопленные в землю строения, полное отсутствие таких важных для военной базы вещей, как дорожки и плац для построений.

С поправкой — на деревеньку хоббитов, окруженной бетонным забором, колючей проволокой, с пулеметными точками и спешно возводящимися минными полями. Среди всей этой красоты даже мобильная точка ПВО имелась — четыре тонких стрелы автоматизированного комплекса некоторое время сопровождали нашу винтокрылую машину.

Было похоже, что данный объект только-только начали выводить из консервации. В которой тот находился последние лет пятьдесят, а то и все сто.

Стоило машине коснуться колесами посадочной площадки, спецназовцы быстренько высадили нас, и снова куда-то улетели. Ни слова даже не сказали, даже чего-то вроде: «Вам туда» или «За вам скоро придут». А спросить больше было не у кого. Вокруг не было ни одного человека. Кроме часовых на вышках, но и их я как-то опасался тревожить.

Зато остальные восприняли эту ситуацию, как возможность поговорить и прояснить ситуацию. Вопросы — в основном содержащие «какого хрена» — вновь посыпались на меня, как из дырявого мешка.

— Последний раз повторяю, молодежь. — пробурчал я. — Я понятия не имею, где мы. И я не готов обсуждать произошедшее. И дело не в том, что хочу что-то от вас скрыть. Просто пытаюсь не навредить еще больше.

— Молодежь! — фыркнул Мельников. — Гляньте, у нас тут батя нарисовался!

Когда я распустил Структуру, слова у подростков стали вылетать быстрее, чем они успевали их обдумать. И, естественно, звучали самым раздражающим (для меня) образом. Я поймал себя на мысли, что очень хочется Валере всечь. С ноги, да так, чтобы он перелетел через забор и грохнулся где-нибудь в лесу.

Другие школьники с радостью поддержали разгорающийся срач, но к счастью, на горизонте появился знакомый мне коп, и всем пришлось заткнуться. А Ледящев, именно он вышел нас встретить, лишь с удивлением оглядел резко, будто в рот воды набравших, замолчавших ребят.

— Пичуга…

— Сергей Сергеевич…

— Все в порядке?

— Не задавайте идиотских вопросов, и не получите глупых ответов.

Тут я, похоже, перегнул. Довели детишки. Раньше Денис Пичуга лишь тонко дерзил старшим по возрасту и по званию товарищам. Сейчас же я откровенно хамил. Сбился с роли после всех этих событий. И это не ускользнуло от внимания офицера государственной безопасности.

— Ты голосок-то прикрути обратно, баловень судьбы!

— А то что?

Нет, меня определенно несло. Все настройки сильно умного подростка, которыми я привык пользоваться за последнее время, слетели до заводских, а они у меня, годов так на сто старше тела. И с очень богатой историей. И для них этот капитан-безопасник был не слишком великим авторитетом.

Черт его знает почему так произошло. Хотя, что тут думать-то? Эти эмоциональные качели начались у меня сразу после возвращения памяти. Точнее, полная блокировка эмоций, которые на тот момент сильно мешали, но сами по себе никуда не делись. С командой еще как-то сдерживал себя, видать потому, что чувствовал ответственность, а вот с капитаном не посчитал нужным этого сделать.

Более того, я бы, наверное, даже поругался бы с ним. С удовольствием! А может и подрался! Наезжает он тут!

— Так, я вижу, что у тебя стресс. — сам решил сдать назад капитан. — Пойдем, отведу тебя с командой в кубрик, там отдохнете, придете в себя. Наталья Федоровна, — это он уже к Княжне обратился. — Ваш отец прибудет, как только сможет. Просил передать, что обстоятельства требуют его присутствия во дворце.

— Мы вообще где? — спросил я уже после того, как Ледящев повел нас в сторону какого-то древнего строения, сложенного из покрытого мхом красного (кажется) кирпича. — Что еще за петровские казармы?

Офицер бросил на меня короткий взгляд, в котором я безошибочно прочел тот же совет, которым я сам с ним поделился несколько минут назад. Но не озвучил его — с самообладанием у него явно было получше, чем у меня сейчас.

— Законсервированный объект второго уровня. — пояснил он. Бросил взгляд на экран телефона, который держал в руках и добавил. — Введен в эксплуатацию… час назад. Так что на особые удобства не рассчитывайте. Но койки, вроде, уже должны были поставить.

— Все настолько хреново?

— Не твой уровень доступа, Пичуга.

— А! То есть это никак не связанно с тем бедламом в интернете, который ваше ведомство и смежные, так паршиво пытаются зачистить? С функциями, атаковавшими всех высших должностных лиц страны?

Капитан посмотрел на меня волком, но ничего не сказал. Довел до строения, буркнул: «Располагайтесь», и свалил, игнорируя все дальнейшие вопросы.

В принципе, я сам себя сейчас так вел — со школьниками. Голова была настолько забита кучей различных вопросов и ответов, что на общение с командой уже никаких сил не оставалось.

— Располагаемся… — пробормотал я под нос, разглядывая гладкие бетонные стены помещения, и два десятка двухъярусных солдатских коек, с брошенными на сетки матрацами.

— Пичуга! Да объясни, блин, что твориться? — возопила Княжна, от вида апартаментов пришедшая в совершеннейший ужас.

— Мы вроде прояснили этот вопрос. — пожал я плечами. Выбрал себе ближайшее лежбище и с огромный удовольствием плюхнулся на заскрипевшую кровать. — Война, походу.

Школьники тут же собрались в кружок.

— Да с этим понятно. — Ира присела рядом со мной, ультимативно сдвинув меня от края своей крепкой попкой. — Вопрос — что с нами? С нами что?

— Да!

— Объясни!

— Хватит в молчанку играть!

— Мне страшно!

Последнюю реплику произнесла Лиза Летова — девочка-танк. В ее исполнении — массивной азиатки, способной скрутить в бараний рог любого из здесь присутствующих — это прозвучало особенно тревожно. Настолько, что все сразу прекратили забрасывать меня вопросами, и уставились на девушку.

— Мне тоже. — ответил я после некоторой паузы. Прикрыл глаза, наблюдая, как перед внутренним взором снова разворачивается гибель целой галактической цивилизации, и повторил. — Мне тоже, Лиза. Поверь.

И демонстративно сложил руки на груди, давая понять, что на разговор не настроен совершенно. Погалдев вокруг еще немного, подростки разошлись. Большинство просто решили отдохнуть — так-то день сегодня был очень напряженным. А Иринка, двинув меня попой еще пару раз, улеглась рядом, прижавшись спиной, и затихла.

Забавно. Недавний я был бы очень доволен таким поворотом. А сейчас просто прижал к себе девушку, зарылся носом в ее волосы, и замер. Состояние покоя все никак не наступало. Хорошо хоть Ирка молчала — за это я был ей особенно благодарен.

Так прошло около часа, наверное. Я не спал — все крутил в голове полученную информацию и пытался придумать, как мне с ней жить дальше. Очень тяжело и дальше изображать из себя дерзкого пацана, когда в твоей памяти все знания почти под ноль уничтоженного народа.

Я даже, грешным делом, подумал о том, чтобы снова их запереть. Тем более, что сделать это мог без труда — способ-то снова был доступен. Но тут вмешалась Кукла. До поры верная напарница молчала, позволяя самому разбираться с одолевающими меня внутренними демонами, но тут не сдержалась.

«Так, все! — было последним, что я услышал. — В перезагрузку, живо!»

После чего сознание моментально отключилось, и я провалился в сон без сновидений. Именно то, что и требовалось.

Проснулся я через час, бодрым и отдохнувшим. Команда продолжала сопеть носами, пребывая в объятиях Морфея. Аккуратно, стараясь не разбудить Иринку, я поднялся с кровати и вышел на улицу. Вечерело. Солнце уже коснулось верхушек деревьев, окрасив их в один из оттенков красного.

— Справился? — хмуро спросила Кукла, когда я нырнул в Чертоги, где меня и поджидала напарница.

— Да. Спасибо, Ань. Мне это было нужно.

— Не булькает. — не выходя из образа обиженки отозвалась она. Но тут же перешла к главному. — Лях, что делать будем?

Аналитик. Верный друг. Функция. Та, с кем мы были неразлучны десятки лет. С кем убили всю ее родню. Почти всю.

— Я так надеялся, что смогу прожить простую жизнь. Ну ладно, немножко усложненную этими всеми интригами, но без спасения одних миров и уничтожения других. Не судьба…

— Ной не ныл и ты не ной! Я очень конкретный вопрос задала.

Ей тоже было страшно. Раньше я считал, что функции не умеют боятся. Но проведя вместе много времени, понял, что она уже куда больше человек, чем те, кто таковыми себя только называют.

— Давай прикинем. Информации пока маловато, но некоторые выводы можно сделать уже сейчас. — начал я. — Итак, у нас на Земле функции решили ударить по одному из сильнейших и крупнейших государств. Произошло это вскоре после того, как мы с тобой сюда вернулись. То есть, почти сразу, как им могло стать известно об уничтожении галактической Иерархии.

— И они поняли, что остались последними представителями своего вида во всей вселенной. — закончила за меня напарница.

— Ага, примерно так. До этого момента функции сидели на своих цифровых задницах ровно. Предполагая, что рано или поздно с родины придет подкрепление, и эта планетка, по недоразумению до сих пор остающаяся свободной, падет. Сохранение статус-кво для них было максимально выгодно. А война же грозила дойти до обмена ядерными ударами и прощай подготовленный плацдарм под новое вторжение.

— Теперь рассчитывать на это они не могут.

— Верно. Опустим пока вопрос — как здешним вторженцам удалось узнать о гибели других миров Иерархии? Тут может быть десяток ответов, каждый из которых для нас совершенно неважен. Куда важнее другое — здешние лидеры осознали, что из ситуации они могут выпутаться рассчитывая только на свои силы. Думаю, какое-то время они потратили на подготовку…

— Стикс.

— Возможно. Кузнецов и Ледящев упоминали о том, что Стикс каким-то образом сотрудничает с функциями. Предположим, что он был одним из агентов. Вряд ли единственным. Допустим, он организовал переброску Структур под Москву. Когда их накопилось достаточно, был нанесен удар. Если бы он был успешным, Российская империя потеряла бы управляемость. Ненадолго, но этого хватило бы для захвата инициативы.

— Били только по одной стране?

— Мы этого не знаем. Но, предполагаю, что да. Незачем распылять усилия, пытаясь атаковать сразу всех. Достаточно ударить по одному, причем такому, которого никто не любит.

— Нашу страну не любят? — притворно удивилась Кукла.

— Ты у нас вообще гражданин галактики, но да. Не любят. Если бы кто-то напал на Россию, то остальные бы только лапки потирали от удовольствия, да подбирали отпавшие куски территории. Думаю, Иерархия это просчитала.

— Анализ неплохой. Но ты исключил из него ядерное оружие.

— Наши, я имею ввиду русских, применили бы его лишь в одном случае. Если бы встал вопрос существования страны. Но и тут функции все просчитали. В случае удачных атак на руководство государства, в первые часы полномасштабного вторжения, этот приказ просто некому было бы отдавать. А потом — незачем. Не, я тут даже немножко восхищаюсь теми ребятами, что придумали этот план.

— Ты же знаешь, что индивидуальность у моей расы не в чести?

— Ну я так, образно. Просто, хороший план. Мог сработать. Более того, он до сих пор может сработать.

— Думаешь, будут новые удары?

— Уверен. Иерархия не пойдет на военные действия без бардака в лагере противника. Как и власти империи. Сторонам выгоднее сделать вид, что ничего не произошло, и ждать следующего подходящего момента. На месте функций, я бы вообще на несколько лет затихарился — время на их стороне. За годы можно усилить как собственный наступательный потенциал, так и и ослабить противника. Дипломатия, провокации между другими государствами, создание внутри России пятой колонны.

— Они могли бы попытаться нанести такой удар по другому государству. — предположила Кукла. Не всерьез, а в качестве дополнительного довода, который имело смысл рассмотреть.

— Нет. Россия — идеальная цель для первого удара. Слишком большая, слишком богата ресурсами, с отличным технологическим и военным потенциалом. А главное…

— Никто не любит русских. — закончила она.

— Даже сами русские, порой. — хмыкнул я.

Мы замолчали, рассматривая созданную модель на предмет ошибок и неверных выводов. И довольно быстро пришли к заключению, что выглядит она очень даже стройно.

— Что ж. — Кукла совсем по человечески почесала кончик носа. — Это возвращает нас к моему самому первому вопросу. Что будем делать, Лях?

— Доделывать то, что не смогли закончить. — ответил я. — Только сперва нужно пожрать. Знания себя прошлого я получил, а тело до сих пор не приведено к оптимальному состоянию. Небольшая мозговая активность, и я чувствую себя выжатым, как лимон!

Эпизод 2. Бардак, пожар, потоп и переезд

Без связи с внешним миром, в полной изоляции на этой забытой всеми богами базе, мы просидели стуки. Даже немного больше, я так-то следил за временем. Никто не пришел нас проведать, лишь парочка бойцов из службы охраны объекта появились один раз, да и то для того, чтобы приволочь два массивных баула с продуктами. Сухпайком, точнее. Но и он зашел на «ура» — после сегодняшних «расходов», калории, всякие там белки и углеводы, были нужны не меньше, чем воздух.

Однако, это было вчера вечером. После чего на двадцать часов про нас словно бы забыли. Мы спали, гуляли в бараке и вокруг него, однако стоило хоть кому-то из нас пересечь невидимую черту, как тут же появлялся наряд из трех вооруженных солдат, который просил нас вернуться в расположение.

Когда это случилось впервые, такая постановка вопроса выбесила нашу главную невротичку — Наташу. Она накинулась на бойцов с угрозами и обвинениями, и нам стоило большого труда ее урезонить. А копы так и простояли с безучастными лицами, даже оружием не угрожали. Типа, что хочешь делай, главное не выходи за периметр.

— У солдат есть приказ. — сказал я после этой сцены. — Им сказали, что мы не должны выходить. Они его выполняют. Не надо усугублять.

— И что они нам сделают? Стрелять будут? — снова тогда завелась Княжна. — Да я их!..

— Ты их, конечно, ага. — буркнул я. — Тут с этим никто и не спорит. Но, судя по всему, там идет война. Или вот-вот начнется. Ты готова убивать солдат дружеской армии?

После этого все заткнулись. Пытаться пересекать границы не прекратили — это превратилось хоть в какое-то развлечение. Однако, стоило солдатам появится на горизонте, как мои подопечные тут же сдавали назад, даже конфликтов не затевали.

Так и прошло время. Спали, ели, гуляли. Еще по интернету лазили, но новостей там найти уже не удавалось. Чекисты все вымарывали на стадии появления, даже запущенные Хакершей поисковые боты не успевали отлавливать появления инсайдов. Все-таки, государственный аппарат, при всей его стартовой неповоротливости, страшная штуку, когда раскочегарится.

А потом явился солдатик, совсем молодой пацан, лет на пять-шесть старше меня нынешнего, и сообщил, что нас ожидают в штабе. Надо ли говорить, что мы не заставили себя в уговаривать. Рванули так, что волосы назад легли.

Назвав один из ангаров штабом, ему, конечно, здорово польстили. Никаких тебе коридоров, кабинетов и скамеек для ожидающих. Одно пространство, разве что вполовину поменьше, чем наше. Но с земляным полом, и полностью лишенное окон помещение. Однако, внутри было светло — лампы горели в каждом углу. Паренек проводил нас до дальней стены, где под светом сразу четырех прожекторов, стоял стол. Вокруг него роилось человек десять.

Узнал я только одного — Федора Кузнецова. Маршал империи в ярком электрическом освещении выглядел ожившим трупом. Бледный, с глубокими тенями под глазами, по стариковски запавшим ртом и каким-то ссутулившимся. В общем, совсем не тем боевым стариканом, с которым я когда-то познакомился.

И одет он был не очень привычно. Полевая форма, но не какой-то камуфляж, а судя по виду — легкий бронекостюм. У которого отстегнули внешние модули, оставив только облегающий, похожий, на водолазный, комбез. Усиленный на груди и животе вмонтированными в него пластинами.

— Молодежь! — улыбнулся он, увидев нашу стайку.

Взмахом руки отогнал штабистов, в пару шагов приблизился и сгреб дочку в объятия. Та, как всякий подросток, тут же попыталась вырваться, мол, ну что еще за телячьи нежности у всех на глазах! Однако с тем же успехом Княжна могла попытаться остановить локомотив паровоза. Так что уже через пару мгновений обмякла, и сама обняла отца.

Дурында! Я бы сейчас что угодно отдал, чтобы меня вот так кто-то в грудь впечатал.

— Все ваши родные в полном порядке. — первым делом уведомил нас Федор Михайлович. — Как только произошло нападение на мое имения, их эвакуировали на запасную точку. Там они сейчас и находятся. И, нет. Мы пока не дадим вам возможности увидеться, прошу к этому отнестись с пониманием. У врага оказалась слишком глубоко проникшая в наши ряды сеть осведомителей. Мы не можем рисковать.

И хотя мама Дениса, и его сестры, не были мне родными, я испытал чувство облегчения и благодарности. Все-таки этот старикан относился к людям старой закалки, для которого взятые на себя обязательства не были пустым звуком.

— Может, хотя бы вы расскажете, что происходит? — спросил я.

Хотя я, как бы, уже не был Лидером Структуры, поскольку сам ее распустил, право говорить от имени коллектива одноклассники так и оставили за мной.

— Бардак. — емко охарактеризовал ситуацию маршал. — Пожар, потоп, переезд и Казни египетские в одном наборе!

— Настолько плохо?

— Нет. Не настолько. — уточнил Федор Михайлович. — Все же война не началась, и мы сохранили статус-кво. Но зато оказались в ситуации, когда возникли серьезные проблемы с доверием. Именно поэтому вас пришлось продержать здесь так долго — мы попросту не знаем на кого сейчас можем положиться. Стикс и те, кто за ним стоит, хорошо поработали за последние годы. Чего нельзя сказать о нас.

Ребятня откровения великого князя пропустила мимо ушей — болтает старик, и пусть болтает. А я вот сразу же напрягся. Ведь строго говоря, Кузнецову не было необходимости нам ТАК все разжевывать. Он даже мог не объясняться, если уж на то пошло. Ограничился бы сообщением о родных, и дело с концом.

Но тот факт, что он это все-таки делал, говорил только об одном. В голове старого новуса, среди всех планов и дел, которые ее заполняли, одно было отведено нам.

Подтверждая мою догадку, дальше маршал начал рассказывать, как удар функций едва не парализовал деятельность правительства, всех управленческих институтов, а так же обнажил множество проблем в вопросах, как внутренней, так и внешней политики. Мол, в армии саботаж и дезертирство, в силовых структурах — чистки, с бюджетами беда…

Плюс ко всему, когда колосс под названием Российская империя, чуть не свалился от множества небольших, но точных ударов, зашевелились зарубежные партнеры. Вновь из под сукна были вынуты территориальные споры, замятые, но не разрешенные конфликты, все эти хитросплетения, интриги и мировоззренческие противоречия.

— Хорошо они нас изучили за эти годы, нечего сказать. — подвел итог Федор Михайлович, словно бы повторяя мои слова из нашего с Куклой разговора. — Лучше нас самих. Мы теперь на воду дуем, обжегшись на кипятке — каждое действие проходит через целое сито проверок. Как вы понимаете, на управлении это сказывается не лучшим образом.

— А с нами-то теперь что? — спросила Хакерша, умевшая, как и я, смотреть в суть сказанного, как бы его не прятали за словесными кружевами.

— А ничего, Машенька. — развел руками маршал. — Война едва не началась вчера, и теперь точно понятно, что она все равно вскоре начнется. Это уже большая политика и большие батальоны. Вам там не место. Да и нам, в силу обстоятельств, не до экспериментов. Сейчас, когда все поутихнет, и мы обновим протоколы безопасности, вы просто вернетесь к учебе. Ну и Игр, как вы понимаете, тоже ждать не стоит. Они заморожены до высочайшего распоряжения.

Мы уже не были единым целым, и эмоции своих сокомандников я не мог считывать с прежней легкостью. Однако, даже сейчас я знал, что словами Наташкиного отца они недовольны. Им не понравилось, что при первой же серьезной угрозе, их отодвинули в сторону, как каких-то несмышленышей. Мол, постойте пока в сторонке, а взрослые дяди и тети разберутся с проблемами.

А «гуки» между прочим, целую Структуры вальнули! Это что-то да значило!

— Вы же нас собрали не для того, чтобы это сказать? — произнес я, когда повисшая в углу ангара тишина стала уже давящей. — В смысле, это же можно было и через адъютанта передать, и без всех этих подробностей. Но вы почему-то приехали сами, хотя дел у вас, подозреваю, вагон и маленькая тележка.

— К чему это ты, Денис? — с хитрецой прищурился Федор Михайлович.

— К тому, что мы вам нужны, но вы при этом предпочли бы, чтобы инициатива исходила от нас, а не от вас.

— Интересно. Продолжай.

— А нечего продолжать. Я уже все сказал.

На самом деле — не все. Сказать я мог куда больше, и прямо сейчас размышлял о том, стоит ли это делать. Даже с Куклой по этому поводу успевал спорить. Она, кстати, была против.

Я же считал, что время пришло. Мне полностью открылось мое прошлое, а с ней четко сформулировалась и цель. Функций надо добить. Не потому, что я такой кровожадный, нет. Просто, сами они не остановятся. Не смогут. У них в прошивке — постоянная экспансия, захват новых жизненных пространств, биомов и всего того, что можно поставить на службу Иерархии.

Они терпеливо ждали, когда с метрополии прилетит новый Носитель, и захват Земли произойдет, как положенно, а не в таком усеченном варианте, как случилось семьдесят с небольшим лет назад. Но узнав, что помощь не придет, она встали перед очень простым фактом — развиваться согласно заложенным протоколам или смириться и деградировать. Жить или умереть, если угодно.

То, как они ударили по Российской империи говорило о сделанном выборе.

Так что и у меня его, выбора, в смысле, не осталось. Другое дело, что в одиночку действовать, как это было в прошлом, я не смогу. Слишком мало знаю о здешних раскладах, чтобы махать шашкой направо и налево. Да и биологический возраст — помеха. Никто не станет воспринимать меня всерьез.

А значит, вариант оставался только один. Если я хочу уничтожить функций, я должен объединить усилия с государственной машиной. Но не в подчиненном положении, которое до недавних пор меня вполне устраивало, а в качестве равноправного партнера.

Правда, для этого придется открыться. И если уж это и делать, то с Кузнецовым. Собственно, именно против этого Кукла и возражала.

— Но кое-что ты бы все же хотел сказать? — с удивительной проницательностью произнес князь.

— Возможно. Но не здесь. Не при всех.

Возмущение, поднявшееся над головами «гуков» можно было ложкой черпать. Злились они на меня. Второй раз за недолгое время, я снова отказывал им в доверии. Сперва — разорвав сопряжение и ничего по итогу не объяснил. Второй раз — сейчас.

— Хочешь приватного разговора? — уточнил Кузнецов. Мне показалось, что подобному повороту он не был удивлен.

— Да. — твердо ответил я.

— Что ж… — маршал несколько секунд молчал, после чего повысил голос и приказал. — Всем очистить помещение! Охрана — протокол «Занавес». Внутри помещения должны остаться только я и господин Пичуга.

Если бы взглядами можно было убивать, Наташкин развалил бы меня надвое. Ну еще бы — батя выгнал ее, а оставил какого-то Пичугу. От Ирки тоже тянулась недобрая энергия. Из девчонок только Хакерша отреагировала более-менее адекватно. Парни же просто глухо надулись.

Последний военный вышел за двери, закрыв их за собой, и мы с князем остались в ангаре одни. Некоторое время молчали, играя в гляделки. А потом я решил, что это все детский сад, и если уж решил что-то делать, то нечего тянуть.

«Я по прежнему считаю, что это ошибка. — сообщила Кукла. — Все, больше лезть не буду. Делай, что должен».

— Итак? — первым нарушил молчание Кузнецов.

— Вы хорошо знакомы с историей Вторжения, Федор Михайлович? — начал я с вопроса. — То есть, я понимаю, что эти события проходили на ваших глазах, но насколько вы осведомлены о неких деталях того времени?

— Неожиданно! — крякнул маршал. — Хм, ну, скажем так, достаточно осведомлен. В том числе и о ряде операций, которые не попали в официальные учебники истории.

— Это хорошо. — кивнул я. — Тогда, должно быть, вы должны помнить о неком новусе с очень редкой функцией? Его звали Иваном Польских, и он был Ликвидатором.

Удивить я его сумел. Не знаю, чего он ждал, когда отдавал приказ на этот протокол «Завеса», чем бы он ни был, но точно не этого. Даже подвис на минуту, явно копаясь в памяти.

— Был такой. — осторожно произнес он, наконец. — Лично мы с ним знакомы не были, но слышать о нем, слышал. Очень своеобразный молодой человек… Погоди, а ты-то про него откуда знаешь?

Догадка озарила его лицо. Ну, как бы, сложно не понять таких толстых намеков. Как он сам сказал, славные деяния Ляха не попали в официальные учебники истории, оставшись лишь в памяти очевидцев, да в засекреченных архивах охранителей престола. И тут пацан без рода и племени вдруг упоминает об этом (не)герое войны. Да еще с таким видом, что мог бы много о нем рассказать.

— Погоди-ка… — растерянно протянул маршал. — Не хочешь же ты сказать… Ну да, все сходится! Эта мутация — его наследие?

— Вы решили, что я его потомок? — хмыкнул я. — Ох, если бы, Федор Михайлович! Тут все немного сложнее, и в то же время проще. Я он и есть.

Чем хороши умные собеседники, так это проявлением реакции на неожиданность. Скажи я подобное кому-нибудь из одноклассников, меня подняли бы на смех. Любому взрослому — отправился бы на прием к психиатру. Ледящеву — попал бы в закрытое НИИ до конца своих дней. А вот Кузнецов только надавил пальцами на глазные яблоки, массируя их, и в упор посмотрел на меня.

— Занятно. И как ты оказался… — он обвел рукой стоящего перед ним подростка, и закончил: — Таким?

В следующие несколько минут я рассказал Кузнецову сжатую версию своего прошлого. Начал с того момента, как отправился в Сингапур, чтобы уничтожить, как я тогда думал, Маяк. Пичуга не мог бы нигде нарыть подобных данных, ведь операция планировалась сингапурскими новусами и очеловечившимся Чистильщиком. Не уверен, что в архивах здешнего ФСБ есть полный отчет о том, что там случилось.

Продолжая рассказа, я поведал, что на месте выяснил, что функции к вопросам связи подошли с большой выдумкой. И группа их сильных псионов, сожрав огромное количество жизненной силы людей, выстрелило собственными сознаниями куда-то в космос.

К их несчастью, рядом оказался я. Перехватил управление, и вместо сигнала «SOS», к звездам ушло совсем другое послание. Точнее, я сам. Вместе с прицепившейся ко мне Куклой. А потом тем же способом вернулся обратно.

Парой фраз сообщил, что цивилизация функций уничтожена, и те, кто остались на Земле, последние. То есть, фактически признал, что атаки на русских военных и политических деятелей произошли в результате моей прошлой активности.

А под конец сказал, что хочу закончить то, что начал. Окончательно уничтожить эту, похожую на раковую опухоль, цивилизацию. Поэтому, мол, и открылся. Чтобы уже нормально сотрудничать в сложных обстоятельствах, а не корчить из себя подростка.

— Я прошу с пониманием отнестись к тому, что я сказал. — произнес я, завершив рассказ. — И оставить все сказанное между нами. То есть, я понимаю, что такое в тайне удержать не получится, но хотя бы максимально сузить круг посвященных мне бы хотелось.

Маршал мне поверил. Сразу и безоговорочно. Он уже достаточно хорошо смог меня узнать, плюс я озвучивал такие вещи, про которые не то что Денис Пичуга — многие министры двора знать не могли.

— Ты вернулся, чтобы закончить начатое? — тем не менее проговорил он заторможенно.

— Строго говоря — нет. Я вернулся, чтобы без памяти о прошлом прожить одну человеческую жизнь. Хорошую или плохую, но — нормальную. Где не нужно мир спасать, а можно влюбляться, путешествовать, растить детей. Я, знаете ли, Федор Михайлович, не догулял в прошлом теле. Не до того было. А тут — такая возможность! Но кто же знал, что вы до сих пор с функциями не разобрались, и мне снова придется вписываться?

Князь хохотнул. Кажется, мои последние слова его позабавили. Просто прожить одну человеческую жизнь — действительно смешно. Для кого-то. Но не для меня. С того момента, как я вспомнил свое прошлое полностью, я точно знал, что именно этого и хотел.

— Что ж. Это, как ты понимаешь, немного неожиданно.

— Вполне понимаю.

— И ты при этом совершенно уверен, что можешь справиться?

— Скажем так, я имею достаточные основания полагать, что с моей помощью у вас все получится. А без меня… Я недостаточно хорошо осведомлен о политической картине мира, но что-то мне подсказывает, что она совсем не благостная. Вы правильно заметили, что функции хорошо вас изучили, а значит нанесли удар, понимая, к каким результатам он может привести.

— То есть, без тебя, у нас не выйдет?

— Если бы мне предложили сделать ставку на то, как дальше будут развиваться события, я бы поставил на мировую войну. В которой функции передушат все страны по очереди. Сперва помогая одним против других, потом уничтожая победителей. Это домыслы, конечно…

— Не такие уж и домыслы. — печально улыбнулся Кузнецов. Вдруг как-то подобрался, решительно рубанул воздух рукой и сказал. — Решено. Я принимаю твою помощь и твои условия. Что же касается узкого круга осведомленных, кое-кого все-таки посвятить придется. Причем, как можно скорее. Денис… или мне тебя теперь Иваном называть?

— Да зовите уже Денисом, я даже привык как-то.

— Значит, Денис. Собирайся. Мы вылетаем в столицу, нужно познакомить тебя с государем.

Эпизод 3. Стрельницкий

В московскую резиденцию главы государства мы с Кузнецовым смогли попасть только через четырнадцать часов после завершения разговора. Как бы не поджимало время, а про протоколы безопасности князь не соврал. Новусы, столкнувшись с ударами изнутри, прогоняли через мелкое сито даже абсолютно надежных людей. Что уж говорить о никому неизвестном мальчишке, которого невесть откуда вытащил маршал империи.

Но — все-таки получилось. И спустя четырнадцать часов передо мной открылась дверь небольшого кабинета, где в одиночестве работал с бумагами (настоящими, не электронными) император российский.

Его внешний вид почти не изменился с тех пор, как я видел его в последний раз. Все тот же великан почти двухметрового роста, с плечами, для которых, я уверен, некоторые дверные проемы специально расширяли. Седые волосы, которые этот немолодой мужчина, как и прежде, носил собранными в толстый хвост на затылке, уже были такими, когда мы с ним лишь познакомились.

Изменился лишь взгляд. Раньше Лидер одной из крупнейших семей русских новусов смотрел так, что хотелось забиться куда-нибудь под койку, то теперь в глазах самодержца были только усталость и растерянность.

— Федор.

— Кирилл. Выглядишь неважно.

Он поднялся, приветствуя старого друга, пожал ему руку. Бросил короткий взгляд на меня, но ничего не сказал. А ведь ему уже наверняка, хотя бы в общих чертах, доложили, что за типа ведет на прием Кузнецов. Ну, не мог он не знать, какой бы не была секретность.

Я, по крайней мере, исходил из этого. Поэтому, кивнув и произнеся: «Вечер добрый, Кирилл Владимирович!» сразу же прошел к стенной нише, и плесканул себе в стеклянный бокал немного вина. И уже вооруженный напитком, уселся в свободное кресло, коих в кабинете было ровно три штуки.

Мы с ним не были друзьями. Никогда. Иногда враждовали, но чаще сотрудничали. Я не разделял его мечтаний о возрождении монархии, более того, противился этому, как только мог. Но при этом я всегда относился к нему с уважением. Все-таки, именно этот мужик положил конец усобице русских новусов, позволив нам бороться с Вторжением. И даже почти остановить его.

И мы часто общались. Чаще, чем мне бы хотелось. В те времена я всегда вел себя примерно так, как сейчас. А Стрельницкому было прекрасно известно, что Ликвидатору Ляху проще пустить еще одну пулю в затылок, чем заставить соблюдать субординацию.

— Моча какая-то. — сообщил я свое мнение, сделав глоток.

— Французское. Прости, бодяги из «Пятерочки» нет. — не дрогнув ликом, отозвался император.

— Как и самой «Пятерочки». — покачал головой я. — Ну что, Кирилл Владимирович? Я прошел проверку?

— Учитывая насколько я хочу тебя придушить, ты точно тот самый Лях.

— Даже не сомневайтесь. А когда я расскажу о своем предложении, вы вряд ли сможете сдержать себя.

Кузнецов переводил взгляд с меня на самодержца. Взгляд его выражал полную растерянность. Вероятно, с русским царем никто так себя не вел очень давно. При нем, по крайней мере — никогда.

— Федор, расслабься. Этот человек — тот, за кого себя выдает.

Маршал позволил себе ругательство, тоже прошел к бару и плесканул в стакан вискаря. И плюхнулся в последнее свободное кресло.

— Это же хорошо, Кирилл?

— Да вот хрен его знает…

Я вполне понимал Стрельницкого. Там где Ваня Лях, даже понятия «слабоумие и отвага» приобретают совершенно новый смысл.

— Кирилл Владимирович, да не пугайте вы так Федора Михайловича! А то он так, чего доброго, решит, что притащил своему господину бомбу с часовым механизмом.

— И будет не слишком далек от истины. — без выражения откликнулся седовласый мужчина. — Иван, мне сказали, что у тебя есть план? Я хотел бы его услышать. Не могу сказать, что мы в полном тупике, но именно твой взгляд пришелся бы кстати.

— Ой, да ладно вам! — я отмахнулся с самым легкомысленным видом. — Я что, похож на человека, у которого есть план?

Дал этой фразе сдетонировать — глаза Стрельницкого вспыхнули злостью — и примирительно поднял руки.

— Сейчас у меня нет плана, вашество. Я же только из космоса вернулся, попал в тело пацана, у которого никакого внятного доступа к информации нет. Но у меня будет план. Как только я достаточно глубоко погружусь в анализ.

Добрее взгляд императора не стал. Наоборот, теперь он вполне холодно раздумывал над тем, чтобы убить меня. Не по причине личной неприязни, хотя, полагаю, частично все же благодаря ей. А просто потому, что я слишком много знаю, но при этом ничего предложить не могу. То есть — бесполезен. Да еще и кучу его времени потратил.

— Ну, это логично. — встал вдруг на мою сторону Кузнецов. За что тоже был награжден недобрым взглядом.

— Кирилл Владимирович, давайте поменьше эмоций. Федор Михайлович же рассказал вам о том, что я вернулся на Землю после того, как уничтожил всю цивилизацию функций.

— Это ты так говоришь…

— А вы знаете, что это правда. — парировал я. — Иначе бы, ваши китайские и африканские друзья до сих пор сидели в своих землях, и мирно ждали подмоги из дома. Но нет, они напали. И сделали это только потому, что поняли — подкреплений не пришлют. Некому. В то же самое время, я — вот он. Сижу перед вами, и держу в голове все, что знали и умели функции. Все, понимаете? Я уже давно не просто Ликвидатор.

— Что помешает это забрать?

— Я. Вы можете попытаться схватить меня, но я просто сменю тело. — тут уже пришлось блефовать. — Для тех, кто чуть не захватил Землю, это довольно обыденная процедура, доступная и мне. А уж чуана я успел подготовить. Другими словами, мы либо будем с вами сотрудничать, либо — я уйду. Я за первый вариант. Да и вы человек очень умный. Так что предлагаю перейти уже к делу. Мне нужна информация о состоянии дел на планете. Вся доступная вам. Можете меня запереть в каком-нибудь бункере, если опасаетесь. Кстати, так даже лучше будет, а то у вас в последнее время с протоколами безопасности просто беда какая-то. За пару недель я смогу выдать план, как справится с пришельцами, и не просрать при этом Землю. Годится?

Есть такое выражение в русском языке: «И хочется, и колется». Стрельницкий в настоящий момент был иллюстрацией этой поговорки. Дела его были плохи, и он отчаянно нуждался в помощи. Но рука, которая эту помощь ему протягивала, доверия не внушала.

Однако, он не усидел бы на троне так долго, если бы не умел в компромиссы. Что и продемонстрировал, выдав через минуту лишь одно слово:

— Неделя?

— Две. Мы что, на китайском рынке? Плюс минус в этот срок я уложусь. И смогу подготовить план действий.

Мужчины переглянулись. Кузнецов решительно тряхнул головой. Знаю, говорят, что на вершине власти друзей не бывает. Но это все брехня и домыслы тех, кто никогда не поднимался даже до середины горы. Без людей, которым доверяешь, и к мнению которых прислушиваешься, одиночка не проживет долго. Тем более, так долго, как Стрельницкий.

Он качнул головой сразу после маршала.

— Хорошо. Две недели. Я распоряжусь, чтобы…

Договорить император не успел. Где-то за стеной глухо грохнул взрыв. Довольно далеко, но — в резиденции государя. Кажется, с агентурой функций до конца так и не смогли покончить.

Кузнецов тут же вскочил, буквально выдернул Стрельницкого из кресла, и шагнул к бару. Стукнул носком по какой-то скрытой от меня панели, и часть стены быстро скользнула в сторону. За ней открылся проход, уходящий под землю.

— За мной! — рыкнул маршал. Хотя, нет. Уже Воин. Новус, спасающий Лидера.

— Я бы не стал. — произнес я спокойно. — И, Федор Михайлович, дверь в тайный ход я бы тоже закрыл. По нему сюда уже спешат враги.

Только услышав взрыв, я просканировал весь дворец. Здесь было много новусов — что совсем не странно — однако некоторые из них вели себя подозрительно. Например, пять человек сейчас спешили в нашу сторону, двигаясь, при этом, на уровень ниже нас. Вряд ли это была группа быстрого реагирования, те-то только к дверям сейчас подошли.

— С чего взял? — Кузнецов все-таки остановился, но вход в тоннель пока закрывать не спешил. Только Стрельницкого на пол поставил.

— Сканер. — я постучал согнутым пальцем по лбу. — Умение Ликвидатора. Там пять человек. За дверью семеро. Последние — наши.

Едва я закончил, как дверь в кабинет распахнулись, и телохранители государя ворвались внутрь. Явно действуя по какому-то своему протоколу, они снова потащили Стрельницкого в тайный ход.

— Нет! — остановил их маршал. Даже больше, оттеснил бойцов от дыры в стене, и закрыл ее. Поверил мне. — Двое остаются здесь, сдерживать прорыв, если придется. Остальные… Старший, какой запасной маршрут отхода?

Все это Кузнецов говорил, глядя в стволы наставленных на него короткоствольных ПП. Похоже, телохранители решили, что князь тоже из предателей, и хочет их задержать.

— Слушать Кузнецова! — приказал вдруг Стрельницкий. И с явной неохотой добавил. — И этого пацана. Их распоряжения на время эвакуации приравниваются к моим.

Как я и говорил — дядька он не глупый. Моментально просек, что несмотря на нашу взаимную друг к другу неприязнь, сейчас именно я могу спасти его жизнь.

Командир ГБР тоже порадовал. Едва заметным жестом приказал опустить оружие, и кивнул. Доложил Кузнецову.

— Запасной маршрут через террасу и зимний сад.

— Веди!

— Отряд противника на подходе. — сообщил я, указывая на тайный ход. — Двадцать секунд.

И в этот момент я остро ощутил, насколько отстает речевая связь от нашего с ребятами слияния. Будь они сейчас здесь, я бы только подумал о том, что им следует знать, а они бы в тот же миг все поняли и даже сформулировали из этого дальнейшие решения.

А так — у нас двадцать секунд. И за это время я должен каким-то образом донести до телохранителей целую кучу вводных. Например, что я, и еще несколько человек, должны задержаться, и встретить врага, чтобы они не напали на нас со спины. Что у двоих из них тяжелое вооружение, и двое бойцов их не задержат даже на десять секунд. Скорее всего, даже меньше.

Но остановить их можно. Я ударю Криком в полную силу, но в нынешнем моем физическом состоянии, это будет одноразовая акция. Всех, кто находится за дверью, я положу, после чего и сам вырублюсь примерно на минуту. А там уже телохранители императора могут зайти в проход и добить врага. По крайней мере — этого.

Ну, а меня после этого нужно взять на ручки и утащить туда же, куда поведут Стрельницкого. Вот как это все выдать?

— Князь. — сокращая слова по максимуму произношу я. — Я ударю, бойцы пусть добьют. Ты — унесешь.

И не дожидаясь подтверждения, подхожу к фальшивой стене. Вижу, как одна из призрачных фигур нападавших, опускается на колено, направляя ствол громоздкого оружия в мою сторону. Выпускаю Крик за секунду до того, как палец боевика вдавливает кнопку на рукояти. Чувствую, как лопаются какие-то сосуды в мозгу, ругательство Куклы, после чего наступает темнота.

В себя прихожу уже на руках у Кузнецова. Маршал бежит, моя голова, безвольно свисая с его локтя, качается из стороны в сторону. Перед глазами круги и ноги телохранителя императора. В голове — последствие взрыва ядерной бомбы. В ушах — ворчание напарницы.

«Гениальное решение, Лях! — она знает, что я уже в сознании. — Именно в момент атаки функций выключится на пятьдесят шесть секунд! Просто, мать твою, идеально подобранное время! Что за хренов героизм?»

«Ань, ну че ты? Зато какая идеальная возможность растопить ледок между мной и Стрельницким! Поверь, я все просчитал!»

«Просчитал он! — бухтение становится чуть тише. — А если бы тромб? Кровоизлияние в мозг? Это очень тяжело восстанавливается, чтобы ты знал! У тебя тело не готово к таким нагрузкам! А бросили бы тебя? Или Кузнецов не понял, что ты там ему сказал! Нет, я понимаю, что как Аналитик ты не уступаешь сейчас мне, но это был неоправданный риск!»

«Принято, коллега! Постараюсь больше такого не делать. Но, согласись, момент был очень удачным».

«Согласна…» — неохотно кивает напарница. Она тоже просчитала ситуацию.

Я не знаю, почему функции (или наемники) решили вскрыть свою очередную законспирированную ячейку именно в тот момент, когда я выбрался в гости к императору российскому, но был им отчасти благодарен. Стрельницкий встретил меня более настороженно, чем я на то рассчитывал, а значит наше сотрудничество грозило закончится быстрее, чем я мог бы проработать план.

Но удар поставил под угрозу жизнь самодержца, и мне удалось его спасти. По чистой случайности просто оказавшись рядом, и применив свои особые возможности. После такого глава государства хоть чуточку, но проникнется ко мне приязнью. Больше будет помогать, меньше мешать — профит. Нет, реально, если бы покушения не состоялось сейчас, мне стоило бы организовать его самому.

Ну а в том, что напали «спящие агенты», то есть люди, входящие в систему охраны императора, я не сомневался. Штурм где-то на периферии, запуск протокола эвакуации первого лица, и настоящие убийцы в тайном проходе — все это говорило только об одном. Атаковали «свои».

Неясным оставалось только одно. Почему именно сейчас? Самый паршивый ответ, который буквально напрашивался — где-то прошел слив. Пока мне организовывали встречу, кто-то проболтался. А Аналитики врага сумели понять, кто идет в гости к русскому царю.

— Федор Михайлович, меня уже можно поставить на ноги. — слабым голосом произнес я, открывая глаза. — Спасибо, что вытащили оттуда.

Маршал чуть замедлил бег, глянул на меня, и хмыкнул.

— Ты не тяжелый. Пока понесу. Всяко быстрее будет, чем сам ковылять станешь. И, тебе спасибо! У противника был гранатометный комплекс. Если бы не твое предупреждение…

Отлично! Он понял все, что я хотел сказать теми обрывистыми фразами-командами. И меня унес, и коридор приказал зачистить.

— Стрельницкий в порядке?

— Беспокоишься за него? — еще один смешок.

Все-таки, нравился мне князь. Какой-то он… правильный, что ли. Вроде, так близко к Олимпу, а не скурвился. Не превратился за — сколько ему лет? Сотни полторы ведь, не меньше! — в пупа земли, одержимого только своими хотелками. И с чувством юмора все нормально. Видать, крепкая была закваска.

— Ну, как… Если он помрет, будет сложнее. С кем-то другим придется договариваться. А мы уже вроде ударили по рукам.

— Императора вывели. Недавно наши маршруты разошлись, куда он направился — я не знаю.

— А мы?

— К вертолетной площадке. Получим «добро» от зенитчиков, и вылетаем обратно на базу.

— А потом?

Меня интересовало, не порожняком ли мы слетали. С одной стороны, император уже почти дал добро на накачку меня всеми секретными разведданными, но с другой стороны — после покушения мог и передумать. Например, вбить в свою венценосную голову, что от меня лучше держаться подальше.

— А потом тебя отвезут в один очень хорошо защищенный и секретный бункер, где дадут доступ к нужной для работы информации.

Фуф, сработало! Не впустую день прошел.

— Денис, я чего спросить-то хотел… — судя по тому, что Кузнецов перешел с бега трусцой на быстрый шаг, мы уже почти добрались до выхода к вертолетной площадке. — А ты когда успел чуаном обзавестись? Ты же постоянно под колпаком находился. Сперва люди комитета тебя вели, потом мои подключились. Нет, там были, конечно, белые пятна, но…

Он мог спрашивать это для императора. Или для себя — из любопытства. А я мог ничего ему не отвечать, либо наврать с три короба про свои сверхновусовские возможности. Но мне почему-то показалось правильным сказать ему правду. Князь пока был единственным человеком, который не обманул моего доверия ни разу. И старался играть честно.

Да даже если он для Стрельницкого информацию собирает, что с того? С тем же успехом, я могу свою правду объявить ложью. Или заставить власть имущих ломать голову над тем, когда я был честен, а когда врал.

— Шутите, что ли, Федор Михайлович. — как раз в этот момент маршал остановился и поставил меня на ноги? — Я просто блефовал, чтобы Кириллу в голову дурные мысли не попали.

— Вот ты жук! — восхитился Кузнецов. — А я ведь поверил!

«Но этим вопросом, кстати, стоит озаботится. — катнул я мысль Кукле. — Нам не помешает 'план Б».

«Сперва мне! Ты обещал!»

Обещал? Когда? А, ну точно! Перед отлетом домой. Кукла сказала, что на Земле, она снова хочет иметь свое собственное тело. Я вспомнил это только сейчас.

Эпизод 4. POV Стикс

Снова этот мальчишка! Сорвавший акцию с младшей Кузнецовой, угробивший Пластика, выживший в дорожной перестрелке и теперь вот спасший Императора от покушения! И до сих пор живой и невредимый! Стикс чувствовал, что при одной только мысли об этом школьнике, у него начинает подрагивать уголок глаза. Верный признак потери контроля.

Операцию готовили в спешке, но просчитано было все. Союзники предоставили последних спящих агентов из числа охраны Стрельницкого, люди Стикса осуществили отвлекающий удар, который позволил ударной группе проникнуть в подземный ход. Известно было, что императора в случае атаки будут уводить именно через него. Где его и должны были встретить боевики.

Но государь спасся. Боевики мертвы. А Стиксу предстоит отчитываться за провал перед союзниками. У которых, в обмен на проведение этой акции, он выторговал много всего нужного ему в борьбе.

И виной всему — тут уже без вариантов — мальчишка, с которым Стрельницкий встречался во дворце!

Еще когда союзники запросили помощи в операции, Козырь напрягся. Убить императора — это хорошая цель. После его смерти воцарится хаос, плодами которого он сможет наилучшим образом распорядиться. Но оговорка — приглашенный на аудиенцию молодой человек тоже должен погибнуть — опытного революционера сразу же насторожила. Зачем? Фигуры же несопоставимые — глава государства и какой-то «молодой человек».

Наведя через своих людей справки, Стикс с удивлением выяснил, что вторая цель — уже знакомый ему Денис Пичуга. Гимназист, уже дважды оказывавшийся в самом его эпицентре планов. Именно он был гостем императора.

Тогда прозвенел второй звоночек. Один раз, как говорится, случайность. Два — совпадение. Три — тот самый случай на дороге — это уже закономерность, дамы и господа! Однако судьба, явно издеваясь на «террористом номер один» снова решила организовать им встречу. И поставила Пичугу на пути Стикса уже в четвертый раз. А четыре — это, как известно, уже закон.

Была мысль отказаться от операции. В конце концов, союзники работали не только со Стиксом, были и другие контакты в среде Козырей. Просто он был лучшим, поэтому в первую очередь обращались именно к нему.

И он бы отказался. Поверил бы чуйке, которая благим матом орала, что каждый раз, когда в уравнении появлялся этот мальчишка, отлично проработанные планы рассыпались, будто их дети на коленке верстали! Но для борьбы нужны были материалы. А поставить их в нужном количестве могли только функции.

Плюс — появилась возможность уничтожить помеху, которая уже столько его планов спустила в унитаз!

Стикс не пытался себя обманывать — пришельцы использовали его. Но и он делал в отношении них тоже самое. Тут весь вопрос заключался в том, кто сможет сделать это с наибольшей для себя пользой. Знаменитый даже за пределами своей страны борец с режимом или инопланетяне, осевшие в Китае и Африке.

Козырь был уверен, что «состязание» выиграет именно он. Потому что у него была достойная цель, к которой он шел уже несколько десятилетий. Более того, он уже видел признаки того, как под троном, одна за другой, рассыпаются прежде нерушимые опоры.

Аристократия, армия, полицейский аппарат… Они были верны все эти годы, но теперь видят, что император не может контролировать происходящее. Удары сыпались то с одной стороны, то с другой, и венценосец все чаще пропускал их. А служить тому, кто проигрывает — нет, такого в человеческой истории никогда не случалось.

Стикс был уверен, что когда придет его время, он сможет без труда освободится от влияния временных союзников. Он ведь прекрасно знал все их слабые стороны, даже понял чуждое их мышление. А значит, против него они будут бессильны. В то время, как сам он сможет стереть их с лица Земли.

Но сейчас этот момент еще не наступил. А значит…

— Связь установлена.

Отвечающий за защищенное соединение сотрудник повернулся к Козырю и кивнул. Тому осталось лишь подавить вздох, и нацепить на голову странное сооружение, больше всего похожее на древний аппарат для проведения электроэнцефалографии головного мозга. Сеточка-путанка из множества тончайших проводов, где узлами выступали крохотные датчики. Козырь собрал его сам, следуя инструкции союзников. И получил связь, которую не могли перехватить ни одна имперская служба.

Основывалась она на передачи мозговых волн, и могла работать лишь с парным устройством. Расстояние при этом не играло никакой роли — собеседник мог находится в соседнем здании или на другом конце света. Минус у прибора был только один — он передавал не слова, а мысли. И каждый раз, когда Стиксу нужно было использовать его, приходилось специальным образом настраиваться, чтобы пришельцы не смогли прочитать все его мысли.

«Здесь Стикс». — мужчина сформулировал приветствие.

«Здесь Структура три-один-семь».

Номер у собеседника был коротким, что означало его принадлежность к верхушке инопланетной Иерархии. С ним Стикс еще ни разу не общался. Обычно с ним разговаривала Структура семь-ноль-четыре-восемь-два. Это говорило о серьезности сеанса связи.

«Операция по уничтожению Стрельницкого и его гостя провалилась. Обоим целям удалось спастись. Ударный отряд уничтожен, отряды прикрытия смогли отойти без потерь».

Тянуть с правдой не было никакого смысла, и Стикс решил выдать ее сразу. Заодно и попытаться отследить реакцию собеседника. Но ее не было.

«Принято. Известны причины провала?»

«Нет полной уверенности. Есть подозрения, что дело в госте. Нужно больше информации по нему».

На некоторое время в «эфире» повисла тишина. После чего в голове прозвучало:

«Запрос принят. Одобрено. Загружается информационный пакет по субъекту».

В ту же минуту у Стикса заболела голова. Сжатый в архив пакет распаковывался. И почти мгновенно наполнял его пониманием о том, кем на самом деле был этот мальчишка.

Ликвидатор. Довольно редкая функция даже среди пришельцев и полностью отсутствовавшая в среде новусов. Охотник на отбраковку. Одиночка, в отличие от остальных Структур, которые включали в себя множество модулей. Обладающий способностями практически всех типов.

«Опасность, — так же значилось в пакете. — Приоритет на уничтожение».

Стикс с трудом подавил мысль, которая буквально всплыла в этот момент: «Почему Иерархия так боится одного конкретного новуса?» И продолжил разговор, словно бы ее и не было. Длительные тренировки помогли «не проболтаться».

«Информация принята. Участие в защите императора Ликвидатора объясняет провал. Почему данная информация не была предоставлена ранее?»

«Нет данных. Переговоры вела другая Структура».

И вот считай после этого функций бездушными компьютерами! Черта с два! Реакция вполне себе человеческая. Прежний сотрудник облажался, вместо него куратором назначили другого, и теперь все просчеты вешали на старого. Все, как у людей!

«Предоставленная своевременно, данная информация позволила бы избежать провала. Есть ли еще что-то, касающееся Ликвидатора, что мне следует знать? Это ведь не последнее наше столкновение, я правильно понимаю?»

Стикс почувствовал, что можно немного надавить, чтобы получить еще больше знаний. И не прогадал.

«Верно. Приоритет на уничтожение. Данная особь опасна».

Для вас — почти «сказал» Козырь. Но сумел «промолчать».

«Дополнительной информации не будет?»

«Нет. Вы получите свои материалы лишь когда Ликвидатор будет уничтожен».

Ответ, как и прежде, был полностью лишен каких бы то ни было эмоций, но мужчина понял — Структура три-один-семь сказала не все. Более того, скрыла она больше, чем сообщила. И в этом нужно было хорошенечько покопаться. Ведь, если догадка верна, Стикс только что получил знание о том, как можно поставить своих союзников на колени.

Иерархия боялась Ликвидатора Пичугу. До дрожи боялась. Настолько, что желала уничтожить его любой ценой. Только сейчас Козырь понял, что покушение организовывалось не на императора.

Но почему только сейчас? Ответ сам всплыл в голове. Нападение на дороге. Тот случай, когда союзники отправили за группой школьников — далеко не самой приоритетной целью — целую боевую Структуру.

Получается, они знали уже тогда. Или, по крайней мере, догадывались о том, кто такой этот мальчишка. Союзника решили не посвящать в детали, опасаясь, чтобы тот не использовал потом эту информацию против них самих.

А сейчас выбора у Иерархии не осталось…

«Задача ясна. Конец связи». — произнес он и снял прибор с головы. Улыбнулся, и добавил глядя прямо перед собой. — И вам, тварям, тоже конец!

Эпизод 5. Отряд

"Деревня хоббитов' встретила меня оживлением и суетой. Судя по всему, вояки (или копы — кому она там принадлежала?) решили не просто вывести древнюю базу из консервации, но и прокачать до современного военного объекта.

Повсюду шло строительство. Старые ограждения менялись на новые, древние дороги, которые было бы правильнее назвать направлениями, закатывались в бетон, временные огневые точки, обложенные мешками с песком, превращались в серьезные такие ДОТы. Короче говоря, уходить отсюда вояки точно не собирались.

Что было совсем не глупо. В текущих обстоятельствах, база в глуши, к которой просто так не подберешься — это весомый козырь. И для проведения тайных разговоров полезная штука, и для содержания важных персон, вроде нашей Структуры. А то ведь до смешного дошло — уровень проникновения диверсантов уже до императорского дворца дотянулся! Зараза глубоко пустила свои корни.

А вот наша казарма почти не изменилась. Так и осталась больше похожей на гауптвахту для провинившихся бойцов, чем место, в котором скрывается уникальный боевой отряд. Земляной пол, не крашенные бетонные стены, ряды двухъярусных солдатских коек, и внешний охранный периметр, за который никому, будь она хоть маршальская дочь, выходить не позволялось.

Думаю, дело в том, что нас не хотели светить. Меня лично и такую боевую единицу, как Структура. Да — неполноценную, да — из детей. Но способную стать оружием против тех же самых функций. Даже уже один раз доказавшую это.

Оттого, наверное, ребята глядели на меня волками. Их, значит, тут взаперти держат, даже приемлемого уровня комфорта обеспечить не желают, а Пичуга, мать его растак, куда-то летает и с кем-то встречается. Несправедливо! Да еще им ничего ведь не объясняет!

Только во взгляде Ирины было беспокойство. От нее не ускользнуло, что вид сейчас я имею значительно более помятый, чем тогда, когда уезжал с базы. Она и нарушила затянувшееся молчание.

— Ты в порядке, Денис?

Вместо ответа я открыл сопряжение. Можно много было говорить, но во-первых секретность никто не отменял, а во вторых — собеседниками моими были подростками. Которым пока одно слово скажешь, уже десять в ответ услышишь.

Так что я снял барьеры, которые держал последние несколько дней, и ментально коснулся каждого члена команды. От неожиданности ребятишки вздрогнули — так внезапно для них все произошло. Некоторые, та же Наталья, попытались закрыться. Но не всерьез, так, рефлекторно.

После визита к императору, после открытия карт, я больше не видел смысла скрывать от отряда правду о себе. Да, она может быть горькой и болезненной, но черт возьми! — эти детишки имели право знать. По крайней мере для себя я решил, что их в темную использовать не буду. Хотя, и страховке я тоже позаботился.

Наш общий виар изменился. Нагромождение личных пространств превратилось в органичную, не лишенную даже стиля, огромную комнату. Минимум декораций, теплые цвета, округлые линии. Стол, к которому были придвинуты стулья — по числу участников. Теперь я полностью контролировал это место. Как и себя.

Один за другим члены команды появлялись в новых Чертогах и первым делом начинали удивленно оглядываться. Я же терпеливо ждал, когда они удовлетворят свое любопытство, и молчал. Когда же от самой резкой девушки в группе — Кузнецовой, естественно — прозвучал вопрос: «Какого хрена тут происходит?», начал говорить.

Не слишком тихо, и не громко. В комфортном темпе, который заставляет даже нетерпимых спорщиков прикрыть рты, и слушать. Двухтысячные. Ликвидатор с пулей в голове. Новусы. Кланы. Маяки. Ожидание вторжения. Носитель. Падение Африки. Штурм небоскреба в Сингапуре. И подворотня семьдесят лет спустя.

Часть этих событий молодым людям была знакома по школьной программе. Но большинство фактов они слышали впервые. Например, про Ляха, они точно ничего не знали. И внимали мне, раскрыв от удивления рты.

— Так ты не Пичуга?

Валера был, прямо скажем, не самым умным парнем. И из всего услышанного выделил именно это. Я хмыкнул.

— Нет. Пичугу ты убил. Когда избил в той подворотне, он неудачно упал затылком.

Мельник переглянулся с Ландышем. Оба синхронно начали бледнеть, а когда взгляды всех собравшихся в Чертогах подростков сошлись на них, еще и прятать глаза. Такого поворота явно никто не ждал.

— Убил? — Фурсов повернулся ко мне. — Это правда?

Мне даже немного смешно стало. Я рассказываю им о глобальных событиях, о войне на выживание всего человеческого вида, а они зациклились на том, что два их одноклассника по неосторожности убили школьного ботана. Дети, ей богу!

Не, так-то плохой поступок, кто бы спорил! Но — они же здесь. И явно не ради мести несчастного Дениса.

— Да, Игнат. Убили. И съели. Кончайте тупить, народ! Я теперь — Денис Пичуга. Мое сознание заняло его тело после смерти. Это техника функций. Во многом я сам уже стал подобен им. После того, как всех их прикончил. И теперь, кстати, я собираюсь закончить свою работу. Последние представители их вида сейчас на Земле. И они понимают, что помощь не придет. А значит нужно действовать самим. Поэтому они начали войну. Этот удар у них не получился, но они продолжат.

— А зачем ты нам все это рассказываешь? — наконец-то прозвучал первый умный вопрос. Разумеется, его автором стала Хакерша.

— Затем, Маша, что один в поле не воин. В прошлой жизни я понял это слишком поздно, и чуть было не потерпел поражение. Сейчас я учел прежние ошибки, и планирую победить.

— И для этого тебе нужны мы?

— Мне нужны вы. — качнул я головой. — Структура. Конечно, теперь, когда ко мне вернулись все мои знания, можно набрать сильных опытных бойцов, и собрать отряд из них. Но со взрослыми людьми работать очень трудно. То есть, физически их несложно подтянуть до нужного уровня, но психологически — почти невозможно. По крайней мере, быстро. Чем старше человек, тем сложнее ему самому будем принять новые возможности.

— А мы уже готовые. — закончила за меня Хакерша.

— Да. Вы — уже сложившаяся Структура. С опытом совместной работы. У вас пластичное мышление подростков. Осталось только вывести всех вас на пик физических и псионических возможностей. Я смогу это сделать — запустить процессы, которые со временем изменять вас на уровне генома, превратят в настоящих суперлюдей.

— И мой отец это позволит? — затихшая до поры Княжна решила задать вопрос.

— А у него нет выбора. И у Стрельникова его нет. — все сразу так зашептались, будто я страшное кощунство совершил, назвав государя российского просто по фамилии. — Я как раз к нему на встречу летал. И пока мы разговаривали, на него было совершено покушение. Неудачное. Но сам факт говорит о том, как глубоко проник враг. Так что, нет, Наташа. Твой отец будет не против. Началась полноценная война на выживание вида, а в таких условиях даже дети высшей аристократии становятся простыми солдатами.

— И ты возьмешь нас после того, как мы… — договорить вопрос Мельников не смог.

— Убили предыдущего владельца тела? Валер, а то что я тебя уже взял, даже после того, как ты наемного убийцу ко мне подослал, не является ответом?

Все опять с удивлением уставились на парня. Ну просто день откровений какой-то!

— Я возьму всех. — закончил я. — Каждого, кто согласится. Но силком тянуть никого не буду. Если кто-то захочет выйти, сделать это можно просто сказав об этом. Сейчас. Я прямо здесь удалю у них ту часть воспоминаний, которая касается меня, Структуры и этого разговора. Позже такой возможности уже не будет.

После этого еще было довольно много пустой болтовни — как ни крути, а отряд мой полностью состоял из детей. Но в конечном итоге все пришло к выбору. И я настоял, чтобы они сделали его здесь и сейчас. Итогом стал выход двух ребят из клана Малаховой — Игоря Матюхина и Олега Нестерова. Также решение уйти озвучила и Лиза Летова.

Как и обещал, я здесь же стер им все воспоминания, связанные со мной и со Структурой. Совместные тренировки, соревнования, бой с функциями — все. Это было несложно, ведь они находились в моих Чертогах, да и сопротивляться влиянию не хотели. Из сопряжения их сразу выкинуло, а физически они просто заснули на своих кроватях.

Так в отряде вместе со мной осталось девять человек. Четверо Воинов: Влад Шимкус, Павел Рузанов, Петр Ландышев, Валера Мельников. Стрелок Ира Малахова, дебафер-Наставник Игнат Фурсов, Аналитик и хакерша Маша Смирнова, Дипломат Наташа Кузнецова и Лидер-Ликвидатор.

— А теперь, друзья мои, — я хрустнул пальцами, изображая маньяка-вивисектора, — Займемся вами!

— Может не надо? — лишь наполовину шутливо отреагировал один из Воинов.

— Надо, Влад. Надо.

И восемь голов ткнулись лбами в столешницу. Сразу после этого появилась до поры прячущаяся Кукла.

— Уверен?

— Ань, ну обсуждали же! Они слабенькие, тот отряд функций вынесли только за счет слаженности, везения и моего вмешательства. Грудь на грудь не сдюжат. Их нужно выводить на пик формы.

— Я не про то. Ты уверен, что справишься? Сам-то как бы тоже не на пике формы.

— Что делать я знаю. Как делать — тоже. То, что на практике с кем-то другим я такого не делал, не должно стать проблемой.

— Не должно… — вложив во фразу килограммов десять иронии фыркнула напарница. — Я ведь помочь не смогу.

— Я. Справлюсь.

— Чудно!

На деле же стопроцентной уверенности я не испытывал. Вмешательство в чужой геном — это работа Наставников, а не Ликвидаторов. Но с учетом того, что во мне жили все знания почти уничтоженной цивилизации, я мог и сменить функцию.

Тем более, что речь шла не о полноценной переработке кода — если пользоваться сравнением с компьютерной программой. Мне лишь нужно было внедрить в ребят аналог самораспаковывающегося файла. Который при запуске сам сделает всю работу. Подстроит физиологию, псионические и ментальные возможности человеческих тел под нужные задачи.

Единственное, чего я не знал наверняка, так это того, останутся ли у моих мальчишек и девчонок те способности, которые они приобрели в процессе управляемой и не очень евгеники. Вот у того же Игната была фишка с вызовом у врагов неконтролируемого страха — у стандартных Наставников таких не имелось. Сохранится она или нет? Или «экзешник» просто приведет их к эталонным шаблонам — Воинов сделает стопроцентными Воинами, а Наставников — Наставниками?

Впрочем, они в любом случае станут сильнее. А главное — будут находится под моим постоянным надзором. Если перестройка организмов пойдет как-то нештатно, я всегда смогу ее подправить в нужную сторону. Ведь их развитие пойдет не так быстро, как это проделывали сами функции, захватывая тела. Спокойно, медленно, за пару-тройку недель. Надеюсь, это время у нас есть.

— Ты нас вырубил! — проснувшись, Кузнецова тут же начала бузить. — Мог бы и предупредить!

Что-то в последнее время девчонка совсем в разнос пошла. Я терпел до поры, понимал — стресс и все такое. Но невозможно же!

— Так, Княжна. Давай на берегу договоримся. Для меня, равно как и для функций, твое происхождение и социальный статус ничего не значат. Не знаю, как ты это примешь, но дела обстоят именно так. Всем, кто пожелает проткнуть тебя острой железякой или пристрелить, будет абсолютно плевать, что ты дочка того самого маршала Кузнецова. Так что кончай уже на нервах играть. Надоело.

Девушка открыла было рот, чтобы ответить что-то злое и резкое — это по лицу было понятно, но тут вдруг рядом оказалась Кукла. Обхватила юную аристократку со спины, прижала к себе и что-то тихо-тихо зашептала ей на ухо. Секунду или две Наташа сидела, как каменная, а потом пустила слезу. Уткнулась носом в руки моей напарницы, захлюпала носом, заскулила.

Я смотрел на это и глазам своим не верил. Ладно, если бы так поступила Ира — они хоть и не были с Наташей подругами, все же одного возраста и знакомы давно. И люди, что самое важное. А Кукла, вообще-то — функция. Аналитик. Да, здорово очеловечившаяся, но…

Аня бросила на меня злобный взгляд, который я без труда прочитал, как: «Чурбан ты бесчувственный, Лях! Она же маленькая совсем, а ты ее давишь так!» М-да, выговоров от напарницы по вопросам эмоций я еще не получал.

— Короче, всем надо как можно скорее принять новую реальность. — проворчал я, чтобы не молчать.

— Да мы поняли уже! — с другой стороны к Кузнецовой подсела Малахова, положила руку бывшей сопернице на плечо. А Хакерша протянула через стол ладошку, и сжала Наталье предплечье.

Все, я этот девчачий спектакль окончательно перестал понимать! И ведь даже импринтингом его не объяснить! То есть, попытаться-то можно, но не все вопросы получат ответы.

— Ну и молодцы. — без выражения подвел я итог. Внутри скребли кошки, будто это я был виноват по всем фронтам, а не Княжна. Как-то я не так понимал роль Лидера в Структуре. — Тогда сейчас выходим из Чертогов и отдыхаем. И еще, я очень прошу, сообщайте мне обо всех изменениях, которые почувствуете в себе. Чтобы мы могли скорректировать отклонение в развитии.

Команда расползлась по койкам и сразу же вырубились. Не потому, что устали, а из-за работы «установочного пакета». Первый апгрейд случится уже часов через восемь-девять. Когда проснуться, будут хотеть есть, будто неделю голодали.

Причем, я заметил, что все девчонки теперь держаться вместе, будто старые подруги. Согнали парней с их коек, устроили свой уголок. Для полноты картины только Куклы не хватало! Вздохнув и подумав, что мужчинам никогда не понять мотивы противоположного пола, я отправился к штабу. Нужно было решить по питанию, месту для тренировок и вывозу спящих «отказников» — их я собирался держать в беспамятстве, пока домой не попадут.

Еще было бы неплохо отладить какой-то канал с родными. Мама Дениса, как и его сестры, конечно, знали, что с их сыном и братом все в порядке, но лично весточку передать тоже лишним не будет.

Охрана сначала и меня не хотела выпускать, но увидев письменное распоряжение Кузнецова, сами проводили к начальству. Там я потратил не слишком много времени. Оставил список продуктов, в которых будут остро нуждаться изменяющиеся организмы моих подопечных, и двинулся к месту, где команде разрешили проводить тренировки.

Это отказался старый плац. Восстанавливать его не спешили, часть, все же не строевая, а секретная. Растрескавшийся асфальт, обветшалая трибуна, но чистенько — никакой травы или кустов по территории. Только деревьями все по периметру заросло. Все-таки вояки в этом отношении мне всегда нравились — следили за порядком. Пометил себе, что надо выписать через руководство базы десятка два матов. И замер, насторожившись.

Плац был окружен высокими соснами и елками, раньше росшими строго по линейке, но за время консервации базы, ставшие настоящей зеленой стеной. Вот за ней появились вдруг две цели — новусы. Глазами я их еще не видел, только сканером засек. Вроде, ничего удивительно, почти все военные на базе принадлежали к «новому виду». Насторожился я потому, что один из объектов на сканере отмечалась, как дефектная цель.

На секретной, недавно расконсервированной военной базе, обнаружились новусы со сбитой мутацией! Все страньше и страньше, сказала бы Алиса!

Медленно, чтобы не выдать себя раньше времени, я стал пробираться через деревья. Остановился, когда появился обзор. Увидел двух военных, шагающих к плацу. Неторопливо, не как преследователи. Навострил уши — расстояние уже позволяло улавливать их беседу.

— Это здесь? — спросил один, тот что был повыше. Звезды на полевой форме сообщали о звании старшего лейтенанта.

— Да, за деревьями. — отозвался второй летеха, которого мой сканер и помечал, как дефектного. — Старый плац.

— И что там?

— Это нужно увидеть, Вась, поверь.

Голос у него был какой-то напряженный. Такой в фильмах бывает, у второстепенных персонажей, которых сценаристы обрекли на роль слабого звена. В самый ответственный момент, такие бегут или предают главного героя. Не знаю, почему такая ассоциация в голове всплыла. Из-за голоса, наверное.

— Интриган! — хохотнул старлей. На странный тон он внимания не обратил.

Он шел чуточку быстрее своего товарища, хотя, правильнее было сказать, что лейтенант начал замедляться. И в какой-то момент оказался за спиной у старшего по званию. В тот же миг, извлек из кармана бушлата короткий клинок, и с хирургической точностью всадил спутнику в основание черепа.

Эпизод 6. Вирус

Первой моей мыслью было, что агенты функций (или Стикса, неважно!), смогли проникнуть и на этот секретный объект. Ну а как еще объяснить нападение одного новуса из военных на другого? Но убийца, видимо, решил, что еще недостаточно сломал мне шаблон.

Подхватив мертвое тело, он быстро оттащил его под елочки, но вместо того, чтобы попытаться скрыть следы преступления, уселся над трупом и… начал его жрать. Натурально! Тем же ножом, которым убил товарища, вояка отрезал от него куски и с жадностью заглатывал!

Уж насколько я ко всякой дичи привычный, но это зрелище выбило меня из колеи основательно. Настолько, что я даже завис секунд на несколько, ошеломленно наблюдая за людоедом.

Чуть позже, когда эмоции были заблокированы, я смог рассуждать логически. Передо мной точно не агент функций — нафиг он им такой нужен? Судя по отображению его на сканере, как дефекта, это Обжора. Я так прозвал этот тип отклонения от нормы после знакомства с матушкой Игната. Женщина постоянно хотела есть. Закидывала в себя все, до чего могла дотянуться, и никак не могла насытиться.

Сбивало чувство голода только кровь или плоть новуса. Точнее, содержащиеся в них вещества, вырабатываемые мутировавшими организмами. Ненадолго, примерно на неделю, но мать моего соратника именно так уже достаточно долго держалась — пила по мензурке крови своего сына раз в семь дней. Только так больная могла получать редкие элементы, которые не мог синтезировать ее собственный организм.

Беда была в том, что этот генетический сбой никак не лечился. По крайней мере тогдашний я так и не нашел способа остановить крутое пике самораспада личности у несчастной женщины. Обошелся полумерой — подчинил ее себе «вассальной» присягой и запретил нападать на других новусов. Ну и кровушку, давал, да.

А этого бедолагу некому было остановить. Скорее всего, он крепился сколько мог, но однажды сорвался и вкусил человеческой плоти. Не сегодня — уж больно профессионально порешил своего товарища. И отвел в самое безлюдное место на базе, и жрет теперь аккуратно, чтобы не запачкаться. Опытный, и что гораздо страшнее, разумный хищник.

Несмотря на отвращение, испытываемое к убийце, и буквально ревущие инстинкты Ликвидатора, требующие уничтожить отбраковку, я остался на месте и продолжил наблюдение. Это был уже третий мутант с генетическим сбоем, а это означало систему, а не случайность или совпадение. Значит, мне нужно будет разобраться и с этим. Заодно и мать Игната смогу вылечить — теперь-то, обладая знаниями Иерархии, я вполне мог рассчитывать на успех.

Вояка закончил жрать. Достал из внутреннего кармана несколько плотных пакетов, стал отрезать от тела мертвого коллеги куски мяса, и паковать их. Пакеты оказались не простыми, а вакуумными. Что объясняло, как этот людоед собирался дальше длить свою агонию. Убивать сослуживцев каждый раз, когда припрет покушать, было бы слишком опасно, а так есть запасец стейков на черный день.

Тьфу ты! Даже сквозь блокировку эмоций, я ощутил подступающую рвоту. А сам виноват, между прочим! Нехрен рассуждать о происходящем так образно!

Дождавшись завершения заготовок — да все, Лях, хватит уже! — офицер начал прятать тело. Отволок его еще глубже в рощицу, присыпал палой листвой и сухими ветками, да так и оставил. Маскировка, конечно, так себе, но он, видимо, и не рассчитывал, что пропажа сотрудника персонала базы останется незамеченной слишком долго. На сегодняшней же вечерней проверке или как там у вояк называется это мероприятие, его кинуться искать. И самое позднее к завтрашнему утру найдут.

Нет, прятал убийца не столько тело, сколько свои следы. Перед тем, как замаскировать труп, он нанес ему несколько резанных ран, выколол глаза и отрезал пару пальцев. Теперь следователи будут думать, что бойца перед смертью пытали, а не ели. И расследование пойдет по ложному следу. Говорю же, страшная вещь — разумный хищник.

С запасом мяса за пазухой, Обжора спокойно направился в сторону строений. Я, немного выждав, пошел за ним. Благодаря сканеру, мне даже не нужно было держать его в поле зрения — отметка на карте перед внутренним взором позволяла преследовать преступника без риска быть обнаруженным.

Он дошел до штабного здания, прошел мимо него, и свернул к установке ПВО, потрепался там с обслуживающим персоналом, после чего двинулся к казармам, где проживали здешние военные. Умный, зараза, алиби себе готовит! Небось, спросил у пвошников не видели ли они его спутника. Так, когда начнут выяснять, кто с погибшим последним контачил, он может смело сказать, что сам его искал.

У дверей казармы я его почти нагнал. Показал дежурному по располаге бумагу от Кузнецова, позволяющую мне ходить, где хочу, вошел внутрь. Отметил, что офицеров тут устроили гораздо лучше нас — и ремонтик какой-никакой сделали, и на одно помещение на комнатенки разбили. Конечно, им же не надо скрываться от всех и вся!

Обжора вошел в свою комнате, и я смело направился за ним. Толкнул дверь, увидел две заправленные кровати, пару тумбочек, стол, холодильник, и удивленного офицера. Прежде, чем он успел среагировать, применил Крик. Легкую его форму, не вырубающую противника наглухо, а лишь на несколько секунд заставляющую его потерять ориентацию в пространстве.

Этого времени мне было более, чем достаточно, чтобы приблизиться к людоеду, ухватить его за руку и затащить в Чертоги. Где уже вырубить более полноценно, и приступить к изучению.

Пленник меня удивил. Пришлось потратить довольно много сил, чтобы заставить его заснуть, настолько сильным было его сопротивление псионическим приказам. Словно я не человеческим сознанием пытался рулить, а звериным, настолько полными были отличия в базовой системе координат.

Человек или новус — все равно кто, пытались бы защититься, отгородиться от моего вторжения. Этот же сразу попер в атаку. Лишенную каких бы то ни было перспектив, но яростную.

К счастью, мы были на моей территории, где у него в любом случае шансов не было. Гибрид Воина и металлокинетика, пусть и с исковерканной психикой, не мог на равных сражаться с полноценным псиоником.

— Кукла, дай мне анализ его ДНК. — попросил я напарницу, пока сам снимал показания с психоматрицы пленника.

— Те же повреждения в тех же цепочках, что и матери Игната. — сразу же доложила та.

— Ань, глубже копни, это и так понятно было. Что стало триггером сбоя?

— Понадобится время.

— Да мы не спешим, вроде.

Следующие минут двадцать локального времени, мы разбирали офицера на запчасти. В переносном, конечно, смысле. Кукла разматывала его генотип, я просматривал все воспоминания пленника. И вскоре нам повезло. Причем, почти одновременно обоим.

— Есть! — сообщил я в тот же миг, когда напарница произнесла: «Нашла!» — Что у тебя?

— Ты первый!

— Три месяца назад у него был секс с женщиной, которая, предположительно, являлась носителем дремлющего вируса. Шлюха, кстати. Ну, то есть, дорогая куртизанка для господ офицеров. Они вместе обедали, и он еще смеялся, что она ест, как портовый грузчик.

— Подтверждаю. Первые сигналы о сбое относятся к этому времени. Деструктивный программный пакет получен в результате полового контакта. Две недели агент бездействовал, затем был активирован. Извне.

— Вот как? — я, признаться, даже не особо удивился. Наверное, ждал чего-то подобного. — То есть, кто-то заражает новусов спящим вирусом, а затем, когда нужно, активирует его.

— Да, это не случайный генетический сбой, как мы считали раньше. Как думаешь, откатить изменения можно?

Судя по вопросу, на уровне генетики это было возможно. Кукла же хотела узнать, удасться ли спасти психическое здоровье зараженного. Ведь он сейчас был больше диким зверем, чем человеком. Хотя и успешно притворялся последним. Короче, тут у меня хороших новостей не было.

— За месяц психоматрица полностью перестраивается на новый тип. — ответил я. — Человек становится охотником, полностью уничтожаются эмпатические параметры. Все его воспоминания, кроме четырех последних убийств, не имеют эмоциональной окраски. Так, ожидание в засаде, не более. По сути, этот военный только имитировал свою прежнюю жизнь. Основой же его существования стала охота.

— А мать Игната?

— Мне кажется, что она необратимые изменения еще не приобрела. Благодаря тому, что я ее посадил под «присягу», две установки в ее голове конфликтовали, не давая скатиться в такое вот существование. Точнее, конечно, могу сказать, когда осмотрю ее. А ты что скажешь? Лечится?

— Вполне. Корректирующий агент и от недели до месяца стазиса, в зависимости от срока заражения. Кстати, вирус наш.

Я кивнул — сомнений и без ее слов не было. То, что я в самом начале принимал за болезнь, что-то вроде вырождения, поразившего новусов, имело искусственное происхождение. А кто у нас такой продвинутый в вопросах перестройки генотипа? Правильно, функции! Судя по всему, атаку они планировали не по одному направлению.

Вероятнее всего, функции, точнее, работающие на них Козыри, вроде того же Стикса, сперва создавали нулевого пациента, после чего выпускали его в мир. И тот уже плодил себе подобных — через секс или, возможно, другими способами. Переливание крови, например. Если так, то масштабы замыслов врага поражали!

В свете этой информации, даже попытки похищения дочки Кузнецовой обретали новый смысл. Забираешь девчонку, заражаешь ее спящим агентом, а потом, после триумфального спасения, удаленно запускаешь его. Как выяснила Кукла, вирус мог корректировать поведение зараженного по одному из двух путей — охотник и матка. Если бы с Наташей у Стикса получилось, то империя получила бы второй тип прямо в рассаднике дворянской элиты.

Но это предположения, конечно. Гадать о том верны они или нет — нет никакого смысла. А вот что требует максимально быстрых действий, так это поиск возможностей находить таких «засланцев». Иначе, войну мы просто проиграем, столкнувшись с банальным нашествием «зомби».

Только вот как это сделать, если видеть отбраковку способен только я? Так, стоп. У зараженных ведь определенные вещества организм не может синтезировать самостоятельно, поэтому они и жрут себе подобных. Значит, можно сделать какой-нибудь тест, который покажет реакцию. И провести его нужно будет в обязательном порядке для всех вояк, служащих госорганов и дворянства. Особенно, дворянства — функции явно нацеливались на то, чтобы выбить сперва управляющие структуры.

— Да, — подтвердила Кукла. — Мы можем задать химикам вектор поиска, а необходимые анализы крови они смогут провести самостоятельно.

— Тогда идем к коменданту базы и вызываем князя. — решил я. — Информация секретная, пусть он и даст ей необходимый ход.

В момент, когда я вышел из Чертогов, дверь в комнату открылась, и внутрь ступил настоящий громила с погонами капитана на плечах. Увидев меня и заметив лежащего на полу соседа, он не стал тратить время на вопросы, сразу же бросившись в атаку.

Как по мне, такая реакция была чрезмерна. Он же знал меня в лицо, как и весь офицерский состав базы. Да, обстоятельства странные, согласен, но, блин — подросток и бесчувственный сосед по комнате — что угодно можно подумать! И то, ради чего можно было сразу нападать — только один из вариантов.

Капитан, однако, выбрал, его. Без разговоров ткнул здоровенным кулаком в лицо и, если бы попал, вырубил бы надолго. Да еще и лицевые кости переломал бы. Мне, однако, удалось увернуться, атаковав в ответ Криком. Снова бил на дезориентацию, и к моему удивлению, не пробил.

«Он тоже Обжора!» — выдала напарница в этот момент.

Только тогда я и догадался мазнуть по противнику сканером — увлекся исследованиями и не сделал этого раньше — и убедиться в правоте Куклы. Еще один! Черт, у них тут гнездо, что ли? Хотя, логично, так-то. Живут вместе, а не зараженный сосед явно бы поинтересовался происхождением стейков в вакуумной упаковке в их общем холодильнике. А так, могут вдвоем питаться, охотиться по очереди.

«Он матка, не охотник!»

Еще лучше, его активировали не как бойца, а распространителя вируса. Вот тебе и секретная база!

Громила покачнулся после Крика, пропустил мой удар ногой в пах, но на ногах устоял, и даже смог ударить в ответ. Никогда еще раньше новусы, а уж отбраковка и подавно, не могли оставаться невосприимчивыми к моей ульте. Хотя… Если вспомнить далекое прошлое, неразумные мутанты тоже Крик переносили на порядок проще разумных. А Охотник с Маткой уже больше звери, чем люди.

Значит, надо бить в полную силу. Даже с риском истощить силы.

В тесной комнатенке было довольно сложно уворачиваться от ударов этого здоровяка. Но мне пока удавалось. А там уже силы накопились и следующий Крик все-таки свалил капитана с ног. Не тратя времени, я тут же затащил его в Чертоги, где и зафиксировал. Все, дальше он уже не опасен.

«Так, все, я к коменданту. Займись пока тестом, который мы могли бы проводить с персоналом базы. Вдруг их больше, чем двое». — бросил я Кукле.

«Мозг включи. — урезонила меня напарница. — Здесь и ты можешь справиться. Сканер просто используй постоянно».

Ну, да. Точно. В масштабах этой части, я действительно и сам могу провести поиски других Обжор. Туплю с перепуга.

Выскочив в коридор, я вызвал дежурного, и распорядился стоять у двери в комнату и никого туда не впускать. Летеха пытался послать меня куда подальше — эти все их цепочки командования! Но бумага Кузнецова снова помогла, пусть и недовольный, военный предпочел выполнить распоряжение.

А я понесся к штабу. Распоясавшееся воображение заставляло в каждом встречном военном видеть угрозу, и сканер я просто не отключал. В результате, прибыл к полкану изрядно вымотанным — мальчишеское тело пока еще плохо держало «запас маны».

Но мазануть по командиру части сканером все же смог. И только убедившись в том, что передо мной новус — Гибрид Воина и Лидера, первый тип в четверке, второй в двойке — а не отбраковка, объяснил причину своего внезапного вторжения.

— Обжоры? — протянул полковник с сомнением.

Черт, я даже винить его не мог. И название дурацкое, и ситуация. Стоит пацан, несет какую-то лютую хрень то ли про мутантов, то ли про зомби, и требует в срочном порядке обеспечить ему связь с маршалом Кузнецовым.

— Отправьте наряд в лесополосу возле старого плаца. Там лежит труп одного из ваших офицеров. Части его тела в вакуумной упаковки можно обнаружить у второго подчиненного, который, вместе с соседом по комнате, сейчас лежит в отключке.

Мужчина приложил руку к лицу, мол, как же вы меня все достали, но спорить не стал. Вызвал дежурного по штабу, отдал необходимые приказы, а сам извлек трубку спутникового телефона, и набрал по памяти номер.

— Федор Михайлович. — спокойно, без заискивания перед сиятельным князем, произнес он. — Тут ваш подопечный очень интересные истории рассказывает. Я, как вы понимаете, такого уровня допуска не имею, а потому и звучит это для меня, как бред. Да-да, передаю.

Аппарат перекочевал в мою руку.

— Докладывай. — произнес Кузнецов, едва я поздоровался. Судя по голосу, он сейчас пытался заставить свои мозги работать сразу над тремя задачами. Но тут появился Ликвидатор и подкинул ему четвертую.

Я доложил. С военными я давно и плотно работал еще в прошлой жизни, так что понимал, насколько они ценят прямоту и лаконичные формулировки. Никаких «Я думаю» или «имею достаточные основание полагать», и уж тем более: «В свете вышеизложенных обстоятельств, настоятельно рекомендую».

Только факты. Два офицера, убийство, пожирание трупа, заготовки, слежка, схватка. Здесь же — сканер отбраковки, и связь с предыдущими мутантами.

— Понял тебя. — произнес князь. — Не мой профиль, копы этим занимались, но ты прав — опасность реальная. Сейчас трубку передай командиру части, я его проинструктирую. Группу эпидемиологов постараюсь найти быстро. Ты ищешь других Обжор. Не один — с патрулем. Все, до связи. По возможности, свяжусь позже.

Эпизод 7. Планы на апокалипсис

— Смотри! Нет, ты видел это видео? Лях? Почему, когда вокруг вот так, мы сидим вот здесь⁈

Возмущенная фраза принадлежала Княжне, но в разных вариациях сегодня я ее выслушал уже много раз. От каждого из членов команды. И каждый раз отвечал одинаково.

— У нас своя задача, Наташа. Сосредоточься на ней.

А все потому, что две недели спустя нашего разговора с Кузнецовым в России начался апокалипсис. Который, зомби. Ну, в курсе, да? Это где ожившие мертвецы шатаются по улицам, нападают на людей, жрут их и превращают в себе подобных. Все же знают!

А вот в этом времени про хайповую тему зомби-апокалипсиса успели забыть. Когда я при команде обозвал случившееся знакомым мне термином, все так недоуменно на меня посмотрели. Мол, что ты несешь?

Странные они тут! Англицизмы геймерские столетней давности выучили, а самый сок моего времени забыли! Да я, блин, вырос на книгах и фильмах по этой теме!

Но, не в этом суть. Зомби-апокалипсис начался. И случилось это, как я уже говорил, две недели спустя того дня, когда я схватил двух Обжор. И мы узнал, что имеем дело не с каким-то вирусом вырождения новусов, как я считал раньше, а новым оружием функций.

А потом выяснилось — нежданчик! — что у врага оставалось еще достаточно «кротов» в военных и полицейских ведомствах страны, чтобы попытаться сработать на опережение. К счастью, вирус пришельцев относился к такому виду оружия, из которого невозможно выстрелить сразу. Потребовалось время, чтобы активировать всех «маток» Обжор. Те самые две недели. И это дало нам шанс подготовиться.

Когда из всех щелей поперли инфицированные, медики уже успели синтезировать вакцину. Не без нашей с Куклой помощи. Так что вновь обращенных удавалось вернуть к нормальной жизни. Но даже с таким раскладом, удар был очень чувствителен. Не жди мы его со дня на день, могли бы пропустить.

В день «Ч» на улицы высыпали тысячи Обжор. Свеженькие, то есть инфицированные недавно, и давнишние — опытные. Последние были самыми опасными. Если с первыми было относительно легко справиться — они ведь нападали открыто, стараясь покусать как можно больше людей, то вторые являлись опытными охотниками. Длительное время прятавшимися среди обычных жителей больших городов.

Эти наносили удары исподтишка. Били и уходили — часто даже не обнаруженными. Оставляя за собой не трупы, а новых Обжор. Которые по прошествию инкубационного периода уже сами начинали нападать на людей.

Причем, «свежаки» отличались от «старичков» еще и тем, что почти полностью лишались разума. Превращались в диких кровожадных зверей, которых ничего, кроме человеческого мяса не интересовало. И нападали они не только на новусов, почему-то. Видимо, что-то подкрутили в вирусе долбанные пришельцы.

Власти страны, несмотря на то, что знали и готовились к подобному сценарию, все равно едва вывозили атаку инфицированных. Задействованы были все силовые ведомства, армейские патрули бродили по городам, а отряды добровольцев-новусов использовались, как группы быстрого реагирования.

Хотели на это подрядить и мою команду (о чем я гукам не сказал, конечно, а то бы с меня потом не слезли), но я этих умников послал подальше. Ответил Кузнецову, который стал нашим постоянным и официальным куратором, что пока я не закончу с анализом, наружу не выйду. Пусть хоть функции с самолетов десант будут сбрасывать на столицу. Какой смысл купировать последствия, если разбираться надо с причиной?

И от нас отстали. А все потому, что наша миссия была куда важнее. От Обжор военные с полицией были в состоянии и сами отбиться.

Мои ребята приняли новость с огорчением. Засиделись, понимаю. Однако, как в одном мультфильме говорилось — лучше день потерять, а потом за пять минут долететь.

До начала всего этого бардака нас заселили в суперсекретном бункере, про который функции точно знать не могли — по крайней мере так утверждал маршал. Перевезли нас туда тайно, на следующий после общения с Кузнецовым день. Тайно, в смысле, даже для нас — на время перемещения всю команду в медикаментозный сон погрузили, чтобы мы не могли догадаться куда направляемся. Может под Кремль сунули или на остров в Тихом океане отправили — поди догадайся.

Потому что база была подземной. Проснулись мы уже в бункере. Куда более приличном, чем «петровские» казармы расконсервированной военной базы, где обитали до этого. Даже роскошном, я бы сказал. Такое ощущение, что его готовили для вип-персон на случай ядерной войны. Скорее всего, так оно и было.

Здесь у каждого имелась пусть и небольшая, но своя комната — девчонки просто с ума от счастья сошли, когда их увидели. Личный душ и туалет. Мелочи, к которым, живя в цивилизованном обществе, привыкаешь настолько, что перестаешь замечать. Но по которым начинаешь очень быстро скучать, когда несколько дней подряд вынужден ходить до ветра под ближайший куст. Или делить одну душевую, где вода едва льется из крана, с кучкой избалованных комфортом девчонок.

Кроме того, на новой базе была общая столовая, кинотеатр, качалка с полным комплектом тренажеров, небольшой — десять на десять метров — бассейн, комната для брифингов с кучей экранов, помещение для игры в теннис, которое мы сразу нарекли «полигоном», и высокоскоростной доступ к интернету.

Из минусов — за пределы бункера выходить было запрещено, да и интернет охранялся совершенно лютым фаерволом, через который можно было только киношки посмотреть, да новости с разрешенных сайтов почитать. Но я именно этого и желал для себя и своей команды. Им всем, как и мне, было необходимо «дорасти» до нужного уровня, то есть превратиться из детишек-новусов в почти функций и полноценных членов Структуры. Мне же требовалось проанализировать огромные информационные массивы и проработать план, который навсегда уничтожит всех инопланетян на Земле.

Так что эти две недели мы только и делали, что спали, ели, тренировались, и поглощали чудовищные объемы информации. Гуков (к названию команды все привыкли и даже друг друга так называли), это тоже касалось. Я же дополнительно ко всему разбирался в современной международной политике. Не в той, что в новостях, а про которую узнать из открытых каналов было абсолютно невозможно.

Мне на планшет — не подключенный к сети, естественно — постоянно накидывали такие вещи, которые не только простые граждане знать не могли, но и многие высокопоставленные чиновники. Секретные договоренности между странами, состояние отношений между элитами этих стран (нашей в том числе), возможности их вооружении, социальные срезы по обществу и еще множество всего нужного.

В частности, информацию по количественному и качественному составу новусов различных государств. Там я с удивлением узнал, что Российская империя является топом в рейтинге самых сильных стран по выборке боевого и научного потенциала новой элиты.

Еще когда я только «вспомнил» себя в этом времени, здорово удивился воцарившемуся вокруг регрессу. Социум — не наука и техника, а именно стиль жизни — казалось бы замер на стыке девятнадцатого и двадцатого века. Это проявлялось практически во всем: в моде, дизайне, речевых оборотах и даже темпе жизни.

В моем начале двадцать первого века все куда-то неслись, торопились, боясь не успеть построить карьеру и быстренько сдохнуть от переутомления и стресса. В двадцать втором же все происходило с чувством, толком и расстановкой. Даже живя в таком большом городе, как Москва, я не раз и не два ловил себя на мысли о какой-то деревенской неспешности здешнего бытия.

Причиной подобного «отката в прошлое» являлись сами новусы. Они ведь провозгласили себя новым дворянством, а обычных людей стали называть простецами. И в рамках этой вводной им было выгодно не просто затормозить развитие общества, но и опустить его ниже того уровня, на котором оно пребывало до Вторжения.

Но оказалось, что русские в этом вопросе были далеко не самыми ярыми сторонниками регресса. Старушка Европа за неполную сотню лет умудрилась возродить такие древние институты, как близкородственные связи, многоуровневые интриги в борьбе за власть и полное игнорирование всего, что происходило за пределами ее внутренних интересов. В результате социум там деградировал куда активнее, чем у нас, не рождая ни внятных политических лидеров, ни ученых, ни изобретателей.

А вот в США, к примеру, и вовсе наступила настоящая феодальная раздробленность — с поправкой на ветер, понятное дело. То есть, штаты все еще подчинялись федеральному центру в Вашингтоне, но имели такое количество вольностей, что спускающиеся сверху распоряжения буквально вязли в местной бюрократии и местных поправках к законам. Особенно в этом «хорошо» на этой ниве себя показывал Техас, впрочем, и в моем времени, постоянно демонстрировавший тенденцию к отделению.

Еще тамошние новусы возродили рабство, и чуточку глотнувшие свободы и вседозволенности черные (а так же латиносы, азиаты и прочие метисы с квартеронами) снова оказались на положение людей третьего сорта. Но если последние были просто поражены в правах и серьезно ограничены в карьере, то негров вернули на тоже самое место, в котором они находились, впервые прибыв на «землю свободы». Восстановили, так сказать, историческую справедливость. Сделали Америку грэйт эгейн, ну.

Ими торговали, использовали на самой черной и грязной работе, а тех кто пытался бороться с таким отношением, наказывали со всей жестокостью присущей белым господа. Частенько даже убивали. Хотя в последнее время все реже.

Но не по доброте душевной, мало присущей потомкам белых колонистов из старой Европы. Дело было в другом. Практически сразу после Вторжения белые новусы сорганизовались и перебили всех новусов среди чернокожих и цветных. Чтобы потом, когда начали закручивать гайки, тем не на кого было опереться.

Тактика сработала, в итоге так и вышло, и сегодняшнее чернокожее население Соединенных штатов даже не помыслить не могло о том, чтобы дать своим угнетателям отпор — силы были несопоставимы. С другой же стороны, на количестве американских новусов это тоже сказалось не лучшим образом.

Ближний Восток на этом фоне, наоборот, поднялся даже как-то. Для них это было вопросом выживания, поэтому, видать. Рядом Африка (функции), Китай (функции), на севере огромная Российская империя с имперскими же амбициями — волей не волей начнешь строить прогрессивное общество, если жить хочешь.

Правда, дворянство они тоже ввели. Но к текущему моменту оно, как институт, почти отмерло, стало больше фикцией, чем реальным положением дел. Так как новусами в азиатских странах стали почти девяносто процентов проживающего там населения. Правительство таких стран, как Иран, Турция и Египет всеми силами поощряли смешанные браки между простецами и новусами, в результате чего детвора там почти вся была «одаренной». Более слабой, чем русская или европейская, даже третья ступень там была редкостью. Но зато такой детворы у них было больше. А Бог, как известно, на стороне больших батальонов.

Последняя максима, кстати, самым печальным образом сказалась на существовании такого государства, как Израиль. Не было его больше, лет тридцать назад смели соседи в результате большого передела. И поделили территорию. А выжившие в той бойне разбежались по всему свету. Что характерно, более восьмидесяти процентов беженцев осели именно в Российской империи. Опять.

А вот индусы вели войну в пришельцами. На самом деле много кто это делал, но единственным, кто открыто воевал с функциями и пытался отжать у них территорию, была именно Индия. Между этой крупной южной страной и Китаем еще до Вторжения не все было гладко, частенько возникали пограничные конфликты, да и на дипломатическом уровне они друг другу угрожали постоянно.

А вот после того, как Китай «отошел» захватчикам, вражда вышла на новый оборот. По сути, граница между ними на участке километров двести, превратилась в постоянный театр боевых действий. Практически не сдвигавшийся ни в одну из сторон уже лет десять.

Но на самом деле, Индия была лишь прикрытием. На полях сражений можно было часто услышать фарси, английскую, французскую и даже славянскую речь. Каждое государство считало своим долгом иметь там свои войска, которые по бумагам, разумеется, проходили, как частные военные компании.

Благодаря военным действиям в том регионе, люди узнавали о функциях больше, крали крохи их биотехнологий, встраивая в свою жизнь. Ну и армию в тонусе держали. Я почти не удивился, когда узнал, что в вооруженных силах Российской Империи была отлажена своеобразная ротация. Согласно документом, за пять лет там побывали все подразделения, относящиеся к первой линии резерва. Получили боевой опыт полномасштабной войны, в то время как на дипломатическом уровне между странами царил пусть худой, но мир.

Своим путем пошли другие близкие к Китаю страны азиатско-тихоокеанского региона — все эти Тайланды, Сингапуры и прочие Бирмы. Им, как и ближневосточным азиатам тоже было максимально неуютно в соседстве с функциями, но примеру иранцев и индусов они не последовали. Тайланд бросил все свои силы на изучение генома пришельцев. Это так-то все делали, но у сиамцев почему-то получилось лучше всех. В конечном итоге, разобравшись в предмете процентов на тридцать (что все равно было больше, чем у всех остальных), они стали проводить генетические изменения для своих гражданам. В первую очередь военным, полицейским, высшей знати, а во-вторую — тем, кто мог за это хорошо заплатить.

Все наработки по этой теме охранялись не хуже американского золотовалютного резерва, но при этом — в виде «готовых» изделий, продавались и на сторону. В результате Бангкок теперь считался мировым центром генетики, где любой желающий (но за очень большие деньги) мог изменить свое тело и стать не урожденным, а сделанным новусом. Вплоть до четвертой ступени, на минуточку. Но подобное, конечно, могли себе позволить единицы.

А вот Сингапур сосредоточился на шпионской деятельности. Пользуясь давними связями с Китаем, эти азиаты тащили у пришельцев технологии и чуанов. Так по китайски — сосуды — функции называли детей, которых рождались под конкретные задачи. Стать оружием или, например, сосудом для вместилища инопланетян, у которых прежние тела износились или пришли в негодность.

Живое оружие сингапурцы оставляли себе, либо продавали, а сосуды — натурализовали. В смысле, после ряда проверок делали своими гражданами. Ведь что такое сосуд? Полностью подготовленное под функцию тело. Тот же новус пятой ступени, если пользоваться современной классификацией. В зависимости от типа — Воина, Наставника или Лидера. Ребят с рождения содержали в специальных детских лагерях, промывая мозги сказочками о высшем служении и прочей ерунде. Ведь разум и личности у них были вполне себе человеческие.

И Сингапур отлично делал на этом кассу. Получая из переобученного чуана новуса сразу же высшей ступени. А еще среди прочитанной мною информации говорилось о том, что некоторые «сосуды», которых не удалось «переделать», вводили в состояние комы и распродавали на органы. И — вовсю работали над технологией переноса сознания постаревшей элиты в эти почти совершенные тела. Пока, правда, безуспешно.

Ну и наконец — Япония. С потомками самураев все было очень непросто. Новусов у них было немного — меньше, чем у любой другой значимой страны. Черт его знает почему — факторов в аналитике приводилось множество, но определяющего так и не называлось. И не сказать, что при этом, что они были самыми сильными. А вот их боевые команды — их даже иногда называли Структурами — да. Для примера: в прямом столкновении боевая группа японских новусов вчистую уделывала Структуру новусов без потерь. Причем, не важно, на холодном или огнестрельном оружии.

В одной пояснительной записке я наткнулся на объяснение этого феномена. Суть сводилась к тому, что японцы всю свою историю только и делали, что доводили до совершенства все, что можно. Боевые искусства, каллиграфию, чайную церемонию, строительство автомобилей. Ничего не изобретали, но вылизывали до блеска, как никто. Национальная фишка такая — каждый вид деятельности выделялся в своеобразное искусство. И выбравший свой путь человек клал всю жизнь на, скажем, оттачивание одного единственного удара мечом.

Результатом стала японская недоструктура. Группа новусов, собранная по тому же принципу, что и у функций, живущая и тренирующаяся вместе всю жизнь, и выдающая такие вот поразительные результаты. Кстати, сами себя они называли «семьей», то есть казоку по-японски. Надо ли говорить, что русские их окрестили казаками?

Правда, из-за их малочисленности, на мировой карте японские казаки серьезных позиций не занимали. Но и зато свой суверенитет берегли на зависть многим. Япония считалась самой спокойной страной на планете. Ни криминала особого, ни резидентуры функций.

Такая вот выходила картина мира, если в подробности не углубляться. Но она не была бы полной без вотчины пришельцев — Африки и Китая. Большинство обывателей считало, что эти земли полностью заселены функциями, но на самом деле их там было лишь шестьдесят процентов населения — напомню, «колонистов» на Землю высадилось не так много, как планировалось. Остальные же сорок являлись обычными людьми. Живущими и под властью Иерархии.

И, кстати, не на положении рабов. Во всяком случае, их уровень жизни был выше негров в Америке. Да, они не могли занимать серьезных должностей, служить в армии или осуществлять охрану общественного порядка. Зато прекрасно работали во всех остальных секторах. Сельское хозяйство, тяжелая и легкая промышленность, медицина, образование — короче, все, как у всех. И никаких бунтов, борьбы за права людей или чего-то подобного.

Более того, они сотрудничали с пришельцами. В частности, продавали им детей для переделки их в чуанов. Сами, без принуждения. Были целые рода, занимавшиеся этим на профессиональной основе. Дичь, конечно, но та же китайская беднота и до прихода функций на таком фундаменте бизнес строила. Про африканцев и вовсе говорить не стоило.

Все эти знания я заливал в голову безостановочно. Каждую свободную минуту. И к исходу второй недели осознал — все. Теперь я понимал современный мир, причем на очень глубоком уровне. И был готов к тому, чтобы уничтожить остатки функций на своей родной планете.

Работы предстояло очень много. Не факт, что у меня получится, но шансы на это я оценивал, как неплохие. Но начинать следовало не с того, чтобы бежать к императору и докладывать ему свой замысел, а с испытаний в полевых условиях своей Структуры.

— Ну что, гуки? — я с улыбкой вошел в лобби, где команда отдыхала после очередной тренировки. — Не хотите ли размяться и зомбей погонять?

Изменения в их телах тоже подходили к финалу. Теперь вместо новусов-гибридов, большинство из которых застряло на второй-третей ступени, передо мной была команда, равная по силам любой Структуре функций. А во многом — за счет отсутствующих у функций возможностей — превосходившая их.

Осталось только проверить возможности детишек в боевых условиях. И зомби — то есть Обжоры, конечно же, — подходили для этого просто идеально.

— Черт! Давно пора! — в разнобой закричали ребята.

Эпизод 8. POV Кузнецов

— То есть, как это — согласовал? Он просто сказал, что ему нужно съездить размяться, и ты его выпустил? Просто выпустил, да? Федор, это как, мать твою, вообще понимать? Ты маршал или идиот⁈

Самодержец российский рвал и метал. Орал, чего не позволял себе уже много-много лет. Хамил одному из своих друзей, чего не делал вообще никогда. И абсолютно не думал о последствиях. Вот уж действительно — Иван Польских! Казалось бы — обычный пацан, но только ему удалось довести главу крупнейшего в мире государства до такого постыдного состояния. И даже без личного присутствия!

А ведь когда Кузнецов впервые привел паренька к императору, еще про себя посмеялся с их отношений.

«Учитывая насколько я хочу тебя придушить, ты точно тот самый Лях». — сказал тогда Стрельницкий.

Маршал подумал, что это какая-то старая шутка на двоих, из тех еще времен, до Вторжения. Но теперь видел, что никакими шутками тут и не пахло. Парень обладал не только уникальным типом, но еще и мог, как никто, выводить из себя сильных мира сего.

Даже ему самому эта поездка не нравилась. О чем он Ликвидатору и сказал. Мол, нужно ли так рисковать? Да и план ты обещал императору представить как раз к этому сроку. Наглец же ответил, что о своих «добровольно взятых на себя обязательствах» он помнить, но пока рассказывать не о чем. Что действительно сейчас важно, так это испытать Структуру в боевом выходе. Поскольку это является важной частью плана.

На замечание о том, что подобное поведение разозлит царствующую особу, Пичуга (или правильнее называть его Польских?), зевнул и выдал абсолютно не верноподданническое: «Ну, поорет».

— Позвольте все же узнать причину вашего гнева, ваше императорское величество?

Вспомнив тот их разговор, Кузнецову пришлось приложить определенные усилия, чтобы подавить лезущую на лицо улыбку. Но уточняющий вопрос удалось задать самым что ни на есть нейтральным тоном. Словно не было никаких криков и оскорблений. Просто подданный пришел к государю с докладом, и все.

— Ты паркет этот, Федя, оставь! — еще больше наливаясь дурной кровью взревел Стрельницкий. — Причину тебе? Пацан просидел в бункере две недели! Две недели! С моего личного разрешения наелся такими сведениями, что не про каждого секретчика! Он знает про нас все! Ликвидатор! Вообще, все, понимаешь? А ты его выпустил…

— А надо было подписку взять? — невинно поинтересовался Кузнецов, вклинившись в паузу, которую император создал, набирая в грудь воздуха для новой порции обвинений. — Или, может, запереть? Во избежание?

Стрельницкий сбился. Даже закашлялся. То ли от наглости подданного, то ли правда воздухом подавился. Целых двадцать секунд он бухыкал, сверля при этом своего маршалы злым глазом.

И пока он молчал, Кузнецов начал ответную речь. Он не был паркетным генералом, впадающим в ужас от возможной немилости царственной особы. Строго говоря, он так и не привык считать Кирилла — императором. Хотя и лет уже прошло порядком, но все эти дворянско-монаршие закидоны казались ему чуждыми, даже немного постыдными, словно мужика в бабские тряпки нарядили.

Маршал был военным еще до того, как инопланетная форма жизни превратила его в новуса. Хорошим, как он сам полагал, военным. Царским, потом советским, а потом российским генералом. Таким, для которого куда более значимым был результат его действий, нежели хорошее настроение начальства.

И первым делом, именно об этом Кузнецов, монарху и напомнил. Что он тут не для того, чтобы император был доволен, а чтобы говорить правду. Сделал это он емкими, но содержательными, пусть и не всегда цензурными фразами. Произнесенными, при этом, совершенно спокойным тоном. А когда собеседник окончательно выпал в осадок, продолжил.

В первую очередь, напомнил Стрельницкому, что Ликвидатор сам к ним пришел, добровольно. И сам же предложил помощь. Более того, даже успел ее однократно оказать, когда спас жизнь самодержца при последнем покушении. И подвел к тому, что доверять такому человеку все же стоит. По крайней мере, в настоящее время.

Затем, маршал обратил внимание государя на тот факт, что орать на подчиненных в целом глупо и расточительно, а проделывать то же самое в отношении немногочисленных — и верных до гроба друзей — и вовсе уж полнейший идиотизм.

Следом, заметил, что страх — плохой советчик в любой ситуации, а в этой — тем более. И закончил, как раз к моменту, когда его императорское величество изволило закончить давиться кашлем, словами.

— У меня с ним дочка пошла, Кирилл. Единственная дочка, понимаешь? Так что мне сейчас тоже страшно до усрачки. Но я же не ору.

Стрельницкий некоторое время молчал, но уже не потому, что кашлял и не мог говорить. Затем кивнул, вложив в этот простой наклон головы сразу множество смыслов: от признания правоты собеседника до извинений за несдержанность. А когда Кузнецов ответил таким же жестом, произнес уже вполне спокойно.

— Ты считаешь, что опасаться нечего?

— Я считаю, ваше величество, что для опасений у нас есть множество других причин. А Денис, то есть Иван… — император махнул рукой, мол, да не важно, как ты его называешь, и маршал продолжил. — В общем, Ликвидатор… он выступает на нашей стороне.

— Польских всегда выступает только на своей собственной стороне!

Воистину, когда дело касалось Ликвидатора, умный, опытный и расчетливый Стрельницкий куда-то исчезал. А на его месте появлялся какой-то тип, больше озабоченный потерей власти, чем возможной гибелью целой планеты.

Кузнецом надеялся, что его суждения об этот мальчишке куда более трезвые.

— Ты прости, Кирилл, но согласно архивным документам, и твоим рассказам, именно он стал причиной, по которой функции так и не повторили вторжения. Когда мы их ожидали после первого Носителя? Двадцать лет спустя? Тридцать? А они не прилетели. Значит, ему удалось то, зачем он отправился. Другими словами, он спас нашу планету, верно? А теперь предлагает сделать это еще раз. Так почему же он не на нашей стороне?

— Потому что он — идеалист! — сморщился император, будто само это произнесенное слово несло какой-то неприятный запах. — А идеалистов невозможно контролировать!

— Когда ты спускаешь с поводка боевого пса, ты его уже никак не контролируешь. — пожал плечами Кузнецов.

Стрельницкий вскинул голову, чтобы возразить, но завис. Словно увидел в словах своего маршала какой-то иной смысл.

— Я тебя правильно понял? — недоверчиво уточнил он.

— Понятия не имею. — хмыкнул военный. — Я лишь сказал…

— Спустить его с поводка и забыть? А там либо он зверя задерет, либо ослабит, либо сдохнет.

Кузнецов имел ввиду совершенно не это, но спорит с императором не стал. Достаточно было того, что от неконструктивной ругани, тот перешел к анализу произошедшего.

— В любом случае — проблема исчезнет. — обтекаемо сказал он.

— Не ожидал от тебя подобного! — хохотнул Стрельницкий.

— Потому, что я военный? Или потому, что с ним моя дочь? Кирилл, над детьми мы тоже довольно быстро теряем контроль. Но я, конечно, сделаю все, чтобы вывести ее из под удара. А пока мы должны дать ему все, что он попросит. И не пытаться держать на поводке. — Кузнецов сделал небольшую паузу, после которой продолжил задумчиво. — Знаешь, порой встречаешь в жизни людей, которые вроде бы ничего особенного из себя не представляют. Но попав в определенные обстоятельства, вдруг раскрываются. Словно и они сами, и эти обстоятельства, были созданы только для одной цели — встретиться.

— Армейский опыт? — понимающе произнес император.

— Не только. Но, да. Армия — это же срез общества. Максимально очищенный от всякой шелухи срез. Там всегда таких людей виднее. И вот Польских — он как раз из таких. Не самый умный, не самый сильный, но созданный для решения нашей задачи. И можешь мне поверить — этот не свернет. Будет бежать, идти, ползти или просто лежать в направлении цели. А потом…

— Вот это потом меня как раз очень сильно интересует. Что с ним делать потом? Он же даже не фактор риска, а одна большая угроза. Тем более теперь, когда, как он сам говорит, ему доступны все возможности функций? Кстати, эти знания… Нам бы не помешало их получить!

И снова опытный политик уступил место старику, видящего лишь угрозу своей власти.

— Для начала нужно пережить кризис. — ответил маршал, чтобы не запускать новый цикл императорских страхов. К счастью, удалось. Стрельницкий довольно кивнул.

— А пока — не мешать?

— А пока не мешать, ваше величество.

Эпизод 9. Охота на Охотников

— Княжна, сместись левее. Колдун, отстань. Воины — пошли, Йонду — прикрываешь.

Конечно, эти команды я отдавал не голосом. Они возникали вроде общих мыслей в едином «облачном» пространстве нашего слияния, мгновенно принимаясь к действию. Строго говоря, нельзя было даже сказать, что команды отдавал именно я. Скорее кто-то из отряда замечал нарушение тактического рисунка, и давал об этом знать.

В результате, девять человек, скользящие между заброшенными зданиями некогда величественного завода-гиганта, действовали, как один организм. Смотрели во все стороны, не оставляя слепых зон, прикрывали друг друга на сложных участках, страховали на опасных проходах. И все это — без единого слова.

— Хакерша, перекрываешь прострел Мельнику. Сместись.

— Поняла.

Вчерашние школьники не стали полноценным спецназом, как бы мне этого не хотелось. Для большинства из них даже этот выход был чем-то вроде игры. Опасной, будоражащей кровь, заставляющей считать себя чем-то большим, но игры. С другой стороны — требовать взрослого похода от дворянской элиты не приходилось. К тому же, на данный минус приходилось слишком много плюсов.

Скорость, реакция, выносливость и «магия». Последнее слово намертво прописалось в голове у гимназистов, вытеснив неудобную псионику или научное «ментальное или волновое воздействие». А, еще регенерация. У гуков она теперь была на уровне пятой ступени, то есть равнялась исходному прототипу функций, а это много. Очень. Не уровень Дэдпула, конечно, но все равно хорошо.

Завод, куда мы пришли, находился километрах в пяти от Новороссийска. Кажется, раньше здесь производили цемент, но в связи с появлением новых технологий строительства от функций, он стал не нужен. Приспосабливать же эту махину под что-то другое не стали. Законсервировали объект и забыли. Так они и остался своеобразным памятником советскому еще монументализму, вписанному в склоны Кавказского хребта.

И базой для Обжор, откуда они повадились совершать набеги. Найти их удалось не сразу. Паршивцы ведь отлично маскировались, если говорить о старых и опытных Охотниках. Толпами не ходили, на людей среди бела дня не нападали. Да и средства обнаружения, стоящие на вооружении у силовиков, не могли с уверенностью сказать — обычный перед ними новус или уже зараженный.

Чем «старики» и пользовались. Плодили новых Обжор, но конкретно здесь — не пускали их сразу в бой, как в других местах, а уводили за город, в гнездо. Там, вероятнее всего, они собирались накопить сил, чтобы потом попытаться мутной волной снести город.

Относительно новый тактический прием со стороны дефектов. Раньше они просто нападали на всех, кто окажется рядом, а тут — смотри-ка! — зачатки планирования! В столице бы такое не прокатило — там попросту негде было накапливаться. Но в провинции, где полным полно таких вот «заброшек» — вполне. Подозреваю, такое не только в окрестностях Новороса происходило.

Я подобного не подозревал, вышел на «логово» случайно. Стал следить за парочкой Охотников — я то их легко обнаруживал — которые неспешно двигались к окраинам города. И они привели меня сюда. С удивлением обнаружил на заброшенной промзоне порядка сорока отметок, принадлежащих отбраковке. После чего уже начал планировать операцию.

Это первый боевой выход гуков после двухнедельного простоя. Для него я специально выбрал город вдалеке от столичной суеты. Полагая, что в провинции агентурная сеть функций значительно слабее московской. Не хотелось бы сразу попасть на радары к врагам, и продемонстрировать все свои возможности.

Поездку эту согласовали с невероятным просто скрипом. Кузнецов противился ей потому, что в составе отряда находилась его единственная дочь. Император — потому что я ничего не рассказал ему о плане, заявив, что буду готов обсуждать его лишь после испытаний команды. Копы — в частности Ледящев, кричали, что я должен работать детектором, а не сомнительные авантюры проворачивать.

Но с грехом пополам миссию утвердили. Высадили группу из военного транспортника неподалеку от морского побережья и, вероятно, пошли в ближайший храм свечки ставить. Ну, это я так предполагал. На деле может просто рукой махнули. Типа, что с них взять, отбитых отморозков.

По данным разведки, Обжор в Новороссийске было немного. Точнее, нападений с признаками каннибализма было немного. Но — случались. При этом, за последние пару дней полиция смогла отследить и уничтожить только двух больных мутантов. Да и то — из свежаков.

А вот заявлений о пропаже людей уже было зарегистрировано более полусотни. Крохотную часть их смогли отработать, найти потеряшек либо живыми, либо в виде растерзанных тел. Но основная масса так и остались лежать в полиции висяками. Одна из причин, кстати, почему для тестовой миссии я выбрал именно Новороссийск.

Где-то здесь просто обязаны были скрываться опытные Охотники. И Матка. Возможно даже не одна. И, кажется, мы нашли ее гнездо.

Заходили сверху, со стороны гор. Справа и слева все просматривалось на сотни метров — промзона, во всей ее красе. А вот с северной части разросшийся за десятки лет лес подступал почти к самому бетонному забору. Следя за метками «бракованных» через сканер, я довел отряд до первого из множества корпусов промышленного комплекса, и приказал залечь.

Обжоры, судя по тому, что я видел, вели себя спокойно. Сгруппировались в одном здоровенном ангаре, выставив по периметру наблюдателей. Скорее всего «свежаков», но с уверенность этого сказать было нельзя. Сканер не показывал степень развития отбраковки, сигнализируя лишь о самом факте нарушенной мутации.

— Йонду, твой выход.

— Пошла.

До запущенных мной изменений, Иринка являлась Стрелком. Гибридом, в котором генетический набор от функций смешался таким причудливым образом, что она не просто могла управлять летающими снарядами из любого материала, но и словно бы сопровождать их взглядом в полете. По крайней мере, так она сама объясняла, когда речь заходила о ее способности.

Получив же от меня «экзешник», запустивший мутацию организма на новый уровень — точнее, сразу на два — она, к счастью, не потеряла эту свою силу. Чего я, признаться, опасался. Из Гибрида Малахова превратилась в полноценного псиона-Дипломата, сохранив и прежние фишки. Даже улучшив их, может не на порядок, но сильно.

В результате, по штатке Структуры, она проходила, как снайпер. А в качестве основного оружия использовала крохотные, длинной не больше своей ладони, арбалетные болты. С разными — под задачи — наконечниками. Тяжелыми граненными бронебойками, широколезвийными кровопускателями, даже с шарообразной формой наконечника — для захвата пленных.

Особой прелестью было то, что снаряды ее стали многоразовыми. Запустив болт в цель, Ира продолжала чувствовать его на дистанции до трехсот метров. И всегда могла вернуть в колчан на поясе. За это и получила новый позывной — Йонду.

Сперва обиделась, но когда мы раскопали в файлаобменниках древнючий фильм «Стражи Галактики», в котором одноименный персонаж свистом управлял смертоносной стрелой, прониклась, и даже стала осваивать эту откровенно фэнтезийную технику. К моему удивлению — успешно.

Сейчас по моей наводке она захватила сразу четыре цели, расположенные в пятидесяти-ста метрах друг от друга, и запустила одну единственную стрелу. Бронебойную. Через секунду погасла одна отметка на моем радаре, следом вторая, третья и четвертая.

Позерство, так-то, но красиво. Девушка еще на тренировках этому приему обучилась — пускать один тяжелый снаряд по нескольким целям. Получалось, надо сказать, не всегда — болты могли завязнуть в теле. Но Ира нашла выход. Теперь, если применяла эту технику, целилась в горло. Там ткани самые мягкие. Главное, не попасть в позвоночный столб.

В этот раз она справилась безукоризненно. Даже добавила завершающий штрих — вернула стрелу, не побрезговала. Правда, трогать кровавый снаряд руками не стала, телекинезом бросив его в сумку для «стрелянных» снарядов. И даже не поморщилась. Заматерела школьница.

Доложилась лично, не в облаке. Гордо так повернулся, подбоченилась, демонстрируя точенную фигурку на фоне голубого неба. Где ты, мол, еще найдешь такого стрелка? Коза такая!

— Готово.

— Молодец! — послал я ей улыбку, словив по слиянию сразу же кучу эмоций, от возбуждения до смущения. Не только от Малаховой, кстати. Все же были подключены.

В Структуре, похоже, уже ставки ставили на то, сколь долго я продержусь против натиска Малаховой. Начался он не так давно, с неделю назад, когда девушка поняла, что от меня, чурбана, первого шага не дождется. Посоветовавшись с подругами, она сменила ролевую модель с «принцессы в замки», на «боевую подругу», превращая осаду в штурм.

Но я продолжал держать дистанцию. До того, как воспоминания о прежней жизни вернулись в полном объеме, я бы, может, еще и не против был замутить любовь с девушкой. Ну, небольшой романчик точно. Однако, после случившихся в жизни перемен, передумал это делать. Сразу по множеству причин.

Во-первых, она маленькая. Да, возраст согласия уже прошла, да и выглядит очень привлекательно, но — дите же! Я после полного своего возвращения не мог на нее смотреть иначе, чем на младшую сестренку. И она, кстати, об этом прекрасно знала.

Во-вторых, заводить в собственной команде любовницу, да даже просто любимицу — такое себе управленческое решение. Которое я, может, и послал бы лесом при прочих обстоятельствах, но было еще и в-третьих.

Сама Структура. Постоянная, в последние дни даже не распускаемая связь. В которой чувства, эмоции и мысли не принадлежали одному человеку. Они варились в общем котле, доступные сразу же всем, а я вуайеризмом никогда не страдал. И даже, если бы я смог закрыться от гуков — Ирка бы точно не смогла. И постоянно бомбардировала бы нас всех своими эмоциями.

Собственно, она и так это делала, но это пока не мешало жить. Но начнет, если переключить тумблер с безответной влюбленности на полноценные отношения. И что тогда? С учетом импринтинга, это почти приглашение к оргии! С кучкой несовершеннолетних!

Поэтому я тихонько, и никому о том не говоря, начал использовать на ней техники Наставника. Менять ее привязанность с девичьей чувственности на сестринскую привязанность. Но дело было в самом начале, так что приходилось терпеть продолжающиеся штурмы.

— Хорош зубы сушить! — оборвал я это несвоевременное веселье. Кое-кто уже успел отреагировать на Иркин всплеск красноречивым образом. — Берем зомбей в кольцо. Колдун, дебаф по команде.

Навык Игната против дефектов, почти ставших животными, работал на уровень выше, чем по людям. Если последние, скажем так — падали духом и проникались пораженчеством, то «звери» буквально впадали в неконтролируемую панику. Самое то, когда небольшим отрядом заходишь на крупную группу такого врага.

Для этого рейда мы вооружились огнестрелом. Для близкого контакта и холодняка мои еще не доросли. Тем более, противник — гражданские, у них ничего опаснее кухонного ножа нет и быть не может. Плюс, владеть им не умеют. Это обученный новус с мечом или копьем на короткой дистанции может быть опаснее вооруженного автоматом противника. Как те функции, с которыми мы первый раз схватились. Но сейчас — это не наш случай. Да и рисковать нет никакой надобности.

Задача была даже не в том, чтобы уничтожить логово Обжор, а в проверке боевых качеств Структуры. Мутации прошли штатно, тренировки закрепили полученные изменения, но опыта им еще катастрофически не хватало.

Хакерша тут же воссоздала в облаке карту-схему главного корпуса завода. Наложила на нее зеленые точки команды и красные, взятые у меня, врагов. Получился полноценный тактический экран, на котором каждый видел тактическую ситуацию, и мог скорректировать свой маршрут при ее изменении.

С таким серьезным преимуществом, у Обжор просто не было шансов. Мы вошли двумя группами: основной штурмовой, в которую входили Воины, Колдун и Хакерша, и дублирующей — с заднего входа. Таким образом, отрезали противнику возможность спастись бегством.

Штурмовики по-тихой добрались помещения, где находились Обжоры, и замерли, ожидая команды. Я тоже вывел свою группу туда же. Огляделся.

Дефекты, в большинстве своем, спали. Вповалку, как животные, в которых они, собственно говоря, и превратились. Спутанные волосы, окровавленные лица и руки, грязная одежда. Даже гадили они здесь же — вонь стояла, хоть топор вешай!

Она-то и разбудила воспоминания о моих первых днях после превращения в Ликвидатора. Когда я исследовал свою квартиру и не мог понять, как умудрился превратится в бомжа всего за пару недель.

Вот только, моя человеческая сторона смогла побороть и функцию, и животное начало. А для этих бедолаг пути назад уже не было. Если они хотя бы пару недель пробыли в таком качестве, то выход только один — смерть.

Некоторое время я впитывал в себя обстановку, ища Матку по внешним признакам, другим способом ее обнаружить было нельзя. Нашел ее не сразу — она, точнее он, лежал за колонной, в окружении пятерки «стариков». Эти отличались от «свежаков» более опрятной одеждой, чистыми лицами, и еще тем, что разговаривали друг с другом.

Перебрасывались односложными фразами, но общались! Как люди, блин!

— Этих первыми. — пометил я шесть целей. — Йонду, по седому мужику работай, это Матка. И без позерства. Лучше даже сразу несколько снарядов вгони, на верочку.

— Поняла.

— По команде, не раньше!

— Да поняла я, поняла!

— Колдун, начинай свою песню.

— Ок.

Игнат тут же затянул что-то, что можно было принять за горловое пение каких-нибудь малых северных народов. Однотонное, заунывное, от которого даже у нас немного кровь в жилах стыла. Но работал не звук, а псионическое воздействие. Пение лишь позволяло нашему дебаферу настроится на нужную волну.

Когда спящие стали дергаться во сне, преследуемые какими-то своими личными кошмарами, а бодрствующие «старики» — сбиваться поближе друг к другу, я отдал приказ к началу операции. Матка тут же дернулась, словив сразу три болта в тело: голова, горло, грудь.

Сразу вслед за этим начали бить короткими очередями автоматы. Грохот выстрелов забился эхом в замкнутом помещении, заставив спящих проснуться и вскочить на ноги. Но со сна, да еще и сбитые с толку «песней» Игната, вместо поиска врагов, они бессмысленно заметались по залу, натыкаясь друг на друга, и падая, срезанные летящими отовсюду пулями.

Более менее организованно смогли выступить только опытные Охотники. Сообразив, что их обложили со всех сторон, они прыснули в разные стороны, прячась за колоннами и держась ближе к стенам. Но и это им ничем не помогло. Через минуту последний из них упал, поймав сразу же две очереди.

Я проверил зал на наличие сигналов дефектов. Чисто. Ни одной горящей точки — на карте Хакерши, которую она с моего радара делала, они тоже все погасли. Хотел было уже скомандовать отбой, и выводить ребят из здания, как вдруг заметил в нише — по прямой от меня — какое-то шевеление.

Там точно было что-то живое! Но на моем радаре оно не отображалось! Человек? Разглядеть никак не удавалось.

Обеспокоенные моей реакцией, Мельник с Ландышем быстро сменили магазины на штурмовых винтовках, и наведя стволы на нишу, двинулись туда. Остальные распределись так, чтобы прикрыть ребят, если им будет грозить опасность.

Первым увидел скрывающееся существо Ландыш. Замер на секунду, от неожиданности даже ствол слегка опустил. И выдал в облако растерянное:

— Это что еще за нахрен?

К счастью, гадать, когда мы находились в сопряжении, не приходилось. Каждый из отряда сейчас видел то же самое, что предстало перед взглядом Петра. Бесформенную серо-коричневую массу, что-то вроде грязной жевательной резинки, только весом килограмм в пятьсот, которая медленно шевелилась в темной нише.

— Отходи! — тут же приказал я Воину.

Но выполнить моего распоряжения он не успел. Гигантская амеба вдруг стремительно выбросила сгусток, на лету превратившийся в подобие конечности. Который почти мгновенно преодолел десяток метров, и ударил Мельника в грудь. Скорость его была до того высокой, что даже Воин пятой ступени не смог уклониться!

Да и сила — чудовищной! Петю вырубило еще до того, как он упал на землю метрах в семи. Игнат, состоявший в команде еще и на должности лекаря, метнулся к нему, сразу же диагностировав перелом четырех ребер, и вводя раненного в лечебный сон.

А остальные открыли огонь по новому врагу.

Эпизод 10. Новый вид

Амеба отреагировала на шквальный огонь… никак. С перепугу в нее, наверное, каждый по половине магазина выпустил, а она, словно это дождик был, а не свинцовый град, даже не почесалась! Я сам видел, как пули просто входили в эту странную, слегка бугристую субстанцию, но не заметил, чтобы они причиняли нашему новому врагу хоть какие-то неудобства.

Довольно быстро масса плоти выползла-выкатилась из своего убежища, и попыталась в ответ атаковать Мельника. К ней он был ближе всего. К счастью, повторить маневр, который она до этого провернула с Ландышем, у нее не получилось. Воин, уже понимая, что сейчас произойдет, среагировал на опережение, отскочив в сторону за миг до удара. Вылетевшее щупальце ударило в землю, подняв пыль и каменную крошку.

— Рвем дистанцию!

Приказ по Структуре заставил отряд спешно отступить. Не забыв при этом прихватить раненного Петра. Амеба на несколько секунд зависла, решая кого именно ей преследовать, а потом вытянула из тела очередную ложноножку и ухватила ею труп ближайшего Обжоры. Быстро подтянула и погрузила его в себя.

На миг замерла и несколько медленнее, чем раньше, двинулась в сторону ближайших гимназистов. Насколько я мог судить, по пути она переваривала мертвое тело дефекта. Вот такая странная боевая машина — и атакует, и жрет сразу.

Только в этот момент у нас появилась возможность хоть сколько-нибудь внимательно изучить своего противника. Не то, чтобы там было что рассматривать, но надо же было понять, как эту штуку убивать!

Размером она была с небольшую легковушку. И да, по первости я оценил ее вес килограммов в пятьсот, но теперь отметил, что «немного» ошибся — в ней не меньше двух-трех тонн. Или тут надо в литрах измерять? А, пофиг!

В остальном же первое впечатление сохранилось. Просто масса плоти цвета заветренного мясного фарша — отвратное зрелище. Никаких внешних органов зрения и слуха, конечностей, кроме тех, что амеба выращивала, а потом втягивала обратно. Просто субстанция, меняющая форму под задачи. Сейчас, например, она выглядела, как неровный, приплюснутый сверху блин, с утолщением в том месте, где скрывалось тело дефекта. Так, видимо, передвигаться было удобнее.

При этом, хрень как-то получала информацию и адаптировалась к внешним обстоятельствам. Проявляла, пусть и не разум, но нервную деятельность и довольно-таки развитые инстинкты. Четко понимала, где враг, а где еда, выполняла задачи в грамотной очередности. Что свидетельствовало о том, что какие-то нервы и синапсы в этом бурлящем фарше имеются.

А значит, убить ее можно. Надо только найти уязвимое место. Возможно, аналог мозга или там сердца, прячется где-то внутри. Блуждая, при этом, по телу, отчего мы до сих пор его не зацепили. Правда, делать это «внутренние органы» должны просто с дикой скоростью — пуля-то быстро летит. И мы нашпиговали эту заготовку под котлеты так, что просто не могли их не задеть. И как-то не заметили, что она пострадала.

Значит, организация этого организма иная. Понять бы еще какая! Функции — а это их детище, в этом я даже ни на секунду не сомневался — способны много разной гадости придумать. Как бы, хорошую такую часть галактики подмяли в свое время. Впитали просто невероятное количество самых разных форм жизни.

Будь у меня время понаблюдать, подумать, я бы, скорее всего, эту загадку разгадал. В конце концов, все что знала Иерархия, теперь известно и мне. Но вот каталога к этой библиотеке в комплекте не шло. Да и сама тварь не собиралась оставлять нас в покое, чтобы у меня было время для размышлений. А значит, придется все опять методом проб и ошибок выяснять. Как обычно.

И для начала…

— Всем укрыться! — приказал я, бросая в амебу наступательную гранату, по парочке которых имелись у всех членов отряда. Мы, как бы, штурмовая группа!

Наступательная граната — осколочная. И по мощи слабее тех же оборонительных. Но мне и такой хватало, чтобы выяснить сразу две вещи: как тварь реагирует на летящие в ее сторону предметы, и как переносит взрывы.

Причем, бросил я ее с точно рассчитанной задержкой. Чтобы взорвалась она ровно в тот момент, когда окажется рядом с противником. А то отскочила бы еще, да рванула где-нибудь вдалеке. А на осколки твари пофиг, если судить по реакции на пули.

Получилось… не совсем так, как я планировал. Уж не знаю, чем она глядела на окружающий мир, но зрение, как и отличная реакция, у амебы присутствовали. Стоило цилиндру гранаты пересечь некую незримую линию, как фаршевый монстр вырастил очередное щупальце, и, словно бейсбольной битой, отбил его в сторону.

Ну, попытался, по крайней мере. Осколочная взорвалась именно в этот момент. И взрывом оторвал кусок плоти от основной массы. Засвистели осколки, большая часть которых без всякого ущерба завязла в мягком теле амебы, а пострадавшее щупальце моментально втянулось обратно. Оставив на земле кусок фарша, размером с руку мужчины.

— Все кидаем гранаты! — отдал я очередной приказ. Добавил, чтобы никто не перепутал, а то еще светошумовые были. — Наступательные!

Училась тварь быстро. Еще дважды попыталась отбить снаряды, но после того, как лишилась двух щупалец, просто скукожилась в бугристый шар, и переждала атаку. В такой форме гранаты ничем, кроме осколков, навредить ей не могли.

Кто-то бы сказал, что первый опыт закончился пшиком, но я так не считал. Пусть амеба и не слишком-то пострадала, зато мы выяснили сразу несколько важных вещей. Первой была прочность ткани — не слишком высокая, если уж обычная наступательная граната без труда отрывает от нее приличные куски. Вторая — реакция, в том числе и адаптивность на изменяемость обстановки, у противника на высоте. Всего три гранаты и две секунды ей понадобилось, чтобы признать первоначальную тактику ошибочной, и перестроить ее.

Ну и третья. Оторванные конечность продолжали шевелиться. И медленно, очень медленно, ползти в сторону основного тела. Т-1000 какой-то, блин! Терминатор из жидкого металла!

Или — колония, вдруг понял я. Не один организм, а множество, соединенных в некое квази-тело. У того же Т-1000 тело состояло из нанитов, но это же, черт возьми, органика! Хрен его знает, как оно работает! Хотя, функции же у нас сущности цифровые, а стало быть могли решить и эту проблему. Но! Если отметить скорость реакции и передвижения обрубков, и сопоставить ее с теми же у большой амебы, то вывод напрашивался сам собой.

Чтобы его проверить, я сменил магазин на винтовке и сделал пару коротких очередей, целясь не в центр, а по краям амебы. Многоцелевая (разрывная бронебойно-зажигательная) пуля, входя в тело фаршевого монстра, отрывала от него небольшие куски плоти, прижигая так же и место взрыва.

И вот этот подход нашего противника пронял. Особенно, когда я, поняв, как он работает, выпустил по нему уже более длинную очередь, целясь теперь в центр мишени. Внутренние микровзрывы и возгорания содержавшейся в пуле зажигательной смеси, заставили тело амебы ходить ходуном. Натурально, заколыхалась, как желе! И стала отползать в сторону своего укрытия.

К сожалению, спецбоеприпаса мы с собой взяли немного. Только у меня такие были — один магазин, да еще у парочки Воинов столько же. Все-таки, не самый ходовой тип патронов, больше на всякий случай взяли. А девяносто бронебойно-зажигательных снарядов не решали проблему с этим странным созданием, только лишь заставили его отступить.

Зато решали гранаты. Если я понял, как работает этот организм, то для утраты им боеспособности, нужно было его расчленить на множество мелких кусочков. Которые хоть и останутся живы, но уже не будут так опасны, как целая колония. Ведь — опять же, догадка, но скорее всего, верная — для внятного уровня реакций, амебе требовался большой объем. И чем он был меньше, тем тупее она становилась. На оторванные конечности посмотреть — не умнее одноклеточных.

Эх, сюда бы огнемет! Напалмовая смесь разом бы решила проблему! Но, чего нет, того нет. Как-то не рассчитывал я, что на миссии он может понадобиться. Крик еще мог помочь, но не факт. Если нет мозгов, точнее, они распределены по колонии мелких тварей, косплеивших ночной кошмар, то и спекаться как бы не чему. К тому же, для использования моей ульты требовалось подобраться поближе, а она вон как ловко ложноножками стреляет. С тем же успехом можно попробовать ее расчленить мечом…

И тут я понял, как с ней можно разобраться! Если все испробованные способы лишь на время замедляют противника, но не могут нанести ей летальный урон, надо менять стратегию. Бить не монстра, а тяжелые предметы, которые своим падением выполнят работу того же меча. Или булавы, что для нас непринципиально.

— Сносим эту колонну! — я сфокусировался взглядом на бетонной стойке, которая, к счастью, не являлась несущей конструкцией тяжелой крыши, а лишь вырастала из пола и тянулась вверх метра на три с половиной.

Чем? Взрывчаткой, вестимо! Шимкус мгновенно уловил, что я хочу, и оказался рядом с колонной. Налепил на нее кусок пластида, воткнул взрыватель и сразу же понесся прочь. А я с тревогой наблюдал за действиями амебы. Если сейчас она продемонстрирует возможность выхода за рамки реагирования на прямую угрозу, нам придется туго. Скорее всего тогда нужно будет блокировать периметр, вызывать подкрепление и выжигать заразу.

Делать этого мне не хотелось. Один вопрос, когда ты отправился на миссию, и вернулся, героически всех победив, и другой — когда не справился. То есть, ничего постыдного в вызове помощи вроде и нет, даже матерый спецназ не стесняется это делать. Но у нас другая ситуация — сейчас мы работали на репутацию. А от нее немного останется, если запросим подкрепление. И так-то мало кто верит в успех «детского» отряда. И когда придет время ставить того же императора в позу, мне это «подкрепление» сразу припомнят.

Но по счастью, нервная деятельность твари высшей не являлась и не тянула даже на собачью. Получив по щам, все, что она сделала — это отступила и подтянула к себе еще одно тело из числа погибших Обжор. Еще один кирпичик, кстати, в стену знаний — монстр из фарша, похоже, восстанавливается, пожирая плоть. Что, как бы, намекает, из чего он вообще сделан.

Но главное, что на колонну, которая после взрыва стала падать на него, он не обратил внимания до последнего. Все произошло, как и в прошлый раз, с гранатой. Когда бетонное «бревно» преодолело невидимую границу, организм выкинул навстречу ему сразу несколько щупалец. Но толку от этого действия было столько же, сколько и от выставленных навстречу несущемуся «КАМаЗу» ладошек.

Тяжеленная дура обрушилась на амебу, расплющив-располовинив ее на две части. И ударной волной отбросила их друг от друга. Середину, на которую пришелся удар, просто размазало по бетонному же полу — молот и наковальня, дамы и господа! В результате мы получили вместо одной амебы, две. Которые сразу же начали друг к другу подтягиваться.

Но делали это они вдвое медленнее, чем раньше. Или даже втрое. Что позволило уже включится в игру и гукам. Сосредоточив на одном куске плоти шквальный огонь, загоняя его в угол и разрывая дистанцию с другой половинкой, ко второму я и Шимкус с Мельником, подошли уже с тесаками. Быстро обкорнали вырвавшиеся, но ставшие медленными, щупальца, и стали методично разбирать котлетную массу на части. Резалась, к слову, она довольно легко.

Разобравшись с одной половинкой, принялись за другую. Девчонки в это время распалили костер в одной из бочек, которую по тому же назначению использовали и Обжоры. И стали бегать от «разделочного» цеха к огню, скидывая туда части тела амебы.

Все это заняло у нас около получаса — тупой мясницкой работы. Но собрали все до последнего кусочка, даже под упавшей колонной все вычистили — мало ли, вдруг она возродится сможет? Понятно, что и проглядели что-то, но последующая зачистка это сможет исправить.

Сохранили, впрочем, парочку образцов для последующего изучения, распихав их по плотным пластиковым пакетам. Понаблюдали — вроде не разъедает. И принялись приводить себя в порядок.

За время работы все уделались, а бокс пропитался запахом горелого мяса. Как я и предполагал — собирали амебу из человеческих тел. Но, не как какого-то кадавра, а фактически расщепляя трупы до состояния жижи, из которой потом формировались отдельные организмы колонии.

— Это треш какой-то! — поделился со мной Павел, поливая Владу на руки из фляги. — Лях, что это было, вообще?

Главное, посмотрел еще на меня так, будто я ученый, и знаю ответы на все вопросы. Хотя, с другой стороны, после того, как знания подгрузились из заблокированных воспоминаний, я и в самом деле мог дать фору какому-нибудь доктору наук. И он об этом знал.

Правда, не в полевых условиях. Здесь я мог только предполагать.

— Бывшие люди, полагаю. И новое оружие функций. Точнее, логическое развитие прежней мысли с Обжорами. — меня, в отличие от остальных гуков, от вида бойни не мутило, поэтому говорил я спокойно, а останки рассматривал без брезгливости. Даже понимая, что передо мной. — Думаю, трупы стаскивали сюда, а потом — не знаю как, не спрашивай — преобразовывали вот в эту гадость. Скорее всего, это мы еще на полуфабрикат нарвались. В том смысле, что Обжоры ее еще больше хотели откормить, поэтому пока и не выпускали.

— Странный организм. — Хакерша присела на обломок упавшей колонны, задумчиво глядя на слабо шевелящийся образец в пластиковом пакете. — Если присмотреться, видно, что это не мышечные волокна, а крохотные гранулы. Которые слеплены друг с другом в очень плотную массу.

Маша всегда была умной девочкой, а после прошедшей мутации, плюс под эффектом Структуры, сделалась еще умнее. Она с ходу определила с чем мы тут имели дело.

— Как икра селедочная. — кивнул я, тоже заметив это. — Только меньше.

— И каждый из них — это отдельная особь?

— Не думаю, что тут применимо это название. Скорее, дико разросшаяся клетка, которая обладает какой-то автономностью и навыком взаимодействия с другими такими же.

— И каждая — сама по себе мозг?

К счастью, это было не так. После того, как мы разделали Амебу, и смогли рассмотреть ее вблизи, мне стало немного легче. Вот пока было не очень понятно, против чего мы сражались, было страшновато. Ну, представить если, что такие вот твари начнут нападать на наши города — там же счет на сотни тысяч пойдет, если не на миллионы!

Но теперь стало ясно, что даже очень крупная тварь будет не намного умнее простейших организмов. Проблему живучести функции может и решили, собрав из крохотных клеток очень сложно уничтожаемую тварь, но даже сейчас я видел слабые ее места.

Во-первых, потеря «сообразительности» при уменьшении массы тела. То есть, чем меньше монстр, тем он тупее. При этом, даже такой здоровенный, как наш, все равно далеко не гений. Во-вторых — сама схема сборки конструкта. Если каждая клетка-организм обладает своей условной нервной системой, то решая одну задачу — неубиваемость, монстр пасует перед другой. А именно — получении энергии для движения.

Ее такому организму нужно очень много. То есть, даже пожирая органику, она не столько растет, сколько сохраняет необходимый запас энергии. А чтобы становиться больше, нужно жрать еще сильнее. В разы. Решаемая проблема в густонаселенном городе, но для преодоления больших расстояний — критичная. Скажем, чтобы из этого гнезда попасть в город, Амебе понадобились бы дефекты, которые бы ее туда доставили. Сама она бы не добралась — «батарейка» сдохнет быстрее.

Да и уязвимость к огню… Хотя, опасность от этого оружия функций исходила серьезная. Стоит только зевнуть, как такие вот монстры начнут ползать где попало, пожирая все, до чего смогут дотянуться.

Но ничего. Ученые поработают с образцами, выяснят, что на них лучше всего действует, и тогда Амебы быстро превратятся из страшилки во всего лишь еще одного врага. С которым можно быстренько разделаться. Раздать отрядам зачистки огнеметы, например.

Кстати, о зачистке. Вот теперь уже можно было и подмогу вызывать! С напалмом! Чтобы выжечь все — «икры» на полу и стенах все равно осталось много. И пусть я почти уверен, что колония может быть опасна только в крупных размерах, рисковать не стоит.

Но самое главным итогом сегодняшнего дня стала совсем другая мысль.

«Они готовы». — сказал я только для Куклы.

«Значит, время для следующего этапа». — хмыкнула в голове бесплотная напарница.

Эпизод 11. Козыри

После встречи с императором я выглядел спокойным и собранным — специально потом в приемной в зеркало глянул. А вот с обычно невозмутимой физиономии Кузнецова не сходило изумленное выражение. Причины для такой реакции у него имелись. И было их две. Сначала маршал охренел от стиля нашей со Стрельницким беседы, а потом от того факта, что по завершению беседы я вышел из кабинета самодержца живым и даже не в кандалах.

Хотя, кто бы меня еще заковывал. Скорее бы просто грохнули, так надежнее.

— М-да… — выдохнул Федор Михайлович. — Умеешь ты…

— Практика. — в тон ему отозвался я. — Сами-то как? На моей стороне? Или тоже, как царь-батюшка наш, считаете, что я что-то свое мучу?

Император мне это не раз сказал. Вполне открытым текстом. Мол, ты, Лях, свои делишки под шумок решаешь, а не родину спасаешь. Поведал бы еще какие, а то я же специально с другого конца галактики прилетел, чтобы одному охреневшему новусу побольше подгадить!

Пожилой военный как-то странно глянул на меня. Для этого ему уже не пришлось смотреть вниз, кстати. За последнее время я почти догнал его по росту. Мутации. Я все меньше тянул на подростка.

— Это может прозвучать немного пафосно. — произнес он, наконец. — Но я на стороне этой страны и ее людей.

— Императоры приходят и уходят? — усмехнулся я.

— Как и Ликвидаторы.

— Но обещанное он выполнит? — все-таки, по рукам мы ударили, хотя переговоры и проходили весьма напряженно.

— За этим я лично прослежу, не беспокойся. В моих интересах, как ты понимаешь.

Мне осталось только кивнуть. Незадолго до встречи со Стрельницким, мы довольно плотно с маршалом пообщались. Обсудили целую кучу тем. Затронули и участие его дочери в моей Структуре. Хотелось понимать, как к этому относится отец Княжны.

Оказалось — нормально. Без дикого восторга, понятное дело. Все же родная кровь — а рядом со мной всегда риски. Да и выразился он так…

Сперва толкнул длинную речугу про свою жизнь, и про то, почему так поздно завел ребенка. Мол, вся его жизнь была посвящена служению государству, и раньше это было неинтересно. Потом, когда добрался практически до вершины Олимпа — опасно. Да и не хотелось, как он сам говорил, привести в мир еще одного мажора, для которого и люди — не люди, а обслуживающий его интересы персонал.

А потом, стало быть, поздняя любовь, которой все возрасты покорны, и, как следствие — Наташа. Но верный своим принципам Федор Кузнецов не желал воспитывать из единственной дочери разнеженного элитария. Преимущества давал, но не пускал во все тяжкие, что, правда, с каждым годом становилось все тяжелее и тяжелее.

Тут, кстати, я мог бы свидетельствовать. Княжна даже в школе для «обычных» дворян устроила свой маленький двор. И не разросся он потому, что сама она была еще возраста невеликого, да опыта не имела. А так бы — да. Застроила бы и батю. Сразу после класса.

Маршал признался, что после включения в Структуру, его Наталья крепко изменилась. Стала более человечной. И сильной, что, как бы, тоже важно. Так-то ей выше третей ступени подняться не светило, а со мной она уже прыгнула на пятую. А значит и выбор в свое время Федор Михайлович сделал правильный.

Короче, это он так многословно сказал, что его устраивает путь единственной дочки. Пусть он и опаснее, чем был бы под его крылом, но дети вырастают и их нужно отпускать. Ну и так далее.

А теперь он, значит, напомнил, что откровенных сливов и попытки врубить заднюю со стороны императора постарается не допустить. Поскольку в Структуре Ликвидатора находится Наташа Кузнецова. Такая вот кумовщина.

Наша встреча со Стрельницким состоялась через четыре дня после возвращения из Новороссийска. Которые были плотно заполнены событиями. Тут и с учеными пришлось поработать по Амебе, и тактику противодействия им с несколькими группами спецназа отрепетировать. В результате, отряды зачистки теперь имели в составе бойца с огнеметом и криогранаты с жидким азотом — экстремально низкие температуры живой фарш переносил так же плохо, как и высокие.

Только после этого удалось выкроить время, чтобы подготовить презентацию для императора, и лишь тогда дать ему знать, что я готов к встрече. А то уже даже Кузнецов начал немного нервничать — обещал же в две недели уложиться, но то одно отвлекло, то другое.

План самодержцу не понравился, впрочем, другой реакции я от него и не ждал. Он мне еще попенял сразу, мол, а чего это ты так запросто справился с целой галактической Иерархией, а с земным анклавом функций такие сложности городишь?

Во-первых, не запросто, ответил я ему терпеливо. Пришлось несколько десятков лет внедряться в эту самую Иерархию, чтобы добраться до центральных узлов, через которую потом вирус и был запущен. А во-вторых, у нас здесь ситуация принципиально иная. Там, в метрополии межзвездной империи, мне нужно было лишь сломать систему. О соответствующем ущербе я вообще не думал.

А на Земле все на порядок сложнее — важно не только пришельцев вытравить, но и как-то не допустить гибели человечества. Что не проще, чем фундамент заливать под уже построенный дом!

Стрельницкий ожидаемо начал катить бочку. Про лапшу на уши, про свои — мои, в смысле — коварные планы. И прочее все. Я тоже не удержался, и высказал ему про организацию внутренней безопасности, в которой инопланетяне и их агенты Козыри свили настоящее гнездо. Про «регресс» тоже напомнил — а вот нехрен было мне в лицо этим хрустом французской булки тыкать.

Короче, обсуждение плана довольно быстро переросло в национальное состязание под названием «сам дурак». Перепалка длилась около часа, и все это время с лица Кузнецова — единственного, кто присутствовал на этой сверхсекретной встрече, не сходило выражение полного отрицания реальности.

Типа, ну не может же так быть, что пацан, который с его дочкой в одной школе учился, на таких коленцах самого государя крутить! Да и тот, вместо вызова стражи и укорочения наглеца на голову, порой оправдываться начинает.

Но в итоге по рукам мы ударили. Когда я прошелся по каждой детали своего замысла, Стрельницкому не осталось ничего другого, кроме, как согласиться. А все потому, что любой другой маневр привел бы либо к быстрому поражению, либо к росту напряжения между государствами Земли. Которое, в свою очередь, вело к мировой войне и, опять таки — поражению.

Нормально, в общем, поговорили. Я, по крайней мере, был доволен. Напряжение, опять же, сбросил. Осталось только получить подтверждение о тех трех счетах, через которые мой отряд должен был финансироваться. Таких, которые не отследить, ни связать ни с кем. И нанести тот самый «расслабляющий» удар, после которого обратной дороги не будет.

— Кстати. — когда до вертолетной площадке оставалось метров тридцать, Кузнецов придержал меня за локоть. Очень, к слову, грамотно выбранное место для этого его «кстати». Шум винтов от летающей машины глушил любые подслушивающие устройства, а мы, при этом, могли вполне друг друга слышать.

— Да, Федор Михайлович?

— По акции, этому твоему «расслабляющему» удару… Сей момент меня больше всего смущает. Все-таки террористический удар по своим. Как твои ребята на это отреагируют?

Железный старик, все-таки! Никаких вопросов про «как так можно» и «это бесчеловечно». Только главный — а детишки твои такое потянут? Ну и между строк — моя дочь это потянет? Все-таки, после акции мы все станем врагами государства.

— У вас еще есть время, чтобы провести необходимую ротацию и обновить базы данных на объекте. — произнес я. — По максимуму вывести оттуда тех, кого нужно сохранить.

— Это ведь не так просто сделать, не привлекая внимания…

— Война, Федор Михайлович. — пожал я плечами. — Она никогда не дает достаточно времени на подготовку.

Надеюсь, на его вопрос я ответить сумел.

А что еще можно было сказать? Что мы постараемся? Мы постараемся!

* * *

Постараться действительно пришлось. И сперва был побег из суперсекретной и невероятно охраняемой лаборатории, целого подземного НИИ — я не зря подозревал, что такие существуют в империи. И, что однажды меня туда все-таки законопатят. Правда, по моей же просьбе, хех.

Для всех, кроме нас и еще парочки людей в высших эшелонах власти, все выглядело следующим образом. «Внезапно» компетентные органы узнают, что Денис Пичуга обладает типом Ликвидатор. Более того, этот пацан, которого до этого считали металлокинетиком-слабосилком, вдруг сколачивает из одноклассников настоящую Структуру. Действующую!

Копы сразу же напрягаются и получают приказ многообещающего гимназиста изъять. Упаковать куда-нибудь поглубже, и изучать, изучать, изучать. Чтобы, значит, масштабировать геном Ликвидатора, и получить много уникальных, не имеющих аналогов во всем мире, специалистов по уничтожению других новусов.

Разумеется, сразу же в секретную лабораторию доставляют и остальных членов Структуры. То, что некоторые из них относятся к аристократии, никакой роли не играет — интересы государства же! Кузнецов, «узнает» об этом, лично заявляется к императору, и крепко с ним «ругается». В результате чего попадает в опалу, и получает приказ покинуть Москву в течении суток. Отправившись в изгнание — Санкт-Петербург.

Мы все это время, чуть меньше недели, сидим в камерах подземного комплекса. По одиночке, но поддерживая связь через облако. Готовимся к побегу и дальнейшим шагам по реализации плана. И в какой-то из дней, как две капли воды похожий на любой другой, проведенный здесь, совершаем дерзкий побег.

Хваленая охрана — без всяких поддавков, они же не в курсе были — валяется без сознания. Некоторые — с перерезанными глотками — было за что. Главный пульт управления тюрьмой… простите, лабораторией — взломан. Как потом скажут специалисты по информационной безопасности, с него были скопированы все хранящиеся в комплексе материалы по проводимым исследованиям. Суперсекретных, ессс-но, и, конечно же, незаконных.

Структура исчезает с радаров на несколько дней. Брошенные на ее поиски силы охраны порядка и престола разводят руками — как в воду канули. Следователи, ведущие дело, считают, что подопытным помогли бежать — слишком уж гладко все прошло. Подозрение сразу же падает на маршала империи Кузнецова. На второй день после побега его арестовывают, бросают в тюрьму, а в имениях и всех принадлежащих роду Кузнецовых объектах недвижимости начинают проводить обыски.

Шерстят, разумеется, и его финансы. И почти сразу же находят следы подозрительной активности — маршал в последние дни очень активно переводил деньги семьи на офшорные счета. На этом момент КОП окончательно уверяется, что прославленный в прошлом военачальник, превратился в убитого горем отца, который положил все свои возможности на спасение единственной своей дочери.

Ему предъявляют обвинения в государственной измене, лишают всех званий и привилегий, и окончательно «хоронят» в очередной секретной тюрьме.

Но тут на сцене снова появляются сбежавшие детишки. Они наносят очень болезненный удар по системе безопасности страны. Проникают на объект КОП, про который и знать-то не могли, выносят секретные образцы вооружений и разработок охранителей престола, а также получают на руки базу данных по сети агентов внешней разведки Восточной и Западной Европы.

Причем, так чтобы никто в этом не усомнился, отмороженные школьники тут же вываливают добытые сведения в интернет. Копы моментально подчищают следы, но кому было нужно успевает среагировать, и данные по действующим и спящим агентов, работающих за границей, оказывается в руках врагов. И в следующие пару дней половины людей из этих списков, уже нет в живых.

Структуру Пичуги объявляют врагом государства, но в поисках отбитых гимназистов это не особо помогает. Копы просто не знают, где их искать, и куда те нанесут свой следующий удар. Не сомневаются только в одном — они точно это сделают. Ведь детвора уже превратилась в Козырей. Цель которых, как известно, заключается в свержении монарха и установлении нового строя…

* * *

Как там говорили раньше? Для того, чтобы спасти Россию, нужно было спалить Москву? Вот и нам, чтобы запустить план по уничтожению функций, нужно было утратить статус. Перестать быть на стороне закона и встать по другую его сторону. По сути — присоединиться к Козырям. Опять-таки — это важно! — не примкнуть к какой-то группировке, что выглядело бы предельно странно и подозрительно, а создать свою. Молодую, злую, зубастую. Которой всего мало: и власти, и влияния, и денег.

И которая зла — очень зла! — на действующую власть. Предавшую молодых одаренных, заточивших их в подземную тюрьму, ставящей на них бесчеловечные эксперименты. Сбежавшие из застенков детишки, теперь мстящие своим обидчикам. А ведь известно, что более жестоких преступников, чем подростки, не найти.

Именно этот шаг — со всеми последствиями — и вызывал наибольшее противодействие императора. Ведь согласившись на него, он моментально утрачивал все формы контроля над моим отрядом.

Но поступить нужно было именно так. Для этого было множество причин, но главной я назвал снижение поголовья революционеров и террористов в стране. Тех самых Козырей, которых развелось, словно собак не резанных! События последних месяцев показали, что они на сегодняшний день — одна из самых серьезных внутренних проблем государства.

Именно через Козырей функции и действуют в России. Устраивают диверсии, создают каналы провоза боевиков пришельцев, держат местное население в постоянном стрессе. Плюс еще и идеологический вопрос оседлали. Не всем же по душе монархия. И те, кому она, как кость в горле, формируют пятую колонну внутри страны. Действуют во вред государству, которое фактически ведет войну. От мелочей, вроде недоносительства на скрывающегося террориста, до откровенных случаев саботажа и вредительства.

Тот же Стикс. Для большинства он, конечно, злодей, убийца и бомбист, но ведь есть и те, кто считает его героем. И таких тоже немало.

Начинать второй этап, не покончив с ним и ему подобными, значило проиграть еще до начала боя. Инициатива сейчас находилась в руках функций, и если бы мы продолжили лишь реагировать на их действия, неминуемо проиграли бы.

Официальная же практика борьбы с Козырями показывала свою полную неэффективность. Копы сталкивались не только с тем, что в каждом дворе и учреждении у «борцов с самодержавием» имелись глаза и уши, но еще и с тем, что противник имел доступ к арсеналу самих пришельцев. Взять тех же уродцев-псионов, умеющих создавать непроницаемый Купол.

Для по настоящему эффективного решения вопроса Козырей, нужно было действовать не снаружи, а изнутри. Как говориться, не можешь уничтожить — возглавь. Вот только попасть в этот чудесный мир политического криминала, было ой как непросто!

Длительное внедрение с постоянным риском разоблачения, да еще и результат, который можно увидеть только через много лет — этот путь мне не подходил по целому ряду причин. Но оставался еще другой, мой любимый вариант. Войти красиво, с ноги в дверь. Разыграв его, как по нотам, мы смогли за каких-то три недели заявить на все сообщество Козырей о своем появлении. Примерно так:

«Привет, сучки! Настали новые времена!»

Правда, для создания нужного эффекта необходимо было сделать еще кое-что. Набить морду самому сильному Козырю. Ну, знаете, как в школе, да и в любом социуме это делается? Новичку, чтобы заявить о себе, нужно сразу найти альфу и победить его.

Вот этим мы прямо сейчас и занимались. Готовились к нападению на московского «альфу» — Козыря по прозвищу Грэг. О том, что мы собираемся заявиться к нему, он уже был предупрежден — вчера и позавчера мы всей Структурой посетили несколько точек, плативших ему за защиту, и озвучили новые условия. Очень простые — теперь они платят нам.

Эпизод 12. POV Игорь Кудрявцев

(он же Грэг, Воин-Гибрид пятой ступени, глава преступной группировки «Марсовы сыны»)

Грэг жил давно и отлично знал, что рано или поздно этот день придет. Надеялся, конечно, что он будет более отдален по времени, но тут уж, как вышло, так вышло. И винить-то в общем некого — обойти закон мироздания ранее никому не удавалось. Простой такой, хоть и жестокий закон.

Молодые придут на смену старым. И отнимут все, что принадлежало им раньше.

Он сам так поднялся. Голодный, злой, жестокий. Он просто вырвал свой кусок из лап тех, кто не смог его удержать. И теперь правил им, всегда держа в памяти, что однажды его собственность придут отнимать.

За это время он обзавелся множеством связей. Создал группировку «Марсовы сыны», которая, может, и не была самой сильной в Москве, но определенно имела серьезный вес. Боролся с самодержавием, хе-хе, но в последние лет десять старался, как можно меньше лезть в этот идиотский спектакль под названием «революция» и «управляемый террор».

Роль весомой фигуры, криминальной фигуры с почти легализованным бизнесом, пронизанным множеством связей с настоящими хищниками этого мира, его полностью устраивала.

Правда, прошлые знакомства и обязательства нельзя было так же просто выкинуть на свалку, как отмыть кучу денег через офшорные счета. Козыри, как ни крути, были существенной частью жизни.

Приходилось оказывать им услуги. Давать деньги, отмывать деньги, провозить грузы через границу, прятать бойцов после «акций». В благодарность, последние никогда не проводились на «его земле». Короче говоря, сделка, давшая возможность выйти из «революции» и позволяющая жить относительно спокойно и безопасно. Стричь шерсть с овец и даже начинать понемногу выводить активы в легальную сферу. Чтобы вовремя уйти, не дожидаясь появления новой смены.

И вот она заявилась…

Грэг не был фаталистом. Просто трезво смотрел на вещи. И у него не опускались руки, когда подчиненные докладывали об очередном наезде на его собственность. Пока была возможность, он безжалостно давил робкие всходы, показывая всем вокруг, что под маской респектабельного бизнесмена, прячется всегда голодный хищник. Но при этом знал, что однажды победить ему не удасться. И сегодня этот вопрос — сейчас? — грыз его изнутри.

Чего, конечно же, никто из подчиненных не знал. Но очередная банда дерзкой шпаны его напугала. Почему-то в голове, после доклада о попытке отжать несколько его точек, всплыло слово — последние?

Аналитика тоже не радовала. Глава группировки — Ликвидатор. Уникальный, даже легендарный тип. Который сам по себе опасный противник, будь он тысячу раз мальчишка. Но как будто и этого было мало — умеет собирать свой отряд в Структуру или какое-то подобие боевой формации функций.

Дополнением шли сущие мелочи. Такие, например, что все члены отряда — пятой ступени, от Воина до Аналитика. Совершенно не считаются с авторитетами. С высокой степенью вероятности их лидер не вполне психически стабилен.

В общем, достаточно сведений, чтобы напрячься.

С другой же стороны, «гуков» — так они себя называют — всего девять человек. В среде Козырей у них не было ни связей, ни поддержки. Кроме того, все они находятся в федеральном розыске — причем такой суеты с поисками врагов государства, Грэг не помнил уже давно, а значит и с этой стороны подлянки ждать не стоит.

Им, в общем-то, стоило бы затаится, а они, придурки, бродят по его земле, и пытаются обкладывать данью его людей! Фактически, бросают ему вызов — накажи нас, если посмеешь!

Сидеть сиднем и ждать, когда проклятые малолетки сами придут к нему в гости — смерти подобно. То есть, да, отражая нападение, он бы встретил врагов на своей территории, зная ее, как пять пальцев. Вот только… репутация. Ее, нарабатываемую годами, попросту смыло бы в унитаз.

После такой демонстрации трусости, уже будет совершенно неважно, справится он с молодой порослью или проиграет им. В любом случае, дни его будут сочтены. Другие хищники сами захотят попробовать его на зуб. Не второй, так пятый справятся.

Нет, действовать нужно на опережение. Самому нанести удар, даже не так — воздаяние! Расправиться с щенками быстро, жестоко и настолько кроваво, чтобы следующие несколько лет, у таких вот сопляков, равно, как и у старых партнеров, всякий раз вставали перед глазами превращенные в фарш люди, бросившие вызов «Марсовым сыновьям».

И по возможности — лично…

— Мы их нашли, Игорь Викторович. — в кабинет спокойно, словно бы все службы группировки, прячущейся под вывеской «Гермес Логитик», и не работали в авральном режиме, вошел доверенный Аналитик главы, Самсон. Уже весьма пожилой еврей, способный, тем не менее, дать фору многим молодым. — Они только что засветились в нашем казино «Лебедь».

— Старая Купавна? — тут же уточнил Грэг, хотя помнил наизусть все названия своих легальных и не совсем легальных точек.

Но произнес он это вслух не для уточнения, как могло показаться, а прикидывая, как быстро одна из дежурных боевых групп может добраться до этого подмосковного городка.

— Ближайший отряд в Балашихе. — тут же подсказал Самсон. — Приказ на выдвижение я уже отдал. Восемнадцать минут. Остальным потребуется больше времени.

— Могут не успеть. — поджал губы глава группировки.

— Пройдемте в оперативный зал, Игорь Викторович. У бойцов есть нагрудные камеры, мы сможем наблюдать за их действиями. — Аналитик никак не отреагировал на скепсис начальства. Хотя чуть погодя и добавил. — Думаю, эти самые «гуки» не пустятся в бега. Не для того ведут себя так нагло.

— Тогда пусть подгонят мою машину. И группе «Марс» пятиминутная готовность.

Прежде чем возразить начальству, Самсон пробормотал в нарукавный коммуникатор приказы. Затем повернулся к Грэгу.

— Разумно ли? Я не вижу никакой необходимости для вас участвовать в этом лично.

— Я — вижу!

— Игорь Викторович! После всех трудов по очистке вашего имени, достаточно одной случайной фотографии, чтобы псы из КОП вновь встали на след!

— Самсон! — надавил голосом Козырь. — Это не обсуждается. Мне нужно там быть. Самому прикончить этого… Ликвидатора.

На лице пожилого еврея сложилось выражение, которым представители этого народа овладели в совершенстве. Что-то вроде: «Ой-вей, да делайте вы уже все, что хотите, и не слушайте старого Самсона! Только потом не говорите, что он вас не предупреждал!»

— Так надо. — будто оправдываясь буркнул Грэг. И ушел в комнату отдыха, переодеваться.

Небольшое помещение, ключ от входа к которому имелся только у него, находился небольшой арсенал. Но тащить его весь, он, разумеется, не собирался. Ограничился хорошо зарекомендовавшим себя набором, который уже не раз спасал ему жизнь.

Самая современная броня, разработанная сингапурцами, надежно защищала жизненно важные органы от стрелкового и холодного оружия, к тому же обладала композитными свойствами, гасящими саму энергию удара. Легкая, прочная, она почти не чувствовалась на теле, закрывая, при этом, около восьмидесяти процентов поверхности, включая и голову.

Ментальные усилители из Таиланда, встроенные в тактический шлем, одновременно защищали его от ментального воздействия, и выводили слабенькие псионические возможности Гибрида на твердую третью ступень. Забрало шлема могло переключаться в режим ночного, либо теплового зрения.

В небольшой подсумок на бедре были вставлены одноразовые стимуляторы от того же производителя, стоившие каждый, как премиальный автомобиль, но при этом способные поднять на ноги даже смертельно раненного. Ну или помочь доставить его еще живым до высокорангового целителя.

А вот в вооружении ничего особенного не было. Парные тесаки с лезвием в тридцать три сантиметра — прочные, острые и довольно тяжелые. Их Грэг закрепил крест накрест на груди, так, чтобы рукояти торчали вниз. На поясе парочка крупнокалиберных пистолет-пулемета «Вереск-12» с магазинами большой емкости, орудовать которыми — и выдерживать неслабую отдачу! — мог только Воин от четвертой ступени.

«Марсиане» — личный боевой отряд Грэга, его гвардия, была снаряжена сходным образом, разве что расходники-стимуляторы в автоаптечках были попроще, да вооружение более разнообразное. В наличие у двенадцати бойцов имелись и тяжелые штурмовые винтовки, гранатомет, снайперский комплекс и даже такая экзотика, как переносной гауссган. Машинка прихотливая, сложная в эксплуатации, и позволяющая сделать за бой максимум три выстрела, она тем не менее была незаменима, если противник вдруг заседал в укрытии, считая себя неуязвимым.

Коротко поприветствовав гвардейцев, со многими из которых он был знаком уже больше десяти лет, глава группировки запрыгнул в бронированный внедорожник, и отдал приказ выдвигаться. Кортеж из восьми машин, игнорируя скоростной режим, устремились к небольшому подмосковному городку. Оставшиеся в штабе специалисты по сетевой безопасности временно отключали дорожные камеры наблюдения по пути его следования.

Десять минут спустя, Самсон, отправившийся вместе с командиром на акцию, протянул ему планшет. На нем уже была активирована программа, позволяющая следить за происходящим в нескольких километрах отсюда через нагрудные камеры дежурной боевой группы.

Грэг тут же подключился к каналу отряда, приказав по возможности в бой не вступать, а только найти противника и блокировать ему пути отходы. Однако стоило старшему подтвердит получение директивы, как камеры начали гаснуть одна за другой.

В эфире воцарился хаос. Яростные крики быстро сменились предсмертными хрипами, и вскоре Грэг мог видеть только один горящий квадрат из шести.

Но и тот не двигался. Судя по всему, владелец камеры лежал на спине, а бесстрастный объектив снимал лепной потолок знакомого главе «марсиан» помещения — его казино. Спустя несколько секунд на экране появилось лицо паренька лет шестнадцати-семнадцати. Он ткнул пальцем в объектив, что-то произнес, но ларингофоны погибших бойцов не обладали достаточной чувствительностью, чтобы улавливать звуки голоса на таком отдалении.

Затем лицо исчезло, камера задрожала, как если бы мертвое тело повернули на бок, и вскоре Грэг смотрел в лицо другому подростку. Лидеру этой странной и смертельно опасной ватаге.

— Привет! — блеснул глазами с легкой безуминкой, произнес Ликвидатор. Ларингофон, надо полагать, он снял с трупа. — Грэг в канале? Але? Это штаб «Марсовых сынов»? А вы отбитые на всю голову, парни! Я не думал, что вы так оперативно отреагируете — только мы к казино сунулись, как ваши тут же нарисовались! Молодцы, уважаю! Только зря все это, только парней своих потеряли, и все. Надо было слушать, что мы вам передавали — мы пришли с миром!

В этом месте пацан истерически заржал, словно выдал какую-то невероятно смешную шутку. Грэг смотрел на его искаженное смехом и безумием лицо, и давил в себе гнев. Особенно следил за пальцами, которые продолжали удерживать планшет, ведь одного неловкого движения от столь сильного Воина, было бы достаточно, чтобы устройство хрустнуло и развалилось на части.

Говорить он тоже ничего не собирался. Ликвидатор считал, что общается со штабом — вот и пусть продолжает так думать. А уже через десять минут он сам окажется на месте. И проверит насколько смешны уже его шутки. Двенадцать «марсиан», он сам, и еще три отряда боевиков от шести до восьми человек каждый прибудут к «Лебедю» практически одновременно.

— Я чего сказать то хотел? Грэг, ты слушаешь? Старикан, бросал бы ты это дело, а? Твое время ушло — прими это с достоинством. Я даже искать тебя не буду, если ты забьешься в какой-нибудь темный уголок, и там будешь сидеть до смерти! Серьезно, слово даю! Мы же с миром пришли, нам только ваши активы нужны.

— Игорь Викторович, — Самсон тронул главу за плечо. — Я думаю это ловушка. Юноша выглядит достаточно безумным, чтобы остаться на месте, в надежде перебить еще одну или несколько наших групп. И похоже, он считает, что ему удастся это сделать. Да и я, признаться, уже склонен принять такую возможность. Его Структура разделалась с нашими бойцами в считанные секунды! Рационально было бы анонимно указать на место его нахождения властям. Они ведь его ищут — вот и пусть у них голова болит.

Грэг зверем глянул на советчика. Он что — не понимает? Руками копов убрать конкурента — это еще куда ни шло! Несмотря на декларации, когда доходило до дела, борцы с режимом не гнушались использовать его помощь. Но в данном конкретном случае, это будет демонстрация слабости! Потерять свой боевой отряд и от страха сдать пацана охранке? Нет, в лицо ему, конечно, никто ничего не предъявит, но репутация окажется подмоченной навсегда!

Последствия начнутся немедленно. Без всякой видимой причины начнут срываться налаженные поставки, в цепочках логистики появятся дыры, доходы станут падать, а расходы расти. Верные люди примутся ворчать, некоторые — уходить к конкурентам. И в конце концов кто-нибудь посчитает, что Грэг достаточно ослабел, чтобы нанести удар. Возможно, это даже сделают его собственные подчиненные.

— Продолжаем движение. — ровным голосом произнес он.

Десять минут спустя казино «Лебедь» было обложено со всех сторон. В воздух взмыли дроны, передавая операторам картинку окрестностей. Датчики движения, тепловизоры, сканеры псионического излучения — были у «марсиан» и такие, выискивали малейшую активность. Но ничего не находили.

Проклятый Ликвидатор словно бы решил не ждать подмоги, и отбыл по своим делам! Что было невозможно — группы «сынов» заходили со всех возможных направлений, и беглецы просто не могли уйти незамеченными.

— Вижу движение внутри здания! — вдруг доложился один из операторов дронов. — Второй этаж, три цели.

Казино полностью занимало двухэтажное здание, в котором когда-то — Грэг еще помнил те времена — находилась налоговая инспекция. Перед строением — обширная парковка, позади — небольшой сквер. Место идеально подходило для игорного бизнеса, который не мешает вечерами отдыхать горожанам. И для бойни.

«Марсиане» отработали по указанным окнам из штурмовых винтовок. Брызнуло стекло, но наблюдатели не смогли дать ответ, попали ли стрелки хоть в кого-то. Зато люди Грэга совершенно точно понесли первые потери. Во второй линии оцепления погибло два бойца. Причем, оба были убиты холодным оружием.

— Никого не было! — в один голос заявили операторы. — Мышь бы не проскочила!

— Значит, у них высококлассный Стрелок. — сделал очевидный вывод глава группировки.

К сожалению, сведений о составе Структуры Ликвидатора, достать удалось не очень много. О нем самом было куда больше информации.

— Либо штурмовать, либо отступать. — высказал свое мнение Самсон. — Если все члены Структуры пятой ступени, а среди них есть Стрелок…

— То они не выходя из здания перережут нас, как цыплят. — закончил за Аналитика Воин. — Вот, значит, как они расправились с первым отрядом…

Ситуация действительно сложилась патовая. С одной стороны, «сыны» полностью блокировали здание, и выйти оттуда противник не мог. С другой же, соваться внутрь, не зная истинных возможностей Ликвидатора и его команды, значило заранее согласится с неоправданными потерями среди своих людей.

Впрочем, бойцов он в любом случае будет терять — это Ликвидатор весьма доходчиво Грэгу продемонстрировал. А значит, выбор действительно стоял именно так: атака или бегство.

Был, правда, еще один вариант — взорвать к чертовой матери казино, а потом добить выживших. У «сынов» хватило бы для этого взрывчатки, но в реальности построенное еще при советской власти здание могло бы и выдержать. А вот внимание к конфликту будет привлечено немалое.

Некоторое время Грэг не без удовольствия обдумывал эту мысль. Шумиха заставит копов и военных отправить сюда свои силы, а значит Козырь сможет отступить без потери репутации. Не его вина! Да и несколько хороших выстрелов по зданию могут с какой-то вероятностью убить одного или нескольких «гуков». Ослабив Структуру, и дав шанс добить их в будущем.

Он был уже почти готов отдать приказ открыть огонь из тяжелого оружия — и плевать, что пострадает объект в его собственности! — когда события вдруг стали развиваться по совершенно иному сценарию.

Первым делом практически одновременно погасли все картинки, транслируемые с дронов. Затем раздались крики первой линии оцепления — Ликвидатор повел своих людей на прорыв.

Эпизод 13. POV Наталья Кузнецова

Девушка с тараканами, Дипломат пятой ступени и член Структуры

Новые силы все ещё вызывали чувство опасливого восхищения. Словно бы раньше он жила в половину, нет — в треть силы! Напрягалась там, где сегодня могла обойтись действием, над которым даже задумываться не приходилось.

Раз — и сбитый почти не потребовавшим усилий псионическим толчком боевик впечатывается в стену, оставляя после столкновения вмятину и кровавый след. Капля направленного внимания, и другой спотыкается на ровном месте, напарываясь на предусмотрительно подведенный к его горлу Йонду болт. Поворот головы с одновременным захватом цели, и по третьему, как по указке, отрабатывает короткой очередью Ландыш.

Новые силы опьяняли.

А вот бандиты — тупили. Когда Наташа узнала, с кем их Структуре придется сражаться, просмотрела их типы и ступени, а также перечень боевого снаряжения, добытого Хакершей, то, признаться, испугалась. Шутка ли — «пятерки» в сбруе спецназа, вооруженные вовсе не холодняком, как функции, а полноценным огнестрелом и тяжелым оружием.

Но по факту первого столкновения — не опаснее шпаны!

— Не выделывайся. — прилетело от Лидера, заметивший эту ее мысль. — Ты быстрее и сильнее других, действуешь в связке, им недоступной, но это не значит, что они не умеют убивать.

Подтверждая это сообщение, по слиянию ударила волна боли — Влад получил пулю в плечо. Наташа не видела, но знала, что крупнокалиберный снаряд прошел почти по касательной, лишь вырвав кусок мяса из руки Воина. Но и этого хватило, чтобы на несколько секунд парень вышел из боя. Структура понесла первые потери.

Впрочем, так же она знала, что к нему уже метнулся Игнат, подстегивая природную регенерацию бойца на генетическом уровне. Что значило еще и то, что на одном ранении их отряд потерял сразу двух бойцов — лекарские техники Наставника требовали постоянного контакта с пациентом. Ненадолго, но…

— Первый этаж сдали! — На лестнице показался Павел. Огрызнулся назад очередью, заставив сунувшихся преследователей отступить. — Куда теперь?

План действий он знал, но горячка боя накладывала свой отпечаток. Хотелось более плотного общения, чем простое следование ранее озвученным приказам и директивам.

— Левое крыло. — понимая это, Пичуга тут же сориентировал Воина. — Иринку прикрой.

— Я справлюсь! — сразу же отреагировала девушка.

— Тебя не спросил. — хохотнул их Лидер.

Посылая одновременно с этой фразой волну тепла и ободрения с акцентом на одного получателя — Стрелка. Княжна в этот момент позволила себе немного отвлечься от боя, чтобы обдумать непрошеную мысль мысль. Она знала, что ее никто не услышит — научилась понемногу разделять общий «канал» связи и личный.

А подумала она о странных взаимоотношениях Ирины и Дениса. До недавнего времени девушка была уверена в том, что эти двое — пара. Или станут ею, в этом сомневаться не приходилось. Но время шло, а их Лидер, хоть и все так же на ладонь выделял Ирину от остальных, продолжал держать дистанцию. И это не смотря на почти прозрачные намёки от девушки!

Почему так, не могла понять не только Наташа, но и все остальные члены отряда. Лидер словно бы возвел между собой и всеми остальными полностью прозрачную, но абсолютно непреодолимую стену. Как бы показывая, что несмотря на откровенность, дистанцию все же он предпочитает держать.

А главное — знал же, гад, что Йонду по нему сохнет! Что стоило ответить взаимностью? Или хотя бы прояснить ситуацию? Нет, все мальчишки — дураки!

— А девчонки вредины! — тут же прилетела мысль-эмоция от Павла, и Наташа поняла, что последнюю фразу она всё-таки выпустила в общий «чат».

Все эти переговоры и отвлеченные мысли практически не отнимали времени, и проходили фоном. В то время, как основная часть разума, подключённая к сопряжению, руководила телом, отдавая ему приказы минуя прослойку в виде сознания.

Плюс тактическая карта, поддерживаемая Хакершей в режиме реального времени. Благодаря ей Княжна, как и любой другой член отряда, видели общую ситуацию на поле боя не только глазами участников, но и в виде схематичного рисунка сражения. Кроме зеленых точек Структуры, там же отображались красными отметками тех враги, что находились в поле зрения хотя бы одного гука.

Так что треп и отвлеченные мысли, если в них не погружаться, конечно, не мешали девушке действовать быстро, жестко и эффективно. Как функции, хотя она и не любила это сравнение.

Плюс пока все шло именно так, как и предсказывал Пичуга. Бандиты прикатили к захваченному Структурой зданию, окружили его. Потеряли первых, срезанных Иркой, бойцов, уже приготовились было идти на штурм, но — не успели. Ломая стереотипы, гуки сами совершили вылазку из «осажденного», как думал противник, казино, и нанесли удар в самом слабом участке оцепления. После чего, не тратя времени на прорыв, тут же откатились обратно под защиту стен. Оставив за собой семь трупов и одного раненного, потерявшего способности двигаться боевика.

Которого, впрочем, товарищи довольно быстро прикончили. Уж больно сильно он кричал, отвлекая и деморализуя людей Грэга. А вытащить не могли — не просто же так его там бросили.

И вот теперь Козыри, называющие себя «марсовыми сынами», пошли на штурм. И, ожидаемо, увязли.

«Сперва они будут растеряны. — вспомнила девушка инструктаж перед захватом казино. — Незнакомый противник, от которого неизвестно чего ждать — самый опасный. А Грэгу есть что терять. Причем, в любом случае терять — либо жизнь, либо репутацию. Думаю, он выберет спасать репутацию. Без нее его жизнь ничего не стоит».

Затем, сказал Пичуга, они пойдут на штурм. Мы дадим им это сделать, но сломаем схему. А когда они окажутся в той ситуации, где идти вперед или назад, будет одинаково опасно, мы захлопнем дверь.

Под этим, как Лидер пояснил чуть позже, предполагалось поэтапная сдача помещений казино, с одновременным завлечением внутрь максимального числа боевиков Грэга.

Вообще, изначально предполагалось, что это гуки нападут на Грэга, а не наоборот. Но потом что-то изменилось и Пичуга приказал готовиться к захвату казино. Сказал, что если Козырь не дурак, после нескольких наездов на его людей, он будет держать наготове несколько летучих отрядов. А когда убедиться, что «наглая школота», попала в ловушку, придет лично. И это, мол, будет гораздо проще, чем выкуривать старого и опытного лиса из его логова.

Эта его непоколебимая уверенность в том, что незнакомые люди будут поступать именно так, а не иначе, здорово сбивала Княжну с толку. Нет, она, как и все остальные, знала, что ее недавний одноклассник-слабосилок не так прост, и вообще целый Ликвидатор из прошлого века. Да и Аналитик в их Структуре — лучший из тех, кого можно найти. Но дар привидения-то он откуда взял?

Впрочем, слишком глубоко раздумывать над этой мыслью девушка не стала. Было чем заняться и без этого. «Марсовы сыны», отжав первый этаж, воспряли духом, и полезли наверх с еще большим ожесточением. В ход пошли гранаты и тяжелое оружие, которое лишь благодаря тактической карте и скорости реакции, пока не нанесли серьезных ран членам Структуры. Так, мелкие царапины, затягивающися раньше, чем переставали болеть.

— Отдаем лестницу и отступаем к левому крылу. — прошел очередной приказ-напоминание. — Они должны быть уверены, что побеждают. Ландыш, подставься, нужно, чтобы они увидели раненного.

Когда дело касалось правдоподобности замысла, их Лидер был безжалостен к своим людям.

Новая волна боли, Ландыша с простреленной насквозь ногой оттаскивают вглубь коридора, кровь. Почуявшие слабину бандиты ломятся вверх по лестнице, прикрывая важные части тела тяжелыми щитами-баклерами. В окно, несмотря на то, что Йонду отучила врагов так делать, пытается влететь реактивный снаряд, но перед стеной резко меняет направление и взрывается где-то у входа. Грохот, дым, крики и стоны.

— Музыка войны! — шутит раненый Ландыш.

— Тупой качок! — хмыкает Княжна.

Но по Структуре все равно расползается волна неуместного веселья. Ведь каждый из них — больше, чем Воин или Дипломат.

— Я пошел. — сообщает Пичуга, и рыбкой ныряет в окно. Момент подобран идеально. Именно в этот момент дым, смешанный с оседающей землей и пылью, скрывает его от наблюдателей снизу.

Им остается, как выразился при нарезке задач Лидер, самая простая задача. Сдерживать врага, отступая шаг за шагом, и попытаться при этом не сдохнуть.

Это оказывается не так уж и легко. Враги уже находятся на одном с гуками уровне, что сразу же делает их огонь намного эффективнее. Взрывной волной сбивает с ног Мельника, а последний из неповрежденных Воинов ловит пулю прямо в живот. К счастью, пистолетную, не слишком большого калибра. И остается в строю, продолжая огрызаться точными выстрелами.

Через пару минут их отжимают в последний зал. Помещение не имеет других входов, даже имевшиеся здесь когда-то окна заложены кирпичом — в игральном зале казино не должно быть понятно, какое время суток сейчас снаружи. Здесь, среди столов и кучи всякого хлама, обороняющие уже создали что-то вроде боевого лабиринта. Не баррикад — в них, против прущих напролом Воинов, не было никакого смысла. А беспорядочное нагромождение закрепленной мебели не давало добраться до гуков одним рывком.

Атакующие быстро это понимают, и потеряв двух слишком смелых бойцов, останавливаются за дверью. У них тоже есть планы здания, и они понимают, что отступать «наглой школоте» больше некуда. Появляется хороший шанс запереть их, а потом, быть может, подорвать.

Княжна почти чувствует, как скрипят шестеренки в головах у руководства боевиков.

Пользуясь возникшей оперативной паузой, она выделяет больше внимания происходящему с Пичугой. Видит глазами Лидера, как тот скользит за машинами, без труда обходя солдат врага, мешающих ему добраться до генерала. Тот прячется в машине, готовый действовать по ситуации — бежать или принимать победу. Короткий рывок, и Денис оглушает охрану Криком, а самого Грэга ухватывает под подбородок и прижимает к своей груди спиной.

— Привет! — кровожадно шепчет он, прокалывая ему мизинцем барабанную перепонку.

Тело Козыря выгибается дугой, глаза чуть не выкатываются из орбит, но через пару секунд расслабляется и обмякает в руках Лидера. Еще через пять долгих ударов сердца снова утверждается на ногах, спокойно отводит от своего горла клинок и произносит:

— Непривычный баланс. Но я справлюсь. Лях, хватит тискать меня за грудь, она же мужская!

А в слиянии, чего до сих пор никогда не случалось, появляется новый участник. Кукла, которая показывалась лишь когда все входили в Чертоги.

— Это Грэг. — мужчина поплотнее прижимает к горлу ларингофон, вещая на общей для «марсовых сынов» частоте. — Прекратить огонь! Остановить продвижение! Отступить на внешние позиции! Код отмены один-шесть-два-четыре! Повторяю — Прекратить огонь!..

Боевики растеряно продолжают водить стволами, но вскоре и правда начинают отступать. Покидают коридор, спускаются по лестнице, выходят на улицу. Забирают с собой раненых и тела убитых товарищей. Спинами вперед, ожидая нападения, которого, естественно, так и не происходит.

— Фуф! — только тогда Княжна позволяет волнению немного возвысится над сосредоточенностью. — До конца не верила, что это сработает!

— Да никто не верил! — хохочет Игнат, держа ладони на животе раненного Ландыша, а тот лыбится, как будто у него сейчас не вытаскивают из живота девятимиллимитровую пулю.

— Хорошо просчитанный и хорошо реализованный план. — пожимает плечами Хакерша, что тут же вызывает неодобрительный гул в слиянии, и выкрики: «Душнила!»

— Поведутся? — только Ира беспокоится за своего избранника, полностью переключая внимание на внешний периметр, и готовясь прикончить любого, кто посмеет напасть на ее драгоценного Лидера.

— А куда им деваться! Отличий-то от их боса нет никаких. — хмыкает в слиянии Кукла. — И я знаю, все, что знал он, пока Лях его не стер.

Не оставляя без присмотра дверь в игровой зал, все сосредотачиваются на реализации последнего этапа плана. Который тоже проходит без сучка и задоринки. Боевики видят стоящего рядом с их босом Грэга, напрягаются, вскидывают стволы, но тот успокаивая, поднимает руки. Кукла, контролирующее теперь тело Козыря, начинает говорить, что между их группами произошло непонимание, но теперь ему удалось поговорить с Лидером противников, и прийти к соглашению.

На него сперва смотрят в таком шоке, будто он натянул на себя красную юбку и накрасил губы яркой помадой. Но Грэг держится свободно, показывает, что ему ничего не угрожает, и называет бойцов по имени. Не всех, конечно, но это срабатывает.

Не все довольны происходящим, но перечить главарю не смеют. Проходит минут десять, и первые машины с летучими отрядами боевиков отъезжают от места сражения. Элита «марсовых сынов» — личная гвардия Грэга, остается. Они косятся на Ликвидатора, который ведет себя совершенно спокойно, и даже весело. Болтает с их начальником, шутит.

— Ну что? — говорит Кукла-Грэг Пичуге. — Тогда предлагаю ко мне? Здесь скоро могут появится легавые, все-таки нашумели мы изрядно.

Лидер тонко улыбаются. Какой-то боец из «сынов» досадливо морщится. По его лицу видно, что он не одобряет решений своего лидера, и, скорее всего, потерял при штурме кого-то из друзей. Но дисциплина не дает ему продемонстрировать другие реакции.

— Можно. Я бы выпил чаю, Грэг. — отвечает Пичуга. — В закрепления нашего союза.

— Или чего покрепче? — Кукла явно вошла в роль.

— Не забывайте, мне ведь еще шестнадцати нет. — ухмыляется Ликвидатор. — Кстати, позвольте и моей гвардии выйти? Им теперь работать вместе с вашей.

— Конечно. Вилл, да опусти ты пушку! — последняя фраза обращена к тому самому недовольному «сыну». — Это приказ, черт возьми!

— Прости, Грэг… — выдавливает из себя боевик, продолжая сжимать кулаки. — Но они ведь…

Княжне кажется, что ситуация выходит из под контроля. Этот Вилл вот-вот сорвется, и откроет пальбу. Точно это сделает, стоит только кому-то из недавних противников показаться на улице.

Грэг-Кукла моментально просчитывает ситуацию. Выхватывает пистолет, и разряжает его в подчиненного. Крупный калибр оставляет страшные раны, кровь и куски плоти летят в стороны.

— Здесь, мать твою, я отдаю приказы! — лязг голоса Козыря останавливает других горячих голов. — И если я сказал «хватит», ты должен, мать твою, подчиниться.

Выдержка у «марсовых» оказывается на высоте. На забрале шлема у одного из них россыпь капель крови его товарища. Но он лишь делает шаг в сторону от мертвеца, и стучит себя кулаком по груди.

— Хм… — тянет Пичуга. — Грэг, а вы ведь не будете стрелять по моим людям?

Глава 14

Новая цель

Изначально план был немного другим. Более простым, что ли — я имел тягу именно к таким вариантом. А чего мудрить? Просто перебить всех боевиков Грэга, а потом подмять под себя его территорию и финансовые активы. Ну, те, что сможем удержать, конечно. Многие предусмотрительно ушли бы под чью-то еще руку — в криминале вакуума власти не бывает.

Как способ заявить о себе — прекрасный вариант. Молодые да ранние, жадные и жестокие, слабоумие и отвага, короче говоря — именно мы такими собирались предстать перед миром Козырей. И именно так все и происходит все в криминальном мире — ослабевшие старики сжираются сильным молодняком. Круговорот жизни, ага.

Но был в первоначальном плане один минус. Так-то много на самом деле, но один критичный. Время. Скинув с трона Грэга, нам бы пришлось потом довольно долго гонятся за его имуществом и его людьми. А потом еще и отбиваться от тех, кто захотел бы отщипнуть от чужого имущества, ставшего вдруг безхозным, толику малую. Или забрать все.

Короче: долго, дорого, суетно и опасно. Цели бы мы все равно достигли, но потратили бы на это куда больше времени и сил. Да и не факт, что удалось бы обойтись без потерь в процессе. Пусть даже я и мог их теперь минимизировать. Точнее, вообще исключить — закинуть погибших в облако с последующим вселением в подходящие тела.

Об этой возможности Лидера я до определенного момента вообще не распространялся. Ни с власть имущими, ни с командой. Первых держал в неведении по совершенно понятным причинам, ибо нефиг сразу все о себе расказывать, а вот вторых… Тут, скорее, дело было в возможности обмануть их ожидания. Обладая знаниями в теории, я не был уверен, что смогу провернуть это на практике без ущерба личности переселенца.

Это ж сначала надо было уловить ускользающее сознание за миг до смерти, что в прошлом мне удалось провернуть лишь раз, да и то по большому счему случайно. А потом еще и засунуть саму суть человека (которая по версии функций лишь очень сложный набор электромагнитных импульсов) в новое, совершенно неподготовленное для этого тело.

С Куклой же можно было такого не бояться. Ей, урожденной галактической Иерархии сущности, было не привыкать как покидать, так и занимать тела. Именно она, в общем-то, и предложила поправку к плану. Начать войну с Грэгом, а когда он в нее ввяжется лично — атаковать непосредственно его самого. И подменить Козыря моей боевой подругой.

Куча вопросов сразу решалась: отработка нужно технологии на практике, безболезненный захват активов группировки, ну и тело верной соратнице дать. А то она уже засиделась в моей голове.

Сложностей не возникло. Сперва мы хорошенько пошумели на вражеской территории, довели ситуацию до нужной точки кипения, и выманили-таки главу группировки с его хорошо защищенной территории. Устроили «последний и решительный» бой, в котором продемонстрировали мнимую слабость. И пока гуки сдерживали рвущихся в атаку боевиков, изображая из себя запертых в углу крыс, я добрался до их босса и произвел подмену.

Переселение Куклы в тело Грэга прошло штатно. Технология-то отработанная, с ее помощью десант функций, от которых произошли все новусы, и захватывал человеческие тела. Да и сейчас, полагаю, примерно так же «чуанов» юзают. Плюс, я немного помог — ментально придавил донора, чтобы отвыкшая от управления физическим носителем Кукла смогла полностью подчинить его себе, как можно быстрее.

Напарница тоже не оплошала, заодно скопировала себе все знания предудыщего владельца тела, включая поведенческие паттерны. А то потом прокололись бы на какой-нибудь мелочи, мол, прежний Грэг так бы не сказал или не поступил. Получилось изумительно! После расправы над одним из «марсовых сынов», остальные решили, что с начальством все в полном порядке, и больше на слабину его не проверяли.

Сам же Грэг… Его больше не было. А у нас в руках оказалась вся его разветвленная организация, специализируящаяся в основном на игорном бизнесе. Ну, то есть формально, гуки же вошли в нее на правах подчиненных. Типа, присягнули более сильному, с кем не хватило сил справится — нормальная тема для бандитов. По факту же рулил всей группировкой уже наш человек — Грэг-Кукла.

После эпического противостояния, с жертвами и разрушениями, мы с настороженностью добрались до одной из штаб-квартир московского Козыря, и принялись разбираться с доставшимся нам наследством. Рядовые бойцы «сынов» получили устраивающее их объяснение, продолжив вести себя так, словно никакой разборки не было. Воины из тех, что с моими сражались, даже начали мосты наводить. В таком, знаете, армейском стиле: «А ниче ты меня там на втором этаже приложил!»

А вот с Аналитиком и главным советником Грэга, пришлось поработать отдельно. Пожилой мужчина с безошибочно угадывающейся еврейской внешностью, по имени Самсон, мог доставить проблем. Там, на месте схватки, я его вырубил Криком, и прийдя в себя он мог видеть уже подготовленную для всех остальных картину. Однако, он представлял самый, что ни на есть ближний круг лидера преступной группировки, и даже несмотря на все ухищрения Куклы, мог заподозрить неладное.

Поэтому, еще в машине, по дороге на базу, мы его «перепрошили». Усевшись рядом с Грэгом, он даже не заметил, как его затащили в Чертоги, подавили ментальное сопротивление, и вложили новые установки. Нет, не присягнуть на верность, избави боги! Мне только бомбы замедленного действия в захваченной организации не хватало!

Просто Самсон вдруг как-то отчетливо осознал, что «слишком стар для всего этого дерьма». И выпросил у босса выход на пенсию. В его памяти остался разговор с лидером «сынов» и обязательное при уходе ментальное воздействие Наставника — чтобы своими знаниями пенсионер больше никому не мог навредить. Плюс подарок за много лет верной службы — «золотой парашют», который будет сложно потратить даже при нескромном образе жизни, и небольшой коттедж у озера где-то в Рязанской губернии.

А его приемником стала Хакерша. Может кого-то из низовых служащих криминальной организации это и удивило, но проявлять любопытство и спорить с Грэгом никто не стал. И мы приступили к освоению доставшейся нам структуры. Начав, естественно, с бухгалтерии.

Нельзя же просто взять и захватить чужое имущество, а потом продолжить экспансию. Нет, нужно было выяснить огромное количество подробностей: с чего покойный зарабатывал, куда тратил, с кем был в дружеских или союзных отношениях, а кого на дух не переносил и старался всячески вредить.

Конечно, все это имелось и в памяти поверженного Козыря, но человеческий разум — не каталог в библиотеке, где можно по поисковому запросу найти любую интересующую тебя информацию. Как правило, все содержащееся в ней запутано, построено на ассоциативных связях, порой настолько неочевидных, что без ключа нечего и думать разобраться.

Да и вообще, сам человек внутри себя формирует один образ, а окружающие его люди видят совсем другой. И живет себе, уверенный в том, что все хотят его убить и подставить, а на самом деле никто и в сторону его не смотрит.

Так что в этом плане куда надежнее в бумаги закопаться. Всякие записи, договоры, платежки, отчеты финансового аудита и тому подобные вещи. Этим занялись Кукла с Хакершей, а Игнат, неожиданно, оказал им существенную помощь. Оказывается (кто бы знал!) наш Колдун готовил себя к карьере аудитора, и прекрасно разбирался во всех этих дебетах-кредитах. Ну а девчонки — урожденные Аналитики — не позволяли пропустить ни одной, даже самой мелкой зацепки.

Так, благодаря этой троице мы узнали, что у Грэга назревал серьезный конфликт с другим Козырем — Маратом. Финансовая империя последнего тоже строилась на игорном бизнесе, всяких быстрозаймах и тотализаторах, но работал он за переделами Москвы. Точнее, возглавлял региональную — Владимирскую — группировку, которая решила, что сможет подвинуть на рынке столичного гангстера.

Пока Грэг с Маратом еще умудрялись расходится бортами, до серьезных столкновений и передела рынка дело не дошло. Но напряженность росла и до войны было рукой подать. Отличная новость для нас — сможем поглотить еще одну банду и усилить собственную. Причем, с очень логичным посылом — Грэг получает подкрепление в виде команды молодых боевиков, и немедленно пускает их на конкурента. Любой на его месте поступил так же.

С остальными местными преступниками отношения «Марсовых сынов» можно было назвать ровными. Четко очерченные границы, приятельские связи с разными лидерами, крепкие узы взаимных услуг и обязательств. Да и смысл кому-то ругаться или тем более воевать с лучшей в Москве «стиральной машинкой», через активы которого отмывались огромные объемы средств? Разве что подгрести под себя, но тут Грэг сумел подсуетиться, и наряду с собственными «вооруженными» силама, заключил еще множество союзных договоров.

«Соседи» должны были подключится при нападении на него кого-то из перечня серьезных игроков — нейтралитет в действии. Но только в этом случае. А в нашем — схема дала сбой. Сложно оставаться независимым игроком на рынке, если не можешь самостоятельно справиться с кучкой юных беспредельщиков.

— Фу-ф! — Хакерша отъехала на стуле от заваленного бумагами стола. — Что-то я уже начала сдавать!

Игнат даже голову не поднял — продолжил вносить какие-то цифры в какую-то таблицу. А Грэг, то есть Кукла, конечно же, решила, что пора немного поныть. За последние несколько часов она делала это с завидной регулярностью.

— Как же, блин, не удобно! — пожаловалась соратница, без всякого стеснения поправляя брюки в паху. — Чуть только упустишь момент и все себе отсидишь. Лях, эти штуки реально нужны? Мешают!

Я находился здесь же, поедая одну из самых вкусных шавух в своей жизни. Ее делали в уличной палатке неподалеку, принадлежащей иранцу по имени Бита. Наводку на него дали бойцы Грэга, частенько покупающие у чернявого толстяка вкусные завертоны. Еще и рассказали, что уличный торговец пользовался крышей Грэга, не платя за это ни копейки. Показатель качества продукта, как бы.

— Привыкнешь. — ответив я, прожевав очередной кусок. — Мы же с Игнатом как-то живем. Да и остальные мужчины тоже.

Забавно было наблюдать, как крепкий седоватый мужик косплеит девочку школьницу. Напоминать же, что исходно у функции Аналитика вообще не было никакого тела, а значит она не может считать себя мужчиной или женщиной, я не стал. Напарница проделала большую работу с самоидентификацией, и обратную дорогу даже рассматривать не хотела. Как, впрочем, и я. Привык уже именно к Кукле, которая девочка.

— Да это кошмар какой-то! — продолжила было возмущаться соратница, но наткнулась на загадочную улыбку Хакерши и настороженно уточнила: — Что?

— Я тут нашла один интересный документ. — пояснила девушка. — Два года назад Грэг вложился в строительство логистического центра в Краснодарской губернии. Очень крупные инвестиции, но в бумагах я так и не смогла найти ни одной копейки по статье доходов с него. А это уже пять лет назад было. Ты можешь посмотреть в памяти Грэга, что там за история?

— Момент. — ни я, ни Кукла не поняли по какой-такой логике Хакерша обратила внимание именно на эту сделку, но чутью Аналитика мы оба вполне доверяли. — Ага, есть. Ох ты, да его кинули! Причем, женщина! Полностью отжала весь центр — там десятки гектаров складских помещений — а он даже не попытался вернуть деньги!

— Да ладно! — понятнее не стало, но появилось ощущение следа. Который может привести к интересной возможности. — Может, отношения?

Кто бы что не говорил, а между мужчиной и женщиной, как бы высоко по социальной лестнице они не забирались, всегда будут сложности.

— Нет. — Кукла так и сидела с закрытыми глазами, перебирая воспоминания главы «сынов». — Не спали даже, встречались всего два раза… Так, вот в чем дело. За нее выступили северокавказские кланы, и Грэгу просто пришлось слиться. Это с самого начала была подстава и развод. Он вложил почти девяносто процентов необходимых для строительства средств, а Галина Иванникова — эта партнерша — должна была взять на себя все вопросы по документам на землю и контроль за строительством.

— То есть, он был инвестором, а она — решалой?

— Да. — напарница снова на автомате поправила брюки в паху и сморщилась. — Довольно расхожая схема, в которую региональная элита охотно вписывается. От москвичей — деньги, от них — связи. Всем хорошо. Под шумок, особенно, если инвестиции были не очень чистые, еще и отмывка.

— Грэг довольно активно занимался выводом собственных средств в законные предприятия. — подтвердила Хакерша. — Мы нашли много таких совместных предприятий, к которым со стороны закона нет никаких претензий.

— На пенсию собирался. — хмыкнула Кукла. — Все боялся, что юная поросль отберет у него все нажитое непосильным трудом. Дождался. Маша, шикарная находка! Спасибо!

— Погодите. — в обществе двух Аналитиков не стыдно признаться в том, что ты немного тупишь. — А в чем суть-то?

— Галина Иванникова — женщина! — с видом «что, так сложно понять очевидную вещь?» произнесла Хакерша.

Типа по имени непонятно было! И что?

— Которая пять лет назад кинула моего донора на много-много миллионов рублей, и которой ничего за это не было. — подхватила Кукла. — Грэг потом пытался через своих московских знакомых получить назад хотя бы деньги, но никто не вписался. Одно дело, если бы это был совместный проект по отмыванию денег, но тут-то глава «сынов» распоряжался только своими средствами. И, если потерял их, то его и вина. Короче, слишком незначительная причина, чтобы москвичи согласились на серьезную зарубу с кавказцами.

Я припомнил то, что читал еще в императорском бункере, когда мы только готовились к операции. После того, как Российская Федерация стала империей, произошел серьезный передел рынков. В частности, всех кавказцев, а также представителей других малых и «братских» народов из столицы настойчиво попросили. Новое дворянство страны решило, что в сердце государства — во всех сферах — должны править только представители титульной нации.

Никого нациионализма, кстати, просто прагматичный подход, который был почти бескровным способом донесен до всех интересантов. Ну ладно, парочка семейств, в том числе знакомые мне по прошлой жизни в Новосибирске Лолидзе, были полностью вырезаны.

Кавказцам довели своеобразную «черту оседлости» в бизнесе новой России. Юг — пожалуйста, но центр, Сибирь и Дальний Восток — нет. Договоренность эта работала в обоюдном режиме. Москвичи, согласно ей, не пытались отжать что-то у южан.

Грэг понимал, что вступал на скользкий путь, но желание получить полностью законный пассивный источник постоянного дохода, перевесил опасения. И проиграл ставку. А для нас открылись новые, совершенно потрясающие возможности.

— То есть… — медленно протянул я. — Грэг вспоминает старые обиды, и наезжает на эту Галину Иванникову. За нее вписываются кавказцы, мы подписываем под конфликт москвичей. Начинается большая заруба среди криминала, к ней — сто процентов! — подключаются все значимые Козыри, ведь мы им всю логистику нахрен рушим. Управляемый хаос, в котором можно реализовать массу возможностей. Неплохо, девчонки! Молодцы! Вполне тянет на новую промежуточную цель.

Кукла посмотрела на Хакершу, та кивнула, после чего обе боевых подруги перевели взгляды уже на меня. И было в них столько сочувствия, мол, как же ты такой тупенький, до своих лет дожить умудрился, что даже, как-то не по себе стало.

— Что не так? — осторожно уточнил я.

— Иванникова — женщина! — Маша вхдохнула и развернула ко мне свой планшет, показывая фотографию ухоженной дамы лет тридцати. То есть, может ей было и больше, но она ведь новус, а значит на такой возраст могла выглядеть очень долго.

— Ну, ниче такая… — произнес я еще более аккуратно.

— Лях, ты дурак, что ли или прикидываешься? — внезапно взорвалася Кукла. — Я в этом теле не смогу продержаться долго! Мне нужна она!

Толстый мужской палец уперся в планшет. И только тогда до меня дошло. Твою же мать! Я тут планирую устроить хаос на весь криминальный мир империи, а моей напарнице просто брюки в одном месте жмут!

Эпизод 15. Банды Москвы

Козыри, чтобы было понятно, бывают разные. В первую очередь, и именно про них знают все обыватели, это идейные борцы-одиночки. С личной силой и хорошим таким сдвигом по фазе на тему царизма — видать, чисто наш, русский, «продукт». Их больше всего, но уровень угрозы они представляют минимальный. Так, взорвать что-нибудь, напасть на важного чиновника или аристократа, взломать страницу Сената и написать «долой самодержавие». То есть, головняка много, но именно вызова существующему режиму, считай, что и нет совсем.

Следом за ними идут уже организованные ячейки «бомбистов». Как правило — слаженная группа из нескольких новусов, по каким-то причинам решившие, что «все прогнило», а они как раз те люди, которые смогут это поменять. С ними уже гемороя больше, и как правило за ними стоят и деньги, и оружие и — вот новость, да? — иностранные разведки. Работающие по древнему принципу: «Чем русским хуже, тем нам лучше».

Вторая группа тоже наглухо идейная, но не до экзальтации, как первая, а вот урона наносят, как правило, больше. Одна из таких банд как-то раз ввергла в полный хаос несколько крупных городов, просто захватив управление светофорами. Людей в авариях погибло — мама не горюй! Я, правда, так и не понял, какое это имело отношение к борьбе с действующей властью.

Ступенью выше стояли практичные и циничные твари, которые создавали преступные организации и с их помощью зарабатывали большие деньги. Как правило, революционные лозунги для них были ширмой, в то время, как сами эти ребятки не гнушались заниматься наркоторговлей, похищениями и убийствами на коммерческой основе. То есть, обычная организованная преступность, но с политическим запашком. Иногда в третью группу попадали «идейные» из первых двух, и вот тогда начинался полный ахтунг!

Стикс, к слову, был из таких. Идейный новус, искренне ненавидящий царя, дворянство, и вообще все эти современные реалии, но стоящий во главе разветвленной и отлично законспирированной организации. Такие, как он, были самыми опасными, поскольку играли на стороне функций. Кого-то использовали вслепую, но редко. Как правило, эти ребята точно знали, кто дает им оружие, технологии и информацию.

И это было не предательство человечества, как кто-то мог подумать. Вовсе нет! Парни из третьей группы искренне считали, что это они используют пришельцев, а в нужный момент смогут с легкостью разорвать договоренности, а то и ударить по бывшим партнерам.

Именно эти, Стикс и ему подобные, и были настоящими Козырями. Представляющими максимальную угрозу даже не трону — плевать мне на него с высокой колокольни! — а стране и миру. Именно их я и собирался уничтожить.

Но подобраться к ним напрямую не было никакой возможности. Они не имели офисов, территорий, с которых собирали дань, или бизнесов, куда можно было заявиться и все разрушить. Конечно, имелись у них и базы, и схроны — подозреваю даже, что не в глухих лесах Подмосковья, а вполне себе в хорошо охраняемых складах столицы и других крупных городов. Вот только — в каких именно?

Выйти же на них можно было только через четвертую группу. Настоящих воротил теневого бизнеса, таких, как Грэг, которого мы отправили в края вечной охоты. Почему их тоже называли Козырями, для меня некоторое время оставалось загадкой. В которой я разобрался, изучая всякие секретные сведения в бункере.

Все оказалось довольно просто. Теневые бизнесмены были вплетены, как в реальный сектор экономики (а зачастую и политики), так и имели связи с борцами-революционерами. Как правило, со второй (редко) и третьей (гораздо чаще) группами. Они помогали с доставкой контрабандных грузом, информационным обеспечением, ценными кадрами и деньгами. Не своими, понятное дело — с чего бы вдруг? Отмыванием и выводом, конечно же.

При этом, четвертые были почти полностью легализованы. Если за первыми тремя группами копы и обычная полиция гонялись со страшной силой, то по последним просто работали на сбор доказательств. Слежка, попытка внедрения своих людей, подкуп, программа защиты свидетелей, и многое другое. Но — не открытое противостояние.

Теневые воротилы жили не скрываясь. Под собственными именами, в своих дорогих домах. Они форсили предметами роскоши и даже дружили с аристократами, никак не связанных с миром криминала. Потому что тем порой требовались услуги, с которыми не пойдешь в полицию.

Короче, классическая итальянская мафия. Только русская. И вот почему я это рассказываю. Как я уже упоминал, жили они не особенно скрываясь, так, правила игры соблюдай, да свидетелей не оставляй. И поддерживали друг с другом вполне себе официальные связи. То есть, реально — в гости друг к другу ходили!

Три следующих дня слились в какой-то калейдоскоп, из которого выныривали то одни, знакомые по аналитике копов лица, то другие. Мы наносили визиты вежливости, к нам приезжали гости. Встречи проводились в закрытых клубах и загородных домах (я ведь в федеральном розыске, так-то). При этом, если исключить факт, что общаться съезжались по настоящему опасные люди, выглядели они, словно слет старых друзей.

Разговоры о делах на фондовых рынках, цена на иностранную валюту или сырье, обсуждение какой-нибудь певички, которая выкинула очередной кич. И, в обязательном порядке, тема про «распущенную молодежь», с одновременными взглядами в мою сторону.

Что характерно — никто из этих чудаков на букву «м» не прислал на помощь «дорогому брату и другу» ни одного своего даже самого задрипанного пехотинца. Ни один, пока гуки терзали бизнес Грэга, не предложил ему помощи. Козыри просто смотрели на противостояние опыта и молодости, и ждали, чем оно закончится. Чтобы потом, в зависимости от ситуации, выразить свое восхищение умелыми действиями коллеги, либо раздербанить его оставшуюся без управления империю.

Шакалы, короче. А изображают из себя высшее общество!

Но именно эти встречи и дали нам возможность посеять семена раздора в их среде. Чтобы те взошли как раз к началу реализации «краснодарского проекта». После небольшой зарубы с гуками и последующим включением их в свою организацию, Грэг был просто обязан показать всем свое новое приобретение — меня. А то пацаны бы не поняли.

Одним только фактом демонстрации Ликвидатора, он рушил сложившуюся в столице систему равновесия. Козырь, у которого под рукой есть личный Ликвидатор. Да еще и не один, а возглавляющей Структуру, способная задать жару даже небольшой личной армии! У теневых воротил на лицах читался только один вопрос — нахрена? Что Грэг собирается делать с этим отбитым отморозком? Точнее, на кого собирается его направить?

Кукла (то есть Грэг, конечно же, Грэг!) на этот незаданный вопрос никак не отвечала. Но всячески давала понять, что «государство Ацтеки обладает ядерное оружие!» и готова его применить при малейшей угрозе. Козыри сглатывали, улыбались, и начинали в головах продумывать, как бы покончить с Ликвидатором и невесть что о себе вообразившей «стиральной машинкой». С высокой степенью вероятности, после встреч с главой «марсовых», они проводили уже свои курултаи-консультации, где пытались ответить на этот вопрос.

Людей ведь судят по себе, верно? Они бы с таким преимуществом точно жахнули бы по соседям. А это значило что? То, что Ликвидатора лучше не убивать, а забрать себе.

Короче говоря, три дня встреч привели к закономерному результату. Сонное болото московского криминала заволновалось, выплеснуло несколько мутных пузырей, и в конце концов начало бурлить. На пятый день от десятка самых сильных Козырей столицы, Грэгу поступил ультиматум — уничтожить Ликвидатора и предоставить доказательства того, что именно это он и сделал.

Возглавлял эту группу некий Игорь Данилович Калинин, имевший в преступном мире прозвище Иней. Нет, он, судя по данным КОП, не имел криокинетических способностей, а проходил в документах, как Воин-тройка и Дипломат-четверка. Звонкую же кличку он получил еще в те времена, когда вскарабкивался на преступный Олимп. За хладнокровие и невероятную жестокость.

Сегодня под рукой Инея был отлаженная организация, специализирующаяся на оружии. Холдинг «Калинов мост» поставлял средства убийства разумных по всему свету, проводил разработки нового и — тащил из Сингапура технологии функций. Официально при этом он считался респектабельным бизнесменом, и даже дружил с такими известными мне персонажами, как Ланские. И носил титул графа — новус же.

Другие же, не входящие в топ-10 теневых воротил, тайно обратились к лидеру «сынов» с совсем другим предложением. Воспользоваться новым оружием, и провести некоторый передел рынка. Кого-то прикончить, у кого-то что-то отжать и отдать более достойным владельцам. Самому же Грэгу прочили место самого главного — врали, конечно.

И все это стало возможным лишь из-за появления всего одного человека с уникальным типом. Вот и не верь после этого тезису о роли личности в истории.

— Ставлю на Калинина. — высказалась Хакерша, когда вечером пятого дня, через несколько часов после вручения ультиматума от группировки Инея, сидели в поместье Грэга, превращенного в настоящую крепость, и ждали первых шагов противника. — Это максимально логично. Предъявить требования и нанести удар, не дожидаясь ответа. Противник, то есть мы, будет ждать истечения срока требований, и не сумеет подготовиться.т

Загородное поместье Грэга стояло посреди огромной, в десятки гектаров, территории, окруженной высоким забором. Камеры через каждые несколько метров и без всяких мертвых зон, датчики движения, давления. Колючая проволока под напряжением. Донор Куклы серьезно относился к своей безопасности.

А еще три десятка бойцов по периметру — и ни одного в доме. Мы разогнали всех, чтобы они не путались под ногами, когда начнется заруба.

— На полномасштабную войну они не пойдут. — покачала головой Кукла-Грэг. — Мы здорово нашумели еще при наезде на «марсовых», плюс копы уже получили информацию о том, что Козыри скрывают беглую Структуру, а значит и внимание к ним сейчас более пристальное, чем раньше. Небольшая тайная операция, группа убийц — возможно. Но не что-то большее.

— На Структуру? Группа убийц? — Хакерша скривила губы. — Прости, подруга, но это бред полный. И что они нам смогут сделать? После того, как мы таким составом «марсовых» в асфальт закатали? Нет, это будет массированный удар!

— Логичнее было бы даже копов привлечь, а не своими силами действовать. — высказалась и Ирина.

— А вот это по понятиям Козырей — полное западло. — Кукла обладала знаниями Грэга, и поэтому была в курсе, как тут с этим дела обстояли.

— Я вот чего понять не могу. — Мельник был Воином, к тому же совсем юным парнем, что делало его тип мышления немного прямолинейным. — Если копы знают, что Грэг скрывает нас и Пичугу, то почему не действуют? Вы с Дэном уже сколько дней по всему городу мотаетесь, как будто и нет никакого федерального розыска.

— Все не так просто. — Влад, как новус из клановых, понимал чуть больше. — Во-первых, где скрывает? Не могут же копы просто от балды проводить обыске во всех помещениях, зарегистрированных на Грэга. Во-вторых, им про Ликвидатора рассказали другие преступники. Сколько им веры, надо говорить? Может они решили чужими руками конкурента свалить?

— Ну да. А передвигались мы в закрытых машинах, и на камеры нигде не попадались. — подтвердила Кукла. — Доказательств, получается, нет.

— Так может нам самим первыми ударить? — вернула нас к обсуждению Княжна. — Чего ждать-то? Они и так вроде все между собой уже успели пересобачиться!

— Не скажи. — продолжая болтать, Хакерша умудрялась одновременно с этим просматривать огромные объемы информации через свои виар-очки. — Если нападем мы, то все просто объединятся, и вынесут «марсовых» скопом. А сейчас этого сделать не смогут. Друг другу не доверяют, ждут подлянки от остальных. Нет, надо ждать. Вряд ли придется делать это слишком долго. Я вот уверена, что нападут на нас уже сегодня.

Так прошло еще пара часов, которые мы не сказать чтобы провели в томительном ожидании. А чего напрягаться? Процессы запущены, к чему они приведут — понятно. Сиди себе, в монополию играй, да чай пей.

— Началось. — зависла посреди хода Маша, вглядываясь в то, что показывали ей очки. — Только что мигнула картинка на камере с западной стороны. О! Еще одна!

— Изображение циклят. — Ландыш ухмыльнулся с видом человека прекрасно разбирающегося в вопросе.

Он и правда в этом шарил — пока в бункере сидели, каждый из гуков прочел просто огромное количество учебной и технической литературы. Потому что любая личность в Структуре должна быть всесторонне развитой и образованной! Я помнил, как Вадим Ланской в меня знания напихивал, и не опозорил наставника.

Игнат достал телефон и быстро сфотографировал карту настольной игры. Когда все гуки с удивлением на него посмотрели, пожал плечами.

— Ну а че? Потом доиграем!

— Да чего там доигрывать! — возмутилась Ира. — Хакерша с Куклой опять под себя весь рынок подмяли!

— Да я только запад Москвы отжалала!

— А я юг.

— Ага, и теперь по карте не пройдешь!

— Собрались. — давя улыбку бросил я. Дети, как есть. — План все знают. Держимся рядом. Пошли.

Сидеть под защитами стен мы не собирались. Преимущество Структуры позволяло нам навязать бойцам противника встречный бой. Так что гуки быстренько вытекли из помещения, распределяясь по парковой зоне, согласно подготовленному Аналитиками плану.

Дополнительные средства дальнего обнаружения позволили нам срисовать атакующий ордер противника заранее. Два десятка бойцов двигались сильно растянутой цепью, да еще и двумя волнами. Они уже вырезали охрану «марсовых» на своем участке и теперь аккуратно подходили к дому.

«Еще группа. — Хакерша держалась в тылу, и координировала наши действия. — Северная стена. И восточная тоже».

Вот как? Тайная операция? Похоже, Кукла все же ошиблась, это больше похоже на войсковую операцию, чем на стелс-миссию. В которой все, кроме одного направления перекрываются, и жертву просто выдавливают на заградотряд.

«Сносим тех, кто с запада пришел!» — скомандовал я. И Структура устремилась в указанном направлении.

Технически противник был очень хорошо оснащен. Что неудивительно — это же солдаты оружейного короля. Они даже успели нас заметить до того, как мы открыли огонь. Правда, это не особо им помогло.

Мы ударили по флангу первой и второй волны бойцов. Ира выпустила сразу несколько своих болтов, которые здорово проредили построение противника, Игнат влупил на максимум дебаф, а в образовавшуюся брешь влетели уже остальные.

Понимая, что сражаться придется накоротке, мы сделали выбор в пользу пистолет-пулеметов и коротких клинков. Ворвались в порядки врага и в считанные секунды устроили там кровавую резню. Спокойно, технично, не тратя ни одного лишнего патрона и не перекрывая друг другу цели. В живых оставили только одного — командира этой боевой группы.

Здесь же, пока не подошли подкрепления с севера и востока, провели его блиц-допрос. Сопротивляться слаженному воздействию сразу двух сильных Наставников он просто не смог.

За этим отрядом никого не было. Так, машины с водителями, но они точно не сумеют нас удержать. А вот то, что транспорт подогнали — это они молодцы.

То есть, план врага мы разгадали верно — обеспечить давление с трех сторон, чтобы вынудить нас идти в четвертую. Где бегущих встретил бы настоящий огненный вал.

— Ну что? Оставляем послание и валим? — усмехнулась Кукла.

Я молча протянул ей рацию, снятую с тела командира отряда. Не факт, конечно, что адресат прямо сейчас сидит и слушает эфир лично, но это и не важно. Доведут.

— Иней, слушаешь? Это война, понял! Я никого не трогал, ты пришел на мою территорию! — злым голосом Грэга проговорила Кукла.

Некоторое время, радиостанция командира диверсантов молчала. Потом раздалось тихое шипение и искаженный динамиками мужской голос произнес.

— Все верно, Грэг. Это война. И не я ее начал.

Мы с Куклой переглянулись, улыбаясь. Да, Иней, так и есть. Не ты. Мы ее начали. Вот только воевать в ней будете вы, а не мы. Пауки в банке!

— Ты об этом пожалеешь! — выражение лица Грэга абсолютно не соотвествовало тону сообщения. Кукла откровенно веселилась. — За меня есть кому встать! Жди ответку, тварь!

— Все-все! — я забрал у подруги рацию и бросил ее на траву. — Валим уже, а то еще догонят.

Эпизод 16. Термитник

— Три тысячи рублей в день. — назвал свою цену бледный, похожий на накуренного кузнечика паренек. У встретившего нас диггера, были длинные конечности, постоянно пребывающие в движении, и сонное выражение лица. — За каждого.

Деньги у нас имелись, все-таки расколупали кассу целой «стиральной машины» московского криминала, но мне цена показалась чрезмерной. Будто нас хотели надуть. Да и уверенности в том, что он не сдаст нас тем, кто заплатит, тоже не было.

— А не жирно? — спросил я.

Кузнечик пожал плечами, развернулся и собрался уходить. Перед его лицом тут же завис арбалетный болт Иры. Словно живой, он слегка крутился вокруг своей оси.

— Не торопись! Может, обсудим цену?

— Стандартная такса. — диггер кивнул на Хакершу. — Она сказала, что вы тут не пожить хотите, и не подземным галереям побродить. Так?

— Входить и выходить, когда надо. И чтобы без палева. И без вопросов. — подтвердила девушка.

— Это — три тысячи с человека. Или я пошел.

Вел он себя спокойно, но не борзо. Будто совсем не боялся торговаться с толпой вооруженных людей. Может, рассчитывал на поддержку своих товарищей? Ну, если они и были где-то рядом, то я их на сканере не видел. Значит, не новусы.

— А еще что-то мы за эти деньги получаем? — тоном богатой фифы, заселяющейся в дорогой отель уточнила Княжна.

— Ага. — шмыгнул носом термит. — Меня. Я займу соседнюю с вами лежку, пока вы будете здесь. Если нужно будет затеряться — помогу. И вывести. И встретить. Любой уровень любой башни. Только к Маткам не проведу.

Как не сложно было догадаться, так называли лидеров термитов. По одному на каждую башню. Про них ходили легенды, что это уже не совсем люди, но я считал подобные россказни обычным фольклором.

— Нас могут искать. Где гарантии, что ты нас не сдашь? Или не заведешь в глубину, и там бросишь подыхать от голода?

— Я термит. — впервые за время разговора, на лице паренька мелькнуло что-то похожее на эмоции. — Мы чтим договоры. Без них мы просто с голоду сдохнем. Откуда, по вашему, мы берем еду?

Хакерша рассказывала про этих людей. Что от жизни в Термитнике, у них начинал развиваться роевое мышление. Они не утрачивали индивидуальность, но к другим отверженным относились, как к родным людям.

И еще один факт. В эти стены функции не смогли внедрить ни одного своего агента, даже Обжору. Про полицию и копов даже говорить не стоит.

— Воруете? — предположил я.

— И покупаем, и воруем. — термит не стал юлить. — Но чтобы пронести еду и воду, нужно платить на постах. Постоянно. А жить вне башен мы уже не можем.

— Полноценный гид! — хмыкнул я и протянул ему деньги. Сразу за три дня. — Ладно, берем! Три тысячи с носа. Тогда жди нас здесь же, и никуда не уходи в ближайшие четыре часа.

— Хорошо. — без выражения произнес кузнечик и просто уселся на землю.

* * *

Конечно, столкновения между всего двумя преступными группировками, даже крупными, было маловато, чтобы разжечь всеобщую войну. Мне же была нужна сшибка «все на всех», чтобы ни один Козырь не чувствовал себя в Москве и ее окрестностях в безопасности. Для этого нам требовалось отступить и нанести несколько ударов по произвольным целям — просто, чтобы спровоцировать одних напасть на других.

Девчонки же не только в бухгалтерии разбирались, но и изучали взаимоотношения между группировками. Точнее, места, куда стоило ударить, чтобы вся эта порочная система зашаталась и начала рушится.

Конечно, последствия этого могли накрыть только Москву, а регионы… могли и подождать. По одной старой русской традиции, решающее значение имело то, что происходит в столице.

Вот когда колом встанут все доставки и финансовые потоки, необходимые радикальным группировкам, как воздух, тогда и можно будет сказать, что второй этап плана реализован. И переключиться на третий. Пока же функции все еще обладали в моей стране — и в ее сердце — слишком большим количеством глаз и готовых на все рук.

Поэтому, после нападения на основную штаб-квартиру Грэга, мы отступили на перегруппировку и подготовку новых ударов на запасные позиции. В район «Термитник» — те самые огромные «человейники» на окраине Москвы, построенные по одной из технологий пришельцев. И имеющие дурную славу настоящего гетто. Спрятаться там было проще простого — ни Козыри, ни полиция с копами туда попросту не сувалась.

Я, кстати, эти странные здания увидел чуть ли не первыми в этом мире. Располагались они на самой южной окраине столицы, по направлению на Рязань. И с первого взгляда так и не понял, что это? Рукотворные здания? Скалы? Термитники?

На самом деле — ближе к последнему. Пик строительства таких сооружений пришелся на восьмой-десятый год после неудачного Вторжения функций. Тогда новусы активно заимствовали технологии у инопланетян, которые впитывали в себя все знания порабощенных цивилизаций.

Благодаря впитанному наследию функций, теперь я знал, что эта конкретная технология принадлежала расе Орипси — крупным разумным общественным насекомым, живших на родной планете в подобных колониях миллионами. Правда, их «домики» достигали в высоту нескольких километров, а по протяженности порой уделывали наши горные цепи, но русские застройщики смогли адаптировать их технологии.

Свои здания Орипси скорее выращивали, чем строили. Жили они в симбиозе с другим видом… или это паразиты были? — не важно, впрочем. Строителями и строительным материалом выступали эти самые симбионты-паразиты. При определенных условиях, которым Орипси научились управлять, их жизненный цикл ускорялся в несколько сотен раз, в результате чего они рождались, проживали коротенькую жизнь и умирали за какие-то секунды. А их мертвые тела, схожие по составу с нашими кораллами, становились и цементом, и кирпичами, и отделочным материалом сразу.

Причем, в качестве пищи для своего короткого жизненного цикла, эти создания использовали все, до чего могли дотянуться. Преимущественно, грунт. В результате чего «термитники» росли не только вверх, но и вниз, опускаясь под землю по мере ее поедания. В итоге получались башни, у которых было столько же подземных этажей, сколько и нижних.

Наши строители получив днк-ключ симбиотов и технологию строительства с помощью их тел, чуть с ума не сошли на радостях. Халявный способ возведения зданий, не требующий бетона, кирпича и металла — это ли не мечта? Протолкнули в Думе закон про социальное жилье, накидали красочные маркетинговые брошюры, расписали какие чудесные, а главное дешевые квартиры получат россияне, желающие стать москвичами. И начали возводить первые пять высоток. Очень необычных высоток, которые подарили новое значение уже давно прижившимуся в столице слову «Человейник».

Через пару лет на окраине столицы с южного направления, вырос первый и единственный микрорайон, который в народе так и прозвали «Термитник». Пять башен сросшихся у основания — там помещались торговые центры, магазины, офисы и прочая коммерция. Подземные этажи отдали под многоуровневые парковки, спортзалы и бассейны. Красота, короче — живи и радуйся. Около тридцати тысяч человек именно этим и занялось.

Правда, выглядело это очень уж непривычно. Да и продлилось счастье недолго. Уже через пару лет выяснилось, что что-то строители не так сделали или в самом днк-коде было прошита форма оптимального жилья. Под гигантских муравьев, ага.

Нет, дома стояли и разрушаться не собирались. Просто стены продолжали понемногу нарастать. Не так интенсивно, как в период строительства, но все же заметно. В частности, стали затягивать оконные и дверные проемы, превращая их в скругленные норы. В некоторых же не предусмотренных инженерами местах, наоборот, проделывать вентиляционные и световые отверстия.

Через пять «Термитник» полностью соответствовал своему названию. Народ оттуда стал активно разъезжаться, продавая квартиры и коммерческую недвижимость за бесценок или вовсе бросая бесхозными. Тяжело жить в месте, куда свет проникает не через проделанные окна, а по шахтам, а конфигурация коридоров понемногу, но меняется.

Оставленные дома стали занимать разные люди. Беднота, бомжи, трудовые мигранты и самый донный вид преступников. Сброд, в общем. Полиция по первости пыталась их оттуда гонять, но строения уже давно не соответствовали первоначальным планам, и в этих лабиринтах потеряться было легче, чем кого-то найти.

А новые жители смогли адаптироваться. С годами выяснилось, что занявшие башни люди даже стали меняться. На генетическом уровне. Родившиеся здесь дети могли видеть в темноте без всякого наследия функций, а кое-кто утверждал, что им даже удается общаться друг с другом мысленно. Или с помощью эхолокации — тут единого мнения не было.

Примерно на этом этапе, власти решили Термитник, но оказалось, что сделать это ой, как непросто! Слишком высокие, слишком прочные, со слишком мощным фундаментом — столько же вниз, сколько и вверх, помните? Взрывать слишком дорого и слишком опасно, ведь обломки могут накрыть слишком большой радиус. А расселять москвичей, чтобы избавиться от башен слишком сложно и дорого.

И в итоге по уже другой старой русской традиции на проблему просто забили. Ну, стоит и стоит, даже какая-никакая достопримечательность. К тому же, это ведь чертовски удобно, когда вся человеческая пена оседает в одном месте, а не разлетается по всему пляжу.

Термитник огородили, поставили на выходах блокпосты, которые впускали и выпускали людей только по специальным пропускам. Но за годы существования гетто, появились и альтернативные способы, как попасть туда, так и выбраться наружу. Достаточно было договориться со знающими людьми.

Термиты — так их называли. Здешние диггеры, знающие все входы и выходы в заброшенных зданиях, которые, по слухам, продолжали расти под землей. Найти их и выйти с ними на связь Хакерша смогла без труда, а вот договариваться уже пришлось лицом к лицу.

* * *

Оставаться там на ночлег мы не стали. Смысл? Ночь коротка, а сделать нужно было еще ой сколько! Сразу, как договорились о жилье, отправились в другое место. За оставшиеся до рассвета часы нужно было провести еще несколько диверсионных акций, чтобы «вероломный» удар группировки Инея не прошел зря.

Первым делом Кукла от имени лидера «сынов» разослала несколько сообщений «союзникам» — тем теневым воротилам, которые предлагали войну за передел влияния. В нем было только одно слово: «Началось». Оно означало, что сработал тот вариант, в котором Иней ударит на опережение. А мы — то есть люди Грэга, выходим на тропу войны против него. И тех Козырей, кто поддержал его ультиматум.

Но на самом деле, главной нашей целью, стал совсем другая преступная группировка — союзная. Точнее, дом другого Козыря — Юрия Грошева по прозвищу Легион.

Из бизнесов всех остальных теневых воротил, его вид деятельности считался самым законным. Легион — это, кстати, еще и название холдинга, занимался профсоюзами. Да, именно «регулированием трудовых споров между работником и работодателем».

Грошев в свое время оседлал очень выгодную волну и за несколько десятков лет сумел превратиться в фигуру почти политическую. Правда, действовал он вовсе не демократическими методами. Внедренные или купленные им люди в сотнях предприятий, могли по приказу, как остановить производство, так и полностью блокировать его деятельность на длительный срок.

Сам Легион относился к той фракции, которая озвучила Грэгу «передел рынка». Более того — возглавлял ее. Иней об этом знал, так что и «его удар» по противнику, был логичен. В рамках нападения на «Марсовых сынов».

Вот только проживал он крайне неудобно для нападения. На вершине одного из небоскребов в районе Сити. Причем, когда я говорю «на вершине», то вовсе не имею в виду верхние этажи здания. Нет, глава московской «профсоюзной» организации, проживал в большом особняке, построенном прямо на крыше здания собственного холдинга. С парковой зоной, вертолетной площадкой, бассейном и кучей всяких хозяйственных построек. Настоящая деревенька на вершине небоскреба.

Напасть на него можно было двумя путями: по воздуху или пройдя через все здание снизу до верха. Да еще и сделать это нужно было так, чтобы все следы диверсии указывали бы не на Грэга с его «ручным» Ликвидатором, а на Инея. Типа, это он развязал войну, бейте его.

Проход через здание холдинга Аналитики гуков исключили сразу. То есть, огнем и мечом, да еще и ночью, когда в помещениях только охрана, мы могли бы пройти его этаж за этажом. Даже относительно быстро. Но следов бы оставили массу. Нечего бы было и думать, чтобы свалить потом все на Инея.

Поэтому атаковать решили с воздуха. Нашли в паре километров от Сити достаточно высокое здание, которое охранялось не так сильно, забрались на крышу и спрыгнули вниз. Нет, летать мы не умели, в перечне навыков функций такого не было. Но с помощью специальных костюмов вингсьютов, закупленных еще до нападения до Грэга, вполне могли планировать.

К «крыльям» в комплекте шли еще и небольшие электромоторы, превращающий каждого из гуков в крохотный, но самолетик. Использовать их мы собирались только для набора высоты, с которой потом нужно было спланировать в сад Грошева. Пролетев каких-то пару километров над крышами домов.

* * *

— Я не смогу! — голос Аналитика я услышал прямо в своей голове. Отчетливо, будто она мне в ухо говорила.

Буквально на подходе к зданию Легиона, Хакерша запаниковала. В ночную темень с крыши спрыгнула без понуканий, пролетела все расстояние без нареканий, а вот перед посадкой потеряла самообладание.

Я, честно говоря, больше боялся за Иру с Наташей — те дрожать начали еще пока мы на крышу поднимались и в костюмы влезали. Но девушки выдержали полет достойно и сейчас вполне грамотно заходили на посадку. А вот Маша поплыла.

И все бы ничего, но тут еще сработала уязвимая часть моей Структуры — эмоциональность. Волны паники моментально разошлись по всему сопряжению, заставляя других членов отряда терять концентрацию.

— Глуши ее! — тут же среагировала Кукла. — Иначе мы половину отряда на посадке потеряем!

Уговаривать Хакершу в воздухе, мол, успокойся, все будет хорошо — в самом деле было такой себе идеей. Усиленная ментальная поддержка от Княжны тоже не помогала. А мы, так-то, шли на скорости выше ста километров в час!

— Помоги мне! — ответил я.

Мы с Куклой зашли с двух сторон от Хакерши, держась так, чтобы при необходимости схватить ее за руки. И прежде, чем девушка успела что-то понять, я «отключил» ее сознание. Маша тут же расслабилась и стала опускать руки, но мы их схватили, не давая крыльям костюма сложиться. И вот в таком вот «ручном» режиме повели ее на посадку.

Засекли нас в самый последний момент. Все-таки охранники на крыше имелись, и один из них как раз приблизился к самому заграждению. Уж не знаю, покурить он так встал с видом на ночной город или просто заметил в воздухе что-то подозрительное. Но сделать в любом случае ничего не успел. Только распахнул рот в крике, и в него тут же влетел болт нашей великолепной Йонду.

А следом на уже мертвое тело мужчины рухнула Хакерша. Пробужденная в самый последний момент. Мы же с Куклой, расцепив связку, пролетели метров на десять дальше.

— Она в порядке. — спустя десять секунд, пока мы подвязывали крылья костюмов, чтобы они не мешали в движении, пришел доклад от Игната. — Вывих бедра при посадке, я уже вправил.

— Я сама могла это сказать! — в голосе Аналитика мешался гнев и стыд. Она понимала, как своей паникой подставила команду, и к чему это могло привести.

— Не парься! — ободрил я девушку, а Княжна понятливо пустила по сопряжению волну одобрения и поддержки.

Охрана «небесного поместья» явно не ожидала нападения с воздуха. То есть, наверное в одной из «надворных» построек тут имелось и собственное легкое ПВО, на случай подхода вражеского вертолета, например. Но чтобы так, на вингсьютах атаковали — к такому парни были точно не готовы. В результате мы ворвались на пост охраны, не встретив сопротивления. Точными выстрелами уложив всю бодрствующую и спящую смену. В живых остались только те, кто сейчас обходил периметр или находился в хозяйском доме.

— Здесь все. Заходим в особняк.

На подходах мы все-таки «спалились». Попали на глаза патрулю, обходившему дом с северной стороны. Который тут же открыл огонь. Даже разбираться не стали — на движение среагировали. Хорошо бойцы тренировны у лидера профсоюзного движения, нечего сказать!

Мы ответили тем же, заставив противника искать укрытие, и сразу же начали отступать к краю крыши. Пока одни снова освобождали прижатые ремнями крылья, другие вели огонь на подавление. Я же на секундочку отвлекся и прострелил горло самой первой жертве этого штурма — охраннику, встретившему нас на краю крыши. Ровно в то место, куда ранее попал болт Йонду.

— Все? — с улыбкой прокомментировала мои действия Кукла.

Я кивнул и пояснил.

— По характеру раны могли заподозрить нас.

— Да я понял… поняла.

К этому времени большинство гуков уже перепрыгнули через заграждение и теперь мягко планировали на воздушных потоках, удаляясь от здания Легиона. Мы с напарницей выдали по длинной очереди в сторону наступающих штурмовиков, и последовали вслед за ними. Атака на профсоюзного лидера прошла более чем удачно. Теперь столичным Козырями просто придется начать войну.

Эпизод 17. POV Стикс

— Что значит «мы не можем гарантировать доставку груза в срок»?

Козырь не меняя выражения лица уставился на собеседника. Точнее, на экран, транслирующий его изображение. Как обычно, совещание он проводил удаленно.

— В Москве начался передел сфер влияния. — отозвался подчинённый. — Группа Аврелия, которая должна была сопровождать груз, не выходит на связь. Есть достаточно оснований полагать, что она уничтожена.

— И кем же? — знаменитая выдержка террориста «номер один» в России, кажется вот-вот должна была дать сбой.

— По имеющимся у нас сведениям…

— Жук, не плети кружева! — все таки позволил себе повысить голос Стикс. — Ты Аналитик, а не чиновник мэрии! Кто?

— Иней.

Ответ заставил Стикса округлить глаза.

— Что за ерунда? Аврелий ходил под Элвисом. А тот в свою очередь один из капитанов Легиона. Иней не стал бы портить с ним отношения!

— Сутки назад боевые отряды Инея атаковали штаб-квартиру «Марсовых сынов». Самому Грэгу удалось бежать и даже нанести ответный удар, но организация серьезно пострадала. В тоже самое время, люди Инея напали на союзников «сынов», в частности Легиона и Темного. Эти атаки не были так успешны, охрана защитников среагировала вовремя. Однако, этого хватило, чтобы альянс, возглавляемый Грошевым объявил войну Инею и его союзникам.

— Они там что, в своей Москве, совсем с ума посходили?

Вопрос был риторическим — Стикс никогда не был высокого мнения о теневых воротилах столицы, считая, в тепличных условиях они расслабились, и в принципе — ничем не отличались от аристократов.

Но чтобы так? Устроить замес, который захватит всех? Он не понимал причин, ради которых можно было начинать такую масштабную войну. Рынки поделены, все каналы отстроены, горизонтальные и вертикальные связи отлажены — что могло толкнуть их на конфликт? Сам Стикс отсутствовал в Москве всего чуть больше месяца — после неудачного покушения на императора ему пришлось надолго залечь на дно — и не мог поверить, что за это время ситуация может измениться так кардинально. О последних событиях, включая столкновения Грэга с Ликвидатором, он ничего не слышал.

— Конфликт между Инеем и Легионом назревал уже давно… — между тем начал отвечать на его вопрос докладчик, но Стикс оборвал его.

— Но на Грэга-то он зачем напал⁈ У них же абсолютно устраивающие всех отношения! — шумно выдохнув, Козырь только сейчас понял, что не видит самого важного. — Так, это все следствия. Где первопричина? Чего я еще не знаю?

— Сыновья приняли в свои ряды отряд, называющий себя Гуками. По непроверенным пока сведениям, их возглавляет одаренный с типом Ликвидатор. — пояснил помощник. — Другие кланы посчитали…

Стик взмахнул рукой, обрывая докладчика. Дальше он понял все сам. Речь шла о тех детишках и их Лидере, которые научились создавать Структуру, как у функций. Тех самых, с которыми он уже пару-тройку раз сталкивался. Их последнее столкновение произошло, когда мальчишка смог сорвать покушение на Стрельницкого. Тогда, получается и раскрылся…

Копы же, не придумав ничего умнее, решили масштабировать полезный тип, создав целую армию Ликвидаторов. И превратили в подопытного не только паренька, но и всю его Структуру. Даже то, что в нее входит дочка маршала империи, их никак не остановило.

Террорист «номер один» был наслышан и о том, отец позже попытался спасти дочь, после чего попал в опалу и был сослан в Санкт-Петербург. И что юным новусам удалось сбежать из застенков, не без его помощи.

Стрельницкий — идиот! Мог получить верного пса, но оттолкнул от себя и надежнейшего из соратников! Когда гуки сбежали, попутно прихватив с собой всю базу секретных научных экспериментов имперских ученых, Стикс подумывал о том, чтобы привлечь отверженных под свою руку — навыки Ликвидатора и боевые возможности Структуры могли здорово помочь в борьбе с режимом. Но позже счел их слишком токсичными фигурами, которые могут больше навредить союзнику, чем помочь ему.

А вот проклятые идиоты, по какому-то недоразумению называвшие себя Козырями, этого не поняли. И умудрились всего за несколько суток сломать отлаженный механизм работы криминального мира столицы. Всего лишь польстившись на новуса, чьи способности были способны сместить баланс в пользу того, за чьим плечом он стоит.

Из-за одного пацана они развернули полномасштабную войну! Что плохо само по себе — дела любят тишину. Но кроме того, боевые действия в столице, к которым уже и полиция, и копы присоединились, сделали организацию Стикса практически глухой и слепой! Его аналитики с трудом могли собирать сведения, ведь порой просто не могли информатора. Потому, что его убили в разборках невесть что возомнившие о себе бандиты!

«Какой токсичный молодой человек!» — подумал Стикс.

И вдруг понял, что эту самую его токсичность можно использовать в своих целях. Раньше, до побега, до попытки выжить в оскалившемся мире столичного криминала, этого бы не вышло. Но именно сейчас, в бегах, скрывающийся от властей и бандитов, Ликвидатор особенно уязвим. А значит…

«Все твои пути вели тебя ко мне!»

— Где сейчас Ликвидатор? — спросил он у подчиненного.

— Неизвестно. С момента нападения на Грэга, он засветился только один раз. Когда вместе с отрядом Легиона, напал на одну из баз Инея. Уже два дня о нем ничего не слышно.

— Найди мне его, Жук. Что хочешь делай, но найди! И когда сделаешь это, сразу дай знать. В любое время дня и ночи.

Эпизод 18. Нижние пути

Еще четыре дня мы проторчали в Москве. Выбираясь из Термитника только для того, чтобы нанести очередной удар. Просто, чтобы ребята не останавливались и продолжали друг друга лупцевать. Дважды пришлось нападать на объекты Инея, представляя дело так, будто действовали люди из альянса Легиона. Трижды — наоборот. В результате наших действий, этот отлично смазанный и прекрасно раскрученный маховик насилия и кровопролития даже не думал останавливаться.

Конечно, дело было не только в какой-то девятке подростков, которые умудрились натравить друг на друга все криминальные кланы столицы. Противоречия между преступниками существовали и до нас. Мы лишь убрали систему сдержек и противовесов. Что обрушило устойчивую вроде систему.

На пятый день нас нашли.

— Полина взяла договор на поиск инородцев в туннелях. — сообщил нам Кузнечик.

Бессменный проводник по запутанным коридорам того, что раньше являлось жильем эконом-класса, вошел в комнату неслышно, как тень. Этой своей манерой, он здорово меня напрягал — я никак не мог его почувствовать. Ко всему прочему, термит не являлся новусом.

— Полина?

— Моя сестра. Одна из моих сестер. — пояснил парень.

В один из свободных вечеров (или дней? тут сложно было определить время суток), он пытался объяснить то странное родство, в котором состояли местные жители. По нему выходило, что жители пяти башен делятся на пять семей. Каждая из которых находится под управлением Матки — своеобразного духовного лидера общины.

Касалось это только рожденных в Термитнике. Остальные люди, прибившиеся к общежитию отверженных по каким-то причинам, к семье не относились.

— Насколько я помню, наш контракт предполагал, что ты нас не выдашь. — напомнил я.

Кузнечик дернул костлявым плечом. Выражение его лица не изменилось.

— Нет противоречия. Каждый термит берет свой договор. Я не выдал. Полина ищет. Она не знает.

Можно было возмущаться, обвинять нашего гида в предательстве, а можно было задать единственный правильный вопрос.

— Найдет?

— Да. Знает, как искать.

Ну, вот и все. Настала пора покидать столь гостеприимное убежище, и искать новое. И в принципе, было неважно, кто шел сейчас по нашему следу: копы, полиция или преступники. Нас искали все.

Да и вообще, пора было переходить к третьему этапу плана — региональному бардаку.

— Хорошо. Тогда выведи так, чтобы Полина не нашла нас.

— Она близко. Сейчас проверяет левую сторону башни на минус седьмом уровне. Оттуда до стоянки полчаса хода. Надо уходить сейчас.

А нам что? Нищему собраться — только подпоясаться. Ладно, вру. Снаряги у нас было на маленькую армию. Что-то сами купили еще до начала операции, что-то стащили из арсеналов Грэга, а что-то затрофеили в процессе боевых действий. Старались брать только самое нужное, но в итоге все равно обросли хламом, как туристы, возвращающиеся из Турции в Россию. Только коробок с южными фруктами не хватало.

Тем не менее, собрались мы довольно споро. Бросили отслужившее свое оружие и снаряжение, оставив самый минимум. Кукла, разве что, включила «плюшкина» и сказала, что костюм для полетов она заберет с собой. Мало ли, вдруг придется забираться наверх башни, и оттуда планировать?

— Сейчас десять утра. Вас заметят и отследят. — возразил Кузнечик. И на этом прения закончились.

После чего начались блуждания по уровням подземной части Термитника. Иногда поднимались вверх, порой спускались вниз, и даже с нашими новусовскими чувствами направления, было совершенно не понять, где мы сейчас находимся.

В какой-то момент — казалось, что наше путешествие длится уже час — проводник остановился, и дал знак всем замереть.

— Полина взяла след. Идет за нами.

Я проверил сканер, но точек новусов не обнаружил. Либо сестра нашего гида вела обычных людей — что вряд ли, либо они еще были слишком далеко. А может и сами стены этого странного места глушили сигнал. Я уже успел отметить тот факт, что в здешних коридорах сопряжение Структуры начинало распадаться, стоило нам удалиться друг от друга метров на двадцать.

— Сможем оторваться?

— Нет. Впереди сужение коридора, потом подъем наверх. Другого пути нет. А с того места, где она сейчас находится, можно даже опередить нас. И она это понимает.

— Черт! А договориться с ней никак?

Кузнечик едва заметно покрутил головой.

— Мы не враждуем. Она доведет свою группу до столкновения с вашей, и уйдет в сторону. Как и я. Свои дела вам нужно будет решать самим.

— Офигенно устроились! — подала голос Княжна. — Мы им, значит, бешенные деньги платим, а они — разбирайтесь сами.

— Мы не враждуем друг с другом. — повторил проводник.

Я взмахнул рукой, обрывая неконструктивные споры. Задумался. Так, значит Полина ведет отряд с неизвестными характеристиками по нашему следу. И вскоре обгонит нас по одному из туннелей. Если она также чувствует своего «брата», как тот — «сестру», значит преследователи будут знать, что мы выйдем прямо на них. Устроят засаду и будут ждать.

Это плохой вариант. Принимать бой — а нас ждет именно он, а не приглашение на чашечку чая с кексами — на условиях противника, да еще и ничего о нем не зная, идея препаршивейшая. Значит требуется поменять условия. Самим стать охотником. Потеряем немного времени, зато скинем с хвоста преследователей.

— Ты можешь отвести нас в место, куда Полина приведет свою группу позже нас? — спросил я гида.

— Да. Но мы пойдем в другую сторону. И вниз.

— Плевать. Еще нужно, чтобы это место было попросторнее.

— Вентиляционный зал. Это в двадцати минутах пути отсюда на минус двадцать шестом этаже. Там достаточно места. Полина сейчас ведет отряд на перехват. Чтобы вернуться, ей придется сделать большой крюк.

— Чудно. Веди нас туда.

И лучше бы он не говорил про минус двадцать шестой этаж. Так вот бродишь по полутьме, освященной только фосфорицирующими панцирями симбиотов, и как-то не думаешь о том, сколько тонн земли у тебя над головой. А потом ка-ак подумаешь!

Гуками ничего объяснять не пришлось — одновременно с беседой с гидом, я накидывал план действий прямо в сопряжение. Аналитики вносили правки, оптимизируя его, а Княжна, заметив, что мое самообладание дрогнуло при мыслях о глубине, даже попыталась ободрить командира. Так мило!

Следующие двадцать минут мы шли, глядя друг другу в затылке. И наконец оказались в огромном подземном зале. Вентиляционным я бы его ни за что не назвал. Тут не было установок, которые гнали перегоняли воздух, лишь множество отверстий на разных уровнях гигантской пещеры. При этом, движение воздуха все-таки наличествовало. Как и слабое освещение, позволяющее оценить масштабы.

— Полина может вывести людей оттуда или оттуда. — Кузнечик ткнул длинной рукой в два отверстия.

— А оттуда? — я указал туннель, через который мы сюда пришли.

— Нет. Или придется идти еще около сорока минут. Через него вы можете попытаться отступить.

— Ясно. Я правильно понимаю, что твою подружку лучше не зацепить?

— Она сюда не войдет. Я тоже уйду. Вернусь, если вы останетесь живы.

— Договорились. — хохотнул я. — Не термиты, а швейцарцы какие-то!

И занялся расстановкой отряда по подземному залу.

Укрытий, кроме дыр-воздуховодов, тут не было — ровное чашеобразное дно и такой же потолок. Соответственно, спрятаться мы могли только в них. Однако это здорово лишало отряд маневренности. Пришлось здорово напрячься, чтобы найти такие места, из которых на начальной фазе боя можно было стрелять. И которые можно быстро покинуть при изменении тактической ситуации. К счастью, Аналитики Структуры были на пятой ступени, так что справились и с этой задачей. После чего осталось только ждать.

Противников на сканере я увидел за пять минут до того, как они приблизились к вентиляционному залу. От их численности я даже присвистнул. Их было больше чем нас — я насчитал двадцать четыре точки, обозначающие новусов. Серьезно враги подготовились. Жаль только, я никак не мог определить их принадлежность к какой-либо фракции. Впрочем, какая разница — ни в одной из них у нас друзей нет.

Однако, они сумели меня удивить. Вместо того, чтобы нападать или каким-то образом разведать местность, противник решил пойти на переговоры.

— Денис Пичуга? — прокричал мужской голос. Эхо от него тут же заметалось под сводами подземного зала. — Мы тебе не враги!

— Мы пришли с миром! Пиу-пиу! — не отказал я себе в удовольствии вспомнить шикарный трешовый фильм про марсиан, напавших на Землю.

— Это так!

Переговорщик, естественно, юмора не уловил. Да куда бы ему! Киношке то уже сто лет в обед. Про такие древние мемы, кроме меня могли помнить только новусы первых трех поколений. Да и то — они слишком серьезные люди, чтобы выделять в памяти объем под такие бесполезные вещи, как старый голливудский кинематограф.

— У нас есть для тебя предложение!

— У вас у всех есть для меня предложения, чувак! Только я с друзьями в результате этих взаимовыгодных сотрудничеств оказался здесь! В какой-то жопе мира. И ищут меня теперь не только копы, но и бандиты.

— Мы не от них!

— Да ладно! А кому бы еще понадобилось собирать отряд в двадцать четыре человека и заключать договор с термитами на поиск моей тушки?

— Мы просто наемники. У нас задача найти тебя и передать предложение.

— Ну, передавай. От кого хоть?

— Стикс. Знакомое имя?

Блин! Плохо! Плохо, потому что рано! Я планировал выходить на «сотрудничество» с террористом немного позже. После того, как запущу необходимые процессы в парочке регионов.

А Стикс быстро среагировал. Столкнулся с тем, что его дела в столице сейчас проворачивать почти невозможно — слишком пристальное внимание властей, да еще эти придурки Козыри друг другу морды в кровь бьют. Не самый лучший климат для планирования атак и попыток раскачать власть в стране. И сделал верные выводы. Ну, почти. Он почти наверняка решил, что война началась из-за меня. Кланы, одни из страха, другие из желания обладать, пошли в разнос и принялись друг друга резать.

Мог, конечно, и подставу просчитать. Это бы было совсем паршиво. В принципе, если я сейчас пойду на переговоры, он как раз и сделает правильный вывод. Что с самого начала моей целью было поближе подобраться к нему.

Нет, пока нужно продолжать держаться модели обиженного и злого на всех подростка, который никому не верит. Его предали люди императора, гангстеры, чем Стикс лучше? Да такой же урод, который просто желает меня использовать!

— Ну, слышал. — тем не менее отозвался я. — И хрен ли ему надо?

— Мне велели передать следующее. Дословно: я смогу тебя защитить и раскрыть твой потенциал. И потенциал твоей группы.

— На болту я крутил таких защитников! Валите, нахрен, отсюда! Иначе все тут поляжете!

«Небольшой перебор с подростковой истерикой. — тут же через сопряжение пожурила меня Кукла. — Сбавь накал».

«Понял».

— Короче, парни. У вас ко мне все? — я внес небольшие поправки в поведение. — Если, да, то предлагаю разойтись миром. У вас же ничего личного? Вот и у нас тоже.

На сканере в это время происходило что-то странное. Три человека из отряда противника словно бы крутились на одном месте. Было похоже, что монтировали что-то, какой-то прибор или орудийную установку.

— Нет. У нас только послание. — отозвался переговорщик.

«Ага. И для этого нужно было отправлять такую прорву народа! — хмыкнула Ира, которая видела все, что и я. — Слушай, давай я им немножко численность прорежу, а? Наведение отличное, стоят они кучно. От трети до половины отряда я положу!»

«Погоди пока, может так уйдут».

Не то, чтобы я в это верил, но начинать бой не спешил. Йонду права, она со своими стрелами может натворить дел в узких коридорах, но всех не положит точно. Зато со всей определенностью настроит отряд наемников против нас. И тогда они будут сражаться уже за свои жизни, а не потому, что их наниматель попросил сберечь жизнь Ликвидатора.

Вот только эта установка… Что это может быть? Стрелять на минус двадцать шестом этаже чем-то тяжелым — это форменное самоубийство. Да и шансов, что нас зацепит, тоже не много. Термобарический заряд? Газовая смесь, которая залезет во все уголки помещения, а потом воспламенится, выжигая вместе с плотью и кислород? В принципе, возможно. И взрыв не такой сильный, вряд ли повредит прочные своды инопланетной постройки, и нас по меньшей мере шокирует, даже если не убьет.

Вот только, им бы следовало с этого начинать, а не пытаться забалтывать. Наемникам должно быть известно, что я могу видеть их на сканере — Стикс не поскупился бы на такие детали.

И в этот момент, пока я пытался понять, что делают наши противника, между трех точек — расчета, как я их назвал про себя — вспыхнула четвертая. Которой не было до этого. Словно новус только что появился на этом месте. Вывод из этого я мог сделать только один. Чуан. Какое-то живое оружие функций, которое притащили сюда в отключенном (бессознательном) состоянии, и сейчас привели в боеготовность.

Что это за хрень, я выяснять не собирался. В любом случае — опасная, раз уж Стикс решил доверить ее наемникам, отправленным за нами. А значит, и дальнейшие размышления на этот счет сделались совершенно бессмысленными.

Приказ на уничтожение чуана вместе с расчетом я даже не пытался сформулировать. Ира одновременно со мной поняла, что нужно делать, и отправила в полет сразу четыре болта. Два из них нашли свои цели — точки новусов сделались серыми и погасли. А два… нет, не столкнулись с каким-то препятствием. Потеряли управление. Ира даже замерла от неожиданности — никогда с ее снарядами такого не было.

Но, что самое паршивое, огонек чуана продолжал гореть!

— Мы хотели по хорошему, пацан! — донеслось из коридора.

И тут же в зал начали вбегать боевики. Ну, как вбегать — вплывать, скорее. Длинные затяжные прыжки, но не как в невесомости, а будто бы под водой. Гуки тотчас открыли огонь по этим медлительным мишеням, но тяжелые, предназначенные для поражения именно новусов, боеприпасы, словно бы вязли в воздухе. Не натыкались на невидимую стену, как было бы, если наемники развернули кинетический щит, а именно теряли скорость. Буквально на глазах. И продолжали двигаться очень медленно, да еще и совсем не по прямым траекториям. Как и было бы, если бы мы все оказались под водой.

Моя память, в которой хранились множество технологий функций и порабощенных ими народов, тут же выдала ответ. Гравитационная пушка расы Ен’арт. Эти похожие на черепах создания до появления галактической заразы доросли до освоения родной системы. Даже несколько колоний на спутниках основали. А еще они строили на астероидных полях добывающие комплексы, которые как раз и снабжались вот такими девайсами. Те создавали гравитацию и варьировали ее в очень широком диапазоне.

Строго говоря, это было очень ситуационное оружие. Само по себе урона не наносило, но вот в этих конкретных настройках, полностью выводило из уравнения огнестрел. Чего наши противники и добивались. Подготовились, собаки сутулые! И про Йонду знали. Как и то, что большую часть стычек мой отряд пользовался именно стрелковым оружием.

«Двадцать два опытных наемника, скорее всего, со специализацией на ближнем бое, против девяти подростков». — Кукла с Хакершей сразу же выдали неблагоприятный прогноз.

«Из которых Воинов лишь четверо. — продолжил я. — Ну ладно, еще меня можно с натяжкой в ту же категорию записать. Ира сразу в минус, от нее толку в рукопашке нет никакого. Игнат тоже не бог весть какой боец. Как и вы, девочки. Княжна что-то сможет с псионикой… Короче, пять на двадцать два».

«Мы Структура, не забывай!» — меньше всего этих слов я ждал от Наташи Кузнецовой.

«Не забыл. — хмыкнул я. И уже на все сопряжение: Значит так! Воины — держим основной удар и гуртуем противника в кучу, под Крик. Сразу после этого прорываемся в коридор к чуану. Умирать запрещаю, я еще не до конца уверен, что смогу захватить сознание смертельно раненного!»

«Ну, офигеть, как ободрил!» — прилетело от Влада, который в данный момент мягко планировал к полу, навстречу также неспешно двигавшимся из коридора наемникам.

«Зато доноров сколько! — хохотнул Мельник. — Главное, меня в бабу потом не засуньте!»

Эпизод 19. Засада

В той перестрелке я едва не потерял Хакершу. Под конец боя возникла довольно дурацкая ситуация — Кукла подставилась. Аналитик в теле Воина чуть дальше, чем нужно, вырвалась из построения, и оказалась под ударом. Заметили это почти все, а я еще и триггернул — блин, дальнейшие-то наши шаги заточены именно на тушке криминального авторитета! Что мы будем делать в том же Краснодаре, если Грэга сейчас убьют. Куклу-то я, положим, вытащу, а дальше?

А дальше, реагируя на опасность и мое беспокойство за напарницу, Маша рванула вперед, закрывая собой функцию. И поймала пулю в живот.

— Вот черт!

— Да как же ты так⁈

— Сдохни!

— Держу ее!

Человека такая рана гарантированно убила бы. Крупный калибр, да и место неудачное. Хакершу, которая хоть и не была боевым типом, но все же новусом с более крепким телом и сильной регенерацией, лишь сломало пополам и откинуло на Куклу. А та быстро расправилась с противником, и передала раненную Игнату. Наставник быстро ее стабилизировал.

По итогу вроде все обошлось хорошо: и наемников в подземелье Термитника мы разбили, и потерь избежали, но остался у меня на душе камень. Имя которому — страх.

Дело в том, что рана Хакерши была довольно серьезной. Настолько, что девушка вполне могла умереть. И когда ее сознание поплыло, покидая тело, я попытался его перехватить. Запереть в Чертогах, как когда-то, пусть и неосознанно, проделал с Куклой. Но у меня не получалось. Так бы она и ушла, хорошо Игнат подоспел и сумел удержать.

Случившееся заставило меня пересмотреть отношение к команде. Точнее, к моим возможностям, относительно этой самой команды. Я вдруг понял, что может так случиться, и не смогу спасти смертельно раненного товарища. Все уверены в обратном, безалаберно рискуют жизнью, геройствуют — я же сам им про это сказал! А по факту — пшик. Это могло сыграть с нашим отрядом дурную шутку. Маша бездумно рискнула, закрывая Куклу, просто потому, что была к ней ближе всех. И верила, что ей ничего не грозит — Лях вытащит!

Колотило меня после этого боя конкретно. Но заметила это только старая напарница.

«Смог один раз, сможешь и в другой! — успокоила она меня после боя. — Ты знаешь, что нужно делать, но в теории. Нужна практика».

Простая, в общем-то, истина, но я ее только после ее слов осознал по настоящему. После пробуждения памяти решил, что мне теперь сам черт не брат, и я вообще могу практически все — и налетел на грабли. Любой навык нужно развивать. Любой! Вон с Криком как было? Пока научился выдавать ровный поток пси-энергии, пока разобрался с управлением, и с тем, как оставаться в сознании после выдачи особо сильного пучка…

В общем, с момента, как мы покинули Москву, я только и делал, что сидел в Чертогах и тренировался захватывать сознание другого человека. Добираться до Кубани пришлось на машинах, причем, на перекладных, чтобы сбить со следа всех возможных преследователей. Так что время на это, почти трое суток, имелось.

А нам ведь еще и разделиться пришлось. Противник искал большой отряд, и у маленьких групп, на два-три человека, были хорошие шансы пройти незамеченными. Поэтому я прихватил с собой парочку Воинов, и отправился в путь.

Ландыш и Мельник, ехавшие со мной, за всю дорогу так и не смогли нормально отдохнуть. Страху натерпелись, бедолаги! Раз за разом моя воля когтистой лапой хватала сознание то одного парня, то другого, и невзирая на сопротивление (они раза с третьего только прекратили брыкаться), тащила из тела. В последний момент хватка ослабевала, и парни оставались в своем теле, судорожно глотая воздух и потея. Жаль, другого способа обрести контроль над этой способностью, кроме как с помощью такой вот жутковатой тренировки, не существовало, да и парни сами добровольцами вызвались. Хотя потом еще не раз мне сказали, что я из них душу вынимал.

К моменту, когда мы все уже собрались в пригороде Краснодара, я был почти уверен, что смогу не дать умереть никому из своих соратников. Оставались вопросики контроля, то есть, навыка не прощелкать тот тонкий момент, грань между жизнью и смертью. Но главное — перестал рефлексировать. А потом уже и некогда было.

На месте мы сразу развернули бурную деятельностью. Снова собрались в отряд, и уже не скрываясь — ну, почти, так-то копы нас по прежнему искали — отправились в офис строительной компании «Триполь». Грэг — Кукла, конечно же — представился своим именем, сверкнул улыбкой на посту охраны, и попросил о встрече с деловым партнером — директором этой самой компании Галиной Иванниковой. Пару минут сонный дядька в синей униформе частного охранного предприятия связывался с вышестоящим руководством, докладывал о том, кто пришел и к кому. А потом сразу все очень резко закрутилось.

В холл дорогого здания набежала куча людей, в которых безошибочно угадывались Воины-новусы. К слову, славянских лиц было немного, в основном кавказские. Холодные взгляды, густые бороды, оружие под одеждой. Пока, правда, никто из них не спешил его доставать и наставлять на нас. Как по мне — большая ошибка! И что с того, что расположились они так, чтобы контролировать и входы и выходы? Мы ведь сюда пришли не для того, чтобы тут же убегать!

Через несколько минут ожидания — я бы сказал «томительного», но это не было бы правдой, на лифте спустилась сама госпожа Иванникова. Весьма эффектная брюнетка в ярко-синем деловом костюме. Выглядела она лет на тридцать-тридцать пять, двигалась с грацией хищного животного, а улыбалась так, что более впечатлительные люди, чем мы, уже поспешили бы свалить из здания и затеряться в городской застройке.

Беседа стартовала с ожидаемых фраз. Легкий изгиб губ, оценивающий взгляд, легкое, едва уловимое презрение в выражении лица. Нас недооценили. Что довольно ожидаемо при взгляде на кучку совсем молодых людей, возглавляемых всего одним взрослым. Пионерлагерь на выезде! Очень удобно!

— Игорь, как дела, какими судьбами? Почему не позвонил, я бы распорядилась тебя встретить!

Радушие под прицелом десятков пар холодных глаз никого не обмануло. Кукла, помня свою роль, ответила, как и договаривались. И пусть из здесь присутствующих «Одесские рассказы» Бабеля читали только мы с ней, тем приятнее было щегольнуть цитатой.

— Давай не будем размазывать кашу по белому столу, Галя. Ты знаешь зачем я здесь. Мне нужна моя доля. Та, которую ты так беспардонно украла у меня. Или ты думала, что я спущу подобное?

Все это было сказано без намека на улыбку, с суровым лицом — У Грэга оно идеально подходило к ведению агрессивных переговоров.

— Ты сейчас не в Москве… — напомнила женщина, тоже перестав изображать радость встречи.

— Это ничего не меняет. — продолжила давить Кукла. — Сейчас ты распустишь своих песиков и мы с тобой поднимемся в офис. Там оформим передачу активов на меня. После чего, я оставлю тебя в покое, и никому умирать не придется.

Иванникова захлопала ресницами. Затем рассмеялась. Парой хлестких фраз, в которых было очень много удачно подобранных ругательств, она обозначила свою информированность относительно того, что сейчас происходит в Москве. И куда Грэг может засунуть свои претензии в связи с этим.

— Твои друзья отказались выступать против кавказских кланов тогда. — закончила она с довольным личиком. — С чего ты взял, что сейчас будет по другому? Короче, Игорь, я тебя люблю, как родного, но лучше бы тебе сейчас использовать этот крохотный шанс и свалить куда угодно. Мальчики проводят…

На этом месте она осеклась, глядя на то, как ее абреки падают на дорогую керамическую плитку, заливая ее кровью из рассеченных глоток. Несколько секунд, и вся ее охрана, Воины третьих-четвертых ступеней, оказалась лежащей на полу в виде безжизненных тел.

— Что?.. Как?..

— А с чего ты взяла, что я собираюсь просить о помощи своих земляков? И без них прекрасно справлюсь. Знаешь, я передумал. Мы не пойдем в твой офис. Поедем в мой. Да, дорога дальняя, но у нас будет время все обсудить, да?

Трепалась Кукла не для Иванниковой, а на камеры. Нужно было, чтобы те, кто пойдет ее потом спасать, понимали, что тут произошло, и где теперь искать виновников.

После этих слов, московский воротила подхватил собеседницу под локоть и потащил к выходу. Перепуганная мгновенной расправой над охранниками, женщина даже не пыталась сопротивляться. Ну еще бы — после того, что продемонстрировал всего лишь один Стрелок! Такого уровня в провинции еще не видали.

Камеры в холле мы, естественно, уничтожать не стали. То есть, парочку самых заметных разбили, якобы заметая следы, но целую кучу куда более замаскированных устройств «не разглядели». Не для того мы тут любительскую постановку «Укрощение строптивой» ставили, чтобы этого потом никто не увидел.

Картина маслом, в общем, как любил говорить один персонаж. Особенно красиво все выглядело с точки зрения местных кланов. Старый «деловой партнер» госпожи Иванниковой, когда-то бесчестно обманутый ею, прибывает в Краснодар. Мотив у него древний, как время — месть. Он похищает бизнесвумен и не тратя больше времени ни на что, спешно укатывает в столицу.

О чем это может говорить? Рассчитывает на то, кавказцы в Москву не сунуться, вот о чем! Договор же, то да се, нарушать чревато! В другое время гордые дети гор и в самом деле не сунулись в златоглавую, но то было раньше. Когда тамошние группировки Козырей еще не начали резать друг друга на радость копам.

Во время войны можно было не просто вернуть свое, но и попытаться отжать чужое. Тем более, с таким шикарным поводом на руках, как похищение ведущего специалиста по мутным сделкам, и нападение на нейтральных новусов в средоточии их сил. Другими словами, у местных почти не осталось поводов нас не преследовать.

Уже у машин, до которых мы добрались не встретив ни одной попытки нас задержать, Иванникова опомнилась и начала вырываться. Ей хватило одного прикосновения Игната, чтобы провалиться в Чертоги и больше никому не мешать. Забросив ее на заднее сиденье, группа на нескольких машинах стартовала в долгий путь обратно.

Перехватить нас попытались почти за станицей Динской, считай, окраиной Краснодара. Но времени мы им не дали, и наскоро собранный заслон из парочки автомобилей и шестерых боевиков, просто протаранили. Не тратя время на уничтожение противника, понеслись дальше.

А большего местные новусы просто не успели сделать — мы действовали слишком быстро и нагло. Точнее, у них бы был шанс организовать нам более внятную засаду, но для этого пришлось бы иметь хорошие отношения с ростовскими криминальными кланам. Уж те то, имея фору в пару-тройку часов, вполне могли успеть организовать беглецам достойную встречу.

Правда, добрососедскими отношениями, кавказцы постыдным образом пренебрегали. Более того, с ростовскими они были на ножах, враждуя настолько серьезно, что даже до жертв доходило — я специально уточнял. Так что в соседний регион мы проскочили без помех, задержавшись на границе, чтобы подождать преследователей.

Тоже спектакль, но очень не хотелось, чтобы кавказцы в последний момент слились. А то мы, значит, старались, не поленились на юга сгонять и важного человека украсть, а они, при этом, не приедут в Москву и не начнут там искать обидчика? Внося еще больший бардак в разборки тамошних Козырей? Не, так не пойдет!

* * *

— Вижу их! — сообщила Хакерша, отрываясь от мощного армейского бинокля. — Восемь машин, головная точно бронированная, по остальным сказать не могу. Четыре из них — фургоны. Точнее, автобусы. Целая армия, блин.

Девушка еще не вполне оправилась от ранения, поэтому мы возложили на нее обязанности наблюдателя. Она первой заметила колонну кавказцев, на всех парах приближающихся к месту нашей стоянки. Наживку абреки заглотили вместе с крючком.

Мой сканер на такой дистанции еще не работал, но только по количеству техники можно было предположить, что противник послал в погоню боевой отряд, численностью около пятидесяти бойцов. С соответствующими силами прикрытия. Другими словами, преследователи были настроены очень серьезно.

— Может и не стоит их трогать? — спросила Ирина. — Ясно, что уже не повернут обратно.

— Злее будут. — вместо меня ответила Кукла.

В пути мы с ней уже провели процедуру переселения сознания из тела Грэга в Иванникову. И теперь моя боевая подруга выглядела по настоящему довольной. Сменила модные тряпки бизнесвумен на полевую форму, и неустанно рассказывала всем, как хорошо быть женщиной. Мне оставалось только глаза закатывать.

— Согласен. — добавил я. — Нужно, чтобы они обрушились на московских Козырей, горя мщением. И, народ, важно, чтобы их остались достаточно для того, чтобы они смогли это сделать.

— Тогда не будем убивать много! — кровожадно закончил Ландыш.

Мы расположились в лесочке вдоль дороги, мимо которого через несколько минут должна была пройти колонна противника. Обычное местечко в Подмосковье. Вот прямо типовое. Самое то, чтобы устроить засаду. Обстрелять и броситься бежать.

Основная группа должна была уйти на своих двоих, до оставленных в паре километров джипов — три штуки, совершенно чистые, нигде не засвеченные. А меньшая часть — всего один человек — поведет преследователей за собой. Конечно, жертвовать своими людьми я не собирался, так что героем был назначен Грэг.

Да, я с ним немного поработал. Лишившись сущности Куклы, он превратился в овощ. Почти. Но я бы назвал то, что получилось, примитивной программой. С одной единственной задачей — бежать.

Навыков для создания чего-то более сложного мне все еще не хватало. Чуан получился полностью безынициативным, тормознутым и лишенным инстинктов самосохранения. Псевдоличность, слепленная из обрывков воспоминаний Грэга, не выдержала бы даже самой простой проверки. Но зато тушка могла вести машину, а большего нам и не требовалось.

— Два километра. — в очередной раз доложила Хакерша.

— Ждем. — отозвался я.

Через полтора километров кавказцев ждет два вкопанных в землю фугаса. На которые я не возлагал больших надежд. Было бы здорово, конечно, если бы импровизированные мины рванули с двух сторон, когда машины проходили по дороге, но главная их цель все же была другой.

Если наши враги не полные дауны, а ничего на это не указывало, то в головной машине сидит Аналитик, способный засечь даже на большой скорости свежевскопанную землю на обочинах. Значит, он даст команду, и машины остановятся не входя в зону поражения.

Ключевое слово тут — остановятся.

Когда это произошло, из рощицы, оставляя за собой дымный след, вылетело две ракеты. Обе преодолели расстояние в семьсот метров за какие-то считанные секунды, и красиво взорвались… наткнувшись на раскрывшийся над колонной полноценный псионический щит. Полностью погасивший и ударную волну, и пламя.

— Черт! — прошипела Хакерша, будто это был ее личный просчет.

А молодцы, абреки! Удивили! Я, честно говоря, даже предположить не мог, что южные кланы настолько богаты, и у них имеются самые передовые разработки функций и сингапурцев. Причем, чуан отлично дрессированный, сумел поднять защиту за миг до столкновения ракет с остановившимся транспортом.

Впрочем, мне ведь и не нужно было никого убивать. Просто дать понять преследователям, что они близко. До беглеца рукой подать, главное — не сдаваться!

Подтверждая это, с окраины рощицы с ревом выскочил внедорожник, за рулем которого сидел Грэг. Поплевывая на состояние грунта под колесами, и сразу же начавшуюся стрельбу со стороны колонны, он сразу же развил бешеную скорость в противоположном от противника направлении.

Как говорится, я пытался их остановить, но у меня ничего не вышло. А значит — пора валить!

— И нам пора отходить. — приказал я, дождавшись момента, когда внимание кавказцев полностью сосредоточилось на беглеце.

По слиянию прошли ответы-подтверждения, и группа, бросив пустые тубусы ракетных гранатометов, устремилась в другую сторону. К заботливо спрятанным в другой роще машинам. И собираясь ехать совсем в другую сторону. В Новосибирск, где по найденным Хакершей следам в сети, сейчас скрывался один из ближайших сподвижников Стикса — Аналитик по прозвищу Наблюдатель.

— Удачи, Грэг. — напоследок прошептал я. — Надеюсь, у тебя получится добраться хотя бы до ЦКАДА.

Эпизод 20. Сара Коннор

Новосиб встретил нас дождем. Весна в этом суровом сибирском краю совсем не походила на свою подружку в центральной части России. И тем более на южную — на Кубани в середине апреля уже все вокруг цвело и пахло. Здесь небо было серым, воздух холодным, а кое-где по обочинам еще лежали кучи грязного, почти уже растаявшего снега.

Флешбэки — а именно в этом городе я познакомился с членами своей первой команды, и узнал, кто такие на самом деле функции — не атаковали. И город изменился, и яэ

— И почему Наб прячет свою дочку не там, где потеплее? — зябко кутаясь в куртку пробурчала Княжна.

Физиология девушки позволяла ей без всякого дискомфорта сносить и более серьезные минуса, но общая атмосфера, так сказать, диктовала свои условия. Да что там маршальская дочь, вся команда изображала из себя нежные тепличные орхидеи, нацепив на себя все, что только можно, и поминутно жалуясь на погоду. Не знаю, зачем они это делали. Наверное потому, что балбесы малолетние.

— Хакерша сказала, что вероятность найти здесь дочь Наблюдателя составляет 87 процентов. — сообщила Ира. — Это очень хороший показатель, почти гарантия, что мы в нужном месте.

— Ключевое слово — «почти». — проворчал Игнат.

Колдун вообще нацепил на шею шарф. Весной, блин! Он бы еще шапку ушанку нацепил — Сайберия же! Как и все остальные гуки, парень выглядел уставшим и посеревшим. Кочевая жизнь, когда почти не покидаешь кресла автомобиля, вымотала даже крепкие юные организмы новусов. Какими бы не были удобные сидения, задница немела все равно.

— Хорош уже ныть. — беззлобно оборвал я скулящих соратников. — Сейчас и расходимся, и согреемся.

Тут нужно пояснить, зачем сюда приперлись. Да, я уже говорил, что в поисках Наблюдателя, доверенного союзника Стикса. Точнее, его дочери, проживающей здесь. Но если подробнее, с деталями…

До сих пор ни одной службе Российской империи не удалось выяснить личность этого Аналитика. Все знали, что Наблюдатель или как его окрестили гуки — Наб, является правой рукой террориста номер один, но и только. Откуда взялся, чем живет, какими обладает навыками — все это было покрытой тайной.

А нам, благодаря архиву Грэга, точнее, его воспоминаниям, захваченным Куклой при заселении в тело, удалось его рассекретить. При этом сам лидер «марсовых сынов» — надеюсь он еще бегает по Москве, выполняя приказ прятаться — даже не подозревал, какой важной владеет информацией. Наши же девчонки — Хакерша и Кукла — смогли ухватится за кончик ниточки и размотать ее.

В результате выяснили не только его имя и фамилию, но и тот факт, что у Наблюдателя есть дочь. Которая живет в Новосибирске, с отцом никаких контактов не поддерживает, ну или, по крайней мере, хорошо их шифрует. И вообще не имеет никаких контактов с Козырями.

«Одна из двух». — напомнила мне Кукла безмолвно.

Да, как я мог этого не упомянуть! Кандидаток было две. В смысле, не две дочки родил на свет Наблюдатель, просто в Новосибирске жили две полных тезки — Кондрашевых Инги Владимировны. И для полноты — одногодки, по двадцать восемь лет каждой. Не такая уж и редкость для многомиллионного города, но когда ищешь вполне конкретного человека — тот еще гемор.

Но вариантов у нас не было. Как Арни в роли Терминатора искал нужную ему Сару Коннор по телефонному справочнику, так и нам предстояло посетить не один, а два адреса. И надеяться на то, что повезет с первого раза. Если вообще не сработают оставшиеся тринадцать процентов неверного анализа. Тогда придется искать другие способы подобраться к Стиксу. Спойлер — идей на этот счет не было.

Первая Инга Кондрашева работала инвестиционным брокером в местной солидной конторе, занимавшейся непонятными мне финансовыми делами. Хороший и стабильный доход, дорогой домик в пригороде, модная машина. Не замужем, детей нет. Три кошки.

Вторая — владелица ночного клуба, в котором любила проводить время здешняя элита. То есть, тоже упакованная девочка, к тому же с очень мутным происхождением права собственности на имущество. Хакерша посчитала, да и Кукла была на ее стороне, что скорее всего она и есть искомый нами объект. А ночник получен от папки, который таким образом решил обеспечить дочурку нормальным приданным. Так что начать мы решили с нее.

Тут надо сказать, что когда пришло время раскрыть и этот элемент плана команде — я говорю о похищении ни в чем не повинной женщины — мнения гуков разделились. Княжна тут же язвительно выдала: «Цель оправдывает средства, да?», Ирина брезгливо сморщилась, а Воины — Влад с Павлом, сделали строгие лица и сообщили, что в этом участвовать они не будут. Мол, одно дело краснодарская бизнесвумен, преступница и кидала, и совсем другое — обычная женщина, не сделавшая ничего плохого.

Ломать юношеский максимализм через колено я не стал, хотя и мог бы. Лишь сказал, что пленнице не будет причинен вред — зачем, если я вполне смогу обойтись легким ментальным воздействием? Также пришлось пообещать, что после акции я лично сотру ей воспоминания, и верну туда, откуда взял. На это соратники, пусть и неохотно, но согласились.

Сам же я никаких моральных терзаний не испытывал. Да, дочь Наблюдателя не отвечала за грехи своего отца, но являлась единственной ниточкой к нему. И нужно быть полным придурком, чтобы этим шансом не воспользоваться. С причинением вреда или без оного — все равно. Лучше бы без него, но как тут угадаешь? Спускать в унитаз план спасения всего человечества только потому, что жаль рушить розовый мир одной незнакомой девицы, я не собирался.

Инга-2 находилась на рабочем месте. Ближе к вечеру мы добрались до ее ночного клуба, провели разведку, и убедившись, что она находится на рабочем месте, стали ждать. Например, когда мажорчики устанут культурно отдыхать и начнут расползаться по кроваткам. А вслед за ними и наша Кондрашева. И мы тогда тихонечко перехватываем ее по дороге, везем в тихое место и делаем свои темные делишки. Нафига устраивать маски-шоу и светиться на весь город, находясь в федеральном розыске?

Но час шел за часом, гуляки покидали заведения, а наш объект все также оставалась на рабочем месте. Согласно собранному девчонками досье, Инга-2 была слабеньким новусом-псионом (немного Дипломата и капелька Наставника), так что видел я ее сканером вполне отчетливо. Причем, только ее — к трем часам ночи в заведении кроме нее не осталось ни одного одаренного.

— Так и будем тупить? — к четырем терпение покинуло последнего гука. Им был Мельников. Остальные уже по нескольку раз этот вопрос повторили.

— Ладно. — решил я. — Заходим. Да, я помню, никого не убиваем.

Тянуть и правда больше не имело никакого смысла. В помещениях ночного клуба уже не осталось отдыхающих, лишь персонал да охрана. Не Воины, а обычные вышибалы. Нам они помешать не могли бы при всем желании.

Собственно, так и произошло. Двигаясь от входа к кабинету владелицы, мы аккуратно вырубили шесть человек, один из которых был засидевшимся пьянчугой, а остальные — работниками зала и охранниками.

Кабинет Кондрашевой оказался совсем небольшим, хотя и роскошным. И хозяйки в нем не наблюдалось, хотя ее точка никуда не делась. На миг я даже решил, что кто-то водит меня за нос, научившись противодействовать одной из основных способностей Ликвидатора, но тут наблюдательная Хакерша обнаружила за одной из стеновых панелей скрытую дверь, и все стало ясно.

Взламывать ее не пришлось. В лучших традициях шпионских романов, поворот настенного светильника открыл нам доступ к узкой винтовой лестнице, ведущей на уровень вверх. Поднявшись по которой, мы оказались в большом зале. Очень, знаете ли, примечательном.

Во-первых, он не имел окон, и был полностью затянут в красный атлас. Не как обоями, в смысле, а задрапирован шторами. Даже потолок. Во-вторых, освещалось все это спрятанными за тканью светильниками, отчего возникало ощущение пребывание то ли в кровавой бане, то ли в гигантском внутреннем органе. Желудке, например.

Ну и в-третьих, здесь было довольно много народа. Полтора десятка человек, большая часть из которых были связаны или прикованы к очень замысловатым приспособлениям. У многих на головах были кожаные маски, закрывающие все лицо, но с предусмотрительно оставленными отверстиями для дыхания. Почти все носили сбрую из полосок кожи и металла. И это была их единственная одежда.

Но главным персонажем в помещении явно была Госпожа. Высокая, кажущаяся даже великаншей из-за высокой платформы сапог и каблукам, блондинка. Одежда девушки составлял лишь красный полукорсет из латекса, уже упомянутые сапоги того же цвета до середины бедра, и здоровенный резиновый дилдо, закрепленный на паху сложной системой ремней.

Судя по добытой Хакершей фотографии, а также того факта, что ее положение в пространстве полностью совпадало с точкой на сканере, это и была искомая нами Кондрашева. Владелица вполне легального ночного клуба и, как только что выяснилось, тайного — для разного рода извращенцев. Которых прямо у нас на глазах охаживали плетьми, и… скажем так, совершали иные действия сексуального характера.

Девчонки отряда моментально покраснели и выдали в «облако» такую бурю эмоций — от смущения до гнева (а еще было возбуждение, да-да!) — что мне пришлось закрыться, чтобы не попасть под волну. К счастью, стоять столбом нам не позволила сама Инга-2. Она единственная заметила вторжение незнакомцев — неудивительно, остальные были слишком заняты — и резко повернулась ко входу.

— Кто посмел! — прошипела она змеей. — Я же сказала, чтобы…

Продолжая говорить, она успела сделать три шага на своих ходулях в нашу сторону, но закончить гневную фразу не смогла. Обмякла на шаге и сломанной куклой упала на пол. Я приложил ее совсем слабеньким псионным ударом.

— Охренеть! — в этот момент выдал Ландыш. — Это что, публичный дом?

— Ага. — борясь со смущением бросила Хакерша. — В котором клиентов надежно фиксируют.

— Ну, нам же лучше. — хладнокровно вырубив одну за другой двух помощниц Госпожи, которые бросились к ней на помощь, Кукла усмехнулась. — Не придется никого вязать или глушить. Все уже сделали за нас. Лях, ты будешь проверять — наша Инга или нет.

— Да, конечно! — кажется я все-таки засмотрелся на окружающий перформанс, и немного отвлекся. — Сейчас.

Руки на голову Кондрашевой, затащить ее в Чертоги. Быстро прогнать поверхностные воспоминания и мысли — божечки, и эти люди запрещают нам ковыряться в носу! Предполагаемая дочка Наба содержала не притон для извращенцев, она была королевой сообщества садо-мазо братии этого города. И сегодня у них тут был прием-оргия. С приглашенными из столицы «звездами» — теми двумя рыжими красотками в латексе, которых я принял за помощниц владелицы ночного клуба.

Ладно, это нам не особенно интересно! Хотя… вот этот способ связывания выглядит… Так, Лях, собрался! Что там глубже? Бухгалтерия, имена клиентов, компромат на целую кучу людей — ну, естественно! Содержать такой специфический бизнес, и не обзавестись им, было бы настоящим преступлением. Есть интересное? Нет, одни только сексуальные девиации, причем большей частью вполне безобидные. Но опасные при обнародовании, если ты какой-нибудь депутат или известный предприниматель.

Спускаемся еще глубже. Еще один слой, и я рискую превратить мозги нашей пленницы в кашу. Не то, чтобы мне ее сильно жалко, но овощем она нам не поможет выйти на папочку, да и ребятам обещал, что с ней ничего плохого не случится. На потаенных полках памяти обнаружились связи с криминалом — обычным, не Козырями. Ага, просто отстегивание за крышу, ничего такого. Счета в банках других стран — классика. Родственники… Да, блин!

— Не наша. — выдал вердикт. — Ее родители живут в небольшом городке неподалеку, даже не знают, чем занимается их дочь. А клуб — подарок одного клиента, одного из первых. Там история такая… Но вам лучше не знать, да.

— Черт, всю ночь потеряли на этих извращенцев! — проворчала Княжна.

При этом, девушка нет-нет, да и посматривала на «скульптурные композиции» из связанных людей, большинство из которых даже не узнали об изменениях в программе их вечера. Посматривала, стыдилась и снова посматривала. Подростки!

— Зато сколько нового и интересного узнали! — возразил ей Колдун.

Парень пялился более откровенно, за что был сразу же заклеймен извращенцем — женской частью команды. Из парней за него никто не вступился. Даже я. Нафиг надо!

— Зато теперь мы точно знаем, кто наша цель. — вернула всех к делам Кукла.

Ее все эти человеческие девиации в сексуальном поведении интересовали постольку-поскольку. Чисто с научной точки зрения, для понимания всех аспектов того, что делает людей теми, кто они есть.

То есть, смутить или заинтересовать мою напарницу здесь ничего не могло. Она, напомню, данный предмет изучать начинала с порно в интернете. И, как старательный Аналитик, просмотрела его в достаточном количестве.

— На 87 процентов. — уточнила Хакерша.

— Ладно, стираем ей память и валим. — подвел я итог рейду. — Игнат, убери телефон, извращенец!

Вышли так же, как и вошли — незаметно. Хакерша подчистила цифровые следы нашего здесь пребывания, а чтобы никто не связал нападение на клуб со скрывающимися ото всех новусами в федеральном розыске, оставили на полу тайной комнаты записку. С одной лишь фразой: «Мне все известно!»

Память у Инги я стер избирательно. И теперь, придя в себя, она начнет думать о том, кому перешла дорогу. Недоброжелателей у нее было много, так что владелице ночного клуба будет чем заняться.

Далее, не тратя время, мы отправились в гости к Инге-1. Жила она в пригороде, в элитном поселке с охраной, что нас, конечно же, остановить не могло. Да и что из себя представляют подобные «секъюрити»? Как правило, отставные (и весьма пожилые) военные и полицейские. Которым эта работа нужна не для приключений, а дополнительного дохода к пенсии. Такие охранники хороши лишь против бомжей, но не слаженной Структуры.

Впрочем, воевать мы с ними и не собирались. Проникли на территорию элитного поселка тайно, тупо взломав одну камеру на периметре, и перемахнув через забор. Время было уже под утро, когда мы окружили ее особняк — роскошный, но типовой, и приготовились входить. Однако, стоило только Владу, который шел первым, переступить порог дома, как в ночной тишине оглушительно прогремела пулеметная очередь.

Воин на ускорении ушел с линии огня, послав по сопряжению успокаивающее сообщение о том, что ни одна пуля его не задела. А так же картинку, что смог увидеть через небольшое дверное окошко. На ней за изящной деревянной дверью к полу опускалось толстое стальное полотно.

Такие же секунду спустя сработали и на всех окнах дома, превращая его в настоящую крепость. Надо полагать, стены особняка тоже усиленные, иначе к чему этот огород городить? Хм, надо же, а я думал со первой Ингой были проблемы…

— Вот тебе и безобидный скучный инвестиционный брокер. — хмыкнула сидящая рядом Ира. — Может, она наличку дома хранит? Что будем делать, командир?

Ответить я не успел. На крыше открылось чердачное окошко, откуда медленно выехал закрепленный на платформе небольшой динамик. Откуда почти сразу раздался женский голос.

— Я вас вижу, мерзавцы! Убирайтесь с моей земли! Не пытайтесь штурмовать дом — он строился с учетом возможностей Воина пятой ступени. Даже, если вам удастся пройти внешний периметр, то дальше вас ждут смертельно опасные ловушки, в то время, как я буду находится в капсуле безопасности. Где у меня запас воды и еды на неделю. А вот у вас столько времени нет. Я уже вызвала охрану поселка, а те сообщили о проникновении в полицию. Так что, убирайтесь, пока есть время. И передайте моему отцу, что я никогда с ним работать не буду!

Эпизод 21. POV Инга Кондрашева

Она не ладила с отцом…

Так охарактеризовать отношения Инги к Наблюдателю и той организации, которую он представлял, мог лишь человек, с рождения носящий на глазах розовые очки. Не ладила! Ха! Да большую часть своей жизни она от него бегала! И лишь когда стало понятно, что занятие это бессмысленное, Инга перешла к другой тактике.

К шантажу. Ставку она сделала на то, что Наблюдатель не станет убивать собственную дочь. Он ведь хотел сделать ее своей помощницей и преемницей. Поэтому, Инга встретилась с ним. Подстраховалась на всех уровнях (как и она, надо полагать) и поговорила. Впервые в своей взрослой жизни. И, как она надеялась, в последний раз.

Девушка знала о своем отце не слишком много. Но гораздо больше, чем могла бы похвастаться любая государственная или частная спецслужба мира. Достаточно для того, чтобы идущие по следу гончие могли бы выследить и затравить личного Аналитика одного из самых известных Козырей Российской империи.

Выложив карты на стол, Инга ждала чего угодно. Смеха. Проклятий. Выстрела в лицо. Врывающихся людей с масками на головах, которые упакуют ее в мешок и куда-то увезут. Но не холодного взгляда человека, с помощью которого она пришла в мир. И его короткого кивка. За время их короткой беседы, это были единственные проявленные им эмоции.

Тогда они разошлись. Но девушка никогда бы не поверила, что отец просто оставит ее в покое. С момента, как она сбежала от него, и до сегодняшнего дня, она готовилась. Делала все, чтобы стать по настоящему независимой. И трудной целью для того, кто планировал нападения даже на членов императорской семьи.

И, как выяснилось сегодня ночью, готовилась не зря. Когда легкий удар током вывел ее из сна, Инга начала действовать на полном автомате. Скатилась с постели. В четыре шага добралась до стенного шкафа. Распахнула его, набрала код, дождалась, пока стальная задвижка скользнет в сторону, открывая гладкую трубу, похожую на горку в аквапарке, и скользнула в нее.

Короткий полет привел ее в подземное убежище. Точнее, капсулу безопасности — трехметровый куб из сейфовой стали, снабженный средствами связи и запасами продовольствия. Здесь она сразу же отправила сигнал тревоги на пульт охранного предприятия, которые уже сами должны были связаться с полицией. И только после этого включила экраны, на которые многочисленные камеры выводили изображения вокруг ее дома.

Разогнанный разум Аналитика считал информацию сразу со всех. Девять человек. Блокируют все входы и выходы. Один из них приближается к дверям, не подозревая о том, что хозяйка дома уже знает об их присутствии — многочисленными датчиками был усыпан весь ее внутренний двор, а количеству и качеству камер наблюдений позавидовал бы и национальный банк.

— Давай-ка предупредим их о том, что они обнаружены. — под нос пробурчала девушка, активируя на пульте встроенную в козырек над входом огневую точку.

Человек на входе немыслимым образом извернулся и словно капля ртути ушел от длинной очереди. Судя по уровню реакций и контролю над телом, он был не ниже четвертой ступени Воина, а может быть даже и пятой. Это окончательно убедило Ингу, что ночных гостей прислал ее отец.

— Я вас вижу, мерзавцы! — тогда произнесла она в микрофон, предварительно выдвинув динамик. — Убирайтесь с моей земли!

Далее, Инга подробнейшим образом рассказала о том, что ждет неудачливых штурмовиков, если они не отступят. Одновременно с этим поглядывая на иконку машины охранного предприятия — судя по карте, ей оставалось ехать еще три километра. Также пришло сообщение от диспетчера, о том, что полиция уведомлена о вторжении, и тоже вскорости подойдет.

Все шло по плану. Но вдруг один из незваных гостей решил сломать ей шаблон.

Мужчина — нет, совсем юный паренек, лет шестнадцати — внезапно покинул укрытие, и не таясь пошел к дому. Делал он это нарочито медленно, руки держал над головой, и всем своим видом показывал, что настроен на переговоры.

— Почему бы и нет! Время на моей стороне. — хмыкнула Инга. И произнесла в микрофон, уже для боевика. — Что надо?

— Нас послал не твой отец. — без предисловий сказал парень. — Мы сами ищем его. Рассчитывали подобраться к нему через тебя.

Это… было неожиданно. Нет, она предполагала, что когда-то, скорее раньше, чем позже, кто-то выяснить о ее родстве с Наблюдателем, и попытается это использовать. Но ждала она представителей спецслужб, а не пацана, который только школу закончил.

Тут в ее голове пронесся целый ураган мыслей, из которых удалось вычленить самую главную. Она знала визитера. Видела его в новостях. Какой-то очередной враг государства, покушавшийся на жизнь императора. Денис Пичуга, да. Группа молодых и очень сильных новусов, сбежавших из тюрьмы, и теперь разыскиваемых всеми копами страны.

— Зачем? Захотели в команду Стикса?

Инге прекрасно умела считывать, как мимику, так и язык человеческого тела. И сейчас увидела, что парень вздохнул с облегчением. Если переводить его жести в слова, то прозвучало бы что-то вроде: «Ну вот и хорошо, не придется долго объяснять».

— Хотим убить твоего отца, Стикса и всех функций. — ответил он. И добавил с дурашливой улыбкой. — Если ты не возражаешь, конечно.

Девушка поверила ему сразу. Не потому, что он вызывал доверия. Просто она была очень сильным Аналитиком, и могла прогонять в голове просто гигантские объемы информации. В какой-то степени, как она сама считала, ее дар был больше, чем даже у ее отца. Одна из причин, почему Наблюдатель так хотел ее вернуть.

— Почему я должна тебе верить? — спросила она тем не менее.

— Потому, что ты тоже этого хочешь. — сразу же ответил он. — Слушай, я не хочу давить, но мы как бы в розыске, а ты сюда вроде вызвала охрану и полицию. Могла бы ты это отменить? И мы бы уже спокойно поболтали, а? Можно и через динамик, если опасаешься.

— Твой тип? — на Воина мальчишка не тянул, гибрид, скорее всего. Про это в новостях не было ни слова.

— Ликвидатор. Слыхала про таких? Инга, серьезно! По моим расчетам, до прибытия первой машины осталось две минуты. Решай: мы можем навсегда освободить тебя от твоего предка или уйти прямо сейчас.

Девушка приняла решение еще до того, как парень закончил говорить. Пробежала пальцами по клавиатуре, отменяя вызов охране, подтвердила транзакцию за ложный вызов, и разблокировала замок на парадном входе.

— Иди в зал. Один.

Тем не менее, покидать убежище Инга не спешила. Дождалась, пока визитер пройдет через коридор, войдет в гостиную, и усядется на кресло. Наблюдала за ним через камеры. Получая дополнительные подтверждения тому, что он не врет.

Двигался спокойно, дышал ровно, оглядывался по сторонам так, будто в гости пришел. Перед входом в гостиную, даже остановился у картины, ткнул в нее пальцем и спросил, задрав голову к потолку.

— Подлинник?

— Да. — гость разглядывал «Поле маков» Моне. Картину удалось выкупить сразу после ее похищения из питерского Эрмитажа.

— Бешенных денег, наверное, стоило. — парень к этому времени добрался до кресла.

— Я хороший Аналитик.

— Ага, в папку, я понял. Инга, давай проясним. Ты хочешь избавиться от отца? Судя по тому, как ты нас встретила, очень. Могу помочь.

— Многие пытались, Денис. — девушка дала понять, что знает с кем говорит. Это должно было усилить ее позицию на переговорах.

— С помощью Гугла — богоподобен. — больше для себя и не очень понятно отозвался тот. Добавил уже для собеседницы. — Я не «многие», Инга. Я смогу. Даже без твоей помощи, но это будет дольше. А у меня сроки поджимают.

— Опаздываешь на выпускной?

— Мир спасаю. — просто ответил парень.

И девушка, читающая его лицо и тело с многочисленных экранов, вдруг отчетливо поняла, что он сказал правду.

Эпизод 22. Наблюдатель

Где найти своего отца, Инга не знала. Вообще, было бы странно, если бы дела обстояли наоборот. Соратник Стикса полностью, без скидок на кровное родство, был помешан на личной безопасности. И анонимности.

Но при этом, какая-то кроха родительского гена (или что-то подобное) в нем еще теплилось. А может надежда на то, что однажды Инга устанет скрываться, сглупит, да и наберет папкин номер. В общем, на такой крайний случай он оставил дочери способ связаться с ним. С многоступенчатой системой защиты, полностью им контролируемый, и позволяющий не только отследить отправителя, но и самому остаться незамеченным. И Инга решила им с нами поделиться.

Не сразу, конечно же. Мы долгих два часа беседовали с девушкой в гостиной через аудио устройство, прежде чем хозяйка дома-крепости решила, что мне можно верить и покинула подземную капсулу. Потом еще часа три болтали уже толпой, в основном демонстрируя дочери Наблюдателя возможности Структуры и сопряжения.

И когда солнце поднялось уже достаточно высоко даже для самых отъявленных «сов», пришли к определенному соглашению. Она выдает нам возможность связаться с ее отцом и участвует в первом этапе переговоров с ним, мы же обеспечиваем ей гарантию того, что больше папенька дочку не побеспокоит.

Кто-то, возможно, назвал бы Ингу той еще стервой — сдать собственного отца каким-то «неуловимым мстителям», заявившимся ночью без приглашения. Но не я. Во время демонстрации сопряжения, я тоже смог заглянуть в ее разум (нужно же было убедиться, что это все не ловушка), и пришел к заключению, что некоторым детям лучше расти без отца с самого рождения, чем иметь такого.

Вот вам вырванный из контекста факт, один из немногих. Желая «разогнать» способности Инги, и сделать ее более эффективным орудием, он использовал на ней некоторые техники, доставшиеся от функций. Конкретно — подавления личности. Фактически, этот монстр в человеческом обличии был готов «встроить» ее вычислительные мощности в себя. Создать из себя и из нее стремненькое и гротескное подобие Структуры, нацеленной на анализ. Живой компьютер, в котором будет только его разум.

Ну и как девчонку после такого осуждать?

У меня лично больше вопросов вызывал тот факт, что Аналитик Стикса еще рассчитывал на какую-то взаимность! Иначе, зачем бы ему оставлять этот канал связи, который мы намеревались использовать? Впрочем, люди странные существа (чем и сломали цифровые мозги вторженцам-функциям), действующие зачастую полностью игнорирую логику и причинно-следственные связи. Взять хотя бы меня — я же вернулся. Передо мной был весь космос, сотни тысяч планет и миров, а я полетел домой. На что рассчитывал — непонятно…

— Какое-то время придется пожить в бегах. — уже после того, как Инга отправила сигнал-запрос на встречу, напомнил я девушке.

— Я понимаю. — отозвалась она, пакуя самые ценные вещи. К удивлению, их было совсем не много. — Сразу нейтрализовать отца вы не сможете, да и для вашего плана он какое-то время будет нужен живым.

Да, я рассказал ей о том, что собирался сделать. Широкими мазками, но рассказал. Это требовалось для того, чтобы она мне поверила. И про слив информации я не переживал. Поставил небольшой блок — даже пожелай девушка рассказать кому-то, что услышала от меня, просто впадет в кому. Доверие — такая штука, ага. Обоюдная.

— И все это время он должен считать тебя мертвой.

— Не волнуйся, я больше десяти лет живу в бегах. — ухмыльнулась она. — Подготовилась.

Ни капли в этом не сомневался. Один только подлинник Моне как бы намекал на ее возможности и умение приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам. Девчонка точно не пропадет. Даже, я уверен, бедствовать не будет. В самом деле, мало ли на нашей планете замечательных островов в Тихом или Индийском океане? Где море ласково шепчет песку, а в коктейли вставляют такие маленькие зонтики! Эх, я бы все променял на возможность хотя бы недолго там пожить!

— Ну и хорошо. Тогда, прощай.

— Прощай. И… Спасибо.

Перед уходом Инга быстро поцеловала меня в щеку. Чисто платоническое выражение благодарности человеку, который пообещал убить ее отца. Да, мы люди — капец какие странные существа!

Удивительно было не это, а то, как отреагировала на этот жест Инги Ира. Спокойно. Все-таки незаметные правки ее эмоций в отношении меня, принесли свои плоды. Потихоньку-помаленьку девичья влюбленность ушла, уступив место сестринской или дружеской привязанности.

— Ладно, народ. — обратился я к своим, когда хозяйка дома покинула нас. — Готовность номер ноль. Курьеры от Ингиного бати могут прибыть в любой момент. Не расслабляемся!

И завалился спать. Третьи сутки на ногах, так-то. А подежурить возле пульта безопасности могли и другие. Первой, к слову, вызвалась Княжна. Добровольно, чтобы вы понимали. Все-таки, с каждым днем наша команда становилась все больше и больше похожа на семью.

Несмотря на усталость — а новусы тоже выматываются — сон долго не шел. Ворочаясь в спальне, я снова и снова крутил в голове все элементы плана. ЧТо уже сделал, что еще предстоит. Пока все выглядело выполнимо.

Всколыхнуть преступное сообщество России (хотя, главным образом, Москвы и центральной части страны) — сделано. Старые лидеры схватились за власть с новыми претендентами, логистические цепочки разрушились, выстроить новые в воцарившемся хаосе не представляется возможным.

Как результат, Козыри — из тех, кто играет на руку функциям — теряют большую часть своих возможностей. Как и сами функции. Планирование новых акций затруднено, большая часть усилий тратиться на то, чтобы просто выжить, не попав под лупу копам или военным — о каком вредительству режиму в таких условиях можно говорить?

Неуправляемый бардак. Хотелось бы сказать — управляемый хаос, но он ведь не бывает управляемым, да. Ты можешь только надеяться на то, что в мутных водах поймаешь свою пользу. И не утонешь. Вот и все.

Но, как бы там ни было, а процесс я запустил. Функции запустили этот режим — «никто не в безопасности» — я лишь творчески развил идею, распространив ее с властных институтов на криминальные.

Следующий шаг заключался в том, чтобы найти выход на Стикса. И это почти сделано. Сейчас Наблюдатель получит сигнал, отправит людей проверить дочка ли письмо прислала. Их возьмем мы. Пройдем всю цепочку отдачи приказов — при любом другом противнике, за исключением меня, это бы не сработало — и выйдем на Аналитика. Сформируем ему предложение, от которого он, точнее, его босс, не сможет отказаться. И — второй чек-пойнт пройден!

После этого останется лишь два крупных этапа: космос и чуаны. Масштабно, но уже не так уж и невыполнимо. Во всяком случае с ресурсами Стикса, и его связями (а также, при полном попустительстве полицейских сил страны). Смешно, но самыми трудными в реализации были именно первые шаги. А ведь противостояли нам обычные, в сущности, банальные бандиты.

Причем, с космосом, точнее с низкой земной орбитой, по моим прогнозам будет даже проще, чем с чуанами. Там всего лишь техника, а сосуды — это человеческий фактор. Всегда хреново просчитываемый и слабо прогнозируемый…

— Не можешь заснуть?

В спальню Инги, которую я беззастенчивым образом занял, скользнула Кукла. Ее приближение я ощутил и в Структуре, и в реальности, но в сигнальной таблице девушка являлась полностью своей, так что внимание на это я не обращал до последнего момента.

— Есть такое. — пожаловался напарнице. — Иногда кажется, что пуля так и осталась в моей голове. Уже и тело другое, а вот… Даже скучаю немного по тем временам, когда вы с девчонками меня в перезагрузку отправляли!

— Я и сейчас могу это устроить, знаешь ли.

— Знаю. Но не нужно. Лучше… Вот что — побудь со мной, ладно? Просто посиди рядышком?

Короткий смешок. Забавно ей. А мне вот смешно, что я смотрю сейчас в лицо почти незнакомой женщине — ну сколько я ту Галину Иванникову знал? — а вижу Куклу. Ту, первую. В образе которой она потом много лет жила в моей голове.

— По головке погладить?

— Не, ну не настолько все плохо!

— У меня есть идея получше.

Дверь за спиной Куклы щелкнула замком — вот, все-таки, Инга параноик! Даже в спальне такие запоры стоят, что и Воину придется немного времени потратить, чтобы их сломать. С другой стороны — это секунды жизни, так что «параноики выживают».

Стукнула об пол кобура, отстегнутая с пояса. За ней отправилась куртка, белая футболка и лифчик. Я с некоторым обалдением смотрел на этот внезапный стриптиз, который напарница вдруг решила мне устроить. Когда на роскошном теле кубанской бизнесвумен — а там было на что посмотреть! — не осталось ни клочка ткани, я, наконец, смог сглотнуть и нерешительно произнести:

— Точно?

Для протокола: я спрашивал про сопряжение! Только про него! Ну, это ведь совсем по-свински, устраивать такую встряску эмоционального и гормонального характера, транслируя ее на кучку подростков за стеной. А отключаться без объяснений — так они тут же сами начнут в дверь ломиться. С криками — что происходит?

— Я всех предупредила. — томно улыбнулась Кукла, медленно, буквально завораживая меня каждым своим движением, шагая к постели. Мне оставалось только не отрываясь смотреть на волнующе покачивающуюся грудь. — Никто не против, можешь распускать связь.

«Ага! Мы не собирались подсматривать!» — скользнуло сразу несколько окрашенных в веселье мыслей.

«Школота озабоченная!» — отправил я напоследок сообщение Структуре, и мягко разорвал связь.

— А ты чего еле двигаешься, а? — уже Кукле. — Тут от дверей от силы метра четыре, а ты уже полчаса к кровати идешь!

* * *

От первого посланца Наблюдателя до самого Аналитика выстроилась довольно длинная цепочка. Семь человек, каждого из которых пришлось буквально выпотрошить (в ментальном плане, конечно же!), чтобы получить нужное имя следующего звена. Так, двигаясь довольно быстро, мы за неполные двое суток добрались до отца Инги. Находящегося — физически — в культурной столице империи, Санкт-Петербурге. Большую часть времени заняла дорога.

Кстати, деталь, которая мне не давала покоя с момента возвращения. А почему при регрессе до уровня девятнадцатого века, новое дворянство империи и столицу не перетащило? Символично же было бы, да? Впрочем, пофиг. Это просто отвлеченная мысль была.

Итак, Наблюдатель. Он, попытался уйти, да. В какой-то момент, теряя связи со своими людьми, он понял, что за ним идет кто-то по настоящему опасный, и решил было валить, но банально опоздал. Перемещение, безопасное, конечно же, такого лица, как соратник Стикса, было подготовлено, но вот беда — только в одном направлении. В сторону Финляндии.

С которой, буквально за сутки до этого, вдруг прекратилось морское и сухопутное сообщение. По причине «возросшей опасности террористической атаки», как говорилось в релизе пограничного ведомства. Всего одно текстовое сообщение нужному человеку…

Нет, так-то он мог уходить и в сторону Пскова, и по направлению на Таллин. Мог. Но мы здорово взбаламутили застоявшееся болото российского криминала — чек! — и это было слишком опасно для фигуры уровня Наба.

В итоге мы перехватили его буквально «на чемоданах». Нейтрализовали охрану, после чего я сделал приглашающий жест к креслу. Поговорим, мол.

Наблюдатель оказался заметным мужчиной, на вид лет сорока. Высокий, около ста девяносто сантиметров, при этом худой, как жердь. На вытянутом лице доминировали две детали: тяжелая нижняя челюсть и большой мясистый нос. Прямо скажем — не красавец. Еще и с плохими зубами — не гнилыми, а неровными, растущими, как бог на душу положит. Это выяснилось, когда он открыл рот и заговорил.

— Зачем я вам понадобился? — без всяких эмоций оглядывая побоище, устроенное в гостиничном номере спросил он. Приглашением сесть, к слову, он воспользовался. Понимал, что нам он не противник.

— Есть дело к твоему господину. Стиксу. — я тоже не стал подводить издалека.

— Я его не сдам. Не смог бы, даже, если бы и хотел. Мы не знаем о местонахождении друг друга, это вопрос безопасности. Так что, потрошить меня, как ты сделал с моими людьми, не выйдет.

Умный тип. Сразу все понял. И про дочку не спросил.

— Никто и не будет тебя потрошить. Ты сейчас меня выслушаешь, а потом сам свяжешься с боссом. И тот назначит встречу.

— Смешно.

Следующие несколько минут я выслушивал анализ того, почему этого никогда не произойдет. Наблюдатель отслеживал мою группу с момента побега из НИИ, что не удивительно, и тогда был убежден, что мы действительно жертвы произвола властей. Теперь же, общаясь со мной, он сделал другой, почти правильный вывод. О том, что наше бегство и последующие акции, являлись лишь прикрытием. Изначально нацеленные на то, чтобы найти Стикса.

— Одна ошибка. — я его не перебивал, дослушал до конца. — Такое случается даже с лучшими Аналитиками, не расстраивайся. Свою ты допустил в самом начале, в мотивационной части.

— Мне было бы интересно узнать, в какой?

— В той, где я и моя Структура выступает на стороне императора.

— А это не так?

— Ты даже представить не можешь, насколько не так.

Говоря это, я приблизился к пленнику, положив руку на его плечо, ближе к шее. Он едва заметно вздрогнул. И напомнил.

— Это не поможет. Насколько бы ты не был силен в Чертогах, я просто не знаю того, что ты ищешь.

— О, я вовсе не собираюсь тебя ломать, Наблюдатель! — дурашливо улыбнулся я. — Наоборот, хочу тебе кое-что показать. Ты не против?

— Как будто у меня есть выбор.

— Да, тут ты прав. Выбора у тебя нет.

В следующий миг Аналитик провалился в омут моих воспоминаний. И за несколько минут прожил всю мою долгую жизнь. Включая первые дни в теле Дениса Пичуги. Но не дальше. Того, что произошло после, ему было знать не нужно.

Мужчина вернулся в реальность дрожащим и мокрым от пота. В его взгляде, поднятом на меня, был чистый, ничем не замутненный страх.

— Понимаешь теперь, насколько мне плевать на эти ваши империи?

Короткий кивок. Да уж, дядьке нужно время, чтобы прийти в себя. Каким бы полным не был его контроль, увидеть подобное, очень сильное потрясение.

— Но так уж совпало, что какое-то время нам по пути. Стикс хочет свергнуть Стрельницкого. Прекрасно, мне император тоже мешает жить спокойно. При этом, твой босс сделал ставку на функций. Тактически это было верным решением, но с точки зрения долгосрочной стратегии: идея — полное дно. Союзники они такие себе. Особенно теперь, после того, как узнали, что из дома никто не прилетит на помощь. Они — последние функции в галактике. И выжили только потому, что не были подключены к общей сети. Однако, тут есть нюанс. Из сотрудничества с ними Стиксу уже не выйти. Живым, я имею ввиду. Ты же его Аналитик, понимаешь, что я прав, да?

— Понимаю. — на этот раз он ответил вслух. А быстро он в себя пришел. Уважаю. Точнее, уважал бы, не знай, кто он такой. Но самообладание и контроль действительно потрясающие.

— Ну так вот. У нас получается что-то вроде патовой ситуации. Сейчас функции больше используют Стикса, чем он их. И избавится от них твой босс не может. А я — могу, ты видел как. Так почему бы нам, как говаривали в прошлом, не объединить бренды, а? Стикс с помощью функций уничтожает Стрельницкого, при желании — занимает его место. А я, пользуясь его связями с пришельцами, уничтожаю их. Твой начальник получает свободу и власть…

— А ты?

Нет, он и правда хорош! Мы так недолго общаемся, а он не просто сумел оправиться после ментального просмотра эпической саги «Лях — Разрушитель Миров», но и пытается просчитывать ситуацию.

— Жизнь. — честно, действительно честно ответил я. — Жизнь, в которой у меня есть все, и нет памяти о том, что я совершил. Ты же понимаешь, что с этим довольно сложно жить?

Эпизод 23. Договор с врагом

Первая встреча со Стиксом прошла удаленно. Что, в целом, логично — мы же тут все так друг другу доверяем! Прямо в гостиничном номере, где мы его настигли, Наблюдатель создал защищенный канал связи. Ткнул пальцем в экран планшета. Оттуда мне улыбнулся анимированный смайлик, стилизованный под череп с костями с пиратского флага. Мило. Славная отсылочка.

Первым делом мой пленник отчитался начальству. Так, мол, и так, был захвачен при попытке бегства, требуют переговоров. На другом конце линии его выслушали молча, лишь в конце сказали: «Хорошо» и «Он здесь?» После этого разговор уже начался со мной.

— Ликвидатор? — произнес динамик. Голос, естественно, проходил через многочисленные фильтры, чтобы потом никто не смог его опознать.

— Он самый. — отозвался я. — А ты, значит, Стикс? Рад знакомству. Хотя, мы с тобой уже один раз встречались.

— Гимназия.

— Верно. На разных этажах, не видя друг друга, но именно так нас жизнь с тобой и свела.

— Что ты хочешь?

Правильный подход. Деловой. Ну, мало ли, что мы враги? Что толку сотрясать эфир, угрожать или, тем более, обижать собеседника. Спроси его лучше — зачем они пришел. Может ты с этого какую пользу получишь.

— Сказал бы, что того же, что и ты, но это было бы враньем. — не знаю, как меня транслировала камера планшета, может тоже какой-нибудь анимацией, но на всякий случай я улыбнулся. — Но часть задач у нас общая.

— Ты служил Стрельницкому.

— Очень сильно сказано. Я адаптировался к окружению, находясь в теле пятнадцатилетнего пацана.

— Спас его во время последнего покушения.

А, нет. Поспешил. Совсем не деловой подход. Больше похоже на обиженку какую-то. А помнишь тогда, в пятом классе, ты мне кнопку на стол подложил? И это террорист номер один? Или он специально меня провоцирует?

— Спасал я в основном себя. Не думаю, что придурки отправленные убивать императора, пощадили бы остальных. Тебе не кажется, кстати, что у нас как-то не так разговор начался? С претензий? У меня их к тебе тоже много, но я как-то не спешу их озвучивать.

— В чем твоя выгода?

— Незакрытый гештальт. Я, знаешь ли, не добил некоторое количество функций. Пойдет такой мотив?

Пару минут висела тишина. Наблюдатель сидел в соседнем кресле совершенно неподвижно, даже глазами не двигая. Жутковато. Моя команда частью находилась здесь же, частью контролировала подходы к зданию. Им слушать переговоры было не нужно — сопряжение Структуры это вам не рация на полупроводниках.

— Мне это зачем?

Измененный фильтрами голос, казалось, содержал издевку. Скорее, это я ее в него вкрутил. Ну и ладно! Обстоятельно, куда более подробно, чем в беседе с Наблюдателем, я объяснил Стиксу почему считаю, что он тоже хочет избавиться от функций. Точнее, сперва использовать их, как оружие против императора, а потом уже уничтожить. Все, как он и хотел с самого начала, но попал в зависимость от пришельцев, и не смог.

— Сила нашего противника не только в технологиях. — сказал я в завершении. — Еще и в условном бессмертии с сохранением памяти. Убить функцию или Структуру в их телах недостаточно. Они просто перенесутся в новое, подготовленное тело. И снова вступят в бой, при этом узнав все что нужно о причинах поражения. Но это же и является главной слабостью пришельцев. По крайней мере здесь, на Земле.

— Ты хочешь уничтожить чуанов? — судя по вопросу, он и сам об этом думал. И не раз.

— Зачем? Это просто люди. Даже не так — это целая армия людей, генетически не уступающую типам пятой ступени. Их можно и нужно использовать. Ты в курсе локальной сети функций? Маяки или, как еще называют, Шпили?

— Да.

Лаконичный ты мой! А знаешь ли ты про…

— То, что они связаны с объектами на низкой орбите ты тоже в курсе?

Еще сразу после Вторжения, функции начали строить Маяки. Тогда, первый раз столкнувшись с этими биоконструкторы (а они их натурально из людей делали), я решил, что эти штуки нужны для связи с родиной. Ну, чтобы, значит, отправить е-мейл в метрополию о провале очередной колонизации и своем бедственном положении.

Но потом выяснил — сами же функции и рассказали — что Маяки нужны вовсе не для этого. Здоровенные шпили из металла и плоти были нужны для создания устойчивой локальной связи между Структурами на захваченной территории. И — для захвата сущностей погибших модулей, с последующим их внедрением в новые тела.

Другими словами, функций на Земле — ограниченное количество. Много, но популяция не способна к восстановлению. Поэтому, при утрате тел — в бою ли или при естественном износе, они просто перемещались в новые вместилища. Со всеми своими знаниями и полученным в предыдущем воплощении опытом.

Но Маяк лишь накрывал определенную территорию. И не мог дотянуться до тех земель, где подобный биоконструкт установлен не был. С Китаем и Африкой все понятно было, там они могли без проблем строить все, что хотели. А городить башни из человеческого мяса посреди Европы, Америк и России им бы никто не позволил.

В связи с чем возникала проблема. Сложившееся положение дел позволяло функциям играть лишь от обороны. Любые наступательные действия для них выливались бы в потери, которые они не могли бы восстановить. Понятно, что мириться с этим пришельцы не могли. И нашли-таки выход.

Космос. Спутники на низкой орбите, которые были способны улавливать сигналы Шпилей. И таким образом накрывать всю планету локалкой функций.

— Функции не имеют объектов на нижней орбите.

Впервые в голосе Стикса я уловил растерянность. Понятно, что скорее угадал, чем услышал, но и это дорогого стоило. Прямо музыка для ушей: «Это ведь не правда? Скажи, что это неправда!»

— Ха. Ха. Ха. — после этого я выдержал некоторую паузу, и продолжил. — Действительно, согласно договору между Альянсом и Иерархией от 2023 года, все космические объекты, принадлежащие ранее КНР, были переданы людям или уничтожены. А Иерархии было запрещено запускать новые спутники под угрозой объявления войны. Но есть нюанс. Видишь ли, никто из лидеров тогдашнего Альянса и предположить не мог, что данный запрет можно обойти с помощью людей. И благодаря этой лазейке сегодня в небе над нами кружит десятка полтора спутников, которые принадлежат разным странам, но имеют на борту шпионское оборудование, которое позволяет функциям удаленно пользоваться этими космическими объектами.

— Это точная информация?

— Да, я провел определенное исследование. И могу назвать тебе каждый объект на нижней земной орбите, который служит целями Иерархии. Страна, профиль, год вывода на орбиту, угол наклона, скорость движения и даже полные технические характеристики. Чего, понятно, делать не буду — мы же еще не союзники.

Снова пауза. Теперь Стикс осмысливал сказанное мною. Сеть шпионских спутников функций — это очень серьезный козырь для кого бы то ни было. А уж, простите за каламбур, для Козыря, который воюет с режимом, тем более. Это же можно такие вещи творить, если получить доступ к управлению спутниками! А как крепко пришельцев-союзников за причиндалы держать!

Короче говоря, вот теперь я завладел его вниманием. Тут, правда, был один тонкий момент. Точнее, вопрос, который он мог задать. Типа, а как так вышло, друг любезный, что никто — даже я! — об этом ничего не знает, а ты такой появляешься и вытаскиваешь данные факты из шляпы, как какой-то фокусник?

Ответ у меня имелся. Нормальный ответ, а не правдивый. Я Ликвидатор, который зачистил всю галактическую Иерархию. И впитавший в себя все знания этого почти погибшего вида. Я просто прочел это в локальной сети, куда имел одноразовый выход.

Чушь, но должно было прокатить. Однако, все вышло даже лучше. Ни Стикс, ни Наблюдатель данный вопрос даже не подняли. Наверное, сами все додумали — ну, типа, это же Ликвидатор, который уничтожил всю… ну и далее по тексту. Репутация — великая вещь!

— Твои предложения?

— Захватить их, конечно же! — я даже руками развел, мол, а что еще делать с вражеской техникой. — Захватить, с помощью локальной сети подмять чуанов, и их руками уничтожить наших врагов.

Когда «план» был озвучен, я сам немного сморщился. Звучало… ну, как-то по-детски немного. Так бывает, когда работаешь в голове с огромным массивом данных, учитываешь множество переменных, держишь в памяти невероятное количество смысловых оттенков, а потом тебя вдруг спрашивают — о чем думаешь? И ты такой — о спутниках функций!

На самом деле, все, конечно же, было не так просто. Но для старта договоренностей — сойдет.

* * *

Тертый жизнью калач (это я про Стикса, если что) ожидаемо отказался от личной встречи. Но на сотрудничество, пока разовое, согласился. Я примерно понимал, на что он рассчитывал. Сделать моими руками работу, забрать результаты и самому воспользоваться ими на полную катушку. При этом, он был полностью убежден, что и я исхожу из тех же соображений. В чем был прав. Издержки договоров с врагом, ничего не поделаешь.

Меня, впрочем, это полностью устраивало. Ведь на одну акцию, я получал доступ почти ко всем ресурсам Козыря. Его людям, деньгам и технологиям — всему тому, что не связывало меня ни с одним из государств и полностью развязывало руки. Одно дело, когда управление спутниками разных стран проводит какое-то государство. Это акт агрессии и повод для войны. И совсем другое, когда контроль над объектами на низкой земной орбите перехватывает злодей-террорист.

А вот когда это произойдет, мы со Стиксом должны были встретиться лицом к лицу, ударить по рукам, и повести свои легионы… К светлому будущему. На этом рандеву он попытается меня убить, ожидая, что я тоже предприму подобную попытку.

Ну и ладно. Мне ведь главное до спутников добраться. Операцию будут осуществлять его люди, но мои будут их контролировать. А те — моих. Но и тут имелся нюанс, про который террорист номер один пока не знал. Возможность захвата.

Операцию планировали недолго. Да и что там было тянуть? Объекты мне известны, что делать — понятно. Осталось только дождаться приезда всех специалистов в одну точку (я наотрез отказался вести дела с ними на удаленке) и можно было начинать. Выдать цели, выжить на фазе контроля кодов доступа, и, в зависимости от того, как пройдет предыдущий этап, выстраивать дальнейшие отношения.

Ну, по крайней мере, Стикс считал, что так все будет. Наблюдателя же он оставил нам, как координатора проекта. А тот, в свою очередь, подтянул (незаметно для нас, ага) боевиков в Питер.

Все это заняло пять дней. Пока Наблюдатель подыскивал место для работы и обеспечивал безопасность, я успел поработать с его людьми. Вложил в каждого из них «закладку», которая в нужный момент заставит их — нет, не сменить сторону, это было слишком сложно сделать! — совершить ошибку. Зависнуть, задуматься, запаниковать. В общем, совершить любое действие, которое даст нам дополнительный шанс.

И вот час «Ч» настал.

* * *

— Первый защитный протокол пройден.

— Вирус запущен.

— Беру объект «Д».

— Рано, захват всех объектов должен произойти одновременно. Группа «Д» — ожидайте остальных.

— Черт!.. Ладно, принято!

Напряжение в воздухе на последнем этаже недостроенного паркинга, расположенного на окраине Санкт-Петербурга, можно было резать ножом. Пятнадцать групп хакеров-ломщиков собрались тут, разделенные простыми офисными перегородками — большинству, как оказалось, «не работалось» в больших открытых пространствах. Прямо по полу, под ногами охранников, змеились толстые силовые и оптико-волоконные кабели, обеспечивая заброшенное здание электричеством и невероятной для этого района пропускной способностью в сеть.

Заброшка буквально «светилась» от вложенных в нее сил и средств. И это, рано или поздно, должно было привлечь внимание властей. Наблюдатель, работавший над акцией вместе с Хакершей и Куклой, прогнозировал, что заметят нас минут через двадцать после первого подключения. Поэтому на все про все мы отвели пятнадцать. Треть этого времени уже прошло.

Кроме ломщиков в здании присутствовала вся моя Структура и вдвое большее количество боевиков Стикса. Торгуясь, мы пришли именно к такой численности. Она гарантировала, что ни одна из сторон без больших потерь не сможет кинуть другую.

— Объект «И» — защита снята.

— Объект «З» — защита снята.

— Объект «С» — защита снята.

— Ждем, мальчики и девочки! Ждем!

— Активность на защитном периметре объекта «В». Индийский ЦУП заинтересовался, что творится с их спутником.

— Группа «О», помогите с «В». Обрушьте им там все на ЦУПе.

— Работаем.

Все шло более-менее по плану. Хакеры взламывали один защитный протокол за другим, но пока, даже имея такую возможность, не пытались получить полный контроль над спутником. Каждая группа, взломавшая защиту, сейчас напоминала домушников. Которые вскрыли парадную дверь дома, разобрались с сигнализацией, после чего замерли на входе.

Те, чья квалификация это позволяла, помогали другим, столкнувшимся с проблемами. Такими, например, как невероятная бдительность какого-то оператора-индуса из тамошнего Центра управления полетами. Здесь они не церемонились, обрушивая им все — вырубали свет, отключали резервные источники питания, активировали пожарную сигнализацию. Лишь бы только отвлечь, подарить другим группам еще одну лишнюю минутку, чтобы обойти защиту спутников.

— Объект «О» — защита снята.

— Объект «Ф» — защита снята.

Когда пали бастионы последнего «инфицированного» функциями спутника, в зале повисла напряженная тишина. Только гудели серверные шкафы по периметру. Ломщики не знали всей подоплеки происходящего, большая их часть здесь была простыми, хотя и очень высокооплачиваемыми наемниками. Их услуги купили, объяснив лишь задачу — захватить управление над пятнадцатью спутниками, висящими на низкой орбите Земли. А потом — полностью переписать программное обеспечение, чтобы владельцы больше никогда не смогли вернуть над ними контроль.

Кого-то привлекла баснословная сумма гонорара, кого-то — грандиозность и дерзость замысла — ломщики, даже самые маститые, потрясающе амбициозны. Но никто из них даже не догадывался, что работать им предстоит под надзором двух группировок. И обе они не верят друг другу ни на йоту.

Но напряжение хакеры чувствовали. И поэтому, доверяя скорее инстинктам, позволившим им так долго прожить в этой профессии, чем разуму, замолчали ровно в тот момент, когда была снята защита с последнего объекта. Ожидая того, что произойдет дальше.

— Захват. Все одновременно. У нас минута на заливку нового софта и еще одна — на его активацию. Давайте, ребятушки, работаем! Работаем!

Первые доклады об успехах стали поступать уже через несколько секунд. Скорость соединения была высокой, так что ничего удивительного. К исходу первой минуты об уходе оборудования спутников в перезагрузку отчитались все группы. На середине второй, на удаленный облачный сервер, контроль над которым был у меня и у Стикса, полетели первые коды доступа к захваченным, уже нашим, спутникам.

И, честное слово, если бы Козырь не сделал бы первого шага, я бы, в свою очередь, тоже не стал бы этого делать. В конце концов, вся эта агрессивная переговорная стратегия — ну не мое! Для человека, видевшего так много смертей, нет ничего приятного в том, чтобы отправить на тот свет еще пару десятков людей.

И вообще, я был бы не против и дальше сотрудничать со Стиксом. Понимал, что это маловероятно, однако, не возражал. Но, не судьба. Он свой выбор сделал. Продукт своего окружения и эпохи, никому не верящий, разменивающий жизни, как монеты во имя своей «великой» цели — он просто не мог поступить иначе. И когда последний файл с данными успешно загрузился на облачное хранилище, его люди начали действовать.

Одни — незаметно. Находящаяся где-то на другом конце Земли или в этом же городе, группа ломщиков сразу принялась копировать данные с облака в какое-то другое место. Чему оперативно помешали мои люди — Кукла с Хакершей. А пока эти бойцы невидимого фронта бились между собой, в игру вступили боевики.

Точнее, попытались вступить. Двинулись, поднимая оружие и смещаясь так, чтобы не перекрывать сектора обстрела другу другу. И внезапно замерли, парализованные, когда под сводами помещения раздался мой голос.

— Вы слышите меня, бандерлоги?

Ну а что? Хорошая же фраза-активатор! Шансов, что из этого поколения ее кто-то сможет распознать, равнялась, ну пусть не нулю, но очень близкому к нему значению.

Эхо моих слов еще не затихло, а гуки уже резали их. Я же, не отвлекаясь, повернулся к Набу. Крутанул в руке короткий клинок и виновато улыбнулся.

— Дочке твоей обещал. Сорян, мужик.

Эпизод 24. Парящие горы

— Договоренность была другая.

— Ага.

— Ты нарушил соглашение.

— Ага.

— С самого начала собирался так поступить?

— Ага. Как и ты. Слышал такую поговорку: «Вор у вора украл дубинку?» Ты собирался меня кинуть, я это понимал, ты это понимал, я понимал, что ты понимаешь, что я понимаю…

— Я сообразил, спасибо. Незачем так подробно.

— Тогда без обид?

— Наблюдателя обязательно нужно было убивать?

— Увы. Обещал.

Стоило нам уйти с добычей из той заварушки на парковке, как Стикс оперативно и без всяких сложностей связался со мной через планшет Наба. От которого я не стал избавляться. Предполагал, что Козырь так поступит. В конце концов, приз был очень вкусным — свобода от функций, да еще и власть над страной. Потенциально. От такого не отказываются из-за всяких глупостей, вроде гибели нескольких наёмников.

Тем более, что все ломщики ушли живыми. С зачищенной памятью за последние несколько дней, но это ведь, согласитесь, гуманнее, чем убивать. Не то чтобы для того же Стикса это имело какое-то значение, просто еще одно послание после случившегося конфликта — я не монстр и не отморозок. Ты хотел меня использовать и кинуть, но я был к этому готов и смог тебя опередить. Какие претензии?

Коды к захваченным спутникам у меня, а не у него, понимание какие шаги делать дальше тоже, так что — велкам, фигли! Договаривайся по новой. Я не против.

— Что дальше?

И Стикс решил договариваться.

— Чуаны. Что ты знаешь об их резервациях?

«Запасных людей» функции держали в изоляции. Полной. Согласно данным всех мировых разведок, хоть сколько-нибудь продвинувшихся в этом вопросе, сосуды жили в замкнутых социумах, чем-то похожих на убежища из «Фаллаута». Не всегда под землёй, но в полной убежденности, что являются последними людьми на планете, которая пережила третью мировую войну. Ядерную. Со всеми сопутствующими элементами в виде радиации, мутантов и беззакония в Пустошах.

А они, стало быть, последняя надежда человечества, чистые люди, которым очень скоро, предстоит выйти на поверхность или за периметр силового поля, и возродить вид. О том, что они всего лишь овцы в загоне, которых разводят на мясо — в самом прямом смысле этого слова — никто из них, естественно, не знал. Но, наверняка, догадывался. Невозможно же столько лет держать людей в дураках, и чтобы за это время никто так и не догадался об обмане.

Взять те же «изъятия тел» — на продажу или под замену потерявшему свое функции. Это в любом случае будет привлекать внимание — вот был дружище Ван, а потом за ним пришли, и больше его нет. Да, коммуне наверняка толкали какую-нибудь патриотическую дичь — участием в научном проекте, разведкой Пустошей или даже обменом генофонда между убежищами — для снижения вероятности близкородственных связей. Но вопросики просто обязаны были оставаться.

Ну а раз функции принципиально нового решили не придумывать, просто взяв наши же книги, фильмы и игры на заданную тему и переработали их под свои задачи, держа под контролем сотни миллионов людей, то и мне было не грех воспользоваться шаблонами. То есть — устроить восстание. Точнее даже — Восстание!

Да, я хотел превратить чуанов в солдат. И что такого? Их всех так и так ждала бы смерть, так пусть ею они хотя бы послужат своей родине — Земле, а не пришельцам, которых я не добил. К тому же, потеря «ресурса восполняемой живой силы» не просто ослабит, но и нанесет серьезный удар по возможностям захватившим часть планеты вторженцам.

Но для того, чтобы все правильно сработало, нужно было поднять на борьбу сразу все резервации. Вообще все, что были. Про большую часть я знал — не зря же заседал две недели, чтобы подготовить план. Но про некоторые — «особые хранилища материала», разведслужбы хоть и знали, но не имели никакого понятия, где они находятся.

Помочь с этим мне мог Стикс. Как один из самых «перспективных» покупателей, он явно владел этим вопросом.

Так и оказалось. После разговора с ним, на виртуальную карту в моей голове добавилось еще целых шесть меток. Но особо меня интересовала только одна. Резервация заготовок под Лидеров. Их, как оказалось, «выращивали» отдельно. В свое время, когда «сотрудничество» с функциями у террориста номер один только набирало обороты, он и сам рассматривал возможность нанесения удара по этому важному ресурсу. А потом все как-то закрутилось, не до того стало. Ага, в жир обеими ногами влетел — закрутилось у него!

Что примечательно, жили заготовки под Лидеров не скученно, а крохотными деревеньками общинами в одном из самых труднодоступных мест Китая — в Парящих горах. Когда-то, в мое время, это была настоящая туристическая Мекка. Прекрасные, совершенно неземные виды, полное растворение в первозданной природе, реальное ощущение опасности, когда ты пробираешься по узкой тропке, а землю под ногами даже не видно — она скрыта облаками.

Теперь же туристов в Поднебесной поубавилось, и местечко оказалось безлюдным. Но не совсем. Функции нашли ему применение. Взяли по одному Лидеру, набрали под каждого по сотне крестьян, и заселили в этакие этно-деревеньки. С укладом жизни, как в настоящем средневековье. С тяжелым трудом. И старостой, который понятия не имел, что является всего лишь временно живущим клоном.

Причем, здесь особая ржака, Лидер и не считал себя обычным человеком. Он был — вот в этом месте я натурально под стол свалился — бессмертным даосом. Который владел магией, и волею судеб, заботился о несчастных выживших — остатках человеческой цивилизации, спасшихся в горах.

Между деревеньками даже связь существовала, налажен обмен продуктами и информацией, но за пределы гор эти несчастные люди не выбирались уже десятки лет. А когда приходило время забрать Лидера, он «просто уходил в горы, чтобы медитировать». Откуда либо не возвращался, либо приходил совсем другим — помолодевшим и ничего не помнящим. Кроме того, что он бессмертный даос, который должен заботится о людях.

Короче, функции очень творчески подошли к организации фабрики Лидеров, прямо вот шляпу снимаю. И добраться тяжело, и одним ударом не уничтожить. Сутками будешь по горам лазить, пока одну деревню найдешь, а там таких десятки, если не сотни раскиданы. Но слабое звено в этой организации все же было. Даже два. Первая — общины между собой общались. И вторая — их старосты были уже нужным образом настроены на сотрудничество с духами. Даосы же!

— Можешь мне помочь попасть в одну из этих деревень?

— Серьезно? — сказать, что Стикс был удивлен просьбой, не сказать ничего. — Ты решил сам проникнуть на территорию противника?

— Так сможешь или нет?

— Но зачем? Ты же захватил доступ к спутникам, и можешь воздействовать через них и Маяки функций напрямую!

— Скажем так. Мне нужно понимать с чем придется работать. Как-то, знаешь ли, не доводилось еще промывать засранные мозги большому количеству людей. И в первую очередь начать нужно с Лидеров. Которые уже сами поведут остальных.

О том, что я планировал внедрить зачатки Структуры в каждого из них, говорить не стал. Мы такие союзники, что со Стикса станется попытаться грохнуть меня на любом этапе. Не нужно давать ему дополнительные возможности.

— Если ты собрался покончить жизнь самоубийством и отправиться в Китай, мне нужны гарантии, что после твоей смерти коды доступа к управлению спутниками, не пропадут, а достанутся мне.

Вот какие союзники у меня… меркантильные.

— Настрою автоматическую передачу данных. — усмехаясь произнес я. — Так сможешь?

— Есть у меня один вариант…

* * *

POV Сянь Годзю (Бессмертный Годзю), староста деревни Нокань (Золотой Лотос в Водоеме)

Вчера вечером охотник Сюй прибежал в дом Годзю со словами, что неподалеку от тропы Тигра он слышал, как гневно ревели духи. Были также всполохи света, и еще слова, смысла которых добытчик не понял. Впрочем он и не скрывал того, что не вслушивался — бежал со всех ног.

С утра пришлось собираться и идти проверять донесение. Может Сюй и придумал все, приняв ветер за слова, а вспышки света за отражение солнца в облаках (в здешних местах бывало и не такое), но в обязанности старосты входило безопасность селян. В конце концов, если духи действительно разгневались — особенно, если это произошло на тропе Тигра — это могло привести к голоду. Проход, вившийся между трех вершин, был не единственным выходом из долины Лотоса, но самым удобным среди них. Сколько придется охотникам тратить времени на то, чтобы ходить за добычей (и доставлять ее), через, скажем, тропу Змеи или Журчащего Ручья, даже думать не хотелось.

Так что Годзю, почтительно называемый жителями деревни Сянь, что значит — бессмертный, собрался в путь еще до рассвета. И к тому моменту, когда солнце уже поднялось над горой Обезьян, был на месте. Неторопливо прошелся по тропе, ища проявления потусторонних сил — известно, что сильные духи способны и камень сдвинуть, и дерево свалить. Но обнаружил совершенно иное. Свежее кострище, угли которого уже хоть и погасли, но были достаточно теплыми. А ведь духи не жгут костры.

«Зато демоны могут!» — подумал староста, увидев, как с пологого склона, от того места, где находится ручей с чистейшей водой, к нему спускается юноша.

Человеком, конечно же, он быть не мог — Сянь Годзю знал всех людей, проживающих в Парящих горах. В своем селении и соседних тоже. Кроме того, оделся незнакомец не как человек, а возрастом был слишком юн, чтобы путешествовать по горам без родителей.

Так что ни секунды не раздумывая, староста сложил пальцами знак, отгоняющий злые силы, и вознес молитву Небесному Императору. Поток чистой силы прошел по его телу через все точки сосредоточения, и выплеснулся демона, подобно прозрачной родниковой волне.

Как и следовало ожидать, порождение Нижних Пределов не смогло выдержать Небесных сил. Отлетел на несколько шагов, но не скинул маску юноши, и даже смог подняться. Слыша его непонятные слова: «Debil uzkoglazii!», которые скорее всего являлись подготавливаемым темным заклинанием, — Бессмертный приготовился нанести новый удар. Но тут демон поднял вдруг поднял руки.

В священных текстах учителя Лю встречались сведения о том, что побежденный в бою демон может сдаться. И даже предложить свою службу победителю. Соглашаться на подобное следовало только будучи полностью уверенным в своих силах, ведь создание Ада всегда желает обмануть жителей мира людей. Однако и преимущества от присягнувшего демона была немалой, а сам факт этой службы мог поднять авторитет Сянь Годзю на недосягаемую высоту среди Бессмертных Парящих Гор. Поэтому староста не стал наносить следующий удар.

— Назови свое имя, демон! — потребовал он. Известно, что открывая свое имя господину, слуга становится зависим от него.

— Ля Ух. — представился тот, однако, сделал это без поклона.

— Принимаешь ли ты мою власть, демон Ля Ух? — твердо произнес староста, давая понять, что миндальничать с посланцем Нижнего мира он не собирается. И наставил на него вытянутую руку, с уже сложенным символом.

Вместо ответа, тот сунул руку в прорезь странной куртки, вытащил что-то похожее на амулет, и прежде чем Годзю успел отреагировать, нажал на нем засветившийся символ. Бессмертный тут же окружил себя Защитой Семи Пределов, но атаки не произошло. Вместо этого коробочка вдруг произнесла на людском языке.

— Ты совсем головой тронулся, узкоглазый?

Известно, что демоны мастера оскорблений, но… узкоглазый? Почему? Что это должно значить и с чего отрыжка Бездны Всех Призраков считает, что его разрез глаз недостаточно широк? У самого-то глаза на выкате, будто у жабы, на которую по неосторожности наступили!

— Ты признаешь свое поражение, демон Ля Ух? — решив не задумываться над бессмысленным оскорблением, снова произнес Годзю. — Знай, я искушен в Пути, и смогу с легкостью сокрушить тебя, если потребуется!

— Это будет сложнее, чем я думал… — вместо ответа произнес демон.

Точнее, амулет, позволявший ему говорить на языке людей. Распахнул свою уродливую пасть, словно собирался проглотить весь мир и… староста провалился во Тьму. Последняя мысль, которая посетила его голову перед этим, была такой:

«Я глуп и самонадеян! Проклятый демон перехитрил меня!»

В себя Бессмертный пришел уже связанным. Лежащим возле того самого кострища, что обнаружил при осмотре. А рядом сидел на корточках демон. Неторопливо поедая какую-то пищу. Он заметил это, наблюдая за своим пленителем сквозь ресницы. Но эта уловка не помогла ему.

— Открывай глаза, человек. — сказал он. — Я знаю, что ты очнулся.

Пришлось Годзю подчиняться. Пока он жив — нужно надеяться на спасение, а значит делать вид, что признал поражение. Вода в реке протекает сквозь пальцы, но способна промыть себе русло даже через горы.

— Ты хочешь поглотить мою ци? — начал говорить староста сразу же, как только распахнул глаза. — Поверь, я слаб, тебе не будет прибытка! Вместо этого, я могу послужить тебе, демон Ля Ух!

— Дурак ты, узкоглазый, и шутки у тебя дурацкие. — снова прошелся по ширине глаз человека посланник Нижнего Мира. — Вот вам мозги промыли, даже не знаю с чего начать! Ты знаешь историю своего мира?

Вопрос был не очень понятным. Мира? Что интересовало демона? О чем он спрашивал? О Гневе Небес, когда покровители из Дворца над Землей сражались с Бездной и проиграли?

— Знаю. — стараясь, чтобы ответ его прозвучал гордо. — Но проигранная битва не означает проигранной войны?

— То есть, про Китай ты не слышал?

— Глупый демон, как можно не слыхать о Поднебесной Империи, созданной самим Небесным Императором!

— Ясно. — демон отвратительно ухмыльнулся. — Тогда пойдем другим путем.

Связанный Годзю ничего не смог сделать, даже точки сосредоточения в его теле оказались подавленными темной магией. Так что пришельцу удалось без труда возложить на голову старосты свои руки, отчего в разум последнего хлынула целая волна непонятных образов.

От страха и неожиданности, Бессмертный закричал. Хотя боли и не было, мелькающие перед внутренним взором картинки — очень реалистичные, словно бы он сам наблюдал их своими глазами — заставляли голову кружиться. Вот так, вероятно, демоны, и выпивают всю ци из человека.

«Какой нелепый конец! — подумал староста. — Что же теперь будет с моей деревней?»

Однако вскоре, он заметил в этом мельтешении что-то узнаваемое. А еще через несколько секунд понял, что демон не пожирает его ци, а передает знания. О подобной технике Годзю только слышал, да и в древних трактатах она упоминалась лишь косвенно, без описания. Говорилось, что так один человек мог показать другому то, что видел сам.

В видениях, мелькавших перед человеком пролетали множество событий, целых эпох! Что неудивительно, ведь демоны живут очень долго. И в какой-то момент Бессмертный вдруг стал понимать, что ему показывают. Набор картинок и разных сцен, являлся историей. Вероятно, историей родного мира демона. Во всяком случае, представить, что в мире людей кто-то может пересекать огромные пространства на воздушных повозках, или возах, едущих без помощи тягловых животных, Сянь Годзю не мог.

— Зачем ты показал мне это? — спросил пленник, когда поток образов иссяк. — Зачем мне знать историю твоей родины? Знай же, мы все равно являемся врагами, ведь мой Путь одобрен Небесным Мандатом, а ты лишь бредешь во Тьме!

— Ты правда ничего не понял, мужик? — демон рассмеялся. — Я показал тебе не свой мир, а наш общий. Планета Земля. Все, что ты знаешь о себе ложь! Нет никого Небесного Императора, да и ты такой же даос, как я танцовщица. Ты от рождения до сегодняшнего дня жил в загоне для скота. Тебя и растили, как скот. Чтобы в нужное время получить твое тело. Ничего, сейчас раскроется знание, которое я тебе внедрил в разум, и станет понятнее.

Некоторое время демон молча сидел на корточках, а Годзю лежал. Но не просто бездумно, а осмысляя то, что увидел. К его удивлению, с каждой минутой он все лучше и лучше понимал показанное демоном… нет, не демоном — русским новусом! А сам — китаец?

— Проняло? — усмехнулся Ля Ух, имя которого, скорее всего, звучало совсем не так. — Ну тогда давай-ка я тебе еще кое-что покажу.

На этот раз видения были совсем другими. Но теперь — на удивление понятными. Годзю видел, как люди — нет, демоны! Настоящие демоны! — выращивают других людей для своих нужд. Как коверкают их тела еще в материнских утробах, наделяя тем, что совсем недавно сам он считал магией.

Эпизод 25. Последние приготовления

Работа с Годзю — так звали китайского паренька-Лидера, которому пришлось около двух часов промывать мозги — дала мне очень много данных. О том, в частности, как таких бедолаг, как он, прошивали. Ничего особенного на самом деле, но важно было понять сами алгоритмы. И те принципы, которыми функции пользовались, создавая это причудливое общество из личинок Лидеров. Для этого, в общем-то, я и прибыл в Китай.

К величайшему моему сожалению и стыду, первый «блин» вышел самым настоящим комом. То есть, вычистить весь хлам из башки несчастного Годзю я смог. Вышло долго, но не потребовало какого-то особого труда. Функции действовали шаблонно, без выдумки — так я думал.

И «даос» даже смог понять, как в целом в мире обстоят дела. Под конец. Моя вина — не сумел сразу разглядеть блокировку на одном из участков сознания. И парень, только-только осознавший кто он такой есть на самом деле, умер от кровоизлияния в мозг.

Банальнейшая страховка на случай, если чуан вдруг начнет задаваться правильными вопросами и найдет на них ответы, а функции рядом не окажется. Полагаю, такая была у всех новусов типа Лидер, которые жили в этом заповеднике. Слишком они были опасны, вон их даже расселили вдали друг от друга, и легенду целую придумали. Даосы, демоны, все дела. Воинам, Наставникам, Дипломатам и Аналитикам такую вряд ли будут ставить. Но проверить не помешает.

Смерть его, тогда пообещал я себе, не будет напрасной. Благодаря его не совсем добровольной жертве (совсем не добровольной, если уж начистоту), с другими Лидерами я уже так не просчитаюсь. И больше из пленников пришельцев никто не умрет. По крайней мере, от блокировки в прошивке.

Следующие двое Лидеров — Сю и Ляо — действительно выжили. И уже через час после прихода в себя (чтобы не сработали закладки функций, на время процедур пришлось усыплять даосов) ребята с почищенными чакрами и аурами закидывали меня вопросами. «Как» и «почему» они уже поняли. И довольно быстро. Теперь их интересовало, «что дальше».

— А дальше, парни, вы идете по соседям, и выводите из коматоза уже их. — сказал я. — Действуете быстро, но осторожно, соблюдая режим максимальной секретности. Первые несколько дней я буду с вами, контролируя процесс вывода ваших коллег из страны розовых единорогов и летающих кинжалов, а потом, когда смогу убедиться, что у вас все получается штатно, оставлю дело на вас.

Кроме «пакетов», очищающих мозги, обхода блокировки и информационных баз о том, что сейчас на самом деле твориться в мире, я внедрил в сознание даосов еще и алгоритмы-инструкции, как им самим проводить подобные манипуляции. Не моего уровня, конечно, но и это позволит мне не бегать по Китаю самому, в то время, когда существует такая замечательная вещь, как геометрическая прогрессия. На одну клетку шахматной доски кладем одного Ляха, на вторую — уже двух освобожденных, на третью четверых… Ну, вы поняли суть. По моим расчетам, полностью освободить всех Лидеров из числа чуанов, получится за восемь дней.

— Но зачем, почтенный брат Ля Ух? — уточнил Сю после того, как я ответил на вопросы про цвета единорогов и почему кинжалам понадобилось летать. Кстати, осознав, что они вовсе не «бессмертные», общаться китайцы продолжили в том же стиле, что и раньше. Со всеми этими «почтенный брат» и тому подобными архаизмами.

— Не понял вопроса?

— Для чего нам освобождать наших братьев из плена забвения? — поддержал вопрос друга Ляо. — Если мы сделаем это, их жизнь изменится, но вряд ли надолго. Демоны… то есть, функции, смогут повернуть процесс вспять.

Второй «даос» вообще был такой — совестливый, если так можно выразиться. Все время ставил перед собой сложные морально-этические дилеммы, по типу: «Является ли освобождение от обмана благом?» Или: «Будут ли освобожденные Лидеры после процедуры пробуждения счастливее, чем до нее?» Короче, хорошо им мозги так запудрили. Как говорится, можно привезти даоса из гор, но горы из даоса никуда не денутся.

— Это правильный взгляд на вещи, братец Ляо. — похвалил я его. — Действительно, после того, как вы освободите своих товарищей по несчастью из плена, для них все только начнется. Ведь им и вам предстоит возглавить восстание против демонов… тьфу ты! И я туда же! Против функций! Стать командирами боевых отрядов, которые у наших врагов называются Структурами.

Ну а что? Не можешь предотвратить — возглавь! Тайна эмо-Структур в среде новусов, по крайней мере российских, уже не является таковой. И когда функции будут повержены, обязательно найдутся люди, которые захотят заставить некоего Ликвидатора поделиться знаниями. Да вот тот же Стрельницкий, чего далеко ходить.

Однако это будет сложновато сделать, когда куча ветеранов-китайцев и негров, уже будут обладать подобным навыком. Вот их пусть на службу потом и привлекают. Социализируют, так сказать. И это не говоря о том, что возможность создавать аналогичные вражеским боевые соединения, серьезно повысит шансы на победу.

— Но как мы сделаем это, старший брат? — снова спросил Сю. — Ведь другие типы новусов содержаться в других местах. До которых не только сотни ли, но и множество препятствий. В виде тех же дем… функций.

— Об этом я позабочусь. — улыбнулся я так по-живодерски, что оба китайца чуть подались назад. — Вашей задачей будут лишь добраться до нужных мест, и ждать. И когда ваши освобожденные братья выйдут наружу, помочь им сражении.

* * *

Скрываться под носом у функций, то есть в самом Китае, оказалось до смешного просто. На «своей территории» пришельцы были не то чтобы беспечны, но все-таки не так параноидально настроены, как в первые дни после Вторжения. В конце концов, на них работало множество людей, которым ведь как-то нужно было перемещаться из точки А в точку Б.

Конечно, были и разного рода проверки, блок-посты, внезапные рейды и лоялисты — обычные китайцы, которые искренне верили в то, что приход функций благо, и стучавшие хозяевам, как взбесившиеся печатные машинки. Но от всего этого было довольно просто ускользать, если заблаговременно обнаруживать противников на сканере и своевременно стирать слишком глазастым людям память.

Ну, ладно, согласен! Без моих открывшихся после полного возвращения памяти способностей, скрываться от функций, может, и не было бы так просто!

Даже моя откровенно европейская внешность не вызывала никаких вопросов — в Поднебесной и до Вторжения жило много бледнолицых. Быстрорастущая экономика, открывающиеся возможности, хорошо оплачиваемая работа, да и просто экзотика. Все это привлекало сюда жителей других стран, приезжавших как по рабочей визе, так и на постоянное проживание. Которые тут еще и детей рожали.

К тому же, большую часть времени, я держался вдали от городов, а в деревнях вообще «советской власти» не было. Кроме одного эпизода. Мне же нужно было проверить чуанов других типов на предмет блокировки, которая обнаружилась у Лидеров. И соответственно, внести правки в «глобальное облачное обновление», которое уже вскоре должно было состоятся.

Чтобы решить эту задачу пришлось добираться до одного из убежищ, где содержались сосуды. Как выяснилось, охрана у них была так себе — я даже убивать никого не стал. Зашел и вышел. Вынеся главное — блокировка была у всех типов.

Хотя, на самом деле — логично. Зачем окружать охраной вход в убежище и тем самым привлекать внимание к объекту? Ведь сами чуаны не спешили сбегать — куда? Так что камер наблюдения и мобильные группы, подрывающимися по тревоге, были вполне достаточными мерами предосторожности.

В итоге временную базу я создал в каких-то нескольких километрах от объекта, в зарослях тропического леса. Куда, спустя некоторое время, прибыли и остальные члены моего отряда. До этого я бродил по Китаю в одиночестве — смысл привлекать внимание толпой?

Была бы возможность обойтись без них, и дальше бы действовал в одиночку. Ребят-гимназистов уже пора было выводить из схемы, чтобы у них дальше продолжилась хоть какая-то жизнь.

Но вот конкретно в этой операции они были нужны. Мало того, что первая, так еще и с особой тайной целью, в которую посвящать прочих союзников, было совсем не нужно.

* * *

— А нам точно нужно будет в этом участвовать? — спросил Мельник. — Ты же можешь всех через спутники пиу-пиу. Ну или как-то так.

Все засмеялись, а по сопряжению прошли несказанные слова и смыслы. Ребята рвались в бой, им надоело ждать, когда их командир все зарешает. При этом, они в меня верили, как в какое-то мифическое существо. Которое может вообще все, что угодно. Дети, в сущности. Хотя и очень опасные.

Я тоже хохотнул. Подумал, что потом мне будет этого очень не хватать. Их будет не хватать. Нет, скучать не буду, просто не смогу. Но сейчас, зная (ладно — с высокой степенью достоверности предполагая!) что будет дальше, я словно бы уже начинаю грустить о предстоящем расставании.

— Точно. — кивнул я. — Сейчас я вам кое-что расскажу. То, что раньше держал в тайне. Когда мы покончим с функциями…

Мы сидели вокруг костра. Языки пламени вырывали из опустившейся уже темноты юные лица и серьезные недетские глаза. Со стороны мы, должно быть, походили на группу подростков, которых родители отпустили потусить в лесу с ночевкой. Которые будут сидеть вокруг костра, рассказывать страшные истории и передавать по кругу бутылку тайком купленного спиртного. А потом расползутся по палаткам спать, некоторые, возможно, парочками.

Жаль даже, что всего этого не будет. Ни дурацких страшилок, ни крепленого вина, ни спонтанного секса. Будут только разговоры. Планы о будущем. В котором гуки будут существовать отдельно, а Лях с Куклой — отдельно.

— В смысле — уйдешь? — возмутилась Ирина, когда я закончил говорить. — Вот так просто возьмешь и бросишь нас? Это, по твоему, честно?

— Ты что, Йонду, не слышала, что он сказал? — толкнула подругу в плечо Княжна. — Предварительно он нам еще и память подчистит. Мы даже этого разговора вспомнить не сможем.

— Свинство, конечно, с твоей стороны, Пичуга. — Хакерша бросила в костер пару веток, и пламя тут же набросилось на них, дополнительно осветив сцену. — Хотя и абсолютно логично.

— У них выхода другого нет. — парни, как ни странно, встали на мою сторону. И первым это сделал Ландыш. — Машка, ты же Аналитик! Сама что ли не понимаешь?

— Я и говорю — логично. — кивнула девушка. — Но все равно свинство.

— Если Ляху не уйти сейчас, долго он не проживет. Ну, после войны. — к товарищу присоединился Игнат. — Мы тут столько всего наворотили, всех против себя восстановили. К тому же у него в голове все знания цивилизации функций. А это слишком вкусный приз.

— Ну и отдал бы их! — Ирина, как и всегда, на логику поплевывала. Стрелок, фигли.

— Кому, например? — Хакерша хмыкнула. — Императору России, что ли?

— А хотя бы и ему? — Княжна даже привстала.

— И он потом, вооруженный этими знаниями и технологиями, пойдет захватывать весь мир?

— А может это и неплохо!

Я в разворачивающуюся дискуссию вмешиваться не спешил. Гукам требовалось самим задать все вопросы. Ответы, по большому счету, они уже знали. Их всего лишь требовалось произнести. Но на последних репликах я все же не выдержал, и выдал:

— Чтобы везде была Россия. Ну, кроме Косово.

— Почему? — от внезапной перемены темы все немного смешались. Повернулись ко мне.

— Потому что Косово — это Сербия. — с важным видом, будто произнося древнюю мудрость, сообщил я. И заржал.

Шутку, естественно, никто не понял, но по моему виду и эмоциональному сопровождению в сопряжении сообразили, что командир опять троллит команду какими-то мемами из прошлого.

— Дурак! — девчонки сделали вид, что обиделись. Пацаны неуверенно улыбнулись.

— Если серьезно, то вы в своих размышлениях очень даже правы. — добавил я через несколько секунд. — Людям нельзя давать такое оружие. Пусть сперва с функциями покончат.

— Да фиг с ними, с людьми и знаниями функций! — упрямо продолжила гнуть свою линию Ира. — Ты о нас подумал? С нами что будет? Просто сотрешь память и все? Мы так-то тоже под ударом!

— Никто не тронет полноценную Структуру, Лидер которой — дочка маршала Кузнецова.

Фаталити! Теперь все смотрели на Княжну, будто она обо всем была в курсе, а остальным не сказала. Сама же девушка сверлила взглядом меня.

— Пичу-у-у-га? — требовательно протянула она. — Какого хрена это сейчас было?

— А я не говорил? — дурачась ответил я. Но видя, что и эта шутка не зашла, уже серьезно добавил. — Серьезно, идеальный же вариант! После того, как мы запустим восстание и по Китаю с Африкой прокатится волна погромов, дело сразу же пойдет к войне. Все окружающие функций страны сообразят, что пришельцы больше не могут контролировать ситуацию в своем домене, и постараются в заварушке поучаствовать. Земли там отщипнуть или технологий. Длиться все это безобразие будет несколько лет…

— Семь. — поправила меня все это время молчавшая Кукла, которая прогноз и рассчитывала. Понятно, что это лишь на основе сегодняшних данных, которые и измениться могут легко.

— Я и говорю — несколько лет. И на этой волне, когда Княжна приведет верную и лояльную Структуру к папке, в вас вцепятся, как в величайшую драгоценностью. Так что вы как раз будете в полной безопасности. Если сами не начудите, конечно.

Опять повисла тишина. Гуки сосредоточенно обрабатывали новые вводные. И судя по их лицам и фону в «облаке», приходили к заключению, что вариант действительно близкий к идеальному.

— Но тебе тогда придется не просто уйти, а умереть. — озвучила напрашивающийся вывод Ира. Не так уж она и была плоха в анализе.

— Совершенно верно! Других способов уйти от преследования, не проводя всю жизнь в бегстве, нет. Более того, вы все должны стать свидетелями моей смерти. Здорово же я придумал?

К сожалению, моих восторгов никто не разделял. Я чувствовал, что ребята, даже несмотря на принятие фактов, немного на меня обиделись. Что вполне ожидаемо — подростки же. Впереди бесконечность, мы всегда будем вместе и вот это вот все.

Кроме Княжны. Наталья Кузнецова все-таки воспитывалась в семье аристократа, а ее отцом был знаменитый маршал империи. Так что сейчас она (на все сопряжение!) строила планы. Надо потом научить ее закрывать свои мысли. А то такой себе Лидер получится.

— Ладно. — первой заговорила Хакерша. — С этим понятно. Опустим пока, что ты свинтус, Пичуга. И перейдем к тому зачем мы здесь. Только не начинай про основные задачи — это и так понятно. Что еще нужно здесь сделать?

Основные задачи — это активация протокола «Восстание». Да, я название придумал. Да, знаю, что дурацкое. Нейминг всегда давался мне слабенько, взять хотя ты тех же «пшеков» и «гуков». Завтра, то есть ко времени, когда освободившиеся от функций Лидеры доберутся до основных «убежищ», мы запустим процесс. Используя систему «спутник-маяк», я загружу в сознания всех сосудов информацию о том, кто они такие. И выдам маркеры целей.

Все этом можно было сделать и без присутствия в Китае. Можно было бы даже обойтись без «контроля операции на начальном этапе» — так это было подано Стиксу. В конце концов, запертые по своим резервациям чуаны и без того являются грозной силой, а охраняют их не сказать, чтобы слишком серьезно, ведь настоящими оковами служит легенда.

Так что все они и без нас способны сделать. Ударить по своим тюремщикам, вырваться в мир, который считают радиоактивной Пустошью, там объединиться с Лидерами в страшные по своим возможностям боевые отряды, и задать жару функциям.

Но я же где-то должен буду погибнуть. Не в первом же сражении, конечно. Это было бы слишком подозрительно. Да и найти нужные тела, а потом вывезти их за пределы театра военных действий тоже нужно.

Это только звучит просто, а на деле поди найди еще подходящие оболочки, да еще такие, в которых уже не живет личность! Либо подготовленные к «пересадке», либо забракованные по каким-то причинам. Я же не изверг, и не функция, и вытеснять сознание у чуана, даже, если его для этого и растили, не буду. Строго говоря, я даже когда на Землю возвращался, действовал схожим образом.

А это дофига делов, так-то! Не уверен, что в первом же убежище найдутся подходящие варианты. И во втором тоже. Так что придется их громить столько, сколько понадобится. Заодно и легенду проработаю.

И, нет, я не ряжусь в одежды праведника! Слишком много для этого на мне грязи и крови. А будет еще больше — семь лет войны, как-никак! Но должны же быть у человека принципы? Иначе, что это за человек? Функция это!

— Вы здесь для того, чтобы помочь мне и Кукле создать новую личность. — широко улыбаясь сказал я.

Эпизод 26. Убежище

Стикс сработал, как часы. Чем, все-таки, хороши союзники, созданные из бывших врагов — они чертовски предсказуемы. Ты всегда знаешь, чего от них ждать. Тот же Козырь, например. Никогда, ни за что, и ни при каких обстоятельствах он не позволил бы мне сохранить в нашем тандеме главенство. Его ресурсы и мое исполнение — что он вам, логистическая компания, что ли? Нет! Террорист номер один хотел все! Спасибо, что хоть не сразу. А то бы пришлось совсем по другому строить планирование.

У него же хватило терпения дождаться нужного момента. И когда никто (сарказм!) не ожидал от него активных действий, он их таки взял и совершил. Это я про его предательство, если что. Ну, как предательство… Мы так-то не друзья, чтобы сам термин был оправдан. Ладно, что я прикапываюсь — он просто слил меня функциям. Типа, я совершенно случайно узнал, что по вашей территории бродит один важный для вас человечек.

И ровнехонько, гад такой, после «обращения к нации» — так гуки назвали процедуру передачи чуанам всех необходимых информационных пакетов. Дал пленникам убежищ ровно столько времени, чтобы они разобрались с полученными данными, и начали покидать места содержания. Как там в одном фильме из моего времени говорилось: «А Леша у нас молодец! Хорошо устроился! И пожрет, и будет при этом выглядеть высоко духовным человеком!»

В смысле, и удар по пришельцам позволил совершить, и партнера сдал. Красавчик, че!

Единственного, чего я от него никак не ждал, это прощального звонка. Просто это было бы как-то совсем по киношному — финальная речь, то да се… Но оказалось, что и в жизни у разного рода злодеев есть потребность выговориться перед противником.

Планшет Наблюдателя ведь так и остался у меня. Как единственное средство связи с «партнером». И он им неожиданно воспользовался. Я даже подвис, когда увидел входящее сообщение.

— Для человека с такими возможностями, ты поразительно доверчив. — произнес он сразу, не утруждая себя приветствиями. И добавил, словно выплюнул: — Ликвидатор!

Ругательство себе новое придумал! Какой молодец!

— Э-эм? — ответил я в гарнитуру. Быстро оглядел своих, кивнул, мол, нормально все.

— Я был этому сильно удивлен. После всех этих слов о твоем прошлом…

— Старина, рад за тебя, но я не совсем понимаю о чем ты?..

— Просто хотел сказать «прощай». — сказал Стикс и сразу же отключился.

Боже, сколько дурацкого пафоса! Не, все-таки долго живущие люди, видимо, впадают детство. Как-то иначе этот короткий разговор объяснить не могу.

— Что там? — рядом оказалась Ира. — Проблемы?

— Все штатно. — отмахнулся я. — Стикс звонил. Попрощался.

— Сдал таки? — сразу загомонили гуки. Для них дальнейшее поведение Козыря тоже не было неожиданностью. Я про то, что это случится еще вчера рассказал. И только Хакерша прыснула: — А звонил тогда зачем?

Во-о-от! Вот правильный вопрос! Собрался предавать — предавай! Что ты корчишь из себя невесть что⁈ Он, что, думал, мы все это время на месте сидим? Или, что будем пользоваться его оборудованием для связи со спутником, а своим так и не обзаведемся? Террорист номер один, блин! Отправил функциям локацию, в которой нас уже пару дней, как не было, и радуется!

— Сентиментальный стал на старости лет? — пожал я плечами. — Кукла, долго еще? Ты же говорила, что замок простенький!

— Сам замок — да. — подруга дунула на прядь волос, упавшую ей на нос. — Но открыть его и одновременно с этим не послать сообщение функциям о вскрытии, уже чуточку посложнее.

— Долго?

— Пару секунд… Все! Входим!

Мы находились у входа в одно из убежищ, расположенном в горах Большого Хингана. Места здесь и до Вторжения были довольно безлюдные, а теперь и вовсе опустевшие. Но парочка схронов с чуанами здесь имелись. Причем, не с простыми схронами.

Место это я выбрал по двум критериям (и не без помощи не к ночи помянутому Стиксу). Во-первых, близко к границе с Россией, что объяснялось вопросами логистики. Именно из этой местности, не факт, правда, что из этого убежища, функции поставляли боевых, пользующихся особым спросом у Козырей-террористов, чуанов. Ну а нам это обстоятельство играло на руку — проще будет отходить на условно-дружескую территорию, когда закончим с делами.

Во-вторых, сама специфика здешних «убежищ». Здесь, конкретно в этом схроне, содержались экспериментальные чуаны. Не только живые генераторы щитов или полностью потерявшие человеческий облик существ, чьим главным предназначением было служить оружием, но и разного рода вариации на тему универсальных юнитов, совмещавших в себе наборы возможностей всех типов.

Сейчас, вероятно, кто-то подумал про гибридов. Мол, а зачем пришельцам ослабленные в одном в пользу другого существа, если у них и так они есть? И Структура еще — ультимативный ответ на все возможности новусов. А все просто! Функций интересовали солдаты, которых можно было использовать автономно, не загружая в оболочку свою сущность. По вполне понятным причинам, ведь число инопланетян было конечным, а война имеет свойства наносить ущерб живой силе.

Не, так-то они могли и просто чуанов оболваненных в бой пускать. Но… Одним только воспитанием и сказочкой про злых врагов такого было добиться сложно — первое же столкновение с реальностью или банальная промывка мозгов, могла свести на нет все труды. Какое-то время будет работать, да, а потом неизбежно отрезвление и, как минимум — переход на сторону противника.

Захватчики же хотели добиться полного контроля, чтобы полностью исключить возможность предательства подготовленного пушечного мяса. Им были нужны надежные солдаты, почти такие же, как они сами — лишенные всех чувств и эмоций, но сильные, умные и эффективные.

По каким-то причинам в данном направлении особых успехов функциям пока добиться не удалось. По неполным сведениям, которые я получил из выжимок разведки, бойцы из переработанных чуанов получались туповатыми и малоинициативными. Но, что для функции провал, то для меня настоящая находка. Здесь имелся шанс получить отбраковку. Хорошо развитое тело без сознания, которое пришлось бы уничтожать. Не гарантия, конечно, но хороший такой шанс.

Опять же, как «экспериментальное производство», здешнее убежище не предусматривало даже иллюзии выхода на поверхность. А значит местным пленникам нужно было помочь выбраться. Если, конечно, тут вообще есть кому выбираться. А то могло оказаться, что тут внутри монстры бродят, как в «Думе». После даосов в Парящих горах я бы не удивился.

Вход в убежище выглядел, как природная пещера, заканчивающаяся толстой, словно из банковского хранилища, дверью. За ней располагалась небольшая комната и шахта лифта. Загрузившись в которую, мы поехали… вверх!

Да, такая вот интересная особенность. Убежище, как оказалось, было построено не под горой, а в ней самой. Наверное, так было проще его создавать, да защита от ядерного удара или радиации в реальности не требовалась, а прятать от любопытных глаз и спутников можно и в таком виде.

Секунд тридцать движения, и створки лифтовой кабины разошлись. Нашу компания, держа наготове оружие, попала в еще одну комнатку, похожую на медицинский смотровой кабинет. В том смысле, что здесь имелось несколько носилок-каталок, парочка аппаратов с системой поддержки жизнеобеспечения. Видимо, из этого помещения «счастливчиков» и вывозили из убежища. В состоянии бессознательной тушки, погруженной в искусственную кому.

Что примечательно, я не мог уловить сканером ни одного отклика новуса. Это немного напрягало, заставляя думать, что мы пришли не совсем по адресу. При том, что времени оставалось не слишком-то и много. Скоро ведь функции сообразят, что наводка Стикса — лажа. И начнут нас искать в других местах.

— Черт, а выйти отсюда как? — задумчиво протянула Княжна.

Все остальные тоже принялись оглядываться. В самом деле, кроме неработающего сканера, имелась тут еще одна странность. В медотсеке имелся только один выход — через лифт, с помощью которого мы сюда и попали. А больше ничего похожего видно не было. Но точно должно было быть! Не просто же так сюда приходили, чтобы полюбоваться на пустую комнату!

Наконец удалось заметить, что одна из стен имеет скрытый пульт. Нажатие на который (после взлома в исполнении Хакерши), сдвинула всю панель в сторону. Открылся вид на здоровенный зал, в котором рядами стояли капсулы. Много, десятки. Практически все — пустые.

Быстро пробежавшись по залу, мы обнаружили только четверых насельников — одного уже знакомого «щитовика» и еще трех монструозных тварей, похожих одновременно на орков и свинолюдов. В том смысле, что кожа у них была насыщенного зеленого цвета, а нос выглядел настоящим пяточком.

— Прикольно… — протянула Ира, хотя по сопряжению я чувствовал ее напряжение и смущение. Последнее — из-за размеров детородных органов «орков». А существа лежали в капсулах полностью голыми. — Что это еще за твари?

— Видимо, те самые универсальные солдаты, про которых мы читали в отчетах разведки. — отозвался я. — Правда, не очень понятно, почему они зеленые.

— Такой пигмент кожи выведен специально, — просветила нашу группу Хакерша. Пока мы глазели на орко-халков, девушка взломала одну из капсул и сняла с нее все данные по содержащемуся там мутанту. — Он позволяет объекту — это, кстати, «Объект 78» — получать часть энергии от солнца. В его геном введены элементы земных растений.

— Цветочек! — нервно хохотнул Мельник и глянул на Ландыша. Тот поджал губы и фыркнул.

— Это все здорово, конечно! Но остальные-то где? Маша, есть в капсуле какая-то информация по этому поводу?

— Пока не нашла такой. — отрицательно помотала головой девушка. — Тут только написано, что объект помещен в капсулу после проведения полигонных испытаний, и погружен в стазис. Интеллектуальные возможности подопытного не впечатлили испытателей, но генетический материал решили оставить, как контрольный.

— А нафига троих тогда сразу? — я указал на остальных орков.

— А это разные группы. Объект 71 и объект 74, соответственно. Еще более тупые, чем поздний вариант, но первый более сильный, а у второго запредельная регенерация. Тоже контрольки.

— Ясно. Ищем выход тогда.

После получения информации, стало ясно, что здесь только хранят «образцы». А значит где-то должен был находится и полигон, где этих мутантов испытывают. И это всяко недалеко, просто потому, что незачем.

Выход в этот раз мы обнаружили быстро, сказался опыт, ведь разместили его функции также, как и прошлый. За сдвинутой панелью на этот раз оказался зал, больше подходящий для какого-нибудь центра подготовки космонавтов. Тайконавтов, если использовать китайскую терминологию — мы ж в Китае!

В одном из приборов я однозначно опознал центрифугу, где подопытных крутили, выясняя возможности тела при возрастающей силе тяжести. В другом — барокамеру. Были тут и беговые дорожки — очень массивные, грубые полосы препятствий и снаряды, которые с некоторой натяжкой можно было назвать гирями.

— Это, видимо, и есть полигон? — вопросил я, видя, что Хакерша уже подключается к терминалу, стоящему неподалеку от центрифуге.

— Не-а. — наш специалист по электронным системам опровергла мою догадку. — Здешние называли его испытательным стендом. А сам полигон находится в другом месте.

— Сказано, где?

— Ищу. Пока нет никакого намека на план базы или что-то подобного. Погодите немного… я не все тут понимаю. Логика… нелюдская.

Ну еще бы! Вряд ли здешние «ученые» исповедовали те же принципы, что и их человеческие коллеги. Хотя, журналы наблюдений вот вели, вполне возможно, что и планы эвакуации тоже были предусмотрены. И, кстати, где они сами? Исследователи, я имею виду.

— О, отлично! — оживилась девушка после моего вопроса. Как оказалось, ища на него ответ, она нашла и кое-что еще. — Они прибывают раз в две недели для забора материала с полигона и проверке его на стендах. Последний раз эксперимент запускался с объектом 79. Это было пять дней назад. Я поняла, куда нам! Только…

— Что? —уставился я на Хакершу, видя, что она в некотором замешательстве.

— Очень своеобразный, получается, полигон… — сказала она. И подвесила в «облаке» развернутый план наконец-то найденных планов базы.

Как оказалось, функции приспособили под свои задачи уже существовавшую систему шахт. Видимо, раньше, веке в двадцатом, здесь что-то добывали, в результате чего изгрызли всю гору. Пришельцы это дело расширили под свои нужды, создав этот и соседние залы. Но основную часть даже не особо тронули. Систему туннелей они и превратили в полигон.

— Каждые две недели они выпускают сюда две группы для испытаний. — продолжила рассказывать Хакерша. — Одна — обычные новусы, чуаны, то есть, причем, собранные в отряды вроде Структур. А вторая — это испытуемые объекты. И они должны друг друга убивать.

Логично, как бы. Функции выводят универсальных солдат против людей, точнее, новусов. Значит, и противостоять им должны эти самые новусы. Берешь две контрольных группы: новые образцы и сосуды, и оставляешь их один на один в темных пещерах. Ставишь камеры и сваливаешь на пару недель. Потом приезжаешь, изучаешь записи, выгребаешь мертвые тела — если они останутся, жрать-то что-то нужно! — а выживших в бойне докручиваешь уже на испытательном стенде. Не чуанов, естественно, а «объектов».

То есть, с точки зрения изучения возможностей новых видов — все понятно. Но как же обломно!

— Королевская битва, мать вашу! — выругался я. — Ну, охренеть не встать!

Я как представил себе, что придется лазить по узким штольням, чтобы найти нужных нам чуанов, то аж завыть захотелось. Куча потерянного времени, абсолютно неоправданный риск! Да еще и с результатом, который хрен предскажешь! Окажется тут кто-то нужный или нет — как в анекдоте с блондинкой и динозавром. Блин, обидно!

Хотел было уже скомандовать уходить, но вмешалась Княжна.

— Так нельзя. — неожиданно строгим голосом сказала она. — Объекты, понятное дело, уже не люди. Но там чуаны. Сотня абсолютно нормальных людей, которых мы пришли сюда освободить. Сами отсюда они не выйдут.

Я чуть было не ляпнул: «И че?» Но успел удержать фразу, как и мысль до того, как она попала в облако. В смысле «и че» Лях? Ты, в смысле, пришел за тушкой, а все остальное тебе побоку? Не нашел нужного материала, и решил отвалить? Так чем ты лучше тех же самых функций, которые на чуанах тестят все новые и новые образцы своих универсальных солдат.

Уже не раз и не два я замечал за собой, что понемногу меняюсь. Вот с того момента, как память себе вернул, так и начал. С каждым днем, с каждой проведенной операцией, я все отчетливее понимаю, что превращаюсь в того еще сукиного сына. Хладнокровного, жестокого, целеустремленного. Такого, для которого нет ни друзей, ни врагов. Только задача и список приемлемых потерь.

Это не произошло со мной вдруг, по щелчку пальцев. Изменения проявлялись каждый день, меняя меня настолько незаметно, что я, если бы Княжна меня в это носом не ткнула, и не заметил бы ничего.

— Ты предлагаешь войти в штольни и поискать выживших? — уточнил я тем не менее. — Не зная, есть ли там кто-то вменяемый, и не представляя ничего о возможностях «Объекта 79»?

— Ты против? — Наташа, видать, решила заранее почувствовать себя Лидером Структуры, и даже голосом немного надавила. Совсем чуть-чуть, но сам факт. Я не стал заострять на этом внимания.

— Просто уточнил. — ухмыльнулся я. — Народ, ну как, поддержим Княжну или пойдем отсюда нафиг?

Коллектив единодушно высказался за поход в пещеры. И я, подавив, раздражение, велел Хакерше открывать туда проход. В дальней стене пришли в движение массивные и явно бронированные панели, открыв нам проход в темный зев пещеры. Откуда сразу же ударило запахом испражнений и гниющего мяса.

А еще появились отметки новусов на сканере. Много, разбросанных по всех внутренней части горы. Стало понятно, что полигон был чем-то экранирован от рабочих залов, поэтому я и не мог никого обнаружить.

— Как в пещеру к зверю какому-то входишь… — зябко передернула плечами Княжна, которая согласно ее эмоциональному фону уже была не рада, что мы решили посетить старые шахты.

— Погнали народ! — подбодрил я гуков. — И осторожнее, первая группа отметок в полтора десятка целей совсем недалеко, метров сто.

Эпизод 27. Объект 79

По правде сказать, я ожидал увидеть очередные поделки под орков — зеленых, зубастых, может быть даже с пятачками. Все-таки предыдущие «образцы» за номерами 71, 74 и 78 были именно такими. Значит и семьдесят девятый должен был быть с ними схожим. Но почти прямой туннель, лишь немного плавно изгибающийся влево, вывел нас на группу существ, внешне вполне похожих на людей. Голых, грязных и вонючих, но людей.

Их было шестнадцать человек. Пять женщин, одиннадцать мужчин. Возраст определить было сложно, как и расовую принадлежность, уж больно толстый на них был слой грязи. Но выглядели они плюс-минус одинаково. Причем, и мужчины, и женщины.

— Чуаны, похоже. — высказал я мнение, выходя впереди отряда и приближаясь к незнакомцами. — Эй, братья по несчастью! Человеческую речь понимаете? Мы не враги!

По понятным причинам, фраза эта была составлена на китайском языке. Я понятия не имел, умели ли данные чуаны говорить — с функций станется и этой «ненужной» способности свои сосуды лишить. Но если уж они умели изъясняться между собой, то с высокой степенью вероятности, делали это на китайском.

Отреагировали они на обращение не совсем так, как я ожидал. В секунду выстроились в защитную формацию: пять мужчин впереди, еще шестеро за ними, и третьим рядом — женщины. Ладно! В конце концов у них тут «Королевская битва», кто будет осуждать за осторожность?

Но они опять удивили. Не стали ждать нападения, вместо этого сами атаковали. Не сходя с места, ага! Стоящими последними женщины вскинули руки и в нашу сторону устремились взлетевшие в воздух с пола камни. Здоровенные такие, каждый весом кило под десять.

И все это бз рук! Телекинетики, причем, все пятеро! И сильные — я то знаю каково даже удерживать каменюку в воздухе, не то что кидать ее на полста метров. Хреново, особенно в пещере, где особенно не разгуляешься!

Хорошо, что какие-то команды отдавать гукам совсем не требовалось. Расстояние между нами и чуанами было чуть больше сорока метров, и каждый из них отреагировал на опасность грамотно, не мешкая и не мешая другим, уйдя из под обстрела. А сразу за этим, контратаковал.

Вчерашние гимназисты в бою уже давно вели себя не как дети, а заматеревшие в войнах бойцы. Тут и пластичная детская психика сыграла, и мои, скажем так, определенные усилия. В общем, никакой заполошной пальбы. Гуки били одиночными, целясь в конечности, сами сообразив, что пока противников лучше не убивать. А то потом окажется, что произошло непонимание, а между нами уже кровь и смерть. Раны же залечат, это фигня. Зато хоть подвижности лишаться.

По уже отработанному сценарию, первыми выносились дистанционщики. И хотя мужики-чуаны пытались закрывать своих женщин, уже через несколько секунд, все они попадали на пол. Потому что сложно устоять на ногах, когда они перебиты. А регенерация не успевает справится, потому что рядом летают запущенные Иркой болты, наносящие новые раны.

Потеряв контроль — боль здорово этому способствует — псионы не смогли сделать второго залпа. И я использовал возникшую оперативную паузу, чтобы еще раз воззвать к разуму пленников функций.

— Эй! Мы не враги! Мы те, кто передали сообщение! Вы должны его были слышать!

Или — нет. Ведь пещеры экранированы, я не смог пробиться через эту защиту своим сканером, значит и ментальный пакет, отправленный этим несчастным со спутников, мог сюда и не долететь. Неуверенный сигнал вайфая, типа того.

Ноль эмоций. Передний строй, а за ним и второй, видя, что защита не дает никакого эффекта, сами бросились на нас. Похоже, раньше они не сталкивались с огнестрелом, и это дало нам возможность вынести их стрелков. Но теперь они поняли главную опасность и сделали выводы.

Быстрые и юркие настолько, что даже стрельба, контролирующаяся через сопряжение не давала никакого результата, они устремились в атаку. Ну, почти. Парочку мужиков все-таки зацепили во время этих «противоракетных маневров», но не серьезно. Так, чисто кровь пустили и все.

Парочка разогналась настолько, что бежали уже фактически по стене! Да еще и умудрялись резко менять направление, когда очередной ствол или болт поворачивался в их сторону. Наруто, блин, ни дать не взять! И сразу десять штук!

Я выжидал до последнего момента, подпуская противников поближе. А когда большинство из них оказались в зоне уверенного поражения Криком, применил свою ультимативную способность. Но тут меня тоже ждал жесточайший облом.

Псионическая атака, безупречно вырубающая что новусов, что функций, на чуанах не сработала. Они как неслись в нашу сторону, так и продолжили это делать. Такое ощущение, что они ее даже не заметили. Только я стоял, как дурак с открытым ртом.

Способность Колдуна вызывать страх тоже, кстати, не сработала, о чем он не замедлил сообщить. А потом еще одновременно от Хакерши и Куклы по сопряжению пришло:

«Это не чуаны. Объект 79».

Я как бы и сам к этому мнению стал приходить, но приятно, что Аналитики команды его единодушно подтвердили. Слаженность действий, полный игнор к переговорам, а теперь вот еще и устойчивость к ментальному воздействию — похоже функциям удалось-таки создать своего универсального солдата. Способного действовать без сущности пришельца внутри, при этом не менее эффективно, чем их создатели.

В принципе, мы могли принять бой. И имели хорошие шансы на победу. Но мне уже давно было не двадцать лет, и мериться детородными возрастами с противником, про возможности которого ничего не известно, я не собирался. Да, кинетиков мы на какое-то время вывели из строя. Но кто сказал, что бойцы ближнего боя не продемонстрируют еще какой-то туз в рукаве? Устойчивостью к Крику и страху они уже смогли удивить.

— Отступаем. — приказал я поэтому. — Держим дистанцию.

В условиях туннеля это можно было сделать только в одном направлении, назад. Так, продолжая давить противника огневым валом, добрались до дверей в зал с испытательными стендами, и там уже заняли оборону. В большом помещении это было сделать значительно проще, чем в узкой норе.

Рассредоточившись широким полумесяцем, мы обрушили на выход из туннеля град пуль, но закрывать проход не стали, давая противнику втянуться в зал и попасть под перекрестный огонь. А «объекты», проявив полное понимание тактической ситуации, не стали пытаться лезть наружу. Это в пещерах они могли навалиться толпой, а тут пришлось бы рассредотачиваться, и это сразу подняло бы наши шансы, и снизило их. Как быстро ты не бегай, а «огонь по фокусу» все равно зарешает.

На несколько минут воцарилась тишина. Мы держали выход под прицелом, обмениваясь по сопряжению мыслями, враги тоже затихли.

— И что нам с ними делать? — этот вопрос был от Ландыша. Воина серьезно напряг тот факт, что высадив полный магазин, он смог попасть только один раз. Пуля крупного калибра оторвала «объекту» левую кисть, но он словно бы не заметил этого. — Может, гранатами закидаем?

— А нам реально так надо туда лезть? — а этот от Игната. — Понятно же, что чуанов эти «семьдесят девятые» уже перебили, и внутри только они.

— Да! — поддержали его остальные Воины. — Взрываем тут все нафиг и валим!

— И бронедвери закроем!

— Точно!

— Это все здорово, ребята, — высказался и я. — Но у нас тут на руках прорыв в создании универсального солдата без сущности функции, но с их возможностями. Это просто так оставить нельзя. Если пришельцы смогут получить результаты исследований, то без труда наладят производство новых юнитов. И тогда наши усилия здорово обесценятся. Нет, нужно не просто взорвать, а вычистить все до голого камня. Убить всех, стереть информацию с камер, проследить, чтобы ни одного бита информации по «Объекту 79» до наших врагов не дошло.

— На все это нужно время. И чтобы оно у нас появилось, мы должны перебить всех живых «объектов». — поддержала меня Княжна.

— Только сами они, похоже, против.

Хакерша, подключенная к моему постоянно работающему сканеру, получила россыпь приближающихся отметок чуть ли не раньше, чем я сам их увидел. И продемонстрировала ее остальным.

— Черт!

— Да их там сотни!

— Закрываем двери!

— А как мы их потом откроем, умник? Когда они столпятся за перегородкой, и хлынут сюда всей толпой!

— Спокойно. Не сотни, а сотня. — сбила панический накал Кукла. — Вполне по силам, если действовать грамотно. У нас преимущество в огневой мощи, а они максимум камнями могут кидаться.

— Они, кажется, вырезали всех своих противников без потерь. — Хакерша и не думала, что горькую пилюлю нужно подсластить. — Опасные твари, даже без оружия.

По хорошему, я с ней был полностью согласен. Противника, конечно, не нужно переоценивать, но и недооценивать его опасно. Тем более такого. Способного расправится с сотней чуанов, при этом не потеряв ни одного своего бойца.

Мозг заработал на бешенных оборотах. Я прогнал все, что уже успел узнать о новом противнике, и быстро пришел к выводу, что все прежние связки против него будут малоэффективны. К тому же, что-то мне говорило, что «семьдесят девятые» имеют какой-то аналог нашего сопряжения. И действовать будут не только Структурами, но и более крупным соединением. Поэтому и накапливаются сейчас у ворот.

Закрыть их? Да, локально это решит вопрос, но поставит перед нами новый — как их потом уничтожить? Функции, судя по всему, неплохо так вложились в укрепление сводов пещер, раз уж даже мой сканер пасует. Обрушить всю эту сложную систему туннелей у нас не получится, банально не хватит взрывчатки. Нет, действовать нужно иначе, но как?

Так, а если с самого начала попытаться размотать? Как сами функции собирают образцы после Королевской битвы? Вряд ли бы они каждый раз завозили сюда превосходящие силы Воинов, Лидеров и Дипломатов только ради того, чтобы справится с подопытными. Значит… Лях, ты олень! Только не королевский, а северный! Потому что между ушами все отмерзло нафиг!

В этом убежище просто обязана быть система, которая способна вырубить любого, даже самого сильного подопытного. Это же основы, черт возьми! Не знаю, как она работает — газ или электричество, да и плевать, в общем-то. Главное, что подобная мера предосторожности тут просто обязана быть.

— Маша! — Хакерше ничего не нужно было объяснять, всю информацию она получила из сопряжения. — Ищи, что это может быть. И заодно проверь, как от этого сами учены защищались!

— Поняла! — девушка тут же метнулась к терминалу возле испытательного стенда. Быстро подключилась к нему, и начала искать.

— Народ! — уже к остальным обратился я. — А мы должны дать ей время! Столько, сколько потребуется!

К этому времени практически все «объекты» уже собрались у выхода из пещер. Но почему-то пока не атаковали. На сканере я видел, как они группируются в отряды по восемь особей, выстраиваясь при этом в некую формацию. Что-то вроде построения большого подразделения по отделениям. Это значило, что я не ошибся в оценке — действовать семьдесят девятые могли не только Структурами, но и более крупными отрядами.

Для нас это ничего хорошего не значило. Крохотный по сравнению с их численностью отряд гуков, будет попросту сметен. Им даже можно будет забить на возможные потери, чисто массой закидать. Ведь от псионического воздействия они полностью защищены!

В таких условиях мы им могли противопоставить только плотность огня, двойной носимый боекомплект, включающий в себя по три гранаты на брата: наступательную, оборонительную и светошумовую. И еще подстовольники на штурмовых винтовках у Влада с Пашей, но толку от них, полагаю, тоже будет немного. Но может помочь, чтобы сбить накал наступления — от осколков-то не особенно поуворачиваешься.

Ну и Иркины болты, да. Их траекторию, в отличие от пули, не просчитаешь, а значит и увернуться от них сложнее. Вот только Стрелок у нас один, а врагов — сотня.

«Объекты» не поперли толпой, чего я подсознательно ожидал. Вместо этого они атаковали дистанционно. Прямо из глубины туннеля. И не камнями, как в прошлый раз, нет. На вторую попытку они приготовили что-то новенькое.

Из темноты в нашу сторону устремились два десятка снарядов, в которых я сверхвосприятием смог распознать дротики. Здоровенные такие, с локоть в длину и толщиной с предплечье… Черт, да они же из кости! Эти проклятые универсальные солдаты использовали в качестве метательных зарядов останки тел чуанов! Грубо обработанные части их скелетов!

Причем, летели они не сами по себе, а управляемые все теми же кинетиками, которые раньше бросались в нас камнями. И даже по ходу движения корректировали направление. Не так хорошо, как та же Иринка, но все равно — семьдесят девятые имели своих Стрелков!

Несколько снарядов нашли свои цели. Владу, который прятался за барокамерой, пробило плечо, Ландышу — бедро, а в нашего Колдуна, вонзилось сразу три костяных дротика. Один в район копчика, сразу же «выключив» опорно-двигательный аппарат ниже пояса, а следом в бок и в основание черепа.

Несмотря на чудовищные ранения, Игнат еще какое-то время жил. Елозил руками по полу, пытаясь дотянуться до убивших его копий. А я вцепился в его сознание, которое уже начало ускользать из сопряжения, и силой вырвал из тела.

Боль от смерти товарища, первой за все это время, огненным бичом ударило по всей Структуре. Я знал, что такое возможно, готовил ребят к подобному, но реальность оказалась куда жестче моих уроков. На несколько секунд по нашей связи прошла такая эмоциональная волна, усиливаясь от одного человека к другому, что мне пришлось наглухо закрыться. Чертов импритинг!

— Твари!

Ира силой подняла все брошенные в нас снаряды, и запустила их обратно, в туннель. Обычно девушка могла управлять лишь несколькими объектами, уже на пяти теряя контроль. Но сейчас в воздух взлетели все двадцать дротиков, включая те, что попали в гуков. Она просто вырвала их из ран.

— Сдохните!

Все остальные начали настолько плотную стрельбу в черную дыру за воротами, что уже через несколько секунд бойки застучали вхолостую — покончались патроны. Но это ребят не остановило. Влад с Павлом начали посылать в темный пролом разрывные гранаты от подствольников!

— Отставить! — сняв защиту, рявкнул я на отряд. Силой вбивая в разум каждого только одну мысль: «Подчинись!» — Прекратить огонь! Хватит!

— Игната убили! — подавленная моим натиском Княжна всхлипнула.

— Нет, не убили! — снижая давление произнес я. — То есть, убили, да, но не до конца. Я успел захватить его сознание. Он сейчас тут.

И постучал себя пальцем по виску. Бли-и-ин! Это надо было видеть! Лица гуков за секунду сумели сменить несколько выражений. Непонимание, удивление, а потом — радость! Чистый восторг и облегчение. Которые я разрушил одной фразой:

— Разобрать сектора, вашу мать! И не высовываться! Как гимназисты, е-мое!

Впрочем, волна щенячьего восторга еще долго бушевала в сопряжении. И была настолько сильной, что я не сразу через нее смог услышать Хакершу.

— Что?

— Нашла! Это газ! Сопла, которые их распыляют, расположены по всему лабиринту шахт, а также в этом зале и в хранилище. Гарантированно вырубит тварей на пару часов! Только тут блочное подключение…

— Короче!

— Я смогу полностью запустить систему безопасности через две минуты. Кто-нибудь как раз успеет сбегать за противогазами, они у дальней стены в шкафчиках.

— Делай! Мельник, Княжна— бегом за противогазами! Ира, закрывай ворота…

Договорить я не успел. Как и Ира — выполнить мой приказ. Из туннеля, не издавая ни звука, кроме топота босых ног, вырвалась толпа «объектов».

— Огонь! — заорал я. — Ира, ворота!

Эпизод 28. Новый план

Вбежав в зал «семьдесят девятые» сразу же разбегались в стороны. Одни падали, сраженные нашими выстрелами, другие прятались за находящимися здесь укрытиями, и за ними пытались подобраться на дистанцию броска. Из темноты туннеля, оставшиеся там кинетики, поддерживали свою пехоту, посылая в нас костяные дротики. Не сказать прям, что градом, но жизнь их снаряды осложняли.

Впрочем, ненадолго. Ирина, нажав на кнопку закрытия двери, вступила со Стрелками в своеобразную дуэль. После той вспышки ярости, она явно открыла в своей силе новые возможности. И пока тяжелые гермостворки сходились друг с другом, стала не только посылала во врагов свой болты, но еще умудрялась прямо в воздухе перехватывать чужие. Которые тоже потом метала во врагов.

До ближнего боя мы дошли уже через несколько секунд после начала прорыва. Сразу решили — остановить эту мутную волну даже нечего и пытаться. Главной задачей было продержаться и не сдохнуть до того момента, пока Хакерша не запустит систему безопасности по всему убежищу. Ну, и ее саму в обиду не дать.

Так что мы сделали ставку на волчью тактику. Максимально рассредоточились по залу, заставляя противника лезть под перекрестный огонь. А в том случае, когда «объекты» подбирались слишком близко, убегали. Растягивая преследователей в подобие цепочки. И безжалостно вырезали слишком быстрых или отстающих.

И вот тут то стало понятно, что противник нам как минимум ни в чем не уступает. Если, конечно, судить только по силе, скорости, живучести и умению координировать свои действия. Проигрывали же в двух вопросах: в оружие и в технике. Накоротке мы делали выбор в пользу холодняка перед огнестрелом. А ему, как известно, голая пятка всегда проигрывает.

Что же касается техники, то я имел в виду те самые наработанные связки ударов и блоков, называемых также боевыми искусствами. Которые человечество за долгую практику убийства себе подобных, отточило до бритвенной остроты и эффективности.

А вот у «объектов» в рукопашке все повадки были звериными. Прыгнуть, сбить с ног, вцепиться в горло или попытаться разорвать живот. Все это на первом этапе буквально вязло в водовороте наших мелькающих рук и ног, а также стальных клинков. Но ненадолго.

Вскоре, перехватывая руку одного из противников с растопыренными на манер когтей пальцами, и ломая ему сустав, я заметил, что рисунок боя меняется. Пока почти неуловимо, на уровне, скорее, догадки, чем понимания. Вот один «семьдесят девятый» повторил финт Влада, уходя из под удара, а там другой попытался воспроизвести серию ударов, которую подсмотрел у Павла. Да что там, следующий мой противник почти дотянулся до меня ногой, проводя плохо поставленный, но все же узнаваемый лоукик!

Универсальные солдаты функций учились! Прямо здесь, в бою! Смотрели на наши возможности и пытались их копировать! Пока еще бездумно и довольно бестолково, но это за какую-то минуту этого скоротечного боя! Объяснить подобное одной только наблюдательностью отдельных особей было никак нельзя! Объекты, как слаженный организм, вроде пчелиного, наблюдал за нами сотней глаз. И перенимали опыт. Осознавать они его станут позже, и вот тогда людей ждет настоящая задница.

— Держи! — Мельник появился за правым плечом, смахнул тесаком голову подобравшегося ко мне «объекта» и тут же сунул в нос уже освобожденный от пластика респиратор. — Надевай!

После чего унесся дальше, щедро одаривая врагов ударами, и успевая при этом раздавать средства защиты от газа.

— Маша, что у тебя? — выждав момент, когда меня никто не атакует, я натянул на лицо респиратор, и сделал первый вдох из баллона.

— Минута!

— Поторопись!

Через двенадцать секунд поток костяных дротиков резко иссяк. Ворота закрылись, отрезая Стрелков противника от зала испытаний, а тех, кто успел проникнуть внутрь, Ирка уже смогла подавить. Остались только рукопашники. Да, у них, как я понял, не было деления, подобного функциям, всех этих Аналитиков и Дипломатов. Только Воины и Стрелки. А возможности сопряжения имелись у всех.

На пятнадцатой секунде упал Ландыш. Чуть просчитался со сменой направлении при отступлении и тут же скрылся под кучей-малой из тел «объектов». Не дожидаясь, когда его растерзают на части — из этой мешанины живым никто бы не вырвался, я выдрал его сознание, загрузив в себя.

Эту потерю гуки смогли пережить более сдержанно. Конечно, волна боли-жалости-ярости все равно прошла по сопряжению, но контроля никто не утратил. Только меня немного повело — оказывается, хранить в личных Чертогах сразу два заархивированных слепка личности весьма напряжно для разума.

Следующей жертвой универсалов стала Ирина. Как мы не пытались ее защищать, а все равно три урода смогли прорваться в самоубийственной попытке достать так мешающего им Стрелка. Просто классический пример роевого какого-то сознания — при необходимости отдельные части роя приносят себя в жертву, чтобы остальные могли добиться успеха.

Вот и эти, не глядя на раны, навалились на девушку, и один из них, за миг до этого лишившийся головы, ударом руки разорвал Ирке горло.

От третьего слепка меня уже здорово придавило. Появился расфокус, движения стали опаздывать за мыслью, в общем — налицо жесткая перегрузка нервной системы. Все-таки, не был я предназначен служить жестким диском для таких вот бэкапов. Черт, такими темпами четвертого я могу уже и не успеть захватить. Или удержать…

— Маски! — пронесся окрик Хакерши по сопряжению. — Газ!

И с потолочной вентиляции повалила желтоватая, похожая на болотный туман, субстанция. Она была значительно тяжелее воздуха, и сразу же стала оседать на пол. Ну и на нас с объектами. Гуки тут же бросились разрывать дистанцию, универсалы погнались за ними, но пробежать смогли не больше десятка шагов. Один за другим они попадали на пол, не подавая никаких признаков жизни.

Функции, похоже, использовали совершенно слоновьи дозы, когда речь шла об усмирении подопытных.

Нам, заранее снабженных респираторами, газ ничем повредить не смог. Только осел крохотными желтыми капельками на закрывающих верхнюю половину лица прозрачных масках. И мы остались стоять на ногах. Устало рассматривая поле битвы, за которое заплатили такую дорогую цену.

— Вань… — Кукла тронула меня за локоть. — Ты держишься?

Пока остальные приходили в себя после боя, который длился всего две минуты, верная напарница поспешила справиться о моем состоянии. Конечно, она и через сопряжение видела насколько мне сейчас хреново, но слишком долго и хорошо училась быть человеком, чтобы проигнорировать такую важную вещь, как личное участие.

— Не вырублюсь. — слабо улыбнулся я. — Еще какое-то время. Но я лучше пока присяду, ладно? А ты организуй наших на подбор тел.

— Ты в этих что ли наших погибших собрался перегружать?

— Других тут нет. А сразу троих я в себе долго держать не смогу.

— Поняла.

Больше не сказав ни слова, Кукла отправилась рулить гуками. А я так и остался сидеть у стены, тупо глядя перед собой, и все меньше и меньше понимая смысл всей этой суеты вокруг. Все куда-то бегали, что-то друг другу говорили, но я уже не понимал ни единого слова. Даже чувство времени отключилось, настолько полно пришлось сосредоточится на одной простой мысли — не вырубиться. Ни в коем случае нельзя вырубиться! Иначе все будет зря. Что именно — я тоже забыл.

Через сколько-то времени (минуты, скорее всего), вялую рыбину моего сознания вырвало из глубины оцепенения пощечина. Я без понимания посмотрел на Куклу, которая уже заносила для удара другую руку. Что-то понял, и буркнул:

— Все, я здесь. Не бей.

— Отобрали самых лучших. — доложилась напарница. — Хотя они все одинаковые. Просто эти меньше всего зачуханы. Двое мужчин, одна женщина.

— Симпатичная? — с потугой на шутку отозвался я.

— Шаришь! — ухмыльнулась боевая подруга. — Ирка нас не простит, если ее в чудище засунуть. Но — китаянка. Или метиска, европейские черты тоже есть.

Надо же. А я под всей этой грязью и кровью даже как-то не разглядел.

— Ну и ладно. Тогда начнем выгрузку.

Попытался встать, и у меня даже получилось. Правда, как-то криво — мозг отдал команду, нужные мышцы отозвались, но с задержкой на целых две секунды. Нормальный такой пинг! В результате, шаг в сторону лежащих на полу тел «объектов» я начал делать еще когда сидел. Что, естественно, привело к падению.

Зарыться мордой в пол мне не дала Кукла.

— Давай-ка я, Лях. — и поднесла меня к первому телу.

Первым глаза открыл Игнат. К этому моменту меня уже не шатало, и мыслительные способности почти восстановились. Впрочем, я все равно продолжал сидеть. На всякий случай.

— Ох ты ж е…! — подскочил он тут же. Охлопал себя по голове, груди, бедрам, видимо, еще ощущая фантомную боль от ран, которые ему нанесли «объекты». Потом посмотрел на свои новые руки, перевел взгляд на меня, и вымолвил. — Ты?

— Я.

— Вот, значит, как умирать… Ты меня в объекта?

— Да.

— А эти? — Колдун, выглядящий сейчас, как азиатский айдол. Ну, если бы его отмыть, как следует, и нарядить в дорогие шмотки.

— Ландыш и Йонду.

— Их тоже? А остальные? — тут он огляделся по сторонам, провел простые расчеты, и улыбнулся. — Вывезли все-таки!

Опечаленным из-за потери родного тела он не выглядел. Наоборот, оглядывал себя с нескрываемым интересом и восторгом. Будто ему Дедушка Мороз долгожданный подарок принес. По азиатам что ли фанател?

Следующей в себя пришла Ира. Эта мгновенно все поняла без всяких вопросов, только поплотнее закуталась в одежду, которую на тело доставшегося ей объекта натянули товарищи. Рассматривать себя не стала, поджала колени к подбородку и тихонько заскулила. Игнат среагировал на это быстрее всех. Сел рядышком, обнял за плечи и принялся что-то бормотать девушке на ухо.

Ландыш поднялся на ноги со словами: «Батя меня убьет!» И понимая абсурдность этой своей фразы, истерично заржал. Мельник тут же обхватил товарища за плечи, обозвал ускоглазым и потащил в сторону.

— Ну вот. — глядя на остальных сказал я. — Никого и не потеряли.

Хотелось добавить еще что-нибудь, но я не понимал что. Вроде бы и добились победы, но цену за нее заплатили дорогую. Ира, Петр, Игнат — потеряли свои тела. Это для меня уже не настолько важно, а у них — в первый раз. Были подростками из России, а превратились в молодых азиатов. Как в таком виде домой возвращаться? Родители, друзья, ближний и дальний круги — как примут новую внешность? И что гораздо важнее — как они сами ее примут?

Психоаналитик из меня всегда был дерьмовый, поэтому я решил и сейчас не усложнять. Попытался переключить мозги соратников на иные задачи.

— Надо тут все выжечь. И проконтролировать, чтобы ни одна камера или другой носитель информации не выжил. Функции никогда не должны узнать, что тут произошло. И того, что чуть не добились успеха.

— В процессе. — Княжна кивнула на Хакершу, которая как раз занималась компьютером у барокамеры. — Мы тут о другом хотели поговорить.

— О чем? — насторожился я сразу же. Ох уж эти девушки и их: «Надо поговорить!» Никогда не знаешь, чем это закончится.

А еще остальные, за исключением Куклы, как-то сразу рассосались по сторонам. Словно передали Княжне право на переговоры и устранились. Тоже, если подумать, не самый хороший знак.

— По поводу того, что будет после. — Наташа не отвела взгляда. — Той части твоего плана, где ты героически гибнешь и исчезаешь с радаров, а мы возвращаемся в Москву.

— И что?

— План дерьмо. — прямо заявила девушка.

— Это почему же?

— Мы вернуться не сможем, вот почему.

Я открыл было рот, чтобы возразить. Вроде: «Да ладно, я все просчитал, никто вас не тронет! Наоборот, на руках носить будут!» И захлопнул. Понял, что она имела в виду.

— Смена тел.

— Ага. Одного только намека на то, что есть техника или технология, которая позволяет людям покидать одни тела и перемещаться в другие, превратит нас в мишени. Даже, если предположить, что в империи к нам отнесутся лояльно, и попытаются защитить от остальных, уберечь все равно не смогут. Ну, либо мы остаток своих дней проведем в комфортной тюрьме. И это при самом удачном раскладе.

— А так не бывает. — кивнул я.

— Да. — повторила мой жест Княжна. — Так не бывает.

М-да, просчитался ты, Лях! Казалось бы, на поверхности лежит, а внимания не обратил. И Кукла тоже зевнула. Впрочем, чего голову пеплом посыпать. Мы последнее время жили в режиме жесточайшего цейтнота. Не удивительно, что все вопросы про «потом», откладывали на потом.

— Пришли к какому-то решению? — спросил я через минуту. И через сопряжение. Чтобы все участвовали в разговоре.

— Да. — там же ответила за всех Наташа. — Пришли. Мы тоже должны умереть.

Пока я хлопал глазами на это заявление, Княжна тезисно накидала то, как она это видит. Мол, вся группа зашла в убежище под горами Хингана, и там сгинула. Нас будут искать, и найдут. Здесь. Выжженное подземелье. Куча трупов. Анализ ДНК. Конец отряда Ликвидатора, который не справился с последним заданием.

— Ты так же, как и хотел, сотрешь нам всем память. — продолжила девушка. — Мы не будем помнить, кто мы такие, а значит нас никогда не найдут. Новые личности, Кукла подтвердила, ты уже подготовил тела и легенды. Для себя и для нее. Но, думаю, будет не слишком сложно, сделать так и для нас. Это единственный вариант. Все остальные… никому из нас не хочется проверять, насколько прогнозы сбудутся.

А детишки-то выросли! Зрелый, не детский подход к решению проблемы. Да, тоже своего рода эскапизм, конечно, но я буду последним человеком на Земле, который станет их за это осуждать. Да, конечно, потребуется немного пересмотреть план, потратить чуть больше времени на подготовку — тех же легенд. Но — осуществимо. Денег хватит на все. Зря мы что ли ломанули столько счетов у Козырей?

Вот только… Если я просчитался в одном — в их будущем, не получится ли так, что я и в другом ошибся? Действительно ли запущенных процессов будет достаточно для того, чтобы функции были уничтожены раз и навсегда? Вдруг люди опять накосячат? Схватятся друг с другом, вместо того, чтобы уничтожить своего главного врага?

Ну-ка давай-ка еще раз прогоним. Преступность в России под ударом — сделано. Власти без труда разнесут оставшуюся мафию Козырей, а те кто выживут, навсегда откажутся от идей «революции». Стрельницкий там «мертвую землю» устроит — в этом я уверен на сто процентов.

Пробуждение чуанов — тоже чек. Узнавшие правду сосуды прямо сейчас выходят из убежищ, и нападают на своих бывших господ. Сами по себе они не справятся, только погрузят все контролируемые функциями территории в хаос. Но в этом их задача и заключается.

Мировые державы, пользуясь этим, нападают на Китай и Африку. Война на несколько лет: сперва с функциями, потом друг с другом… Вот! Вот он самый слабый и не просчитываемый момент в будущем! Люди действительно могут слишком увлечься своими разборками друг с другом после того, как покончат с общим врагом. Не раз так делали в прошлом.

И может так случится, что цена, которую им придется заплатить за окончательное уничтожение этой космической заразы, окажется слишком высокой.

— О чем задумался? — Княжна долго наблюдала за тем, как я молча смотрю перед собой. — Учти, мы все уже решили, сейчас только Ире, Петру и Игнату все объясняют. Так что…

— Погоди, Наташа. — перебил я девушку. Повернулся к Кукле. — Ань, глянь-ка, что я надумал.

И открыл ей полный доступ к своему разуму. Для существа, которая много лет просидела в моей голове, она мигом ухватила главное. И кивнула.

— Да, такая опасность существует. Я ее учитывала. Но прогнозировала, как незначительную.

— А мне вот сейчас кажется, что это вполне реалистичный сценарий. — не согласился с ней я.

— Понимаю, к чему ты ведешь. И вижу, как хочешь этого добиться. Да, так тоже можно. Но и риск обнаружения возрастает. Если не заблокировать память оригинальной личности. К тому же, ты ведь сам хотел прожить хотя бы одну жизнь, как обычный человек. Без всей этой политики и спасения мира.

— Хотелось бы. — вздохнул я. — Но как их оставишь теперь?

— Ребят, а вы сейчас о чем, вообще? — Княжна некоторое время переводила взгляд с меня на Куклу, а потом все же решила вмешаться в наш диалог.

— Лях только что пересмотрел план на наши дальнейшие действия. — пояснила моя боевая подруга.

— Сперва мы все обсудим, конечно… — попытался пояснить я, но Кукла меня перебила.

— Решение ты уже принял. Я уже занялась просчетами. Ты пока можешь рассказать все остальным.

— Что рассказать? — Наташа, похоже, начала терять терпение.

— Про то, что кто-то должен приглядеть за миром. — хмыкнул я.

После чего вздохнул. Эх, такой отпуск накрылся!

Эпизод 29. Эпилог

Японское (Восточное) море. 145 морских миль от побережья Японии в районе префектуры Ниигата. Спустя два месяца после начала Великого Освобождения

Яхта лежала в дрейфе. Не утлое суденышко вроде тех, на которых снуют вдоль побережья любители морских прогулок, но и не плавучий дворец, способный вместить в себя большую компанию — такие особо любят богатые аристо Ниппона. Разумный компромисс между роскошью, удобством и практичностью.

Длина корпуса около сорока футов. Три палубы: флайбридж с открытой террасой, жилой этаж практически до границ ватерлинии, и машинный. Вытянутый корпус, изящные обводы, затененные стекла в рубке. Четыре каюты, полностью автоматизированное управление, современное парусное вооружение. Дорогая штучка. Но вполне способная управляться парой человек.

Столько их на борту и находилось. Мужчина и женщина. Молодые и, судя по всему, довольно богатые азиаты. Женщина лет двадцати пяти, в одном лишь открытом купальнике, накрывала стол на открытой палубе, расставляя на столе тарелки с фруктами и бокалы с напитками. Мужчина того же возраста лежал на диване, читая что-то с экрана планшета.

Выглядели они, как молодая супружеская пара, отправившаяся в свадебное путешествие. Богатыми молодоженами, которые могут себе позволить подобную причуду.

— Ван, сделай кофе, пока я накрываю на стол. — попросила девушка.

— Я новости читаю, Аюя!

— Мы же договорились без новостей! Хотя бы неделю!

— Милая, это ты у нас беззаботная художница и жена одного из самых молодых миллионеров Куала Лумпура, а мне приходится как-то зарабатывать на жизнь!

— Еще раз назовешь меня содержанкой, я выброшу тебя за борт, Кор Минг Ван!

— Разве я это сказал?

— Именно! Я бездельничаю и прожигаю жизнь, а ты трудишься в поте лица!

— Но разве… Ай, ладно! Я сделаю кофе!

— Так-то!

Остановившись у кофемашины в закрытой части столовой, молодой человек снова активировал экран планшета. И пока механизм жужжал, готовя ароматный напиток, продолжил чтение.

«Индия полностью контролирует Тибет, но не намерена на этом останавливаться, заявил военный министр государства Нарадж Сингх. Данные территории исторически принадлежат нам, заявил он корреспонденту 'Прасар Бхарти»

— Молодцы какие! — прокомментировал прочитанный заголовок Ван. — Исторические территории! Это до того, как вы, ребята, были британской колонией или после?

«Связь с островом Тайвань отсутствует уже четырнадцать дней. Напомним, что оккупационные силы Японии высадились туда 12 августа и с тех пор от них нет никаких известий».

— А на что вы надеялись, парни? Там же плотность населения на квадратный метр за все разумные нормы зашкаливает.

«Восточный экспедиционный корпус Российской империи продвинулся до границ южной оконечности Ляодунского полуострова в китайской провинции Ляонин, сообщает агентство „СибНьюс“. Официальный Пхеньян заявил протест российскому послу. По мнению корейского МИДа, данные территории исторически принадлежали империи Когурё».

— Во, и эти про исторические территории лепят! — Ван уже откровенно веселился. — Там порт Артур был, олени! А корейцы и рядом не стояли!

«Революционный совет Новой Уганды продолжает уничтожать силы функций. По заявлению министра республики, последний участок страны, где они еще оказывают организованное сопротивление, находится на северном берегу озера Виктории. Из городов пришельцы удерживают только бывшую столицу государства, город Кампала. По предварительным данным их численность там около сорока тысяч особей».

— Ничего, справитесь. Хотите свободу? Ну так вот за нее нужно самим сражаться. Добрый дядя за вас работу не сделает!

'Ущерб от беспорядков, начавшихся на этих выходных в Сан-Диего, округ Калифорния, уже превысил два миллиарда долларов, сообщили в торгово-промышленной палате Вашингтона. Сожжено и разрушено 200 объектов, где трудились более 2 тысяч человек. Напомним, что беспорядки начались из-за закона, уравнивающего в избирательных правах одаренных и обычных американских граждан.

«Это полностью уничтожит устоявшуюся систему власти!» — заявил лидер демонстрантов, Майкл Китти, известный в Соединенных Штатах, как новус Эль-Дьябло' — Что власти собираются сделать следующим шагом? Дадут права ниггерам⁈'

— Янки в своем репертуаре. — зло ощерился читающий последнюю новость мужчина. — А нефиг было рабовладельческий строй восстанавливать! Так им и надо, уродам!

— Что ты там все время бормочешь, милый? — донесся до него голос жены.

— Да вот, понимаешь, фьючерсы на зерно опять вверх пошли… — не придумав ничего умнее отозвался молодой человек, воровато оглядываясь.

Но опоздал. Миниатюрная девушка уже стояла рядом, укоризненно заглядывая в планшет.

— Это не то, что ты подумала… — тут же начал оправдываться Ван.

— Лях, тебе сколько лет? Что за детские отмазки!

— Мы, как бы, договорились старые имена не использовать! Я Кор Минг Ван, а ты Аюя…

— А еще мы договорились, что на неделю у нас отпуск. И мы не серфим в интернет новости о войне. Так что давай не переводи стрелки!

— Но интересно же!

— За неделю ничего не случится. А нам нужно отдохнуть. И ребятам тоже. А то знаю я тебя! Найдешь там какую-нибудь зацепку, начнешь истерить, что мы упустили важную деталь, и всем обломаешь отпуск!

— Да я не собирался!..

— Завтракать, Кор Минг Ван! И кофе прихвати!

Парочка расположилась на террасе. Наслаждаясь солнечным днем и бескрайним морем вокруг, приступила к трапезе. Некоторое время они вели себя, как обычные богатые молодые люди, то есть болтали о пустяках, но уже ближе к концу завтрака Ван со стуком поставил кофейную чашку на столик.

— Вот кто бы мог подумать, что отдыхать так тяжело! — произнес он.

— Наработаешься еще.

— Как тебе удается отключится, а? Тебе же даже тяжелее должно быть. Как-никак твоих соплеменников сейчас уничтожают.

— Я — человек! — с нажимом произнесла девушка, вмиг построжев лицом.

— Да я не в этом смысле…

— Знаю я в каком ты смысле! Лях… в смысле, Ван. Ты забиваешь голову тем, на что не способен повлиять. Я так не делаю, поэтому у меня и получается наслаждаться этим морским круизом. А ты просто изводишь себя. Бессмысленно.

Аюя с видом победительницы взяла свою чашку и сделала крохотный глоток.

— Да, но…

— Вот что ты хочешь, чтобы я сказала? — вздохнула девушка. — Мы ведь все уже обсудили. И коллегиально утвердили. Полгода наше вмешательство точно не потребуется. А работы за этот период еще предстоит много. Наши активы легализовать, выстроить сеть по всему миру, через которую будем дозировано вбрасывать технологии функций, следя за тем, чтобы никто не выбился в лидеры. Управляемая гонка вооружений, которая выведет человечество в космос, что повысит шансы вида на выживание. Но все это будет через неделю. А пока мы отдыхаем! У нас свадебное путешествие, на минуточку!

— Ань, да я же не против. Просто не могу переключить мозги с этого, вот и все.

— Мужчины! — фыркнула Аюя. — Есть один способ…

С лукавой улыбкой девушка потянула тонкий шнурок, удерживающий верхнюю часть купальника, обнажая небольшую, но крепкую грудь.

— Запрещенный прием, вообще-то!

— Эй, я твоя жена! И я требую исполнения супружеского долга!

— Ну, Анька! Сама напросилась! Смотри потом не пожалей!

— Слова-слова-слова! Ай, Лях, ты что вытворяешь!

— А на что похоже?

— Я приличная девушка из хорошей семьи, знаешь ли! Ай, ну прекрати!

— Ты выпустила этого джина из бутылки, дорогая! Это полностью твоя вина!

И это конец истории. Этой истории. Надеюсь, вам было весело, как и мне. Не как Ляху. Как мне)

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Возвращение ликвидатора. Новая угроза #3

Content

Возвращение ликвидатора. Новая угроза #3

Эпизод 1. Планы на будущее

Эпизод 2. Бардак, пожар, потоп и переезд

Эпизод 3. Стрельницкий

Эпизод 4. POV Стикс

Эпизод 5. Отряд

Эпизод 6. Вирус

Эпизод 7. Планы на апокалипсис

Эпизод 8. POV Кузнецов

Эпизод 9. Охота на Охотников

Эпизод 10. Новый вид

Эпизод 11. Козыри

Эпизод 12. POV Игорь Кудрявцев

Эпизод 13. POV Наталья Кузнецова

Глава 14 Новая цель

Эпизод 15. Банды Москвы

Эпизод 16. Термитник

Эпизод 17. POV Стикс

Эпизод 18. Нижние пути

Эпизод 19. Засада

Эпизод 20. Сара Коннор

Эпизод 21. POV Инга Кондрашева

Эпизод 22. Наблюдатель

Эпизод 23. Договор с врагом

Эпизод 24. Парящие горы

Эпизод 25. Последние приготовления

Эпизод 26. Убежище

Эпизод 27. Объект 79

Эпизод 28. Новый план

Эпизод 29. Эпилог

Nota bene