Рыцарь Башни III

Глава 1

Мир: «???»

Странствующий город Аридель.

Незадолго до нападения.

— Ма-а-а-астер! — раздался приближающийся веселый голос, от которого у Эларда в голове возникла лишь одна мысль — бежать. Сегодня у него уже «передозировка» Чесити. В два прыжка он оказался перед краем балкона, взглянул вниз и поморщился.

Высоко.

Впрочем…

Взмах руки, и перед ним возникло окно оповещения.

[Активирована способность: «Полет»]

— Да-да, я в курсе, — скривился он, смахнул видимое только ему окно, после чего спрыгнул вниз. Пролетел десяток этажей, затем замедлил падение и осторожно влетел в открытое окно. Это оказалась столовая охраны, но до обеда ещё далеко, поэтому внутри никого не было. Вернее, Эларду так показалось в самом начале.

— Опять бегаешь от Чесити?

Элард повернул голову и обнаружил сидящую за одним из столиков темноволосую девушку-кошку, которая с каким-то невозмутимым видом потягивала суп.

— И тебе привет, Блохастая, — вздохнул Элард и присел на лавку рядом с ней. В последнее время они редко пересекались, а ведь когда-то эта девушка сражалась за него. А ещё пыталась убить, но это все в прошлом.

— Просила же так меня не называть. У меня есть имя — Роксана.

— Ничего не могу с собой поделать, — Элард пожал плечами. — Ты для меня навсегда останешься Блохастой.

Девушка в ответ зло цокнула языком и недобро стрельнула глазами, а по её рукам едва заметно заискрили небольшие молнии.

— И я не бегаю от Мелкой, — сменил Элард тему на изначальную. — Просто хочу от неё отдохнуть. Ты же знаешь, что она может быть приставучей как… Не знаю даже.

— Как репейник.

— Да, хорошее сравнение. Хм… мы и впрямь давно с тобой вот так не говорили. Как ты вообще?

— Не знаю, — пожала девушка плечами. — Нормально. Наверное… Вся в делах.

— А твой парень…

— Муж.

— Муж? Стой… Ты вышла замуж?

— Да, и мог бы для приличия прийти на церемонию.

— Кхм… Извини, немного забегался.

— Ага, я вижу.

Вид у Роксаны был недовольной, а Элард тем временем пытался вспомнить, действительно ли его звали на свадьбу? Свадьбу Гарпии и Антаруса он помнил, хотя до сих пор считал их странной парой, а вот когда вышла замуж Блохастая, он как-то пропустил… Невольно стал задаваться вопросом, а что ещё из важного он пропустил? С тех пор, как он взял на себя бразды правления Ариделью, Эларду катастрофически не хватало времени на всё. Порой просто хотелось взять и сбежать из города куда-нибудь, бросив весь этот ворох проблем на кого-то другого. Он бы так давно и сделал, но знал, что Керрас город не оставит.

— Ладенько, я наверное пойду… Надо будет как-нибудь закатить пирушку и собрать всех. Вспомнить старые деньки…

— Как мы сражались на арене во славу АрхиВладыки? Нахрен! Не хочу это вспоминать.

— Ну тогда, не знаю… будем вспоминать что-нибудь другое, — Элард поднялся из-за стола, прошел к окну и прикинул, как будет лучше спуститься вниз. Вновь воспользоваться полетом?

Но в этот момент небо внезапно потемнело. Ещё десять минут назад там не было ни облачка, а теперь темные, почти черные тучи нависали над городом.

— Что такое? Буря? — Роксана тоже обратила на это внимание.

А через миг перед глазами Эларда появилось сообщение:

«Прорыв пустоты. Первый класс»

«Тип: Пространственный Прорыв»

«Название: Адаптивный»

«Наименование врагов: Посланники»

«Численность: 2»

— Ох… Нет-нет-нет-нет… — Забормотала Роксана. — Мы же сбежали, какого хрена⁈

— Не знаю. Собери всех, пусть организовывают оборону. Нужно перевести город в боевой режим.

— Но почему Пустых всего двое? Разве их не должно быть… много?

— Это Посланники, двоих для нас более чем достаточно, но я разберусь. Не впервой…

Элард выпрыгнул из окна и взмыл вверх, наблюдая за тем, как перестраивается город. Все знали, что этот момент однажды придет, и готовились к нему. Люди прятались по укрепленным убежищам, а на улицы массово выпускались механизированные стражи для противодействия Пустым.

— Мастер! Там! Там! — затараторила Чесити, оказавшаяся примерно там же, где Элард её и оставил.

— Да, я в курсе Мелкая. Готовься к бою.

— Так я уже! Ну… Почти… — опомнилась она, оглядев себя. — Доминатор, настало твое время!

— Понь! — ответил сидящий на её плече слайм и растекся по телу девушки, растворяя одежду и превращаясь в броню. На взгляд Эларда это выглядело немного пошло, да и сама Чесити словно специально, дразня его, очень уж волнительно вздыхала. Наконец трансформация завершилась, и девушка оказалась облачена в облегающую алую броню, очень уж напоминающую мышцы без кожи, с вставками из костяных пластин.

— Я готова! — торжественно объявила она.

— Прекрасно, а теперь дуй за мной!.

Быстрым шагом Элард поспешил в сторону тронного зала. Там уже собрались некоторые из представителей знатных домов Аридели, всполошенные внезапной тревогой.

— Мелкая, они на тебе. Проводи их в главное убежище.

— Но Мастер.

— Это приказ.

— Поняла…

Из тронного зала он прошел к лифту за троном и спустился в сердце города. Керрас, его главная жена, уже была тут, самолично управляя городской трансформацией.

— Как дела?

— Пока нет сигнатур Пустых, — ответила она не отвлекаясь. Перед ней то появлялись, то исчезали десятки окон с городскими планами, схемами и графиками. Элард даже не пытался понять, что они значат, в конце концов именно Керрас и построила Аридель.

— Система ничего не написала о Ядре. Это вообще нормально?

— Понятия не имею, сейчас всё не так, как раньше.

— Ещё лучше…

— Возможно, Посланники сами по себе являются Ядром.

— Значит, устраним их и закроем прорыв. Так понятнее, — Элард довольно ухмыльнулся, сжав кулак в ладони и похрустев костяшками пальцев. — Но вначале их надо найти.

— Я понятия не имею, где второй, но одного уже нашла.

— Где?

— Наверху. Он только что вошел в тронный зал… — теперь в голосе Керрас зазвучало напряжение.

— Я выдворю его, — пообещал Элард и пошел к лифту. — Он не спустится сюда, а ты пока найди второго.

— Найду. Как поднимешься, я включу изоляцию. Нельзя, чтобы Пустые попали сюда.

Элард помахал ей рукой на прощание, но та этого даже не заметила, целиком и полностью погруженная в работу. Лифт устремился вверх, и вот Защитник Аридели вновь шагнул в тронный зал.

— Насколько я помню, сегодня у меня не назначено никаких аудиенций, — начал было он с привычной шутки, но замолчал.п Перед ним стоял воин, закованный в жутковатую черную броню, состоящую из множества пластин. От него буквально веяло чем-то потусторонним и жутким. — Даже так, да?.. Похоже, они всё-таки придумали, как доставить мне хлопот…

Воин ничего не сказал. Просто отвел руку в сторону, и в его ладонь легла рукоять черного меча, сотканного из тьмы.

— Вот так. Спустя столько лет ты ничего мне не скажешь? Ни «привет, Элард», ни «как дела, Элард». А, тьху… Это имя я взял себе уже после нашего разделения. Ну хотя бы «спасибо что спас меня, пожертвовав собой» можно же сказать, Макс?

Шлем воина пришел в движение, пластины разошлись в стороны, открывая лицо молодого черноволосого парня немногим за двадцать. По его щекам, лбу и шее тянулись черные вены, пульсирующие и словно шевелящиеся под бледной кожей. Глаза, затянутые мраком, не выражали ничего, лишь заставляли Эларда чувствовать себя неуютно.

— Хотел бы я сказать, что ты выглядишь отлично, но боюсь, что совру. Хреново ты выглядишь, тебе часом личинок в глаза не совали? Раньше в нашем дуэте ты был красавчиком, а я — жутким теневым монстром.

Воин не ответил.

— Ты меня вообще узнаешь? Может скажешь хоть что-нибудь?

— Ты принадлежишь нам, — всё-таки сказал воин, подняв меч и указав кончиком на Эларда.

— Не, я принадлежу себе и, возможно, нескольким дамам, но точно не Пустоте. Знаешь, когда я увидел тебя, то думал, что есть шанс договориться, в конце концов когда-то давно мы были одним человеком. Меня бы вообще не было без тебя и мисс шило в жопе… Проклятье, если так подумать, то вас двоих можно считать моими родителями. И это, блин, странно…

Элард тряхнул головой и помахал рукой перед лицом, словно сбрасывая эти странные глупые размышления.

— Ладно, вижу, что ты пришел сюда не для того, чтобы разговаривать. Так давай не будем терять на это время.

С этими словами Элард рванул вперед, на ходу покрываясь теневой броней. Его противник тоже скрыл лицо за шлемом.

Столкновение вышло жестким, казалось, что сам город содрогнулся от этого.

— Силе-е-е-ен… — протянул Защитник Аридели и тут же отступил, рывком поспешив в сторону балкона. За спиной воина в черных доспехах возникло четыре парящих черных сферы, выпустивших в Эларда такие же черные лучи.

Но Элард был быстрее.

— Ускорение!

[Активировано умение: Ускорение]

Мир тут же стал медленным, достаточно, чтобы раз за разом ускользать от лучей, пока Элард наконец не оказался перед спасительным окном. Сражаться с Максимилианом в таком узком пространстве было просто самоубийством. Нет, Эларду нужно много места!

Он взмыл вверх, и идущий по следу воин поступил так же. Сферы раз за разом выпускали лучи, а те в свою очередь могли разделяться на новые и новые, создавая в небе огромные черные «деревца», разрастаясь во все стороны. Наконец Эларду удалось подняться достаточно высоко, чтобы не бояться о сохранности города.

— А теперь зажжем! Оружие легиона!

[Активировано умение: Оружие легиона]

Казалось, в тот миг все небо вспыхнуло инфернальным пламенем. В воздухе один за другим стали появляться пылающие огненные мушкеты. Их были тысячи, и каждый из них был готов испепелить врагов хозяина.

— Как тебе такое? — злорадно оскалился Элард. И немного запоздало сообразил, что нужно сменить стихию. Изначально эти мушкеты стреляли чистой стихией огня, но впоследствии, развив умение до высокого уровня, он смог изменять «снаряды». На миг мушкеты потухли, но лишь для того, чтобы разгореться золотистым пламенем.

В ответ за спиной у Максимилиана появилось ещё несколько десятков черных сфер. При виде этого Элард досадливо цокнул языком, но делать было нечего.

Они ударили одновременно. Тысячи мушкетов и черные сферы. И вместе с этим в ближнем бою сошлись и их хозяева. Элард прекрасно знал, что сражаться против Врат Забвения бесполезно обычной магией, для этого нужно что-то более фундаментальное. Например Свет.

Именно им он наполнил Оружие Легиона, именно им он покрыл свои кинжалы, что появились у него в руках.

Максимилиан и Элард столкнулись в небесах словно две кометы, но тут же разошлись, чтобы через миг столкнуться снова. Они кружили, обмениваясь ударами, пока вокруг них бушевала буря. Свет разрушал черные лучи сфер, а сферы рассекали мушкеты.

Схлеснувшись в очередной раз, они рухнули вниз, Элард врезался в одну из труб сталелитейной фабрики в рабочем районе города, пробив её насквозь, та же участь ждала и склад неподалеку. Приземление Защитника было подобно небольшому взрыву, превратившему каменное здание в развалины.

— Он безумно силен… — пробормотал Элард, выбираясь наверх. — Но если ты думаешь, что я слабак, то заблуждаешься…

Элард взлетел вверх. К тому моменту уже больше половины мушкетов было уничтожено, а это ведь одно из сильнейших его умений.

— Ладно, думаю, мне понадобится небольшая помощь… Она меня прибьет конечно, но… Воплощение бога!

[Активировано умение: Воплощение бога]

[Запуск призыва аватара бога: Аннигиляция]

— А? — удивленно заморгала невысокая, почти в два раза ниже самого Эларда черноволосая девчонка с полыхающими золотом глазами. — Первый жрец? Ах ты негодяй! Я уже стала забывать, что у меня вообще есть жрец! Что за дела⁈ А⁈ Где мой храм! Я очень надеюсь, что ты призвал меня, чтобы показать храм, потому что если нет… ЕСЛИ НЕТ… откручу тебе голову! Гр-р-р-р!

— Тихо-тихо, не злись… Хочешь тортик?..

— Тортик? Ты серьезно думаешь, что можешь просто ублажить меня тортиком⁈ — рассердилась девчушка.

— Три.

— Пятнадцать! И ни тортиком меньше! — гордо объявила она.

— Ладно-ладно! Пятнадцать! Договорились, а теперь, чтоб тебя, повернись и посмотри на гребаных верх!

— А что тут? — Аннигиляция удивленно захлопала глазами, развернулась и, задрав голову, уставилась на зависшую в небе черную фигуру. — Знакомая броня… Хм-м-м… Откуда я её знаю… Стоп! Это же броня Максимилиана! Почему тут парень в броне Максимилиана⁈

— Это он и есть. И погоди… Ты его знаешь?..

— Конечно, мы же вместе с Несущими Свет сражались. Погоди… В СМЫСЛЕ ЭТО ОН⁈

Но их разговор прервал выстрел черной сферы, рассекший землю между парочкой.

— Давай потом это обсудим… — бросил Элард.

— Эй! Макс! Ты чего⁈ Это же я, Анни!

— Ему насрать, он теперь один из Пустых! — крикнул ей Элард.

— О! О-о-о-о… Плохо… Получается, время бить морду…

— Да! Именно! — Элард тут же перенаправил часть потока силы прямо на девчонку. Богиня засветилась, а уже через миг вернула себе полноценную форму, превратившись из мелкой и субтильной девчонки в крупную и мускулистую женщину. Аннигиляция подняла руки, сжала кулаки, и тут же на её руках появились тяжелые металлические перчатки, её божественное оружие.

Богиня взлетела и первым же ударом снесла Макса, отбросила на добрых несколько километров. В ответ он ударил лучами из сфер, и тут уже пришел черед помогать Эларду. Защитник Аридели использовал мушкеты, чтобы защитить богиню.

А следом они ударили уже вдвоем.

Максимилиан вне всякого сомнения был очень сильным противником, но кое-как у них получалось его теснить. Анни атаковала в лоб со всей возможной силой, Элард же избрал немного иную тактику. Он поддерживал её с помощью Оружия легиона и одновременно с этим старался атаковать противника со спины, нанеся несколько неглубоких ранений.

Первых ранений, если подумать. Из ран струилась черная дымка, что заменяла Пустому кровь.

Они кружили над городом, обмениваясь ударами чудовищной силы, и при этом Элард совершенно забыл, что система говорила о втором посланнике Пустоты…

Глава 2

Казалось, все время мира замерло, и лишь перестук игральных костей грохотал где-то на задворках сознания. Громкий словно раскаты грома, заглушающий даже битву в небесах.

— Мама… — эти слова сорвались с губ.

Мне порой было сложно вспомнить её лицо. Я был слишком мал, когда их с отцом не стало, остались лишь немногочисленные статуи, посвященные ей, и рисунки, сделанные отцом. Но вот она передо мной, молодая, не постаревшая ни на день, красивая и воинственная. Её золотистые волосы развеваются на ветру, а черные как сама тьма глаза смотрят прямо на меня.

Она улыбалась, но лишь до того момента, пока я не произнес эти слова.

Катрина Готхард остановилась и нахмурилась, вглядываясь в мое лицо.

— Кто он, Аида? — спросила Катрина, продолжая хмуриться.

— Ты сама только что сказала про семейное воссоединение, это твой сын, Кэт, — ответила лисица, а её пальцы тем временем формировали магическое плетение. Оно закручивалось от кончиков пальцев и доходило до самого локтя.

— Что? Нет-нет, ты что-то путаешь. У меня нет детей, — мама махнула рукой, словно услышала несусветную чушь.

С ней определенно что-то не так.

— Люц, я не знаю, кто это существо, но оно определенно не твоя мать,— шепнула мне Аида. — Нам надо бежать из этого мира, срочно.

Но я был с ней не согласен. Это вне всякого сомнения Катрина Готхард, просто что-то изменило её. Возможно, Пустота заставила забыть меня, или вроде того.

Заставить мать забыть собственного ребенка? Это низко и подло…

Одна лишь эта мысль вызывала во мне бессильную ярость. Так много лет я мечтал, что мои родители вернутся, но совсем не думал, что вернутся они такими.

— Люц, по моей команде бежим… — шепнула мне Аида.

— Вы куда-то собрались? — мама сделала шаг вперед. Черный как смоль меч указал на нас двоих. — Почему так скоро? Аида, мы так много лет не виделись… Неужели ты вот так просто бросишь свою лучшую подругу?

— Сейчас! — крикнула Аида и вскинула руку. С её пальцев сорвалось плетение, от которого окружающее пространство стало деформироваться и искажаться. Та часть каменной площадки, на которой мы находились, переломилась, разделяя нас с мамой. По ту сторону каменной преграды что-то загрохотало, а затем взорвалось. — Бежим!

Аида схватила меня за руку и потянула за собой, миг спустя мы уже бежали по коридору в обратном направлении.

— Дверь, нам нужна дверь! — крикнула она.

— Мы что, бросим остальных? Тут же Элард и…

— Люц! Мы не можем драться с Пустыми! Самим бы спастись, — она была напугана, возможно я впервые в жизни видел Аиду де Фрэн настолько напуганной. — Вон!

Действительно, впереди слева была дверь. Я первым оказался рядом с ней, вытащил из-за пояса ключ и уже начал вставлять его в замочную скважину, как стену позади нас разворотило взрывом.

Я лишь отчасти смог защитить Аиду плащом, но даже так нас обоих вбило в дверь, превратив ту в щепки.

— Куда-то собрались? — злобно оскалилась Катрина, за спиной которой росли два черных крыла.

Аида кое-как поднялась на ноги и ударила магией по моей матери, от заклинания стены раскалились настолько, что камень начал плавиться. Катрина припала к земле на одно колено и закрылась крыльями, принимая удар.

— Неплохо, но я ждала чего-то большего от сильнейшей волшебницы Трилора, — мама взмахнула крыльями, стряхивая остатки пламени. — Ты сопротивляешься, я понимаю, мне тоже было страшно, когда я ступила на ту сторону. Но затем всё это уходит. Страхи, волнения, боль… Боги… Через сколько же боли мне пришлось пройти, но все это в прошлом. Пойдем со мной. Я покажу тебе это.

— Спасибо, но я обойдусь, — зло сплюнула Аида.

— Жаль, очень жаль.

Катрина сделала рывок вперед, целя острием клинка прямо в Аиду. В последний момент успел оттолкнуть лисицу в сторону, встав у мамы на пути. Я принял её удар на отцовский меч, и боги… Как же она была сильна. От удара у меня онемели руки, а ноги проскользили метров двадцать, прежде чем я сумел остановиться. И это при том, что на мне Броня Крови.

— Ого, а ты сильнее, чем выглядишь.

Она ударила второй раз, горизонтально. Я вновь выставил блок, но сила удара была даже больше. Меня впечатало в каменную стену, выбивая дух. Кажется, я даже на долю секунды сознание потерял, и тот час мама прижала меня к стене, схватив за горло.

— Я так и не поняла, кто ты такой?

— Твой сын… — кое-как ответил я, пытаясь высвободится.

— Отпусти его! — зашипела лисица, в очередной раз поднявшись на ноги. Ей досталось ещё после первой атаки, по лицу текла кровь, и тем не менее она собиралась драться. Между её ладоней уже формировалось новое плетение. Магия так и искрилась.

— Ну давай, ударь, — зловеще ухмыльнулась мама. — Я убью его раньше, чем ты закончишь.

И в качестве доказательства своих слов, уткнула острие своего черного меча мне в грудь, туда, где находилось сердце. Броня Крови в том месте шипела и пенилась, словно плавясь под воздействием этого странного оружия.

Лицо Ады дрогнуло, она отступила на шаг и развеяла плетение.

— Кэт, подумай, что ты во имя Света творишь… Это же ТВОЙ СЫН.

Лицо мамы дрогнуло.

— Ты продолжаешь это повторять, а я продолжаю тебе говорить: у меня нет детей.

— Мам, это же я… Люциус… — теперь я попытался достучаться до того человеческого, что должно было в ней остаться. — Вспомни…

Её хватка ослабла, но рука все ещё держала горло, а клинок никуда не исчез, находясь в опасной близости от сердца. Приходилось сдерживать себя, иначе попытками вырваться рисковал лишь усугубить ситуацию.

— Даже если вы говорите правду, то какая разница. Я не хочу помнить, те времена приносили лишь боль. Да и в любом случае все мы однажды воссоединимся в Пустоте, так или иначе.

— Кажется, я как раз вовремя, — этот голос никто из нас не ожидал услышать.

В десятке метров от нас появился Николас, прошлый Библитекарь. И увы, на героя-спасителя он едва ли тянул. Видок у него был такой, словно ещё чуть-чуть, и он сам отправится на тот свет. Стоял, опираясь о стену, было видно, что ему тяжело сохранять вертикальное положение.

— А вот тебя я кажется знаю… — мама нехорошо прищурилась.

— Да, давно не виделись, Катрина де Шинро. И я, как один из немногих, кто ещё может сохранять баланс, требую, чтобы вы покинули этот мир. Он не часть Договора.

— Договор был нарушен! — прошипела мама. — И мы забираем то, что принадлежит нам по праву.

— А вот это уже пусть Вечность решает. Вам только дай волю, и вы все миры поглотите. Нет уж, я этого не позволю. Убирайтесь!

— Или что? — мама отпустила меня, хотя вернее будет сказать отшвырнула. Я пролетел по коридору кубарем и вздохнул с некоторым облегчением. Тем временем Катрина неторопливо надвигалась на Николаса.

Очень надеюсь, что у него есть хоть какой-то план. Он определенно не в том состоянии, чтобы сражаться.

— Или я выдворю вас силой.

— Хотелось бы на это посмотреть, — зло оскалилась мама.

Николас в ответ странно, немного горько улыбнулся и достал из кармана колокольчик. Такой небольшой, состоящий из деревянной ручки шириной с ладонь и непосредственно колокола. Таким обычно зовут слуг.

Игральные кости в моей голове затихли, словно ожидая развязки. Замерла и моя мать, видимо понимая, что это за штука.

— Жалкая игрушка, — зашипела она. — Ты думаешь она сможет защитить вас от того, что грядет?

— Нет, но она защитит нас сегодня.

С этими словами Николас взмахнул рукой, и звон колокольчика пронесся по коридору. Первые пару секунд ничего не происходило. Маму не разорвало на куски, мир не перевернулся с ног на голову от божественной магии, просто наступила гробовая тишина, которой вторила тишина в моей голове.

Щелк. Щелк. Щелк.

Щелк. Щелк. Щелк.

Щелк. Щелк. Щелк.

Перестук игральных костей начался едва заметно, где-то на самой границе сознания, и становился всё громче и громче. Какая-то часть меня ощущала, что что-то приближается, что-то сильное и вместе с этим дикое, неостановимое, словно стихия.

В какой-то момент перестук стал таким громким, что я не смог его выдержать. Упал на колени, схватившись руками за голову, и закричал от нестерпимой боли. Аида испуганно посмотрела на меня, мама же смотрела странно, сложно было понять, что творится у неё в голове, по этим жутким черным глазам.

Миг спустя из стены вынырнула человекоподобная, призрачная тень, налетевшая на маму. Руки темной фигуры вцепились в неё и куда-то поволокли. Зарычав от ярости, Катрина смогла высвободиться и рассечь фигуру пополам, но на её место пришло сразу две.

Из стен появлялись всё новые и новые призраки, уволакивающие её в появившуюся в стене черную кляксу.

— Нет! — рычала Катрина. — Мы ещё не закончили! Это не конец!

В конце концов десятки призраков скрутили её по рукам и ногам, буквально затолкнув в черное пятно на стене. Но на этом всё не кончилось. Призраки продолжали появляться и растекались по дворцу в поисках новой жертвы. До нас, впрочем, им не было никакого дела. Один из них прошел сквозь меня, и если не считать странного ощущения холода, ничего плохого не произошло.

Перестук костей продолжал перемалывать мой разум, а затем внезапно всё стихло. Я сидел на полу и тряс головой, пытаясь прийти в себя. Николас сполз по стене, а колокольчик в его руках рассыпался, превратившись в труху.

— Люц, ты как? — Аида бросилась ко мне, стоило ей понять, что больше нам ничего не грозит. Боги, как же приятно это её внимание. Так можно в очередной раз влюбиться в эту лисицу, хоть я и дал себе зарок больше такой ошибки не совершать.

— Жить буду…

Рядом с Николасом тем временем появилось Знание, зависло в воздухе и словно что-то ему показывало на своих страницах.

— Знаю-знаю… — отмахивался он. — И? Ты сама сюда их привела. Что мне было делать, позволить им присоединиться к Максимилиану и его жене? Да! Я знаю! Ох…

— Кажется, он разговаривает с книгой, — попыталась немного разрядить обстановку Аида, но вышло так себе.

— Ага, — попытался улыбнуться я.

— Николас, что происходит⁈ — убедившись, что со мной всё нормально, Аида решила выяснить, что тут творится. — Мы только что с Люциусом видели Катрину!

— Ну, как ты наверное слышала, Договор был нарушен, — тяжело вздохнул он. — Договор заключил Отец с Вечностью и Пустотой, чтобы не дать Несущим Свет пробиться сюда, в эту вселенную. Он отдал десять миров Пустоте, но… что-то пошло не так. То ли миры начали оказывать эффективное сопротивление, то ли что-то ещё… В общем, Пустота теперь требует компенсацию: не только миры, которые принадлежат ей по праву, но и другие.

— Сколько?

— Понятия не имею. Может все.

Аида выругалась, да и на меня накатила тошнота.

— И что, грядет новая война? Будем на этот раз сражаться с Пустотой?

— Сражаться с Пустотой? — Николас попытался рассмеяться, но это далось ему с большим трудом. — Интересное предложение, но вряд ли осуществимое. Пустота это не Несущие Свет, Аида де Фрэн. С ней нельзя бороться.

— Но ты же сейчас боролся, ты нас спас!

— Спас? Да… Спас, но какой ценой. Этот колокольчик был самым могущественным сдерживающим артефактом. Всего таких было пять, и вот один мы только что потеряли, ведь он не рассчитан на применение в такой близости от Пустоты и против такого количества её посланников. И мы не убили их, не развоплотили, просто зашвырнули туда, где им и положено быть, обратно в Пустоту. Но они вернутся, очень и очень скоро. Я выиграл нам немного времени, не более того.

Глава 3

После схватки с мамой я как-то совершенно случайно наткнулся на ту невысокую блондинку в странном «мышечном» костюме. Она-то и отвела нас к Эларду, а также распорядилась, чтобы Николасу оказали первую помощь. С прошлым Библиотекарем мы так и не поговорили, потому что он почти сразу потерял сознание, и теперь вопрос, как скоро сможет прийти в себя.

Сам Защитник Аридели выглядел помятым, уставшим и немного раздраженным, и когда мы с лисицей вошли в тронный зал, он первым делом заговорил с ней, а не со мной.

— Вот уж кого-кого, а тебя я точно тут увидеть не ожидал, — хмыкнул Элард, разглядывая Аиду. — Столько времени прошло, а ты совсем не изменилась.

— Максимилиан?..

Было немного забавно смотреть на растерянную Аиду. Когда я впервые встретил Эларда, тоже ошибочно принял его за отца, а в итоге все оказалось куда более странным и интересным.

— Не, мимо. Я Элард, приятно познакомиться, если можно так сказать.

— Люц, что происходит? — Аида отступила на пару шагов назад и требовательно посмотрела на меня.

— Он…

— Я сам, — Элард жестом остановил меня. — Ты могла знать меня под другим именем. Эгос. Эгос Максимилиана.

— Его вампирская суть? — до лисицы стало доходить. — Но как это возможно? Я же помню, что ты погиб во время сражения с Алой Фломелией.

— Это очень долгая история. Реально. На пару тысячелетий, с путешествиями во времени и прочей ерундой. Расскажу её как-нибудь за кружечкой эля, но сейчас немного не до того. Как вы уже заметили, на нас напали Пустые, и теперь нам в очередной раз придется спешно делать ноги куда-нибудь.

— И среди них была моя мать. Это ведь была она, Элард? — спросил я.

— И Макс тоже тут был, — кивнул он. — Это с ним я сражался в небе. Похоже, что Кэт не справилась, не смогла его вытащить, и в итоге они оба служат Пустоте.

Значит и отец тут был, я видел только маму. Их возвращение вызвало во мне странную бурю эмоций. С одной стороны они живы, они вернулись, а с другой… они не те, кем были прежде. Возможно ли всё ещё их вернуть? Или однажды нам придется сражаться не на жизнь, а на смерть?

Проклятье! Почему⁈

— Люц, — Аида мягко коснулась моего плеча, вырвав из мыслей. Лишь сейчас пришло осознание, что я немного выпал из разговора, и в тронный зал Эларда вошло ещё несколько человек.

Разумеется, битва над Ариделью не прошла незамеченной для людей, и теперь все требовали от Эларда ответа.

— Я в порядке, — сказал я Аиде, но по глазам увидел, что она мне не поверила.

Тем временем люди лишь прибывали, и из приватного разговора только между своими все превратилось в балаган. Разодетые горожане что-то кричали, Элард кричал им в ответ. Но все это по мне не имело никакого смысла.

— Что за бедлам, — буркнула Аида, смотря на все это. — Тут что, нет никакой организованности?

Я даже и не заметил, как толпа нас оттеснила в сторону, продолжая требовать от правителя ответов. Мне было даже немного жаль Эларда, он выглядел потрепанным и уставшим.

— Привет, Люц, весело тут, да? — спросила Аннигиляция, появившаяся буквально из ниоткуда с тортиком в руках.

— Анни⁈ А ты что тут делаешь⁈

— Тортик ем, не видишь что ли? — беззаботно хмыкнула она, ложкой отделила крупный кусок торта и с довольным видом запихнула его в рот. — М-м-м-м-м… Вкусня-я-ятина… ом-ном-ном.

— Приятного… И все же, что ты тут забыла?

— Меня жрец позвал на помощь.

— Жрец?

Вместо ответа Анни кивнула на Эларда, все ещё находившегося в центре внимания.

— Он твой жрец? — ещё сильнее удивился я.

— Ага, первый и единственный.

— Так ты о нем всё это время говорила… — она время от времени сетовала на то, какой её первый жрец неблагодарный, невоспитанный и вообще недостоин такой чудесной богини. — В такие моменты начинает казаться, что вселенная, несмотря на тысячи миров, довольно тесное местечко.

— Для таких как мы — да, — закивала Аннигиляция, расправившись уже с половиной угощения. — Но это так же могут быть проделки Вечности.

— В смысле?

— Ну, в Башне не слишком любят об этом говорить, но тем не менее порой проскакивает мнение, что всё предопределено. Что Вечность подстраивает вселенную под свои желания. Под свой глобальный план, в котором даже боги просто пешки.

— Типо «судьба»?..

— Да, мы, разумеется можем что-то делать, на что-то влиять, но глобальная суть не изменится. Не разрушь Шуб-Ниггурат печать, которая удерживала Несущих Свет в своей вселенной, то её разрушило бы что-то другое. И знаешь, что самое забавное во всем этом?

— Что?

— Что если Вечность решит что-то переделать, мы этого даже не заметим. Это мы существуем плюс-минус в одном потоке времени, а для Вечности времени не существует в принципе. Она существует одномоментно везде. Пообщайся на этот счет с Элардом, если не веришь, он тут вроде как во времени путешествовал. Если в плане Вечности появляются проблемы, ничто не мешает ей вернуться во времени назад, воздействовать там, задействовать тут, и вот настоящее уже совершенно иное. К примеру, твой отец одолел Несущих Свет, твоя мать отправилась за ним в Пустоту, но при этом ты не рождался. Но для Вечности нужна была ещё одна фигура в плане для каких-то своих целей, и вот она отматывает время назад, и одним взмахом руки помогает твоим папке и мамке зачать тебя. И вот ты существуешь, думая, что так и должно быть.

— Но тогда так можно сказать про рождение кого угодно.

— Именно! — подтвердила Анни. — Поэтому про это и не особо любят говорить. Ты сразу начинаешь думать, что вовсе не хозяин своей судьбы, а лишь марионетка.

— Анни…

— М?

— Никогда не думал, что скажу такое, но ты жесть какая жуткая…

— ЧЁ⁈ Ты охренел⁈ Я вообще торт жру! И с тобой не поделюсь после такого, — Аннигиляция демонстративно показала мне язык. — Тоже мне, жуткая я…

— Прости, не обижайся, просто не каждый день мне такое рассказывают… И после этого возникает чувство…

— Бессмысленности всего происходящего?

— Ага.

— Ну, у Вечности тоже есть свои ограничения и правила. Она не вмешивается напрямую, и она не указывает нам, что делать. Скорее она управляет вариациями. Каждый раз, когда в мире происходит развилка или выбор, она толкает нас туда, где будет лучший по её мнению результат. Советую не слишком думать об этом, а поступать как я.

— Есть тортик? — не смог сдержать я улыбки.

— А что? Хорошее дело. Я наслаждаюсь им здесь и сейчас, и мне плевать на Вечность и её планы. Мы ведь даже не можем осознать, что это за планы и как они строятся, так зачем об этом думать? Я поступаю так, как велит мое сердце. И желудок.

— Не самое плохое решение, — признал я.

— Во-во, так что нечего меня тут жуткой называть.

Элард тем временем продолжал тщетные попытки утихомирить публику, пока в какой-то момент не разозлился и не рявкнул на них, используя какую-то магию. Это заставило присутствующих утихнуть.

— Я понимаю, что вы все обеспокоены. Ситуация дерьмовая, не буду скрывать, но у нас уже есть план, — при этом он переглянулся с красивой черноволосой женщиной, что появилась рядом с ним. Это вроде бы Керрас, его жена, и второй человек во всем правлении Аридели, но с ней я практически не пересекался. — Мы перенесем город.

И от одной этой фразы публика буквально взорвалась. Даже Элард поморщился от волны возмущения, которая обрушилась на его голову.

— А как же торговые контракты⁈

— Моя жена и дочь отправились в Вусмадил несколько дней назад!

— У нас есть обязательства!

— Заткнулись! — и вот теперь Элард уже не выдержал и использовал силу. Его голос пронесся по тронному залу и казалось пробрал до самых костей. И это помогло, присутствующие наконец заткнулись и дали ему закончить. — Я знаю, что вы не рады. Мы уже начали свыкаться с тем, что этот мир станет нашим новым домом, но ситуация складывается не в нашу пользу. Да, мы ушли из мира, который принадлежит Пустоте, но мы всё ещё слишком близко к Границе, а значит будут и другие нападения. Так что вне зависимости от того, нравится вам или нет, Аридель покинет этот мир. Вы же решайте, отправитесь с нами или останетесь в этом мире. На этом всё, свободны!

— Мастер сказал, что собрание окончено, так что вон! — между Элардом и людьми объявилась Чесити, начавшая буквально оттеснять присутствующих к выходу. Те сопротивлялись, но силы явно были не на их стороне, да и к девушке присоединилась местная стража.

Ещё где-то минуту Элард спорил с Керрас, пока внимание не вернулось обратно к нам.

— Прошу прощения за это… У нас тут небольшие проблемы с «дисциплиной» и субординацией.

— Что совершенно неудивительно, учитывая, что ты правишь городом меньше года, а твой предшественник был… — начала Керрас, на что Элард поморщился.

— Знаю-знаю, не продолжай. Устрою на досуге пару казней.

— Не смешно, — сердито цокнула она языком, и на этом их спор завершился.

— Вы действительно хотите перенести в другой мир целый город? — теперь уже в разговор вступила Аида, явно заинтересовавшись таким поворотом событий. — Но он же огромный, это не воздушный корабль или что-то такое. Откуда вы возьмете столько энергии? Магический фон в этом мире явно не очень-то богат.

— Это очень хороший вопрос, — кивнул Элард. — Честно — я понятия не имею, как мы это сделаем. В прошлый раз у нас получилось из-за Пустоты, мы воспользовались её силой для переноса, но второй раз этот трюк не пройдет.

— Да, она не выпустит нас, — подтвердила Керрас. — Если мы сами создадим прорыв Пустоты и воспользуемся им как тропинкой, то обратно уже не вернемся.

— Значит придется обычной магией.

— Скорее уж божественной, — покачала головой Аида. — Если я всё правильно поняла, то вам надо уйти очень далеко. Пройти один-два мира — не вариант, вам надо уйти на те оси вселенной, где у Пустоты будет минимальное количество сил. То есть в самый центр.

— Да, это было бы идеально.

— Они могли бы переместиться к нам, — предложил я.

— В Ауларон? — задумался Элард. — Ух, давненько я там не был. Фактически в прошлой жизни… Но вы уверены? Вести Пустоту к вам домой…

— Люц, я знаю, что ты задумал, но это плохая идея… — нахмурилась Аида. — Оказавшись дома, они не станут прежними.

— Но это возможно, — не согласился я. — Чем дальше Пустые от границы, тем они слабее. Возможно влияние Пустоты там будет совсем слабым, и они вспомнят, кем были. Вспомнят нас. Меня, — поправил сам себя.

— Ты хватаешься за соломинку…

— А что ещё мне остается? Но даже если откинуть это, то Ауларон правда самый лучший выбор. Четвертая ось, совсем близко к центру, и плюс у нас уже есть опыт сражения с сильным врагом. Очень много оружия осталось со времен сражения с Несущими Свет. Мы можем использовать его, чтобы дать бой Пустоте. Сама подумай об этом.

Аида сокрушенно вздохнула и устало посмотрела на меня.

— Чтобы перенести Аридель в Ауларон, потребуется о-о-очень много энергии. Откуда мы её возьмем?

— Хммм… Погоди… ТЫ!

— А⁈ — Аннигиляция чуть было не выронила второй тортик. Богиня все это время просто стояла и наблюдала за нашим разговором, и не похоже, что ей это слишком интересно. Просто она не собиралась уходить, пока не доест все сладости.

— Да, ты же богиня Башни! Ты должна нам помочь!

— Не-не-не-не…Я пас!

— Да, она бесполезна, — подтвердил Элард. — Это я её подпитываю.

— Но она может свести нас с другими богами. Правда?

— Ну-у-у-у-у… — замялась Анни. — Наверное…

— Ну вот. Они нам должны, ведь это нашими усилиями была выиграна война с Несущими Свет.

— По мне это плохая идея, — вздохнула Аннигиляция, с грустью смотря на тортик.

— Но мы хотя бы можем попытаться убедить их помочь. Правда?

Глава 4

— Как себя чувствуешь? — спросил я у библиотекаря который наконец пришел в себя. Мы с Аидой решили немного подзадержаться, дождаться его пробуждения, и не зря. Николас пришел в сознание через несколько часов после того собрания Эларда, так что я, Аида и Анни отправились в лазарет.

Николас смог приподняться и сесть на кровати, но было видно, что это далось ему с большим трудом.

— Не уверен, что могу дать нормальный ответ на этот вопрос. Я жив.

— Ну… Уже хорошо, — немного натянуто улыбнулся я.

— Мне не хватило времени восстановиться, да и не уверен, что вообще смогу это сделать… — устало вздохнул он.

— Что происходит, Николас? Я видел свою мать, а Элард говорит, что дрался с моим отцом. Почему Знание спустя столько лет вдруг ожило и открыло мне путь в Сумеречную Библиотеку? И что это за игральные кости, которые раз за разом появляются у меня в кармане?

Я даже специально вытащил их, чтобы показать, хоть и не питал особой надежды на то, что получу ответ на последний вопрос. Никто из тех, кому я показывал игральные кости, даже Аннигиляция, их не видели и не чувствовали.

— Как много вопросов… Ох, даже не знаю на что ответить в первую очередь… — немного вымученно рассмеялся Библиотекарь. — Договор был нарушен.

— Мы это уже слышали, — рассердилась Аида. — Что это значит для нас?

— Ничего хорошего. Из-за божественного вмешательства Пустота не получила того, что должна была.

— Божественного вмешательства? — не понял я. Вместо ответа Николас посмотрел на Аннигиляцию.

— Что? — богиня удивленно заморгала глазами. — Что вы так на меня смотрите?

— Это всё из-за тебя, Аннигиляция.

— В СМЫСЛЕ ИЗ-ЗА МЕНЯ⁈ Вы охренели⁈ Нет! Нет! Нет! Нет! Вот не надо всё валить на старушку Аннигиляцию! Я вам что, богиня отпущения⁈ Пустые напали — это Анни виновата!

— Успокойся, — попытался я немного её утихомирить.

— Да как тут успокоишься⁈ Вы слышали, что он сказал!

— Я говорю как есть, Аннигиляция, — Николас был абсолютно серьезен. — Отец и Башня заключили с Пустотой договор, по которому Пустота получает десять миров, как бы жестоко и ужасно это не звучало. Мы, боги Башни, не должны были в это вмешиваться, и уж тем более противодействовать. Ты разве не бог Башни, Аннигиляция?

Богиня промолчала, виновато опустив глаза в пол.

— Вот именно. Ты вмешалась, сражалась с Пустотой, не давая ей получить то, что её по праву.

— Но я же не специально! Меня сюда вообще призвали, и даже не полноценно, а в виде аватара! Откуда мне вообще было знать, что я не должна сражаться с пустыми?

— Хватит, — вмешался я. — Нет смысла винить во всем Аннигиляцию. Сейчас надо решить, что с этим делать, а не искать виноватых.

Николас вздохнул.

— Да, ты прав. Извини, Аннигиляция.

— Для начала нужно разобраться, что именно последует за нарушение этого договора, — решила прояснить главный вопрос Аида.

— Что точно: они пойдут на всё, чтобы получить «свои» миры. И так же всех, кого считают своей собственностью. Остальное… кто знает. Лишь Вечность устанавливает границы дозволенного.

— И этот город они тоже хотя забрать, — вздохнул я, и Николас утвердительно кивнул. — Элард хочет перенести Аридель поближе к центру вселенной. Это может нам помочь?

— Не уверен, но как минимум может дать время. Пустым сложно путешествовать по мирам, которые им не принадлежат, и чем дальше путь, тем они слабее. Но вы должны быть готовы к последствиям такого решения. Пустота так просто не успокоится и приложит все силы, чтобы получить желаемое, и заодно поглотит всё, что встанет на пути.

— Мы думаем обратиться к богам башни, — вновь заговорила Аида. — Возможно они смогут нам помочь.

— И это будет ваша огромная ошибка. Гаменир не станет помогать, впрочем как и большинство остальных.

— Почему? Разве они у нас не в долгу? — теперь уже говорил я.

— Из-за страха. Пустота и так обозлена, и если боги Башни выступят против… Это может привести к концу всего.

От его слов всем нам стало не по себе, даже Аннигиляция втянула голову в плечи, испуганно смотря на библиотекаря.

— Ты имеешь в виду начало войны, как была со Светом? — решил уточнить я.

— Война? Нет. Это будет поглощение. С Пустотой невозможно воевать, как и с Вечностью. Они фундаментальные силы мироздания. Те сражения, что ведете вы сейчас, для Пустоты просто игра. На неё действует слишком много ограничений, но если их не станет… все миры будут поглощены и стерты. Наступит конец всему. Поэтому боги Башни не станут вам помогать, напротив, если Пустые обратятся к ним за помощью, то они помогут им, а не нам.

— Дерьмово… — вздохнул я и провел рукой по волосам. Ситуация не из приятных, и я понятия не имел, как из неё выбираться.

— Как только я немного встану на ноги, отправлюсь в Сумеречную Библиотеку и попробую найти информацию, которая может помочь. А вы…

— Мы собираемся помочь Эларду с переносом города. Найдем подходящее место, придумаем, откуда взять энергию для переноса чего-то настолько огромного через сотни миров.

Николас кивнул.

— Удачи.

— Да, вот что-что, а удача нам точно понадобится.

* * *

— Добро пожаловать, — театрально раскланявшись, сказал я Аиде, проводя лисицу в Сумеречную Библиотеку с помощью ключа. Знание осталось вместе с Николасом, так что он и без ключа сможет сюда попасть, когда захочет.

— Ох, — лицо Аиды расплылось в благолепной улыбке. — Как же я счастлива вновь видеть это место. Опасалась, что оно было утеряно после сражения со Светом… И давно у тебя есть ключ от него? — последний вопрос она уже сказала серьезным голосом, я бы даже сказал с претензией.

— Ну… какое-то время.

— И я узнаю об этом только сейчас.

— Извини, но… ты же сама понимаешь, насколько это место важно. Я не решился рассказать о нем, даже тебе.

Мне казалось, что Аида разозлится, но она отреагировала на удивление спокойно. В её взгляде все ещё горело некоторое осуждение, но вот сказала она мне полностью противоположное.

— Ты поступил правильно. Сумеречная Библиотека действительно очень ценна. Страшно представить, что ключ получил бы кто-нибудь вроде Виго. Но Люц, впредь постарайся не скрывать от меня таких вещей.

— Хорошо, — кивнул я. — Если вдруг найду божественный артефакт, то немедленно сообщу тебе о нем.

Аида рассмеялась и прошлась по библиотеке.

— Боги… Как же давно я тут не была…

— Предложил бы устроить экскурсию, но думаю, ты и сама знаешь, что здесь что.

— Знаю, — подтвердила она. — В свое время мы проводили тут много времени. Это место за десятилетия совсем не поменялось… Кажется, словно даже пахнет ими.

— Да…

— Люц, ты вообще как? Не каждый день узнаешь, что твои родители живы и перешли на сторону зла.

— Не знаю. Честно… Тоскливо, одиноко, пусто…

Аида печально на меня посмотрела, подошла и заключила в объятия.

— Мы что-нибудь придумаем, Люц. Выход есть всегда. Когда мы сражались с Несущими Свет, тоже казалось, что надежды нет, но мы справились, мы выжили. Так и сейчас. Твои отец и мать живы, а значит, уверена, что есть способ их вернуть.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я её за поддержку. Видят боги, она мне правда была нужна.

— Как насчет увидеться с сестрами? Раз уж мы в Сумеречной Библиотеке, то легко сможем попасть куда захотим.

— В Мральдарим? Но я там никогда не был.

— Я была. Идем.

— Стой-стой, давай не будем торопиться. Предлагаю вначале вернуться в Юндор. Я вот так внезапно оттуда пропал, что девушки, наверное, забеспокоились. Да и было бы неплохо захватить с собой Эрру.

— Ах, «девушки», — странным тоном произнесла это Аида, даже не пытаясь скрыть улыбку. И тут я даже немного смутился, но оправдываться не стал. — Ладно, давай проведаем их.

Не став задерживаться в Сумеречной Библиотеке, мы с Аидой отправились прямиком во владения дома Эматия. Я где-то в глубине души надеялся, что меня правда потеряли, что по дворцу Валирэль носятся стражи, переворачивающие каждый угол в поисках пропавшего жениха, но истина, увы, более прозаична.

Меня никто не искал.

Кажется, мою пропажу почти на день вообще никто не заметил, что было крайне печально.

Первым делом я остановил одну из служанок, которая сообщила, где искать мою невесту и гостей. Шали и Нору я нашел во время косметологических процедур. Девушки принимали грязевую ванну, пока служанки занимались лицом, волосами и маникюром. Им оставалось лишь расслабиться и наслаждаться процессом.

— Кхем-кхем, — они даже и не заметили, что пришли гости. — Вижу, вы хорошо проводите время.

— О! Люц-Люц! — затараторила девушка-кошка. — А я все думала, куда ты пропал. Не хочешь с нами?

— Да, присоединяйся, — согласилась Валирэль. — Полежишь в грязи, немного расслабишься, а потом мы тебя хорошенько отмоем.

И подмигнула, а Нора довольно захихикала.

— Ой, а кто это с тобой? — кажется, Аиду в дверях заметили только сейчас.

— Судья де Фрэн, ох… — если Нора с легким интересом и подозрением разглядывала лисицу, то вот Шали мгновенно посерьезнела и растерянно закрутила головой. — Я не ожидала в гости столь важную персону. Слуги даже не доложили о вашем прибытии, и я оказалась в крайне неловком положении…

— Не беспокойтесь, госпожа Эматия. Это не официальный визит, я тут из-за Люциуса.

— Да, — подтвердил я. — Она тут из-за меня, так что не переживай. Я её и провел, слуги просто не знали об этом, так что если думаешь кого-то наказать, то выкинь это из головы. Мы на самом деле заглянули сказать, чтобы сообщить об уходе. Меня какое-то время не будет.

— Люц… Ты ведь только прибыл. Не можешь погостить ещё хотя бы пару дней?

— Извини. Очень много дел. И… — я перевел взгляд на Нору. — Ты могла бы позаботиться о Норе?

— Погоди, ты меня бросаешь?..

— Извини, думаю, ближайшие дни у меня будут очень… бурными. И не в хорошем смысле. Я отправляюсь в Мральдарим, а оттуда возможно ещё куда, у тебя, насколько я помню, учеба. Лучше погости пару дней у Шали, прочувствуй эльфийское гостеприимство, а затем тебя отвезут на посольском транспорте в Трисент.

Норе не понравился такой поворот событий, но у неё просто не нашлось, чем возразить.

— Не волнуйся, Люц, — мягко сказала Валирэль. — Она в надежных руках. Позабочусь о ней как о родной сестре.

— Спасибо, — поблагодарил я её. — А ты случайно не знаешь, где Эрра?

— Сходи на задний двор, где тренировочная площадка. Скорее всего она там.

Как и сказала Шали, Эрру я нашел. Для демоницы тренировки тела были чем-то обыденным. Я уже привык к тому, что в свободное время она либо выполняет какие-то базовые упражнения на разные группы мышц, либо практикуется с оружием. Так что и в этот раз я ожидал, что она занимается чем-то подобным, ну на худой конец гоняет по тренировочной площадке какого-нибудь несчастного эльфа, но как же я был удивлен, когда вместо длинноухого я увидел Хэнга, мужа Шалириэллы и человека, который учил меня искусству меча, когда я был ребенком.

Они с Эррой сражались, и несмотря на то, что суккуба вне всякого сомнения была быстрее и сильнее, Хэнг ухитрялся её теснить лишь на одном мастерстве. Было видно, что Эрра запыхалась, её одежда была вся мокрая от пота, а кое-где вообще были небольшие порезы, оставленные от меча.

— Думаю, достаточно, — сказал Хэнг, заметив наше приближение.

— Нет, я хочу продолжить… — Эрра тяжело дышала и едва стояла на ногах. Ей однозначно была нужна передышка, но она упрямилась. Хэнг выглядел гораздо более свежим, но именно что выглядел. Я слишком хорошо его знал, чтобы заметить, что он тоже устал, просто умеет этого не показывать. Страж наргатта всегда должен быть безупречен.

— Не времени, Эрра, — крикнул я, поприветствовав своего учителя кивком, тот ответил тем же. — Мы собираемся в Мральдарим. Ты конечно можешь остаться тут и практиковаться, но в таком случае я уйду без тебя.

— Нет, господин Люц, я последую за вами. Только… — она посмотрела на свою насквозь сырую одежду. Ей светло-серая футболка так вообще промокла настолько, что облепила грудь, прекрасно подчеркнув все выпуклости.

— Тебе нужно переодеться и ополоснуться? — понял я.

— Да, — стыдливо подтвердила она. — Если мы отправляемся в Мральдарим, то скорее всего встретимся с Императрицей, а я не могу предстать перед ней в таком виде.

— Хорошо, только быстро.

— Будет исполнено, господин, — с этими словами Эрра умчалась прочь так быстро, словно совсем забыла об усталости. Я проводил её взглядом, а сам направился к Хэнгу. С ним и его женой мне тоже есть что обсудить…

Глава 5

— Тревожные ты вести нам принес, Люциус, — задумчиво сказала Шалириэлла. Даже удивительно, как быстро к нам прибыла наргатт, стоило только сказать Хэнгу, что в деле замешан мой отец. — Пустые, странствующий город… Максимилиан и Катрина… Ты уверен, что все это не какой-то трюк?

— Я сам всё это видел, — теперь, учитывая, что стоит на кону, нет смысла скрывать информацию про Сумеречную Библиотеку. Тем более что Николас, прошлый Библиотекарь, вернулся, и у него Знание. С ним он вполне способен защитить это место от попадания в неправильные руки. — Если угодно, я могу отвести вас прямо к Эларду через Сумеречную Библиотеку.

Шалириэлла взглянула на Хэнга, но тот отрицательно помотал головой, не одобряя эту идею.

— Нет. Как бы мне не хотелось поучаствовать в подобном, но пока я не могу покинуть Юндор. Может позже пошлю кого-нибудь из послов. Так значит, вы планируете перенести город сюда, в Ауларон?

— Это лучшее решение. Тут мы можем оказать Эларду поддержку и возможно придумать, как вернуть моих родителей…

— Люциус…

— Давайте для начала подумаем над другим вопросом, — решила вернуть наш разговор к делу Аида. — Энергия. Чтобы перенести город вроде Аридели сюда, через сотни миров, нам нужно очень и очень много энергии. Я хочу, чтобы вы «расконсервировали» Хранилище.

— Нет-нет, Судья, вы просите слишком многого.

— Хранилище? — не понял я. — О чем речь?

— Долгое время Эйгур Фатима, да и другие великие дома Юндора, вели разработки в области божественности, и это были не просто теоретические изыскания. Они буквально потрошили богов.

— Чего?.. — я удивленно посмотрел на лисицу.

— И мы этим не гордимся, — словно заправский политик, коим Шалириэлла и была, объявила эльфийка. — Всё это давно в прошлом.

— Ничего не понимаю… Потрошили богов? Можете нормально объяснить?

— Они использовали богов как батарейки, Люциус, — сообщила Аида. — Эльфы нашли способ захватывать в плен богов, удерживать их и подпитываться. Для этого они отправлялись в другие миры и похищали их.

— Таким образом Юндор и летал, — подтвердила Шалириэлла. — И эта одна из причин, почему было решено вернуть нашу землю на прежнее место. В противном случае Юндор бы просто выжирал магофон нашего мира…

— … и маги Трилора и Фальдарской империи стали бы уличными фокусниками, — закончила за них Аида. — Во всем Аулароне наступил бы острый магический голод. Везде кроме Юндора.

— Погодите, — для меня было слишком много информации. — А почему Юндор так не поступил? Тогда бы у нас нечему было противопоставить эльфам. Не было бы не артефактного оружия, ни могучих магов.

— Магическая чума, — пояснила Аида. — Штука редкая, и по большей части от неё страдают артефакторы, которые вечно живут рядом с кузней. У любого артефакта есть магический фон, обычно он слабый, и мы его не чувствуем, но если долгое время находиться в прямой близости от сверхмощного артефакта, то начнут возникать проблемы.

— Юндор и начал охоту на богов как раз по этой причине. Спустя несколько лет после взлета стали появляться первые заболевшие, — подтвердила Шалириэлла.

— А Свет, значит, не так опасен?

— Он более… экологичен, — попыталась объяснить Аида. — Он мягче, растворяется практически без следа. Вот представь воду и масло. Это жидкости, но одна стечет с твоих рук, а остатки испарятся без следа, а другая…

— Я понял аналогию.

— Только наше масло высыхает десятилетиями, — вздохнула Шалириэлла.— На самом деле магическая чума актуальна для Юндора до сих пор.

— Ты как-то спрашивал, почему в Трилоре не так распространены артефакты, как в Юндоре, — припомнила мне Аида. — Это одна из причин. И в Мральдариме ситуация схожая, но там магический фон выше, и сопротивляемость тела магии так же выше, так что все не так плачевно. Маги чуме практически не подвержены, ведь магия внутри нас. Страдают только те, у кого либо совсем слабый дар, либо он отсутствует как таковой.

А эльфы как раз относились к первым. У них почти у каждого магический дар, но такой слабый, что они даже не пытались его развивать. Валь как-то рассказывала, что по легендам Лар-Солас, богиня эльфов, забрала магию у народа Юндора в отместку за отказ от служения. Впрочем, Аида вроде бы тогда высмеяла эту «сказку».

— Это прискорбно, — вздохнул я. — Но мы немного ушли от темы. Хранилище.

— Верно, — кивнула Аида поворачиваясь к Шалириэлле. — Хранилище.

Лисица чуть ли не руки потирала от нетерпения. Она очень хотела попасть в это закрытое место.

— Хотите использовать Свет оттуда для переноса города?

— Его вряд ли хватит, но это как минимум значительно упростит процесс. Плюс попробую задействовать наработки по межмировым перемещениям, что есть у вас и Мральдаримской империи. Один раз они построили Тейос, самый большой корабль, когда-либо созданный. Думаю, и с переносом города смогут помочь.

— Только тогда у нас был один общий враг, а сейчас вы наоборот хотите привести врагов сюда. Извини, Аида, я против.

— Ты обязана Максмилиану жизнью.

— И? Ты не он. И он сам сейчас желал бы противоположного.

— Возможно это наш шанс вернуть его и Кэт. Заманим их сюда, сделаем ловушку, используя Свет.

— А дальше что? — пока слова Аиды Шалириэллу не убеждали.

— Не знаю. Что-нибудь. Мы никогда полноценно не имели дел с Пустотой. Возможно, мы найдем способ спасти их, очистить и освободить.

— Если от них что-то осталось, — покачала головой Шалириэлла, скрестив руки на груди.

— Не попробуешь — не узнаешь.

— Это авантюра может стоить жизни всем нам!— теперь Шалириэлла уже злилась.

— Вся жизнь — авантюра, — пожала Аида плечами. — Если бы не Максимилиан, мы все уже были бы мертвы или служили бы Свету как верные болванчики.

Шалириэлла прикрыла глаза, а Хэнг положил руку ей на плечо.

— Допустим, я соглашусь вам помочь. Я не могу так просто взять и открыть хранилище. Есть соглашения с Черным Орденом, Трилором и Фальдаром. Четырехстороннее.

— Я бы сказала трех. Орден давно пользуется скрываемыми наработками. И полагаю, что самое время пересмотреть текущее положение дел там.

— Погоди, стой, ты о чем?

— Орден должен был быть независимой силой, эдаким стражем, который уравновесит баланс сил в нашем мире, но как обычно бывает с людьми, которые дорвались до власти, они начинают ей злоупотреблять. На Люциуса несколько раз покушались люди оттуда, координировал и стоял за всем, как мы полагаем, некий Виго Красноглазый. С ним покончено, но сам факт того, что кто-то использовал Черный Орден, ставит под вопрос его непредвзятость.

— То есть ты хочешь не только добраться до хранилища, но и начать настоящую войну? Аида, с тобой всё хорошо? — Шалириэлла была в шоке от такого заявления.

— А что ты предлагаешь? Замять всё? Сделать вид, что ничего не случилось? Мы с Люцусом до сих пор не знаем, кто именно в ордене помогал Виго, но кто-то на самом верху. Чтобы начать расследование, нужна поддержка всех мировых сил.

— А у тебя поддержка есть? Другие Судьи не одобрят.

— Я найду способ их убедить.

— А это не злоупотребление властью в своих интересах? — холодно осведомилась Шалириэлла, и Аида недовольно прикусила язык. — Ты правда хочешь слишком многого. Я едва удерживаю власть, а ты мало того что предлагаешь притащить сюда Пустоту, так ещё и столкновение с Черным Орденом устроить.

— Я просто хочу справедливости.

Мда… Совсем не такого я ожидал, когда шел с Аидой на встречу с Шалириэлла. Тут прям чую запах большой политики, от такого я бы предпочел держаться подальше.

— Ничего не могу обещать, Аида. Ты просишь слишком многого. Что если Черный Орден в итоге перекроет нам путь в Мральдарим?

— Проложите свой.

— Мы пытались, но десяток переходов — это слишком энергозатратно. Нам дешевле, проще и быстрее использовать Башню для этого.

— Ну, как тебе угодно, — Аида поднялась, тем самым решив закончить данный разговор. — Мы с Люциусом отправляемся в Мральдарим. Обговорим сложившуюся ситуацию с их артефакторами, может что и придумаем, а ты поразмысли над тем, что для тебя важнее — «дешевый» проход через миры или потенциальная зависимость от Черного Ордена.

Брошенные лисицей слова Шалириэлла очень не понравились, но та промолчала.

— Извините её, — сказал я наргатту и её супругу, после чего поспешил следом за Аидой.

— Вот же трусиха, — ворчала Аида.

— Её можно понять, — вступился я за Шалириэлла. — У неё и так тяжелое положение в данный момент. Я тут поучаствовал в попытке государственного переворота и чуть головы не лишился.

— Без этого самого хранилища мы можем что-то сделать?

— Да, выходы есть всегда, но воспользоваться им — самое простое решение.

— А где вообще это хранилище? На Юндоре?

— Первоначально было, затем всё содержимое переместили в подземелье Башни вместе с тем, что осталось от Несущих. Его запечатали особым артефактным замком, открыть который возможно лишь с помощью четырех ключей. Один ключ у меня, — и Аида ловким движением руки извлекла откуда-то артефактный ключ, который завис в воздухе. Он был красивый, состоящий словно из нескольких фрагментов, не соприкасающихся друг с другом и скрепленных лишь магией. Но уже через миг Аида его спрятала.

— Красивый, — хмыкнул я. — А где ты его прячешь?..

— А вот это секрет, — весело подмигнула она.

— Зануда, — буркнул я в ответ, на что Аида показала язык. Несмотря на неудачные переговоры, она была в странно хорошем настроении. Подозрительно… — Ты что-то задумала…

— Я всегда что-то задумываю, — ответила лисица.

— Значит сейчас мы в Мральдарим?

— Да. И поскольку теперь у нас есть возможность в любой момент попасть в Сумеречную Библиотеку, это значительно всё упростит. Нам не нужно контактировать с Черным Орденом для переправы.

— Кстати о нем. Всё действительно очень серьезно? Орден… превращается в угрозу?

— Черный Орден стал угрозой с того момента, как получил Башню. Максимилиан, когда его создавал, вряд ли мог подумать, что он превратится в такую мощную мировую силу.

— А вдруг? Он же зачем-то его создал.

— Ох, Люц, — Аида одарила меня снисходительной улыбкой. — Твой отец сделал Черный Орден для того, чтобы получить собственное ведомство, как Судья, а следовательно и финансирование. Он вообще создавался для галочки изначально.

— И это породило что-то настолько грандиозное.

— Ага, — согласилась лисица.

Мы как раз вышли в коридор и пересеклись с Эррой. Суккуба терпеливо дожидалась, когда мы закончим переговоры.

— Как всё прошло? — спросила она.

— Не так хорошо, как хотелось бы. Пока мы здесь закончили, и теперь отправляемся в Мральдарим.

Глава 6

Мральдарим. Я впервые здесь. Мы с Аидой и Эррой перенеслись не в дворец Императора, а куда-то в город, так что я мог немного осмотреться.

И я ожидал чего-то большего, более волшебного что ли, учитывая все те разговоры о богатом магическом форне. На первый взгляд Кинсальдур, столица местной Империи, очень напоминала мне Трисент. Такие же широкие улочки, высокие дома в центральном районе, одни районы были трущобами, другие состояли сплошь из дворцов местной знати. Разница лишь в некоторых деталях архитектуры: угол крыш, орнаменты и прочие мелочи, но именно что мелочи.

— Вижу, ты разочарован, — словно прочла мои мысли Аида, выступавшая нашим проводником. Лисица чувствовала себя в другом мире как дома, и по пути даже купила у продавца два леденца. Себе и Эрре, но не мне.

Обидно даже немного.

— Да, тут всё какое-то… обычное… Даже Юндор кажется более чужим, чем Кинсальдур.

— Слышал о законе единообразия? — поинтересовалась Аида.

— Нет.

— Я вот тоже не слышала, пока не пообщалась с богами и не побывала в других мирах. Его суть в том, что когда Отец сотворил мир из остатков Истинной Тьмы, он поручил первым богам башни наполнить его жизнью. Так появились люди, зверолюди, эльфы, орки и все остальные. А вместе с ними появились и миры. Отец был против того, чтобы расы были предоставлены сами себе, отчего был намечен определенный вектор развития миров. И кто-то из богов оказался более ленив, отчего некоторые миры очень похожи на другие.

— Значит Мральдарим похож на Ауларон, потому что мы развивались схожим образом?

— Да, вроде того. Тут больше рас, больше магии, в остальном же мы почти миры-близнецы. Так что не удивляйся, что все здесь кажется таким привычным, словно это какой-нибудь крупный город Трилора.

И все же Кинсальдур смог меня удивить. Аида словно специально начала путь с ничем не примечательных районов, не позволяющих оценить размеры и величие города, а затем мы вышли на что-то вроде смотровой площадки, и вот тут я застыл, изумленно открыв рот.

Вначале могло показаться, что часть города упирается в гору, но быстро приходит осознание, что это вовсе не гора, а исполинское, поистине немыслимого размера существо из камня, отдаленно похожее на человека. Оно лежало на боку, но одна из его рук все ещё держала рукоять меча, воткнутого в землю.

— Впечатляет, правда?

— Это… Это статуя? Это ведь статуя, да?

— Нет, это настоящий титан. Один из реликтов древней эпохи.

— Альдар, — подтвердила Эрра. — Говорят, старый Кинсальдур был основан вокруг его меча, а когда титана сразили второй раз, возвели город на его останках.

— Погодите…возвели на останках? — уточнил я.

— Прежнюю столицу титан сравнял с землей. Этому городу всего несколько десятилетий.

— И как же они смогли победить это чудовище? Как вообще можно победить нечто подобное?..

— Я не знаю. Думаю, вам, господин Люц, лучше спросить об этом у Архимага Торнвуда, он принимал непосредственное участие в победе над ним.

— А с ним мы скорее всего пообщаемся, — хмыкнула Аида. — Пойдемте.

Но я ещё пару мгновений стоял, смотря на гиганта. Я так много видел в этом мире, но впервые столкнулся с чем-то настолько впечатляющим. И дело было не только в самом гиганте, но и в людях. Они словно муравьи проникли в его тело, возводили в нем и на нем свои дома, сновали в его тени, и было в этом что-то… философское что ли. Даже подобные исполины однажды погибают, и существа поменьше разбирают его по кусочкам.

В конечном итоге дорога привела нас прямо к гигантскому мечу, у основания которого была возведена крепость, а на самом оружии я заметил что-то вроде подъемника. На воротах крепости нас, разумеется, остановила стража, и тут уже в дело вступила Аида, быстро объяснив, кто мы такие. Стражник собирался отправить запрос, но тут внезапно к диалогу подключилась Эрра.

Суккуба протянула руку, показав запястье, и тот час на нем вспыхнула магическая татуировка, которой ещё секунду назад не было. Стражники сразу же опустились на одно колено, приветствуя девушку. Мы с Аидой даже переглянулись, не ожидая подобной реакции.

— Они со мной, — сказала суккуба стражам, и нас беспрепятственно пропустили.

Уже через минуту мы оказались в комфортном артефактном подъемнике, который поднимался настолько плавно, что я практически не ощущал движения.

— Я, конечно, слышала что у Масок широкие привилегии, но не думала, что ты способна провести нас во дворец без какого-либо согласования, — Аида задумчиво разглядывала девушку, поглаживая подбородок.

Эрра тоже выглядела странно. Стояла задумчивая, опустив глаза. Совсем на неё не похоже.

— Я должна вам кое-что сказать. Вы всё-равно однажды это узнаете. — она сглотнула слюну и наконец прямо посмотрела на нас. Вернее на меня. — Я… Я не просто Маска. Моя фамилия… Рарзан. Эрра Рарзан.

— И? — не понял я.

— Проклятье! Я должна была догадаться! — охнула Аида. — Ты ведь очень на неё похожа!

— Похожа на кого? — все ещё не понимал я.

— Я дочь бывшей Императрицы, — прояснила она. — Сестра нынешнего императора.

— О-о-о-о…— и вот теперь я понял, но это порождало так много вопросов, что голова шла кругом. — Погоди… Если ты принцесса, то как ты можешь быть Маской?

— Одно не исключает другого, — ответила Эрра. — По правде говоря, я… я родилась для того, чтобы служить вам, господин Люциус.

— Что, прости?..

— Моя мать, Императрица, родила меня как подарок для вас. Меня тренировали, растили и обучали только для того, чтобы верно вам служить.

Я замер с открытым ртом, уставившись на девушку таким взглядом, словно впервые видел.

В смысле родили для меня?

И допустим, у императоров свои замашки, и если бы это был приказ одной из подданных, я бы с натяжкой понял. Но сама? Свою дочь? Человеку, которого никогда не видела? Мне же тогда сколько было… года два-три? Мне и раньше казалось, что много чести для парня вроде меня, но теперь я даже и не знал, что сказать.

— Люц, — мягко сказала Аида, положив руку мне на плечо. — Не принимай это близко к сердцу. Из нашего небольшого общения я уяснила для себя, что у местных суккубов своеобразное отношение к миру.

— Тебе легко говорить… Это же не тебе подарили живого человека. Раньше это было… обезличенно что ли. Прислали мне служанку, бывает. В конце концов, Эрра сама говорила, что в первую очередь подчиняется Императрице, а тут блин такие откровения. Зачем⁈ Зачем Императрице огромной империи другого мира рожать дочь, чтобы отдать её во служение такому, как я? Я не политик, не правитель, не важная шишка. Я сын Максимилиана Готхарда, человека, который всех спас, но… его нет. По крайней мере не было до недавнего времени. От него остались лишь история и имя.

— Если ждешь, что я тебе отвечу, то вынуждена расстроить. Я не знаю, — пожала плечами Эрра. — Но если интересно, можешь спросить у моей матери лично.

— Как уже сказала, Люц, не зацикливайся на этом. Понять, что творится в голове у этой женщины, не дано даже мне. Я бы даже не удивилась, если бы Эрра вдруг объявила, что является твоей сестрой. Ведь Максимилиан, как я помню, бывал во дворце. Вдруг…

От этих слов мне стало не по себе.

— Нет, — спокойно ответила суккуба. — Я не его сестра.

— Фух…— я аж выдохнул. Я ведь спал с ней!

— Но я бы не удивилась, — хмыкнула лисица. — От этой женщины можно ожидать чего-угодно.

Спустя несколько минут дверь подъемника отворилась, пропуская нас в недра дворца. Мы не успели пройти и двух шагов, как путь нам преградили рыцари в усиленных артефактных латах, чем-то напоминающих эльфийские, но броня воинов Юндора черная, эти же доспехи были белоснежными.

— Ожидайте! — сказал один из рыцарей гулким голосом, и буквально через двадцать секунд к нам вышла девушка. Вернее суккуб. У неё были длинные темные волосы, ниспадающие на плечи, и горящие алым пламенем глаза. В руках она держала что-то вроде планшета для бумаг.

Любопытно, что одежды на встречающей нас девушке считай что и не было. Сверху у неё через шею была перекинута прозрачная невесомая шаль, на бедрах же было что-то вроде короткой юбки из тонкой полупрозрачной ткани. Этот наряд был даже по меркам Юндора вызывающим, и я никак не ожидал такое увидеть в Императорском дворце Мральдарима.

— Эрра, — вначале девушка улыбалась, но стоило увидеть мою спутницу, как та перестала улыбаться.

— Кримма, — ответила ей Эрра.

— Не думала, что увижу тебя ещё когда-нибудь. Зачем ты во дворце?

— Я и мои спутники хотим встретится с Императрицей.

— Госпожа не принимает. У неё очень плотный график, и насколько я могу судить… — суккуба сделала вид, что изучила документ в своих руках.— Вам не назначено.

— Это очень важное дело, — теперь в разговор вступила Аида. — Я…

— Судья Аида де Фрэн, посол Трилора. Мне известно, кто вы, но к сожалению, мой ответ от этого не изменится. В данный момент госпожа очень занята, и вам необходимо записаться.

— И когда ближайшая запись? — спросила Эрра.

— Через… две недели. Вас устроит?

— Нет, — тут уже вмешался я. — Мы действительно очень торопимся. Можно сказать, что на кону стоит судьба мира.

— На кону всегда что-то стоит, — равнодушно отозвалась суккуба. Похоже, у этой девицы какие-то свои терки с Эррой, и она из принципа даже не пыталась нам помочь.

— Кримма, — думаю, я впервые слышал, чтобы Эрра так говорила. — Ты можешь сколько угодно дуться на меня за тот раз…

— Ты имеешь в виду тот раз, когда ты перерубила мне позвоночник, и я лежала парализованная две недели? Я совсем не держу зла.

Ага… Ща-а-а-ас…

— Но у нас правда есть срочное дело к матери, — продолжила Эрра, даже не моргнув. — И поверь, когда я с ней встречусь, а я встречусь, то непременно сообщу, что ты нас не пустила. И тогда скажешь «прощай» своему теплому местечку во дворце. Она будет так зла, что… придумает, куда тебя засунуть.

Кримма постаралась быть максимально безразличной, но я видел, как дернулась её щека.

— Просто скажи ей, что мы тут. Если она действительно занята и не может принять нас, то мы уйдем. Договорились?

Местная встречающая смерила Эрру ненавидящим взглядом и кивнула стражникам.

— Пропустите их, — а затем уже сказала нам. — Идемте. Я не обещаю, что она с вами встретится, но по крайней мере сообщу, что вы прибыли.

Глава 7

Я не мог не отметить, оказавшись во дворце, что он просто огромный. Часть с подъемником и охраной была довольно скромной, но чем глубже мы заходили, тем роскошнее становилась обстановка. Куча серебра, огромные картины и гобелены с изображением неизвестных мне событий, изящные статуи и много чего ещё. Взгляд то и дело находил, за что зацепиться.

— Странно, — Аида поглядывала по сторонам. — Как-то тут слишком пусто…

— А разве это не нормально для подобных мест? — хмыкнул я.

— Госпожа де Фрэн права, — поддержала лисицу Эрра. — Тут обычно хватает гостей и слуг, а сегодня никого. Кримма, ты ничего не хочешь нам рассказать?

— Это не касается чужаков, — сухо отозвалась суккуба, провожая нас вперед.

Шли мы минут двадцать, не меньше, и наконец оказались перед массивными двустворчатыми воротам, которые охраняло несколько стражей в магических доспехах.

— Ожидайте, я доложу о вас, — сказала Кримма, и стража отворила врата в тронный зал. Не полностью, а лишь немного, чтобы могла пройти суккуба, но даже так я без труда заметил группу воинов в черной броне.

— Там Черный Орден.

— Что?.. — переспросила Аида, но я вместо ответа ломанулся вперед, совершая некоторую глупость. Бывает со мной такое, особенно когда к этому подталкивают стучащие в голове кости. После встречи с мамой они затихли, но не полностью, я слышал их перестук где-то на задворках сознания. И вот сейчас, когда я увидел орденцев, перестук стал громче. Кости говорили, что я должен оказаться там, должен услышать, о чем Черный орден договаривается с мральдаримской Императрицей. — Люц, что ты?..

Стража отреагировала мгновенно, бросившись мне наперерез. Пришлось воспользоваться доспехом крови. Я врезался в них словно таран, сбивая с ног и проскакивая внутрь. Воины черного ордена повернулись и удивленно уставившись на нас. И не меньшее удивление было на лице Императора, сидящего на огромном и величественном троне, возвышающемся над подданными.

Ярусом ниже было ещё одно сидячее место. Оно тоже находилось на возвышенности, но ниже престола. Судя по рогам и пылающему взгляду, там и сидела Сирра Рарзан, мать нынешнего Императора, что в прошлом занимала престол как мать-регент. По этой причине её порой до сих пор называют Императрицей, и она пользуется огромной властью.

— Что происходит⁈ — воскликнул Император и отвел руку в сторону, призывая сияющий магический меч.

Приблизиться к трону я не успел, на пути встали солдаты и преградили путь.

— Нападение на Его Величество! — закричал кто-то из стражи.

— Нет, это не… — отступил я, поняв, что и впрямь поступил опрометчиво.

— Стойте! — теперь уже крикнула Сирра, и после этого её сын после короткой паузы опустил руку с магическим мечом. — Расступитесь.

Стража действительно подчинилась и разошлась, но взяла нас в эдакое полукольцо, оставляя лишь узкий проход, который в любой момент могли перекрыть.

— Прошу прощения! — вперед выбежала Аида и извиняюще поклонилась присутствующим. — Я, посол Аида де Фрэн, прошу прощения за моего друга, он не собирался нападать. Просто его не учили манерам, и он не понимал, что нельзя просто так вламываться в тронный зал монарха.

— Посол де Фрэн, очень рад вас видеть, — поприветствовал её Император и скользнул взглядом по мне и Эрре. Последняя даже удостоилась его кивка, что, впрочем, не удивительно. Ведь они брат с сестрой. — И… так и быть, в этот раз я прощу подобную грубость. Вы прервали очень важные переговоры.

— На самом деле, Ваше Величество, появление Судьи де Фрэн весьма… интересно, — сказал один из воинов Черного Ордена. Пожилой мужчина, но ещё достаточно крепкий, с темными как смоль волосами и короткой бородкой.

— Младший магистр Сартос, я тоже не ожидала вас тут увидеть, — прищурилась Аида. — Мне казалось, магистры не покидают Башню.

— Времена меняются. А как вы тут оказались? Видите ли в чем дело, я могу с уверенностью сказать, что вы не проходили через врата Башни до моего отбытия, но не могли сделать этого и после. Башня временно закрыла Зеркальную комнату для любых перемещений. Так как же вы, уважаемая Судья, могли оказаться в Мральдариме?

— Я правда обязана перед вами отчитываться? — Аида сохранила внешнюю невозмутимость, но я-то видел, что она в ярости. Она ведь действительно не обязана отчитываться перед кем-то из Черного ордена. С таким же успехом орденец мог отчитывать меня. — Напомню вам, уважаемый младший магистр Сартос, что я, возможно, самая сильная колдунья Трилора. Думаете, я не могу сама путешествовать между мирами?

— Нисколько не преуменьшаю ваши возможности, но раньше вы все-таки пользовались Зеркальной комнатой.

— Это было банально удобнее, — ответила она ему сердитой, немного надменной улыбкой. Если бы Аида могла испепелять взглядом, то магистр бы сейчас превратился в горстку пепла. — Но, как я уже сказала, у меня есть свои способы перемещения. Или вы всерьез думаете, что обладаете единственным каналом межмировой связи? Да у того же Юндора есть корабли, способные к подобным странствиям.

Младший магистр и Аида несколько мгновений сверлили друг друга взглядами, и наконец первый сдался. Аида была во всем права.

Затем этот Сартос отвлекся от лисицы и переключил свое внимание на меня.

— Это он! — воскликнул младший магистр, указывая на меня. — Немедленно арестуйте этого человека.

Воины в черном сразу же похватались за оружие, но тут же вмешалась белая стража дворца.

— Если вы обнажите клинки в присутствии Императора, я сочту это покушением, — громко объявила Сирра, немного утихомирив орденцев. Я видел, как Сартоса перекосило, и он нехотя убрал руку с рукояти меча. То же самое сделали его люди. — Так-то лучше…

Но ситуация всё ещё выглядела напряженной.

— И по какому же праву Черный орден решил арестовать гражданина Трилора? — а вот Аиду это лишь ещё сильнее разозлило. — Мы находимся на нейтральной территории, и я сильно сомневаюсь, что вы вообще в праве кого-либо арестовывать.

— А вот мне интересно, по какому обвинению вы вообще хотите меня арестовать? — спросил уже я. Аида была права.

— Обвинения вам предъявят в Башне, — и бровью не повел Сартос.

— Ха! — я чуть не рассмеялся. — Вначале арестовывают, а затем уже предъявляют обвинения… Ну уж нет. Так не годится.

— Я тоже нахожу это странным, — вмешался в спор Император, смотря на всех с трона. В его руке все ещё был призрачный магический меч, который он не спешил рассеивать. — Обычно для ареста нужны обвинения, не находите? Арест без предъявления обвинений неправомерен.

— К сожалению, я не знаю деталей, Ваше Величество, — натянув вежливую улыбку, обратился Сартос к Императору. — Мне лишь известно, что Люциус Готхард объявлен в розыск. Его поисками занимается другой младший магистр, но раз уж он тут…

— … то вы просто покинете мой дворец и сообщите своему начальству, что встретили его.

— Разумеется, Ваше Величество, — нехотя пришлось согласиться младшему магистру.

— В таком случае аудиенция закончена, вас проводят.

— Как вам будет угодно, — зло процедил Сартос, продолжая держать на лице натянутую улыбку.

Суккуба, что нас привела, вежливым жестом попросила воинов следовать за ней, и за ними пошла часть стражи.

— Оставьте нас, — приказала Сирра. — Все.

Воины в белой броне поклонились и направились на выход. Следом стали уходить и слуги, пока в тронном зале не остались лишь Император, его мать и наша троица.

— Люциус Готхард, вот наконец мы с тобой и встретились, — улыбнулась Сирра, подходя к нам. Они с Эррой были похожи, разве что формы у старшей суккубы были более выдающимися, а волосы — огненно-рыжими.

Вместе с ней с трона спустился и сам владыка. Он был лет на десять старше меня, высокий, статный, светловолосый, с немного островатыми чертами лица. У него были голубые глаза с добавлением алого на краях радужки. Видимо, побочный эффект демонической крови.

— Значит вот каков сын легендарного героя, спасшего нас, — Император протянул мне руку, и я тут же её пожал. — Хотя по правде говоря, не думал встретится с тобой так рано. Матушка говорила, что пригласила тебя на мою свадьбу.

— Верно, — кивнула Сирра, встав рядом с сыном. — Не подумайте, что я не рада вашему прибытию, просто оно немного… внезапное.

— Мы не вовремя? — поняла Аида.

— Можно сказать и так, — не стала скрывать Сирра. — У нас… очередная напряженность с Хондаром. Уже не знаю, какая по счету за последние десятилетия.

— А так же было несколько покушений за последние недели, — добавил сам глава государства.

— Теперь понятно, почему дворец пуст, — кивнула Аида.

— Да, мы сильно ограничили посещение. Без Эрры вас вряд ли бы пустили. Но раз вы тут, то можете немного подзадержаться, я прикажу, чтобы вас обслужили…

— Не нужно. Мы с Люциусом тут по делу и ненадолго. Есть место, где мы можем поговорить более обстоятельно?

— Да, конечно, прошу за мной.

* * *

Разговор с правителями Империи проходил на одной из веранд, с которой открывался отличный вид на весь Кинсальдур. Император оперся о перила, а остальные, в том числе и мать Эрры, сели на мягкий просторный полукруглый диван, на котором при желании могло уместиться несколько десятков человек. Таких диванов тут было четыре, так что во время какого-нибудь званого ужина на одной лишь этой веранде могло находится больше сотни гостей.

— Значит, Максимилиан жив… — подытожила Сирра наш рассказ. Император тоже выглядел задумчивым и мрачным. — И вы собираетесь перенести целый город с одного края вселенной на другой, в Ауларон.

Аида кивнула.

— Мы также надеемся придумать какую-нибудь ловушку, чтобы поймать его и мою мать. Возможно, если мы в достаточной степени отдалим их от Пустоты и ослабим, то сможем вернуть разум, — сказал я.

— Но если не получится… Нет, даже не так, — покачал головой Император. — Неважно, получится у вас или нет, сам факт, что вы приведете Пустоту в Ауларон, очень рискован. Это же одна из фундаментальных сил, гораздо более опасная и страшная, чем Несущие Свет. Она может просто пожрать ваш мир. Стоят ли эти риски какого-то города?

— Вы предлагаете просто бросить Аридель на произвол судьбы? Позволить моим родителям остаться Пустыми? — немного рассердился я.

— Нет, — сказала Сирра. — Разумеется нет. Все мы в неоплатном долгу перед Максимилианом. Но нам нужно думать и о себе.

В этот момент я ощутил сильное дежавю разговора с Шалириэллой. Она говорила нечто подобное: что мы с Аидой слишком рискуем.

— Значит, вы отказываетесь помогать?

— Я этого не говорила, — не согласилась Сирра. — Просто хочу, чтобы вы учли все риски. Со своей стороны мы поможем, чем сможем. За последние десятилетия мы сильно повысили свои знания о межмировых путешествиях, так что перенос города, даже из такой дали, не выглядит чем-то невозможным. Сложным — без сомнения, но реальным.

— Рад слышать, — немного облегченно выдохнул я.

— Эара тоже захочет вам помочь, — подтвердил Император.

— Хорошо, тогда нам нужно будет скоординировать силы, и желательно минуя Черный Орден.

— Не проблема. Я отдам распоряжение, и мы подготовим шестой Тейос. Он вполне способен достигнуть Ауларона за два прыжка. Погрузим на него все необходимое снаряжение, оборудование и добровольцев. Что же до Пустоты… Полагаю, вам нужно будет отправиться в Аударайский лес и встретиться с Фэй.

— С драконом? — оживилась Аида. — Она нам поможет?

— Ей уже доводилось быть Драконом Пустоты, так что если кто и знает о Пустоте больше всего в нашем мире, это она.

— Мы обязательно туда отправимся, — сказал я, чувствуя, что это важная ниточка. На это же указывал и ставший более громким перестук игральных костей. Похоже, что они сейчас были чем-то вроде моего путеводного компаса, указывающий путь. Вопрос лишь к чему. К способу спасти родителей? Оставалось на это надеяться.

— Кстати, наверное это не наше дело, но все же… Чего хотел черный орден? — поинтересовалась Аида слегка подавшись вперед.

— Тентруллит.

— Тентруллит? — не поняла лисица.

— Собственно по этому у нас и сильное обострение отношений с Хондаром, — прояснил Император. — Мы совершенно неожиданно нашли огромное месторождение тентрулита на самой границе.

— На спорных территориях, если быть точным, — добавила Сирра.

Тентруллит — особый металл, который эльфы используют в производстве артефактов. Можно сказать, что большая часть их артефакторики построенаь на нем, и именно для поиска этой руды длинноухие стали путешествовать в другие миры, поскольку в самом Аулроне если тентруллит и был, то его давно добыли и переработали. Сейчас у Юндора две шахты в соседних мирах, довольно бедных. Из того, что я помнил, Черный орден закупал у них этот металл для своих нужд, но там было совсем мало.

— Они хотят покупать у вас тентруллит? — спросил я

— Они хотят заполучить шахту себе, — скривилась Сирра.

— В смысле?

— Они нас шантажируют, — прояснил Император. — Хотят сделать её… независимой территорией, принадлежащей ордену. Взамен мы получим пять процентов добываемой руды, и нам даже помогут с её обработкой.

— Это грабеж, — нахмурилась Аида. — Это ваша земля.

— Это спорная земля, — напомнила Сирра. — И они указали, что сделают это же предложение Хондару, если откажемся мы.

— Но ведь у вас торговые соглашения… — теперь уже забеспокоился я. — Как же связь Аударайского леса и Юндора?

— То-то и оно, — мрачно отметила Аида. — Они таким образом давят на Империю. Аударайский лес является вассалом, и сейчас, как я понимаю, отношения с Империей у них хорошие.

— Не без проблем, разумеется, — кивнул Император. — Но да. У нас хорошие отношения, а разрыв связи с Юндором приведет к волнениям в Аударайском лесу. И мы окажемся в ситуации, когда либо отдадим кусок территории, но получим союзника, либо начнем войну в не самом выгодном положении.

— И что вы решите?

— Сложно сказать. Переговоры только начались.

— Понимаю.

— В таком случае не будем вас сильно задерживать. Я и Люциус отправимся в посольский округ. Если будут какие-нибудь сведения или вы захотите нас увидеть, отправьте гонца туда, — сказала им Аида, поднимаясь на ноги. Я тоже не стал засиживаться.

— Эрра, а ты, пожалуйста, задержись. Нам есть что обсудить, — попросила Сирра.

— Да, мама, — поклонилась моя спутница. — Отправляйтесь без меня. Я найду вас, как только освобожусь.

— Хорошо, тогда до скорого.

Глава 8

— Значит, Фия и сестры где-то здесь… — сказал я, разглядывая домики в посольском районе. Это милое и тихое местечко, разительно отличающееся от остального Кинсальдура. Тут было совсем мало людей, и больше этот район походил на квартал какой-нибудь знати. — Учитывая, что за ними тоже охотился Черный Орден, даже интересно, как ты смогла провести их сюда.

— У всех свои секреты, — весело подмигнула мне Аида, а я вдруг поймал себя на мысли, что мы вновь лишь вдвоем, и от этого сердце в груди забилось быстрее. Я то и дело бросал на лисицу взгляды, любуясь её красотой, а она тактично делала вид, что этого не замечает.

— Аида?

— М?

— А может сделаем крюк?

— Крюк? Зачем? — не поняла она.

— Ну не знаю, может… — на этих словах мне стало немного неловко, но я пересилил себя. — Зайдем куда-нибудь перекусим? Мы ведь толком не ели ничего уже давно.

— Да, я тоже проголодалась, — согласилась лисица. — Но в посольстве мы точно… — начала была она, но затем поняла мои мотивы, прищурилась и довольно ухмыльнулась. — Неужели наш Люциус решил позвать сестричку Аиду на свидание?

— Кхм… Сестричку? — попытался сменить я акцент на другое, и почти удачно.

— Ну не тетушку же? Звучит так, словно мне сорок.

— Тебе за шестьдесят… — напомнил я, хотя лисица совершенно не выглядит на свой возраст. Максимум двадцать пять. Лишь во взгляде порой угадывался опыт прожитых лет, но она это обычно умело прятала.

Теперь уже Аида чертыхнулась и поспешила замять тему, хотя отказываться от предложения не стала. И вот мы уже через двадцать минут нашли какой-то небольшой ресторанчик неподалеку от посольского района. Там было не очень людно, видимо из-за цен, но Аида угощала, так что можно было об этом не волноваться.

Мы сели за столик у окна и сделали заказ, попутно болтая о всякой ерунде. Редко удавалось нам вот так просто посидеть и поговорить, без сестер, Фии или кого-то ещё. Только она и я.

— Наверное, тебе тяжело сейчас, — Аида сменила тон на более серьезный. — Родители, сестры, Черный орден… Ведь ты собирался войти в него, чтобы путешествовать между мирами.

— Ну, путешествовать между мирами я и так могу, — улыбнулся я.

— Ты понимаешь, о чем я.

— Да. Понимаю. Теперь мое будущее в Черном ордене кажется сомнительным. Можно сказать, что последние месяцы просто-напросто сломали все мои планы на будущее, а с другой стороны… может оно и к лучшему? Что бы было, если бы я оказался в Ордене год назад, как планировал? Хмм… А я ведь постоянно откладывал это решение. Я хотел стать рыцарем Башни, оказаться в рядах Черного ордена, но постоянно находил причины оставаться дома. Фия, сестры, дядя Рол, авантюры в которые я ввязывался…

— Хочешь сказать, что на самом деле ты этого не хотел?

— Если честно, я понятия не имею. Скорее я начинаю думать, что все это часть такого-то вселенского плана. Что какая-то незримая сила толкает меня на одни поступки и останавливает от других.

К примеру, перестук костей. Я слышу его постоянно, то громче, то тише, но сейчас я впервые задумался о том, а вдруг я слышал его всегда? Что если они были в моей голове все эти годы, просто я как-то научился не обращать на это внимание? Звучит странно, но почему-то я то и дело возвращался к этой мысли.

Аиде, само собой, говорить об этом не стал. Вся эта тема с игральными костями вообще странно влияет на окружающих. Они их не видят, а если начинаю о них говорить, то потом слушатели просто забывают это. Словно незримая сила делает их существование максимально незначительным, на уровне информации о том, что на той неделе был дождь, или что ел вчера на завтрак.

— Фатализм… Я в него не верю. Люди сами творят свою судьбу, Люц, сами решают, как поступать, а не какие-то там боги. По мне, подобные вещи придумали люди, которые не хотят отвечать за свои ошибки.

— А много ли ошибок совершила ты?

Аида удивленно моргнула, уставившись на меня.

— А с чего вдруг ты спрашиваешь?

— Просто… хочу узнать тебя получше.

— Получше значит, — вздохнула она. — Если в Сумеречной Библиотеке существует энциклопедия, в которой слова ассоциируются с людьми, то под словом «ошибка» будет мой портрет.

— Да брось, ты преувеличиваешь.

— Нет, абсолютно серьезно. Начиная с моего рождения и заканчивая сегодняшним днем, я то и дело совершаю ошибки. И расплачиваюсь за них.

— Перестань. На то мы и люди… — я немного осекся, вспоминая, что она не вполне человек. — Разумные. Все совершают ошибки. Да и какую ошибку ты могла совершить в детстве? Разбить любимую вазу отца?

— Родится, — пожала она плечами. — Это не такая уж большая тайна, но родовую фамилию де Фрэн я получила лишь в шестнадцать лет. До этого я была Аида Латту. Моя мать работала в доме Горена де Фрэна, моего деда, простая служанка, которая раздвинула ноги перед наследником семьи. Вполне обычная история.

— Получается ты…

— Бастард, да. Моя мать была глупой женщиной, я бы даже сказала отчаянной, и не хотела быть просто служанкой. Нойен, мой отец, в тот момент ещё не был женат, лишь помолвлен с женщиной из другого знатного дома. Мама посчитала, что если забеременеет, то Нойен женится на ней. Что было дальше, ты и сам должен понимать. Случился скандал, да и сама мама до последнего скрывала беременность, чтобы не дать надавить на себя и сделать аборт. В итоге родилась я, а мама вместо статуса жены оказалась выставлена на улицу.

— Погоди, ты сейчас серьезно?..

— Абсолютно. А ты что думал? Только в глупых сказках так бывает, что дворянин берет в жены служанку. Никакой разумный глава рода не станет держать бастарда в своем доме, когда его можно спрятать. Так что да, мою мать выпнули с работы, всучив денег и отправили подальше.

— Тяжко было?

— Мягко сказано. Выданных денег хватило лишь на первое время, чтобы найти жилье и пропитание. Мама же не могла нормально работать из-за меня. Приходилось крутиться, и по этой причине я мало что помню о ней. Она постоянно была чем-то занята, работала не покладая рук, чтобы дать мне лучшее будущее. Мне было четырнадцать, когда она умерла… Просто в один из вечеров она не пришла.

— Что случилось?..

— Никто не знает. Возможно на неё напали, возможно она оступилась и сама упала в канаву, сломав шею. Кто станет мне докладывать? Никому не было дела до мертвой зверолюдки.

— Серьезно?.. Даже не было расследования?..

— В те времена отношения к таким, как я, было… не самым лучшим. У зверолюдей репутация слуг и рабочих. Просто чтоб ты понимал, вспомни, как много зверолюдей в высших кругах власти.

— Я вроде только тебя и знаю…

— И его я достигла не за пушистый хвост, а за это, — Аида соединила ладони, а когда развела их, между ними вспыхнуло пламя. — Моя сила пробудилась через несколько дней после смерти матери. Я была так зла, так отчаянно хотела уничтожить все вокруг, что в один момент смогла создавать огонь. Без заклинаний, лишь одной силой воли. И первым делом я спалила пост местной стражи.

— Стой… что⁈ Ты спалила здание стражи города⁈ — изумился я.

— Ага, — улыбнувшись, подтвердила лисица. Этот факт веселил и её саму, даже спустя столько лет. — И меня даже не поймали. Ну а дальше с новообретенной силой я отправилась на поиски семейства де Фрэн. И подпалила их семейное имение.

— Охренеть… Аида-поджигательница.

— Я была очень зла. Винила их в смерти матери, в том, что отец вышвырнул нас из жизни словно мусор. А закончилось все моей грандиозной неудачей. Меня довольно быстро схватили, лишь чудом при этом не убив. И тогда я впервые увидела Нойена, моего отца. Стояла перед ним на коленях, связанная, дикая и злая. И он понял, кто я такая. Слишком уж с матерью мы похожи. На самом деле Нойен был хорошим человеком, слабохарактерным, полная противоположность деда, но хорошим. И возможно, он правда любил мою мать, но деда боялся больше, так что подчинился решению главы.

— И что было дальше?

— А дальше я стала частью семьи. Не официально, разумеется. Никто не собирался признавать меня в тот момент, но маг, и довольно сильный, семье бы пригодился. Так что меня помыли, переодели и пристроили среди слуг. С отцом у меня выстраивались довольно хорошие отношения, он пусть и не мог называть меня дочерью, но проявлял заботу, насколько мог. Что не нравилось его суке-жене, которая гадила мне, как только могла. Но несмотря на это я смогла найти общий язык с её дочерью, своей сестрой, Райлой. И о боги… — Аида даже не сдержалась и схватилась за волосы. — Она была непроходимой избалованной тупицей. Но видимо поэтому мы и поладили. Она шла наперекор матери, отцу, деду — всем вокруг.

— Не знал, что у тебя есть сестра.

— Была, — вздохнула Аида. — Я же говорю, она была непроходимой тупицей. Её казнили за государственную измену. Эта дурында, начитавшись каких-то анархических манифестов, устроила с друзьями теракт, а потом превратила себя в жертву во имя уничтожения трилорского капитализма.

— Кхм…

— Вот именно, — скривилась Аида. — Жаль, что дед не дожил до того дня, его бы инфаркт хватил. Но возвращаясь к теме, деда не стало спустя два года, как меня приняли в семью. И отец одним из первых указов официально признал меня. Какой же стоял скандал тогда, м-м-м-м… — Аида говорила это прям с наслаждением. — Злилась бабушка, злилась жена Нойена. Лишь я и Райла радовались.

Аида на миг задумалась, а затем рассмеялась.

— Вспомнила! Я в тот день впервые напилась! Райла стащила пару бутылок вина из винного погреба, и мы благополучно нажрались. О-хо-хо… Помню, как проснулась с дикой головной болью в кустах, а Райла заблевала гостиную. Боги, как же нам тогда попало…

Она вытерла проступившую от смеха слезу и внимательно посмотрела на меня.

— Ну что, Люц, доволен? Узнал получше твою сестричку Аиду?

— Да, хоть это и было немного неожиданное откровение. Но я не думаю, что ты ошибка, а даже если так, то ты самая чудесная ошибка во вселенной.

— Спасибо. Мне правда приятно, — расслабилась Аида. — Я и сама не думала это рассказывать. Просто ты захотел узнать меня получше и… Извини, что вывалила на тебя всё это. Обычно таким делятся после пары бокалов вина, а не на «первом свидании».

— Так значит, это все-таки свидание?

— А тебе хочется, чтобы это было свиданием? — флиртуя, поинтересовалась лисица. Впрочем, это часть её манеры общения, зря я начал строить иллюзии относительно этого момента.

И всё же…

— Немного, — честно ответил я.— Правда… — я демонстративно огляделся. — Место не самое лучшее. Для посиделок после работы — годится, а вот для свидания… Тут ты в вечернем платье смотрелась бы неуместно.

— Прямо бы и сказал, что хочешь увидеть меня в вечернем платье, — хихикнула Аида и собиралась сказать что-то ещё, но нас наглейшим образом прервали. В этот момент дверь в ресторанчик отворилась, внутрь зашли воины Черного ордена во главе с уже знакомым мне Сартосом.

— Ох… — вздохнул я. — Было глупо ожидать,что они просто свалят, да?

— К сожалению, — согласилась Аида. — В таком случае давай не будем заставлять их ждать, у нас сегодня ещё есть дела.

Глава 9

— Вы довольно не расторопны, — Аида первой заговорила с нашими преследователями. — Сартос, если бы мы не решили перекусить, тебе пришлось бы штурмовать посольство Трилора. Да и вообще вся эта ситуация смахивает на объявление войны. Ты готов нести за это ответственность?

— У меня есть четкий приказ — арестовать и привести Люциуса Готхарда в Башню. Остальное меня не касается, — равнодушно ответил Сартос. — Остальные вопросы можете решать с моим командованием.

— Это приказ Торига?

— Великий магистр Ториг в данный момент отошел от дел, орденом руководит магистр де Кролл.

Де Кролл… Кажется, мы только что нашли человека, что работал с Виго.

— Отошел от дел? Как это понимать?

— Это внутренние дела ордена, — и не подумал прояснять Сартос. — А теперь, если вы закончили с вопросами, я арестую этого человека. Я не хочу применять силу, госпожа Судья, но если вы встанете у нас на пути, то буду вынужден её применить.

— Очень хотелось бы на это посмотреть, — зловеще ухмыльнулась лисица, а её руки объяло пламя. Сартос тут же активировал полную защиту брони, и его лицо скрылось за шлемом. Понимая, что прямой конфронтации не избежать, я тоже активировал Доспех Крови.

— Вы не причините нам вреда свой магией, — сказал Сартос колдунье, на что та лишь хмыкнула. В один миг пламя погасло, а затем в рыцарей врезалось что-то едва видимое. Гигантский молот или вроде того, который выбил воинов на улицу, попутно разворотив стену заведения.

— Отправьте счет за разрушение в посольство Трилора, мы все компенсируем, — сказала лисица испуганной официантке, а затем важной, немного надменной походкой направилась в сторону пролома к стене. Я тоже пошел следом, вооружившись отцовским мечом.

— Как ты это сделала? — спросил я у неё, поровнявшись.

— Воздушные конструкции. Можно было ещё и камнем пользоваться, но я в этой стихии не сильна. Основной недостаток этих доспехов в том, что тентруллит имеет неплохие антимагические свойства, а это бесполезно при физическом воздействии. При контакте заклинание разрушается, но физическое воздействие, которое оно передает в момент касания, частично сохраняется.

Когда мы оказались на улице, все воины уже поднялись на ноги.

— Не передумали? — крикнул я им. — Мы не собираемся сдаваться без боя.

— Взять их!

Воины бросились на нас. Одного смела Аида воздушным тараном, а с другим я схватился в ближнем бою. Наверное, можно было позволить лисице разобраться с ними самой, но мне тоже захотелось поучаствовать в битве.

Удар у рыцаря был сильным, усиленным артефактной броней, но и я уже совсем не тот человек, что раньше, так что без труда его выдержал. Вертикальный удар, затем два последовательных справа, следом укол и отступ. Я едва не рассмеялся, ведь это одна из базовых техник боя, которым обучали в ордене. Ей меня учил ещё Ториг, поскольку она перекочевала в Черный орден из Ордена Ласточки. Разумеется, я без труда отбил все эти удары, и с такой же легкостью перешел в контрнаступление. Совершенно неожиданно для себя осознал, что у этих парней не так уж много боевого опыта. Их скорее всего упорно тренировали, но на базовом уровне, без настоящей практики. Да и зачем, если наличие одной только брони позволяет чувствовать себя сверхчеловеком?

К первому присоединился второй, остальных же взяла на себя Аида. Лисица тоже «игралась» с ними, то и дело атаковала воздушными конструкциями и скакала туда-сюда с помощью магических прыжков.

— Ладно, парни, с вами весело, но я давно не видел своих сестер, — сказал им и без особого труда выбил меч из руки воина, а следом вломил в шлем, используя минимальную мощность заряженного удара. Металлические пластинки лишь на секунду отделились, раскрутились, накапливая заряд, а дальше орденец получил в голову. Шлем от удара покорежило, а сам он кувыркнулся и плашмя рухнул на землю.

После этого я повернулся ко второму и поманил рукой. Кажется, нокаут первого его впечатлил и сильно охладил боевой пыл.

— Ну, если ты не…

— Последний шанс, сдайтесь или… — внезапно взвизгнул Сартас, отчего остановился и я, и Аида. Впрочем, лисице осталось разобраться только с главарем. Как-то пропустил я момент, когда она положила троих рыцарей.

— Или что? — с вызовом спросила Аида.

— Или готовьтесь к последствиям.

— Очень интересно, к каким именно, — усмехнулась лисица, делая решительный шаг вперед, а младший магистр тем временем что-то переключил, используя голографический интерфейс на своей правой руке.

— Сами виноваты! — зарычал он, а затем я понял,почему он был таким уверенным. Прямо сейчас к нам направлялся боевой воздушный корабль Черного ордена. Его появление в Мральдариме было сюрпризом не только для меня, но и для Аиды.

Это было небольшое судно размером примерно с компактный одноэтажный дом. Как раз годится для перевозки десятка или полутора солдат. Оно замедлило ход антигравитационных приводов и сделало круг вокруг нас.

— Сдавайтесь, или он откроет огонь!

Аида на это лишь фыркнула, подняла обе руки и парой взмахов начертила в воздухе заклинание, затем наполнила плетение силой и ударила по кораблю. Выглядело это как три мощных огненных торнадо, что ударили по судну.

Это было очень мощное заклинание, но… этого оказалось мало. Когда пламя рассеялось, судно все ещё висело в воздухе, а вокруг него то и дело вспыхивал энергетический щит. Это же какой мощности стояла вокруг него защита, что он выдержал подобный удар?

И после этого по нам открыли огонь.

Тяжелые плазменные пушки, не очень точно, но стали бить по улице, разнося дома и плавя мостовую. Я бросился к Аиде, повалил её и закрыл плащом за секунду до того, как по тому месту прилетел заряд раскаленной плазмы. И ладно бы один, но гребаный корабль осыпал нас удар за ударом. Плащ от этого раскалился и уже жёг мне спину.

Но видимо, орудия не могли стрелять постоянно. Может им теперь нужно охладиться или перезарядиться, в любом случае огонь прекратился, и я тут же дал мысленную команду плащу «размякнуть».

— Бежим, — сказал я Аиде и схватил за руку. Она не сопротивлялась, и вот мы уже мчались по площади.

— Воспользуемся ключом!

— Да, сейчас, — кивнул я, направляясь к ближайшей двери, но тут вновь заработали орудия. Они с гулом били по мостовой за нами. Везло, что стрелок был не очень метким, или же вообще конструкция корабельных орудий не предусматривала стрельбу по таким мелким целям. В конце концов, их создавали для сражения с Несущими свет, а не для охоты за людьми.

— Прости, — сказал я Аиде и подхватил её на руки. Лисица охнула, но тут же прижалась ко мне, попутно успевая ещё и колдовать.

Вариант вновь укрыться плащом и переждать я даже не рассматривал. Он уже на грани, я чувствовал, и если по нам вновь будут массированно бить, то просто поджарят. Несколько дополнительных мгновений нам дала Аида, соткав над нами воздушную конструкцию. Та выдерживала один-два удара, после чего разрушалась.

Мы мчались по окраине Кинсальдура, преследуемые кораблем Черного ордена, который не переставал по нам стрелять. Счет разрушенных домов шел уже не на один десяток. Ничего не оставалось, кроме как бежать, прыгать с крыши на крышу, использовать двойной или даже тройной прыжок. Я до этого момента даже и не думал, что могу воспользоваться этой техникой трижды. Колдунья на моих руках била чем-то в ответ, то огненными шарами, то молниями, то более заковыристыми заклинаниями, но все безрезультатно. Для чего-то более мощного ей нужно быть неподвижной, чтобы начертить сложную магическую схему, или какой-нибудь артефакт для фокусировки, но при себе у неё ничего такого не было.

— Да они гребанные психи… — буркнул я, ускользая от очередного плазменного снаряда. Как же хорошо быть сверхбыстрым… Спасибо Анни и Еве за такой прекрасный подарок. И кстати насчет этого, нужно будет очень детально поговорить с Аидой, в конце концов это она замкнула мою энергетическую структуру. И пусть я понимаю, что она сделала это ради моего же блага, но хоть проинформировать-то можно было?

— Сколько тебе времени нужно на что-то, что сможет сбить эту штуку⁈

— Минута… Нет, сорок секунд.

— Ты мне доверяешь?

— Как себе, — совершенно серьезно ответила Аида.

Я улыбнулся и спрыгнул с крыши в переулок, заметив, что стрелок дает пушкам охладиться. Остановился, поставил её на ноги и… поцеловал. Бегло, вскользь, совсем не так, я представлял себе этот момент, но лучшей возможности провернуть это у меня не было. Аида изумленно уставилась на меня и остолбенела. Вот чего-чего, а такого она точно не ожидала. Хех… А вот нечего было меня дразнить.

— Я выиграю нам время! — крикнул ей и запрыгнул наверх. Для того, чтобы противник не заметил, что я теперь один, раскинул плащ пошире. И это сработало, корабль ордена вновь открыл огонь.

Он продолжал палить по мне, и это стало его фатальной ошибкой. Ровно через сорок секунд воздух взорвался от магии. Вначале вокруг корабля стали появляться магические схемы, которые словно взяли его в тиски. Затем его закрутило, и уже десятки огненных торнадо оплели его словно щупальца. В дело вступили щиты судна, они полыхали, искрили, сопротивляясь магическому воздействию, но в итоге рассыпались, а дальше корабль буквально разорвало на наших глазах. А ведь в его корпусе тоже было полно тенруллита… Страшно представить, что это за магия была, и на что Аида была бы способна, будь у неё не сорок секунд, а пару минут…Или даже час…

Маги страшные… Бр-р-р-р…

Я облегченно выдохнул, видя, как обломки корабля рухнули на соседней улице, после чего присел на мостовую, чтобы немного перевести дух. Давненько я так не бегал. Но по правде говоря, не то что бы сильно устал. Так, дыхание немного сбил, но пара минут, и я бы пробежал ещё столько же.

И где-то через столько же на улицу выбежала Аида, взволнованная и немного потрепанная. А ещё я заметил кровь у неё на лице.

— Ты ранена? — забеспокоился я, а она удивленно заморгала. А затем, сообразив, достала из кармана платок и вытерла кровь под носом.

— Ничего такого. Чуток перенапряглась. Нужно было выдать слишком сильный поток маны за короткое время. Горячая ванна, бокальчик вина — и я буду в порядке.

— Рад слышать. Кажется, мы победили.

— Действительно, — согласилась она и с легким раздражением оглянула устроенные разрушения. — Но компенсировать ЭТО пусть будет орден.

— Полностью с тобой согласен. Они это устроили, так пусть и платят.

— Вот-вот. Кстати, Люц, что за внезапные поцелуи?

— Ну… Первое свидание же, — не нашелся я, чем оправдаться. — Какое первое свидание без поцелуя.

Она неодобрительно на меня посмотрела, тяжело вздохнула, закатила глаза и снова вздохнула.

— Раз так, то давай хотя бы сделаем это по-нормальному.

Аида с важным видом достала из маленькой напоясной сумки косметичку. Осмотрела себя в зеркальце, подкрасила губки и, убедившись, что все нормально, просто меня засосала. По другому этот поцелуй у меня описать просто не получилось бы, настолько страстный и жаркий, что я порадовался, что на мне доспех. Потому что если бы не он, Аида точно бы заметила мой каменный стояк.

— Ну вот, этот вопрос мы закрыли, — сказала она как-то по-деловому, совсем не так, как должна говорить женщина после поцелуя. Она мне словно пару одолженных монет вернула. — Считай это небольшой наградой за геройство. Но больше так не делай. Я серьезно. И на свидание я с тобой тоже больше не пойду, а то мне ещё жить охота.

— А если, — хотел было я уточнить кое-что, но как всегда нам помешали. К нам уже спешило несколько городских стражников для разбирательств. — Ладно… Отложим. Что делаем? Бежим или остаемся?

— Остаемся, это же не мы устроили. Да и надо дать официальное разъяснение случившегося. Уверена, закон будет на нашей стороне.

Глава 10

Камера открылась, на пороге показалась сердитая Фия. Я не видел её несколько месяцев, и первое, что бросилось в глаза — прическа. Она подстриглась, и теперь красовалась алой карешкой.

— Даже и не знаю, что сказать, — начала она, уперев руки в бока. — Это не первый раз, когда я забираю Люциуса из темницы, но чтобы тебя…

— Ну извини, — Аида тут же изобразила невинность и полезла обниматься, Фия же, продолжая изображать, недовольство всячески сопротивлялась. — Ты же не будешь злиться на свою лучшую подругу, да-а-а-а?..

— И с каких это пор ты стала мне лучшей подругой?

— Всегда так было, разве нет? Ну Фи-и-и-ия, ну Фи-и-и-иечка, не злись! Мы знали, что можем на тебя рассчитывать.

— Всё, хватит этих дурачеств. Пойдемте, я все решила, — устало вздохнула та, и Аида тоже стала более серьезной. — Но я так и не поняла, что вы такого не поделили с Черным орденом?

— Это… долгая история, — ответил я. — Расскажем по пути. Известий, я бы даже сказал, слишком много.

Фия внимательно слушала и про Виго, и про Черный орден, с серьезным видом, словно солдат на инструктаже, а затем рассказ дошел до моих родителей, и вот тут Фию проняло.

— Макс жив?.. — она замерла как вкопанная. Это известие настолько её шокировало, что спустя пару мгновений она попросила дать ей время и присесть. Пришлось действительно остановиться. Зря мы все-таки решили рассказать ей всё по пути. В переулке я заметил груду ящиков, на которых могли бы присесть, их мы и решили использовать для передышки.

— Вот, полегчает, — Аида протянула Фие свою флягу со спиртным. Та с благодарностью приняла её, сделала несколько глотков, а спустя минуту ещё парочку.

— Давайте дальше, — попросила она нас закончить историю. Мы с Аидой переглянулись. Все таки стоило дойти до посольства и рассказывать уже там.

Фия весьма стойко выслушала о том, что мои отец и мать сейчас подчинены Пустоте, затем вновь приложилась к фляге и выпила почти всё.

— Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Как и всегда, — заверила её Аида. — У нас уже есть что-то вроде плана.

Фия кивнула, поднялась, и мы продолжили путь. Разве что теперь она выглядела задумчивой и мрачной. Да уж, она однозначно не так себе представляла возвращение мужа. До посольства мы шли молча.

Это было не одно здание, а целый комплекс на закрытой территории. Были тут «приемные» для деловых переговоров и прочих официальных дел, склады для торговли, ну и жилая секция из десятка зданий, одно из которых Фия с сестрами и занимала: двухэтажный дом, достаточно крупный и с большим количеством комнат.

Я, оказавшись внутри, одобрительно хмыкнул. Тут может даже немного лучше, чем в нашем Трилорском доме. Ну и соответственно, первым делом я повидался с сестренками. Эбби и Мара были очень рады мне, быстро взяли в оборот и реквизировали для болтовни. Девчонкам было довольно скучно, с территории посольства их не отпускали, а тут даже их ровестников нет, так что появление старшего брата стало настоящим событием, тем более что они любят слушать истории, в которые я вечно попадаю. И видят боги, таких у меня накопилось за последние месяцы очень много.

Единственное, о чем мы совместно решили не говорить сестрам, это об отце. Не стоит давать им надежду. Если у нас получится спасти его и маму, они и так об этом узнают. А если нет… значит нет.

— На самом деле, у меня есть к вам одно дело, — сказал я сёстрам и положил перед ними отцовский меч. — Я хочу, чтобы вы попробовали наполнить его Светом.

— Ну и просьбочки у тебя, Люц… — нахмурилась Эбигейл. — Мы не так уж хорошо контролируем силу, ты же знаешь…

— Знаю, но…

— Да брось, сестренка, — сказала той Мара. — Почему бы не попробовать?

— В прошлый раз, когда ты потеряла контроль…

— Это было давно. Ну давай…

— Ладно…

Эбигейл кивнула и взяла меч за рукоять.

— Тяжелый…

Удержать его одной рукой у неё не получалось, а для резонанса их сил нужен тесный контакт, так что сестры взялись за рукоятку вдвоем, так, чтобы их руки соприкасались. Они подняли божественное оружие над головой и сосредоточились на своей силе. Их газа вспыхнули золотым светом, воздух наполнился божественной силой, и… ничего.

Меч не принял их Свет.

— Ничего, Люц, — покачала головой Эбби.

— А может братику тоже нужно взяться?

— Зачем?

— Ну, сама подумай. Ведь по историям он уже сумел пару раз использовать его силу, так может…

— Не думаю, Мара.

— Люц, ну попробуй, правда…

— Ох…

— Ладно-ладно, — ну не могу я отказать Маре, особенно когда она делает такую милую мордаху. — Давайте вместе.

Теперь за рукоять меча держались уже мы втроем. Девушки сосредоточились на своей силе, и я ощутил, как раскалилась рукоять. Меч сиял, воздух звенел от силы, я даже оглянулся и увидел, что трава вокруг нас колышется словно от порывов ветра.

— Эбби, Мара, заканчивайте… — сказал я им, но что-то было не так. Звон становился лишь сильнее, он даже перекрывал громыхание костей в моей голове. — Эбби! Мара!

Но сестры меня не слышали. Их глаза полыхали золотистым пламенем, а сами они словно впали в транс. Я попытался отпустить меч, но не смог, пальцы словно приросли к нему.

Внезапно божественное оружие стало подниматься в воздух, и мы вместе с ними. Ноги просто оторвались от земли, и незримая сила подняла нас метра на два над землей.

— ЭББИ! МАРА! — кричал я, но все бестолку.

А затем меч просто стал плавиться. На моих глазах клинок стал растекаться, а расплавленный металл капать на руки, причиняя нестерпимую боль.

— ЭББИ! МАРА!

Гул стал нестерпимым. Я уже просто кричал от боли, казалось, что голова сейчас взорвется, а руки расплавятся вместе с оружием.

А затем я просто потерял сознание.

* * *

— Люц, очнись! Люц!

Раз меня зовет такая прекрасная женщина как Аида, то пришлось подчиниться и разлепить глаза.

Я все ещё был на улице, над нами плыли облака, но все, что я видел, это склонившуюся надо мной перепуганную Аиду.

— Он очнулся! — крикнула она кому-то. — Лежи и не двигайся.

С головой творилось что-то странное. Я никак не мог сфокусировать мысли, звуки словно шли откуда-то издалека.

Аида куда-то отошла. Я слышал разговоры, споры, затем надо мной склонился какой-то немолодой мужчина и влил в рот горькое зелье. После этого оставили в покое, позволив полюбоваться небом.

Понемногу начали возвращаться звуки, а мысли перестали быть тягучими. Я перевернулся на бок, поморщился и постарался сфокусировать взгляд. До меня все никак не могло дойти, что именно происходит, а затем я увидел лежащих на земле сестер. Именно над ними сейчас кружили люди, включая Аиду и виденного ранее старика.

Наконец я уперся рукой в землю и сел. Думал, будет сложно, но на деле всё оказалось гораздо проще. Тело было подозрительно легким, намного легче, чем можно было подумать.

Так я просидел ещё с полминуты. Голова кружилась, в ушах звенело, но при этом было удивительно тихо. Впервые за очень долгое время я не слышал игральных костей.

Наконец я поднялся на ноги. Меня тут же качнуло немного в сторону, но я устоял и побрел к людям.

— Что… Что слу… — заплетающимся языком начал я, и тут Фия, оторвавшись от Мары, поднялась и влепила пощечину. Этот удар я почти не почувствовал, даже странно, но вот психологически…

Никогда. Никогда прежде Фия не поднимала на меня руку. Она могла злиться на меня, ругаться, но не била, хотя уверен, порой ей жутко этого хотелось.

И для меня это было знаком, что я совершил страшную ошибку.

Тут мне на помощь пришла Аида. Лисица обняла Фию и отвела её в сторону, попутно успокаивая, а я попытался восстановить в голове произошедшее. Я попросил сестер влить Свет в отцовский меч, зарядить его, чтобы я мог использовать его силу даже без воли игральных костей. Это было важно, если мы действительно собрались сражаться с Пустыми. Лишь первородные стихии вроде Света или Тьмы могут что-то им противопоставить.

А потом…

Я помнил как плавился меч, как он стекал на руки…

Руки?..

Я впервые посмотрел на собственные руки и понял, что облачен в броню. Это был Доспех Крови, но не тот, который я использовал обычно. Он сильно изменился и теперь был частично золотым.

Что за?..

И тут вновь застучали кости, но совершенно по-другому. Что-то изменилось в их стуке. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что они звучат не в голове, а где-то рядом.

Повернул голову на звук, но ничего не увидел, лишь небольшой выжженный круг в том месте, где сестры и наполняли энергией меч. И пусть я ничего не видел, но точно слышал и… чувствовал? Да. Определенно чувствовал!

Но что именно?…

Повинуясь какому-то наитию, протянул руку, словно потянувшись к чему-то незримому, но однозначно осязаемому.

Щелк. Щелк. Щелк.

Три золотые игральных кости материализовались прямо над выжженной землей, а затем они закружились и полетели ко мне, после чего повисли в воздухе над моей раскрытой ладонью.

— Это ещё что за хрень?..

Я даже не заметил, как вернулась Аида. Она сделала круг вокруг меня, удивленно разглядывая парящие в воздухе игральные кости, даже сотворила какое-то заклинание. Но при попытке изучить кости, они ударили божественной магией по заклинанию и просто дестабилизировали его.

— О, то есть теперь ты их видишь?

— В смысле теперь я их вижу? — не поняла Аида. — Что это?

— Это… — собрался было ответить я, но вдруг понял, что и сам не знаю ответа. Не помню, откуда взялись эти кости, не помню, когда именно впервые нашел их в кармане. Однозначно, когда был ребенком. — Я не уверен…

— Это то, чего не должно быть в нашем мире, и вообще в каком-либо из миров.

Мы с Аидой рефлекторно повернулись и увидели в паре десятков метров от нас молоденькую круглолицую девушку с длинными светлыми волосами и полыхающими голубыми глазами. Низенькая, щуплая, без выдающихся форм, она была облачена в легкое темно-зеленое платье.

— Фэй? — удивленно моргнула Аида. — Неожиданно увидеть вас тут.

— Фэй? — переспросил я. — Та самая Фэй? Дракон?

— Могу огнем дыхнуть на тебя, надо? — девушка недобро прищурила глаза, а затем просто улыбнулась, таким образом говоря, что это все шутка. — Извините. Понимаю, что сейчас не лучшее время для шуток.

— Ты знаешь, что это за кости? — спросил я.

— Разумеется. Вернее, я знаю, что именно они из себя представляют. Их облик, их форма вторичны. Важна суть.

— И что же эта за суть?

— Вещь, что ты держишь в руке, не что иное как чистейший Эфир.

— Эфир? — Аида изменилась в лице. — Энергия, которую используют драконы?

— Нет. Эфир, которым управляю я, более… грязный. Разбавленный. Как Свет, что используют паладины, и Свет, который используют боги. Они схожи, но фундаментально различны.

— Но откуда у Люца взялась вещь, сделанная из чистейшего Эфира?

— Ответ один: его ему дала сама Мать. Та, кого вы называете Вечность.

— О-о-о-о… — протянули мы с Аидой почти синхронно.

Внезапно Фэй дернула головой, словно что-то услышала. Да и я ощутил нечто странное, словно где-то рядом с нами надулся воздушный пузырь, невидимый глазу, и он готов лопнуть.

— Быстрее, вам нужно уходить! — крикнула нам Фэй, а следом тот «пузырь» лопнул. В полусотне метров от нас материализовались три фигуры в золотистых доспехах. По исходящей ауре и полыхающих золотом глазам было ясно — это боги. — Поздно…

Глава 11

— Это он, — один из богов указал пальцем на меня. — Тот мальчишка. Эй! Ты! Ты Люциус Готхард!

— Нет, вы ошиблись, — улыбнулся я насквозь фальшивой улыбкой.

Аида покосилась на меня, словно говоря: «Ты правда думаешь, что это сработает?»

— Я Рол де Фрэн.

— Смешно, — скривился бог. — Не трать наше время. Ты сейчас пойдешь с нами, а если будешь сопротивляться, переломаю ноги.

— Пойду куда?

— В Башню. Понятия не имею, что ты такого натворил, но тобой заинтересовались посланники Пустоты.

При упоминании посланников я невольно сделал шаг назад. Сразу вспоминаю слова Библиотекаря и Анни о том, что Башня Богов и совет богов нам не друзья. Они пойдут на все, чтобы сохранить равновесие сил, и если Пустота потребует меня — они меня отдадут.

И что теперь? Драться с богами? Я конечно стал сильнее, но не настолько же…

— Простите, ребята, но у меня другие планы.

— Что-ж, значит ты выбрал вариант с ногами, — нехорошо ухмыльнулся бог и шагнул навстречу, попутно призывая божественное оружие — боевой молот.

Перестук костей привлек мое внимание. Повернув голову, я увидел, как кости вращаются в воздухе, показывая мне то одни цифры, то другие. Но странно было совсем не это, а то, что я их понимал ясно и четко, словно они говорили со мной и посылали не слова, а скорее знание прямо в голову.

— Я так могу?..

Кости ответили привычным стуком.

— Бежим! — крикнул я Аиде и, ухватив её за руку, потянул за собой.

Боги двинулись за нами, но на их пути встала Фэй.

— Прочь с дороги, дракон, иначе…

— Иначе что? — спиной я ощутил исходящую от этой низенькой девчушки силу. Силу, практически ничем не уступающую самим богам.

Я бросил короткий взгляд на кости, что зависли прямо над моим плечом. Ну что ж, надеюсь, вы мне не соврали.

Поднял свободную руку и сделал ей взмах. Парящие кости тут же рассекли пространство перед нами, создавая разрыв, в который мы с Аидой и заскочили. Впрочем, тут же пришлось останавливаться, потому что оказались мы на краю отвесной скалы.

— Где мы? — спросила лисица, оглядываясь по сторонам. Пространственный разлом моментально затянулся.

— Понятия не имею, — честно ответил я.

Места были совершенно незнакомые и дикие. Какие-то леса, горы, и тут было гораздо прохладнее, чем в Мральдариме. Я бы даже сказал зябко. Ещё снег того и глядишь пойдет.

— В смысле не знаешь? Ты открыл портал и сам не знаешь куда?

— Именно.

Аида поморщилась, помассировала переносицу двумя пальцами, видимо думая, какой я идиот, что пространственная магия опасна, и я легко мог переместить нас под землю или ещё куда. Собственно, обрыв перед нами — отличный пример. Ещё бы шаг, и мы с ней дружно в него бы сиганули.

— Расслабься, всё вроде обошлось… — сказал ей, но почти сразу понял, что нет. Кажется, боги уже идут по нашим следам. — А нет… Нам пора.

— Стой, только не говори, что…

Пространство рядом с нами схлопнулось, и вновь появилась та троица, и настроения от догонялок у них не прибавилось.

— Ты мне доверяешь? — спросил я у Аиды.

— Мне очень не нравятся такие вопросы… — пробурчала лисица, но времени дожидаться ответа не было. Подхватил её на руки и рывком спрыгнул со скалы. Позади грохнула божественная сила, отчего скала взорвалась, превращаясь в пыль.

Мы падали с высоты в добрую сотню метров, отчего Аида взвизгнула и прижалась ко мне. Это было даже приятно.

Земля все ближе. Взмах руки, и под нами открывается новый пробой в пространстве. Нас выбросило в другой мир, и мы упали прямо в бархан. Приземление было не таким уж и жестким, но песок… Мы чуть ли не с головой в него ушли, и когда выбрались, он был повсюду.

— Люц… Не мог выбрать другой мир? Боги… — ворчала Аида. — Этот песок у меня теперь везде…

— Извини, нет времени на это… — ответил я и вновь девушку. Боги идут по следу, я ощущал их приближение.

Следующие несколько миров мы проскочили практически не глядя. В одном из них на нас чуть не наехала самодвижущаяся повозка, потому что нас выкинуло в центре какого-то города. Я проскочил наверное более десятка миров, прежде чем кости сообщили мне, что преследователи отстали. Им, чтобы идти по следу, нужно время, а пространственные бреши довольно быстро закрываются.

— Всё, можно немного передохнуть… — облегченно выдохнул я, не чувствуя никаких больше колебаний в пространстве. Боги нас потеряли, но рано или поздно всё-равно выйдут на след. Интересно, а как они нас нашли в первый раз?..

Я поставил Аиду на ноги, и лисица немного пошатнулась. Видимо, от нашего перемещения между мирами у неё голова закружилась. Да и не мудрено. Перемещались мы по прямой довольно редко, пару раз нас выбрасывало на высоте, и мы по сути перескакивали из одного разрыва в другой прямо в воздухе.

Интересный, надо сказать, опыт…

— Ты как?

— У меня кружится голова, у меня до сих пор песок в волосах и… не только в волосах, — хмуро посмотрела на меня она, но я-то понимал, что на самом деле она не злится. Так, немного ворчит из-за всех этих неприятностей. — Они точно отстали?

— Понятия не имею, но почувствую, если кто-то будет рядом.

— И то хлеб, — вздохнула она.

Мы немного огляделись. Мир выглядел… слегка необычно. Тут было что-то с солнцем, оно словно светило через зеленый фильтр, а деревья были фиолетовыми, что ещё сильнее контрастировало со светилом.

— Как ты вообще так легко перемещался между мирами?

— Это все они, — кивнул я на кости, что парили над моим левым плечом и едва заметно перестукивали. — Я просил их открыть проход, и они его открывали.

— Просил?

— Ага.

— Люц… Что происходит?

— Я не знаю, честно. Я пытаюсь это выяснить уже не один месяц, с того момента, как тот кровосос напал на наш дом, и Знание пробудилось. Все это словно часть… чего-то. Но ещё бы понять, чего именно…

— Вселенский план?

— Ага. Отец предусмотрел вторжение Несущих Свет за тысячи лет и подготовился. Так может все это тоже подготовка к чему-то… Эти игральные кости, доспех, отцовский меч, Знание… Все это словно фрагменты, понимаешь?

— Понимаю, и мне это не нравится.

— Нам нужно вернуться. Эбби, Мар и Фия…

— Не уверена, что это хорошая идея. Если за тобой будут охотится боги, то в первую очередь они будут ждать твоего возвращения домой.

— Тогда тем более нужно вернуться. Сестры и Фия могут быть в опасности.

— Вряд ли они посмеют сражаться с Фэй. Она на том же уровне, а может даже немного выше. Другое дело, что они могут просто ждать, когда ты вернешься.

— И что нам делать?

— Действовать по-другому. В первую очередь, давай вернемся в сумеречную библиотеку, а там уже решим, как действовать дальше.

— Ключ при мне, — кивнул я. — Осталось лишь…

— … найти дверь. — закончила за меня Аида.

Дверей поблизости не было. Мир выглядел необитаемым, ну или нас выкинуло в какую-то совсем уж глушь. В любом случае, нам стоило отправляться в другое место.

— Поищем в другом мире, — решил я.

— Ты можешь контролировать перемещение? Может переместишь нас в Трисент?

— Увы, — я мысленно попросил игральные кости о Трисенте, но не похоже, что они решили исполнять эту просьбу. У них было свое сознание, не человеческое, но вполне ясное и со своими целями, так что мне ещё предстояло научиться с ними коммуницировать. — Вновь придется рисковать.

Аида отряхнула одежду и с деловым видом подошла ко мне, явно намереваясь вновь залезть на руки. Неужели ей понравилось?

— Но перед тем, как мы отправимся дальше, должна официально тебя проинформировать: дозволяю тебе распускать руки, но совсем немножко. В конце концов, я девушка приличная.

— Разумеется, — улыбнулся я и тут же задумался. — А немножко это сколько?

— Пока мне это нравится, — ответила лисица и уже повисла у меня на шее.

— Крайне неточная мера.

— А по мне очень даже.

Опять дразнит меня… Но сейчас это скорее защитная реакция. Аида немного нервничала, то ли из-за того, что за нами гонятся боги, то ли из-за предстоящего перемещения, в любом случае слишком близко принимать её слова не стоило.

— Аида, слушай… — вспомнил я о другой важной вещи. — Эбби и Мар…

— Они в порядке, — тут же успокоила меня колдунья. — Хотя нет, не так. Они живы, а вот насколько тяжело их состояние, сказать сложно.

— Ладно… Хорошо… — её слова пусть не полностью, но меня немного успокоили. Опасался худшего. — Тогда в путь…

Уже через два мира мы оказались неподалеку от какого-то поселения, к которому и направились. Климат тут был жаркий, тропический, что после ледяной пустыни было прям хорошо.

И что любопытно, большая часть поселения местных аборигенов была построена на гигантских деревьях и выглядела весьма… примитивно. Я бы даже сказал хуже. Закрались сомнения, а есть ли у них вообще двери… Если нет, то придется прыгать дальше.

Тем временем приближение чужаков не осталось незамеченным, и туземцы начали обращать на нас внимание. Это были гуманоиды, очень похожие на людей, но с синей кожей и с куда большим количеством растительности на теле. А ещё у них были хвосты и длинные уши как у эльфов. Они скакали по веткам, и было в их повадках очень много кошачьего.

— Люц, они нас окружают.

— Вижу… — ответил ей, смотря на туземцев.

Небольшая группа, вооруженная копьями, спрыгнула перед нами, сформировав нечто вроде встречающей делегации.

— Мак фуш шраш ка! Ак шарша гушух? — сказал нам что-то их главный на своем странном, полурычащем полушипящем языке. Да, это и впрямь раса кошачьих, но совсем не похожих на фуори, к которым относилась, например, Нора. В этих было гораздо больше звериного как в повадках, так и в речи. — Эф му гас шахаш!

— Кажется, они сердятся, — шепнула мне Аида.

— Ага… Видимо, мы «забрели не в тот район», — ответил ей, после чего попытался поговорить с дикарями. — Послушайте! Мы не враги! — и специально поднял руки, пытаясь показать, что мы не опасны и не хотим им зла. — Мы просто путники, которые ищут дверь.

— Ук маш шаршар, ху! — прорычал в ответ вожак и наставил на нас копье.

— Думаю, он хочет, чтобы мы ушли, — подсказала Аида.

— Да… Ладно, попытаем счастья в другом мире, — решил я. Пусть это и связано с определенными рисками. Лисица говорила, что есть вообще мертвые миры без воздуха, или нас может выкинуть в жерло вулкана. Пока такого не происходило, и оставалось верить, что это игральные кости выбирают, куда нам перемещаться. — Всё! Мы уходим, слышите?

Мы с Аидой сделали несколько шагов назад, и туземцы сделали тоже самое, пытаясь нас выдворить.

И тут случилось то, чего ни я, ни моя спутница никак не могли ожидать. Появился человек. Молодой парень не намного старше меня, в компании девушки-туземки. Причем последняя, судя по всему, была в положении. Парень был облачен в серый высокотехнологичный костюм, отдаленно напоминающий артефакторский доспех, но более легкий и подвижный.

Он подошел к говорившему с нами ранее туземцу и сказал что-то на том же языке, хоть и видно, что парню их речь давалась с трудом. Но в конце концов они его послушали, и теперь он шел к нам с поднятыми руками.

— Эм… привет! — сказал он нам. И я вдруг понял, что знаю этот язык. Это родной язык моего отца и Потапа. В детстве я его немного учил. Понятия не имею, где Фия раскопала учебники по нему, но так она нашла способ меня занять, сказав, что это очень впечатлит отца.

— Привет, — ответил я. — Я Люц. Это Аида. И мы… ищем дверь.

Глава 12

Местные синие люди-коты назывались малуры, что в переводе на их язык значило «лунные кошки», а паренька, с которым мы встретились, звали Николай или коротко для друзей просто Ник. И он, как и мы с Аидой, был гостем из другого мира. Колдунья, к слову, знает язык отца ещё со времен войны со Светом, так что легко общалась с Ником.

Николай с туземкой, которую представил как Кшеру, свою жену, пригласил нас в один из домов высоко на дереве. Как и казалось снизу, они были довольно примитивны и сделаны из веток, глины и веревок. Никаких гвоздей или иных металлических креплений. Учитывая, что копья у малуров были просто камнями, привязанными к палкам, о металлургии они тут даже не слышали.

Стол, за который мы сели, был сделан из веток, накрепко связанных друг с другом. Стульев не было вовсе, отчего пришлось сидеть на полу на шкурах какого-то зверя.

— И в итоге ты тут остался? — спросила лисица во время чаепития, когда Ник немного рассказал нам о том, как вообще сюда попал.

— Да. И сестру перенес, — подтвердил он. — Но она сейчас по другую сторону океана, в землях драккасов.

— Драккасов?

— Другая раса этого мира. Они больше похожи на людей, чем малуры, но не полностью. Есть немного чешуи, рога и хвост. Ну и цивилизации у них больше: корабли, нормальные дома и все такое.

— Интересно было бы взглянуть, — заинтересовалась Аида, но тут же себя одернула. — Но не сейчас. Мы не планировали задерживаться.

— Уверены? По правде сказать, мне было бы что вам показать. Это поселение — одно из «диких», которые плохо перенимают инновации, но совсем неподалеку, в часах пяти отсюда, есть гораздо более современный городок. Думаю, его можно назвать главной прогрессорской столицей местных земель.

Я посмотрел на Аиду, и её ответный взгляд был крайне красноречив. Она предлагала плюнуть на всё это и просто свалить, я же хотел задержаться хотя бы на денек и посмотреть на этот мир подольше. В конце концов, это и было моей мечтой — странствовать по мирам и изучать их обитателей. Это мой шанс прикоснуться к неизвестному, и мне не хотелось бы его упускать.

— Я не против. Думаю, мы сможем задержаться на денек. А ты на это как смотришь?

Аида вздохнула, закатила глаза.

— Ладно. Но на денек. И при условии, что у них есть выпивка, чистая одежда и горячая ванна.

— Можно организовать.

— Но завтра мы покинем это место.

— Отлично! — обрадовался Ник. — Тогда не будем терять время, путь не близкий.

Казалось, только недавно поднялись, а уже пришлось спускаться. Впрочем, нам в этом поселении и так делать было нечего. Климат тут довольно теплый, отчего у малуров не было необходимости делать двери. Я сколько не смотрел на дома, но не увидел ни одной двери, максимум кусок грубой ткани, что и служила тут дверьми. Но в кусок ткани ключ не вставишь.

Ник и Кшера провели нас двоих за пределы малурского поселения, и я уже готовил себя морально к длинному пути через джунгли, полные насекомых, но тут случился очередной сюрприз. У Ника оказался транспорт, выглядящий как машина из мира моего отца, но с восемью механическими ногами, а сверху было воткнуто что-то вроде стационарного орудия.

— Крайне дико видеть подобные технологии на фоне примитивного общества, — выдала Аида. — Но я рада.

— Запрыгивайте, домчим с ветерком! — сказал нам Ник, заняв водительское место. Следом туда забралась Кшера и сделала это весьма ловко. Два прыжка, и она уже сидит на соседнем с мужем кресле. Мне казалось сомнительным, что этот паукомобиль может быстро передвигаться, но его скорость была действительно удивительной.

— Раньше, когда его не было, приходилось сплавляться по реке и очень много ходить. А учитывая, что поселения весьма разрознены, то ходить далеко и много. Так что эта ласточка — лучшая покупка в моей жизни. Если будет укачивать, скажите, немного сбавлю скорость.

На самом деле трясло даже меньше, чем можно было подумать. Эта машина крайне ловко и плавно скользила меж деревьев, миновала любые препятствия, ухитряясь сохранять кузов в идеально горизонтальном положении.

— Николай, — обратилась Аида. — Наверное, это немного личный вопрос, но… Ты сказал, что Кшера твоя жена

— Можно сказать и так. У них в культуре нет такого термина, малуры живут прайдами, и брачных обрядов у них тоже нет. Просто подумал, что если буду называть её своей самкой, вы не поймете…

— Разница культур, — равнодушно отметила Аида. — Но вообще я хотела узнать о её положении…

— Кшера ждет котяток от Ника, — с довольным видом заявила туземка, поглаживая выпирающий живот.

— Котяток? То есть они будут малурами? — я как-то об этом даже не подумал, а вопрос и впрямь интересный. Межвидовой брак.

— Ну… — Ник неловко рассмеялся и почесал свободной рукой затылок, продолжая управлять транспортом. — По правде говоря, мы понятия не имеем. Такого раньше не бывало. До недавнего времени я вообще не знал, что это возможно.

— А сколько ты в этом мире?

— Дай подумать… Года четыре наверное. Хотя порой кажется, что все десять. Тут иногда день идет за два, столько дел, что не продохнуть.

Добрались мы до нужного места гораздо быстрее, чем пять часов. По моим прикидкам часа три, не больше. Может Ник специально гнал, стараясь довести нас побыстрее. И город, который он собирался нам показать, уже на первый взгляд разительно отличался от прошлого поселения.

Это действительно бы город, многоуровневый, с более качественными и разнообразными домами. Но как и первый, большая часть построек находилась на гигантских деревьях, соединенных сотнями канатных мостиков. Были и крупные деревянные мосты, но немного. Думаю, их можно считать «главными улицами».

Да и малуры тут уже на первый взгляд были более цивилизованными. Добрая половина туземцев из увиденных ранее носили максимум набедренные повязки, а остальные вообще ничего. Тут же я не увидел ни одного голого малура, а на некоторых одежда вообще была достаточно хорошего покроя, однозначно сделанная на хорошем ткацком станке.

В первую очередь Ник нас накормил. Дело это происходило в общей столовой. Как я понял, у малуров была традиция есть всем вместе, и утаивание пищи считалось низким и некрасивым. Так что кладовые с пищей были общими, и та делилась поровну на всю общину во время трапезы. Были отдельные малуры, что охраняли склады, были кухарки, что занимались исключительно готовкой.

У каждого малура в общине было свое место, и каждый занимался своим делом.

— А ты тут кто? Король? Вождь? — спросила Аида у Ника.

— Да, что-то вроде того. Хотя не все и не всегда этим довольны. Особенно когда я заставляю малуров делать то, что им не нравится. Особенно это сложно с детьми, учить их математике, письменности и прочему порой очень сложно.

— По мне, ты взвалил на себя слишком много работы.

— Не без этого. Но когда-нибудь это окупится, я верю в это.

Ели мы на глазах у целой кучи местных, и они разглядывали нас с неприкрытым интересом.

После еды пришел черед переодеться. Аиде дали временную одежду, да и мне тоже. Только вот тут случился небольшой затык, потому что я так и не понял, как снять доспех. Раньше на правой перчатке было что-то вроде драгоценного камня, нажав на который, я деактивировал Доспех Крови. Сейчас его не было.

Выход подсказали игральные кости. Как оказалось, мне достаточно было просто захотеть его снять. Захотел, и тот испарился, оставив меня в полном неглиже. Это было таким себе открытием… А чтобы призвать доспех обратно, мне также достаточно было просто захотеть. Он стал словно частью меня, и теперь не было необходимости в перчатке. Её, к слову, теперь так же не было. Доспех пропадал без следа.

Я переоделся в выданные вещи и остался доволен. Свободная и плотная одежда. Аида так же переоделась в свободное серое платье, которое несмотря на свою простоту хорошо на ней смотрелось.

Дальше Ник предложил провести нормальную экскурсию, но Аида сразу же отказалась.

— Извините, мальчики, но дальше без меня. Я очень хотела бы освежиться и просто отдохнуть. Желательно с бокалом чего-нибудь горячительного.

Ник доверил Аиду Кшере, и та пообещала устроить гостью со всеми удобствами, а дальнейший путь мы продолжили уже вдвоем, и нельзя было не заметить, как сильно изменилась атмосфера. Для начала, вокруг нас стало собираться уж чересчур много молодых, а порой и не очень, малурок. И их поведение доходчиво говорило.ю чего именно им надо. Некоторые в открытую вставали на четвереньки.ю демонстрируя голую задницу. Тут и тупой догадается…

Ник тоже это видел и скривился.

— Зря отослал Кшеру, поспокойнее было бы… Просто не обращай на них внимания.

— Легко сказать…

— И все же постарайся. Не ведись на этих их попытки с тобой заигрывать. Они-то не прочь с тобой позабавиться, в конце концов ты как я.

— То есть они так задницами и перед тобой крутят?

— Нет. Очень редко. Если это заметит Кшера или Шантра, им не поздоровится. А вот ты — ничейный, так что тебя постараются взять в оборот.

— А-а-а… То есть это все только ради меня…

— Да, — серьезно кивнул Ник. — Но повторюсь, не ведись. Их общество примитивно, я бы даже сказал звериное, и вряд ли я за свою короткую жизнь смогу это выбить из них. Тут нет ничейных самок, чтоб ты понимал. Есть воины-самцы, а есть их самки. Чем сильнее и успешнее воин, тем их больше. Свободных самок в племени нет вообще. А когда девочки достигают зрелости, их распределяют.

— Они прям как валюта.

— Так и есть, — все так же серьезно ответил Ник. — Мне это и самому не нравится, слишком по-варварски, но таково уж устройство их общества, тянущееся уже много сотен лет. За год-другой этого не изменить, тут нужно не одно поколение. Поэтому не смотри на их «доступность», она в итоге всем боком выйдет.

— Придется отвечать перед их самцом? — догадался я.

— Разумеется, ведь по сути ты украл чужое. Просто у них есть я в качестве примера. Уважаемый вождь, сильный воин. И это не хвастовство, не подумай, просто я занимаю такую позицию тут. И появляешься ты, выглядишь как я и возможно…

— … такой же сильный. Могу сместить тебя или стать твоей правой рукой, — тут и догадываться было не сложно.

— Именно. И у тебя пока ещё нет самок. Вот они и вертят задницами, желая сменить свое положение, столкнуть тебя и своего самца. Будешь трамплином в их социальной лестнице. Ведь одно дело — быть самкой вождя, и совсем другое — самкой слабого воина. Так что не ведись.

— Понял-принял, — кивнул я, став игнорировать эти откровенные заигрывания. Не то чтобы я прям поддавался на эти «чары», но слова Ника о том, что меня просто хотят использовать для своих социальных лифтов, знатно так охлаждали мысли.

— Ну и отлично, — улыбнулся он. — Вот если бы решил остаться, разговор был бы другой.

— Заманиваешь гаремом из малурок?

— Просто тут довольно одиноко. С драккасами повеселее, но они обычно сюда не суются, максимум в посольском поселении на берегу обитают, а оно далековато, и мотаться туда-сюда слишком утомительно. Так что я туда наведываюсь лишь по необходимости. Малуры же, как видишь, порой слишком дикие, как бы не вбивал цивилизацию в их головы. Все подумываю, что тут нужно больше людей, чтоб не одному все тянуть.

Ник закрыл на этом тему, переключившись на непосредственно экскурсию. И тут действительно много чего было показать. В первую очередь, он показал мне «фабричную» зону. Ткацкие станки, полноценная кузница, печь для обжига глины, из которой делали посуду и черепицу для крыш. Отдельно стояла и столярная мастерская, где в данный момент работало несколько малуров.

Затем Ник показал мне школу, правда в тот момент она пустовала.

— Занятия на сегодня уже закончились, — объяснил он мне.

— А кто их учит?

— Обычно Шантра, она тут старшая самка, можно сказать моя правая рука. Почти год она провела у драккасов, перенимая знания, а теперь обучает детей. Я тоже порой веду уроки, но педагогика это не мое.

Экскурсия продлилась почти весь день. Ник показал мне, как живут малуры, особенность их быта и общества, даже немного научил языку.

Кстати о языке, чем дольше разговаривал с Ником, тем проще мне было. Если в начале я не все понимал, то к концу дня знал язык как родной. Такое чувство, что тут замешана какая-то магия, потому что чужая речь словно втекала мне в голову.

Когда стемнело, малуры стали расходиться по своим домам. Да и вождь решил, что нечего больше утомлять гостей.

— Вот, твою подругу привели сюда, — указал он на довольно крупный дом округлой формы. У Малуров вообще дома были такими, словно огромные горшки, приклеенные к деревьям.

— Большой, — оценил я.

— Он мой, — рассмеялся Ник.

— Твой? В смысле? А ты где будешь ночевать?

— У Шантры. Кшера, наверное, уже там.

— Погоди, мне немного неловко, что я выселяю тебя из собственного дома…

— Да брось, я в нем все равно редко бываю. В основном тут живу не я, а сестра, да и строился он по большей части для неё. Но Лили сейчас далеко, так что чувствуйте себя как дома.

— Спасибо.

— Нет проблем. До завтра, — помахал он мне рукой.

— До завтра.

Глава 13

Дом был двухэтажным, и свет лился именно со второго этажа. Похоже, Аида ещё не спала, так что я поднялся по ступенькам и вошел в комнату. Это была не то спальня, не то гостиная. Комнат в самом доме было всего ничего, три или четыре, но каждая из них была крупной и выполняла сразу несколько функций.

— Проходи, я не кусаюсь, — улыбнулась Аида, жестом приглашая меня сесть на диван, представляющий собой каркас, где седушка и спинка были сделаны из туго натянутой кожи.

Я немного помедлил, но все-таки воспользовался приглашением.

Аида, судя по всему, недавно принимала ванну. Её густые рыжие волосы все ещё были немного влажными, а под тонким светлым халатом, судя по всему, ничего не было. Но что я заметил сразу — лисица уже изрядно выпила. Она все ещё довольно твердо стояла на ногах и не позволяла себе выпивать больше, чем следует, но в её движениях и взгляде легко угадывалось, что она осушила за этот вечер далеко не один бокал.

— Откуда халат? — поинтересовался я.

— Не знаю, Кшера дала. Он чей-то, но мне разрешили им воспользоваться. Мне идет?

И в очередной раз дразня меня, Аида ослабила пояс и слегка приоткрыла халатик, отчего её грудь теперь видна чуть лучше.

— Очень.

— Рада, что тебе нравится.

Захотелось сказать, что без него она ещё прекраснее, но сдержался. Аида сейчас в таком игриво-пьяном настроении, что и впрямь может оголиться.

— Извини, наверное я все таки лучше пойду спать. Завтра…

— Ой, да брось, тебя что, так смущает, что твоя «сестренка» слегка выпила?

Лисица подскочила как раз в тот момент, когда я уже начал подниматься с дивана, и толкнула меня в плечо, усаживая обратно. А затем и сама присела рядом, положив голову мне на плечо. Я слегка скосил взгляд. Халат сильно съехал с правого плеча, открывая гораздо больше тела, чем следовало бы. Я без труда мог разглядеть ареолу правого соска, выступающего из-под ткани.

Так… Это становится немного опасно.

Я привык к её заигрываниям, но в последнее время они стали выходить за рамки. Знал бы её хуже и решил бы, что лисица меня соблазняет. Приходилось постоянно напоминать себе, что она просто играет, ей нравится заставлять меня смущаться.

— Как там прошла ваша прогулка?

— Занимательно. Тут и впрямь есть на что посмотреть. Интересно взглянуть на драккасов, о которых говорил Ник. Жаль, что ты не пошла с нами.

— Не тот настрой, — отмахнулась она. — Может в другой раз. Я слишком устала и хотела отдохнуть.

— Понимаю…

Мы замолчали. Аида думала о чем-то своем, а я — о ней.

— Люц…

— Да?

— Я никого так в жизни не любила, как твоих родителей, — эти слова Аиды меня немного удивили. — И в вечера сегодняшнего я ужасаюсь тому, насколько мне их не хватает, даже спустя эти долгие, почти бесконечные пятнадцать лет. Но они оставили мне тебя, Люц. Тебя и твои сестер. И я хочу, чтобы ты знал…

Лисица оторвалась от моего плеча и положила руку на мою щеку, заставляя меня повернуться.

Она так близко… В каких-то сантиметрах от меня. Ей огромные зеленые глаза смотрят в мои, пухлые губки слегка приоткрыты… Такая прекрасная. А ещё этот её парфюм, который она так любит, неброский, но приятно ласкающий нос.

В этот момент мне так захотелось её поцеловать. Повалить на диван, распахнуть этот её пошлый халатик и…

Свет!

Да я все ещё в неё влюблен… Давным давно я убедил себя в том, что это глупые чувства, что она годится мне не то что в матери, а в бабушки. Плевать, что она выглядит на двадцать с небольшим, она все ещё в несколько раз старше меня, да и тот факт, что она была близка моими родителями… Но когда мы оказывались рядом, а особенно наедине, мое сердцебиение всегда учащалось.

Никуда эти чувства не делись, чтоб их…

— … я больше всего на свете люблю тебя и твоих сестер, и я пойду на что угодно, чтобы вас защитить. — Аида сделала небольшую паузу. — Но ты и сам это знаешь.

— Знаю, — кивнул я и нервно сглотнул слюну.

Я смотрел в эти прекрасные зеленые глаза и понял, что не могу сдержать себя. Это была точка невозврата, которая изменила все внутри меня. Я мягко ухватил за халат, потянул на себя и поцеловал Аиду.

Она удивилась, но не оттолкнула меня. Напротив, поддалась. Но продлился поцелуй недолго. В конце концов лисица отстранилась и похлопала меня по плечу.

— Хватит с тебя, герой. Я ещё недостаточно пьяна…

С этими словами лисица поднялась с дивана и плеснула себе ещё выпивки.

— А у этих дикарей на удивление крепкая брага. Я выпила всего-ничего по моим меркам, а ударило сильно.

С новой порцией выпивки она вернулась на диван, заодно прихватив бокальчик и мне. Я пригубил, и… странный вкус. Не похожий ни на что выпитое раньше, хотя до недавнего времени мне казалось, что я пробовал всю выпивку, которая вообще существует. Чего в нижнем городе только не наливают.

Внезапно Аида сама потянулась ко мне, словно желая поцеловаться вновь, и в этот момент и без того беспокойное сердце казалось сейчас выскочит из груди, но она совершенно внезапно лизнула кончик моего носа и, весело смеясь, отстранилась.

— Думал, я тебя поцелую?

— Кхм…

— Ты и так урвал целых два моих поцелуя за день. Обычно я столько целуюсь с теми, с кем хочу переспать… — задорно рассмеявшись, лисица допила свой бокал.

Она лукаво улыбнулась, а затем, чуть сместившись, легла головой мне на колени, а бокал поставила под диван. Я от такого внезапного поворота даже вздрогнул, хотя причина для этого крылась в кое-чем другом. Я слишком возбудился…

Разумеется, не заметить такое лисица не могла и тут же приподнялась, с легким удивлением уставившись на мой выпирающий пах.

— Люц… — произнесла она, лукаво улыбаясь и вскидывая левую бровь. — У тебя что, встал?

— Можно я не буду отвечать? — виновато улыбнулся я.

Аида немного приподнялась и её и без того плохо скрывающий тело халатик приоткрылся ещё больше.

— Ай-яй-яй… У проказника Люца встал на сестричку Аиду, — звонко рассмеялась лисица, но в этом смехе я не слышал издевки, скорее задорство. — А ну-ка покажи! Я хочу посмотреть, насколько ты вырос!

— Стой, Аида, это очень плохая идея…

Но разгоряченную лисицу было не остановить. Она буквально за секунду справилась со всеми преградами и высвободила из плена штанов мой детородный орган.

— Ух… А он довольно неплох, — усмехнулась она, смотря на член почти вплотную, протянула руку и провела ногтем от головки к основанию. После чего легонько толкнула его пальцем, заставив качнуться как маятник. И от этого прямого воздействия он, кажется, стал ещё тверже… — Такой твердый и большой…

Её смех испарился, да и взгляд стал странным, наполненный уже не весельем, а чем-то другим. Чем-то, чего я не мог понять.

Молчание затянулось. Аида положила голову мне на колено, задумчиво разглядывая мой ствол, что был буквально на расстоянии полладони. А я затаив дыхание и с легкой дрожью ожидал, что будет дальше. Она и раньше могла вести себя немного развязно, пошло, подшучивать и дразнить меня, но как-то это слишком далеко зашло.

— Аида… — произнес я и вновь невольно вздрогнул, когда она подалась чуть вперед и провела кончиком языка вдоль всего ствола. Член тут же отреагировал на подобное нежное и возбуждающее воздействие и словно стал тверже, хоть это казалось мне почти невозможным.

— Я правда тебе нравлюсь? — спросила она.

— Разумеется! Что за вопросы? — воскликнул я гораздо громче, чем планировал, и тут же заткнулся под взглядом её зеленых глаз. Что в них крылось сейчас? Точно не насмешка. Сомнение? Желание?

— А… хочешь… меня? — на этих словах её халат распахнулся окончательно.

«Хочу! Хочу уже много-много лет!» — собирался прошептать я в ответ, но не успел. Аида сделала первый шаг, и вот уже наши уста соприкасаются в поцелуе. Вначале робком и нежном, но кипящие внутри меня страсть и желание быстро это изменили. Я с жадностью целовал её губы и сплетал наши языки в танце. Мы так увлеклись, что я пропустил момент, когда её рука оказалась у меня на члене. Её пальцы цепко сжимали ствол, ритмично двигаясь то вверх, то вниз, даря наслаждение.

Свою руку я тоже нашел куда пристроить. Скользнул меж её бедер к заветным складкам половых губ, и тотчас ощутил жар и влагу. Свет, как же она возбуждена! Её лоно пылало словно костер, и осознание этого довело меня до пика меня.

Мощная струя семени вырвалась из меня, попав лисице на грудь и даже пара капель на лицо, но основная масса, конечно, оказалась на её руке.

Аида отстранилась, поглядывая то на меня, то на свою руку. Я улыбнулся, протянул к ней ладонь, собираясь стереть большим пальцем капельку с её щеки, но она внезапно отпрянула. Я нахмурился, и вся та страсть, что кипела между нами ещё несколько секунд назад, словно испарилась.

Колдунья поднялась, запахнула халат и бросила на меня виноватый взгляд.

— Извини, мне не стоило так поступать. Тебе лучше идти спать и забыть о том, что только что произошло.

— Что?.. — опешил я от такого поворота. — Забыть⁈ Вот ещё! Нам ведь было хорошо. Только что!

— Люц… Я просто слишком много выпила и позволила себе лишнего. То, что я делала — неправильно. Я не должна была.

— Ты сама в это не веришь!

Аида отвернулась, словно не в силах смотреть на меня.

— Я просто глупая распутная девица, но даже у меня есть моральные устои. Я старше тебя практически в трое, да и просто это неправильно по отношению к твоему отцу. Я когда-то спала с ним, понимаешь? Какой бы омерзительной женщиной я была, раздвигая ноги перед тобой только потому, что ты мне его напоминаешь. Это неправильно.

Теперь уже пришел мой черед разозлиться.

— Да все только и говорят о нем! — я вскочил на ноги, и в этот раз лисица повернулась ко мне лицом. — Отец то, отец сё. Достало! Ну потрахалась ты с ним однажды, и что? Двадцать лет прошло! Целая жизнь! Что ты, что Фия, вы все никак не можете отпустить прошлое. Но Фия хотя бы жена, у неё есть Мара и Эби. А ты? Тебя ничего с ними не связывает, и мне искренне больно видеть, как ты страдаешь.

На этих словах она отступила, но позади оказался так удобно подвернувшийся столик.

— Люц…

— Даже не отнекивайся! Я вижу, как тебе одиноко, и… я хочу это исправить! И не только в этот вечер, а вообще навсегда!

— Что?

— Я люблю тебя, Аида де Фрэн. И всегда любил… Ты была моей первой любовью. С годами я убедил себя, что между нами не может ничего быть, но знаешь… Сейчас я понимаю, что все это херня. Устал я убеждать себя в том, что этих чувств нет. Они есть. Каждый раз, когда ты рядом, мое сердце бьется чаще, и нет в мире женщины, которую я желал больше. Я легко бы забыл о всех остальных ради тебя.

— А как же Валирэль?.. — робко спросила Аида.

— Я люблю Валирэль, но…Если уж говорить честно, то наше с ней будущее весьма уныло. Я не смогу быть как Хэнг для Шалириэллы. Не могу быть птицей в золотой клетке, и после свадьбы скорее всего я бы ушел. Навещал бы её, она бы нарожала мне детишек, но я не смог бы быть примерным семьянином. Но с тобой… С тобой все иначе. Ты как и я не можешь быть на одном месте. Твоя жизнь это движение, авантюры и сражения. Посмотри на нас! Скачем между мирами, пьем алкоголь из непонятно чего. Я могу махнуть рукой, и мы окажемся в другом месте, за тысячи миров отсюда… С кем я ещё смогу это разделить?

Аида охнула, когда я оказался совсем близко. Девушка теперь уже не опиралась о столик, а почти сидела на нем, а мои руки уже касались её бедер. Аида опустила взгляд и сглотнула вязкую слюну, при виде что мой член застыл в каких-то парах сантиметрах от её нежного бутона.

— Я готов всегда быть с тобой, Аида де Фрэн. Как муж, как Клинок, как любовник… Плевать! Лишь бы быть рядом с тобой! Сегодня я намерен сделать тебя своей женщиной и не потерплю отказов.

На этих моих словах уголки её губ чуть приподнялись, а взгляд стал… мягче. В нем появилось то, что я любил больше всего — авантюрный блеск.

— А если я все таки скажу «нет»? Возьмешь меня силой?

— А ты скажешь нет? — не остался я в долгу, и мы несколько мгновений неотрывно смотрели друг на друга. Как же сложно было понять, что сейчас творится в её прелестной рыжей голове. Но что бы там не происходило, закончилось это смешком, словно говорящим «ты добился желаемого».

Аида поджала нижнюю губу, протянула руку и коснулась моего ствола. Провела ладонью от самой головки до яиц, при этом продолжая неотрывно смотреть мне в глаза.

— Ты только кончил, но он все ещё так напряжен…

— При виде любимой женщины так и должно быть.

Она несколько мгновений смотрела на меня, а затем расхохоталась.

— Кто тебя только учил таким дерьмовым подкатам?

— Кхм… — немного смутился я.

— Но кое в чем ты прав. Это очень искренняя реакция твоего тела на меня. И какой я буду ужасной женщиной, если отвергну её… — она прекратила меня гладить и направила член в себя.

Толчок, и я проникаю в неё. Сливаюсь с ней в единении любви. Её руки оплетают мою шею, а языки переплетаются в жарком поцелуе.

Ещё толчок.

Проникаю глубже, почти на всю длину. Аида разрывает поцелуй, больно вонзает свои коготки мне в плечи, испуская полный похоти и желания стон.

Я много раз представлял себе этот момент, но реальность оказалась намного более прекрасной. Жар её лона, запах волос, вкус губ, сладостные стоны ласкающие слух — всё это сейчас моё и только моё.

— Погоди, — Аида остановила меня.

— Что?..

— За нам наблюдают, — тихо сказала она, бросив взгляд на окно. Я повернул голову и заметил, как несколько пар желтых глаз скрылись во мраке. Похоже, малуры даже в доме не могут оставить нас в покое.

— Плевать, — улыбнулся Аиде. — Пусть наблюдают, если так хочется.

Вначале был стол.

Затем диван.

Следом пол.

Опять стол.

Стена.

И в конце концов ничего…

Тут уже эта ушастая колдунья постаралась, решив попробовать нечто необычное, и взмахом руки избавилась от силы тяжести. Больше нам не нужно было стоять, сидеть или лежать. Мы просто парили в воздухе, предаваясь страсти.

И это было… интересно.

Уникальный опыт, когда девушка сидит на тебе, извиваясь от наслаждения, а вы при этом висите в воздухе вниз головой, ещё немного, и спиной ты ударишься о потолок — это нечто невероятное, хоть и требует некоторой сноровки. Для Аиды это тоже оказалось первым подобным опытом, так что учиться, как нужно двигаться, приходилось нам обоим.

И немного травмоопасно. В какой-то момент мы немного увлеклись, и я врезался головой в стол.

Так мы и закончили. Парили в воздухе, обнявшись, уставшие и счастливые.

— Аида?

— Да?..

— Я сейчас сделаю глупость, о которой никогда не буду жалеть.

— О чем ты? — лисица оторвалась от моей груди и посмотрела мне прямо в глаза.

— Будь моей женой.

— Что?.. — её огромные зеленые глаза стали ещё больше. Она открыла рот и не могла поверить в то, что я это сказал. Да я и сам не мог, просто боялся, что если не сделаю этого сейчас, то не смогу сделать никогда. Боялся, что она отдалится, что просто сбежит утром далеко или придумает иной способ. Я не мог этого допустить. Я держал её в руках и не собирался отпускать.

— Будь моей женой.

— Люц…

Я протянул руку и поймал проплывающую рядом с нами мои синие штаны, разорвал их, вырывая кусок ткани и снова, оставляя только полоску.

Надеюсь, Ник простит меня за порчу одежды. Знал бы, что так будет, подготовился бы…

— Она не красная, но…

— Ты сейчас серьезен?..

— Я еще никогда не был так серьезен.

Я потянулся к её волосам, чтобы вплести в них эту ленточку, но Аида перехватила мою ладонь.

— Погоди…Это… Я… — впервые в жизни видел Аиду де Фрэн растерянной и смущенной одновременно. А ещё испуганной, и этот испуг передался и мне. — Люц… Я старая уставшая колдунья-трудоголик с излишней тягой к выпивке. Я не та, кто тебе нужен…

— Нет, именно ты мне и нужна. И смотря на тебя сейчас, я лишь убеждаюсь в этом. Я люблю тебя. Всегда любил. И теперь не боюсь это признать. Вопрос лишь в том, ответишь ли ты на мою любовь.

— А если я откажу?

— Тогда я буду тебя завоевывать. Приносить цветы тебе под окна и петь серенады.

— Я маг, я могу сбежать так далеко, что тебе и не снилось, — её губы тронула легкая улыбка.

— Теперь я могу скакать между мирами и найду тебя, где бы ты ни была.

— Люц…Ты точно уверен? Ты же меня совсем не знаешь…

— Абсолютно. И я знаю тебя более чем достаточно.

Она посмотрела на ленточку в моих руках, осторожно её вытащила и с печалью посмотрела.

— Тогда я сделаю это сама, — и все же она улыбнулась. Я видел, что ей тяжело принять мои чувства, возможно она просто слишком привыкла быть одна и никого не подпускать, но мне было все равно.

Аида вплела ленточку в свой локон и провела по нему рукой, улыбнувшись уже гораздо мягче, с теплотой.

— Вот уж не думала, что когда-нибудь это случится. И… я думаю, что оставлю её синей. Иначе будет сливаться с волосами.

— Можно заменить на зеленый, будет в цвет твоих глаз.

— Хороший совет, — улыбнулась она и поцеловала меня. — Получается, я теперь твоя жена?

— Да.

— Ну тогда я требую исполнение супружеского долга.

— Что? Опять? Но мы же…

— Вот такая у тебя вредная, стервозная жена. Привыкай или подавай на развод.

— Тогда… удовлетворить жену — мой долг.

Глава 14

— Фия меня прибьет, когда узнает, — вздохнула Аида, морщась от головной боли на утро. Все таки она слишком перебрала накануне и была вынуждена расплачиваться за это.

— За то, что стала моей женой? — а вот я был по глупому счастлив и даже не пытался скрыть улыбку.

— Да. Сам послушай, как это звучит… Мы с тобой набухались иномирным самогоном, переспали, и ты сделал мне предложение, а я взяла и согласилась. Хотя после того, что мы с тобой вытворяли, любая бы согласилась. У меня не было такого хорошего секса уже… лет десять наверное, а то и все двадцать. Но все же… Я много глупостей за свою жизнь натворила, но это новый уровень.

— Сожалеешь? — прямо спросил я. Все таки неправильно было так поступать с ней. Она была пьяна, удовлетворена и могла ответить согласием лишь для того, чтобы не обидеть меня.

— Сожалею ли я… Понятия не имею, Люц. Я вообще не планировала выходить замуж, да ещё при таких обстоятельствах.

— Тогда почему согласилась?

— Потому что я старая одинокая дура. Прониклась твоими чувствами и решила, а почему бы и нет? У меня вообще есть время от времени такая привычка — совершать необдуманные и импульсивные поступки. Я с твоим отцом так познакомилась.

— А как, кстати, ты с ним познакомилась? В Ордене Ласточки? Ты вроде тогда была большой шишкой там.

— Да. Правда познакомились мы не на службе, а в борделе.

— Чё?..

— Ага. Он снял двух девиц, и тут заявилась прекрасная я и выдворила их.

— Как ты вообще оказалась в борделе?..

— Люц, что обычно люди делают в борделе? — Аида с укоризной посмотрела на меня. — Всем нам порой нужно выпустить пар.

— Просто твой статус как бы…

— Намекаешь на слухи?

— Верно.

— Ну, это конечно пятно на репутации, но не сильное. Кто посмеет сказать плохое сильнейшему магу Трилора? Да и когда ты одинок, вариантов два: бордель или служебный роман. Первый, как понимаешь, работе не мешает. Так что плевать на разговоры. Вот и совпало, что мы пересеклись с твоим отцом. Твой прадед как раз мне накануне принес доклад о перспективном рекруте, и я его заметила.

— А как же твои слова о службе?

— Вот и говорю, что порой делаю глупости, хотя после стольких лет эта встреча кажется мне судьбоносной.

Аида задумалась, глядя в окно, а потом тряхнула головой.

Обнаженная, она стояла у окна, подставив тело утреннему солнцу. Я в тот момент все ещё лежал на полу, где мы и спали. Даже не стали на кровать перебираться, лишь стащив оттуда покрывало для удобства.

— Извини. Мне вообще не стоило рассказывать эту историю.

— Брось, я сам попросил.

— И все равно не стоило. Понимаю каково тебе постоянно жить в тени отца, и даже твоя жена в итоге с ним спала.

— Это было ещё до моего рождения, — напомнил я. — Так что не считается. И отец совершил чудесную ошибку — не выбрал тебя. Поэтому я родился, и у меня есть ты.

— Действительно, — колдунья повернулась и улыбнулась. Самая прекрасная женщина на всем белом свете. — Кстати…

Она отошла от окна и вернулась ко мне. Раз, и уперла свою стройную ножку мне в плечо, отчего я мог во всех деталях рассмотреть её рыжий кустик.

— Знаю отличное средство от головной боли, — хищно улыбнулась она, прищурив глазки.

— Дай догадаюсь, для него нужен мой член?

— Ага…

Мы смотрели друг на друга и просто улыбались. Она — как голодная лисица, дорвавшаяся до мяса, я- просто как влюбленный идиот, получивший девушку мечты.

Это тот редкий момент, когда я был по-настоящему счастлив, был готов отдать что угодно, чтобы он не кончался. Но, как всегда бывает в жизни, а особенно когда за тобой охотятся, проблемы рано или поздно настигают тебя.

Я почувствовал, как совсем рядом внезапно вспыхнул очень мощный источник Света. Аида этого ещё не заметила, а вот я изменился в лице.

— Люц, что-то…

И в следующий миг половину дома, а вместе с ним и дерева, на котором он был построен, смело божественной силой. Аиду откинуло взрывной волной, впечатав в полуразрушенную стену, а я в один миг оказался на краю пропасти.

— Боги…

У меня аж в груди все сдавило от увиденного. Бог, а за мной пришел один из прежних преследователей, одним взмахом божественного оружия снес часть поселения. Смотря на то, что он сделал, я осознал, что нам ещё повезло. Этот взрыв просто задел нас по касательной.

Тряхнув головой, я бросился к Аиде.

— Ты как?..

— Что происходит?.. — немного несвязно пробормотала она. На вид лисица была цела, может немного оглушило, а на теле появилось несколько синяков и царапин, но ничего серьезного.

— Нас нашел тот бог…

— О нет…

Я дал мысленную команду, и на мне материализовался обновленный Доспех Крови.

— Давай руку, — сказал я Аиде, пытаясь помочь встать. — Нам надо уходить.

Аида была права, говоря на кануне, что нам не стоило тут оставаться. Мы принесли смерть в этот мир… Скольких малуров сейчас убил этот отбитый бог? Десяток? Больше?.. Своей атакой он задел как минимум два дерева…

Стоило об этом подумать, как соседнее дерево затрещало и начало падать вместе с десятком домов разного размера. А учитывая, что эти деревья были высотой в пару сотен метров, зрелище завораживающее, и к сожалению не в хорошем смысле.

— Давай, уходим…

К сожалению, это все, что мы с Аидой могли сейчас делать. Богу нет смысла оставаться тут, он продолжит преследовать нас и оставит малуров в покое.

Взмах руки, и в паре метров от нас открылся пространственный разрыв.

— Пошли…

— Куда-то собрались? — спросил бог, появившийся чуть ли не за нашей спиной. Причем я ошибся, это был какой-то новенький, не один из той троицы, с которой мы столкнулись вначале. И прежде чем я успел хоть что-то сделать, он ухватил меня за плечо и дернул на себя с такой силой, что меня вышвырнуло на улицу словно из пушки.

Хорошо, что успел Аиду отпустить, а то руку бы ей вырвал…

Приземление было максимально жестким. Настолько, что это чудо, что я вообще остался жив и даже относительно цел…

Странно…

Я буквально оставил на земле глубокую, полметра в глубину борозду собственным хребтом. Этот ублюдок что, пытается меня прикончить⁈ Какого хрена⁈

Бог тем временем одним прыжком оказался рядом и вальяжной походкой хозяина направлялся ко мне. Он улыбался и был дохрена доволен собой и тем, что устроил.

— Смотрю, ты цел. Это хорошо, а то уж боялся, что сломал тебя. Вы, смертные, до ужаса хрупкие, того и глядишь сломаетесь.

Я поднялся на ноги, слыша перестук игральных костей над моим плечом.

Мне кажется, или они отбивают боевой ритм?

— Я что, правда могу попробовать с ним сразиться?..

И кости дали мне ответ.

Но прежде, чем я успел сделать хоть что-то, свой ход сделал вождь этого племени. Я так и не понял, откуда, кажется с одного из деревьев, спрыгнула крупная машина. Эдакий человекоподобный робот высотой с двухэтажный дом сходу обрушил на бога целый ракетный залп.

Разумеется, бог от этого лишь скривился. Поднял руку и ударил лучом света, который проделал дыру в одном из деревьев, но по самой машине так и не попал. Робот, несмотря на размеры, был относительно быстрым и маневренным за счет реактивных двигателей на ногах и спине.

Но ракеты были не единственным, что оказалось на борту у робота. Лазеры, плазменные пушки — эта машина была увешана оружием, но что толку, если твой противник бог, и не абы какой, а один из Совета Двухсот.

В два шага он оказался рядом с роботом и врезал по нему молотом. Кажется, у машины был какой-то защитный барьер, но мощности не хватило, и в следующий миг боевую машину смело.

— Наглая мошка, — бог повернулся ко мне. — Теперь ты! Ты идешь со мной!

— Вот ещё, — зло оскалился я.

Бог, имени которого я не знал, рванул ко мне, взмахнул молотом, но я встретил его оружие щитом, что сформировали три игральные кости передо мной. За миг до удара думал, что мне конец, что щит не выдержит, ведь где я, а где он, но щит выстоял. И это изумило даже противника. Он отступил, удивленно смотря на разделяющий нас барьер.

— Хороший трюк, но этим ты меня только злишь.

— Эй! Разве меня не должны доставить в Башню живым?

— Это не обязательно. Пустые сказали, что можно от тебя избавиться.

— Значит, это бой не на жизнь, а на смерть… — пробормотал я. — Ладно, так проще.

Перестукивание костей стало чаще и громче, они были согласны со мной. Надо было заставить этого божка ответить за бардак, что он устроил.

Рывок вперед, щит пропадает, пропуская меня. Вот я уже рядом с богом и активирую левую перчатку. Теперь она работает иначе. Металлические пластины не отрывались, не кружились в танце, искря электричеством. Перчатка просто вздыбилась, испуская Свет, а дальше я ударил.

Бог поставил блок, но его отшвырнуло в небеса. Он улетел так далеко, что скрылся за кронами гигантских деревьев.

Стук костей.

— Да… Вы правы, этого мало…

Кости ответили мне новым перестуком.

— Я могу летать? Что я ещё могу?

Новое перестукивание.

— Серьезно?..

Чувствую себя немного сумасшедшим: разговариваю с предметом, и ладно бы он мне голосом отвечал, но нет, это скорее мыслеобразы. Я просто понимал, какую информацию они мне передают, а перестук практически не играл роли. Он был скорее проявлением, как звук работающих в механизме шестеренок.

Я сделал глубокий вдох, ощутил, как вибрирует под ногами земля, оттолкнулся и взмыл в воздух.

Боги! Я действительно могу летать!

В два счета я нагнал разгневанного бога.

— Щенок! — рыкнул он, обрушив на меня всю мощь своего божественного оружия.

Я встретил его своим. Откуда оно у меня вообще взялось? Да вот обзавелся во время полета! Кости просто превратились в сияющий меч, сотканный из чистого золотого пламени. Взмах им, и я рассек надвое волну энергии, обрушившуюся на меня сверху.

От такого небеса содрогнулись, а взрывная волна сдула облака.

— Как ты⁈.

Но я уже оказался рядом с богом и от души врезал кулаком прямо в рожу, отправляя в очередной полет. Мы неслись по небу, обмениваясь ударами, и время от времени снося и выжигая здоровенные куски джунглей. И чем дольше мы сражались, тем сильнее я становился. Вначале все, что я мог, это просто исторгать неимоверно могучие волны энергии и бить морды, но вскоре стал использовать и кое-что новое.

Например искривлять пространство, и даже, хоть я и не был уверен, само время. Просто в какие-то моменты бог начинал двигаться медленно, а мир вообще словно замирал. Это были странные способности, принцип работы которых я не понимал. Действовал по наитию, и пока это работало.

Игральные кости то создавали щит, то превращались в пылающий меч, то каждая из граней выпускала самонаводящиеся энергетические лучи.

И закончилось это моей триумфальной победой. Я снес этому ублюдку руку, просто спалил её, не оставив и следа, а он в свою очередь просто свалил. Сбежал, поджав хвост, оставив после себя только разрушения.

Я, покрутив головой, лишь досадливо поморщился. Помахались мы с ним знатно… То тут, то там на земле можно было увидеть кратеры, провалы в земле, выжженные участки. Без боли на это не взглянешь, и что самое невероятное в этом — часть из них сделал я.

Как это вообще произошло? Что это за сила?

Я только что дрался на одном уровне с богами! Я! Человек! Пусть тренировки у Аннигиляции и снятие блоков с моего тела заметно усилили меня, но это… это какой-то совершенно недосягаемый уровень.

Но сейчас все это было не так важно. Мне нужно было срочно вернуться к Аиде.

Глава 15

Когда я вернулся в поселение Малуров, то ощутил очередной укол вины. Разрушения были ужасающими, а счет жертв шел на сотни. При виде того, как малуры складывают своих погибших в стороне, мне стало не по себе.

— Ты!.. — раздалось совсем рядом. Я повернулся и тут же получил кулаком в лицо от Ника. Его буквально перекосило от злости. Удар был сильным, гораздо сильнее человеческого, видимо из-за костюма, но я даже не пошатнулся. — Это все из-за вас двоих! Тот… человек, он тут из-за вас, да⁈

Он собирался ударить меня снова, но затем просто упал на колени и заплакал.

— Кто-то погиб?.. — вопрос был глупым, но вряд ли бы он так убивался из-за гибели кого-то не близкого.

— Кшера… Наши дети…

У меня от этого ком встал в горле. Казалось, что я не мог дышать. Этот человек привел нас в свой дом, проявил радушие и гостеприимство, а мы привели сюда врага. Зачем вообще богу устраивать нечто такое?..

— Люц!

Я вздохнул с облегчением, услышав голос Аиды. Похоже, она впорядке, но я осекся. Повернувшись, я увидел другого бога, женщину с золотистыми глазами и темными волосами. Она держала лисицу за горло, и от её перчатки исходила божественная сила. Недвусмысленный намек, что если я сделаю что-то не то, она поджарит Аиду.

— Я впечатлена. Сразу видно сына Максимилиана Готхарда, героя войны со Светом. Смертному сражаться на одном уровне с богом… это немыслимо. И раз ты смог победить Загура, то мне сражаться с тобой смысла нет. Ты сильнее.

— Отпусти её, иначе ты не отделаешься так же легко, как твой дружок.

— Верю, — зловеще улыбнулась богиня. — Похоже, я правильно заметила, что эта женщина тебе важна. В таком случае жаль не использовать такой шанс. Приходи в Новую Башню Богов, Люциус Готхард. У тебя день, после чего мы её убьем.

— Стой! Если хоть волос упадет…

Но богине было плевать. Она лишь хмыкнула и шагнула назад, забирая с собой Аиду в раскрывшийся портал. Он словно пасть вселенского чудовища поглотил их и оставил меня посреди разрушенного поселения.

— Я должен пойти за ней! — решил я и повернулся к парящим в воздухе золотым игральным костям. — Открой портал.

Щелк. Щелк. Щелк.

— В смысле ты не можешь⁈ А как я во имя демонов должен попасть в эту гребаную башню⁈

Речь ведь шла не о той Башне, где сейчас обитает Черный орден, а о новой, которую возвели боги после войны со светом. Я ведь даже понятия не имел, где она находится и как её искать. Кости сказали мне, что она защищена, туда могут попасть лишь те, у кого есть «ключ».

Проклятье…

Теперь уже я упал на колени.

Гребаные боги… Эта сука сказала, чтоб я сам пришел в башню, но видимо ей не хватило мозгов понять, что я понятия не имею, как туда попасть. И день… Она дала мне гребаный день…

Я сделал глубокий вдох и поднялся. У меня была зацепка и достаточно существенная. Аннигиляция. Мне нужно встретиться с ней, и быстрее всего это сделать через Эларда. Анни доставит меня в эту новую Башню так же, как и в прошлый раз.

Решено.

Я поднял руку, собираясь открыть новый портал, и замер, уставившись на плачущего маленького малура, возле которого лежало тело женщины. Может это была его мать. Ребенок плакал, пока кто-то не подошел и не взял его на руки.

Сколько ещё тут таких трагедий?

И я вот так просто уйду, натворив столько дерьма?

Но что я вообще могу?..

Я остановился, так и не раскрыв перед собой пространственный разрыв.

— Что?.. — спросил я у игральных костей. Это звучало так абсурдно и нереально, что мне сложно было принять саму возможность этого. — Это точно возможно?..

Я оглядел окружающих ещё раз. Николая, что раз за разом бил по земле, рыдая и проклиная всё и всех. Разве возможно всё это исправить?

— Сейчас выясню…

Игральные кости зависли прямо передо мной, я протянул руки и замер, так, чтобы они оказались между моими ладонями.

Щелк. Щелк. Щелк.

Шесть. Шесть. Шесть.

Я почувствовал, как все мое естество натянулось, как готовая лопнуть струна.

Щелк. Щелк. Щелк.

Шесть. Шесть. Пять.

Мир дрогнул, поплыл. Кости начали свой обратный отсчет, а вместе с ним стало меняться и окружение.

Щелк. Щелк. Щелк.

Шесть. Шесть. Четыре.

Шесть. Шесть. Три.

Шесть. Шесть. Два.

На моих глазах менялся сам мир. Время словно откатывалось назад. Словно кто-то показывал мне картины в обратном порядке.

Пять. Два. Два.

Пять. Два. Один.

Это все было словно сон. Странный, сюрреалистичный сон, не имеющий ничего общего с реальностью.

Я отматывал время!

Два. Два. Шесть.

Один. Один. Один.

Все закончилось в один миг. Разрушенная деревня малуров была точно такой же, как в момент моего появления, жила своей жизнью, словно никакого нападения и не было.

Я оглянулся по сторонам. Если я правда обратил время вспять, то может… Может Аида тоже…

Но в этот момент я ощутил, как струна, что была натянута внутри меня во время перемотки, лопнула. Я сделал шаг, а затем у меня изо рта и носа пошла кровь. Доспех Крови растворился, оставив меня голым, а сам я просто рухнул лицом в землю, ощущая подступающий мрак…

* * *

Пробудился я резко, словно кто-то дернул рычаг у меня в голове, отчего я даже подорвался.

— Кхархаш! — сказала мне немолодая, но по местным меркам даже красивая малурка, положив пятерню мне на грудь.

— А?.. Я не…

— Это значить «лежи»,, — подошла ко мне Кшера. — Ник, этот проснуться!

А спустя минуту в помещение вбежал и сам вождь.

— Ох, очнулся? Ты нас очень напугал…

— Что случилось? — голова немного звенела. — Мне снилось, что на поселение напали боги, что Аиду похитили, и я…

— Ты просто появился голый посреди деревни. Взял и упал без сознания. Возможно, у тебя была лихорадка, в конце концов это чужой мир, и микробы тут тоже чужие. Иммунитету надо приспособиться.

— Аида! Где Аида⁈

— Мы не знаем, — Кшера и Ник переглянулись. — Ты был один, а в домике её нет. Я уже отправил нескольких малуров поискать её. Не волнуйся, вряд ли она ушла далеко.

Я поднялся, но меня вновь попытались уложить в кровать.

— Я в порядке, — бросил им, после чего выскочил из дома. Тот находился на соседнем дереве, и все, что мне нужно было — перейти мост.

— Постой! Тебе правда лучше не перенапрягаться, — Ник поспешил за мной.

Я тем временем уже вбежал в дом, где мы с Аидой ночевали. Никого, как Ник и говорил. Но вот окружение было точно таким же, как и до нападения. Даже покрывало на полу валялось, которым мы укрывались.

Теперь я помнил всё и был уверен, что это мне не приснилось. Я каким-то образом смог повернуть время вспять, но видимо лишь для этого мира. Или вроде того… Это было странно. Получается, та богиня всё равно захватила Аиду, но для местных ничего этого не произошло?

— Ник, сколько я был в отключке?

— Часов шесть, может чуть больше.

— Много… — вздохнул я.

— Не волнуйся, она найдется.

— Нет, её нет в этом мире, — покачал я головой. — Извини, но мне нужно идти. Спасибо за гостеприимство. Хотелось бы задержаться подольше, но у меня нет времени.

Взмах руки, и передо мной открылся разрыв.

— Ладно. Удачи. Заглядывай если что.

* * *

— Так… То есть ты с сестрами решил поиграться с божественным оружием, а в итоге расплавил его… Затем пришли боги, решившие сдать тебя Пустоте, и ты с Аидой сбежал в другой мир с помощью новообретенной силы. Там ты женился на Аиде де Фрэн, после чего вас настигли боги, ты победил одного из них, а второй похитил Аиду, и ты…

— Отмотал время в том мире, — кивнул я. — Всё верно.

Элард открыл рот, затем нахмурился и вздохнул.

— Знаешь, очень похоже на брехню.

— Знаю, путешествия во времени… Это даже звучит странно.

— Вообще я об Аиде. Чтобы ты смог охмурить эту лисицу? Да ну, бред! Переспать с ней — ну может быть, она любительница помоложе, но чтоб жениться? Враки!

— Мальчики, вы немного ушли от темы, — в наш разговор вмешалась Керрас. — Ты там что-то говорил об игральных костях? Можно на них взглянуть?

— Значит, вы мне верите? Насчет перемотки времени.

— О, поверь, в этом вопросе мы уже насмотрелись на всякое. Тебе-то ещё повезло, если так подумать, ты просто время отмотал, а мы из временной петли выбирались, а это та ещё задница… — высказался Элард.

Я материализовал игральные кости над своей ладонью. Это ещё один трюк, которому я научился. Они, как и новенький доспех, могли исчезать или возвращаться в состояние как раньше, существуя только для меня одного.

— Интересно… — протянула Керрас, внимательно изучая их. — Пойдем за мной.

Она поманила меня рукой, и мы вместе с Элардом последовали за женщиной. Она провела нас в помещения за тронным залом, где оказался лифт.

— Тебе повезло, — Элард ткнул меня локтем в бок. — Она туда даже меня редко пускает.

— Ты сам виноват, — услышала его Керрас. — Сломал гравитронную систему.

— Да эта штука сама сломалась! — не согласился он, но у женщины явно были другие мысли на этот счет.

Лифт опустил нас в самые недра города, где находилась лаборатория Керрас. Это было огромное пространство, поделенное на кучи внутренних помещений, заваленных разного рода хламом: кусками роботов, странными агрегатами и прочими штуками.

— Тут она занимается всякими научными штуками, — зевнул Элард, которому ничего из окружения интересно не было.

Керрас провела нас к круглому механическому постаменту, состоящему из столбика и металлических колец, соединенных друг с друга проводами.

— Помести в центр.

Я выполнил просьбу. Кости поплыли и замерли в воздухе над постаментом, а Керрас тем временем уже «колдовала» над консолью управления, над которой возник с десяток голографических окон. Металлические кольца загудели, и я ощутил, как воздух сгустился из-за магии. Игральные кости, что прежде просто лениво парили на одном месте, внезапно ожили и стали вращаться, отбивая свой привычный ритм.

— Им не нравится то, что ты делаешь, — сообщил я женщине.

— Потерпят… — отмахнулась она, продолжая считывать данные.

— Милая, — теперь уже Элард забеспокоился, видя, как игральные кости стали вращаться все сильнее, и между ними то и дело проскакивали золотые молнии. — Тебе правда лучше остановиться…

— Ещё минуту!

Но кости минуты не дали, они устали терпеть, что с ними делают что-то непонятное, и ударили золотистой молнией прямо в постамент, а тот в свою очередь поджарил всю артефактную составляющую устройства. Даже свет вырубило, а консоль вообще задымилась.

Свет, к счастью, вспыхнул почти сразу, видимо тут было запасное освещение.

— Проклятье! — выругалась Керрас. — Сгорело!

— Простите, но я говорил, что им не нравится… Вы успели что-то понять?

— Они сделаны из Эфира.

— Да, я знаю, мне дракон сказал. Чистейший Эфир.

— Дракон? — Элард с Керрас переглянулись.

— Я не говорил?

— Нет.

— Ну вот говорю. Они сделаны из Эфира.

— Люц, — Керрас подошла ко мне и схватила за плечи. — Ты хоть представляешь, что это значит?

— Не особо. Я понял, что эфир — это что-то необычное, как сила драконов.

— Это сила Вечности, — она отпустила меня и отступила. — Никто не способен в этом мире просто так получать Эфир. Он искажает само время, саму реальность, если правильно применить.

— Он имеет какое-то отношение к хроносдвигу? — спросил Элард.

— Да-да, именно! — кивнула ему Керрас. — Мы ведь до сих пор не знаем, откуда взялось то устройство у Гриши. Я много об этом думала, но все сводилось к тому, что оно работало на эфире, поглощало его из Пустоты каким-то образом. Видимо, в исходной точке мне, или кому-то еще, удалось его получить и создать петлю.

Я ничего не понимал из их слов, да я и не за этим тут. Пока рассказывал Эларду, что случилось, как-то потерял счет времени, а его-то нет.

— Элард! Элард! — прервал я их. — Слушай! Мне нужно попасть в Башню Богов. Новую Башню, Аида сейчас там.

— Но они сдадут тебя Пустоте. Ты сам слышал.

— Но и бросить свою жену я не могу. Мне нужна Аннигиляция, можешь её позвать?

— Конечно, без проблем.

— Только давайте не тут, — тут же воскликнула Керрас. — На сегодня хватит разрушений в моей лаборатории. Вызывайте своего бога в другом месте.

— Да.

— И ещё, — Керрас подошла к нему и схватила его за лицо. — Пообещай мне, что будешь осторожен. Я слишком хорошо тебя знаю и уверена, что ты ввяжешься в эту авантюру с богами.

— Обещаю, — усмехнулся он.

— Вот и славно, — затем повернулась уже ко мне. — А ты, Люциус Готхард, тоже за ним присмотри. Если что-то с ним случится, тебе от меня даже на том свете не скрыться. Мертвых мы уже воскрешали, и не раз.

Глава 16

— Вы, ребята, просто дебилы… — выдала Аннигиляция, когда выслушала историю. — Собираетесь переться в новую Башню, чтобы спасать вашу подругу?

— Жену, — поправил я, ощутив легкую неловкость.

— Что? — Анни удивленно захлопала глазами. — В смысле жену⁈ Ты успел жениться⁈ КОГДА⁈ Почему на свадьбу не позвал⁈

Не сдержав порыва эмоций. Анни стала меня шутливо бить в бок. Причем для этого она даже перенеслась сюда полностью, а не в качестве аватара.

— Ай! Анни… Хватит! Я же извинился!

— Вот не хватит! — бурчала она, нанося удар за ударом. Но спасибо, что хотя бы сдерживала силу. — Взял какую-то бабу в жены, а не самую лучшую и прекрасную богиню во всей вселенной.

— Не пойму, ты злишься за то, что я не пригласил тебя на свою свадьбу, или на то, что женился не на тебе?..

— А сам как думаешь? — надулась богиня. Вот уж не ожидал, что Анни на это так серьезно отреагирует.

— Анни, не против если я перекинусь с Люцем парой слов, хорошо? — вмешался в наш разговор Элард, после чего отвел меня в сторону, закинул руку мне на плечо и с каким-то отеческим тоном продолжил. — Слушай, парень. Судя по разговору, вы с ней повеселились.

— Кхм…

— Я так и понял.

— Вообще, ты ведь знаешь, что у неё есть другие формы. Мы не в этой…

— Да знаю я, расслабься. Я вообще о другом. Послушай моего житейского совета как человека, у которого пять жен: знал бы какой это гемор — не стал бы в это ввязываться. Если твои женщины не найдут общий язык, то начнут делить тебя. Ссоры, ругань, может даже драки… И в итоге всё-равно ты останешься крайним. Тут только если расселить их подальше друг от друга. А если они найдут общий язык и договорятся, то тебе может вначале показаться, что обошлось, что ты счастливчик. Но не обманывайся. Обидишь какой-нибудь мелочью одну, и остальные тут же поддержат именно её. Окажешься окружен и в меньшинстве, и ничем и никак не докажешь, что прав — задавят количеством.

— Кхм…

— Вот-вот. Так что не повторяй моей ошибки и ограничься одной, либо держи их максимально порознь. Желательно чтобы они вообще не пересекались.

— Ладно… Я учту…

Элард удовлетворенно кивнул, и на этом закончил разговор по душам. Мы вернулись к Аннигиляции и застали богиню сидящей на полу и рыдающей.

— Ты чего?.. — опешил я.

— Я вдруг поняла, насколько человеческая жизнь скоротечна. Мы с тобой совсем недавно сидели и весело смотрели сериалы, а сейчас ты уже женатый человек. В следующую нашу встречу ты уже будешь мужиком с пятью детьми, а потом вообще станешь дряхлым стариком…

Мне захотелось в очередной раз прокашляться, но сдержался, да и Элард пришел на помощь.

— Хватит рыдать, дурында, — присев рядом, он шутливо стукнул Аннигиляцию кулаком по голове.

Анни действительно перестала плакать и ударила в ответ, отчего Элард своей спиной пробил каменную стену неподалеку.

— Эй, ты из ума выжила⁈ — спустя пару мгновений он показался из дыры, грязный, весь в пыли, но вроде целый.

— А вот нечего меня бить. Ты вообще-то мой первый жрец, и называешь свою богиню дурехой? Охренел⁈ С тебя сто тортиков, и чтоб каждый был разным!

— Не перегибай… Десять.

— Пятнадцать, — сердито прищурила богиня свои золотые глаза.

— Двенадцать. И три пирожных.

— Идет, — богиня тут же повеселела.

— Я же говорю: чем больше женщин, тем больше проблем, — незаметно шепнул мне Элард.

Я выдохнул с облегчением. В этом вся Анни. Импульсивная, и ещё любительница помахать кулаками, но это часть её сути. Главное что она научилась себя контролировать и сдерживает силы.

— Так что, ты нам поможешь? — спросил я у неё.

— А куда я денусь? — сокрушенно вздохнула она. — Но имей в виду, я не в восторге от того, что мы будем спасать твою жену. У меня тоже на тебя виды были! Вот…

И смутилась.

— С тебя должок короче.

— Хорошо, — улыбнулся я и внезапно ощутил, как в очередной раз пришли в движение игральные кости. Последние часы они были очень тихими, я почти не слышал их, а тут вдруг… И опять то чувство, как когда я повернул время вспять. Кости говорили мне, что я способен что-то сделать, но что?.. — Анни…

— М?

Богиня непонимающе на меня посмотрела, а я протянул руку и коснулся её лба. И в следующий миг Аннигиляция распалась, превратилась в золотистое облако, но лишь для того, чтобы через миг появиться снова уже в своей полноценной форме: крупная мускулистая женщина с выдающимися формами и на голову выше.

Анни шарахнулась от меня и теперь уже сама снесла стену позади себя. Просто не рассчитала сил.

— Ч-ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?.. Я… Я… Только что…

— Спокойно, Анни, всё нормально… — я поднял руки и приблизился к ней.

— Кто ты? А ты кто? — вначале она посмотрела на меня, затем на Эларда ошалевшим взглядом.

— Люц, что ты сделал⁈ — теперь забеспокоился уже защитник Аридели.

— Я… Вернул прежнюю Анни.

— Прежнюю? В смысле?..

— Я хотел вернуть ей силы, но кажется просто вернул Анни тех времен, когда она ещё не стала мелкой.

— Вот дерьмо…

— Свалите нахрен! — зарычала богиня и одним взмахом снесла не только стены, но приличную часть дворца Аридели. Элард при виде этого схватился за голову и застонал.

— Керрас меня прибьет…

— Я все починю! — заверил я его. — Наверное…

Анни взмыла ввысь, рассекая облака подобно золотому метеору. Зрелище, надо сказать, было впечатляющим.

— Нам надо её догнать! — крикнул я Эларду. — Если она смоется в другой мир, будет проблемно её найти.

— А когда догоним, что тогда?

— Я попробую исправить, что сделал…

Мы с Элардом полетели следом за Анни, и я мысленно отметил, как же круто уметь летать. Не высоко прыгать, не падать с огромной высоты, а именно летать. Казалось, что законы мироздания перестают действовать, и ты можешь перемещаться куда и как хочешь. Но сейчас точно не то время, чтобы наслаждаться новыми способностями.

Догнать Аннигиляцию было сложно. Она была быстра, даже очень. Не женщина, а ракета… Золотая и сияющая. Не знаю, как Элард, но я едва не надорвался, пытаясь её нагнать.

— Да отвалите от меня! — рыкнула она и взмахом руки снесла гору. Просто породила огромную золотую волну, что словно цунами снесла оказавшийся неподалеку горный хребет. Я от такого малость охренел. Я конечно знал по разговорам, что Анни была сильна, но чтобы настолько?..

— Парень! Она так этот мир раздолбает! — обеспокоенно крикнул мне Элард, — И у меня даже есть некоторые сомнения в том, что мы сможем ей помешать!

— Я все исправлю! Честно! — и уже гораздо тише. — Наверное…

Я действительно не был уверен в том, что у меня получится снова отмотать время вспять. С Анни это получилось само собой, словно где-то была незримая преграда, которую я стер прикосновением. Совсем не похоже на то, как я едва не надорвался в мире Ника.

— Аннигиляция! Стой! Мы твои друзья!

— Я не дружу со смертными! — огрызнулась богиня и прямо в полете ударила второй раз. Более точечно, надо сказать. Это был луч, от которого оказалось несложно уклониться, но он проделал в земле дыру идеальной формы и наверное очень большой глубины.

Она же не пробила мир насквозь?..

— Знаешь, я понимаю, почему её лишили сил… — бросил мне Элард, поравнявшись в воздухе.

Внезапно она остановилась и рванула мне навстречу. Миг, и Анни оказалась прямо передо мной, схватила за горло с такой силой, что легкое движение. и свернула бы мне шею. Боги! Да сколько же в ней мощи… Казалось бы, я сражался с тем богом почти на равных, но против этой Аннигияции у меня не было ни шанса, даже начни я биться в полную силу.

— Анни, слушай, понимаю, ты растеряна… Кха… — она сделала хватку крепче, и мне стало тяжелее дышать. — Понимаю… ты меня не помнишь… но… Анни…

— Я понятия не имею, кто ты такой, и меня жутко раздражает, что ты разговариваешь со мной как со знакомой. Я тебя знать не знаю, — она согнула руку, чтобы я оказался поближе. И именно это мне и требовалось.

Протянул руку, коснулся пальцем её лба и…

— Люц? — удивленно моргнула девушка, внешне оставаясь прежней. — Ой…

Хватка разжалась, и я чуть было не упал. Ещё не научился вот так неосознанно контролировать полет.

— Что происходит? — девушка закрутила головой, потом посмотрела на себя и охнула. — Сто-о-о-ой! Это чего это со мной⁈ У меня есть сиськи! — и тут же начала их мять, нисколько не смущаясь нас. Впрочем, такая уж Анни. Она очень любила этот свой облик и даже во время нашего сожительства, превращаясь в полноценную себя, первым делом мяла грудь. А порой давала и мне, и при этом мое собственное желание в этот момент роли не играло. Сама богиня говорила, что это такой ритуал, который приближает её к полному возвращению сил. — Стоп… Не только сиськи. Парни, признавайтесь что вы сделали с моим телом?

— Я… как бы это сказать… вернул тебе силы. Все, что у тебя отняли.

— Что? — я думал, что Анни как обычно в моменты удивления заорет. Будет вроде «ЧЁ-Ё-Ё-Ё⁈», но вместо этого её голос дрогнул и она просто замерла. — В смысле ты вернул?..

— Ну… Я не знаю, каким образом отняли твои силы, но твое тело сейчас точно такое же, каким было тысячи лет назад. Я немного напортачил с разумом… Но эту проблему, кажется, исправил. Анни?..

Богиня просто висела в воздухе и смотрела на меня, а на её лице была такая странная и противоречивая гамма чувств, что не поймешь, злится она, счастлива или сейчас разрыдается.

— Спасибо… — в конце концов тихо, я бы даже сказал робко, произнесла она. — Ты даже не представляешь, что это для меня значит…

Я действительно не представлял. Да, она много раз жаловалась на свою неполноценность, на то, что свою полную версию она может использовать крайне редко, но видя её растерянной и счастливой одновременно, стал понимать, что лишь Анни, знала чего именно лишилась.

Ей потребовалось больше минуты, чтобы выйти из этого состояния и принять тот факт, что больше она не станет мелкой. Что теперь она вольна быть такой, какой сама захочет. Но уже через миг Анни изменилась, но уже без моего участия. Богиня превратилась в свою «среднюю» форму.

Теперь Анни была ниже меня на полголовы, больше не было крепких мускулов, а тело было женственным и изящным, с приятными глазу формами.

— Оу… — оценил Элард. — Не знал, что ты так умеешь.

— Ты чего это вдруг? — удивился я.

— Ну… — немного засмущалась богиня. — Тебе же эта форма нравится больше всего, вот я и решил,а что она будет моей основной.

— В этом нет необходимости. Ты ведь так хотела вернуть себе силы.

— Так они при мне. Сейчас форма не играет какой-либо роли. Я даже могу стать мелкой, но нет. Бр-р-р-р. Никогда больше не буду возвращаться в свою безсисечную форму. Это самое ужасное наказание, которое мне назначили!

Я улыбнулся. Вот, уже узнаю прежнюю Анни.

А в следующий момент Аннигиляция уже повисла на мне, причем обхватив как руками, так и ногами. Но это ещё ладно, что хуже, она явно вознамерилась меня поцеловать. Пришлось её немного охладить.

— Анни! Анни! Хватит… Я ж говорил тебе, у меня мало времени. Я и так потратил его больше, чем нужно. Я хочу спасти Аиду.

— А, ну да… Жена… Мож ну её? У тебя же есть такая прекрасная Я!

— Анни…— вздохнул я.

— Да-да, я поняла, — она наконец отцепилась от меня, и мне стало гораздо проще сохранять полет. Всё-таки двигаться по прямой гораздо проще, чем левитировать. И одно дело летать самому, а другое — когда на твоей шее ещё кто-нибудь висит. — Ладно, идем спасать твою ненаглядную женушку…

Глава 17

Новая Башня богов… Мне было немного интересно, как она выглядит. Пока я жил у Аннигиляции, мне так и не довелось посмотреть на неё. Все время, что я пробыл в гостях у богини разрушения, я провел в обители, её личном карманном измерении, где она могла творить всё, что только заблагорассудиться. Но вот за её пределами побывать так и не удалось, Анни не хотела показывать другим богам, что привела домой смертного. У неё и так репутация была не слишком хорошей, а это ещё один повод высмеять богиню разрушения.

«Будут говорить: Ой, смотрите, Аннигиляция завела себе питомца. Такого же бесполезного, как она сама! Гр-р-р-р» — говорила она в те времена. Отношения с другими богами у неё сложные, а после войны с Несущими Свет если и улучшились, то лишь немного.

И вот наконец мы втроем оказались в Новой Башне, и первое, что бросилось в глаза — это не башня. В детстве мне доводилось бывать в той, что сейчас подчинялась Черному Ордену, так что я ожидал чего-то похожего, на деле же все тут было совсем другим.

Луч Света проходил сквозь всё это место. По рассказам то же самое было и в старой Башне, поток шёл через центр мироздания, правда я так и не понял, откуда он брался и куда уходил. Он был центром, вокруг которого и выстраивались миры.

Огромный поток Света уходил в космос, а вокруг него кружили сотни сияющих золотистых сфер, соединенных витиеватыми дорожками и мостиками. И вся эта парящая конструкция словно плыла вокруг луча. Если посмотреть на основание, то там было что-то похожее на начавшуюся стройку. Каменный фундамент для чего-то невероятного.

— Что-то я не впечатлен, — хмыкнул Элард, смотря по сторонам. — Эти сферы…

— Обители, — кивнула Анни. — На самом деле я с тобой полностью согласна. Без Вайлора некому нормально строить. Кто-то хочет копию старой Башни, кто-то хочет новый дизайн, третьи вообще говорят, что сдалась нам эта башня, раз Отца больше нет, то мы можем строить что захотим.

— Старая добрая анархия, — усмехнулся Элард.

— Да. Гаменир на самом деле неплохой лидер, но ему не хватает поддержки. Его авторитет то и дело пытаются подорвать, и нет никакого единства в Совете Двухсот, — с легкой досадой сообщила нам Аннигиляция.

— Судя по всему, вам не хватает кого-то, кто мог бы настучать по голове?

— Именно! — воодушевилась богиня.

— Но, если ты правда вернула силы, то… — слегка заговорческим тоном предложил Элард.

— Думаешь, мне стоит этим заняться?

— Ты же сильнейшая.

— Ну да… — Аннигиляция действительно задумалась. — Хм-м-м-м… Серьезно думаешь, что мне стоит попробовать?

Но вид её говорил о том, что это последнее, чем она хотела бы заниматься.

— Эй, ты чего, — я толкнул богиню в плечо локтем, видя, что она немного помрачнела от этого предложения. — Ты же всегда хотела, чтобы к тебе стали относиться как подобает? Я десятки раз слышал о том, как ты им всем покажешь. Где боевой настрой?

— Да… Но… Одно дело говорить, а другое… Я понимаю, что меня лишили сил за дело. Творила, что вздумается.

— И ты боишься, что если снова решишь поиграть мускулами, то все выступят против тебя?

— Наверное… Я безмерно рада, что силы вернулись, но не уверена, что хочу лезть в чужие разборки. Мне плевать на других богов по большому счету. Им было плевать на меня раньше, так что мне теперь плевать на них. Хотят выяснять отношения и мериться силами — да пожалуйста. Я ради большей части них даже пальцем не пошевелю. Хочу теперь просто жить для себя,и быть… не знаю… полезной что ли. Тебе, другим. Тем, кого могу назвать своими друзьями.

— Это хорошее начинание, Анни, — одобрил я.

— Спасибо. Кстати, не хотите зайти в гости?

— Мы торопимся…

— Да ладно, я могу ускорить время в своей обители, как раньше. Заодно смогу как следует тебя отблагодарить… — щеки Анни налились краской, а и без того яркие глаза чуть ли не засверкали. Ясно все с ней…

— В другой раз, — тут главное не поддаваться на провокации, какими бы соблазнительными они не были. Элард на самом деле прав. Теперь Аида моя жена, и если я буду бегать по богиням, особенно таким сильным, то Свет знает, что из этого может выйти. Анни импульсивная, ещё приревнует и выкинет что-нибудь. Тут лучше сразу выставить границы.

— Ну ладно… Как говоришь выглядела та богиня, что похитила твою жену?

— Черноволосая, красивая, в золотой легкой броне…

— Расплывчато, — скривился Элард. Я и сам это понимал. Боги сплошь все красивые и идеальные.

— На самом деле нет, — покачала головой Анни. — Черноволосых баб у нас всего три. Исключая меня, остаются Кеттина и Нэфуна.

— С ней был другой бог, светловолосый.

— Тогда это точно Нэфуна. Второй скорее всего Гонар, они муж и жена. Нэфуна слабее Гонара и трусовата. Кеттина как минимум попробовала бы с тобой сразиться. Получается, Нэфуна решила, что драться с кем-то, кто сильнее мужа, глупо, вот и отступила.

— Тогда давай поскорее найдем эту женщину.

— Да без проблем, нагрянем в гости, — Аннигиляция злорадно засмеялась.

— Признайся честно — ты её не любишь, — догадался я.

— Ага, — подтвердила Анни и взмахом руки создала нам специальный мостик.

Дороги тут были весьма интересными, словно колыхающиеся ленты, но при этом я не заметил признаков неустойчивости. Ни ветра, норовящего снести тебя, ни пола, что вот-вот уйдет из под ног. Да и сама дорога словно толкала нас вперед.

Мы поднимались минут десять, как внезапно перед нами появился один из богов. Просто спрыгнул откуда-то сверху, преградив нам путь. Миг спустя я узнал его — это один из самых первых преследователей, который заявился прямо в посольство Трилора в Мральдариме.

— О, неужели добыча сама пришла в лапы охотнику, — рассмеялся он. — Похоже, тебя всё таки сцапали, смертный. От богов Башни так просто не сбежишь.

— От тебя-то сбежал, — пожал я плечами.

— Чего?.. — разозлился бог. Он шагнул вперед, но перед нами оказалась Аннигиляция.

— С дороги, Колрид. Мы ищем Нэфуну.

Бог взглянул на Аннигиляцию словно впервые увидел, нахмурился, а затем гаденько улыбнулся.

— Аннигиляция, ты что, немного подросла? В нынешнем виде хоть на женщину стала похожа. Значит парня в итоге взяла ты? Ну хоть какая-то польза от такой бесполезной богини.

Он говорил это с таким пренебрежением, что удивительно, как Анни сдерживалась. Не уверен, что я бы сдержался, тем более учитывая превосходящую силу.

— Ты молодец, а теперь можешь быть свободна. Дальше я сам займусь этим смертным, — и он всерьез попытался убрать богиню с дороги, но Анни раньше и Анни сейчас — разные богини. Он не смог. Напрягся, но с таким же успехом мог попытаться сдвинуть гору.

— Колрид, свали, пока я в хорошем настроении, — все ещё спокойно, но явно закипая, сказала Аннигиляция.

— Чего? Ты что, совсем…

И на этих словах терпение богини лопнуло. Она отмахнулась от бога словно от мухи, отчего его снесло куда-то далеко и очень быстро.

— Как же бесит… — глухо прорычала она, затем сделала глубокий вдох. — Ладно, идем дальше.

И вновь подъем, впрочем долго он не продлился. Впереди уже показалась обитель этой Нэфуны, но дойти до цели нам оказалось не суждено. На подходе вокруг нас стали появляться каменные парящие платформы, а на них один за другим появлялись боги. Их было десятка три, что по меркам башни богов даже много. Даже на заседание Совета Двухсот приходило в лучшем случае половина по рассказам Анни, так что три десятка ради встречи какого-то смертного — это и впрямь много значит.

— Аннигиляция, — вперед вышел высокий статный мужчина в золотых доспехах. Впрочем, как уже говорил, боги чуть ли не все высокие, статные красивые. Проще сказать, кто выделялся на их фоне. Например, старая Анни. — Что это ты тут устроила?

— Это я хочу у тебя спросить, Гаменир. С каких это пор боги Башни берут в заложники смертных? Устраивают охоту на простых людей, чтобы отдать их Пустоте? Этого можно ожидать от кого-нибудь вроде Ультиаса или Шуб-Ниггурат, но уж точно не от тебя.

— У меня нет выбора, — с прискорбием ответил он. — Пустые не оставляют нам его.

— Выбор есть всегда. Макс пожертвовал всем ради нас! Оо отдал себя Пустоте, чтобы убить Истинное Пламя, и так мы ему ответили? Отдаем этой штуке его единственного сына⁈ Тебе от самого себя не тошно?

— Так надо, — рядом с ним возникла незнакомая богиня с длинными золотистыми волосами, собранными в косу. — Нам всем это не нравится, но договор нарушен. И если мы не хотим начать войну с Пустотой, которую, вне всякого сомнения, не выиграем, то придется согласиться на их условия.

— Да пошла ты, Увэлла! Не тебе говорить о жертвах. Гаменир хотя бы бился с Несущими, а ты где была во время войны?

Увэлла зло сверкнула глазами.

— Тебе бы следить за словами Аннигиляция.

— Иначе что? — с вызовом спросила моя подруга.

— Иначе рискуешь вылететь из Башни. Тебя терпят, бесполезная любимица Отца, бывшая богиня Разрушения, но у всего есть предел.

— Увэлла, хватит, — Гамениру не понравилось то, что она сказала, но богиню тут же поддержала по меньшей мере треть присутствующих.

— Бесполезная значит… — кивнула Анни и сделала шаг вперед, призывая божественное оружие и выпуская на волю свою настоящую силу. И её ощутили не только я и Элард, но и все собравшиеся боги. И теперь-то я понял, что даже в схватке со мной растерянная Аннигиляция не использовала даже существенную часть силы. Волны Света буквально захлестывали нас. Теперь моя подруга была в полной, мускулистой форме, на руках появились металлические перчатки. Она прошла прямо к Увэлле, возвышаясь над богиней на целую голову. — А теперь слабо повторить, что я бесполезная?

— Что?.. Это какой-то трюк… Откуда взялась эта сила?..

Анни сделала ещё один шаг вперед, и эта Увэлла отшатнулась, не смогла устоять на ногах и шлепнулась на задницу. Готов поспорить, что Анни в этот момент получала удовольствие, хоть и не показывала виду. Уж я-то её знаю.

— Я теперь полноценная, не жалкая тень прошлой себя, а та, что разрушала миры ещё до того, как Отец создал половину из вас. Так что если думаешь, что сможешь смотреть на меня свысока, я просто переломаю тебе ноги, и будешь ползать подобно червю.

— Аннигиляция, хватит, — без злости, но достаточно твердо сказал Гаменир, положив ей руку на плечо. Богиня смерила его хмурым взглядом, и под ним он убрал руку и отступил. — В насилии нет никакой необходимости.

— Да ну? — Анни бросила на него хмурый взгляд, но Гаменир, в отличие от Увэллы, под ним не сник, стойко выдержав.

— Хватит, — теперь вмешался я, раз уж Аннигиляция на моей стороне, и с её силой все присутствующие вынуждены считаться. — Вы хотели, чтобы я пришел сюда. Теперь отпустите Аиду.

— Кого? — не понял Гаменир.

— Похоже, что Нэфуна взяла в заложники смертную, жену Люциуса.

— Заложник? Первый раз об этом слышу.

— Ну так разберись с этим.

— Где Нэфуна?

И откуда-то из задних рядов собравшихся вышла богиня. Она словно пряталась за спинами товарищей, не решаясь показываться нам. Чувствовала, что запахло жареным?

— Я здесь, Гаменир.

— То, что он сказал, правда? — твердо спросил бог. — Мы теперь похищаем смертных?

— Да что за чу…

Та даже договорить не успела, Аннигиляция схватила её за нижнюю половину лица.

— Скажу сразу, если ты хоть что-то с ней сделала, то я оторву тебе голову, и никто из присутствующих помешать мне не сможет.

Наконец Анни отпустила Нэфуну, и та, смотря ошалевшим взглядом, отступила. Закрутила головой, ища поддержки у других богов, но они медлили. Кто-то неодобрительно хмурился, другие стыдливо отводили взгляд.

Мда-а-а-а… Тот ещё коллектив.

— Нэфуна, та женщина у тебя? — спросил Гаменир.

— Да…

— Приведи её.

Глава 18

— Люц, слава бо…— Аида осеклась, вспоминая, о ком именно говорит, и исправилась. — Рада, что ты в порядке.

— Я тоже, — заключил эту ненаглядную лисицу в объятия и поцеловал. По правде говоря, я очень боялся, что эта сука с ней что-нибудь сделает.

Аида выглядела скверно. Одежда грязная, немного рваная, и кое-где даже подпаленная, но на вид вроде бы цела.

Анни, наблюдавшая за этой сценой, как-то даже поникла, хоть и пыталась не подавать виду. Неужели она в меня влюбилась?.. Ох… Ненавижу разбивать девичьи сердца. Тем более сердца тех, кто мне действительно не безразличен.

— Эта дрянь с тобой ничего не делала?

— Ничего? О, ты даже не представляешь, какая она фантазерка, — прошипела Аида. — Я на своей шкуре почувствовала, каково быть хомяком в руках у ребенка.

Колудья поежилась от неприятных воспоминаний. Сама богиня при этом побледнела, опасливо поглядывая на Аннигиляцию, но той кажется было немного не до того. Анни погрузилась в какие-то свои печальные мысли, а я ощутил очередной укол вины. Всё-таки было ошибкой с ней спать, нужно было просто остаться друзьями.

— Что-ж, теперь она свободна, — обратился ко мне Гаменир. — Я лично, если необходимо, удостоверюсь, что она вернется в свой мир. Но боюсь, что не могу сказать того же и о тебе, Люциус.

— Эй! Я уже говорила, что…

— Помолчи, Аннигиляция. Я понимаю твои чувства, и мне самому это не нравится. Но Пустота поставила нам ультиматум. Мы должны привести ей Люциуса Готхарда, а взамен она не начнет полноценную экспансию в нашу вселенную, ограничившись лишь теми мирами, что и так были ей обещаны Отцом. Одна жизнь, пусть и друга, куда меньшая цена, чем вся вселенная. В противном случае тысячи миров канут в ничто, и ты, и я, и все присутствующие не избежим этой участи.

— Да плевать мне и на Пустоту, и на ваши жизни. Если Люц попросит меня сражаться за него, я буду, даже если сдохну, — Анни говорила совершенно серьезно, без тени сомнений. И что-то мне подсказывает, что дело не только в том, что я вернул ей силы, а в основном потому что мы друзья.

Я посмотрел на Аннигиляцию, на стоящую рядом Аиду, на напряженного Эларда и совершенно внезапно понял, что мне нужно делать.

— Гаменир, как это пройдет? — спросил я главного бога. — Я имею в виду, как именно вы передадите меня Пустоте?

— Проводим тебя в один из подконтрольных ей миров и там передадим Посланникам.

— Хорошо, я согласен, — кивнул им.

— Что⁈ — опешила Анни.

— Люц, ты что из ума выжил⁈ — Аида даже схватила меня за лицо и заставила посмотреть в свои зеленые глаза. Самые прекрасные на свете. — Тебя нельзя сдаваться!

— Просто доверься мне, — улыбнулся ей и мягко взял её за руки. — Помнишь, что говорила Фэй перед тем, как мы убегали? Те кости — чистейший Эфир. И я теперь могу гораздо больше, чем просто летать и открывать порталы.

— В смысле?.. — не поняла она.

— А кто, как ты думаешь, вернул силу Аннигиляции? Просто доверься мне. Возвращайся назад с Элардом, подготовь всё к переносу Аридели, а я вас потом нагоню. Идет?

— Ты меня убиваешь, Люц… Только попробуй оставить меня вдовой. Я не Катрина, в эту черную дрянь за тобой не полезу, но найду способ вскипятить, чтобы она сама тебя выплюнула.

— Охотно верю, — улыбнулся я и ещё раз поцеловал эту обворожительную лисицу. Пришлось неохотно выпустить её из своих объятий и обратиться к Анни. — Пойдешь со мной?

— Да хоть в Инферно, — довольно оскалилась она.

— Вот это настрой, — одобрил я и протянул кулак, который она с удовольствием стукнула.

— А когда всё закончится, устроим пьянку!

— Обязательно!

Печальная задумчивость Аннигиляции исчезла без следа, и она вновь стала сама собой.

— Эй, Гаменир, — бросила Анни. — Пусть Ева или Мар доставят ту парочку в их мир. Им я могу доверять по крайней мере.

— Я сам их доставлю, — сказал нам бог, и каменная площадка, на которой они стояли, отделилась и поплыла куда-то наверх. — Они будут в безопасности в моей обители.

Я вопросительно посмотрел на Анни, на что та удовлетворенно кивнула. Похоже, этот вариант должен был устроить всех. Я попрощался с Аидой и они с Элардом скрылись в портале, а Гаменир жестом попросил следовать за ним. Перед нами возникла новая каменная площадка, которая устремилась прочь, стоило только нам троим оказаться на ней.

Мы летели мимо парящих золотых сфер, и смотрелось это действительно захватывающе. Всё тут было таким… огромным, а сам я воспринимался таким незначительным. И вот наконец мы оказались перед воротами, что вели за пределы новой Башни. Выглядели неказисто — просто каменная арка с дверью. Даже орнамента никакого.

Гаменир протянул руку, толкнул створку, и врата открылись в иной мир. Пара шагов, и вот мы уже неизвестно где, кажется на краю вселенной. Может это мир Эларда или соседний с ним. Гаменир же говорил, что это один из миров, что подчинен Пустотой.

И… на первый взгляд он мог показаться совершенно нормальным. Мы оказались в сумерках неподалеку от какого-то небольшого городка. Небо было серым, безлунным, и не очень понятно, откуда вообще тут брался свет.

Гаменир шел первым по вымощенной каменной дорожке, а мы с Анни следом, разглядывая окрестности. Деревня выглядела покинутой и мертвой, но словно это случилось совсем недавно. И чем глубже мы заходили, тем сильнее сгущался вокруг сумрак. Когда мы вышли на центральную улицу поселения, то непроглядная тьма окружила деревню и поглотила часть домов.

— Люц… Не думала, что скажу это… — тихо шепнула мне Аннигиляция. — Но тут как-то стремно. Помнишь те фильмы ужасов, которые я тебе показывала? Вот я прям ощутила себя героиней такого.

— Так ты же вроде сама хотела, — припомнил я.

— Я хотела разбить морду маньяку или сжечь призрака своей силой, а не стать их жертвой… Б-р-р-р…

Местечко и впрямь было жутким. И я кажется даже понял, что именно мне так не нравилось — тишина. Тут было так тихо, что это чуть ли не оглушало. Я слышал свое дыхание, сердцебиение, едва слышный перестук костей, на который уже давно перестал обращать внимание.

Когда мы остановились в центре, тьма в одном из переулков сгустилась и стала принимать образ человека. Вначале просто мрачный силуэт, но затем тот стал обрастать «плотью», и вот перед нами уже стоит мужчина средних лет с черными волосами, облаченный в деловой костюм-тройку. Он улыбнулся нам и показал острые как бритва зубы.

Чуть в стороне появилась ещё одна фигура. Через пару ударов сердца она приобрела образ существа в сером балахоне, напоминающем робу священника или монаха. Пустой был высоким, почти на голову выше меня, с длинными ломаными пальцами, длинными седыми волосами и лысиной на макушке. Но больше всего пугало в нем лицо. Словно кто-то взял чужое и надел как маску, но только чуток переборщил с натяжением кожи, отчего то было слишком растянутым.

Да уж… По сравнению с первым — второй монстр из фильмов ужасов.

В противоположной стороне появилась черноволосая женщина с бледной кожей. Худая, даже чересчур, высокая, облаченная в абсолютно черное обтягивающее платье.

И словно этого было мало, появился и четвертый, полный грузный мужчина высотой метра три. У него была странная уродливая голова, находившаяся на уровне груди, и если долго смотреть на него, то можно заметить, словно его сшили из нескольких человек. Даже его лицо. Будто верх головы принадлежал одному, подбородок второму, глаза третьему.

Я надеялся, что появится кто-то ещё, например мои родители, но нет. Больше никого, только эти четверо Пустых. И данный факт вселял в меня небольшую надежду. Разумеется я надеялся встретиться тут с мамой и отцом, но даже их отсутствие радовало. Возможно Пустые больше не хотят, чтобы мы встречались, как раз потому, что я смогу до них достучаться. Во время встречи с мамой мне показалось, что ещё немного, и я заставил бы её вспомнить меня.

— Гаменир, замечательно, ты действительно его привел, — улыбнулся самый первый из Пустых. — Более того, ты привел даже саму нарушительницу Договора.

Гаменир тут же обернулся к Анни, которая виновато улыбнулась.

— Простите…

— Так ты не знал? — продолжил Пустой.

— Нет.

— Она пришла на помощь людям, чьи души по праву принадлежат нам. Не позволила нам поглотить их. Это прямое вмешательство Башни в Договор, не находишь? Одно дело, когда наша добыча сопротивляется, — Пустой рассмеялся, и его поддержали трое других. Жуткий, неприятный смех у них, пробирающий до самых костей. — Это для нас словно игра. И когда приходит кто-то и портит твою игру, это вызывает…

— Недовольство, — подсказал второй.

— Недовольство… Хорошее слово. Я бы впрочем предпочел ярость или желание выпустить обидчику кишки, но «недовольство» более дипломатическое что ли. Спасибо, Альорр.

И раскланялся. Уродливый переросток в мантии священника повторил за ним.

— Но мы милостивы и можем решить данный вопрос как цивилизованные высшие силы. И для начала я хочу услышать извинения.

— От меня? — изумилась Анни. — А по морде не хочешь, урод⁈ Извиняться за то, что я спасала своих друзей⁈ Вот ещё!

— Аннигиляция, — гаркнул на неё Гаменир, и в его лице действительно читался испуг. Проклятье, да он правда боится. — Успокойся. Мы с этим разберемся. А теперь…

Он повернулся к Пустым, собираясь видимо начать переговоры, но у Посланников Пустоты было совершенно иное мнение. Первый из них небрежно махнул рукой, и тьма, вырвавшаяся откуда-то сбоку, нахлынула на бога, схватила и утащила прочь. Случилось это настолько быстро и внезапно, что мы с Анни опешили.

— Что… Что вы с ним сделали?.. — голос Аннигиляции звучал дрожаще. Даже на неё произвело впечатление, как легко эти создания избавились от одного из сильнейших богов Башни. Словно он был простым смертным.

— Ничего. Отправили туда, где ему самое место. Вышвырнули за пределы этого мира.

— Вы так можете? — нервно сглотнул я.

— Мы многое можем, Люциус Готхард, — посланник Пустоты вновь обнажил зубы в улыбке. Проклятье, каким же жутким он был… — Это место принадлежит нам. Тут у ваших богов нет власти.

И со зловещей улыбкой повернул голову к Аннигиляции. Та ответила ему хмурым взглядом, сжала кулак, видимо собираясь продемонстрировать свою силу, но… ничего не произошло. Я лишь увидел, как богиня побледнела.

— Люц… Они что-то сделали со мной… Я… Я не чувствую сил. Вообще никаких…

Один из пустых, тот самый, которого первый назвал Альорр, шагнул к ней, протянув свою тощую уродливую руку, и Аннигиляция, взвизгнув, отпрянула и бросилась ко мне. Она вцепилась в меня мертвой хваткой, и даже через доспех я ощущал, как её трясет.

— А теперь позвольте представиться. Я Нуорр. Это Альорр, Фальорра и Зольорр, — последними была женщина и тот сшитый из кусков здоровяк.

— Хотел бы сказать, что очень приятно, но пожалуй не буду. Что вам от меня надо? Мне много раз твердили, что Пустота охотится только за тем, что считает своим. И я что-то не помню, чтобы продавал свою душу. Я не ваша собственность.

— А вот тут ты ошибаешься, — осклабился Нуорр. — Ты аномалия, Люциус Готхард.

— Аномалия? В смысле?..

— Ты не должен сейчас здесь находится.

Я нахмурился.

— Я не понимаю…

— Ты умер, Люциус Готхард. Умер больше десяти лет назад.

Глава 19

— Умер?.. — я ощутил, как ком встал у меня поперек горла, а сердце взволнованно застучало в груди. — В смысле умер? Что за бред…

— О чем они, Люц? — спросила Анни, все ещё испуганно жмущаяся ко мне.

— Я не знаю… Не понимаю, о чем они говорят…

— Ты знаешь, что происходит с душами людей после смерти? — спросил Нуорр, но сам же ответил на вопрос, не став дожидаться ответа. — Пустота получает их. Порой не сразу. Некоторые души слишком цепляются за свое существование и задерживаются дольше, чем нужно. Некоторые, как твой отец или те, кого воскрешали Несущие Свет, получают ещё один шанс, возвращаясь в мир. Но в конечном итоге они все приходят к нам. Мы очищаем их от тягот прошлой жизни, памяти, чувств и всего, что помешало бы им в дальнейшем, а затем они возвращаются в мир, рождаются снова и проживают новые жизни. И ты, Люциус Готхард, не задержался в своем мире. Ты оказался в наших руках, но не очистился.

— Что?..

От услышанного в голове что-то странно зазвенело. Возникло острое чувство, что я забыл что-то важное. Это чувство возникало и раньше, всегда, когда дело касалось видимых лишь мне игральных костей, но впервые мне показалось, что ещё одно усилие, и я вспомню.

— Ты не помнишь? — спросил Пустой.

— Нет…

— Тогда… Стоит тебе напомнить, — рассмеялся он, и тьма рванула на нас со всех сторон. Аннигиляция испуганно пискнула и исчезла во мраке, а вместе с ней и я. Я рефлекторно закрыл руками лицо, но ничего больше не произошло. Напротив, мир вокруг наполнился светом и красками.

Убрав руку и проморгавшись, я осознал, что нахожусь в своем родном поместье. Это была гостиная, наполненная приятным теплым летним светом, и все тут было таким… знакомым и в то же время немного иным. Тут ещё хватало вещей, оставленных бабушкой и дедушкой, пыльные книги и все в таком духе. Этот дом раньше принадлежал им, но бабушка впоследствии переехала к моему дяде и его семье.

— Давай, бросай, — тепло улыбаясь, сказала Аида, сидя на полу. А перед ней сидел я… Сколько мне было тогда лет? Семь? Восемь?

Я бросил игральные кости на пол перед нами.

Шесть. Шесть. Шесть.

— А у тебя очень легкая рука, — довольно ухмыльнулась лисица. — Надо будет взять на заметку никогда с тобой не играть в азартные игры.

— Я бы вообще не хотела, чтобы ты учила его азартным играм, — вмешалась в нашу игру Фия.

— Да брось, не будь занудой, — отмахнулась от замечания Аида. — Когда он подрастет, то обязательно будет напиваться, бегать за девчонками и играть в азартные игры. И будет лучше, если я хотя бы научу его как выигрывать. Правда?

И подмигнула.

Я смущенно заулыбался. Имею в виду маленький я. Настоящий я просто улыбался.

— А теперь брось кости ещё раз…

Но на этом видение закончилось. Все вокруг поглотила тьма, смазала, словно только что нарисованную на холсте картину, но лишь для того, чтобы представить мне новую.

Это был пригород Нового Трисента, небольшой закуток где-то за домами, которого сейчас скорее всего и нет. Там собралась детвора, бросающая игральные кости и делающая ставки в железных пенни. Кажется, это была моя идея — играть на реальные деньги. До этого мы играли просто так, но затем я предложил играть по-взрослому.

И разумеется я побеждал.

Временами проигрывал, но лишь в те моменты, когда понимал, что другие тушуются и больше не желают играть. Нужно было давать им время от времени чувствовать себя победителями. Спасибо Аиде за уроки… Хотя сейчас, будучи взрослым, я понимаю, что нужно было послушаться Фию и действительно не учить меня. Мне даже было немного стыдно за себя сейчас, я обыгрывал этих детей, которые за свои пару железных марок могли трудиться не покладая рук. Родители вряд ли давали им деньги на сладости или игрушки, приходилось работать, убирать хлева на фермах, работать доставщиками, и все ради крох. Детям много не платили. Разумеется, некоторые воровали, но там были свои риски, например быть побитым.

— Проклятье, Люц! Я не понимаю, как ты это делаешь!— воскликнул один из пареньков, что играл против меня. — Богиня удачи, если такая есть, явно на твоей стороне… Ты даже самих демонов обыграешь!

— Ага, — кивнул я. — Демонов. А может даже богов или пустых…

И я замолчал, уставившись на кости. Пусть я видел картину со стороны, но кажется догадывался, о чем именно думал в тот момент. Обыграть пустых… Вернуть родителей… Может именно тогда я и придумал этот план?

И вновь тьма, но на этот раз я даже не дрогнул, терпеливо дожидаясь, когда сменится локация. Теперь это было поле, заканчивающееся лесом. Я знал эти места, это южная резиденция семьи де Шинро, где сейчас живут дядя Дремор с семьей и бабушка. Но само поместье далеко от этого поля, в часе если не больше ходьбы.

Я видел мелкого себя, пробирающегося через поле, и ощутил внезапную внутреннюю тревогу.

— Стой! Не ходи туда! — крикнул я сам себе, но юный я никак не отреагировал.

— Это воспоминание, — внезапно раздался голос рядом, и я рефлекторно дернулся, собираясь сражаться. Это был Нуорр, в этот раз одиночестве. Он подошел и встал рядом со мной, смотря на бегущего мальчика. — Ты не можешь изменить воспоминание, так что не трать силы.

— Зачем ты мне это показываешь?..

— Ты же сам хотел вспомнить, разве нет? Пора взглянуть в лицо своим демонам, Люциус.

Взмах руки Нуорра, и мы перенеслись чуть дальше, оказавшись у полуразрушенного высохшего колодца, стоящего на границе поляны и леса. Колодец был старый, очень старый, а подойдя и заглянув внутрь, я увидел лишь тьму.

— Нет… — покачал я головой и отступил. — Я хочу уйти…

Нуорр молчал, сложив руки за спиной и просто ждал, что будет дальше.

Юный Люциус тем временем сел на краю колодца и начал с ним говорить.

— Я знаю, что ты живешь тут. Говорят, Пустые живут в самой глубокой непроглядной тьме, и во всем Трилоре это самое темное место.

Маленький я заглянул в дыру и увидел то же, что и настоящий я минутой ранее. Непроглядную тьму на дне. Казалось, что дна у этого колодца вообще нет, так что не удивительно, что ребенок мог решить, что пустые живут там.

— Я не помню этого, — сказал настоящий я вслух, испытывая только нарастающую внутреннюю тревогу. Я помнил два прошлых момента. Может не так ясно, но что-то такое действительно всплывало в памяти. Но не этот момент.

— Хорошо, пустые живущие в колодце, давайте сыграем в игру! Если я выиграю, то вы вернете моих маму и папу! — громко сказал юный я, заглядывая в колодец.

— Нет… стой… — я чувствовал, как меня начинает трясти. Страх и ужас, а ещё беспомощность.

— Кажется, ты начинаешь вспоминать, — довольно осклабился Нуорр.

И юный Люциус бросил кости так, чтобы они покатились по не очень широкому бортику колодца.

Один-пять-два.

Неудачный бросок. Юный я поморщился.

— Теперь твой черед кидать, пустой.

Но разумеется, ничего не произошло.

— Ну да, ты же не можешь выйти на свет. Тогда… Могу я бросить за тебя? Что? Молчание знак согласия? — юный я прислушался к колодцу. — Хорошо, тогда бросаю.

И маленький Люциус бросил кости, и то ли не рассчитал силы, то ли порыв ветра все испортил, но кубики покатились дальше нужного и упали во мрак колодца.

— Ох, нет!

Юный Люциус нагнулся, пытаясь рассмотреть кости во мраке и понять, что же там такое выпало и выиграл ли он, но кладка у колодца была слишком старой. Кирпич, на который мальчик опирался, не выдержал, и они оба рухнули вниз.

Я, настоящий я, не сдержался и бросился к юной версии себя, попытался ухватить за ногу, но рука прошла насквозь, размазывая образ черной дымкой.

— Я… Я вспомнил… Я всё вспомнил…

Не в силах удержаться, я упал на колени и обхватил себя за плечи, чувствуя подступающую тошноту.

И дело даже не в том, что я упал, ужас накатывал от того, что это было только начало.

Нуорр улыбался самой злорадной и довольной улыбкой из возможных. Взмах руки, и мы оказываемся во тьме. Во тьме, которую разрезал луч света, в центре которого лежал мальчик.

Я, лежащий на дне колодца.

Упав, прошлый я ударился о лежащий внизу кирпич и… сломал позвоночник. Я не мог пошевелить ногами, а правая рука была сломана. Оставалась лишь левая.

Я кричал, но никто не слышал этого.

Я молил богов, но и они хранили молчание.

Перелом был открытый, я потерял много крови.

Все, что у меня было, это кости. Чтобы отвлечься от боли, голода и усталости, я бросал их раз за разом, загадывая желания.

— Я умер в этом колодце, — тихо сказал я, присев рядом со своей юной версией.

— Верно, — подтвердил Пустой, встав по другую сторону столба света. — Умер спустя три дня семнадцать часов двадцать шесть минут и четырнадцать секунд после падения. Умер от обезвоживания, голода и потери крови.

Взмах руки, и мы вновь в поместье дяди. Картины тут менялись часто. Вот я вижу бабушку и Дремора, обсуждающих, куда это я делся. Следом уже поздний вечер, когда все понимают, что я пропал. Безрезультатные поиски на следующий день. И ещё через день.

— Они искали меня…

— Разумеется искали. Но ты ушел и не сказал куда. Но могу сказать, что они старались.

Новая картина. Приезд Фии. Один из тех редких случаев, когда я видел её по-настоящему испуганной и разбитой.

— Через сколько меня нашли?

— Больше двух недель, — сухо, я бы даже сказал раздраженно ответил Нуорр. — Вернее, тебя ДОЛЖНЫ были найти через две недели. Такова была твоя судьба, Люциус Готхард. Умереть в том колодце.

— Что⁈. — я изумленно уставился на него.

— И не нужно так смотреть. Считаешь, что ты особенный? Что сын Максимилиана Готхарда не может просто так умереть, свалившись в колодец? Бывают и более глупые смерти, — Нуорр сделал небольшую паузу и продолжил. — И вот что должно было быть дальше.

Он показал, как мое мертвое тело достают из колодца, как его приносят Фие, и она рыдает над ним. Как спустя недели она сообщает о трагедии сестрам. А затем дальше и дальше. Сотни, тысячи сценок проносятся перед глазами со скоростью поезда. Я вижу мир без Люциуса Готхарда. И затем остается только тьма.

— Но если я умер, то почему я все ещё жив? — наконец спросил я.

— А вот это, Люциус, правильный вопрос, — Нуорр появился передо мной так внезапно, что я невольно дернулся назад, чем явно его насмешил. — Но готов ли ты на самом деле к правде?

Глава 20

Нуорр странно ухмылялся, отступая, а меня все ещё потряхивало от увиденного. В один миг я пережил то, что давно позабыл, каждый миг тех дней, наполненных болью и страхом. А ещё перестуком игральных костей.

— Что-ж… Вот истина.

Позади Нуорра появилась картина, закрытая куском ткани. Он жестом пригласил меня взглянуть. Сглотнув вязкую слюну, я подошел и сдернул ткань, открывая своему взору ещё одну картину прошлого, но совсем не моего. Видимо поэтому она и была изображена на полотне в виде рисунка.

Черная река, в которую заходит женщина с золотистыми волосами. Рядом с ней стоял мужчина с золотым лицом, словно ожидающий чего-то. Это был скорее образ, ведь лицо женщины не было прорисовано, но я точно понимал, что женщина была моей матерью. Мужчина — Николас, а черная река скорее всего Пустота.

Это был момент, когда моя мать отправилась за отцом…

Рядом появилась ещё одна закрытая картина, и я после секундного раздумья подошел к ней, сдернул ткань и всмотрелся в новый рисунок.

Там во тьме было изображено два образа. Моя мать, берущая за руку мужчину в черной броне. Думаю, это был мой отец. Мама словно плыла, пыталась вытянуть из черной реки его на поверхность.

Ещё одна картина возникла справа. К ней я перешел не раздумывая.

Продолжение. Теперь плывут они оба, почти оказываются на поверхности.

— Неужели…

Я бросился к следующей картине. Они появлялись друг за другом.

Мои отец и мать сидели на берегу и словно говорили о чем-то, но их отвлекло появление ещё одной фигуры. Пустого. Он указывал на черную реку.

Следующая картина, и на ней был изображен я…

Я в черной реке, идущий ко дну.

Внутри всё похолодело.

Следующая картина — мои родители бросаются во тьму, пытаясь спасти меня, сражаются с какими то монстрами, возможно порождениями Пустоты.

Дальше я уже шел от одной картины к другой.

Твари пытаются заполучить меня, но родители чуть ли не своими телами закрывают меня, пока их образы не становятся все более тусклыми и не сливаются со мраком. Один лишь я сияю светом.

А затем мрак исчезает, и появляется Она.

Вечность.

Она склоняется надо мной, приседая на одно колено, и я протягиваю ей игральные кости.

«Я хочу с тобой сыграть» — словно слышу я свой детский голос, идущий из картины.

«Сыграть? Со мной?» — голос Вечности звучит мягко, словно ласковый бриз. — «Хорошо, давай сыграем…»

Картины исчезли в тот же момент, когда я услышал это, а на их место вернулся реальный образ. Такой же, какие я видел раньше. Вновь колодец, и юный я, сидящий рядом с ним. Мальчик поднялся и посмотрел на свою руку, в которых были зажаты те самые игральные кости, что видел только я.

— Я… Я не понимаю… — громко сказал я, и Пустой не заставил себя ждать. Он как и прежде возник из ниоткуда, появившись из слепой зоны.

— Твои родители пожертвовали собой ради тебя, Люциус. Не ради мира, не ради общего блага, а ради тебя, — он махнул рукой, и перед нами вновь появилась та картина, что изображала их, закрывающих меня своими телами. — Они не смогли вытащить твою душу, поэтому все, что им осталось — воззвать к Вечности. И она пришла, сделала тебя пешкой в своей игре, и нам это не нравится. Вечность не вмешивается так грубо и прямолинейно. Никогда.

— И? — я не понимал, к чему он клонит.

— Тебя нет, Люциус Готхард. Буквально. Тебя сейчас нет. Ты был выброшен из времени, из круговорота жизни и смерти, из круговорота перерождения. Мы не видим тебя, и это… раздражает.

Не видят…

И я невольно вспомнил то, что рассказывал мне Элард очень давно. Пустые непосредственно связаны с Вечностью. Он говорил, что оказался в прошлом и столкнулся там с Пустыми, которые отлично знали, кто он такой. Они словно вернулись в прошлое за ним. Возможно, они каким-то образом видели линии жизни каждого живущего или по крайней мере настолько, насколько им позволяла Вечность. Но они не видели меня. Не видели, как я поступлю и к чему это приведет, и видимо Пустоту это изрядно… раздражало. Нуорр сам об этом только что сказал.

— Ты все равно принадлежишь нам, — настаивал Пустой. — Так что вот тебе сделка, Люциус Готхард. Ты ведь так сильно хотел спасти родителей, и вот твой шанс. Мы отпустим их, а взамен ты вернешься туда, где должен быть. Пройдешь цикл, очистишься и вернешься в мир невинной душой.

— Хорошее предложение, — оценил я. И возможно, когда-то я серьезно бы о нем задумался. Но сейчас все иначе. — Но что будет с другими? Что будет с Элардом и жителями Аридели?

— Мы поглотим их, как и должно быть. Они принадлежали нам изначально, а мы получаем свое так или иначе. Так каков будет твой ответ, Люциус?

Я прислушался к перестуку костей. Сейчас он был насмешливым, словно говоря: «Ну и как же ты поступишь?».

— Как насчет того, чтобы сыграть? — улыбнулся я, а вот полуулыбка на губах Пустого мгновенно испарилась.

— Мы не играем в игры, — сурово ответил он, а его и без того темные глаза стали ещё темнее, хотя казалось бы куда ещё. — Ты либо соглашаешься на сделку, либо мы получим свое иным способом.

— Ну, если ты не хочешь сыграть, то тогда я сыграю на ответ, — я улыбнулся.

Перестук костей говорил: «Не стоит бояться, у тебя все ещё очень неплохие шансы».

— Я соглашусь на сделку, если выпадет меньше… — я задумался. — Десяти.

— Я повторю, мы в не играем в игры,— Пустой оскалился, а окружающая действительность вокруг оказалась стерта. Теперь мы стояли посреди непроглядного мрака.

— А мне всё равно, — и я медленным движением взял парящие в воздухе игральные кости и бросил их.

Они покатились по черной поверхности, что была тут землей, и от каждого столкновения с ней по черноте расходились круги, словно по воде.

Шесть. Шесть. Шесть.

— Вот и ответ. Кости говорят мне не соглашаться на эту сделку.

— Тогда мы заберем тебя силой.

— Попробуйте.

Не знаю, откуда бралась эта уверенность, но я больше не страшился. Напротив, теперь я отчетливо понимал, что бояться надо им. Весь этот разговор о сдаче Пустота затеяла лишь потому, что опасается меня и той силы, что я получил от Вечности.

Мрак рванул на меня, сгустился и окутал. Я чувствовал, как он пытается пробиться под доспех, проникнуть в саму мою суть, извратить и подчинить её.

— ДОВОЛЬНО! — воскликнул я и рассек мрак взмахом меча, в который превратились кости. Тьма отступила так же поспешно, как вода во время отлива, но я рубанул снова, и меч словно рассекал само мироздание. — Где Аннигиляция⁈

Я рванул вперед, продолжая кромсать это место на куски, и это отдавалось в ином плане бытия. Я не видел изменений, но ощущал, как это место теряет силу от каждого моего удара.

— АННИ!

Взмах, и передо мной оказалась богиня. Аннигиляция лежала на земле, черные щупальца оплели её тело, пустив свои отростки ей под кожу.

— Анни! — я склонился над ней, попытался вырвать один из отростков, но тот в ответ попытался проникнуть уже в меня. Разумеется безрезультатно. Стоило ему попытаться, как отросток вспыхнул голубым пламенем. Сам не понял, как это делаю, но воспользовался на все сто. Без труда высвободил Анни из пут и взял девушку на руки.

— Анни, очнись, — мягко сказал я, но она по прежнему спала. Мысленно выругался и покрутил головой, видя, что тьма стала сгущаться все сильнее.

— Выведите нас отсюда! — крикнул я игральным костям, что перестали быть мечом и теперь просто висели в воздухе перед нами, источая свет.

Я услышал перестук в голове, кости довольно резво поспешили прочь, и я спешно начал их догонять. И это было удивительно сложно. Тьма, словно понимая, что мы вот-вот сбежим, вздыбилась, забурлила, попыталась накрыть нас подобно цунами. Причем я это не столько видел, сколько чувствовал.

Кости пару раз меняли направление, а я тем временем замечал какое-то движение во тьме. Словно фигуры. Да и перестук в голове сделался тревожным. Кости словно говорили поторапливаться, иначе могу останешься тут навсегда.

Я прыгнул, попытавшись полететь, но ничего не вышло. Я лишь чуть не упал вместе с богиней, и… не лишился лица. В этот момент из мрака вытянулась длинная черная рука с когтями, попытавшаяся схватить меня за лицо. Понятия не имею, как увернулся и при этом не выронил Анни, зато кости среагировали очень быстро и выстрелили лучом, что испепелил эту конечность.

— Спасибо! — крикнул я им на бегу.

Сердце стучало как ненормальное, но… почему-то мне было весело. Серьезно! Несмотря на все потрясение от узнанного, во мне зародилась небывалая надежда. Я, разумеется, понимал, что казался пешкой в руках высших сил, что Вечность меня использует для каких-то своих целей, но это было неважно. Я вообще должен быть мертв, но не просто прожил больше десятка дополнительных лет, но и женился на женщине, которую любил всю свою жизнь. Вновь смог увидеть мать и даже частично отца. Так что все не так уж и плохо!

Я ещё побарахтаюсь!

Мы выскочили из тьмы совершенно внезапно. Просто она расступилась, и мы с Аннигиляцией оказались в той самой деревушке, где были прежде.

— А? — Анни в тот же миг открыла глаза и сонно заморгала. — Что случилось, Люц?

— Нас чуть было не сожрала Пустота, но мы, кажется, выбрались…

Миг богиня смотрела на меня, не понимая, шучу я или нет.

— Это получается, ты меня спас? — наконец спросила она.

— Кажется…

— Мой герой! — весело воскликнула она и попыталась меня поцеловать в знак благодарности, но сейчас точно было не лучшее время для дурачества. На нас выскочила та бледная женщина из Пустых, что я видел чуть ранее. Она была быстра и играючи ускользнула от луча игральных костей.

В руке возник черный меч, больше похожий на палку из чистой тьмы. С Анни на руках я не мог увернуться, так что пришлось использовать плащ. Уплотнил его, закрылся как щитом и… её оружие легко его рассекло. Это стало для меня крайне неприятной неожиданностью, ведь я привык, что он обладает какими-то поистине удивительными защитными свойствами. Повезло, что нас с богиней при этом не задело, лишь кусок мантии упал на землю.

Аннигиляция тут же спрыгнула с моих рук, а игральные кости вернулись на свое место, и я обратил их в меч, блокируя второй удар. На этот раз гораздо удачнее, хоть силы этой женщине было не занимать. Меня даже сдвинуло на несколько метров.

— Отвали от него! — рыкнула Анни, принимая свой истинный облик и призывая божественное оружие. Она врезала по женщине со всей силы, отчего та улетела во мрак. Но на её место пришли другие.

Помимо уже виденных пустых среди них были и просто люди с темными провалами вместо глаз. Их были сотни. Они окружали нас, брали в тесное кольцо, а это значило только одно — нужно валить.

— Анни, уходим! — крикнул богине и схватил её за руку. Правда немного не рассчитал. Сдвинуть её в полном облике было так же просто, как скалу.

— Да! Валим!

Портал попыталась открыть она, но у неё ничего не получилось. Пустота не собиралась нас отпускать, а раз так, то пришел черед пробиваться силой.

Я взмахнул своим мечом и ощутил, как дрогнула реальность. И ещё раз, гораздо сильнее, вкладывая в удар все силы. И пространство треснуло, образуя разрыв, а Пустые бросились на нас.

Анни при этом испуганно взвизгнула и сама уже схватила меня за руку, утаскивая в портал. Правда, я понятия не имел, куда он нас приведет…

Глава 21

Как и обычно бывает с хаотичными порталами, я немного не рассчитал с его положением, и мы с Анни выпрыгнули из него мтерах в двух над поверхностью. И это ещё нормально, хорошо, что он не открылся под землей. Идущая первой богиня удивленно охнула и упала, потянув меня за собой. Я в тот момент даже ничего сделать не смог. Дальше мы кубарем покатились по земле, и совершенно внезапно Анни оказалась на мне.

Напомню, что она была в своей полной форме. Мускулистая, статная, на добрую голову выше меня.

— Свет! Это было так весело! — рассмеялась она, сидя на мне.

— Я бы весельем побег от Пустоты не назвал…

— Да брось! — улыбалась богиня. — Я так уже очень давно не веселилась! Опасность подстерегала нас за каждым углом, но мы чудом спаслись… — последнее она говорила максимально театрально.

— Ну ладно… — нехотя признал я. — Это и впрямь было немного… «весело».

Меня все ещё немного тяготила открывшаяся правда, но вместе с этим я чувствовал надежду, что все ещё можно исправить, вернуть родителей и отбить Аридель у Пустоты. Что у Вечности определенно есть на меня планы, иначе она бы не стала воскрешать меня из мертвых и даровать эту силу.

— Анни.

— М? — богиня изобразила совершенно невинный вид, который в её суровом мускулистом образе смотрелся странно. Это когда она мелкая это могло выглядеть мило. Хотя, нет, даже так она тоже милая.

— Может слезешь?

Богиня мгновение удивленно смотрела на меня, словно только сейчас до неё дошло, как именно мы выглядим. Затем в её глазах заблестели озорные уголки, а губы стали растягиваться в не менее озорной улыбке.

Ох, нет…

Чувствуя опасность, я попытался встать, но богиня мне не позволила. Просто навалилась и прижала к земле всем телом, довольно ухмыляясь.

— Вот ты и попался. Хи-хи.

— Анни, серьезно…

— А я разве не серьезна? — и поцеловала меня. Нежно, с чувством, совсем не так, как ожидаешь от такой крепкой на вид женщины. Её руки крепко сжимали мои, а поцелуй все тянулся и тянулся. Я отвечал, что мне ещё оставалось, да и не буду кривить душой, мне это тоже нравилось.

Наконец она разорвала поцелуй и отпустила мою руку, правда только одну. Девушка провела пальцами по своей груди, и одежда на ней рассыпалась снопом золотистых искр. Я нервно сглотнул при виде её огромной груди.

— Слушай, Анни, давай не будем… — взмолился я. — Я всего пару дней как женился и…

— И что? Я богиня, мне нет до этого никакого дела. Я хочу секса. Я хочу тебя!

— Я понимаю, но…Может обождем? — попробовал предложить я компромисс.

— Нет, — удивительно твердо ответила она.

— Анни…

Внезапно богиня «сдулась», вернувшись в свою среднюю форму. Губы надуты, взгляд колючий. Она меня больше не держала, так что я смог сесть. Она, правда, все ещё сидела на мне, так что теперь мы были лицом к лицу.

— Нам же же не обязательно рассказывать твоей жене об этом… — предприняла она последнюю, робкую попытку меня разжаловать.

— Дело не в этом. Просто мне кажется это неправильным. Я… Я всю свою жизнь любил Аиду, боролся со своими чувствами, отвергал их и врал самому себе. И мне не хочется уже через пару дней, как я её добился, спать с кем-то другим.

Анни печально шмыгнула носом, и по щекам потекли слезы.

Проклятье, не люблю, когда девушки плачут. Я развеял доспех, оставшись в простых рубахе и штанах, и мягко обнял её, обнаженную и теплую. Она уткнулась мне в плечо и заплакала ещё сильнее, а я гладил её по спине и волосам, ожидая, когда ей станет легче.

— Тише-тише, все хорошо.

— Я люблю тебя, Люц… — наконец Анни перестала плакать, вновь шмыгнула носом и посмотрела на меня своими большими золотистыми глазами. И говорила она это так жалостливо, что у меня сердце заболело. — Я очень-очень тебя люблю…

— Это ты так говоришь, потому что я был твоим первым, — обычно такое случается с молоденькими глупыми девчушками, а не одной из самых древних богинь вселенной, но учитывая, как именно она жила…

— Нет! — воскликнула она, а потом виновато потупила взгляд. — Нет, Люц… Я это поняла ещё до того, как мы занялись сексом. Это конечно было приятно, классно, и я конечно хочу ещё, но дело совсем не в этом… С тобой мне было так хорошо… То, как мы развлекались, смотрели сериалы, тренировались и просто дурачились… Как ты мял мои сиськи, а я смеялась с твоего стояка, в тайне желая на него посмотреть. И, по правде сказать, тот наш прощальный секс… Я думала, что таким образом смогу убедить тебя остаться со мной.

— Я знаю… — вздохнул я. Отлично помнил то наше прощание. Анни была слишком одинока, и вряд ли у неё был кто-то ближе меня.

— А когда ты ушел, я… Я потеряла смысл жизни. Еда больше не приносила удовольствия, фильмы и сериалы казались скучными, и даже видео с котиками настроения не поднимали…

— Даже видео с котиками — это серьезно…

— Не смейся, — Анни надула губки. — Я ведь серьезно.

— Извини.

— Мне плохо без тебя, Люц, и я не знаю, что с этим делать. Я тоже пробовала убедить себя, что ты мне не нужен, что мне и самой хорошо, а когда мы увиделись в Аридели, я надеялась, что ты захочешь вернуться или ещё что-нибудь…

А я не вернулся. На самом деле в тот момент я практически не думал об Аннигиляции. Я только узнал, что родители вернулись, и все мои мысли были заняты этим.

— Я думала, что, вернув силы, стану счастливой, но… — она вновь шмыгнула носом и задрала голову, взглянув на небо. — Теперь в этом не уверена. Но уверена в другом, — она опустила взгляд и посмотрела мне в глаза, а затем просто схватила мои лицо двумя руками. — Я уверена, что люблю тебя. Что ты наполняешь красками мою жизнь, и я больше не хочу чувствовать себя одинокой…

Девушка в очередной раз всхлипнула и обняла меня, прижалась всем телом, и я чувствовал её легкую дрожь. Эх…Вот тебе и богиня, разрыдалась как простая девчонка.

— Я больше не хочу расставаться, Люц. Я могу стать твоей второй женой, — бормотала она. — Любовницей, наложницей, телохранителем, да даже слугой если потребуется… Все ради того, чтобы быть рядом, слышать твой голос и чувствовать твое тепло.

— Анни, ты богиня, и не просто богиня, а богиня Башни.

— Плевать, — она вновь отстранилась и посмотрела совершенно серьезно. — Можешь забрать эти силы. Можешь забрать все силы, если хочешь. Можешь сделать меня человеком и даже… кхм… лишить сисек. Если будет выбор между тобой и сиськами, я выберу тебя.

— Да-а-а-а… — вот теперь я понял, что она говорит серьезно.

— Ну… — она немного замялась. — Конечно желательно, чтоб сиськи ты мне оставил, но если заберешь, я переживу…

— Ты переоцениваешь мои возможности, — вздохнул я. — И ты правда готова стать человеком ради меня?

— Люц, мне хренова туча тысяч лет. Десятки тысяч, если быть точным. И все это такая унылая бесконечная серость и скука. И я немного устала. Прожить человеческую жизнь… звучит даже неплохо. Может даже заведу человеков, хе-хе-хе…

— Детей?

— Ну да. Наверное. Не знаю. Мне пока не хочется, но вдруг захочется?

— Ладно… — сделал я глубокий вдох, осмысливая все услышанное. У меня прям острый приступ дежавю случился, как с Норой. Но Нора по мне действительно переоценивает наши отношения. Нам с ней хорошо, и ясно, что она влюбилась, но в конце концов её место точно не со мной. Уверен, что несмотря на мое обещание она поймет, что мы не пара и найдет кого-то получше. А вот Анни… Может в ней и играют чувства, но она ведь правда очень старая. Мудростью тут, впрочем, и не пахнет, но по крайней мере она точно понимает, что ставит на кон. — Давай так… Я поговорю с Аидой, и мы придумаем, как с тобой быть. Если она согласится, чтобы ты стала второй жен…

— Спасибо! Спасибо! — мгновенно просияла Анни и тут же полезла целоваться.

— Да стой… Погоди… — остановил я её.

Богиня сделала над собой усилие и изобразила покорность, но глаза при этом так и светились. Поразительно, как быстро у неё меняется настроение. Только рыдала, а теперь сидит, улыбается, таращится…

— Она согласится! Я уверена! А если нет… — Анни зловеще заулыбалась. — То я её убежу… Убедю… Как правильно говорить? А, не важно! Ну что, теперь по сексу?

— Ох…

Но в этот момент небеса дрогнули, и там появилась крупная крылатая фигура. Гость не стал кружить в небе, а тут же грузно рухнул неподалеку от нас, отчего содрогнулась земля. И мы вместе с ней.

Дракон. Огромный красивый дракон.

Но уже через несколько мгновений он превратился в девушку, облаченную в легкое темно-зеленое платье.

— Вы даже представить не можете, сколько сил мне потребовалось, чтобы вас отыскать, — сходу начала Фэй, но тут же умолкла, увидев нас. — О… Кажется, я вам помешала… Продолжайте.

И замерла, сложив руки на животе. Она не собиралась ни отворачиваться, ни уходить, лишь глаза возбужденно сверкали, а на щеках появился румянец.

Аннигиляция напротив издала полный негодования рык, закатила глаза, а затем встала, легким движением руки возвращая одежду и избавляясь от грязи. Та просто сгорела, превратившись в ничто. Я поступил точно так же.

— Вы уже? Могли бы не прерываться.

— Умеешь же ты обломать удовольствие, дамочка, — сказала Аннигиляция, смерив Фэй недовольным взглядом. А вот я в какой-то мере был рад её появлению. Анни богиня, а они весьма ненасытны, потому что не из плоти и крови, а из Света. Мы тут могли кувыркаться ещё очень и очень долго, а меж тем время и впрямь поджимает.

Фэй выдавила из себя виноватую улыбку.

— Не обращай на неё внимания, — сказал я дракону, на что Анни обожгла уже меня хмурым взглядом. Но долго та злиться не будет, к её перепадам настроения я уже попривык. — Как ты нас нашла, Фэй?

— По ним, — указала она на игральные кости, что парили в воздухе. — Я отправилась за вами сразу, как ушли боги, но это оказалось сложно. Вы скакали из одной части вселенной в другую.

И ведь точно. Мы были в мире Ника и ещё целой куче миров, убегая от богов. И ведь я даже не был уверен, что они были соседними.

— Извини, дни были бурными.

— Нисколько не сомневаюсь, — кивнула Фэй. — Нам надо поговорить, Люциус.

— И желательно в другом месте, — кивнул я. Нам вообще не стоило задерживаться в этом мире после побега, но видимо, кости перенесли нас достаточно далеко от Пустоты, раз никто нас больше не преследовал.

— В таком случае, что скажете о том, чтобы прокатиться на мне?

Глава 22

Путешествие на спине дракона через миры было совершенно непохоже на обычное перемещение. Мы словно плыли по энергетической реке, соединяющей миры, и у меня была возможность прикоснуться к тому, что обычно бывает скрыто от взгляда людей.

Веселая Аннигиляция восторженно голосила почти каждый раз, когда мы оказывались в одном из миров.Фэй проносилась над лесами, полями, пустынями и городами. Где-то внезапное появление дракона вызывало удивление, где-то ужас и панику, но в конечном итоге мы там не задерживались и проносились мимо.

И вот наконец мы прибыли на место.

Мы оказались над огромным густым лесом, после чего Фэй стала заходить на посадку. Внизу помимо леса виднелись какие-то огромные руины, и очень древние, если присмотреться. Возможно, им тысячи лет.

И мы приземлились как-раз среди этих руин, у горы, в которой находилась огромная пещера.

— Вот мы и дома, — объявила Фей, давая нам возможность спуститься.

— Э… Дома? — Анни недоуменно вскинула бровь, оглядываясь по сторонам. Фей тем временем приняла человеческую форму.

— Да, а что-то не так?..

— Ну, как сказать… — тут уже вздохнул я.

Это место определенно не было пригодно для жизни. Как уже сказал, это была пещера, крупная открытая пещера, часть которой занимало что-то вроде ложа — просто каменная плита, на которую набросили пару одеял и подушек. А ещё тут было очень много книг, целая библиотека, но так как мебели не было вовсе, те стояли стопками то тут, то там.

— Понимаю-понимаю, для людей тут все довольно просто, но мне хватает.

— А мы, значит, в Мральдариме? — решил я прояснить этот момент.

Фей кивнула.

— Да, в Аударайском лесу.

— Хорошо, — я немного расслабился. Значит, можно вернуться к нашим изначальным планам. — Слушай, думаю, нам нужно поговорить. О них… — я дал мысленную команду игральным костям переместиться мне на ладонь. — У меня так много вопросов… Мы с Аннигиляцией были в Пустоте, и там я кое-что узнал. О них, о себе… Что на самом деле я… как бы… мертв.

— Что⁈ — богиня вытаращила на меня глаза. — В смысле мертв⁈

— В детстве я упал в колодец и сломал себе позвоночник. И умер там. Мои родители выбрались из Пустоты, но вернулись обратно, чтобы вытащить мою душу из круговорота. У них это получилось. А еще там была Вечность. В Пустоте, когда я был мертв, моя душа встретила её, — я замолчал, понимая, как все это звучит. Смерть, родители, Вечность… — Да-да… Знаю, что все это звучит как нескладный бред… Но эти штуки дала мне Вечность.

— Нет, — покачала головой Фей, и её лицо было предельно серьезным. — Совсем нет. Эти игральные кости совсем не то, чем кажутся.

— В смысле?

— Чем они для тебя являются?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

— Игральными костями?.. — неуверенно предположил я. — В смысле, я понимаю, что в них заключена огромная сила, но это игральные кости.

— Нет-нет, — Фей замотала головой. — Ты не прав. Совершенно не прав. То, что ты видишь — лишь оболочка, форма, которую придали этой силе. Но эта сила — твоя сила. Расскажи мне всё. Только медленно и по порядку. С первого проявления силы, с того, как все началось.

Я вздохнул и начал. Рассказ занял довольно много времени, и я ничего не скрывал. Рассказал про сообщение от Знания, о нападении вампира и отцовском мече.

— А с твоим телом не происходило ничего странного? — этот вопрос сбил меня с мыслей. Со мной постоянно что-то происходило.

— Есть такое, — ответила вместо меня Анни. — У него обратный поток маны. Это убивало его, и в детстве Аида де Фрэн ограничила их, из-за этого Люц не мог колдовать, хоть у него и очень большой исток.

— Вот с этого и надо было начинать, — кивнула Фей. — Теперь мне всё ясно.

— Что именно? — спросил я.

— Ну… Я не совсем уверена, как это можно сказать тебе, Люц. Ты… кхм… не человек.

— Он почти полубог, — с довольной улыбкой объявила Анни.

— Нет, я не о том. Когда Люц умер и вернулся в этот мир, он уже был не человеком. Твой обратный поток маны, игральные кости — всё это часть одного.

— И кем же я по-твоему стал?

— Драконом.

— ЧЕГО⁈ — охренела Анни, а потом просто заржала.

— Прости, но ты, кажется, что-то путаешь, — сказал я Фей. — Я не дракон. Я не умею превращаться в ящерицу и все такое.

— Только драконы способны обращать время вспять, — совершенно серьезно сказала собеседница.

— Ты… это умеешь?

— Да. Вот, — Фэй встала, взяла одну из книг, вырвала из неё страницы и бросила на землю. Едва заметный пас рукой, и книга вновь оказалась цела.

— Охренеть… — теперь Анни уже не смеялась.

— Но ты сильнее, — с некоторым сожалением отметила Фей. — Моих сил хватает лишь на подобные трюки. Но если ты смог повернуть время вспять в целом мире, а затем ещё вернуть Аннигиляции силы… Это страшное могущество. Я на такое не способна. Не уверена, что даже моя мать могла бы такое сделать, а ведь она одна из первых драконов.

— Я… дракон… — произнес я, но в это все равно слабо верилось. — Но тогда почему меня не поглотила пустота?

— Верно! — встрепенулась Анни. — Я помню, что во время войны Макс случайно поразил тебя Вратами Забвения, и ты превратилась в дракона пустоты. Логично, что и Люца Пустота должна была легко поглотить.

На это Фей лишь развела руками.

— У меня нет ответа на данный вопрос. Может все дело в его силе, может в том, что Вечность не желала его поглощения. В любом случае то, что Люц дракон, для меня практически очевидно. Другое дело, что он не полноценен. Скорее всего, когда он вернулся к жизни, его тело просто не было готово принять новую силу, отсюда и изменение в потоках. Его тело должно было созреть.

— Он бы погиб, — не согласилась Анни. — Вряд ли протянул бы даже пару лет.

— В обычной ситуации да, но в его руках находилась сила дракона. Она бы не дала ему погибнуть.

— Так получается Аида помешала мне стать драконом?..

— Скорее всего, — кивнула Фей.

— А сейчас?..

— Ты близок к этому. Думаю, ты и сам это чувствуешь, вашу связь. Ты ощущаешь их как продолжение себя.

— Да, ощущаю. Но я бы не сказал, что они моя часть, эта сила… разумна. Она не всегда подчиняется.

— Потому что она отражает тебя. Люди противоречивы, также и эта сила. Понимаешь?

— Не совсем.

— Считай, что она обижена на тебя. Ты много лет отвергал её, фактически отвергая сам себя.

— И мне что, извиниться перед ней?

— Нет, просто принять.

— И как это сделать?

— Понятия не имею. В смысле, вы должны давно были стать едины, но словно что-то мешает.

— А отцовский меч? Он расплавился и превратился в эти кости.

— Это… Как бы выразиться более емко… Способ связи между вами. Он превратился в мостик, который позволил тебе черпать силу, пусть не полностью, но гораздо сильнее, чем прежде.

— Это кое-что объясняет, — задумался я, смотря на парящие над ладонью кости. — То есть со временем мы должны стать едиными? Превратиться в полноценного дракона?

— Да.

— И что будет в таком случае? Я превращусь в большую ящерицу?

— Ага, — подтвердила Фей.

— Но в человека же он сможет превращаться, как ты? — забеспокоилась Анни.

— Скорее всего.

— Фух…

— Меня другое волнует. Зачем Вечности превращать меня в дракона?

— К сожалению, я не знаю, — с прискорбием сказала девушка. — Это ведомо лишь госпоже.

— Не слишком обнадеживает, — хмыкнул я. — Я-то надеялся, что ты хоть немного прояснишь, что происходит. Пустота действительно поглотит всю вселенную, если не получит желаемого?

— Вполне возможно.

Я надеялся, что Фей опровергнет это утверждение, а не подтвердит его.

— Вечность правда может это допустить?

— Не рановато-ли ставить крест на нашей вселенной? — это уже заговорила Анни. — Она ещё так молода!

— Всему однажды придет конец. Все мы канем в Пустоте так или иначе, а затем Вечность породит что-то новое. Новые миры, новых существ, — Фей говорила это удивительно спокойно, по-философски, как о чем-то, на что мы не можем повлиять. Мне категорически не понравилось.

— Ну уж нет, без боя мы не сдадимся. Договор был нарушен… — задумался я. — Значит мы должны заключить новый.

— Но каким образом? — спросила Аннигиляция.

— Отец же как-то это сделал, — я посмотрел на неё.

Богиня задумалась.

— Не уверена, что у меня есть ответы. В те времена все творящееся мне казалоськ акой-то скучной ерундой. Вайлор творил Границу, а мне больше нравилось уничтожать миры. Мне казалось это… забавным. И нечего на меня так смотреть, — надулась Анни. — Я уже давно поняла, что была не права, да и те по большей части были безжизненными каменюками.

— Значит, ты ничего не знаешь о том, как Отец заключал договор с Вечностью и Пустотой?

Она отрицательно замотала головой.

— Николас. Николас должен знать!

— Вряд ли, — не согласилась богиня. — Может он и участвовал в Договоре, но не похоже, чтобы он знал, как остановить Пустоту, иначе сказал бы.

— Действительно… — я припомнил нашу последнюю встречу.

Я вновь перевел взгляд на кости.

— Мы что-то упускаем. Я дракон, и могу влиять на время…

— Пустота существует вне времени, как и Вечность, — напомнила Анни. — Эта сила против них бессмысленна.

— Значит, мы должны думать шире. Как ещё можно это использовать? Я могу поворачивать время вспять в целых мирах! Может… Я смогу отмотать время и не позволить нарушить Договор?

— Не сработает, — удивительно, но это сказала Аннигиляция. — Ты вернул мое старое тело, мою старую суть. Технически я не та, кто нарушил договор, хоть моя память и вернулась. Да и Пустота не забудет этого изменения.

— И своих отца и мать я вернуть таким образом тоже не смогу…

— Пустота не позволит, они её часть.

— А что если мы вернем Отца?

— Люц, мы только что… — вздохнула Анни.

— Он не о своем отце, — поняла Фей.

— Стой! Ты о моем отце⁈ В смысле об Отце, с большой буквы⁈

— Да. Может… эта сила была дана мне именно для этого? Я верну в этот мир бога богов.

Глава 23

Покинуть Башню Богов оказалось довольно просто, а ведь Элард изначально думал, что придется прорываться с боем. И вот они в компании рыжеволосой лисицы оказались… где-то, Элард не очень-то понял, где именно.

— Слушай, а мы вообще где? — наконец спросил он у своей спутницы.

— Думаю, в Мральдариме. Ты тут раньше бывал?

Элард на пару мгновений задумался и отрицательно помотал головой.

— Не помню такого.

— Да? — хмыкнула лисица, после чего достала из кармана мел и начала чертить на земле магическую схему.

— Ты что делаешь?

— Я понятия не имею, в какой мы части Мральдарима, — ответила та, не отрываясь от работы. — Я делаю портал, но это, к сожалению, не такой уж быстрый процесс. Я не бог, и по щелчку пальца разрывы открывать не могу.

Элард кивнул и решил осмотреться, пока колдунья занята магическими штуками. Мир как мир. Небо как небо. В очередной раз Элард убедился, что миры не такие уж различные. Почти в любом зеленые деревья, голубое небо и все в таком духе. Место, где они оказались ничем не отличалось от того мира, где сейчас находится Аридель.

— Все-таки боги — ленивые задницы.

— Что?

— Ничего, не отвлекайся.

Пока Аида была занята, Элард вызвал перед глазами интерфейс системы и проверил его работоспособность.

[Система работает в автономном режиме]

[Связь с центральным сервером недоступна]

Впрочем, надпись его не удивила. Он уже привык к подобному ещё во времена своего странствия по прорыву Пустоты. В этом не было ничего страшного, хоть его силы и работали теперь с некоторыми ограничениями.

Аида управилась с порталом минут за десять, после чего они покинули эту лесную местность и перенеслись в какой-то населенный пункт. Оказались на огороженной территории с десятком домиков и целой кучей суетящихся людей. И разумеется, появление парочки не осталось незамеченным, к ним уже спешили люди.

— Драться нужно будет?

— Нет, тут все свои.

И действительно, кое-кого Элард даже признал. В частности рыжеволосую женщину в черной одежде. Фия Вальди. Он помнил её другой, моложе, горячее. В отличие от Аиды, которая не состарилась за прошедшие годы ни на день, Фию время не пощадило. Она была уже немолодой женщиной, но все ещё достаточно красивой, только теперь это была зрелая красота.

— Привет, Фия, давно не виделись, — улыбнувшись, крикнул он ей, и тут же пожалел, позабыв об одном неприятном факте.

Когда она приблизилась к Эларду на достаточно близкое расстояние, то буквально обмерла. Остановилась, её лицо дрогнуло, а ноги едва не подкосились.

— Макс?..— тихо прошептала она, а Элард мысленно выругался и отметил, что нужно маску какую-нибудь надеть или вроде того. Аида тоже поморщилась, поняв, какая неловкая ситуация выходит.

— Это не он, — лисица отрицательно помотала головой.

— Ага, я не он. Вернее, какой-то частичкой может, но точно не тот, о ком ты думаешь.

— Я не… — она переводила непонимающий взгляд то на Аиду, то на мужчину

— Я не Макс, — вздохнул Элард. Этот разговор случился уже не первый раз, и всегда он только более неловкий. — Но мы с тобой правда знакомы. Я Эгос.

Фия моргнула, и затем в её глазах стало появляться понимание.

— Эгос?.. Тот самый Эгос? Но… как это возможно? Ты же погиб. Макс потерял тебя, когда сражался с Алой Фломелией.

— Это охренеть какая долгая история, — заверил он её. — Если хочешь, расскажу тебе как-нибудь вечерком за кружечкой эля, но у нас есть другие дела.

— Действительно, — подтвердила Аида. — Как сестры?

— В порядке, уже пришли в себя, но я пока не разрешаю им подняться. Эбби сказала, что лишилась сил. Что вообще происходит, Аида? Где Люциус?

— Я не знаю. Он ушел с богами к Пустоте.

От этого известия Фия побледнела.

— Расслабься, — сказал ей Элард. — Этот парень круче, чем ты думаешь.

— Настолько круче, что это даже немного пугает, — буркнула Аида. — Он сказал довериться ему, так что доверимся и будем заниматься тем, чем изначально планировали.

— Переместим Аридель, — улыбнулся Элард.

Помимо уже знакомой Эларду Фии тут было ещё одно смутно знакомое Эларду лицо. Он точно видел этого пожилого мужчину.

— Мы случайно не встречались?..

— Архимаг Аксель Торнвуд, — представился он.

— А, точно, теперь вспомнил. Ты своего отца прибил.

Мужчина на этот комментарий нахмурился, но сдержался.

— Сейчас он жив.

— Ну да, ну да… — усмехнулся Элард. — Так что делаем дальше?

— Тейос почти готов, — сообщил Торнвуд. — Адмирал Дерхал уже прибыла на борт, сейчас мы заканчиваем приготовления к отбытию.

— С нашей стороны тоже плюс-минус всё готово, — кивнул Элард. — У меня есть все необходимое для ввода координат.

— Замечательно. Тогда остается лишь одно дело.

— Какое? — спросила Аида.

— Эара. Я отправил ей зов, но она так и не явилась.

— Странно…

— Я собираюсь отправиться к ней, а следом сразу на борт Тейоса. Вы со мной?

— Порталом? — уточнила Аида, и архимаг кивнул.

— В таком случае не вижу причин отказываться. Не охота своими ножками топать на вашу воздушную верфь. Так будет быстрее.

— Фия, ты с нами? — спросила Аида, на что рыжеволосая бывшая убийца бросила печальный взгляд на дом, в котором находились дочери.

— Не могу их просто так бросить…

— Фия, брось, они взрослые. Ничего с ними не случится, а нам твоя помощь пригодилась бы.

* * *

Дворец местной богини был очень похож на крупный парящий замок, полный крылатых воинов, вооруженных копьями. Тут были и люди, но гораздо меньше, чем божественных воинов. Элард даже не удержался, свесился с одного из мостиков и плюнул вниз.

Встретили их несколько крылатых златокрылых воинов в полном обмундировании. Говорил с ними Торнвуд, и судя по тому, с каким почтением к нему относились, тут он был не последним человеком.

— Интересно, на какой мы высоте, — усмехнулся Элард, все ещё поглядывая вниз.

— Спрыгни — узнаешь, — немного зловеще усмехнулась Фия.

— Знаешь, я запомнил тебя гораздо более милой…— нахмурился Элард.

— В те времена мне ещё не приходилось в одиночку воспитывать трое детей.

— Справедливо, — Элард пожал плечами, и их процессия двинулась в путь. Сам дворец не очень-то впечатлял, казался Эларду слишком пустынным. Даже в его собственных владениях все было более… обжитым что ли. И менее пафосным.

Наконец провожающие привели гостей к покоям богини, и на этом оставили. Эларда это слегка позабавило, ведь стража даже не доложила о их приходе. Может богиня и так должна знать о них?

В любом случае они вошли в просторную комнату, кажется спальню. И это лишний раз убедило Эларда в том, что боги не так уж отличаются от людей. Они могут не спать, но спят. Могут не есть и не пить, но делают и то и другое. Элард и сам был отчасти богом, но от людских слабостей вроде вкусняшек и хорошего секса он точно не отказывался. Да и поспать любил, если уж говорить прямо.

Хозяйку спальни нашли сразу же. Да и как не найти, если та была на кровати, но вот момент гости однозначно выбрали неудачный. Местная богиня, Эара, в данный момент была, занята…

Она трахалась.

Вернее её трахали.

Сама Эара была сногсшибательной красоткой с золотистыми, переходящими в розовый волосами средней длинны, круглым симпатичным лицом. И огромной грудью. Элард невольно засмотрелся на то, как колыхались эти «бидоны».

Но как бы сисястая богиня не притягивала к себя внимание, её «партнер» приковывал его куда сильнее. И это был монстр. Человекоподобный монстр, напоминающий Страшилу Эларда, но лишь отчасти. Его черно-красный покров был словно в постоянном движении, ни на минуту не замирая, словно сотни змей облили мазутом. Форма тела похожа на человеческую, только руки были длиннее обычного. Голова с двумя горящими глазами была немного вытянутой, отчего рот больше напоминал звериную пасть. Существо казалось чересчур худым и сутулым, но его внешняя слабость была обманчива.

Монстр пристроился к богине сзади, одной рукой держал за горло, а другой игрался с левой грудью. И похоже Эаре было так хорошо, что она даже не заметила гостей, чего нельзя было сказать о монстре. Он повернул голову, окинул присутствующих своим полыхающим взором и ухмыльнулся, продемонстрировав множество острых зубов.

Немного запоздало, но Элард его узнал. Эту тварь они с Максом встретили на нижних пластах Инферно, у самой границы с Пустотой, когда Страж Света их низверг.

«Точно-точно. Он, Макс и Малирэль». Правда если Макс и встречался с ним позднее, то уже когда они разделились.

Монстр остановился, отпустил богиню, и та блаженно плюхнулась на кровать, тяжело дыша.

— Ах, у нас внезапные гости, могли бы хоть предупредить о своем визите, — сказал он. Голос у монстра был низкий, звенящий, но совсем не напоминающий рычание. Он неторопливо вытащил из богини свой крупный болт, что почти сразу исчез, растворившись в паху, и шлепнул по вздернутому заду богини. — Как видите, мы были немного заняты…

— Ты… — практически прорычал Торнвуд. Он вначале побледнел, затем побагровел от ярости и уже в следующий момент схватился за свой револьвер. Магические оружие засияло, перед его стволом возникли магические печати, а воздух наполнился огромным количеством маны. Монстр при этом лишь ещё сильнее ухмыльнулся. — Что ты с ней сделал⁈

— Я её трахнул. Отодрал во все её узкие дырочки, заставляя течь и стонать от неописуемого восторга.

Монстр продолжал говорить, а Аксель лишь сильнее покрывался алыми пятнами от клокочущей ярости. Дерьмо… Да он уже влил в свою пушку так много энергии, что она с легкостью разнесет весь дворец. Элард даже невольно отступил на пару шагов, чтобы ему случайно не досталось. В такие моменты он предпочитал быть в сторонке и что-нибудь кушать.

И к счастью, в этот момент немного очухалась Эара. Она оторвала голову от кровати, посмотрела на нас, проморгалась и вскочила на ноги, на ходу прикрываясь простыней.

— Аксель, убери оружие! — богиня оказалась между монстром и магом. — Я всё тебе объясню…

— Нечего тут объяснять! — рычал архимаг. — Эта тварь должна быть в заточении. Что, демоны тебя раздери, тут происходит? Как ты вообще могла… с ним⁈ Я… У меня даже нет слов, как я разоча…

И тут уже рассердилась Эара, подошла и отвесила мужчине пощечину. Не сильную, но Акселя проняло.

— Разочарован? Ты разочарован во мне? Да кем ты себя возомнил, Аксель Торнвуд⁈

— Он…

— Я прекрасно знаю, кто он, — злилась Эара. — И опусти ты уже эту пушку, пока я её не отняла и не выбросила!

Акселю пришлось подчиниться. Но полностью магию он не отпустил, это Элард отчетливо чувствовал.

— Неплохо ты его осадила, — осклабился монстр, но видимо зря, потому что Эара развернулась и зло глянула уже на него.

— Что с лицом, Ком? Ты что, был со мной в таком облике⁈ Сколько раз тебе повторять, что я ненавижу эту морду! А ну быстро её убрал!

Удивительно, но монстр подчинился. В мгновение ока у него появилось вполне человеческое лицо. Бледное, с длинными черными волосами, с затянутыми мраком глазами. Тело осталось прежним, но благодаря переменам теперь оно ощущалось как костюм.

— Так-то лучше, но я урежу твой паек вдвое на следующую неделю. Чтобы не повадно было браться за старое!

Монстр на это лишь ухмыльнулся и, подняв руки над головой, словно сдавался, сделал пару шагов назад.

Эара после этого, кажется, немного успокоилась. Сделала глубокий вдох, оглянула себя и, недовольно скривившись, создала платье.

Торнвуд от всей этой сцены просто замер, удивленно таращась на богиню, словно вообще впервые видел. Кажется, после того, как она накричала и на него, и на этого монстра, он оказался поражен.

— Оставь нас ненадолго, ты и так накалил обстановку, — попросила богиня Кома.

Тот, хмыкнув, неторопливо пошел прочь. Аксель проводил его ненавидящим взглядом, но за оружие не схватился.

— Слушай, — уже гораздо спокойнее сказала Эара, обращаясь к Торнвуду. — Знаю, что с твоей стороны это выглядит… скверно. Между вами двумя многое случилось, но давайте оставим это в прошлом, хорошо?

— Он убил моего отца, Эара!

— А ты его потом вернул. Так что не считается. И вообще, если так надо было, убил бы его в ответ, а не притаскивал ко мне со словами «запри его где-нибудь». Ты скинул свою проблему на меня и теперь возмущаешься тому, что я решила её по-своему.

— «По-своему» — это трахаться с ним⁈ Ты совсем из ума выжила⁈

— Аксель, как давно ты вообще здесь бывал?

— Не знаю. Давно…

— Шесть лет назад. А до этого ещё два года тишины.

— Кхм…

— А знаешь сколько Ультиас уже свободен? Три года. И за эти три года он даже не пытался напасть на тебя или на твою семью.

— Он монстр!

— Так может в этом-то и проблема? Может пора перестать считать его монстром? Да, он не подарок, надменный, жестокий, и вообще тот ещё ублюдок, но… и в нем есть свет. Просто никто даже не пытается его разглядеть. Последние тысячи лет с ним только и обращались как с монстром, диким зверем. Запирали в клетки, вначале комета, затем твое тело, теперь вот темница в моем дворце… В отличие от тебя, я часто его навещала. Разговаривала с ним. Пыталась понять. И знаешь, что я поняла?

— Что?..

— Он одинок. Как одинока и я, хоть порой и больно это признавать. Богиня, во дворце полном слуг… Ты даже не представляешь как порой одиноко тут бывает.

— А с ним значит нет?

— Нет. Это и удивительно. Он не превозносит меня, не льстит, и даже напротив бывает груб, но в этом даже что-то есть, — Эара при этом опустила взгляд и облизнула пухлые губки. Похоже, что местная богиня любит пожестче… — У нас с ним сделка, Аксель. Он дает то, что нужно мне, и ведет себя хорошо. Не жрет моих слуг, не пытается отомстить тебе, а взамен я делюсь с ним своей силой.

— Да он просто тебя использует, Эара! Ждет момента, чтобы…

— Он мог уже давно это сделать. Убить меня и сожрать. Но не сделал этого. Он даже сбегал пару раз, но поняв, что никто его не ищет, возвращался. Возможно вначале он действительно желал причинить не вред, воспользоваться мной, но после понял, что я первая, кто был открыт ему, первая, кто протянул руку, а не попытался запереть в клетку как дикого зверя.

— Хочешь сказать, что приручила его?

— Приручила? Это сильно сказано, но по крайней мере попыталась найти к нему подход. И судя по всему, удачно.

— Так нельзя, Эара.

— Я люблю его, Аксель. Если ты захочешь убить его или поймать, мешать не стану. Но знай, что в таком случае мои двери для тебя будут навеки закрыты. Ты перестанешь существовать для меня. За один день я потеряю двух дорогих мне людей.

— Ты делаешь ошибку. А что если он…

— Если он совершит то, что не должен, я сама с этим разберусь и так, как посчитаю нужным, но до тех пор… — она замолчала. — Просто доверься мне, Аксель.

— Я доверяю тебе, но не доверяю ему.

— Я доверяю, а это главное. И пока я буду подле него, не стану предавать, и он будет цепляться за эту связь.

Элард смотрел за этой сценой с каменной миной в сторонке. Рядом, примерно с таким же выражением лица стояла Фия.

— Ты понимаешь, что происходит? — шепнул он ей.

— Не особо. Вроде бы та тварь пыталась прикончить Торнвуда давно. И было это ещё до войны со Светом.

— Кха… И впрямь давненько.

— Кстати, у тебя тень убегает.

— Что? — не сразу понял Элард, а затем заметил, что Фия была совершенно права. Его тень отделилась и поползла куда-то. — Ох! Страшила, стой!

Все удивленно посмотрели на Эларда, а он тем временем уже бежал за своей ускользающей тенью. Нагнал он её уже в соседнем помещении, где оказался тот самый монстр, Ультиас. Он повернулся к незваному гостю, и в этот момент из Тени выскочил Страшила. Два монстра, удивительно похожих, уставились друг на друга.

— Это что, какая-то шутка? — не понял бог.

— Ну…

И в этот момент Страшила зашевелился и вытащил из тени деревянный пенис.

«Ох, нет… Он же не серьезно».

И Страшила с довольной ухмылкой вручил Ультиасу его в качестве подарка. Тот, в свою очередь, явно охренел от такого поворота.

— Это что, какая-то издевка⁈ — прорычал бог, и Элард ощутил исходящую от него мощь.

— Стой-стой, ты ему просто понравился, — вмешался Элард. — Пусть это и странно, так он проявляет симпатию.

— Симпатию? — скривился монстр.

— Ага. Он собственноручно их вырезает и продает, порой просто дарит, хоть для меня и загадка, зачем вообще таким заниматься.

На миг Эларду показалось, что монстр сломает подарок, но тот совершенно внезапно по-дружески положил руку на плечо.

— А ты мне тоже нравишься. Выглядишь как мой младший брат. Хе-хе… Может пойдем перекусим? Пробовал местные крылышки? Объедение…

— Какие ещё крылышки⁉ А ну стойте! — послышался возмущенный голос богини за спиной Эларда.

— Драпаем, пока «мамочка» нас не поймала! — и они действительно стали сбегать. Элард при виде этого лишь покачал головой. Впрочем, вспоминая, как он порой бегал от Чесити, нисколько их не осуждал.

— Только недолго! — крикнул он им в след. — У нас ещё дела!

Глава 24

— Отца⁈ Ты вернешь Отца⁈ — опешила Аннигиляция, да и Фей выглядела очень удивленной. Это предложение граничило с абсурдом.

— Ну… Может и не верну, — немного неуверенно сказал я. — Но может смогу… не знаю… поговорить с ним? Каким-то образом вернуться в прошлое.

— А вот это уже интересно, — задумалась Фей. — Если бы ты действительно смог это сделать, то возможно узнал бы что-то полезное насчет Договора. Нашел бы способ, как нам решить конфликт с Пустотой.

— Тогда сделаем это! — решил я. — Я вернусь в прошлое и поговорю с Отцом. Только… как именно это сделать?

Я посмотрел на Фей.

— Ты у меня спрашиваешь? — опомнилась она. — Я не знаю, извини. Одно дело повернуть время для какого-то предмета, как я сделала с книгой, но совершенно другое — переместить в прошлое себя. Это как… — она задумалась. — Ты можешь перевести время на часах, но не переместить часы в прошлое.

— Ладно… — теперь я уже не был так уверен в своем плане.

— Но Отца ты сюда вряд ли перенесешь. Ты силен, спору нет, но он Длань Света, возможно сильнейшая Длань из существовавших. Он выживший после убийства Истинной Тьмы. Боюсь, ты просто физически не сможешь перенести в наше время кого-то столь сильного.

— Но он перенес меня! — не согласилась Анни.

— Если я все правильно поняла, то он просто немного откатил время твоего тела. Сделал тоже самое, что я с книгой, просто более тонко и изящно. Это не требует таких уж больших затрат, ведь ты сейчас существуешь. Но Отца нет. Если ты каким-то образом перенесешь его сюда, то это может вырвать его из прошлого. Нет. Вечность такого не допустит.

— Тогда мы в тупике.

— Нет, — покачала головой Анни. — Тебе нужен Элард. Он говорил, что путешествовал во времени.

— Правда? — заинтересовалась Фей.

— Насколько мне известно.

— И где он сейчас?

— Понятия не имею, — вздохнул я. — Мы разделились в новой Башне Богов. Возможно он тоже в этом мире.

— В таком случае вернемся обратно, — предложил я. — Императрица обещала нам помощь в переносе Аридели. Думаю, если Элард и Аида в этом мире, то они отправятся на Тейос. Межмировой корабль.

— Тогда я знаю, где их искать, — кивнула Фей. — В таком случае не будем терять времени.

Собственно на этом наши небольшие посиделки в логове у дракона и закончились. Фэй вновь превратилась в огромную ящерицу, и мы устремились в небо. И если подумать, это первый раз, когда я мог посмотреть на Мральдарим с высоты.

Я теперь в полной мере смог осознать, насколько огромен Аударайский лес, владения эльфов. С высоты мы время от времени замечали их, и каждый из них приветствовал дракона. Затем начались земли людей, и они не так уж сильно отличались от трилорских. Разве что железнодорожное снабжение было налажено намного лучше, и не мудрено, в Трилор оно пришло отсюда.

Мы проносились над городами, маленькими и большими, рассекали небо, и я чувствовал в этом настоящий дух приключений. Разве мог я подумать всего год назад, что буду втянут в такой невообразимый клубок событий? Что я буду сражаться с богами и пустыми? Что смогу отматывать время и решусь отправиться в прошлое?

— Мы почти на месте, — сообщила нам Фей. Её голос словно звучал в наших головах. Крайне любопытное умение.

И действительно, впереди уже виднелась огромная верфь для воздушных судов. Она впечатляла своими размерами. Мне доводилось видеть воздушные корабли в Трилоре, и даже на одном немного полетать, когда меня попыталась схватить Судья, но это совершенно другой уровень. В центре находился огромный корабль, в котором мог поместиться целый город, и что-то мне подсказывало, что это и есть тот самый Тейос.

— О, они заново отстроили эту штуку, — сказала Анни, увидев корабль. — Но этот все-таки чуть меньше прошлого.

На верфи явно началось оживление после появления дракона, но в нас вроде никто не стрелял. Над верфью мы сделали небольшой круг, после чего для дракона выделили специальную зону для посадки, словно она сама была кораблем. Это было немного забавно. Фей не стала нарушать правила и приземлилась как полагается.

К моменту, когда мы приземлились, нас уже встречали. Причем почти все. Тут была и Аида, и Фия, и Элард. Увидев лисицу и Эларда, я облегченно выдохнул. Похоже, боги исполнили свое обещание и вернули их обратно. Более того, тут даже была Эрра, но как и полагает личной убийце и телохранителю, она держалась чуть в сторонке, и её взгляд словно выискивал в окружении угрозу для меня.

Аида вышла вперед и заключила меня в объятия.

— Больше не заставляй меня так волноваться, — ьтхо шепнула она.

— Извини, — улыбнулся я. Я перевел взгляд на Фию и вдруг понял, что она скорее всего и понятия не имеет о том, что между нами с лисицей случилось. — Слушай, а ты новость кому-нибудь говорила?

— Не было случая, — немного виновато ответила Аида. — Ладно… Давай сделаем это сразу…

Аида сделал глубокий вдох, взяла меня под руку и мы подошли к Фие. Та непонимающе на нас смотрела.

— Мы с Люцуисом теперь женаты.

Мне сложно было предугадать, как отреагирует Фия, но в душе надеялся, что она за нас порадуется, вот только реакция была ровно противоположная.

— Ах ты старая похотливая лиса! Ты охренела⁈ Он же…

Фия сыпала бранью, Аида возражала и отвечала той же бранью. Ещё чуть-чуть, и это могло перерасти в настоящую драку. Да уж… Такого я точно не ожидал, и при этом сам я совершенно внезапно оказался с краю и не при делах.

— Мда… — сказал Элард, хлопнув меня по плечу. — Тебе не позавидуешь.

— Эй, ваша драка это конечно мило, но у нас кажется проблемы, — вмешалась Анни, указывая куда-то. Я проследил за её взглядом и увидел, как небо заволакивает темными грозовыми тучами. Учитывая, что ещё пару минут назад небо было чистым, это не предвещало ничего хорошего.

— Это Пустота, — объявила Фей.

— Проклятье, — выругался я. — Она дотянулась до нас даже тут⁈

— Похоже мы недооценили, насколько она жаждет получить Люциуса.

— Уходим или сражаемся? — спросил Элард, смотря на нас.

— Уходите, — сказала Фей, смотря на приближающиеся тучи. — Я попробую их немного задержать.

— Уверена? Это опасно… — забеспокоился я.

— Я не принадлежу Пустоте, — совершенно серьезно сказала Фей. — Госпожа не позволит поглотить меня. Да и опасаться вам не стоит. Пустота тут за Люциусом, если уйдет он, ей нечего будет тут делать.

— Ну раз так, то попрошу всех на корабль, — сказала нам уже пожилая низенькая женщина в мундире. — Все готово к отправлению.

Тем временем тучи все расширялись, они заслоняли собой практически половину небосвода и были такими черными, что через них не пробивались солнечные лучи. И не было ни молний, ни грома. Все происходило с пугающей тишиной.

Фей вернулась на посадочную площадку и превратилась в дракона, взмахнула крыльями и устремилась вверх, а мы спешно начали грузиться на борт Тейоса. Внутри корабль был не очень удобным — куча узких коридоров, маленьких комнатушек. Здесь повсюду были какие-то магические установки, и сам корабль вибрировал из-за множества магических двигателей.

Палуба в отличие от большей части проходов была достаточно обширной, с несколькими десятками кресел, множеством голографических панелей. Все это светилось, искрило, так переливалось огнями и схемами, что у меня первую минуту рябило в глазах.А тучи тем временем были все ближе. Они уже перекрыли свет солнца над верфью, погрузив её в полумрак.

Фей действительно вступила в схватку с этой огромной силой. Судя по тому, что я видел на экранах, она творила какую-то драконовскую магию, отчего черные как смоль небеса вздрагивали, порой даже рассеивались, но затем снова смыкали пробоины в себе. Зрелище было впечатляющее, заставляющее сердце взволнованно биться.

Тучи стали подобны огромным щупальцам и тянулись прямо к нам. Фей всеми силами пыталась их уничтожать, то и дело выжигая белым пламенем, но на место уничтоженных приходили новые.

Тейос тем временем начал сбрасывать стыковочные крепления и неторопливо подниматься.

— Нам бы немного поднажать, — попросил Элард.

— Делаем все, что можем, — ответила ему адмирал, раздавая приказы.

— Если не поторопимся, та штука втянет нас в Прорыв Пустоты, а из него мы так просто не сбежим. Там свои правила и законы.

— Не все так просто. Нам нужно время.

— Тц…Попробую вам его немного выиграть.

И прежде, чем ему кто-то успел возразить, Элард поспешил с мостика. Не прошло и пяти минут, как он выбрался на корпус Тейоса сверху и использовал те же силы, что и во время нападения Пустых на Аридель. Вокруг корабля возникли тысячи полыхающих инфернальным пламенем мушкетов. Они обрушились настоящим огненным шквалом на черные небеса, а судно тем временем неторопливо стартовало. Помимо прочего, у самого корабля тоже были орудия, но выстрелы из тяжелых пушек словно не оказывали совершенно никакого эффекта в отличие от магии Эларда и Фей.

Тейос был не очень поворотливым, но компенсировал это защитой и огневой мощью. К сожалению для нас, ни то, ни другое сейчас не имело значения.

— Долго ещё? — беспокоилась Аида.

— Терпение, — адмирал казалась непоколебимой.

— Доверьтесь ей, — заверил Торнвуд. — Она знает, что делает.

Я тоже нервничал, наблюдая за тем, как небеса буквально смыкаются вокруг нас, несмотря на все старания Фей и Эларда.

— Эара, ты готова? — спросила адмирал, используя систему связи корабля.

— Да, — отозвалась богиня. — Я готова.

— Тогда действуем на счет три. Раз… Два…

Корабль вздрогнул, одно из «щупалец» таки добралось до Тейоса и оплело его, затягивая нас в огромную черную воронку.

— Может мне вмешаться? — предложила Анни. — Думаю, мне хватит сил, чтобы…

— Нет времени, — оборвала её адмирал Дерхал. — Лучше отправляйся к Эаре, нам нужен Свет. Много Света.

Аннигиляция уверенно кивнула и поспешила следом за одним из членов корабля. Мгновение я думал побежать за ней, хоть в этом и не было смысла, но рядом со мной была Аида, вцепившаяся в мою руку, так что в итоге я остался на мостике.

Тем временем Эара уже выдала порцию Света, и защитные системы корабля наполнились дополнительной силой. На корпусе то и дело вспыхивали золотистые огни щитов, да и орудия стали стрелять совершенно иным типом энергии.

— Что с межмировым двигателем?

— Нестабилен. Эта дрянь, чем бы она ни была, сбивает навигацию, мы рискуем попасть совершенно не туда.

— Придется рискнуть… — вздохнула адмирал. — Запуск межмирового двигателя. Десять… Девять…

По одному из мониторов я заметил, что Элард, услышав об отбытии, спрыгнул в люк, прекратив схватку.

— Три… Два… Один.

Глава 25

Перемещение внутри корабля довольно сильно отличалось от того, что испытываешь при перемещении через портал. Зачастую при переходе ты на миг чувствуешь что-то вроде невесомости или погружения, но внутри судна со множеством систем все было иначе.

Тейос просто нырнул в прослойку между мирами, где нет жизни, лишь реки энергий, текущих через вселенную. Путешественники между мирами обычно проскакивают это место не задерживаясь, ведь это значит умереть, но судно было спроектировано так, чтобы защищаться от всех негативных факторов.

— Полет займет какое-то время, — сказала нам адмирал, развернувшись на своем крутящемся капитанском кресле. — Это не порталы, а более медленный способ перехода, но зато экономный и не оставляющий следов. Пока можете расслабиться и отдохнуть.

— Сколько займет путь? — спросил я.

— Точно сказать не могу, — пожала она плечами. — Это место ведет себя как захочет, так что это может занять как несколько часов, так и несколько дней. Нас немного сбило с курса, и нужно откалибровать систему навигации для прокладки нового пути. Раньше нам нужно было делать остановки, но раз с нами парочка богов, а по пятам идет враг неведомой силы, их не будет. Я распоряжусь, чтобы вам предоставили апартаменты на это время. Корабль не туристический лайнер, а военное судно, так что многого не ждите, но по крайней мере сможете вздремнуть пока летим.

* * *

— Прости, я не знала, — Аида целовала меня нежно, страстно, невинно. Каждый раз по-разному и каждый раз не угадаешь, как именно это будет. Обнаженная лисица лежала на мне, разглядывая мое лицо своими большими зелеными глазами, время от времени срываясь на поцелуи.

Когда нам выделили небольшую каюту, я действительно собирался немного вздремнуть, но супруга просто не позволила. Видимо, она настолько распереживалась от всего произошедшего, что просто не могла унять чувств, и ей срочно нужно было выпустить пар. И лишь после того, как мы закончили, поговорили о том, что я узнал.

— Ты не могла знать, что мои потоки — это часть какого-то вселенского плана, — вздохнул я, тоже любуясь ей вблизи. — Ты просто спасала мне жизнь, и весьма изобретательно. Богиня, которая снимала ограничения, сказала, что ты настоящий мастер.

— Приятно слышать, — улыбнулась лисица, хоть и немного печально. — И все же я похоже сильно помешала каким-то гигантским планам, а это… удручает.

— Все нормально, — заверил я её.

— Не нормально, Люц, — она приподнялась, опираясь на руки. — Ты дракон, только вдумайся в это. Дракон в человеческом обличье, который ещё не стал полноценным драконом. Я такого даже представить себе не могла.

— Как будто я мог…

— А ещё твои слова о смерти… Ты уверен, что это не какая-то уловка?

— Уверен. Раньше я этого не помнил, словно стер те дни из памяти, но теперь уверен, что все это было взаправду. Я должен быть мертв, Аида. И тем не менее продолжаю существовать.

Она нахмурилась, а затем поцеловала меня, а затем снова и снова, поглаживая меня по волосам. И в этих поцелуях и касаниях было столько нежности и любви, что казалось, я никогда в жизни таких не испытывал.

— Значит на то есть охренеть какая важная причина, — сказала Аида. — Например сделать счастливой меня.

— О, это действительно важно, — попытался я сохранить серьезное лицо, но улыбка так и прорывалась.

— А ещё я очень хочу покататься на тебе.

— Да ты и так катаешься,— напомнил я.

— Я не о том, — колдунья закатила глаза, а затем рассмеялась. — Я о драконьей форме. Если ты сможешь превращаться в огромную крылатую ящерицу, я очень хочу первой на тебе прокатиться. И чтоб ты периодически катал меня на своей спине.

— Ну если смогу, от ты однозначно будешь первой, кого я прокачу.

— Ловлю на слове.

— А что будем делать с Фией? Вы похоже сильно поругались.

— Не обращай внимания, отойдет. Она просто бесится, что я заграбастала такого милого и крутого парня, и уверена, что ты достоин большего.

— Куда уж больше, чем ты?

— Она считает, что я плохо на тебя влияю.

— А разве не так? — театрально удивился я, и Аида в шутку пихнула меня рукой.

— Дурак! А если серьезно, то она была рада, когда ты объявил, что хочешь жениться на Валирэль.

И я прекрасно знал почему. Валирэль занимает не последнее место в Юндоре, и пусть там неспокойно, наш с ней брак — это мой билет в высший свет, возможность пойти в политику, а не обыгрывать всякую пьянь в кабаках.

— Но и ты ведь не последний человек в Трилоре. Судья.

— И я постоянно рискую жизнью, ввязываясь в переделки. Как-то так сложилась, что я одна из тех немногих, кто находится на острие ножа своей страны, и я не смогу измениться. Не смогу превратиться в домохозяйку.

— А я тебя и не прошу. Я хочу быть рядом с тобой, быть твоим мечом и щитом.

— Поэтому Фия и бесится. Она боится, что рано или поздно ты подставишься и пострадаешь из-за меня.

— В таком случае это будет мой выбор, — совершенно серьезно ответил я. — И ей придется это принять.

— Придется, — подтвердила Аида и накрыла мои губы своими.

* * *

Фию я нашел на мостике, кажется, она его и не покидала, наблюдала за огромным пустым пространством, наполненным реками энергий. После проведенного с Аидой времени я решил, что стоит все-таки поговорить и с мачехой, дать ей понять, что эти отношения — мой выбор.

И я невольно увидел другую сторону Фии. Я так привык к её «мамкиному» образу, что начал забывать, кем она была — наемной убийцей, вставшей телохранителем моего отца. И сейчас в том, как она стояла, сложив руки за спиной, во взгляде, я чувствовал это, твердость и остроту, словно у клинка. Да и одежда была подстать — черная, облегающая, с защитными вставками, парные короткие клинки висят на поясе.

— Фия, мы можем поговорить? — попросил я. Она повернулась, поняла, что я один, и кивнула. Мы с ней ушли с мостика и прошли в комнату, которую выделили Фие.

— Так о чем ты хотел поговорить, Люц? — она скрестила руки на груди и холодно посмотрела на меня.

— Обо мне и Аиде.

— Поздравляю со свадьбой, — на её лице не дрогнул ни один мускул. — Что-то ещё?

— Ты злишься.

— Конечно злюсь, и на тебя, и особенно на неё.

— Да почему⁈ Я ведь всегда её любил, и ты прекрасно это знаешь.

— Да, Люциус, знаю. Надо быть совсем дурой, чтобы этого не замечать, и я много раз говорила Адие не играть с тобой. Она старше тебя, причем значительно, опытнее, и тем не менее слишком ветреная.

— Как будто я не такой, — теперь уже я скрестил руки на груди. — Брось, Фия. Я с подростковых лет только и делал, что шнырял по улицам Нового Трисента, напивался с друзьями, играл в азартные игры и ввязывался в драки.

— Знаю, и очень жаль, что мне не хватило сил это пресечь. Это одна из тех вещей, о которых я жалею больше всего: что не смогла воспитать тебя как полагается. Что позволила тебе связаться с дурной компанией и этим проходимцем Роллом! И да, ты прав, вы с Аидой два сапога пара. Рассказать тебе, как они с твоим отцом познакомились?

— В борделе… — припомнил я.

— Именно. Но я не о том.

Фия подошла, положила руки мне на плечи и заглянула в глаза.

— Все эти годы меня радовала лишь одна мысль — твои отношения с Валирэль. Несмотря на то, что она эльф, вы отлично друг другу подходили. Я была уверена, что в конце концов она тебя немного приструнит, вобьет тебе в голову здравые вещи и заставит остепениться. Аида же… Она как ветер. Со стороны может показаться, что она мудрая и опытная, но боги, вот уж у кого, а шило в заднице именно у неё. И ваш союз — худшее, что могло произойти. Вы будете лишь подстегивать друг друга на более безумные вещи… И я… Я… — и тут вся её напускная серьезность дала трещину, а по щекам потекли слезы. Фия просто уткнулась мне в грудь, рыдая. — Что… Что я скажу Катрине, когда она вернется… Что я скажу твоему отцу… Что подвела их? Я не переживу это второй раз…

Второй раз…

Уверен, что она говорила именно о том моменте, когда я пропал. Когда я погиб…

— Я плохая мать… — плакала она. — Плохой наставник… Я… Я…

Мне не оставалось ничего, кроме как обнять её и утешить. Я редко задумывался о том, каково ей было все эти годы. Отца не стало, моя мать отправилась за его душой в Пустоту, оставив меня на неё, и это в ситуации, когда Фия была беременна Эбби и Марой.

Ей потребовалось минут десять, чтобы успокоиться, и все это время я был рядом и поддерживал.

— Проклятье… — буркнула она, вытирая слезы. — Я совсем расклеилась…

— Всем надо порой выговорится. Ты меня тоже извини, я знал, что тебе нелегко с нами тремя, и все равно вечно портачил. Помнишь, как в четырнадцать лет ты забирала меня из отделения стражи?

— Это был их день рождения, — Фия шмыгнула носом. — Боги… Как я была на тебя зла. Думала, придушу как только увижу… А когда вошла в камеру… Ох…

В тот день я хотел купить что-то для Эбби и Мары, с деньгами было туговато, а просить у Фии я считал выше своего достоинства. Мне хотелось быть самостоятельным, вот я и решил украсть пару кукол у торговца. Не повезло, и меня мало того что схватили, так ещё и довольно жестко побили. В камере я тогда сидел весь побитый, лицо заплыло, так что я толком ничего не видел.

Как же она тогда злилась. Настоящая фурия, и я был рад только из-за одного — вся эта ярость была направлена на стражников. Да она тогда перевернула все управление, среди ночи каким-то образом притащила туда Аиду собственной персоной. После того раза стражники меня пару месяцев вообще стороной обходили, а если уж попадался, то относились как к своему и ограничивались небольшим штрафом.

— Да, я помню, — улыбнулся я, и мы замолчали. Я не знал, что можно ещё сказать, и Фия тоже.

— Я рада за тебя… За вас… — после небольшой паузы, вытерев слезы, произнесла она. — Ты мой сын, Люц, точно такой же, как и сын Кэт. Я воспитала тебя как могла и люблю всем сердцем. И просто… просто хочу лучшей доли для тебя, как и любой родитель.

— Я знаю. И… Я люблю Аиду, правда.

— Знаю… Знаю… Просто боюсь, что она видит в тебе не Люциуса Готхарда, а твоего отца. И я боюсь, что когда она поймет, что ты не он, это разобьет тебе сердце.

— Она знает, что я не он, — вздохнул я.

— Возможно, — кивнула Фия, смотря на меня с нежностью и любовью. — Но ты слишком на него похож, и порой даже мне приходится одергивать себя.

— Ничего, мы вытащим их из Пустоты, — сказал я ей. — Отца и маму, вернем их домой. Я обещаю. Тогда вам всем больше никогда не придется так делать.

Фия шмыгнула носом и кивнула, легонько ударив меня кулаком в грудь.

— Это странно, Люц, но я тебе почему-то верю.

Глава 26

Мы вошли в Ауларон где-то в сотне километров от Башни Богов, но даже отсюда это исполинское черное строение казалось очень близким. А вот под нами была одна сплошная каменистая пустыня. Эти земли были безжизненны, эльфы уничтожили их ещё очень и очень давно, сотни, если не тысячу лет назад, во время взлета Юндора. Но вокруг самой Башни сейчас раскинулся крупный оазис. За десятилетия после Снисхождения и войны со Светом за счет системы орошения и магии люди смогли вернуть плодородие этим землям.

Спустившийся с небес Юндор, ныне находящийся в нескольких сотнях километрах на восток от Башни тоже мало-помалу занимался аграрными работами. Возможно через сотню-другую лет этот континент вновь наполнится жизнью, но для это придется приложить целую кучу усилий.

Интересно, доживу ли я до этого момента? И вообще, сколько живут драконы?..

Тейос появился громко, уверен, что Черный Орден уже знал о появлении неопознанного судна в воздушном пространстве рядом с Башней.

— Мы прибыли в Ауларон, — сообщила нам адмирал, — Теперь мне нужны координаты для дальнейшего пути. Куда вы собираетесь перемещать этот свой город.

— Нам нужно двинуться к Башне Богов, переместим Аридель рядом с ней, — прояснила Аида наши дальнейшие действия.

— Не думаю, что Черный Орден обрадуется такому, — нахмурилась Фия.

— Как будто у них будет выбор.

— Может всё-таки выберем другое место? — предложил я. — Черный Орден нам сейчас не друг, как ты помнишь. Они за нами охотились.

— Именно поэтому я и хочу переместить Аридель сюда. С Орденом надо разобраться, плюс сама по себе Башня может быть использована как оружие.

— О чем ты? — не понял я, но в разговор вмешалась Анни.

— О том, что Вайлор её строил как бастион от всех угроз. Пустота, Свет, Тьма… Полагаю, что она будет создавать некоторое противодействие Пустоте, если та попробует нас поглотить. Но это при условии, что мы наполним её Светом.

— Для этого у нас есть ты и Эара, — сказала ей Аида. — Но этого всё равно мало. Нужны ещё боги и доступ в хранилище Света.

— Боги… — задумался Элард. — Я знаю парочку. Попробую связаться, но ничего не гарантирую.

— Тогда я попробую вернуться в Новую Башню, может смогу убедить кого-нибудь помочь.

— Как бы хуже не вышло, — забеспокоился я, да и Аиде судя по выражению лица такая идея не понравилась.

— Я буду очень осторожной.

— В таком случае… — Аида специально вышла вперед и заговорила достаточно громко, чтобы все присутствующие слышали. — Поступим так: Элард и Аннигиляция отправятся на поиски помощи. Соберем как можно больше союзников и подготовимся к переносу города. Я и архимаг Торнвуд займемся непосредственно переносом. У меня есть все необходимые данные для оборудования. Черный Орден не должен знать, что мы задумали.

— И как тогда мы объясним свои действия? — спросил я.

— Скажем правду, пусть и не полную. Что Максимилиан и Катрина Готхард вернулись, но в виде Пустых. Что они угрожают нашему миру, и мы хотим подготовить ловушку, чтобы их пленить. Люц же…

— Я собираюсь попробовать вернуться в прошлое и поговорить с Отцом.

— Стой-стой, погоди… В прошлое? С Отцом? Тем самым?

— Понимаю, что это звучит странно и глупо, и сам не уверен, что у меня получится…

— Получится, — вставил слово Элард. — У Керрас есть заготовка устройства для хроносдвига. Она тестовая, не проверялась, потому что у нас нет эфира для зарядки, а чтобы собрать прошлый, пришлось потратить пару тысяч лет в прорыве Пустоты, но если то, что говорил Люциус, правда, у него получится.

— И это ещё одна причина, почему нам нужна Башня, — кивнула Аида. — Она станет точкой синхронизации, если он переместится во времени внутри неё, то возможно окажется там, где нужно.

— В таком случае не будем тратить время, — сказала всем адмирал. — Я разворачиваю Тейос и направляюсь к Башне Богов.

* * *

В Башне нас уже ждали. Тейос только приближался и готовился к стыковке к одному из воздушных портов, но я уже видел целую кучу воинов в черных доспехах, что выстроились рядами.

— Что-то мне подсказывает, что они за мной.

— Не волнуйся, — Аида взяла меня за руку. — Ты уже не тот человек, что прежде, да и я не позволю тебе что-либо сделать.

— Пусть только косо на тебя посмотрят, и я выпотрошу их как рыбу, — оскалился Ультиас. Эара, учитывая ситуацию, попросила этого монстра присмотреть за мной. Стать кем-то вроде моего временного телохранителя. Я считал, что это лишнее, но учитывая обстоятельства, он действительно может быть к месту.

Как только Тейос пристыковался, Элард и Анни ушли через портал. Богиня выступала в качестве «перевозчика», так как сам Элард не мог путешествовать через миры.

Как только трап опустился, а люк отворился, мы вышли на широкий металлический пирс для воздушных судов. Помимо меня, Аиды, Фии и Ультиаса с нами вышел ещё и Торнвуд, выступающий тут в качестве посла от Мральдаримской Империи.

— Посол Торнвуд, Судья де Фрэн, весьма польщены визитом, но кажется, вам не назначено, а ещё с вами человек, который должен быть арестован, — к нам вышел уже немолодой мужчина с длинными черными волосами, собранными в хвост, и короткой аккуратной бородкой. Его доспех сильно отличался от доспехов остальных бойцов, был более навороченным что ли. Больше алых прожилок, более громоздкий, что говорит о наличии дополнительных усилителей и, возможно, встроенного вооружения.

— Мы тоже польщены, что нас встречает лично магистр, — ответила Аида, натянув на лицо одну из самых вежливых фальшивых улыбок. Но как по мне, её выдавал взгляд, в нем было полно презрения и раздражения. — Магистр де Кролл, полагаю?

— Верно, мы раньше не встречались. Если позволите, то мы хотели бы арестовать человека рядом с вами.

— Не позволю, — все так же спокойно сказала Аида. — Этот человек мой муж, и мне уже доводилось слышать, что вы его разыскиваете, пока были в Мральдариме. Но нам так и объяснили, почему. Воины, которые пытались его арестовать, не выдвинули обвинений.

При словах о муже де Кролл едва заметно дернул щекой.

— Люциуса Готхарда обвиняют в нападении на Черный Орден. Несколько месяцев назад он убил двоих наших воинов.

Аида бросила на меня вопросительный взгляд, а я не очень понимал, о чем говорит магистр. Несколько месяцев назад?.. И тут до меня дошло. Двое бандитов в черных доспехах, что пришли ко мне домой. Это было так давно, что я почти забыл об этом. Именно тогда я и узнал, что в заговоре замешан Черный Орден.

— И судя по недавним донесениям из Мральдарима, он оказал сопротивление при попытке задержания. Уничтожил один из наших транспортных кораблей.

— Вы не имели права его арестовывать, — Аида едва сдерживала злость. Она больше не улыбалась, и я заметил, как она разминает пальцы, видимо готовясь в случае чего ударить магией по собравшимся. — Это не ваша юрисдикция.

— Мы сами решаем, где наша юрисдикция, — де Кролл и бровью не повел. Он не нервничал, не опасался, чувствуя собственную силу. Ну да, с ним сейчас полсотни воинов в артефактной броне — внушительная сила, как не посмотри. — При всем уважении, Судья, но когда дело касается жизни наших бойцов, мы очень и очень серьезны. Для нас важен каждый, это один из принципов, что заложил Великий магистр Ториг. Неважно, кто решил напасть на орден, он непременно понесет кару.

— Император в ярости, де Кролл, — сказал Торнвуд. — Нам неважно, что вы там не поделили, но твоим людям было ясно сказано: на нашей земле этот человек — гость.

— И мы просим прощения за доставленные неудобства. В будущем мы, надеюсь, разрешим данный конфликт, а пока… Люциус Готхард находится на нашей земле и должен подчиняться нашим законам. Он будет судим, и по итогу…

Магистр договорить не успел, вперед вышел Ультиас, уставший слушать всё эту болтовню. В его движениях буквально чувствовалось раздражение и некоторая небрежность.

— Что за… — несмотря на то, что магистр в броне был высок, Ультиас словно стал выше за то, расстояние, что успел пройти. Теперь он возвышался над человеком на полторы головы.

— Я устал слушать вашу пустую болтовню. Эара попросила меня присмотреть за этим мальчишкой, и это будет сложно и скучно сделать, если вы его арестуете. Поэтому, — он мягко коснулся нагрудника рыцаря и… оставил на нем глубокую борозду. Не царапину, а именно разрыв, и сделал он это с помощью своего когтя.

Де Кролл шарахнулся прочь, испуганно уставившись на повреждение доспеха, а затем на монстра. Вперед тут же выскочили солдаты, отгородив магистра от нас. Ультиас на это лишь ухмыльнулся, а тень под его ногами словно ожила и забурлила.

— Что? В штанишки наложили? — рассмеялся монстр, и его пасть растянулась в зловещей улыбке. — Нацепили на себя гору магических железок и уже возомнили о себе не пойми что?

— Хватит! — вперед выскочил Торнвуд. Он выхватил револьвер, вокруг которого закружились магические схемы, но наставил его не на рыцарей, а на Ультиаса. — Ты собираешься начать бойню⁈

— А что в этом плохого? Мне сказали сберечь паренька, и он будет в порядке, если я всех их прикончу.

— Вы хоть понимаете, что творите⁈ Это нападение на Черный орден! — наконец пришел в себя от потрясения де Кролл.

— Ты бы лучше не вякал, — из голоса Ультиаса исчезла насмешка. — Когда я нападу, ты узнаешь об этом первым.

И развернулся к Торнвуду лицом.

— Ну стреляй, Аксель, тебе ведь именно этого хочется. Прикончить меня и…

И судя по лицу архимага, он действительно хотел выстрелить. Поразительно, какая же огромная ненависть между этими двумя.

Вмешаться пришлось Аиде, она прошла к этим двоим и, положив ладонь на ствол оружия, вынудила архимага его опустить.

— Мальчики, незачем устраивать тут бойню, — сказала она спокойно, но вместе с этим твердо, затем посмотрела на де Кролла. — Это и вас касается, магистр. Я все ещё не понимаю, что такого сделал вам Люциус, но все это может подождать. Пользуясь своим статусом Судьи, я ссылаюсь на двенадцатый пункт Готхардского пакта и объявляю чрезвычайное положение.

И тут всполошились и солдаты, и много кто ещё, и лишь я не понимал, о чем речь. К счастью, тут на помощь пришла Фия, прояснив мне ситуацию.

— Готхардский пакт — это соглашение, заключенное между всеми, кто участвовал в войне со Светом. Мральдарим, Трилор, Фальдарская Империя, позднее и эльфы. Это что-то вроде союза на случай новой вселенской угрозы как Несущие Свет.

Мне доводилось слышать о чем-то таком, но лишь сейчас узнал что это соглашение было названо в честь моей семьи.

— Что за чушь! — воскликнул де Кролл. — Даже если вы Судья, то это ничего не значит. Готхардский пакт был создан…

— Я прекрасно осведомлена, зачем и как он был создан, я была одной из его основоположников, — напомнила Аида. — И я говорю, что над всеми нами нависла угроза. Сюда идет Пустота, и мы должны подготовиться, чтобы дать ей бой. Это значит что мы должны объединиться под единым командованием.

— Бредни!

— Да вы что? И видимо из-за «бредней» мы пригнали сюда Тейос из Мральдарима и собираем богов для битвы. О нет, всё очень и очень серьезно.

— И кто же будет этим единым командованием? Не вы ли? Вот ещё! Никогда я не преклоню колено перед ведьмой Трилора.

— На ваше счастье, мне и нет необходимости просить вас об этом. Да и в любом случае это должны делать не вы, — напомнила и ему, и всем присутствующим Аида. — А верховный магистр Ториг.

— В данный момент верховный магистр…

— Болен? Мы слышали. И все равно хотели бы с ним встретится. Возможно, у нас есть способ ему помочь.

Глава 27

— Ну и жарища… — протянула Аннигиляция, ухватила пальцами ворот светлой майки и потрясла им, загоняя знойный воздух под одежду. Элард в этот момент невольно поймал себя на мысли, что засмотрелся на неё. Он привык к другому виду богини — мелкому, незрелому, в котором не получалось относиться к ней как к женщине. Теперь же перед ним была очень даже красивая девушка, чуть старше двадцати, с отличной задницей и в меру крупной грудью. Пикантности ситуации добавляло то, что Анни настолько сильно вспотела, что ткань прилипла к груди, позволяя рассмотреть ту во всех деталях.

Саму богиню это не слишком волновало.

«А ведь выгляди она так с самого начала, то я бы мог за ней приударить…» — запоздало подумал он. И тогда вся его история могла пойти иначе. Вдруг Аннигиляция пришла бы в их мир лично, как сейчас. Может она смогла бы вернуть ненадолго силы и самолично сокрушить Архивладыку, и Эларду не пришлось бы проходить через то, что он прошел.

— Ты чего? — обернулась богиня и посмотрела на спутника.

— Да нет, ничего… — тряхнул он головой, прогоняя мысли. Что было, то было. Это петля, и её так просто не разорвешь.

— Да ну?.. — Анни прищурилась, глядя на него, затем опустила взгляд на прилипшую к телу майку, и её осенило. — Ты пялился на мои сиськи, да?

Её губы растянулись в довольной, хитрой улыбке.

— Да, они классные! Обожаю сиськи! — и чтобы это доказать она всячески стала их демонстрировать. То сжала с боков локтями, то попрыгала, то вообще начала жмякать, нисколько не смущаясь того, что они на улице, и вокруг полно людей.

— Прекращай уже, — буркнул Элард, чувствуя не то досаду, не то раздражение. — Вообще, я хотел сказать, что не понимаю, почему ты терпишь эту жару. Могла бы просто перестать чувствовать её.

Аннигиляция перестала улыбаться и посмотрела на него с такой серьезностью, что поразила Эларда.

— Ага, а ещё можно перестать есть, спать и трахаться. Нам ведь тоже это не надо, да? Если избавляться от всего, что причиняет неудобства, то теряется контраст, понимаешь? После такой жары самое то принять ванну или выпить чего-нибудь холодного.

— Или навернуть мороженого?

— Вот-вот.

— Получается, ты и в туалет ходишь?

Анни удивленно воззрилась на него, а затем стыдливо потупила взгляд.

— Нет? — теперь уже улыбался Элард.

— У любого дискомфорта есть свои пределы, — раздраженно буркнула она и, развернувшись, ускорила шаг. — Не стой столбом! Быстрее найдем этого твоего бога, быстрее свалим из этого жаркого мира.

Они вдвоем шли по довольно людному и не очень-то гостеприимному городу, выросшему вокруг оазиса посреди огромной пустыни. Повсюду были загорелые люди в светлых одеждах и накидках на головах, косо поглядывая на гостей. Элард и Анни действительно выглядели тут чужаками, хотя бы потому, что не были такими загорелыми, как окружающие.

Дома в городе были из песчаника и глины, отчего все тут казалось очень однотонным, пыльным и грязным. А зелени было не так много. Большая её часть была сосредоточена в центре, у источника воды. И именно туда Эларду и было нужно. Чем ближе они подходили к оазису, тем больше становились дома, и тем чаще попадались на глаза пальмы.

— Сюда, — Элард указал на один из самых больших домов.

Разумеется, просто так их внутрь не пустили, пришлось применить силу. Впрочем, простые воины ничего не могли противопоставить двум богам. Они прошли внутрь этого дома, который в пору было называть дворцом, поднялись на второй этаж и вышли на просторную террасу, с которой открывался вид на соседние улицы и сам оазис, что был в паре сотен метров на восток. Ещё одной вещью, демонстрирующей статус местного хозяина, была купальня, что находилась прямо на этой террасе. И купальня не пустовала, там прямо сейчас нежилась обнаженная рыжеволосая красотка, над которой стояли двое полуобнаженных мускулистых мужчин и размахивали опахалами.

Картина была царской.

Женщина раздраженно приподняла веки, взглянув на незваных гостей.

— Кто посмел потре… — и тут же замолчала. Всё показушное раздражение как рукой смыло. — Элард?

— Привет, Фло, — улыбнулся тот. — Смотрю, ты тут неплохо устроилась.

— Небольшой отпуск, — пожала она плечами и вылезла из воды. Рядом тут же появилась полуголая служанка из местных и начала обтирать её тело.

Фломелия со своей белоснежной кожей и длинными рыжими волосами очень контрастировала на фоне жителей города, смуглых и черноволосых.

— Не ожидала, что мы увидимся так скоро, — продолжила она, набросив на тело тонкий алый халат. — А кто это с тобой? Погоди… Это что, Аннигиляция? Ничего себе, наша малышка выросла.

— Слышь, «малышка», ты бы подбирала слова. В этой вселенной не так уж много таких же старых, как я, — Анни добавила к словам немного силы. Тут уже Фло пришлось прикусить язык. Да даже Элард невольно отступил, ощутив исходящую от богини разрушения мощь.

Фломелия тут же подняла руки и улыбнулась.

— Бросьте, я никого не хотела оскорбить. Просто удивилась смене облика. Тебе между прочим идет, у меня даже есть несколько платьев в местном стиле, что могли бы подчеркнуть фигуру.

— Да? — смягчилась богиня разрушения. — Ну ладно… Я может примерю… Хотя не привыкла носить платья…

— И очень зря, ты красива, и тебе стоит подчеркивать свою женственность.

«Женщины…» — Элард едва не закатил глаза. Ещё не хватало, чтобы Фло утащила Анни примерять наряды.

— Вы голодны с дороги? Мне приказать накрыть стол?

— Достаточно просто чего-нибудь выпить. Жарища жуткая.

— О, и не говори, я по полдня могу не вылезать из воды, — подтвердила Фломелия. — А вот ночью тут довольно прохладно, самое то для прогулок.

Фломелия распорядилась, и одна из служанок поспешила за напитками для гостей. Примерно к этому моменту объявились другие охранники, видимо обнаружили тех, кого гости вырубили ранее. Но Фло их отослала и проводила старых друзей в одну из гостиных.

— Весьма интересное место ты выбрала для отпуска, не слишком ли много солнца для богини вампиров?

— Я вообще-то очень люблю жару и солнце, — усмехнулась она. — И я не какой-нибудь мелкий кровосос, чтобы зажариться под прямыми лучами. Я могу ходить средь бела дня и ничего не бояться. У ночи есть свои плюсы, но я на то и богиня, пусть и чуток бывшая, чтобы плевать на правила и условности.

— Очень за тебя рад, — вздохнул Элард.

Он на самом деле он был рад видеть Фло. Их много что связывало, например то, что когда-то давно вампирская богиня пыталась прикончить их с Максом, итогом этого стало взаимное уничтожение. Элард, будучи тогда ещё Эгосом, смог каким-то образом прикончить её, но вместе с этим сгинул и сам. Вернее, они оба так думали, пока не очнулись в Аридели в новых телах и были вынуждены сражаться друг против друга. Фломелии повезло меньше, её сущность была слишком сильной и разрушала тела, из-за чего она была вынуждена менять их как перчатки, пока в какой-то момент они не оказались одним целым. На долгие годы, а точнее тысячелетия, Фломелия надоедала ему в виде призрака, видимого одному ему. А когда Архивладыка был повержен, и битвы закончились, Керрас нашла способ разделить их и дать Фломелии новое тело, которое не поддавалось разрушению.

А потом она ушла, хоть Элард и надеялся, что она останется.

Элард любил её странной, непохожей ни на что любовью. Они были чем-то большим, чем друзьями или любовниками. Слишком долгое время они провели вместе. Их души были неразрывно связаны, и именно по этой причине в конечном итоге они и разошлись.

И Элард тоже понимал, что так будет лучше для них обоих.

Пока Фломелия рассказывала о своей жизни в этом мире, пришла служанка с подносом, и Элард не без удовольствия выпил ледяного морса. Аннигиляция выпила сразу три бокала, один за другим, после чего одарила Эларда важным взглядом.

— Вот ради таких моментов я и терплю, — объявила она.

— Так что происходит, Элард? — наконец Фло решила перейти к делу, понимая, что старый друг не просто в гости пришел.

— Всё как всегда, — вздохнул он. — Пустота.

— Что? Но мы же сбежали…

— Не всё так просто. Мы и раньше знали, что она вряд ли оставит нас в покое, но думали, что будет больше времени. В общем, мы собираемся переместить Аридель в… Ауларон.

— О… Дом, милый дом… — без особой радости вздохнула она.

— Ты туда не заглядывала?

— После того, что было в Шергале? Нет… Это навевает не самые приятные воспоминания. Хорошо, ты переносишь Аридель туда… Правда не понимаю, зачем.

— А куда ещё? Там Башня, там осталось куча оружия и защитных систем ещё с войны со Светом. Плюс это достаточно далеко от Границы, сила Пустоты там будет минимальна. И… нам пригодилась бы твоя помощь. Нам нужны боги.

— Моя? — Фло плюхнулась на просторный диван с кучей шелковых подушек. — Может тебе лучше отправиться к ним? — Фломелия кивнула на Анни.

— Не вариант.

— Почему? — рыжеволосая богиня несколько мгновений смотрела на него, затем поднялась так быстро, что её силуэт смазался. В мгновение ока она оказалась перед ним и положила руки на мускулистые плечи. — Слушай, я тебя люблю, честно, — и в качестве доказательства чмокнула его в губы. — Ты, если подумать, самый близкий мне человек, но не проси меня о таком…

Она отпрянула и прошлась по комнате.

— Я завязала с этой борьбой, понимаешь? Я не хочу больше лезть к этим тварям и предпочту держаться от них как можно дальше. Я хочу загорать на солнышке, зная, что это бессмысленно, хочу пить кровь красивых людей и предаваться с ними похоти под луной. Жить полной жизнью, наслаждаться ею, а не… Ты понял. Я ведь только обрела свободу… Только начала жить так, как сама хочу… И тут ты просишь о таком. Ты мудак, Элард. Конченный мудак.

— Прости. Но у меня не так уж много тех, к кому я могу пойти. Боги нам не помогут, скорее наоборот.

— Ага, — подтвердила Анни. — Я бы даже сказала, что есть определенный шанс, что они тоже вмешаются, но не на нашей стороне.

— Ещё лучше, — сердито буркнула Фло и вновь села, закрыв лицо руками. — Я готова помочь тебе во всем, Элард. В чем угодно. Но не в этом. Я боюсь, что если мы снова залезем в эту тьму, то уже из неё не выберемся.

* * *

Фломелия прогнала всех слуг, как только Элард ушел. Ей очень захотелось побыть одной и просто выплеснуть кипящие внутри чувства, и она боялась, что если кто-нибудь окажется рядом, то она не сдержится и оторвёт тому голову.

В конечном итоге она разнесла диван, декоративный столик, стоящий больше домов местных бедняков, одну из декоративных колонн и много мелких вещей. И лишь после этого немного успокоилась.

Плюхнулась на кровать и просто разрыдалась.

Фломелия не привыкла быть такой слабой, не привыкла плакать, как какая-то простая девчонка. В такие моменты она скучала по старой себе, истинной богине, которой были чужды человеческие чувства. Она была всеми вампирами разом, чем-то большим, чем сейчас.

— Посмотри на себя, Алая Фломелия, плачешь из-за мужика как влюбленная крестьянка, — сказал фантом Фломелии, возникший рядом. Она выглядела безупречно, свое идеальное воплощение — роковая женщина в алом платье, её глаза зловеще полыхали и смотрели на истинную Фло с презрением. — Он явился перед тобой, и ты уже вся расклеилась. Забудь о нем, ты ему ничего не должна. Наоборот, это он тебе должен. Он убил тебя, лишил тебя всего, а это тело — лишь жалкая компенсация за всё то, через что ты прошла из-за него.

Фломелия и так всё это прекрасно знала, периодически напоминая себе, но одно дело знать, а другое — по-настоящему ненавидеть. Она не ненавидела Эларда, она его любила, и те слова были сказаны от чистого сердца. Как можно ненавидеть человека, который единственный заставлял тебя что-то чувствовать?

Она слишком хорошо помнила, как лишилась второго тела, как оказалась ни на что не способным призраком, лишенным чувств. И лишь этот мужчина заставлял её ощущать мир. Она чувствовала его, а он её, для него она была материальной. И вместе они провели целую вечность в Прорыве Пустоты, сражаясь с врагом и дожидаясь момента, когда смогут вернуться.

Теперь Фломелия была полноценной, у неё было тело, она чувствовала бриз, прохладу воды, вкус еды и крови, но никак не могла избавиться от воспоминаний о том, как в его объятьях она ощущала себя живой.

Наконец настоящая Фло выпрямилась и посмотрела на кресло, в котором устроилась её идеальная версия.

— Ну ты и дура, — вздохнул фантом и растаял в воздухе, а сама Фломелия печально улыбнулась.

— Да, я дура…

* * *

Фломелии было жаль покидать этот жаркий мир и гостеприимное поместье, в котором она провела не одну неделю. Перед уходом она угостилась кровью одной из служанок, но без трупа. Фломелия вообще старалась вести себя как можно более миролюбиво и довольствовалась малым, если не считать людей, желающих её убить.

Так что все обитатели поместья были живы, пройдут недели, прежде чем чары очарования спадут и бедняги начнут понимать, кто именно был у них в гостях. Какой ужас и паника начнется.

Фломелия решила помочь Эларду, хоть её страх перед Пустотой никуда не делся, и помня его слова, она решила, что неплохо было бы тоже заручиться помощью, и у неё был на примете один человек, который, можно сказать, был ей должен.

Как-то Фломелия посетила один прелюбопытный мир, в котором Стремления смогли создать себе аватаров, там она и познакомилась с аватаром Гнева. Его звали Дмитрий Старцев, и вместе с богиней вампиров они провели много незабываемых ночей, и не всегда в том смысле, какой любила сама Фло. Время от времени они устраняли его врагов, взрывали заводы, принадлежащие тем, кто покушался на его семью. Веселые были времена. Простые. Для Фломелии это было игрой, небольшим развлечением, но надо признать, в этом парне что-то было.

На прежнем месте она его не нашла, зато ощутила след его силы далеко на севере. На путь Фломелия потратила всю ночь, и даже немного больше, попутно наблюдая за тем, как изменились местные земли. Прошли десятки лет, судя по всему. Этот мир частично покорили демоны из Инферно, но люди видимо смогли их заметно потеснить с последнего визита.

Наконец она добралась до цели и через Тень проникла в дом своего старого товарища.

Тот обнаружился в своем кабинете, и сразу стало понятно, что годы его не пощадили, и что в этом мире прошло очень много лет. Если во время прошлой их встречи он был ещё юнцом, чуть за двадцать, то теперь перед ней был уже мужчина в годах. Ещё крепкий, но в глазах уже не было того задорного огня, как раньше.

— Милое у тебя тут местечко. Надеюсь, я не помешала? — обозначила она себя. Дмитрий поднял глаза и удивленно уставился на гостью. Вампирская богиня улыбнулась и оперлась плечом о дверной косяк, скрестив руки на груди.

Он смотрел на неё секунд десять, не веря, что вновь её видит. А она, в свою очередь, не торопила его. Для Фломелии с их последней встречи минуло гораздо меньше времени, может чуть больше года, а все из-за разницы между временами в разных мирах.

— Фло… Я думал… — начал было он, подбирая слова.

— Я ушла?

— Ага.

— Так я и ушла, — весело отозвалась она. — Побывала ещё кое-где, повидалась со старыми друзьями и вот заглянула на огонек. Сколько тут времени прошло?

— Не знаю даже… Лет двадцать, наверное.

— Больше, чем думала, — вздохнула она. — Ох уж эти временные разницы. Сильно занят?

— Смотря какие у тебя планы, — пожал он плечами. — Думаю, выкроить вечерок на тебя смогу. Мне много нужно тебе рассказать. Столько всего произошло за эти годы…

— Нисколько не сомневаюсь. Ты совсем не тот парнишка, с которым я встречалась в последний раз. Борода, кстати, тебе идет.

— Спасибо, — усмехнулся Дмитрий и невольно погладил растительность на лице. Пусть на его лице и прибавилось морщин, но нет, он все тот же.

— Но боюсь, одним вечером не обойдется. Я тут не развлекаться пришла, а по делу.

— Делу? Какому?

— Ну… Как бы это сказать. Я со старыми друзьями решила дать пинка Пустоте.

— Пустоте… Фло, ты в порядке?.. С Пустотой невозможно сражаться, уж ты-то должна понимать.

Фломелия устало вздохнула. На несколько секунд повисла пауза.

— Так что, поможешь мне?

Он ещё пару мгновений смотрел на неё, затем отодвинул бумаги и откинулся на кресле.

— Не оставляешь мне выбора, да?

— Выбор есть всегда, Гнев. Так что, пустишься в безумную авантюру с роковой красоткой или продолжишь заниматься тем, чем ты там занимаешься? Выбор есть всегда…

— Да… — согласился он и наконец поднялся из-за стола. — Видимо, придется тряхнуть стариной. Я очень многим тебе обязан, Фломелия.

— Брось.

— Нет, серьезно. Маска, Летун… Без них мне было бы сложно.

— Уверена, ты бы справился.

— Скорее всего, — не стал отрицать он. — Но ты правда помогла.

— Как Таня? — Поинтересовалась Фломелия. Таня была его подругой и одной из немногих, кто знал о Фломелии. Девчушка как-то сама смогла найти её и убедить сделать вампиром. — Не пожалела о своем выборе?

— Как сказать… — вздохнул Гнев. — С одной стороны её возможности очень помогают. Она то тут, то там выполняет для меня разную работу, и пару раз эти силы даже спасли ей жизнь.

— Но…

— Но мне кажется, её немного скребет то, что у неё не будет детей.

— О… — Фло понимала. Вампиры бесплодны. Бывают конечно исключения, но для этого вампиру надо стать древним или как минимум приблизиться к этому. Накопить силы достаточные, чтобы тело посчитало себя живым. На такое уходят сотни и сотни лет.

— Да… Она смотрит на Хильду, Сивилл и Цукимару, и думаю в душе им немного завидует.

— Говорил с ней об этом?

Дмитрий отрицательно помотал головой.

— Она не признается. Скажет что-то вроде «это мой выбор» и все в таком духе.

— Ясно, и сколько у тебя уже спиногрызов?

— Пятеро, — улыбнулся Дмитрий. — Три дочери и двое сыновей.

— Прям отец-герой, — рассмеялась Фломелия.

— Да какой, — отмахнулся он. — Двоих я почти не вижу. Сивилл растит сестричек сама, в Доминионе, хотя старшая летом приезжает, но по большей части чтобы досадить матери. Сыновей Хильда хочет сделать воинами, отчего с детства отдала их в руки наставников. Я порой их неделями не вижу. Одна малышка Юки радует меня, вечно крутится под ногами. Она кицунэ, и совсем недавно «прорезалась» магия, так первое, что она освоила — невидимость, чтоб сбегать от матери. И это ей ещё пять… Страшно представить, что будет лет через десять.

— Весело.

— Да… Но этого девчонкам мало. Хильда, пока возраст позволяет, хочет ещё одного, и Цукимару подбивает на второго. Но мы с Цуки пока держимся, а вот Хильда умеет добиваться своего. Она хотела посадить меня на трон севера и сделала это, хоть я уже двадцать раз об этом пожалел. Так что думаю через годик придется ждать прибавления в семействе, эх… — он вздохнул, затем тряхнул головой и стал серьезнее. — Извини, что-то я заговорился.

— Такова жизнь смертных, — пожала она плечами. — Смотри, скоро станешь дедом.

А затем, заметив его странный взгляд, изумилась.

— Стой! УЖЕ⁈

— Ещё нет, но через пару месяцев стану. Мой старший, Матс, вот полгода назад свадьбу сыграл.

— Знаешь, забудь… — Фломелия внезапно поняла, что зря пришла. Она-то надеялась увидеть перед собой того же молодого парня, сильного и горячего, а нашла мужчину, по голову ушедшего в довольно большую и разношерстную семью. — Я зря пришла, ты…

— Нет! Стой! Я же не отказывался тебе помочь.

— Но разве твои тебя отпустят. В смысле…

— Да плевать. Серьезно. Последние лет десять я буквально чувствую, что ржавею. Мы сдвинули границы далеко на восток, загнав хагга на самый край континента. Османы немного подпирают границы, но по мелочи. По правде говоря, это были даже слишком тихие годы. Одни приемы, встречи и дипломатические визиты. А я Гнев, Стремление войны, и ты даже не представляешь, как мне хочется поучаствовать в какой-нибудь заварушке как раньше. Правда я не в самой лучшей форме…

Он даже специально потрогал немного выпирающий живот. Фломелия не могла назвать Дмитрия толстым, но он действительно себя немного запустил.

— Но плевать, я твой должник, Фло, и помогу, чем смогу.

Глава 28

В Башне было неспокойно. Внезапное появление Тейоса было воспринято местными обитателями как тревожный знак, и они были целиком и полностью правы. К счастью, эвакуацию провести было не сложно — тут была зеркальная комната, позволяющая легко переправить людей в другие миры. Архимаг Торнвуд заверил, что Мральдарим примет всех беженцев.

Впрочем, де Кролл объявлять эвакуацию не спешил, но и на активные действия не решался. В конце концов, одно дело — вести какую-то подковерную игру, а другое — начать полномасштабную войну одновременно с несколькими странами. Даже если сам де Кролл и был готов к такому, но вряд ли у него найдется много сторонников.

Пока что гостям выделили целый этаж Башни. Перемещение было ограниченным, а вот за её пределами Торнвуд и компания могли творить что заблагорассудится, что собственно они и стали делать, подготавливая все для переноса Аридели.

Я же со своей супругой, Фией и двумя телохранителями, одна из которых — дочь бывшей императрицы Мральдарима, а другой — чокнутый бог-каннибал, которого приставила ко мне Эара, в итоге всё равно оказался в плену на том самом оговоренном этаже.

— Могло быть и хуже, — отметила Аида. — По крайней мере мы в плену с комфортом, а не сидим в казематах.

Этаж, к слову, был гостевым, как раз для послов и прочих высокопоставленных гостей Ордена, так что в этом Аида была права. Но факт оставался фактом — мы пленники, и двери заперли надежно. Они тут были не простыми, а магическими. И единственным выходом было несколько балконов, с которых открывался красивый вид, но они бесполезны, если не умеешь летать.

Первую попытку выбраться исполнила Фия, но неудачно. Она просто не смогла пройти через Тень за двери. То же самое попробовала и Эрра и вскоре сообщила о провале. Этаж был экранирован от теневиков, и то же самое касалось и балкона. Никто не мог попасть или выйти отсюда через Тень.

Самой спокойной в данной ситуации выглядела Аида. Лисица совершенно равнодушно наблюдала за нашими попытками придумать, как выбраться отсюда, но вместе с этим не привлекать внимания. Эрра уже даже подумывала связать из простыней веревку и спуститься на этаж ниже. Рискованно, учитывая, что мы находились на высоте в сотни две метров.

— Напомню, что Люц может летать, — скучающим тоном вставила лисица.

— Серьезно? — удивилась Фия.

— Раньше не мог, — хмыкнула Эрра. — Растете, господин Люц.

— Я не могу покинуть комнату, по крайней мере пока, — сказал я Аиде. — Де Кролл может объявиться в любой момент, и пропажу меня или Ультиаса он заметит, а вот Эрры — далеко не факт. Нужно, чтобы кто-то выбрался и нашел, где сейчас держат великого магистра.

Де Кролл прямо сказал ранее, что великий магистр болен и никого не принимает, а он по старшинству сейчас является его исполняющим обязанности. К Торигу допускались только лекари, и де Кролл заверил нас, что если великий магистр очнется и захочет нас видеть, то это случится, а пока же мы должны ожидать моего суда. Но что-то мне подсказывало, что он просто тянет время.

— По мне вы просто страдаете херней, — рыкнул Ультиас. — Я просто могу пройти через них.

— Не будь столь уверен, — покачала головой Аида. — Ты конечно бог и всё такое, но и мы поднаторели в борьбе с Несущими Свет. У нас есть оружие, способное ранить даже таких, как ты.

— Очень хочется на него посмотреть, — осклабился Ультиас.

Я хотел ему что-то сказать, но внезапно двери распахнулись, и объявился де Кролл в сопровождении двух десятков воинов, причем доспехи на них были гораздо более продвинутыми, чем обычно. Видимо, сообразил, с кем имеет дело, и решил подстраховаться.

— Люциус Готхард, все готово для суда, следуй за нами, — объявил он.

Шустро они. В тот момент единственным способом немного сбавить градус напряжения было мое согласие на суд. Именно поэтому нас проводили в башню и так хорошо разместили. Это давало возможность без сражения оказаться внутри.

— Ведите, — сказал я, улыбнувшись. Де Кролл тем же не ответил, он был напряжен.

Следом за нами пошли и остальные мои друзья, хоть де Кролл и сделал попытку оставить их на этаже.

Местом суда оказалась вершина Башни, здесь в свое время восседал Отец. Тут даже трон его присутствовал, огромный, рассчитанный на настоящего великана. И вот перед ним были выставлены столы, за которыми сидели два десятка воинов в разномастных доспехах черного ордена. На некоторых были узоры, на других цветные части, один вообще превращал владельца в какую-то крупную боевую машину.

Зрителей тоже хватало. Сотен пять человек, как орденцы, так и гражданские, что жили в башне, выстроились полукругом, наблюдая за происходящим.

Вот значит и судьи, нынешняя верхушка Черного Ордена. Уже немолодые воины, что прошли войну со Светом. Де Кролл, сопроводив меня до специального места перед столом, занял свое место.

— Что ж, можно начать судебное заседание,— объявил один из них. — Всё должно быть сделано официально.

— Для начала неплохо было бы понять, в чем обвиняют Люциуса, — Аида встала рядом со мной, выполняя роль адвоката и защитника.

— Он обвиняется в нападении на членов ордена, причем неоднократных, — заговорил де Кролл, он, как я понимал, исполнял роль обвинителя в этом заседании. — Начиная с первого, заканчивая недавним, совершенным в Мральдариме. А также, что немаловажно, в похищении реликвии, принадлежащей ордену.

— Реликвии? — нахмурилась Аида. Я тоже не понимал, о чем они говорили. Если нападение, пусть и с натяжкой, было обоснованным, то вот реликвия…

— Божественное оружие основателя ордена, Максимилиана Готхарда. Оно считалось утерянным, но само собой разумеется, что оно принадлежит Черному Ордену.

— Чего⁈ — тут я разозлился.

И тут часть событий встала на свои места. У меня уже были догадки на этот счет, и теперь они подтвердились. Очевидно, зачем в это дело влез Черный Орден — из-за отцовского меча. Я долго не мог понять, каким образом Виго смог договориться с ними, и вот он ответ — Виго пообещал им меч. А учитывая, что его подручный кровосос ещё и видел, как я использовал его, как влил в него Свет, то понятно, чего они все так зашевелились.

Я делал глубокий вдох, прогоняя нахлынувшую злость.

— Меча при вас обнаружено не было, но мы готовы снять все обвинения, если вы вернете реликвию хозяину.

— Для начала, он никогда вам не принадлежал, — сказал я как можно более спокойно, но в голосе нет-нет, да проскакивал гнев и презрение. — Этот меч был частью его души, и если кому он и должен принадлежать, так это его детям.

— А какой в этом смысл? Чтобы этот меч пылился на вашем пыльном чердаке? — де Кролла эти слова совершенно не впечатлили. Он скривил губы в презрительной усмешке. — Черный Орден был основан как основная ударная сила в борьбе со всеми, кто несет угрозу этому миру. И божественное оружие, если мы сможем вдохнуть в него Свет, станет той вещью, что поведет за собой тысячи и тысячи людей. Мы будем выбирать самых достойных владеть им, как хотел бы твой отец!

Его хором поддержали орденцы из зрителей, а один из судей жестом попросил их соблюдать спокойствие, хоть в душе и был рад подобному. Не удивлюсь, если заранее были даны указы к такой реакции.

— Де Кролл, давай без этих напыщенных речей, — фыркнула Аида. — Все эти слова о достойных, о воле Максимилиана, такая чушь. Ты вообще его не знал. Ни разу не встречался.

— Верховный магистр Ториг служил и бился с ним плечом к плечу, — покачал головой де Кролл. — А мы следуем его воли.

— Ториг уж точно бы не приказал отнять этот меч, мы с ним тоже хорошо знакомы. И мы с Люциусом все ещё настаиваем на встрече с ним. Если он действительно в таком плохом состоянии, как вы говорите, мы можем обратиться к богам в Новой Башне, среди них есть те, кто могут исцелять любые болезни.

— Богам нельзя доверять, — судя по тому, как оскалился де Кролл, Аида угодила в самое болезненное место их «легенды». Возможно, Ториг уже вообще мертв, а они просто правят от его имени, сбрасывают ответственность на него, и когда придет время, сообщат о скоропостижной кончине. Тогда и внезапную охоту на Готхарда можно будет скинуть на предсмертную волю Торига. — Боги бросили нас в войне со Светом! Не они сражались и гибли с Несущими Свет. Но не Максимилиан Готхард! Он знал, что на них нельзя положиться! И создал Черный орден для войны с любым врагом. И я готов поставить на кон свою жизнь, что он бы тоже сказал, что меч должен принадлежать нам.

Опять торжественный рев орденцев, и вновь их призвали к порядку. Но один никак не унимался. Даже я обратил внимание на то, что кто-то продолжает смеяться и аплодировать.

— Успокойте уже этого хохотуна, — раздраженно буркнул де Кролл. — Суд не место для веселья.

— Почему нет? По мне очень даже, особенно когда люди вроде вас несут полнейшую ерунду.

— Кто⁈ Кто это сказал⁈ — де Кролл аж вскочил со стула, закрутил головой, и лишь сейчас присутствующие увидели, что прямо на престоле Отца сидит черная фигура в доспехах. — Это святотатство! Ты оскверняешь…

Мужчина поднялся и коснулся шлема, отчего тот схлынул с его лица нитями мрака. Теперь сомнений быть не могло — это он. Мой отец. Его лицо было мертвецки бледным, глаза затянуты мраком, а на шее и щеках проступали темные вены.

Он стоял на престоле Отца и смотрел на все это судилище со странной зловещей полуулыбкой.

— Аида, скажешь им, зачем на самом деле был основан Черный орден? — бросил он лисице.

Аида нервно дернула щекой, да и я ощутил болезненный укол. Этот вопрос означал, что отец многое помнит. Сможем ли мы действительно вернуть их с мамой?..

— На тебе висел долг в сто восемьдесят с лишним тысяч, — наконец сказала Аида, громко, чтобы все слышали. — Ты тогда только стал судьей, тебе нужно было собственное ведомство, вот ты и решил сделать свой воинский орден.

— Верно, — улыбнулся отец.

— Это всё какой-то фарс! Несмешная шутка! Это… Это… Оскорбление Черного Ордена.

Максимилиан спрыгнул вниз, и при приземлении его казавшийся громоздким доспех не издал ни единого звука.

— Нет, фарс — это этот суд. Фарс, что человек, которого я в глаза не видел, говорит, что знает меня лучше, чем моя семья, — я даже не успел понять, когда он оказался рядом с де Кроллом. Взмах руки, в которой появился матовый черный меч, больше похожий на силуэт, чем на оружие, и магистр черного ордена распадается на две половинки несмотря на всю свою высокотехнологичную броню. — Ты так хотел мой меч, ну вот он. Нравится? Чувствуешь его силу?

Глава 29

На вершине башни воцарилось молчание, никто словно не мог поверить в то, что сейчас произошло. Максимилиан Готхард, основатель Черного Ордена, явился прямиком с того света и прикончил заместителя Торига. И никто из присутствующих, даже остальные магистры, словно и пошевелиться не могли, оцепенев от ужаса.

— Ну? — обратился Максимилиан к присутствующим. — В чем дело? Я же та самая жуткая страшная угроза, от которой вы якобы должны защищать мир, так почему вы ничего не делаете? Я же только что прикончил вашего магистра!

Наконец один из сидящих за столом воинов не выдержал. Он вскочил, с грохотом отбросив стул, бросился на посланника Пустоты и умер. Оружие отца прошло сквозь артефактный меч воина и с такой же легкостью рассекло броню. Максимилиан рассек магистра от плеча до плеча, и верхняя половина просто съехала вниз.

Теперь уже некоторые из магистров в ужасе бросились бежать, отдавая приказы подчиненным.

— Схватить его!

— Убить его!

Но посланник Пустоты на это лишь зловеще улыбался. Никому из присутствующих с ним не справиться.

— Макс! Макс! — внезапно воскликнула Фия, бросившись вперед. В последний момент я успел схватить её за руку. — Отпусти!

— И не подумаю, он… — вместо того, чтобы послушать меня и внять доводам разума, она нырнула в Тень, выскользнув из моих рук.

— Вот же дура! — выругалась Аида. — Он же её прикончит.

Этого боялся и я.

Фия вынырнула из Тени метрах в двадцати впереди, как раз чтобы оказаться перед Максимилианом. Он остановился, взглянул на неё и перестал улыбаться. В его темных глазах можно было заметить отголоски старых эмоций.

— Фия?

— Ага, — улыбнулась она, а по щекам невольно сами собой потекли слезы.

Максимилиан медленно подошел к ней, протянул руку, и женщина тут же прижалась к ладони лицом.

— Ты постарела, но за этими морщинами я вижу настоящую тебя. И ты все так же прекрасна, — он мягко взял её за талию, притянул к себе и поцеловал. Фия не противилась, напротив, она полностью отдалась этому порыву. Оплела руками его шею, с чувством отвечала на поцелуй, как и подобает любящей жене, встретившей мужа после долгой разлуки.

Он отвел руку чуть назад и направил острие в живот женщине. Ещё пара мгновений, и он просто проткнет её насквозь.

Нет!

Я этого не позволю!

Рванул вперед, что было сил, материализуя броню прямо на ходу. Теперь для этого не нужна ни перчатка, ни что-то еще. Она часть меня самого. Я двигался так быстро, что словно время замедлило свой ход. Краем глаза я видел, как медленно бегут воины ордена, кто прочь, кто прямо к отцу.

Меч уже почти коснулся Фии, и я сделал абсолютно немыслимую вещь — создал свой меч из игральных костей, и его острием ударил вперед, прямо между отцом и женщиной, отчего мое оружие ударило в черный меч и отклонило его в сторону. Миг спустя я на ходу буквально сорвал Фию с шеи отца и укрыл нас обоих алым плащом.

Тут же Аида ударила по Максимилиану магией, самой мощной из тех, что держала под рукой. Так и знал, что она была готова к тому, что суд пойдет плохо, и придется сражаться. Когда шум раздавшегося взрыва утих, я сбросил плащ, поднимаясь на ноги и помогая встать Фие, но та была вне себя от злости.

— Что ты творишь⁈ — зарычала она, отбрасывая мою руку.

— Спасаю тебя! — ответил я тем же. — Он тебя чуть не прикончил!

— Он бы такого не сделал. Он любит меня!

От стола, за которым ранее сидели судьи, остались лишь угли,, да и на каменном полу было крупное черное пятно гари, в центре которого стоял Максимилиан. Отца совершенно не задела эта магия, он лишь махал рукой, избавляясь от остатков дыма.

— Тц… Аида, тебе говорили, что с магией нужно быть поосторожнее? — почти равнодушно заметил он. — Устроила тут беспорядок.

— А что делать, если ты совершенно внезапно решил нас всех тут прикончить.

— Не прикончить, — помотал он головой, делая пару шагов навстречу лисице. — Приобщить. Я хочу, чтобы мы снова стали одной семьей, как и должно было быть. Я, Кэт, Люциус, Фия… Ты тоже можешь присоединиться к нам.

— Я пас, — скривилась Аида. — Мне и тут хорошо.

— Вселенной осталось недолго, Аида, ты прекрасно это знаешь. Договор нарушен, и Пустота намеревается закончить цикл этой вселенной, чтобы Вечность могла создать новую. Так зачем сопротивляться, зачем сражаться с неминуемым?

— Затем, что вся наша жизнь — одна сплошная война, — ответила Аида. — Ты кажется сам это стал забывать. Помнишь, как мы сражались со Светом? Как мало было шансов, как лишь несколько вселенских правил мешали раздавить Истинному Пламени нас, но… мы победили. Ты уничтожил его, спас всех нас, хоть надежды не было. И твои слова о «неминуемости» лишь подчеркивают, что нужно сражаться.

Отец на это лишь печально улыбнулся.

— Не каждую войну можно выиграть, Аида. Когда ты присоединишься к нам, то поймешь.

— «Когда присоединишься, то поймешь»… Ха! То же дерьмо втирали нам и Несущие Свет. Мир без боли, чувств и все в таком роде. Нет уж. Мы тогда это не приняли, не примем и сейчас.

— Что-ж… Значит слова больше не имеют смысла, — сказал Максимилиан и взмахнул черным мечом, оставляя на каменном полу, который был совершенно невосприимчивым к магии и физическому воздействию, глубокую борозду. — Мы просто заберем то, что принадлежит нам.

И небо стремительно начало чернеть, точно так же, как когда мы убегали из Мральдарима. Над нами образовывался настоящий черный водоворот, желающий поглотить Башню Богов.

Мрак хлынул на нас, захлестнул черной волной.

— МАКС! — закричала Фия, но я все ещё крепко держал её за руку. Отец исчез, его поглотила тьма, а сам я уже тянул женщину за собой, пытаясь найти Аиду. К счастью, это не было сложно, я чувствовал её даже не видя.

Через десяток ударов сердца передо мной оказалась лисица. Она пыталась создать рядом с собой источник света, чтобы хоть немного развеять тьму, но мгла была настолько плотной, что даже лицо едва просвечивало.

Зато меч в моей руке сиял так, что рассеивал мрак на несколько метров вокруг, и думаю, что если вложу в него больше сил, то мрак отступит.

— Аида!

— Люц! Хвала богам!

— Они тут не причем, — сказал нам Ультиас, выходя из тьмы. — Нам надо уходить, Пустота заявляет права на это место.

— Мы не можем, — сказала Аида. — Нам ещё нужно переместить Аридель.

— Какой смысл, если Пустота уже сюда пришла⁈ Мы думали, что Башня даст нам преимущество, но…

— Именно, вспомни, что говорил Элард. В прошлый раз они перемещали город через прорыв Пустоты, и сейчас нам, возможно, будет гораздо проще переместить город, чем без прорыва. Понимаешь?

— Кажется… — кивнул я, задумавшись об этом. Она права.

— Но времени мало. Остается надеяться, что Торнвуд и остальные успели все подготовить.

— Тогда спешим.

— Я проложу дорогу, — сказал Ультиас и со зловещей ухмылкой пошел вперед. Он шел на самой границе мрака, словно прекрасно ориентировался в нем. За собой буквально приходилось тащить Фию. Она то и дело сбивалась с шага, смотрела назад, словно выискивая там Максимилиана, но отец исчез без следа. И мне это не нравилось — мы понятия не имеем, когда он может объявиться вновь.

До лестницы мы добрались без проблем, но стоило спуститься этажом ниже, как начались первые проблемы. Там были Пустые. Очень много Пустых. Рыцари Черного Ордена сражались с ними, магическое оружие рассекало плоть безглазых людей, но те не умирали, они вгрызались зубами в артефактные доспехи, царапали металл когтями. И если рыцари это ещё худо-бедно переживали, то вот гражданским приходилось туго.

— Держитесь за мной, — сказал нам Ультиас и смело шагнул в сторону целой оравы пустых. Казалось, что при нашем появлении все они мгновенно переключились на нас. Ультиас шагнул вперед, тень под его ногами ожила и выстрелила вперед волной из шипов. Те пронзали тела порождений Пустоты, и они растекались черной жидкостью, превращаясь в ничто.

И все же бог не смог взять на себя всех. Справа на нас выскочила тварь. Иначе это черное существо, покрытое броней, язык назвать не получалось. В нем не было ничего человеческого, и на пути к нам оно просто смело двух рыцарей ордена. Обе его руки были просто набором лезвий, которые играючи вспороли артефактную броню.

Я рефлекторно оттолкнул Фию к Аиде, а сам встал между ними и чудовищем. Чуть сместившись вправо, рубанул мечом и отсек твари руку, а вторым ударом и голову. После этого она уже не встала, тоже превратившись в черную лужицу.

— Это ещё что за дрянь… — охнула Фия, начавшая, кажется, приходить в себя.

— В такую и вы превратитесь, если не будете смотреть по сторонам, — рыкнул Ультиас. И действительно, это было только начало. Вслед за одним монстром стали появляться и другие. А ещё среди них внезапно появились рыцари — рыцари ордена, в артефактной броне. Их поглотила Пустота.

В этот момент я действительно порадовался, что этот монстр был на нашей стороне. Ультиас за считанные секунды расправлялся с десятками Пустых даже не сбавляя шага. Мы шли за ним, отбиваясь от редких чудовищ, что нападали сверху или выпрыгивали из помещений. К сожалению, бог при всем желании не мог уничтожить всех. Пустота словно иссушала нас, даже я, казалось бы ещё совсем недавно ощущавший себя всемогущим, способным даже поворачивать время вспять, в прорыве ощущал себя слабым и незначительным. Страшно представить, что чувствовала Аида. Она тоже пыталась помочь, но её магия была такой слабой и незначительной, что некоторые твари даже не замечали её колдовства.

Фия тоже не могла коснуться Тени, как и Эрра. Демоница подхватила один из мечей орденцев, но не могла его активировать. Даже лишившись сил, она дралась как дикий зверь, кромсала Пустых с полубезумной улыбкой и полыхающими алыми глазами. Кажется, она ловила кайф от всей этой ситуации.

— Эрра, не отставай! — крикнул я ей, заметив, что она чересчур увлекалась.

В какой-то момент на неё выскочил лезверукий монстр, она увернулась от его «клешней», вонзила меч тому в брюхо и попыталась выпотрошить словно рыбу. Пустому это не очень-то понравилось. Его голова исказилась, раскрылась огромной пастью, норовя откусить суккубе голову.

Пришлось спешить на помощь.

Я избавился от меча, вернув костям исходную форму, и из одной из граней выстрелил сияющий луч, пронзивший монстру голову ещё до укуса.

— Надо было раньше использовать эту штуку, — бросила она мне вместо благодарностей.

— Не привык ещё, — отозвался я. Да и без оружия в руках чувствовал себя немного беззащитным. На уровне привычки хочется держать что-то в руках, но Эрра права, использовать кости так намного эффективнее.

Благодаря игральным костям мы заметно ускорились. Они словно автоматическая лазерная турель зависли над нами и стреляли лучами в любых врагов, что оказывались рядом.

— Туда, к подъемнику! — крикнула Аида.

Но тут нас ждало разочарование — механизм не работал. Лисица на это лишь рассерженно буркнула.

— Нам нужно спуститься в подвальный этаж, — сказала она.

— А что там?

— То самое хранилище Света, о котором мы говорили. Плюс ещё кое-что из старого арсенала. Башня была не готова к нападению, нужно срочно включить оружейные системы.

Я дал мысленную команду костям, и те срезали двери лифта. Я наклонился, взглянул в шахту.

— Можно попробовать спуститься вон по тем тросам, — без особого оптимизма сказала Фия.

— Нет, мы просто спрыгнем. Я умею летать, Ультиас вряд ли разобьется. А вы трое… — последнее было сказано Аиде, Фие и Эрре. В другой ситуации они могли мы попытаться использовать Тень, но не в прорыве Пустоты. Магия Аиды тоже нестабильна. Даже если она использует заклинание левитации или что-то схожее, нет гарантии, что оно не разрушится в процессе. Рискованно.

Унесу ли я на себе сразу троих?

— Одна может прокатиться на мне, — усмехнулся Ультиас.

— Я, — сказала Фия, — А вы с Люциусом.

Я кивнул. Аида встала на один сапог, Эрра на другой, и обеих я приобнял за талии. Фия тем временем забралась на спину Ультиаса, и её, для надежности, ещё и оплели части его подвижного тела, словно черно-красные щупальца-отростки. Фия при этом слегка скривилась, но ничего не сказала, зато заговорила Эрра.

— Надо было нам поменяться, — в голосе звучала плохо скрываемая зависть.

— Щупальца? Серьезно?..

— А что? Вся эта ситуация меня дико заводит… — и её рука коснулась моего паха.

— Кхем-кхем, милочка, — сердито глянула на неё Аида. — Я конечно человек открытых взглядов, и все такое прочее, но Люц теперь мой муж, и крайне невежливо домогаться его на глазах жены, не находишь?

Фия тем временем закатила глаза, а Ультиас что-то буркнул и рывком прыгнул в шахту лифта. Но он если и мог летать, то не стал, просто впился когтями в стену и скользил вниз, время от времени перескакивая на другую.

Я сосредоточился и поднялся в воздух. Аида при этом охнула и прижалась покрепче ко мне. В отличие от Ультиаса, я спускался не торопясь. Я только учился летать, да и силы тут вели себя немного непредсказуемо, так что лучше не спеша, но без проблем. А вот Эрра видимо заскучала, и у неё все еще свербило в одном месте.

— Раз вы теперь жена господина Люца, то мне надо спрашивать вашего разрешения, чтобы к нему «поприставать»?

— Да.

— Я могу это сделать?

— Прямо сейчас⁈

— Да.

— Нет! — твердо ответила немного рассердившаяся Аида. Как же приятно слышать из её уст собственнические нотки.

— Ну ладно, придется самой… — вздохнула она.

— Придется что?.. — я ещё не успел понять, о чем речь, как суккуба прижалась ко мне поплотнее и свободную руку запустила себе в штаны.

— Вот же ненормальная… — только и смогла выдавить из себя Аида. Суккубе было совершенно плевать, что мы находились в прорыве Пустоты, что на этажах кипел бой, и что под нами бездонная черная пропасть, падение в которую она вряд ли переживет. — Тебе обязательно заниматься этим сейчас⁈

— Нет. Но я возбуждена, и у нас есть пара спокойных минут. Я успею закончить.

— Да не в этом проблема. Аргх… Неважно! Делай, что хочешь!

И она делала. Прикрыла глаза, задышала чаще и сдерживала время от времени прорывавшиеся стоны. Аида стоящая на другой моей ноге смотрела на неё с плохо скрываемым раздражением и недовольством.

— Люц… Спускайся быстрее, пожалуйста… — буркнула лисица.

— Стараюсь как могу…

Эрра сдержала свое слово и закончила аккурат к моменту, когда мы спустились на самое дно шахты подъемника. Суккуба задрожала, издала сладостный вздох, а затем расслабилась. Облизнула влажные пальцы и ловким движением высвободилась из моих рук, спрыгнув вниз с высоты в три метра.

Она уже прошла вперед, весело размахивая мечом, когда наши с Аидой ноги коснулись земли.

— Люц, тебе ведь уже говорили, что у тебя ужасный вкус на женщин?

— Чаще, чем ты можешь представить…

— Так вот, сегодня поняла, что это проблема, — совершенно серьезно сказала супруга. — Эта Эрра ненормальная.

— Есть такое… — я был полностью согласен с данным утверждением. Немного психопатка, садистка и нимфоманка… Да, Аида права, у неё проблемы с головой…

— Избавься от неё. Серьезно.

— Избавиться… — я посмотрел девушке вслед. Странно это говорить, то я к ней немного привязался. Даже к этим её странностям привыкаешь, но с другой стороны, если жена говорит, что так будет лучше… — Эх, я поговорю на досуге с Сиррой.

— И я поговорю, — недовольно буркнула лисица и двинулась вперед. Я пожал плечами и поспешил догонять остальных.

Ультиаса мы нагнали быстро, он не ушел далеко. Задумчиво, смотрел на развилку впереди.

— Куда нам? — спросил он.

— Влево, — сообщила Аида и решительно направилась в проход. Но Ультиас мягко положил ей руку на плечо и сдвинул назад, сам выходя вперед.

— Вы идете за мной. А ты, — это он мне, — Следи, чтобы твоя стрелялка не попала в меня. Она один раз задела и это… больно.

И с этими словами указал на свое плечо, где имелось что-то вроде маленькой обожженной раны.

— Это я?

— А тут кто-то ещё играет в стрелка? — раздраженно рыкнул Ультиас.

— Извини, я не…

— В задницу твои извинения, — фыркнул он и шагнул в избранный лисицей проход. Его тень снова ожила, и источала что-то вроде темного свечения, отчего коридор впереди хорошо просматривался.

Мы прошли минут десять и, как не странно, никого не встретили. Ни пустых, ни воинов черного ордена. Странно это было, и даже Эрра слегка приуныла, суккуба жаждала битвы и нетерпеливо перекидывала трофейный меч из одной руки в другую, прислушиваясь к каждому шороху.

Фигуру в темной броне мы увидели внезапно, мрак просто расступился, открывая её, но в этот раз перед нам был не мой отец. Женщина-рыцарь с длинными золотистыми волосами. Она стояла, положив руки на рукоять меча перед собой.

— А вы не торопились.

Вначале отец, теперь мама… Этого стоило ожидать.

Глава 30

— Катрина? — вперед вышла Фия, но не спешила бросаться к матери на встречу с объятиями, в отличие от отца. В этот момент я поймал себя на мысли, что толком и не представляю, какие у них были отношения. Были ли они соперницами, ведь им приходилось делить одного мужчину, или же они находили взаимопонимание и были близкими подругами? Я был слишком мал, чтобы это помнить или обращать на такое внимание.

— Фия, — отозвалась моя мама. — Смотрю, годы тебя не пощадили.

То, каким тоном Катрина это сказала, сразу дало мне понять, что ни о какой близкой дружбе речи не шло.

— А ты всё так же цветешь и пахнешь, — ответила Фия. — Аж тошно. Небось и сиськи не отвисли.

Ага. Соперницы. Причем очень ярые… Не завидую я как-то отцу.

— Всё это поправимо, Фия, — сказала она. — Просто присоединяйся к нам, к Пустоте. Отдай свою душу, как сделали мы, и мы все вновь воссоединимся. Макс, я и ты, Люциус, — при этом мама посмотрела на меня. — И разумеется твои дочери. Мне очень хочется на них посмотреть. Вся семья соберется вновь, навечно.

— Извини, но нет. Лучше вы возвращайтесь к нам, как и должно было быть.

— Это невозможно, — вздохнула мама, и кажется, эта печаль была искренней. — Пустота поглотит вас и Башню, желаете вы того или нет.

— Хранилище Света впереди? — спросил я у Аиды, пока Фия и Катрина общались.

— Ага, прямо за той массивной дверью.

— Тогда идите вперед, а я займусь мамой.

— Люц… — укорила меня супруга.

— Выхода нет. Я… Не знаю, попробую достучаться до неё.

— В прошлый раз не вышло.

— Я стал гораздо сильнее с тех пор. К тому же, если не вышло один раз, разве это не повод попытаться снова?

Аида понимающе улыбнулась, и я ответил ей тем же.

Зато от разговоров устала Эрра.

— Я понятия не имею, кто ты, но видимо враг, — архисуккуба бросилась вперед, несмотря на мой возглас в попытке её остановить. Мама отреагировала мгновенно, подхватила меч и ловко взмахнула им. Эрра попыталась заслониться своим, но артефактное оружие было с легкостью разрублено. Рогатой повезло, она успела отклониться, и меч проскользнул в пальце от её груди.

Эрра сделала пару прыжков назад и, нахмурившись, посмотрела на обрубок своего оружия.

— Тебе говорили, что невежливо прерывать чужую беседу? — с легким раздражением сказала мама.

— Ты враг, это все, что для меня важно, — равнодушно отозвалась Эрра. — Ты стоишь на нашем пути, так что мы через тебя переступим.

— А я говорила… — буркнула Аида, памятуя наш разговор насчет суккубы.

— Неважно, — бросил ей я и вышел вперед. — Мам, ты меня узнаешь?

— Теперь да, — с некоторой грустью сказала она. — Я искренне рада тебя видеть, Люциус, но я не позволю сделать то, что вы планируете. Башня теперь наша. Всё ещё может закончится иначе, просто пойдем со мной. Мы отступим, пока что. Пройдут тысячи лет, прежде чем мы вернемся и начнем пожирать миры. Мы сделаем это ради тебя.

— Могла бы сказать, что уйдете навсегда, — криво усмехнулся я.

— Это была бы ложь. Мы не врем, Люциус. Никогда. Если ты пойдешь с нами, все закончится.

— А Аридель?

— Её и всех её жителей мы поглотим сразу после того, как заберем тебя.

— А почему вы не делаете всё сразу? — вмешалась Аида. — Пустота же такая же всемогущая, как Вечность, почему вы просто не возьмете и не начнете пожирать все и вся? Вы бы могли давно поглотить Аридель.

— Пустота терпелива. Договор нарушен, но некоторые его части ещё действуют. Мы не можем просто так поглощать все и вся, но… жители Аридели наши, и через сотни лет их потомки будут населять тот мир, а может и другие.

— И они тоже будут вашими, — ужаснулся я.

— Да, так мы сможем унять свой голод, дожидаясь основного блюда — вашей вселенной. Но, к вашей радости, это будет ещё не скоро. На самом деле, Люциус, мы с отцом хотим помочь Ауларону. Другие Пустые склонны использовать Договор как способ утолить голод, дать Аридели разрастись, включить в нашу собственность миры, что оказывали ей помощь. Ты понимаешь? Мы знаем, что вы задумали, знаем что вы хотите перенести Аридель сюда, поэтому и пришли. Мы пришли сюда с твоим отцом за тобой, Люциус. Если ты пойдешь со мной, если вы оставите город в покое и позволите нам его поглотить, то на этом все закончится.

— А если нет?.. — спросил я. — Если я останусь?

— То мы с Максимилианом не сможем сдерживать остальных. Пустота будет иметь доступ в Ауларон, в Мральдарим, в Харденхёрст, но это только начало, за ними будут миры, в которых бывал ты.

— Что?.. — я вспомнил как бежал через миры от божественной погони. — Но… Но они ничем мне не помогали.

— Разве? А разве ты не дышал воздухом там? Разве не чувствовал ароматы? Разве солнечный свет не грел тебя? Это тоже помощь.

— Да вы те ещё бюрократы, — фыркнула Аида. — Ищите лазейки во всем.

— Именно, — совершенно серьезно сказала Катрина, взглянув на лисицу. — Во время последней нашей встречи мы с твоим отцом пытались все это закончить, закрыть Договор, но затем появился ты. Ты, исчезнувший из нашего видения, и вместе с этим тот, кто несет нашу печать. Пустота считает тебя своим, Люциус, и это единственная причина, почему мы тут. Пойми, если мы не поглотим Аридель сейчас, то потом будет поздно. Наше клеймо словно вирус расползется по мирам, и мы будем пировать. Вселенная не угаснет в отведенный срок, как должно, а будет сожрана заживо, медленно и со вкусом, и даже Вечность будет бессильна помешать, так как мы в своем праве.

— Принести жертву ради общего блага… — задумался я.

— Верно. Но, как я уже сказала, мы сможем стать семьей. Снова. Все вместе.

— Это все обман, Люциус, не верь ей, — сказала мне Аида, вцепившись в мою руку мертвой хваткой. Она понимала, что я всерьез об этом раздумывал, и какая-то часть меня даже готова была согласиться. В конце концов, я бы не просто спас тех, кто мне дорог, но и воссоединился бы с родителями. Но ведь речь про целую кучу других людей. В Аридели живут сотни тысяч, может даже миллионы. Это огромный город, ничем не уступающим Трисенту. Не уверен, что я вправе быть тем, кто решает, что нужно их принести в жертву в угоду большей цели. Погубить миллионы, чтобы спасти миллиарды? Дерьмовая математика, как не погляди.

А вторая причина — дарованные мне силы. Вечность же не просто вернула меня в этот мир, не просто дала второй шанс, но ещё и превратила в дракона, пусть и не полноценного. Она это сделала точно не для того, чтобы я просто сдался и принес себя в жертву.

Нет.

Эта сила была дарована для чего-то другого, а значит и сдаваться нельзя. Нужно лишь найти выход из ситуации, и я уверен, что Отец, ныне мертвый правитель богов, ключ к этому.

— Прости, мам, но я не могу. Полагаю, что вы с папой правда поступаете так, как считаете лучшим, или Пустота заставляет вас так думать, но я не могу отступить. Мы будем сражаться.

— Люц… — вздохнула она. — В таком случае мне жаль…

— Мне тоже, — кивнул я и бросил взгляд на суккубу. — Эрра!

Она непонимающе посмотрела на меня, а в следующий миг одна из игральных костей устремилась к ней, превращаясь в оружие. Вторую я отправил в сторону Фии, а третья, последняя, стала моим мечом. Теперь он выглядел иначе, лишился гарды, но это не важно.

— Другое дело, — одобрила рогатая и облизнула губы в предвкушении схватки. Фия просто благодарственно кивнула.

— Аида, вы с Ультиасом идите в хранилище. Мы её задержим.

— Люц… — забеспокоилась лисица.

— Её первоочередная цель я, так что… иди.

— Береги себя, — поцеловала меня колдунья и отступила. Мама заметила этот поцелуй и нахмурилась, но спрашивать ничего не стала. Вернее, не успела. Эрра напала вновь, да ещё как, и в этот раз её оружие не разрушалось от черного меча Катрины.

Ультиас и Аида бросились вперед, Катрина попыталась не дать им пройти, но между ними встала Фия, тоже подключившаяся к схватке. Стиль боя Эрры и Фии был очень похож: быстрые верткие атаки, сосредоточенные больше на скорости, чем на силе удара. Мама же, напротив, была не так проворна, но всё равно ухитрялась блокировать всё и ещё огрызаться. Её силы определенно были меньше, чем во время прошлой встречи, и тут два варианта: либо это воздействие моей силы, либо она просто сдерживается.

Она была непревзойденным мечником, то и дело навязывала противницам свой ритм боя, а вот я никак не мог решиться вступить в схватку. В конце концов, это моя мама. Но когда Фия, что была не в самой лучшей форме, получила удар в живот и отлетела к стене, я понял, что хватит прохлаждаться.

— А вот и ты, Люциус, — сказала мама, отражая мой удар. Она каким-то хитрым финтом сумела отбросить Эрру и тут же скрестила клинки со мной. Наши мечи при этом не издавали характерного звона стали, от их столкновения скорее расходилась вибрация, словно мироздание содрогалось от столкновения двух фундаментальных сил. — Хотела спросить, что это был за поцелуй? У тебя что, роман с Аидой?

— Хуже. Она моя жена.

— Вот же хвостатая распутница! — не то с раздражением, не то с восхищением выдала мама, не прекращая схватку. Мы фехтовали один на один, обмениваясь ударами. Эрра хотела было вмешаться и напасть со спины, но я её остановил и вернул игральную кость. Фия, морщась от боли, поднялась, и я рассеял и её оружие. Теперь в моих руках снова был полноценный меч, наполненный силой дракона. — Фия, как ты вообще это допустила⁈

— Хочешь верь, хочешь нет, но я сама об этом узнала совсем недавно, — Фия прижалась к стене, тяжело дыша. — И тоже была против, но твой сын такой же упрямый, как Макс.

— Перестаньте, — буркнул я, нанося укол. Мама заблокировала его боковиной меча и отвела в сторону, попытавшись пнуть меня ногой в плечо — спас плащ. Я даже не шелохнулся, а она на это лишь довольно улыбнулась. — Вы обе так кидаетесь на Аиду, хотя это было целиком мое решение.

Мама отступила, и они переглянулись с Фией как давние подруги. Словно говоря друг другу: «Он это серьезно?», «Да, совсем дурак».

— Люц, сколько раз до этого решения ты видел её голой? — в вопросе Фии было столько снисходительности, что я даже сбился с шага, но мама даже не попыталась воспользоваться этим. Сражение не прекращалось, но его накал… Сейчас это больше походило на дружеский спарринг, чем на вопрос жизни и смерти.

— Кхм…

— Много, — кивнула мама, совершая размашистый удар, который я отбил. — И она была твоей первой любовью?

— Да… — нехотя признал я. Этот разговор жутко смущал. Обсуждать с мамой свою любовь, которая при этом была её лучшей подругой в прошлом, довольно неловко. Впрочем, ей это не мешало ловко орудовать мечом, пытаясь вскрыть мою защиту.

— Нам правда надо ещё что-то тебе доказывать?

Да они были совершенно правы, тут не поспоришь.

— Слушайте, — буркнул я, переходя в атаку. Два удара сверху, затем подсечка, и следом размашистый удар снизу вверх. — Может хватит обсуждать мою личную жизнь? Я вам конечно очень благодарен за заботу, но свадьба с Аидой — самое счастливое событие в моей жизни! Я люблю её! А она, я точно знаю, любит меня.

— Эй, это точно битва? — скривилась Эрра, без особой радости наблюдая за поединком. Но суккубу все дружно проигнорировали.

— Мам… — сказал я, когда она отступила и опустила меч. — Сегодня ты другая, не такая, как во время прошлой встречи.

— Это все расстояние от Пустоты, — печально улыбнулась она. — Разум словно проясняется, мысли упорядочиваются.

Она замолчала, переводя взгляд своих темных глаз то на меня, то на Фию.

— На самом деле я не хочу, чтобы ты шел с нами, Люциус. Но… это выше моих сил, я не вижу иного выхода.

— Он есть, мам, — совершенно серьезно сказал я. Хотел было сказать про то, что я дракон, что я могу отматывать время, что хочу встретиться с Отцом, но осекся. Передо мной ведь не просто моя мама, передо мной Посланник Пустоты, часть этой фундаментальной силы. И Пустота ещё не знает, что я из себя представляю в полной мере, не знает, какой силой владею, но если раскрою тайны маме, узнает и Пустота. — Просто доверься мне.

— Люц… Если ты не пойдешь с нами сейчас, то сделаешь только хуже. За тобой придут другие, и они…

— Я справлюсь, — улыбнулся я.

— Даже не сомневаюсь, — сказала она и отошла в сторону. Меч, что она сжимала ещё мгновение назад, испарился. — Но предупрежу: твой отец вряд ли поступит как я. Пустота въелась в него гораздо глубже.

— Мы вернем и тебя, и его. Обещаю.

Глава 31

Мама ушла, оставив нас в покое, и я был искренне ей благодарен, а ещё внутри меня горела надежда. Даже не горела, сияла, рассеивала кромешный мрак окружающий нас, а вместе с ней сиял и меч.

Катрина Готхард сохранила гораздо больше от себя, чем я надеялся, но вот с папой всё может быть иначе. Мама права: он пробыл в Пустоте дольше, он отдал ей свою душу добровольно задолго до того, как уничтожил Истинное Пламя и положил конец войне со Светом. Его Пустота так просто не отпустит.

Двери в хранилище Света были вскрыты самым грубым из возможных образов. Скорее всего это сделал Ультиас, просто разнес магическую защиту, проложив путь. За дверями оказалось огромное помещение, размеры которого я толком даже не мог вообразить — слишком многое было погружено во тьму.

Тут было очень и очень много всего. Корабли, «погасшие» Стражи Света, какие-то машины и установки. Что-то было аккуратно собрано и словно дожидалось своего часа, а иная часть, как например уже упомянутые Стражи, были просто свалены в кучу. Странно выглядело это место, словно лаборатория или мастерская, которую в какой-то момент превратили в склад всякого хлама.

Найти Аиду и Ультиаса даже в такой ситуации было несложно — к месту, где они стояли вела полоска тусклых ламп. Когда мы подошли ближе, первым нас заметил Ультиас, его тень ожила, пришла в движение, но практически сразу замерла.

— Все-таки живы, — буркнул он. — Это хорошо, не придется оправдываться перед Эарой.

Аида тем временем бегала от одной машине к другой, запускала голографические панели, соединяла кабели и вообще не обращала на нас внимание. Это было для неё нормально — она была целиком погружена в работу.

— Чем-нибудь помочь? — спросил я, подходя.

— Просто не мешайся… — даже не посмотрела она на меня, набирая что-то на панели управления перед массивной каменной шестигранной колонной, которую удерживали механические держатели.

Наконец она нажала пару кнопок, пол у нас под ногами загудел, а Аида победно воскликнула. В тот же миг на гранях колонны засияли золотистые символы, держатели раздвинулись и сформировали силовое поле, внутри которого та воспарила. Тут же загудели кабели, и это место стало на глазах оживать. То тут, то там загорались механизмы, а мрак в одно мгновение не просто отступил, а исчез. Это помещение осветили тысячи ламп, и оно оказалось даже больше, чем я думал. Да тут целый город мог поместиться…

Аида показала средний палец небесам, рассмеялась, а затем просто повисла на моей шее и принялась целовать. Фия при этом закатила глаза и отвернулась, Эрра же обводила унылым взглядом окружение. Видимо она надеялась, что тут мы найдем орды врагов, а получилось с точностью до наоборот.

— Что ты сделала? — спросил я, когда жутко довольная лисица спрыгнула с моей шеи.

— Включила системы защиты Башни. Думаю, это должно отогнать Пустоту, по крайней мере пока. Эта машина использовалась во времена, когда твою мать все называли Богиней.

— Погоди… Эта та штуковина, что создавала щит вокруг Трислора во времена войны?

— Она самая, — подтвердила Аида и даже с какой-то нежностью погладила приборную панель. — Мой величайший триумф, если подумать, но делала её по большей части Эль и старший Торнвуд. Увы, в артефакторике я не так сильна, от меня лишь основная концепция.

Тем временем я заметил, что не вижу Ультиаса, а ведь он ещё минуту назад был здесь. Отойдя от Аиды, я сосредоточился на ощущениях и направился в ту сторону, где, как мне казалось, находился бог. Эрра засеменила следом.

— Что ты делаешь? — спросил я, увидев, как бог вскрывает что-то, напоминающее саркофаг.

— Собираюсь позавтракать, — осклабился он, продемонстрировав множество острых как бритва зубов. Внутри саркофага было… тело. Искалеченное, иссушенное. Настоящая мумия без глаз, рук и ног, с искаженным от боли лицом. Вначале я подумал, что это просто труп, но когда Ультиас поднял её, та внезапно открыла рот, словно пытаясь что-то сказать.

— Какого?.. — только и пробормотал я, как Ультиас раскрыл пасть и откусил мумии голову, а затем со смаком начал пожирать и все остальное. Терзал зубами иссохшее тело и причмокивая пережевывал.

— Ну и мерзость, — буркнула Эрра, но взгляд не отвела.

Ультиас закончил довольно быстро, вытер тыльной стороной пасть и посмотрел на нас.

— Не рассказывайте об этом Эаре.

— Какого хрена? Кого ты только что сожрал?

На что тот пожал плечами.

— Какого-то бога.

— В смысле… бога?

— В прямом, какого-то старого, немощного и дряхлого бога.

Я ещё не успел осмыслить, что он сказал, как явилась Аида, и Эара в двух словах сообщила, чему мы стали свидетелями.

— Лучше скажите мне спасибо, я избавил вас от некоторых проблем.

— Нет, ты избавил нас от одной из батареек, — сердито буркнула Аида и бросила опасливый взгляд назад.

— Да ладно, тут их ещё добрый десяток, — отмахнулся он.

— Да, и теперь на одного меньше.

— Погодите! Стойте! — вмешался я. — Тут что, вот так вот валяются боги⁈ В смысле… Это разве нормально?

— Нет. Но таково уж наследие Юндора, и с ними надо было что-то делать.

— А отпустить?

— Люц, эльфы столетиями держали их в своем плену. Буквально расчленили, используя фрагменты тел как энергоячейки. Где-то тут валяются ноги, руки, пальцы и глаза этого бога. И даже если мы соберем всё, маловероятно, что они оправятся. Мировые боги существуют за счет веры, понимаешь? Она питает их тела Светом. В некоторых из этих богов осталась лишь Искра Созидания, сердце. У тех, у кого ещё есть последователи, есть шанс восстановиться, но то, что сделали с ними эльфы, навсегда в них. Вскоре после войны, когда мы формировали хранилище, я сама была на твоем месте, хотела их освободить, дать вернуться в мир, но это было страшной ошибкой. Мы воскресили одного, собрали воедино, но он был не в себе. Тогда погибло больше сотни человек, по большей части гражданских, что оказались у него на пути. Мы три дня его выслеживали, а затем убили. С тех пор решили, что лучше не трогать их.

— Можно же было просто закончить с их страданиями.

— Можно, — подтвердила Аида, — Но это было время, когда война со Светом только завершилась, и многие боялись лишиться потенциального оружия. И… если бы не они, мы бы сейчас не смогли экранировать Башню. Такова цена за эту силу.

— Смотрите на все с оптимизмом, теперь я стал гораздо сильнее и смогу быть намного полезнее, — довольно сказал Ультиас, но смотря на его жуткую ухмылку, я радости не испытывал, скорее тревогу, что мы сами можем стать его закуской.

Но это было лишь началом. Закончив с настройкой щита, что теперь окружал башню, Аида переключилась на другие устройства. В какой-то момент она напялила на голову что-то вроде вычурного обруча, причем магического, и поспешила покрасоваться.

— Мне идет?

— Тебе всё идет.

— Льстец, — игриво фыркнула она, но тут же посерьезнела. — Смотри.

Она сделала взмах рукой, обруч на её голове засиял, и та куча металлолома, что осталась от Стражей Света, внезапно зашевелилась. Один за другим оживали магические доспехи, внутри которых загоралось золотистое пламя. Всего их было двадцать, каждый из них был в три раза больше простого человека.

— Охренеть, — я впервые видел настоящего Стража Света, вот так, живого и ходячего. Это были ожившие золотистые доспехи, полые внутри. Лишь Фия не испытывала трепета при виде их, скорее презрение. — Ты ими управляешь?

— Да, и это сложнее, чем я думала, — Аиданахмурилась.

— Они сопротивляются?

— Нет… дело в другом, — она рывком сняла с себя обруч и скривилась словно от головной боли. — Сложно объяснить. Это знаешь, словно смотришь сразу десятками глаз с разных ракурсов. Сознание распыляется.

— Можно я попробую? — спросила Эрра и прежде, чем Аида успела ответить отказом, суккуба вырвала обруч из рук лисицы и водрузила на свою рогатую голову.

— Стой! Ты понятия не имеешь, что делаешь!

— Да нет, по мне всё просто.

Подчиняясь её беззвучному приказу, стражи выстроились в две линии, друг напротив друга. Эрра подошла к ним, и каждый из них отдал ей честь, ударив кулаком в грудь.

— Видите?

— Как ты это делаешь?.. — удивилась Аида, смотря на неё.

— Ты слишком много думаешь, — пояснила Эрра. Лишние мысли мешают, и у тебя их видимо очень много. У меня же лишь одна мысль, вернее… желание. И это желание намного проще исполнить, когда меня так много.

— Какое желание?.. — спросил я, но уже догадывался, каков будет ответ.

— Рвать на куски твоих врагов, господин Люц.

После этих слов Стражи стали меняться, и уже через минуту перед нами стоял десяток крупных копий Эрры из золотого металла, разве что руки каждой из демониц украшали длинные когти-лезвия.

— Охренеть… — изумился я, но куда сильнее поразилась Аида.

— Я и понятия не имела, что они так могут…

— Главное что они на нашей стороне, — бросила нам Фия. — Идем наверх. Надо выяснить, что творится в башне сейчас.

А в башне творилось всякое дерьмо. Пустота и Пустые прошлись по этажам, не щадя никого. Коридоры были завалены изуродованными трупами, но и выживших хватало. Люди прятались, люди отбивались. Но все, о чем я думал, что это моя вина.

— Я… Может я смогу повернуть время вспять… — прошептал я. Попробовал ухватиться за это ощущение, как тогда, в мире малуров, но оно ускользало от меня. Может все дело в том, что их убили Пустые? «Пометили » их, так сказать. — Проклятье…

То, что я увидел на первом этаже, фактически повторялось на каждом в той или иной степени. Одни этажи были пустыми, и там все было тихо, а вот жилые этажи были местом бойни. Аида посоветовала просто это игнорировать, и наверное она была права. Сейчас не то время и не то место, чтобы об этом переживать.

И действительно, до победы было ещё далеко. Стоило нам выглянуть наружу, как стало ясно, что Пустоту мы не прогнали, лишь вынудили немного отступить, и башня теперь окружена непроглядной тьмой.

— Как думаешь, далеко она расходится? — спросил я у супруги.

— Не знаю, — вздохнула она. — Надеюсь, не очень. Сам слышал, Пустота тут не так сильна. Думаю, что даже подобная осада сильно её истощает. Надо поторопиться с переносом Аридели.

— А я… Я попробую найти Великого Магистра Торига, — сказал ей. — Орден остался без руководства, и может своей силой я смогу его исцелить.

— Только не перенапрягайся, хорошо?

И на этом мы вынуждены были расстаться. Аида направилась в сторону порта для воздушных судов, чтобы найти Торнвуда, а я направился на вершину башни в сопровождении Эрры и Ультиаса. Большая часть воинов меня игнорировала, кто-то был ранен, кто-то отходил от шока, но все-равно в какой-то момент я нарвался на особо ретивых, вспомнивших, что есть приказ меня арестовать.

Но на их пути оказался Ультиас и одним своим видом отбил у них желание связываться со мной.

Покои Торига на первый взгляд были не тронуты, да и вообще находились без охраны. Дверь заперта, но она не продержалась и полминуты против моего меча. Несмотря на статус, покои великого магистра были весьма скромными: небольшая спаленка, кабинет и ванная комната. Торига я нашел лежащим в кровати, живым и почти невредимым. Он, как и сказал де Кролл, был болен и выглядел глубоким стариком, худым как щепка, хотя я помнил его крепким мужчиной.

Ториг так и не проснулся от нашего появления.

— Так это и есть глава Черного Ордена, — хмыкнула Эрра. — Он одной ногой в могиле.

— Прояви немного уважения, — сказал я ей. — Это приказ.

— Хорошо, господин Люц.

Эрра подошла к столику рядом и взглянула на стоящую там чашку, взяла её, принюхалась и даже сделала маленький глоток.

— Это многое объясняет.

Я нахмурился и посмотрел на неё.

— О чем ты?

— Это сок кандаратского цветка, разведенный в чае.

Мне не было знакомо это название, но я уже догадывался, что именно Эрра хочет сказать.

— Это яд?

— Да, но необычный. Он Мральдаримский и довольно подлый. Он не убивает в привычном понимании, у него практически нет вкуса и запаха. Я определила его лишь потому, что мои рецепторы намного лучше человеческих, да и я знала, что искать. Нас учили определять подобное. Если поить этим ядом человека долгое время, то он начнет угасать, неторопливо и постепенно, и даже целители не смогут помочь. Он изнашивает тело, заставляет человека быстрее стареть, лишает сил, разрушает способность сопротивляться другим болезням.

— Лишнее доказательство того, насколько печально быть сметным, — хмыкнул Ультиас. Богу не было дела ни до больного, ни до яда. Он равнодушно рассматривал комнату, задерживаясь у стеллажей с книгами.

— Лечение есть?

— Перестать принимать яд, но даже так восстановление занимает годы, а в запущенных случаях вообще невозможно.

— И его случай, как я понимаю, запущенный?

Эрра кивнула.

— Тогда…— я положил руку мужчине на грудь и попытался поймать его поток времени. И в отличие от тех, кто погиб сегодня в башне, я без труда ухватился за его нить. Игральные кости грохотали у меня в голове, и я ощутил, как время пошло назад.

Мгновение, что занял этот процесс, казался вечностью, но когда я открыл глаза, передо мной был именно такой Ториг, которого я помнил. Мужчина открыл глаза и удивленно посмотрел на нас.

— Вы вообще кто? — спросил он, а его взгляд при этом окинул комнату, скорее всего в поисках оружия. — И что забыли в моей спальне? Я сюда обычно только симпатичных девушек приглашаю.

— Я Люциус Готхард, это Эрра и Ультиас.

— Малыш Люц? — он округлил глаза. — То-то я смотрю, ты мне кого-то напоминаешь. Ничего себе ты вымахал… Но это не отменяет мой вопрос. Что происходит?

— Это долгая история… — вздохнул я.

— Вас долгие годы травили и правили от вашего имени, а сегодня на Башню напала Пустота и мы собираемся дать ей бой, — выпалила Эрра.

— Ну или так… — пожал я плечами.

— Стоп, что⁈ — Ториг резко сел, ошарашенно уставившись на нас. — И чего тогда я тут разлегся⁈

Глава 32

Ториг был в ужасе от увиденного, но стоило отдать ему должное, быстро собрался и стал разгребать творящееся дерьмо. Собрал оставшихся в живых рыцарей, направил их в Хранилище Света в подвале и приказал вооружиться более подходящим оружием, да и сам примерил доспех, в основе которого была не мана, а Свет.

Эвакуация оставшихся в живых гражданских оказалась невозможна. Пустота заблокировала нашу возможность пользоваться Зеркальной комнатой, а следовательно и доступ в иные миры. Мы были заперты. Зато у Аиды и Торнвуда дела шли очень даже хорошо, и они подготавливали все для переноса города.

Для этого им, впрочем, пришлось отправиться во мрак, чтобы установить маяк, но я не переживал — с ними пошла половина стражей Эрры, Эара с Ультиасом и часть солдат ордена со «световыми» мечами. Я и сам порывался отправиться с ними, но у меня была другая важная роль — придумать, что делать дальше.

Как только Аридель окажется тут, Пустота сосредоточит все свои силы лишь на этом мире, и я должен придумать, как с помощью своих сил сломать все их планы. Аида верила, что я справлюсь, все верили, а вот я сам был другого мнения.

Не зная, что делать, я отправился на самую вершину башни, где находился престол Отца, на котором он восседал вплоть до полного окончания своей жизни. Я должен с ним поговорить, должен узнать, как он заключил Договор на своих условиях. Но даже стоя перед престолом я ничего не ощущал, ни отголоска силы, ни нити, за которую можно ухватиться.

Может, чтобы эта нить появилась, нужно вернуть башню в центр мироздания, где она была изначально?

Я долго размышлял, но так ни к чему и не пришел. Из раздумий меня вывел перенос Аридели, да и пропустить его я при всем желании не мог. То, с какой силой пространство разорвалось, чтобы пропустить объект такого размера, почувствовал любой маг за сотни верст, если только Пустота не поглотила колебания в магическим фоне мира.

Эрра наблюдала за переносом с края башни, свесив ноги вниз. Да и я, ощутив перенос, подошел посмотреть. Аридель сияла даже через окружающую башню тьму. Там тоже, скорее всего, имелись системы защиты на случай нападения Пустоты.

— Господин Люц, — сказала Эрра, смотря вниз. — Знаете, о чем я думаю, смотря на этот круглый город?

— О чем?

— О том, что если мы найдем ещё один такой город, то создадим величайший член во вселенной.

Я хотел было ей ответить, но тут представил башню и два круглых города возле её основания и рассмеялся. Она была совершенно права. Гребаный величайший член в истории.

— Все-таки у тебя есть чувство юмора, — вытер я проступившие слезы. Это было так абсурдно, что мне было тяжело перестать смеяться.

— Я верю в вас, господин Люц,— внезапно совершенно серьезно сказала она. — Мы все верим. Но постарайтесь придумать что-то поскорее. Кажется, Пустота крайне недовольна тем, что мы сделали.

И действительно, я стал ощущать, как Пустота стягивает свои силы. Вернее, если верить моей маме, это папа хочет покончить с Ариделью, ограничившись малой кровью, а другие Пустые хотят подождать, чтобы пир был гораздо больше.

Я задрал голову и увидел, как черные щупальца из черной как смоль дымки спускаются с небес, желая оплести башню, как хватка Пустоты стала настолько сильной, что с вершины перестала быть видна Аридель.

— Похоже, дело плохо, господин Люц, — Эрра отошла от края и задрала голову, смотря во мрак над нами. Но что удивительно, она улыбалась.

— Ага… — подтвердил я и вернулся к трону. Какое-то чувство внутри меня подсказывало, что он мой ключ к решению проблемы. Это место, где точно был Отец.

Я взлетел и сел на трон. Тот был огромным, при желании на одном лишь сидении могло уместиться несколько десятков человек, я чувствовал себя мышонком, которого посадили на человеческий стул.

— Эрра, прикроешь меня? — попросил я.

— Разумеется! — отозвалась та, и с нижнего этажа наверх поднялись оставшиеся в башне стражи. Они окружили божественный престол, а тем временем клубы тьмы уже стали просачиваться на вершину башни. Это значило лишь одно: мощности для защиты всей башни не хватает. Сгустки тьмы стали превращаться в фигуры людей, но среди них не было ни одного посланника, лишь обычная «мелочь».

Они полагаются на меня, а значит и я могу положиться на них.

— Давай, Люц, ты справишься… — сказал я сам себе вслух.

Прикрыл глаза и сосредоточился на ощущениях. Попробовал представить Отца, бога всех богов, который уничтожил Истинную Тьму и создал Башню Богов. О чем он думал, сидя тут, что чувствовал и чувствовал ли вообще, ведь он не такой, как его дети. Он — Длань Света, сын Истинного Пламени, предавший своих и забравший эту вселенную себе.

Я так уже делал безрезультатно, но в этот раз словно что-то изменилось. Я почувствовал ту самую нить, которую так долго искал. Длинную, уходящую куда-то далеко. Я попытался до неё дотянуться, но не вышло, она ускользала.

Давай, Люциус, ты сможешь!

До меня доносились отголоски боя, Эрра сражалась с Пустыми, и в какой-то момент я даже увидел это словно со стороны. Как Эрра до последнего отбивалась от наступающих порождений Пустоты. Вначале от самых простых, но когда явились другие посланники, у неё не осталось ни единого шанса. Я видел, как ей оторвали голову, и та тварь, что называла себя Нуорр, с довольной улыбкой её поцеловала, держа за волосы.

А затем я увидел и другое.

Как под напором атак гибнут защитники Аридели. Как Ториг вместе со своими воинами обороняет башню, но чем дольше тянется бой, тем больше людей он теряет. Я видел Эларда, сражающегося с моим отцом, и проигрывающего ему. Максимилиан Готхард пронзил ему сердце.

Я видел смертельно раненую Эару в объятиях Ультиаса.

Видел, как Фия отчаянно сражается, но противников оказывается слишком много.

Видел двух незнакомых мне богов, мужчину и рыжеволосую женщину. Они в паре раскидывали подступающих тварей, но те давили своей численностью. Их было слишком много.

Я видел гибель Аиды, но был не в силах вынести этого зрелища и закрылся. Попытался спрятаться от нахлынувшего ужаса, но чья-то сторонняя сила не позволила это сделать.

Видел, как сражалась Аннигиляция, и несмотря на то, что я дал ей силы, она проигрывала бой и в конечном итоге отступила. Сбежала и, укрывшись в своем убежище в новой башне, рыдала, ненавидя себя за то, что бросила нас. Но Пустота отпустила её лишь для того, чтобы разнести свою метку дальше, и вскоре Пустые пришли и за богами. Я видел невероятную битву в Новой Башне Богов, как боги один за другим гибли, поглощенные врагом, с которым они ничего не могли сделать.

— Этого ещё не произошло, Люциус Готхард, но случится, если ты не сделаешь, что должно, — прозвучал в голове голос, одновременно мягкий, любящий, но и непоколебимый, грохочущий запредельной мощью.

Он отгремел и ушел, зато я стал ощущать мир иначе. Все вокруг стало другим, вместо людей я видел нити их историй, линии судеб, сплетающиеся в сложный клубок. Золотистые нити богов, голубые нити магов, серые нити смертных. У пустых тоже были нити, но иные, словно состоящие из черной жидкости, они легко сливались друг с другом и растворялись в себе.

Но что более важно, я мог коснуться их, протянуть руку и оборвать, выжечь или сделать что-то иное. Сплести вместе. И делать это не только сейчас, но и в любой момент времени. Я видел нити родителей, и легко мог сделать так, чтобы они разошлись, а я так и не родился. Я мог переписать историю так, как захочу.

Неужели я действительно способен на это?

От осознания этого стало не по себе.

Нет… Это не моя сила, это сила Вечности. Она дала мне возможность чуть-чуть прикоснуться к тому, что есть мир для неё. И я совсем не тот, кто вправе плести нити судеб.

Может это какая-то проверка?

Мне нужна одна вполне конкретная нить. Нить, давно оборвавшаяся, но существующая где-то далеко в прошлом. И я устремился на её поиски.

Сейчас я был призраком, бесформенным сгустком силы, скользящим через то, что принято было называть временем и пространством. Так или иначе я задевал чужие нити, и в меня потоком лились чужие воспоминания, переживания и судьбы. Но я пропускал их через себя, ничего не оставляя.

Но в какой-то момент я увидел её — искомую нить. Хотя нет, «нить» — немного не то слово, скорее уж канат, от которого тянулось множество других нитей. Он был центром если не всей вселенной, но большей ей части. И его конец тлел…

Это был Отец, бог богов.

Я устремился вдоль этого каната, пытаясь найти место, где я мог бы его коснуться. Решил, что лучше было бы встретиться с ним сразу после создания первых богов, в то самое время, когда он заключал Договор, возводил Башню и Границу, но стоило мне коснутся этого каната, как я словно в реку попал.

Меня смыло потоком времени, унося куда-то, пока в какой-то момент меня не выкинуло из него. Я не понял куда и как, просто больно приложился о какой-то камень. Я попытался сделать вдох, но не смог, тут не было воздуха. На миг накатила паника, но я собрался с мыслями и внушил себе, что мне не нужно дышать. Хоть какой-то плюс был во всей этой божественности.

Поднявшись, я не понял, где нахожусь. Повсюду были невероятного размера руины, но они находились не на плоскости, а словно были разметаны по бескрайнему и не имеющему гравитации месту. Я стоял на узком по местным меркам участке земли, хотя он тоже мог быть лишь таким же фрагментом, плавающем во вселенской пустоте.

Надо мной проплывали исполинские дворцы, причудливой и ни на что не похожей архитектуры. Какая-то часть меня была уверена, что их строили совсем не люди.

Все было окутано мраком, но тем не менее я все прекрасно видел. Но свет тут был, вдали, на противоположном конце «дороги».

Не видя иного пути, пошел по ней, и не поверил глазам, когда понял, что огонь впереди — это что-то вроде кострища, у которого сидел светловолосый мужчина с бородой, облаченный в золотую броню. Доспех был сильно покорежен, да и его владелец выглядел уставшим и осунувшимся. Он пустым взглядом золотистых глаз смотрел на огонь перед собой и даже не заметил, как я к нему подошел.

Но стоило мне оказаться в кругу света, как он подскочил, и в его руке появился полуторный меч.

— Стой! Стой! Я не враг! — воскликнул я, и если бы не эти слова, моя голова бы покатилась к огню. Он двигался слишком быстро, и выжил я лишь потому, что острие горящего золотом клинка остановилось прямо у моей шеи.

— Враг ты или нет, решать мне, — сухо сказал он, и внезапно его скрутило болью. Он отступил на шаг и припал на одно колено, схватившись свободной рукой за грудь. А я в тот момент мог лишь удивленно трогать целую шею.

Наконец он выпрямился, хоть по его лицу и скользнула болезненная гримаса. Он выставил меч перед собой, направив острие мне в грудь.

— Кто ты? Я чувствую в тебе Свет, значит ты точно не одна из тварей, что обитает во тьме. Они даже приблизиться не могут к свету Истинного Пламени, но ты и не его посланник.

— Я… — на самом деле я немного замялся, не зная, что ответить. Я даже не знал, насколько далеко сейчас в прошлом, но судя по окружению, это время, когда Отец только уничтожил Истинную Тьму и принес свет в эту вселенную. — Я пришел из будущего.

Думал, что он рассмеется или удивится, но на лице мужчины не дрогнул ни один мускул.

Вместо этого он медленно подошел и ткнул мне в грудь указательным пальцем, и тут же внутрь меня хлынуло неимоверное количество Света. Такое, что будь я человеком, меня бы просто испарило, но меня просто скрутило на земле, выжигая внутренности.

— Пришелец из будущего, значит… — хмыкнул он. — Не знаю, что за уловку придумали приспешники Тьмы, но на мне это не сработает. Но я правда не понимаю, как ты ещё жив.

— Послушай… Я правда… — грудь горела, я стоял на коленях, пытаясь просто выжить.

— Правда в том, что Истинная Тьма мертва, окончательно и бесповоротно. Теперь этот мир принадлежит Истинному Пламени, очень скоро оно придет сюда и выжжет всю тьму.

— Что?.. — мне казалось, я ослышался. Истинное Пламя? Придет сюда? Но разве Отец не предатель? Он выкрал частицу Истинного Пламени и убил с её помощью Истинную Тьму, но не позволил той прийти в этот мир, а сам стал править. — Нет… Так не должно быть… Ты же… кха… ты же Отец.

— Как ты меня назвал? Отец? Нет, я Адалион, Пламенный клинок, Выжигатель душ, Длань Света и верный слуга Истинного Пламени.

«Верный слуга Истинного Пламени» — эти слова были для меня как удар молота под дых. Я уставился на него, не понимая, что происходит. Я знал, что Отец Длань Света, знал, что он предал своих, чтобы создать свой мир, но его слова, его тон… Тут что-то не так.

— Стой… — пробормотал я, пытаясь подняться. Грудь все ещё горела, но теперь гораздо слабее. — Ты… Ты убил Истинную Тьму, так?

— Да, — ответил он.

— И… Что теперь ты собираешься делать?

— То, что должен. Проложу путь для моих братьев и сестер, для Истинного Пламени, что наполнит Светом этот мир.

— Нет… Нет-нет-нет-нет… — пробормотал я. — Тебе нельзя этого делать. Ты не можешь впустить сюда Истинное Пламя.

— Нет? Почему нет? Именно для этого я сюда и пришел. Я принес Свет в это омерзительное место, как того желало Истинное Пламя.

Я судорожно пытался подобрать подходящие слова. Если всё это взаправду, и я действительно оказался перед Отцом, то своими действиями я могу… уничтожить всю вселенную. Если он действительно откроет проход Истинному Пламени, то не появится ни Башня, ни миры, которые породил Отец и его дети. Не будет богов, людей, эльфов и других рас. Это будет ещё один мир Света.

— Потому что такого не должно случится… Я… Я же говорю, я пришел из будущего. Будущего, которое ты создал из этого, — я взмахом руки окинул окружающее пространство.

— Ты меня утомило, отродье Тьмы, — буркнул он и вновь оказался рядом. Слишком быстро! Я невольно отшатнулся, а он уже ткнул меня пальцем второй раз, но не в грудь, а в голову, прямо промеж глаз. — Покажи, кто ты на самом деле…

И мой разум взорвался осколками боли, словно мне в лицо выстрелили огнем, что выжег и лицо, и глаза, а затем и разум.

* * *

Очнулся я на том же месте, где и упал. Поморщился, приподнялся на локтях и увидел сидящего у золотого огня Адалиона, которого в будущем станут называть Отцом.

Сколько я пробыл без сознания?

Почему он меня не убил?

Что он вообще со мной сделал?

Вопросов было много, но я не знал, какой именно стоит задать. Куда больше меня волновал тот факт. что своей речью я его не убедил. Да и слишком много я на себя взял: говорить верному слуге Света, что он на самом деле предатель.

— Знаешь, чем эта вселенная отличается от моей? — внезапно спросил он.

— Нет, — тихо ответил я, сев.

— Тишиной. На самом деле я давно должен был вернуться, но тишина этих мест… Она очаровывает. Там, — он указал куда-то наверх. — Всё иначе. Там мы все связаны, мы никогда не бываем одиноки. Мы всегда слышим чужие мысли и чувства. И оказавшись здесь впервые, я потерял эту связь, перестал слышать, утонул в тишине… Вначале это вызывало чувство пустоты, — теперь Адалион коснулся своей кирасы у сердца и царапнул по металлу латной перчаткой, — Но чем дольше я находился тут, тем приятнее это было.

Я пересел поближе к огню, с легкой опаской бросая на него взгляды. Может всё не так плохо, и я ничего не испортил?

— Я заглянул в твой разум, — внезапно сказал он, не отрывая глаз от огня.

— Что?..

— Это не так уж и сложно, в конце концов ты был создан по образу и подобию детей Истинного Пламени. Ущербный, смертный, но…Но такой полноценный, — и по его щекам внезапно потекли слезы. Мне оставалось лишь изумленно смотреть на него, не в силах выдавить и звука. — Я узрел твою жизнь, Люциус Готхард, увидел твой мир и его обитателей. Через тебя познал любовь, страсть, боль утраты… Все то, чего лишает нас Истинное Пламя, и теперь… Теперь я не знаю, что мне делать. До твоего прихода я желал лишь немного отдохнуть, насладиться беззвучием абсолютной тишины, а сейчас я в ужасе от того, во что превратился.

— Я не…— но он продолжил, не позволив мне сказать.

— Я лишь чудом выжил, убив Истинную Тьму, но она оставила свой отпечаток внутри меня. Теперь я это вижу: хворь разрушает меня изнутри. И мое наслаждение тишиной — это первый симптом. Но ты… Ты сделал хуже…

Он поднялся и просто пнул меня. Этот удар был такой силы, что я вылетел за пределы той маленькой области света, что создавал костер. Я падал куда-то, в ничто, заполненное обломками мира, который давно канул в прошлое вместе с Истинной Тьмой.

В полете на меня бросилась какая-то тварь. Её описать было практически невозможно, слишком чуждый вид имела. Её форма, её суть — все было слишком неправильным. Я махнул рукой, и игральные кости превратились в меч, но клинок даже не коснулся существа, как оно вспыхнуло и разлетелось черной пылью лишь от одной близости к оружию.

А ведь в нем есть Свет… Свет и Эфир, сила Вечности.

Ттут же на меня обрушился Адалион, он буквально вмял в меня какой-то парящий обломок замка, разнося его на куски.

И вновь падение, на этот раз гораздо более долгое, пока я не опомнился и не вспомнил, что могу летать. Тут это было делать даже просто — нет силы притяжения. Я и так летал тут, просто нужно было остановить движение.

Я приземлился на какой-то крупный обломок скалы, парящий в невесомости, Длань приземлился на него же, но чуть в отдалении.

— Ты хоть понимаешь, что сделал со мной, Люциус Готхард⁈

— Показал тебе будущее?.. — честно, я понятия не имею, что происходит у него сейчас в голове. Он явно не в себе. Совсем не такого Отца я собирался тут встретить…

— Ты показал мне страх.

— О, боги… — и тут до меня стало доходить. Чувства — сильная штука, но мы, взрослея, учимся ими управлять, преодолевать если нужно, но они всё равно порой нами управляют. А передо мной существо, прежде лишенное чувств, и оно, скорее всего, просто не знает, что со всем этим теперь делать.

Жу-у-уть…

Адалион уничтожил эту скалу размером как несколько Трисентов одним взмахом меча, и вот мы вновь плавали во вселенском ничто.

Он устремился ко мне как сияющая комета. Я попытался уйти, но от существа вроде него так просто не уйти — он был не просто сильнее и быстрее, а стоял на совершенно ином уровне существования. Я был полубогом, полудраконом, получеловеком, но он… Он же, мать его, прикончил Истинную Тьму и выжил! Даже мой отец, заручившись силой Пустоты, в итоге погиб.

Адалион снес меня словно локомотив, круша на своем пути обломки старого мира, и я, к сожалению, чувствовал на себе каждый этот обломок. Но в конце концов мы вновь оказались неподалеку от костра, его свет был настолько ярок, что был виден за тысячи и тысячи километров от него.

— Я боюсь возвращаться. Я боюсь умирать. Я боюсь, что Истинное Пламя отвергнет меня, почувствовав тьму внутри меня. Я боюсь, Люциус! Я… Я…

Он швырнул меня к костру, причем довольно мягко по сравнению с тем, что было только что.

— Я не знаю, как дальше существовать… Если я поступлю так, как говорит твоя память, то умру… Я видел это… Я создам новый мир, но… но сам умру…

— Все умирают, — прохрипел я, присаживаясь. Сильно он меня приложил, ничего не скажешь. Старый Люц бы в лепешку превратился ещё после первого удара. — И я когда-нибудь умру, вопрос в том, что мы после себя оставим. А ты оставишь после себя охренеть как много… Не думаю, что кто-то ещё оставил после себя столько же, сколько и ты.

— Но если я вернусь обратно к Истинному Пламени, то могу выжить. Оно может исцелить эти раны, избавиться от тьмы… — он осекся. — Вот об этом я и говорю. Страх. Что если Истинное Пламя не сможет меня исцелить? Тогда я просто умру, оно уничтожит меня несмотря на все, что я сделал. Или… Тьма поразит остальных как меня… Она принесет смерть во вселенную света…

— Тем больше причин остаться тут и сделать как должно.

— Возможно… Но это значит идти против моей природы. Истинное Пламя готовилось к этому моменту все свое существование. Оно избрало меня для священной миссии.

— Оно отправило тебя на смерть, — напомнил я. — Чудо, что ты вообще выжил.

— Да, — внезапно согласился он. — Я должен был умереть, и всегда это знал, но раньше это меня не пугало. Я был готов закончить существование ради победы Истинного Пламени. Теперь же… Что я должен делать?

И это был не риторический вопрос. Он сел напротив меня и смотрел прямо в мои глаза, ожидая ответа.

— Помоги мне спасти мир.

Глава 33

Я открыл глаза и понял, что все ещё сижу на престоле Отца, осаждаемый Пустыми. Их было все больше, Эрра уже успела потерять половину из имеющихся стражей. Тут, судя по всему, прошла всего пара минут, но для меня это была целая вечность.

Самое время со всем покончить.

Я спрыгнул с престола, набрал в грудь воздух и громко крикнул.

— Пустота, я…

И тут нечто черное разметало в стороны стражей Эрры и оказалось возле неё самой.

Нуорр… Но сейчас он выглядел иначе. Его обычный костюм-тройка сменился на необычный черный покров. Он держал Эрру за горло, а его длинные черные когти вонзались в её кожу. Он снял с её головы металлический обруч и сломал его. Эрра отбивалась, пыталась высвободиться, но Пустой словно и не замечал её пинков.

— Ты…

— Закрой рот, Люциус Готхард. Я знаю, что ты задумал, теперь знаю, и этому не бывать. Если ты издашь хоть один звук, я с неё кожу живьем сдеру.

Эрра… Пожалуйста… Дай мне хотя бы пять секунд. Мне нужно лишь сказать одно предложение. Одно предложение, которое сломает эту игру.

Из сгущающегося мрака вышли и другие Пустые, включая моих родителей. Они окружили меня, встав полукругом. Я умоляющим взглядом посмотрел на маму. Я видел, как эмоции пробиваются сквозь маску безразличия.

Внезапно Эрра перестала брыкаться, решительно посмотрела на меня и улыбнулась.

— Я не стану вам обузой, господин Люц.

С этими словами суккуба выхватила из-за пояса небольшой кинжал и вонзила себе в сердце. Я в ужасе смотрел на это, но тут же спохватился. Она дала мне шанс, и я должен им воспользоваться.

— Я объявляю иг… — и в этот момент я увидел маму. Она обняла меня, за её спиной выросли огромные черные крылья, но тут же нас обоих пронзил черный луч, срезав часть часть её руки и крыла. Мне досталось гораздо меньше, лишился части ладони. — МАМ!

И она что есть силы оттолкнулась единственным целым крылом и обрубком второго. Пустые ударили одновременно, но было поздно. Мама спасла меня, закрыла собственным телом, и мы падали прямо с башни.

Падение было долгим, я всеми силами пытался замедлить его, но ничего не получалось — я потратил огромное количество сил на путешествие в прошлое. Все, что я сумел сделать, это смягчить падение.

Я отключился совсем на чуть-чуть, может секунд на пять-десять, а когда открыл глаза, понял, что лежу на маме. Даже в полете, смертельно раненая, она постаралась спасти меня, смягчить мое приземление.

— Мам… Мам… — я попытался привести её в чувства. У неё не было правой руки и куска плеча. Повсюду была черная жидкость, что заменяла ей кровь.

— Люциус… — она наконец открыла глаза и посмотрела на меня. Тьма почти ушла из них, сделав их зелеными. — Я так рада, что ты цел… Ты… Ты должен бежать. Погаси эфир внутри себя, и Пустота тебя не найдет.

— Нет… Я не могу… Я должен объявить игру. Должен перезаключить договор.

— Договор на вершине Башни… Да, я знаю… Но ты не сможешь, — она перевела взгляд наверх, туда, где во мраке терялась вершина. — Нуорр уничтожит башню. Ты не успеешь подняться туда. А не будет башни, не будет и игры…

— Сколько у меня времени?

— Не знаю… Пустота очень хочет не допустить твоей победы. Час… Может чуть больше.

— Час… — Повторил я. — Тогда не будем терять времени.

— Люц…

— Ничего не говори, — сказал ей и взвалил на свою спину. Она была тяжелой, да и сам я был обессиленным. Может чуть сильнее простого человека.

— Оставь меня…

— Ну уж нет. Я обещал, что верну вас с папой домой, — рыкнул я, смотря на едва различимые огни впереди. Думаю, это Аридель. — И даже придумал как. Мне всего-то надо добраться до вершины башни, но если ты умрешь, то… все это будет бессмысленно.

— Люц…

— Доверьтесь мне, я же гребаный дракон…

Я шел через мрак, неся на себе маму и молясь о чуде. Вокруг была лишь тьма и тусклые огоньки впереди. Забавно, если бы Пустые сейчас направили ко мне тварей, то могли бы победить, но видимо, основные силы они сконцентрировали наверху башни.

Так что я просто шагал вперед, а затем увидел впереди тусклый огонек, который словно приближался. Думал, что мне кажется, но затем прямо передо мной выскочила Аннигиляция. Её рукавицы сияли.

— Это Люц! Это правда Люц! Ты была права!

Я ещё не понял, о ком именно она говорит, но из-за спины богини уже выскочила Аида. Испуганная и взволнованная, супруга бросилась ко мне, а затем замерла, посмотрев на мою маму.

— Это…

— Ага… Она спасла меня.

— Нет, я не о том…

Я не сразу понял, почему Аида так на нас смотрит. И лишь затем до меня дошло… Я осторожно опустился на одно колено, опустил её тело на землю и всмотрелся в бледное лицо.

Она была мертва.

— Люциус… Мне жаль… — рука Аиды мягко коснулась моего плеча.

— Все нормально, — вздохнул я, и поднялся. — Это ничего не меняет. Мертв лишь её сосуд, но не её душа. Душа все ещё там, в Пустоте, и мы вернем и её. И папу.

Супруга печально улыбнулась и прижалась ко мне, положив голову мне на грудь. Ей хотелось поддержать меня в этот момент. Может я и говорил, что всё в порядке, но на деле смерть мамы сильно подкосила меня.

— Что вы вообще тут делаете? — спросил я.

— Пришли тебя спасать, балда, — обеспокоенно ответила Аннигиляция. Она встревожено поглядывала по сторонам, выискивая врагов.

— Я поставила на тебя магическую метку, — напомнила Аида. — Чтобы всегда могла тебя найти. В прорыве она не работала, но внезапно я ощутила тебя на вершине башни, а затем ты упал… Вот мы и отправились тебя спасать.

— Спасибо. Вам обеим. А теперь слушайте меня. У нас очень мало времени. Где-то час, и если за это время я не окажусь наверху башни, то мы проиграем.

— В смысле⁈ — встревожилась Аида.

— Долго объяснять. В Договоре, что заключил Отец, Пустота и Вечность, есть что-то вроде секретного пункта. Если мы доберемся до вершины башни, то я смогу все исправить.

* * *

Самым тяжелым для меня было оставить тело мамы прямо там, но так было нужно. Не было ни единой причины кроме личных чувств, чтобы брать её с собой. Пусть Пустота заберет его, то лишь бренный сосуд, который можно воссоздать. Если мы получим души, то Элард сможет сделать тела.

Так что мы втроем просто ушли, направившись к Аридели. Я порывался отправиться в Башню прямо сейчас, но Аида не позволила.

— Даже и не думай, — сказала она. — Ты чудом на ногах стоишь, а нас с Аннигиляцией слишком мало, чтобы помочь тебе. Нужно сказать остальным и вместе придумать план.

— Времени мало, Аида…

— Время не будет иметь значения, если ты погибнешь на первом же этаже Башни.

К счастью, нас ждали у самого входа в город. Элард каким-то образом узнал, что мы возвращаемся, и самолично встречал нас у ворот.

— Не представляете, как я рад вас всех видеть! — крикнул он нам. — Но раз Пустые не лезут из всех щелей, грядет что-то плохое, да? Затишье перед бурей?

— Вроде того, — ответила Аида вместо меня. По правде сказать, я с момента нашей встречи и не шел совсем, меня на руках несла Аннигиляция. Ту это очень забавляло, а вот меня заставляло чувствовать некоторую неловкость. — У нас новости. Куча новостей и очень мало времени. Сможешь собрать тут всех, кто может сражаться?

— Не вопрос.

— Тогда собирай.

— И что мы собираемся делать?

— Штурмовать башню.

* * *

Элард ухитрился собрать всех минут за десять, может даже быстрее. И тут были как те, кого я знал, Эара, Ультиас, Чесити, так и те кого видел впервые.

— Значит, ты его сын, — хмыкнула рыжеволосая женщина с алыми глазами, слегка склонив голову на бок.

— Отстань от парня, — махну ей Элард.

— Да брось, я не кусаюсь, — и улыбнулась, приоткрыв рот. Во рту у нёе были клыки как у вампира.

— Вы вампир?

— Я? Я больше, чем просто вампир. Я богиня вампиров, — хохотнула она. — Решила, так сказать, помочь семейству Готхардов несмотря на все, что они сделали.

— В смысле? — не понял я.

— Твой отец и Элард меня убили. Я Алая Фломелия, по крайней мере была ей в прошлом.

— О… Я о тебе слышал… Почему ты нам помогаешь?

— Отдаю долги, — она покосилась на Эларда, и в её взгляде что-то промелькнуло. Симпатия, печаль? — И заодно привела с собой подкрепление. Это Дмитрий, и он Стремление.

— Стоп! Стремление? — Анни, что стояла неподалеку, аж крякнула от удивление. — А они вообще разумны? Это ж просто скопления силы! Космические амебы, питающиеся эмоциями.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я это слышал, — вздохнул наш новый знакомый. — Скажем так, для аватара Стремления в отличие от обычных богов нужна основа, чужая личность, с которой мы сливаемся.

— И что же ты за Стремление?

— Гнев.

— О! Гнева во мне хоть отбавляй!

Он улыбнулся и кивнул.

— Ладно! — отвлек нас Элард. — Всё готово. Люциус, скажешь пару слов перед тем, как мы начнем?

Я кивнул, вышел вперед, встал напротив целой кучи людей и не вполне людей, которые окружали нас.

— Я не со всеми из вас знаком, но благодарен каждому. Особенно тем, кто откликнулся на призыв о помощи, понимая, в какое безнадежное дело ввязывается. И я скажу вам, что всё это не напрасно. Надежда есть. Прямо сейчас Пустота собрала все силы на вершине башни, она хочет стереть её, потому что опасается нашего успеха. Отец, тот самый, что создал нашу вселенную такой, какая она есть сейчас, заключил с Пустотой Договор. И этот Договор можно расторгнуть. Теперь, когда силы Света повержены, нам нет необходимости отгораживаться от той вселенной. Если я поднимусь на вершину башни, то смогу вынудить их сыграть во что-то вроде игры. Знаю, как это звучит, но если получится… Аридель будет свободной. Все миры, что должны были стать пиршеством Пустоты, будут свободны, — «Мои родители будут свободны», но об этом я вслух не сказал. — Поэтому… помогите мне дойти до верха! Одолжите мне свою силу!

На это присутствующие ответили воинственным ревом.

— Тогда чего мы тут стоим и болтаем⁈ — крикнул всем Элард, подскакивая рядом и одобрительно хлопнув меня по плечу. — Вперед!

* * *

Пустота знала что мы придем, или по крайней мере предполагала. Ещё на подходе к башне мы столкнулись с тварями, вид которых внушал лишь ужас. Они будто явились прямиком из кошмаров за нашими душами. Да так, собственно, и было.

Нас было немного, сотни две человек, большая часть из которых — воины Аридели, что сражались за свой город. А вела нас в бой Аннигиляция. Первым же сокрушительным ударом она расчистила нам путь, выжигая чудовищ на пути. Но те хлынули на нас с флангов, беря в тиски. Элард взмахнул рукой, и над нашими головами появились тысячи полыхающих огнем мушкетов — «Оружие Легиона», кажется так это называется.

Тыл прикрывали Эара и Ультиас, работая в паре. Богиня в данном случае выступала в качество батарейки, подпитывая его своей силой. Черные шипы били по площади, насаживая монстров на себя и разрывая их на куски.

Всех сильнее удручало то, что приходилось идти пешком, а не, к примеру, полететь прямо на вершину. Изначальный мой план был именно такой — полететь туда, но Элард ещё до выхода его отмел.

— Ты не понимаешь, как работает Прорыв Пустоты. Если ты попытаешься туда полететь, потеряв хоть какой ориентир, то будешь столетиями плавать в нигде, пытаясь найти выход. Нет, надо идти через башню, особенно пока через неё проходит Свет. Он стабилизирует её в мире, и это значит, что пустые не будут с нами играть, перестраивая окружение прямо по ходу.

Вот поэтому мы и шли пешком, поэтому ломились в главные ворота башни богов, хотя просто полететь туда было бы проще. Главное успеть… Если Пустота уничтожит вершину башни, все усилия пойдут прахом.

Главные врата Башни Богов были заперты, так что Анни их просто напросто вынесла. Боюсь представить, сколько сил у неё ушло на это, ведь данное место сильно ослабляет всех: и смертных, и богов.

Вампирская богиня и Стремление Гнева тоже работали в паре, правда в отличие от Ультиаса и Эары скорее прикрывали друг друга. Гнев больше бил по площади, каждый взмах его кулака создавал фантомный кулак гиганта, который одним лишь взмахом мог сносить десятки чудовищ. Фломелия действовала более утонченно. Её атаки больше концентрировались на одном противнике, но были поистине смертоносны. Она использовала либо кинжалы, созданные из крови, либо иглы, которые, попадая в тело врагов, отравляли их, разрушая структуру тела.

Остальные тоже делали, что могли, по мере возможности. Элард Оружием Легиона сильно рядил врагов, разрывал их в клочья, но малая часть так или иначе доходила до нас. Тут-то и вступали в схватку остальные, окружив меня плотным кольцом. И это, наверное, было самое неприятное в сложившейся ситуации. Сам я не сражался. Я все ещё не оправился от путешествия в прошлое, моих сил едва хватило бы, чтобы заставить кости превратиться в меч. Про полноценную битву и речи быть не могло.

Но как оказалось, самое сложное было ещё впереди.

Мы вошли в башню, и количество противников возросло неимоверно. Аннигиляция и Элард неустанно атаковали, прокладывая нам путь. Количество божественной магии было таким невероятным, что будь это место сделано не из какого-то божественного сверхкамня, то окружение превратилось бы в пыль. Но этого было мало. Пустые перли какой-то нескончаемой толпой, отчего нам приходилось отвоевывать буквально каждый шаг.

— Мы так не успеем, — ужаснулся я. Башня была слишком большой, и если двигаться с той скоростью, что сейчас, подъем займет много часов, и это при условии, что Пустые не выкинут что-то ещё.

— Да… — кивнула Аида. — Люц, нам надо разделиться.

— Что?.. Что ты задумала⁈

— Их так много, потому что защита упала, надо спуститься в подвал и снова запустить механизм.

— Нет, это слишком опасно…

— Люциус, ты просил довериться тебе, а теперь доверься мне.

* * *

Аида оставила Люциуса на попечение Аннигиляции и Эларда, а сама отправилась в подвал в компании архимага Торнвуда, Эары, Ультиаса и нескольких подручных Эларда. Последних можно было разделить на две «компании»: темноволосого паренька, которого облепили три девушки, и парочки из светловолосого юноши по имени Антарус и девушки-драконида, которую называли Гарпией.

Их компания была очень разношерстной, но достаточно сильной, чтобы пробиться вниз. Темноволосый паренек, которого звали Акирой, стал их основной ударной силой. Он был воином, а три девушки — поддержкой: лучник, боевой маг и маг поддержки. Аида, наблюдая за их сражением, невольно отметила, что их магия отличается от её собственной и больше походила на силы Эларда. И судя по тому, что они могли уничтожать Пустых, силы имели божественное начало.

Ультиас как и прежде прикрывал их тылы. Торнвуд, впрочем, был этому не очень рад, то и дело оглядывался. До Аиды доходили обрывки того, что у них там за конфликт, но она особо в это не лезла. Лишь могла предположить, что Торнвуд опасается, что Ультиас бросит их в трудной ситуации. Но пока на это не было ни намека. Уродливый бог-монстр пока что весьма умело держал Пустых на расстоянии.

Наконец они вышли в коридор, что вел к защитной установке башни. Аида молилась всем богам, чтобы Пустые её не уничтожили или хотя бы повредили несильно.

Хранилище Света встретило их непроглядной мглой. Акира со своими спутницами поспешил вперед, в сторону, куда указала Аида. По обе стороны от лисицы шли двое других помощников Эларда, Антарус и Гарпия

— Ещё немного, установка должна быть там, — крикнула им Аида, указывая вперед. И установка действительно нашлась, и на первый взгляд была цела, но перед ней их уже ждал Пустой. Бледнолицая женщина с черными как смоль глазами.

— Хорошая попытка, но я не позволю вам включить систему защиты Башни, — сказала она, улыбнувшись краешками губ.

— Госпожа де Фрэн, мы возьмем на себя это существо, а вы попытайтесь запустить установку, — сказал Аиде Акира и шагнул вперед, взяв меч наизготовку. Его «группа поддержки» тоже приготовилась дать бой. Антарус и Гарпия переглянулись и беззвучно встали рядом с ними.

— Как мило, детишки хотят поиграть. Поиграем! — её пальцы превратились в длинные полуметровые клинки, а на плечах возник плащ, тоже словно состоящий из сотен лезвий. Она бросилась на них и первым делом смела Акиру, пытавшегося принять удар Пустой на щит. Не вышло, противница была слишком сильна.

Гарпия и Антарус действовали в слаженной боевой паре, один отражал удары, второй атаковал, на что Пустая лишь весело хохотала. Даже Ультиасу и Эаре пришлось вмешаться, заставляя посланницу Пустоты немного отступить.

Но что было дальше, Аида уже не смотрела. Они делали свое дело, Аида свое. Пока за её спиной кипела схватка, колдунья уже оказалась рядом с установкой, пытаясь её запустить. Безрезультатно.

— Что тут? — рядом с ней оказался Торнвуд. Он, как и она, чувствовали себя немного бессильно в данной ситуации, потому что могли использовать лишь классическую магию, без Света, а она против Пустых практически не работала.

— Займись той консолью. Надо сделать тестовый прогон и запустить систему распределения энергии.

— Понял.

Аида даже порадовалась, что не пришлось ничего долго объяснять, да и сама работа пошла гораздо быстрее. Торнвуд прошелся по кабелям, убедился, что все подключено, но и принес неприятные новости. Пустота сожрала несколько энергоячеек, отчего итоговая мощность будет гораздо слабее.

— Перенаправь все на вершину башни, и нам оставь немного, — последнее она сказала бросив взгляд назад, где все ещё шла битва. Акира был ранен, и в данный момент его ранами занималась одна из девушек. Боевая колдунья из группы поддержки действовала в тандеме с Гарпией и Антарусом, но посланница была слишком сильна. Она играючи теснила их и лишь каким-то чудом не прикончила.

Аида уже потянулась к рычагу, чтобы запустить оборонительные системы Башни, как вдруг Пустая бросилась прямо на неё.

— Думаешь, я не вижу, что ты делаешь, наглая лисица⁈

Торнвуд, стоящий ближе всех, успел её оттолкнуть, но даже так когти Пустой зацепили Аиду, вспоров ей плечо до самой кости. Остальные уже бросились ей на помощь, но Аида точно понимала, что они не успеют.

На миг её объял ужас, но затем пришло какое-то странное спокойствие.

Может силы Аиды и не было достаточно для того, чтобы причинить Пустой вред, но порой этого и не нужно. Из её кольца вырвался огненный лис, самый сильный из тех, что она при себе держала, но всей его силы, всей накопленной магии хватило лишь на то, чтобы заставить ту оступиться. А следующее заклинание Аиды убрало силу притяжения. Область была совсем небольшой, но этого хватило, чтобы не ожидавшая такой подлости Пустая промахнулась, и её когти ударились о камень.

Тогда же Торнвуд вместо Аиды дернул за рычаг. Колонна сразу ожила, на её поверхности вспыхнули золотистые символы, и Пустая как-то резко просела в силе. Напавшая на неё Гарпия в этот раз с легкостью стала теснить посланницу, а той оставалось лишь огрызаться.

— Вы в порядке? — рядом с Аидой оказалась девушка-кошка. Она была лекарем этой группы. — Я осмотрю вашу рану.

— Всё хорошо, — Аида просто растянулась на полу. Она сделала все, что от неё зависело. Она ослабила Пустых, дала Люциусу ещё немного времени. — Теперь все зависит от тебя… И я знаю, что ты справишься.

Глава 34

— Надо ускориться! — крикнул Элард Аннигиляции.

— Делаю, что могу! — рыкнула в ответ богиня разрушения, почти беспрерывно атакуя. Мы прошли довольно глубоко в башню, но даже не преодолели первого этажа. Это было очень плохим знаком. Если идти по лестнице, то мы ни за что не доберемся до вершины. Остается подъемник, только вот он не работает.

— Нам надо к подъемнику! — крикнул я.

Возможно, если я смогу взлететь и подняться по шахте, то мы успеем.

— Поняла! — откликнулась Анни, немного изменив маршрут. В целом мы и так шли по нужному пути, просто необходимо было свернуть чуть раньше. Так и сделали, но теперь был самый рискованный момент, потому что стоит Анни свернуть к подъемнику, как мы откроем фланг для сокрушительного удара.

И в итоге на себя это взяли Гнев и Фломелия. Стоило Анни свернуть в нужном направлении, как эта парочка встала на пути целого цунами из самых немыслимых чудовищ. Им не хватало сил, чтобы пробиваться через них, но вот удерживать — очень даже. Элард тоже им помогал, стреляя из мушкетов, но в итоге отступил вместе с нами.

А к моменту, когда мы подошли к подъемнику случилось чудо: в Башню вернулся Свет. Это ощущалось во всем, в том числе и том, что Пустота дрогнула. Она не ушла, но её влияние на это место стало заметно слабее.

— Подъемник не работает! — крикнула Анни, когда я добрался до неё.

— Знаю, нам нужно попробовать полететь наверх. Сможешь?

— Думаю да, но тогда придется оставить остальных тут. Я могу взять с собой максимум двоих.

— Тогда хватай меня и Эларда, — быстро решил я. — Остальные там будут только мешаться.

И судя по согласному кивку Эларда, он был полностью со мной согласен.

— Ну что, тогда Аннигиляция Экспресс приглашает на борт, — усмехнулась богиня и, приняв свою полную форму, подхватила нас с Элардом под мышки. Смотрелось со стороны это нелепо и забавно, но куда смешнее оказались её дальнейшие слова. — Приготовьтесь, остановок не будет!

И она прыгнула.

Хотя нет, прыжком это назвать было трудно, нас дернуло вверх с такой силой, что будь мы с Элардом простыми людьми, нас бы скорее всего тупо располовинило о руки богини.

— Ой-ёй! — охнула она. Я ещё не успел сообразить, в чем дело, как мы влетели в тушу какой-то здоровой твари, что заполнила собой шахту. Она выглядела как отвратительный гигантский червь, но Анни взяла такой мощный толчок, что мы прошли сквозь монстра, вдоволь измазавшись в его внутренностях.

Я бы даже сказал, что Анни взяла слишком большой разгон, и мы чуть было не разбились в лепешку о конец шахты. Его даже Аннигиляции было не пробить, но на наше с Элардом счастье Анни заранее попыталась затормозить.

Он удара это нас, конечно, не спасло, но хотя бы не так жестко приложились. Главное после него было отскочить вбок, а не вниз.

— Знаешь что, Аннигиляция экспресс, — буркнул Элард, поднимаясь и морщась от боли в спине. — Я больше никогда не буду пользоваться твоими услугами.

— Окей, в следующий раз я тебя просто швырну, а дальше ты сам, первый жрец, — рассердилась богиня, но тут же переключила внимание на меня, попутно возвращая свою усредненную форму. — Люц, ты как? Не ушибся? В следующий раз я прокачу тебя с большим комфортом, обещаю.

— Я в порядке…— сказал ей, но вот без посторонней помощи подняться не смог. Богине пришлось протянуть мне руку и помочь встать, правда голова закружилась так сильно, что я чуть было снова не упал.

— Не похоже, приятель, — покачал головой Элард. — У тебя вид, словно ты щас наблюешь нам на ноги.

Наверное, если бы я ел недавно, так и случилось бы. Но желудок был пуст, так что они зря волновались.

— Я в порядке, — повторил я, — Нам надо идти, мы почти у цели.

Товарищи кивнули. Мы и впрямь были близки к крыше.

— Слушай, Люц… А с чего вдруг вершина башни? Чего не мог взять для своей игры иное место?

— Нужно было быть достаточно близко к Пустоте, — ответил я. — А ещё, я в тот момент был на вершине башни. Думал, когда вернусь из прошлого, мне будет достаточно сказать всего пару слов, и всё закончится.

— А они тебя переиграли.

— Вроде того… — с досадой пришлось признать мне.

Все это мы обсуждали на ходу. Тварей на этаже не было, и это даже немного напрягало. И, как и следовало догадаться, прямо перед самой лестницей, ведущей на крышу, нас встретил мой отец, облаченный в свою обычную черную броню.

— Ну разумеется, — скривился Элард, заметив его. — Ты же не проводить нас пришел, правда, Макс?

— К несчастью, — он покачал головой. — Я не позволю объявить вам игру.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — зловеще ухмыльнулась Анни, разминая кулаки в металлических перчатках.

— Пап! Пожалуйста, помоги нам, — крикнул я ему. — Мы все закончим, освободим и тебя, и маму. Мне лишь надо пройти наверх.

— Я бы хотел, но есть вещи, с которыми мы не можем сражаться. И это одна из таких вещей. Лучше сдайся, Люциус, пойдем со мной, и мы с твоей мамой навсегда будем вместе. Все втроем.

— Я предпочту, чтобы мы все втроем вернулись в Ауларон, — видимо, мама была права. Его Пустота держала гораздо крепче, и я чувствовал, что ничего словами решить не получится, а значит остается один выход — сражение.

— Элард, Анни… Я должен попросить вас взять его на себя.

— Понимаю, — кивнул он.

Аннигиляция лишь довольно ухмыльнулась и рванула вперед. Во все стороны хлынуло золотое пламя, но тут же его поглотили черные сферы, возникшие в воздухе.

Коридор был просторным, но сразу понятно, что использовать тут Оружие Легиона Элард не сможет, поэтому он вооружился двумя теневыми клинками, а его самого покрыл теневой доспех. Фия и Эрра тоже владели силой Тени, но это был совершенно иной уровень. Элард словно телепортировался за спину Аннигиляции, перепрыгнул через неё и обрушил на голову Максимилиана оба кинжала. Тот заслонился черным мечом, и одновременно три сферы выстрелили лучами, но Элард каким-то чудом растаял в воздухе, превратившись в дымку.

Анни тут же перехватила инициативу и нанесла несколько довольно прямолинейных, но крайне мощных ударов, впечатавших отца в стену.

Сейчас!

Я рванул что есть силы, отец бросился наперерез, но перед ним возник Элард и буквально заслонил меня своим телом. Меч пронзил его живот, но он прошел через слишком много дерьма, чтобы помереть от такой царапины.

— БЕГИ! — рыкнул он, врезав Максимилиану каким-то усиленным ударом, отчего тот припал на одно колено.

И все же меня достало. Когда я почти оказался на лестнице, одна из черных сфер выпустила в меня луч, что пробил бедро, и если бы не Анни, что буквально переломила его почти сразу, мне бы вообще ногу отсекло.

Следом за одной черной сферой ударило ещё несколько, но тут вновь помогла Аннигиляция, что есть силы врезав в пол перчатками и создав сияющую золотистую стену из Света.

— Уходи! Я долго не выдержу! — крикнула она, и действительно, стена трескалась и ломалась на глазах. И я, корчась от боли, поковылял по ступенькам.

Битва внизу не затихала. Похоже, отец пытался догнать меня, но Элард и Анни ему мешали.

Последние ступени я преодолевал с огромными усилиями. Ослабленный перемещением во времени и Прорывом пустоты, я сейчас едва ли был сильнее простого человека. Появись передо мной сейчас даже простой Пустой, я бы с ним вряд ли справился.

— Я ОБЪЯВЛЯЮ ИГРУ! — крикнул я что есть силы, стоило моей ноги коснуться крыши. — ПУСТОТА, Я ОБЪЯВЛЯЮ ИГРУ!

Передо мной вновь появился «демонический» Нуорр. Большая часть его тела покрывала чернота, а на голове росли изящные черные рога, словно источающие дымку. Он неторопливо шел мне навстречу и хлопал. Лениво, словно нехотя.

— Поздравляю, Люциус Готхард, ты добился своего, — сказал он.

Вершина башни изменилась за то время, пока я поднимался. Её словно разъело, а от престола Отца осталось лишь сиденье. Какая-то часть меня хотела даже пошутить, что это теперь «табурет» Отца, но это от нервов.

Тьма, окружающая вершину башни, отступила, но это было словно затишье. Ощущение, словно это огромная пасть, готовая в любой момент меня проглотить, никуда не делось. Но добавилось к этому кое-что ещё: половина небо просветлела, стала серебристой, словно состоящей из жидкого серебра, а затем на краю башни появилась ещё одна фигура.

Высокая худая женщина, облаченная в изящное платье. Её глаза были залиты ртутью, а на месте зрачков вращались спирали. Нуорр даже не удивился её появлению.

— Видимо, первый раунд всё-таки за тобой, — усмехнулся посланник Пустоты, на что женщина ответила ему многозначительной полуулыбкой.

— А разве могло быть иначе?

— Могла бы не скрывать его от наших глаз, — укорил он её.

— И какой тогда смысл во всей этой игре, если я буду так яро поддаваться?

— Тут ты права, — широко улыбнувшись, Нуорр признал её правоту и даже словно поклонился. Я же смотрел на все это со смесью раздражения и усталости. Вечность и Пустота, две фундаментальные силы беседую друг с другом словно старые приятели.

— Что происходит? — спросил я, и они обернулись ко мне так, словно только что вспомнили о моем существовании.

— Ничего такого, просто дружеское соревнование, — ответил Нуорр. — Дай догадаюсь. Учитывая, что тебе благоволила Вечность, ты ожидал какого-то тяжелого противостояния между нами, как между врагами, да? Но наши отношения сложнее и… банальнее что ли. Ты, Люциус, твой отец, твои друзья — это лишь фигуры на игровой доске, часть большой игры, одной из многих, которые мы ведем, чтобы развеять скуку существования. И знаешь ли, это непросто, когда твой противник видит будущее, — с этими словами Нуорр многозначительно покосился на женщину.

— Хорошо, так и быть, в следующий раз никакого всевидения. Буду играть вслепую.

— А вот это уже интересно, — Нуорр хлопнул в ладони и потер их словно от нетерпения.

— Но вначале надо закончить эту партию, — напомнила женщина.

— Верно-верно. Остался заключительный раунд, — теперь Нуорр сосредоточил свое внимание только на мне. — Так во что же ты хочешь сыграть, Люциус?

— В кости, — ну а что ещё я мог выбрать в качестве своей любимой игры?

— Довольно… примитивно. Я ожидал чего-то более глубокого и продуманного. Шахматы, Акарадзу, Семь башен…

— Майальский переполох, — добавила Вечность.

— О, да, хорошая игра, — одобрил Пустой и повернулся ко мне. — Значит кости?

— Кости, — подтвердил я.

— Будешь так любезна, — Пустой обратился к Вечности, и та щелкнула пальцами. В тот же момент я, и без того слабый, ослаб ещё сильнее. Исчезло всё, даже перестук костей в голове. Вечность отобрала дарованные силы. Игральные кости, что прежде парили над моим плечом, упали на пол, превратившись из золотых в деревянные.

— Доволен?

— Разумеется. Не хочу, чтобы ты ему подыгрывала.

Я опустился на одно колено и поднял их. Теперь в них не было ни крупицы силы, ни капли магии или божественности. Обычные кости, которыми играют в кабаках на пару монет. Самое то, для игры на целую вселенную.

Я решил не подниматься. Просто сел на камень, и Нуорр поступил точно так же, сложил ноги под собой и сел.

— Как играем? — спросил я.

— Стандартные правила. Три по три.

Три броска по три раунда. Победит тот, у кого в сумме будет больше всего очков.

— Уступаю первый бросок, — криво улыбнулся я и бросил свои кости Пустому. Тот ловко поймал их и взвесил в руке.

— Как хочешь, — он бросил, и…

Шесть. Шесть. Шесть.

Довольный собой, Нуорр развел руками, словно говоря: «Иначе и быть не могло».

— Хороший бросок, — кивнул я, и он вернул мне кости. Я прикрыл глаза, прошелся подушечками пальцев по граням, вспоминая каждую шероховатость на них. Я так часто держал их в руках, что даже не видя мог определить, какое число находится на грани. — Мой черед.

И я бросил.

Шесть. Шесть. Шесть.

— Недурно, — Нуорр подался чуть вперед, словно прислушивался к чему-то. Может, ожидал, что я жульничаю? И это было отчасти так. Просто я так много и часто кидал их, так много тренировался, чтобы обыграть Пустого в детстве, что знал, сколько силы нужно вложить в бросок, знал какие грани куда смотрят, и на ощупь корректировал их положение.

Бросок.

Шесть. Шесть. Шесть.

— Пока вы идете вровень, — вставила Вечность, равнодушно наблюдая за игрой.

Его ход, и разумеется… три шестерки.

Ну разумеется.

Мой черед.

Шесть. Шесть. Пять…

На этом моменте я замер, удивленно уставившись на игральную костью. Накатила паника, но я поспешно задвинул её на второй план.

— В чем дело? Ты же собирался выигрывать, — усмехнулся Нуорр, забирая кости. Последний бросок на этот раунд.

Шесть. Пять. Шесть.

— Ты ведь это специально? — спросил я.

— Сравниваю счет?

Мой бросок и я беру три шестерки.

— Первая игра прошла вничью, — пожала плечами Вечность. — Пятьдесят три очка у каждого. Соберись, Люциус, на кону вся вселенная. У меня на неё ещё есть планы, так что будь добр, не проиграй.

— Спасибо за поддержку, — буркнул я и первый начал второй раунд, и тут шестерок уже не было.

Три. Пять. Два.

Его бросок, и тоже не три шестерки. Пять. Шесть. Один.

Двенадцать против десяти.

Похоже, я разнервничался, нужно собраться. Вновь ощутил грани костей и бросил их.

Шесть. Шесть. Шесть.

— Уже лучше, — одобрил Пустой.

Шесть. Шесть. Шесть.

Шесть. Три. Четыре.

Четыре. Четыре. Два.

— Тц… — цокнул языком Нуорр, но он не выглядел сильно обеспокоенным проигрышем. — Мои поздравления, твоя первая победа. Но тебе нужна ещё одна.

— Я её получу, — ответил я и улыбнулся, постаравшись, чтобы моя улыбка была максимально уверенной. Вышло плохо, я нервничал, что в свою очередь сказывалось на точностях броска. Слишком уж дрожали руки.

Второй раунд сразу начался с очень неудачного броска. Рука дрогнула в последний момент, чего нельзя было сказать о моем сопернике.

Итог — второй раунд я с треском продул. Теперь он вел почти на два десятка очков, и это не значило для меня ничего хорошего. Если он вновь начнет выкидывать шестерки, а он вне всякого сомнения начнет, мне… нам всем конец.

— Давай пойдем ва-банк, — предложил я.

— Ва-банк?

— Кинем кости один раз — кто больше, тот победил.

— Это против правил, — покачал головой Нуорр. — Не пытайся выкрутиться, Люциус…

— Хорошо. Бросай.

Он тряхнул рукой, и в этот момент я чихнул. Громко и сильно, нисколько не сдерживаясь.

Два. Один. Шесть.

— Ты сбил мой бросок, — нахмурился Нуорр, смотря на результат.

— Разве? Я просто чихнул.

— С людьми такое бывает, — подтвердила Вечность.

— Это от нервов.

— Не делай так больше, — предупредил он меня.

— Конечно, конечно, — натянуто улыбнулся я и сделал свой бросок. — А можно жвачку? На нервах хочется чего-нибудь пожевать.

Последний вопрос адресовался Вечности. Та даже бровью не повела, и в её ладони появилась упаковка жевательных конфет. Вот так просто. Я спешно достал одну из них, забросил в рот и разжевал.

Шесть. Шесть. Шесть.

Мы ещё не сравняли счет, но уже близки к этому.

Я откусил маленький кусочек жвачки и незаметно прилепил его к костям, когда передавал Пустому. Он мог, конечно проверить и заметить это, но то ли был уверен, что победит, то ли просто не привык играть с жуликом вроде меня, но он бросил кости, даже не глядя на них. И две из них слиплись в полете.

Четыре. Два. Два.

— Что?.. — Нуорр выглядел раздосадованным и немного взбешенным. — Ты жульничаешь, Люциус Готхард!ы прилепил жвачку на кости и сбил мой бросок!

— Я случайно, — сделал я максимально невинный вид и развел руками.

— Перекидываем, — прорычал он.

— Нет, ты сам должен был проверить свои кости, — покачала головой Вечность. — Твоя ошибка.

Нуорр крайне многозначительно посмотрел на неё, наклонив голову на бок, но затем перевел взгляд своих черных глаз на меня.

— Сто тридцать девять против сто тридцати девяти, — огласил он счет. — Мы сравнялись. В итоге действительно все решит один единственный бросок. Но в этот раз я буду кидать своими костями.

И с этими словами в его ладони появились три антрацитовых кубика.

Я посмотрел на Вечность, надеясь, что она возразит, но та лишь пожала плечами.

— Он в своем праве. Он мог использовать свои кости изначально.

— Тц…

— Я не буду использовать магию или что-то в этом роде, Люциус Готхард, — сказал мне Нуорр. — Вечность свидетель.

— Не будет, — подтвердила та.

Я забрал свои и наспех очистил их от остатков жвачки.

Кидаем.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Шесть. Шесть Шесть. — Шесть. Шесть Шесть.

Это могло продолжаться до бесконечности, но ни Вечность, ни Нуорр не выказывали эмоций. Пустой больше не ошибется, он собирался выиграть во что бы то ни стало.

Что-ж… Я такой же.

Мы кинули кости одновременно, и я специально взял такую траекторию, чтобы они столкнулись.

Шесть — Шесть

Три — Четыре

Два

Его кость уже упала, а моя словно намереваясь под самый конец держать интригу закрутилась на одной грани. Длилось это меньше секунды, но мое сердце на этом моменте ушло в пятки.

Четыре.

— С перевесом в одно очко победу одерживает Люциус Готхард, — равнодушно, словно и не радуясь совсем, огласила Вечность.

— Не удивительно, что ты выбрала именно его в качестве центральной фигуры, вы оба жулики, — сказал Нуорр, поднимаясь на ноги. — Выпотрошить бы тебя словно рыбу.

— Ты просто недоволен тем, что проиграл, — с легкой ноткой снисходительности сказала ему Вечность.

— Да, но я как настоящий игрок просто не могу остановиться, — рассмеялся он, а затем галантно, словно джентльмен, протянул ей руку. Вечность приняла её, а затем они сделали шаг и просто пропали, а вместе с ними исчезло и их влияние. В глаза ударил яркий солнечный свет, а само небо стало кристально чистым.

И я устало плюхнулся на камень. Проклятье, а ведь если подумать, то я потерял очень много крови. Голова немного кружилась, и не уверен, что смогу вот так просто встать и спуститься вниз. Ну ладно, что уж, посижу и немного отдохну…

Но стоило только прикрыть глаза, как неподалеку послышались шаги, и рядом со мной плюхнулась Аннигиляция. Раненая, но жутко довольная.

— Ну, мы что, победили? — спросила она.

— Ага, — устало кивнул я, наслаждаясь видом с вершине башни. Анни при этом присела поближе и положила голову мне на плечо. — Где Элард?

— Откинулся, — удивительно равнодушно сообщила она. — Макс ему голову отхреначил. Просто вот так, — и даже ладонью показала как именно.

— Что?..

— Да расслабься. Если мы победили, и Пустота свалила куда подальше, то его воскресит Керрас. У неё какая-то хреновина в Аридели есть, зовется колодцем душ.

— Точно… — немного расслабился я, вспоминая об этом. А ведь на минуту меня охватила печаль.

— Если освобожденные Пустотой души там, мы всех вернем. Не сразу, но… — богиня зевнула. — Уже и не помню, когда настолько выматывалась.

— А мне как-то даже не верится, что все закончилось… Они просто… ушли. Когда Нуорр проиграл, я ожидал, что он всё равно попытается меня прикончить или вроде того, но эта парочка просто свалила.

— На то они и высшие сущности. Демиурги, чтоб их… Наворотили делов и свалили, оставив нас разгребать. Могли бы хоть убитых вернуть к жизни, так нет, сами справляйтесь…

— Не ворчи, — улыбнулся я, приобняв её. Анни тут же залилась краской.

— Люц… слушай… наверное не лучшее время, но… давай поженимся прям сегодня, а?

— Анни… — вздохнул я. — А ты уверена, что этого хочешь? Я… Я больше не дракон.

— В смысле? — удивилась богиня.

— Не знаю, просто я больше не чувствую тех сил. Я снова просто Люциус, такой же, как прежде, — и в голове впервые была настоящая тишина. Я больше не слышал перестука игральных костей. — Видимо, Вечность решила, что я сыграл свою роль.

— И что?

— Я смертный.

И теперь Анни поняла.

— Да и плевать. Придумаем что-нибудь, — совершенно серьезно сказала она. — Ради тебя я даже готова отказаться от божественности.

— Анни…

— Не, я серьезно. А ещё… — она отстранилась и заговорчески осмотрелась по сторонам. — Спорим, что ты не занимался любовью на вершине Башни.

— Ох, Анни… Мы же ранены…

— И что? Когда ещё будет такой шанс? А если сомневаешься, то почему бы не бросить кости? — она перевела взгляд чуть в сторону, и я увидел свои кости, валяющиеся на полу в паре метров от нас. В них теперь не было ни крупицы силы, они были самыми обычными. Она воспользовалась своими силами, притянула их, и те послушно прилетели богине в руку. — Если выпадет…

Но я не дал ей закончить, ухватил за ладонь, не позволив их бросить.

— Я больше не играю, — и с улыбкой притянул её к себе, целуя.

Заняться любовью на вершине башни? Слишком уж соблазнительная авантюра, чтобы отдавать её на откуп удаче…

Эпилог

Катрина не без труда открыла глаза и сделала вдох. Первый вдох в своей новой жизни. Голова была удивительно легкой, но при этом никак не уходило ощущение, словно она спала очень и очень долго.

— Ох, вы уже очнулись?

Катрина приподняла голову и посмотрела на какую-то незнакомую сероволосую женщину. Она выглядела растерянной и поспешно скрылась за дверью.

Катрина села, сбрасывая с себя простыню. Обнаженная, она сидела в светлой комнате с панорамными окнами и никак не могла понять, сон это или реальность. Всё казалось таким странным.

Двери распахнулись, и в комнату вбежала рыжеволосая женщина в черной кожаной куртке. Катрина её знала.

— Фия? Это ты?

— Кэт, ты проснулась раньше, чем мы думали, — ответила гостья и поспешно укрыла Катрину простыней. — Как ты себя чувствуешь?

— Словно все это сон. Никак не могу понять, снится мне это или всё взаправду.

— Ты не спишь.

— Да? Тогда почему ты такая старая? — Катрина даже попробовала улыбнуться.

— Кэт, что последнее ты помнишь?

— Я…

Катрина нахмурилась, попыталась собраться с мыслями, но те ускользали как вода сквозь пальцы.

— Не знаю… В голове какой-то туман.

— Это пройдет. По крайней мере Керрас так говорит.

— Кто?..

— Неважно. Сосредоточься.

— Ладно… Ладно… — буркнула Катрина, а затем словно кто-то незримый дернул у неё в голове рубильник. Она вспомнила и войну со Светом и… — Максимилиан! Он…

Катрина вскочила на ноги, но Фия тут же положила руки ей на плечи и усадила обратно на кровать.

— Спокойнее, все хорошо. Он в порядке. Вроде бы…

— Вроде бы?

— С ним сложнее, чем с тобой. Он… Ну, ты знаешь, — вздохнула Фия. — Он пробыл в Пустоте дольше тебя, его и сложнее восстановить. Но Керрас делает оптимистичные прогнозы.

— Фия… Сколько лет прошло?

— Так ты не помнишь?

— Я ничего не помню. Последнее, что я помню ясно, как мы прощаемся, а затем Николас… отводит меня к границе с Пустотой. Дальше ничего.

— То есть и как ты была Пустой ты не помнишь?

— Я была… Пустой?.. — Катрину от одной мысли об этом затрясло и затошнило.

— Думаю, нам о многом надо поговорить, — вздохнула Фия.

— И выпить.

— И выпить.

* * *

— Ма-а-а-а-а-астер! Вы живы! Как я сча-а-а-астлива!

— Кха… Мелкая, слезь с меня… Жопу отожрала, раздавишь ведь…

Но та даже не обиделась, как сидела на Эларде, так и сидела. Разве что попрыгала немного, специально выбивая из груди мужчины воздух. Керрас наблюдала за этой картиной с едва заметной полуулыбкой.

— Всё… слезай…

— Не-хо-чу!

Но тут уже пришлось вмешаться Керрас. Она подошла и с важным видом дала юной девице легкую затрещину.

— Ай…

— Сходи Эларду за одеждой.

— Но…

— Живо, — Керрас не кричала, но её голос был таким твердым, что Эларду самому захотелось пойти за своей одеждой.

Надувшись, Чесити слезла с Эларда и быстрым шагом поспешила скрыться в дверях. Мужчина при этом несколько облегченно выдохнул.

— Спасибо. Удивительно, как легко она тебя слушает.

— Ты просто слишком её балуешь. Она эмоционально незрелая, как ребенок, и пользуется тобой. Я же не просто так составила график для твоих жен, чтобы никто не оставался в обиде. И кто его не соблюдает?

— Я.

— Ты.

— Просто она всегда готова.

— Разве это оправдание?

— Наверное нет.

— Вот и поразмысли над этим.

Воцарилась небольшое молчание, во время которого они просто смотрели друг на друга, после чего просто улыбнулись.

— Долго я был мертв?

— Неделю.

— И раз спустя столько времени я в порядке, мы победили?

— Победили, — кивнула Керрас и села рядом, после чего взяла Эларда за руку. — Мы свободны.

— Даже не верится, — вздохнул он.

— Что будем делать теперь?

— Не знаю даже…Найдем тихий мирок, начнем все сначала… — Элард легко потянул на себя супругу и заставил её лечь рядом. Керрас прижалась своим лбом к его лбу, заглядывая в глаза. — И может… попробуем снова?

— Элард…

— Мы ничего не могли сделать с Матиасом, — сказал он, приобнимая её. — Это была… его судьба. Судьба стать тем, кем он стал, и погибнуть от… моей руки. Но теперь, когда мы свободны…

Слова застряли у него в горле при виде её слез. Керрас редко давала волю чувствам, но сейчас душевная боль буквально прорывалась наружу, и Элард запоздало понял, что они о Матиасе толком не говорили. Они сделали, что было должно, спасли всех, но о том, что их сын стал чудовищем, которого пришлось убить, предпочитали лишний раз не вспоминать.

Элард прижал её к себе и дал возможность выплакаться. Вскоре вернулась и Чесити, но увидев, что происходит, поспешила смыться. «Все таки она не безнадежна» — подумал Элард в тот момент.

— Полегчало? — спросил он, когда Керрас немного успокоилась.

— Да. И… может ты и прав. Начнем все с чистого листа.

— Сбежим из города? — заговорчески предложил Элард. — Только ты да я.

— Чесити тебя и в другом мире отыщет.

— Да… ты права…

— Но… я правда подумаю о том, чтобы попробовать снова. Теперь это и впрямь возможно… Только дай мне немного времени, ладно?

— Столько, сколько захочешь.

* * *

Катрина шла за Фией и едва могла унять дрожь от волнения. Память понемногу восстанавливалась, как и ясность мысли, но те годы, что она провела в Пустоте, стерлись, словно их и не было. Она не помнила ни как нападала на Аридель, ни как спасала Люциуса.

— Ну что, ты готова?

— Вроде, — улыбнулась Катрина, — А ты сама с ним уже виделась?

Фия кивнула.

— Иди.

— А ты?

— Просто идти.

Катрина открыла дверь и вошла в комнату. Это была палата, очень похожая на ту, в которой она сама пришла в себя. Просторная, светлая, с хорошим видом на Аридель. Макс сидел в постели и что-то набрасывал в блокноте карандашом.

Её муж выглядел таким же, каким она его помнила: молодым и крепким, разве что сейчас он был словно немного рассеян.

— Привет. Что рисуешь?

Макс оторвал взгляд от листа и поднял глаза, а затем улыбнулся.

— Да так… — он бросил блокнот в сторону.

— Ты как? — Катрина медленно подошла к нему и присела возле кровати.

— Всё словно сон.

— А память?

— Обрывки, — он на мгновение прикрыл глаза.

— Но меня ты помнишь?

— И тебя, и Фию. Но… поверишь если скажу что не помню как мы познакомились?

— Ты в кровавом угаре напал на стражников, тебя скрутили, а я сочла, что ты перспективный рекрут и взяла в Орден Ласточки.

— Вот как…

— Ничего?

— Пусто, — кивнул он. — Ни проблеска. И я понятия не имею, вернутся ли они. А ты? Фия сказала, что ты пошла за мной в Пустоту.

— Тоже кое чего нет, — Катрина поджала губы и опустила взгляд на его руку. Руку, в которую вложила свою. — Но даже если воспоминания не вернутся, ничто не мешает создать нам новые. Ты в курсе, что многодетный отец?

— В смысле? — Макс округлил глаза.

— Стой, Фия тебе не рассказывала?

— Не рассказывала что?..

— Тогда давай не будем портить сюрприз.

* * *

— Счастливое воссоединение семьи, — произнесла улыбающаяся Аида, наблюдая за тем, как Максимилиан знакомится со своими дочерьми.

Эбби со своим бойким и открытым нравом сразу бросилась на шею к отцу даже прежде, чем кто-либо успел что-то сказать. Мара же была более сдержаной, но в итоге тоже повисла у него на шее. Папа обнял их обеих сразу и закружил, а Фия, видя это, заплакала. Мама заметила это и приобняла её.

— Не хочешь к ним присоединиться?

— Лишнее, — покачал я головой. Мы и так провели почти всю ночь с родителями и Аидой, выпивая и обсуждая все, что произошло за эти годы. Нам предстояло ещё многое наверстать, но для этого было полно времени. — Пусть Эбби и Мара развлекаются.

Мы с Аидой наблюдали за этим чуть со стороны, из тенёчка под деревом, в полусотне метров от остальных.

Прошло две недели с момента, как я обыграл Пустоту в игре, и до сих пор не могу поверить, что все действительно закончилось. Но работы предстояло ещё очень и очень много. Керрас говорила, что колодец душ заполнен, а ресурсы для создания тел ограничены. Мральдарим и то, что осталось от Черного Ордена, а от него после бойни и впрямь мало что осталось, обещали помочь всем необходимым. Так что сейчас понемногу возвращают к жизни тех, кто погиб во время нападения.

— Слышала, что завтра собираются вернуть де Кролла, — внезапно сообщила Аида, словно прочитав мои мысли.

— Зачем? — удивился я. — Он же…

— Для суда и допроса. Ториг очень хочет разобраться в том заговоре, и де Кролл наш ключ к этому. Да и Максимилиан очень хочет того же.

— Папа? Вы с ним что-то обсуждали?

— Утром, — кивнула лисица. — Его очень задело покушение на тебя, так что он как глава Ордена…

— Стой, что? Глава Ордена?

— Ну да. Твой отец же до сих пор Судья, а Черный Орден — его детище. Ториг во время первой же встречи снял с себя полномочия и передал их Максу. Твой отец теперь Великий магистр.

— Кхм… Не быстро ли? Он ещё не до конца восстановился, да и память…

— Не волнуйся, с ним же Кэт. Да и… они вроде бы хотят пока взять отпуск перед тем, как возвращаться к делам.

— Смотрю, ты знаешь гораздо больше, чем я, — хмыкнул я.

— Просто не нужно было вчера так напиваться, — осудила меня Аида. — Так вот, как глава Ордена он хочет провести расследование и найти всех виновных. Де Кроллу не долго ходить живым, его возвращают к жизни, чтобы затем казнить по всем правилам.

— Кхм… сурово. Кстати насчет отпуска. Может и нам его взять?

— Отпуск, — Аида хорошенько так задумалась. — Очень много дел… Такой бардак…

— Давай, — уламывал я её. — Только вообрази: пляж, море, солнце, коктейли…

— Пляж, м-м-м-м… А секс на пляже прилагается?

— Я бы даже сказал, он обязательная часть программы… — я осторожно приобнял её за талию и притянул к себе. Аида облизнула пухлые губки и соблазнительно стрельнула глазками.

— Ну, даже не знаю, — притворно возразила она. — Хвост придется от песка потом чистить…

— Думаю, оно того стоит…

— Действительно… — мы потянулись друг к другу, чтобы поцеловаться, но нас прервали.

— В путешествие? И без меня⁈ — возмутилась Аннигиляция, спрыгнув с дерева. А ведь я даже и не был в курсе, что она тут.

— Оно свадебное, — совершенно серьезно сказала ей Аида.

— Ну так я его невеста! Стану второй женой!

— Я ещё не дала своего согласия на этот счет.

— Что⁈ Вот ещё, мне и не нужно спрашивать твоего согласия на такие вещи. Важно чтобы Люц…

И тут я вздохнул и закатил глаза. Кажется, я начинаю понимать Эларда и те его слова…

* * *

Я не до конца понял, что именно меня разбудило. Просто чьё-то присутствие. Приподнялся и понял, что это не Аида. Лисица спала рядом, мило посапывая. Нахмурившись, я закрутил головой и заметил, как в дверном проеме, ведущем на балкон, мелькнула чья-то тень.

— Аида, — осторожно позвал я жену и тронул за плечо, но она никак не отреагировала. — Аида.

Раздосадованно цокнул языком, осторожно выбрался из постели и взял меч, что лежал неподалеку. Теперь у меня не было ни божественных сил, ни даже Доспеха Крови, отчего чувствовал себя немного беззащитным.

Бесшумно я вышел на балкон, готовясь к возможной схватке, но ночной гость даже не собирался сражаться.

— Доброй ночи, господин Люц.

— Эрра? — я замер, удивленно таращась на неё.

Эрра умерла там, на вершине башни. Когда все закончилось, и Керрас стала возвращать к жизни тех, кто умер, Эрры среди них не оказалось. Но вот она, целая и невредимая, стоит и смотрит куда-то в даль.

— Но… как? Керрас всё-таки смогла вернуть тебя?

— Нет, она тут не причем, — ответила суккуба и повернулась. Но вместо привычного алого взгляда я увидел лишь тьму.

— Ты… Ты стала Пустой…

— Да, — улыбнулась она.

— Но… Но как же договор⁈ Пустота должна была вернуть тебя!

— Она и вернула, но нигде не говорилось, что я не могу остаться по своей воле.

— Ты стала Пустой добровольно? — не знаю, что сильнее меня шокировало.

— Господин Люц, мне было хорошо с вами. Но считаю, что моя служба вам закончилась вместе с моей жизнью. Вы же не заставите меня служить вам даже после смерти?

— Нет, думаю, с моей стороны это было бы невероятной наглостью.

— Вот и я так считаю.

— Но почему ты захотела стать Пустой? Если ты не хотела больше служить, я бы отпустил тебя.

— Всё гораздо сложнее, господин Люц. Просто умерев и оказавшись в объятиях Пустоты, я осознала, что именно там мое место. В ней я могу раскрыться, стать самой собой, — её улыбка стала хищной и очень жуткой. — Теперь я по-настоящему свободна. И счастлива. Возможно впервые за всю свою жизнь.

— Мне очень хотелось бы за тебя порадоваться, но…

— Никаких «но», господин Люц. Это был целиком и полностью мой выбор, и я им довольна.

— Ладно… — сказал я, но всё внутри протестовало. Мне хотелось что-то сделать, как-то это исправить, но чем дольше я смотрел в её лицо, тем яснее понимал, что она правда счастлива. Это был странный выбор, идущий вразрез со всем, во что я верил, но… и Эрра была странной девушкой.

— Я пришла попрощаться, господин Люц. Вряд ли мы увидимся вновь, — произнеся это, она подошла ко мне и поцеловала. И если раньше в её поцелуе, как и в глазах, был огонь, то сейчас все было с точностью до наоборот. Уста Эрры были холодны как лед, а пальцы, коснувшиеся моих груди, холодили кожу. — Как видите, — она отстранилась и словно заглянула мне за спину. — Я больше не смогу согревать вашу постель, да и в этом больше нет надобности.

— Люциус? — послышалось за спиной. Я обернулся и увидел заспанную Аиду. Лисица сонно потерала глаза. — Ты чего тут делаешь среди ночи?

— Я… — хотел было что-то сказать, но внезапно понял, что Эрры нет… Она растворилась как сновидение.

— Мне показалось, что я что-то слышал. Ерунда.

Аида на всякий случай сделала жест рукой и соткала плетение. Скорее всего, это была Следящая паутина.

— Никого, тебе точно показалось, — зевнув сказала она. — Пойдем спать.

— Да, пойдем… — кивнул я, а лисица уже скрылась в спальне. Я ещё пару мгновений смотрел на пустой балкон и вздохнул. — Прощай, Эрра…

* * *

— Нервничаешь?

— Нисколечко, — улыбнулся я Аиде и сделал глубокий вдох. Это был момент, которого я ждал всю свою жизнь, не считая свадьбы с этой замечательной женщиной, разумеется.

— Врун, — усмехнулась она и ласково провела рукой по моему лицу. — Вперед, только тебя и ждут.

— Да-да, — кивнул я, и распахнул дверь.

В тронном зале Башни Богов было полным полно людей, но мое внимание было сосредоточено лишь на родителях. Они стояли в самом конце длинной красной ковровой дорожки, по обеим сторонам которой стояли рыцари в черных доспехах.

— Вперед, балда, не стой столбом, — мягко толкнула меня Аннигиляция, а сама тут же поспешила отойти в сторону. Ну я и пошел, неторопливо, улыбкой и кивками отвечая на множественные приветствия и радостные возгласы. Но все это затихло, стоило мне дойти до конца дорожки.

Я предстал перед отцом, Максимилианом Готхардом, нынешним главой Черного Ордена. Он старался быть серьезным, но глаза весело искрились. Позади него стояла мама, тоже облаченная в черную броню.

— Люциус Готхард, преклони колено, — громко, на весь зал приказал он.

И я склонился.

Папа медленно извлек меч из ножен и коснулся клинком моих плеч.

— Люциус Готхард, за заслуги перед Черным Орденом я нарекаю тебя рыцарем Черного Ордена и дарую титул магистра, — уверен, что далеко не все в правлении ордена это одобрят, но отцу видимо было плевать на это. Очень многое изменится в нем с его возвращением. — С этого момента ты возглавляешь исследовательский корпус Черного Ордена.

Ух… А вот и осуществление моей давней мечты. Кто бы мог подумать, что в конечном итоге она осуществиться таким странным образом.

— Клянешься ли ты… — а дальше началась стандартная церемония принятия присяги. Немного долгая и муторная, но от неё никуда не денешься, это Ториг объяснил мне ещё утром.

— Клянусь.

И стоило мне закончить с этим, как весь зал взорвался аплодисментами. Отец подошел ко мне, и шепнул, заключив в объятиях.

— Я горжусь тобой, сынок.

* * *

— Значит, прощаемся, — сказал Максимилиан, протягивая руку.

— Я бы сказал, говорим «до свидания», — усмехнулся Элард, отвечая на рукопожатие.

— Знаешь, я до сих пор не могу привыкнуть к… этому.

— К тому, что я не только не сдох, но ещё и телом обзавелся?

— Ага… Я ведь так и не сказал тебе спасибо за то, что ты сделал.

— За то, что вытащил твою задницу из Пустоты, так это ты не по адресу. Благодари своего сына.

— Нет, я про…

— Забудь, — Элард похлопал его по плечу. — В тот момент не было иного выбора. Я сделал то, что должно, к тому же мы с Фло теперь друзья. Вон она кстати.

Элард указал в на крепостную стену, сверху которой стояла рыжеволосая женщина и что-то обсуждала с немолодым мужчиной, стоящим рядом.

— Стой… Это Алая Фломелия? Но ведь…

— Слушай, давай ты разгребешь свои дела, а я свои. А затем мы встретимся и за кружечкой эля поболтаем. Уверен, что и тебе, и мне есть что расказать. Может когда-то давно мы и были одним человеком, но сейчас… Сейчас у нас с тобой разные пути.

— Тогда… «до свидания».

— До свидания.

Они вновь пожали руки и разошлись. Элард направился в Аридель, а Максимилиан — к небольшому отряду рыцарей в черном и Катрине, что теперь тоже носила черный доспех.

— Значит, он типо твой папа? — спросила Чесити, встречающая Эларда у ворот города.

— Типо, — скривился Элард. — Но давай не будем об этом.

— А мне интересно, как он…

Но её голос утонул в грохоте закрывающихся ворот. А через несколько мгновений и город исчез, перешел в другой мир, разрывая пространство и время. Мир, в котором, возможно, они найдут новый дом.

* * *

— Неужели вы правда её закончили? — оживилась Мэрида, когда Николас изящным почерком написал «конец» в своей рукописи.

— Думаю, да, — подтвердил Библиотекарь, собирая листы в единую стопку, но девушка в последний момент выхватила верхний лист и пробежалась по нему глазам.

— О-о-о-о-о… Так вот чем все закончилось…

Но из рук девушки лист вырвала Шуб-Ниггурат, после чего вернула его мужчине. Николас благодарственно кивнул, вернул тот на место, после чего рукопись засияла и превратилась в книгу с твердым переплетом.

— Название, — напомнила темная богиня, усаживаясь в кресло неподалеку от письменного стола Библиотекаря. — Ты забыл название.

— Не забыл, просто не придумал.

— Хроника Библиотекаря, — предложила Мэрида. Сэнтьел, тем временем наливающий чай для богини, одобрительно хмыкнул.

— Тогда могут подумать, что эта книга обо мне. Да, я вернул себе должность в Сумеречной Библиотеке, но большую часть времени я был просто второстепенным персонажем. Даже немного жаль, что в этой истории я сыграл такую незначительную роль.

— По крайней мере ты был героем, — фыркнула Шуб. — А вот мне, как я понимаю, была уготована роль второстепенной злодейки. Знаешь как это обидно?

— Ты сама её избрала, — пожал плечам Николас и поднялся из-за письменного стола. Он подошел к стеллажу с книгами, где было место как раз для одной. Той, что он держал в руках. — Что же до названия, то пожалуй я назову её…

«Избранник башни».

Конец.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Рыцарь Башни III

Content

Рыцарь Башни III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Эпилог

Nota bene