Павел Линицкий

Такса Клякса и волшебная флейта

© Линицкий П. С., 2022

© Оформление. ООО «БХВ-Петербург», ООО «БХВ», 2023

Глава 1, в которой такса Клякса находит удивительную коробку

В одном зелёном городке жила-была такса. Она была лохматой и совершенно чёрной, поэтому её так и прозвали – Клякса.

Клякса была ужасно, просто ужасно любопытной. Готовит хозяйка блины – Клякса влезет лапой в тесто. Хозяин солит капусту – Клякса утащит кочерыжку. Выгонят за дверь – она разроет клумбу и перепачкается с ног до головы. А потом пролезет под забором и отправится гулять по улицам: вдруг там что-нибудь интересное?

Однажды Клякса бродила по парку. Забралась в чью-то пустую норку, покопалась в куче сухих листьев, поругалась с воронами, и вдруг… Вдруг она увидела на скамейке подарочную коробку – разноцветную, с бантом на крышке.

Такса обнюхала находку со всех сторон, и у неё тут же потекли слюнки. Ещё бы! Ведь из коробки так вкусно пахло её любимой колбасой!

– Я, конечно, не буду её есть! – пообещала себе Клякса, запрыгивая на скамейку. – Но ужасно любопытно, настоящая ли там колбаса? Бывает, пахнет колбасой и на вид как колбаса, а попробуешь – какая-то ерунда с жиринками. Надо проверить…

Она приподняла крышку носом. Удивительно, но внутри большущей коробки оказался совсем крохотный кусочек колбасы. Такса потянулась к нему…

…и упала прямо в коробку! Крышка захлопнулась, и Клякса очутилась в полной темноте вверх тормашками. Зато теперь колбаса лежала прямо под носом и пахла так ароматно, что Клякса зажмурилась от удовольствия… а когда открыла глаза, от кусочка не осталось ни крошечки.

– Ой-ой-ой! – перепугалась Клякса. – Ну и влетит мне, если хозяин вернётся! Надо бежать!

Но в эту секунду снаружи раздался голос:

– Ага, вот где мы её оставили!

Коробка качнулась, и Клякса шлёпнулась на бок.

– Ох и тяжёлая! – крякнул хозяин коробки. – Выросла она, что ли?

– Очень может быть, – засмеялся второй голос. – С волшебной колбасой такое случается!

«Волшебной? – удивилась такса. – Странно, а на вкус – как обычная!»

– Хорошо, что мы на всякий случай положили её в большую коробку! – сказал первый голос. – Вот неловко бы вышло: пришли на день рождения к такому уважаемому волшебнику, а подарок в коробку не помещается!

«На день рождения… к волшебнику?! – не поверила своим ушам Клякса. – Ничего себе! Пожалуй, не стану пока вылезать. Пусть меня отнесут к волшебнику, хоть одним глазком на него посмотреть. А потом выскочу и убегу!»

Клякса свернулась калачиком и затаилась. Коробка покачивалась, как колыбелька, и в ней так уютно пахло колбасой, что такса сама не заметила, как задремала…

Проснулась Клякса от стука.

«Тук-тук-тук!» – постучали снова, а в ответ щёлкнул дверной замок.

– Здравствуйте, Иван Иваныч! С днём рождения!

– Здравствуйте, здравствуйте! Очень рад! – ответил весёлый голос. Принадлежал он человеку пожилому.

«Это, наверное, и есть волшебник!» – решила Клякса. А голос продолжал:

– Прошу к столу! А ваш чудесный подарок открою, когда соберутся все гости, хорошо? Давайте-ка поставим его сюда… – И коробку, в которой притаилась Клякса, не очень-то аккуратно опустили на стол: шмяк!

– Эй, поосторо… – тявкнула такса и тут же зажала пасть лапами.

Снаружи звенели чашками, болтали и смеялись. Клякса тихонько приподняла крышку и выглянула в щёлку. Она ждала, что окажется в старинном замке, где собралась целая компания чародеев в волшебных мантиях. Но вокруг была самая обычная комната, а за столом разговаривали самые обычные люди – правда, именинника украшала длинная белая борода. «Эх, наверное, никакой он не волшебник, – расстроилась такса. – Или, может, его из-за бороды друзья волшебником прозвали. Только зря в коробку забралась. Теперь ещё извиняться придётся…»

Но тут за столом начались настоящие чудеса. Чайник летал и подливал гостям чай, не роняя ни капельки мимо. Вишнёвый торт сам собой резался на куски и разлетался по тарелкам. Даже ложечки сами ныряли в чашки и размешивали сахар. «Вот это да-а-а!» – обомлела Клякса, разинув рот от удивления.

Вдруг один из гостей подпрыгнул на стуле, опрокинув чашку.

– Ой! У той коробки только что двигалась крышка!

Все притихли и повернулись к подаркам. Клякса зажмурилась и сжалась в комочек. Услышав, что коробку открыли, она осторожно выглянула из-под собственного уха и встретилась взглядом с именинником.

– В этой коробке волшебная колбаса, – произнёс один из гостей. – Может быть, она опять выросла?

– Очень сильно выросла, – кивнул именинник. – А ещё отрастила себе лапы, уши и хвост!

Он вынул перепуганную Кляксу из коробки и посадил перед собой на стол. Гости засмеялись, а Клякса на всякий случай завиляла хвостиком.

– Ну-ка, уважаемая такса, объясните, как вы оказались в коробке! – поинтересовался именинник. – Имейте в виду, здесь все прекрасно понимают язык животных!

Клякса притворилась, что ей стыдно.

– Я нечаянно…

– Нечаянно забралась в коробку и съела подарок?

– Забралась нечаянно, а потом очень хотела посмотреть на настоящего волшебника! – призналась такса. – А где ваша волшебная палочка? И шляпа? И мантия?

– Шляпы и палочки волшебники не носят, чтобы никто не догадался! – ответил хозяин. – А теперь отправляйся-ка домой и постарайся забыть обо всём, что видела! Всего хорошего!

Он прошептал волшебные слова, и Клякса взлетела в воздух. Не успела она опомниться, как оказалась на крыльце. Дверь с треском захлопнулась.

– Ах, так! – рассердилась Клякса. – Выставили из дома, как котёнка! Ну уж нет, не хотите пускать меня в дверь – залезу через окно!

Клякса обежала вокруг дома и быстро нашла окошко, из которого вкусно пахло тортиком и бутербродами. Она встала на задние лапки, но, хоть и была длинной, как все таксы, до подоконника не дотянулась. А ей так хотелось ещё посмотреть на волшебство!

Клякса огляделась вокруг, пододвинула пустой цветочный ящик. Потом затащила на него ржавое ведро и кое-как забралась наверх. Ведро стояло нетвёрдо и всё время норовило свалиться. Стараясь не упасть, такса потянулась к подоконнику и уже коснулась его лапой, как вдруг почувствовала, что ведро уезжает из-под лап.

– Мама! – завопила Клякса и изо всех сил оттолкнулась, чтобы не загреметь вместе с ведром. Ведро покатилось со страшным грохотом, а Клякса перекувырнулась через подоконник, влетела в комнату и приземлилась на что-то мягкое.

– Уф, повезло! – Такса подняла голову и увидела, что сидит на коленях у хозяина. Гости захохотали.

– Это как понимать? – рассердился именинник. – Ещё раз увижу здесь твой любопытный нос – превращу в белку, так и знай! Эй, веник!

В ту же секунду из коридора прилетел веник и замер у хозяйского кресла.

– А ну-ка, вымети нашу гостью из дому!

Веник повернулся к таксе, замахнулся… Тут Кляксу уже не надо было подгонять: она так испугалась летающего веника, что пулей выскочила на крыльцо под дружный смех гостей.

Отдышавшись, такса села у калитки и почесала лапой чёрный нос.

– Уж-жасно страшный веник! – сказала она. – И ужжасно не хочется превращаться в белку. Хотя если бы я была белкой…

Она представила, как легко забралась бы по лестнице на крышу, потом вон в то окошечко на чердак…

– Постойте-ка! – сообразила такса. – По лестнице я и сейчас забраться могу! Эх, была не была…

Карабкаться вверх было легко, и через минуту Клякса уже стояла на краю крыши. Она подобралась к чердачному окошку, но то было крепко-накрепко заколочено гвоздями.

Расстроенная такса вернулась к лестнице, но спускаться оказалось куда труднее: короткие лапы не дотягивались до ступенек. Она попыталась слезть задом наперёд и чуть не сорвалась с карниза.

– Вот обидно! – вздохнула Клякса. – Какие-то совершенно не приспособленные к жизни лапы. И что мне теперь делать? Разве что… спуститься по печной трубе?

Кирпичная труба торчала рядом – достаточно широкая, чтобы в ней поместилась не сильно упитанная такса. Клякса залезла на трубу и прислушалась: оттуда доносились голоса гостей.

– Ага, спущусь по трубе – окажусь прямо перед волшебником! – сказала Клякса. – Ну уж нет, не хочу я становиться бел…

– Кар-р-р! – закричала какая-то вредная ворона у неё за спиной. Такса подскочила – и сорвалась прямо в трубу.

Гости повскакивали от неожиданности, когда из камина в туче пыли вылетело что-то маленькое, чёрное и перепачканное сажей. Оно выкатилось на середину комнаты и остановилось.

– Эт-то что? – спросил кто-то в наступившей тишине. – Кошка?

– Мяу! – тут же мяукнула находчивая такса, но хозяина было не так легко обмануть.

– Нет, это наша старая знакомая! – строго сказал он. – А ну-ка, иди сюда!

Такса виновато поджала уши и чуть-чуть пододвинулась к волшебнику. Но на всякий случай не слишком близко.

– Я ведь обещал превратить тебя в белку!

– Ага, – вздохнула Клякса. – Но у вас уж-жасно интересно… А я уж-жасно любопытная, – призналась она и тут же добавила: – И очень умная. И хорошая. Пожалуйста, не превращайте меня в белку! – И сделала такие жалобные глаза, что гости покатились со смеху.

– Я и сам вижу, что любопытная, – улыбнулся волшебник. – Вот только не знаю, что мне с тобой, такой любопытной, делать?

Вдруг из дальнего угла кто-то сказал скрипучим голосом на зверином языке:

– Зато я знаю. Мне на пенсию пора, а вам новый помощник нужен.

Все обернулись. На жёрдочке в углу сидела большая белая сова – такса и не заметила её сначала. Сову звали Звёздочка. Она много лет помогала хозяину, ведь у каждого волшебника должно быть своё волшебное животное. Но Звёздочка была уже пожилой совой и давно хотела нянчиться с внуками.

Волшебник оглядел таксу с головы до лап, задумался и наконец произнёс:

– Меня зовут Иван Иваныч. А тебя?

– Клякса! – ответила такса, не веря своему счастью.

– И правда, вылитая клякса! – засмеялись гости.

– Пойдёшь ко мне в помощники? – спросил волшебник. – Но предупреждаю – дело трудное и опасное!

– Ура-а-а! – закричала Клякса и запрыгала от радости по комнате. – Конечно, пойду! Ой, – смутилась она, увидев, что заляпала сажей весь ковёр.

– Тогда отправляйся домой и хорошенько отмойся, – сказал Иван Иваныч. – А завтра я договорюсь с твоими хозяевами, что ты поживёшь у меня.

– Есть! – крикнула такса и помчалась к двери. – Спасибо, дорогая сова! С днём рожденья, Иван Иваныч! Ой, я же адрес забыла сказать! Улица Зелёная, дом пять! До завтра!

С этого дня у Кляксы началась совсем другая жизнь. Вот только приключений всё не было и не было, пока однажды…

Глава 2, в которой Клякса получает первое задание и принимает холодный душ

Однажды Иван Иваныч возился с новыми заклинаниями, а Клякса валялась на диване и листала толстенный «Справочник магических растений».

– Эх, – вздохнула такса, переворачивая страницы носом. – Скукотищ-ща… Вон, даже ходячее дерево Шнопф бегает с места на место, а я сижу тут и сижу. Ни тебе приключений, ни волшебных дел, одна учёба…

Пока такса предавалась унынию, Иван Иваныч встал из-за письменного стола, потянулся и направился в кухню. Вскоре оттуда раздался его удивлённый голос:

– Ничего не понимаю!

Любопытная Клякса тут же подскочила и понеслась к нему. Волшебник стоял перед открытым буфетом и озадаченно разглядывал полки.

– Ты не брала печенье? – спросил он у таксы.

– Нет, – помотала головой Клякса. – Я бы туда и не дотянулась!

– Вчера куда-то подевались макароны, сегодня печенье, – задумчиво сказал Иван Иваныч. – А до этого пропали хлеб и сгущёнка… Вот что, Клякса! Ты всё время жалуешься, что приключений не хватает. Держи первое задание: разобраться, кто таскает у нас продукты!

– Ура! – так и подскочила такса. – Настоящее задание! Только… погодите-ка, оно же не волшебное!

Иван Иваныч засмеялся:

– Вот заодно и посмотрим, годишься ли ты в помощники. Волшебник должен уметь головой думать, а не только палочкой махать!

И Клякса взялась за расследование.

Первым делом она обнюхала кухню, как настоящая ищейка – от окошка до двери и обратно. Только на третий раз Клякса почувствовала слабый-слабый чужой запах, как будто хитрый воришка специально намазался чем-то, чтобы не оставлять даже запаха. Такса пошла по следу и вскоре оказалась у маленькой дверцы под лестницей.

Клякса толкнула дверцу лапой и спустилась по скрипучим ступеням в подвал. Здесь было почти темно – лампочка светила еле-еле. Такса походила туда-сюда и уже собралась вернуться в дом, как вдруг услышала странный звук. В дальнем углу писклявый, но очень довольный голосок пел писклявую нескладную песенку:

– Макароны утащила,

Утащила я крупу,

Трам-пам-пам, парам-пам-пиу,

Тыры-пыры, пу-пу-пу!

Украду я всё на кухне

И в подвал перетащу,

И печенье, и варенье —

И всех подружек угощу!

Трам-пам-пам! А-пчхи!

Такса стала тихонечко подкрадываться, а песенка тем временем звучала всё сердитее:

– Утащила я сардельки

И стиральный порошок!

Утащу шампунь и мыло,

И… хм-м-м, что бы ещё утащить?

А! Вот! Телевизор утащу! Ха-ха!

Клякса осторожно выглянула из-за коробки и увидела незнакомую крыску. Серенькую, толстенькую и с длинным розовым хвостом. Крыска доставала из пакета макароны и запихивала в маленький рюкзачок.

«Вот где наши продукты! – разозлилась такса. – Ну уж нет, не нужны нам такие соседи! Сейчас схвачу её за шиворот и выставлю из дома!»

– Гав! Р-р-рав! – выскочила Клякса.

– Караул! – заверещала крыска. Она подпрыгнула, сделала кульбит в воздухе, приземлилась на хвост и помчалась прочь от таксы, рассыпая добычу. Клякса бросилась за ней, но хитрая крыска юркнула в незаметную норку.

Такса Клякса попробовала разрыть нору лапами, только каменные стены не поддавались. Из норки показался острый носик:

– Хи-хи-хи! Никогда тебе меня не достать! Не будь я крыска Сосиска!

– Тебя ещё и Сосиской зовут?! – ещё больше рассердилась такса. – Сосиски я люблю, а крыс тер-р-рпеть не могу! Убирайся сейчас же из нашего дома!

– Фигушки! – отозвалась Сосиска. – Я у вас ещё не все макароны перетаскала, а ещё и телевизор утащу!

– Не утащишь! – тявкнула Клякса. – Ты вон какая маленькая! Не поднять тебе телевизор, да и не пролезет он в твою норку!

– А я своих подружек-крыс позову! – не сдавалась Сосиска. – Целых пятьдесят! Нет, сто! Нет, тысячу!

Мы и телевизор, и холодильник со всей едой утащим! А ещё лучше – вас из дома выгоним и сами тут жить будем!

– Ах, так! – разъярилась такса. – Да я всем твоим крысам знаешь, что сделаю? Да я вам…

Но договорить она не успела. Оказывается, крысиная норка была рядом с водопроводными трубами. Крыска Сосиска повернула кран, и прямо из норы таксе в нос ударила струя ледяной воды. Бедная Клякса кубарем покатилась по полу.

– А-пчхи! Тьфу! Пфу! Пчхи! – чихала и плевалась такса, прикрываясь лапами.

Сосиска закрыла кран и выглянула из норки:

– Вот тебе, противная тявкалка! Пе-пе-пе! – и убежала в норку, прихватив рюкзак с макаронами.

Мокрая и злая как чёрт, Клякса поднималась из подвала. «Эх, пожаловаться бы Иван Иванычу! – думала такса. – Он бы быстро что-нибудь наколдовал. Но не могу же я не выполнить своё первое задание!»

Она вышла на крыльцо, хорошенько отряхнулась и улеглась сохнуть на солнышке.

– Смотрите, мяу, люди добрые! – раздалось сверху. – Волшебный фокус! Чудесное превращение сухой собаки в мокрую курицу, ха-ха-ха!

На заборе сидел кот Матрос. Он всё время шлялся по улицам, везде совал свой нос (прямо как такса Клякса) и всех дразнил.

– Где это ты так вымокла? – поинтересовался кот, разглядывая таксу.

– Не твоё кошачье дело, – огрызнулась Клякса. – Иди своей дорогой.

– Конечно, не моё, – согласился кот. – Вот только одна крыса только что хвасталась, как искупала глупую таксу. Ну, я пошёл. Чао! – И он притворился, что собирается спрыгнуть за забор.

Такса подскочила как ужаленная.

– Стой! – завопила она.

Матрос обернулся.

– Где ты её видел?

Кот важно уселся и принялся разглядывать свой пушистый рыжий хвост.

– Даже не знаю, говорить тебе или нет? Наверное, не скажу…

«У-у-у, вредина! – подумала Клякса. – Цапнуть бы тебя хорошенько!»

А Матрос задумчиво протянул:

– Хотя, если ты пообещаешь больше за мной не гоняться…

– Обещаю! – протявкала такса, подпрыгивая от нетерпения.

– …и не кусать за хвост… – продолжил кот.

– Я тебя вообще трогать не буду! Честное слово! – пролаяла Клякса. – Говори скорее, где эта несчастная крыса!

Матрос соскочил с забора и походил туда-сюда перед таксой. Он был ужасно доволен, что может вот так просто гулять вокруг собаки, а она даже не лает. Наконец он сказал:

– Ну ладно. Пошли, покажу. – И выскочил за калитку. Клякса бросилась следом.

Они выбежали на улицу и завернули за соседний дом. Кот перемахнул через канаву и остановился у канализационного люка.

– Вот тут. – Он показал лапой на крышку. – Я рядом загорал и услышал, как крысы внизу пищат. Прислушался – ну, думаю, не иначе как таксе Кляксе досталось!

Матрос и Клякса отодвинули тяжеленную крышку. Вредной Сосиски там, конечно же, не было, зато пахло и крысами, и украденными макаронами. Такса задумалась.

«Не успела я подняться из подвала, а крыска Сосиска уже хвасталась перед друзьями в этом люке. Значит, нора из подвала ведёт прямо сюда! А если…»

– У тебя есть сачок? – спросила Клякса у кота.

– Сачок? – удивился Матрос и почесал в затылке задней лапой. – А зачем?

Тихо-тихо, чтобы никто не подслушал, такса растолковала Матросу свой хитрый план. Хихикая, кот побежал разыскивать сачок, а Клякса помчалась домой. Она вытащила из сарая шланг, которым Иван Иваныч поливал цветы, размотала на всю длину и спустилась в подвал. Шланга хватило как раз до Сосискиной норки. Клякса сунула лапу в норку и крепко-накрепко закрутила кран, чтобы крыска не смогла открыть его своими маленькими пальчиками. Потом она сбегала в кухню, вернулась в подвал с аппетитной тефтелькой, положила её перед норкой и спряталась за ящиками.

Тефтелька пахла так ароматно, что очень скоро из норы высунулся любопытный крысиный нос.

– Ух ты! – воскликнула Сосиска, увидев тефтельку. – Прямо не день, а Новый год какой-то! И собаку обдурила, и такую вкуснятину нашла!

Она радостно потёрла лапки и вприпрыжку побежала к тефтельке, на ходу снимая рюкзачок. Ей навстречу неторопливо вышла такса Клякса.

– Опять ты! – рассердилась Сосиска. – Мало я тебя сегодня искупала? Ну погоди, получишь ты у меня…

Крыска бросилась обратно в норку. Но, к её удивлению, кран никак не хотел открываться. А такса взяла зубами шланг и воткнула его прямо в нору.

– Эй! – раздалось оттуда. – Ты что это задумала?

– Сейчас узнаешь! – ответила такса Клякса и пустила воду на полную мощность.

Вода понеслась по длинной-предлинной крысиной норе прямо к люку, где уже сидел в засаде кот Матрос. Сачка он не нашёл, зато стянул где-то старый дуршлаг. Матрос лениво грелся на солнышке, но вдруг в люке забулькало – и из него ударил фонтан. А на самом верху кувыркалась крыса и вопила:

– Спасите! Помогите! Грабят-убива… Бульк! Тьфу! Апчхи! Я буду жаловаться!

Кот подставил дуршлаг и выудил Сосиску из фонтана, как рыбку из аквариума. Не успела крыска и глазом моргнуть, как Матрос ловко подхватил её за хвост острыми когтями. Фонтан перестал бить – это Клякса выключила воду. А через минуту появилась и она сама, дожёвывая тефтельку.

– Эй, а мне тефтельку?! – возмутился кот. – Я заслужил!

– А зачем тебе тефтелька? У тебя же в лапах целая Сосиска! – подмигнула такса.

Крыска Сосиска перепугалась и заверещала, болтаясь вверх тормашками:

– Не-не-не-не-не! Меня нельзя есть! Я костлявая! И заразная! Кхе-кхе, умира-а-аю от страшной боле-е-езни… – Крыска закатила глаза, схватилась за горло и высунула язык.

– Ну-ка, перестань прикидываться! – рявкнула Клякса. – Будешь ещё продукты воровать?

– Да-да-да-да-да! – закивала моментально выздоровевшая крыска. – То есть не-не-не! Не буду! Честно-пречестно!

Кот поднёс Сосиску к самому носу и грозно прошипел:

– Ещё раз увижу – поймаю и… съем! – и так громко клацнул зубами, что крыска пискнула и зажмурилась.

Матрос выпустил крыску из когтей, и она с быстротой молнии исчезла в кустах.

Глава 3, в которой Клякса исполняет смертельный номер

Клякса прибежала к Иван Иванычу гордая-прегордая. Когда она рассказывала, как они с крыской Сосиской поливали друг друга водой, волшебник от смеха чуть не упал со стула. Они вместе спустились в подвал и замазали норку цементом.

– Молодец, Клякса! – похвалил Иван Иваныч. – С заданием справилась, а значит, готова к волшебным делам.

Довольная такса выскочила из дома и вприпрыжку побежала за косточкой, которую вчера закопала в надёжном месте. Самое надёжное место было под ульем во дворе – кто же сунется к пчёлам!

Возле улья Клякса резко затормозила.

– Странно, – пробормотала она. – Кто это тут хозяйничал?

Земля была подозрительно разрыта, а кость пропала. Клякса обнюхала всё вокруг, но загадочный вор не оставил ни следов, ни запаха.

– Да что такое! – расстроилась Клякса. – Пока одного воришку ловили, другой косточку стибрил! Эй, жужжалки! – закричала она и постучала по улью. Оттуда высунулась пчела, перемазанная мёдом.

– У меня косточка пропала, – сказала Клякса. – Вы никого не видели?

– Ни одной ж-ж-живой души! – прожужжала пчела. – Наверное, она сама выкопалась и убеж-ж-жала, ха-ха-ха!

– И ничего смешного! – рассердилась такса. Она принюхалась и пошла по запаху косточки – как будто та и правда убежала сама собой. Клякса выскочила за калитку, перешла через дорогу, спустилась в канаву, перебежала через пустырь, попетляла по улицам и наконец оказалась перед высоким забором. Под забором была прокопана дыра, и косточкин запах вёл прямо туда.

Дом был таксе знаком. Хозяев она никогда не видела, зато по двору постоянно ходил туда-сюда, будто часовой, вредный толстый индюк. Он терпеть не мог таксу Кляксу, но драться с ней побаивался: вдруг цапнет острыми зубами? А Клякса терпеть не могла индюка, но тоже опасалась – вон он какой здоровенный, как даст клювом!

– Очень не хочется соваться к индюку, – нахмурилась Клякса, – но я ему покажу, как воровать чужие косточки! Хотя постойте-ка, не мог же этот толстяк пролезть в такую узкую дырку! Что-то здесь не так…

Нырнув под забор, такса притаилась под кустом. Посреди двора, как всегда, бродил индюк, перед ним лежала целая куча костей, а на самом верху – вкусная косточка таксы Кляксы!

Такса уже хотела выскочить, облаять индюка и потребовать свою косточку обратно, как вдруг индюк достал из-под крыла маленькую флейту. Он поднес её к клюву и заиграл. Клякса так и подпрыгнула от удивления – она никогда ещё не видела, чтобы индюки играли на флейтах! Но тут она подпрыгнула ещё выше: на другой стороне двора зашелестели кусты, и оттуда сама собой вышла, покачиваясь, здоровенная кость! От таких чудес у таксы шерсть встала дыбом. А косточка доковыляла до индюка и рухнула в общую кучу.

– Ха-ха-ха-ха-ха! – довольно загоготал индюк. – Вот это флейта так флейта! Ух как я всех этих собак ненавижу. Ну, теперь они у нас получат… Уа-а-а-а. – Он зевнул. – Эй, кто там есть? Покараульте пока, а я пойду вздремну!

Индюк положил флейту на крыльцо и направился в свой индюшатник. Не теряя ни секунды, Клякса выскочила из-под куста. Но едва она схватила флейту, за спиной завопили:

– Караул! Держи вора!

Кто-то подхватил таксу под мышки и поднял высоко в воздух.

– Ага, попалась! – торжествующе прокричал гнусавый голос у неё над ухом. – А ну, отдавай фле…

Такса выпустила флейту, извернулась и тяпнула злодея за палец.

– Ай! – взвыл он и выронил Кляксу.

Она больно шмякнулась об землю, но тут же вскочила, подхватила флейту и понеслась прочь. Злодей, долговязый лохматый дядька с бородавкой на носу, не отставал. Клякса обежала двор кругом и хотела выскочить обратно через ту же дырку, но там уже караулил индюк. Он злобно захохотал и растопырил крылья. Такса чудом увернулась от индюка и помчалась к калитке, но на ней висел огромный железный замок.

«Западня!» – испугалась такса.

Тем временем из сарая выскочила целая стая индюков и гусей. Шумя и вопя, они принялись гоняться за таксой, а толстый индюк командовал:

– Заходи слева! Окружай! Хватай справа!

Клякса металась по двору с флейтой в зубах, едва уворачиваясь от крепких птичьих клювов. Бежать было некуда. Вдруг она заметила, что дверь хозяйского дома приоткрыта. В эту секунду на неё набросились сразу три огромных гуся. Клякса отскочила в сторону, и гуси врезались друг в друга, треснувшись лбами. Во все стороны полетели перья, а такса прошмыгнула в дверь и помчалась вверх по лестнице. Секунду спустя она оказалась на чердаке, захлопнула пыльную дверь и закрыла задвижку.

Тяжело дыша, Клякса прислушалась.

Во дворе радостно гоготали гуси. Послышался голос:

– Где эта гадкая собака?

– Загнали в дом, хозяин! – доложил индюк. – Некуда ей теперь деваться! Такой великий колдун, как вы, её не упустит!

«Ещё один волшебник? – поразилась Клякса. – Вот так сюрприз!»

Внизу хлопнула дверь, загрохотали тяжёлые сапоги: хозяин обходил комнату за комнатой.

– Соба-а-ачка! Та-а-аксочка! – приговаривал он. – Иди сюда, дам тебе вкусную котлетку, ха-ха-ха! А ну выходи, мерзкая собачонка! Буду из тебя шашлык делать! Куда же ты подевалась…

За дверью заскрипели ступени. Клякса выглянула в окно: выбраться нечего было и думать, к тому же во дворе ждал индюк со своим гогочущим войском. Тогда такса забилась в самый тёмный угол.

Дверная ручка задёргалась вверх-вниз.

– Ага, вот ты где! – обрадовался злодей. – Думаешь, закрылась и я до тебя не доберусь?

«Бам-м-м! Бум-м-м!» – раздались два тяжёлых удара. Такса сжалась в комочек, но дверь, к счастью, не поддавалась.

– Проклятье! – раздалось из-за двери. – Я же сам заколдовал все двери в доме, чтоб не ломались! Ну ничего… Эй ты, козявка с хвостом! Сейчас достану тебя через окно, ха-ха!

Колдун затопал вниз по ступеням. Такса подбежала к окошку и со страхом смотрела, как он распоряжается во дворе.

– А ну, несите сюда лестницу! Вон ту, длинную! Осторожнее! На меня не уроните! Вот бестолочи, вдесятером не могут одну лестницу поднять!

Из-за сарая показалась толпа гусей. Ругаясь и спотыкаясь, они тащили длиннющую лестницу. Индюк не успел отскочить и получил лестницей по кумполу.

– Эй, полегче! – возмутился индюк. Гуси загоготали.

Волшебник приставил лестницу к чердачному окну, поднял голову и увидел наверху перепуганную таксу.

– Ну что, отдашь флейту? – нахмурился он. – Нет? Тогда пощады не проси! Посажу в мешок и отправлю на корм кормодилам! То есть на кром крокомо… Тьфу! На корм крокодилам!

Колдун стал карабкаться по лестнице. В руке у него зажёгся фонарик: уже темнело, и без фонаря было бы нелегко искать чёрную таксу на тёмном чердаке.

– Что же делать? Думай, Кляксочка, думай! – бормотала такса себе под нос, оглядывая двор. – Эх, вот если бы перебросить мостик от чердака до забора… А что, это идея! Только бы получилось…

Клякса покрепче сжала флейту в зубах и отбежала в дальний угол и стала ждать. Едва лишь в окне показалась лохматая голова, такса сорвалась с места. Волшебник посветил в окно и увидел, что на него несётся что-то маленькое и чёрное.

– Что за… – начал колдун, но в этот миг Клякса оттолкнулась от подоконника и со всего разбега прыгнула прямо на него. Лестница покачнулась и начала медленно отклоняться назад.

– Ма-ма-а-а! – завопил злодей, размахивая руками. Фонарик полетел вниз и приземлился индюку на макушку. Следом за фонариком в лужу с грязью улетел волшебник.

– Береги-и-ись! – завопила Клякса от страха и выронила флейту, но тут же подхватила её лапой. – Смертельный номер! Летающая такса!

Индюки и гуси кинулись врассыпную. Лестница с таксой очертила широкий круг в темнеющем небе и со страшным грохотом упала на ворота. Не удержавшись, Клякса перелетела за забор и грохнулась на кучу листьев.

– Остолопы, что вы стоите? За не-е-ей! – прокричал колдун, выбираясь из лужи.

Оглушительно гогоча, гуси бросились в погоню и тут же сбили хозяина с ног.

– Осторожнее! – завопил он, снова шлёпнувшись в грязь. – Смотрите под но… буль-буль-буль! – забулькал злодей, когда ему на голову наступил толстый индюк.

Птицы растерянно столпились у забора. В узкую дырку никто пролезть не мог, а калитка была заперта на замок.

Толстый индюк растолкал гусей, просунул голову в дырку и заголосил на всю улицу:

– Сто-ой! Верни флейту! Поймаю – уши повыдергаю!

Но такса уже летела прочь, как угорелая. Ворвавшись в дом, она завопила:

– Фыфаф Фыфафыф! Фаф феффа! Фифюф!

– Что-что? – выглянул из кабинета удивлённый волшебник.

Такса выплюнула флейту и закричала ещё громче:

– Иван Иваныч! Там флейта! Индюк! Косточки!

Иван Иваныч нахмурился. Он запер дверь на два оборота, вернулся в кабинет и посадил таксу себе на колени.

– Рассказывай всё по порядку, – велел он.

Когда Клякса закончила свой рассказ и почти успокоилась, волшебник внимательно осмотрел флейту.

– Хм-м, – задумчиво произнёс он. – На вид самая обычная флейта. А ну-ка, попробуем…

Он осторожно подул, и флейта издала тихий звук. На кухне сейчас же послышался шорох. Такса соскочила на пол, выглянула в коридор и тявкнула:

– Мамочки!

Поджав хвост, она бросилась под диван. А в дверь вошла, ковыляя, косточка!

Иван Иваныч перестал играть, и косточка упала на пол.

– Иди сюда, не бойся! – позвал он Кляксу.

Такса осторожно выглянула из-под дивана.

– А я вовсе и не боюсь, я тут, это… Кое-что потеряла!

– Вот, попробуй, она сама за тебя сыграет. – Волшебник протянул ей флейту. – Ты ведь хотела волшебных приключений?

– Хотела, – смутилась Клякса. Если бы не шерсть, она покраснела бы от носа до кончика хвоста. Клякса зажмурилась и дунула изо всех сил. Из флейты полилась тихая мелодия. Косточка поднялась и заковыляла к таксе, а потом шлёпнулась у её лап.

– Ух ты какая полезная штука! – восхитилась Клякса. – Я на ней теперь каждый день играть буду!

– Нет уж, – нахмурился Иван Иваныч. – Во-первых, никому из твоих приятелей-собак не понравится, когда их косточки утопают к тебе. А во-вторых, это какое-то нелепое волшебство, что-то тут нечисто. Сама посуди: какому волшебнику нужна флейта, которая приманивает косточки? Но этот колдун ею очень дорожит. Значит, задумал что-то очень странное… Судя по твоему описанию – «лохматый, длинный, с бородавкой на носу», – в наш городок пожаловал колдун Вермишайнен. Не самый грозный чародей, но ужасный негодяй. Надо разобраться, какую подлость он готовит на этот раз.

– И вернуть собакам их косточки! – подхватила Клякса.

– Верно! – кивнул Иван Иваныч. – Ложись-ка спать. Ночью он к нам не сунется, а утром мы сами к нему заглянем…

Глава 4, в которой Клякса дважды жалеет, что у неё нет парашюта

Едва рассвело, Иван Иваныч и Клякса отправились к дому Вермишайнена. Во дворе было пусто. Ворота распахнуты, дверь не заперта, а колдун и его помощники-птицы исчезли. Клякса взглянула на чердачное окошко и поёжилась, вспомнив свой вечерний «смертельный номер».

Тут и там валялись брошенные в спешке вещи. Клякса обегала весь дом, но не нашла ничего интересного. Только засохший бутерброд, завёрнутый в газету.

– Ну вот, – расстроилась такса. – Упустили злодеев. И бутерброд как камень, зубы сломать можно.

Иван Иваныч присел рядом и стал рассматривать Кляксину находку.

– Бутерброд нам ни к чему, – сказал он, – а вот газета очень даже поможет, смотри: это же «Синегорские новости», и напечатаны они неделю назад.

Клякса наморщила лоб.

– Синегорск? Я про него рекламу видела: «Лучшие в мире чипсы – у нас в Синегорске!» Чипсы, правда, так себе. Одно разочарование.

– Потому что нечего жевать всякую ерунду, – хмыкнул волшебник. – Получается, неделю назад Вермишайнен был в Синегорске. Летим туда, что-нибудь да узнаем!

– Как это – летим? – не поняла Клякса. – На самолёте?

– Сейчас увидишь, – улыбнулся Иван Иваныч.

Вернувшись домой, он выкатил из сарая велосипед, на котором ездил в магазин. К рулю была приделана корзина для сумок.

– Прыгай в корзинку, – велел Иван Иваныч.

«Точно, поедем на аэродром», – решила Клякса и забралась в корзину. Иван Иваныч вывел велосипед на улицу, огляделся – нет ли прохожих, – и нажал на педали. Велосипед взмыл в воздух и помчался над землёй!

– Помогите! – взвизгнула Клякса и зажмурилась.

– Не бойся, это обычный волшебный велосипед, – засмеялся Иван Иваныч. – Смотри, какая красота!

Такса осторожно приоткрыла один глаз. Внизу проносились реки и поля, а над головой плыли облака, сияло солнце. Лохматые уши таксы развевались от ветра, как флажки.

– Вот это да-а-а… – протянула Клякса. – И правда, красотищ-ща!

Через час вдали показались домики и огороды на окраине Синегорска. Волшебник и Клякса сбавили скорость и опустились ниже. Посторонних глаз Иван Иваныч не боялся – стоит волшебному велосипеду взлететь, как он становится невидимым.

– Интересно, – вдруг заметила такса, – а почему на улицах никого нет? Ни людей, ни собак, ни машин…

– И правда, – нахмурился Иван Иваныч. – Очень странно…

– Зато вон сколько ворон сзади, – сказала Клякса, оглянувшись. – Летят прямо… прямо на нас!

В тот же миг на них набросилась стая ворон. Они кружили вокруг, каркали, хлопали крыльями. Одна вцепилась волшебнику в бороду, и Клякса цапнула птицу за хвост. Во все стороны полетели перья.

– Держись крепче! Садимся! – прокричал Иван Иваныч, отбиваясь от ворон. Но стая налетела вновь, и велосипед перевернулся.

– Иван Ива-а-аны-ы-ыч! – завопила Клякса, кувыркаясь в воздухе. Она врезалась в ворону и ухватилась за неё лапами, а зубами впилась в хвост другой. Птицы с воплями стали снижаться. У самой земли одна из ворон извернулась и тюкнула таксу клювом по макушке.

Клякса разжала зубы, пролетела пару метров и шлёпнулась в грязный пруд, подняв тучу брызг. Птицы с обиженными криками исчезли за деревьями.

Вся в грязи и болотной тине, такса выбралась на берег. Стояла тишина, лишь где-то вдали галдели вороны. Иван Иваныча и его велосипеда нигде не было видно. Клякса жалобно заскулила, но быстро взяла себя в лапы.

– А ну-ка, не раскисать! – скомандовала она сама себе. – Слушай мою команду: разобраться, что тут происходит, и найти Иван Иваныча! Или наоборот – сначала найдём Иван Иваныча, а потом уже во всём разберёмся!

Отряхнувшись, Клякса выбралась на дорогу. Синегорск был похож на её родной город: такие же маленькие домики, столбы и заборы, повсюду деревья и кусты. Такса потрусила вдоль по пустынной улице.

«Куда все подевались? – думала она, оглядываясь по сторонам. – Ни человека, ни собаки, даже кошек нет…»

Добежав до перекрёстка, Клякса выглянула из-за угла, но тут же отпрянула назад. И вовремя: по переулку топала ватага гусей. Такса хотела было помчаться назад, но и на том конце улицы появились птицы. Прятаться было некуда: по обеим сторонам тянулись высокие заборы и деревянные дома. В последнюю секунду Клякса заметила за кустиком ромашек маленькую дырку в стене, юркнула туда и оказалась в тёмном сарае.

– Где эта проклятая такса, га, га? – раздалось с улицы.

– Далеко уйти не могла, га! – ответил такой же противный гусиный голос. – Вороны сказали, что видели её совсем рядом!

– Вот они растяпы, га! – отозвался первый. – Прокаркали таксу! Эй вы, двое! Сторожите тут, остальные за мной! Будем искать!

Гуси ушли, оставив двоих часовых. Часовые тут же принялись рассказывать друг другу дурацкие гусиные анекдоты, а такса тихонько осмотрелась. Сарай был завален всякой рухлядью и ржавыми железяками. «Надо поискать выход», – решила Клякса и стала осторожно пробираться вдоль стенки.

В углу, под старым дырявым ковриком, что-то зашуршало. Такса замерла и принюхалась.

– Какой знакомый запах, – пробормотала она. – Готова поспорить, там прячется… там прячется… кто-то очень маленький и очень напуганный!

Клякса сунулась под коврик и столкнулась нос к носу с крошечным чёрным котёнком.

– Ой! – пискнул котёнок и сжался в комочек.

– Тише ты! – зашептала такса. – Гуси услышат!

– Пожалуйста, тётя такса, не выдавайте меня! – захныкал котёнок.

– Не собираюсь я тебя выдавать! – успокоила его Клякса. – Я сама от них прячусь. Расскажи-ка лучше, что тут произошло? Где собаки с кошками? Что с птицами случилось? Да не трясись ты так, сарай развалится! Меня зовут Клякса, а тебя?

Котёнок недоверчиво оглядел таксу большими перепуганными глазами.

– Меня зовут Черныш, – начал он свой рассказ. – Месяц назад из города куда-то пропали все собаки. Один старый кот рассказывал, будто бы собаки сами убежали за косточками, а косточки будто бы сами шли, как живые! Но ему, конечно, никто не поверил.

– Зря не поверили, – вздохнула Клякса.

– Все кошки ужасно обрадовались, – продолжил Черныш. – Нас больше никто не гонял по улицам, не хватал за хвост! Мы хулиганили как хотели. Очень скоро люди на нас разозлились. Прямо не знали, что с нами делать. А мы ещё больше обнаглели, собак ведь не было, а людей мы всегда перехитрим. И вот однажды в городе появился незнакомый человек…

– С длинным носом и бородавкой? – перебила Клякса.

– Ага! – кивнул Черныш. – Он собрал всех жителей и сказал, что проучит кошек и кошки больше не будут безобразничать. Люди чуть не плакали от счастья. А он сказал: «Сегодня ночью выгоните всех кошек на улицу, чтобы ни одна не осталась дома! Утром они станут ласковыми и послушными!» Люди поверили и выставили кошек за дверь. А когда стемнело, откуда ни возьмись появились собаки. Они согнали всех кошек в большую клетку на колесах. Этот носатый командовал ими и хохотал во весь голос. Я спрятался тут. А когда выглянул, ни клетки с кошками, ни собак уже не было.

– Ужас какой! – шёпотом воскликнула такса. – А где же люди?

– Утром люди вышли на улицу, – сказал Черныш. – Они искали своих кошек и уже догадались, что незнакомец всех обманул. Но на людей начали нападать птицы. И вороны, и галки, но больше всего – домашние гуси с индюками! Люди рассердились, и знаете, тётя Клякса, что оказалось? Оказалось, что индюки умеют колдовать! Да-да, колдовать, представляете? Теперь люди попрятались по домам и боятся нос на улицу показать. Кошек в городе нет, птиц проучить некому, вот они и делают что хотят. А я не знаю, как быть… И есть очень хочется, – всхлипнул котёнок.

– Ой! – Он хлопнул себя по лбу лапой. – Чуть не забыл! Когда всех кошек поймали, тот страшный человек сказал: «Теперь мне это не нужно!» – смял какую-то бумажку и выбросил, а бумажка закатилась сюда. Вот она лежит. Только я читать не умею…

Клякса развернула грязный скомканный листок.

«Каварный план па захвату мира», – было написано на нём.

– Фу, ещё и с ошибками пишет! – фыркнула такса.

Ошибок и правда было море.

1) В маей армии толко птицы. Кошки их быстро пабидят. Значит, надо прагнать кошек, а как их прагнать, если они могут дома спрятаца?

2) Предумал! Надо поссорить кошек с хазяевами, чтоб их выгнали на улицу.

3) Для этова нада приманить и закалдавать всех собак, чтобы кошки аканчателно абнаглели. А патом паймать кошек собаками.

4) Когда кошек не будет, маи птицы всех пабидят и я захвачу весь мир! Хоть они и глупые гуси и мазгов у них нету.

– Это самый дурацкий в мире план по захвату мира! – призналась Клякса, трижды перечитав листок. – У волшебника какая-то манная каша в голове. Зато теперь понятно, почему собаки ему помогали, – он их заколдовал!

– Точно! – подтвердил Черныш. – Мне показалось, что собаки были какие-то странные. Как будто, ну, знаете… – он почесал в затылке, – как будто сонные. Но бегали быстро и лаяли громко. Очень страшно было!

– Значит, так! – сказала такса. – Мы с этими птицами разберемся! – И решительно топнула лапой по ржавому умывальнику.

«Трень!» – звякнул умывальник.

– Ты что-нибудь слышал, га? – раздалось снаружи.

Такса и котёнок испуганно замерли. Клякса и думать забыла про гусей.

– Не-а, – ответил второй. – А что?

– Да вроде шум какой-то…

– А это на соседней улице воробушек пукнул, га-а-а-га-га-га-га! – захохотал второй гусь.

– Тихо ты, командир идёт, га! – зашипел на него первый. – Будешь дурака валять – превратит тебя в жабу!

Гуси притихли. Послышались шаги, и гнусавый индюшачий голос произнёс:

– Никого не видели?

– Ни-ко-го, га! – хором ответили часовые.

– Куда же эта такса делась, – с досадой пробормотал индюк. – Как сквозь землю провали… Эй! А это что такое?

– Где? – хором спросили гуси.

– Да вот же, вот! Прямо у вас под носом! Вот это, в стенке, что?

– Это? Это дырка, га! – хором ответили гуси.

– Сам знаю, что дырка! – завопил индюк. – В головах у вас дырка! Целый час рядом стояли, а дырку не проверили! Всё хозяину расскажу!

Клякса и Черныш затаились под ковриком. В отверстии показалась гусиная голова на длинной шее, покрутилась туда-сюда.

– Нет здесь никого, сарай какой-то, га! – крикнул гусь.

– Лучше смотри! – приказал индюк.

– Да не видно ничего, темно! – пожаловался гусь. – А дальше не пролезть!

– Я тебе дам – «не пролезть»! – прикрикнул командир. – А ну, пихайте его внутрь! На-ва-лись!

Птицы повозились минуту или две, но безуспешно. Толстый гусь никак не запихивался в дырку.

– У-у-у, обжора! – протянул индюк. – Ладно, вылезай.

Гусь подёргался, но остался на месте.

– Кажется… Кажется, я застрял, га! – растерянно произнёс он.

Гуси снаружи захохотали.

– Молча-а-ать! – закричал командир. – Что мне с вами, олухами, делать? Теперь ещё этого дуралея выковыривай! Хватайте его за лапы… Раз, два, взяли! Раз, два, взяли!

– Ма-ма! – заверещал гусь. – Пополам порвёте!

Он замотал головой из стороны в сторону и поднял тучу пыли. Клякса заметила, что Черныш как-то странно зажмурился, но не успела прикрыть ему лапой нос, как…

– А-а-а-пчхи! – оглушительно чихнул котёнок из-под коврика.

Воцарилась тишина.

– Ты порвался, что ли? – осторожно поинтересовался командир.

– Это не я, – ответил несчастный застрявший гусь, потом дотянулся клювом до коврика и откинул его в сторону.

Несколько секунд они с таксой смотрели друг на друга.

– Тревога-а-а! – наконец завопил гусь. – Их тут двое! Держи их!

За стеной началась суматоха, птицы пытались то вытащить гуся, то впихнуть его внутрь. Гусь шипел и вертел шеей, стараясь ущипнуть Кляксу длинным клювом.

– Тут есть второй выход! – пропищал котёнок.

– Быстрее! – тявкнула Клякса и нахлобучила гусю на голову ржавое ведро. – Получай, пожарный шланг!

Она бросилась за котёнком к дальней стене. Они отодвинули трухлявую доску и выскочили на улицу за углом.

– Ухо-о-дят! – раздалось за спиной.

Такса схватила Черныша зубами за шиворот, забросила себе на спину и помчалась по улице. Из-за дома показались гуси с индюком. С оглушительным гоготом они кинулись в погоню.

– По-го-ди-и-ите! Вытащите меня! – кричал из сарая застрявший гусь, но птицам было не до него.

Бежать с котёнком на спине было тяжело. «Ещё чуть-чуть, и мы пропали», – думала такса, задыхаясь от бега. У обочины стояла брошенная садовая тачка. Рядом валялись рассыпанные яблоки.

– Прыгай в тачку! – скомандовала такса Чернышу и, переведя дух, изо всех сил толкнула тачку плечом. Улица шла под уклон, и тачка сперва еле-еле, а потом всё быстрее покатилась по асфальту. Клякса запрыгнула внутрь, и они с грохотом и лязгом понеслись под горку.

– Сто-о-ой! – кричали сзади запыхавшиеся гуси, отставая. – Всё равно поймаем!

Тачка летела со страшной скоростью, по дну прыгали яблоки. Ветер свистел в ушах.

– Там впереди магазин! – прокричал котёнок. – В подвале можно спрятаться, птицы не найдут! И еда есть!

«Нет уж, некогда мне прятаться! – подумала такса. – Но котёнку нужно безопасное место…»

Впереди показался покосившийся дом с вывеской «продукты». У самой земли темнели открытые окошки подвала.

– Эй, Черныш! – обернулась Клякса. – Ты в боулинг умеешь играть?

– Это где кегли шаром сбивают? – удивился котёнок. – Не умею, а почему…

В этот миг они поравнялись с магазином.

– Ничего, сейчас научишься! – крикнула такса, подхватила котёнка за шиворот и запустила прямо в окошко. Черныш покатился кубарем и, не теряя ни секунды, юркнул в укрытие.

Из-за поворота появилась погоня. Гуси промчались мимо магазина, не заметив котёнка, но радоваться было рано. Дорога сворачивала к реке, впереди был мост, и Кляксе показалось…

– Батюшки! – завопила она и зажмурилась. Мост был сломан, посередине торчали острые камни, бурлила вода. Тачка на полной скорости пронеслась по уцелевшей части моста, перелетела опасную реку и с грохотом приземлилась на другой стороне. Асфальт кончился, тачка загромыхала по лесной дороге. Клякса неслась дальше, а гуси остались на том берегу.

– Вызывай авиацию, га! – послышалось оттуда.

«Какую ещё авиацию?» – подумала Клякса, и тут же сверху раздался хриплый крик:

– Вижу цель, иду в атаку, кар-р-р!

Такса пригнулась, у неё над головой со свистом пролетела ворона. Ещё две её подруги пикировали с высоты.

– Ну уж нет! Живой не дамся! – закричала такса, схватила со дна тачки гнилое яблоко и запустила в птицу.

– Первый, первый, я второй! Пробит бензобак! – закаркала подстреленная ворона и врезалась в кусты.

– Ага, не нравятся мои яблочки! – обрадовалась такса. – Получайте, валенки с крыльями!

Град яблок обрушился на ворон.

– Кар-кар-раул! – завопили они и бросились прочь.

– Вот так-то! – гордо прокричала Клякса им вслед. – И так будет с каждым, кто… – Но отважная такса не договорила: тачка наскочила колесом на камень. «Какой-то сегодня летательный день», – едва успела подумать Клякса. Вылетев из тачки, она приземлилась в кучу хвороста, треснулась головой о корягу и потеряла сознание.

Глава 5, в которой крокодилы – ещё не самое страшное

Невоспитанная муха села Кляксе на нос и принялась умываться.

– Апчхи! – чихнула такса от щекотки и пришла в себя. – Ой-ой, как голова кружится… – Она поморщилась и осторожно потрогала лапой здоровенную шишку на макушке. – Надеюсь, у меня не это, как его… мозготрясение?

Клякса выбралась из кучи веток. Вокруг стоял дикий лес, дорога уходила вдаль и терялась за деревьями. Под ногами валялись обломки разбитой вдребезги тачки.

– А это что такое? – воскликнула такса.

В засохшей грязи отпечатались две глубокие колеи от колёс и следы собачьих лап: больших, маленьких – самых разных.

– Всё ясно как день! – сообразила Клякса. – Это же собаки, про которых говорил Черныш. Они укатили клетку с кошками по этой дороге, а мост за собой сломали. Значит, и в город мне возвращаться ни к чему… – И такса побежала вперёд.

Дорога петляла по лесу. Вскоре Клякса оказалась на большой поляне.

– Мамочки мои! – опешила Клякса. – Откуда здесь…

Посреди поляны стоял замок. Не слишком большой, зато с самыми настоящими стенами и башней. Вокруг замка тянулся ров, заполненный водой, а вместо ворот был подъёмный мост. По стене туда-сюда вышагивал индюк. Он задумчиво ковырял в носу, жмурился на солнце и совсем не обратил внимания на таксу, появившуюся из леса. Клякса поспешила спрятаться под ёлку.

– Да-а, замок точно волшебный! – пробормотала Клякса. – Иначе бы здесь туристы ходили толпами. Значит, и злой колдун тут. Наверное, вон в той высоченной башне. Как бы мне туда пробраться?

Тем временем со стороны замка раздался индюшачий вопль.

– А-а-а-а-а-а! – звучало всё громче и громче, и на стене показался второй индюк. Он бежал со всех ног, размахивая крыльями, а из хвоста у него летели разноцветные искры и клубы дыма. Индюк с криком пронёсся мимо часового и с разбегу бултыхнулся в ров. Пламя погасло с громким шипением. Мокрый индюк вынырнул и, охая, выбрался на узкую полоску земли под стеной замка.

– Что, опять этот волшебник? – поинтересовался часовой со стены.

– Ага! – всхлипнул его товарищ, выжимая хвост, как полотенце. – Ух, я бы этого бородатого… Никак из него не вытянуть главный секрет! Я уж думал, раз его цепями связали, он и колдовать не может, а он…

«Бородатый? – встрепенулась такса Клякса. – Да они же про Иван Иваныча!»

– Эй, – позвал часового мокрый индюк. – У тебя летательное зелье есть?

Тот кивнул, достал из-под крыла маленькую бутылочку и бросил её товарищу. Мокрый индюк залпом проглотил зелье и начал плавно подниматься в воздух, подруливая крыльями. Через несколько секунд он уже стоял на стене.

– Пойду хозяину пожалуюсь! – всхлипнул индюк и скрылся из виду.

«Летательное зелье, надо же! Надо запомнить!» – подумала Клякса и отправилась на разведку.

Прячась под деревьями, она обошла поляну кругом. Ров окружал замок со всех сторон, но в дальнем уголке в стене чернело крошечное окошко. Совсем низко, даже такса бы дотянулась, и часовому не видно.

– Придётся лезть в воду, – вздохнула Клякса.

Не успела она зайти и по колено, как на середине рва забулькали пузыри, и из-под воды показалось странное зелёное бревно. Бревно помедлило секунду-другую… и открыло глаза.

Такса застыла среди камышей, боясь пошевелиться. До этого дня крокодилов она видела только на картинках и никак не ожидала встретить их в родных лесах за тридевять земель от Африки. А крокодил тем временем огляделся, не заметил ничего подозрительного и вновь скрылся в глубине.

Дрожа от страха, Клякса тихонько выбралась из воды.

– Нет уж, – пробормотала она, – с крокодилами нам знакомиться ни к чему. Проглотит и не чихнет! Придётся ждать, когда откроют ворота.

Такса вернулась к дороге, поближе к подъёмному мосту, устроилась в кустах и решила вздремнуть часок-другой.

Проснулась она ближе к вечеру. Шишка на макушке уже не болела, зато ужасно хотелось есть. Позёвывая, Клякса выглянула из своего укрытия и чуть не подпрыгнула от неожиданности. На поляне перед замком сидели собаки. Огромные овчарки, маленькие чихуахуа, сенбернары, корги и дворняги всех цветов и размеров.

«Да их тут штук двести, не меньше!» – подумала Клякса, оглядывая поляну. Совсем рядом сидел чёрный пудель и, не моргая, смотрел на замок.

– Эй! – шепнула такса. – Фью!

Пёс не шелохнулся. Клякса осторожно подползла к пуделю и слегка толкнула лапой. Тот не обратил внимания.

– Уснул ты, что ли? – прошептала такса. Она огляделась, и ей стало не по себе. Все собаки походили на каменные статуи. Никто не тявкал, не обнюхивался, не чесал за ухом.

– Они же заколдованы! – хлопнула себя по лбу Клякса.

В воротах загремели цепи, подъёмный мост стал медленно опускаться. «Была не была!» – решилась такса, села среди собак и уставилась в одну точку.

Из ворот вышел толстый индюк с растрёпанной тетрадкой. Он раскрыл тетрадь, послюнявил карандаш и скомандовал:

– А ну, стройся, короеды ушастые!

Собаки послушно поднялись и замерли.

– В замок шагом марш! Да поживее! – крикнул индюк, и собаки двинулись к воротам. Индюк ставил галочки в тетрадке и бормотал: «Двадцать два… двадцать три…»

Клякса бежала последней.

– Странно, – пробормотал индюк у неё за спиной. – Лишняя собака откуда-то взялась… Надо бы заново посчитать.

Такса похолодела от страха.

– Ай, ладно, – махнул крылом индюк. – Подумаешь, ошибся. Пока пересчитывать буду, все булочки съедят…

– Эй, вы! – крикнул он собакам. – Марш в сарай! Спать до утра!

Собаки, а с ними и такса Клякса, побрели в покосившийся сарай. Индюк запер дверь на засов и умчался прочь, а собаки разлеглись на холодном полу и тут же уснули.

Глава 6, в которой у Кляксы рождается хитроумный план

«В таком старом и кривом сарае обязательно должна быть дырка», – решила Клякса. И правда, за спиной у здоровенного спящего сенбернара нашлась сломанная доска.

– Ух, толстячина! – пропыхтела такса, кое-как протиснулась мимо огромной собаки и выбралась на волю.

Уже стемнело, но во дворе замка горели факелы. Сверху раздавался храп часовых. Из-за маленькой двери был слышен индюшачий хохот, вкусно пахло едой. У голодной Кляксы тут же потекли слюнки, но она мужественно отвернулась и побежала в другую сторону – к башне. Такса проскользнула в приоткрытую дверь и задумалась: одна лестница вела вверх, другая вниз.

– Наверняка злой волшебник живёт на самой верхушке башни. А пленников обычно держат в темнице, где-нибудь в подвале. Значит, и Иван Иваныч там!

Спустившись по ступеням, Клякса оказалась в сыром, холодном коридоре. По обеим сторонам темнели кованые железные двери. Клякса побежала по подземелью, обнюхивая каждую.

– Никого, – бормотала она. – И здесь никого, и тут его нет… Стоп! А за этой дверью, если не ошибаюсь…

– Мяу! – послышалось из-за двери.

– Точно, кошки! – тявкнула такса.

– Гениально, и как ты догадалась? И вообще, откуда ты тут взялась? – проворчал за дверью знакомый голос.

– Матрос?! – Такса чуть не упала от удивления. – Я-то пришла Иван Иваныча выручать, а вот что ты тут делаешь?

Кот печально вздохнул:

– Пострадал по собственной глупости. Узнал, что в Синегорске собаки куда-то подевались, а кошкам вольно живётся. Дай, думаю, посмотрю одним глазком! Не успел приехать – попал с остальными кошками в западню… У тебя поесть ничего нету?

– Потерпи немного, скоро всех выпустим… и накормим! – пообещала Клякса. – Мне бы только Иван Иваныча найти.

Такса побежала дальше. Подземелье заканчивалось толстой железной решёткой. А за решёткой, прикованный цепями к стене, сидел…

– Иван Иваныч! – закричала Клякса, протискиваясь между ржавыми прутьями.

Волшебник вздрогнул и открыл глаза.

– Клякса? Как я рад тебя видеть! – Он крепко обнял таксу. – Как тебе удалось спастись?

Клякса торопливо рассказала о своих приключениях. Иван Иваныч только покачал головой.

– Ты молодец! А мне не повезло. Вороны сбросили меня на землю, а там уже поджидали индюки. Они накинули на меня волшебную сеть, чтобы я не мог колдовать, и оглушили заклинанием. Я пришёл в себя уже в темнице. И остался без магической силы – мешают эти проклятые волшебные цепи! Только и получилось, что одному наглому индюку хвост подпалить…

Такса вспомнила, как индюк плюхнулся в воду, и засмеялась.

– А что за секрет они хотят выведать? – спросила она.

Иван Иваныч нахмурился:

– Есть волшебное зелье, от которого животные становятся послушными. Так и называется: «послушательное зелье». Его надо давать каждый день, иначе перестанут слушаться. Представляешь, Вермишайнену зачем-то понадобился рецепт зелья для кошек. Ума не приложу, почему именно для кошек?

– Потому что для собак у него уже есть, – сердито сказала Клякса. – Собак заколдовал, теперь ещё и кошек хочет? Ну уж нет, не бывать этому! Иван Иваныч, говорите скорее, как снять с вас цепи?

– Никак, – вздохнул волшебник.

Такса опешила.

– Как это – «никак»?

– Эти цепи может снять только тот, кто их заколдовал, – объяснил Иван Иваныч. – Вермишайнен ни за что не согласится. Единственное, чем ты можешь помочь, – поскорей выбирайся отсюда, возвращайся домой и найди кого-нибудь из волшебников. Позвони сове Звёздочке, она поможет. Сегодня полнолуние, и если я не открою секрет, ровно в полночь колдун растворит меня в лунном свете. Меня вы уже не спасёте, зато остановите Вермишайнена.

Клякса задумчиво почесала нос.

– Иван Иваныч, я кое-что придумала, – проговорила она. – Мы устроим этому злодею такую бучу, что он вовек не забудет! Но для этого вам придётся открыть Вермишайнену рецепт послушательного зелья. Не настоящий, конечно…

Клякса распрощалась с Иван Иванычем, потом вернулась к коту Матросу и рассказала ему свой план. Вскоре на лестнице послышались шаги. Такса притаилась в тёмном углу, а мимо протопал лохматый Вермишайнен. Он направлялся к Иван Иванычу.

– Ну что, откроешь секрет? – донёсся из темноты голос колдуна. – Не то прощайся с жизнью, скоро полночь!

– Ладно, твоя взяла… – отозвался Иван Иваныч. – Слушай: два вороньих пёрышка, четыре кедровых ореха…

– Погоди, погоди! Дай запишу. Два пёрышка, что там дальше?

Иван Иваныч продиктовал рецепт и волшебные слова (без которых, как известно, ни одно волшебное зелье не работает) и добавил:

– И запомни самое главное… ты ведь сначала проверишь зелье на одной кошке?

– Конечно, проверю! – расхохотался Вермишайнен. – Вдруг ты мне ерунду какую-то подсунул. Вот сейчас прямо пойду и проверю, а если ты меня обманул…

– Так вот, – продолжил Иван Иваныч, – зелье надо проверить на рыжем коте с белыми пятнами! Иначе не сработает!

– Рыжий кот… белые пятна… ага, записал, – радостно ответил колдун. – Если зелье настоящее, останешься в живых. Но из цепей я тебя не выпущу, хе-хе!

Довольный колдун промчался мимо Кляксы вприпрыжку, размахивая листочком с рецептом.

– Эй, лоботрясы! – послышался со двора его крик. – Ну-ка, приведите белого кота с рыжими пятнами, то есть, тьфу, рыжего кота с белыми пятнами!

– Будет сделано, хозяин! – гнусавыми голосами отозвались индюки. Через минуту двое толстяков, пыхтя, уже отпирали дверь камеры, где томились в неволе кошки.

– Та-ак, где тут рыжий? Вот ты, полезай в мешок!

Матрос для виду посопротивлялся, но всё же оказался в грязном мешке. Индюки заперли дверь и потопали по лестнице. Следом за ними тенью прокралась такса Клякса. Она выскользнула во двор и спряталась под кучей дров.

Тем временем из башни показался Вермишайнен с пузырьком в руках. Вокруг собралась толпа индюков и гусей. Всем было интересно посмотреть, как испытывают колдовское зелье.

– Доставайте кота! – приказал колдун. – А ну, пей! Ай, не кусайся! Пей, кому говорят!

Матрос проглотил каплю зелья и поморщился:

– Фу, какая га… – начал было кот, но вдруг уставился в одну точку и застыл, как статуя. Птицы радостно загоготали.

– Лечь! Встать! Кругом! Шагом марш! – скомандовал Вермишайнен, и Матрос послушно исполнил все команды.

– Ура, работает! – захлопал в ладоши колдун. – Завтра напоим всех кошек послушательным зельем, и у меня будет целая армия!

– Значит, так! Слушай мою команду! – крикнул Вермишайнен, и птицы притихли. – Ты и ты, с драным хвостом! Вот вам рецепт, идите в лабораторию и приготовьте на завтра зелье для кошек. Большую бутыль, чтоб всем хватило! И про собачье зелье не забудьте, налейте им в еду. Не то перестанут слушаться – сами знаете, что с вами сделают. Только перья полетят!

– Есть, хозяин! – гаркнули птицы и отправились выполнять приказы.

– А ты, рыжий… – Колдун перевёл взгляд на неподвижного Матроса. – Ты ложись вон там, рядом с дровами, и спи, пока не разбудят.

Довольно напевая, Вермишайнен направился к башне, а кот послушно дотопал до кучи дров и свернулся калачиком недалеко от таксы Кляксы.

– Отлично играешь, тебе бы в театре выступать! – шепнула Клякса.

– Без тебя знаю, – огрызнулся Матрос не шевелясь. – Мне что, теперь до утра так и притворяться? Холодно, между прочим!

– Потерпи немножко! – утешила его Клякса. – Главное, колдун поверил, что зелье действует. А утром мы им покажем! Лишь бы твои кошки не подвели.

– Не бойся, не подведут, – прошептал Матрос, а такса тихонько побежала вслед за индюками в лабораторию.

Прошмыгнув за птицами в низкую дверь, она оказалась в длинной комнате, заставленной полками и шкафчиками. Кряхтя и ворча, индюки приволокли откуда-то громадную кастрюлю и поставили на плиту у дальней стены. Пока они рылись в запасах, кидая в кастрюлю то воробьиные перья, то стрекозиные хвостики, Клякса огляделась и нашла, что искала. На большущей бутылке была наклеена бумажка с кривой надписью: «Послушат. зел. для соб.»

– Ага, вот оно! – пробормотала такса. – Что же мне с ним сделать? Если я просто разобью бутылку, они увидят и к утру сварят новое…

И тут она заметила поблизости другую такую же бутылку. Только на этикетке было написано:

Летательн. зел.

– А что, так даже лучше! – хитро прищурилась Клякса и поменяла бумажки местами.

Клякса выскользнула из лаборатории и пробралась в сарай к собакам. Чтобы было теплее, она улеглась между двумя пушистыми лайками и крепко уснула.

Глава 7, в которой собаки летают лучше, чем птицы

– По-одъём! – кричали во дворе. – Просыпайтесь, сони! Где часовой? Опять дрых? Ух я тебе!

От криков Клякса проснулась. Позёвывая, она нашла в стене дырку и стала наблюдать. Возле кухни горел большой костёр, индюк в поварском колпаке помешивал в котле медной поварёшкой. Вкусно пахло гречневой кашей. Бедняга Матрос так и спал возле дров.

Два индюка приволокли из лаборатории бутыль с зельем и опрокинули её в котел.

– А это точно послушательное? – спросил повар и почесал поварёшкой в затылке. – Оно же вроде фиолетовое было, а это зелёное…

Индюки повертели опустевшую бутыль.

– Гляди, написано – «послушательное»! – ответил первый.

– Меньше умничай! – поддакнул второй.

Они ушли и вернулись с другой бутылкой, на которой было написано: «Послушат. для кош.»

Из башни появился колдун. Судя по растрёпанной шевелюре, причёсываться он не собирался.

– Зелье готово? Молодцы! – воскликнул он, потирая руки. – Эй ты, рыжий! А ну, просыпайся!

Кот Матрос поднялся, зевнул и уставился в одну точку.

Вермишайнен подозвал индюков:

– Берите зелье и напоите всех кошек, пускай идут сюда!

Птицы подхватили бутыль и потопали к башне. Вскоре из подвала одна за другой начали выходить кошки. Они послушно строились в ряд возле Матроса и стояли не моргая. Когда все «заколдованные» оказались во дворе, вернулись индюки.

– Всё готово, хозяин! – прокричали они хором. – Больше кошек нет!

Когда индюки прошли мимо, несколько кошек сами собой расколдовались и незаметно скрылись в башне. У них было особое задание.

– Всё идёт по плану… – довольно пробормотала Клякса себе под нос.

Злодей Вермишайнен потирал руки и в нетерпении ходил туда-сюда по двору. Ему уже не терпелось сделать какую-нибудь пакость.

– Эй вы, там! – крикнул он. – Кормите скорей этих дуралейских собак!

К сараю подбежал гусь и отпер двери.

– Просыпайтесь, га! Завтракать! – гаркнул он.

Все собаки, а с ними и Клякса, поднялись и вышли во двор. Индюк-повар торопливо раскладывал кашу по мискам, а помощники расставляли их перед собаками.

– Ух какая у меня армия! – довольно воскликнул Вермишайнен. – С чего обычно начинают захватывать мир? А, точно! Надо произнести торжественную речь!

Он поднялся на лестницу-стремянку и завопил:

– Теперь мне служат и кошки, и собаки, и вы, мои верные помощники – индюки и гуси! Вместе мы захватим все города, все страны! Я буду править всем миром!

– Га-а-а! Ура-а-а! – вразнобой завопили птицы и захлопали крыльями.

– А теперь, собачки мои, ешьте поскорее – нас ждут великие дела!

Собаки принялись за еду. Вчерашняя порция послушательного зелья ещё действовала, но стоило им отведать нового зелья, летательного, как…

Лохматая овчарка замотала головой и недоумённо огляделась.

– Где я? – прорычала она. – Как я сюда попала?

Одна за другой приходили в себя и другие собаки. Двор наполнился тявканьем и лаем. Вермишайнен смотрел на собак, открыв рот, и не мог понять, что происходит.

– Я же говорил, что это не послушательное зелье! – прокричал индюк-повар. Он запрыгнул в котёл с кашей и накрылся изнутри крышкой.

Клякса выскочила вперёд.

– Послушайте! – залаяла она. – Этот колдун вас заколдовал! Хватайте его, только не трогайте кошек! Они наши друзья!

– Точно, у меня ведь ещё есть кошки! – расхохотался Вермишайнен. – Кошки, в бой!

– А вот фигушки! – промяукал Матрос. – За мно-о-ой! – И вся кошачья компания бросилась на индюков.

Во дворе поднялся страшный переполох с визгом, воем и драками. Кошки гонялись за гусями, индюки за кошками, повсюду летели шерсть и перья. А на собак подействовало летательное зелье. Они носились в воздухе, размахивая ушами и лапами, и с оглушительным лаем пикировали на врагов. Колдун держался за стремянку и отмахивался от собак руками и ногами.

– Ну всё, вы меня разозлили! – завопил он и выхватил волшебную палочку. – Швабра-кадабра-канделябра!

Он направил палочку на рыжего бульдога, и тот грохнулся на землю.

– Сейчас я вам покажу, что такое настоящее колдовство! – кричал Вермишайнен. Своими заклинаниями он сбивал одну собаку за другой.

– Ну где же они? – бормотала Клякса, не сводя глаз с башни. Наконец оттуда выскочили кошки с разноцветной волшебной сетью, о которой рассказывал Иван Иваныч.

– Нашли! – промяукали кошки. Волшебник обернулся и махнул палочкой. Полетели разноцветные искры, и кошки покатились кубарем в разные стороны. Сеть осталась лежать на земле.

– Хватайте сеть, остолопы! – завизжал Вермишайнен.

Птицы кинулись выполнять приказ, но Клякса оказалась проворней. Проскочив между лап у огромного индюка, она подхватила сетку и понеслась к волшебнику.

– Ха-ха! И не надейся! – захохотал Вермишайнен и взмахнул волшебной палочкой…

Но в ту же секунду истошно завопил: кот Матрос подкрался сзади и вцепился ему когтями пониже спины. Стремянка закачалась, колдун грохнулся на землю. Через мгновение Клякса набросила на него волшебную сеть. Вермишайнен размахивал палочкой, кричал «швабра-кадабра» и «пырики-жмырики», но волшебство не действовало.

Увидев, что стало с хозяином, индюки и гуси бросились к воротам и разбежались кто куда. Кошки гнали их до опушки леса, а потом вернулись в замок, усталые и довольные, несмотря на синяки и ссадины.

Летательное зелье действовало недолго, и собаки одна за другой опускались на землю. Сердито рыча, они собрались вокруг пойманного колдуна. Каждой хотелось его цапнуть побольнее, но Клякса их остановила:

– Подождите! Пускай расколдует Иван Иваныча! А ну, вставай!

Как обрадовался Иван Иваныч, когда в тёмное подземелье спустились друзья! Впереди шагала гордая такса Клякса, за ней – колдун Вермишайнен в волшебной сети, а у него за спиной – два зубастых волкодава. Время от времени они так рычали, что колдун подпрыгивал от страха.

Клякса повернулась к колдуну и нахмурилась:

– Сейчас мы снимем сеть, чтобы ты расколдовал Иван Иваныча. Но не вздумай нас обхитрить! Не то…

– Да знаю, знаю! – недовольно перебил Вермишайнен. – Отойдите, а то не сработает!

Волкодавы стащили с него волшебную сеть и отошли к выходу. Всё равно в маленькой камере бежать было некуда.

Колдун прикоснулся к цепям, и они растаяли в воздухе. Иван Иваныч обнял подскочившую Кляксу. Собаки залаяли от радости и завиляли хвостами. Никто не обратил внимания на Вермишайнена, который потихоньку пятился к дальней стене.

– Стой! – гавкнул волкодав и бросился к нему, но было поздно.

Колдун проглотил что-то из маленького пузырька, захохотал, подпрыгнул и прямо в воздухе превратился в вонючее зелёное облачко. Оно стремительно взмыло к окошку, просочилось сквозь решётку и исчезло в небе.

– Упустили… – огорчилась такса Клякса.

– Не переживай, – утешил её Иван Иваныч. – Со злодеями всегда так: мы их ловим, а они ускользают.

– А растворить их нельзя? В лунном свете? – поинтересовалась такса.

– Нельзя, – развёл руками Иван Иваныч. – Иначе мы сами превратимся в злых волшебников.

– И на мелкие кусочки разорвать нельзя? – удивились волкодавы.

– И на кусочки нельзя! – засмеялся волшебник.

Все вместе они поднялись во двор. Ярко светило солнце, по траве в обнимку бродили кошки и собаки. Ссориться и ругаться больше никому не хотелось – теперь-то они знали, кто их настоящий враг.

– А где индюки? – спросил Иван Иваныч.

– Все разбежались! – мяукнул Матрос. – Хотя нет, не все!

Он подбежал к котлу с кашей и постучал по крышке.

– Никого нет дома! – раздалось оттуда.

– Вылезай! – приказал Матрос.

– Не могу, – захныкал индюк из-под крышки, – я всю кашу съел от страха, мне не вылезти!

Кошки и собаки повалились на землю от хохота. Иван Иваныч снял крышку, и из котла, как воздушный шар, поднялся в воздух толстый индюк в поварском колпаке.

– Там же летательное зелье! Сколько он его съел? Ведро, наверно! – ахнула Клякса.

– Караул! – завопил индюк, взлетая всё выше и выше. Через секунду он исчез в облаках.

– Ничего, скоро приземлится… где-нибудь в Америке! – улыбнулся Иван Иваныч. – Пойдёмте-ка по домам!

Собаки и кошки побежали вперёд, за ними шли волшебник, Матрос и Клякса.

– А что будет с замком? – спросила такса. – Ага, придумала! Давайте отдадим его жителям города. Пусть устроят здесь парк с аттракционами!

Они вышли за ворота и побрели по дороге.

– Подождите! А как же мы? – раздалось за спиной.

Волшебник и такса обернулись. Возле рва сидели три крокодила с жалобными мордами.

– Что нам делать? Тут одним скучно и есть нечего! – прохныкал самый большой и зелёный.

– И правда, Иван Иваныч! – пожалела их Клякса. – Они же без волшебства зимой замёрзнут, тут не Африка!

Волшебник задумался.

– Вы куда хотите, в Африку или в зоопарк? – спросил он.

– А в зоопарке бутерброды с колбасой дают? – поинтересовался второй крокодил.

– Дают, – кивнул Иван Иваныч.

– Тогда лучше в зоопарк! – обрадовались крокодилы. Они выбрались на дорогу и потопали следом.

Глава 8, в которой все возвращаются по домам, но…

Крокодилы помогли всем перебраться через разрушенный мост, и армия подружившихся кошек и собак ворвалась в Синегорск. Они в два счета выгнали из города индюков и гусей. Счастливые жители выбегали из домов и обнимали своих любимцев. На главной площади сам собой начался праздник, все плясали и веселились, а кошки с собаками водили хороводы и уплетали сосиски. Вместе со всеми прыгал маленький Черныш.

Благодарные жители помогли Иван Иванычу отыскать и починить велосипед. Конечно, они и не догадывались, что он волшебник, – ведь они не знали звериного языка, и собаки ничего не могли им рассказать. Иван Иваныч договорился, чтобы крокодилов отправили в самый лучший зоопарк на специальном вертолёте с бассейном.

Вечером путешественники прилетели в родной город. Матрос убежал домой, а Иван Иваныч повёл велосипед в сарай. Усталая такса хотела только одного: дотопать до любимого кресла и завалиться спать. Но…

– Иван Ива-а-ны-ы-ы-ч! – раздался из дома испуганный лай.

В комнате всё было перевёрнуто вверх дном, сломано и перепачкано. Волшебная флейта исчезла. А на стене красовалась корявая надпись углём из камина:

«Будите знать, как со мной связываца! Я вам ищё атамщу, и мстя моя будит ужасна!»

– Вот видишь, Клякса, – вздохнул Иван Иваныч, – мало нам опасных приключений, теперь ещё и порядок наводить. Эй, веник, совок, ступайте сюда!

– А мне даже понравились такие приключения! И колдуна я не боюсь! А порядок мы наведём… и флейту вернём. Только можно, я сначала чуть-чуть посплю? – жалобно тявкнула Клякса, забралась в кресло, свернулась бубликом и тут же уснула.

Content

Павел Линицкий
Такса Клякса и волшебная флейта

Глава 1, в которой такса Клякса находит удивительную коробку

Глава 2, в которой Клякса получает первое задание и принимает холодный душ

Глава 3, в которой Клякса исполняет смертельный номер

Глава 4, в которой Клякса дважды жалеет, что у неё нет парашюта

Глава 5, в которой крокодилы – ещё не самое страшное

Глава 6, в которой у Кляксы рождается хитроумный план

Глава 7, в которой собаки летают лучше, чем птицы

Глава 8, в которой все возвращаются по домам, но…