Жизнь во имя смерти

Часть 1. Глава 1

Ночь за плечом, вор у ворот
Прялки жужжанье спать не дает
Тебе - я снова здесь

Кто прядёт лён, кто прядёт шерсть
Кто прядёт страсть, а кто прядёт месть
А я спряду твою смерть

Колесо - гонит по жилам кровь
Колесо - в губы вливает яд
Колесо, вертись - это я...

Эй, пряха, работай живей
Жги огонь, поджидай гостей
Лей вино и стели постель!

Серп луны прорезал путь на ладони
Не забудь о погоне
Он идёт по пятам

Кровь - железу, крылья - рукам
Сердцу - хмель и горечь - губам
Ты посмел обернуться сам

Ой, колесо, вертись на стальных шипах
Страх сгорел на семи кострах
Но смерть твоя - не здесь и не там

А я жду-пожду ночью и днём
Сквозь тебя пройду огнём и мечом
К сердцу - осиновым колом!

Вижу, знаю - ты на пути
Огненны колеса на небеси
Плавится нить и близок срок

Ты вне закона - выдь из окна
Преступленье - любви цена
Так переступи, переступи порог

Превращенье жизни в нежизнь
Во вращенье рдеющих спиц
Раскалённый блеск из-под ресниц

Ты разлейся в смерть кипящей смолой
Разлетись сотней пепла лепестков
В руки мне упали звездой
Ты мой, теперь ты мой
Вовеки веков!

Вовеки веков, вовеки веков
Ты мой!

Мельница "Прялка"

7 июня 2460 года по календарю Земли, Дорканг-3

Ну и дыра, подумал Марат Хусаинов, оглядывая космопорт. Впрочем, чего он хотел от системы на задворках бывшей сильной цивилизации, по которой катком проехались смута, войны и сражения? В то же время, такие вот системы кормили его, компанию и Землю, не говоря уже просто об иронии судьбы. Те, кто раньше владел Землей и выкачивал из нее людские ресурсы и разводил тварей, пали и стояли в очереди к своей бывшей колонии, выпрашивая "подаяния" в виде возможности нанять пару отрядов землян и защититься от хаоса, продолжающего бушевать в галактике.

— Так-так, - пробормотал он под нос, - посмотрим, что они нам тут предложат.

Встречали его... ну, неплохо, по меркам такой дыры. Хлеб-соль не подносили, ключи от города и космопорта не вручали, но в остальном все смотрелось неплохо. Переговоры прошли достаточно быстро, репутация землян, как свирепых и умелых бойцов, крепла год от года, а система Дорканга отчаянно нуждалась в защите.

Поторговались, конечно, Марат немного уступил в цене, как и планировал, попутно думая, что судьба проявила свою иронию или насмешку и в этом. Несколько землян обрушили всю систему и поставили половину Галактики на дыбы, сломали механизмы, работавшие тысячелетиями, и лишили всех и вся защиты. Портальная сеть и система Сильных рухнули, светящиеся шары больше не разили тех, кто посягал на материнские планеты, и в этом хаосе и вихре смертей Земля вдруг возвысилась и прославилась.

Никто больше не рисковал посягать на Землю и ее колонии, а те, кто вызвал хаос, сгинули, пытаясь уничтожить свою родину. Марат не знал подробностей (никто их не знал) и в те годы он был еще ребенком, помнил, что готовился вступить в один из таких отрядов, дабы вырваться с Земли и послужить Друньдау.

Те сгинули, а отряды остались и окрепли, и Земля начала ими успешно торговать. Вместо тварей, люди теперь сражались с кем угодно, куда удавалось долететь кораблям, осваивали планеты в других системах, и наслаждались "благами цивилизации".

— Что же, давайте подпишем контракт, - предложил он на второй день, - и отряды компании "Наемник Корп" прибудут сюда уже завтра.

Выпивка была так себе, но местные девочки старались, как и те, кто пытался его развлечь, и Марат снисходительно сбросил еще пару процентов с общей стоимости, с прицелом на будущее. Тут контракт, там контракт, установление связей, ниточки той паутины, которую тянула Земля, постепенно опутывая ей соседей.

Никаких принуждений, вассалитета, подчинения и прочих штучек прежних времен. Просто связи и защита, и возможный рычаг давления, угроза уйти, если Дорканг или кто-то еще, попробует взбрыкивать. С учетом желающих поживиться на соседях, в этом секторе не оставалось спокойных мест, кроме тех, где находились отряды и эскадры Земли.

И им регулярно приходилось бить по зубам охамевших грабителей.

— А вы?

— Я дождусь их прибытия и отбуду на Землю, вы же будете иметь дело уже с командиром отряда, а он, если что свяжется с компанией "Наемник Корп".

Местных это, кажется, не устраивало, но не плевать ли? Типовой контракт и если они хотели больше, то и заплатить следовало больше, а не совать ему неявные взятки, дабы скостил цену. Ничто не ново под луной, и на Земле даже не пытались бороться с этим, просто сразу закладывали все в цены и помещали нужные пункты в инструкции. Местным хорошо, землянам приятно, наймы текут рекой, все довольны.

Ну, кроме тех, кто получал по зубам, но кого волновали эти твари?

На следующий день Марат снова оказался в космопорту, думая о том, что можно было прилететь и на своем корабле, никто не обеднел бы. Земля находилась на отшибе - ранее - но теперь туда кто только не летал и все же... собственная яхта... нет, транспорт для перевозки отрядов, но с удобствами, конечно, времена Друньдау давно прошли...

Мысли Марата сбоили, и он даже не сразу осознал причину. Мимо него, к стойке бара, прошла женщина, грациозная и выделяющаяся среди окружающих, словно лебедь среди водомерок. Обтягивающее платье, ноги, какая-то накидка на шею, словно там свернулась кошка и свешивала хвост ей за спину, и движения, будто женщина и сама была такой же кошкой. Грациозной хищницей, демонстрирующей свои прелести и словно насмехаясь "смотри, все равно не сможешь коснуться".

Но что здесь могла делать такая женщина?!

Тем более человек?

— Никогда не подкрадывайтесь к женщине со спины, - сказала она, когда Марат подошел.

— Я топал, как слон, пытаясь привлечь ваше внимание, - заверил ее Хусаинов.

— Как слон, - улыбнулась та и Марат невольно сглотнул.

Словно весь мир стал ярче, а его организм моложе, вернулся в подростковый возраст. Тем более, что он не ошибся и перед ним действительно была землянка! Из наемников никто не работал здесь по контракту, Марату и отрядам "Наемник Корп" предстояло стать первыми, да и не смотрелась она наемницей. Хищницей, да, но боевой подругой, не выпускающей оружия из рук.

Туристка? Экстремалка, любительница экзотики, путешествующая в одиночку?

— Что-то не так? - поинтересовался Марат, подавая знак системам бара, чтобы несли им выпивку.

— Это старая земная поговорка, времен Прежних, - пояснила его собеседница. - Обычно говорили "топал, как Крушитель" или "несся, как Преследователь".

— А вы разбираетесь в прежних временах! - обрадовался Марат. - Марат Хусаинов, представитель "Наемник Корп".

— Малина Зайцева, вольная путешественница, - ответила та.

— Собирательница древностей? - поинтересовался Марат.

— С чего вы взяли?

— Мало кто даже на Земле разбирается в тех временах.

— О, у меня был хороший учитель, лучший из всех, - со странной интонацией отозвалась Малина, глядя куда-то вдаль.

— И звали его Крыжовник? - пошутил Марат.

— Готова поспорить, вы знаете его имя, только в другом контексте, - ответила Малина.

Заигрывает, понял Марат и приободрился. Наверняка ей тоже не нравилась эта дыра, и раз уж судьба свела тут двух землян, да еще каких!

— Но это неважно, - продолжила Зайцева, - вряд ли вам сейчас интересны разговоры о древностях, ну, кроме меня.

— Я бы не назвал вас древностью, - дипломатично улыбнулся Марат. - Впрочем, мы можем обсудить этот вопрос за бокалом вина в приватной обстановке.

Конечно, он пал перед ее чарами, но в то же время не утратил бдительности. Странные намеки, странное появление, кто знает, что это за Малина? Ярко-красное платье на ней и правда придавало сходства с данной ягодой, но это могла быть ловушка. Все наемники Земли и компании, которые ими руководили, непременно получали кураторов из Службы Безопасности, приглядывавших за делами и стоявших на страже интересов всей планеты.

Чтобы наймы служили не только обогащению и защите, но еще и шли на пользу всем. Союзы, обязательства, возможности, разведка, да мало ли! Лейтенант Хусаинов мысленно потер руки, ведь прекрасную шпионку обязательно нужно было допросить. Или спать с ней долго и упорно, передавая дезинформацию и попутно изучая снаружи и внутри.

Но на кого могла работать такая "вольная путешественница"?

Земля была едина, как никогда, стряхнула иго тварей и власть Друньдау, сама стала силой и центром притяжения живых, наконец-то заняла подобающее ей место. Или это внутренняя проверка со стороны самой СБ? Топорно, топорно. Но приятно, один только вид этой Малины ласкал Марата изнутри и можно сказать, что уже оправдывал поездку в эту дыру.

— Вина, - повторила Малина с прежней странной интонацией, с которой говорила о слоне.

— В дальних перелетах такого не добыть? - поинтересовался Марат.

Вроде и в шутку, и в тему, но в то же время ловко добывая информацию. Где путешествовала, как далеко и прочее.

— В дальних перелетах, - искривила прекрасные губы Малина, - за пределами обитаемых систем, вообще ничего не добыть. Разве что поселиться где-то и выращивать виноград, чтобы потом давить из него вино.

— О, - восхищенно отозвался Марат, - вы летали в необитаемые сектора? Расскажете?

— Конечно, если вы поднесете мне бокал вина, Марат. Вино - моя слабость, - ответила Малина.

Корабль, словно услышав мысли Хусаинова, задерживался и они удалились в один из номеров гостиницы, располагавшейся в самом космопорту. Обстановка была под стать дыре, но Марата это мало волновало, он подливал Малине вина, смеялся и задавал вопросы, внимательно слушал, о чем расспрашивала сама Зайцева. Вопросы, разумеется, касались Земли, что было естественно, для того, кто летал в необитаемые сектора, но в то же время Марат не терял бдительности.

— А на чем вы летали туда?

— У меня есть небольшой корабль, построенный по индивидуальному заказу, - отозвалась Малина и провела рукой по платью. - Как и эта одежда. Желаете посмотреть?

— Конечно!

Платье слетело с нее и вдруг оказалось в руках Марата. Малина поднялась, и накидка на шею сползла ей за спину, стекла, очерчивая контуры тела и Марат понял, что теряет контроль над собой. Завораживающие - буквально! - движения, и Малина шагнула к нему, ухватила пальцами ноги бокал с вином и поднесла ко рту, допила остатки, и Марат сглотнул, понимая, что проиграл эту схватку.

Никто из землянок не смог бы так двигаться и значит, он оказался в ловушке, но тело не слушалось его, рвалось к этой женщине, дабы оплодотворить ее, вбросить семя, оказаться тем самцом, что сумел размножиться с идеальной партнершей.

— Да, такого больше нигде не увидишь, - прошептала Малина ему в ухо, и Марат все же взорвался.

Что было дальше, он помнил смутно, так как разум уступил телу. Сплетение тел, рычание, покусывания, борьба вместо секса, в которой не хватало только что сломанных конечностей. Опозорившись в самом начале, Марат реабилитировался и три раза взял верх над Малиной, надкусал ее и съел, насладился ее соком и выжал ягоду досуха.

Себя, впрочем, тоже.

— Неплохо, - чуть насмешливо сказала Малина, поднимаясь.

На ее теле были видны отпечатки рук Марата.

— Неплохо? - вяло изумился Хусаинов. - Ты же стонала на всю гостиницу!

— В дальних перелетах вместо вина сойдет и спирт, - прозвучало очень обидное. - А теперь слушай меня...

Но договорить она не успела, так как внезапно что-то в ее одежде запищало.

— Багровый три нуля! Багровый три нуля! - мужской голос. - Сигнал "Восстание"!

— Не может быть, - лицо Малины исказилось странной гримасой.

Снаружи раздался рев и дверь вдруг слетела с петель, а в стенах появилось несколько дыр. Ворвавшиеся внутрь, как местные, так и инопланетяне, ревели что-то неразборчивое и тянули свои руки, лапы, щупальца и хоботки прямо к Малине. Марат мог их понять, такая ягодка, да еще так стонала, но что это за сигнал "Восстание"?

— Убить!

— Убить!

— Убить!

Марат знал четыре галактических языка и на всех ворвавшиеся ревели "Убить!"

— Как скажете, - отозвалась Малина, срываясь с места.

У нее не было оружия, но она ударила ногой, проламывая грудную клетку ближайшему, тут же завладела его пистолетом и прострелила головы двум ворвавшимся. Левая рука ее вонзилась и проткнула глаза наглецу, заходившему слева, и затем Малина прикрылась им же от еще одной атаки. Тело нападавшего разлетелось, Малина завладела еще одним оружием и теперь стреляла с двух рук, металась, даже не думая одеваться и добавляла к выстрелам удары прекрасных ножек.

Каждый из них становился смертельным.

Марат скатился с кровати, рванул к одежде и оружию, переносному генератору щита, но, когда он выпрямился, все уже было закончено. Малина стояла над горой трупов, залитая кровью и заляпанная чужими внутренностями и их содержимым.

— Ты... ты кто такая? - прохрипел Марат.

— Багровый три нуля! - продолжал надрываться голос. - Буревестник, сигнал "Восстание", сигнал "Восстание"! Повторяю...

Движение руки и голос оборвался, а Малина поморщилась.

— Буревестник, - голос отказывал Марату, подводил, как ранее подводило тело. - Вы же мертвы!

— Значит ты только что занимался сексом с двухсотлетним трупом, - хохотнула Малина, поводя бедрами.

Организм Марата отреагировал недвусмысленно, и Малина снова засмеялась.

— Возбуждают старушки, да? Ладно, не стыдись, не ты первый.

— Малина Зайцева... Алина Кроликова?!

— Приятно знать, что меня еще помнят.

Марат внутренне содрогался, словно сам стал зайцем. Мало ли подражателей у тех, кто до сих пор считался величайшими убийцами и преступниками всей галактики? Но где-то внутри Марат знал, что все это правда, одно только умение убивать чего стоило!

— Ты не узнаешь секретов Земли!

— Пф-ф-ф, - Алина закатила глаза, - на кой они мне, когда я и так их знаю? Держи!

Она швырнула инфокристалл - где только прятала? - и Марат машинально поймал.

— Стоило бы тебя убить, - уже без улыбки сказала Малина-Алина, - да возиться некогда...

Из уст женщины, только что за считанные секунды перебившей полсотни вооруженных живых, это звучало... странно.

— В постели ты старался, да и информацию кому-то надо передать. Вручишь кристалл Асылу лично в руки.

— Ко..., - тут Марат понял кому и замер.

Во что он вляпался? Зачем? Как?

Малина-Алина развернулась, и Марат вдруг понял, что никогда больше ее не увидит и даже не сможет никому рассказать о встрече с ней. Разве что главнокомандующему всей Земли и руководителю СБ, ученику знаменитого Льва, трижды спасителя Земли. Да, Марат знал это имя и в другом контексте, и у него вырвался вопрос.

— Но почему восстание?

Что грозило Земле? Восстание обезумевших живых?

— Потому что Спартака, - непонятно ответила Малина и исчезла, словно и не было.

Мгновение спустя снизу донеслись звуки стрельбы, затем все стихло, и Марат Хусаинов остался один, голый и не понимающий, что происходит. Он посмотрел на кристалл в руке и подумал, что такое точно стоит найма отдельного корабля.

Самого быстрого корабля из имеющихся в этой дыре.

Глава 2

7 июня 2460 года по календарю Земли, Цервазан-2

Солнце жарило и припекало, системы кондиционирования не справлялись. Было душно и жарко, и посол Земли, Марк Иванов, то и дело утирал лоб, жалея, что нельзя прибавить мощности. Цервазяне обожали жару и подпитывались солнечными лучами, и Марк, в который уже раз жалел, что нельзя проводить подобные переговоры удаленно.

Но спасибо хотя бы, что не на центральной площади!

Цервазан и двенадцать соседних систем пытались стать новой силой в этом хаотичном мире, и широко пользовались услугами земных наемников. Наймы перешли в союз, установили дипломатические отношения уже официально и даже поговаривали о том, чтобы возвести прямой портальный переход.

После падения Содружества искусным земным агентам удалось добыть секреты цивилизаций, стоявших выше в пирамиде "дружбы" и прежние ограничения на новые порталы уже не действовали. Проблемой оставались только технологии и опасения повторить судьбу этого самого Содружества, но с каждым годом голоса противников звучали все тише.

Мощь Земли росла, как тесто на дрожжах, люди, победив тварей и инопланетян, стремительно размножались и заселяли все новые системы. Брали оружие в руки и защищали других или нападали, увеличивали благосостояние и мощь, свое и Земли, которая зорко следила за угрозами и уничтожала их заранее.

Хаос падения Содружества не должен был повториться!

— Послушайте, - Марк в очередной раз утер пот со лба, - мы не можем принять в состав Земной федерации системы, где людей меньше половины. Не мной это придумано и не мне это менять. Ваш союз тринадцати систем очень важен, торговля и наймы растут, это все прекрасно.

— Тем более, надо еще сильнее дружить, - отозвался цервазянин, которого Марк про себя всегда звал Оттоманом.

Разумеется, цервазяне не поняли бы этой игры слов с отсылками, так и посол никогда не называл своего собеседника так. Слишком сложные для выговаривания имена, впрочем, цервазяне также не справлялись с земными и звали его самого, в лучшем случае, Маком, но обычно у них выходило нечто ближе к "макаке".

— Вот, как раз по этому поводу я и хотел высказаться. Есть проект совместного заселения системы Аданги, - посол вызвал голограмму и указал нужное место. - Семь планет, две из них подойдут вам, еще две вполне пригодны для землян, эти три подойдут кому-то еще. Совместное заселение и освоение, совместная юрисдикция, там хватает полезных ископаемых, но сложности в навигации. Вместе мы могли бы возвести там портал, и попробовать на практике, каково это, работать и уживаться вместе. Опыт взаимодействия с другими цивилизациями показывает, что не все так просто. Одно дело — вот так держать посольства или встречаться на станциях, но населять планеты совместно - совсем другой разговор.

— Нас устраивает такой вариант, - ответил Оттоман после короткого совещания со своими.

Чего они добивались - было ясно, прикрыться людьми, силами Земли, не платя за наймы, раз уж будут защищать своих. Землю такое тоже устраивало, дальнейшее продвижение и расширение ареала, союзы и прочее, но правило "людей больше половины" родилось не на пустом месте. Никто не собирался создавать новое Содружество и пирамиды власти, впрочем, повторять структуры соседей, всех этих Полосатиков и прочих, тоже никто не стремился.

— Отлично, давайте тогда зафиксируем согласие, а завтра уже продолжим переговоры по окончательной версии, работы над порталом, выделение живых для колонизации, силы охраны и прочее, как полагается, - Марк еще раз утер пот со лба платком, который уже был близок к пределу.

— Зафиксируем, - согласился Оттоман. - Мир и дружба с Землей

Но переговоры завершились и цервазяне отбыли, а Иванов тут же "сбежал" в другую часть посольства, где охлаждение и не прекращалось.

— Уф, однажды эти переговоры меня доконают, - пожаловался он жене.

— Тебе не стоит так резко возвращаться, дорогой, - ответила та, утирая ему лицо. - Простудишься, а твоя голова нужна Земле.

— Ничего, современные технологии творят чудеса, - отмахнулся Марк.

Тут он заметил, что у дверей стоит новый охранник. Не только незнакомое лицо, но и габариты, настоящий шкаф, который мог и не пройти в двери. В новом мире технологий физическая мощь уже мало что решала, но все равно на мгновение Марк ему позавидовал.

— Андрей Майтиев, - представился здоровяк. - Прислан в усиление охраны посольства.

— Усиление? - нахмурился Марк.

Какое еще усиление, когда союз тринадцати систем из кожи вон лез, чтобы еще сильнее дружить с Землей и пользоваться ее защитой? Что могло им тут угрожать? Понятно, что самого здоровяка было бесполезно спрашивать, как и то, почему прислали только одного. Или отряд? Посол решил выяснить все это, но после обеда, и может даже высказать гневно земным умникам, что не предупредили заранее и что ресурсы не бесконечны, и такой боец мог пригодиться в другом месте.

Сирены взвыли, когда обед подходил к концу, и Марк даже немного подпрыгнул. Дети завизжали не хуже сирен, а жена посмотрела на него взволнованно.

— Оставайтесь здесь, - поднялся Марк, - я разберусь, что происходит.

Возможно, это была ошибка или ложное срабатывание систем защиты, или еще что. Цервазяне не просто уверяли в своей дружбе, они действительно были союзниками Земли! В системах союза находились отряды землян, пиратов и всяких бандитов приструнили и истребили еще пару лет назад, откуда тут могла возникнуть опасность?

— Земляне, убирайтесь домой!

— Смерть убийцам!

Еще час назад все было спокойно, но теперь посольство осаждала толпа. Летели камни и местные гнилые фрукты, сползавшие по ограде или вспыхивавшие на силовых полях. Охрана уже занимала свои места, и следовало вызвать их начальника - почему не доложили заранее? Куда смотрели силы охраны правопорядка?

Вопросы, оставшиеся без ответа, так как в небе что-то сверкнуло и внезапный удар обрушился на посольство и окрестные здания. Марка ослепило вспышкой и отбросило, оглушило, кажется он даже потерял на мгновение сознание, так как когда пришел в себя, то первым делом увидел, что здание посольства вскрыто, словно консервная банка.

Орущая толпа цервазянцев лезла густо в проломы на месте ворот и забора, и за их спинами виднелись местные танки и оружейные платформы, тоже работавшие на солнечных батареях. Охрана отстреливалась, но редко и мало, цервазяне же стреляли так, словно их самих должны были расстрелять на месте за экономию.

— Смерть! Смерть! Смерть! - висел в воздухе могучий рёв.

— Никакой пощады людям!

— Что, что происходит? - спросил в пространство Марк, ощущая звон в голове.

Помотал ей, поднялся, вспоминая наполовину забытые навыки и даже схватился за пояс, словно там каким-то чудом могло возникнуть отсутствующее оружие. Бросил взгляд ввысь, ожидая еще одной вспышки - откуда?! - но лишь привлек к себе внимание.

— Вон там!

— Самый главный убийца!

— Вы с ума сошли! - пискляво крикнул Марк. - Наши системы дружат! Ваш союз...

— Нам никто не союзник!

— Никакой дружбы с подлыми убийцами!

— Убейте его, что вы болтаете?!

Марка вдруг загородило огромной тенью, вспышка силового щита, отразившего атаки снизу, и в руке здоровяка - охранника задергался автомат, казавшийся игрушечным. Каждая пуля находила цель, словно обходила защиты и броню, и цервазяне, ворвавшиеся в посольство, падали, словно скошенная трава.

Нет, никаких словно, они и правда валились, как трава, и Марк даже не сразу понял, что над ним склоняется жена, опять утирая ему лоб. По ее лицу тоже стекала кровь, здоровяк-охранник - как его, Андрей?! - придерживал левой рукой младшую дочку Марка, Узею.

Старший, Тамил, хватал обломки и кидал в тех, кто умирал внизу.

— Я...

Узея немедленно оказалась в его руках, а здоровяк откуда-то выхватил огромную трубу. Ракета соединились с танком цервазян, а Андрей скомандовал:

— Вниз! Прыгайте!

Марк и сам умел приказывать, но тут его тело дернулось вперед само, и он прыгнул со второго этажа, только в воздухе, жарком и душном, полном пыли и запахов крови и смерти, осознав, насколько глупо поступил. Приземлился и спружинил на чем-то вроде невидимого водяного матраса, и здоровяк оказался рядом мгновение спустя. Подхватил чужое оружие и с двух рук моментально убил три десятка местных, пытавшихся вбегать в ворота.

— Ко мне, кто еще жив! - раздался громогласный выкрик. - Пробиваемся и уходим!

Несколько охранников и сотрудников были еще живы, и все они вместе рванули прямо к воротам, по трупам и лужам крови, и у Марка звенело в ушах и кружилась голова. От взрыва и непонимания, что происходит. Где-то фоном билась мысль - неужели Земля знала, раз прислала этого здоровяка, который, казалось, был готов именно к такому сценарию?

Но если Земля знала, почему не приняли мер заранее?

— Никакой пощады! - новая команда - выкрик. - Они вас жалеть не будут!

Андрей прыгнул, и где-то рядом раздался задыхающийся писк изумления. Прыжок этот был за пределами доступного людям, Андрей перемахнул пятиметровый забор, словно тот был ему по колено. Стрельба, крики, взрывы и к моменту, когда Марк, оскальзываясь на крови и кишках (и молясь кому-то-там, чтобы не упасть и не уронить дочку во все это) добежал до ворот, там уже все пылало и горело.

Живые разбегались с криками, а кто не разбежался, тот уже был убит.

— Быстрее! - гаркнул Андрей, подруливая к ним на оружейной платформе. - Сейчас ударят снова!

Кто-то высунулся из-за угла и один из охранников упал. Стрелявший разлетелся на атомы вместе с домом, а Андрей, отвлекшийся на то, чтобы помочь с залезанием на платформу, снова метнулся к системам управления.

Череда выстрелов и цервазяне, прятавшиеся в зданиях, валились вместе с ними.

— Еще быстрее! - гаркнул Андрей. - Не успеваем!

Рванул с места так, что Марк едва не вылетел за борт и в это мгновение в небе снова сверкнуло. Марк присел, закрывая собой дочку и все равно ему ударило по глазам вспышкой, обратившей посольство в огромный гриб. Затем в спину ударило волной и все вокруг закувыркалось, и завертелось, затряслось так, что казалось сейчас выкинет прочь.

Они мчались куда-то сквозь этот хаос, платформа дергалась и металась, Андрей стрелял и управлял, командовал что-то уцелевшим охранникам. Те подчинялись беспрекословно, да что там, Марк и сам ощущал желание подчиниться и выполнять приказы и оставалось только гадать, кого именно сюда прислала Земля.

— Тамил! - возглас жены.

Они вырвались из вихря, обогнали волну взрывов, и Марк вдруг увидел, что их стало меньше. Трех сотрудников убило, остались только двое, и охранники... прямо на глазах у Марка еще одного проткнуло лучом, и охранник молча повалился вниз, зажимая дырку в животе.

— Дюши на вас нет! - непонятно выкрикнул Андрей.

Платформа рухнула и провалилась вниз, едва не разлетелась о мостовую и тут же рванула дальше, сметая местных и их машины. Кто-то пытался стрелять на упреждение, выбегал на крыши, плоские и полные солнечных батарей, но Андрей всегда успевал выстрелить первым.

Каждый выстрел его убивал одного из местных или нескольких, разносил преграды. Платформа задергалась и заметалась, уходя от целого ливня лазерных лучей, обрушившихся сверху. Андрей бросил управление, развернулся и сбил мчащиеся к ним ракеты прямо в полете, и тут же сменил оружие, жахнул из чего-то огромного, заставляя корабль сменить курс.

— Держитесь! - заорал Андрей.

Не успел Марк спросить, за что им держаться и зачем, как платформа заложила настоящую спираль на месте, возносясь в небо практически вертикально. Марк едва успел ухватиться и зафиксировать себя на месте, и то, система трещала от перегрузки и выла, уверяя, что не рассчитана на работу в таких условиях.

Вертикальный взлет на оружейной платформе и несколько выстрелов, прямо в тот корабль, что их преследовал, и Андрей, невесть как стоявший, словно летели как обычно, подхватил какую-то железку и сунул ее в ствол орудия, выстрелил и опять попал.

Пробил борт корабля, словно вонзил гарпун и тут же поддал еще скорости, сжигая двигатели платформы. Толкнулся и промчался по воздуху, первым влетел во вражеский корабль, выбив собой дыру и облегчив, смягчив удар туда платформы. Все равно Марка и остальных швырнуло вперед, угрожая убить в прыжке.

Они влетели клубком тел внутрь, обнаружив там выбитые двери и переборки, кучу трупов и стены, заляпанные кровью и кусками внутренностей. Андрей промчался мимо и пнул платформу, выбивая ее наружу и скомандовал, гаркнул им прямо в лица:

— По местам! Сейчас будут перегрузки!

А что было до этого, подумал Марк, но тело его уже бежало вперед, захлебываясь от усталости и боли. Следовало помочь младшей, найти комплект первой помощи, но корабль застонал и захрустел, дернулся ввысь, опять вертикально и на скоростях, не предусмотренных создателями.

— На это рассчитывала Земля, когда посылала вас? - крикнул Марк, задыхаясь.

— Нет! Не на это! - последовал громкий ответ.

Они пронзили атмосферу и выскочили в космос, и сердце Марка пропустило пару ударов. С пробоиной в борту! С выбитыми дверьми и переборками! Вспыхнули аварийные сирены, давление явно падало, но в то же время они вдруг выскочил к порталу, где тоже кипела драка. Корабль ворвался в нее, словно Лев в отряд тварей, и каждый выстрел Андрея опять кого-то убивал, только теперь корабли вместо живых.

— Бегите на Землю и передайте, что происходит! - крикнул Андрей, проносясь мимо.

— А вы?!

— А мне туда нельзя, ведь я уже мертв! - последовал странный ответ.

Андрей выскочил в пробоину - без скафандра и защит! - и скрылся из вида, словно и не было его никогда.

— Если ему туда нельзя, - пробормотал Марк ошеломленно, - то, как Земля его прислала?

Глава 3

7 июня 2460 года по календарю Земли, орбитальная станция "Хосс-3"

День - условный день на станции - начинался, как обычно. Рутинные проверки систем, ощущение, что датчики в шестом секторе скоро выйдут из строя и отправка туда подручного, затем возня с системами щитов станции. Новая, якобы улучшенная система, позволявшая экономить энергию, барахлила, капризничала и не хотела работать с прочими системами.

— Что там с нашей императрицей сегодня? - поинтересовался старший инженер станции.

— Дуется, - весело отозвался Виталий Лукин. - Хочет нарядов и сладостей.

— Наверху, - старший инженер указал туда всеми двадцатью пальцами и даже носом, - хотят быстрее.

— Пусть поменяют станцию, - хмыкнул Виталь. - Возьмут новую под ключ.

У него было еще одно предчувствие, доброе, что сегодня он закончит возню с системой. Уломает императрицу, так сказать.

— Ох, человек, вылетишь ты однажды отсюда.

— Ничего, станций много, а умеющих их чинить - мало, - отмахнулся Виталь.

Тоже рутина, на свой лад. Почему нервничает "начальство" он понимал, в секторе было беспокойно... как и все прошлые тридцать лет, со времен падения Содружества. Станция торговала со всеми и служила перевалочным пунктом, но это служило лишь частичной защитой, так как случиться могло что угодно.

— Все равно, давай быстрее?

— Думаю, сегодня наши мучения закончатся, - последовал ответ.

Какое-то время Виталий возился с системой, словно ласково уговаривал "императрицу", которая уже позволила увлечь ее в кровать и даже раздеть слегка. Коннекторы и энерговоды были в порядке, там он уже все исправил, обслуживающие программы не показывали проблем, но... возможно, они просто не искали ее, так как не знали о подобных ситуациях?

— Свистун, - вылез из энергоустановки системы Виталий, - оторвись от кода.

— Вито? - просвистел тот, поворачивая глаза на стебельках.

— Поройся в архивах, найди характеристики станции производителей, Хиссов или кто там под их лицензией делал.

— Вито-о-о, - просвистел тот в ответ, выражая свои сомнения.

Единая сеть развалилась вместе с Содружеством и иногда было просто невозможно найти нужную информацию. Живые налаживали какие-то связи, война и хаос грабежей и убийств, разрушений, рвали эти ниточки. Светящиеся шары перестали прилетать и защищать материнские системы, враги грызли бывшее Содружество с двух сторон, подъедая, словно падаль, и внутри организма паразиты пировали на трупе, так иногда все это представлялось Виталю.

Но в то же время, Земля жила и процветала, и этого было достаточно.

— Ладно, ладно, поделюсь с тобой архивом, - извлек из кармана инфокристалл Виталь.

Самая полная база всяческих систем и укреплений... времен Содружества. Свистун тут же засвистел возбужденно, все четыре глаза его уже пялились в облако архива, выискивая в нем нужное.

— А как найдешь - сравни с нашей старушкой, уверен, на разнице мы найдем, чего она нам давать не хочет.

— Вито! - резкий свист, мол, не дурак, сам догадался.

Виталь только хмыкнул, убрал инструменты и пошел заниматься своим проектом, для души и для дела, два в одном. Модель "Иглы", конечно же не та, с которой они вышивали тридцать лет назад, иная. Мощнее двигатели, меньше оружия, лучше маневренность, но хуже вместимость. Хотя и прошлые этим не блистали, индивидуальный корабль для индивидуального... живого. Людьми они тогда уже, наверное, не были, хотя и называли себя так, говорили о Земле.

Спасли ее, освободили и не остались.

— Совсем старый стал, ностальгия замучила, - хмыкнул под нос Виталь.

Минуту спустя прозвучал сигнал, указывавший на то, что это была не ностальгия, а еще одно предчувствие, из числа тех, что сбывались.

— Багровый три нуля! Багровый три нуля! Буревестник! Буревестник! Сигнал "Восстание", повторяю, сигнал "Восстание"! - надрывался Влад. - Всем, кто меня слышит!

— Я тебя слышу, - ответил озадаченный Виталь. - Сигнал "Восстание"?

— Да! Три...

Шипение, шум, помехи и сигнал пропал, словно и не было. Виталь озадаченно подергал бороденку, которую отращивал как раз для этого, чтобы дергать в подобные моменты. За это на него косились и называли за спиной дикарём, но так, чтобы сам Виталь не слышал, как считали шепчущиеся. Пусть "Буревестник" и ослаб, словно их сила была дарована им для освобождения Земли, но они все еще могли многое.

Кто-то остался и продолжил помогать Земле из тени, спасал ее и разил незримо угрозы, которых хватало вокруг. Кто-то, как Виталь, ушел и занялся просто мирной жизнью или попытками таковой. Но все сходились в том, что Спартака уже не вернуть, первые годы после падения Содружества, они искали его и Хранителей, истребляли, словно крыс, но так и не вернули пропажу.

И тут такое!

— Подвох? - подергал себя еще за бороденку Виталь.

Корабль не отвечал, да этого и не требовалось - самое хорошее в разговорах с техникой было то, что та отлично умела слушать и никогда не начинала бесед о себе. Хранители могли устроить ловушку, бесспорно, но почему они ждали тридцать лет? Восстанавливали численность? Но даже если так, как они обманули Влада?

С чего вообще Влад до сих пор искал Спартака, пусть даже они были напарниками? Тридцать лет!

— Ты! - раздался громогласный окрик за спиной.

— Старший механик Лукин, - обернулся Виталий. - Цавас, ты уже забыл мое имя, что ли?

Руководитель охраны постукивал зубами обоих ртов, выражая свой гнев и ярость. Где-то неподалеку засели в засаде два десятка живых и столько же роботов, и Виталь ощущал, что системы защиты станции получили новые приказы.

— Это ты только что получил сигнал, передачу извне?! - стучал зубами Цавас.

— Я, - не стал отпираться Виталь. - С каких пор это стало преступлением?

Да, основные каналы связи обеспечивала сама станция, но можно было пользоваться и своим оборудованием. Корабли, прилетавшие сюда, так и делали, например. Не только экономили, но и обеспечивали себе секретность передач.

— С таких, когда в них звучат упоминания слов "Восстание" и "Буревестник!"

— Да ладно? - изумился Виталь.

— Так ты признаешься?

— В чем?

— Не валяй дурака, Лукин!

— Жаль, - хохотнул под нос Виталь, - как раз хотел повалять парочку, только не дураков, а дурочек. Красивых таких.

Цавас был на грани истерики, если верно понимал Виталь. Отряд, спрятавшийся неподалеку... ну, это было глупо. Надо было мирно пригласить к руководству, для решения служебных вопросов, например, а там уже нападать и бить в спину.

А как они вообще так быстро отреагировали на ту передачу?

— Так вы знали?

— Что?

— Кто еще тут валяет дурака, - хмыкнул Виталь. - А ты бесстрашный живой, Цавас.

— По должности положено. Так это ты? Преступник номер один, награду за голову, которого никто так и не отменил?

— Потому что не стало тех, кто ее назначал, - искривил губы Виталь. - Так что, будем уже драться?

— Нет, - неожиданно ответил Цавас. - Садись в свой корабль и улетай, мне не нужны проблемы и станции тоже, и в мои обязанности входит защита всех живых здесь.

— Поэтому ты привел с собой такой огромный отряд?

Цавас бросил взгляд на помощника, затем опять на Виталя.

— Это что, насмешка?

— Я бы даже сказал издевательство, - согласился Виталь. - Приводить в боевую готовность системы защиты станции, нацеливать их на меня, оставлять в засаде такой крупный отряд и думать, что я не узнаю о них. Ты точно пришел прогонять преступника номер один? Кстати, на эту роль бы больше подошел кто-то из Андреев, один нами командовал, другой бы уже убил вас всех и только пожал плечами с презрением от такой плохой подготовки.

— Так ты признаешься? - Цавас смотрел с подозрением.

Зубы ртов уже не стучали, а помощник удалился, похоже, получив сообщение проверить.

— Если скажу, что это не я, ты поверишь?

— Ты удивительно спокоен.

— А должен дико вращать глазами и убивать всех, кого увижу? - изумился Виталь.

Все это было не просто странно, а очень странно. Тридцать лет спустя помнить о них? Не в смысле упоминаний, а именно такие вот детали, объявление преступниками номер один, награды эти за головы. Вполне возможно, что сильные цивилизации, объявлявшие их, все еще живы и даже готовы выплатить обещанное.

Но тридцать лет все считали "Буревестник" погибшими, а сами они не светились особо нигде, разве что в битвах против Хранителей и их слуг, и даже там обычно предпочитали действовать под чужими личинами. Ну назвался он здесь своим именем, так Цавас должен был сразу всполошиться или не дергаться вообще, даже сейчас, после перехвата... сообщения.

— А как ты перехватил сообщение? - полюбопытствовал Виталь.

Он и правда был спокоен, хотя где-то глубоко внутри ощущал легкую горечь. Мирная жизнь, ладно, она никогда не была мирной, постоянно кто-то из своих да обращался, но по сравнению с прошлыми "подвигами" - все же жизнь выходила мирной.

Не такой, о которой он мечтал, но Виталь понимал, что это было невозможно. После всего, через что они прошли, какая еще мирная жизнь и семья? Даже внутри "Буревестника" с этим не вышло, а уж с кем-то со стороны!

Но все же пожил, не стреляя в кого-то каждый день, не спасая Землю и не руша миры.

— Я.. услышал его, - ответил Цавас.

Что-то изменилось в нем, и вокруг, в самой станции, словно струна, натянутая до предела, вдруг лопнула. Распахнулись двери, за которыми прятались гнев, ярость и страх, и все они выплеснулись наружу.

Дикий рев и грохот, отряд, сидевший "в засаде", вбежал в ангар, где работал Виталь. Возглавлял их забег помощник Цаваса, оравший дико и размахивавший оружием.

— Вот он! Вот этот преступник!

— Убить его! - заорал Цавас, отдавая команду.

Виталь метнул тестер, проломив им голову самому шустрому, и тут же рванул влево, выхватывая оружие. Маломощный бластер, самое то для орбитальной станции, тогда как вбежавшие размахивали мощным оружием, способным пробить обшивку и силовые поля.

— Я, кажется, понял, - пробормотал Виталь.

Бластер выдал очередь, перегружая щиты живого, и рука Виталя ударила и вырвала роботу его электронное сердце. Виталь выронил свое оружие, выхватил чужое, загораживаясь роботом и живым от выстрелов, и тут же начал стрелять сам.

Хранители!

Еще одно гнездо Хранителей и их слуг, возможно, собравшееся сюда уже потом, пока Виталь мирно жил, не особо подозревая всех вокруг. Но в то же время, без дела он не сидел и системы защиты станции в этом ангаре просто не сработали.

Кровавая баня творилась по всей станции и сигнал об этом озадачил Виталя.

— Убейте его! Убейте! Уничтожайте все вокруг! - орал Цавас.

Живые тоже орали и стреляли, не жалея себя и станции, словно... да, словно в них сработала какая-то программа. Хранители и воздействие на живых! Да, это объясняло все и еще больше, и Виталь только пожалел, что не обратил на них внимания раньше.

— Лучше бы стрелять учились, - проворчал он.

Пять секунд и противники закончились, кто не умер, тот валялся с перебитыми конечностями, выронив оружие. Виталь подошел ближе к Цавасу, наклонился, собираясь спросить, как случившееся соотносится с долгом и желанием защитить станцию. До того момента все выглядело более-менее, ну не считая натяжки с перехватом сообщения, руководитель охраны обнаружил мега-преступника и попытался выпроводить его условно мирно, дабы не погубить станцию.

Затем все резко изменилась и теперь станция и живые на ней, расстреливали друг друга, в какой-то странной вакханалии смерти. Впрочем, чего было еще ждать от Хранителей и тех, кто им прислуживал? Виталь только покачал мысленно головой, вот надо было им лезть на Землю и порождать там тварей?

Твари.

— Оригинально, - изрек Виталь, глядя сверху вниз.

Цавас грыз его обувь обеими ртами, словно надеялся прокусить.

— Что же вы за уроды такие? - вопросил он, не ожидая ответа.

С Хранителей сталось бы взорвать всю станцию, вдруг подумал он, и мгновение спустя получил сигналы о том, что главная энергоустановка выведена на полную мощность. Виталь выстрелил в голову Цаваса, убив его на месте и помчался к кораблю, на ходу добивая раненых, чтобы не выстрелили в спину.

Предчувствия!

Неужели к нему вдруг прикатила часть силы Дюши? Почему? Тот полег, спасая Спартака?

Воздух со свистом улетал в дыры, подталкивал Виталя в спину, словно намекая, что здесь ему делать нечего. Странно, что не взорвали сразу, хотели поговорить? Виталь влетел в корабль и тот рванул с места, так как не требовал прогрева и доработок. Виталь дорабатывал его и улучшал, но при этом корабль оставался готовым к взлету в любой момент.

В такой вот момент.

— Остановите его!

— Стреляйте!

— Убивайте!

Система защиты тоже получила приказ на срабатывание, только уже от Виталя, и проекции силовых полей замерцали вокруг. Они отражали атаки... со стороны самой станции. Корабль метался из стороны в сторону и вниз-вверх, с немыслимой для живых скоростью, и станция мазала.

А затем взорвалась, попытавшись дотянуться прощальным пинком до корабля Виталя.

— Нас не догонишь! - хохотнул он, устремляя корабль выше и прочь.

Не подвели предчувствия, закончились работы с системой защиты, пусть и не так, как он представлял. Виталь дернул бороденку, задавая новый курс. Свой долг Земле они отдали, но теперь следовало помочь и спасти одного из своих. Виталь не знал, как Спартак выжил после тридцати лет в плену - в плену ли? - но не сомневался, что на месте все станет понятнее.

С этой мыслью он прибавил скорости, устремляясь на помощь.

Глава 4

7 июня 2460 года по календарю Земли, где-то в космосе

— Кто вы?

— Мы наемники!

— Кто вы?

— Мы бойцы!

— Когда нас отправляют?

— Когда не справится никто, кроме нас!

— Кто?

— Никто, кроме нас!

Несмотря на общие выкрики, Михаил все равно нервничал, первая высадка! Пусть даже тренировочная, но первая высадка на чужую планету. Полигон на Марсе был хорош, сложен, страшен, но это был Марс, сосед Земли, а не чужая планета в чужой системе.

— Не дрейфь, командир, - остановился рядом сержант-инструктор, закуривая сигарету. – Все когда-то бывает в первый раз.

— Знаю, - как можно спокойнее ответил Михаил.

Вспыхнул сигнал – минута до высадки, и корабль затрясло. Михаил встревожился, но попытался не подать вида.

— Ты напоминаешь мне одного капитана, - вдруг сказал сержант, - которого я встретил на Земле как раз перед учениями.

Лицо его нахмурилось, словно с теми событиями были связаны какие-то не слишком приятные воспоминания.

— Не расслабляться! – заорал сержант. – Сам умри, но друга прикрой! Никто нам не поможет, кроме нас самих!

— Никто, кроме нас! – взревели бойцы.

Корабль раскрылся, словно разваливаясь на куски – десантные платформы, на каждой из которых оказалось по четыре бойца. Корабль уже стрелял, заваливая атмосферу ракетами и взрывпакетами, создающими помехи. Платформа дернулась и устремилась вниз, и Михаил увидел воочию ту самую чужую планету. Зелень и серость, помехи и дым, какие-то следы в атмосфере – слабо пригодной для дыхания землян.

Первая волна десантников, самых опытных, в индивидуальных скафандрах, уже мчалась вниз, опережая платформы. Они совершали маневры уклонения и за ними, словно мать-наседка, мчался сержант-инструктор, даже не подумавший вынимать сигарету изо рта.

— Попадание!

— Есть попадание!

— Уклоняться! Ставить помехи! – начал командовать Михаил, встряхнувшись и взяв себя в руки. – Прикрывать друг друга, лететь парами!

Толстый луч прорезал атмосферу, промчался мимо платформ и врезался в корабль, высаживавший их. Мгновение спустя там грохнуло и бок корабля вскрыло мощнейшим взрывом.

— Лейтенант!

— Такого не было в плане учений!

— Перехваты сообщений снизу, нас грозятся убить, если мы коснемся земли!

Канал переключили на Михаила, и он сам услышал, даже без переводчика, поток угроз, перемешанный с матерщиной, и призывы убивать всех подлых убийц-землян.

— Что происходит?

— Лейтенант?

— Лейтенант!

— Лейтенант, - прорезался голос сержанта, - мне нужна одна из платформ.

Михаил медлил, позорно медлил, теряя драгоценные мгновения. Ведь это должна была быть тренировочная высадка! В одну из систем, где Земля уже давно и прочно обосновалась со своими наемниками, заключила массу союзов и так далее. Да у его бойцов даже оружие было маломощным, тренировочным, что они могли противопоставить тому потоку смерти, что летел снизу?

— Слушай мою команду! – голос сержанта на общем канале. – Рассыпаться и маневрировать! Ни один щит не выдержит попадания планетарных орудий, не подставляться! Разлетайтесь во все стороны, порхайте, как бабочки, жалить будете потом, когда высадитесь!

— У нас нет оружия!

— Оружие есть внизу!

— Сержант Мумашев!

Но вместо ответа инструктор вдруг заложил пируэт и оказался рядом с одной из платформ, буквально в пятидесяти метрах от самого Михаила. Пинки, удары, пробивающие силовые поля и десантники там разлетелись, словно пушинки, будто не было у каждого из них за плечами по десять высадок. Михаил выхватил оружие и выстрелил, сержант чуть сдвинул голову, пропуская луч мимо.

— Извини, командир, мне тут друзья позвонили, и я буду вынужден вас покинуть.

От наглости и абсурдности такого заявления, Михаил даже замер, не успев отдать приказа и сверху опять что-то громыхнуло и взорвалось – десантный корабль, доставивший их в эту систему, окончательно разваливался на части, отрезая пути отступления.

— За Землю! – выкрикнул сержант.

Отброшенные им десантники разлетались, прямо на соседние платформы и в «объятия» тех десантников, что летели в индивидуальных скафандрах, но вернулись, то ли следуя приказу сержанта, то ли наоборот, собираясь его нарушить, ту часть, где он кричал про «разлететься».

— Не делай, как я!

Еще две платформы разлетелись, трех десантников зацепило, все они продолжали падать на планету и чем ближе к поверхности, тем сильнее становился обстрел. Именно таков и был замысел учений, атака сильно укрепленного пункта, десант прямо через огонь и сопротивление, только выстрелы должны были быть учебными!

Сейчас же подчиненных Михаила рвало на части, пробивало навылет, взрывало вместе с платформами и сверху уже готовился пролиться огненный дождь обломков десантного корабля. Сержант-инструктор швырнул платформу вертикально вниз, Михаил даже не знал, что их десантные средства способны выдавать такую скорость!

Словно этого было мало, сержант еще и маневрировал, петлял, уклонялся, скрывался в облаках взрывов и вылетал из них, падал на поверхность, подобно пылающему метеору возмездия. Силы обороны переключились на него, усилили обстрел, ослабляя атаки на отряд Михаила.

— Делай, как он! – взревел Михаил.

Платформы и десантники ринулись к поверхности, будто надеялись спрятаться за сержантом. В паре мест рядовые даже пытались ускорить платформы, подобно сержанту, но так и не смогли, словно тот держал в кармане запасной гиперускоритель.

— Стреляйте! – скомандовал Михаил, но без особой уверенности в голосе. – Прикрывайте его!

Не те средства, все было учебное! Рассчитанное на взаимодействие с системами обороны, зачет попаданий, но не настоящие убийства. Слова сержанта были понятны, рухни на головы защитникам, сомни их и отбери оружие, сражайся изо всех сил, потому что…

— Там внизу есть еще земляне! – заорал Михаил. – За Землю!

— За Землю!

— Никто, кроме нас!

— Никто!

Платформа с сержантом на полной скорости врезалась прямо в центр систем обороны планеты и там взлетел к небесам огромнейший гриб взрыва, за ним один и еще один. Волны перегретого воздуха рвались навстречу отряду Михаила, словно пытались поддержать их в полете, и лейтенант оскалился яростно.

— Мы не забудем этого подвига!

— Лейтенант!

Они приблизились уже достаточно, чтобы различать детали происходящего внизу и у Михаила перехватило дыхание. Там внизу металась фигурка, стреляла с двух рук и техника, орудия, местные, все взрывалось и падало, горело, исчезало и разбегалось.

— Лейтенант, кто это? – раздался рядом изумленный выдох.

— Очевидно, наш сержант-инструктор, - ответил Михаил.

— Но это же – не человек!

— Даже ему нужна помощь!

Десантники и платформы ускорились, обстрел снизу окончательно стих, но сержант даже не подумал замедляться, добивал местных, и к моменту, когда Михаил спрыгнул на поверхность, там уже громоздились горы трупов и оружия.

— Хватайте и отбивайте всех землян, кто еще жив! – скомандовал сержант.

Выглядел он, конечно, уже не сержантом, а целым генералом. Закопченным, боевым генералом, который не выпускал из рта сигареты и Михаила вдруг пробило вспышкой. Лев! Легендарный Лев, трижды спаситель Земли, именно в такой вот позе, с сигаретой, стояла его статуя в Риме, сержанту не хватало только лысины.

— Дух Льва, - пробормотал Михаил.

— Что?

— В него вселился дух Льва!

Сержант искривил губы, затем захохотал громко, словно Михаил сказал нечто очень смешное.

— Жаль, что Лев этого не слышит, - сказал он, обрывая смех, словно опять вспомнил что-то не то.

Смерил взглядом Михаила и покачал головой.

— Нет, лейтенант, не будем повторять прошлого, да и Льва уже нет.

— Что?

— Спасай землян и бейся! Ничего еще не закончено и скоро здесь будет вся планета!

— Мы нанимались их защищать!

— А теперь они хотят нас всех убить! Везде! По всей Галактике!

— Что? – повторил растерянно Михаил.

К такому его жизнь точно не готовила!

— Убей их первым! Убей, чтобы не убили тебя, - внезапно посоветовал сержант.

— Это…

— Некому больше защитить землян тут!

Что, пожалуй, было не совсем верным, тут хватало отрядов наемников, но хватало и обычных людей. Где-то вдали продолжалась стрельба и гремели взрывы, наверное, люди давали отпор. Но мозг Михаила никак не мог уложить в голове, почему вообще началась такая резня. По всей галактике? Откуда сержант узнал об этом? Что за сообщение, что за друзья, и, возвращаясь в самое начало, как ему удалось выжить в таком вот падении?

Не просто выжить, но еще и разгромить все вокруг, будто тут высадилась целая дивизия!

— Не ломай голову, командир! – весело крикнул сержант. – Делай, что должен, случится, что будет! Помните, никто не спасет здесь людей, никто, кроме вас!

— Никто, кроме нас! – привычно заорали наемники.

Они уже потрясали оружием, растаскивали технику, готовились сражаться.

— А вот и мой транспорт, - хмыкнул сержант, бросая взгляд в небо.

Там полз корабль, нет целая эскадрилья их! Местные силы защиты были неплохи, в теории им даже не требовались земляне для защиты. Уже не требовались, после стольких лет развития под защитой землян. Сержант, невесть откуда достав еще одну сигарету, подпрыгнул и взлетел, закуривая на ходу, словно законы физики на него не действовали.

— Помогу вам… последний раз, - донес ветер прощальные слова.

Сержант вдруг ускорился, рванул ввысь так, словно им выстрелили из пушки. Отряд десантников, рассыпавшись по местности, смотрел ему вслед, забыв обо всем. Об осторожности и что залп орудий такого корабля мог уничтожить целый район. Вместе с десантным отрядом, если там забыли обо всем.

— Собраться! – заорал Михаил. – Вы слышали сержанта Мумашева! Никто, кроме нас!

— Никто!

— Провести разведку, найти людей, выдвинуться на защиту! Сражаться, не теряя головы и товарищей, теперь некому будет спасти вас! Пробиваться к космодрому, захватить корабли!

Воевать с целой планетой? Ни за что! На такое был способен отряд сержантов, и Михали невольно бросил взгляд в небо. Снова задохнулся, будто его лягнули в солнечное сплетение. Сержант промчался и взломал щиты и броню корабля, ворвался внутрь и там теперь все рвалось и вспыхивало.

Мгновение спустя корабль развернулся, истребляя кораблики сопровождения, словно хрустел мелким печеньем, и те падали, валились вниз, прямо на другие узлы обороны – отряд уже взламывал местные линии, доставал карты, обеспечивал разведку.

— Дух Льва, - пробормотал Михаил.

— Командир!

Впереди находился еще один узел обороны, причем не разгромленный сержантом, и оттуда уже выдвигались войска. В небе громыхнуло и огромный корабль вдруг сдвинулся, расстреливая этот узел и получил в ответ, без всякой жалости.

— Найдены люди!

— Отбить их! Связаться с другими отрядами наемников! – скомандовал Михаил. – Будем пробиваться отсюда вместе!

Корабль не выдержал обстрела и рухнул прямо на узел обороны, уничтожив его. Михаил, несмотря на все защиты, машинально закрылся рукой от вспышки и ударной волны, а когда поднял голову, в небе было уже пусто. Словно и не было никакого сержанта-инструктора, сражавшегося так, будто в него действительно вселился Лев.

Михаил отсалютовал небу и начал командовать, мысленно стискивая зубы.

Он не подведет! Окажется достоин такой чести!

— Вселился Лев, - невесело хохотнул Дюша, вылетая за пределы атмосферы. – Придумают же!

Он так и не выбрал сторону, не ударился в мирную жизнь, но и не занимался шпионскими делами. Когда командир звал, Дюша вылетал и громил врагов Земли, не знавших, что они подписали себе смертный приговор. Земля не знала, лишь часть «Буревестника», продолжавшая охранять родную планету из теней. Какое-то время Дюша искал Спартака, бросил поиски и теперь его изнутри покусывало легкое чувство вины.

— Держись, Влад, - включил он передатчик, не зная, дойдет ли его сообщение. – Держись, дружище, и не потеряй там Спартака, как я когда-то!

Никто не винил его тогда и потом, да и сам Дюша не то, чтобы особо страдал. Все они знали, на что шли, каждый готов был сложить голову, но освободить Землю. И все же теперь что-то кусало изнутри, шептало, что он подвел своих, бросил, не искал до самого предела.

Влад вот не сдался и искал, нашел!

— Совсем старый стал, - вздохнул Дюша, ударом кулака вправляя кораблю подобие мозгов.

Тот все еще сопротивлялся, но уже не так сильно, признавал, что им можно управлять. Да, они достигли пика силы тогда, когда освобождали Землю, но затем скатились вниз, словно кто-то даровал им эту силу. Скатились, но все еще оставались на уровне тех учений, закончившихся мятежом на Земле. Учений, когда погиб Лев, а они сбежали в космос, дабы потом вернуться и освободить Землю.

Полсотни лет, и никто из них не постарел ни на день, во всяком случае физически.

— Точно, постарел, - повторил Дюша, - и впал в глупую сентиментальность.

Что могла означать эта вспышка идиотизма на планете? Разве что работу Хранителей, неужели они не додавили их? В последнюю дюжину лет Хранители уже никак себя не проявляли, но где еще мог Влад найти Спартака? На свободе? И почему тот тогда за эти годы не вернулся в «Буревестник», не нашел их, как перелетная птица?

И почему они сами не нашли его за все эти годы?

— Ладно, плевать, - выдохнул он и опять закурил.

Но воспоминания не отпускали, одолевали и хорошо еще, что не взял с собой лейтенанта! Молодого, глупого, наивного, как тот капитан, что остался с Львом на острове. Дюша помнил лицо, но никак не мог вытащить из памяти имя и вздохнул.

Возможно, следовало последовать примеру Виталя и Дмитрича, и жить мирно? Конечно, некому было бы защитить Землю, но разве могли они утирать сопли бесконечно? Земля жила без них сотни лет и будет жить еще потом, когда бывшего «Буревестника» уже не станет. Ведь они не были бессмертны, просто… да хрен его знает, что с ними происходило.

— Делай, что должен, случится, чему суждено, - повторил Дюша, добивая остатки сопротивления корабля.

Мгновение спустя тот ускорился и исчез, устремившись навстречу прошлому.

Глава 5

7 июня 2460 года по календарю Земли

— Мирная жизнь – это прекрасно, - заплетающимся языком вещал Дмитрич. – В военной жизни никогда не встретишь таких прекрасных собеседниц!

— Да что вы говорите, - ахала та, прижимая щупальца к щекам и моргала тремя глазами.

— Точно – точно, в военной жизни только смерть, кровь и скука. В мыр… мырной жизни все намного веселее!

— Невероятно, - ахала собеседница, подливая Дмитричу еще выпивки. – Просто невероятно!

— Только тс, это огромный секрет, - качнулся Дмитрич. – Все эти войны вокруг? Тьфу!

— Вокруг столько войн, но они для вас ничто? О, расскажите мне еще, - взволнованно дышала собеседница, подливая и стараясь прижаться крепче.

— Расскажу… а вы кто?

— Ваша поклонница! У меня с детства такая слабость к военным… такая слабость, что прямо все тело расплывается в кисель. У моей сестры, кстати, тоже.

— У вас есть сестра?

— Даже две! – заверили Дмитрича, вручая еще выпивки.

Вокруг говорили на дюжине языков, пили и заключали сделки, хватались за оружие и тут же шлепали друг друга по плечам, успешно надували и обманывали. Торговый город кипел и бурлил, обменивался, продавал и покупал все, и в середине его находился бар, где сейчас спаивали Дмитрича.

— Две! А всего это, - он попробовал сфокусировать зрение на пальцах.

— Три! – три щупальца обвили его, нежно сжимая. – Ведь вы же человек, да? Землянин? О, земляне-военные, это вдвойне моя слабость! Такая, что я просто теряю разум!

— Человек, но не землянин. Тсс! Нам туда нельзя, мы там мертвы.

— О, расскажете мне еще? Возможно, нам стоит переместиться куда-то в другое место, не такое шумное?

— Ты-тычно, - согласился Дмитрич. – Поехали ко мне! Я эта… живу мирна! Мирная жизнь – так прекрасно!

— Но я люблю военных, - щупальца чуть усилили нажим.

— А я расскажу все! О! У меня такое было в жизни, что ты не поверишь!

— А мои сестры?

— Все втроем не паверите!

Направляясь к выходу, Дмитрич задел какого-то здоровяка, украшенного шрамами. Тот вскочил, хватаясь за оружие, но обнаружил, что ему в район лица смотрит огромный ствол.

— Мирная жизнь – прыкрасно, но иногда тянет подраться, - заявил Дмитрич, покачиваясь.

Здоровяк вскипел и все же нанес удар, но промахнулся и лишился уха, а затем упал и потерял сознание.

— Идем, эта скучна, - заявил он, направляясь к выходу и обнимая «осьминожек».

Третья из них задержалась на мгновение у здоровяка и всадила в него иглу с парализующим составом. Затем догнала сестер, обмениваясь с ними взглядами и невербально общаясь при помощи поглаживания щупальцами друг друга.

Похоже, они нашли того, кого искали, но следовало убедиться окончательно.

— Дорогой, я уже вся теку, от того, какой ты весь мужественный и военный. Ты бился, как лев!

— Это невозможно! Только Лев мог биться, как Лев, а я так, лишь жалкий ученик, а то и вовсе ученик ученика, бросивший друзей и решивший жить мирно.

— Неужели ты знал Льва?

— Конечно, - Дмитрич качнулся и остановился, посмотрел на подружек. – А вы кто?

— Те, кого ты пригласил к себе домой, - последовал вкрадчивый ответ, - так как мы тебе понравились.

— Тыочно! Так, залезайте, сыйчас я павиду!

Его пытались отговорить, но Дмитрич с пьяным упорством настаивал и затем летел, вихляя в воздухе во все стороны. Ни с к нем не столкнулся, и «осьминожки» опять начали переглядываться и поглаживать друг друга щупальцами. Нужная цель, но крепче, чем казалась с виду, нужно еще опоить и парализовать, не вызывая подозрений.

Проживал Дмитрич в огромном доме, стоящем посреди леса. Ни дорог, ни заборов, ничего, просто дом, да еще и вписанный в лес так, что обычным взглядом его найти не получилось бы. Системы охраны подчинились пьяной команде «Ыти са мной», означавшей, что хозяин дома поступал так уже часто. Осьминожки продолжили прежнюю тактику, восхищались Дмитричем, то и дело, словно невзначай упоминая Землю и Льва, и затем сделали вид, что не верят.

— Да я в Буревестнике служил! – возмутился Дмитрич. – Я бы сходил за доказательствами, да ноги не держат!

— Дорогой, а дай нам доступ, и мы сами сходим.

Разрешение было выдано и гостьи получили подтверждение, что их цель действительно та, которую они искали. Прибыли, перепроверяя смутные слухи, и нашли, теперь оставалось только произвести захват. Да, когда-то эти враги наводили ужас на всю галактику, но теперь они ослабели и… снова замелькали щупальца, задергались глаза.

— Ах, дорогой, я так виновата, усомнилась в тебе! Позволь мне загладить свою вину! Мои сестры помассируют тебе спину и руки, а ты расслабься, сейчас будет приятно.

— Хм, и правда приятно, - согласился он некоторое время спустя.

Ему массировали тело и удовлетворяли ртом, попутно утыкивая иголками с парализующим составом. Дмитрич уже настолько напился, что ничего не почувствовал и в конце концов замер, успев, впрочем, напоследок получить обещанное удовольствие.

— Тьфу, тьфу, - отплевывалась осьминожка.

— Твой подвиг, сестра, не будет забыт, - обвила ее щупальцами сестра. – Мы схватили Врага!

— Не спешите праздновать победу, - предупредила их третья. – Теперь нам надо еще вывезти его отсюда!

Дмитрич сидел, парализованный, только глаза немного шевелились, словно он не мог поверить, что его так ловко провели. Осьминожки переглянулись – системы охраны отключены, следовало спешить, пока электроника не сочла, что владелец дома в опасности.

— Дорогой, - проворковала одна из них, - ты же хочешь еще выпить и развлечься? Полетим, повеселимся еще, а по дороге я тоже доставлю тебе удовольствие, вон как моей сестре понравилось! А затем ты сможешь взять нас всех троих!

Сестра, которой понравилось, уже не отплевывалась, а шарила щупальцами, подавая знаки сестрам. Не просто трофеи, возможно, здесь могли найтись следы, ведущие к другим врагам! Те прятались хорошо, или сами нападали первыми, вынуждая остатки Хранителей прятаться, но этот расслабился, размяк от мирной жизни. Теперь он мог стать ключом к ликвидации всех агентов Разрушителя, которые вели свою подрывную деятельность в галактике на протяжении уже тридцати лет.

— Да я и так вас уже поимел, - вдруг заявил Дмитрич.

Осьминожки взвизгнули и засыпали его иголками, но система охраны сработала и выставила щит. В ход чуть не пошло тяжелое оружие, но тут осьминожки ощутили, что их щупальца горят и чернеют, закручиваются спиральками, лишая их возможности действовать. Та, что доставляла удовольствие, схватилась за горло и почернела, упала, содрогаясь. Прощальное протягивание щупалец, на которое было некому ответить.

— Кх-х-ак?

— Пот, - просто ответил Дмитрич, потягиваясь. – Вы же сами ринулись поглаживать меня, чтобы незаметно парализовать? Это был простейший способ.

— Но… ты не мог…

Дмитрич поцокал и покачал головой, поднялся, окончательно стряхивая паралич, и подумал, что стареет. Раньше он такой дозы даже не заметил бы, а тут немного пробрало. Конечно, можно было и не устраивать игру в кошки-мышки, но мирная жизнь оказалась удивительно… скучной. Рутина одинаковых дней не помогала, в отличие от дней в «Буревестнике».

— Если это лучшие, что остались у Хранителей, то можно спать спокойно, - сообщил он, присаживаясь рядом с одной из осьминожек. – Или вас там уже перестали чему-то учить?

— Ты нанес состав заранее!

— О, ты еще не безнадежна.

— Но это означает…

— Конечно, я знал, - согласился Дмитрич. – Кто, по-вашему, распустил все эти слухи, что вы якобы ловко нашли?

Осьминожка плюнула иглой с ядом, и та попала.

— Мы, конечно, ослабели, - сообщил Дмитрич, - но не до такой же степени! А вот ваши Хранители ослабели, попрятались со страху так ловко, что я устал их разыскивать. Пришлось выманивать на себя и сейчас ты мне расскажешь, где они прячутся.

— Я ничего не знаю!

— Вранье, - равнодушно бросил Дмитрич. – На такое дело могли послать только лучших, после личного инструктажа Хранителей. Яд же предназначался тебе, да? Ты должна была убить себя, чтобы не выдать секретов?

— Да, - последовал изумленный ответ.

— Да, риск стоил того, раз ты так разозлилась. Или тебе тоже хотелось удовлетворить меня ртом?

— Ты! Ты умрешь!

— Все мы умрем, даже Лев умер, - последовал еще один равнодушный отклик. – Но Хранители умрут первыми, за все гадости, что они натворили за тысячи лет.

— Ты не понимаешь!

— Не понимаю, - согласился Дмитрич. – Ваши [цензура] Хранители выпустили на Землю тварей, устроили конец света и ставили на нас опыты, но едва мы сотворили с ними толику того, что творилось с нами, как начались визги – писки. Мы не понимаем, рассказы про какую-то галактическую ерунду и высокое предназначение.

— Так и…, - осьминожка захрипела, агонизируя в боли.

Щупальца ее уже скрючились и почернели, рядом билась еще одна сестра, получившая антидот. Следовало сосредоточиться, прибегнуть к технике остановки работы мозга, но Враг колол ее чем-то, попадая прямо в болевые центры и сбивая концентрацию. Затем эти же иглы ударяли ее в центры удовольствия и вся выдержка, и концентрация не спасали.

Почему, почему она не убила себя?

— Потому что думала, что победила, - раздался голос свысока. – Живым нелегко признать поражение в миг победы, и они продолжают биться, тогда как следовало уже убить себя.

Осьминожка дышала тяжело, ощущая странный привкус во рту. Ее что, поимели, пока она плавала в тумане наслаждения?

— Да, ты сама умоляла об этом, - еще одна насмешливая реплика. – Ты так хотела отдаться мне, что даже выдала все секреты.

— Нет, это невозможно! Я никогда не уступила бы слуге Разрушителя!

— Может, дело в том, что мы не слуги Разрушителя? – раздался задумчивый вопрос.

— Вы! Вы принесли столько смертей и разрушения!

— Мы мирно жили на своей планете, пока туда не пришли Хранители. Триста лет спустя черви, над которыми ставили опыты, пытаясь породить каких-то супербойцов, вдруг ими стали и набили вам ваши инопланетные морды. Непонятно, чего вы жалуетесь?

— Вы сменили сторону! Стали слугами Разрушителя!

— Тем более, следовало убивать нас тогда, а не пытаться взять в плен. На этот вопрос…

Тут зазвучал странный сигнал, и какие-то возгласы, из которых удалось разобрать только «Восстание».

— Как интересно, - теперь вот в голосе звучали злые нотки. – Вы не убили Спартака и тридцать лет держали его в плену?

— Это невозможно!

Новые иглы и новый туман наслаждения и боли, какие-то движения и воля, воля живого, подавляющая все вокруг. Воля Хранителя, истинного Хранителя, в которой растворялось все остальное. Ответы лились из ее рта, и все остальное не имело значения, только радость ответов.

— Как интересно, - услышала она задумчивое бормотание. – Похоже, надо узнать у Влада, где же он нашел Спартака и как сумел послать сигнал, при разрушенной галактической сети. А ты молодец, выполнила свой долг.

— Я предала всех и вся.

— Ну-ну, ваши товарищи по секте уже устроили кровавое побоище на планете.

— Это не мы!

— Не вы? А кто?

— Вы! Слуги Разрушителя!

— Опять эти слуги, - невеселый смешок. – Какое удобное оправдание на все случаи жизни.

— Но это правда! Правда! Мы прибыли сюда втроем!

Задумчивое хмыканье, доносящееся словно сквозь туман. Затем звуки боли и наслаждения, похоже Враг взялся за вторую ее сестру, раз уж третья умерла. Ей тоже предстояло умереть? Нет, она хотела умереть, но при этом хотела и отомстить и не могла, заплакала от бессилия.

— Поплачь, поплачь, - посоветовал безжалостный голос. – Ощути малую толику боли людей, вынужденных сражаться против тварей.

— Это не поможет вам!

— Мы и не ждем чужой помощи, мы сами добиваемся нужных результатов. Мы – Буревестник.

Слова о хаосе и смертях, уничтожении защитников Галактики не успели прозвучать. Мир вокруг исчез.

— Секс с осьминогами, - покачал головой Дмитрич, убирая оружие. – На что только не пойдешь во имя цели.

— Беспорядки на планете усиливаются. Отмечены многочисленные взрывы и убийства. В сетях присутствуют призывы убивать всех, кто не местный, включая землян.

— Хм. Прямо отдельно выделяют?

— Да. Поминают историю тридцатилетней давности.

— Все-таки соврала напоследок, осьминожка, щупальцем ей в якорь.

— Не поняла.

— Да от тебя и не требуется. Готовь корабль и запускай систему самоуничтожения.

Здесь не было никаких следов к «Буревестнику», кроме тех, что он расставил сам, дабы убедить вражеских агентов, но следовало подстраховаться. Раз уж они ухитрились соврать и устроили кровавую бойню на планете и в системе, лишь бы не выпустить его, то могло случиться всякое. Полученные координаты нахождения Хранителей, следовало сравнить их с посланием Влада, но даже на глазок Дмитрич сказал бы, что они близки.

Логово Хранителей! Последнее, такое, куда они спрятались трусливо от истребления, так трусливо, что их не удавалось найти годами. Пришлось пойти на игру в долгую, но похоже первые удары по Хранителям, истребили их лучшие кадры и даже с подсказками они так и не нашли, не вылезли. Пришлось подкинуть им информацию напрямую, под видом слухов, и долго ждать, скучая в мирной жизни.

Пару раз Дмитрич выезжал на миссии, тайно помогал соседним системам отбиваться, но все это было не то, конечно. Так, вспомнить старые деньки, поностальгировать, терпеливо ожидая, пока клюнет. Да, Содружество развалилось и вспыхнул хаос войн и грабежей, но Хранители доказали, что они все равно хуже – устроить кровавые беспорядки по всей планете, всего лишь ради одного Врага, как они называли «Буревестник».

Впрочем, чего он ждал от тех, кто создал тварей и ставил опыты на Земле?

Несколько минут спустя корабль Дмитрича взмыл в небо, сбил спутники, пытавшиеся его остановить, продырявил два крейсера и орбитальную станцию, и скрылся в глубинах космоса.

Глава 6

Алина быстрым шагом направлялась к кораблям, когда на нее выскочило несколько обезумевших местных.

— [Цензура]!

— [Цензура] раздевайся!

— О, вы не хотите меня убить? – притворно удивилась Алина, она же Малина Зайцева.

Ее обычные чары действовали как-то слабо и Алине вдруг стало интересно. О да, когда-то она могла превращаться в кого угодно, но это исчезло, когда весь «Буревестник» ослаб и в то же время, чары очарования остались с ней. Любые гуманоиды падали к ее ногам, в этом она убеждалась неоднократно и теперь вот встретила тех, кто почти не реагировал на нее.

Алина выставила ногу, совершила несколько движений телом, наблюдая за реакцией.

— Убить!

— Поиметь!

— Поиметь и убить!

— Убить и поиметь!

— Вы бы определились, - улыбнулась чарующе Алина.

Обычно после такого начиналась драка между поклонниками, но не в этот раз. Они развернулись и дружно прыгнули на Алину, похоже, решив заиметь ее до смерти. Мгновение спустя три тела без голов свалились на пол, а четвертое Алина прижала к стене.

— Рассказывай! – потребовала она.

Возможно, они индуцировали друг друга, усиливая накал безумия? Та толпа, что ворвалась в номер, где она решила немного развлечься, десятки живых, хм. Методики Хранителей лучше работали по толпам или те просто заражались лучше?

Алина чуть втянула ноздрями воздух, но ничего распыленного не обнаружила.

— Убить, убить, - раздалось хриплое.

— Убить! – отозвалось многоголосое эхо.

Новая толпа мчалась к Алине, некоторые прямо на бегу стреляли в спины соседям, то ли мстили, то ли утратили разум и не понимали, что делают. Никто даже не оборачивался и не пытался покарать убийц, но многие спотыкались о тела и валились друг на друга. Алина, не выпуская пленного из захвата, вскинула вторую руку и начала стрелять.

— Странно, какие-то безмозглые воинствующие фанатики, - вынесла она вердикт. – Хотя, для Хранителей как раз подходяще, умелых мы истребили, остались только те, кто толпой может брать.

Легкий привкус горечи на языке – когда-то любая толпа не остановила бы их! Они мечтали, как заживут мирно, вот еще чуть-чуть, ведь Земля свободна! Просто немного помочь ей из теней, еще чуть-чуть… и незаметно прошло тридцать лет.

— Рассказывай! – снова потребовала Алина у пленного, закончив убивать всех вокруг.

Она шагала к кораблям, выбирая подходящий для дальних перелетов – вряд ли Спартака прятали где-то рядом с Землей! – и попутно размышляла над тем, зачем Хранителям вообще потребовалось оставлять его в живых? Ну да, все они были почти бессмертны и почти всемогущи, но потом это ушло, хороший залп с орбиты, даже попадание ракеты могло их убить и иногда чуть не убивало.

Андреям вроде как даже нравилось, Алина плыла по инерции, как вдруг осознала.

— Убить!

— Да, за что вы нас хотите убить? Персонально меня?

Лучи так и сверкали, живые вокруг падали, затем пара кораблей взлетела, похоже нацеливаясь на Алину. Со стороны города что-то сверкнуло и корабли упали, взорвались, осыпая все вокруг осколками. Алина чуть отклонила голову, пропуская мимо раскаленный кусок обшивки и продолжила неторопливое шествие по полю.

Она видела нужный ей корабль, но подозревала, что Хранители и его заминировали или оставили засаду, или еще что. Пленный хрипел и бился в ее хватке, пытался вырваться и не мог.

— Разрушитель, - донеслось из его рта.

— О да, идут года, а пластинка не меняется, Разрушитель! А мы якобы его слуги, - закатила глаза Алина.

Какой-то из кораблей повел в ее сторону стволами, Алина метко всадила туда несколько лучей и корабль взорвался. Было что-то ностальгическое и прекрасное в том, чтобы шествовать вот так, но Алина вдруг ощутила, что внутри нее только тоска и усталость.

Будто наконец ее настигло все то, что должно было прийти после двухсот лет сражений.

— Еще что умное скажешь? – поинтересовалась она.

Несколько кораблей попробовали взлететь, объединив щиты, но и их сбили, теперь ударом сверху и стало ясно, что нужно торопиться. Местные дрались друг с другом, но при этом испытывали какую-то особенную неприязнь к Алине. Она припомнила этого лейтенанта СБ и то, что отдала ему инфокристалл и покачала головой.

Опять все делать за других!

— Ладно, сама виновата, - проворчала Алина, сворачивая голову пленнику.

Все равно ничего умного она не услышала бы. Все те же заплесневелые страдания о том, какой «Буревестник» слуги Разрушителя, плохие слуги, хорошие слуги, самые разные, но все равно почему-то слуги, лишь потому что они посмели вломить Хранителям! Алину это всегда отдельно бесило, сами Хранители вели себя как эти слуги Разрушителя, вмешивались в жизнь цивилизаций, ставили опыты, убивали миллиардами, во имя каких-то идиотских целей тысячелетней давности и считали себя хранителями мира и спокойствия в галактике.

Выстроили эту идиотскую пирамиду Содружества с ее законным порабощением, обойдя защиты!

— Эй, открывайте двери или я выбью их! – крикнула она, рывком добравшись до нужного корабля.

Как ни странно, но дверь открылась и оттуда робко высунулся глаз на стебельке.

— Хочешь убраться отсюда? – поинтересовалась Алина.

— Не портите мой корабль, - последовала просьба дрожащим голоском.

— Ну тут как повезет, - Алина поднялась величественно и увидела знакомое обожание.

Глаза загундианца сверкали поклонением и именно такое вот Алина и привыкла видеть у окружающих самцов. Только на сам «Буревестник» ее чары не действовали, и она какое-то время думала, мечтала по инерции, как у нее и Андрея будет семья, дети и все остальное, что они хотели завести после освобождения Земли.

Мечты так и остались мечтами, и теперь Алину распирала злость, что она так долго была слепа!

— Так что, хочешь улететь?

— Да, госпожа, - поклонился тот. – Я бедный несчастный торговец, летаю один.

Дальние перелеты, чтобы набить цену, доставка редких товаров, вялая замена бывшей портальной сети, промелькнуло в голове у Алины, пока она шла в рубку.

— Мои системы…

Алина уселась и подключилась к кораблю, в момент одолела его и подчинила себе. Виталю даже подключаться не пришлось бы, техника от него млела и задирала лапки, как живые от Алины. Сейчас этот факт вдруг показался Алине несправедливым, вызывал в ней злобу и желание крушить.

— Твои системы отлично подойдут, - заявила Алина. – Врубай компенсатор на максимум и лучше надень сразу два скафандра, одного может не хватить.

Корабль оживал, подчинялся, загундианец смотрел с обожанием и тревогой. Тревожился за корабль и Алину, за себя в последнюю очередь, и это было немного странно. Алина чувствовала, что нащупала ниточку, ведущую к разгадке одной из загадок происходящего, и спросила.

— Ты не выходил из корабля?

— Я беден, госпожа, предпочитаю торговать прямо здесь.

— Не боишься, что тебя ограбят? Муляжи системы охраны вряд ли тебя защитят.

— Мало кто способен распознать такое с одного взгляда, - голос загундианца преисполнился восхищения.

Не выходил с корабля, хм, подумала Алина. Обшивка защитила его… от чего? От воздействия Хранителей, чего-то распыленного в атмосфере, подталкивавшего к общему бешенству? Приступы злости накатывали изнутри и это было странно, необычно, и именно это указывало на искусственную их природу.

Слуги Разрушителя?

Облучение всей планеты? Возбуждение агрессии, злобы, всего такого же, в живых? Нет, Алина охотно верила, что с Хранителей такое сталось бы, дабы показать всем, какие «Буревестники» злобные твари, убивающие всех вокруг. Но почему тогда Хранители не заявляли, что «Буревестник» живы? Все эти годы они молчали и шла тихая тайная борьба, тогда как прямое громкое заявление с фактами обрушило бы на группу ненависть триллионов живых.

Боялись, что заявление раскроет их логово, куда они спрятались так умело, что их не удалось найти?

— Госпожа? Что вы намерены делать?

— Как обычно, - проворчала Алина, - спасти всех, пока еще можно.

Корабль рванул с места, но не ввысь, а вбок, прикрываясь другими кораблями, задел обшивкой крышу одного из домов и на таком вот бреющем полете, разрушая все вокруг, промчался прямиком в город. Да, вооружение тут было не ахти, но Алину это мало волновало, она направила корабль и включила реактивные движки, аварийные, использовавшиеся в самом крайнем случае.

Выхлоп сжег стрелявших не хуже, чем огнемет тварей.

— Твари, - вырвалось у Алины. – Твари!

— Г-г…, - хрипел загундианец.

Не только он, даже корабль не справлялся с перегрузками и Алина дернула недовольно щекой. Сбавила скорость, задергала корабль, уходя от обстрела и разнесла еще два пункта планетарной обороны. Затем вышла в прямой эфир и показала себя, снова рванула корабль вперед за пределы возможного для корабля.

Загундианец хрипел и умирал, трещал вместе с кораблем.

С небес ударили столбы света, пытаясь достать Алину. Ударили и опоздали, смели основной узел обороны, который Алине иначе пришлось бы выносить лично, десантировавшись на полном ходу. Вираж и вертикальный взлет! Корабль загундианца взмыл, оставляя за собой кипящие озера лавы и мечущихся живых, продолжающих стрелять вослед.

Облучение всей планеты, уроды, зло думала Алина на лету, швыряя корабль во все стороны и уходя от обстрела. Кровь и трупы, уничтоженные планеты и испытания излучения, не возьмет ли и сам «Буревестник», да что там, не повлияет ли на людей! Чтобы потом можно было орать на всю Галактику «Слуги Разрушителя вернулись, бейте их!»

Хитрый план, но все равно отдающий отчетливым привкусом тварей. Когда плевать на целую планету живых, во имя якобы благой цели! Противнее всего было то, что «Буревестник» не слишком-то отличался от Хранителей тогда, тридцать лет назад, да и потом.

Во имя благой цели!

Сколько уничтоженных планет, чьих-то домов, разрушенных шаров, защитников материнских систем. Алина бросила корабль в сторону и подставила один спутник под выстрел другого, промчалась дальше к орбитальной станции и ворвалась на нее, протаранила, под хрипы загундианца. Рывок к системам управления и минуту спустя орбитальная станция расстреляла всех внизу, кто мог помешать Марату улететь.

— Земляне! – выкрикнула Алина в эфир искаженным голосом. – Улетайте! Спасайтесь! Доложите всем, что враг применяет излучение, повышающее агрессию! Примите меры! Защищайтесь! Сражайтесь!

— Смерть! Разрушитель! – раздалось в ответ.

Алина только закатила глаза, думая о том, что противники окончательно сдурели. Похоже, обработали своих же тем же излучением. Сильным, вызывающим злобу, но все же с ним можно и нужно было бороться! В систему как раз входил земной корабль и Алина отправила туда информационный пакет с пометкой, что его нужно передать лично главе СБ в руки.

Будет забот Асылу на старости лет!

Легкий укол чувства вины и сожаления перед теми, кто остался на Земле, кто продолжал стариться и не получил всемогущества – пусть даже на краткий миг. Затем его смело новым приступом злобы, в адрес Хранителей, тварей, устроивших такое.

— Око за око, зуб за зуб, - процедила она сквозь зубы.

— Госпожа? – испуганно отшатнулся загундианец.

В глазах его стояли слезы, похоже, из-за того, что корабль оказался уничтожен. Алина отдала несколько команд, изолировала отсеки станции, подбила парочку кораблей, пытавшихся атаковать ее. Ухватила загундианца за руку и рванула вперед, ощущая, что время поджимает. Земляне землянами, но она и так сделала больше, чем собиралась.

Сколько можно было утирать им всем носы и спасать от всех проблем?

— Госпожа, - хрипел на лету загундианец.

Алина даже имени его спрашивать не стала, зачем? Помог убраться с планеты и ладно, плевать на все остальное. Следовало помочь всем, спасать цивилизации от излучения и Хранителей, и мысль эта была настолько неожиданной, что Алина чуть не споткнулась на бегу.

Враг явно применял психотропное оружие, и она метнула взгляд на загундианца, но тот и не думал поддаваться злобе. Близкий контакт помогал или то, что Алина так быстро утащила его с планеты? Кто же излучал?

— Проклятье, - пробормотала Алина, понимая, что допустила ошибку.

Не сбавила хода, достигла ангара и вбила зубы в черепа тем, кто пытался нападать на нее. Подчинила корабль, огромный, в одном из трюмов которого легко поместился бы прежний корабль загундианца, собственно, системы станции уже заводили его туда.

— Садись и вали как можно дальше от обитаемых планет, - посоветовала Алина. – Похоже, нас ждет новая серия кровавой бани.

— Госпожа! – воскликнул загундианец.

Алина пинком отправила его внутрь огромного корабля, который стартовал минуту спустя. Алина уже мчалась, летела, прыгала и стреляла, крушила, ругая себя за недальновидность. Неужели излучение не только вызывало злобу, но и снижало когнитивные способности? У окружающих понятно, они прямо сходили с ума от злости и желания убивать, но сам «Буревестник»? Они всегда гордились своим умением противостоять подобному и теперь… Алина охнула от осознания и прибавила ходу.

Мысли рвались наружу, переплетались в сложном букет эмоций, злобы, разочарования, осознания, желания защитить и сарказма в свой же адрес. Надо было жить мирно, пока имелся шанс, а она! Твари! Невероятные твари, упорные до невозможности, следовало не бросать погоню за Хранителями, а искать и истреблять их! Алина промчалась и ворвалась обратно в центр управления, задействуя все датчики и сканеры, что еще работали на станции.

Одной рукой она тянула передатчик, начала вызывать остальных, спеша поделиться своими открытиями и что тут происходит, но никто не отвечал. Передача Влада прорвалась каким-то чудом и… возможно ли, что это был обман? Уловка, посмотреть, куда пойдет сигнал и тем самым вычислить остальных? Что никакого Спартака Влад не находил и его самого схватили и обманом выудили условные сигналы и коды?

— Вашу ж в лысину Льва, - пробормотала Алина, глядя на показания датчиков.

Излучение злобы шло отовсюду, словно сама Галактика дышала им.

Глава 7

Пройдя порталом, Андрей Майтиев замер на мгновение, узрев, что и в этой системе уже кипели бои и злоба. Планета – колония землян отбивалась, но с других планет системы уже стартовали корабли их обитателей и судя по тому, что они кричали в прямом эфире, живые там тоже обезумели от злобы.

— Делай, как я! – скомандовал Андрей, но никто его не послушал.

Обычный гражданский кораблик его промчался, разваливаясь на ходу. Не хватало скорости, не хватало прочности, выстрелы врагов задевали, маневры доламывали. На последнем издыхании он врезался в силовые поля самого крупного из вражеских кораблей и разлетелся тысячами обломков. Андрея Майтиева швырнуло вперед, и он включил ускорение в скафандре.

— Если вы! – заорал он, врезаясь в обшивку.

Удары кулаков и оружия, Андрей проломился внутрь и тут же подключился к системам, взломал их, получил нужную информацию и построил кратчайший маршрут к рубке управления. Помчался туда, стреляя на ходу и ощущая легчайшую ностальгию – словно в старые времена!

Но поверх всего этого царило другое, более сильнее чувство – старые времена остались в прошлом, пришло время новых. Ему следовало командовать и вести армады в бой, нет, на защиту Земли и колонизованных ей систем. Стоять на страже и предвидеть замыслы врагов, командовать и направлять, использовать дарованную им силу более продуктивно.

Крушить и ломать корабли, все это было достойно старого старшего сержанта, но не нового! Власть!

— Разозлились на нас! – Андрей вышиб все переборки и ворвался в рубку. – То с нами и следовало сводить счеты!

— Убить его! Убить!

— Как скажете, - и окружающие упали, убитые.

Майтиев прошел к капитану корабля, который тоже пытался стрелять в него, принял пару безобидных лучей на броню, и ухватил огромной ручищей за хобот. Стиснул и пальцем левой руки ударил прямо по болевой точке ниже шеи. Вражеский капитан заверещал и забился в хватке, словно ухватился за провод под напряжением.

Судорожные подергивания не помогли ему вырваться.

— Итак, рассказывай, - потребовал бывший командир бывшей группы «Буревестник».

Тогда, после освобождения Земли, они на краткий миг решили, что все, настала мирная жизнь. Но затем стало ясно, что не настала и Земле нужна помощь, и они остались и начали помогать. Не собирали армад, не устраивали хаос по всей галактике (этого хватало и без них), просто наносили точечные удары на упреждения, ломая хребты врагам.

Били в спины, стравливали, уничтожали ключевых живых и тем самым еще больше увеличивали хаос и войны вокруг. Земля поднималась все выше, и бывший «Буревестник» помогал ей из тени, присылал ресурсы и специалистов, перегонял корабли, добывал сведения и передал базу данных со всем, что накопили за двадцать лет подготовки к освобождению родной планеты.

Они ушли в тень и теперь это вдруг показалось Дрону неправильным. Ведь они могли вернуться и взять власть! Какой еще Асыл, какая еще субординация перед памятью Льва? Они бы легко взяли там власть, и Земля сумела бы возвыситься еще выше! Прямое руководство, ладно, в экономику бы они там не лезли, но военные дела – да тут бы группа развернулась!

— Не хочешь рассказывать? – устремил он пылающий взор на врага. – Точно не хочешь?

Обычно достаточно было внушения, давления и живые ломались, но сейчас все это словно не действовало. Пришел следующий этап ослабления? Все потому, что они не взяли власть! Ведь могли! Могли! Земля бы правила уже всем сектором, это было бы настоящее содружество, но под управлением настоящей мощи. Хаос и войны давно бы прекратились, никаких светящихся шаров бы не потребовалось, вместо них мир хранила бы Земля.

С Буревестником во главе!

Лев трижды Освободитель! Ха! Да Буревестник делал всю работу за него и давно уже перерос Льва, надо было брать власть еще тогда, сразу, вломить Друньдау и отобрать Землю, не сидеть двадцать лет, готовя непонятно что непонятно зачем.

Андрей Майтиев моргнул, осознавая, что подобные мысли ему обычно в голову не приходили.

— Еще один фанатик Хранителей, да? – спросил он, сжимая сильнее хобот.

Верещание и пылающая ярость, готовность убивать. Нет, тут явно было что-то не так, или Хранители от тонких методов перешли к грубым, но, когда бы они успели? Если бы они начали набирать такую толпу фанатиков и обрабатывать, где-то да остались бы следы и бывший Буревестник вышел бы на их логово.

Или именно так их и нашел Влад?

— Ладно, не хочешь говорить – не надо, - и мучения капитана прекратились.

Несколько секунд на борьбу с системами корабля и Дрон взял верх, тут же развернул его и ударил в соседей, сметая их прочь. В него стреляли в ответ, он даже не пытался маневрировать, расстреливал и громил, только чуть поворачивал махину, сберегая один из ангаров. Команда корабля пыталась пробиться к рубке и падала, расстрелянная на месте, а Дрон все не мог отделаться от мысли, что это мелко для него.

Его удел – править Галактикой!

— Нет, ну это уже какой-то бред пополам с манией величия, - высказался он вслух.

Никогда его не одолевала жажда власти и он охотно уступил бы тому же Льву все те двадцать лет подготовки освобождения Земли. Да, умел командовать, но никогда не жаждал такого. Тем более, власти над Галактикой, да за каким она ему сдалась? Что творилось в голове, неужели спасение посла и его семьи туда ударило… но нет, с чего бы? Предполагалась атака «борцов за независимость», Андрей планировал под шумок захватить их лидера, никто не ожидал сошедшей с ума планеты, да нет, системы.

Двух систем, минимум.

— Хм, - хмыкнул он.

Хранители! Их почерк, несомненно, схождение живых с ума, драки, смерти, во имя каких-то невнятных будущих целей, убей сотню сейчас, чтобы спасти тысячу потом и прочий бред. Бред потому, что сотня спасенная сейчас убивала друг друга и уже не помогала никому в будущем, один только пример Земли и тварей чего стоил!

На Земле многие поговаривали о том, что стоит воспользоваться оружием, которое вложила им в руки сама судьба. Выхолощенные Мозги, отряды тварей, дополняющие наемников-людей, но Асыл быстро прекратил эти разговоры. Не повторил ошибки Льва перед тем заговором и не был подстрелен, сам всех задавил и уничтожил, помощь бывшего Буревестника даже не потребовалась… почти не потребовалась.

А вот будь их группа во главе Земли!

— Да что такое, - выдохнул Майтиев, срываясь с места.

Одноместный истребитель вылетел из ангара, выкинутый оттуда могучим пинком, и Андрей промчался к нему, с ускорением от взрыва вражеского флагмана. Влетел в кабину и тут же рванул прочь, прикрытый вспышкой взрыва на пару секунд от врагов.

Хранители! Твари!

Насылали излучение, не просто отупляли всех и вызывали агрессию, но еще и пытались подействовать на Буревестник. Да что там, на всех землян… и в это мгновение он вдруг понял, этакой вспышкой озарения, не выраженной в словах. Найденный и почему-то живой Спартак, воздействие, способное пробить даже мысленные щиты бывшего Буревестника и излучение, сводящее с ума всех вокруг.

Твари!

— Малина вызывает куст, Малина вызывает куст! – вдруг заработал передатчик.

— Куст на связи, Малина, - откликнулся Дрон.

Он не стал спрашивать, почему Зайцева, в конце концов, все они когда-то вместе служили на форпосте и всем им была дорога Екатерина.

— Ты не поверишь! – воскликнули они одновременно.

Как работала связь? Раньше ее обеспечивала единая сеть Содружества, где они заранее подготовили и внедрили все необходимое, но теперь?

— Ты решила вернуться?

— Что? – возмутилась Алина.

— В это я точно не поверил бы, вот и высказал!

Истребитель наконец заметили и еще силы врага, кто уцелел, отвлеклись на него. Пришлось вертеться и крутиться, затем Дрон рывком оказался в рядах врага и снова начал крушить. Обстрел планеты прекратился, вот что было главным, и это излучение Хранителей… основанное на изучении Спартака, без сомнения!

Но действовало ли оно на людей, раз бывший Буревестник давно уже перестал к ним относиться?

— Ты сам все испортил!

— Эй, Земле нужна была наша помощь!

— Дети, дом, семья, ради тебя я!

— Ради Земли! – громыхнул Майтиев. – Разве не так? Ради нее мы поступились всем, как поступал Лев!

— Да в жопу Льва Льва! – крикнула Алина, затем хихикнула. – Ну ты понял.

Но тут же тон ее стал гневным.

— Ты твердил о долге и теперь не веришь, что я могу вернуться?

— А ты можешь?

— Нет!

— Значит, правильно я не верил.

— Ты!

— Я!

Вираж, разворот, выстрел, еще, вражеские корабли разлетались и пылали, и Андрей вдруг подумал, что это слишком мелко. Да, он спасал одну планету, но ему по силам было помочь всем! Остановить войны во всей Галактике и взять власть… стать Хранителем мира!

— Твари!

— Точно, твари! – поддержала Алина. – Они самые! Хранители создали тварей, потому что сами твари!

— Мы их уничтожили, помнишь?

Несмотря на все возражения и противодействие даже, твари были истреблены окончательно, до последней яйцеклетки. Записи подчищены и тоже уничтожены, да, остались мемуары и видео, но никаких технических подробностей и следов.

Мечта многих поколений и миллиардов людей сбылась.

— Уничтожим и Хранителей, раз эти твари высунулись наружу!

— Не просто высунулись! – закричала Алина. – Они облучают нас!

— Излучением, созданным на основе опытов над Спартаком!

Наступила секунды тишины, и Андрей разнес еще два истребителя и взорвал какое-то самодельное подобие десантного корыта. Враги наконец поняли, что им не одолеть просто так, и ринулись в таранные атаки. Истребитель Майтиева ускользал, заставляя их сталкиваться и можно было только поражаться, насколько мощную и злобную штуку создали Хранители, раз так быстро подействовало на всех вокруг.

Или они давно уже облучали всех вокруг и поэтому сидели так тихо?

— Так ты уже все узнал?

— Догадался.

— И я. Ты проверял?

— Нет.

— А я проверила!

— И что? Действует на людей?

— Не особо, я…

— Да и так понятно, чего ты мнешься?

— То есть тебя не волнуют мои романы?

— Изображение роковой шпионки на благо Земли? Нет.

— Опять Земля!

— Ты еще скажи, чтобы я ей подавился! – хохотнул Андрей. – Приятно вот так поболтать, да?

— Ты еще скажи, что не только поболтать!

— А ты готова?

— А ТЫ ГОТОВ?!

— Эй, кто еще защитит Землю?

— Сама Земля? Может пора перестать ей утирать носы?

— Если тебе так хотелось дома и детей, чего ты снова полезла в это дело?

— Я полезла?!

— Ну не я же! Хотя я и так из него не вылезал, - в этот раз смех вышел невеселым.

— Вот именно! И попросил меня вернуться!

— Не просил.

— Но намекал! Как я могла сидеть где-то, если ты!

— Слушай, я же ничего не просил прямо и соглашался с тобой!

— Да, чтобы защитить меня, меня! Как будто мне требовалась эта защита!

Наступила гневная пауза, и Андрей вспомнил, как они неоднократно все это уже говорили друг другу. Возможно, даже теми же самыми словами. Алина, похоже, тоже об этом вспомнила и потому молчала гневно. Наверное, спасение Земли и тихая семейная жизнь были просто несовместимы, хотя вон Виталь и Дмитрич удалились от дел и ничего. Ну да, пару раз Андреи звали их на помощь, но это же просто ерунда, как встретиться со старыми друзьями за кружечкой пива.

На прежнюю жизнь такое не тянуло.

— Излучение этих тварей злит меня и призывает отомстить всем за неудавшиеся мечты.

— А меня подталкивает взять власть над всей Галактикой.

— А ты не размениваешься на мелочь, да?

— Крупному воину – крупные цели, - пошутил Майтиев.

Остатки сопротивления, последние уцелевшие враги кидались на него также яростно, как и в самом начале. Излучение отключило их разум, ладно, но какой в том был прок Хранителям? Закидать мясом? Уж они-то точно знали, что против «Буревестника» такое не работает и не работало никогда. Разве что тогда, когда они впервые попали в космос, когда их силы еще не выросли многократно, да, и на Земле, где над ними ставили опыты.

Поймали, будто котят, в ловушку.

— А, поэтому я уступила Земле, да?

— Ты опять?

— Нет.

Пауза, напряженное молчание, словно Алина придумывала, чем еще бы возмутиться. Дети, дом, семья, мирная жизнь, да кто из них не мечтал о таком? Но все не выходило и не выходило, приходилось сражаться и сражаться, и потом, когда уже спасли Землю, вдруг оказалось, что все равно надо продолжать о ней заботиться.

— Наш дом – Земля, и все люди наши дети, - сообщил Майтиев.

— Хорошая отговорка, мне она тоже приходила в голову, - странно миролюбиво отозвалась Алина. – Теперь мне даже кажется, что не одна Земля, а вся Галактика – наш дом, и все живые наши дети.

— Ого, ты тоже не размениваешься на мелочь!

— Поддерживаю твою мечту править всей Галактикой, завести многоллиарды детей и всем утирать носы.

Да, подумал Андрей, если это излучение толкало его править Галактикой, то, как он воспринял бы покушение на своих подданных? Детей? То, что кто-то убирает им разум и злит, заставляет убивать других детей?

— Тогда смерть всем тварям, что портят нам детей!

— Смерть, - поддержала Алина. – Но потом, для уравновешивания, не помешало бы немного жизни.

— Посмотрим, - ответил Майтиев и отключился.

Хаос и смерти по всей галактике, они вызвали их, но неужели Хранители подхватили знамя и не давали конфликтам угаснуть? Сами выступали слугами Разрушителя, обвиняя Буревестник? Твари!

— Смерть всем тварям, - процедил Андрей Майтиев сквозь зубы, устремляясь дальше.

Для начала, следовало собрать всю группу обратно воедино.

Глава 8

Корабль мчался, Виталь некоторое время приводил системы в порядок, затем на связь вышел командир.

— Нужен транспорт.

— Как всегда, - улыбнулся Виталий. – Идут годы и века, но как транспорт – так я.

— Специализация, - и в ответе тоже слышалась улыбка, радость от общения. – Я захватил истребитель, но тот не дотянет до Влада и мне опять придется бить чьи-то головы и разносить орбитальные станции.

— Разве ты не сделал себе тайников, командир?

— Не было нужды, - последовало неожиданное признание. – Жизнь вроде налаживалась, а мы не вели флоты в бой, действовали сами.

— Тем более, - задумался Виталий. – А как ты вообще вышел на связь?

— Есть у меня одно подозрение, - последовал ответ мрачным тоном, - но никаких подтверждений. Ты знаешь, что нас облучают?

— Кто? Как? Погоди, командир, это невозможно! Я же контролировал станцию, где жил, никто там никого не облучал, ну кроме этих стандартных космических дел.

— Это что-то новое, придуманное Хранителями.

— Вот твари!

— Точно! Я тоже об этом первым делом подумал. Так, пока все это не прервалось, Ганад-пять!

— С чего бы оно…

Связь пропала, словно и не было, и Виталий нахмурился. Неужели они все настолько расслабились за мирные годы и стали беспечны? Ладно он, но командир! Надо было спросить про остальных, подумал Виталь и вдруг понял, что откуда-то и так знает ответ. Все бросили дела и мчались на помощь Владу, который где-то неведомым образом нашел Спартака тридцать лет спустя.

Излучение!

Виталий отдал команду, замедлил корабль, затем окончательно остановился. Где-то в бескрайней пустоте между системами, словно атомами и молекулами тела Галактики. Великая пустота, в которой присутствовало реликтовое излучение… и еще что-то. Виталь строил себе корабль для полетов и перевозок, да, потому что любил возиться с транспортом, тут следовало признать правоту командира.

Каждый из них следовал специализации, полученной еще там, в первой жизни, и пусть все они стали чем-то большим, но сохранили эту специализацию и даже углубили ее. Скорее всего это было нехорошим признаком, но почему никто из них не задумывался об этом? Или задумывался, как и над истоками их странной силы, изменений в организме?

— Так, понятно, - изрек Виталь в пустоту.

Он вызвал трехмерную карту и нашел систему Ганад, затем себя. Автопрокладчик курса уже трудился, обсчитывая перемещения, но взгляд Виталя устремился правее и ниже. Мирная система Аундаш, по крайней мере она была мирной тридцать лет назад, когда являлась частью одной из Сильных того сектора.

Что там творилось теперь?

После освобождения Земли, Буревестник бросил централизованно собирать данные обо всех, сосредоточился на врагах Земли и поддержке родной планеты. Возможно, это было ошибкой, как и само решение удалиться и жить мирно.

Нет, встряхнулся Виталь, если и это было ошибкой, то такой, которую следовало совершить, чтобы понять. Парадокс, в каком-то смысле, но, с другой стороны, разве мало они совершили? Служили еще во Второй Волне и сражались, сражались, сражались, теряя друзей и боевых соратников. Служили и после, продолжая отражать атаки тварей, и служили потом, когда прибыл Лев.

Отдали жизни и возродились, и спасли Землю, раз, другой и третий. Сколько бы ни твердили, что Лев трижды Освободитель Земли, но что он сделал бы без Буревестника и их возросших сил? Земля уже готова была лечь под инопланетян и легла, несмотря на все усилия Льва, и только они, бойцы Буревестника, освободили ее, попутно сокрушив всех врагов и тварей.

Земля стала воистину свободной только их усилиями, не Льва!

Неужели они не заслужили мирной жизни? Заслужили, да еще как! Именно они и заслужили, не просто мирной жизни, а жизни в славе и почете! Без необходимости опять крушить кого-то в рукопашной, разносить выстрелами, поднимать живых в бой. Без необходимости руководить, как это делал Асыл на Земле, как раз наслаждавшийся мирной жизнью, как и все, кто некогда обитал на форпосте девяносто девять и еще не умер к этому моменту.

Мирная жизнь на Земле, разве не стала бы она гарантией, что никто больше не посмеет подняться против Земли или поработить ее? Даже если бы такое случилось, кто-то рискнул бы, забыв уроки прошлого, Буревестник как раз оказался бы рядом и смог бы подавить врагов, не так ли?

— Интересно, - изрек мрачно Виталь в пустоту.

Об этом говорил командир? Да, он всегда хотел мирной жизни – все ее хотели! – но никогда не мыслили об этом в подобных категориях, личных. Земля! Все ради Земли, и они скрылись, притворились убитыми, чтобы потом никто не обвинял родную планету в укрывательстве Буревестника. Разумеется, подобные идиоты все равно находились несмотря на грандиозный спектакль «Буревестник нападает на Землю, чтобы уничтожить», и такие враги уничтожались.

Ради Земли!

Что это за внезапные саги и оды мирной жизни, такие приятные и расслабляющие, словно… специально созданные, чтобы подорвать их силы? Да, он удалился и попытался жить мирно, но остальные продолжили сражаться и правильно сделали!

Виталь преодолел искушение – на короткий срок – и мысли о мирной жизни, славе и довольстве вернулись, теперь в сопровождении обид. Ведь они заслужили! Все заслужили и намного больше Льва! Да что там, и Асыла тоже, намного больше, чем кто-либо другой.

Виталь покачал головой, отдал команду кораблю ускориться, прокладывая курс к Аундашу. Когда-то там были комплексы обсерваторий и телескопов, системы наблюдения за космосом, включая попытки исследования ядра галактики и внешних секторов. Отчасти эта программа спонсировалась Сильными, стоявшими на пару ступеней выше и точно поддерживалась Хранителями, которые наверное искали следы этого своего Разрушителя и светящихся шаров.

— Посмотрим, посмотрим, - пробормотал Виталь.

Мысли его соскользнули вдруг к тому первому полету, на корабле караханибов. Синие коротышки особо ревностно служили Хранителям и поплатились за это больше других. Но тогда они были на высоте своего могущества и развития, и не рискнули захватывать Землю силой, так как шары еще действовали. Соблазнили, поманили Содружеством, и Земля готова была сдаться, а голос Буревестника там не учитывался.

Хранители напали и сорвали этот контакт, чтобы похитить их группу, и тогда они не смогли ничего им противопоставить. Ладно, кое-что смогли, но это было позорное бегство, сейчас любой из них в момент вынес бы тех нападавших и даже не вспотел.

Почему Хранители тогда поступили так? Почему потом они допустили сдачу Земли Друньдау? Или они собирались хоть так заполучить Буревестник и у них опять не вышло? Что они вообще знали о Хранителях, помимо каких-то общих вещей и верований, больше напоминавших бред обкуренного сектанта? Тогда, в первой жизни они напали и захватили, но потом? Почему не действовали потом?

Корабль мчался, а Виталь отметил, что он словно обгоняет излучение или организм уже адаптировался. Конечно, было невозможно жить в гиперпространстве – но как тогда сработали передатчики? Непонятные загадки множились, и отчасти в них был виноват сам Буревестник, никогда не вникавших глубоко в верования Хранителей.

Да и зачем?

Вот там, где-то страшный Разрушитель, вот они Хранители мира и спокойствия, тысячелетиями ставящие опыты над живыми и промывающие мозги, дабы вырастить идеальных бойцов. Вот Буревестник – слуги Разрушителя, ату их, ату, уничтожим их и Землю, чтобы там не зародилось новых! Но неужели за тысячелетия они не отточили методы контроля?

Или то пробуждение под Альпами дало Буревестнику и остальным свободу, нет, сорвало промывание мозгов? Виталь потряс головой, ощущая странное бессилие. Все это они обсуждали много раз и так и не нашли ответа, возможно потому, что сами Хранители его не знали. Они действовали, как привыкли и, споткнувшись на Буревестники, прибегли к обычным мерам противодействия.

Споткнулись и на них, потеряли все Содружество.

Удалились куда-то, спрятались так, что найти не удалось. Виталь не искал их логова, но знал, что другие занимаются поисками и не сомневался, что делают это на совесть. Спартак выжил и тут вдруг вокруг начались очень странные дела, с обвинениями такими, словно вещали Хранители. Слуги Разрушителя! Но как? Как им это удалось? Как они сумели незаметно выстроить такие излучатели, настроить его на что-то, полученное ими от Спартака, это было ясно.

Облучение всего бывшего Содружества, ну да, месть, Хранители все же были живыми, не чуждыми ей. Чтобы те, кого развалил Буревестник, поднялись и смели всех, включая Земли, и теперь уже без возможности их остановить. Просто безумная масса живых, триллионы и триллионы, рвущиеся убивать всех землян, кто устоял бы против такого?

Но как Хранителям удалось такое провернуть? Они не спрятались, а удалились за пределы их сектора и там в пустоте возводили что-то? Но как они могли возводить что-то в пустоте, потребовался бы флот для доставки ресурсов и уж такое Буревестник не проморгал бы! Не говоря уже о том, что Хранители концентрировались в Содружестве, а не недругах его, уж это Виталь знал наверняка.

Или они обратились к тем самым недругам, напугав их призраком Буревестника?

— Вот тебе и мирная жизнь, - саркастично хмыкнул под нос Виталь.

Проспали! Проморгали! Если эти недруги Содружества – которых Буревестник тоже регулярно бил по лапам и щупальцам, да – стакнулись с Хранителями и построили излучатели где-то в пустоте… то это все равно не объясняло многих вопросов.

Но гипотеза не хуже других и указывающая на Хранителей, несомненно. Впрочем, те и не пытались замаскироваться, вложили слова о слугах Разрушителей и необходимости убивать всех вокруг. Вполне в духе Хранителей, истребить миллиарды, забрать парочку выживших и объявить, что это все во имя выживания!

Виталь утер лоб и снова включил передатчик.

— Командир, как считаешь, могли Хранители счесть весь наш сектор продавшимся Разрушителю? Раз уж мы их тут истребили и надавали щедрых пинков?

В ответ раздался сдавленный кашель.

— Виталь, ты что! – прорезался голос Алины.

— Скоро мы это выясним, - вклинился Дмитрич.

— Как?

— Меня пытались убить.

— Не тебя одного.

— Разве не жил ты мирно? – изумилась Алина.

— Сделал вид и выманил их на себя.

— Вы бы аккуратней, - сказал командир группы, - наши передачи перехватываются.

— Сомневаюсь, - возразил Виталь.

— Слушайте, так мы никогда ничего не выясним! Ты уже на Ганаде?

— Нет, - отрезал Виталь, - я лечу к Аундашу.

— А как же Влад?

— Думаю, Дюша уже мчится туда… кстати, где он?

— У него была учебная высадка с отрядом наемников, проклятье!

— Да ладно, командир, ты что, Дюшу не знаешь? Наверняка он уже всех истребил и сплюнул, мол он плохо их учил, в следующий раз надо бить больше!

— Нет, вдруг он не получил сообщения Влада? Связь неста…

Словно в насмешку или намекая на что-то, связь прервалась. Виталь только покачал головой. Да, вопросов стало еще больше, но на эти вопросы он мог получить ответ. Достаточно было встретиться вживую и… Виталь захохотал, хватаясь за живот.

Мирная жизнь или нет, но каждый из них был уверен, что пробьется через толпы врагов! Что это безумие, охватившее живых – благодаря излучению Хранителей! – не станет препятствием. Пробьются, уйдут от погонь или уничтожат их, и встретятся, побеседуют вживую! Самоуверенность, которая могла их всех подвести, скажем прямо, и Виталь еще раз покачал головой.

Да, ему не хватало этого, выезды на миссии проходили все же в другой манере. Сигнал вызова, безобидное послание и старший механик отбывал в короткий отпуск. Зачастую даже без встречи вживую, они высаживались куда-то и громили, взрывали, убивали, что-то разносили и растворялись в тенях, хлопали друг друга по плечу, мол, рад тебя видеть, дружище и расходились.

Возможно, все это было ошибкой, следовало и дальше работать группой?

— Ох, лучше бы я и дальше сидел мирно на далекой орбитальной станции, - вздохнул Виталь.

Без какого-либо излучения, хотя то продолжало нашептывать издалека. Сулило мирную жизнь, пыталось разжечь обиды и будто толкало Виталя… вернуться на Землю? Получить заслуженное, да, попутно испортив жизнь Земли, но эта часть отметалась в сторону, мол, потерпят за свои спасения.

— Интересно, что слышат другие, - хмыкнул Виталь уголком рта.

Алина понятно, но командир? Дюша? Их точно никогда не манила мирная жизнь, но что тогда? Благо Земли, на их манер? Виталь огладил подбородок, подумав, что стоило бы отпустить снова бородку. Да, как во времена на форпосте, когда они жили плохо, впроголодь, с угрозой нападения тварей, но при этом в чем-то были счастливее, чем сейчас.

Но если бы Хранители не полезли своими немытыми руками… Виталь снова активировал передатчик.

— А где архив, изъятый нами у Хранителей? – спросил он в пустоту, не надеясь на ответ.

— У меня, - вдруг прозвучал голос Влада. – Он никому не был нужен.

— Понятн…, - и связь прервалась.

Она работала по желанию, подсознательному желанию? Виталь проверил новую гипотезу и ничего не получил, ни с кем не связался. Похоже, тут действовали какие-то другие факторы, которых он не знал или не понимал. Собственно, за этим он и летел в систему Аундаша, дабы попробовать разобраться, хотя бы в базе. Влад, получается, изъял архив Хранителей, никому уже не нужный, и долго искал в нем, нашел зацепку к Спартаку?

Сомнительно, вздохнул Виталь.

До него вдруг дошла еще одна вещь, которую следовало бы осознать сразу. Если излучение действовало на всех, то мирная система – тридцать лет назад мирная! – Аундаша могла сейчас утопать в огне и крови. Кто сказал, что уцелели все те исследовательские комплексы?

Вот чем следовало заниматься, а не протирать штаны на далекой орбитальной станции!

Глава 9

Дюша курил, наплевав на технику безопасности, правила и самого себя. Корабль летел, а он курил, как много лет назад и наблюдал за поднимающимися ввысь кольцами. Кто-то мог бы сказать бездумно наблюдал, но Дюша просто не торопился мыслить и делать выводы. Размышления текли плавно, клубились, словно выдыхаемый дым, потому что торопиться было просто некуда.

Кто не спешит, тот всегда успеет, и жизнь неоднократно подтверждала его правоту. Если ты идешь к цели, но не стремишься к ней, фонтанируя эмоциями и разрывая себе жилы, то всегда дойдешь. Дошли же они до освобождения Земли? Дошли.

Сразились с шарами и победили? Победили.

Жизнь потом стала размеренной и в чем-то даже скучной, но Дюше нравилось. Это была именно та размеренность, к которой он стремился. Не мирная жизнь и не ежедневные походы на работу, а занятие любимым делом, подготовкой новобранцев, бойцов Земли, которых ей так не хватало. Подготовленные им шли первыми и несли славу Земли, демонстрировали всем, что с людьми шутки плохи. Да, раньше им не хватало техники, но теперь! Собственно, идею подали Друньдау, Буревестник лишь улучшил ее, помножив всех тварей на ноль.

Окончательно и без колебаний.

— Вот теперь можно и в отставку, - заявил тогда Дрон.

Картины прошлого плыли перед глазами в клубах табачного дыма. Они стояли на вершине кратера Килиманджаро, где некогда скрывался Сверхмозг, и им казалось, что все, наконец-то добрались до цели. Но несмотря на громкие слова, отставки так и не случилось, и дела продолжились. Дюша не возражал, выезды на миссии приятно дополняли размеренность и позволяли проверить самого себя.

Да, группа ослабла, но они не упали ниже какого-то уровня и уровень этот все еще превышал возможности обычных живых. Жизнь продолжалась, Земля крепла, и годы летели мимо, благо никто из них не старел. Не случись вспышки безумия, эта тренировочная высадка прошла бы мимо сознания, как сотни подобных ей.

— Вспышки безумия, - выдохнул Дюша. - Да вспышка ли?

Потолок не отвечал, зато корабль предложил провести медицинскую проверку. Дюша посмотрел задумчиво, но отказался. Группа регулярно проверяла себя и ранее, и физическое здоровье неизменно оказывалось абсолютным. Психологическое вроде бы тоже, но иногда Дюша думал о том, что просто понятие нормы оказалось слишком смещено за столетия битв с тварями.

По меркам обычного живого Содружества, Буревестник несомненно являлся безумными маньяками. Кровожадными психопатами, которым убить легче, чем высморкаться, и так оно и было. Обычный живой давно сошел бы с ума от всего этого, а "Буревестник" продолжал скрипеть и работать на благо Земли.

Кто-то даже мог бы назвать все это подражанием Льву.

Мысли пошли куда-то в сторону, уводя прочь от сходства историй. Молодой лейтенант сейчас и тот молодой капитан полсотни лет назад. Безумие, охватившее Землю, желавшую сдаться инопланетянам. Безумие, охватившее Галактику, жажда крови и смертей.

Работа Хранителей?

Испытания излучения, ведь это они создали тварей, Мозги, кто знает, сколько их они вывезли за время правления Друньдау? Почему Хранители не применял их сейчас было ясно, боялись выдать себя. На любое упоминание тварей Буревестник слетелся бы стаей голодных птиц и в момент расклевали бы все до самого ядра и добрались бы, откуда те взялись. Хранители боялись и прятались, но кто сказал, что они сидели без дела?

Невидимое излучение, биоритмы, с помощью которых управлялись твари. Не стоило забывать и о Сверхмозге, который подключил еще и псионику и нанес такой удар в спину людям. Псионику. Что-то такое было в архивах Хранителей, размышлял Дюша, об их столкновении с Землей и добрых магах. Возможно, поэтому они так упорно ставили тут сотни лет безуспешные опыты и попутно наблюдали за развитием тварей и управляющих ими Мозгов.

Псионика!

Да, Буревестник не брали эти штучки, но обычных живых очень даже пронимали. Если Хранители, забившись в свою нору, смогли повторить излучение тварей, создали излучение, превращающее живых в тварей! Да еще и распространили его неведомым образом.

— Излучение, хм, - пробормотал Дюша. - Магия. Псионика.

Ведь Сверхмозг как-то управлял всеми? Кто сказал, что расстояние - помеха? Он активировал передатчик, но связь с группой отсутствовала. Предок всех псиоников Земли создал тварей, а Хранители перехватили поводок и теперь применили его в своих целях?

Возможно.

Сходство с ситуацией полувековой давности опять всплыло перед глазами. Казалось, что все, тварям уже конец, последние учения, последний залп войны. Последнее напряжение сил и мир, спустя сотни лет. Но нет, твари выжили, их размножили, и теперь, возможно, все повторялось.

— Хвостом вас всех по голове, - проворчал Дюша, поднимаясь.

Его прямо пинками пихало к Владу. Не чувство вины, но что-то схожее. Попытка исправить случившееся тридцать лет назад? О, они искали Спартака, перевернули Галактику вверх дном, но не нашли, ни его, ни Хранителей.

Прятались за пределами Содружества? Там Буревестник тоже искал.

— Надо было все же задержаться и дать им уйти с планеты, - зевнул Дюша.

Сходство сходством, но не настолько он привязался к тому отряду, еще одному в потоке схожих и в то же время, выделяющемуся среди них. Все же он мог и выбирал лучших... как когда-то Лев.

— Лысины только не хватает, - хмыкнул Дюша.

Выбрал ближайшую систему, где гарантированно работали порталы и сеть, и направил корабль туда, уже примерно догадываясь, что там увидит.

— Один раз потребовалось весточку отправить и, конечно, вся галактика окунулась в хаос и смерть, - заявил ворчливо Дюша, созерцая побоище в системе.

Какие-то идиоты на двух супницах метнулись к нему и превратились в атомы.

— Интересно, - пробормотал он.

Явственно ощущал исходящее от них... зло? Нет, желание убивать. Корабль, повинуясь команде Дюши, помчался к порталу, все равно связь с другими системами шла через него. Буревестник нашел много чего в архивах Хранителей и бывших Сильных, но еще больше сгинуло в пламени пожара, пожравшего Содружество. Мгновенная связь так и не покорилась никому... он покосился на передатчик.

Как?

Виталь, наверное, нашел бы ответ, но ведь все они выросли над собой, стали чуть ли не богами, так почему зацикливались на своих функциях из первой жизни? Дюша только дернул щекой - об этом они много спорили еще даже до освобождения Земли. Чужая, заемная сила, которой они не понимали, она могла уйти и так и случилось, пусть даже не ушла целиком, а лишь ослабела.

Словно им дали силу, чтобы освободить дом, а потом оштрафовали за неправильное выполнение.

— А вы не торопитесь, - Дюша выстрелил и снес еще одного желающего преградить ему дорогу.

Прежняя сила возвращалась?

Предчувствие дернуло его, и Дюша увел корабль, ускорился, протаранил станцию портала, тщательно следя за тем, чтобы не нарушить систем связи. Выпрыгнул и начал стрелять еще до того, как увидел врагов. Какие-то бронированные пехотинцы, а нет, старая модель, со слабостью в системах охлаждения. Дюша расстрелял их и помчался дальше, столкнулся с двумя арэлгами.

— Землянин! - закричал один из них.

— Человек!

— Эй, поменьше пафоса парни, - посоветовал Дюша. - Тем более, что я давно уже перестал быть человеком.

— Как ты ук...

— Кровожад...

Они начали говорить одновременно, но не договорили. Дюша врезался в них и вырубил одним ударом, опять ощутив себя Крушителем в детской песочнице. Прошлое зачем-то постоянно вылезало и пыталось повилять перед ним хвостом, навалить горьких мыслей, тогда как Дюша упорно отказывался от них и отворачивался. Не жалей о прошлом, не переживай о будущем.

— Похоже, я и правда постарел, - покачал он головой.

А может просто стал слишком ворчливым, так как помешали размеренной спокойной жизни. Из-за угла вышло подобие тяжело бронированного экзоскелета, и Дюша сразил его одним выстрелом.

— Я что, попал в систему броненосцев?

Станция не ответила, и Дюша прошел дальше, убил всех дураков, что пытались нападать на него, и дураков этих оказалось удивительно много. Могло быть и больше, но они и до прибытия Дюши убивали друг друга, словно демонстрируя, что творится в других звездных системах.

— Твари, - пробормотал Дюша в адрес Хранителей.

Сами твари, породили их... нет, исказили чужое творение, превратив в символ зла, и теперь еще поступали так же с живыми вокруг! Во имя добра и спасения этих живых, мысли Дюши так и сочились сарказмом. Желание бросить все и улететь прочь, жить мирно на безлюдной планете, крепло прямо с каждым шагом.

— Интересно, - повторил Дюша, разнося выстрелом дверь. — Это излучение кровожадности на нас наоборот, что ли действует?

Мысли такие посещали его и раньше. Улететь и не возвращаться, пожить где-то в полнейшем одиночестве, без друзей, новобранцев, живых и их суеты. Никогда им Дюша воли не давал, а тут мысли лезли и лезли в атаку, словно отряды тварей, понятное дело - излучение виновато.

— Малые Задворки вызывают Землю, - активировал он системы связи.

Послал служебные коды, чтобы его переключили сразу на Асыла, так как с рядовыми разговаривать было бесполезно. Тем более, что он вернул себе прежнее лицо и кто-то мог его еще помнить. Началась бы никому не нужная истерика, беготня и размахивание флажками "Буревестник жив!"

— Привет, - помахал Дюша рукой.

— Привет, - хмуро отозвался Асылбек Имангалиев.

Некогда молодой и крепкий капитан и адъютант Льва, сейчас он выглядел чуть ли не копией Льва, только лысины не хватало. Но вот эта печать возраста, согнутость пополам с ощущением мощи, определенно присутствовали.

— Как ты постарел, - заявил Дюша.

— Ты за этим связался со мной по экстренному коду и оторвал меня от важного совещания?

— О, и ворчишь как Лев! Только лысины и сигареты не хватает! - обрадовался Дюша.

Наверное, это было неуместно.

— Но оторвал я тебя не за этим.

— Да я знаю, - даже ядовитый сарказм сочился интонациями Льва. - Что вам опять не сиделось, а? Только Земля окрепла, вы решили все сломать? Увидели призрак тварей?

— Так ты в курсе?

— Чего?

Пауза и сверление друг друга взглядами. Когда-то это могло бы испугать Дюшу, сейчас же он просто жалел Асыла, на которого навалилось столько. Возможно, следовало плюнуть на все благие намерения и все же остаться на Земле, помогать ей прямо.

— Ладно, в общем, знай, что не мы вызвали всю эту бучу, - сказал Дюша. - Идет мощнейшее облучение всех звездных систем, и скорее всего к нему приложили руку Хранители. Даже нас разбирает, скорее всего они все эти годы изучали Спартака.

— Что там можно изучать столько лет? - ядовито поинтересовался Асыл. - Стой, вас задевает?

— Да, хотя можем бороться. Хранители вылезли из своей дыры и это излучение... мне кажется, что оно связано с тварями.

— Кажется?

— У меня предчувствие, - соврал Дюша, так как ничего такого он не ощущал.

Хотя, кто еще мог орать про слуг Разрушителя? Только слуги тварей-Хранителей! В общем, одно да потому, так что утверждение про связь излучения с тварями - практически правда!

— Предчувствие, - Асыл нахмурился и стал серьезным. - Говори.

— Полагаю, все эти годы они доводили излучение до ума, чтобы потом ударить им разом и свести с ума всех живых, чтобы те убили нас и уничтожили Землю. Только теперь по-настоящему, а не как мы в прошлый раз.

— В прошлый раз появились шары, - заметил Асылбек.

— За это мы их отполировали в ноль, - отмахнулся Дюша. - Излучение, превращающее живых в тварей, не подчинение, но кровавое безумие и готовность убивать и рвать на части. Излучение, имеющее в основе псионику, так как тварей создавал псионик. Возможно, все эти годы они создавали своих псиоников, способных проецировать волны или усилители для них, Лев его знает, я в этих делах не силен, а у тебя под боком есть эксперт!

— Земные псионики... Екатерина, - понял Асылбек. - Она недавно слегла... проклятье!

— Вот-вот, Льва им в печень, да, - поддержал Дюша, заслужив гневный взгляд.

Асылбек уже подергивался, явно собираясь бежать к Кате и вообще, собирать пси-консилиум. Трагедия времен уничтожения Сверхмозга теперь грозила обернуться еще большей бедой.

— Но излучение — это еще не все, конечно, - добавил Дюша. - Вполне возможно, что они выращивали и тварей, и мы понимаем, на кого они их выпустят.

От взгляда Асыла плавился экран и разделявшие их световые годы.

— Ты же знаешь, что в этом нет нашей вины и мы сделали, что смогли. Да, в теории могли бы сделать и больше, но так можно было бы обвинить предков, что те проиграли Волны, допустили гибель мира, не вломили Хранителям сразу.

— После тридцати лет!

— Повсюду смерть и беспорядки, желание убить всех землян, - заявил Дюша. - Чем не повод оттянуть силы, собрать всех наемников, уж они умеют воевать! Бейте врагов или держите оборону, а там и мы прилетим на помощь!

— Мы и без вас кое-что можем!

— Тем более! - радостно воскликнул Дюша. - Ты прав, Асыл! А кто предупрежден, тот Лев!

Асылбек сплюнул гневно, выражая свое презрение к этой древнейшей шутке, но Дюша уже прервал связь. Он охотно поболтал бы с Катей и в целом поностальгировал, но опять не вышло.

— Кто к нам с чем придет, тому мы в глотку тварей и запихаем, - ухмыльнулся Дюша, видя приближающийся флот.

Разбить, сменить корабль и мчаться к Дмитричу, тот вроде нашел логово Хранителей? А как же Влад и Спартак? Командир? Земля? Выбор, такой тяжелый и приятный выбор!

Глава 10

Связь пропадала и исчезала, словно по волшебству. Магии. Псионике. Вот что надо было возрождать ударными темпами, подумал Дмитрич, вставив свои пять копеек про логово Хранителей. У остальной группы, похоже, хватало забот, ну и ладно, он сделает свою часть, остальные свою, так это работало раньше и наверняка сработало бы и сейчас.

Псионика, сила мысли, чудеса и магия. Они неоднократно спорили об этом в былые времена, пытаясь найти причину, почему их развитие не привело к появлению псионической мощи. Сошлись в итоге на том, что это обратная сторона повышенной сопротивляемости всем этим силам разума, но сейчас Дмитрич вдруг подумал, насколько это облегчило бы задачу.

Зачем искать вживую, когда достаточно было бы применить силу мысли? Нет, они искали Хранителей и с помощью галактических псиоников, кто уцелел, но не нашли. Возможно, они ставили щиты своими псиониками или использовали излучение, подобное нынешнему.

Беспечность! Вопиющая беспечность!

— С псионикой мы бы давно уже их всех!

Скрутили в бараний рог, подавили, подчинили, не вставая с кресел на Земле. Да! Вот что нужно было сделать, познать тайны природы и магии, псионики. Как тогда облегчилась бы разведка! Следовало бросить все и лететь к Полосатикам, например, или использовать ресурсы Земли.

Земли, уже давшей однажды отпор Хранителям за счет магии и псионики!

— Что-то новое, - задумчиво изрек он кораблю.

Что могло вызвать у него приступ несвоевременных мыслей? Мирная жизнь? Восторг от того, то та закончилась? Общение с другими? Секс с недавними гостьями? Нет, подумал он, все это уже было и не раз, и даже не десять. Вывод был очевиден - новое для нового. Появилось излучение, появились странные мысли. Потенциально полезные, но крайне несвоевременные.

— Для полноты картины не хватало только учителя псионики, - хмыкнул он.

Поманить его в сторону, понятно, но все равно глупо. Если Хранители долго готовились - а как иначе? - к этому облучению, то почему не подготовили приманки заранее? Каждому свою, несомненно, и визит осьминожек показывал, что они все еще скрежещут зубами от злости на "Буревестник".

Выманить, раздергать в разные стороны или они действительно не знали, где кто находится из группы? Дмитрич долго подставлялся им и сливал информацию, прежде чем к нему пришли, остальные даже не думали сдаваться, что же, положим их и не нашли. Цель излучения - убрать "Буревестник"? Замах на галактику, удар на одну тварь, нет, тут что-то не сходилось.

— И кто сказал, что информация, полученная от них, настоящая?

Вопросы, опять одни вопросы без ответов. Несмотря на осознание происходящего, что-то внутри щекотало и манило, звало бросить все и заняться изучением псионики. Все это тоже было странно и требовало исследований этого излучения, на что оно влияло? Как? Вызывало подспудные, затаенные желания, подавляемые большинством живых?

Если бы Хранители сделали нечто точечное, воздействующее только на "Буревестник", по результатам многолетних раскопок Спартака, скажем, то галактика бы сейчас не сходила с ума. Но нет, все озверели... а слуги Хранителей сохраняли разум? Мелькнула мысль подобрать систему и остановиться в ней, посмотреть, что происходит, поискать прислужников Хранителей, а может и мастеров псионики.

По одному живому на систему, чтобы сводить их с ума или действительно всеобъемлющее излучение?

— Вызываю..., - и сразу стало понятно, что связь не вернулась.

Излучение, способное пронять их, Буревестник - такое точно убило бы обычных живых, поэтому они обезумели? Не выдерживали мощи излучения, которое вроде даже можно было зарегистрировать, но никто не встревожился?

Все это было очень странно и непонятно, и наводило на новые бесплодные размышления.

Дмитрич сел и очистил голову от раздумий и размышлений, словно опять сидел в засаде и следовало скоротать время. Перед глазами замелькали картинки, уводя все дальше в прошлое, к той истории со Сверхмозгом. Предательство и гибель псиоников, такие, что даже более полувека спустя никому и в голову не приходило возрождать их популяцию.

Истреблением их никто не занимался, в отличие от тварей, но это не меняло общей картины. Не могло ли это быть также происками Хранителей, которые собирались ослабить Землю... нет, глупо. Они же владели Землей! Уже даже не скрываясь, открыто владели, через Друньдау, вертикаль подчинения которых восходила к караханибам, а те давно и верно служили Хранителям.

Земля после освобождения росла и крепла, отстраивалась, очищала себя от всего, от тварей до мест, загаженных еще Прежними, особенно во время конца света. Крепла, высилась, осваивала, размножалась и заселяла планеты и системы, но ни разу никто и нигде не говорил о псиониках и их важности. Это при том, что Катя сыграла немаловажную роль во всем Сопротивлении и потом!

Что-то в этом крылось, но Дмитрич не мог сказать, что именно и мысли постепенно угасали, словно в противофазе возрождения и усиления Земли. Казалось, еще немного и войны, наконец, утихнут, наступит мир и в нем новой вершиной будет выситься Земля.

Казалось.

Точно так же они все мечтали тогда на Земле, еще во времена первой жизни. Вот закончится война, будут побеждены твари и человечество воссияет. Вот еще немного, еще чуть-чуть. Даже сейчас, когда это чуть-чуть уже практически наступило, ничего не изменилось. Сияние посреди руин, победа, после которой остались одни кладбища.

Они снесли Содружество, так как Земля никогда не выбралась бы на свободу, придавленная этой пирамидой добровольного рабства. Пирамидой, выстроенный Хранителями и до боли, до рези в мозгу и глазах вдруг напомнившей схему подчинения тварей. Мозг на самом верху, и в его роли, конечно же, выступали Хранители или считали себя таковыми. Гвардия - охрана, то есть Сильные сверху, они же передатчики приказов, и рядовым тварям - Сильным в секторах, оставалось только брать под козырек и выполнять.

Система работала тысячи лет, пока этим дуракам не стало мало своих живых для опытов.

— А где у нас архив Хранителей? - спросил Дмитрич в пустоту.

— У меня, - вдруг ответил Влад.

— У тебя, - хмыкнул Дмитрич. - И ты не оставил копии?

— Копия на Земле, как положено. Каждый из вас мог бы держать его под рукой!

— Да никто их уже и не искал толком, ну кроме меня, и то пришлось выманивать на живца.

— А в роли живца был ты?

— Разумеется. Чтобы клевало лучше, да и прислали кого повыше, не пришлось разматывать этот клубок с самого начала.

Удивительно устойчивая хорошая связь, подумал Дмитрич и посмотрел на передатчик. Тот так и лежал выключенный, да и корабль еще не вышел из гиперпространства. Вот если что и было хорошего в Содружестве, то сеть порталов, накрывающая всех и вся, дающая возможность за кратчайшее время промчаться в другой уголок галактики - ну, в теории.

Но, к сожалению, невозможно было освободить Землю, не сломав пары порталов и теперь.

— Гм, - выдал он задумчиво.

— Что?

— Я не включал передатчик.

Возможно, тот включился сам? Дмитрич проверил, но нет, передатчик оставался выключен. После включения он выдал лишь шумы, демонстрируя, что связи нет.

— Точно, но ты так спросил, я подумал, что тот включился сам, - ответил Влад. - Гм, мой тоже выключен.

— И мы все получили твое послание, призыв о помощи.

— Получили!

— Да. Я правда, направляюсь скорее в логово Хранителей, не знаю уж, где ты нашел Спартака...

— Бердаус-два, - выпалил Влад. - И нашел — это громко сказано!

— Бердаус?

— Ну да! Только не говори мне, что у нас разные карты и названия!

— Ладно, не скажу.

Стройная теория о том, что Влад взял архив Хранителей, сопоставил информацию и нашел их тайное убежище, а в нем Спартака, провалилась. Сейчас Влад находился скорее ближе к Дмитричу, чем к его цели, этому самому логову Хранителей.

— Так погоди, а как остальные тогда летят тебя спасать?

— Думаю, также, как мы общаемся сейчас, - в голосе Влада слышались горечь и радость, перемешанные в равных пропорциях.

— К нам возвращаются силы?

Не требовалось быть гением, чтобы понять и предположить причину.

— Спартак!

— Да, Спартак снова с нами, - горечи в словах стало больше.

Если бы мы знали раньше, подумал Дмитрич. Конечно, это была лишь теория, но какого черта! Они не вытащили Спартака не потому, что не хотели его спасти! Первый год искали все, слабели и искали, продирались через войны, помогали Земле, ослабляли врагов, усиливали хаос и искали, вопреки всему. Так и не нашли, взялись за Хранителей и разгромили всех, кого смогли.

— Так, никуда не уходите, - решил Дмитрич, - сделаю крюк и подхвачу вас, втроем мы сможем больше и скооперируемся потом с остальными.

— Втроем? О, нет.

— Ты же сказал, что нашел Спартака!

— Нашел.

— Так, никуда не уходите!

— Уйдешь тут, - теперь в голосе Влада слышалась лишь горечь.

— Безумцы?

— Полно. Кажется, мы вызываем у них особую ненависть.

— Думаю, это работа Хранителей.

— Твари, - согласился Влад.

— Детали происходящего пока не ясны, но думаю, нагрянув в логово Хранителей, мы узнаем, что да как.

— С чего ты так уверен, что логово там?

— Я вытащил его из разумов слуг, пришедших за мной.

— Слуг Разрушителя?

Дмитрич невольно захохотал, так как Хранители и правда стали слугами Разрушителя. Сами творили все то, в чем обвиняли других и лицемерно выставляли себя хорошими и белыми.

— Даже если то логово было обманкой, они вложили силы, чтобы его обставить и это ниточка, за которую мы вытащим целый канат и повесим на нем же Хранителей! Давно надо было ими заняться и добить их, может тогда и нынешняя история бы не случилась!

— Пожалуй, - согласился Влад.

— Так ты в осаде? - уже деловито поинтересовался Дмитрич, задавая кораблю новый курс.

Подумаешь, крюк! Зато можно было срезать угол вот по этому куску портальной сети, если его не разнесли, или найти более быстрый корабль. Конечно, ничто не сравнилось бы с их прошлыми "иглами", но прошлое осталось в прошлом.

— Почти.

— В смысле?

— Я убил всех, кто нападал и теперь ловко делаю вид, что тут ничего и никого не уцелело после взрыва. Если кто и забредает случайно, я его убиваю.

— Мгм, понятно, ладно, как подлечу, еще свяжемся, даже без передатчика там уже сможем докричаться. Так, стоп, погоди, ты всех убил?

— Что тебя удивляет?

— Я пытаюсь докричаться до Спартака и не слышу его. Ладно, остальные, похоже, расстояние имеет значение, и я оказался ближе всех, хотя и летел в другую сторону, но Спартак?

Тяжелый вздох.

— Вас там двое, и ты сидишь в развалинах? Ты?! На меня нападали, уверен, на нас всех навалились толпы безумцев, как тогда на Земле, помнишь, перед смертью Льва? Правда, там были не безумцы, а свои же боевые товарищи, но мы справились! Прорвались и убили всех, кто хотел убить нас!

— Ты прорывался один?

— Конечно! И тогда, и сейчас, ты что, забыл?

— Уверен, и другие пробивались в одиночку.

— Нас слишком мало, и мы слишком мощны, чтобы собираться вместе, в последний раз взяли и полгалактики сломали, - мрачно пошутил Дмитрич. - Вас там вон целых двое!

— В каком-то смысле.

— Влад, хватит говорить загадками! Спартак с тобой?

— Спартак со мной и не со мной одновременно.

— Что?

— Телесно это он, но умственно - нет. Он не узнал меня, никого не узнал, да и не мог узнать, так как слеп.

— Что? - повторил Дмитрич, ощущая как скрежещут зубы.

Злость полыхнула такая, что впору было обезуметь всем окружающим.

— Я тоже полыхнул там злобой, - печально вздохнул Влад, - и повезло, совпало с начавшимся безумием. Я даже не понял вначале, что происходит, просто убил тех, кто пытался отогнать меня от Спартака, мол, мешаю ему работать.

— Работать?!

Корабль, казалось, мчался быстрее, подпитываемый злобой Дмитрича. Надо было сказать остальным! Обязательно сказать! Почему Влад сразу этого не сделал? Не хотел, чтобы они теряли головы от злости?

— Да, он просил подаяние. В смысле сидел, слепой, ничего не просил, не двигался, просто сидел на самой жаре, а ему кидали монетки в кружку. Я вообще случайно проходил мимо, направлялся по другому следу, и решил вначале, что мне мерещится. Подошел, заговорил, не получил реакции, но в то же время, мы столько времени сражались вместе! Мы же ближе друг другу, чем братья, и я понял, что это Спартак.

— Неудивительно, что мы не могли его найти, - выдохнул Дмитрич.

Просить подаяние где-то на захолустной планете в жопе мира?! Лишившись сил, зрения и памяти?

— Я вытащил сканер, появились эти его... работодатели, и у меня полыхнуло. Я даже не сразу понял, что живые вокруг бегут на меня в атаку не потому, что я разнес три квартала вокруг, а потому что обезумели. Я сражался и убивал, вызвал вас, утащил Спартака, тот не сопротивлялся, но и не помогал. Как мне было бежать с планеты безумцев с таким грузом? Его бы просто убили по дороге!

— Да, ты все правильно сделал, но теперь! Держись, я скоро буду!

— Держусь, - вздохнул Влад. -

— Подбери там лучший медицинский центр пока и захвати его, восстановим зрение!

Корабль мчался на пределе скорости и Дмитричу хотелось выскочить наружу, дополнительно пихать его, так как все происходило медленно, слишком медленно!

Глава 11

Звездные системы были переполнены смертью и злобой, и та, казалось, только нарастала. Все это не сходилось с теорией об излучении, созданном Хранителям и крестовом походе против Земли. Живые резали друг друга еще более увлеченно, чем тридцать лет назад и по окончании процесса, некому оказалось бы нападать на Землю.

Разве что люди там тоже уничтожили бы друг друга?

— Почему излучение действует на всех живых?

— Потому что в них есть жизнь? - раздался веселый ответ.

— Что? - Алина чуть вздрогнула, бросила взгляд.

Передатчик лежал, выключенный и даже после включения выдавал лишь статику.

— Я же говорил, что мы родственные души и созданы друг для друга!

— Именно поэтому мы так и не завели детей и семью.

— Окстись, сладкая моя малина, наша семья - Буревестник и те, кто выжил с форпоста девяносто девять.

— А мамой у нас уродливый лысый Лев, - зло отозвалась Алина.

Хохот в ответ, и стало как-то неуместно напоминать, чтобы Андрей Майтиев не сюсюкал и не называл ее малиной.

— Нет у нас больше мамы, сироты мы!

— Еще скажи, что ты старший в семье!

— Нет, это Асылбек, но он на Земле, как и полагается старшему, защищает дом, а мы бегаем снаружи и дурачимся. Кстати, об играх на свежем воздухе и защите родной планеты, нужна твоя помощь.

— Вот так всегда. Цветы дарить уже не надо, говорить комплименты тоже, сразу к делу!

— Это еще одно доказательство того, что мы уже прожили сотню лет в браке!

— Хватит!

— Да! Давай соревноваться делом! Система на границе бывших владений Ооало, там собирается флот, который пойдет на Землю.

— А я ближе всех, - поджала губы Алина.

Она и правда была ближе всех, наверное, потому что до этого находилась в "сфере влияния Земли". Надо же было поддаться на эти шпионские игры, хотя ладно, вышло неплохо.

— Не волнуйся, я уже лечу туда.

— Я и не волнуюсь, - отрезала Алина.

— Вот и отлично!

— А чего это ты летишь туда? Не многовато ли нас там будет?

— Неужели тебе не хочется меня повидать?

— Не особо.

— Тогда мне приказать?

Алина вздохнула демонстративно.

— Ты же помнишь, что мы решили?

— Да, мы самораспустились, - не стал возражать Дрон, - сколько там, через год после освобождения Земли? Или три?

— Не делай вид, что у тебя плохо с памятью.

— Это ты намекаешь, что ничего не забыла?

— Ты! - вспылила Алина.

Корабль уже разворачивался, ложился на новый курс, в систему Ололалола или что-то в этом духе. Ооало были странными Сильными, возможно Земле стоило бы выбрать их, когда входили в Содружество. Сожаление о прошлых днях, особенно том, что могло быть, но так и не случилось, давило изнутри сильнее, разрасталось, словно Алине предстояло разродиться им.

— Ты обещал!

— Когда все успокоится, и что, успокоилось?! Даже Спартака нашли только сейчас и то случайно! Ты же развернула корабль?

— Да, - выдохнула Алина.

— Видишь, мы - защитники Земли, это внутри нас, так глубоко, что уже не избавиться.

— Лев...

— Форпост, - бросил Дрон.

Да, подумала Алина, перед глазами которой замелькали воспоминания. Они и тогда хранили Землю, как умели, насколько хватало сил.

— Тебя давят сожаления, злоба, желание показать всем, кто тут главный?

— Что?

— Излучение, говорю, действует на тебя?

— Да.

Он был прав, никогда раньше все эти вопросы не всплывали. Она понимала необходимость, действовала и защищала, играла разные роли и ей нравилась такая жизнь.

— На меня тоже, возможно, вдвоем мы сможем защититься лучше?

— Опять?

— Что поделать, во мне всколыхнулось прошлое и в этом прошлом я страстно хотел тебя! Думаю, прожив двести лет, мы можем прямо говорить о таких вещах?

— Не жили мы эти двести лет! В смысле...

— Я понял, - перебил ее Дрон, - но какая разница? Ты сейчас дуешься и злишься, и я бы предложил тебе сохранить этот заряд для врагов, вместе мы точно разнесем их, Дюша уже предупредил Землю, да там и сами догадались, что что-то происходит.

— Думаешь?

— Полагаю. Если там сидят такие же дураки, что неспособны догадаться, то нам надо срочно брать власть в свои руки!

— В твои руки.

— В мои руки! Могучие руки! - злобный хохот.

Алину передернуло, она посмотрела на экраны. Ничего не изменилось, полет продолжался, но все равно ее пробирало холодом и ощущением, что сейчас высунутся злобные лапы, схватят ее, скрутят и.. потащат насиловать? Она фыркнула мысленно, представив этих самых слуг Разрушителя, которые полезли бы к ней.

— Так что не тебя одну одолевает излучение и разные... идеи, - добавил Дрон уже спокойно.

— Но мы одолеваем их.

— Это говорит, да ни о чем это не говорит!

— Кроме мощи излучения.

— Или его прицельной направленности на нас, - возразил бывший командир.

Сожаления о прошлом и семье отступили, явно затем, чтобы вернуться в неподходящий момент и ударить в спину, опять вцепиться острыми коготками. Умение притворяться кем-то угодно, сражаться и убивать, необычная крепость и ловкость, все это не спасало от самой себя и теперь Алину накрывало новой волной, что она вела жизнь "роковой красотки" как раз затем, чтобы избежать мыслей о неудавшейся семье.

— Но мы же люди!

— Уверена? - насмешливый тон.

— Что действует на нас, не должно влиять на других!

— Загадка, - согласился Дрон. - Вроде тварей.

— Что?

— Слушай, так приятно слышать твои изумленные вопросы и недовольство, болтал бы и болтал!

— Даже не думай сбегать от ответа!

— Конечно нет, это же работает в обе стороны!

— Почему, кстати? - спросила Алина. - Только не говори, что мы судьбой созданы друг для друга!

— Ладно, не буду.

Установилось молчание и Алина размышляла, что же это за "загадка тварей" и быстро нашла ответ. Происхождение тварей не имело особого значения, какая разница, откуда они взялись, когда требовалось просто убить их всех? Загадка излучения попадала в ту же категорию: какая разница, откуда оно взялось, если требовалось найти и убить всех новых тварей? Или Хранителей можно было считать старыми тварями?

— Слушай, а откуда ты узнал про флот?

— Вселенная подсказала.

— Я серьезно!

— Я тоже.

Снова долгая пауза и Алина вздыхала мысленно. Да, конечно, можно сказать, ей повезло, при том что она и сама могла остановить на скаку любую тварь и оторвать ей горящие лапы, нашелся мужчина, за широкой спиной которого можно было мечтать о доме и детях.

— Слушай, уходи из моей головы!

— Топ-топ-топ, - последовал насмешливый ответ.

Это излучение, твердила себе Алина. Излучение. Оно залезало ей в голову и вытаскивало прошлые проблемы, сожаления, горечь, раздувало их. Внушало жажду власти? Нет.

— Излучение влияет на нас индивидуально.

— Возможно.

— Но живые вокруг! Они же сходят с ума и ведут себя одинаково!

— Может, все они просто подавляли в себе кровожадность?

— Ты же знаешь, что это невозможно! - топнула ногой Алина.

— А те, у кого возникло что-то мирное, вроде нас...

Алина фыркнула злобно, не удержавшись. Мирное! Ладно она, но Андрей? Жажда власти, ха! Страшно было представить, о чем тогда мечтал Дюша - о превращении всего вокруг в бесконечный военный лагерь? Алина нахмурилась, опять подумала о том, что они тащили с собой функции из первой жизни, цеплялись за них, хотя давно могли бы отказаться.

Словно боялись окончательно перестать быть людьми. Физически ушли дальше, но продолжали драться за освобождение Земли и в те двадцать лет неоднократно беседовали о возможности того, что эта новая сила лишит их человечности. Желания защищать родину, ассоциировать себя с людьми. Не лишила, но разговоры были и теперь мысль о них вернулась.

Прошлое, как якорь, когда они были просто людьми и не спасали мир. Миры.

— ... пали жертвами кровожадных соседей.

— Тогда выходит Хранители были правы? - спросила Алина с горечью.

— Это излучение, - напомнил Дрон. - И чего это они правы?

— Мы - слуги Разрушителя.

— Ты перепутала, это они слуги Разрушителя!

— Мы все - слуги Разрушителя, в нас сидит кровожадное нечто, просто у нас, у Буревестника, сопротивляемость выше, вот до нас еще и не добралось.

— А ты уже сдалась заранее? Помнишь, чему учил Лев?

— Помню, - проворчала Алина.

После этого разговор опять увял, оставив ее наедине с сожалениями и воспоминаниями. Нет, невозможно было списать все это лишь на излучение, хотя и очень хотелось. Оно стало толчком, распахнувшим врата прошлого, за которое все они цеплялись и хотели забыть одновременно. Делали, что должны, но кто сказал, что от этого они превратились в боевых роботов?

Отдельной иронии добавляло то, что вскоре ей предстояло превратиться именно в такого робота.

— Надо было оставить кого-то для охраны Земли, - проворчала она.

— Надо было, - последовал ответ. - Но кого? Все рванули на призыв Влада!

— Уходи из моей головы!

— Топ-топ-топ-топ.

Корабль Алины вышел в заданной точке, и она тут же ускорилась до предела, не жалея ни себя, ни судна. То развалилось еще на подлете и протаранило вражеский флагман, а сама Алина живым снарядом влетела внутрь. Даже прорываться к центру управления не пришлось, несколько секунд спустя она оказалась там и тут же ударила из всех орудий по соседям.

Корабли отбивались, флагман стрелял, Алина вырвалась на истребителе и закружилась, уходя от атак. Улучила мгновение ослабления и протаранила еще один крупный корабль причудливой формы, словно его долго мяли и месили, как тесто, да так и бросили застывать.

— Эй, мне оставь! - раздался веселый голос.

В этот раз новый флагман начали обстреливать, не дожидаясь захвата рубки, и Алина промчалась вхолостую, прыгнула в новый истребитель и умчалась на нем, так как экипаж мятого корабля сам активировал самоподрыв.

— Бери, все твои! - крикнула Алина зло.

Научились бороться, а может гнев и желание убить весь Буревестник им подсказали. Да и то сказать, сколько можно было выезжать на одном и том же приеме? Она вытянула руку, будто желая проткнуть ей врага и корабль перед Алиной смяло, затем произошел взрыв.

— Как это? - изумленно посмотрела она на руку.

— Все очень просто! Засовываешь руку...

— Хватит! Прочь из моей головы!

Не хватало еще видеть и слышать, что там у Дрона происходило, и Алина фоном изумилась, как они вообще дошли до жизни такой.

— Спартак, - прошипела она.

— Ты хотела быть со Спартаком? Немного обидно!

— Одно на уме!

— Это у тебя одно на уме!

Они переругивались и носились, уничтожали флот, метались между кораблей, прикрываясь ими от выстрелов врагов, прыгали и таранили, меняли истребители, так как те не выдерживали запредельных скоростей и перегрузок, и в то же время Алина не ощущала никакого волнения. Возможно, потому что сейчас речь не шла об освобождении Земли или потому, что они творили нечто подобное последние тридцать лет.

— Во всем виноват Спартак!

— Выжил, скотина эдакая! Готов поспорить, сейчас он похож на Льва!

— Чего?

— Ну, старый, лысый, вредный, но он все равно дорог нам?

Алина не выдержала и захохотала, затем оборвала сама себя.

— Похоже на Спартака, но я о другом.

— Я понял. Но возможно это ловушка.

— Владу подсунули ложного Спартака?

— Не думаю, что Хранителям удалось бы обмануть Влада. Нет, тут что-то другое.

Как ни странно, но в космосе враги оказались благоразумнее, и уцелевшая четверть их бежала, во все стороны. Можно было бы догнать, но Алина явилась сюда не за убийствами отдельных живых. Они синхронно устремились к одному из удиравших кораблей, взяли его на абордаж, но без повреждений и выкинули трупы озверевшего экипажа в космос.

— Теперь мы сможем лететь вдвоем, - мощно заявил Майтиев.

— Может, Хранители задействовали излучение именно потому, что Влад отобрал у них Спартака?

— Или они сами отдали его, так как это требовалось для срабатывания ловушки.

— Что?!

— Ты бы прошла мимо Спартака?

— Нет, конечно!

— Вот видишь, и Влад не прошел. Мы не всемогущи и не всеведущи, хотя и можем многое.

— Философские речи?

— Раз тебя не волнует моя мускулатура, - хмыкнул Андрей.

— Я видела ее слишком много раз! Ловушка, срабатывающая по спасению Спартака, не слишком ли сложно?

— Если бы я был Хранителем, то да, но если бы я был Хранителем, то не занимался бы тем, чем занимались они и уж точно не ставил бы опыты по окраинным планетам.

— А я их в этом в чем-то понимаю, - задумчиво отозвалась Алина.

— Понимаешь?!

— Если ты весь в белом и Хранитель, построил себе пирамиду Содружества, то ты ее будешь хранить, не будешь гадить в своем доме, не так ли?

— Ты их оправдываешь?

— Нет. Но я их понимаю, ведь мы так и не вернулись на Землю, да? Помнишь, почему?

— Помню, - тихо ответил Дрон.

— Мы не вернулись, чтобы не пачкать свой дом кровью, грязью и смертью, которые пропитали нас насквозь, и Хранители, возможно, поступали также. Я не оправдываю их, но понимаю.

— А я ощущаю твое понимание, - ответил Дрон.

Глава 12

Алина раскрылась ему навстречу и их души и тела столкнулись.

— Ты что творишь? - гневно спросила Алина, отрываясь от него.

Тут обязательно последовала бы шутка про объятия самой прекрасной в мире женщины, но это единство душ и мыслей продолжалось, и Андрей прекрасно понял, о чем речь. Враги еще бежали, но могли вернуться, они сами еще не покинули систему и могли погибнуть.

— Вперед!

Стремительно, они ринулись прочь, и никто не пытался их преследовать или догонять. Легкое чувство вины, ведь так они могли помочь всем колониям Земли! Ощущение силы и превосходства, и одновременно с этим мысли о том, что уж теперь власть точно достанется Буревестнику.

Затем их тела столкнулись и этим ударом вышибло все мысли прочь.

— Кажется, наша открытость была вызвана лишь желанием секса, - насмешливо заметила Алина, поднимаясь.

— Возможно, - не стал возражать Дрон. - Но ведь она была?

Все схлынуло и исчезло, пропало, будто связь в передатчиках.

— Мы узнали что-то новое?

— Нет, но мы поняли друг друга.

— Смотри, чтобы тебя не потянуло так на остальную группу.

— С ними у меня и не было разногласий.

— Никогда?

Алина вызвала зеркало и теперь зачем-то занималась ресницами, даже не думая одеваться.

— Не таких, чтобы требовали подобной откровенности.

— Раньше у нас и не было таких приступов, - добавила Алина.

— Жаль, может тогда у нас еще что-то вышло бы.

— Не начинай.

— Не начинаю, но я ощутил твою боль от той истории и мне жаль, правда.

— А я ощутила твой... твое чувство долга, - Алина оторвалась от зеркала и посмотрела сверху вниз. - Тебе и правда пора уже занять место Льва, возраст опять же подходящий.

— Но...

— Хватит. Раз за двести лет не обзавелись детьми и семьей, то поздновато сейчас начинать, не находишь? И мне не нравятся эти воспоминания о прошлом, излучение их раздувает и преувеличивает.

— Надо бы, кстати, поискать способ защиты.

Они поискали и выяснили, что секс не помогает, ну или по крайней мере не ослабляет воздействия.

— Неужели вся эта жизнь так и продолжится, до бесконечности? - с горечью спросила Алина.

— Да, в ретроспективе вышло как-то однообразно, - согласился Андрей.

Пусть единение душ и прошло, но понимание осталось.

— Но результаты неплохи, да? Сколько раз мы спасали Землю? И сейчас вот спасем еще разок на бис!

— На бис?

— Алина, мы обсуждали это неоднократно, зачем постоянно возвращаться к одному и тому же? Кто хотел уйти - ушел и жил мирной жизнью.

— О да, ведь пара вылетов за полугодие и разгром всего лишь армии или флота, это по нашим меркам мирная жизнь!

— Ты тоже можешь уйти и не возвращаться, и всегда могла. Но ты этого не сделала, потому что мы и есть семья друг для друга.

— Так что это у нас сейчас было? Инцест?

— Понимаю, тебе хочется подраться, ты злишься, кидаешься на меня, и я знаю, что поможет тебе отвлечься!

— Слушай, я знаю, как ты неутомим в постели, не надо повторяться!

— И меня еще упрекают, что только одно на уме.

— Да, - хмыкнула Алина, - у тебя только Земля, Земля, Земля на уме!

— Верно.

— Ты бы переспал с ней, если бы смог.

— Я бы защищал ее, как нашего ребенка, - серьезно ответил Андрей, - да она и есть наше детище, в каком-то смысле. И не только она.

Ощущение нежности внутри и желания защитить родную планету, всех живых вокруг от тварей.

— Тебе не кажется странным все происходящее?

— Кажется, но ведь мы уже проходили через это, помнишь? Смирились, признали, что мы не люди, а нечто большее... и продолжили защищать Землю.

— Ты словно уговариваешь меня, - заметила Алина.

— Да. Ты не хочешь прошлого, а наше прошлое — это сражения и спасения Земли и друг друга. В основном, конечно, сражения, сражения и еще раз сражения, но как горы оценивают по вершинам, так и у нас, идет оценка по величайшим достижениям. И ты их знаешь.

— Знаю.

— Поэтому и уговариваю тебя.

— Ты же знаешь, что я не смогу бросить все и просто улететь.

— Тогда давай займемся чем-нибудь совместным и приятным, на букву с, но не сексом.

— Сбором команды?

— Потом.

— Сражениями?

— Угадала! - обрадовался Андрей.

Странный разговор, странное единение, странные обстоятельства, но они помогали ему не думать о своих тварях, гнездящихся в темных глубинах разума.

— И как мы их найдем? Или просто вывалимся в ближайшей системе, раз резня идет повсюду?

— Я ощущаю их, - серьезно ответил Андрей.

— Ощущаешь? В полете?

— Да.

— Не только меня и остальных, но и системы вокруг?

— Это очень странное ощущение, - согласился Андрей. - Словно они... часть меня? Нет, не так. Словно я большой и сильный воин, а они дети в песочнице, которым угрожают кровожадные твари? Тоже не то. Трудно выразить словами, но я ощущаю идущие в них сражения и слышу их призывы о помощи.

— Э, больной, да у вас шарчанка! - воскликнула Алина насмешливо.

Было что-то странное и в этом разговоре, будто сгинуло прошлое и ссоры, и они снова - заново? - начинали свой путь куда-то в будущее.

— Что?

— Шарчанка. Ты превращаешься в светящийся шар - защитник, помнишь, в архивах Хранителей была такая теория? Что величайшие воины становятся ими и защищают материнские системы и галактику от Разрушителя?

— Излучение, кажется, влияет на тебя сильнее, чем ты думаешь, надо бы заняться защитой.

— Как?!

— Для начала - старая добрая совместная драка. Ты и я против звездной системы, наполненной обезумевшими тварями.

Алина не спешила соглашаться, но и отказываться тоже не торопилась.

— Ты уже записал всех в твари?

— Мы знаем, откуда идет излучение?

— Отовсюду, - подумав, ответила Алина.

— Мы можем что-то с ним сделать?

— Нет.

— Как ведут себя живые, попавшие под него?

— Сходят с ума и убивают всех вокруг. Кричат о слугах Разрушителя, и эта часть сводит меня с ума.

— Ты же знаешь, что мы не слуги Разрушителя, - заверил ее Андрей.

Напряжение между ними нарастало, начинало звенеть, едва ли не физически искажать воздух.

— Знаю, но как Хранители вложили это в излучение?

— Оно влияет на мысли и заставляет считать всех вокруг слугами Разрушителя? Это многое бы объясняло.

— А мы?

— А мы просто устойчивее? В любом случае, мы ничего не можем с ним сделать, - пожал плечами Андрей.

— Поэтому надо всех убить?

— Тебе надо размяться и сбросить пар, - он ткнул пальцем в голую Алину.

Это стало последней каплей, напряжение зазвенело и лопнуло, порвалось, будто струна, и они снова ринулись в объятия друг друга, как юнцы, улучившие момент без родителей. Секс больше напоминал драку, и они сломали пару переборок, но в этот раз наконец-то насытились друг другом.

— Видишь, я был прав.

— Нет, ты предлагал всех убить, - миролюбиво возразила Алина.

— Очистить систему к прилету Виталя, чтобы ему не пришлось драться. Совсем, наверное, растерял навыки от мирной жизни.

— Ты слишком плохо о нем думаешь.

— Забочусь.

— Думаю, Виталь бы тебя не понял.

— Думаю, Виталь отлично бы меня понял, - ностальгически ответил Андрей. - Еще до появления Льва.

— Да, ты опять вспоминаешь прошлое.

— А ты нет?

— Ты же знаешь, что вспоминаю, включая форпост девяносто девять. Но есть разница, ты вспоминаешь те времена с ностальгией и теплотой, а я нет.

— Нет? - удивился Андрей. - Тебе никогда не хотелось вернуться в те простые и понятные времена?

— Нет и хватит об этом. Мы слишком много болтаем.

— Чем еще заниматься в полете? Кроме секса?

— Тренировками? Подготовкой? Моральной закалкой перед встречей со Спартаком?

Андрей рассмеялся.

— Ты же сама знаешь, что мы готовы и тренировки нам не нужны, а если бы и требовались, мы только что разнесли огромный флот, который теперь не побеспокоит Землю.

— У тебя там твое шестое чувство не чешется? Не подсказывает, кто где собрался и хочет обидеть Землю?

— Хм, может и чешется, - признал Андрей. - А у тебя?

— У меня нет такого ощущения.

Все это было очень странно и требовало исследований. Потом, конечно, когда они соберутся всей группой вместе и что? Откроются друг другу?

— А у тебя есть!

— И?

— Ты даже не подумал сообщить Асылу об этом?

— Мы...

Андрей вздохнул. Да, они напали и разгромили флот, но то же самое могла бы сделать и Земля. За тридцать лет там прошли большой путь, причем гигантскими прыжками. Будь у Земли такие силы тогда, во время Освобождения, многое пошло бы иначе. Да, Буревестник планировал передать им флоты и армии, но вышло все как-то не так.

— Ты права. Земля должна знать о происходящем. Лучше всего мне будет вернуться туда и лично докладывать об ощущениях.

— Вернуться?

— У нас разве есть связь с ними? Порталы еще работают?

— Разве это помеха?

— Это потеря времени и утирание задниц и носов Земле, по правде говоря. Дюша уже сообщил им, что происходит, а остальное...

— Погоди! - возмутилась Алина. - Ты же говорил, что будешь хранить Землю, как нашего ребенка!

— Да, и дети вырастают и взрослеют, если ты не знала, - серьезно ответил Андрей. - Мы хранили их эти тридцать лет, сейчас помогаем, но возвращаться ради этого?

— А, у тебя тоже это странное чувство, что нам надо быть там? - спросила Алина. - Тянет, словно магнитом?

— Почему странное? Потому что это Спартак?

— Потому что мы, - Алина посмотрела на свои руки, - и так сильны? Влад и Спартак вдвоем, зачем им наша помощь, чтобы куда-то пробиться? Но мы бросили все и мчимся, тебе не кажется это странным?

Андрей задумался.

— Тридцать лет спустя всплывает Спартак, и не подумай, я рада, что он жив и уверена, что Влад не обманулся бы и распознал фальшивку, но подумай сам.

— Попробую.

— Хранители считают нас слугами Разрушителя, злейшим злом зла во всей вселенной.

— Пожалуй, - Андрей счел все это преувеличением, но спорить не стал.

— И тут вдруг они оставляют Спартака в живых? Держат у себя тридцать лет и представь, ты бы просидел тридцать лет за решеткой?

— Скорее, тридцать минут, - признал Андрей.

Никакие стандартные меры безопасности не удержали бы никого из них, даже в ослабевшем состоянии. Хранители могли предпринять нестандартные меры безопасности, но тридцать лет!

— И мы имеем что? Два варианта! Они подсадили Спартаку что-то еще в те времена, когда мы валялись под Альпами кусками дохлых ледышек.

— Только ему?

— Выманили его на Лизу, помнишь?

— Он сам ее нашел!

— Точно сам? - нахмурилась Алина.

— Так это же было еще в первой жизни!

— Вот, и они выманивали Спартака, а нас взяли за компанию, хм, нет, опять не сходится.

— Этот вариант, - задумчиво заговорил Андрей, - что они такого могли подсадить, что пережило бы наш рост над собой?

— Что-то, ведь они тысячи лет этим занимались!

— Тогда они подсаживали бы эту штуку всем и не имели проблем с контролем!

— Откуда ты знаешь, может они успели подсадить ее только Спартаку?

— Ты немного увлеклась, дорогая, - миролюбиво заметил Андрей. - Слишком много натяжек. А второй вариант?

— Дорогая! - фыркнула Алина.

— Скажешь, не дорогая?

— Скажу, но не тебе. Итак, они берут Спартака и изучают, создают излучение и выпускают его обратно, а Влад тут так удачно находит. Излучение бьет по всем системам, а мы несемся, раскрыв рты, будто новобранцы, и даже зная, что излучение действует на нас, ничего не делаем, лишь говорим и несемся!

— Мы делаем, - нахмурился Андрей.

— Ты же сам понимаешь, что мы могли бы сделать больше, намного больше. Даже без подготовки, как тридцать лет назад, но с вернувшимися силами и Землей за спиной?

— Понимаю. Ты хочешь сказать, что это ловушка?

— Я бы хотела ошибиться, но сам подумай!

— Тогда тебе самое время отказаться! - обрадовался Андрей. - Ты как раз не хотела прошлого!

— Ага, а в результате придется спасать вас всех, - мрачно отозвалась Алина. - Отличный побег от прошлого.

— Тогда, раз мы соберемся все вместе, думаю, справимся с проблемой.

— Если они устроили ловушку, да подстроили излучение под нас.

— Хранители не всесильны. Имей они возможность так воздействовать на нас, ты что, думаешь они бы не прибегли к такому способу? Утечка информации, кто-то из нас примчался бы в их логово и так они переловили бы нас по одиночке. Но твоя версия, хм, мы примем все меры предосторожности и Виталя вот еще подберем, нас будет трое! Дюша там, где-то по дороге точно постучится в дверь.

— Ладно. Так что ты там говорил про освежающую драку?

Глава 13

Корабль вполз в систему скрытно, незаметно для тех, кто сражался в ней.

— Ты не пройдешь, подлый враг!

— Мы не сдадимся слугам Разрушителя!

— Вы умрете!

— Нет вы!

Виталий поморщился, ну сколько можно было выплескивать в эфир эту однообразную пластинку? В то же время, он был уверен в себе и корабле их никто не видел и не заметил. Так что или облученные обладали какой-то новой способностью засекать Буревестник или само излучение заставляло их видеть «слуг Разрушителя» во всех окружающих.

— Умрите, предатели!

— Вы первые!

Несмотря на громкие патетичные возгласы, общий накал сражения вокруг уже увял. Первая вспышка ярости и убийств соседей стихла, и Виталий видел последствия. Разрушенные и уничтоженные орбитальные станции, порталы, взрывы на поверхности планет и огромные ядовитые облака, накрывающие их. Досталось и бывшим исследовательским комплексам… которые выглядели уже совсем не исследовательскими.

— Вот он!

— Враг в системе!

— Враг!

— Он пришел!

Ага, отметил Виталий, придавая кораблю резкого ускорения. Сражения до его появления истощили местных, и он легко добил остатки сопротивления, какие-то полдюжины корабликов да остатки системы обороны. Даже насиловать свой корабль маневрами не пришлось и вскоре Виталий высадился внутрь бывшего комплекса. Оставив корабль наблюдать за обстановкой вокруг, он зашагал к центру управления.

— Чего вам неймется, - ворчал Виталь, оглушая местных.

— Враг!

— Слуга Разрушителя!

— Убить!

Каким-то образом они видели… ощущали его? Как до этого ощутили корабль? Все это следовало проверить, и Виталий не стал оглушать следующего местного, не отличимого от всех прочих. Кровь, разрушения в коридорах, следы жестокой драки, как внутри комплекса, так и на тех, кто выжил.

Выжил, потому что убивал окружающих лучше.

— Кто я? – спросил он у пленного.

— Слуга, - хрипел тот.

Виталь переломал ему руки и ноги, отобрал оружие и потащил за собой. Судя по сигналам, где-то внутри комплекса еще сохранялись телескопы, радиоскопы и прочие инструменты для исследований. Только теперь они следили за врагами, а не пытались изучать галактику вокруг.

Возможно, что эти мощные штуки и засекли его корабль в режиме скрытности?

— Убить, - хрипел пленный.

— Это знакомо, - откликнулся Виталь. – Убить, убить, убить, в этом мы лучшие во всей галактике. Пока вы тут развлекались играми в пирамиды власти, мы убивали и нас убивали, твари, созданные этими вашими Хранителями.

— Убить.

— Да, Хранителей следовало бы убить и именно этим мы и занимались, а потом бросили. Еще один знак того, что нечего мечтать о мирной жизни, взялся спасать Землю, так спасай! – рассуждал на ходу Виталь.

Большинство живых уже забыли о них, ну да, была история о смуте и падении Содружества, но никто никогда не ассоциировал Виталия с участием в тех событиях. Мирная жизнь, насколько она вообще могла быть мирной в хаосе сражений все эти тридцать лет. Небольшая ответная месть, облегченная, дать понюхать Содружеству всего того, на что те обрекли Землю.

Не знали о Хранителях? Их проблемы!

Странная кровожадность воспоминаний мешалась в Виталии с тягой к мирной жизни и сожалениям о прошлом. Когда все было лучше, трава зеленее, Лев лысее и что там они еще обычно шутили на эту тему?

— Добили бы всех сразу и проблемы бы сейчас не было, - ворчал Виталий на ходу.

Какая еще мирная жизнь, когда вокруг такое? Следовало напрячься… впрочем, это он понимал теперь. Тогда, тридцать лет назад, все это выглядело иначе. Напрячься, еще чуть-чуть, еще немного и победа рядом, да, вся их жизнь состояла из погони за этой самой окончательной победой, которая никак не приходила. Они рвались все выше и выше, побеждали и никак не могли догнать.

— Все из-за Хранителей, тварей эдаких.

— Твари, убить, твари, - сменилась тональность пленного.

Ему предстояло вскоре умереть, только он никак не мог понять этого. Излучение? Тут не помешал бы хороший медик и псионик, но где было взять такого? Поэтому Виталий тащил пленного и стрелял, думая о том, что мог бы и не торопиться. Взял бы в плен кого-то поближе к центру управления, заодно тот дольше протянул бы.

— Реагируешь на слово твари?

— Твари, убить, твари.

— Нет, так мы друг друга не поймем, - вздохнул Виталий.

Твари, вокруг одни твари, вдруг пришла мысль. Не кровожадная, а словно продолжающая его прежние размышления о погоне за победой и почему та ускользала. Они сражались с тварями на форпосте, и убийство Мозга тогда казалось вершиной достижения. Затем ставки повысились, но суть оставалась одна и та же: убей всех тварей, спаси человечество.

Теперь вот все вышло на новую ступень, но, по сути, оставалось тем же: убей тварей, спаси живых. Даже не человечество, просто всех живых вокруг, ведь они тоже люди, пусть и выглядели иначе. Виталий озадаченно почесал в затылке, неужели излучение могло внушать такие сложные концепции? А как же тогда безумие окружающих?

— Твари, убить, - прохрипел пленный и отключился.

Центр управления был уже близко и засевший там пытался уничтожить корабль Виталия, а также рассылал сигналы ненависти по всей системе. Пара планет еще откликалась, обещая убить его первым. Виталий оглушил и его, сломал конечности и уставился в пылающие ненавистью и болью глаза.

— Скажешь ли ты мне что-то новое или только убить? – спросил он.

Боль явно не действовала, неужели излучение так сильно било по мозгу? Что можно было противопоставить ему, раз излучение пронзало любые щиты и обшивки станций… Виталий прищурился, отдавая команды комплексу и своему кораблю.

О да, излучение было повсюду, и оно пронзало корабль, силовые поля, живых, и это было странно, требовало дальнейших исследований. Возможно, именно на его основе удалось бы создать установки для мгновенного перемещения в другие галактики, дешевые и надежные.

Виталь моргнул, отгоняя ненужные мысли, затем еще раз взялся за пленного. Корабль Виталя ничем не выделялся в излучении, скрывался от систем наблюдения, как и положено, следовательно, его засекли как-то иначе… как?

Пленный излучал выше фона, усиливал собой излучение, возможно. Но когда Виталий сам стал в фокус огромного прибора, тот аж зашкалило и закоротило. Виталий потер шею, провел по подбородку, пытаясь отвлечься на мысли о бороденке.

Как все было легко и просто в те времена.

— Ладно, - проворчал он, - теперь проведем еще эксперимент.

Попытки экранировать излучение не дали результата, пленные все так же пытались дотянуться и угрожали убить Виталия. Однообразно, скучно, непонятно. Тут опять же требовались огромные исследования, для которых не было ни времени, ни возможностей.

— Все очень просто, - мрачно заметил он в пространство, сворачивая им шеи, - надо убить всех, кто излучает выше фона и наступит мир в галактике.

В первую очередь – сам Буревестник. Странно, что раньше это излучение не засекали, потому что его не было? Или оно не сводило с ума, а Хранители просто внесли модификации. Виталий вздохнул и пошел обратно к кораблю, пытаясь напрягать свой мысленный «радар». Раз эти безумцы засекали его, то он мог засечь их в ответ? Может, не за половину системы, так как они светились слабее, но все же?

С другой стороны, к чему ему это?

— Дюша бы только посмеялся надо мной, - проворчал Виталий под нос.

Настроение ухудшилось, кому понравится узнать, что он сам источник излучения, сводящего с ума живых? Вот если бы было наоборот! Злое излучение возбуждает ненависть в живых, а Буревестник излучает добрые флюиды, заставляющие всех умиротворенно нюхать цветочки и любить ближних.

Но откуда бы у них взялись эти добрые флюиды, когда они всю жизнь только и делали, что убивали? Будь с ними Лев, так того вообще, наверное, можно было бы засечь через всю Галактику. Сияющий лысый маяк зла и убийств, во имя жизни. Или жизни во имя смерти?

— Чего это я посмеялся бы над тобой? – вдруг раздался голос Дюши.

— Ты же всегда засекал вокруг врагов еще раньше, чем они появятся, - ответил Виталь.

Передатчик, конечно же, не работал, но это уже не удивляло. Если излучение могло… нет, нельзя было списывать все на одно излучение. Но стоило ли ломать голову над такими загадками? Разве что затем, чтобы найти источник излучения и прихлопнуть его на месте?

— Было дело.

— А я тут пытаюсь найти безумцев вокруг по их излучению зла.

— Такое возможно?

— Они все излучают выше фона, а больше всех мы… я!

— Да ладно скромничать, - заметил Дюша небрежно. – Мы – это верное слово. Стало быть, мы сами излучаем массу зла, и окружающие за это бросаются на нас?

— Вроде того.

— И убив окружающих, мы начинаем излучать еще сильнее и цикл повторяется?

— Э, не знаю. Наверное. Нужны исследования.

— Ага, скоро займусь, у нас тут будет целая система подопытных объектов. Как раз удачно выжили только самые злобные, - отозвался Дюша.

— Они засекли мой корабль при активированных системах скрытности.

— Слушай, из них бы вышли отличные радары, да?

— Ты так спокойно на это реагируешь.

— А что надо делать? – полюбопытствовал Дюша. – Бегать и страдать? Окружающие хотят нас убить, ничего нового со времен форпоста, пора бы уже привыкнуть.

— Ты тоже стал чаще вспоминать форпост в последнее время?

— Думаешь, излучение пытается вернуть нас в прошлое? Я бы не отказался, ух мы бы там развернулись!

— Ага, все девчонки были бы наши и Землю бы спасли… два раза, - хохотнул Виталий. – Но нет, просто излучение вызывает у нас воспоминания о прошлом?

— Виталь, это называется старость. Просто обычно в нашем возрасте уже дома сидят, ложку мимо рта проносят и в валенки пердят внукам, как хорошо было в детстве, - голос Дюши был переполнен мрачной, злой иронии. – А мы все бегаем, внуков нет, да и спасать Землю кроме нас опять некому, не вырастили достойную смену.

— Ты же вырастил!

— Ну да, обычных бойцов, не вышло из меня Льва.

— А ты мечтал вырастить новый Буревестник?

— Да не особо, но все же, хорошо бы вышло, а?

— Точно, - согласился Виталий. – Ты же в курсе, что мы общаемся без передатчиков.

— Думаю, это все Спартак виноват, - поделился Дюша. – Как его лысина всплыла, так начались чудеса и смерти, как думаешь, выйдет из него замена Льва? Лысину и кепку мы ему подарим!

— Слушай, эта шутка была несмешной еще полвека назад!

— Ты же сам говорил, что нас тянет в прошлое, почему бы не извлечь пару древних шуток?

— Ты бы еще анекдоты Льва вспомнил!

— Могу, могу, - самодовольно согласился Дюша. – Рассказать тебе парочку?

— Не надо!

Виталий добрался до корабля и начал прокладывать курс к Ганаду-пять. Ну да, вряд ли командиру требовался транспорт, но раз просил подобрать его там, то, наверное, рассчитывал на помощь? Хотя, какая там могла быть помощь, каждый из них мог справиться с проблемами и самостоятельно.

— Ладно, тогда поболтаем потом, мне тут немного нужно побить по головам живых. Говоришь, сами чуют и лезут?

— Да.

— А если экранироваться чем-то?

— Я так ничего и не подобрал.

— Найти внутренний покой и убрать злые мысли? Нет, точно не то, я и без того спокоен и не думаю зло про живых вокруг. Слушай, а вот скажи, эта штука пригодилась бы на Земле?

— Что?

— Нет, не сейчас, хотя да, следовало бы связаться с Асылом еще раз и доложить о развитии наших научных изысканий. В прошлом. Излучение тварей, желающих убить всех живых, а? Мы бы чуяли их за полмира, сразу вскрыли бы все гнезда, разнесли и превратили в фарш. Неужели тебе не хотелось бы вернуться в такое прошлое? Победить всех и жить мирно?

— Эх, мечты, мечты.

— Да не говори, не успеешь задуматься о том, что даже семьей не обзавелся, - в голосе Дюши проскользнула искренняя горечь, - и все твои родственники на пять колен вперед уже умерли, как в мире опять происходит что-то новое! Одна надежда на командира и Алину, что они за нас размножатся.

— Эй, они же уже давно разбежались!

— Ну, мы же теперь сбегаемся обратно? Готов поспорить, и они сбегутся, да еще как! Стукнутся так, что звезды вздрогнут и из этого столкновения родится новая вселенная!

— Готов поспорить, значит? На что будем спорить?

— Да на что угодно, у нас и так все есть.

— Ладно, считай, что забились! – злорадно оскалился Виталь.

Теперь он точно возьмет верх.

— Я хотел разбить спор о лысину Спартака, но и так тоже пойдет. Встретимся у Влада, - сказал Дюша и отключился.

Можно было вызвать его заново, но Виталий не стал суетиться. Задал курс и откинулся в кресле, думая о том, что разговор помог. Конечно, загадки излучения никуда делись, как и тот факт, что Буревестник фонил мощнее всех, но все это отступило на второй план. Следовало еще проверить, не станут ли они вдвоем излучать вдвое сильнее, но все это легко могло подождать до встречи с командиром.

Тихий, спокойный полет по пылающей галактике, ностальгия.

— Возвращение в прошлое, - хмыкнул Виталий под нос.

Перелет до Ганада прошел без проблем, хотя что-то и кололо, и чесалось, словно звезды вокруг слали сигналы. Или это лезла злоба и желание убивать? Нет, Виталий перепроверил себя и не ощутил ничего. В то же время, ощущалась какая-то слабая тревога – за системы вокруг?

Все это было странно, и Виталий решил уточнить при личной встрече, ворвался в систему Ганада и увидел, что тут уже тоже отгремели бои и все стихло. Корабль-победитель, на котором находился командир, висел на видном месте, не промахнешься.

Только он был там не один.

— Да вы издеваетесь, - пробормотал Виталь, ощутив, что внутри находится также Алина.

Глава 14

Экранирование, размышлял Дюша. Ясно было, что стандартные средства, то есть все, что они применяли вокруг, не работало. Но если побороть излучение излучением? Если его можно было зарегистрировать – как? – то можно было подобрать материал, силовое поле, что там еще, чтобы оно поглощало, допустим?

Дюша попробовал «втянуть» в себя это неведомое излучение, словно вдыхал воздух и ощутил себя как-то странно. Словно и правда всосал часть космоса, ощутил вакуум внутри и звезды вокруг, покалывания, будто вырос до размеров… ну, сектора Содружества, и метеориты стали размером с пылинки.

— Космическая сила, - пробормотал Дюша, «выдыхая» обратно.

Ощущения исчезли и тут же потянуло ощутить эту мощь заново. Дюша, разумеется, сдержался, закурил новую сигарету, размышляя над тем, что скука полетов – напрасная трата времени. Следовало заняться чем-то, перепроверить оружие, посмотреть планы системы, поспать или попробовать связаться с другими, или еще что-то, что могло пригодиться потом.

Например, опыты по достижению космической мощи.

— Странно, что Виталь об этом не упоминал, - заметил Дюша.

Вдох табачного дыма и выдох, действие настолько привычное, что он его даже не замечал. Поэтому у него получилось, а другие даже не пробовали? Возможно. Следовало бы уже придумать способы мгновенного перемещения куда угодно без порталов, вот тогда Буревестник воистину поспевал бы повсюду! Для начала, конечно, пришлось бы побегать, разгромить всех врагов, так как без этого никогда не обходилось.

Затем, после уничтожения всех тварей, пришло бы время мирного строительства… наверное.

— Какие-то странные посылы из прошлого, - отметил Дюша вслух.

Земля и твари, сражения и защита, странные повторы одних и тех же ситуаций, только уровень врагов и самого Буревестника неизменно повышался. Сколько витков уже прошло? Три? Четыре? И теперь, возможно, наступил новый виток, в котором в роли тварей оказались… все живые вокруг? Словно Буревестник все еще оставался где-то там, под Альпами, в роли подопытных замороженных туш, которым в мозги вставили электроды и транслировали все эти картинки.

Как отличить реальность от вымысла?

Идея, что все их силы – фикция, вполне коррелировала с тем, как внезапно и непонятно они их обрели. Архивы Хранителей были полны записей о схожих случаях, часть процесса выращивания воинов-спасителей Галактики. Или вселенной, чего мелочиться?

Но, конечно, если все это было выдумкой, то и записи бы соответствовали ей. Вот только не сходились эти крики про слуг Разрушителей и конфликт с Хранителями, которые добивались вроде бы обратного. Или они моделировали ситуации? Непонятно.

— Так можно далеко зайти, - отметил Дюша, - предполагая недоказуемое и паранойя из-за несуществующего.

Он мыслил, следовательно, он Буревестник? Неважно. Слишком уж эти мысли, невесть откуда взявшиеся столько лет спустя, отдавали воздействием излучения. Дюша прислушался к себе и вдруг осознал, что воздействие излучения, наоборот, ослабло.

Стало быть, он просто придумал себе все это, про Хранителей и электроды в голове?

— Давайте еще раз.

Вдох и выдох, вдох и выдох. Вдох, затяжка космосом вокруг, прямо в полете. Выдох, отпустить дым вакуума обратно. Покалывания на коже и в теле, хотя и это могло быть внушением от электродов в голове. Привычные движения, привычные ощущения, нет разницы, что курить, сигарету или космос вокруг. Дюша даже глаза прикрыл, затем достал еще одну сигарету и совместил приятное с бесполезным.

Вдох и выдох.

Ощущения в груди и помимо дыма он вдруг ощутил что-то еще.

Космос вокруг, через который мчался его корабль. Дюша ощутил себя и живых вокруг, словно частички дыма. Он затягивался космосом и выдыхал его, словно сдувал системы вокруг. Обдувал их космическим дымом, мозг отчаянно цеплялся за привычные движения и метафоры, и Дюша попробовал отключить разум. Все, как раньше, действия без сознания, только то, что тренировал и оттачивал годами, десятилетиями. Разум не требовался, так как он не поспевал, по крайней мере обычный разум, без всей этой невесть откуда взявшейся силы.

Щелчок, возможно, даже настоящий и все получилось. Дюша плыл в пустоте звезд и не удивлялся этому. Он был космосом и космос был вокруг, Дюша вдыхал его и знал, что происходит. Покалывания света звезд и метеоритов, комет, чесотка движения планет, тепло излучения, дыхание галактики и неудобства внутри, призывы умирающих живых, сражающихся с вторгнувшимся в организм вирусом.

Вдох и выдох, метафоры обычного человека, применяемые к космосу, могли бы показаться странными, как и то, что Дюша осознавал малейшие клетки – живых – внутри себя, но сейчас это его не волновало. Только пустота, вдохи и выдохи, и мир вокруг. Ничего необычного, словно он опять сидел в разгромленной линии обороны на берегу Средиземного моря и ждал, пока накатит новая волна тварей. Сражения и пустота между ними, пустота и живые вокруг.

А затем с новым щелчком все исчезло, и Дюша снова оказался на корабле.

— Впору шутить, что в сигарете был вовсе не табак, - заметил он, поднимаясь.

Все это и правда напоминало прием наркотиков, вот только обычные уже давно не действовали на Буревестник. Наверняка имелось что-то, способное их пронять, но группа никогда не занималась исследованиями по этой теме.

Ощущение космоса вокруг сохранялось, и Дюша вызвал карту этого сектора.

— Так-так, - пробормотал он, - Инкватика, значит.

Память тут же подсказала ему, что туда отправляли несколько отрядов, обычные наймы и в то же время расширение границ влияния Земли в новый сектор. На фоне всеобщей бойни – неужели они уцелели? Людей не брало излучение?

Вот это были вопросы, на которые следовало получить ответы, и Дюша отвлекся от мыслей о том, что где-то там остальной группе требовалась помощь. О да, они справлялись, но им все равно требовалась помощь, константа бытия, неизменная уже которую сотню лет. Следовало мчаться в логово Хранителей, раз уж Дмитрич сел им на хвост, и в то же время, Дюша выбросил эти мысли.

Выдохнул в космос и избавился от их влияния, в каком-то смысле.

— Новый курс, новый курс, - почти пропел он.

Предвкушая драку? Нет. Мысль о спасении людей, нет, живых, избавлении от чесотки и неправильности в организме, вот что вызывало предвкушение. Новая ступень силы? Возможно. Дюша попробовал усилием воли избавиться от чесотки, и не вышло. Возможно, требовалось бессознательное усилие, или просто ничего не вышло бы.

Ведь Дюша не мог управлять клетками в своем теле, не так ли?

Еще одна волна сожалений из прошлого, искусственные интеллекты – помощники, которых они не стали восстанавливать. Жизнь тогда им представлялась в виде шатаний по системам и в чем-то так оно и было. ИИ требовали базы, взаимодействия, планирования, занятий всем этим всерьез и после двадцати лет непрерывных трудов над освобождением Земли, никто не захотел связываться.

Возможно, они допустили ошибку, впрочем, пока не появилось это излучение и безумие, пока Влад не вышел на связь с сообщением про Спартака, никто не считал происходящее ошибкой. Скорее, наоборот, ворчали, что и без того слишком много помогают Земле, пора перестать утирать ей нос и задницу.

— Ошибку, ошибку допустили Хранители, когда полезли на Землю, - выдохнул Дюша, словно оправдываясь.

Но, странное дело, не ощутил былой злости, будто сбросил ее прочь… в космос?

Дюша покачал головой и решил пока прекратить эксперименты, этак можно было зайти слишком далеко. Вначале требовалось практическое подтверждение и именно им он и занялся, сменил курс и ворвался в систему Инкватика, если так можно было назвать появление одного корабля.

— Неизвестный корабль, идентифицируйте себя!

— Ух, как сурово, у меня аж мурашки по коже побежали, - заметил Дюша насмешливо.

Его попытались обстрелять, и он разнес орбитальную станцию, будто отвесил хорошего пинка Кусателю. Деяния, некогда казавшиеся очень сложными, сейчас вдруг стали обыденностью. Конечно, за плечами был опыт освобождения Земли, но и он не помог бы, не вернись к ним силы.

В то же время, уничтожить станцию одним выдохом не вышло.

— Так, так, не любим людей, значит, - пробормотал он, вдыхая нечто вокруг.

Живые на станции не перебили друг друга, так как были заняты уничтожением «зла» внизу, на планете. Отряды землян, прибывшие по найму, все еще сражались, маневрировали, отбивались от бывших нанимателей. Пытались прорваться в космос и тем самым будоражили оставшихся на станции, которую только что разнес Дюша.

Все это указывало на очень неприятный факт, пусть даже Дюша пока не провел замеров.

— Кипр-восемь, Кипр-восемь, ответьте, - включил он связь.

— Кипр-восемь на связи, - откликнулись снизу.

— Говорит Остров-три, Остров-три!

Казалось бы, Буревестник стали врагами номер один для всей галактики, но никто не ассоциировал эти позывные с ними. Наоборот, Остров считался очень почетным, ведь именно там Лев дал свой последний бой. Тот факт, что он прикрывал бегство Буревестника в космос, тоже оставался за кадром.

— Остров-три! – задохнувшийся возглас.

— Станция уничтожена, можете взлетать, повторяю, можете взлетать!

— Наши корабли уничтожены!

— Захватите местные! – без задней мысли посоветовал Дюша.

Секундная пауза и он вспомнил, что только им так легко давался захват вражеской техники. Будто Буревестник стал всеми живыми Галактики вокруг. Смена внешности, подчинение техники, способности и так далее.

— Захвачен один и наши техники бьются над ним, Остров-три!

— Понятно, - ответил Дюша, пытаясь настроиться.

— Где другие корабли?

— Я один.

Снова пауза, которую Дюша едва заметил, извлекая новую сигарету. Мысль о том, что всему Буревестнику придется начать курить, чтобы получить эту силу, вдруг показалась ему весьма забавной. Каждого согнуть, налепить лысину, получить отряд Львов!

— Один?

— Думаете, только вы попали в беду? – почти насмешливо спросил Дюша. – Такое повсюду!

— С чем это связано?

— С беспечностью, конечно. Вот вы даже не подумали проверить, кто я, поверили сразу.

— Но мы видели уничтожение орбитальной станции! Последней, к слову, остальные нам удалось подбить, только прорваться не вышло.

Не совсем дураки, удовлетворенно отметил Дюша. В такой ситуации, даже если бы прилетело страшилище совсем нечеловеческого вида, но помогающее, стоило считать его другом. Ну или хотя бы союзником.

— К тому же…

— Хватит, - оборвал Дюша.

Он уже затягивался и выдыхал, сосредотачиваясь на кораблях внизу. Конечно, проще было бы спуститься и сделать все самому, но что, каждому теперь сопли утирать? Эксперимент поставлен, люди спасены, ну по крайней мере на время, остальное могли сделать и сами.

Противоречивость собственных утверждений и поведения не ускользнули от Дюши.

— Были ли у вас конфликты? – спросил он.

Вдох и выдох.

— Приступы злобы и безумия?

Выдох и вдох. Ощутить космос вокруг.

— Да, Остров-три. Пристрелили их на месте, решив, что заразились от местных. Но вы сказали, что такое повсеместно?

Вдох и выдох, и Дюша ощутил людей внизу, только теперь уже не неясным покалыванием в боку. О да, они выделялись, не так сильно, как он сам, но выделялись. Настоящие маяки зла, если считать, что излучение сводит всех с ума и вызывает приступы кровожадности. Поэтому их и не взяло… пока. Как не подействовало на Буревестник, возможно, что тоже пока.

Они были устойчивее обычных живых и людей, но не имунны.

— Да, - ответил Дюша, выдыхая новую порцию дыма.

— Земля в опасности?

— Еще какой, - отозвался Дюша.

Пусть люди там были устойчивее, а может и не были, может там уже царил хаос, а Асыл просто не стал о нем говорить? Проклятье! Следовал торопиться, не просто торопиться, а мчаться так, чтобы Вселенная вокруг загорелась, найти источник излучения и уничтожить его.

Обычные бойцы с таким точно не справились бы.

— Остров-три, вы!

— Я тороплюсь, - мрачным тоном отозвался Дюша.

Выдох и что-то внизу изменилось, сдвинулось и Дюша сам не сказал бы, как он это сделал. Прицельно пустил колечко дыма из ноздри? Что-то такое.

— Корабль завелся?

— Да! Но как…

— Не теряйте времени, уносите отсюда ноги, руки и все остальное! Передавайте привет главнокомандующему от Острова-Три и скажите, что излучение подействует и на людей, только позже!

— Изл…

— Я тороплюсь, - повторил Дюша, ускоряя корабль.

Хотелось гаркнуть в лучших традициях Льва «Бегом! Выполнять!», но Дюша не стал. Отряду на Инкватике-четыре повезло, ему вздумалось проверить новые способности, связанные с курением, и звучало это настолько бредово, что Дюша и сам бы не поверил, если бы не сделал нечто.

Взял и изменил корабль внизу, просто «выдохнув» в него.

— Остров-три!

Но Дюша уже отключился и рванул корабль туда, где Дмитрич нашел логово Хранителей. Ну или думал, что нашел, неважно, какие-то следы там должны были остаться, и этого сейчас было достаточно. Вдох и выдох, изменить космос вокруг, вдох и выдох, поглотить часть расстояния? Дюша попробовал и не смог, но это не означало, что идея плоха, просто следовало потренироваться еще.

По дороге к логову Хранителей.

Наверняка спасенные им наемники еще взывали вослед, и легко можно было вообразить, чего они нагородят, когда прилетят на Землю. Узнают, кто такой Остров-три и так далее, и так далее. Но все это были такие мелочи по сравнению с осознанием истинной опасности, нависшей над родной планетой.

Скорее всего, Хранители, лишившись Содружества и большей части секты, включая других Хранителей, решили пойти ва-банк. Активировали излучатели, а может и правда лишь недавно построили их, неважно. Живым предстояло истребить друг друга и Буревестник, убрать врагов Хранителей, которые затем начали бы строить новое Содружество. Заложили бы основание пирамиды, начали бы снова ставить эксперименты по созданию бойцов-спасителей, только теперь с еще большими предосторожностями, ведь «слуги Разрушителя неимоверно коварны».

— Пришла пора поставить точку в этой идиотской истории, - заявил Дюша, вдыхая еще космоса.

Глава 15

Корабль опускался прямо на развалины огромного мегаполиса. Бои внутри города продолжались, какие-то остатки планетарных систем обороны попытались тяфкать на Дмитрича, но быстро нашли свой конец. Ему не требовался передатчик или маяк, он просто знал, что вон там, в огромной куче развалин находится Влад.

Спартак рядом с ним практически не ощущался.

— Какая знатная гулянка, - заметил Дмитрич, приземляясь на крохотный почти чистый пятачок.

Остатки какого-то местного автомобиля вздрогнули и заскрежетали, из-под развалин выметнулось чье-то тело и тут же упало, с огромной дыркой на месте головы или сердца.

— Заметь, я даже не помогал, - отозвался Влад, появляясь из укрытия.

— Странно, что на тебя не сбежался весь город.

Дмитрич выстрелил и прострелил еще одного аборигена.

— Они пытались, - признал Влад. - Пришлось устроить мега-взрыв и спрятаться потом в эпицентре. Помогло на какое-то время, а когда все стихло, местные уже изрядно проредили друг друга. Отстреливал тех, кто пытался прорваться, устроил еще взрыв, они там били друг друга в спину, а также уничтожили все, что летало вокруг планеты.

— То-то я смотрю, в космосе было так тихо.

— Повезло, - признал Влад. - Крупная система, полно кораблей, станций, всего, они успешно друг друга расколошматили, мне оставалось только прятаться.

— Не проще ли было улететь отсюда со Спартаком?

Взгляд Дмитрича обратился на развалины, сопоставляя все факты.

— Он потерял силы?

— Он..., - Влад вздохнул и взмахнул рукой. - Пойдем, сам посмотришь.

Дмитрич оглянулся, внезапно ощутив всех живых вокруг на десяток километров. Они ощутили его в ответ и устремились, дабы покарать "слугу Разрушителя", но при этом постоянно сталкивались друг с другом и убивали, огоньки их жизней гасли. Оставалось только мысленно пожать плечами и пожалеть, что такой способности не было раньше, она бы пригодилась в разведке.

Спартак в ней тоже практически не ощущался, так, неясные колебания теней в полусумраке.

— Ты ощущаешь живых вокруг? - спросил Дмитрич, поднимаясь по осыпи из обломков.

— Нет, - ответил Влад, - но у меня было четкое ощущение опасности, особенно, когда станция сверху целилась в город. И знаешь...

Он замялся, словно не знал, как выразить ощущения, и это было очень странно.

— Да? - спросил Дмитрич, останавливаясь.

— У меня была твердая уверенность, что если я выстрелю в нее отсюда, то смогу разрушить. Не какой-то спецвинтовкой, нет, не надо коситься на мое оружие, вот просто вскину, что есть, выстрел и попадание, разрушение.

— Очень странно, - согласился Дмитрич.

— А еще меня одолевали сожаления о прошлом.

— Не тебя одного.

— Тебе чудилось, что надо было сделать все иначе и не приезжать на форпост?

— Не забывай, что я попал туда не так, как вы, - заметил Дмитрич. - Но да, мысли о мирной жизни меня посещали. Думаю, во всем виновата эта штука, из-за которой все обезумели.

— А началось все с того, что я нашел Спартака, - вздохнул Влад.

Дмитрич хотел спросить, как это случилось, и вдруг увидел все одной вспышкой, словно сам побывал там. Влад двигался по городу, который сейчас лежал вокруг в развалинах, только не здесь, а ближе к окраинам. Не слишком безопасный район, где легко могли ударить в спину, и Влад шагал, думая, что его заманивают в ловушку-обманку.

Как у самого Дмитрича вышло с осьминожками, только наоборот.

И тут Влад вдруг увидел слепого, просящего подаяние. Точнее говоря, слепой просто сидел на солнцепеке, рядом стояла табличка, с просьбой о милостыне, но все равно. Вылитый Спартак и что-то екнуло во Владе, который подумал, что ему уже начал мерещиться давно погибший напарник. Это могло быть частью ловушки от Хранителей, и Влад решил в нее попасться, подошел ближе и понял, что перед ним настоящий Спартак.

Лысый, слепой, обезображенный, не узнающий его.

— Ты передал мне воспоминания? - отшатнулся Дмитрич.

— Ты что, мы не настолько близки! - пошутил Влад. - Передал?

— Передал, я увидел, как ты нашел Спартака!

— Значит, наши силы и правда начали возвращаться и расти, - сделал вывод Влад. - Но при этом мир вокруг сошел с ума.

— Ты думаешь, это связано? - спросил Дмитрич.

Они прошли внутрь, и он не испытал шока от вида Спартака, так как уже видел его в воспоминаниях. Некогда было задумываться над природой этой странной телепатии, следовало собираться и улетать. Влад выкрутился, отсиделся, но вполне возможно, что сюда уже летели из других систем, кто знает, как далеко работало это странное "притяжение", заставлявшее живых кидаться на Буревестник?

Спартак сидел неподвижно, словно сверлил взглядом отсутствующих глаз стену.

— Лев его знает, - пожал плечами Влад. - Но тридцать лет прошло и все было спокойно.

— Согласен, - кивнул Дмитрич. - Разберемся по дороге.

— Погоди, а как же остальные? Они же летят сюда!

Дмитрич вдруг понял, что Влад еще и поэтому не двигался с места, чтобы не гоняться друг за другом.

— Ничего страшного, ты же знаешь, что бешеному Буревестнику двенадцать парсек не крюк. Встретимся на Бердаусе, заодно помогут.

— Спартак как-то улизнул от Хранителей, а ты теперь хочешь вернуть его в их логово?

Они уже заносили Спартака в корабль. Живые вокруг приближались, через минуту ближайший вышел бы на дистанцию выстрела. Влад вдруг вскинул оружие и выстрелил, живой упал, следующему потребовалось бы еще две с половиной минуты, чтобы добраться.

— Дай ему винтовку в руки, - посоветовал Дмитрич. - Нет, я не хочу возвращать Спартака, но надо спешить! Даже в обычное время след уже давно мог бы остыть, а тут, в этом безумии!

— Да, этих тварей, - кулак Влада сжался, словно он уже давил в нем Хранителей.

— Не говори, чего им дома не сиделось, - со смешком отозвался Дмитрич.

Они взлетели, и живые внизу взвыли, а затем накинулись друг на друга. В космосе летело несколько кораблей и все они накинулись на Дмитрича, едва не мешая друг другу.

— Точно, - прищелкнул он пальцами. - Живые не только обезумели, но еще и отупели, вот почему нам легче.

— И силы возвращаются.

— Да, - Дмитрич бросил еще один взгляд на Спартака.

Тот сидел, сжимая винтовку в руках, словно готовился пойти в бой.

— Ты слышишь меня? - спросил его Дмитрич, усевшись напротив.

— Бесполезно, я постоянно с ним говорил и уж мой голос он точно узнал бы!

— Тут нужен хороший медик, псионик, в общем Катя, - сделал вывод Дмитрич.

— Или медицинский комплекс, - добавил Влад. - Правда, я так ни одного целого и не нашел.

— Его тело... ну, не в порядке, Спартака явно пытали и ставили над ним опыты, но это все уже зажило и не требует немедленного вмешательства, - покачал головой Дмитрич. - Его разум, ты же чувствуешь меня, а я тебя? Обмен мыслями, эта связь - передатчик никак не мог добить на такое расстояние.

— Ты о чем?

— Что мы общались друг с другом мысленно, передатчик тут выступал, ну не знаю, привычным предметом, а так мы могли... и можем, наверное, общаться и без него.

Корабль уже лег на курс к системе, где якобы находилось логово Хранителей и можно было немного отвлечься.

— Еще скажи, что мы сможем стрелять без оружия! - хохотнул Влад.

— Может и сможем, - пожал плечами Дмитрич. - Летать без кораблей, стрелять без оружия, общаться просто усилием мысли. Кто знает? Но его разум (он ткнул в сторону Спартака) практически не ощущается. Словно он закрылся в себе, спрятался в подземном бункере Прежних и не выходит оттуда.

— Твари, - скрежетнул зубами Влад, сжимая кулаки. - За это они поплатятся!

— Согласен, - легко отозвался Дмитрич. - Убить столько живых своим излучением, и тридцать лет ставить опыты... или не тридцать?

— Это как-то уменьшает их вину? - зло выдохнул Влад.

— Никак, но.

Дмитрич вдруг представил эту череду лет и пыток, опытов, без возможности вырваться, так как Хранители узрели истинную силу Буревестника и приняли меры. Да что там, они и сами были сильны, пусть и не устояли перед выходцами с Земли. В какой-то момент Спартак не выдержал и замкнулся в себе, спрятался в бункере разума, и когда Хранители поняли это, то прекратили опыты, так как уже не извлекали из них пользы. Они взялись монтировать свои излучатели зла, а Спартака отправили в "свободный полет", то есть выбросили на улицы случайного города в случайной системе.

Установили наблюдение, дабы поймать кого-то из Буревестника, когда Спартак оказался бы найден.

— Что? - отшатнулся Влада.

— Ага, ты уловил образ! - обрадовался Дмитрич, и улыбка тут же увяла. - Как-то так.

— Согласен, - Влад снова скрежетнул зубами.

Теперь он действительно излучал зло, почти осязаемое физически и Дмитрич, его понимал в этом. Никто и раньше не собирался давать пощады Хранителям, но года все же притупили ощущение остроты потери. Так было с теми, кто остался в прошлом, так было с Львом, и теперь вот со Спартаком. Узреть его живым и обезображенным, ничего не осознающим, понять, как это случилось, все это разбередило старые раны, начавшие снова сочиться кровью, пусть и не буквально.

— Так вот, нам нужен кто-то, способный достучаться до разума.

— Согласен, - повторил Влад. - Но и лечение тела не помешает.

— Как и компания старых добрых друзей и соратников, мало ли! Он явно не сдался сразу, но теперь...

Дмитрич повертел руками, попробовал напрячь свои новые способности. Спартак пялился в пространство отсутствующими глазницами, уже успевшими зарасти кожей. Вспышка понимания и осознания, из-за чего вспыхнул конфликт, Спартаку подавали и много, так как видели, что он настоящий слепой.

С другой стороны, что, Владу следовало сделать, оставить его что ли там? Обратиться в тамошнюю полицию или как там назывались органы охраны правопорядка? Выкупить, благо денег у Буревестника хватало? Так можно было бы поступить, только обдумав ситуацию, а Влад увидел и начал действовать, охваченный гневом и яростью.

Наблюдатели Хранителей засекли этот момент и дали отмашку... включили излучатели?

— Хм, странно, - заметил он.

— Не говори, - вдруг отозвалась сердито Алина. - Мы примчались на выручку, а там толпа каких-то обезумевших макак носится!

— Эй, мы хотели с вами связаться! - возразил Дмитрич. - С помощью наших новых мысленных сил!

— Сила есть, ума не надо, - проворчала Алина.

— Так, где вы? - спросил Андрей Майтиев.

— Летим к системе Бердауса, там на второй планете предположительно база Хранителей. Или след к ней.

— Спартак с вами?

— Спартак с нами.

— Так-так, вас трое и нас трое, а Дюша, как всегда, пошел своим путем.

— Откуда вы знаете, что нас трое? - спросил Дмитрич.

— Я ощущаю двоих, но ты же сказал, что Спартак с вами, понятно, что в плену у Хранителей его не пряниками кормили, странно, что он вообще жив.

— Они использовали его как приманку.

— А я в нее попался, - добавил виновато Влад.

— Кто устоял бы? Странно, что его не подсунули нам явно, ждали, пока мы найдем сами, ладно, прилетим и разберемся, время поджимает, Земля в опасности.

— Когда она в ней не была? - хохотнул невесело Дмитрич. - Догоняйте.

— Уже.

Осознание, что остальные не слишком далеко, есть возможность общаться, все это придавало сил. Ярости.

— Думаешь, Катя сумеет пробиться?

— Не знаю, - честно ответил Дмитрич. - Но заметь, ты нашел Спартака, у нас установилась мысленная связь, начали возвращаться силы, помимо всяких мыслей о прошлом и сожалений. Если мы соберемся вместе, мы возможно откроем еще что-то новое и сумеем остановить это безумие.

Живые вокруг, он ощущал их ярость и желание мести, тем кто сотворили с ними такое, и это немного беспокоило Дмитрича. Если силы продолжат расти, и он начнет ощущать живых за сто километров? Тысячу? В соседних системах? К чему привело бы такое, помимо возможности легко сойти с ума?

Взгляд его снова обратился к Спартаку, который сидел, подогнув ноги, изображая статую самому себе.

— А может, он стал слишком силен, - пробормотал Дмитрич.

— Что? - недоверчиво спросил Влад. - Как это? Слишком силен для Хранителей и не вырвался от них?

— Представь, что ты ощутил бы все корабли и станции на десять систем вокруг. Сто систем. Ощутил бы каждого живого, - сказал Дмитрич. - Выдержал бы твой разум такую волну ощущений?

— Не знаю, - признал Влад, подумав. - Надо попробовать.

— Хранители ставили над нами и Землей опыты, с этого же все началось, помнишь?

— Помню.

— Вполне возможно, что они пытались усилить Спартака и чрезмерная сила свела его с ума, замкнула барьеры разума. Вполне возможно, что они пытались сделать из него оружие против нас.

— Невозможно!

— Уверен?

— Уже не очень, - признал Влад. - Вокруг творится сплошная мистика.

— Ага, хочется уже ударить кого-нибудь по реальной морде, - хмыкнул Дмитрич.

Они пролетели и достигли искомой системы, вышли в космос и узрели перед собой последствия грандиозного сражения. Корабли, орбитальные станции, живые, все было перемешано и вращалось вокруг второй планеты, имитируя то ли пояс астероидов, то ли кровавую кашу в космосе.

— Что-то вы припозднились, - раздался насмешливый голос Дюши. - Пришлось все сделать самому.

Часть 2. Глава 1

— Как ты успел раньше нас? - изумился Дмитрич.

— Если я скажу, что попал сюда за три вдоха, ты мне поверишь?

— Я решу, что ты накурился!

— В каком-то смысле ты даже будешь прав! - хохотнул Дюша.

— Погоди, а откуда ты знал, кого надо бить и куда лететь?

— У меня было предчувствие, - усмехнулся Дюша. - Или скажете, у вас не открылось третьих глаз и новых сил?

— Тебя это не смущает?

— С чего бы?

— Да, и в самом деле, чего это я, - хмыкнул Влад. - А планету чего не затоптал?

— Решил поделиться с друзьями.

Пауза.

— К тому же там архивы и хранители, и они нужны нам целыми и живыми.

— Наверняка, они уже уничтожают там все.

— Не, я им уже намекнул открытым текстом, чтобы даже не думали дергаться.

— Они уже неоднократно показывали, что им жизни не слишком дороги.

— Есть такое, - согласился Дюша. - Ну что, вы еще долго будете тянуть Спартака за хвост?

— Кто тянет? - изумился Дмитрич.

— Я тяну, - проворчал Дюша. - Мне кажется или он не совсем живой?

— Его разум замкнулся в себе.

— А тело вы проверяли? Вдруг туда напихали ловушек?

— Так прекращай тянуть время и прилетай, загляни в темные бездны Спартака, - посоветовал Влад.

Полушутливый тон, напряженное выражение лица. На планете засели силы Хранителей, и непонятно, как Дюше вообще удалось не дать им сбежать, при таком-то обилии кораблей и станций вокруг! Явно готовились, может быть, даже выставили защиту от излучения!

— Защиты от излучения я не нашел, - проворчал Дюша, - но их живые и правда отличались.

— Мы что теперь, будем слышать мысли друг друга и обмениваться образами?

— Думаю, научимся ставить щиты, вон, поучимся у Спартака, - последовал ответ.

Затем Дюша все же перебрался к ним на корабль и уставился на Спартака, подергивая щекой. Закурил, напоминая Льва.

— Эти шуточки, кто больше похож на Льва, надоели еще в прошлом столетии, - выдохнул дым Дюша.

— Ты ощущаешь его?

— Я транслирую ему наше последнее сражение, - ответил Дюша. - На планете движение, нас заметили, сейчас пойдут на прорыв... а нет, не пойдут.

— Почему это?

Дюша молча ткнул рукой в экран, где вспыхнул сигнал. Еще один корабль появился в системе, причем очень удачно, как раз с того направления, в котором собирались отступать Хранители. Корабль, несущий внутри себя еще троих из группы, и в этом, наверное, был какой-то символизм, только непонятно какой.

— Все в сборе, - сказал Дюша. - Предлагаю начистить хари этим тварям, аккуратно и нежно, выбить из них все дерьмо, секреты, и дерьмовые секреты, а затем разбить их головы об излучатели.

— Поддерживаю! - прогремел голос Дрона. - Сколько можно портить жизнь живым, уверяя, что они хранители мира и спокойствия?

— Это не мы, - прорезался голос с планеты.

— Ага, и агенты-осьминожки были не ваши, - ядовито отозвался Дмитрич.

— И частоты наши и шифры узнали случайно, - добавил Дюша. - Да и убить нас пытались по ошибке!

— Вы слуги Разрушителя! - в голосе прорезался гнев. - Вы портите жизнь живым, уверяя, что вы хранители мира и спокойствия!

— Нет вы, - парировал Дюша. - А так как мы сильнее и мощнее, то ваши возражения автоматически становятся неправильными!

— Это неправильно!

— Да, но именно так вы поступили с Землей!

— Послушайте, вы призвали слуг Разрушителя, да еще и глумитесь?

— Нет, это вы глумитесь, твари! - прогремел голос Дрона. - Сколько можно языки чесать, бей их!

Общее молчаливое согласие прокатилось между бойцами бывшей группы, и Дюша посмотрел на Спартака, будто ожидал от него реакции. Тот молчал, сидел, не шевелясь, похоже даже не слышал их. Дмитрич попробовал еще раз пробиться в разум Спартака и ничего не добился.

Следовало бы собраться всем вместе, но Хранители!

— Бей!

Устроенный Дюшей "пояс астероидов" - обломков кораблей и станций - проскочили быстро и Дюша вдруг словно вдохнул дыма и пространства вокруг и исчез, оказавшись прямо на планете. Влад и Дмитрич посмотрели изумленно, ринули корабль следом.

Влад стрелял и разил с высоты, Дмитрич десантировался вниз, к скоплению живых, которое таяло, как снег летом. С другой стороны планеты попытались взлететь несколько кораблей и тоже разлетелись на части. Планета была велика и все же слишком мала, чтобы выдержать натиск собравшегося Буревестника. Они перемололи первую линию сопротивления Хранителей, словно птицы, атаковавшие раскрошенный хлеб.

— Кто-то приближается! - голос Виталя.

— Подкрепления, зуб даю, - голос Дюши. - Поспорим?

— Э нет, с тобой спорить, только деньги терять!

Несколько секунд спустя донесся изумленный возглас Виталя:

— Почему я не поспорил?!

Все они ощутили это, будто космос вокруг изогнулся и стал грязным, полным липкого, противного зла. А также яростного желания убивать, принесенного с собой неисчислимыми армадами кораблей, полных тех самых слуг Разрушителя.

— Нет у тебя чутья! - напряженным голосом отозвался Дюша.

Он вдруг оказался среди вражеских кораблей и ворвался на один из них, и Дмитрич разворачивал корабль. Спартак сидел, безучастный и хотелось стукнуть его, вырвать из этого - сна? - состояния, чтобы бился рядом!

— Рассредоточиться и не мешать друг другу, но работать вместе! - прозвучала команда Майтиева.

В другой раз обязательно посыпались бы шуточки насчет противоречий, но не сейчас. Быстрый обмен мыслями и образами, рассредоточение.

— Мы подготовили оборону как раз на такой случай! - взвыли с планеты.

Никто им не ответил, так как все молчаливо согласились — это дело рук Хранителей. Неясно было, как им удалось набрать такую армию, но с другой стороны - галактика велика, не так ли? Они могли раздать какие-то защитные шлемы, обработать сознание, подобно служителям внизу, или набрать армаду из тех, кто оказался более устойчив к излучению.

Все это было неважно, важным оставался лишь результат - армады кораблей, полные тех самых "слуг Разрушителя", как их описывали в архивах Хранителей, захваченных тридцать лет назад. Полные безумной ярости и кровожадности, убивающие всех подряд, чтобы потом сразиться друг с другом и пасть, открывая дорогу этому самому Разрушителю.

— Еще немного и излучение достанет Землю, - сообщил Дюша.

Вражеский флагман уже пал под его ударами и теперь громил соседние корабли, которые отвлеклись и атаковали его в ответ. В образовавшийся пролом ворвались его неизменные друзья, неразлучная со времен форпоста троица, Андрей Майтиев и Виталий Лукин. Рядом дрались остальные, и Влад вдруг осознал, что остался в тылу, присматривать за Спартаком.

Правда, в тылу означало лишь, что он не крушил лично, а просто стрелял, поражая слабые места. Подрывы кораблей, уничтожение двигателей, столкновения, что угодно, способное помочь остальной группе. Прилетевшие армады колебались, гнулись, вминались, получив удар в условное пузо и затем словно поглотили внутри себя сражающийся "Буревестник".

Будто огромное желе или кальмар, поглотивший добычу, продолжавшую сражаться. Космос пучило и разрывало, все скрывалось в огромных светящихся вспышках, и снова превращалось в черноту, которая мгновение спустя снова взрывалась штормом энергий и обломков.

Кальмара пучило, но он продолжал попытки переварить добычу и выбрасывал во все стороны свои щупальца, тянулся и к кораблю, на котором находились Влад и Спартак.

— Вдвоем, плечом к плечу, как тогда в Риме! - орал Влад.

Эти бы силы и возможности тогда, мятеж бы на Земле оказался уничтожен в зародыше! Ничего бы не было и Содружество может стояло бы... а может пало бы, так как Хранители явно не оставили бы своих попыток добраться до Буревестника.

Слуг Разрушителя, ха!

— Умрите, твари, умрите! Всех зачистим! - продолжал орать Влад. - Спасли Землю, спасем и Галактику!

Собрали тут армаду слуг Разрушителя, да еще и делают вид, что они ни в чем ни виноваты! Знали же, знали, что к ним прилетят! Укреплялись, хотя ладно, на фоне творящегося вокруг тридцать лет, укрепление системы никого не насторожило, даже Буревестник, ведь все вокруг укреплялись. Многие тратились слишком сильно и затем падали под ударами соседей, которым в свою очередь били в спину другие соседи.

Какая-то мысль забрезжила в голове Влада, который не прекращал стрелять и кричать, пытаясь попутно расшевелить Спартака, вызвать в нем хотя бы тень эмоций. Убийства, удары в спину, насилие, смерти, все это захлестнуло бывшее Содружество и продолжалось последние тридцать лет - открыто, а до этого творилось неявно.

Светящиеся шары и защита материнских систем, все это рухнуло.

Сдернули защиту и выпустили джинна насилия на свободу, и то, что творилось сейчас вокруг, ничем не отличалось от последних тридцати лет, кроме концентрации. Может и не было никакого излучения, а просто живые вокруг решили ускориться? Виноват ли был в том Буревестник? Хранители?

Создатели этих дурных шаров?

— Правильно, Влад! - поддержал его Дюша. - Никто, кроме нас!

— Не получит от меня прямо в глаз! - вклинилась Алина. - Сколько можно голой [цензура] прыгать на тварей!

— Алиночка, дюша моя, я бы охотно на это посмотрел!

— Словно ты ее не видел!

— И посмотрел бы еще раз, не все же командиру такое счастье! Тем более, что мы сейчас можем даже голыми [цензура] забить любых тварей!

Дела явно шли на лад, раз пошла болтовня с шуточками.. и Влад тут же увидел, что на него летит целое "щупальце", куча кораблей, сбившихся вместе и объединивших щиты. Разные и в то же время одинаковые ощущением зла, исходящих от них и Влад выстрелил, не пробил щиты и рванул корабль прочь.

— Хватит! - прорезался голос командира. - Опять шуточки во время драки!

— Какая же драка без шуточек? - возразил Дюша. — Вот Спартак бы меня понял!

— Но его нет с нами!

— Да, кстати, у меня есть идея!

Влад удирал и отстреливался, затем попробовал повторить трюк Дюши, с вдыханием космоса и не смог. К счастью, Виталь пришел на выручку, атаковал чем-то мощным и снес объединенный щит. Влад немедленно оказался среди врагов и заметался там, расстреливая их безжалостно. Враги не уступали Владу и сами расстреливали себя, пытаясь добраться до Буревестника. Спартак покачивался в такт движению и даже не думал оживать или драться.

— Давайте швырнем в них Спартака!

— Сам себя швырни! - крикнул Влад.

— А я чем занят?! Мы живем боями, всегда жили ими!

Дюша истреблял врагов быстрее, чем все остальные, впрочем, он всегда отличался особыми талантами в этой области. Удивительно ли, что он первый освоил какие-то новые возможности, дающие шанс убить еще больше врагов?

— Швырнем Спартака в прилетевших тварей, вдруг начнет отбиваться?

— А если не начнет?

— Тогда мы поймем, что метод не работает!

— Ты его уже бросил один раз, хочешь бросить во второй?! - рявкнул Влад.

Выплеск ярости, волна энергии и окружающие корабли, набившиеся, словно твари в инкубатор, разметало. Со стороны Дюши тоже чем-то полыхнуло, целая эскадрилья исчезла, словно ее съело.

— БРОСИЛ?!!

— Хватит! - снова рявкнул Дрон. - Вы что, дети?!

Сколько раз они все это обсуждали? Много! Но заявлять такое, даже в шутку?! Влад вывалился из клубка кораблей, сжег ближайших и рванул прочь, вдруг осознав, что если его подобьют, то он не успеет перегрузить Спартака... никуда не успеет!

— Шутите про тварей, они не обидятся!

Влад вспомнил вспышку, выброс злости и попробовал повторить ее, как и трюк Дюши с космосом и не смог. Но не он один, похоже, обеспокоился Спартаком, битва, бушевавшая со всех сторон, вдруг изогнулась и распределились иначе. Разошлась, словно вода и масло, и враги, гнавшиеся за Владом, вспыхивали один из другим, десятками, отсекая всех остальных настоящей стеной взрывов.

— Всем нам дорог Спартак! - крикнул Дрон мощно.

— Мне меньше всех, - добавила Алина.

— Потому что он не видел тебя с голой...

Рык не рык, нечто вроде выброса злости и приказ молчаливый и в то же время орущий на световые года вокруг. Воля Дрона обрушилась на них всех и заставила умолкнуть, осознать, устыдиться. Ну, на секунду это точно помогло, потом все встряхнулись, а Влад опять обернулся на Спартака.

Показалось, или его проняло на мгновение?

— Собрались!

— Особенно, пока они бьют Хранителей, - заметил Виталь.

Пара "щупалец" прилетевшего флота прорвалась к планете, но все сходились на том, что это лишь прикрытие эвакуации и слова Виталя стали легкой неожиданностью. Отстреливая пытавшихся наступать на них, корабли Буревестника отлетали, но общее внимание устремилось к планете, Бердаусу-два, которую местные наверняка называли как-то иначе.

Примчавшиеся армады уничтожали и расстреливали там все.

— Не надо было ломать им оборону, - вдруг заявил Дюша.

— Что?!

— Тогда одни твари смогли бы уничтожить больше других, - пояснил он с обычной насмешкой.

— А мы бы добили остатки, - добавила Алина.

— Мы и так можем выдать и тем, и другим! - самоуверенно заявил Дмитрич.

— Не-не-не, давайте отойдем в сторонку и посмотрим.

— Но там Хранители! Архивы! Там координаты излучателей зла!

— Нет никаких излучателей Зла! - прорезалось с планеты. - Вы что, не видите, что мы заодно?!

Глава 2

— Слышали? - прогремел голос Алины. - Они заодно! Это все инсценировка! Бей тварей!

— Не дайте им сбежать! - добавил Дмитрич. - Не для того я их столько выманивал!

— Мы пытались подать вам сигнал, - сообщили с планеты.

— Вырубайте свои излучатели зла!

— Нет никаких излучателей! Как вы не понимаете! - кто бы там ни общался от имени Хранителей, он практически рыдал. - Вы сами создали эту ситуацию!

— Во, опять мы виноваты, - хохотнул Дюша. - Наверное, мы сами и тварей на Земле разводили!

Бердаус-два отстреливался и все же сбил одно из щупалец осьминога, ослабил вражеский флот, но в то же время, все это могло быть лишь уловкой. Инсценировкой, ради того, чтобы потом ударить в спину, прикинувшись своими.

Да и кто в здравом уме назвал бы Хранителей своими?

Битва не стихла, но изрядно ослабла, можно сказать, почти застыла в тройном противостоянии. Корабли с группой Буревестник на борту, вражеский флот и Бердаус-два, у всех были свои слабые и сильные места, и все не доверяли друг другу.

— Смотрите, они словно колеблются, - заметил Влад, оглядываясь на Спартака.

Совет Дюши пинком отправить слепого напарника в гущу битвы выглядел странно привлекательным. Наверное, все дело было в том, что он содержал в себе хотя бы проблеск надежды, в отличие от нынешней ситуации.

— Да, и это очень странно, даже ощущение излучения зла от них словно стихло, - отозвалась Алина.

— Кстати, было бы неплохо тут оказаться слугами Разрушителя, - заметил Дюша, опять вызвав бурю возмущенных возгласов.

К счастью, они общались мысленно. Услышь его на планете, Хранители бы себе зубы стерли от злости, вдруг развеселился Влад.

— Вечно вы как-то все извращенно понимаете, - важно заявил Дюша.

— Потому что ты выражаешься, как ты, - отозвался второй Андрей.

— Это да, я такой, постоянно выражаюсь, как я, и нет, не хватит балагана, это мне помогает мириться с моими новыми способностями, от которых в другое время я взвыл бы и убежал в лагерь новобранцев.

— Зачем? - изумился Виталь. - Тренировать их?

— Самому стать одним из них! Не надо думать, не надо ничего решать, не надо носить в себе силу, способную уничтожить все вокруг, - уже серьезно отозвался Дюша. - Просто слушай команды сержанта и бездумно их выполняй, одно огромное счастье! Так вот, прежде чем вы закидаете меня своими гнилыми мыслями, объясняю.

Влад вдруг получил образ-объяснение. Не слова, не мысли, нечто сжатое и емкое, словно молния, мгновенной вспышкой во время грозы высвечивающая некую картину. Если бы Буревестник и правда был такими могучими слугами Разрушителя, какими их считали Хранители, то сейчас прилетевшие армады склонились бы перед ними на вакуумные колени и ждали бы приказаний.

Более того, можно было остановить разруху и убийства по всей Галактике!

— Оригинально, - оценил командир. - Но тебе не кажется, что это чрезмерная открытость?

— Нет, не кажется, - безмятежно отозвался Дюша.

— Так что, попробуем ими командовать? - спросила Алина.

— А они нас послушают? - спросил в ответ Дюша.

— Значит, надо взять тех, кого послушают, тем более что мы за ними и прилетели, - Дмитрич указал на планету, Бердаус-два, где усиливалось брожение.

— Не успеем, - вдруг сказал Дюша, уже встревоженно.

Влад тоже ощутил это, словно кто-то давил ему изнутри на череп, особенно глаза, вызывая в них мельтешение светящихся пятен. Целей. Мишеней.

— Ого, какая мощная подмога, - донеслась мысль командира, - где же мы их всех хоронить будем?

Пространство гнулось и ломалось, будто вся система Бердауса (заурядная и ничем не выделяющаяся среди других), вдруг превратилась в один огромный портал.

— Вот это да! - восхищенный возглас Виталя. - Нет, ну вы видели?

— Да, такое точно пригодилось бы Земле.

— В [цензура] Землю! - Алина.

— Точно, даже там это пригодилось бы, - согласился Дюша.

Голову ломило изнутри, разламывало, Влад давал отпор, как мог и все время бросал взгляды на Спартака. Тот и не думал реагировать, словно закрылся и от подобных воздействий тоже. Космос вокруг переливался и звенел огромнейшим северным сиянием, гнулся и ломался, дышал в лицо мириадами целей и обдавал мерзким теплым вонючим привкусом зла.

Похоже, Хранители выкинули на космический стол свой последний козырь.

— Если это излучение повсюду и путешествует мгновенно, то слившись с ним, мы могли бы и сами перемещаться куда угодно, - продолжал теоретизировать Виталь, каким-то немного странным голосом.

Не страх... дрожь предвкушения от новых перспектив?

Северное сияние сломалось, превращаясь в новые армады слуг Разрушителя и на Влада вдруг обрушилась настоящая волна восхищения, возбуждения, перспектив расстрела такого количества врагов. Всплеск кровожадности и губы, шепчущие слова:

— Где же мы всех их хоронить будем?

— Откуда их столько? - голос Дмитрича.

— Все пропало! Все пропало! - доносилось истеричное с планеты.

Они даже не пытались уже общаться и взывать к Буревестнику, просто впали в истерику, фоня на всю систему. Страх и ужас манили прилетевших и часть кораблей сдвинулась туда, а Бердаус-два вдруг словно ожил и начал взлетать. Сотни, тысячи, если не миллионы кораблей взмывали и мчались к слугам Разрушителя.

— Надо было их добить, пока был шанс, - голос Дюши.

Дрожь вакуума, словно сама Галактика или вся Вселенная, забились в ужасе от происходящего и следовало действовать, лететь или бежать, сражаться или спасать Спартака, или делать и то, и другое, и в то же время, Влад вдруг ощутил, что его словно раскалывает пополам.

Кровожадность, злоба, ярость, гнев, стремление убить всех тварей. Сожаления, желание вернуть прошлое, память о долге, стремление помочь Спартаку. Сражаться и убивать! Сражаться и помогать! Влад ощутил, что у него кружится голова, словно разум отказывался воспринимать такое давление и готовился отключиться.

— Нам нужно закрыться! - прохрипел Влад, будто его плющило тысячекратно увеличенной гравитацией.

Земля! Сражаться за Землю! Влад вцепился в эту мысль, будто в брошенную ему веревку. Голова кружилась, и он словно лежал в раскаленной пустыне, ощущая, как над ним кружатся стервятники. Раскаленное солнце цвета крови всходило над горизонтом, подсвечивая миражи - силуэты орд тварей, мчащихся в атаку. Готовых сожрать всех и вся, уничтожить людей... потому что Буревестник не справился со своей задачей.

— Закрыться, как Спартак, - выдавил из себя Влад.

Казалось, что твари уже добрались до него, рвали на части, терзали, сдавливали мощными лапами голову, извлекая оттуда мозг. Где-то рядом хрипели остальные, тоже попавшие под удар, которого не ждали. В Буревестнике привыкли к своей неуязвимости для подобных атак, сильнейшие псионики Содружества ничего не могли им сделать и поэтому группа пропустила удар.

Сильнейший удар под дых и теперь они задыхались, не в силах ничего сделать.

— Как..., - хрипела Алина и в голосе ее слышалась ненависть.

Враги уже летели к ним, а Буревестник медлил позорно, хватаясь за условный живот, не в силах разогнуться. Влад и правда ощутил себя новобранцем, только вчера вставшим в строй, самоуверенным снайпером, приехавшим на форпост и получившим под дых от Льва.

Льва!

— Льва! Представьте Льва! - воскликнули они все вместе, соединив мысли.

Будто взялись за руки, начали водить хоровод или объединили силы в единую цепь. Мелькнула какая-то мысль, касающаяся Спартака, и сгинула, так как Влад ощущал себя просто ужасно. Они отбили атаку прилетевших, но лишь ментальную, не физическую! Силы их надвигались на крохотную горстку кораблей Буревестника, будто девятый вал на кучку мошкары, и это смотрелось... страшно. Не до полного паралича, но впервые за долгое время Влад (и остальные) испытали это ощущение, будто и правда вернулись во времена первой жизни.

— Волна, - чей-то судорожный выдох и образ, разделенный между всеми.

Волна тварей, захлестывающая людей, готовая обрушиться, уничтожить и сожрать, и плевать, что не буквально. Образ из прошлого, в которое их так манило и следовало признать, что им хотелось вернуться в прошлое с нынешними силами и решить там все проблемы.

А не стоять перед захлестывающей волной врагов.

Девятый вал зла катился навстречу тому, что изрыгнул Бердаус-два, и две волны ударились и сплелись, казалось, космос вокруг сейчас вздрогнет и развалится на части от такой мощи. Закрыться, закрыться, как Спартак, билась в голове Влада ставшая бесполезной мысль. Что толку ограждать свой разум, когда ты сейчас падешь физически?

— Встряхнулись, жапчики! - гаркнул Дюша. - Некому разить врагов, не осталось...

— Никого, кроме нас!! - взревел Влад, черпая силы в этом крике.

Они еще успели бы удрать, по крайней мере могли попробовать удрать от волны, отстреливаясь и в то же время внезапно все изменилось и этого не потребовалось. Космос опять смялся, превратился в некий воображаемый дым и втянулся в Дюшу, словно тот скурил кусок вакуума.

Влад вдруг ощутил, что задыхается, забыл, как дышать, настолько его поразило случившееся и разделенные образы, и ощущения. Особенно те, где Дюша стал концентрированным клубком зла, поглотил все то, что излучали живые на скуренных им кораблях. Отборные, самые злые, безумные из безумных, выжившие за счет того, что убили других, эти слуги Разрушителя стекались друг к другу, словно капельки ртути или намагниченные шарики и затем они ринулись сюда.

— Смирно! - гаркнул Дюша. - Упор лежа - принять!

Сила гремела в его голосе, не хуже, чем у Льва в свое время и на мгновение Владу показалось, что сейчас враги подчинятся. Станут новобранцами, которых построил сержант-инструктор. Влад обернулся - ему показалось, или Спартак опять отреагировал?

Похоже, показалось.

— Опять прислали дураков! - выдохнул Дюша.

Не вихрь зла, но скуренный им космос, и выброс пространства дополнительно разметал врагов, пробил дыру в накатывающей волне, и Влад ощутил, что пора действовать. Ощутил, что они отбили первый натиск, стряхнули ментальное давление и оцепенение, и пришло знание, что атаки повторятся.

— Нам нужно стать сильнее их! - выкрикнул он.

— Или уменьшить их число! - поддержал Дмитрич.

Корабли Буревестника рванули во все стороны, прикрываясь волной искажений пространства и Влад рванул свой вперед, спеша проскочить волну, пока та не сомкнулась. Оседлать условный гребень и взлететь выше, еще выше, пока их не захлестнуло сдвоенной атакой. Что бы там ни творилось в обезумевших разумах Хранителей, они явно подготовились!

Удрать, да, побег — это выход, но в то же время тяжелое ментальное давление такой огромной толпы врагов внушало кровожадные мысли. Шептало, мол, побег для трусов, а они Буревестник, сильнейшие вокруг! Побег означал признание поражения, и Влад попытался закрыть разум, как Спартак, и опять не вышло.

Стрельба не прекращалась ни на мгновение, он знал, где враги вокруг и словно вкладывал в них выстрелы, в то же время вдруг осознав, что даже так действует очень неэффективно. Корабль ограничивал Влада, и он ничего не мог с этим поделать, не причинив вреда Спартаку, который утратил силы.

— Нам нужно попробовать вернуть Спартаку силы! - крикнул он.

Буревестник расширил дыру в волне и в то же время та норовила затянуться обратно, так как состояла из кораблей, а не воды и дело происходило в космосе. Еще один взгляд и стало видно, что Бердаус-два окончательно накрыло чем-то вроде сферы. Предыдущий пояс кровавой каши астероидов, устроенный Дюшей, не шел ни в какое сравнение с творящимся там сейчас.

— Самое время, - отозвался Виталь.

— Улетай! - раздался голос командира. - Увези его отсюда!

— Как можно дальше! - дополнила Алина.

— И Хранителей прихвати, если сможешь, - добавил Дмитрич.

— Да вы издеваетесь! - взревел Влад.

— Нет, но Хранителей надо захватить, - голос Дюши.

Космос вокруг начал комкаться, и Влад попытался отправить новый образ, разделение сил со Спартаком, может это и ослабило бы группу, зато смогло бы вывести его из ступора. Вполне возможно, что эта связь группы, проявившаяся еще тридцать лет назад, никуда не делась, и Спартака пытали еще и затем, чтоб ослабить остальной Буревестник.

Увезли как можно дальше и ослабили, но так и не смогли окончательно вывести из строя, все они поддерживали Спартака и теперь следовало передать ему частичку своих новых-старых сил. Влить! Помочь! Вернуть в строй и самим стать сильнее, сокрушить врагов уже действительно полноценной группой!

— Вот что бывает, когда напарники долго сидят в плену, - скользнул ответ Дюши.

Полный понимания и в то же время злой насмешки, от которой у Влада вдруг на мгновение затянуло все вокруг багровым. Хотелось схватить Дюша и удавить его своими руками, утопить во врагах, орать ему в лицо, что он ничего не понимает и [цензура] со своими шуточками!

— Ты! Ты стал таким же, как они!

— Не уверен, надо бы сожрать еще порцию, - злая насмешка в словах Дюши била по разуму и это ощущал не только Влад, но и все остальные.

— Не надо! - скомандовал Дрон.

— Тогда они убьют нас! Вы что, не видите, что ползаете, как беременные черепахи, только яйца снесете не вы, а вам! - заорал Дюша. - Какие еще силы нам надо отдать, Влад?! Ты что, спятил?!

— Ты сам спятил! Нажрался зла и стал Слугой Разрушителя!

Все вокруг замерло на мгновение

Глава 3

— Излучение действует на нас, - Дмитрич.

— А враги повсюду, - насмешка Дюши.

Враги и правда смыкались вокруг, спеша замкнуть сферу окружения. Никто уже не пробовал даже прорваться к Бердаусу-два, Буревестник сбился в кучку, жалея, что у них нет прежних игл

— Вам достаточно лишь пожелать, - вдруг обронил Дюша.

— Да ты издеваешься! - крикнула Алина.

Буревестник отступал и отстреливался, но враги словно и не замечали потерь, стреляли сами и корабли их трещали, грозили развалиться в любой момент. Следовало прыгать и захватывать вражеские флагманы, как раньше, но что-то подсказывало Владу - этот фокус тут не сработает. Едва кто-то из них покинет корабль, как враги... проклятье!

— Это вы издеваетесь! - хохотнул Дюша. - Ну вы что, зеленые новобранцы?!

— Не [цензура] мозги! - в голосе Виталя слышалась злость.

— Именно этим он и занят! Наелся зла и стал одним из них, я чувствую!

— С одной лишь затяжки? - изумился Дюша. — Вот сразу видно не-курильщиков! Эй, ну что вы?!

Удар по мыслям, новый образ, полный зла, насмешки и в то же время идеи. Спартак был и оставался одним из них, следовало не делиться с ним силами, а включить в общую сеть, взять и разделить его щиты разума. Не давать ему, а забрать, сделать наоборот.

Влад не знал, сработает ли это, ведь их открытость друг другу - Спартак выпадал из нее! Словно и правда был выключен... из розетки? Общей сети жизни?! Как подключаться к тому, кто выключен? Встать и водить хоровод вокруг, словно они пытались передать силы?

Образ этого Влад попытался отправить остальным.

— Достаточно лишь пожелать, - отозвался Дюша.

Корабль его вдруг изменился, превратился в "иглу", новую, улучшенную, полную всего, и космос вокруг опять смялся, вдыхаемый Дюшей, который вдруг закашлялся.

— Кури не в затяг, - насмешливо посоветовала Алина.

Корабли преображались, и Влад попробовал повторить этот трюк, понимая, что затяжка космосом тут не спасет. Цели? Враги со всех сторон, он ощущал их, словно стаю комарья, и хотелось вытянуть руки, ухватить мухобойку и прибить.

Что-то получалось, но как-то странно, словно мир вокруг сомневался, а достоин ли Влад его менять? Или это Спартак одним своим присутствием повышал сопротивление? Еще взгляд назад и одновременно с этим Влад ощутил опасность. Дюша все еще "кашлял", перестарался, пытаясь помочь всем сразу, словно и правда затянулся сразу целой пачкой сигарет.

Враги сами выдохнули и смяли пространство, будто сдували Дюшин дым прочь, и корабли корежило, дергало, швыряло во все стороны, и в них попадали лучи, ракеты, шары энергии, болванки. Корабли искажались, отменяли раны и стреляли в ответ, враги разлетались, но это было все равно, что бить по воде, которая тут же смыкалась обратно и плюхала брызгами прямо в лицо.

— Да что они за твари? - голос Дмитрича.

— Надо было хватать Хранителей, пока была возможность! - отозвалась Алина.

— Кхе, вини, кхе, феня! - прокашлял невнятно Дюша. - Подумаешь, успел сюда раньше всех!

Буревестник накрыло новой волной, и Влад опять ощутил, что его корежит и мнет, давит, разрывает изнутри и в этот раз он даже понял причину. Концентрированное излучение зла, каждый из прилетевших уступал Буревестнику в мощи этого самого излучения, но лишь поодиночке. Вместе, сбившись в армады, они создавали мощнейший поток, словно маяки, звезды зла, если можно было так выразиться.

— И не прибил Хранителей!

— Кхе, бил, - отозвался Дюша. - Ещкхеще не кхекхекпозкхедно.

Он зашелся в приступе, и Влад его понимал. Ему самому хотелось упасть и пасть перед давлением врагов. Сдаться, уступить, раствориться в этой мощи. Не думать, лишь выполнять приказы, как вещал Дюша ранее и неужели те, кого он вдохнул, натолкнули его на такую мысль.

Как он еще не пал? За счет поддержки группы?

— Собрались! - приказ Дрона. - Вместе собрались!

Корабли превращались в "иглы" и в то же время Влад уловил образ, понял, о чем идет речь. Такое понимание здорово облегчало жизнь и в то же время делало их уязвимыми к злу и друг другу, если бы кто-то поддался этому саму злу, как Дюша.

— Вот она, благодарность, - отозвался Мумашев, уже не кашляя.

Корабли превращались и склеивались, иглы превращались в шар, щетинящийся этими самыми иглами, будто ежик. Враги налетели и отпрянули, и Дюша скомкал пространство, но не вдохнул, а лишь приблизил, и Влад вдруг понял, что надо стрелять и выстрелил!

Мир вокруг выстрелил, разнося ближайших врагов.

— Вот так!

Враги, словно услышав его возглас, ответили и шар разлетелся, не выдержав этого буйства энергий. На мгновение Буревестник оказался просто в космосе, все рядом и без защиты, и видно было, что это никого не волнует. Мгновение и мир вокруг опять изменился, стал кораблем-шаром и космос смялся. Дюша вдохнул и выдохнул мощнейшую струю, пробивая проход.

Шар сдвинулся, повинуясь командам Виталя, и остальные стреляли и направляли друг друга. Буревестник на мгновение стал единым организмом... получившим несварение зла. Связь распалась, будто и не было, и Влад упал, хватаясь за живот и голову.

Слишком уж много зла скурил Дюша за одну затяжку.

— Курение зло, - хрипела Алина.

— Курение убивает, - твердил ей в такт Дрон.

— Прежние явно что-то знали.

— Собрались, - хрипел Дюша, которому было не лучше. - Нужно разделить щит разума Спартака!

— Безумие, ты хотел сказать?

— Один [цензура]! Еще немного и нас [цензура] без подготовки!

Они вырвались, но ненадолго и не туда, оказались возле Бердауса-два, где тоже кипела битва и рвался космос, но иначе, не в стиле Дюши. Просто обилие энергий, псионики, взрывов, кораблей и зла. Хранители и прилетевшие армады сражались, и обе стороны развернулись, ударяя в шар-корабль Буревестника.

Ударили, сжали и шар выскользнул, выскочил на поверхность воды, космического моря и попытался упрыгать дальше, но не вышло, так как команда лежала вповалку, не в силах справиться с давлением зла. Все это раздражало, обессиливало дополнительно и хотелось кричать, рвать на себе волосы. Насмехаться от иронии судьбы, вот так, возомнили себя вершителями судеб, а на деле оказались лишь подмастерьями, не справились, когда пришло настоящее зло!

— Они сражались, - выдохнул Дрон.

— Или делали вид, - возразил Дмитрич.

— Сражались, - подтвердил Дюша.

Мгновение паузы, попытки осмыслить происходящее и желание засмеяться. Очередное творение Хранителей обратилось против них же, как это вышло с Буревестником! Ирония судьбы, да что там, какая ирония, злой, ядовитый сарказм, причем в адрес всех, не только Хранителей.

— Как это нам поможет? - спросил Виталь.

— Никак, - Дюша попробовал вдохнуть еще космоса и не смог.

Слишком мощный дым, слишком густой, слишком много зла и врагов. Шар изменился, стал иглой и пронзил пространство, но это не помогло, враги не отставали. В то же время Буревестник промчался дальше, вырвался из этого бушующего океана энергии и искажений, зла и ярости, и вдруг заметил то, происходило за пределами битвы.

Хранители удирали.

Невероятный, огромный, поразительный флот продолжал сражаться со слугами Разрушителя, и неясно было, кто возьмет верх, а Хранители удирали! Бердаус-два вскрыли, словно гигантский фрукт и из него вырвалась косточка - то ли малая луна, то ли огромная станция, подобная Звезде Смерти Прежних, и та готовилась уйти в гиперпространство.

Излучение зла и корабли врагов пытались помешать, но тщетно.

— Кажется, мы поспешили смеяться, - выдохнул Дмитрич.

— Да, хорошо смеется тот, кто убил последнюю тварь, - согласился Дюша.

Порождение Хранителей, ложная надежда на их совместную драку, но тут пришло новое понимание и образ. Возможно, Хранители знали, что породили и подготовились, выманили на себя и сбежали, бросив то, что не могли контролировать.

Чтобы оно сожрало Буревестник и покончило с их злейшими врагами. Как Хранители потом собирались разбираться с этой плесенью, чумой, эпидемией зла? Неясно, может и не собирались. Может, они хотели удрать и дать всем здесь вымереть?

— Опять! Закрылись!

Новый удар словно разогнал мысли Влада и взметнул в нем настоящий фонтан Зла, ранее подпитанный Дюшей и его курением врагов. Проклятье! Обычных живых было так легко и приятно убивать, и, следовательно, убийство слуг Разрушителя вышло бы приятным на порядок больше! Начать следовало с тех, кто рядом и Влад вдруг ощутил, что тонет.

Корабль-шар мчался, стрелял, будто пытался удрать вослед станции Хранителей, а Буревестник внутри задыхался и тонул в миазмах зла. Как это выдерживали Хранители? Еще одно доказательство того, что они все это и устроили, готовились долго и следовало бы найти их, убить, разорвать на части, обгадить могилы, и в то же время Влад пытался отогнать эти мысли.

Тонул в них, дергался, трепыхался и тем самым только ускорял свою гибель. Затем вдруг пришло осознание, что никакой смерти нет, это выдумки. Наоборот, они, как дети, отказывались от таких сияющих перспектив! Чистота разума, чистота жизни, величие смерти!

Галактику следовало очистить и возвысить, смахнуть весь мусор и сделать все заново, убить во имя жизни и затем жить во имя смерти, так, как только в ней крылось подлинное, идеальное предназначение. Влад словно услышал голос невыносимо прекрасного, идеального существа, ангела Прежних, охватывающего крылами всю Галактику, а то и Вселенную. Ангел печалился и плакал, звал на помощь тех, кто помог бы ему очистить миры от грязи, и кто лучше всех преуспел в подобной очистке смертью, как не Буревестник?

— Придите ко мне, возлюбленные дети! Придите и возвысьтесь!

— Придите! Отриньте сомнения и страхи! Возвысьтесь!

— Придите! Примите свою судьбу! Станьте рядом со мной!

Ангел взывал и слова его звучали непреодолимо притягательно. Но в то же время, Влад будто споткнулся, пытался сдвинуться и не мог. Прийти и служить ему? Да кто он такой вообще? Будто наяву перед глазами Влада встал форпост девяносто девять, где они все впервые встретились и Лев, лысый, старый, злой, обдающий их табачным дымом и прожигающий взглядом.

Взглядом, который выворачивал наизнанку и спрашивал лишь одно: что ты сделал для Земли? Чем послужил ей? Почему ты ленишься и не помогаешь родной планете? Как ты можешь служить еще кому-то, когда есть Земля? Как можно слушать кого-то, когда Земля в опасности?

— Лев, - раздался мощный выдох, и группа повалилась на пол.

Кто первым подумал о Льве? Обмен образами и вышло, что все слышали прельстительные речи, но никто не думал о Льве.

Никто, кроме Спартака.

Тот сидел, не шевелясь, смотрел пустыми глазницами и словно оставался выше соблазнов и зла. Выше всего в этом мире, даже разума и общения, так как отклика от Спартака по-прежнему не было. Не вернулся в сознание, но все равно помог, и Влад вспомнил свою идею коснуться его, сунуть пальцы в глазницы, будто пытаясь продавиться через них в мозг, сжать его, вернуть разум напарнику.

— Не самая бредовая идея, - выдохнул Дюша, поднимаясь.

Лев! Они все видели его и отбили атаку слуг Зла, закрыли себя для зова издалека и.. разделили щиты разума Спартака? Влад ощущал, что сходит с ума, но как-то иначе, и его внезапно осенило. Он не успел даже крикнуть, что они взяли не только щиты разума, но и безумие, как все остальные тоже поняли это.

— Мы сможем! - крикнул Влад отчаянно.

Разделить безумие на семерых, разве не стало бы Спартаку легче? Буревестнику точно стало, давление смыло прочь, будто в лицо плеснули холодной водой, и это было так прекрасно, что Влад чуть не застонал.

— А если не сможем, то нас тут будет семеро безумцев, - фыркнул Дмитрич.

— Враги испугаются и убегут! - добавил Дюша.

Корабль-шар их опять преобразился и космос вокруг смялся. Враги ударили в ответ и шар выскочил выше, ближе к звезде, а дыхание зла промчалось мимо. Вот теперь Дюша затянулся всерьез, без шуток, сметая врагов вокруг и тут же выдохнул прицельно, будто выпустил из ноздри клуб дыма, превратившийся в сердечко, пронзенное стрелой.

Враги, которые не догнали Хранителей - а может и не пытались догнать - полностью сосредоточились на Буревестнике и это было страшно. Особенно потому, что космос вокруг продолжал сминаться и гнуться, отрезая им пути бегства. Так было, пока они не стряхнули давление, словно скинули огромную скалу, вминавшую их в землю, и вырвались выше плоскости эклиптики, воспарили вольными птицами.

— Буря! Пусть сильнее грянет буря! - выкрикнул кто-то, а может и все вместе.

Выдох Дюши разметал врагов, редкие одиночки оказались тут же сбиты и шар их попытался ускользнуть, словно намыленный. Скользнуть по волнам сминающегося космоса и вырваться из этого болота зла, которое... никуда не делось бы.

Более того, кто смог бы противостоять зову, подобному тому, что ощутил Буревестник?

— Я знаю, - вдруг выдохнул Влад.

Они все были едины и не требовалось объяснять, не требовалось даже говорить вслух, по правде говоря. Мысль становилась действием и действие порождало мысли, разделяемые всей группой. Влад вонзил пальцы в заросшие глазницы, будто пытался проткнуть там кожу и в него ударило безумие Спартака, то одиночество, укрытое щитами разума, которые на самом деле были лишь оградой, сдерживавшей то, что плескалось внутри.

Океан тьмы, одиночества и спятившего разума.

Безумие ударило в них, и Буревестник тут же выдохнул его вместе с Дюшей, прямо во врагов. Втянул их зло и выдохнул безумие Спартака, превращая врагов в сошедший с ума конгломерат живых, неспособных к осмысленному действию.

В следующее мгновение космос расступился, и они вырвались из системы Бердауса.

Глава 4

— Что это было? - первой спросила Алина.

— Перефразируя классику Прежних, мы посмотрели в бездну Спартака, а потом спустили ее на прилетевших тварей, - ответил командир группы.

— Кстати, ему должно было полегчать, - добавил Влад, но не слишком уверенно.

Шар-корабль сдвинулся, помчался куда-то, и, наверное, это было правильно, погоня обезумевших "слуг Разрушителя" тут не требовалась никому.

— С чего бы? - мрачно поинтересовался Дмитрич. — Это же не операция по откачке жира и мяса.

— Я, кажется, знаю, почему его выкинули на улицу, - прокряхтел Дюша, не поднимаясь с пола. - Просто он там всех с ума сводил.

Взоры группы снова обратились к Спартаку, который сидел, как ни в чем ни бывало и никого из них не узнавал. Раны его уже затянулись и это привело к новому раунду ощупываний и рассматривания друг друга.

— В нас попадали, - добавил с пола Дюша, - в меня так точно.

— Особенно кусочки зла, - вдруг сказал Влад.

— Точно! - встряхнулся Виталий и сел рядом с Дюшей.

Часть корабля изменилась, превратившись в нечто вроде низкого кресла.

— Обязательно было вдыхать столько? - зло спросил Виталь.

— Могли бы и помочь, - ответил Дюша, выпуская дым.

Он затягивался и корабль прыгал вперед на систему, две, три.

— Вот, опять Дюша нас учит плохому, - хохотнул командир группы.

— Это плохое может спасти нас всех, - отозвался тот с пола. - Надо только научиться переваривать это зло, а то меня до сих пор распирает.

— Чем это тебя распирает?

— Желанием вцепиться в ближайшего живого?

Виталь отодвинулся, словно толкнулся ногами в кресле на колесиках. Корабль преображался, плыл, менялся прямо в полете и все это вызывало ощущение, что они просто сошли с ума.

А Спартак, сидящий и слепо глядящий вдаль, им просто причудился.

— Спокойно, я еще держу себя в руках.

— И ты предлагаешь нам заняться тем же? - спросил Виталь.

Дюша лишь пожал плечами, не вставая. Он явно надсадился и устал, и это тоже было странно. Все они давно уже не старели, не уставали, даже несмотря на общее ослабление, после освобождения Земли и той битвы со светящимися шарами.

Сейчас силы возросли, но при этом им явился новый враг, перед которым было бессильно индивидуальное мастерство. Разве что перебить всех, но возможно враг этого и добивался?

— Сколько нам еще лететь до Земли? - спросил Дрон.

— Могу не сокращать путь, - отозвался Дюша.

Волна понимания и образов. Следовало спешить, Земля могла, нет, просто обязана была находиться в опасности. Если враг не поленился так мощно нацелиться на Буревестник - откуда они вообще узнали, что группа еще жива и действует? - то уж напасть на Землю, нанести удар в спину, такое выглядело просто обязательным.

Но в то же время, Дюша устал, все они устали и оказались немного ошеломлены, получив такую пощечину наотмашь. Уцелели, не погибли, но и не справились, впервые за много лет. Спартак сидел слепой укоризной всему, не говоря уже о том, что Хранители успешно удрали куда-то.

— Я бы сказал, что Хранители готовились к появлению врагов, - заметил Дмитрич.

— Но не нас.

— Но не нас, а этих, обезумевших.

— Твари ваши Хранители, - подал голос с пола Дюша. - Раз они знали, чего не предупредили?

— Они тоже находились в розыске, как и мы, - сказала Алина, словно защищая их.

Объединение мыслей и чувств, передача образов, все это работало, но в то же время дополнительно пугало группу. Объединение и ощущение, как через них течет зло и безумие, сводящее с ума, да, это было страшно. Как и явление врага, перед которым они выглядели... ну не букашками, но чем-то мелким.

— Но это не мешало нам помогать Земле и другим.

— Вот здесь я поддержу, - добавил Дрон. - Все пострадали от этого безумия, нам надо защитить и другие системы, если там еще осталось кого защищать.

— Возможно, не стоило так мощно уничтожать те шары, - вздохнул Дмитрич.

— Нечего было мешать нам! - последовал ответ хором.

Затем все опять оглянулись на Спартака.

— Да, за одно это Хранителей надо снюхать или как там это у Дюши называется, - за всех сказала Алина.

— Так ты попробуй, тебе и самой понравится, - последовал ответ с пола.

— Вот еще!

— Так, давайте не будем спешить к Земле хотя бы некоторое время, сядем и поговорим, как в былые времена, не пугая друг друга передачей зла, чрезмерным пониманием и прочим, - предложил Дрон.

Корабль преобразился, появился круглый стол и семь кресел, одно прямо под Спартаком.

— Вот эта странная штука тоже требует обсуждения, - заявил один Андрей, глядя на другого.

Дюша выдохнул и пожал плечами.

— Вы слишком много думаете, - ответил он. - Не могу вас винить, мы все к этому привыкли, но эти новые силы проще поддаются, если о них не думать. Преобразование и изменения, все это части одного и того же, и они выходят естественно, как дыхание. Словно сигарету выкурить.

— Предлагаю пока отставить их в сторону, потому что иначе мы опять начнем разбрасываться, - ответил Дрон, обводя взглядом остальных. - На повестке дня несколько вопросов, но все они сводятся все к той же философской проблеме Прежних. Кто виноват и что делать.

— Наша вина в этом тоже есть, - тут же встряхнула головой Алина. - Мы же уничтожили Содружество, те шары, да даже Хранителей, твари бы их побрали! Они же готовились давать отпор слугам Разрушителя?

— Если они готовились давать отпор, - задумчиво изрек Дмитрич, - то, как мы проморгали?

— А это так важно?

— Да. Где гарантии, что мы не пропустили еще десяток их баз и сотню Хранителей? Флот?

— Сейчас было бы лучше, если бы мы проморгали, - ответил ему Дрон.

Руки его лежали на столе, словно он не знал, что с ними делать.

— Тогда они смогли бы помочь с уничтожением этих злых слуг.

— К которым относили и нас, помните? - голос Дюши переполняла злая ирония. - Но что-то эти слуги не послушались нас, вот, наверное, Хранители изумились!

— Как и мы, - указал ему Виталь. - Ведь мы же думали, что за всем этим стоят Хранители, а в итоге что?

— А в итоге мы имеем нового врага, который хочет всех убить, - ответил ему Дрон.

— Знакомо, - оскалился Дюша. - Где-то я уже про такое слышал.

Твари и Земля, в этот раз никто не сопротивлялся, вся группа разделила печальный, наполненный кровью и смертями образ.

— Может, мы все-таки еще лежим и грезим там, в анабиозе? - вдруг спросил Виталь.

— Плохие грезы, почему мы не мечтаем, как всех победили? - зло спросил в ответ Влад и рука его взметнулась, указывая на Спартака. — Вот это вот что? Сладкие грезы?

— Может, нас мучают кошмарами? - в голосе Виталия слышалась неуверенность.

— Так можно договориться до чего угодно, но мы здесь, каждый считает себя реальным и вокруг полно живых и систем, нуждающихся в нашей помощи, - рука Дрона сжалась в кулак и стол под ней исказился, словно его стиснуло этим самым кулаком. - Поэтому вопрос, реальны ли мы, предлагаю оставить в прошлом, и заняться обсуждением настоящего и будущего. Мы виноваты, Хранители виноваты, но при этом мы не знали о таких врагах, а Хранители готовились к их приходу.

— Это же основа их доктрины, появление слуг Разрушителя, от которых они спасут всех живых.

— А мы немножечко помешали их мечте, - хохотнул Дюша, оживающий на глазах, но все равно полный чужого зла и кровожадности. - Самую малость врезали под дых, за то, что эти спасители устроили на Земле.

— С абстрактной точки зрения...

— [Цензура]! - рявкнул Дюша, поднимаясь. - Мы все это обсуждали еще полвека назад!

— Сядь, - бросил Дрон. - Пришли иные времена, и мы тоже виноваты, только судить нас за это будем исключительно мы сами. Сейчас это неважно. Безумие пришло и что мы можем с этим сделать?

— Не надо было отвлекаться на спасение Спартака, - заявила Алина. - В смысле, Влад должен был его вытащить, какого Льва мы все сбежались туда?

— А может мы не сами сбежались, а Спартак нас притянул своим безумием? - задумался Дюша. - Но что делать, в общем-то понятно.

— Да ну?

— Ну да! Старый добрый метод "бей по зубам, пока не поумнеют" еще никогда не подводил. Ну что ты, Малиночка, на меня так смотришь, словно хочешь прожечь дырку в пузе и избавить меня от несварения зла? Я понимаю, ты вела жизнь роковой красотки, и не могу тебя за это осуждать, но что мы, будем соблазнять этих слуг Разрушителя?

— Нет! - последовал дружный ответ.

— Вот именно. Что мы умеем лучше всего? Что вообще мы умеем, если не брать в расчет заемные силы? Правильно, мы умеем убивать тварей. Да, вокруг не Земля, а мы уже не люди, но суть не слишком изменилась. Они хотят убить всех, мы должны этому помешать и убить их первыми. Может даже собрать всех уцелевших живых и объединить под знаменами Земли... нет, возиться долго.

— Ничего не долго, если мы сможем путешествовать мгновенно! - крикнула Алина.

— Да, но вы же не хотите учиться? Вдруг надышитесь зла? - сарказм так и сочился из слов и образов Дюши.

— Хотим или не хотим, это неважно, - заявил Дрон. - Мы должны! Так нас учил Лев! И нечего тут кривить лица от пафоса, только так это и работает!

— Сомневаюсь, - вдруг заявил Дмитрич. - Я вот ощущаю в себе другие силы.

— И я, - добавил Влад.

— Значит, тогда каждый должен развить в себе этот уникальный навык, а потом мы произведем перекрестное опыление...

— С Алиной уже провели, - заметил Андрей Мумашев.

— ... и обучим друг друга. Слушай, Дюша!

— Внимательно. Хочешь, чтобы я стравливал злость иначе?

— Возможно. Что насчет стравить ее в Спартака?

Все посмотрели на Спартака, который так и сидел слепо. Дышал, жил, но отсутствовал в этом мире.

— Опасно, - притворно испугался Дюша, - вдруг драться начнет?

— Это не твоя забота.

— Да, потому что ты командир, так это работало много лет, но теперь уже не выйдет. Не надо гневно хмурить брови и слать мне образы наказаний, мы уже и не в армии, и даже не группа, и даже не люди!

— Но мы все еще Буревестник, не так ли? - процедил сквозь зубы Дрон.

Вот это заявление не встретило возражений.

— Стало быть, курс действий ясен, так как Дюша прав. Мы умеем убивать. Мы любим убивать тварей, и вселенная только что прислала нам их в невероятных количествах. В смысле убийств мы и правда слуги Разрушителя, как нас обзывали Хранители.

— Кстати, - заметил Дюша.

— Нет, это не кстати. Что?

— Ничего, была мысль, но она оказалась не кстати.

— Мы спасли кого могли из людей, оказавшихся рядом, но это капля в море, атом в безбрежности космоса, да, меня несет в пафос, терпите, иначе меня опять начнет разбирать желанием захватить власть на Земле и в ее колониях и поставить свою статую рядом с Львом, только чуточку повыше.

— Ну да, ведь твоя статуя длиннее, - заметил с усмешкой Виталь.

— Мы умеем убивать и должны помочь людям, знакомая, привычная задача, так? Так. Что нам нужно для этого сделать?

— Найти излучатели зла и отключить их, - встрепенулась Алина.

— То есть поймать Хранителей, - кивнул Дмитрич, - как и планировали.

— Убить всех слуг Разрушителя, - пожал плечами Дюша.

— Организовать живых вокруг, - возразил Виталь.

— Помочь Спартаку! - ткнул пальцем Влад.

— Все вы правы, - кивнул Дрон, - и в то же время Влад правее всех.

— А кто левее?

— Я тут самый Лев, - ответил Дрон без тени усмешки. - Хранители, Разрушители, все это прекрасно и противно одновременно, но без Спартака мы не группа. Возможно, поэтому мы и ослабели. Возможно, Хранители и правда ослабляли нас через него, опасаясь этого рывка сил и собственной смерти. Все это сейчас неважно, с прошлым мы сможем разобраться, когда обеспечим настоящее. Чтобы убить всех, кто убивает других, нам нужна полная сила, а стало быть, нужен Спартак в сознании.

— Заодно, возможно, он знает что-то про излучатели, - добавил Дмитрич.

— В архивах Хранителей про них ничего нет, - отозвался Влад.

— Значит это новая перспективная разработка, которую нужно запихать им в задницы.

— Лучше вдохнуть, - и все посмотрели на Дюшу.

— Мой вдыхательный день на сегодня закончился, - ответил тот насмешливо. - Но я готов обдать Спартака вонючим дыханием зла!

Глава 5

Корабль-шар летел на Землю, словно сам по себе, а внутри него шестеро людей водили хороводы вокруг седьмого. Спартак сидел и пялился в пустоту, словно не замечая происходящего.

— Это бесполезно, - первой сдалась Алина, утирая пот со лба.

Буревестник давно уже не потел и даже не шутил на тему того, что они не потеют, так как давно уже умерли.

— Да, Спартак явно больше с нами не на одной волне, - согласился Дюша.

Дыхание зла, передача образов, откачивание безумия, хороводы, крики, внушения, все это не работало. Или тонуло в безднах океана безумия, или просто не вызывало никакой реакции.

— Возможно, нам нужно повысить дозировку, - заметил Влад. - В том бою... мне показалось, что он все же реагировал. На мгновение.

— А я сразу говорил - выпнем его в гущу битвы! - Дюша достал сигарету и выдохнул дым в лицо Спартака.

— Возможно, ты был прав, - неохотно признал Влад.

— Пытки? - задумчиво спросил Виталь, глядя на выдыхание дыма. - Имитация Хранителей?

— Толку с тех пыток, если они должны посылать сигналы в мозг, а тот где-то не здесь, - ответил Дюша.

— Значит, надо заякорить разум и вернуть его, так?

Дюша лишь пожал плечами.

— Как вообще якорят разумы? - поинтересовалась Алина.

— Как наш сержант вдыхает космос и крутит самокрутки зла? - парировал Влад. - Мы не знаем, никто не знает, но это работает!

— Не помешало бы разобраться в природе этих новых сил, в прошлый раз не успели, - нахмурился Дрон.

— И в этот не успеем, нам опять надо убить всех, а когда мы всех убьем, силы уйдут, ведь так это работает? Нет? Неважно. Силы у нас либо от Хранителей, либо Разрушителя, кто бы там это ни был. Если первое, то мы все делаем правильно.

— Дюша, ты слышишь, что несешь?!

— Ага, аж самому противно, наверное, зло внутри против, - похлопал тот себя по животу. - Но это так, если мы верим в доктрину Хранителей. Если же силы нам дал Разрушитель, чтобы мы лучше убивали всех, то это тоже нам на руку. Слуги подчинятся нам, раз мы убиваем лучше их, а потом мы убьем их всех. Простой, надежный план, как считаете?

— Думаю, для ответа на него, - уже спокойно сказал Дрон, - нам нужно вначале вернуть Спартака.

— Дожились, на старости лет, - ядовито прошипела Алина, - уповаем на Спартака!

— Что тебе не нравится?

— То, что мы мечемся, будто обезглавленные твари, не понимая, что происходит!

— И Спартак часть этих метаний, согласен, - кивнул Дрон. - Но он один из нас, ты согласна?

— Да, - вдруг спокойно ответила Алина. - Кажется, я перебрала зла от Дюши.

— Подожди, то ли еще будет, когда ты снюхаешь первую порцию сама!

— Чего это я снюхаю? Может, в затяжечку их вдохну и тут же выпущу через ноздри.

— А все зло осядет внутри, - хохотнул Дюша и тут же убрал улыбку. - Ладно, признаю, это все от зла и теперь уже не в шутку. Я очень зол, что мы никак не можем вернуть сознание Спартаку. Тридцать лет назад, да, засуньте свои возгласы себе в лысину Льва, мы были вдвоем на том задании. Мне следовало бы сидеть на его месте и сверкать лысиной и пустыми глазницами.

— Пустыми глазницами, - повторил Влад, словно эхом. - Может в этом все дело?

— Вот, мы опять мечемся! - указала Алина.

— А что надо делать? Подскажи нам! Перестать метаться? Так мы же решили, что нужно вернуть Спартака, который один из нас!

— С этим я не спорю! - огрызнулась Алина. - Но что-то внутри меня прямо бесится и злится от мысли, что мы вернем ему разум!

Остальные переглянулись, все, кроме Спартака. Алина всегда находилась в группе на особом положении, из-за противоположного пола и именно поэтому она всегда настаивала, что она такая же, как все вокруг. Сейчас эти мысли вернулись и пару секунд длилось мысленное противостояние.

— Вопрос в том, это зло так влияет или излучение, или Алина у нас подопытная прекрасная канарейка? В смысле, слабее других?

— Так дыхни на нее злом, проверим, - предложил Влад.

— Или пусть безумия у Спартака возьмет, - добавил Виталь.

Алина хмурилась, сверкала глазами.

— Все это не поможет нам вернуть Спартака!

— Да, но ты мешаешь нашим попыткам его вернуть, - возразил Влад.

— Не мешаю, а говорю, что хватит метаться! Мы тянем время, не желая возвращаться на Землю, не так ли?

— Эй! - возмутился Дмитрич.

— Особенно теперь, - продолжала Алина, словно не заметив возгласа, - когда мы все надышались зла.

Мрачное осознание, волна согласия. Все та же старая песня о том, как они так пропитались насилием и смертями, что могли отравить собой Землю. С годами разговоры поутихли, помощь Земле продолжалась, кто-то даже бывал там наездами, но при этом сам вопрос возвращения старательно обходился стороной.

— Умеем мы находить себе проблемы на ровном месте, - вздохнул Дрон. - Да права ты, Алина, права, не надо так жечь нас взглядом!

— Это все потому, что Дюша прав и мы умеем лишь убивать, а остальные проблемы даются нам... тяжелее. Но это не значит, что надо свесить ручки-ножки и сдаться, просто, может быть нужно сменить подход?

— Выпнуть Спартака в гущу битвы, - драматическим шепотом выдохнул Дюша.

— Пустить ему в разум того, кто в этом разбирается. Катю.

— Тебе не жалко ее? Мы тут едва с ума не сошли, коснувшись его, а она что?

— Тогда у меня больше нет идей.

— И это все? Из-за этого весь шум?

— Нет! Еще меня бесит мысль, что Спартак снова будет с нами! - крикнула Алина.

— Так тебе тогда самой надо сходить к Кате и проверить голову, - дернул щекой Влад.

— Может и схожу! Может, нам всем надо туда сходить и не бегать от Земли!

— Или размяться дракой, спасая живых вокруг, - отозвался Дюша. - А вы пока покурлыкаете вместе у Кати.

— Если она еще жива, - проворчала Алина.

На некоторое время все стихло: разговоры, мысли, попытки вернуть Спартака. В мрачной тишине корабль летел дальше, не замечая переживаний экипажа.

— Итак, мы вернулись на исходную, - резюмировал командир группы. - Спартак не с нами, полного усиления не выйдет, но и терять дальше время уже опасно. Враги повсюду, и в этот раз мы не готовились.

— В прошлый раз мы готовились и что толку? Все равно все развалилось, - мрачно бросил Влад.

— Не скажи, во-первых, мы готовились лишь освободить Землю и аккуратно немного подломить Содружество. Во-вторых, у нас были силы, и мы знали, к чему идем. Что, разве кто-то готовился к безумию живых сейчас? Нет, вот именно. И, в-третьих, из мрачных глубин вылезли Хранители и попытались все испортить.

— Эта часть и сейчас работает.

— А мы не успели их захватить, - оживился Дмитрич. - Я столько всего перенес!

— Невыносимые страдания, - оскалился Дюша, - но да, поторопились немножко. Или опоздали. Причем, опять я, надо было их всех взять в плен до появления этих слуг Разрушителя.

— Тогда мы, возможно, столкнулись бы с ними уже в Солнечной Системе, - указал Дрон. - Но Алина права, нам нужно перестать метаться. Возможно, виды Земли и Катя смогут пробудить его хоть немного.

— Виды? - недоверчиво переспросил Влад. - Виды?

— Неужели ты до сих пор осязаешь мир вокруг лишь пятью чувствами? - деланно изумился Дрон.

— Но он безумен!

— Вот именно! Мы так и не придумали, что с этим делать и у нас нет времени придумывать, опять какие-то твари лезут на Землю. Мы должны дать им отпор, потому что никто кроме нас его не даст.

— Никто, кроме нас, - прошептал Дюша, словно не орал этот слоган тысячи раз.

— Да, мы можем не справиться без Спартака, но если мы потеряем время, пытаясь привести его в чувство, то точно никто не справится.

— Никто, кроме нас, - повторила Алина. - Опять мы, да? Даже знаю, почему, но сколько можно? Надо было брать мирную жизнь!

— Умерла бы от скуки, - в один голос заявили Виталь и Дмитрич.

— Я уж как-нибудь сама решу!

— Алина, чего ты развоевалась? - поинтересовался командир группы. - Тебя переполняет недовольство и зло на окружающих? Вымещай его на этих, обезумевших.

— Обезумевших, - выдохнул Влад. - Слушайте, они же не поддавались на наше воздействие?

— К чему ты клонишь?

— А не может быть так, что у них одна природа? У безумия Спартака и этих, кто там на нас толпой нападал?

— Если Хранители научились сводить с ума, то первым делом атаковали бы нас, - возразил Виталь.

— Кто сказал, что они этого не сделали, а? Ведь мы все думаем одно и то же! Что у нас просто защита лучше, но излучение достает и до нас, не так ли? А когда эти обезумевшие собрались толпой, то пробило еще сильнее, даже дыхание сбоило.

— Влад, к чему ты ведешь?

— Нужно же искать средство защиты, чтобы земляне не сходили с ума? Если применить это же средство к Спартаку, создать экран и отсекать тех кровожадных безумцев? Возможно, стоит этим заняться в первую очередь, тут тебе и защита, и спасение Земли, да и Спартаку может быть удастся помочь?

— А пока одни будут бегать за Хранителями, другие любоваться Катей, а третьи искать защиту, кому-то все же придется убивать слуг Разрушителя, - указал Дюша. - И мы же все были там! Вдохнули и защитились безумием, но защитились же!

— Хочешь сказать, у них не одна природа?

— Хочу и скажу. Вот если бы сделать им переключатель, чтобы бац и тихие, как Спартак, на радость нашей Алине, вот это было бы дело.

— Но как?

— О, будь у меня готовые ответы, я был бы Львом, - засмеялся Дюша. - Так что хватит истерить, ну не вышло и не вышло, что, в первый раз что ли? Согласен с командиром, надо тянуть время и давать отпор, пока ищем средства для лысых и безумных, и нет, я не знаю как. Знал бы, уже действовал бы.

— Что еще мы можем? - спросил Влад.

— Хранители. Мы недодавили их, вот наша главная ошибка!

— Первые годы мы помогали Земле.

— Да, расслабились, - признал Дюша, - решили, что выполнили свой долг и пришла мирная жизнь, а выяснилось, что ошибались.

— Ты специально нас подкалываешь?

— Нет, это зло внутри меня лезет наружу!

— Так страви его в космос! В звезду какую-нибудь, пусть сгорит там!

Дюша остановился и посмотрел на Влада изумленно.

— Хорошая мысль! Осталось только подманить их, вдохнуть и затем выдохнуть, не получив звездной атмосферы в горло и желудок!

— И не разорвав звезду в процессе, - помрачнел Дрон. - Но мы отвлеклись, по понятной причине.

— Нет уж, давайте лучше помечтаем о разрывах звезды, - не уступил Дюша.

— Думаю, на такое мы будем способны только вместе и в полном составе.

Общая мысль-образ пронеслись между ними - что, если все предположения ошибочны, и возврат Спартаку разума ничего не даст? Или окажется невозможен? Если Хранители захотели их так ослабить, ведь кому и было разбираться в подобных методах, как не им?

— Кто тронет... попробует тронуть Спартака, подавится моей винтовкой! - рявкнул Влад.

— И моим ботинком, - добавил Дюша спокойно. - Но вам не кажется, что излучение уже действует и мы начали ссориться между собой? Ну и что, что смерть Спартака может оказаться выходом? Это все сплошные кривые гипотенузы, и если мы начнем стрелять своих, то можем оказаться в положении прямого угла, который вдруг стал больше девяноста градусов. Никто не рвется убивать? Отлично. Но ведь намерение возникло?

— Ты не путай лысину Льва с катком, - зло отозвался Дрон. - Кто из нас не отдал бы жизнь за Землю?

— Доказательства, - ответил Дюша, глядя исподлобья. - Где доказательства?

— А если я их найду?

— Враги Земли будут уничтожены, - Дюша прищурился так, что глаза стали щелочками.

Кожа его потемнела, будто он загорал три года подряд, а воздух вокруг сгустился.

— Договорились, - отозвался командир группы и атмосфера между двумя Андреями разрядилась. - Алина, Спартак полностью твой!

— Чего это он мой?

— Я займусь им, - сдержанно процедил Влад. - Чтобы никто не поддался голосам в голове. Заодно Катю повидаю, посмотрю на кого-то мирного и не преисполненного кровожадной злобы.

— А я займусь Хранителями, - кивнул Дмитрич. - Только надо будет освоить этот фокус с кораблем или дыханием космоса, иначе гоняться за ними буду еще сотню лет.

— Можно следовать за армадой этих безумцев, против они Хранителей или за, в любом случае, часть их полетит туда, - заметил Дюша. - А остальная часть к Земле и колониям, где нам придется их бить.

Он оглянулся и искривил губы в легкой усмешке.

— Да, как во времена форпоста девяносто девять до Льва. Только мы втроем и Алина.

— Э нет, - вдруг заявила Алина. - Я отвезу Спартака.

Глава 6

— Да ты постарела, мать, - изрекла печально Алина, глядя на старую, теперь уже буквально, подругу.

Екатерина Зайцева лишь улыбнулась наполовину беззубым ртом. Выглядела она и правда, как мать, а то и целая бабушка, хотя и не обзавелась детьми. Никто из них не обзавелся, словно эти твари-Хранители наложили какое-то проклятие.

— Зато ты не изменилась, словно не было всех этих лет, - ответила Екатерина. - Чего не заглядывала?

— Сама же знаешь.

— И тебя это гнетет.

— Подалась в психологи?

— Просто вижу. Чернота и злоба внутри, красота снаружи, впрочем, все мы такие, - вздохнула она устало.

— А я вот вижу, что тебе очень нехорошо, - ответила Алина.

Ее вдруг охватило сильное желание положить руку на лоб Кате, передать ей часть своих сил. Стоило бы рискнуть, если бы не эти слова о черноте и злобе внутри, которых, надо сказать, сама Алина не ощущала. Неужели она пала настолько низко, что все это воспринималось, как норма? Или просто Дюша надышал их всех злом?

— Давит, - согласилась Катя. - И возраст, и дела, и фон.

— Есть версия, что ты ощущаешь излучение зла, которое бьет по Галактике, ну по крайней мере по бывшему Содружеству.

Здесь, на Земле, излучение было слабее, словно не действовало на землян или поглощалось чем-то по дороге. Алине очень хотелось бы в это верить, но она не обольщалась - ведь их самих пробивало, а значит у обычного человека не оставалось шансов устоять!

— Может и ощущаю, а может просто перепады давления и скоро будет гроза, - слабо улыбнулась Екатерина.

— Не, только через три дня, - ответила Алина. - Давай попробуем передать тебе силы.

— Нет! Мне не сравниться с вами, но мне не надо этой силы! - почти выкрикнула Катя.

— Тогда наша задача осложняется, - дернула шеей Алина.

— Почему?

— Потому что я привезла тебе Спартака, полного чего-то, как минимум безумия и хотела бы, чтобы ты привела его в сознание.

— Хотела бы?

— Так нужно. Без него группа не группа, и наших сил не хватит, чтобы защитить Землю.

— Вы смогли ее освободить.

— Тогда у нас было двадцать лет подготовки и все равно все полетело куда-то в логово к тварям.

Алина сказала это с горечью и вдруг подумала, что сейчас не помешали бы Мозги. Нет, даже Сверхмозг, но подконтрольный людям, для нейтрализации излучения зла из космоса. Все это было настолько неожиданно и непривычно, что она впала в ступор на пару секунд, пытаясь понять, откуда у нее такие мысли. Зло изнутри действовало, превращало ее в какого-то тварного Хранителя?

— Сейчас у нас... ничего нет, кроме нас самих. Мы даже не знаем, что происходит, и кто нападет, кроме заметок из архивов Хранителей, что это якобы слуги Разрушителя.

— Якобы?

— Мы подозреваем, что это дело рук самих Хранителей, пытающихся взять реванш.

— Очень интересно, - вздохнула Катя, - но я, пожалуй, слишком стара для всего этого. Хорошо, давай посмотрим Спартака, раз он остался жив каким-то чудом.

— Это еще одна идиотская загадка этой идиотской истории, - поджала губы Алина. - Мы полагаем, что они пытали его и отрабатывали все эти штуки, включая излучение зла, а затем Спартак как-то закрылся за счет безумия, и его ослепили и выбросили на улицу, расставив ловушку.

— Ослепили? Зачем?

— Чтобы он... да Лев его знает, зачем!

— Слышал бы Асылбек, как вы ругаетесь именем Льва, - еще раз печально вздохнула Екатерина.

Алина вдруг поняла, что подруга постарела не только физически, но и умственно. Буревестник же - остался при своих? Не изменился, не повзрослел? Следовало меняться и молодеть, думать меньше, убивать больше? Вопросы неслись куда-то в голове и скрывались за горизонтом, над которым вставало огромное облако печали.

Скоро даже тем, кого они знали в первой жизни, предстояло умереть от старости и остался бы только один Буревестник. Умеющий лишь убивать, но зато делающий это лучше всех. Печаль, тоска и головная боль захлестнули Алину, словно пытаясь лишить ее воли и готовности действовать. Алина дала отпор, думая о том, что иногда зло и внутренняя готовность убивать могут быть полезны и в мирной жизни.

— Ты ощутила?

— Что? - спросила Катя.

— Нет, ничего, пойдем... нет, сиди здесь, я сама его принесу.

Спартака можно было поднять и перенести, можно было даже приподнять и вести куда-то за руку или подпихивая, но действовал он при этом скорее, как кукла. Лишившись внешних раздражителей, тут же принимал прежнюю позу, садился и замыкался в себе, словно какой-нибудь йог Прежних.

— Принесешь?

Алина попробовала изменить реальность вокруг, как это делал Дюша, и потерпела неудачу. Затем вдохнула, но сдышать стены опять не получилось - наверное из-за Спартака. Опять все проблемы из-за него!

— Ты сердишься, - заметила Катя.

— Это так заметно? - спросила Алина, выражение лица которой, вообще-то, не менялось.

— Чернота внутри, она поднимается, словно вода в прилив и захлестывает тебя.

Чернота внутри, подумала Алина. Дюша надышался зла, нет, в нем всегда было его больше всех, если принимать за зло количество убитых - ведь так отбирались слуги Разрушителя? Во всем этом было что-то, словно намек на тень ниточки, ведущей к разгадке, но одновременно с этим вызывающее сильнейшую головную боль.

— Давай, я помогу тебе.

— Нет! - вскинула руку Алина. - Ты же не хотела касаться нашей силы? Сиди.

Она сходила и принесла Спартака, усадила напротив Кати и выглядело это, словно какая-то картина. Слепец и старуха, что-то в этом духе. Екатерина молчала, слегка поводила правой рукой, будто проверяла зрение Спартака. Тот, разумеется, не следил, так как глаза отсутствовали и Алина подумала, что в этом тоже был какой-то странный, извращенный смысл.

Или ловушка со стороны Хранителей — вот вам беспомощный боевой товарищ, пусть висит грузом.

— Ну, что? - спросила она после долгих минут ожидания.

— Его словно нет, - тихо ответила Катя.

— Это мы уже и сами поняли! Он сбежал куда-то внутрь себя, закрылся и стал бесполезен для Хранителей, но те не убили его почему-то...

— Потому что он связан с вами, - перебила ее Катя.

— Что?

— Между вами нити, нет, канаты, стальные тросы, вы и правда больше, чем группа, теперь, когда вы оказались тут вдвоем, это отчетливо видно. Только у Спартака вместо троса тоненькая ниточка, истрепавшаяся, готовая порваться в любую секунду.

— Поэтому мы и не смогли достучаться до него, - раздраженно высказалась Алина. - Опять проблемы! А откуда тогда тросы?

— Необязательно видеть здание насквозь, чтобы понять, как оно устроено, - ответила Катя. - Я вижу и ощущаю, и этого достаточно.

— Так ты сможешь ему помочь?

— Чтобы помочь ему моим методом, мне надо будет спуститься по ниточке вглубь огромного темного колодца его безумия. Найти там Спартака, показать ему дорогу, а то и вытащить насильно, как ты принесла его сюда на руках.

— Ты можешь пострадать!

— Нет, я просто сойду с ума, - ответила Катя.

— А если я возьму его безумие себе?

— Что?

Хруст в шее, словно Катя тоже засиделась на месте, застыла и покрылась солями.

— Возьму его безумие себе, - медленно повторила Алина, мысленно проклиная Дюшу и Спартака.

Почему ей вечно приходилось отдуваться за них?! Тогда, на Острове она тоже отбивалась одна - на Острове!

— Ты тоже сойдешь с ума, - ответила Катя. - Разве что...

— Разве что?

— Сумеешь укрепить при этом ниточку, связывающую вас?

— Укрепить безумием?

— Да, это безумие, - Катя оскалила беззубо рот, словно ребенок. - Но раз ты так уверенно говоришь, что можешь его взять себе.

— Недавно мы так сделали, разделили его безумие и взяли себе, а затем Дюша выдохнул его, сразив целый флот слуг Разрушителя.

Катя еще раз захрустела шеей, глаза ее попытались раскрыться шире. Казалось, она сейчас умрет от перенапряжения и Алине хотелось плакать, так как помнила она ее совсем другой. На Земле оставались еще выходцы с форпоста, но Алину вдруг пробило страхом осознания - все они состарились и готовы были умереть.

Даже Асыл, который казался вечным, не хуже Льва - умершего Льва!

— Что с тобой? - встревоженно спросила Катя. - Не поддавайся черноте внутри!

— А если поддамся, то что?

— Не знаю.

Выпустить ее в Спартака, обменяв на безумие? Но ведь они уже пробовали это?

— Но вряд ли будет хорошо, - добавила Катя. - Теперь я наглядно вижу, почему вы решили не возвращаться на Землю и вижу, что это было правильное решение.

— А раньше не видела?

— Раньше этого не было.

Твари, подумала Алина, посылая матюги в адрес Хранителей. Что они такое сделали? Неужели они создали это излучение лишь затем, чтобы оправдать самих себя, показать, что Буревестник действительно слуги Разрушителя? Перестарались и выпустили зло на свободу?

— Наши считают, что к ним возвращаются силы.

— Ничего не подскажу, это ваша битва, в которой вам никто не поможет.

— А если свозить Спартака на Остров?

— Ты думаешь, он там что-то узнает? - изумилась Катя.

Алина хлопнула себя по лбу, обзывая не хуже Хранителей. Ну да, какое узнавание со стороны слепого? Неужели Хранители именно за этим его и ослепили? Чтобы не смог вернуться, висел гирей на шее Буревестника... которую они уже чуть не попробовали сбросить. В этом заключалась ловушка? Чтобы они сами убили Спартака и тем самым нарушили что-то в условиях?

Она попыталась вспомнить архив Хранителей, детали выращивания тех супербойцов и ничего не нашла.

— Ладно, отступать некуда, давай попробуем осветить этот колодец разума.

— Ты хотела сказать выгребную яму?

— Хотела, - признала Алина, - но затем подумала, что тогда у любого из нас эта яма выгребная. Целый котлован даже, а то и вовсе.

— Океаническая впадина?

— Как минимум. Ты знаешь, скольких мы убили?

— Нет.

— И мы не знаем. Но одной ямы там на всех не хватило бы. Ладно, - Алина выдохнула. - Давай.

Она взяла Спартака за руку, потом вспомнила жест Влада и положила вторую руку на глазницы, чуть надавила пальцами и устремила свой разум внутрь. Катя положила руку ей на плечо и в мгновение ока все вокруг преобразилось, словно это движение замкнуло цепь.

Мрак и ужас, темные пещеры безумия и Алина отпихивала их вглубь сознания, пыталась разделить с другими в группе и не знала, получилось ли. Они спускались, нет падали в эти глубины, и где-то рядом летела Катя, словно светлячок, огонек свечи на ураганном ветру, и Алина потянулась прикрыть его, заслонить собой и не дать угаснуть.

Она вдруг поняла, что надо делать, следовало найти такой же огонек сознания Спартака, забившийся в дальний угол темной пещеры, и вытащить наружу, спасти его. Нет, раздуть пламя разума, укрепить канат безумия, и Алина ощутила, что тьма вокруг впивается в нее, пытается утянуть в себя и не выпустить. Она остановилась, разя безумие злом, выдыхая всю черноту, что накопилась вокруг.

— Уходим! - скомандовала она, закрывая руками огонек.

Слова увязли в темноте безумия, растворились в нем и Алина ощутила, что и сама растворяется. Она выдохнула еще, взмыла на реактивной струе, изрыгая злость и ярость, все, что накопилось за эти часы и дни. Всю свою печаль и горечь, осевшие за годы и тьма вокруг поглощала их, топила в себе, будто в бездонном болоте.

— Еще! Получай! - рычала и бесновалась Алина.

Как она вообще додумалась до такого идиотизма, полезла в эту бездну? Здесь требовалась помощь остальных, да что там, тут требовался кто-то более крепкий разумом. Способный биться за Спартака до конца, способный сражаться и разить тьму, тот, кому было не безразлично происходящее. Еще она осознала, что испытывала неприязнь к Спартаку, так как ненавидела именно эту тьму безумия.

Возможно, следовало заменить ее чернотой кровожадности, но у Алины не хватало сил.

Огонек вдруг взмыл выше, замахал незримыми крыльями и дал ей добраться до света, так как Алина ощущала, что ее сил не хватило бы. Самую малость, буквально сантиметра, но не хватило бы.

Они вернулись в сознание и повалились на пол, а Спартак остался сидеть.

— Смотри, - выдохнула Катя, - у него идет кровь!

— У тебя тоже! - закричала Алина.

— Это было... познавательно.

Кровь и жизнь хлынули потоком и покинули Катю. Алина упала на колени, зажимая ее раны, рот, нос, уши, руками и понимая, что ей не хватает конечностей. Попытка передать силы завершилась ничем, Алина обессилела в этой вылазке внутрь безумия.

Но в то же время Катя задержалась на пороге смерти на мгновение.

— Он там, - прошептала она. - Найди путь.

— Дер...

И возглас умер, не успев выплеснуться наружу. Катя умерла и огонек ее жизни отлетел куда-то, а Алина взвыла, вырывая на себе волосы и царапая лицо, будто тоже хотела ослепнуть. Рев и вой, кровь во все стороны, захлестывающее безумие и она подскочила, пнула Спартака, швыряя его прочь и пробивая им несколько стен.

Это помогло, слегка отрезвило и Алина уставилась на людей, заглядывающих в проломы.

— Подготовьте все для похорон, - прохрипела она. - А также найдите мне транспорт.

Глава 7

Влад ощутил отголосок происходящего со Спартаком и скрежетнул зубами. Уступил и совершил ошибку! Надо было самому везти Спартака к Кате! Чернота безумия и горечь потерь давили, сбивали с толку, слуги Разрушителя сразу утроили натиск.

— Стоять, именем Земли! - заорал им Влад.

Твари даже не подумали слушаться, разнесли его корабль, и Влад оказался в космосе. Не ощутил разницы и смял вакуум вокруг, стреляя им во врагов, которых ощущал повсюду. В него стреляли, словно спешили омыть во взрывах и энергии, и Влад еще раз смял космос вокруг, сместился и оказался в корабле.

— Что происходит? - вырвалось у него.

— Нас бьют, - мрачный голос Виталя. - Причем по морде.

— У кого что, лично меня бьют по лицу, - невесело отозвался Дюша. - Командир?

— Идите вы!

Все ощутили отголоски происходящего, получили удар безумием в спину, но не потому, что Спартак вдруг мощно прочистился от него, а так как Алина неосторожно сунулась туда, куда не следовало. Группа приняла на себя удар, смягчила его и тут же получила новый.

Удары в спину и ослабление, когда они и так сражались на пределе сил! Влад истреблял и убивал, разил и уничтожал, а врагов не становилось меньше, будто сама галактика вокруг порождала их. Злобных, вертких, крепких, сбившихся в стаю слуг Разрушителя, несущих вместе с собой смерть всему живому.

— Собрались! - скомандовал Дрон, но в посыле не ощущалось былой мощи.

Влад выстрелил еще, преобразуя мир вокруг в свое оружие и разя им ближайшие цели. Получил в ответ и выстрелил, и вдруг заметил, что не просто ослаб, но и отвлекся. Враги летели к планетам, высаживались там, добивали людей, не успевших эвакуироваться, и сражались с теми, кто пробовал защищаться. Обычные люди сражались яростно и упорно и проигрывали, им не хватало сил и численности.

Более того, рядом с такой армадой зла они слабели и уступали излучению, как чуть не сдался сам Буревестник. Влад вдруг ощутил выплеск чего-то нового и одновременно с этим полузабытого старого. Не просто долг, не просто желание освободить Землю, нет, посыл и рвение юного Влада из первой жизни.

Сражаться! Защищать людей! Убивать тварей!

— Отступайте! - крикнул Влад, оказываясь среди защитников ближайшей планеты. - Сейчас же!

— Мы будем биться!

— Мы не отдадим наших домов!

— Отступайте! - снова гаркнул он и в этот раз возражений не последовало. - Летите в другие системы, где еще нет врагов! Концентрируйте силы! Сражайтесь! Разите врагов и отступайте к Земле!

Вспышка, удар, волна уничтожения - прямо во врагов. Влад сам не знал, как он это сделал и решил не задумываться, последовав примеру Дюши. В конце концов, какая разница, как, если это работало? Он ощутил смерть Кати, услышал отголосок эха печали и ярости в Алине и отказался поддаваться им, наборот, попробовал ринуться в битву с удвоенной энергией.

— Быстрее! - командовал Влад. - Еще быстрее!

Он переместился к другой планете, всего их в системе Бернулли было четыре и у каждой шло сражение. Предупреждение Дюши ранее об опасности Земле помогло, но все равно людям не хватило времени и скорости.

Не говоря уже о том, что они решили биться за свои дома и теперь терпели поражение.

— Мы зря разделились, - заметил Виталь.

— Вчетвером мы бы может и взяли бы верх в одной системе, - отозвался Дюша, - но остальные три снесли бы.

— А так мы побеждаем?

— Ну-у-у-у... мы держимся, - последовал уклончивый ответ. - Иногда и этого достаточно.

— Для чего?

Виталий задал вопрос и словно выпал из реальности, так мощно на него навалились, благодаря промашке и отвлечениям. Владу тоже приходилось несладко, но он метался, подгонял людей, контратаковал, отбрасывая неисчислимые волны врагов и получал в ответ. Обычные выстрелы и залпы его не брали, что-то более тяжелое оставляло раны, которые мгновенно затягивались и в то же время Влада терзало ощущение, что он расходует какой-то неприкосновенный запас.

Тратит ту силу, что могла бы пригодиться в других местах.

— Чтобы открылись новые возможности! - отозвался Дюша.

— И как, открылись? - спросил Дрон.

— А у тебя?

— Да.

— Влад?

— Есть немного.

Космос изогнулся, и люди оказались в кораблях, тут же устремившихся к порталу, где тоже бушевала битва. Люди пока еще отбивались, но никто уже не пробовал спорить с Владом и ему не хотелось даже думать, насколько он подрывает боевой дух людей. Возможно, вообще не стоило лезть никуда, дать всем сражаться самостоятельно, а самим искать излучатели зла или тех, кто его производил.

Хранителей!

— Но мы совершаем ошибку.

— Защищая людей?

— Мы увязли в мелочах и тонем в них.

— Армады врагов — это мелочи? - хмуро спросил Дрон.

— Если бы мы побеждали их - то да, - вдруг поддержал Дюша.

— А мы не побеждаем, лишь тянем время! - добавил Виталий. - Что толку спасать людей, если они погибнут просто немного позже?

— Это немного может стать ключевой разницей! - не уступил Дюша. - А если мы соберем свою армаду и сами станем во главе, то может и победим врагов! Убьем всех, этот метод никогда еще не подводил!

— Все когда-то бывает первый раз!

— И что предлагается? Бросить людей и что? Опять заняться говорильней?

— Да мы и так ей занимаемся, - мощно отозвался Дрон. - Без отрыва от драки! Такое ощущение, что мы готовимся к межгалактическим соревнованиям по говорильне!

— Все проще, драки даже с толпой врагов, закрывающей полнеба, стали для нас так привычны, что мы успеваем еще и поболтать, - отозвался Дюша. - Эх, такое бы нам да двести лет назад!

— Нет бы пожелать нам отправки в прошлое, чтобы мы успели прибить Хранителей до их появления на Земле, - хмыкнул Влад. - Тогда проблемы бы не было, потому что она изначально не возникала бы! А теперь мы совершаем ошибку!

— Согласен, - отозвался Дюша. - Проблема в том, что мы не знаем, как правильно и учимся на ходу.

— Так вдохнул бы всю систему! - посоветовал Виталь. - Только убери вначале людей.

— Или занюхать их другой ноздрей, - последовал веселый ответ, - для добрых людей! А злых слуг Разрушителя втягивать в злую ноздрю!

— Хорош! - рявкнул Дрон.

— Командир, ты чего такой серьезный? Раньше ты был веселее!

— Раньше не творилось неведомой [цензура]!

Это точно, подумал Влад, так как творившееся в последние дни превзошло уже все, что случалось с Буревестником за всю их историю. Один только Дюша с его вдыханием космоса чего стоил! Влад смял пространство, расстреливая и уничтожая врагов, опять попытавшихся навалиться толпой и едва не захохотал нервно.

Сам-то!

Утратил концентрацию и тут же умение ушло, будто и не было, словно осознанное сотворение такого тут же включало блокировку. Странно, подумал Влад, отключаясь от мыслей о космосе - и снова сминая его и убивая всех, кто фонил злом и смертями - вроде бы они уже давно перестали быть обычными людьми. Творили и видели такое, что и не снилось практически всем живым, кроме может быть Хранителей.

Но почему они все равно испытывали мысленный ступор?

— Мы превращаемся в Хранителей, - вырвалось у Влада.

— Типун тебе на язык! - отозвался Дрон.

— А что это такое?

— Это такая штука Прежних, которая прибивала язык к месту и не давала говорить, - отозвался Дюша. - Обычно им пользовались мрачные типы, вот и назвали типуном.

— Опять ты меня ребячишь?

— Еще бы, только так мне удается сдерживать натиск зла в голове!

— Нечего дышать всякой гадостью!

— А я предлагал скурить их совместно!

— Как детишки за углом, да?

— Вот были же прекрасные времена, мелкие проблемы, счастливые люди! - зло хохотнул Дюша.

Смять и втянуть, подумал Влад, прикрывая последние корабли людей. Врагов становилось все больше, один из кораблей с людьми вдруг развернулся и ударил ему в спину, похоже, там не выдержали такой концентрированной порции носителей зла.

— Вдох и выдох, гармония со Вселенной, - пробормотал Влад.

Но не сработало, наверное, потому что вокруг не наблюдалось гармонии, лишь мириады слуг Разрушителя, которым, в то же время, требовалась защита от космоса. Корабли, скафандры, иные приспособления, дающие возможность выжить в космосе.

Влад раскинул руки и смял все вокруг, превратил в нечто вроде мишени, самого ее яблочка, которое оказалось внутри него, будто само по себе. От мысли, что он втянул в себя кучу живых, кораблей, вакуума и прочего, Влад потерял концентрацию и его словно взорвало изнутри.

Но в то же время вдруг пришло ощущение спокойствия, счастья даже. Словно теперь он тратил внутреннюю силу куда нужно, и это тоже было странно, так как меньше всего Влад хотел пожирать живых, пусть даже обезумевших и готовых убить всех вокруг.

— Выдыхай, Влад! - прогремел в голове голос Дюши.

Влад машинально "выдохнул" и опять скрылся в облаке взрывов и бушующих энергий. Развернулся стремительно, сминая вакуум вокруг и тут же теряя концентрацию от мысли об этом. Два корабля людей, которых он прикрывал собой, били теперь Влада не в спину, а в грудь, впрочем, это им все равно не помогло.

— А ведь я вас спасал, - обиженно заметил Влад.

Мгновение в нем боролись два чувства и долг опять победил. Космос смялся, и Влад тряхнул его, вбивая корабли людей в портал, словно надоевшую ему игрушку. Будто приподнял скатерть и тряхнул ее, а затем еще добавил ногой. Людей смело и унесло порталом, который в свою очередь взорвало, и Влад скомкал этот взрыв, смял, слепил обжигающий руки комок и швырнул его прямо в центр слуг Разрушителя.

— Вот теперь мы точно слуги Разрушителя, - выдал он.

— Осталось только убедить в этом тех, кто хочет нас убить, - отозвался Дрон.

— Я, кстати, знаю как, но вам не понравится, - отозвался Дюша.

— Стать одним из них? Ты спятил?

— Я же говорил, что вам не понравится! И что значит, одним из них?!

До Влада вдруг дошло, что людей в системе больше нет, одни лишь бесчисленные враги, которых предстояло всех убить, чтобы... что? Влад вдруг усомнился, что метод убей их всех тут сработает, словно очередь желающих убить Буревестник и Землю уходила куда-то за край Вселенной. Что-то внутри зудело и пищало, что они допускают ошибку, распыляются и этот же голосок кричал, мол, надо спасать Спартака, это верный выход.

Противнее всего было то, что никто не сказал бы, какое решение верное, а где ошибка. Не было готовых рецептов и не у кого было проконсультироваться... кроме, может быть, Хранителей, которые, впрочем, с таким тоже никогда не сталкивались. Но они хотя бы пытались размышлять на эту тему и готовиться, правда, и их рецепты могли оказаться ошибкой.

Ведь речь шла о тех же Хранителях, что породили тварей и ввергли Землю в такое состояние.

— Не одним из них, а тем, кто стоит выше! - гремел голос Дюши. - Повести армады за собой и столкнуть рогами, клыками и когтями! А пока они бодаются, найти источник зла и уничтожить его!

— Думаю, Хранители вырастили нового Сверхмозга, - вырвалось у Влада.

— Что?

— Мы же уничтожили их всех!

— Разгромили их организацию и самих Хранителей!

— Ладно, - вздохнул Влад.

Но образ уже вырвался из него и был воспринят остальными. Хранители столкнулись с Землей, получили по сусалам и вернулись, извратили тварей, которые должны были помогать людям, и затем выращивали их и наблюдали. Все технологии и этапы были у них в руках и затем Друньдау успешно растили ручных мозгов и те управляли отрядами тварей, неся смерть и ужас окружающим живым.

Хранители втайне вырастили Сверхмозг размером с планету, такой, чтобы добивал до самых краев Галактики своими пси-волнами, и задействовали его, едва Буревестник попался в ловушку, то есть нашел Спартака. Да сам ли нашел? Теперь Влад сомневался и в этом, Хранители вполне могли просто подбросить его ему на дорогу, внушить окружающим живым ложные воспоминания - все равно Влад не стал разбираться, а перебил там всех.

Как истинный слуга Разрушителя, да.

— Раздергали наши силы как раз в тот момент, когда нам следовало держать их в кулаке.

— Мы и без того были раздерганы и занимались, кто чем.

— Но Дмитрич же вышел на них?

— На них или подставную планету? Уж больно вовремя там появились армады зла, как раз когда мы собирались пощупать Хранителей, - заметил Дюша, - и выяснили бы, что это обманка?

Такое тоже могло быть. Тысячи лет Хранители гнули свою линию, что им интрига длиной в три десятка лет? Но в то же время, Буревестник громил и уничтожал их по-настоящему, и никто не сомневался, что организация их, пресловутая секта, стояла на грани уничтожения.

— Но мы не можем исключать такой возможности, - высказался за всех командир. - Что они и правда вырастили нового Сверхмозга, который превратил всех живых вокруг в своих тварей, а кто не подчинился тот умер.

— Или будет уничтожен этими злобными ордами, - вздохнул Дюша. - То-то нас так тянуло вспоминать прошлое в последнее время!

— Не говоря уже о том, что настают эти самые последние времена, - добавил Влад.

Глава 8

— С чего бы это вдруг?

— Предчувствие, - ответил Влад. - Не тебе же одному ими заниматься.

— Меня вот все еще подмывает взять власть в свои руки, - добавил Дрон. - Разумеется, из самых благих побуждений, чтобы спасти Землю и всех вокруг.

— А мы сможем? - усомнился Влад.

— Мы еще не побеждены.

Между ними снова промелькнул образ и понимание. Битва могла выдаться такой, что уцелел бы только Буревестник и зачем бы им потребовалась такая жизнь, без Земли и людей? Бессмертно бежать на другой конец галактики?

— Но мы не знаем, что нам делать для победы, - вздохнул Влад. - Кроме варианта, который никогда не подводит, но вы не заметили ничего странного?

— Да, - ответил Дюша. - Откуда их столько и так быстро? Безумие охватило системы, и мы все это видели, как и сражались с теми, кто нападал на нас!

— И не только на нас! - воскликнул Влад.

Теперь, когда не требовалось сдерживаться и спасать людей, он развернулся и рванул прочь. Слуги Разрушителя попробовали угнаться и не смогли, отстали. Непонятно, надолго ли, скорее всего - нет. Он ощущал, что остальные поступили также или схожим образом, выпинывали и отсылали людей, прикрывали их отход и убедившись, что те стали недосягаемы для врага - надолго ли? - отступали сами, разя слуг Разрушителя, которые продолжали наваливаться толпой.

— Они убивали и друг друга, - Влад быстро метнул образ, хотя знал, что все и так его поняли.

— Вот-вот, не больше парочки тысяч выживших на систему, в лучшем случае. Корабли и порталы перебиты, а даже если бы кто-то уцелел, то, что бы они сделали? Правильно, полетели бы бить ненавистных соседей, а не каких-то там далеких землян и уж тем более не стали бы гоняться за Буревестником - кооперируясь при этом!

— Если их ведет воля Хранителей..., - заметил осторожно Виталий.

— Если.

— Разве мы не пробовали узнать, что их ведет и ничего не добились? - спросил Влад. - Кроме желания убивать всех, кто рядом... кроме таких же зараженных?

Все это было очень странно и непонятно, и источник излучения зла выявить не удалось хотя бы потому, что оно было везде. Словно сам космос, в котором хватало своих потоков разных частиц, невесть откуда взявшихся, а может и существовавших с начала времен.

— Может, эти другие? Если их и правда порождает мир вокруг в ответ на наши силы? - спросил Виталь.

— Откуда тогда взялось безумие? - ответил вопросом на вопрос Дюша. - Появилось в ответ на поиски Спартака? Почему тогда оно не возникло в первые же годы после освобождения Земли?

— Мы опять копаем куда-то не туда, - заметил Влад.

— Раскопать Спартака мы уже пробовали, - ответил Дюша.

Они все оторвались от врагов и теперь неумолимо сходились в одной точке вне звездных систем, ощущая друг друга и безошибочно направляясь в нужное место, словно их притягивало магнитом.

— И Алина уже поплатилась за свою самоуверенность!

— Надо было мне лететь, - Влада окатывало мрачными предчувствиями, не хуже Дюши. - Я же его нашел, мы напарники и вообще, мне бы нашлось, что ему сказать.

— Почему тогда не сказал сразу?

— Говорил, но ты же заметил, Дюша, что наши силы немного подросли?

— Опять же, почему? Спартак? Но это лишь наши догадки, вокруг догадки и я понимаю недовольство Алины и желание действовать, пусть даже оно привело к такому трагическому результату.

— Мы тоже действовали, - отозвался Виталь. - Как ты и хотел, сдерживали врагов.

— Я хотел? У нас просто не было выбора! - огрызнулся Дюша. - А, командир?

— Да у нас и сейчас его нет, - последовал ответ. — Это словно какая-то космическая насмешка, возросшие силы и многократно увеличившиеся враги! Тридцать лет назад, с такими силами, мы бы Содружество в землю закатали, даже не вспотев, а с этими справиться не можем!

— Значит, мы что-то делаем неправильно, - отозвался Дюша.

Корабли их встретились и столкнулись, слиплись друг с другом, превращаясь в один.

— Ты же изменяешь реальность! - воскликнул Влад.

— Сразу видно наблюдательного снайпера! - хохотнул Дюша.

— Почему бы тебе не изменить также Спартака?

— О, ты думаешь, я не попробовал? Он отказался изменяться, хотя и поделился охотно с нами своим безумием, которое я выплеснул в ту армаду.

Секундная пауза, сожаление и недоумение, вопрос, что же стало с той толпой, что прилетела бить Буревестник. Или Хранителей? Или и тех, и других?

— Так, он не изменяется, что с ним делать мы не знаем, методы не сработали, Алина чуть не погибла, а Катя умерла, и мы не знаем, что делать с врагами, которые просто забивают нас толпой, - подытожил Влад.

— Не забивают, раз мы все здесь, но они..., - Виталь задумался.

— Нет, главных в нас они не признали, а жаль, жаль, - выдохнул Дюша. - Могли бы повернуть их против других орд.

— То есть мы вернулись на исходную, потеряли время и спасли людей из четырех систем, кто еще не сошел с ума и не убил друг друга, - кивнул Дрон. - Люди устойчивее к этому излучению?

— Если оно и правда основано на пси, а первый псионик создал тварей, из которых потом развился Сверхмозг, тоже работавший с пси, и тварей создавали в помощь людям, - задумчиво изрек Дюша.

Дым вился вокруг него, остальные ждали, слов или образа.

— Фигня какая-то выходит, - сказал Дюша. - Тогда людей должно было бы смести в первых рядах. У меня есть две версии, обе плохие и обе связаны с Хранителями.

— Давай, - Дрон показал ему мощный кулак, словно угрожал.

— Земля находилась в отдалении от Содружества, и сюда просто еще не долетело так мощно. А излучение Хранители врубили на своей территории тридцать лет назад, когда Содружество развалилось. Мы же не замечали все эти годы... ну вначале оно просто не накопилось, а затем мы уже занялись другим. Это излучение зла подпитывало войны и раздоры все эти годы, и поэтому полыхание вокруг так и не стихло.

— А как же светящиеся шары?

— Они же охраняли только исходные системы и сколько других было заселено в Содружестве? Но они почему-то не воевали, и мы знаем почему, Хранители долго склеивали эту пирамиду из овна и палок, ради того, чтобы дать отпор слугам Разрушителя.

— Очень иронично, что те набежали толпой как раз, когда Содружество развалилось, - добавил Виталь.

— Уверен, Хранители думают иначе и винят нас во всем, мы развалили Содружество - появились слуги Разрушителя и всем стало плохо, - возразил Влад. - Но это противоречит теории об излучателях зла.

— Или дополняет ее, - Дюша выдохнул дым и корабль их оказался в еще не до конца эвакуированной системе. - Что нужно сектам? Подтверждение правильности борьбы. Вот мы сломали Содружество, разбили Хранителей, и они включили ответные меры. Заодно и подтверждение, что они боролись за правильное дело, пока не пришел гадкий Буревестник и не испортил все. А затем еще больше испортил, вызвал слуг Разрушителя, и с этой точки зрения освобождение Спартака выглядит немного иначе, не так ли?

Образ-рассуждение. Спартака выпустили, чтобы тот дополнял группу и усилил накал ужаса от слуг Разрушителя и послужил подтверждением, мол, Буревестник во всем виноват.

— Слабые рассуждения, - отозвался Влад.

— Я и не говорил, что придумал единую теорию всего, объясняющую все, - хмыкнул Дюша в ответ, продолжая затягиваться, но уже только дымом, не космосом.

Следовало бы разделиться и начать помогать, но общее чувство, что это утопание в мелочах, лишь нарастало.

— А вторая?

— Это дело рук Хранителей, только людей они замеряли по Спартаку...

Дюшу прервал общий громкий хохот и дальнейших пояснений не потребовалось. Живых Содружества Хранители откалибровали правильно, только с людьми промахнулись.

— И это тоже слабые рассуждения, - добавил Дюша, - но других у меня нет.

— Стоило бы еще слетать за пределы бывшего Содружества, вдруг это их рук дело, - сказал Виталь. - Тем более, что мы их сами звали сюда тридцать лет назад.

— То есть это все равно наша вина, - уточнил Влад.

— Вина в любом случае наша, если мы говорим, что первопричиной стали наши действия тридцать лет назад, и это та вина, которую мы тогда были готовы взять на себя. Свобода Земли - любой ценой, - изрек Дрон так, словно теперь сомневался в содеянном.

— А теперь не готовы? - уточнил Влад.

— Ты же ощущаешь жизнь вокруг, - командир группы не спрашивал, констатировал. - Представь, что я тоже и меня так и тянет помочь им, спасти, взять ответственность, возглавить. Словно эта идея взять власть на Земле и показать всем, кто тут главный, продолжила развиваться.

— Разве мы не стряхнули воздействие излучения, когда пропустили через себя безумие Спартака?

— Стряхнули, но это было разовое стряхивание, - Дюша стряхнул пепел с сигареты, которая не уменьшалась в размерах и снова выпустил струю дыма, будто творил Млечный Путь. - Теперь оно вернулось, и мы вернулись на исходную, нужно найти и уничтожить источник излучения, то, то мы пытались сделать и не довели до конца в системе Бердауса.

— Найти и убить Хранителей?

— Да. Нашел их Дмитрич, и он правильно сделал, помчавшись их искать, - заметил Дюша. - Остальное моя вина, я хотел получить информацию и живых, тогда как следовало перемолоть их вообще всех в хранительский фарш и только потом искать нужное.

— С чего ты взял, что это ошибка?

— С того, что мы неоднократно сталкивались с Хранителями и завязать все на себя вполне в их стиле. Убили бы всех и, может быть, излучение бы закончилось. А даже если нет, некому было бы командовать той армадой у Бердауса-два. И прилетевшими слугами Разрушителя тоже.

— Это все лишь слова, - ответил Дрон, - а вот дела как раз показывают, что это не их стиль.

— Тогда кто?

Их уже вызывали и запрашивали и следовало действовать. Эвакуировать систему или оборонять ее, стягивая силы. Армада слуг Разрушителя точно примчалась бы сюда, как по следу Буревестника, так и потому что система лежала на прямой между ними и Землей.

Образ-вопрос - если космос порождал слуг Разрушителя, почему не сразу возле Земли?

— Мы сами, - озвучил Дрон. - Как тебе такая мысль?

— Мы - слуги Разрушителя?

— Разве не так нас всегда обзывали Хранители? Да-да, мы себя такими не считали, а за то, что эти твари сотворили с Землей, они понесли заслуженное наказание, с этим никто не спорит.

— Кажется, в нас сейчас будут стрелять, - заметил Виталь.

— Пошли им предупреждающий сигнал, полный пакет информации о врагах и передай на Землю... нет, лучше пусть Алина вживую все это сообщит.

Вчетвером они легко связались с Алиной, которая до сих пор не пришла толком в себя, и это подтверждало прежнюю теорию, что вместе они сильнее.

— Да вы с ума сошли! - почти закричала Алина Кроликова, отвлекаясь от рыданий над трупом Екатерины Зайцевой. - Земле нужна защита!

— Всем нужна защита, а нас слишком мало, чтобы каждому утирать их космические носы.

— Это же Земля!

Люди вокруг угомонились, уже не рвались расстрелять "неизвестный корабль-шар", но зато Алина опять воспылала и в чем-то ее ярость и гнев были понятны, но в остальном тоже мешали и оказались крайне неуместны в сложившейся ситуации.

— Тогда оставайся и защищай ее.

— А заодно и Спартака! - добавил Влад.

— Нет уж, заберите его себе! А еще лучше вернитесь и давайте защищать вместе!

А вот в этом она была права, столько сражений, крови и смертей, Буревестник теперь был не готов взять и просто бросить Землю. В то же время просто оборона скорее всего оказалась бы ошибкой, враги давили их количеством и Буревестник, даже побеждая, все равно проигрывал и терял людей. Не сказать, что они сдались и опустили руки, но прошедшие десятилетия расслабили всех, и теперь получать оплеуху за поражением было очень неприятно и болезненно.

Внушало мысли, что им не победить.

— У нас раскол и мысли о поражении, бессилие, отчаяние, - заметил Дюша. - Вам не кажется, что излучение перешло в новую фазу или просто уже начинает доставать и нас?

— Вместе мы сильнее, так что имеет смысл вернуться за Алиной и Спартаком, как минимум.

— Тогда уж и Дмитрича позвать!

— И защитить Землю, а?

Но этот всплеск оптимизма также не отвечал на вопросы и не решал ни одной старой проблемы. Время поджимало, и враги никуда не делись, и любое направление действий выглядело ошибкой. Даже возвращение на Землю и совместная оборона, ведь если Буревестник порождал возле себя врагов.. то они должны были появиться и на Земле, рядом с Алиной и Спартаком, не так ли?

Стало понятно, что нужно принять решение и взгляды устремились на Андрея Майтиева.

Глава 9

Корабль сдвинулся, опять удаляясь от звездных систем, но в этот раз не для бегства - просто, чтобы больше не смущать людей там. Настрой у людей был боевитый, но никто из них еще не сталкивался с неисчислимыми армадами этих обезумевших... живых? Корректно ли было называть их живыми? Все равно, они крепко верили в победу - как когда-то Буревестник был уверен, что достаточно будет освободить Землю и эта длинная дорога наконец завершится.

— Так, кажется, нас ждет еще один раунд длинной говорильни, - заметил Дрон.

— Можешь не говорить, а просто решить, - ответил Дюша. - Что? Не стесняйся, тут все свои.

— Стесняться, - слабо улыбнулся Майтиев. - Меня просто поражает это лицемерие, чуть что, так сразу крики, что группу мы распустили и я уже больше не командир. Но едва приперло и запахло поражением, как сразу ко мне, принимай, мол решение, а мы потом скажем, что ты неправ и не Лев.

Пауза, сопровождавшаяся обменом образами — вот то, чего им не хватало в прошлом.

— Ты не Лев, - согласился Дюша, - но и осуждать мы тебя не будем. Если ты решишь стать мега-ультра-супер-диктатором Земли и ее окрестностей, попирающим Галактику своими коваными сапогами, мы тебя поддержим. Разумеется, если победим, а если не победим, то и слова и не скажем, так как некому будет говорить слова. Да, возможно, стоило обсудить все это ранее, прежде чем кидаться в бой.

— Ты же сам знаешь, что это было правильное решение, - вздохнул Дрон, едва не сдувая собеседников.

Все решения были правильными, нужными, их требовалось делать, ведь без них стало бы хуже, и при этом ни одно из них не принесло успеха и не давало его. Даже тридцать лет назад, когда Буревестник выступал против Содружества, им и то было легче, имелись планы, заготовки, силы, контрмеры - пускай поворот с Хранителями и потеря Спартака оказались крайне неприятным сюрпризом.

— Знаю. А еще меня одолевают сомнения, - признался Дюша. - Не знаю уж, в чем тут дело, излучение или возросшая сила, или мы и правда постарели, и начали задаваться чересчур философскими вопросами, но эти сомнения могут погубить нас всех.

— И ты полагаешь, что приказ мог бы их решить? - Майтиев вдруг захохотал громко. - Слышали бы это сотню лет назад!

— Что за привычка постоянно оглядываться в прошлое? - раздраженно спросил Дюша.

— Потому что оттуда происходят все наши проблемы?

— А также силы, - добавил Влад.

— Но это ничего не даст нам в настоящем! Если мы, конечно, не решим захватить Хранителей, - добавил Дюша. - Мы украли их архивы - из прошлого, теперь нам возможно потребуются записи из настоящего.

— То есть мы летим к Хранителям? - уточнил Дрон. - А где их искать?

— Не знаю.

— Вот. Давай ты побудешь командиром, а я буду требовать от тебя решений!

— Серьезно? Обижаться в такую минуту?

— Можешь считать это влиянием излучения, когда еще выпустить пар, как не сейчас?

Спор двух Андреев набирал обороты, злость словно сгущалась вокруг, и Влада опять посетило ощущение, что живые вокруг уже не могут ждать. Словно сама галактика или Вселенная (чего мелочиться) нетерпеливо притоптывала ногой, подгоняя Буревестник, который вместо действия ударился в разговоры.

— Действовать легко, как и убивать, - заметил Дюша. - Мы всю жизнь занимались этим и сейчас вот ринулись действовать, как привыкли. Не вышло. Тут не вышло, там не вышло, здесь новые враги, тут старый Спартак, ясно, что надо что-то менять и не промахнуться. А если и промахиваться, то всем вместе, чего уж там. Если уж мы заговорили о прошлом, то был там один случай, как раз в конце первой жизни, и, заметьте, тоже связанный со Спартаком, который, из самых лучших побуждений, подвел нас.

— Слишком витиевато для сержанта.

— Что поделаешь, если крик "Никто, кроме нас", при всей его актуальности, уже не помогает?

— Ты говоришь о том, как нас подловили в атаке на Сверхмозг? - нахмурился Виталь.

— Да, вот сразу видно тонко понимающего человека, хотя и не сержант даже, - заметил Дюша с какой-то странной издевкой в собственный адрес.

— Мы все уже давно не те сироты с начальным образованием, выросшие в армии и боях конца Второй Волны, - нахмурился Виталь.

— Да, количество слез и пота, пролитое нами, превышает только количество крови убитых врагов. Но речь о прошлом, когда Спартак, ведомый силой любви, вскрыл убежище Сверхмозга и мы ринулись его уничтожать и спасать Лизу, помните? Наши силы были очень сильны, мы все сделали правильно, учли все, что знали о враге на тот момент и...

Дюша замолчал, вскинув брови и повисла пауза.

— ... явились Хранители, - закончил он слегка недовольным тоном.

— Ты хочешь сказать, что сейчас может выйти также?

— Не хочу, а уже сказал, мы постоянно вспоминаем прошлое и сходство ситуаций, изменились только масштабы, почему бы не повториться и той истории? Да, в архивах Хранителей ничего об этом не, не доходили они до таких сил, а мы вот дошли. Теперь и они могли придумать что-то новое, дабы взять верх и надо сказать, у них получается. Мы раздроблены, растеряны, мечемся, теряем время, а они давят, уже передавили кучу живых, и эта теория даже объясняет, почему не трогают людей.

— Почему?

— Чтобы приковать нас к месту или потом врезать больнее, или ударить по ним, когда мы будем гоняться за Хранителями, чтобы свести с ума, как Спартака — вот тоже странная вещь, на которую мы так и не нашли ответа. Почему его оставили в живых? Мы не знаем. Может это быть ловушкой? Конечно. Следует ли убивать Спартака за это? Нет, и я сам первый выступил на его защиту, - Дюша говорил энергично, словно убеждал самого себя. - Но и это может быть ловушкой, уж такое просчитать нетрудно! Поэтому мы вязнем в болтовне, и да, это тоже моя вина, Спартака-то нет и не на кого больше валить такое, ведь он и Лев были лысыми, а мы нет.

Старые, бородатые шутки не вызвали даже тени улыбки. Повисла тишина и каждый пытался придумать выход, только если бы это было легко сделать, то решение давно бы уже нашлось. Самым главным вопросом и сомнением оставалась эта история со слугами Разрушителя, напавшими на Хранителей. Были ли они заодно, и если да, то, для чего потребовалась такая масштабная инсценировка? Силы, задействованные там, могли бы сокрушить Землю, при условии неожиданного нападения.

Которое, в свою очередь, конечно же привлекло бы Буревестник, вытащило из укрытий и еще больше ограничило бы во времени и возможностях. Если Хранители сидели и прятались все эти годы, то чего вылезли сейчас? Незаметно накопили сил, которые теперь атаковали всех подряд? Но где эти силы было тридцать лет назад, уж Содружество точно было детищем Хранителей, их уловкой для обхода защиты светящихся шаров и в то же время массирования сил в пределах общей пирамиды власти.

— Если и искать ответы в прошлом, то это ответы на то, что они сделали со Спартаком, - заявил Влад.

— Я все же считаю, что это он сделал с собой сам, - ответил Дюша. - Чтобы защитить себя и нас, не выдать каких-то тайн.

— Какие там тайны он мог выдать?

— Нашей атаки на Содружество?

— То есть он сразу закрылся? - почти подпрыгнул Влад.

— Не забывай, что там было тридцать лет назад - да что же такое, опять мы о прошлом и о прошлом, словно нет настоящего! - притворно возмутился Дюша. - Прежде чем мысленно ругаться, вспомните о том, что в этом настоящем армады слуг Разрушителя уже обрушились на пограничные системы Земли. Если ими управляет не дурак, то он пошлет еще несколько таких в самое сердце - на Землю! Да, так же как это пытались сделать Хранители и всякие там Сильные тридцать лет назад.

— Я принял решение, - шевельнулся Дрон.

— Мы тогда сражались с Хранителями на равных, резко росли в силе, было такое?

— Было.

— Что, мое решение уже не нужно? - поинтересовался Майтиев.

— Ты же знаешь, приказ командира - всегда не вовремя, - искривил губы Дюша. - Не сердись, дружище, мы потерпели поражение в том, что всегда умели лучше всего - убийствах других и разрушении. Теперь у нас психологический откат, мы растеряны, слабы, готовы признать поражение и не забывай, что на нас еще давит излучение и сильнее всего мы поражены неудачей со Спартаком.

— Да, - вырвалось у Влада. — Это...

Он провел рукой по лицу.

— Возможно, именно в этом и заключается ловушка Хранителей - нам подсовывают Спартака, и мы слабеем, орды их созданий сметают нас, можно заселять Галактику заново и снова играться в защиту. Повторять, пока не будет достигнут нужный им результат.

— Но мы ведь стали сильнее! - вскричал Влад.

— Вот именно, что опять возвращает нас к прошлому, и выходкам Хранителей, которые не ожидали от нас такого. Или ожидали, но не успели, да?

Образ первого полета в космос, того посольства, когда на них напали, разгромили, взяли в плен, словно зеленых новобранцев. Все это тоже было немного странно, ведь Земля и без того практически продалась Друньдау, но теперь с высоты лет и знания из архивов Хранителей было известно, что Хранители собирались продолжать свои опыты. Только потерпев неудачу с Буревестником и не спеша слать флоты, они подождали и дождались своего шанса.

Земля решила продаться Друньдау, Лев пал, а Буревестник бежал.

— Неважно. Здесь они тоже могли и не знать, или думали, что эффект будет обратный, ведь это же Хранители!

— А мы стали сильнее, - повторил Влад.

— И нас ждет повтор... надо только найти их и вытрясти сведения, попасться в ловушки, в которые они будут нас заманивать, зная, что мы придем за ними.

Еще один образ, согласие, что ловушка Дмитрича могла быть с тройным дном. Хранители попались в нее в нужный им момент, чтобы потом подсунуть ложные, но якобы достоверные сведения, которые погубили бы Буревестник в конечном итоге. Но все пошло не так, в первую очередь благодаря Дюше, и пришло к нынешнему состоянию.

Стало ли лучше? Не факт.

— Но командир принял решение и я, кажется, знаю, каким оно будет.

— Да, - ответил Дрон. - Флот, атакующий Землю, не исключено, что Хранители все рассчитали и там как раз будет пик воздействия излучения. С постепенным усилением по окраинам, чтобы раздергать силы, и затем сразить Землю, раз уж теперь не надо бояться светящихся шаров.

— Мы за них, - клацнул зубами Виталь.

— Так, секундочку, сейчас наш корабль начнет светиться, - продолжал ухмыляться Дюша. - Флот, хорошо, давайте встретим их и ввалим по зубам.

— И притащим Спартака? - поинтересовался Влад.

— Конечно, швырнем его в гущу битвы, вдруг очнется? Или еще лучше, возьмем в плен пару армад и устроим ему контролируемое нападение. Хм.

— Что, хм? - нахмурился Влад. - Мы сами получили по зубам от этих новых врагов, а уже обсуждаем победу над ними? Нет, я поддерживаю идею защищать Землю, но что будет после сражения? Не обнаружим ли мы за спиной безжизненную планету, которую сожрали, пока мы... сражались, назовем это так.

— Так оно и называется, - рассердился Виталь.

— А как называется, если число врагов возрастает?

— Все равно, мы сражались!

— И добились результатов, - вдруг заявил Дюша. - Нет, речь идет не о том, что поражение тоже результат. Мы действовали, осваивали новые силы, смотрели на врагов, разговаривали и обсуждали, обменивались образами и меня осенило новой идеей. Вы, конечно, скажете, что это полное безумие, но...

— Это полное безумие! - последовал ответ в один голос.

— ... кажется, у нас нет особого выбора. В то же время, командир прав, тут даже Лев не придумал бы ничего лучше, кроме, пожалуй, превентивной контратаки.

— Что? - переспросил Дрон, словно не расслышал. - Ха-ха, точно!

— Эм, я кажется, поспешил его похвалить, - громким шепотом заметил Дюша.

— Да ты не понял!

— Я такой, да, ничего не понимаю, но постоянно предлагаю безумные идеи, которые потом сам же и иду воплощать. Впрочем, я могу попробовать и один.

— Ты не справишься.

— Если выйдет, то численность врагов не будет иметь значения, а если нет, то никто не пострадает.

— Вот именно! - вскочил Дрон. - Контратака там, где не будет Земли и людей, поймаем их на полпути, и ударим все вместе! Кроме Дмитрича, конечно, пусть он ищет Хранителей, но ударим вместе! Даже если не остановим, у нас будет время отступить и ударить еще раз!

— Наихудший вариант, если они послали десять флотов, - добавил Дюша. - Но если моя идея сработает...

— Это безумная идея!

— Как и нынешние времена. Нет, право слово, не зря мы постоянно вспоминаем прошлое, там точно было лучше, проще и спокойнее, несмотря на все проблемы.

— А также имелся Лев, который и думал за нас всех, - добавил Влад.

— А что, если нам оживить Льва? - вдруг спросил Виталь.

Глава 10

— Как? – изумились все в ответ.

— Не знаю. Но как-то же мы делаем все это, - Виталь повел рукой, словно очерчивая космос вокруг.

— Раскопки на Острове велись, но так ничего и не нашли, там все превратилось в один огромной запеченный кусок камня, - занудно заметил командир группы. – Жаль, можно было бы свозить туда Спартака, попробовать восстановить его память чем-то знакомым.

Где-то вдали возмущенно чихнула одна Алина.

— Лев нам не поможет, - вдруг заявил Дюша. – Сил у него нет, пока будет объяснять обстановку, он сто раз рявкнет, что мы трусы и надо решать самим. Надо. Это наша проблема, как Волны и твари были проблемой Льва, которую он решил.

— С нашей помощью.

— Да, с нашей, ну и что? Он пользовался тем, что было под рукой, так и нас никто не ограничивает.

— Ладно, я только предложил, - махнул рукой Виталь.

— Понимаю, - отозвался Дюша, - моя идея настолько безумна, что любая другая лучше.

— Она верна в своей основе – защите Земли и ее колоний, - возразил Дрон. – Вернуться к старым, проверенным и плохо работающим методам мы всегда успеем. Вы хотели приказа и решения?! Вперед, защищать землю!

Он вскинул могучую руку и космос расступился, то ли сметенный пафосом, то ли исчезнув от вдоха Дюши. В мгновение ока они оказались в Солнечной Системе, примерно над Марсом, но выше, намного выше.

— Неплохо реагируют, - заметил Дюша, глядя на корабли обороны. – Хотя можно и лучше.

Остальные лишь промычали что-то утвердительно, глядя на Землю, невнятный темный шарик в черноте космоса. Ощущение ностальгии и усталости затопило на мгновение шар-корабль, и тут же схлынуло.

— Вот победим всех врагов, - сказал Дюша, - и вернемся туда.

— Ты же сам в это не веришь.

— Не верю, но никто не мешает мне стремиться к этой цели. Хотя, мне как раз нормально, уж я на Земле много раз бывал, пока готовил отряды. И на Марсе, и полигонах лун Юпитера, везде.

— Если ты думаешь, что мы упадем и начнем есть землю от ностальгии, то ты ошибаешься.

— Не думаю, командир, просто говорю, что мы решили жить без Земли, защищая ее, но, когда необходимость в защите исчезнет, почему бы и не вернуться? Тем более, что с этой новой силой, мы можем защищать планету, даже не вылетая с нее.

— Думаешь? – усомнился Дрон.

— Знаешь, - пожал плечами Дюша. – После роста силы и тренировок, мы сможем делать все это, не вставая с места, и не будет разницы, находишься ты у Бетельгейзе, или на Земле. Протянул руку, взял врагов за горло и объяснил им, что они не правы. Нет, сейчас мы так не сможем, иначе не летали бы туда-сюда, но согласись, как здорово будет? Даже если явится очередная безумная армада, мы ее просто перебьем.

— А когда нас не станет?

— Кто-то другой будет защищать Землю. Она уцелеет или погибнет. Мы не можем защищать Землю вечно, или ты именно этого и хочешь добиться?

— Я против! – влезла Алина.

— Слушайте, надо отбиться сейчас! – рявкнул Дрон. – Давайте, связь и все остальное, свои планы мы уже согласовали, теперь надо бы и Землю поставить в известность.

— Вы хотите что? – переспросил Асылбек.

Выглядел он практически как раньше, только стал еще более смуглым и морщинистым, жилистым, словно изюм постарел и стал только еще тверже и крепче.

— Мы переместимся навстречу врагам, и Дюша втянет их в себя, - пояснил Дрон. – Да, звучит бредово, но у него есть идея.

— А если она не сработает?

— То Дюша их выдохнет, добавим безумия от Спартака, эта штука работает.

В огромном кабинете главнокомандующего силами всей Земли и главы СБ, повисла тишина. Дюша молча курил со своим обычным видом «все фигня, кроме тварей, да и твари тоже фигня, если стрелять не разучился». Виталий, кажется, был рад просто находиться на Земле. Влад слегка нервничал из-за Спартака, который безучастно сидел в стороне. Алина и Андрей Майтиев опять мерялись чем-то или спорили, но молчаливо, моментально понимая друг друга.

— И давно это у вас? – спросил Асылбек после долгой паузы.

— Пару дней, как Влад нашел Спартака, - ответил Дюша. – Тогда же мир вокруг сошел с ума.

— Кому вы это рассказываете? – тяжело вздохнул Асыл, вдруг став похожим на Льва.

— На Земле тоже началось? – встревожился Дрон, отвлекаясь от Алины.

— А вы не ощущаете?

— Мы старались тут особо не пользоваться силами, чтобы не заразить окружающих.

— Да, вы всего лишь заразили половину Галактики, - еще тяжелее вздохнул Асыл. – Конечно же, из самых благих побуждений, спасая Землю, как обычно. Отлично у вас это получается, разносить все вокруг, спасая Землю и теперь у нас новая серия, да? Раз вы в состоянии вдохнуть в себя вражеский флот, приказывать я вам не могу, так?

— Можешь, - последовал дружный ответ.

— Серьезно?

— Конечно, - пожал плечами Дюша. – Ты же тоже радеешь за Землю.

— Вы в своем рвении уже погубили Катю, - Асылбек с хрустом покрутил головой. – Нет, мне себя не жалко, но что будет с Землей?

— Так мы и не предлагаем тебе спасать Спартака.

— Она знала, на что шла! – повысила голос Алина. – Все мы готовы отдать жизнь за Землю!

— Не надо этого неуместного пафоса, - поморщился Асыл. – Вот вы опять помчитесь спасать Землю, сколько людей от этого погибнет? К чему нам готовиться?

— К сражению, - ответил Дрон. – Если мы не будем готовы биться до последнего вздоха, ничего и не будет. Биться, не рассчитывая на нас.

— Проблема в том, что это не работало даже полвека назад, когда начиналось Сопротивление.

— Но это еще не повод ложиться и сдаваться, так?

— Я бы сказал, что это не повод устраивать повтор освобождения Земли, - вздохнул Асыл. – Я бы позвал остальных наших, но судьба Кати…

— Давайте ее оживим, раз уж тела Льва нет, - предложил Виталь с горькой усмешкой.

— Серьезно?

— Нет, но это мы еще не пробовали, - пожал плечами Виталь. – Вдруг получится?

— Или мы растратим дарованные нам силы, - указал Влад.

— То есть вы сами не знаете, что умеете, - сделал вывод Асыл.

— Не знаем, прошла всего пара дней.

— Поэтому и говорим, что отправимся прочь, чтобы там проверять без помех, - ответил Дрон. – А тебе и тем, кто остался на Земле, надо готовиться к обороне и боям. Повсюду и возле Земли, битве до последнего вздоха, как это уже было.

— Вот это уже разговор, по существу, с приказами и конкретикой, - иронично отозвался Асыл. – Как я и говорил, остановить вас я не могу, а информируете вы меня по инерции.

— Не надо было этого делать?

— Признайте новую реальность, вы творите, что хотите, из самых благих побуждений, и окружающие отдуваются за ваши действия. Творить и созидать вы не умеете, только разрушать и уничтожать.

— Во-о-о-от! – вдруг радостно заявил Дюша, вскидывая указательный палец.

Словно сын-Дюша пришел к отцу-Асылу, так они были похожи в целом в этот момент.

— Вот сейчас вы попытались уничтожить мою речь и весьма успешно. Ну говори, Дюша, что хотел?

— Что именно на этом и построена моя безумная идея. Рад, что ты это понимаешь, Асыл, как и необходимость действовать вне Земли. Созидайте, стройте, готовьтесь к обороне, а мы будем разрушать и уничтожать врагов, верно говорю?

Образ – согласие, понимание и признание слов Дюши.

— Система же работала эти тридцать лет, не так ли?

— А теперь все стоит на грани уничтожения, - сердито сказал Асыл.

— Если бы мы не защищали Землю из теней все эти годы, то вполне возможно, Хранители уже давно вылезли бы в попытках ее уничтожить, - ответил Дрон. – Может, так и стоило сделать.

— Я уже забыл, как вы бываете невыносимы, - вздохнул Асыл, прикладывая руку к сердцу. – Будут какие-то рекомендации по защите?

— Да, - твердо ответил Дрон. – Лучше не подпускать их близко. От концентрации ненависти и зла люди тоже сходят с ума и бросаются на окружающих. Особенно на нас.

— Потому что вы тут самые злобные? Что, серьезно? – изумился Асылбек. – А на нас, кто был на форпосте и еще жив (Алина громко засопела), но не набрался вашего… что вы там курили?

— Космос, - хохотнул Дюша. – Мы сами не знаем, как это работает, хотя и пытались выяснить.

— И, если ваши силы вдруг исчезнут? – спросил Асыл. – Уйдут ли враги?

— Было бы неплохо, такую цену мы точно готовы заплатить. Но мы не знаем.

— Итак, они сводят с ума, неисчислимы, не вступают в переговоры, готовы убивать всех, кроме тех, кто уже обезумел, так? – уточнил Асыл.

— Очень сильно ненавидят нас и людей, - добавил Дюша задумчиво.

— Как вы предлагаете сражаться со всем этим?

— Может, погрузиться в корабли и станции и лететь прочь? – вдруг спросил Виталь. – Пока мы разбираемся, люди будут в условной безопасности в полете.

— Или пусть Дюша втянет в себя Землю, - предложил Влад.

— Что?

— Или мы выдохнем во всех частичку безумия Спартака, а? – предложил Дюша.

— ЧТО?!! – Асылбек вскочил, громко хрустнув чем-то. – ВЫ! Пошли прочь! Проваливайте! Прочь! Прочь!

Он захрипел, хватаясь за сердце, и его тут же поддержали, подхватили под руки.

— Как-то невовремя Катя умерла, - заметил Влад. – Хотя, когда такие смерти были вовремя?

— Ты бесишь меня чуть слабее Спартака, но уверенно обходишь его, - зло отозвалась Алина.

Руки ее засветились, и Асылбек выпрямился, перестал хрипеть и хвататься за сердце.

— Вот, наша Алина за жизнь, а мы за смерть, отсюда и ненависть, - философски заметил Дюша.

Глаза Асыла сверкали, прожигали дыры в собравшихся, которые отводили взгляд. Только Спартак продолжал сидеть безучастно, почти безучастно. Гневная сцена ругани и злых взглядов, а также выяснений, как это получилось у Алины, прервалась и все уставились на слепого соратника.

— Что-то да возвращается, - радостно заявил Влад. – Асыл, обругай его еще!

Асыл охотно обругал, но шевеления прекратилась.

— Так, пошли прочь со своими безумными идеями! И Спартака прихватите!

— Ты поругай его еще, Льва вспомни.

— Пошли прочь, - отчеканил Асыл. – У меня будет полно забот с обороной Земли, ведь тут никто не способен на ваши… тьфу, пошли прочь!

— Алиночка, ты перестаралась, слишком уж помолодел, - хохотнул Дюша. – Того и гляди, еще в наказание назначит кросс на сотню парсек!

Гневный взгляд и в то же время все они исчезли из кабинета Асыла, оказались на Острове. Остатках Острова, которые, разумеется, уже им не являлись. Просто где-то здесь когда-то был Остров, где находилась база Буревестника, вот и все.

— А чего не сразу навстречу врагам? – спросил Дрон.

— Так, надо бы как-то восстановить обстановку, вдруг Спартак еще вспомнит? – засуетился Влад.

— Потому что надо ощутить врагов, да и вам не помешала бы тренировка, - ответил Дюша. – Или вы так и будете полагаться на меня, как и раньше?

Алина только усмехнулась, вдруг подошла к Спартаку и руки ее снова засветились.

— Ты…

Сияние усилилось, окрепло и словно втянулось в Спартака. Алина упала на потеки камня и Спартак шевельнулся.

— Что? – глупым голосом спросил Влад.

Но ничего больше не произошло, шевеление тут же прекратилось. Только теперь Спартак сидел с глазами, которые, впрочем, не слишком отличались от его прежних отсутствующих глазниц. Смотрели куда-то вдаль, не выражая ничего, не реагируя на раздражители.

— Катя передала тебе силу?

— Словно я не могу сама ощутить в себе силу, - сердито отозвалась Алина, не спеша подниматься. – Словно только Дюша может нюхать космос, а нам всем нельзя!

— Прекрасно, теперь у нас есть просто безумный Спартак с глазами… все еще закрытый щитами разума. Или безумия, - подытожил Влад. – Но один шажочек сделали.

— Теперь давайте сделаем следующий, - предложил Дюша. – Встанем в круг возле Спартака, поводим хороводы и попробуем найти врагов. Если удастся, может даже поразим их на расстоянии безумием, да, прямо не сходя с этого места. Думаю, назову этот прием «Пушка Спартака».

— А чего не оружие Буревестника? – полюбопытствовал Виталь, подходя ближе.

Монумент Льва вдали смотрел на них, будто насмехался.

— Кепка Спартака!

— Безумие тварей!

— Винтовка безумия!

— Да погодите вы, - оборвал всех Дюша. – Все, кому страшно, и кто обессилел, женщины и дети могут выйти из круга.

— Нам обязательно держаться за руки?

— Наверное нет, - подумав ответил Дюша. – Но так надежнее, ведь этого не сделает никто, кроме нас.

Пауза, Дюша покачал головой укоризненно.

— Вы должны кричать в ответ «Никто, кроме нас!»

— Что мы тебе, новобранцы, что ли?

— В деле наших новых сил? Вполне! Сержант-инструктор, - Дюша ткнул в себя пальцем, - уже освоил, а вы телитесь и думаете, что все знаете!

— Сбавь обороты, не хватало еще криков, что мы ничего не знаем.

— Одни умники вокруг, - отозвался Дюша. – Зря вы так. Накачка и бездумное состояние, вот что помогает в этих делах, а мы только болтаем и умничаем, делаем вид, что и так все знаем, и тратим время.

Он прошел и сел напротив Спартака, глядя тому в незрячие глаза.

— Ну? – сердито сказал Дюша. – Встали дети, встали в круг, ты индюк и я индюк!

Группа встала в круг, и Дюша запрокинул голову, чуть прикрыв глаза, а мир вокруг изменился.

Глава 11

Они все вдруг словно растеклись по окрестностям, нет, ощутили мир вокруг в объеме, превышающем человеческие возможности и каждый из них, дополнял другого, дарил частичку своей силы. Они ощущали космос и живых в нем, чуяли их состояние и страдания, готовность биться и умереть, и все это дополнялось давлением извне, словно сама галактика пыталась сдуть их прочь излучением зла.

Космос и пустота. Жизнь и смерть. Мчащиеся в атаку армады слуг Разрушителя.

— Вот они, - удовлетворенно выдохнул Дюша, даже не думая подниматься. – Все вы знаете, что делать.

Они знали – ведь Дюша делился с ними своим пониманием и получал их мысли и знания в ответ. Сейчас они были воистину одним целым, неполным, но целым, и на месте Спартака зиял провал, в то же время вроде бы откликающийся на их призыв. Нет, яма, бездна черноты, в которую уже спускалась Алина, из которой они черпали безумия и сами едва не сошли с ума.

Мгновение колебания – помочь Спартаку или не рисковать, ударить по тварям и потом вернуться?

— Вместе мы сильнее.

— Но не настолько.

— Мы можем удерживать друг друга и спуститься туда, осветить этот колодец в нем.

— Если там еще осталось, что спасать.

— Осталось! – вскрикнул Влад.

— Тогда тебе и спускаться, если ты ощущаешь, ты быстрее дозовешься.

— Надо откачать этот колодец.

— По силам ли нам это?

— Парадокс Спартака: чтобы привести его в сознание, нужны все наши силы, включая самого Спартака, а его нет, - заметил Дюша.

— Куда мы будем его откачивать? Разольем безумие по Земле?! – гневно воскликнула Алина. – Вы что, спятили, вслед за Спартаком? Сколько мы старались избежать всего этого и в конце вломились на Землю, чуть не убили беднягу Асыла и притащили все, что не хотели тащить? Безумие, смерть, кровь и разрушения, с криками, что так мы еще лучше защитим Землю?

Ее гневный выкрик и образ решил дело, все живо представили, как откачивают безумие из Спартака, принимают в себя и выдыхают, как это уже было. Безумие смерти, накрывающее Землю, что могло быть хуже? Только истребить всех своими же руками, как это было тридцать лет назад – только там Буревестник делал вид, чтобы действительно помочь освобождению, а тут вышло бы все по-настоящему. Хранители и их приспешники от такого поворота со смеху бы умерли, не иначе.

Или от радости.

— Просто надо совмещать и заливать безумием Спартака орды врагов.

— А не выйдет ли только хуже?

— Как это?

— Вот мы их зальем безумием, а они все равно продолжат убивать, ну, полетят дальше убивать людей и нас, вместо того чтобы убить друг друга?

Тишина и осознание, ведь уже отмечалось, что все эти щиты безумия и желание убивать у армад слуг Разрушителя были очень схожи. Словно и правда Хранители, поставив опыты на Спартаке, применили результаты на живых бывшего Содружества.

Мол, чего жалеть тех, кто обратился против них, а заодно, и достать врагов: Землю и Буревестник.

Выдох безумия – который мог не подействовать, как не могли достучаться бойцы группы до Спартака. Заражение безумием и усиление кровожадности тех, кто и без того стремился всех убить. Возможные проблемы при вдыхании этих армад, ведь способности Дюши, первым открывшего в себе новые возможности, оставались пока что самой могучей их силой.

Вдохнуть и заразиться не только злом, но и безумием Спартака, искаженным через призму творящегося внутри новых тварей, слуг Разрушителя? Выдержали бы они такое, вспоминая недавние «опыты» у Бердауса-два, где все чуть не закончилось плачевно?

— С учетом того, что хочет сделать Дюша, имеет ли это значение?

— Имеет, - возразил сам Мумашев. – И давайте уже, подключайтесь, не все же мне одному дышать этой гадостью!

Следующее мгновение колебания, тащить ли с собой Спартака или оставить на Земле под присмотром, и этот вопрос решился быстро. Достаточно было представить, как это самое безумие изливается из него или он частично приходит в себя – глаза же вернули! – и убивает всех вокруг.

— Пусть посмотрит на врагов, - добавил Влад, - вдруг пойдет на пользу?

— На пользу нам пошел бы Дмитрич, может призовем его? – спросил Виталь. – Любая капля усиления сейчас нам на пользу, а потом вместе поискали бы Хранителей.

Еще колебания и обмен образами, раздражение Алины, что Спартак отвлекает их от дела, возражения Влада, что время есть, и не сама ли она пыталась его вылечить?

— Нет, - решил за всех Дрон. – Пусть ищет, может и найдет, а если мы вернем Дмитрича, то все равно не получим полной силы, ведь все ощущают это?

Да, они ощущали, зияющую пустоту на месте Спартака, во всех смыслах. Кто-то представлял себе круг, сферу из семи человек, светящийся шар Буревестника, ставшего защитником жизни на земле и в космосе, и дорисовывал туда лучики – Льва, Асыла, Катю, Елану, всех, кто переместился вместе с ними и служил на форпосте девяносто девять.

— Вперед! – воскликнул командир группы.

Да, они снова стали группой, словно и не было самороспуска и прошедших пятидесяти лет. Или именно благодаря им, действиям вне Земли, они и вернулись к прежнему так легко? Все это было важно и одновременно не имело значения, так как они ощущали друг друга и понимали, дополняли и поддерживали в стремлении защищать Землю. У каждого были слабости и сильные стороны, и сейчас другие помогали, прикрывали эти слабости, не давали излучению зла лезть дальше и порождать сомнения.

Словно сфера, с проломом на месте Спартака, гладкая, бронированная, отражающая внешние воздействия, и все эти соблазны, нашептываемые – излучением зла? Нет, идущие из глубин их самих, потому что бойцы группы были и оставались людьми, хотя неоднократно шутили и говорили всерьез, что перестали ими быть. Каждому хотелось чего-то, в каждом таились сожаления о прошлом и излучение зла, пробив ослабшую броню долга и службы, вытаскивала на свет эти желания и печали.

Но теперь, снова став группой, они отбросили слабости – по крайней мере на какое-то время.

— Вперед! – откликнулась группа.

Мгновение вдыхания, ограничение воздействия, чтобы не утянуть с собой Остров – отличная вышла бы могила Льву и всем остальным, вечная! – и они оказались где-то в черноте космоса. На полдороге из ниоткуда в никуда, на пути армады слуг Разрушителя, мчащейся к Земле, мимо всех систем. Еще две уже атаковали пограничные системы и три летели к другим, самым первым «колониям» Земли. Она расширялась в сторону бывшего Содружества, владений Друньдау и прочих, и Буревестник в свое время просто махнул рукой. Ясно было, что одна Земля, даже с помощью группы, их резервов и запасов денег и материалов, просто не вытянет колонизацию в противоположную сторону, где вообще все пришлось бы создавать с нуля.

Несколько десятков лет все выглядело и шло отлично, Земля стала центром силы, возвысилась и процесс пошел сам собой – колонизации в сторону, противоположную Содружеству. Бывший Буревестник даже проверял то направление, так как вспомнили, что при первом контакте с инопланетянами – караханибы, эти синие карлики и верные слуги Хранителей, летали куда-то туда. Никаких баз Хранителей не нашли, как и следов жизни, и на том успокоились.

В ретроспективе все было сделано правильно и одновременно с этим осталось ощущение ошибки.

— Расстояние тут не спасет.

— Надо было просто изолироваться от Содружества, вот в чем дело.

— Мы же помним, что Лев так и хотел сделать?

— Не надо было вообще связываться с той контрабандой, и строить Остров.

— А потом Содружество бы просто навалилось толпой.

— Так оно и до этого могло, но не навалилось.

— Пока мы не выделялись, Хранители явно ждали своего шанса и дождались.

— Это было в их архивах.

Надо было ломать их заранее, но кто бы тогда это знал? Будь у Буревестника тогда такая сила, первым делом забили бы сапогами тварей, да, собственно, именно этим они и занимались! Вот только следующий скачок силы произошел именно когда они бежали с Земли – повинуясь приказам Льва, разумным, в тот момент, но все же приказам – в огромный космос.

Который сейчас ощущали, как часть себя.

— Возможно, мы смогли бы вырасти над собой и без Хранителей и Содружества.

— А может умерли бы, как другие эксперименты Хранителей, помните?

— Им всем промывали мозги.

— Они считали, что искренне служат добру и спасению.

— Возможно, они развили те методики.

— Имеет ли это значение?

Пауза и дружный ответ образ-согласие, что нет, не имеет. Невозможно было сделать все идеально, хотя кто-то и пытался, и они действовали, как могли, сражались с угрозами и погибали, когда сталкивались с необоримой силой. Общий образ, что возмездие Хранителям несло в себе эту удовлетворяющую нотку, личного возмездия за то бессилие в первой жизни – помимо просто выдачи им за уничтожение Земли и порождение… нет, искажение тварей.

Буревестник договорился между собой и отбросил сомнения по поводу действий прошлого, включая эти истории о колонизации планет. Общее согласие – первой защитить Землю, если выйдет, то прикрыть остальные колонии. Действовать, не жалея себя.

— Никто, кроме нас!

— Дюша, ты [цензура]!

— Но это же работает! Тем более, что это правда!

Никто кроме них, да что там, даже Хранители толпой были на такое неспособны. Могучие псионики, пожалуй, соберись расы таковых в полном составе, может и смогли бы сотворить нечто подобное. Но сколько сил, времени, живых бы на это потребовалось, не говоря уже о том, что вряд ли их силы складывались и умножали друг друга, в отличие от Буревестника. Три псионика вместе не выдавали утроенную мощь, из-за проблем взаимодействия и потерь при нем, и там потребовался бы скорее единый организм, нечто вроде пресловутого Сверхмозга.

Группа Буревестник, даже неполная, ощущала себя сейчас таким организмом.

Вместе они потянули и вдохнули космос вокруг, преобразовали и изменили, словно вырыли ров или поставили стену, и волна тварей – армада слуг Разрушителя – вывалилась в обычный вакуум, словно и правда налетела на укрепленную полосу. Налетела и разлилась, нахлынула волной, порождая образы, привычные бойцам группы.

То, что они находились в вакууме и противостояли им армады кораблей, вдруг стало неважным. Они готовились защищать Землю от тварей, бегущих в атаку. Как тогда в Северной Африке, на Ближнем Востоке, в Европе, под стенами Рима и форпоста девяносто девять.

Прошлое, настоящее и будущее смешались и переплелись.

— Начали, - сказал Дюша, хотя в словах не было необходимости.

Вдох, глубокий, протяжный, с задержкой дыхания. Снюхивание врагов и втягивание их в себя, поглощение безумия и зла, присвоение и переработка в организмах. Предполагалось, что действовать будет Дюша, а остальные страховать, но сейчас они стали едины и действовали вместе, вдыхали и поглощали, и те, кто «перебрал», спихивали излишки в Спартака, продолжавшего висеть безучастно в космосе.

Что-то там в нем мелькало и сдвигалось на грани эха, отголосков сознания, но это точно также могло быть последствиями воздействия со стороны остальных. Глаза Спартака смотрели в бездну, и та не пыталась глазеть в ответ, вопреки утверждениям Прежних.

— Еще!

— Сильнее!

— Больше!

— Быстрее!

— Слушайте, мы не на соревнованиях!

— Эй, ноздри прочь от моих слуг Разрушителя!

— Какие они разрушители, просто толпа безумцев!

— Корм для нас!

— Еще какой!

Буревестник давал отпор тварям, истреблял их наперегонки, прикрывал спину друг другу, действовал как в былые года, не слишком смущаясь изменившимися обстоятельствами. Армада слуг Разрушителя была огромной, если не воистину необъятной, на место «снюханных» вставали другие, вываливались в обычный космос, не успевая предупреждать прочих.

Волна, волна тварей катилась на Землю, и Буревестник встал волноломом, уничтожая их, снюхивая, вдыхая и не выдыхая, задерживая в себе все зло и безумие, которое, впрочем, все равно не могло сравниться с тем, что творилось внутри Спартака. Его не забывали, щедро делились силой и кровожадностью, заменяли таким воздействием прошлое предложение «выкинуть в гущу битвы». Ясно было, что это не сработало бы, Спартак так и остался бы сидеть безучастно, пока его избивали бы.

Сумели бы убить? Непонятно.

В прошлых схватках армадам слуг Разрушителя этого так и не удалось сделать, но они брали свое массовостью и разрушением всего вокруг. Буревестник выживал и бежал, так как нечего было защищать. Возможно ли, что уничтожение всех людей ослабило бы группу, а то и вовсе откатило их назад? Нет необходимости защищать Землю, нет и силы?

— Нет необходимости защищать Землю, так как нет врагов!

— А врагов нет, так как мы уничтожили всех!

— И даже больше!

— Еще больше!

— Вдыхай их, не жалей!

Они не дышали в привычном понимании слова, да и воздух тут отсутствовал, поэтому раз за разом Дюша и группа «затягивались космосом», за неимением лучшего определения, но не спешили выдыхать. Зло и безумие внутри копились, усиливались, кололи, влияли на всех, так как группа продолжала действовать совместно. Пусть кто-то вдыхал больше, чем смог бы осилить за раз и сбрасывал излишки в Спартака, но процесс не прерывался – другие поддерживали, подставляли плечо, и Буревестник продолжал втягивать в себя врагов, сметая волну тварей.

Волну за волной, больше, быстрее, лучше, сильнее!

— Еще! – раздавалось почти безумное рычание.

Это и была безумная идея, за неимением здравых и так как весь мир вокруг сошел с ума. Надышаться слугами Разрушителя, втянуть их всех в себя, уничтожая и в то же время поглощая их силу. Снюхать их столько, чтобы количество перешло в качество, и Буревестник стал слугами Разрушителя.

Оставалось только не сойти при этом с ума и не стать ими на самом деле.

Глава 12

Чернота безумия внутри и чернота космоса снаружи, в котором вдруг все стихло. Буревестник, окруживший Спартака, висел в вакууме и напротив висела застывшая волна кораблей, наполовину заключившая группу в свою сферу. Обычный прием для слуг Разрушителя, как теперь было уже ясно, навалиться толпой, ударить со всех сторон и.. перетянуть на свою сторону?

— Теперь наш черед, - выдохнул Дюша.

Не ураган зла, просто выдохнул по привычке, хотя этого уже и не требовалось. Чернота внутри колыхалась, пропитывала бойцов группы с ног до головы, запускала свои щупальца в Спартака и растворялась в нем. Если излучение и его последствия были делом рук Хранителей, то следовало признать, что Спартак нашел практически идеальную защиту от них - пусть и ценой собственного рассудка.

Но это не отменяло вопроса почему его не убили физически.

Чернота и безумие, Буревестник сейчас излучал так, что находись они в солнечной системе, там точно все сошли бы с ума и вцепились соседям в глотку. Они поглотили столько слуг Разрушителя, что количество перешло в качество и Буревестник стал путеводным маяком для армады перед ними. Перетягивание на свою сторону путем демонстрации, кто же тут настоящие слуги Разрушителя.

Убивать, убивать, убивать, чернота давила и гнула, пыталась погасить разум... и у нее не выходило. Ведь лучше всего на свете Буревестник умел именно убивать, всяких разных тварей, угрожающих Земле, и именно эта мысль, единое слитное желание и транслировались сейчас армаде уже бывших слуг Разрушителя. Они ослабели, Буревестник стал мощнее и чернее, и армада уступила, поддалась.

— Убивать тварей.

— Убивать тварей, - откликнулась группа в едином составе.

— Убивать тварей!

— Убивать тварей!

Бесполезно было внушать этой армаде мысли о защите чего-либо, они могли только рушить и ломать, и сейчас живые и условно разумные там признавали превосходство и команды Буревестника. Группа стала не просто слугами Разрушителя, а можно сказать его доверенными лицами и помощниками, одно их появление в любой звездной системе тут же свело бы с ума всех оставшихся живых.

— Убивать! - выдохнула группа еще раз.

Космос смялся, из носа, глаз, ушей, рта Дюши хлынула кровь, брызнула и зависла шариками. Раны его тут же исцелились, и снова брызнула кровь, так как он перенапрягся и действовал не на пределе даже, а за пределами.

— Быстрее! - выкрикнул Дрон.

Портал раскрылся, и армада вывалилась в той пограничной системе, колонии Земли, которую уже уничтожали слуги Разрушителя. Две армады вцепились друг в друга без лишних слов и переговоров, так как их вело лишь желание убивать. Просто первые хотели убить всех людей и Буревестник, а вторые считали первых тварями, которых нужно убить.

Дюша повалился на спину, словно не замечая, что теперь просто лежит в вакууме, без какой-либо подпорки. Рядом висел - сидел Спартак, в широко раскрытых незрячих глазах которого отражались вспышки взрывов. Армады истребляли друг друга и космос вокруг стонал и рвался, все застилало штормом энергий таким, что обычный человек умер бы даже просто оказавшись где-то неподалеку.

— Убивать!

Конечно, криков не было слышно, но этого и не требовалось. Во все стороны било не только вспышками энергий, но и желанием смерти. Буревестник смотрел на битву и боролся с чернотой внутри, которая вцепилась и не хотела уходить, так как в общем-то упала на благодатную почву.

— Я говорил..., - прохрипел Дюша, ощущая эти сомнения и попреки, - что план... безумен.

— Один ты бы не справился! - Дрон вскинул руку, будто посылая войска в бой.

Порабощенная ими армада уловила посыл и удвоила натиск. Корабли врезались во врагов и взрывались, часть звездной системы уже вся скрылась в этих вспышках взрывов. Люди, сражавшиеся до этого с врагами, тоже обезумели и кидались друг на друга или кого-то из армад, и было понятно, что их тоже надо поработить, если не убить.

Убить своих же! Людей!

Да, Буревестник давно переступил эту черту, еще в первой жизни отчасти, и затем закрепил многочисленными тренировками. Но на фоне криков и намерений освобождения Земли, порабощение и убийства других людей казались особенной разновидностью лицемерия. Чернота внутри давила, звала, призывала убить и поработить, стать во главе Земли, всех звездных систем во имя их же блага!

— Твари, - хрипел кто-то и этот привычный отзыв отдавался в Буревестнике.

— Нас разрывает борьбой противоположностей!

— Как Спартака?

— Его не разрывает!

— А должно было бы! Но он спокоен! Давайте зачерпнем в нем!

— Нет! Нам нужен другой выход!

— Нам нужно ворваться в битву и помочь нашим!

— С чего бы это они стали нашими?

Хаос криков и образов, понимания и возражение, Буревестник продолжал висеть в космосе, будто завороженный зрелищем сражения. Энергия била в них и омывала со всех сторон, поглощалась и отбрасывалась, и сражение слуг Разрушителя снаружи сопровождалось жесточайшей битвой внутри.

— Я знаю, - вдруг сказал Дрон. - Нам нужно и то, и другое, единство и борьба противоположностей! Алина, ты у нас будешь ответственной за жизнь, а Дюша - за смерть! Остальные - на подхвате и страхуем их!

— А как же слуги Разрушителя?

— Да плевать на них, надо будет, снюхаем еще! Ну!

Образ-объяснение и мгновенное осознание предложенного. Втянуть в себя смерть и безумие всех людей, зараженных Буревестником же, и вытолкнуть их прочь волной "жизни". Последняя часть выглядела особенно непростой, так как действовать предстояло Алине, которую тоже переполняла чернота.

— Нужно сбросить вначале смерть!

— Куда?

Осознание и принятие. Даже выдох в армады не помог бы, слишком много Буревестник втянул в себя, чтобы получить качество из количества. Отголоски ударили бы по системе, перезаражая людей, которые продолжали убивать друг друга, вместо того, чтобы отступать и следовало действовать и действовать срочно.

— Взялись! Дружно!

Группа ринулась действовать, так как не привыкла отступать - разве что по приказу Льва - и часть потянула смерть и безумие из людей на себя и в себя, а другая подпирала Алину, которая пыталась лечить на расстоянии и выпихнуть всех людей и живых, не сошедших с ума, из системы прочь. Лучше всего куда-то, где они смогли бы укрепить оборону, но для понимания такого требовалось вначале ощутить космос вокруг.

Несколько задач вместо одной и группа взялась, но провалилась, только ухудшила ситуацию.

— Еще раз!

Армады вгрызались друг в друга, процесс уничтожения ускорялся прямо на глазах и следовало бы сместиться куда-то в сторону, но при этом группа оказалась бы еще ближе к населенным планетам. Ладно те люди, что сражались непосредственно с армадой, они уже просто сгинули в этой вакханалии взрывов и убийств, но планеты!

— Еще раз! Тянем! Все помогаем Алине!

— Кто бы мне помог, - проворчал Дюша, глаза которого опять кровоточили.

Скорость уничтожения нарастала и в этом хаосе взрывов, убийства и зла подчинение Буревестника начало постепенно спадать, слезать со слуг Разрушителя, словно кожура со спелого фрукта. Чрезмерное воздействие энергий, столкновение с первой армадой, тоже фонившей разрушением и злом во все стороны, все это уничтожало хрупкий контроль Буревестника и несло угрозу объединения двух армад.

— Ну что?

— Вдохнем зла с людей и закрепим подчинение!

— Ты же видишь, что не выходит!

Ведь слуг Разрушителя они "вдыхали" целиком, не задаваясь вопросом, куда те делись. Вдохнуть так людей, уничтожить во имя спасения, ну это было бы как минимум странно. В то же время, следовало что-то делать, может просто надавать пинков людям или отбросить их в сторону, но и это не гарантировало ничего. Буревестник явился на битву неподготовленным, потому что ну какая тут могла быть подготовка?

Только импровизация, на грани смерти и сейчас все разваливалось прямо на глазах.

— Нам нужна точка опоры!

— Или просто бежать, прихватив людей, а потом разбираться с ними отдельно! Слишком много задач!

— По одной задаче на одного бойца группы или мы уже не так сильны, как хотелось бы?

Над всем этим витало понимание - осознание, что одна пограничная система, тем более предупрежденная (раз они сражались так отчаянно, их не застигли врасплох), ничего не решала. Можно было пожертвовать ей, списать всех в убитые и поставить несколько экспериментов.

Но это стало бы первым шагом к окончательному падению в черноту, которая никуда не делась.

— Мы вообще не сильны и готовы пасть.

— Нужно пихать все в Спартака!

— Он вам что, помойка?

— Там бездны разума, которые надо пробудить!

— Или окончательно убить огонек разума!

— Спартак, ну конечно же! - вдруг захохотал Дюша.

— Он что, забыл, что Спартак с нами?

— Погоди, Дюша сейчас метнет его в гущу битвы!

— Да! Спартак будет нашим якорем!

Группа, в общем-то и не разлетелась, хотя построение в виде "встаньте в круг, будем водить хоровод" и не требовалось. Психологически Буревестнику было так легче, привычнее, но де-факто не требовалось и этого. Космос, вся система сдвинулась и крутнулась на новой оси, якоре, неподвижном центре, в роли которого выступал Спартак.

Армады разделило и разбросало, и они тут же устремились навстречу друг другу, будто два магнита. Дюша едва не умер и только лечение от Алины не дало ему порваться от чрезмерности усилий. Остальные не поддерживали, так как не поняли до конца, включились на мгновение позднее, чем следовало.

Разрыв двух армад и выдох всего зла из группы, хотя чернота и отказывалась выходить. Сроднилась и пропиталась, подобное растворялось в подобном, и все же выдох этот ударил в обе армады. Дополнительное усиление безумием от Спартака и подчинение слетело окончательно, но зато слуги Разрушителя на короткое время оказались дезориентированы и снова сцепились друг с другом.

Проворот системы и разделение армад, это же изменение космоса принесло людей ближе и собрало их в кучку. Следовало действовать быстро, но в этот раз с якорем-Спартаком все вышло. Зло и безумие Буревестник забрал себе, а людей выбросил прочь, в соседнюю систему, попутно обрушив на них волну целительской энергии, не давшей спасенным умереть в вакууме и во время переноса.

— Что это было?

— Мы справились?

— Как нам помог Спартак?

— В нем произошли изменения?

— Как мы вообще это сделали?

— Не думая, - прорезался насмешливый образ Дюши, - это самое главное теперь! Не думать, но думать, быть злом и не быть им, курить и не курить, спасать и не спасать, быть и не быть одновременно!

— Во загнул!

— Курить слишком много космоса вредно для здоровья!

— Зато безумие Спартака пронеслось мимо, заметили?

— Может, оно ослабело?

— Или мы стали сильнее?

— Тогда надо его еще раз пролечить!

— Вы забыли об армадах врагов!

— Кажется, у меня есть идея! Безумная!

Образ - предвиденье, как две армады влипают друг в друга и превращаются в огромный шар энергии взрыва, затмевающий даже звезду. Еще образ, снюхивание двух армад и подчинение, разделение, удары по врагам сразу в двух местах. Образ - отрицание, тут даже с одной армадой не справлялись!

— Да ты с ума сошел!

— Я же говорил, что идея безумная!

Армады слуг Разрушителя сошлись в драке и убийства будто протрезвили их, помогли сбросить безумие и последние крохи прошлого подчинения, и все это явственно ощущалось Буревестником. Побороть черноту чернотой, если уж та не хотела выходить и каждый ощущал, что предыдущее чрезмерное вдыхание оставило свой след внутри. Пропитало чернотой и желанием убивать, хотя и не сказать, что переполнило, все же такого добра у бойцов группы хватало и раньше.

— Нырнуть в звезду?!

— И утащить их за собой!

— Мы там сами не выживем!

— Мы может и выживем, а Спартак?

— Надо бы в нем дырочку проделать, чтобы стравливать давление безумия! А потом швырнуть в центр армад!

— Хватит этого ребячества, нужно быстро разобраться с ними! Пока мы тут подкалываем друг друга и не даем обезуметь, убивают людей в других системах!

Понимание и сожаление, даже за эти мгновения общения армада, вторгнувшаяся в систему, успела бы убить тысячи и миллионы, разрушить массу всего. В обычных условиях Земля, да что там Земля, даже Содружество на пике своей силы не устояло бы против подобного! Выслали бы флоты, конечно, военной силы у Содружества хватало, но что делали бы с этим излучением зла, безумием, кровожадностью?

Хотя, если излучение создали Хранители, то такая проблема у Содружества никогда и не возникла бы!

— Убивают! И мы убьем, да?!

— Да!

— Для чего мы рождены?

— Убивать тварей!

— Кто их уничтожит?

— Никто, кроме нас!

— Перед нами твари!

Армады разлетались и.. словно бы колебались? Не спешили нападать или вырабатывали новую тактику? Хотя, когда они вообще применяли тактику, кроме навала толпой и попыток поглотить? Или теперь, столкнувшись с Буревестником, слуги Разрушителя решили, что пришла пора поумнеть?

Даже если так, они все равно не успели, так как группа атаковала их первой.

— Спартак, ты снова якорь!

Спартак не отвечал, так что можно было считать, что молчание - знак согласия. Пространство смялось, вбивая две армады друг в друга, словно спеша их смять в огромный космический снежок. Группа оказалась рядом и Дюша, поднеся сигарету ко рту, сделал глубочайший вдох, затянулся так, как не затягивался еще никогда.

Слуги Разрушителя не успели сбежать.

Глава 13

Две армады успели изрядно проредить друг друга, и группа вдохнула часть их так быстро, что слуги Разрушителя успели выстрелить буквально один раз. Затем концентрация зла и черноты внутри Буревестника скакнула выше небес, и они снова стали маяком безумия.

— Они колеблются.

— Неужели в них зародился разум?

— Конечно, мы же надавали им по их тупым разрушительным головам.

— И что?

— Как это что? Разве ты не знаешь, как зародился разум на Земле?

— Как?

Вдох продолжался, концентрация черноты увеличивалась, захлестывала, заливала их с головой, впору было становиться на цыпочки или пытаться всплыть. Сброс в Спартака помогал, но лишь отчасти. После слов о тушении искорки разума отношение группы разом переменилось и Спартака оберегали. У кого-то бродили мысли-образы о лечении Спартака и ими стоило бы заняться, но потом, когда появилось бы время.

А для появления времени требовалось отбросить армады слуг Разрушителя и взывать к Льву, чтобы не появились новые. Лев, конечно, не ответил бы, и излучение, сгубившее часть галактики, не отступило бы так просто, но хоть какая-то передышка стала бы спасением.

— Отставить мысли о Льве!

— Лев зародил жизнь на Земле?

— Ага, Земля была пуста и безвидна, и только лысый Лев витал над нею!

— Отставить шуточки!

— Без них мы точно спятим!

— Может не надо так громко орать?!

— Мы просто еще не привыкли, вот потренируемся и будем потом шептать друг другу с разных концов Галактики.

— Не будем.

— Почему это?

— Кто сможет жить с такой степенью открытости и единения? Мы же сами первые и откажемся, закроемся, возьмем пару уроков у Спартака!

— Так что там с жизнью на Земле?

— Разумная жизнь появилась, когда первая обезьяна взяла палку и треснула другую обезьяну по голове, чтобы та трудилась за нее. Треснутая обезьяна резко поумнела, и сама схватила палку, так началась гонка вооружений и прогресс. Сейчас мы вот треснули слуг Разрушителя по голове и они, возможно, резко поумнели.

Образ - страх, резкое поумнение и разделение армад безумцев. Даже отряд их мог свести с ума многих и, если бы они просочились на Землю? Обсуждение и возражение, что излучение зла все равно влияло и неслось по космосу, просто людей пока еще задевало слабее, чем других.

Не исключено, что и в этом был виноват Буревестник.

— Просто потому, что мы всегда виноваты во всем!

— Нет, ну Льва точно не мы убили!

— Кто-то сказал бы, что он умер так как, мы бежали с Острова.

— Охота вам это замшелое [цензура] полувековой давности перетряхивать?

Разговоры несли в себе помощь, помогали держаться, не тонуть в черноте. Группа втягивала в себя сразу две армады, будто уподобилась джинну из легенд, устремляющемуся обратно в свою лампу. Не просто переход количества в качества, а еще и концентрирование, укрепление, подавление сомнений в слугах Разрушителя. Чтоб стеклянные глаза, повиновение и ни одной лишней мысли в голове (правда их и так там было немного), кроме "убить всех тварей, убить, убить".

Этот рефрен с убийствами повторялся и в самой группе, но странное дело, во второй раз он переносился легче. Давил, звал, побуждал, но легче было не поддаваться этому зову и не впадать в безумие. Жить с ним, в каком-то смысле, тоже привычное для группы дело, просто раньше все было меньшего масштаба.

Сильной группе - большие масштабы, как-то так сказал бы Лев и закурил.

— Вот так!

— Это было нелегко.

— Меня сейчас стошнит.

— Попробуй сблевать виртуально в Спартака.

— Эй!

— А как же огонек разума?

— Так он как раз выбежит наружу от такого! Мы его схватим и сунем в голову, прямо в глаз!

— Только вылечили глаз!

— И толку что-то маловато.

— Нет, он есть, но слишком мелкий, тут надо начинать с нуля.

— Какого еще нуля, когда Земля в опасности? И нуль не смог бы так ловко отражать наши атаки на его безумный разум!

Понимание, соглашения, увод темы, облегчение жизни и Буревестник выстоял, не утонул в черноте и при этом снова обратился в слуг Разрушителя. Тьма кровожадности и безумия пропитывала их изнутри, оседала и ясно было, что в какой-то момент ее станет слишком много и Буревестник уступит.

Но пока этого не случилось, они продолжали действовать и устремились в следующую пограничную систему, раз уж прямая атака на Землю была сорвана. Переход и удар, без сведения с ума людей и новый обмен образами, согласие, что не помешало бы изучить щит от этого безумия. Окружать им людей и затем свободно оперировать чернотой, а еще лучше прямо во время перехода дополнительно дырявить космос, выкидывая людей прочь.

Чтобы оставались только кровожадные безумцы и Буревестник, возглавляющий их, но пока не сошедший с ума. Армады столкнулись и в этот раз никто их не сдерживал, а сама группа помогала и наносила удары и это сражение ускорялось и ускорялось, пока не превратилось в один огромный взрыв, уничтоживший пару планет и всех безумцев вокруг.

— Люблю вид уничтоженных тварей.

— Еще бы без разрушения планет обошлись.

— Планет еще много, а вот слуг Разрушителя осталось уже мало.

— Прямо сейчас, печенкой чую, уже зарождаются новые!

— Обойдемся с ними, как со старыми!

— А давайте втянем этот взрыв и потом выдохнем? Сразу сметем всех, а остатки снюхаем и зарядимся!

— Бензобак на пятьсот тысяч слуг Разрушителя!

— Сколько слуг Разрушителя вы тратите на преодоление одного парсека?

— Наш корабль очень экономичен, потребляет пару слуг на световой год!

— Если они самозарождаются, то это нарушает всякие там законы сохранения массы-энергии.

— А мы их не нарушаем?

— Кто знает, может именно этого и добивались Хранители?

— Чего?

— Создания бойцов, способных нарушать законы физики? В теории, нам достаточно пожелать и излучение зла исчезнет, все сошедшие с ума вернутся, убитые оживут....

— Главное, мертвых попутно не поднять!

— ... и враги Земли расточатся в вакууме.

— Тебе не кажется, что это прерогатива выдуманных богов, а мы немного настоящие и ни разу не боги?

— Нарушение законов физики - чем не прерогатива богов?

— Остудите фантазию, нам еще лететь и сражаться!

— Ничего не могу с собой поделать, эта ярчайшая вспышка будоражит меня и заряжает энергией, так и тянет снюхать ее целиком, выжечь плазмой звезд черноту внутри себя.

— Какие буйные фантазии!

— Это не фантазии, а уже реальность.

— Печальная.

— Что?

— Печальная, говорю, реальность, так как мы можем вдыхать космос, повелевать толпами кровожадных безумцев, но все равно еще недостаточно сильны. Не можем щелкнуть пальцами и все отменить.

— Думаешь, потом сможем?

— Не знаю.

— Скучно будет так жить, делать все по щелчку пальцев.

— Вначале надо такого добиться, а станет скучно, еще раз щелкнем пальцами и откажемся от всемогущества.

— Всемогущества! Да мы одну армаду еле разбили и теперь вот боимся занырнуть в звезду, какое же это всемогущество?

— А вот такое! Мелкое! Земное! Все, расслабились, встряхнулись, собрались, снова в бой!

— В бой!

— Никто, кроме нас!

— Никто, кроме вас!

— Шуточки в строю!

— Марафон до туманности Андромеды и обратно!

— Легко, как сигарету выкурить!

— Дюша заражает нас вредными привычками!

— Лучше он, чем безумие слуг Разрушителя.

Космос свернулся и сжался, уничтожая гигантский взрыв, совместную аннигиляцию двух армад, и Буревестник оказался в черноте между системами. Почти привычно уже все собрались и сориентировались, обнаружив, что действовать стало легче. Привычка, возросшие силы или чернота внутри, но легче, и все ощутили оставшиеся вражеские флоты.

— А ведь они тоже не до конца нарушили законы физики, - заметил Влад задумчиво.

— Вот уж таких врагов нам точно не надо! - воскликнул Дрон. - Они бы тогда уже уничтожили всю Землю, оказавшись рядом с ней и на ней!

— Или внутри нее, - добавил Дюша. - Как вам идея вытаскивать ядра из планет?

— Безумно.

— Точно. Модные веяния в эти дни, безумные идеи и их воплощение!

— Кажется, кого-то уже утопило чернотой.

— Но если они и правда поумнеют и станут сильнее?

Образ-воспоминание, война с тварями и Волны. Развитие тварей, становление их умнее, Мозги и затем Сверхмозг, и мысль, что это была гигантская пьеса, где за ниточки дергали Хранители. Возражение-ссылка на их архивы и контраргумент, что им и не требовалось дергать каждого. Но эскалировать уровень противостояния, усиливая тварей и продолжая искажать их сущность, Хранители вполне могли.

Попытки воззвать к Спартаку и выудить воспоминания из него, как там дела обстояли у новых Хранителей, растили ли они тварей. Воспоминания о старых и попытки получить ответ о новых, но этот метод тяни-толкай, сработавший с людьми в прошлой системе, тут оказался бесполезен. Спартак чуть покачивался, что-то там выдавал в ответ - скорее всего просто эхо от попыток воздействия на него и возвращался на исходную, как игрушка-неваляшка.

Основанием ему служило безумие, с которым Буревестник так и не придумал что делать. Печальная судьба Кати служила напоминанием и предостережением, не говоря уже о прошлых подозрения, что Спартак и есть ловушка Хранителей. Что они все-таки добрались до него, свели с ума, возвели эти вот щиты разума, дабы Буревестник подолбился в них, как в стену.

Ввалился внутрь, выбив двери и окна, и обнаружил там внутри, в безднах разума Спартака, дымящуюся гранату. Бомбу? Не буквальную, конечно, а бомбу разума, сводящую с ума, как свели Спартака, что-то в таком духе.

— Тогда и мы поумнеем и станем сильнее, - отрезал Дрон. - Как стало человечество, а сейчас наша задача держаться и сражаться!

Они сместились в ближайшую атакуемую систему и дернули людей оттуда, словно скатерть со стола. Обратной волной отбросили армаду и оказались рядом с ней, тут же нанесли ошеломляющий удар безумием и снюхали часть слуг Разрушителя, повышая концентрацию черноты внутри себя. Удар по разумам, подчинение, ошеломление, раздоры, волна черноты, и Буревестник держался, не тонул, забирался на маяк Спартака, созерцая "волны безумия" вокруг.

— Слишком много образов!

— Что поделать, мы не привыкли к единению разумов!

— Все равно, слишком образно, только помогаем черноте внутри себя!

— Плевать, это работает!

— Как это плевать?

— Мощно! Вот так!

Плевок вакуума снес часть армады, ту, которая колебалась больше других и оставшиеся подчинились, словно демонстрируя, что у них там роевой разум. Уничтожили часть и разум ослаб, подчинился легче, сразились всей толпой и поумнели, и так далее. Образы роились и мелькали, пугали, захлестывали, не хуже черноты и группа обменивалась репликами, спеша удержаться на плаву.

Нечто привычное и понятное, общение словами, и плевать на обстановку вокруг, главное, что оно было привычным и понятным, помогало хоть немного заякориться и остаться на месте. Спартак сидел, взирал, вызывал мысли и образы, злобу, желание пнуть его или вывернуть наизнанку, вернуть уже разум, ведь вокруг творились такие дела.

А он сидел неподвижно, смотрел слепо, не спеша кричать "Твари!"

— И еще вот так!

— Вот это по-нашему!

— Нет, по-нашему — это перебить их всех!

— А это тогда по какому?

— Да не плевать ли?

Космос изогнулся, соединяя две точки, армаду слуг Разрушителя, застывших в ожидании приказов и местную звезду, продолжавшую равнодушной посылать лучи. Слуги Разрушителя и их корабли немедленно вспыхнули и взорвались, и тут же показали, что идея швырять их внутрь звезды была не самой лучшей.

— Слишком глубоко залезли.

— Давайте вдохнем звезду?

— Давайте уносить отсюда наши черные ноги!

Перестарались с совмещением точек, и звезда не выдержала, а может и выдержала бы, но ее дополнительно дестабилизировало взрывами армады слуг Разрушителя внутри и теперь светило пучило. Разрывало изнутри, может у звезды вдруг началось несварение зла, непонятно. Неважно.

— Давайте!

Попытка стабилизировать звезду и пространство вокруг нее окончились неудачей, Буревестник отдернул обожженные руки.

— Мало вдохнули.

— Если начнем вдыхать больше, нас точно разорвет!

— Да плевать!

— Опять плевать?

— Плевками звезды не погасишь!

— Ну взорвется, сколько еще лет все это разлетаться будет? За это время давно все решится!

— Правильно, гадь сейчас, пусть будущие поколения разбираются!

— Да может мы сами и разберемся, если выживем! Тварей рубят - звезды рвутся!

— Вот это народная мудрость!

— Лев бы одобрил!

— И назвал нас криворукими.

— Да не назвал бы! Он здесь и не выжил бы!

— Это не помешало бы ему назвать нас так!

— Берегись!

Попытки стабилизации словно дали обратный эффект, и звезда пошла вразнос. Буревестник не стал проверять себя на прочность и дожидаться взрыва и отпрыгнул прочь, на самый край системы и затем еще дальше. Ясно было, что звезду уже не удержать и она стала сверхновой, и через несколько лет свет ее достиг бы соседних систем и выжег их.

Образ-согласие, что если удастся отстоять Землю, то Буревестник займется этой проблемой. Они не смогли удержать звезду, но это излучение, рвущееся во все стороны, обязательно ослабело бы с расстоянием и стало бы вполне подвластно даже их текущим возможностям.

— Все, дальше! Разом добьем всех врагов и отыграем немного времени!

— Разом! Никто, кроме нас!

Глава 14

Некоторое время спустя

— Брошен враг, земля пылает, эх земля, поля, луга, - напевал Дюша.

— Слушай, какая-то неправильная песня, чего это Земля пылает? - возмутился Дрон.

— Сгоняй в прошлое, командир, предъяви претензии Прежним, - последовал ленивый ответ. - Ну или хотя бы Льву, который эти песенки собирал. Но согласись, подходит? Там дальше еще слова "возвращенная, родная, ты нам вдвое дорога!".

— Она обязательно воспылает, если мы явимся туда в таком виде, - сердито заметила Алина.

Эмоции, жесты, возгласы, песни, все ради того, чтобы еще хоть на капельку усилить сопротивление черноте внутри. Буревестник поглотил ее столько, что казалось, сейчас бойцы группы физически почернеют. Они держались, но и Алина была права, как являться на Землю в таком виде?

— Но нам надо вернуть Спартака, - заметил Влад.

— Надо ли?

— Считаю, что надо, - последовал твердый ответ. - Мы можем сколько угодно швыряться в него безумием и этой чернотой смерти, но это не усилит его разум, сами понимаете.

— А Земля?

— Вы же сами все это ощущали, каждый из нас. Возвращение в прошлое, прилив воспоминаний, желание вернуться и все переиграть, пробуждение каких-то давно забытых мечтаний.

— И?

— Слушайте, дайте договорить, а! Не хотите принимать образов, так хоть дайте сказать!

— Злой ты, Влад, - за всех ответил Дюша, вызвав смех.

Все они были злыми, и передача образов приоткрывала бездны черноты смерти и кровожадности в каждом. Но зато подчинение не спадало и армада слуг Разрушителя - три армады, если брать по чистой численности или мерять по тем, кто нападал на пограничные колонии - крушила своих собратьев, разносила в пух и прах. Побежденным предстояло попасть под вдох или подчинение, по обстоятельствам.

— Так вот, кто сказал, что Спартак не испытывает всего этого?

— То, что на него не действуют наши штучки? Он закрыт от излучения, не так ли?

— Но у него же есть мечты, да? Были, по крайней мере? Что-то из прошлого, что он хотел бы изменить, как все мы? Какой-то путь, который он хотел избрать и не избрал, опять же, как все мы, поставив долг выше личных хотелок. Было такое?

— Тебе лучше знать, ты же его напарник, - тихо вздохнул Виталь. - Но ты прав, у всех у нас.

Он оборвал себя и некоторое время стояла тишина. Избиение слуг Разрушителя продолжалось и Буревестник, полный черноты, злобы и желания смерти, в то же время меланхолически грустил о прошлых простых временах и решениях. Каждый подсознательно ощущал то, что им предстояло в будущем. Снюхать, вдохнуть, поглотить, уничтожить еще больше слуг Разрушителя и самим стать такими же, как они. Уничтожить вот это вот новое зло, встав во главе его и тогда путь на Землю оказался бы окончательно отрезан. Бюрократические препоны можно было обойти, документы подделать, награды за головы "мертвого Буревестника" отменить, но носимое в себе зло?

Образ-согласие, что тогда можно будет отправиться к соседям по Галактике, кто враждовал с Содружеством и пожить там, не вызывая, конечно, волн безумия и кровожадности. Или найти черную дыру и попробовать сбросить все туда, с рисками, что ее разорвет, как порвало звезду.

Варианты на будущее, когда Земля и человечество оказались бы спасены.

— Так что тогда?

— Создадим свою Землю, с прошлым Спартака, но без тварей?

— Я бы наоборот, предложил тварей, ну можно слуг Разрушителя на эту роль подписать. Вот только, будет ли результат?

— А мы куда-то торопимся?

— Конечно, пусть мы отбили нападающих, даже создали себе кочевую защитную армию, она эффективна только пока Дюша льет кровь из носа...

— Уже не льет!

— ... и перебрасывает оперативно куда-то, куда мы укажем. Без нас, что они будут делать? Слоняться и патрулировать, нападая на другие армады? Откуда они о них узнают? Как они быстро доберутся до места нападения?

Пауза и прикидки, сколько слуг Разрушителя им пришлось бы поработить, чтобы выстроить вокруг Земли защитную сферу, и еще наводнить армадами внутри сферы, для проскакивающих мимо заграждений (так как слуги Разрушителя не умели "мять" космос и выбивать в него летящие корабли).

— Не, други, я столько не скурю, - выдохнул Дюша.

Избиение последней нападающей армады уже подходило к концу и Буревестник отвлекся, добил остатки и подчинил, и затем снова завис в космосе, размышляя, что делать дальше. Защитные армады - звучало неплохо, но что, если бы они вышли из подчинения? Тогда сразу в каждой системе оказалось бы по огромнейшей толпе слуг Разрушителя, которых притащила туда сама группа.

После такого оставалось бы только застрелиться.

— Может, пошлем их в атаку... ах да, мы же так и не нашли источник.

— Вот именно. Куда их посылать? Откуда прилетят новые?

— Со стороны Содружества?

— Если это летят живые, а если их порождает космос?

— То есть нам надо сидеть на Земле и щупать ухами и глазами пространство вокруг, быть готовыми поработить врагов, но при этом не влиять на людей.

— С нашими скоростными перемещениями, мы можем и не сидеть на Земле, парсек туда - парсек сюда, уже не играет особой роли. Но как тогда лечить Спартака?

— Записи хранителей!

— Записи! Есть ли они, эти записи?

— А может просто убьем всех Хранителей? Найдем и выдохнем в них все лишнее?

— А мы сможем, не ослабляя защиту Земли?

Пауза и тишина с печальным осознанием, что не смогут. Разве что ослабят себя, да и смог бы кто-то из них, в одиночку подчинить себе целую армаду этих самых слуг Разрушителя? Для такого чернота внутри должна была зашкалить, а боец как раз остался бы один, некому было бы его поддержать и не дать пасть на другую сторону.

— Может, слепим из них Лизу и Спартак ее спасет?

— А может просто переправим Спартака на Землю и пусть сидит там один, ну под присмотром Асыла и Еланы, например? Он не фонит, ну безумием может всех затопить, так и ладно, этот риск всегда с нами, а мы тем временем ринемся на помощь Дмитричу?

— Кто сказал, что он уже нашел?

— Если он не освоил скоростное вдыхание космоса, то еще летит, ну к Бердаусу может вернулся, не больше.

— Слушайте, вы вообще слышите себя? - вдруг воскликнула Алина.

— Что на этот раз не так?

— В чем мы опять виноваты?

— Да ни в чем, я о другом!

— Вот так всегда с нашей Алиной, все ей не так, и не эдак, наперекор и не по шерсти.

— Именно поэтому она у нас за жизнь, а мы все за смерть, - добавил Дюша.

Алина только фыркнула, встряхнула волосами.

— Мы находимся посреди космоса Лев знает где!

— Мы все знаем где, а кто не знает, можно уточнить, соединив силы.

— Просто так, без скафандров и защит!

— Мы и раньше к этому шли, что обычные повреждения нам были уже не страшны!

— И мы сминаем космос, дышим им, наливаемся чернотой и желанием убить всех вокруг, но при этом рассуждаем об освобождении Земли! Мы подчинили себе кучу безумных кровожадных условных живых, которые рвут на части других своих собратьев, чтобы мы потом могли вдохнуть их!

— Да, вот такого с нами раньше точно не случалось, - согласился Дюша.

— Все когда-то бывает в первый раз, - добавил Виталь.

— Еще несколько дней назад у всех нас была мирная спокойная жизнь, мы передавали сообщения на Землю, вели новобранцев в учебные высадки, настраивали системы на станциях, любили и убивали, но при этом не отличались от живых вокруг, а теперь? Дмитрич недостаточно быстро летит! Давайте прыгнем через половину Галактики и поможем!

— Ну да, потому что можем, - кивнул Дюша. - Истерику и топанье ножками можно устроить потом, когда уничтожим угрозу.

— Уничтожим или сами станем ей? Несколько дней и такие изменения! Волна их тащит нас, и мы вроде вынырнули, забрались наверх и считаем, что оседлали волну, но так ли это? Волна...

— Волна — это верно, - вдруг перебил ее Дрон. - Волна тварей, которую мы оседлали. Да, понятно, что ты говоришь об обычной волне, но все равно, немного поэтично вышло, а?

Всплеск кровожадности, вызванный поглощением недобитых остатков, спадал, но это не отменяло зашкаливающего уровня общей черноты.

— Поэтично будет, когда эта волна дотащит нас до берега и хряпнет нашими наглыми мордами об скалы. Раз, и два, и три, и мы из повелителей волны превратимся в кучу фарша! Потому что не поспеем за этими изменениями! Вы говорите, что это уже было, но сколько лет тогда длилась наша трансформация? А тут несколько дней! Где гарантии, что нас не захлестнет и не подчинит, не сбросит в безумие, как у Спартака?

— Никаких гарантий, Алина, и ты знаешь это! У нас нет выбора, так как нас опять не спросили! Только вместо Льва к нам приехали армады тварей!

— Потому что мы уже большие мальчики и девочки, и нам пора бы начать действовать самим и не бояться перемен, - добавил Дюша. - Ну да, быстро, жизнь вообще ускорилась, и тот же Дмитрич, сколько он будет гоняться за станцией или малой луной, на чем там удрали Хранители?

— Думаю, это была станция.

— Луна.

— Причем не их, а древних Хранителей, которые построили ее сто тысяч лет назад.

— А летает она, тогда как?

— Саморемонтируется!

— И чего ж они тогда не применили ее против нас тридцать лет назад?

— Не ждали!

— А мы приперлися, да-да, вот уж не стоит считать Хранителей идиотами.

— Только в вопросах их религии и спасения Галактики!

— Не Вселенной?

— Нет, только Галактики.

Тишина и переосмысление информации из архивов Хранителей. Светящиеся шары - защитники материнских систем, Хранители ожидали прихода Разрушителя и пытались создать супербойцов для борьбы с ним. Буревестник разрушил шары и Содружество и появилась неизвестная угроза, какой раньше не было, а силы группы снова подросли.

— Мы что, уже верим в эту их ерунду? - со скепсисом поинтересовался Дюша.

— Как-то все подозрительно совпадает.

— Очнитесь, люди! И те, кто давно перестал ими быть! Это же Хранители [цензура] [цензура] им в глотку и под хвост! Они обманывали, убивали, извратили тварей, не дали спасти Землю, тысячелетиями творили [цензура] повсюду, и мы вдруг поверили им? Да я бы скорее поверил, что они идиоты в вопросах своей веры, то есть у них мозг отключился и они врубили это излучение зла, даже не думая о последствиях. Просто ради того, чтобы победить слуг Разрушителя, то есть нас!

— А когда они врубили, пришли настоящие слуги?

— Не факт, может повылазили тысячелетние запасы, как со станцией, а?

— А как же шары?

— И не пора ли вернуться к Спартаку?

— Он же тебе не нравился, Алина!

— Да вы все тут мне не нравитесь!

— Вот, жизнь и смерть, борьба и единство противоположностей! Борись с этим отвращением, Малиночка ты наша сладенькая!

— Аж зубы свело от приторности.

— Согласен, метод борьбы с чернотой не самый удачный, вышло бы просто засахаренное [цензура].

— А Спартака нам нужно вернуть, чтобы воистину оседлать волну! Не делать вид на пару минут, а стать группой, закрыть брешь в наших рядах и силах, и подчинить волну. Ведь вы же все ощущаете эту неполноту, пробоину, нехватку сил?

— Ощущаем.

— Я даже больше скажу...

— Не надо!

— Уже испугались?

— Уже поняли тебя, Алина, - отозвался Андрей Майтиев. - Ты права.

Восстановление группы и полных сил вполне могло привести к тому, что они смогли бы защитить Землю даже вдали от нее. Возвращаться и громить врагов, снова устремляться на поиски, да что там, даже сразу найти Хранителей, например. Расширить свой диапазон до огромного сектора Галактики, охватывающего все бывшее Содружество, скажем.

— Но то, что ты права, не означает, что мы вдруг поняли, как лечить Спартака. Есть идеи?

— Подать в него нашу силу жизни?

— Не так быстро, у нас сейчас внутри все переполнено силой смерти.

— Может, Спартаку как раз этого и не хватает? Может, он выхолостил себя и перестал, почти перестал быть одним из нас и именно благодаря этому сошел с ума и закрылся?

— И нам нужно, что? Накачать его кровожадностью и чернотой?

— Ну, в каком-то смысле - да, ведь весь наш путь выстлан убийствами разных тварей, с разными именами, формами, влиянием, но тварей.

— А вы не боитесь получить безумца, одержимого убийствами?

— Боимся. Но будь у нас надежный безопасный метод, мы бы его уже применили.

Спартак продолжал висеть в вакууме, как ни в чем ни бывало. Возвращенные глаза все так же незряче таращились в черноту космоса, будто не могли наглядеться на нее.

— Возможно, нужно сунуть руку ему в ухо и починить зрение.

— Слушайте, а как это он так висит и не падает, если у него нет сил?

Группа начала переглядываться, пытаясь выяснить, кто из них поддерживает Спартака в вакууме.

Глава 15

Взгляды и непонимание, так как каждый думал, что поддерживает другой. Все сознательно устранились, готовые прийти на помощь и все равно Спартак остался висеть, как ни в чем ни бывало.

— Вечно Спартак что-то учудит, - хмыкнул Виталь.

— Я бы добавил ехидный комментарий, но меня мучает чувство вины за оставление его тридцать лет назад в лапах Хранителей, - добавил Дюша.

— Мучает?

— Ну так, покалывает в левой ноздре, веко вот дергает. Мы уже и тогда были большими мальчиками и знали, что бывает, если гавкать на врага не по силам. Но все же как-то странно неохота шутить на эту тему. Наверное, во мне слишком много черноты, чтобы прибегать к черному юмору.

— Скажешь тоже, Дюша.

— Что поделать, вон Алина верно же заметила, дни прошли, буквально дни, как каждый из нас занимался чем-то привычным и вот они мы, в космосе. Почему бы не включить в эти изменения и пропажу желания отпускать шуточки о Спартаке?

— Потому что прежний Спартак сам бы первый пошутил на эту тему?

— Прежний, ха! Нет у нас прежнего Спартака, только новый, который безумен, никого не узнает, не поддается излучению, но при этом продолжает висеть на месте, словно так и нужно. Ладно, падать ему тут вроде некуда, но вакуум?

Осознание, обмен образами, группа разлетелась дальше, словно вытянулась лучами от звезды-Спартака, и уставилась на эти самые лучи. Незримые в обычном диапазоне, но все же присутствующие.

— Так вот практика разнесла вдрызг нашу теорию.

— Ничего не разнесла, мы и раньше подключались к нему, черпали и пытались закачивать всякое, лечили не слишком удачно, и Катя отдала свою жизнь зазря.

Обмен образами, сожаление, прикидки, не получится ли оживить Зайцеву.

— Не зазря, она пыталась помочь нам, потому что сразу увидела корень всех проблем!

— Слышал, Спартак, ты у нас корень всех проблем!

— Корнеплод, практически.

— А мы тогда кто? Ботва?

— А Лев - лысая кожура?

Шуточки промчались и стихли, так как были не то, чтобы не слишком уместны. Просто общее настроение упало, но все же всплеск кровожадности и черноты оказался побежден.

— Корень всех проблем в Спартаке, как мы видим.

— Да, но в общем-то сразу это подозревали.

— Просто не было доказательств, а теперь есть.

— И все еще непонятно, что с этим делать.

— Но мы хотя бы поддерживаем его и не даем умереть!

— А что, если Хранители не убили его именно поэтому? Не смогли? Но зато все это отлично тянуло силы из нас всех?

— Тянуло и мы не ощущали?

— А кто бы ощущал, раз мы ослабели?

— Потому что годами все уходило в бездну Спартака?

Печальный смех и в то же время осознание и принятие такого факта.

— Тогда понятно, почему мы с ним не справляемся и откуда в нем все это. Если мы годами накачивали в него нашу силу, то теперь за пару дней не превзойдем ее.

— Интересно, почему они не сбросили его внутрь звезды?

— Побоялись, что не выйдет, а Спартак очнется?

— Думаю, наши прочие предположения были верны и в этой части, они изучали нашу связь со Спартаком. Если та тянулась через галактику, никем не замеченная, то, чего уж там, на ее основе можно было построить излучатели зла.

— Излучатель зла. Тут хватило бы и одного.

— Не исключено, что для начальной трансляции его подключали к Спартаку.

— Погоди, вначале же его нашел Влад!

— Ну да, только подключали раньше. Сняли эту мелодию зла, может даже с нас получили эти ритмы "Убивай всех тварей", поэтому излучение потом и действовало на нас так слабо, и мы смогли защититься. Зато живых вокруг проняло, да еще как!

— Но один излучатель не накрыл бы Галактику равномерно?

— Да, это вопрос на миллион золотом, и вопрос к Хранителям.

— От которых надо получить информацию, что они сделали со Спартаком и как.

— Что, возможно, помогло бы вернуть ему разум, но, если в него уходили наши силы.

Еще одно печальное осознание, что следовало или резко повысить свою мощь, что было практически невозможно без Спартака, или тому следовало как-то выбраться из безумия самому. С помощью группы, но самому, как-то пройти путь обратно и вот здесь записи Хранителей о сотворенном с ним могли оказаться полезны.

— Думаю, именно поэтому они его и не убили, чтобы продолжать держать нас на минимуме силы.

— Это был не минимум.

— Видимо, дальше со Спартаком уже не срабатывало, и Хранители перешли к следующей части плана. Излучение, безумие, подготовка с их стороны, ловушка на нас - они знали, что мы примчимся спасать Спартака и бить их, но что-то пошло не так. Детали мы выясним, когда доберемся до их архивов, но важно то, что они оставляли Спартака в живых, чтобы тот ослаблял нас.

— И у них вышло, но затем перестало работать? - задумчиво спросил Влад. - Когда я нашел его?

— Возможно. Что-то прощелкнуло и вернулось, допустим. Или он просто перестал откачивать наши силы и сейчас живет в вакууме на том, что забрал за эти года. Пусть, раз наши силы помогли ему выжить, пусть будут, но как теперь еще вернуть его в сознание?

— А, теперь вы согласны, что я права?

— Конечно, Алина, ты и раньше была права, а мы львы.

— Бородой этой шутки можно связать армаду слуг Разрушителя!

— Кстати, о них. Возвращение сил Спартаку — это прекрасно, хотя и непонятно, и опасно для Земли, но эти вот, порабощенные?

Обмен образами и мыслями, приход к согласию, что они не нужны. Опасны, полезны и не нужны у границ Земли и ее колоний. В то же время, при новом нападении, они смогли бы задержать врагов на какое-то время, если угадать, откуда те нападут.

В теории, самым безопасным было бы развеять их и сбросить черноту из себя, выдохнуть вослед, но это несло риски в будущем. Враги явно не стояли на месте и первая, пробная волна, должна была показать им, что к чему. Сбросишь черноту и потом не хватит сил на вторую, пока будешь порабощать новую армаду, еще десять доберутся до Земли.

Прилетишь на Землю - та сойдет с ума.

Начнешь защищаться возле Земли - там сойдут с ума.

— Может, просто вдохнем Землю и спрячем внутри себя? Тогда и чернота с подчинением не потребуются, просто будем биться, пока не уничтожим всех-всех! - воскликнул Виталь.

— Эм-м-м, думаю, мы не будем рисковать Землей, - ответил за всех Дрон.

— Без гарантий ее выдоха обратно без изменений, - добавил Дюша. — Вот тогда можно и вдохнуть, чего бы нет, уж внутри нас им точно будет безопасней!

Более того, можно было бы не лавировать, а просто притягивать к себе всех врагов. Бить их и бить, пока не закончатся, уж убивать Буревестник умел.

— Умники, а как же колонии? - спросил Влад с укоризной.

— Соберем всех людей на Земле, будут почти времена Прежних, накидаем им техники, реакторов и еды, и вдохнем, - пожал плечами Дюша. - Если получится безопасно их спасти.

Новая мысль промелькнула между ними - вдохнуть и умчаться прочь! Бросить этот сектор Галактики, а то и вовсе отправиться в новую, начать там все с нуля. Без Хранителей, тварей, Содружества и массы инопланетных цивилизаций, только человечество и все тут.

— Предлагаю не замахиваться пока на такой уровень, - сказал Дрон, и все с ним согласились.

Спартак, Земля и Хранители, все это сплелось в единый клубок, который следовало распутать или разрубить, но при этом не подвергая Землю опасности. Участь захваченной ими армады слуг Разрушителя оказалась предрешена - им предстояло пасть вслед за остальными. Будь они не так безумны или хотя бы более мобильны, чтобы моментально оказываться в местах нападений, еще можно было бы рискнуть.

Приказать не охранять, но уничтожать всех, расставить в системах, построив огромную ловушку.

— Ну что, в этот раз покормим с ложечки Спартака?

— А как его тогда на Землю возвращать?

— Надо ли его возвращать на Землю? Да, он сейчас бесполезен, если не опасен для нас и в то же время, кто сказал, что на Земле ему будет лучше?

— Я сказал, - вклинился Влад. - Показать ему прошлое, чтобы он вернулся в него! Вернулся разумом и сам себя спас, такой вот план!

— Толковый план!

— Но для него надо вернуть Спартака на Землю.

— Не зараженного чернотой!

— Она и так растворяется в нем.

Пауза. Осознание - предположение, опять обмен образами. Растворялось не потому, что Спартак стал неуязвим, а потому что накопил так много за эти десятки лет?

— Где оно только в нем все поместилось, - проворчал Дюша.

— Может, он с ума сошел как раз от избытка силы, а? - предположил Влад. - А то как-то странно выходит, наши силы дают ему неуязвимость, исцеление, что там еще, а он безумен и без сил.

— Если он сошел с ума от избытка силы, то, где она тогда?

— Внутри Спартака? - правда ответ прозвучал как-то не слишком уверенно.

— И если она там, то, что будет, когда Спартак вернется в сознание?

— Мы разом сметем всех врагов?

— Или его просто разорвет?

— Вот, - вмешался Дюша, - именно поэтому надо вернуться к моему начальному рецепту, вкинуть его в гущ врагов, а потом уже возвращать разум. Хм. Взять эту армаду слуг Разрушителя, пока мы ее не снюхали и раскрасить в тварей?

— Это уже было. Мы топчемся по кругу, что говорит - решения у нас нет.

— Но и врагов нет, и мы можем себе позволить потоптаться на месте.

— Спартака на Землю!

— Против. Это ничего не даст.

— Почему? - возмутился Влад.

— Да потому! Посмотри на наши рожи и прекрасное лицо Алины. Посмотрел?

— Да.

— Молодец. Теперь еще раз посмотри, что ты там видишь? - спросил Дюша.

— Нас?

— Именно! Нас! Группу "Буревестник"! Сколько дорог вместе истоптано, тварей и людей убито, сколько времени в Содружестве вместе, десятилетия! И теперь посмотри на Спартака, что ты там видишь?

— Он видит нас, но не узнает, - вздохнул Влад.

— Хотя, казалось бы, уж кто ближе ему, кроме нас? Но он не узнает! Даже глаза вернули, а он не узнает! Мы семья друг другу, ладно, оставим шуточки в сторону и признаем этот факт. А Спартак все равно не узнает! Так что людьми Спартака не пронять, нужно что-то еще, так как я согласен - Земля наш дом...

— Форпост девяносто девять.

— Да, только его давно уже нет, сколько займет строительство? И кем мы его населим?

— Нами!

— Так наши рожи Спартак и так видел и даже не подумал возвращаться! - воскликнул Дюша. - Нет, идея прекрасная, спору нет, я только за, но это потребует времени, сил, нашего присутствия на Земле. Один Спартак там так и будет сидеть с отсутствующим видом.

— Вряд ли с ним что-то случится.

— Вот именно! А здесь, в боях и против тварей, в сражениях бок о бок с нами, глядишь и проскочит искра, а? Что-то же там такое мелькало в нем, и не все можно было списать на газы, тем более что ни у кого из нас давно уже их нет.

— Но в туалет мы ходим.

— Думаю, скорее по привычке или наши силы были недостаточно сильны. Да вон, пожалуйста, сколько мы уже мечемся по галактике, и что-то никто не отходил в кустики, тем более что их здесь и нет.

— Ну вот, теперь мне захотелось в туалет!

— Борись с собой! Или отливай сразу в вакуум, только не в ту часть, которой Дюша дышит!

— Сортирный юмор двухсотлетней давности, как мне его не хватало!

— Как?

— Сильно!

— И теперь хватило?

— На два сортира, - заверил всех Дюша. - Ну что, приступим?

Все были согласны, перевели дух и приступили к уничтожению армады слуг Разрушителя, так как риски тут перевешивали выгоды. Уничтожив несколько раз, Буревестник теперь не сомневался, что сможет повторить разрушение армады, особенно если не стравливать в себе эту черноту разрушения. Да, это отсекало их от Земли, но они и так уже решили не возвращать туда Спартака.

Возвращаться следовало всем вместе и эту проблему можно было решить потом, после выполнения основной задачи, то есть освобождения или спасения Земли. В конце концов, у них всегда оставался выход не возвращаться, лишь бы Земля жила - за последние полвека Буревестник и без того крайне редко (и всегда по отдельности, не в полном составе) возвращался сюда, хотя и боролся за освобождение и благополучие родной планеты.

Привыкли спасать Землю и при этом жить где-то вдалеке.

— А теперь?

— А теперь - твари! В смысле Хранители.

Часть 3. Глава 1

— А Земля?

— А Земля подождет, - пропел Дюша. - Ну что, вставайте в круг, будем топтаться вокруг Спартака!

— Кстати, такое мы еще не пробовали - в смысле окружить Спартака и попробовать полечить его со всех сторон.

— Чтобы было формально со всех сторон, все равно нужен Дмитрич - шестеро, четверо на стороны света, одни сверху, один снизу.

— Трехмерное лечение Спартака, спешите видеть!

— Действует только, если вы способны выжить в вакууме.

— Вам не кажется, что мы слипаемся в один комок?

— Это проблема, - согласился Дрон. - Слишком открыты, слишком сильно связаны, но это же и возможность вылечить Спартака, раз, и проблема на будущее, два. Сейчас наше личное не имеет значения, нужно действовать. Дюша, конечно, достал своим криком, но тут и правда - никто, кроме нас.

— Видишь, я заранее предвидел проблему! - самодовольно заявил Дюша.

— Признайся, тебе просто нравилось гонять новобранцев.

— Это тоже. Каждый из нас немного Лев, хотя я и не пытался лепить из них спецназ.

— А теперь уже поздно. Так что, Хранители?

— Дмитрич.

— Или Спартак, - вдруг сказал Влад. - Он же жил у них долгое время?

— Если такое можно назвать жизнью, - не замедлила добавить Алина.

— Может, его поэтому и выкинули на улицы? Чтобы не навел потом? - предположил Виталь.

— Думаю, все это не будет иметь значения, если мы опять прыгнем шире себя, - проворчал Дюша. - Ну или я, если вы продолжите лениться. О-хо-хо, за что мне все это?

— Показываешь личным примером сержанта-инструктора как надо, тупым зеленым новобранцам.

— Тупым черным старичкам, - еще ворчливее заявил Дюша. - Ну что вы на меня так смотрите? Мы тут с земным сектором еле справились, а чтобы Хранителей быстро найти, нужно или треть галактики в один вдох захватить, или летать и усираться в разных точках.

— Метить территорию, мол, все застолблено Буревестником.

— Для этого надо писать на деревья.

— Откуда в космосе деревья?

— Придется метить звезды, но в том же стиле.

— Мы, кстати, можем, главное не взрывать их, а то нас не поймут.

— Взрывать только с армадами слуг Разрушителя.

— Кстати, если стянуть космос так, чтобы куча звезд слиплась в мега-ультра-сверхновую, это выжжет излучение зла?

Пауза.

— Думаю, к этому методу мы всегда успеем прибегнуть, особенно с горя после потери Земли, - заявил Дрон сердито. - Все? Сбросили напряжение? Выдохнули в вакуум? Начали!

И они начали, выстроились в круг - не потому, что это требовалось, просто так было психологически проще и привычнее - усадив в центр Спартака и расширили свои новые силы и сознание. Жизнь и смерть, паника, страх, любовь, выплески эмоций живых и чернота, безумие, кровь, наступление смерти и излучения зла. Казалось, еще немного и можно будет протянуть руку, ухватить излучение зла за горло и удавить, сжечь, подбрасывая в руке шарик звезды, словно дымящуюся бомбу с зажженным фитилем.

— Ну и образы у вас.

— Лучше, чем бояться звезд.

— Хранителей не найдено?

— Так мы и не искали пока, ощупали на предмет новых слуг Разрушителя.

— Они уже летят и зарождаются, я ощущаю их, - медленно произнесла Алина. - Они - смерть, и чернота внутри тянется к ним.

— Поэтично и неприятно.

— Они смерть и жизнь внутри нас отталкивает их, это тоже способ поиска.

— Жизнь внутри? Командир, ты уже успел?

Сердитое фырканье Дрона, корежащее вакуум вокруг.

— Теперь мы можем, - все так же медленно, словно в трансе произнесла Алина, - но не бывать жизни, там, где полно этой тьмы смерти. Я могу изменить себя, но это будет не ребенок - сгусток тьмы.

— Кстати, чем не способ избавляться от тьмы внутри, помимо выдохов Дюши?

— Рожать зло? Желательно через [цензура]? - могучий хохот прокатился вокруг.

— Со слугами Разрушителя понятно, а Хранители, как искать их?

— В самых мощных скоплениях слуг Разрушителя? Как-то же они собирались защищаться?

— Или, наоборот, спрятались, а все мощные скопления послали на Землю, чтобы уж наверняка.

Сфера восприятия Буревестника росла под эти шуточки и перебрасывание мыслями. Разумы и тела трещали, кровь лилась из глаз и ушей, и раны тут же затягивались, космос вокруг гнулся и тоже трещал, словно добивая обломки и остатки армады слуг Разрушителя, нашедших тут свой бесславный конец.

Перенапряжение и боль, действия за гранью и усиление зова внутри. Зова в прошлое, призыва идти к мечте, а не заниматься всем этим разрушением и смертями. Словно попытка оттащить от опасности.

— В Спартака! - вдруг скомандовал Влад.

— Мы там все не поместимся!

— Дюша, твои шуточки...

— Разговорчики в строю!

— Не в строю, а в кругу!

— И мы уже вроде не в армии?

— Но мы снова группа и хотим... а чего мы хотим?

— Спасти наших - побить тварей.

— А, старая добрая классика, которая никогда не меняется!

— Помочь Спартаку, - добавил Влад. - Швыряйте в него этот зов в прошлое!

— Точно!

— Молодец!

— Чего молчал, надо было сразу образом давить!

— Вас придавишь, бегемотов таких.

— Бегемот тут только командир и то, это такой боевой бегемот, который сам кого хочешь придавит!

— Пусть придавит Спартака!

Под шуточки, прибауточки, кровь из носа, глаз и рта, перенапряжение и попытки не уступить черноте внутри, Буревестник действовал, швырял в Спартака этим зовом в прошлое, как ранее пытались взывать к его разуму. Связь-то наличествовала, пусть и слабая, но основной проблемой, конечно, являлось то, что в Спартаке все тонуло, словно в бездонном болоте.

Как сейчас.

— Я чувствую отклик, - неуверенно произнес Влад.

— Твоя связь с ним сильнее других? - уточнил Виталь. - Как у командира и Алины?

— Не вижу ничего такого, - возразил Дюша. - Мы все связаны одинаково и равномерно, наверное, мы все же единый организм. Так, я, пожалуй, сразу застолблю рот и право курить.

— А надо брать мозг!

— Э, зачем мне мозг? Я же сержант-инструктор!

Хохот снова прокатился по окрестностям. Может и не слышный другим, из-за вакуума, но так Буревестник и шутил исключительно для себя.

— Идея хорошая, Влад, - одобрил Андрей Майтиев, - но немного не сработало, бывает, потом повторим еще раз. Сейчас сосредоточились и поищем Дмитрича.

— Не Хранителей?

— Как их искать?

— По запаху?

— Какому?

— Да, этот момент мы как-то не продумали.

Сосредоточение и снова окружение Спартака, сброс зова прошлого в него и расширение сферы восприятия. Перенапряжение давало о себе знать, сфера восприятия росла и росла, раны бойцов Буревестника заживали моментально, боль они терпели и не давали черноте вырваться наружу.

— Есть контакт, - озвучил за всех Дюша.

— Он далеко забрался!

— Думаю, Дмитрич тоже не сидел без дела, развивал свои внутренние силы. Может, как раз он нам и поможет найти Хранителей?

Они сосредоточились и еще раз перепроверили то, что вошло в сферу восприятия. Зло набухало и прорывалось, оформлялось в армады этих слуг Разрушителя и было в этом что-то странное и неестественное. Те системы, где живые должны были вырезать друг друга до последнего обитателя, становились источниками самых огромных армад.

Словно чем меньше становилось живых, тем больше там появлялось этих дурных слуг Разрушителя.

— Его специализация разведка, если уж мы возвращаемся в прошлое.

— А Дюшина - сержант-инструктор и что? Как это соотносится с его силами?

— Да очень просто! Он вдыхает плохих новобранцев...

— А выдыхает хороших!

— Это была бы идеальная сила, - согласился Дюша мечтательно. - Но нет, я просто представлял, что курю и не думал, и оно само перешло на космос вокруг.

— А я просто ощутила жизнь, - добавила Алина.

— У меня сходится, живые, эти слуги Разрушителя - они как мишени, и я будто приближаю их, расставляю в нужном порядке и потом поражаю одним выстрелом, - признался Влад.

— Тогда пробежимся по армадам зла? - предложил Виталь.

Пауза и колебания, особенно мощные от Андрея Майтиева, командира группы. Они сделали, что хотели, спасли колонии и Землю, теперь следовало бы мчаться к Дмитричу, но все бойцы группы ощущали эти колебания и даже отчасти разделяли их. Помочь другим. Спасти живых и прикрыть от армад зла, излучения.

— Словно мы и правда превращаемся в те светящиеся шары, - вдруг заметил Дюша.

— Это было бы... неинтересно.

— Зато мы могли бы прикрывать Землю!

— Они защищали всех одинаково!

— Что мы и ощущаем сейчас, - согласился Дюша. - Желание спасти всех. Так что, методика Хранителей была направлена на создание людей-шаров? Могли бы просто кормить их и не давать двигаться!

Смех в этот раз вышел печальным.

— Нет, - вдруг заявил Дрон, - мы не знаем, чего они хотели, так как они сами этого не знали! Ни разу так и не создали этих своих бойцов, зато нам нагадили так, что теперь еще тысячу лет не разгрести!

Он преодолел колебания в себя, отодвинул в сторону желание спасти всех, и бойцы группы последовали его примеру. Это было не слишком сложно, достаточно было дать черноте внутри немного свободы, и та затопила все, смысла желание помогать, попыталась захлестнуть кровожадностью и стремлением убивать.

Попытались и откатились.

— Вперед!

Они ощущали свою связь с Дмитричем и устремились вдоль этой незримой нити, со скоростью, во много раз превышающую доступную любым кораблям. В сущности, могли бы даже оказаться там мгновенно, но дружно согласились, что не стоит рисковать - нить могла ослабеть или вовсе порваться.

— Неожиданно, - заявил Дмитрич, когда они возникли внутри его корабля.

Тот сразу поплыл, изменился, стал шаром, затем вовсе развалился, так как в нем отпала нужда. Дмитрич дернулся было надеть скафандр, но тут же ощутил изменения в себе и окружающих.

— Опять неожиданно, - заявил он спокойно. - Вы спасли Землю?

— Отбили предварительную атаку, - ответил Дрон.

Поток образов обрушился на Дмитрича, который, похоже, даже не пытался подключаться к остальным, пребывал в уверенности, что расстояние все еще имело значение. Сам он мчался по следу той станции Хранителей, но едва не столкнулся с армадой слуг Разрушителя и некоторое время удирал от них, а когда сумел сбежать и вернулся, след уже "остыл". Что-то еще осталось, неуловимое такое, и Дмитрич пытался идти по этой тени следа, но не слишком преуспевал.

— Армада, она прикрывала их? - последовал задумчивый вопрос.

Все они получили образ произошедшего от Дмитрича, но там словно не хватало деталей. Или они просто боялись заступить за черту, за которой действительно стали бы единым организмом? Не стали бы, без Спартака, но точно могли попробовать. Единение разумов и тел, изменения себя, теперь им было подвластно все это, по щелчку пальцев, по одной лишь мысли и общему согласию.

— Возникла из ниоткуда, но, - Дмитрич задумался, кидая взгляды на Спартака.

Тот не то, чтобы ожил, но что-то внутри явно происходило. Слишком слабое, чтобы проявляться внешне, но все в группе ощущали эти искорки, воздействие зова в прошлое.

Искорки, готовые погаснуть в любую минуту.

— Но они напали и на Хранителей?

— Напали на всех, и я вот теперь думаю, может, поэтому и удалось сбежать?

— То есть армада не след?

— Вы опять неправильно подходите к задаче!

— Нужно подходить сзади, а вы спереди!

— Дюша знает, как нужно подходить к задачам!

— Особенно фигуристым!

— Это больше к Спартаку.

— Так Дюша за него, пока новобранец Десновский отсутствует в своем разуме!

— Пусть два наряда вне очереди ему выпишет!

— Вам сейчас выпишу, - добродушно проворчал Дюша. - Ну что вы, как маленькие, армада, след, когда у нас уже есть специалист!

Он указал на Дмитрича.

— Так след же исчез.

— Для вас исчез, для него нет, мы усилим его и след будет! А если и не будет, то мы точно ничего не потеряем и окажемся в исходной позиции!

— А какая у нас исходная позиция?

— Лев сверху, а мы новобранцы.

— Точно, я и забыл уже, так давно это было.

— Теперь у нас есть свой мини-лев, то есть Дюша.

— Сейчас последует реплика про бороду этой шутки.

— Слушайте, мы теперь и шутить не сможем, да, с таким уровнем взаимопонимания?

— Дмитрич, давай, сосредоточься, сейчас мы встанем в круг и будем водить вокруг тебя хороводы.

— Пусть на голову Спартака сядет!

— Или тот на него! Поразим двух бойцов одной мощью!

Дмитрич просто пролетел вперед, видно было, что он еще не слишком привык, но приспосабливается с каждой секундой. Возможно, он просто сам не осознавал таких возможностей, но тело его уже зарядилось и было готово.

— Кстати, в нем мало черноты, - заметила Алина.

— Сейчас нальем штрафную!

— Наоборот, так лучше, - возразил Дмитрич. - Поиск чище. Да и вы какие-то злые.

Снова хохот и они начали наводить Дмитрича на цель.

Глава 2

— Есть след, - вскоре заявил Дмитрич.

— Не слуги Разрушителя?

— Нет, от тех что-то черное исходит, а здесь... ну тоже не слишком приятное, но бело-маслянистое, что ли?

— Какое?

— Каков вакуум на ощупь? - спросил Дмитрич в ответ. - Или космос при вдыхании?

— Считается, уел.

— Да и не собирался. Слов нет, но!

Дмитрич отправил образ и теперь его поняли. Словно белая тропинка посреди черных следов, и да, ощущения она создавала не слишком приятные. Они ступили на нее и даже Спартак выдал какую-то реакцию.

— О, еще способ лечения! - тут же оживился Влад. - Свести его нос к носу с Хранителями!

— И чтобы он откусил им эти самые носы!

— Боднул головой!

— Интересно, какой крепости теперь наши тела и головы, что выдерживают такое?

— Жаль Льва нет, он бы обязательно проворчал про самых твердолобых в галактике.

— А я думаю, не проворчал бы, - возразил Дрон.

Они двигались по следу, покинули то место, где догнали Дмитрича и мимо уже мелькала пустота космоса и редкие звездные системы. Хранители мчались как-то странно, словно рывками или это был космический аналог зигзагов и попыток стряхнуть с себя армаду слуг Разрушителя? Если да, то выходило у них откровенно плохо, черные следы продолжали гнаться за белыми.

Гнаться или охранять.

— Вы же знаете, что он гордился нами, лучшим его творением.

— Если бы наши силы были от Льва, то мы бы их понимали.

— Речь же не о силах, а о том, что он... да ладно, вы и сами все помните и понимаете!

— Да, вместе мы точно были сильнее.

— А я опять предлагаю воскресить Льва!

— Думаешь, это возможно?

— Почему бы нет? Сомнем космос, вложим воспоминания.

— Это будет суррогат Льва из наших воспоминаний.

— Все равно надо попробовать! Если мы сможем оживить других!

Волна понимания, печали, ностальгии воспоминаний и неявного, осторожного восторга от возможности. Вернуть всех, кто служил на форпосте девяносто девять, вернуть родных и близких, вернуть... Прежних? Нет, вернуть того мастера псионики, что послужил прародителем всех, и создать новых тварей, добрых и полезных людям.

— Это прекрасно, но бесполезно.

— Псионик такой силы?

— А мы что, слабаки? Нет, это бесполезно, так как прошлое не изменить. Мы можем оживить кого-то и обязательно попробуем, если сможем, но прошлое останется прошлым!

— А Солнце - солнцем?

— А небо - небом?

— Хватит шутить! - уже зло крикнул Дрон. - То, что мы оживим кого-то, не изменит факта гибели Земли, миллиардов людей, столетий войн с тварями! Мы оживим кого-то, кто был близок нам, но те погибшие? Кто оживит их? Кто вернет им справедливость и Землю?

— Мы вернем!

— А те, кого мы погубили тридцать лет назад? Кто умер за последние дни из-за наших войн с Хранителями? Их тоже надо воскресить, иначе это будет лишь лицемерная помощь своим.

— Да! Как мы освобождали Землю!

— И это было ошибкой! Не освобождение, конечно, а то, что мы погубили Содружество!

— Ты же знаешь, что это не мы!

— Кого теперь волнуют оправдания? Землю погубили тоже не мы, но если взялись исправлять проблему, надо заниматься ей полностью!

— Слушайте, чего вы завелись? - вклинилась Алина. - Еще даже Спартаку не помогли, а вы уже практически подрались из-за чего-то, что может оказаться нам не по силам!

— Это называется обсуждение проблемы!

— Это называется бесплодные переливания из пустого в порожнее!

— Если проблемы не обсуждать заранее, то будет как сейчас, Алина. Импровизация и метания по космосу, хотя еще несколько дней назад все мы - ты же об этом говорила?

— Да, все мы жили другой жизнью и что? Мы же не тратили месяцы на такие вот рассуждения, ах, была бы у нас сила. Ну была и сплыла, и мы жили мирно. Теперь у нас есть сила, как будет возможность, применим!

— Уже скоро будет. Правда, не воскрешения, а убийства, - заметил Дмитрич.

— Это мы умеем, не сомневайся, - заверил его Дюша.

— Усомнишься тут, как же, - весело отозвался Дмитрич.

Между всеми промелькнула новая мысль-образ. С такой мощью они вполне могли покончить с войнами, всеми войнами, на какое-то время. Потом войны, конечно, вернулись бы, но эти годы, десятилетия мирной передышки, как они помогли бы Земле расцвести! Может, вернулось бы прошлое, живой, зеленый мир, счастливые люди, не живущие войной, не знающие голода и холода, тварей.

— Тем более, что я и сам такой.

— И все же не такой, нашел же Хранителей!

— Или они дали себя найти.

— Нет, но способ!

— Можно подумать, никто из вас таким не развлекался, - огрызнулась Алина.

— Так мы по делу!

— Вот и я по делу! С пользой для Земли!

— Еще какой, - поддержал ее Дрон. - Ее визиты всех держали в тонусе, да не в том! Слухи уже пошли о тайных проверяющих и агентах СБ.

— Очень красивых агентах.

— Хорошо себя ведешь - будет секс, а плохо - тоже секс, но другой, смертельный.

— Прямо в голову.

— Давайте лучше вернемся к сделанному Дмитричем! Его подкалывайте!

— Не сомневайся, подколем.

— Я буду первым, - отозвался Дмитрич. - Словно желешку поимел! Совместил приятное с полезным!

— Я тоже, - проворчала Алина.

След усиливался, теперь все ощущали, что уже близки к финальной точке полета. Там впереди ощущались и слуги Разрушителя, чернота, словно бьющая в лицо, этакий вонючий теплый поток, вызывающий раздражение, омерзение и в то же время очень приятный. Словно намек, что они опять вплотную подошли к этой границе, заступи и станешь таким же, слугой Разрушителя, одержимым лишь убийствами и смертью.

— Думаю, мы все же не рядовые слуги, - хмыкнул Дюша. - Капитаны, как минимум!

— Генералы, - поддержал Влад, - если еще надышимся и пойдем на повышение.

— А Дмитрич и Спартак, значит, рядовые!

— Не, Спартак в этой схеме вообще гражданский! Не участвует, не понимает, сидит и лупает глазами.

— Еще скажи - осуждает!

— Может и осуждает, но втайне, не выдает себя ничем.

— Смотри, выдает!

— Хорошо, реакции идут, хоть что-то, - удовлетворенно выдохнул Влад. - Раскачаем его!

— Наверняка, Хранители такого не ждали!

— Чего они вообще ждали? Умные давно бы уже сбежали в другую галактику.

— Может, так и вышло, помните, их отпор резко ослабел в какой-то момент? Остались только упертые фанатики или идиоты...

— Не или, а и, а то и вовсе одно и то же.

— ... и они от своего усердия наломали дров, врубили это излучение зла, даже не думая о последствиях.

— Прекрасная теория, но не сходится.

— Что не сходится?

— А как они так ловко прятались все эти годы? Идиоты этого не сумели бы. Упертые фанатики давно бы уже напали на нас.

— Может, так и было? Умные сбежали, фанатики нападали, мы их выбили, остались только идиоты и теперь мы имеем то, что имеем. А так как действуют идиоты, концы с концами в действиях и не сходятся!

— Ничего, скоро сами все узнаем.

След рос и становился сильнее и неприятнее, как, впрочем, и чернота вокруг. Обмен образами и распределение ролей, атаки с трех сторон и Дмитрич в тылу, со Спартаком, для привыкания и постепенной накачки чернотой, привыкания. Можно было передать имеющееся, но решили так не делать, дабы не сбивать концентрацию, ведь группа и без того потратилась, словно эта тьма внутри подпитывала новые способности, вдыхание космоса и сверхскоростные перемещения.

Хотя, может именно так оно и было.

— Узнаем, но, если там идиоты, будет не жалко отдать их Спартаку, да?

— Даже если там мега-гении хитрости, коварства, пряток и создания излучателей зла, их будет не жалко, если Спартак пошевелится и разобьет им головы, носы, что угодно!

— Если там будут мега-гении — значит, это ловушка.

— Это мы тоже сейчас узнаем.

Они были уже близко, совсем близко, не далее трех-четырех звездных систем. Можно было вспомнить, кто тут жил - увы, волна безумия проредила обитателей и здесь, почти в центре бывшего Содружества - но никто не стал отвлекаться. Бойцов группы тянуло защищать всех живых, пусть они усилием воли и ставили Землю на первое место, и такие позывы к защите тоже могли быть ловушкой.

Словно корабль, подающий ложные сигналы бедствия или плачущий ребенок, мимо которого не пройти просто так, не ощутив желания помочь. Но группа уже решила не вдаваться в подробности, ловушка это или нет, не имело значения. Влететь и попасться, разгромить устроивших засаду, или влететь и обрушиться на тех, кто все это устроил - разница уже стерлась.

Осталось только главное - влететь и выдать оплеух всем вокруг, подчинить, уничтожить, пленить, дать выход тьме внутри и не поддаться ей разумом. С этим настроем группа даже ускорилась, словно решила закончить преследование мощным финишным спуртом.

Рывок!

— Ого!

— Вот это я понимаю, знатная драка!

— Как же нам их отличить друг от друга?

— А надо ли отличать? Вон те справа - наши твари, а те, что слева - не наши?

— Или наоборот.

— Или обе стороны - твари и надо им вломить с двух рук и ног.

— Или подождать, пока они убьют друг друга!

В системе шла грандиозная драка, огромнейшие флоты Хранителей — вот кто пригодился бы для защиты систем от безумия и слуг Разрушителей! - сражались с армадами этих самых слуг и казалось, что в каждом кубическом метре пространства кто-то да летит, стреляет, убивает и взрывается.

Центр построения флота Хранителей, защищавших пару планет, где лихорадочно шла эвакуация, составляла та самая мега-станция или мини-луна, удравшая от Буревестника в системе Бердауса. Внутри нее находились Хранители, это ощутил каждый из группы, даже Спартак слегка шевельнул пальцем ноги.

Также все ощутили, что Хранители опознали Буревестник в ответ и тоже шевельнулись.

— Сейчас они начнут драпать.

— Могли бы, так уже удрали.

— Не, эта армада их не задержит, Хранители для того и построили себе такие флоты, чтобы от них отбиваться.

— Могли бы и предупредить!

— Кого? Нас? Слуг Разрушителя?

— Сами они!

— Согласен, обе стороны - твари те еще. Но они сражаются и всерьез!

Буревестник не стал разделяться, так как первоначальный план оказался неверным еще до реализации. Драка шла не просто всерьез, армады слуг Разрушителя рвались вперед так, словно там находилась Земля. Часть их отделилась и уже прощупывала издалека появившийся Буревестник, но осторожно, не спеша наваливаться толпой, как раньше.

То ли учились на ошибках, то ли чуяли тьму и не могли понять, что происходит.

— Буревестник! - прозвучал сигнал Хранителей.

— Хранители! - последовал пафосный ответ.

Пафосный и тяжелый, полный разрушения. Несколько кораблей взорвалось, капля в море, и орбитальная станция-луна немного пострадала. Буревестник не вложил всю свою мощь в этот ответ, так, проверили возможность и оказалось, что да, работает.

Возможность разить врагов на расстоянии мощью голоса и разумов!

— Вы были исчислены, взвешены и признаны тварями!

Часть флота Хранителей взорвалась, особенно та, что вытягивалась в сторону Буревестника, будто тоже желая навалиться на них и отомстить. Тройное противостояние всесильных безумцев, в этом было бы нечто ироничное, не будь все так плохо.

Все планы с разделением тут же отменились, и Буревестник уже вдыхал космос и слуг Разрушителя, тянул черноту, вливая ее в Дмитрича, который боролся сам с собой. Ему было легче, другие уже прошли этой дорогой и труднее, группа не могла отвлечься и посвятить ему все свое время и возможности. Чернота опять зашкаливала, топила, звала лить кровь и убивать, и Хранители тоже ощутили происходящее.

— Остановитесь!

— Сами остановитесь! - последовал ответ.

Хранители, конечно, и не подумали останавливаться, и Буревестник тоже не стал сбавлять темпа. Истребление продолжилось, вытягиваясь в какой-то безумный треугольник - пирамиду, где каждый стремился поразить двух других и в то же время вел переговоры и пытался повлиять на разум и подчинить. Буревестник тут, конечно, оказался в меньшинстве, но это не мешало им действовать наравне с другими, даже превосходить, особенно в части снюхивания армад слуг Разрушителя и подавления их своей внутренней тьмой.

— Вы - слуги Разрушителя!

— Сами такие!

— Но вы сражаетесь с ними!

— Как и вы!

Идиотский диалог, ведущийся... непонятным образом. Буревестник не отвлекался, но все же слал сигналы повышенной мощности, жгущие корабли Хранителей, пытающиеся взорвать орбитальную станцию-луну. В то же время, Буревестник не спешил выдавать полную мощь, ожидая подвоха со стороны Хранителей и тот не замедлил последовать.

— Они нам враги! - заявили Хранители.

Там, в системе Бердауса, все выглядело иначе, но здесь можно было поверить такому заявлению, драка и правда шла не на жизнь, а на смерть, и никто из них не мог знать, что Буревестник возьмет и примчится по космическому следу.

Явись Дмитрич сюда один и точно погиб бы почти моментально.

— Они и вам враги! - последовали пафосные слова. - А значит, мы союзники!

Глава 3

— Твари вам союзники!

— И это чистая правда!

— Грязная, как все твари!

— Которых вы же и развели, и исказили всю суть!

— Потому что сами твари!

Возмущенный шквал возгласов и посланий, корабли Хранителей взрывались и выходили из строя, слуги Разрушителя падали и растворялись в такой квинтэссенции тьмы и жажды убийства. Концентрация черноты внутри самих бойцов Буревестника падала, но как-то нелинейно, словно они теперь уже сами вырабатывали эту тьму.

— Постойте! Не надо!

— Уверен, люди кричали то же самое!

— Да что мы вообще слушаем этих тварей? Бей их!

— Они нас за слуг Разрушителя держат!

— Пусть ощутят разницу!

Тройное противостояние усилилось, накал истребления еще возрос, и Буревестник пылал яростью и гневом, сочился тьмой и жаждой убийства. Ближайшие слуги Разрушителя уже остановились, попав под их влияние, и разворачивались, кидались на своих же, но больше мчались в сторону кораблей Хранителей.

— Остановитесь! Вы не понимаете, что делаете!

— Отлично понимаем! - рявкнул Буревестник, как единое целое.

Разве что Спартак промолчал, но и он тоже показал какую-то слабую реакцию. Словно поддержал остальных.

— Вы научили нас убивать!

— Речь о другом! - последовало блеяние со стороны Хранителей.

Ряды слуг Разрушителя не то, чтобы таяли, сминались и уплотнялись, так как влияние Буревестника захватывало все больше этих обезумевших убийц. Они разворачивались и кидались на своих же, создавая нечто вроде плотной стены.

Сам Буревестник сдвинулся с места, ускорился и устремился к станции-луне Хранителей, спеша не дать им сбежать. Гнев, ярость, жажда мести и тьма смерти разлетались из них, и вдыхались обратно, снова вылетали и разили приспешников Хранителей не хуже, чем слуг Разрушителя. Как те, так и другие, ничего не могли сейчас противопоставить этой ярости и работе с космосом вокруг.

Корабли стреляли всем, что только было у них, но Буревестник словно не замечал, сминал космос вместе с лучами, шарами энергии, взрывами, слугами, кораблями и приспешниками. Чернота захлестывала бойцов группы, но никто уже не боролся с ней специально, так как все были захвачены желанием вломить Хранителям.

Те что-то ощутили и начали отступать, одновременно с этим ряды их кораблей расступились, словно приглашая Буревестник влететь внутрь. Нехитрая уловка для повышения мощности обстрела, который сейчас, в общем-то, не имел уже никакого значения.

— О другом? О таком вот?

Хранители попытались применить что-то опасное, впрочем, они и раньше не были безобидными. Если бы не этот резкий скачок сил и общий разгром секты, вполне могла повториться история тридцатилетней давности, когда Дюше пришлось уносить ноги, бросив Спартака.

Попытались и не смогли, Буревестник ударил на опережение.

— Это лишь способ привлечь ваше внимание!

— О, вы его отлично привлекли, получайте!

Выброс безумия из Спартака, накрывший флот Хранителей и те отбились, не полностью, но частично как-то отбились, словно предвидели такую атаку.

— Вы не понимаете!

— Жалкий словарный запас, как и полагается тварям! Получайте!

— Остановитесь!

— Повторяетесь!

Новый удар, Буревестник рвался к Хранителям, выстраивая сбоку от себя барьер из слуг Разрушителя. Те атаковали друг друга, вцеплялись в глотки, взрывались, убивали, демонстрировали все то, что группа видела уже несколько раз. Мысль о том, что их слушаются, так как Буревестник переполнен тьмой разрушения и чернотой убийств, отступила на второй план - главное, что работало!

Но в то же время, создавая этот барьер, группа подломила тройное противостояние, слуги Разрушителя все больше и больше сражались друг с другом и откатывались в сторону, словно спеша разорвать дистанцию с порабощающим их Буревестником. Силы Хранителей высвобождались и концентрировались, одновременно с этим разлетаясь и выстраивая грубое подобие воронки, в центре которой оказалась группа.

Буревестник мчался, сминал пространство, тащил в центре построения Спартака.

Противодействие нарастало, словно Хранители готовились к такой атаке, а может и готовились, в конце концов именно они ставили опыты над группой и растили тех супербойцов, недозаготовки которых постоянно встречались Буревестнику тридцать лет назад.

— Чем больше вы атакуете нас, тем ближе вы к истинным слугам Разрушителя!

— А сейчас мы какие? - хмыкнул Дюша. - Поддельные, что ли?

— Мы ошиблись, ошиблись! - последовал возглас со стороны Хранителей.

— Вот это что-то новенькое, признание своих ошибок - первый шаг к раскаянию.

— И прощению?

— Лысину Льва им, а не прощение!

В то же время группа ощутила общий посыл, образ со стороны командира. Слуги Разрушителя не вступали в переговоры и просто убивали всех вокруг. Хранители пытались о чем-то договориться, возможно, следовало их выслушать. Если они создали этих безумцев и запустили излучение зла, то тогда их возгласы - очередная ловушка, следовало держать ухо востро.

— Командир, ты спятил?

— Какое им еще прощение?

— Никакого! - отрезал Дрон. - Но вы же видите, что творится?! Мы так и не спасли Землю, лишь отбили первую атаку! Если есть хоть малейший шанс, что Хранители могут нам помочь, надо им воспользоваться.

— В [цензура] их!

— И еще глубже!

— Какие еще союзники?! Они первые ударят нам в спину!

— Может, для этого все и затеяли, чтобы потом прикинуться своими и подобраться на расстояние этого самого удара в спину!

— А то и похуже!

— Спокойно! - гаркнул Дрон. - Чего вы разгалделись, если понимаете, о чем я?

— Понимаем и не согласны!

— Никакой пощады тварям!

— А я думаю, командир дело говорит, - вдруг вылез Дюша.

— Что?

— Спелись два Андрея!

— Бей Хранителей!

Внутренний раздор группы не замедлил сказаться на скорости и мощи продвижения. Хранители, под возгласы, что они союзники, продолжали отлетать и стрелять, словно ничего и не случилось. Слуги Разрушителя рвались вперед, одолевали тех, кого подчинил Буревестник, и грозили прорвать выстроенную "стенку", чтобы ударить группе в спину.

— Оцените все изящество замысла, - продолжил Дюша. - Мы прикидываемся своими, подбираемся на расстояние удара и сами бьем их в спину!

— Я вообще-то серьезно предлагал, - хмуро отозвался Дрон. - Разве не так поступил бы Лев? Пожертвовал бы всем личным, ради одного дополнительного шанса спасти Землю?

Пауза и Буревестник завис на месте, а обстрел со стороны Хранителей стих, словно до них тоже вдруг дошла глупость их действий. Обстреливать союзников, крича, чтобы те не стреляли, а то станут слугами Разрушителя? Это была уже не наглость, а нечто большее, причем в квадрате или даже кубе.

— Проблема в том, что мы, сотрудничая с Хранителями, возможно только уменьшаем шансы Земли. Слуги Разрушителя чистое зло, допустим, они враги Хранителей, дважды допустим, и что с того? - ответил за остальных Виталь. - С чего бы нам помогать одному злу бороться с другим? Надо или отойти в сторону и дать им истребить друг друга, или вломить и тем, и другим, потому что они против Земли, и мы уже заняты этим, зачем прерываться?

— Затем, что Спартак! - вдруг воскликнул Влад. - Меня одного заботит его разум?

— Он заботит нас всех, но это же не повод подставлять свои спины Хранителям?

— Надо ударить первыми, - повторил Дюша.

— А Хранители?

— А мы им не скажем!

— Ошибкой было вообще с ними разговаривать!

— Они все еще могут уничтожить свои архивы, едва мы подлетим ближе, и что тогда?

— Как мы вообще собирались добывать информацию? Тихой инфильтрацией?

Переглядывания, обмен образами, смешки. Ясно было, что ни о каких тихих операциях тут уже не могло быть и речи. Только стремительный, мощный удар, вломиться и прибить Хранителей так, чтобы они не успели ничего сделать. Мизерные шансы, раз Хранители были готовы к такому развитию событий, но не плевать ли? Даже если бы не удалось получить информацию, то старинные враги оказались бы разгромлены, возможно нашлись бы другие следы к их убежищам и приспешникам, да и в целом, теперь, когда выяснилось, что Хранители активны и действуют.

Буревестник точно занялся бы ими до полного истребления.

— Слуг Разрушителя надо остановить, пока не пришел их господин! Тогда будет уже поздно!

— Да-да, он разрушит и сметет всю галактику, бла-бла-бла, это мы уже слышали и видели в архивах. Одна проблема, вы уже уничтожили жизнь вокруг!

— Мы?! - последовал возглас Хранителей. — Это сделали вы!

— Вот хамы.

— Наглецы!

— И при этом они еще твердят, что мы союзники?

— Бей Хранителей!

— Постойте! - новый возглас.

— Да они просто боятся смерти.

— Хотя сами никогда не стеснялись ее нести.

— Ну да, чужая боль-то не своя!

— Тихо, - скомандовал Дрон. - Разгалделись, как твари в атаке.

— Он нас тварями назвал!

— И хочет поговорить с Хранителями!

— Не засланный ли наш командир?

Все это произносилось в шутливом тоне, никто, конечно, не подозревал Майтиева в предательстве и работе на Хранителей. Обмен образами и открытость, понимание, бойцы группы ясно видели, чего хочет их командир. Хоть чуть-чуть, но повысить шансы на выживание, отвлечь слуг Разрушителя на корабли Хранителей, раз те столько создали в запас.

Получить информацию о Спартаке, неважно, в вежливой или грубой форме, приблизиться на расстояние удара, под видом союзников. Все понимали, что и Хранители это понимают, но раз они первые начали кричать, то почему бы и не попробовать? В то же время, точка зрения, озвученная Дюшей: бей всех подряд, одни твари вокруг, она тоже выглядела правильной и верной.

Просто потому, что вокруг и правда были одни твари.

— Засланный! - вдруг вскричал Влад.

Образ-мысль, тут же полученная и подхваченная другими. Опять отсылки к прошлому и первой жизни, истории с Лизой - которая так повлияла на Спартака. Если уж и скидывать было воспоминания и стремление к прошлому, то следовало начать именно с той истории. Не просто Лев, группа, форпост, а еще и личное, та самая мечта, погоня за которой едва не привела к победе людей над тварями.

Если бы не вмешались Хранители!

— На Землю?!

— А этих что?

— А этих оставим, сами породили слуг Разрушителя, пусть сами и убивают!

— Все еще предлагаю побить и тех, и других!

— Да ладно, мы все равно уже остановились, давайте послушаем.

Обмен мыслями и образами, согласие с командиром и возражения. От того, что они остановились, ничего не менялось, легко можно было разогнаться заново, в конце концов группа теперь уже не слишком подчинялась законам физики. Станция Хранителей и их флот продолжали отступать, что тоже выглядело подозрительно, словно выкрики были лишь уловкой для выигрыша времени на бегство.

Но, с другой стороны, это было глупо, раз уж группа нашла и догнала их здесь, то смогла бы продолжить погоню куда угодно. Даже если бы Хранители подготовили себе аварийный портал через половину Галактики, это не отменяло тех фактов, что их, во-первых, догнали, а во-вторых, они сами вступили в диалог и выкрики их звучали вполне испуганно.

Не сами звуки, конечно, ведь общались с ними мысленно - а заложенный в них посыл.

— Итак, мы союзники и что дальше? - ушел вопрос Хранителям.

— Нам нужно истребить слуг Разрушителя!

— И в процессе истребления мы сами ими станем? Хороший план!

— Нет, если вы будете уничтожать их не силой самого Разрушителя!

— Не припоминаю такого в ваших архивах, - отозвался Дрон.

— Уничтожать их другой силой мы уже пробовали и вышло как-то не очень, - добавил Дюша.

— В вас слишком много от слуг Разрушителя! Но вы сражаетесь с ними, еще не все потеряно! Мы можем научить вас, как сражаться с ними без силы Разрушителя!

— Поможете нам очиститься?

— Да! Очистить мысли, тело и душу, не потеряв вашей новой силы!

Образ-замечание, полное сарказма, что Хранители точно такого не смогут, ведь они ни разу не доходили до этого этапа в своих выращиваниях супербойцов.

— И все это совершенно бесплатно?

— Полностью! - Хранители то ли не поняли сарказма, то ли предпочли его не заметить.

— И все это нужно нам... зачем?

— Затем, что вам не победить в одиночку! И нам не победить в одиночку! Мы подорвали силы друг друга...

Переглядывания, взгляды на Спартака, новый прилив злости. Накал битвы поутих, слуги Разрушителя терзали друг друга, но только они, корабли Хранителей отлетали, Буревестник висел на месте.

— ... и это стало причиной бедствий, но сейчас не время искать виноватых!

— Особенно, когда тебя сейчас убьют или, как минимум, сильно изобьют, вот тогда самое время кричать, что не надо искать виноватых, - ядовито заметил Дюша для своих и получил в ответ образы согласия. - Если бы они с таким предложением явились заранее, принесли Спартака, подлечили бы его или показали, что как, открылись бы нам навстречу, тогда еще можно было бы говорить об искренности намерений. А так, это лишь уловка, чтобы подставить нас и спастись самим!

— Только вместе мы сможем отбиться, так как нашествие их оказалось гораздо сильнее, чем мы предполагали!

— А силы ваши слабы, так как мы вас немного побили за Землю, - отозвался Дрон равнодушным тоном.

— Да! Но еще...

— Давай! - скомандовал Дрон.

Космос сжался, растянулся и изогнулся, меняясь местами, и армада слуг Разрушителя ворвалась в ряды флота Хранителей.

Глава 4

Битва вспыхнула моментально, так как приглашений слугам Разрушителя не требовалось. Они просто кинулись на ближайший к ним корабль, может не всегда эффективно, но точно с полной отдачей, пылая безумием и жаждой убивать. Огромный объем пространства вскипел взрывами, лучами, выбросами энергии, всплесками жизни и смерти, и Буревестник устремился к этому объему, словно желая ударить прямо в его центр.

— Вы совершаете огромную ошибку!

— Нет, это вы ее уже совершили! - последовал ответ группы. - Когда напали на Землю!

— Отвлекитесь! Взгляните на ситуацию шире!

— Куда уж шире, - пробормотала Алина.

Группа оказалась чуть "выше" центра схватки и чуть в стороне, словно их траекторию движения изогнуло и отклонило буйством энергий. На самом деле они, конечно, сами не стали лезть, так как не видели смысла в драках с рядовой мелочью, которой, тем более, было слишком много, чтобы сдышать всю разом.

Нет, их интересовали сами Хранители и их архивы, и группа сейчас словно обстреливала противника этими самыми слугами Разрушителя. Те были сильнее всего именно в ближнем бою, при затаптывании толпой, как уже убедился Буревестник на личном опыте.

Хранители, похоже, знали об этом заранее.

— Слушайте, ведь они знали!

— А нам ничего не сказали.

— Никому ничего не сказали.

— Может, они думали, что мы и сами знаем, раз утащили их архивы?

— И все ждали, пока мы протянем им руку дружбы?

— Лучше протянем им ногу войны и втащим ею прямо в живот!

Вот это предложение нашло самую горячую поддержку, даже командир группы уступил. При всем желании повысить хоть немного шансы Земли и человечества, Майтиев осознавал, насколько призрачно тут все. Желай Хранители спасения Галактики на самом деле, так давно бы уже обратились за помощью, а если они не сделали этого, так как считали Буревестник слугами Разрушителя, то о каком союзе тогда могла идти речь?

— Вон там!

— Вижу.

— Ох, ловкачи, может они вообще в планету зароются?

— Или их там нет?

— Да нет, мы же ощущаем их, они на станции.

— Оставили одного, чтобы фонил в пространство?

— Откуда бы? Для этого потребуется просто гениальный уровень предвидения и расчетов, все предусмотреть, понять, предвидеть, что мы примчимся на помощь Дмитричу, бросив Землю.

— Или они посадили маячок в Спартака.

Пауза, осмотр, сканирование, перепроверки. Общий вердикт был однозначным, ни один маячок не сработал бы на таком расстоянии, как не заработали бы их передатчики. Те выступили скорее материальным воплощением, костылем, помогавшим бойцам группы преодолеть психологический барьер и общаться друг с другом мысленно на немыслимых расстояниях. Связи Спартака с Хранителями, той самой незримой связи, что объединяла всю группу, также не наблюдалось.

— Маяка нет и гениальный уровень предвидения им недоступен, как мы знаем из истории, как убедились тридцать лет назад, да и сейчас тоже! Будь там хоть какое-то предвиденье, они бы связались с нами заранее.

— И что?

— Мы бы их послали.

— Видишь, они предвидели это и не стали выходить на связь!

— Опять же, не надо быть гением, чтобы предвидеть подобную реакцию, после истории с архивами и Освобождением Земли, тем, что было в прошлом.

— А вот, чтобы не гадить где попало, тут точно потребовалось бы гениальное озарение.

— Изначально не надо было гадить вообще нигде!

Печальные усмешки, пополам с осознанием. Что Хранителям были какие-то дикари с далекой планеты, даже не входящей в Содружество? Все равно, что сами люди боялись бы каких-нибудь муравьев, просто муравьев, не превратившихся в тварей. Хранители и ставили опыты над муравьями, да что там, даже после побега с Земли и гибели Льва, Буревестник все еще был теми самыми мелкими букашками.

Чего таких бояться?

Но в то же время, Хранители и правда могли бы прибегать к другим методикам. Предлагать блага космических цивилизаций и действительно помогать, приходить с миром и дружбой, а не обманом затаскивать в свое ложное Содружество. Да, строить настоящее Содружество, пусть это и потребовало бы в сотни раз больших усилий, но зато теперь было бы кому встретить слуг Разрушителя!

Толпа на толпу, только первая толпа - безумна и кровожадна, а другая дружна и сплочена.

— Слушайте, мы еще долго будем подыскивать оправдания нам и причины для убийства их? - сердито спросила Алина.

— Ты же вроде за жизнь!

— Да, за жизнь, но не этих тварей!

— Ну, раз уж даже Алина готова их прибить, то тянуть нет смысла.

— Есть.

Опять обмен образами и указание на все тот же набивший оскомину факт, что именно Хранители их растили когда-то и что именно они держали у себя Спартака и свели его с ума. Могли ли они изучить и понять что-то, создать излучатели, дающие им возможность сводить с ума других бойцов группы? Вполне.

Неявная опасность и в то же время, Хранители похоже опять недооценили Буревестник.

— Может, дадим им прочувствовать на себе вкус волны тварей, а? - предложил Влад.

— Поддерживаю.

— А если сбегут?

— Тогда и ударим!

— Вырвем из пасти тварей, ха-ха, и отберем все их секреты!

— А мы сможем такое?

— Если не мы, то кто же?

— Опять никто кроме нас?

— Может и в целом никто, даже мы? Если они навалятся армадой, которую мы не сможем снюхать?

— Не плевать ли?

— А может просто снюхать самих Хранителей и попробовать затем вытащить их секреты?

— Как?

— Как-нибудь.

— Из слуг Разрушителя мы ничего не добыли.

— Потому что у них и разума уже не осталось, что там было добывать? Только черноту и безумие, и их у нас полные баки, аж лопаемся уже!

— Я бы даже сказал лопнули три раза.

Переосмысление, проверки, осознание, что они и правда вышли на следующий уровень, переполнились тьмой так, что уже захлебнулись бы пару дней назад. А так, продолжали действовать и говорить, строить планы, пылая кровожадностью и желанием убить Хранителей.

— Мы и раньше хотели их убить.

— Но эта тьма внутри могла подтолкнуть.

— А могла и не подталкивать, как проверить?

— Избавиться от нее?

— Эх, не надо было накачивать Дмитрича!

— Ну да, чтобы я уж точно тут с ума сошел, посреди такого накала злобы? - спросил тот в ответ.

— Тогда остается только Спартак.

— Опять Спартак! Вся Вселенная вокруг него вращается что ли?

— Ну, он в центре, мы точно вокруг него вертимся, будто спутники.

Хохот и еще одно возмущение, потеря времени на разговоры и бессмысленные метания. Указания в ответ на Хранителей, которых захлестывало волной безумных "муравьев". Хранители сражались и не думали сдаваться, маневрировали, собирались прикрыться планетой и свалить под ее прикрытием.

— Мы ощущаем их намерения?

— Скорее предвидим, что будет, это не так уж сложно.

— А у меня вот нехорошее предчувствие, - вдруг заявил Дюша.

— Ловушка?

— Обманка. Мера предосторожности. Что, если у них там внутри планеты целый портал куда-то?

Предложения скрутить пространство так, чтобы порталы не работали. Или уничтожить планету. Или не дать отступить к ней. Свалка продолжалась и в то же время, Хранители отбивались, заманивали, отлетали к планете, даже садились на нее - правда не орбитальная станция, которая и являлась основной целью Буревестника.

Слуги Разрушителя, кто оказался на окраине этого побоища, пытались нападать на группу, но как-то вяло, словно приспешники Хранителей манили их больше, и это было косвенным доказательством их вражды. Хранители что-то там еще вещали и взывали, кричали о непоправимой ошибке, которая погубит всю жизнь повсюду и мол, у Буревестника есть еще шанс не стать слугами Разрушителя.

Их слушали, но не слышали, так как не хотели и не собирались слышать. Слишком поздно возопили Хранители, слишком много плохого они совершили в прошлом, прикрываясь красивыми словами и благими намерениями. Даже перед лицом ужасной угрозы, они все равно выглядели настолько ненадежным союзником, что аргументы в их пользу выглядели крайне бледно и слабо.

Не говоря уже о том, сколько Буревестник их искал, чтобы прибить.

— Сейчас мы сами себе портал, уж, наверное, ощутим искажения пространства!

— Ощутим ли?

— Сомневаемся?

— Нет. Настраиваемся.

Группа сдвинулась с места, наращивая мощь своего излучения зла, подхватывая слуг Разрушителя и искажая приспешников Хранителей, кто еще уцелел. Таких было не слишком много, и они продолжали сражаться, отступали или пытались отступить, чтобы сбиться в кучу и занять более выгодную позицию. Их поддерживали с планеты и именно туда Буревестник и швырнул десант слуг Разрушителя.

Мощный, способный всех задавить и стоптать, и там тоже вспыхнула бойня, а поддержка Хранителей с поверхности закончилась, даже не успев начаться толком. Группа прощупала пространство на поверхности и не обнаружила там порталов, но также помнила о станции - луне, вырвавшейся откуда-то из-под земли. При таких размерах и энергооснащенности, легко можно было укрыть ее на глубине нескольких километров, куда не пробилось бы большинство обычных сканеров.

— Вперед!

— Вперед! - поддержала группа.

Вдох и выдох, и их вынесло прямо к станции-луне, которая попробовала закрыться каким-то барьером и не смогла. Буревестник проломил щиты, энергетические и физические, словно бы даже и не заметив их, и вломился внутрь, разом выдыхая мощнейший поток тьмы.

Слуги Хранителей падали замертво, но не превращались и это намекало... на что-то. То ли они знали способы защиты, то ли заранее подготовились, так как излучение зла и безумцы были все же их творениями.

— Если они знали способы защиты и не поделились ими, то они твари.

— Если они создали безумцев, то вдвойне твари.

— Еще и про союзников кричали!

— Втройне твари!

Хранители, конечно, не пропустили такой визит и попробовали объединить силы, увеличить натиск. В первой жизни Буревестника это была необоримая сила, потом могучая, потом опасная, а тридцать лет назад скатилась до опасной, но вполне преодолимой. Сейчас Буревестник просто ощущал это давление и посылы Хранителей и продолжал двигаться вперед, прикрывая собой Спартака.

— Ничего нового.

— Ага, прямо скучно.

Это ошибка, мы союзники, вы станете слугами Разрушителя, перед лицом такого врага надо отринуть прошлые обиды, ха. Явись Хранители с поддержкой на Землю, снеси они тварей, и Буревестник служил бы им до последнего вздоха, сражался бы до последнего вздоха и спокойно дал разрешение на опыты. Но они решили пойти иным путем и только теперь, когда их взяли за горло, вдруг забеспокоились!

— Нет бы что-то новое придумать, галактике грозит страшная опасность!

— Так это старое!

— И только мы можем всех спасти! Но исключительно под чутким руководством Хранителей!

— Так они именно это нам и говорили.

— А почему мы им не поверили?

— Потому что они твари и уже пытались убить нас?

— Не убить! - прорезались Хранители.

— Смотри, они еще и подслушивают!

— Вы новички в подобных делах и плохо защищаете свое общение! - последовал ответ.

— Ничего, когда некому будет подслушивать, и защита не потребуется!

— Мы можем научить вас всему этому!

— А почему сами не применяли?!

Ярость Буревестника нарастала, причем скачками, словно каждый метр приближения к Хранителям квадратично увеличивал ярость в их адрес.

— Потому что у нас нет сил!

— Так сделали бы их себе! Разорили свои планеты! Убили там всех! Жили в [цензура], голоде и холоде, и развили бы силы! Вы же стремились получить бойцов, так делали бы их из себя!

Ярость и тьма хлестали из группы так, что станция не выдерживала. Стены трескались, электроника разлетелась, приспешники падали замертво. Какие-то там системы охраны пытались сработать и тоже превращались в атомы.

Следовало бы остановиться и утихнуть - легко можно было уничтожить те самые данные, ради которых Буревестник сюда явился и щадил, пока еще щадил Хранителей. Следовало бы остановиться, хотя бы затем, чтобы не поддаваться черноте внутри сюда, вполне возможно, что ловушка Хранителей именно в том и заключалась. Довести Буревестник, разорить, уничтожить, вогнать в безумие окольными путями, раз уж напрямую не выходило и только затем взять тепленькими, без боя.

Но это означало бы действовать по уму, а Буревестник сейчас вела ненависть, тьма и жажда убийств. Чернота внутри пихала и толкала, звала и Буревестник не сопротивлялся, так как имел дело с Хранителями. Можно было сколько угодно рационализировать и твердить о древних тайнах, но правда заключалась в том, что ни один их секрет не стоил существования самих Хранителей.

— Это невозможно! Кто-то должен направлять и эти вещи несовместимы!

— Поэтому себе вы оставили роль пастухов и хозяев, очень удобно! Еще и прикрылись красивыми словами, мол, все это для блага галактики, а раз для целой галактики, то страдания одной планеты - неважны! Пусть хоть все сдохнут, лишь бы живые жили!

— Да, именно так! Разрушитель уже идет! Слуги его явились и готовят почву, потому что защиты галактики оказались разрушены! Мы собирались встать на защиту, но вы разрушили нас!

— Так мы же слуги Разрушителя, - ответ Буревестника, полный злой иронии, разрушил еще отсек.

— Нет, мы ошиблись! - и было что-то в этом крике странное.

Словно признание своих ошибок? Ошибочности пути в целом? Сожаления, что не ходили этим путем, так как и представить такого не могли?

— А за ошибки надо платить! - взревела группа Буревестник, как единое целое. - Пришел час вашей расплаты!

Глава 5

— Стойте!

— Нет!

— Вы погубите всю жизнь в галактике!

— Научились у вас!

Разговор явно не клеился, так как Хранители все пытались взывать к каким-то вещам, которые вызывали в Буревестнике лишь новую волну ярости. Можно было бы заподозрить ловушку, но сейчас, практически вплотную к Хранителям, группа ощущала их страх и растерянность. Кажется, они искренне готовы были сдаться и сотрудничать, но при этом не хотели безоговорочно капитулировать и раскрываться, уступать и сдавать все свои активы и замыслы.

Боялись и ненавидели слуг Разрушителя, боялись и ненавидели Буревестник, но при этом боялись еще чего-то и этот страх перевешивал их ненависть. Вполне можно было бы и договориться, если бы не ощущалось в них подспудное желание вонзить нож в спины группе и тем самым... спасти всех?

— Мы всегда защищали жизнь! Да, ценой части жизни, но лишь части!

— Скажите это всем тем, кто умер на Земле!

— Они бы и так умерли!

— Тогда и вам не стоит переживать, вы тоже умрете! - последовал ответ группы.

Хранители пытались сопротивляться, приспешники их лезли густо и атаковали чем-то иным, похоже оружием, разработанным специально против слуг Разрушителя. Стены разлетались, рвались бомбы, лились потоки энергии, и группа невольно замедлила продвижение, чтобы ответными атаками не разрушить всю станцию целиком.

Замедлила, но не остановилась, продолжала пробиваться вперед.

— Вы же хотите защитить Землю! Мы поможем вам!

— Помощь, после того как вы трижды чуть не погубили нас?!

— У всех бывают ошибки!

— И вам пришла пора заплатить за свои!

— Постойте, мы понимаем ваше желание уничтожить нас!

— Понимаете? - ядовитый сарказм слов Буревестника материализовался и убил приспешников Хранителей вокруг, не спасли никакие щиты и скафандры.

Стрельба не стихала, приспешники били, уничтожая черноту в Буревестнике и в то же время, словно выбивали мелкие осколки из огромной скалы. Тут потребовался бы залп всего их флота, и то, группа не собиралась подставляться под такой.

— Надо взять на заметку это их оружие.

— Надо его поглотить и применять.

Вдох и выдох, оружие и энергия в нем оказались поглощены и ткнули группу изнутри, словно атака прошла успешно. Все было понятно без слов и вдыхать оружие больше не пробовали, дабы не ранить самих себя изнутри. Все же несколько образцов подхватили и повесили на Спартака, который продолжал плыть неподвижным грузом в середине строя.

— Кстати, Спартака не атакуют.

— Так в нем и черноты нет.

— Но он же один из нас!

— Если они атакуют нас по уровню тьмы, то надо бы закрыться как-то и снизить их накал.

— Интересно, чем их бездумные атаки отличаются от того, что творят слуги Разрушителя?

— Тем, что те атакуют всех подряд, а эти лишь тех, кого назначили врагами Хранители?

Казалось, что Хранители уже осознали бесплодность своих попыток договориться, но нет, они лишь взяли паузу, то ли осмысляли, то ли подбирали контраргументы, а может и вовсе пытались бежать. В любом случае, вышло у них не очень, так как первой же репликой прозвучало следующее:

— Мы понимаем, так как и сами хотим уничтожить вас не меньше!

— Ага, давайте меряться, кто кого хочет уничтожить сильнее!

— Так мы и так этим занимаемся, - заметил Дюша.

— И кажется, мы побеждаем по очкам, - подтвердил Виталь.

— Чего это по очкам? Просто побеждаем!

— Значит и хотим уничтожить сильнее, мы выиграли!

— Слышали, Хранители? - насмешливо спросил Дрон. - Сдавайтесь!

— Вы не собираетесь прислушиваться к доводам разума и жизни? - усталый вздох.

— А вы к ним прислушивались, когда убивали людей на Земле?

Пауза и мысленный вой, полный отчаяния и страха. Группа ухмылялась, попыталась усилить натиск, ощущая, что приспешники Хранителей готовы сдаться. Несмотря на весь свой фанатизм и оружие, им не хватало мощи и подготовки, вся их стрельба не производила на группу впечатления и наносила лишь маленький урон. Максимум мелкие ранки, которые тут же затягивались моментально и все в группе ощущали, что даже прострели их сейчас навылет, рана точно также моментально исчезнет.

Сработала бы полная аннигиляция тела? Неизвестно. Но и тела их словно уплотнились и стали крепче, массивнее, будто каждый превратился в черную дыру или гравитационный колодец и теперь искривлял вокруг себя пространство. Эффекты сливались, и группа просто летела вперед, и одним лишь движением разрушала станцию Хранителей, гнула переборки, убивала приспешников, разрушала все вокруг.

Как будто сам мир вокруг не выдерживал их присутствия.

— Мы делали это ради блага жизни!

— Мы тоже убьем вас ради блага жизни! Чтобы вы больше не творили такой [цензура] и не убивали всех вокруг!

— Это не мы!

— То есть совершенно случайно так совпало, что мы нашли нашего соратника, которого вы пытали тридцать лет и вдруг из всех щелей полезли твари?!

— Нет, не случайно, но дело тут в другом! - полный отчаяния ответ.

Кажется, до Хранителей начало доходить, что их слышат, но не собираются прислушиваться, и они постепенно переполнялись отчаянием и тоской. Группу это устраивало, вызывало злорадство и оживление, так как никто не простил Хранителям сотворенного на Земле. Те, кто входил в Буревестник даже могли понять и представить ход рассуждений Хранителей, которые и правда не видели ничего зазорного в небольших бедствиях на заштатной планетке вдали от Содружества.

Подумаешь, миллиард умер, зато триллионы оказались бы спасены! Возможно, спасены. Потом, в будущем, когда-нибудь. Хранители привыкли взирать свысока, привыкли, что они тайные правители Содружества и даже уничтожение такового и изрядный разгром их секты ничего не изменили в сознании. Или просто выжили действительно самые упертые фанатики, которых не пронимали доводы разума и окружающей действительности.

Но в таком случае, они бы и взывать к Буревестнику не стали, объединились бы со слугами Разрушителя или нет, неважно, все равно пытались бы уничтожить группу любой ценой. Хранители же взывали, боялись, ненавидели и продолжали взывать, не пытаясь при этом сдаться и раскрыться.

— Дело в Разрушителе! Тридцать лет все держалось на обрывках и остатках и вот вы доломали!

— Опять мы виноваты.

— Так было суждено, теперь это ясно, и мы ошибались! Но вместе еще можно исправить ошибку и хоть как-то отбиться! Ваши силы и наши знания, вместе они еще способны спасти жизнь вокруг!

— Ваши знания и так станут нашими!

— А огромная их часть и без того стала, - добавил Дюша. - Только судя по вашим успехам, знали вы какую-то ерунду, которая вас не спасла!

Новый вой, полный отчаяния, тоски и страха, и в этот раз группа вдруг ощутила полноту образа Хранителей, также, как ощущала образы, которыми обменивалась между собой. И в этом образе содержались отсылки к прошлым битвам, особенно уничтожению Содружества и светящихся шаров. Буревестник разрушил созданное Хранителями и разбил защитников галактики, пусть и не преднамеренно и тем сам резко ослабил защиты всего вокруг.

Насилие, смерть, кровь, живые резали друг друга, выступая слабыми подобиями слуг Разрушителя и защиты все слабели и слабели, так как некому было их укреплять. Ритуалы и помощь Хранителей закончилась, так как их тоже ослабили и загнали в подполье. Смерть и отчаяние нарастали и в один момент, недавно, все наконец развалилось и открылась дорога тому самому Разрушителю, дыханию его тьмы.

Слуги Разрушителя ворвались, уничтожая живых и торя дорогу своему повелителю, и все это было делом рук Буревестника, который, конечно, дал отпор слугам Разрушителя, но до того, группа сама и открыла им путь. Знания и верования Хранителей были верными, только толку от них не оказалось, так как все было сметено и уничтожено.

— Да мы и правда слуги Разрушителя, - хохотнул Дюша.

— Что не оправдывает их пыток Спартака, - воскликнул Влад.

— Я бы сказал, что это вообще их не оправдывает, - сердито отозвался Дрон, - так как где гарантии, что образ настоящий? Они же сами сказали, что мы новички в таком общении и влезли в нашу беседу, сунули образ, ну да, усиливая наше чувство вины и вызывая желание с ними сотрудничать!

— И первое, что они попросят, так это выкинуть тьму из себя, в этом я их поддержу, но затем они полезут нам в мозги, накачивая энергией против слуг Разрушителя, здесь я против, - голос Алины.

— А я в целом против, - добавил Виталь, - потому что это опасно и неправильно!

— Никто, вроде и не собирается раскрываться им навстречу, так и они не спешат нам подставлять свои разумы, - откликнулся Дюша. - Укажем им на это?

— Попросим других доказательств, - проворчал Виталь. - Командир же предлагал сотрудничество с ними?

Да, из образа Хранителей было ясно, чего они ждут. Объединить силы Буревестника под руководством знающих Хранителей и изобразить подобие той связки, что они пытались создать эти тысячи лет. Не победить полностью, но хотя бы закрыть дорогу слугам Разрушителя, заткнуть дыру в мироздании и не дать вылезти самому Разрушителю. Предлагалось отодвинуть в сторону вражду, прошлые обиды, страхи, буквально все, ради того, чтобы спасти всех вокруг.

В общем, ничего нового и в то же время, Буревестник может и согласился бы, если бы не поведение самих Хранителей. Кто мешал им рассказать обо всем заранее? Сдать Спартака и не устраивать пыток? Открыться и показать, что они там делают? Нет, сейчас все выглядело так, словно они врут и выгораживают себя, лишь бы не оказаться уничтоженными и пытаются сыграть на чувстве долга Буревестника.

Ощущении, что жизнь вокруг надо защищать и спасать, но опять же, откуда Хранители знали, что у Буревестника оно возникло? Само ли оно возникло, как и этот зов в прошлое? Вопросы без ответов, вызывающие лишь больше подозрений.

— Сотрудничество, - медленно, натужно отозвался Дрон, - думаю, я ошибся.

Они продолжали ломиться вперед, а приспешники Хранителей отбиваться, и на фоне этого разговоры о сотрудничестве и дружбе тоже выглядели вдвойне насмешкой. Хранители транслировали, мол, это для того, чтобы замедлить группу, иначе не вышло бы диалога, не успели бы просто, но опять все выглядело какой-то лицемерной ложью.

— Так думаешь или ошибся? - спросила Алина.

— Непонятно, с чего мы вообще должны им верить?! - возмутился Влад. - Пусть Спартака вернут, приведут его в порядок!

Вот это была дельная идея, тут же встреченная полным одобрением.

— Верните разум Спартаку!

— И откройте свои, - добавил Дюша.

— Это невозможно!

— Ну вот, опять, нам предлагают, а сами не делают! Еще и оправдания подбирают!

— Мы не можем вернуть ему разум, так как не мы его отнимали!

— Нет, вы! - злой выкрик Влада. - Зачем вы держали его в плену и мучили?! Ах вы считали нас слугами Разрушителя?! Так получайте теперь за все, что совершили!

— Да, некрасиво как-то получается, - добавил Дрон.

— И в разумы свои нас не пускают, - согласился Дюша.

— Это убьет нас!

— А мы, значит, выживем, если откроемся вам, толково придумано, но рассчитано на каких-то полных идиотов, даже младенцы не поверили бы в такой план.

— Надо спасать жизнь в галактике!

Что-то странное было в этих завываниях, словно они пытались добиться срабатывания какой-то скрытой команды в Буревестнике. Пытались и у них не выходило, но они все равно пытались (и опять не выходило).

— Надо, непонятно только зачем в этом деле вы! - ответила группа Хранителям.

Центр станции был уже близко, сопротивление нарастало, но не в разы и Буревестник проламывался, гнул, уничтожал, сносил, прикрывал Спартака и все это выглядело каким-то сюрреалистичным фантастическим фильмом, нежели действительностью.

— Наши знания и опыт! - воскликнули Хранители.

— Станут нашими, - последовал немедленный ответ.

— В самом деле, - заметил Дюша, - зачем они там? Мозги нам промывать? С этим мы и так справимся. Закрывать прореху в мироздании и биться со слугами все равно предстояло нам.

— До последнего пытаются увильнуть и спастись, да еще и спихнуть всю грязную работу на нас!

— Для этого они нас и растили, так?

— Так.

Пауза и образ, преисполненный злой иронии. Даже уничтожив Хранителей и изъяв все их знания, Буревестнику все равно пришлось бы делать ту грязную работу, для которой их и растили. Сражаться со слугами Разрушителя, спасать жизнь и так далее.

Только без участия Хранителей.

— То есть они добились своего?

— Никто еще ничего не добился!

— Но все равно иронично вышло, согласен.

— А я считаю, что они для того и устроили излучение зла, чтобы вытащить нас и собрать воедино, предсмертная попытка хоть как-то вернуть себе контроль.

— Потому что иначе их ждала бы просто смерть, рано или поздно мы бы их нашли.

— Чем убеждать себя, не проще ли вломиться к Хранителям и узнать из первоисточника, как обстояли дела?

— Можно подумать, они сдадутся без борьбы!

— Тогда все их слова о союзе не стоили и выеденного яйца!

С этими шуточками и злобой группа исказила пространство, смела защиты и стены, и оказалась в том самом сердце станции, буквально геометрическом центре огромнейшего шара. Хранители были здесь, но не все, а те, что остались, явно находились при смерти от истощения, попыток общаться с Буревестником и достучаться до них.

— Смерть слугам Разрушителя! - выдохнул старший из Хранителей, подавая сигнал к уничтожению.

Глава 6

— Вот и вся любовь, - иронично заметил Дюша.

Время словно застыло и ускорилось одновременно. Станция-луна была разрушена на треть, будто огромный червяк-Буревестник выгрыз ход к сладкой сердцевине, но при этом оставшиеся части были готовы взорваться. Не просто взорваться, а еще и устремляя свои разрушительные волны прямо в центр, где сейчас и находилась группа.

Образы согласия с замечанием Дюши, стоило столько твердить о союзе, чтобы потом пытаться взорвать? В то же время, группа видела и ощущала Хранителей, искренность их намерений. Они изо всех сил пытались (верили, что пытались) уговорить Буревестник сотрудничать с ними и искренне считали, что делают все правильно.

Только убедившись, что группа не идет на сотрудничество и склонилась на сторону Разрушителя, они решили взорвать себя, благо станция изначально строилась из расчета на ловушку. На Разрушителя или его слуг, генералов и ближайших помощников, которыми сейчас считали Буревестник.

— Эту бы энергию да в мирное русло, - откликнулся Дрон, швыряя новый образ.

Группа, впрочем, и без того был защищена, так как нападала и оборонялась одним и тем же способом. Пространство вокруг гнулось и искажалось, превращалось в невообразимое нечто, одинаково успешно разившее, как материальные защиты в виде стен, так и энергетические.

Но все равно, группа сама стянулась в шар, притиснулась к Спартаку так, словно собирались задавить его своими телами, и барьеры искаженного пространства вокруг стали мощнее в разы, если не порядки. Хранители еще успели что-то увидеть и осознать, и группа потянулась в ответ, спеша то ли изъять содержимое их разумов, то ли выжечь таковые.

Но одного мгновения до взрыва оказалось недостаточно.

— Может снюхаем все это? - предложила Алина.

— И потом будем гнусно отрыгивать взрывами? Нет, давайте без меня, - отозвался Дюша.

Вокруг бушевало и рвалось море энергии, кипело, распадалось, уничтожало сам космос и станцию вокруг, и в то же время все это буйство не могло пробиться через барьер группы. Тот искажал и отбрасывал, трещал, гнулся, но держал, подпитываемый изнутри.

— А если звезду так?

— Снюхать изнутри?

— Почему бы и нет? По моим прикидкам такой взрыв не уступит звезде.

— И что нам с ней потом делать?

— Как это что? Выжигать тьму в себе.

— Выдыхать во врагов!

— Зажигать новые звезды там, где это потребуется!

— Главное, на Солнце опыты не ставьте.

— Родную звезду хранителей не помешало бы так разорвать, жаль, что они тут собрались толпой со всех концов галактики.

— Не со всех и уже не собрались, разве что пси-силы их защитили.

— Не, не защитили, слишком измотались, пытаясь достучаться до нас, и я потом еще диверсию устроил, слегка пробил их защиты, - заметил Дюша.

— А я помог, - добавил Влад.

— То-то так легко вышло.

— Внутри звезды легко не будет.

— Так мы туда и не полезем, все равно уничтожать ей некого.

— А как же очистка себя изнутри?!

— А нужна ли она?

— Вот ты говоришь как истинный слуга Разрушителя!

Печальный смех.

— Если мы хотим сражаться со слугами Разрушителя, тьма нам еще пригодится, тем более что излишки сбросили удачно в Хранителей.

— И свет не помешает.

— Любое оружие пойдет в дело!

Буйство энергий вокруг стихало и расходилось, и группа словно взорвалась, резко швырнула барьер искажения пространства во все стороны. Новая волна ударила по системе, дополнительно сметая всех, кто еще был жив и стало видно, что натворил взрыв. Станция находилась в самой гуще сражения, свалки убийств приспешников Хранителей и слуг Разрушителя, и направленный в центр взрыв, вроде бы не должен был оказать большого влияния.

В теории.

На практике же барьер группы отразил все эти волны и энергии и швырнул в стороны, сметая всех и вся. Система превратилась в кладбище обломков, где уже невозможно было разобрать, кто кого и что кому принадлежало. Все летело и вихрилось огромнейшим облаком, уже начавшим устремляться в стороны под воздействием гравитационных сил.

Планета, у которой шло сражение, тоже пострадала, но пока еще держалась. Какими-то новыми чувствами группа ощущала, что осталось ей недолго, и в то же время Буревестник знал, что не найдет на поверхности и под ней искомого. Еще одна ловушка, возможно, сунься и планета взорвется, добьет тех, кого не убрал взрыв станции.

— Да, туда лучше не соваться.

— Будь там сведения - сунулись бы, как миленькие.

— Я бы даже сказал, сунулись и ускорили уничтожение, у нас это прекрасно получается.

— Да, вот разом всех истребили, не пришлось отдельно снюхивать подчиненную армаду.

— Не снюхивать, а вдыхивать!

— Без разницы, могли бы их просто в звезду сбросить.

— И затем ею же и почиститься.

— Заодно взрывом тут все прибрать, а то намусорили, намусорили.

— Ага, аки твари некультурные.

— А могли бы как культурные твари прибраться.

— Еще не поздно вдохнуть тут все.

— Ну да, вот еще, дышать всякой гадостью! Так и растолстеть недолго!

— Тут больше подошли бы слова про отравиться.

— Не, отравиться нам не грозит, мы же крепкие, как, - звук удара кулаком о голову.

— Как Буревестник?

— Точно! Новый пункт в шкале прочности!

Пауза и обмен образами, шуточки-прибауточки, но и планы на ближайшее будущее, так как победа здесь была лишь победой в одном сражении, не войне.

— Да и сведений мы так и не добыли.

— А должны были?

— Должны не должны, есть такое слово - надо!

— Кому надо, тот пусть и добывает, ой, точно, нам же и надо. Может следовало пару хранителей в плен взять, вместо того чтобы их защиты разрушать? Сейчас бы как раз выпотрошили их, как рыбу.

— Лучше, как тварей.

— Морских тварей.

— Вы заметили, что нас не тянет не только в туалет, но и к еде?

— Да и дышать как-то уже не надо, старые шуточки про то, что мы уже не люди, окончательно стали правдой.

— А то были шуточки? Я думал, у нас все всерьез!

— Серьезнее всего было у командира и Алины и то не срослось в итоге!

— Я теперь могу изменить себя и родить... моментально!

— Но будет ли это твой ребенок?

— Или сгусток тьмы?

— Ради Алины давайте искупаемся в звезде!

— Очищение огнем ради новой жизни!

— И старой смерти!

— Кто это тут старый?

— Смерть! Кто тут в роли Смерти?

— Дюша?

— Лев.

— Хватит! Рано рожать, еще не всех врагов убили!

— За каждого убитого - по ребенку!

— И рожать - Алине!

— Как-то многовато, не находишь?

— Смотря, сколько тьмы в нее закачать. Или света.

— Но в целом верно, еще не всех убили, сведений не добыли, Землю не защитили, только и узнали, что где-то есть прореха в Мироздании, через которую валится к нам всякое.

Снова пауза и попытки составить планы, и Дмитрич выступил вперед, молчаливым образом указывая на след, оставленный сбежавшими Хранителями. Моментальное осознание событий - Хранители до последнего пытались договориться, но убедившись, что их не слушают, бежали, оставив часть своих защищаться и погибать. Тридцать лет назад у них даже что-то вышло бы, впрочем, они тогда не прибегали к подобным методами, уверенные в собственной мощи.

Надо сказать, уверенны они были не без оснований.

Попытка убийства, попытка заметания следов, которая даже удалась бы, но Хранители, похоже, опять неправильно оценили новые силы Буревестника. А может у них просто не оставалось выбора, так как сами они подобным не владели - чем и были вызваны их крики "мы союзники!" Действия, сопровождавшие крики, прямо указывали, что не союзники и никогда ими не были.

— Нам могли и наврать.

— Могли.

— Самое время все же добраться до первоисточника и проверить.

Обмен образами, сожаление о потерянном времени, мысли, что операцию у Бердауса надо было доводить до конца сразу и указания, мол, группа тогда была не так сильна. След размывался, таял, но еще не исчез, и группа подхватила его легко и просто, словно всю жизнь только и занималась тем, что летала сама по себе в космосе, громила армады, разрушала планеты и сминала голыми руками пространство.

Бегство не просто кораблем, а какому-то порталу.

— Все предусмотрели.

— Кроме нас.

— Но наша ли это заслуга?

— Сомнительно.

— Неважно!

— И они пытались похитить нас, помните? Во время первого контакта?

— Да, знай они тогда то, что мы знаем сейчас, все было бы иначе.

— Если бы у бабушки были бы лапы и клыки, это была бы не бабушка, а тварь!

— Что толку гадать, когда Хранителям следовало бы вести себя по-человечески четыреста с лишним лет назад?!

Портал, разумеется, был взорван и развеян на части, отрезая возможную погоню, но следы возмущения пространства и гипера еще оставались, и Буревестник теперь ощущал их остро, как никогда. Возможно, потому что Дюша схожим образом начал работать с пространством, подавая всем пример, а может так себя проявляли их новые силы.

След в пространстве снова скрутился, будто повторяя прежнюю конфигурацию, и группа влетела в него, отметив, что Спартак опять подал какие-то признаки жизни. Конечно, признаки лишь на фоне прошлой его неподвижности и отсутствия разума, если же брать в целом, то посторонний человек вообще ничего не бы не заметил.

— Может, он много путешествовал порталами?

— Или ему понравилось уничтожение Хранителей?

— Методом научного тыка можно перебирать очень долго.

— Надо просто повторить и посмотреть, будет ли реакция.

— Времени нет.

— Значит, надо ему Хранителя.

— Двух!

— Да всех отдадим, пусть сидят рядом друг с другом безумными статуями.

— Не, Хранители же не тянули из нас тридцать лет силы...

Пауза, осознание самой идеи вкупе с прошлым вопросом "куда делось то, что шло Спартаку?" Не ужас, но тревога, что шло оно не Спартаку, а Хранителям. Которые оттянули мощь, впитали ее сами, на ней создали излучатели зла и сотворили все, что происходило вокруг.

Только усиления самого Буревестника не предусмотрели.

— Они же сказали, что мы не совместимы.

— И мы им не поверили.

— В них не ощущалось ничего такого.

— На самом деле, они и не тянули, хотя предположение, конечно, тревожное! - авторитетно и громко заявил Дюша. - С нашими-то силами да их сектантскими мозгами набекрень, думаю, Земля бы уже разлеталась на части.

Новое тревожное осознание - вдруг так оно все и было? Взвинчивание сил Буревестнику и отвлечение, подстава части своих ради достоверности и выигрыша времени. Пока группа здесь гонялась за Хранителями, они там разрушали Землю.

Вычурный, сложный, плохой план.

Буревестник жил мирно и порознь, да, приглядывали за Землей, помогали, спасали, но все это было на уровне сил полувековой давности, до бегства с родной планеты. В таких условиях Хранители могли просто ударить по Земле и разрушить ее, не строя сложнейших планов. Или могли отвлечь всех на Спартака - такое точно сработало! - и ударить по Земле, не строя сложнейших планов.

— Мы пытаемся их оправдать?

— Мы пытаемся их понять, чтобы предвосхитить следующий удар. Или успеть, если они уже нанесли его.

— Не нанесли, - повторил Дюша.

— Почему ты так уверен?

— Потому что это наши силы, да вы гляньте, мы ощущаем и общаемся друг с другом, вплоть до того, что пора бы уже слипнуться в один организм, только Спартак опять этому мешает. Если бы Хранители тянули из нас тридцать лет НАШИ силы, что случилось бы?

— Мы бы ощутили их.

— Именно. Мы бы разглядели их за половину Галактики, как увидели Дмитрича. Они бы сияли таким маяком, что мы бы моментально оказались возле них.

— А как же общение?

— За счет наших сил? Возможно, но вряд ли. Никаких же ощущений не было? Даже если они так ловко все замаскировали, допустим, хотя, по-моему, мы опять совершаем одну и ту же ошибку, переоценивая Хранителей, - заявил Дюша, вдыхая и выдыхая дым и пространство вокруг. - Допустим. Но скажите мне, други, кто из вас поверил бы, что Хранители, получив доступ к нашей силе, ограничились бы одним общением?

Никто в это не верил и все согласились, что Дюша прав. Тем более, что отчаяние от Хранителей шло неподдельное, и будь у них силы Буревестника - с которым они собирались заключить союз ради победы над Разрушителем! - то и такое уныние не возникло бы. Хранители бы действовали, может неправильно, но действовали бы, спеша разгромить своих злейших врагов.

— Роли поменялись, раньше мы бегали от них, теперь они от нас!

— Надо сказать, у нас лучше получается.

— У нас всегда все лучше получается, именно поэтому мы превзошли Хранителей.

— Превзошли ли?

— Конечно, мы же за ними гонимся, а не они за нами!

— Ощущаю брешь в рассуждениях.

— Наверняка, с той стороны, где сидит Спартак, там у нас слабина.

— Ничего, мы их уже практически догнали, скоро мы эту слабость устраним.

Группа догнала удирающих Хранителей и свернула пространство, вышибая их корабль в космос.

Спартак шевельнулся и устремил в сторону корабля Хранителей взор незрячих глаз.

Глава 7

— Я считаю, это знак.

— Я тоже считаю, что это знак.

— Мы все считаем, что это знак.

— То есть вид Спартака ранее не был знаком? Мы опять оправдываем Хранителей?

Корабль Хранителей, еще одну огромную станцию, сопровождал рой кораблей – словно рыбы-прилипалы или мошки. Сейчас они сдвигались, выстраивая какую-то защитную формацию, но Буревестник уже знал, что все это бесполезно.

Даже сами Хранители это знали и готовились нанести удар.

— Странно, где же крики, что мы союзники?

— Поняли, что разговоры бесполезны?

— Может, у них самих и спросим? Теперь, когда бежать уже некуда?

Станция подергивалась, пытаясь удрать, но ничего не выходило. Где-то поодаль находилась еще одна звездная система, скорее всего тоже подчиненная Хранителям, но корабли оттуда не успели бы. Не говоря уже о том, что группа могла двигаться мгновенно, не скованная ограничениями тел и их защиты, а Хранители до таких высот так и не доросли.

— Может, как раз сейчас самое время поговорить?

— Или вломить им, не слушая отчаянных воплей, как они поступили с Землей?

— Совершив ошибку. Может, мы тоже ее совершаем?

— С большой силой приходят большие сомнения, да? А вот Спартак!

— Разговоры не вернут нам Спартака!

— Разговоры с Хранителями тем более не вернут нам Спартака!

— Тем более, что они нам его и не вернули, хотя могли бы.

Почти привычный аргумент решил дело, и группа сдвинулась, сминая мелкие корабли и впечатывая их в большую станцию. Чтобы не возиться и не гоняться за всеми три раза, единогласно решили собрать всех беглецов на одном огромном корабле. Мелочь врезалась в станцию, дополнительно крушила ее защиты и отвлекала Хранителей, которые тоже что-то делали.

Бессильно пытались вырваться из ловушки, которую сами же и создали, по большому счету.

— Кажется, они осознали, что им не сбежать.

— Но они все еще трепыхаются.

— Для полного сходства с людьми на Земле?

— Не думаю, что они способны пасть так низко. Повелители части Галактики и Содружества, и вдруг уравняли себя добровольно с жителями какой-то далекой планеты?

— Может, они ровняли себя по нам?

— Так мы же давно уже не люди, так что все равно не считается.

— Эта шутка про то, что мы уже не люди, как-то слишком резко стала действительностью.

— Алина, она и раньше не была шуткой, просто сейчас все проявилось намного ярче.

— Настолько ярче, что меня до сих пор тошнит этой тьмой.

— Так не сдерживай себя, отрыгни прямо в Хранителей!

— Стоп, не торопитесь, а то их всех сметет, и мы не успеем получить сведения.

— Если мы торопимся, то, чего так медленно летим? Можно же раз! И прямо в их рядах оказаться, в любую секунду.

— Можно, но вдруг это ловушка?

— Если бы у них было что-то, способное смести нас, они бы уже применили его.

— И применили, помните те выстрелы?

— Нас пытались накачать изнутри, чтобы мы стали светящимися шарами, а не сгустками тьмы, да, хорошая попытка, но слабая какая-то.

— Не все же нам слабеть, теперь их черед!

— Давайте уже прибьем их тогда? Или мы боимся ловушки?

— Мы нагнетаем напряжение, медленно приближаясь к Хранителям, как неотвратимое возмездие группы смерти во имя жизни. Так сказать, вестники бури, которая их убьет.

— Хорошее название, но зачем мы нагнетаем?

— Потому что можем.

— И потому что они действительно могли что-то придержать напоследок. Или вдруг все же поломаются и раскроют нам все свои тайны сами.

— Вот сомневаюсь, - заметил Дюша.

— Почему?

— У меня предчувствие.

— Я тоже считаю, что не стоит давать им время.

— А я как раз считаю, что стоит. Пусть проявят свою истинную натуру, твари такие.

И Хранители проявили, не просто стянули все силы к себе, но и попытались задействовать систему самоуничтожения станции. Она была направлена внутрь, как и на прошлой их станции, так что вряд ли взрыв навредил бы группе, но они, похоже, планировали убить себя и развеять на атомы все архивы и записи, содержащиеся на борту станции.

Или это опять была ловушка, а все архивы сгинули с той планетой.

— Задержим их?

— Или дадим взорваться?

— Разве у нас есть выбор?

— Вот уже не думал, что доживу до дня, когда мы будем спасать Хранителей.

— Чтобы их убить.

— Но все равно спасать.

— Вы же ощущаете этот позыв, да?

— Какой позыв?

— Тьма просится наружу.

— Всех убить! Все отнять! Отнятое вернуть на Землю!

— Мы тут шутим, а часики системы самоуничтожения тикают.

— По законам жанра Прежних, мы должны явиться в последнюю секунду и всех спасти!

— Мы и так уже всех спасли – три раза!

— А то и пять!

— Значит, это будет шестой!

— Нет, серьезно, неужели вы не слышите этого зова?

Образ, разделенные чувства и группа замолчала. Живые вокруг, не просто физически рядом, а вокруг на десятки и сотни световых лет, гибли и взывали, просили о помощи и Алина слышала их зов. Дюша мог свернуть пространство, оказаться рядом с самыми страждущими, и все же группа воздержалась.

Рядом с ними тоже были живые, и им также требовалась помощь.

— Мы превращаемся в светящиеся шары?

— Опять эта религия Хранителей!

— Но как же зов?

— Если мы сейчас ринемся всех спасать, то, что будет с Землей?

— А если не ринемся, то, что будет с нами?

— Все прекрасно будет с нами, сметем этих самоубийц и потом подумаем, что делать дальше.

— А может даже найдем ответ на вопрос, что же с нами происходит.

— В архивах этих сектантов?

— Я же не призываю верить в их слова! Посмотрим на дела и решим.

— Какие еще дела, когда они ни разу еще не спасали Галактику?

— Откуда тогда взялись эти светящиеся шары?

Момент самоуничтожения приближался, Хранители что-то делали, живые метались, но все это было бесполезно. Группа сдвинулась и оказалась в самом сердце станции, сразу, без взламывания брони и щитов. Часть силы группы устремилась и остановила самоуничтожение, другая заблокировала дезинтеграцию архивов, а третья придавила Хранителей.

Время разговоров прошло еще в прошлой системе, да что там, оно прошло, по сути, еще тогда, когда Дюша и Спартак вломились в архивы Хранителей тридцать лет назад, спровоцировав и ускорив кризис, разваливший Содружество. Хранители, похоже, это понимали, но все равно продолжали трепыхаться и действовать, сражались в безнадежной битве, как сражался бы сам Буревестник за Землю.

Все это вызывало уважение, не отменявшее, конечно, желания убить Хранителей.

— Твари. Зачем вам нужны были твари?

— Чтобы останавливать слуг Разрушителя, - внезапно последовал ответ, полный какого-то бессильного отчаяния. – Орды против армад, внешнее управление, ваши твари были подобны слугам Разрушителя и дали бы время противостоять им, пока мы разбирались бы с самим Разрушителем.

— А отряды тварей на каждой планете помогли бы избежать кровопролития, да?

— Да.

— Путем убийства всех, кто не выдержал вашего же излучения зла?

— Это не мы, сколько можно повторять!

— А кто?

Вместо ответа словами к Буревестнику пришел образ мира, сошедшего с пути жизни и теперь излучающего только смерть. Все это изрядно воняло низкопробными выдумками времен Прежних и в то же время Хранители истово верили, что так оно и было. Словно намекая, что информация, полученная от них, может оказаться такими же дешевыми фантазиями, которые они сами бы истово считали самой правдивой правдой, не подлежащей сомнению.

— Нет, вы как хотите, а я устал от всего этого.

— Да, надо просто забрать информацию и самим разобраться, а не получать эти фантазии, отфильтрованные через сектантство.

— Как они только просуществовали тысячи лет?

— Не забывайте, что для обычных живых их мощь была необорима, а сами они всесильны.

— Зачем только потребовалось растить себе погибель?

— Мы выращивали защитников! – из последних сил прохрипел один из Хранителей.

— Только промахнулись, не успели внедрить в нас подчинение, - заметил Дюша.

Такое было в архивах Хранителей, да что там, они даже встречали таких бойцов, когда бились за Освобождение Земли. Все они считали, что станут защитниками галактики, верили в дело Хранителей, оставили свои родные планеты, чтобы спасать жизнь повсюду и так и не смогли подняться выше определенного предела.

Хранители смотрели на Буревестник и видели в них тех, кто смог, превратился… ну не в защитников, но дорос до нужного уровня силы. Дорос, но не стал защитником, переметнулся на сторону слуг Разрушителя и это мучило их, группа терзала их одним своим присутствием. Сам Буревестник ощущал это отчаяние и испытывал удовлетворенное злорадство в ответ.

Конечно, эти муки никак не компенсировали бы всего случившегося с Землей, но даже такая небольшая расплата радовала. Просто потому, что она состоялась и Хранители хоть что-то да осознали, поняли, пусть и на пороге смерти.

— Они думали, что несут жизнь, а несли смерть!

— Воистину ты прав и молвил, как Лев!

— Меньше пафоса.

— Больше архивов.

— Уж эти от нас не уйдут!

— А если там ложная информация?

— Так это мы сейчас и проверим!

Как некогда сам Буревестник, еще в первой жизни, замер и сдался под давлением превосходящей силы Хранителей, так теперь сами Хранители и их приспешники ничего не могли сделать. Сила группы еще подросла и все дружно сошлись в мнении, что виноват опять Спартак.

Шевельнулся, опознал Хранителей, сделал шаг к группе, и общая сила сразу скакнула выше.

Хранители даже не пытались уже сопротивляться, лишь излучали отчаяние и призывы не совершать такой ошибки, не превращаться окончательно в слуг Разрушителя. Ничего нового, в общем, хотя теперь их крики о жизни повсюду, становились немного понятнее. Пытались сыграть на том зове, что ощущала Алина, и, стало быть, что-то да соображали в новых силах Буревестника.

— Печальная история, вот так вот умирать на пороге победы, от рук тех, кто мог бы стать защитником, но так и не простил им разрушения собственного дома.

— Расплата за все то отчаяние, что ощущали люди.

— Хватит! Вы же поняли нас!

— Поняли, ну и что? Раз поняли, зачем вы лезли на Землю, то, что, сразу простили, что ли? Вы могли прийти с миром и дружбой, но вместо этого решили взять свое силой, ведь так проще? Вот и взяли, теперь получите последствия.

— Вы так и не поняли!

Один из Хранителей уже умер, не выдержав избытка давления и знания его, обрывки мыслей и веры, втекали в Буревестник, группа вдыхала их, как космос ранее.

— Да где уж нам, мы же тупые бойцы из [цензура] мира!

— Вы! – и Хранитель, взывавший к ним, тоже умер.

Предсмертный образ ворвался в общее сознание группы, переполняя их чужой горечью и отчаянием. Не то, чтобы они сильно повлияли, ну подумаешь, вдохнули еще немного чужой тьмы, горечь растворилась в этой бездне, словно и не было. Но в то же время, Буревестник ощутил и понял, что пытался донести до них Хранитель.

Образ того, как они становятся слугами Разрушителя, окончательно ныряют во тьму и сами, своими же руками, уничтожают Землю и колонии, все человечество, всю жизнь в галактике. Затем осознают содеянное и сходят с ума, превращаются в нового Разрушителя. Безумного, всесильного, несущего смерть всей жизни вокруг, не только здесь, но и в других галактиках.

Где ослабли бы защиты тамошних Хранителей.

— Красивая картинка.

— Немного пугающая.

— Как и положено подобным картинкам.

Хранитель верил в это всей душой, но вера не делала образ правдой. Буревестник и правда были новичками в подобном общении, но они быстро учились – так как выбора не оставалось.

— Все же кое-что прояснилось.

— Да, если бы эти твари не растили таких бойцов, то и Разрушители бы не возникали.

Еще один Хранитель умер, с презрительной – от глупости группы – улыбкой на губах, швыряя в них предсмертный образ. Жизнь и смерть в их великом противостоянии и там, где жизнь не защищалась, верх брала смерть. Но и там, где жизнь пыталась уничтожить смерть, тоже торжествовала смерть, и в результате невозможно было просто взять и быстро победить, убив врага.

— Бред какой-то, если враг мертв, он мертв!

— Главное, самому не превратиться в этого врага.

— Мы перебили столько тварей, но сами ими не стали.

— С чьей-то точки зрения еще как стали, разрушили дома, погубили системы, ради своего Сверхмозга, то есть Земли.

— А виноваты в этом Хранители!

— Мы убеждаем себя или все же следуем фактам?

— А какие у нас факты? Картинки и вера умирающих тварей?

— Но вы же чувствуете их искренность!

— Надо бы ее в Спартака направить.

— Или, наоборот, его выдвинуть вперед, вдруг еще там что-то в нем шевельнется?

— Что там, кстати, в архивах про Спартака?

— А мы им уже верим?

Еще два Хранителя умерли, и Буревестник ощутил их искреннюю ненависть к себе, веру, что сведения в архивах самые правильные, достоверные и неимоверно важные. Как проверить? Да очень просто, на Спартаке, который, впрочем, так и не пришел пока в себя. Даже вид умирающих Хранителей, не слишком добровольно отдающих свои знания, не пробудил в Спартаке… ничего.

— Неважно, не могли же они фальсифицировать все подряд!

— Особенно, если рассчитывали на победу!

Еще один Хранитель умер и это словно пробило преграду, остальные начали умирать так быстро, что Буревестник не поспевал их вдыхать. Последний из Хранителей взглянул торжествующе перед смертью, словно Буревестник сделал именно то, что они и запланировали.

— Кажется, нас поимели, - заметил Дюша.

— Еще бы понять, как, ведь они мертвы, а мы нет.

— Наверное, это что-то экзистенциальное, как с Разрушителем.

— Неважно, давайте разберемся с содержимым их голов и архивов.

Глава 8

— Здесь опять первым делом встает вопрос веры – верим ли мы этому содержимому?

— Неужели мы не сможем отделить ложь от правды?

— Этот торжествующий взгляд, - заметил Дюша, - он меня беспокоит.

— Да ладно, это был предсмертный укус, попытка посеять сомнения, чтобы мы не делали того, что собирались.

— Откуда бы им знать, что мы собирались?

— Помните призывы спасти всю жизнь в галактике?

— Да, это был сильный ход, позывы ощущаются до сих пор и, кажется, становятся сильнее.

— Не сумев завести своих детей, усыновила половину галактики.

— А что, масштаб как раз по нашим новым силам!

— Защитить всю жизнь будет несложно, ее тут осталось мало.

— В том числе и нашими усилиями! Так что формально мы слуги Разрушителя.

— Да и внутри у нас тоже плещется всякое.

— Тогда чего стесняться?

Остатки станции и флота Хранителей исчезли, словно и не были, развеялись по вакууму. Группа даже не заметила их попыток сопротивления, кроме легких покалываний внутри, тут же исчезнувших. Легкая ностальгия, наконец-то давний враг оказался окончательно побежден и больше не мог никому угрожать. Не только Земле, но и другим живым, неспособным за себя постоять.

— Какая интересная концепция.

— Во имя защиты жизни, как того хотели Хранители, мы истребили их?

— А по-моему, мы опять ищем оправданий, хотя этого и не требуется.

— Ну да, закон джунглей, закон силы и мы сейчас сильнее всех.

— Как были Хранители и на что они употребили силу?

— А мы?

— Хочешь сказать, что, не защитив жизнь, мы утратим эту новую силу?

— Уже сказал!

— Это было бы прекрасно, убрать эту сверхмощь, или хотя бы дать время привыкнуть к ней.

— Так времени у нас нет, а если мы не будем защищать жизнь, то погубим Землю.

— Мы отвлеклись.

— Думаю, это неважно, верим мы архивам или нет.

— Почему?

— Потому что зов в защиту жизни. Разве не этого добивались Хранители?

— Нет, они хотели, чтобы мы действовали под их руководством!

— Или специально пожертвовали собой, чтобы столкнуть нас на эту дорогу?

— Для этого им вначале следовало верить, что мы и правда те мифические защитники, а они нас кем считали?

Ответа на этот вопрос не требовалось, так как все уже поглотили архивы и воспоминания, и найденное там было не слишком удивительным. Слуги Разрушителя, да, группу искренне считали таковыми, ведь они принесли смерть, много смертей в галактику.

Самое главное – они разрушили даже не Содружество, а те самые светящиеся шары, защищавшие материнские системы. Разрушение защиты, больше войны и смертей, разрушение защит, ослабление жизни, приход Разрушителя, то есть его слуг вначале.

Разрушения и смерть, да, живые вначале должны были ослабить себя сами, чтобы этот самый Разрушитель смог прислать слуг и протестировать живых на прочность. Если те не выдерживали, то он являлся лично и уничтожал недостойных, выбравших смерть вместо жизни.

— Бред какой-то, нет бы являться на пике силы жизни и пробовать сразить их!

— Согласен, мы вначале ослабим сами себя, а потом враги ударят в спину, и это будет проверкой устойчивости жизни. Кто вообще устоял бы в таких условиях?

— Так Хранители именно поэтому и занимались тем, что занимались – по крайней мере, верили в это.

— Утирали носы, подтирали жопы, готовили защитников и на этом разрушили все. Молодцы!

— А также создали тепличную атмосферу, после которой уже никто не устоял перед слугами Разрушителя.

— Пока мы все не разрушили.

— А разрушили мы все, потому что Хранители, пытаясь спасти жизнь, убивали людей. Так что они все равно виноваты!

— Да, стократное обсуждение по кругу одного и того же.

— Так что делать, если Хранители забыли нам подготовить сборник ответов!

— Они-то подготовили, только мы не поверили!

— И правильно сделали, как можно им верить в таких делах? Пока сильны были, все нас пленить пытались… да, мы все это обсуждали сотни, тысячи раз.

— И теперь пришла пора последнего обсуждения!

Тридцать лет подготовки и попыток удержать последние рубежи, создание флотов для сражения с армадами слуг Разрушителя. Плач и страдания, попытки восстановить тварей и привлечение внимания Буревестника. Разгром и убийства Хранителей, и в итоге ничего у них не вышло, хотя вроде бы все образцы остались. Словно требовалась именно Земля и помощь первого псионика, чтобы росло так, как надо.

— Как же Друньдау справлялись?

— Бред какой-то. Все должно было быть наоборот! Последняя битва и орды тварей до горизонта, мы защищаем Землю из последних сил, и все же одолеваем!

— Да, не справились Хранители и с этой задачей.

— С чем они вообще справлялись?

— С выращиванием себе врагов в лице нас?

Печальные усмешки, обмен образами. Легко было насмехаться над поверженными врагами, но следовало признать, что группе помогла их новая сила. Без нее они всего этого не сумели бы, а тридцать лет назад крушили Хранителей скорее чужими руками.

В то же время, следовало признать, что сами Хранители тоже сплоховали, не подготовились к подобному сценарию. Строили планы уничтожения слуг Разрушителя, но сами сидели в подполье? Вместо того, чтобы уничтожать как можно быстрее, пока те не открыли окончательно путь своему «господину»?

— Вот это неожиданно.

— Но в то же время, что-то подобное мы предполагали, не так ли?

Да, Хранители использовали Спартака для ослабления сил остальной группы – так как считали их слугами Разрушителя и у них не вышло прямого сдерживания силовыми методами. Поэтому они пытались сдерживать опосредованно, ставя опыты над Спартаком и «откачивая» силу.

— Они все-таки поглощали ее?

— Нет же, они потерпели неудачу! Именно поэтому и кричали нам о несовместимости.

— Вот уроды!

— Вдвойне!

— Ты еще скажи, что могли бы явиться лично и предложить мир. Разве стали бы мы слушать их?

— Ты забываешь, что они могли проявить добрую волю и отдать Спартака.

Обмен образами и понимание, что не могли бы, раз искренне считали группу слугами Разрушителя. Хранители не только готовились втайне (не слишком много они успели, скорее выезжали на старых наработках и запасах времен, когда секта находилась в зените могущества), но и снаряжали экспедиции за пределы сектора Содружества.

Пытались найти союзников, пытались закрепиться на новых территориях (безуспешно), пытались взывать к светящимся шарам или найти завод по их изготовлению. Ничего не вышло. Попутно Хранители пытались еще разрабатывать излучатели, только не зла, а добра, для прямого уничтожения слуг Разрушителя. Здесь они тоже мало чего добились, возможно потому, что строили свои излучения на основе опытов над Спартаком, по понятным причинам.

— То есть излучатели зла были.

— Но не такие, как мы думали.

— Это если мы верим Хранителям.

— Чего бы не верить, когда оно подтверждено содержимым их голов?

— Помните, как они истерично взывали?

— Я вот помню торжествующий предсмертный взгляд! Может, они коллективно сговорились?

— Может, только теперь и спросить не у кого.

— Почему же, с нашими новыми силами, разве не сможем мы охватить часть галактики и понять, что из этого правда?

— Смотрите, те колющие энергии, которыми они нас обстреливали, как раз на основе опытов над Спартаком!

— Вот уроды!

— Твари.

— Так что мы были правы, они использовали Спартака и построили на его основе ловушку.

— Только сработало нечто другое, не так ли?

— А вот это надо проверить! Если не они построили излучатели зла, то кто?

— Если они коллективно согласились врать, то могли же заранее подготовить следы и улики, подтверждающих правоту?

— Если бы они заранее готовились, а они ведь не готовились, это мы уж точно видели. Они сражались, но так, словно ожидали чего-то другого.

— Что тоже могло быть постановкой.

— Могло, но в чем тогда смысл? Обмануть нас и запутать, и сдаться, погибнуть? Вот уж чего они никогда не планировали! И те крики, они же были искренними?

— Помните, мы новички в таком общении?

— Ладно, они обманули нас – зачем?

— Чтобы убедить в своей правдивости и натравить на слуг Разрушителя?

— Могли бы и не напрягаться, мы и так ими занялись.

— Считаю, что они опять промахнулись, не ожидали такого уровня наших сил, а стало быть, и все случившееся не было результатом долгого предварительного сговора и подготовки. О да, за ними тысячи лет, и что, помогло это им тридцать лет назад? Пятьдесят? Нет, они явно промахнулись и поняли свою ошибку, но было уже поздно. Попробовали договориться с нами.

— И вышло это у них так же хорошо, как стратегическое планирование.

— Можно понять, тяжело импровизировать в неизвестных, новых вещах. Это уж мы знаем из личного опыта!

— Смертельного опыта, благодаря Хранителям.

— Так что, мы им верим?

— Конечно же, нет! Но и обманом с подготовкой в тридцать лет не считаем.

— Иронично в целом вышло.

— Ага, злая ирония судьбы. Искренне биться за свое дело и тем самым только приблизить явление того, с кем они боролись.

— Примерно такая же ирония, как с тварями, созданными в помощь людям?

— Примерно. Странно, что у Хранителей ничего не вышло с ними, ведь Друньдау справлялись!

— Может, как раз поэтому и не вышло?

Обмен образами, согласие, что да, такое могло быть. Друньдау так выхолостили тварей и управляющие ими Мозги, натыкали столько ограничений, что потом не удалось возродить на их основе начальный Сверхмозг. Хранители спохватились слишком поздно, когда Друньдау были уже разгромлены, а твари уничтожены Буревестником.

— Все равно слишком слабое объяснение.

— Других у нас нет.

— Имеет ли значение, что там было, если у них все равно не вышло? Если все твари воистину уничтожены?

— Да, пожалуй, ты прав, неважно, что там было. Главное, что мы справились хотя бы с этой миссией и выполнили мечту человечества.

— Толку с того, если человечество опять на грани смерти?

— Вы тоже вспомнили первую жизнь?

— Да.

Как они мечтали тогда, готовы были отдать свои жизни, лишь бы убрать тварей. Разумеется, ради того, чтобы оставшиеся люди жили мирно, пахали землю, растили детей, не опасаясь тварей.

— Новые, галактические времена – новые твари!

— Причем такие же, как старые, орды и волны, несущиеся убивать, все живое и подчиненные какому-то одному центру.

— Разрушитель – это новый Сверхмозг?

— Неудивительно, что Хранители так на него рассчитывали. Две орды, истребляющие друг друга.

— Не сказал бы, что так уж рассчитывали, скорее собирались дополнить и усилить, пока защитники в сияющих белых одеждах, под руководством мудрых Хранителей в сияющих белых одеждах, крушат гадкого и мерзкого Разрушителя.

Снова смешки, обмены образами.

— А ведь у них могло получиться.

— Нет, не могло.

— Почему это? С их методиками?

— Вот именно, с их методиками. Чего они добились за тысячи лет? Так и не породили никого из своих защитников, поэтому и обкатывали методики за пределами Содружества. Одна из причин, больше бедствий, больше всего.

— И это сработало.

— Нет.

— Почему это?

— Вспомните, мы же случайно очнулись и сбежали из их лаборатории. Да-да, случайно, поэтому Хранители и пытались нас пленить в том первом дипломатическом полете. Опять не вышло, и они махнули на нас щупальцами, мелкая сошка, сколько они таких видели! А остались бы мы с ними, то кем бы стали? Так и остались бы такой же мелочью, только с промытыми мозгами. Забыли бы Землю, радели бы за жизнь во всей галактике, и никуда бы не выросли.

— Ты хочешь сказать?

— Уже сказал. Методики Хранителей были неполны, неправильны, и они на ощупь искали путь, да так его и не нашли, потому что даже не пытались копать в ту сторону. Да, мы – слуги Разрушителя, но мы же и их защитники, потому что не бывает одного без другого, жизни без смерти и смерти без жизни!

— О, кто-то знатно нанюхался Хранителей, аж в голову ударило!

— Думаешь? А как тебе такое?

Обмен образами, расширение восприятия и то, что раньше выходило с трудом, перенапряжением, кровью из глаз, носа и ушей, теперь вышло легко, естественно. Буревестник охватил системы вокруг, нашел то, что творили Хранители, те самые излучатели разрушения слуг Зла. Они строили их на основе опытов над Спартаком и надо сказать, у них получилось.

Излучатели нейтрализовали общее безумие, отталкивали слуг Зла, не давали живым сходить с ума. Защищали в общем, вот только Хранители собирались добиться этого эффекта, создавая нечто обратное, тому, что выдавал Спартак (как слуга Разрушителя, по их мнению), а вышло, наоборот.

— Мы – защитники?

— Выходит, что так, вы же сами видите эффект. И оружие борьбы со слугами Разрушителя, это все то же, оттуда, вот взгляните.

Часть архивов и воспоминаний, обмен образами. Негодование, что Хранители так ничего и не сообразили, продолжали считать Спартака слугой Разрушителя и выбросили его на улицы. Нашлось и объяснение, почему, уровень силы не падал ниже определенного, и они испугались, что их найдут по Спартаку.

— Мы же пробовали и ничего не вышло!

— Они предвидели наши силы, только недооценили все остальное. Наверное.

— Это неважно. А вот что нам делать с этим новым открытием?

Защитники всего живого, это объясняло тот зов, что первой ощутила Алина. Это никак не объясняло поведения Хранителей и почему те не могли объяснить нормально. Потому что им не поверили бы, и они пошли на самоубийство, лишь бы донести свою мысль до Буревестника? Возможно, а возможно, что они заигрались в защитников и свернули куда-то не туда, раз уж их методики были неверны.

Все это было неважно, перед лицом того факта, что группа теперь ощущала не только биение жизни вокруг, но и то самое дыхание зла. Галактика была заражена им, как и чернотой, и откуда-то от ядра, из тех секторов, где когда-то предположительно обитали сияющие шары, теперь мощно тянуло теплым омерзительным и вонючим ощущением.

Похоже, Разрушитель уже готов был вступить в пределы галактики.

Глава 9

— То есть они говорили нам правду.

— Только делали это в своей идиотской, сектантской манере.

— Как Хранители.

— Как они вообще просуществовали тысячи лет с такими подходами?

— Вот именно что просуществовали, не сталкиваясь с настоящими вызовами. Для дикарей с отдаленных планет хватало обычной мощи и затем силы Содружества. В самом Содружестве они правили из теней, и никто не бросал им вызов. Но стоило им столкнуться с теми, кто превосходил их в силе и подготовке...

— Без ложной скромности, командир, так все и было.

— ... как они рассыпались на куски и не смогли подняться. Они столкнулись с тем, что сами несли разным системам и цивилизациям, пусть и обходными путями, чтобы не триггерить эти светящиеся шары.

— Которые мы побили.

— За счет того, что стали защитниками?

— Почему бы и нет?

— Выходит, мы стали ими еще тридцать лет назад? Почему мы тогда не нюхали космос?

— У вас было тридцать лет, чтобы освоить это умение, а вы так ни разу и не понюхали космос, ха-ха-ха!

— Не было у нас тридцати лет, вы вспомните, с чего все началось.

Пауза и обмен образами. Вылазка Дюши и Спартака, и попадание последнего в плен. Архивы Хранителей и их атака, ускорившая развязку, только не с тем финалом, которого ожидали эти сектанты-защитники. В любом случае, у них остался Спартак, и они сразу вцепились в него и начали ослаблять.

— Я бы сказал, что это иронично, - заметил Дюша.

— Предельно.

— Своими руками ослабить защитников, которых они так стремились вырастить все эти тысячелетия, и более того, считать их слугами Разрушителя? Это даже не иронично, это какое-то новое слово тут надо придумывать, чтобы выразить нужную степень.

— Но в то же время, кем еще они могли нас считать, после свершившегося тогда?

— И уничтожения светящихся шаров.

— Да, тут мы погорячились.

— Мы или наша сила?

— Заемная сила, о которой мы ничего не знаем, но ловко пользуемся?

— А ведь эта сила могла быть у нас еще тридцать лет назад! Вот тогда все вышло бы именно так, как мы планировали, Земля свободна, Хранители стерты в порошок, Содружество цело.

— А я думаю, что нет.

— Сила нам дана, чтобы сразиться с Разрушителем и поэтому мы смели все препятствия на его дороге? Как-то это не слишком весело звучит.

— Я бы даже сказал, весьма печально звучит, ведь в таком случае мы лишь марионетки этой самой силы и все рассказы о глупости Хранителей - ерунда. Их тоже вели, как марионеток, и.. смысл все равно ускользает от меня.

— Да, могли бы устроить арену в космосе между галактиками, да стравливать защитников и Разрушителей, к чему такой сложный путь?

— Извилистый и долгий, тогда как силу можно вручить мгновенно.

— Может, действительно надо было пройти испытания?

— Тогда мы великолепно их прошли, только Спартака потеряли, но судьи не обратили внимания?

— Обратили, оштрафовали и вернули нам силу, едва мы его нашли.

— Тогда все равно неясно, как это работает.

— Имеет ли это значение, если оно работает? Да и сами Хранители под конец жизни, похоже, поняли свою ошибку и начали эти странные маневры.

— Чтобы вручить нам силу и сообщить, что мы избранные?

— Может, они действительно хотели умереть, от осознания, что творили все ровно наперекор своим убеждениям? Учению? Как это правильно называется?

— Неважно. Даже если они хотели умереть, могли бы просто лечь и умереть, не создавая проблем.

— Но тогда бы мы им не поверили.

— И что? Сила все равно с нами. Мы все равно слышали тот зов. Мы все равно ощутили бы Разрушителя.

Пауза и обмен образами. Единодушное согласие, что Хранители, осознавшие свой промах, перед смертью явно испытывали могучие душевные муки, хоть небольшая да компенсация за сотворенное ими с Землей.

— Только у нас все еще не хватает силы.

— Да, раз они все же принесли нам немного правды, теперь мы знаем мощь Разрушителя.

— Предполагаемую мощь Разрушителя.

— Глядя на его слуг, я склонен поверить расчетам Хранителей. Впрочем, мы тоже можем что-то такое.

— Снюхать всю Галактику за раз? Нет, не надо меня так смотреть!

— Сейчас не можешь, так потренируешься и сможешь!

— И станешь Разрушителем!

Пауза и новый обмен образами, осознание, какая тонкая грань разделяет их. Или не разделяет? Что Разрушитель, что защитники, которых все растили Хранители, да так и не вырастили, должны были обладать запредельной мощью. Смерть и жизнь, один разрушает, другой созидает. Но поменяться ролями очень легко, чуть сменить действия и будет наоборот, защитники начнут разрушать жизнь вокруг и с их мощью это им легко удастся.

Собственно, так оно и вышло с Содружеством.

Неудивительно, что Хранители до последнего считали их слугами Разрушителя, все пытались что-то выправить, и действовали вообще не в ту сторону. Возможно даже, что приблизили это окончательное разрушение защит - которое должно было состояться тридцать лет назад?

— Смогли бы мы тогда?

— Непонятно, но кто, кроме нас?

— А я думаю, что не смогли бы. Просто потому, что думали только о Земле, а эта история с защитой жизни явно требовала более широких взглядов.

— Ничего, мы бы быстро им научились.

— Не факт, не факт.

— Чему там было учиться, если сила просто берет и вливается в нас и тут же пытается повлиять?

— То есть мы все же марионетки? Возможно. Но мне приятнее думать, что мы были просто не готовы. Именно поэтому мы не нюхали космос тридцать лет назад, бились за Землю, свой дом, но не считали домом всю галактику или хотя бы ее треть.

— Хм.

— А что, теперь считаем?

— В эти годы многих из нас посещали мысли, что надо прекращать все войны вокруг, слишком много живых гибнет, непричастных к делам Хранителей.

— Но силы все равно не росли, пока мы не нашли Спартака.

— То есть он в своем безумии продолжал думать о Земле?

— Или всех живых в галактике?

— Зачем гадать, когда мы можем теперь вернуться на Землю и попробовать его вылечить?

— Мы, кстати, уже возвращались на Землю и это не помогло.

— Потому что надо было думать о всех живых вокруг?

— Потому что у Спартака может там свои мотивы и резоны уходить в прошлое, и мы не показали нужного?

Обмен образами и согласие, что да, это должно сработать или хотя бы вызвать отклик в Спартаке. В то же время, прошлые проблемы никуда не делись, и поэтому группа продолжала висеть на месте, не стремясь в один прыжок оказаться на Земле.

Основная проблема - чернота внутри, которую они так долго набирали, и которая так хорошо сработала против армад слуг Разрушителя. Хотелось сохранить ее, с соблюдением осторожности, чтобы не поддаться и не скатиться в эту самую тьму. Балансирование над пропастью, переход на ту сторону огромной пропасти, где внизу притаился Разрушитель, а успешный проход означал спасение жизни, Земли и всех остальных.

Но чтобы успешно перейти, им требовалась сила, вся сила, и ключ к ней продолжал висеть неподвижно, не подавая особых признаков жизни и активности. Да, что-то там шевельнулось в Спартаке при виде флота Хранителей, и силы группы скакнули, но дальше снова словно уперлись в барьер.

— Выдохнуть и потом надышать заново, а?

— Я бы сказала, что наоборот!

— По заветам Хранителей, да?

— Именно. Все же что-то они да знали, нашли за эти тысячи лет.

— А потом ритуально самоубились, чтобы мы им поверили, но если они продолжали считать нас слугами Разрушителя, то разве не пошли бы на все, чтобы показать ложный путь? И то, что мы считаем верным, наоборот, только быстрее нас погубит?

— А как же их миссия? Вера?

— Если они поняли, что все, сейчас умрут, то почему не могли потратить последние минуты на то, чтобы занозить нас сильнее? Погубить заклятых врагов, ведь жизнь им все равно было уже не спасти, ни свою, ни чужие?

— Так можно договориться до чего угодно.

— Да, что Хранители все же все это и устроили, лишь бы погубить нас. А через сотню лет прилетят их резервы от Полосатиков и снова начнут насаждать ростки своего сектантского спасения.

— Это мы можем и проверить.

— Не можем, Дюша же отказался вдыхать всю галактику.

— Тут должна быть шуточка, что она у него во рту не поместится.

— Или поместится, но разорвет.

— Смейтесь, смейтесь, вот дойдет до настоящего дела, вы еще пожалеете!

— Так что, мы впадаем в паранойю?

— Нет, конечно. Хранители в прошлом, а мы должны сделать то, что необходимо, сейчас. Плевать, чем они там руководствовались, они породили или не они, вот армады зла, вон там воняет их предводителем и никто, кроме нас, их не защитит. Мы сделали, что могли и правильно сделали, отыграли время, получили информацию, теперь надо только стать сильнее и победить, спасти.

— С таким же настроем мы в первой жизни летели на Сверхмозга.

— Если бы не Хранители, мы бы его разнесли в кучу слизи!

— Просто... вам не приходило в голову, что именно Хранители и подсказали Спартаку? Вложили эти невесть откуда взявшиеся знания о Мозгах, и он соорудил ту штуку, которая потом больше так и не заработала, помните? Разве не могло быть это делом рук Хранителей?

— Зачем?

— Чтобы изъять нас незаметно, такая вычурная схема вполне в их стиле.

— Нет.

— Почему?

— Потому что они совершили налет на форпост девяносто девять и открыто забрали Льва и часть тех, кто был близок к нам. Никого из них никуда тайно не выманивали, взяли в плен, заморозили для опытов, а форпост и остальных разгромили и убили. Даже не перестреляли, а устроили бойню, ведь противопоставить им никто ничего не мог. Что мешало им сделать точно так же, только когда мы находились бы там? Только не делайте эти устрашающие лица, мол, мы бы их порвали. Не порвали, и вы сами это знаете.

— То есть Спартак все же сам нашел Сверхмозг?

— А Хранители вмешались, так как увидели явную угрозу.

— Кстати, что об этом говорится в их архивах?

— Вот на этот счет там точно наврана огромная куча. Как и про первый контакт с Землей.

— Да, хотел бы я знать, что же там случилось.

— Если наши силы продолжат развиваться тем же темпом, узнаешь, нам станет подвластно не только пространство и материя, но и время, и прочие неосязаемые штуки.

— Не продолжат. Спартак же так и не пришел в себя.

— Тогда у нас нет выбора, нужно вернуться на Землю и либо сбросить перед этим тьму в себе, либо как-то научиться защищаться, экранировать себя, чтобы окружающие не сошли с ума.

— Запереть тьму тьмой?

— Светом?

— У нас нет только света, есть только тьма.

— Вот именно, и если мы всю ее сбросим, в звезду там, которую разорвет от такого счастья, или куда-то еще, неважно, то, что будет потом? Не окажется ли так, что мы опять сами себя ослабим?

— В архивах Хранителей явно противоположные методики.

— Вот именно, и никого сильнее нас прошлых, очень прошлых, они так и не вырастили, да?

— Не пытались подпитывать тьмой?

— При этом побуждая все равно спасать и защищать жизнь? Устраивать вечное противоборство жизни и смерти, как движущую силу возвышения?

— Это опасно, тут и правда легко можно вырастить слуг Разрушителя.

— Кто не рискует, тот не спасает галактики.

— Они не рисковали, так как погубили бы... легко могли бы погубить все Содружество, не получив результата.

— Что и вышло в реале, в конечном итоге.

— И сбрасывая тьму...

— Мы поступим как они, только не будем рисковать Землей.

— А надо ли нам ею рисковать?

Пауза и обмен образами.

— Это... как-то чересчур!

— Но ведь может же выйти?

— Может. А может и не выйти.

— Так про любое дело можно сказать.

— Спартак тридцать лет тянул нашу силу.

— Не тянул, а мы сами ее отдавали, он у нас аккумулятором работал.

— Пусть так. Что он, не поймет, что мы пытаемся втюхать фальшивку?

— Это и так будет фальшивка.

— Лишь в паре моментов не более. Но подделать всю Землю? Да он тут же нас раскусит!

— Вообще-то он и так рядом, и все слышит.

— А может и образы принимает.

— Только сидит и ничего не делает.

— Может, мы просто недостаточно его обзывали? Давайте называть его слепой рыбой и лысым червяком?

— Не думаю, что это сработает.

— Хоть Дюшу отведем, всю первую жизнь мечтал его пообзывать, чтобы он ничего не отвечал, лишь молча соглашался.

— Если наш план не сработает, будет еще много времени на все это. Так что, решено?

— Решено.

— Тогда давайте объединим наши разумы, хотя они и без того едины и подумаем, как нам так замкнуть тьму в себе, чтобы она не просачивалась наружу, и чтобы мы могли беспрепятственно ступить на Землю, не сведя человечество с ума?

Глава 10

Армада слуг Разрушителя ломилась сквозь пространство, устремляясь к Земле. Пространство вдруг вздыбилось и отказалось пускать их дальше, выбросило в обычный космос.

— Вы не оплатили таможенный сбор, - последовала дежурная шутка.

Армада развалилась и исчезла, поглощенная Буревестником. В следующее мгновение группа вернулась на Землю, прямо в кабинет Асылбека Имангалиева, бывшего адъютанта Льва, а ныне главнокомандующего Земли и главы Службы Безопасности.

— Засняли? - спросил Андрей Майтиев.

— Даже если нет, - добавил Виталь, - можем показать сами, вид от нас, или сбросить воспоминания на записывающий кристалл.

— Засняли, - ответил слегка бледный Асыл, - но показывать такое я не буду!

— Ну, хотя бы генералам?

— Кто угодно сойдет с ума от такого зрелища! Не знаю, как вы ходите и общаетесь спокойно после такого.

— Да, это потребовало тренировок.

— Долгих.

— Не менее часа.

— И даже сейчас тьма рвется наружу.

— Ваше слияние... разумов, пугает еще больше, - заметил Асыл. - Хоть я и не робкого десятка.

— Да мы знаем.

— Мы же служили вместе!

— Ты всегда был сильнее нас всех!

— Не надо, - попросил Асыл, хватаясь за воротник. - Я уже немолод и уж не думал, что на старости лет увижу такое.

— Кто другой уже напрудил бы в штаны, - согласился за всех Майтиев, как командир группы. - Но ты же видел?

— Видел и скажу, что Земля не устоит. Даже если мы соберем все отряды наемников, стянем их в кулак возле Земли, они не устоят. Никто не устоит.

— Почему тогда раньше ничего не делалось?

— Делалось, но мы не представляли масштаба проблемы.

— А как же спасенные в пограничных системах?

— Они несли какую-то околесицу... правдивую, как я теперь вижу, но кто бы им тогда поверил? А вы в свой первый визит промолчали! - укорил их Асыл.

— Мы думали, что ты все понял!

— Нет, я что вам, всесильный и всеведущий? Даже Лев им не был!

— Зато у нас есть шансы ими стать.

— Серьезно?

— Предельно, - печально усмехнулся Дрон.

Остальная группа молчала, обменивалась образами, помогала держаться и крепить защиты против тьмы внутри. Защиты трещали и скрипели, гнулись, так и норовили развалиться и ясно было, что нужно спешить. В то же время, прибыв на Землю, группа ощутила приближение второй волны армад слуг Разрушителя и нанесла новый контрудар.

Бессмысленный по большому счету, так как уже готовился третий.

— Так что мы сейчас отбудем, туда, где находился форпост, и если выйдет, то устремимся навстречу врагу.

— А если не выйдет?

— То все равно устремимся навстречу врагу. Авось Спартак оживет в битве или еще что.

— Это ваш план?

— Есть другие предложения?

Асыл посмотрел на экран, куда транслировалось уничтожение армад слуг Разрушителя и лишь вздохнул, покачал головой.

— Мне следовало все понять, еще когда Катя внезапно умерла.

— Это была ошибка, за которую меня непрерывно терзают сожаления, - тут же вскинулась Алина.

— Ошибка, но вполне естественная, желание защитить всех, спасти своих, это я прекрасно понимаю. Вы ринетесь навстречу врагам, дабы опять спасти Землю, это понятно.

Группа молчала, обмениваясь образами. Все сходились в том, что Земле нужна защита, но никто не рвался в охотку на битву с неизвестным всесильным врагом. Если бы можно было как-то скрутить его в бараний рог на расстоянии, группа именно так и поступила бы.

Если.

План не давал никаких гарантий, битва не давала никаких гарантий, даже Хранители с их ложно-правдивым архивом тут оказались бессильны, так как представляли Разрушителя лишь в общих чертах. Битва с неизвестностью, цена которой - жизнь повсюду, включая Землю. Еще никогда силы Буревестника не были так мощны, но и ставки никогда не задирало так высоко, как сейчас. Даже когда они бежали с Земли по приказу Льва, Земля жила, никто не собирался ее поглощать и раскалывать на части, подумаешь, немного выращивали тварей, да молодежь вербовали в отряды, можно пережить.

— Но что, если вы потерпите поражение, такое ведь уже бывало?

— Значит, будет все как в первой жизни, - ответил Дрон прямо. - Мы потерпим поражение, на вас совершат налет и перебьют. Только вместо форпоста будет теперь вся Земля, все человечество, вся жизнь в галактике, включая тех, кто враждовал с Содружеством.

— Не иначе как Хранители постарались, со своими дипломатическими и стратегическими талантами.

Обмен образами, возражения, обсуждение, указания на тот факт, что Хранители могли неосознанно понимать проблему. Чтобы Содружество не стагнировало окончательно и хоть как-то шло вперед, им создали врагов. Не так, как следовало бы, для выращивания защитников, но создали и Содружество держалось вместе, отбивалось, отгоняло вражеские флоты.

В первые годы после падения Содружества, эту функцию пришлось взять на себя Буревестнику, потом соседи выучили новый урок и больше не лезли. Но своих Хранителей у них не было и оставалось только гадать, сколько живых сожрали там.

Гадать и печалиться.

— То есть мы не можем ничего сделать? - мрачно спросил Асыл.

— Вы можете бороться, но представь, что на форпост хлынули бы элитные орды Сверхмозга.

— Понятно, сражаться до последнего, без надежды на будущее, просто сражаться.

— Просто сражаться, - эхом откликнулся Дрон. - И мы тоже будем биться до последнего.

Асыл не ответил, погруженный в тяжелые думы, и группа покинула его кабинет, свернула пространство, не разрушая Землю вокруг, и они оказались на вершине холма. Все так же высились горы, равнодушные к войнам живых и плескалось озеро, вроде бы немного обмелевшее за прошедшие десятилетия. Следы форпоста девяносто девять исчезли, словно и не было, и только внимательно вглядевшись под ноги или проведя раскопки, можно было обнаружить какие-то исчезающие остатки фундамента.

— Не будем тянуть, - сказал Дрон. - Алина, спусти Спартака к озеру.

— И помой ему там руки перед едой, - хохотнул Дюша.

— Да ладно, можно подумать, ты никогда так не делал!

— Тогда озеро было чистое.

— Подумаешь, подводные твари иногда плавали.

— Да вообще, в горах все стерильно!

— Особенно в наших! Ведь это наши горы, да?

— Да.

Алина уже спускалась к озеру, попутно пытаясь лечить Спартака, который проявлял какие-то реакции. Гораздо живее чем там, в космосе, при виде Хранителей. Намного живее, чем на Острове и группа взялась за дело. Вдыхание космоса и переработка его были лишь первым этапом, неуверенными шажками младенца, но дальше пришло понимание, что это лишь внешнее проявления.

Пространство и материя, и группа сейчас работала именно с ними, активно обращаясь к своим воспоминаниям. Способность обмениваться образами и разделять воспоминания, мысли, очень помогала и стены форпоста девяносто девять росли прямо на глазах. Внутри возносились здания, купол центра связи, медицинский пункт, общие казармы, ангары для машин.

Все как тогда, когда приехал Лев и группа впервые собралась вместе.

— А теперь самое сложное.

— Или простое.

— Жизнь всегда сложнее неорганической материи.

— Да не в смысле молекул, к чему это внезапное занудство посреди гор?

— К тому, что мы уже не простые бойцы. Вы ощущаете это?

— Мы перестали быть простыми бойцами еще в первой жизни!

— Да нет же, я о другом! Тьфу ты! Уже вроде достигли наиполнейшего понимания, только телами не склеились в многорукую Шиву, а все равно непонимание!

— Так это мы, любя, чтобы озеро из берегов не вышло, переполненное пафосом.

— Будут Алина и Спартак мокрые и пафосные.

— Да не в этом дело! Неужели вы не ощущаете?

— Наверное, потому что Алины нет.

Разделенный образ и понимание, ощущение, восприятие случившегося на этом холме сотни лет назад. Смерть во имя жизни, сильнейший выброс псионической энергии, впечатавшийся глубоко в землю, скалы, все вокруг.

— Странно, что Катя этого не ощущала.

— А может и ощущала, только подсознательно, вот и сидела здесь, вместо Рима.

— Может, лучше бы она там сидела?

— Тогда погибла бы еще раньше.

— Мирно, между Волнами, а не от безумия Спартака.

— Но тогда она не узрела бы свободной Земли!

— Можно подумать, мы ее сильно узрели.

— А сейчас что вокруг?

— Земля с кучей проблем, орды галактических тварей хотят ее сожрать? Радости полные штаны.

— Смотря чьи.

— Наши, конечно. Ведь никто кроме нас!

— Ладно, собрались и взялись за самое главное.

Творение жизни, которая сложнее мертвой материи и смерти. Дюша, впрочем, продолжал настаивать на своей особой точке зрения, что творить живое им должно быть легче легкого, ведь они защитники! Не творцы жизни, но защитники и оберегатели, а там буквально один шаг до созидания, как обратной стороны разрушения, ведь в группе полно тьмы?

Полно, аж выплескивается, того и гляди озеро из берегов выйдет.

— Думаю, вокруг так безлюдно, что капелька тьмы убьет лишь озеро, и без того давно мертвое.

— А также деревья.

— Мох.

— И насекомых.

— И все веселье.

Форпост оживал, словно подтверждая правоту Дюши. Все, как помнила группа, старые друзья, приятели и соратники. Капитан Мади и брат Кати - Влад, но все это было лишь разминкой перед творением самого главного действующего лица.

— Здесь мы можем промахнуться.

— Спартак наверняка видел ее иначе.

— Имеет ли это значение?

— В масштабах галактики?

— В них тоже, если мы не справимся, то всё.

— Кто сказал, что мы обязательно должны справиться?

— Мы сами себе сказали, разве нет? Отступать-то некуда, или справились, или...

— Бежали прочь, в другую галактику.

— И сдохли бесславно по дороге, когда наши силы иссякнут. Разве вы не ощущаете этого?

— Что? Еще один псионик умер где-то поблизости?

— Да нет же!

— Командир, ты такой загадочный стал, что от пафоса аж горы вокруг трескаются.

— Зато вам все шуточки и хаханьки, подколочки да зубоскальство под видом борьбы со своими страхами и для демонстрации превосходства.

— Ну так, заранее чрезмерно напрягаться, еще даже не взявшись за проблему, живот заболит.

— И настроение пропадет.

— Может, предложим Разрушителю помириться? Вдруг он тоже побаивается?

— Хватит, давайте уже, сотворим женщину, чтобы она исцелила мужчину.

— Почти библейские мотивы.

— Мы в роли богов?

— А Спартак в роли змея?

— В роли мужчины!

— Кто тогда змей?

— Его нет, это современное переосмысление.

Группа творила и Лиза, такая же, какой они ее помнили, вышла из центра связи, помахала рукой. Алина как раз вводила Спартака в ворота форпоста, и все вокруг замерло в этот момент.

— Подводи его ближе.

— Думаешь?

— Знаешь.

— Все-то ты знаешь, везде побывал.

— Кроме задницы Разрушителя.

— У нас уже куплен туда срочный горящий тур.

Алина медленно вела Спартака к Лизе, которая сделала несколько шагов навстречу.

— Что случилось? Его ранили? Почему он такой? Надо позвать Катю!

Катю они тоже создали, но пока что не выводили наружу, надеясь обойти минимумом.

— Он ранен не физически, пострадали его разум и душа, - сказала Алина.

Быстрый обмен образами, возгласы, возражения и группа потянулась, слегка подкрутила настройки этой Лизы, ощущая при этом какое-то странное чувство легкого стыда за свои действия.

— Бедненький, - прошептала Лиза, распахивая объятия и прижимая Спартака к себе.

Тот дернулся, проявив моментально в разы больше активности, чем ранее. Группа переглядывалась и обменивалась образами, все еще ощущая легкий стыд.

— Мы же помним, что она предала?

— В ней был паразит.

— Поэтому мы стыдимся ее образа?

— Или обмана Спартака?

— Вот уж чего мы никогда не стыдились, да и он тоже.

— Только это было на уровне дружеских подколок, а не такого.

— Если Спартак придет в себя, то он нас поймет.

— А если не придет, то ничего и не скажет.

— Нам самим не помешало бы создать движение.

— Разговоры.

— Выпускайте Льва!

— И Асыла, Асыла надо было настоящего!

— Всех наших, кто остался - собрать.

— Рискуя, что они попадут под выброс тьмы из нас? Капля тьмы может убить не просто лошадь, а целый табун тварей и людей.

— Риск - часть нашей жизни, всегда им был, и разве они отказались бы помочь, отказались бы собраться вместе, возможно в последний раз?

— Именно поэтому мы их и не попросили о таком.

— Зато мы можем сами их увидеть, прямо отсюда, не сходя с места.

— Можем, но...

— Думаешь, это подорвет боевой дух?

— Думаю, что мы опять ощутим себя старыми и выпавшими из жизни, той жизни, которую нам надо вроде бы защищать, но по факту не стареем только мы. Остальные стареют и готовятся умереть, а кто-то уже погиб, включая Льва и Катю.

— Не думаю, что эта ностальгия и светлая печаль подорвут наш боевой дух.

— Но и могучего прилива ярости тоже не вызовут.

Движение и Спартак вдруг вскочил на ноги. Вместо того, чтобы впиться в Лизу, которая проявляла к нему благосклонность и затащить ее в центр связи на сеанс секса, вправляющего мозги (как-то так терапия представлялась группе), он оттолкнул ее и воскликнул.

— Кто ты?!

— Я - Лиза, разве ты забыл меня?

— Не может быть! Я любил ее! Ты не она!

— Ты любил меня!

— И убил!

Спартак вскинул руку, и Лиза отшатнулась, упала, пробитая насквозь, как тогда, в конце первой жизни.

— Тоже способ терапии, не хуже других, - меланхолично резюмировал Дюша.

Глава 11

— Ты смотри, как ловко раскусил подделку.

— И проткнул.

— Но не так, как мы рассчитывали.

— Любой результат считается, раз он пришел в себя и заговорил.

— Но еще не до конца раскрылся.

— Погоди, сейчас как раскроется, как вывалит на нас все, что мы в него пихали.

— Включая тьму.

— Ставим барьер!

— Он же был там, когда мы все это тренировали.

— Но явно грезил о чем-то своем.

— О мире во всем мире и семье, спокойной жизни?

— Кто из нас о таком не грезил?

— Лев?

— Думаю, даже Лев о таком грезил.

Наступила тишина и все уставились на Спартака, который присел рядом с телом Лизы, ткнул в него пальцем. Тело рассыпалось искорками, а Спартак вздохнул и поднялся.

— Я так и знал, что все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Но ты продолжал наслаждаться внушенными самому себе иллюзиями?

— Я...

Спартак замолчал, посмотрел на свои руки, потом на группу, затем оглянулся и от взгляда его форпост девяносто девять осыпался искрами и таял.

— Я свел себя с ума, - сказал он.

— Это мы уже поняли, - отозвался Дюша. - Чтобы Хранители не добрались до твоего разума?

Спартак не ответил, снова разглядывая свои руки. Барьеры вокруг него спадали, связь с группой крепла, но никто не спешил врываться с образами или запрашивать у него информацию.

— Не помню, - ответил Спартак.

— А что ты помнишь?

— Я.. жил. Любил. Творил. Умирал и возрождался. Растил семью и вел армии в бой, строил здания и спускался на дно морей, - Спартак говорил так, словно сам не верил, что с ним это случилось.

— Понятно, куда делась вся энергия, - хмыкнул Влад. - На симуляцию десятков жизней!

— Как он еще не умер?

— Умер, - ответил Спартак, - десятки раз. Не уверен, что и вы настоящие.

— Начало-о-о-о-ось, - протянула Алина. - Давайте начистим ему лысину?

— Если он замкнул себе разум ключом в виде Лизы, - задумчиво изрек Дюша, глядя на Спартака, схватившегося за голову и упавшего оземь, - то он поступил глупо.

— Думаешь, Хранители вспомнили бы там детали операций двести лет назад?

— Архивы, поиск, моментальный доступ, даже Прежние это умели, чего уж говорить о Хранителях. Если они считали нас врагами номер один, то не могли не знать о той истории с Лизой.

— Которую забрал Сверхмозг.

— Вот именно. Сверхмозг. Что ему с обычной человечки? Нет, на него явно воздействовали Хранители... вот только смысл этой операции от меня все равно ускользает, в свете налета на форпост.

— Возможно, они скрутили нас и поняли, что нужна еще поддержка?

— Возможно, сейчас мы уже не узнаем правды, даже со всеми архивами Хранителей.

— Эх вы, - укорила их Алина. - Он замкнул себя на сильнейшей эмоции, какую только смог вызвать.

— Возможно, Хранители подсовывали ему Лизу, но забыли добавить форпост?

— Возможно. Я бы и сам не отказался от такого подсовывания.

— Фу.

— Что фу? Мы стали так близки, что это похоже на инцест? А одна Алина на шестерых нас вас не смущает? Не говоря уже о том, что это единение глубже и прочнее любого секса?

— Ну все, начало-о-о-ось, - снова протянула Алина. - Вторая серия, Дюша - философ.

— Давайте сразу перейдем к пятой и завершим просмотр.

— А что у нас в пятой?

— Спартак осознает реальность, приходит в себя и уже не сидит куском слепого мяса.

— Алина вернула ему глаза.

— Я сам удалил их себе, - вдруг сказал Спартак, который похоже выиграл борьбу с самим собой.

Во всяком случае, он поднимался с земли и смотрел уже вполне осмысленно.

— Удалил?

— Значит, он первым шагнул за грань управления собой, и тут же потратил силу на то, чтобы искалечить себя.

Спартак лишь усмехнулся криво, даже не стал швыряться образами того, через что ему пришлось пройти.

— Я удалил глаза, сразу отрезав большую часть соблазнов и воздействий со стороны Хранителей. Да, теперь я вспомнил, обычных барьеров разума не хватило бы, это сразу стало ясно. Я зациклил разум и загрузил его, создал за счет этого барьер, через который они так и не смогли пробиться. Разум отключился от тела, остались лишь какие-то простейшие функции, и я наконец-то обрел покой.

— А мы тебя вырвали из него.

— А вы меня вырвали и осознавать случившееся... это пытка похлеще тех, что устраивали Хранители.

Спартак все смотрел на свои руки, словно не мог поверить в их реальность. Из него не хлестало тьмой и безумием, но в то же время ощущалось, что они никуда не делись. То ли не поверил до конца, то ли подыгрывал ситуации, а может подобное происходило с ним уже не раз.

— Ты осознаешь реальность или считаешь все происходящее новым витком видений?

— Осознаю, - губы Спартака изогнулись в новой кривой усмешке. - Ни разу в десятках жизней у меня не было сомнений, что все вокруг настоящее и я не помнил прошлых жизней. Но в каждой из них была она.

Спартак оглянулся, но поддельная Лиза, рассыпавшаяся искрами, уже исчезла.

— И теперь у меня другая проблема, - он снова схватился за голову.

— Боли в голове, знакомо, нужно бегать по утрам и пить таблетки.

— Его мозг истощен?

— Тридцать лет работать за пределами возможностей?

— Выходит, ему тридцать лет непрерывно снились сны, где время субъективно шло быстрее?

— Но он не забыл нас.

— Не уверен, вы только посмотрите на него.

Спартак приоткрывался все сильнее и группе уже не требовалось швыряться в него образами и получать мысли в ответ, чтобы ощутить всю суть проблемы. Слишком много жизней, слишком достоверно, слишком... просто все слишком. На фоне обилия такой информации разум Спартака терялся в версиях, какая из историй Буревестника была настоящей.

— Ты же вспомнил, что убил ее!

— Да, это была подстраховка, на случай если меня разбудят с ее помощью, и все же.

Спартак сел на землю, снова охватывая голову руками, будто пытался не дать воспоминаниям разбежаться.

— Так и знал, что будет подвох.

— Да, мы слишком легко и быстро вернули ему разум.

— У нас не было времени тридцать лет звать его обратно.

— Вот так всегда, ни сна, ни отдыха, - проворчал Спартак.

— Ты тридцать лет отдыхал!

— О да, это было прекрасно.

Что-то такое звучало в его голосе, помимо мечтательных ноток, и группа переглянулась, собралась. Бой за разум Спартака, похоже, продолжался, так как он норовил соскользнуть обратно в привычную теплоту безумия. Там была жизнь, отсутствие проблем, Лиза, и кто знает, что еще.

— Вот теперь сбудется наша мечта - мы поводим хороводы вокруг Спартака!

— Вначале налево, потом направо!

— Не забывайте, что в нем запасы нашей силы.

— Он же не будет сопротивляться?

— Кто знает, кто знает, на что он готов ради Лизы. Сверхмозгу вон не поздоровилось.

Перебрасываясь шуточками, группа окружила Спартака, бомбардируя его образами. Тот пока не слишком сопротивлялся, но все эти образы опять тонули в бездне. Только теперь не безумия, а других образов, воспоминаний десятков жизней.

— Мысленно он теперь старше Льва?

— Возраст дело наживное, даже для мозгов.

— А я бы хотел вот так.

— Не поддавайтесь искушению!

О да, группа ощущала его, это самое искушение. Не просто зов в прошлое, а манящее предложение, воплощенное в Спартаке, у которого уже получилось. Закрыться и отключиться от внешнего мира, не ведать проблем, и переживать десятки жизней. Мирных, долгих, полных счастья и любимых людей, родственников, покоя и мира на Земле, всего того, что группа была лишена всю свою жизнь.

Всего того, что они хотели бы получить, но не умели так жить, на что наглядно показывал пример Дмитрича и Виталя, попытавшихся и не сумевших. Научиться жить мирно и наслаждаться покоем, не в первой жизни, так в пятой, о, этот зов манил их сильнее любых псиоников, сирен Прежних, кого угодно.

— Земля в опасности! - вскричал Дрон, вскидывая могучую руку.

Тот факт, что их жизнь в таком мирном забытье не продлилась бы долго (ведь пришел бы Разрушитель), практически не помогал. Картины тихой, мирной жизни, процветающей Земли, счастливых, смеющихся и беззаботных детей, они звали, затягивали с головой.

Земля всегда была в опасности, а здесь вдруг группа увидела шанс осуществить тайную мечту.

— Очнитесь!

— Очнитесь! - вдруг поддержал его Дюша.

Картины тяжелейших боев и линии обороны на побережье Северной Африки и по Атласным горам. Без какой-либо надежды, веры, устремлений в будущее и мыслей о мирной жизни. Сражения, сражения, сражения, потому что некому было больше держать оборону.

Образы форпоста и сражений с тварями, даже когда Вторая Волна закончилась, потому что кто-то должен был держать оборону. Потому что никто из них не видел себя в мирной жизни и все они хотели сражаться и убивать тварей.

Сражаться и убивать, забыв о себе, лишь бы жила Земля.

Сражения, смерти, твари, кровь, погони, сидение в окопах, болезни и голод, нужда, нехватка всего и хриплый рев отчаяния, сражения врукопашную, и над всем этим довлел один и тот же образ. Словно огромный лысый Лев нависал над Землей и протягивал ее в руке группе, сверля Буревестник пылающим взглядом.

Долг. Готовность поставить Землю выше всего личного.

— Никто, кроме нас, - прохрипел Дюша, которому тоже приходилось нелегко.

Семья и мирная жизнь, возможность продлить себя в потомках, кого из них не манило это? Но они забывали о себе, ради Земли, и теперь Андреи напоминали остальным об этом самом долге. Дороге, которую они избрали добровольно и с которой не сворачивали никогда, несмотря на соблазны и возможности.

— Мы победим и настанет мирная жизнь, - прошептала Алина, не веря самой себе.

Никто из них не верил в это, хотя когда-то Буревестник и питал надежды, больше тридцати лет назад. Новый ряд образов, напоминания о сражениях и о том, как они дрались без веры и надежды, без мыслей о том, что выживут и освободят всю Землю. Просто с мыслью, что одна убитая тварь сейчас чуть облегчит задачу тем, кто встанет взамен павших.

Напоминание о том, как сам Лев сражался в безнадежных условиях и передал им эстафету.

— Вечно Дюша все испортит.

— Это все равно были бы лишь видения.

— Неотличимые от настоящих!

— Вот она, несуществующая ловушка Хранителей, - хрипло захохотал Влад.

— Это было сильно.

— Почему было? До сих пор есть!

— Как с тьмой, в первые разы было трудно, а затем мы уже просто привыкли, что она шепчет нам в ухо.

— И тьма не соблазнила нас, так как мы помнили о долге.

— Нет, просто мы и так умели убивать, - выдохнул Дюша, проводя рукой по лицу. - А вот мирно жить мы никогда не умели, хотя и мечтали.

— А Спартак значит потрудился за всех, - вдруг хмыкнула Алина.

— Что поделать, - отозвался тот, - кто-то же должен был? Мне поделиться с вами моей яростью от разрушения мечт?

— А они разрушены?

— Может, он нас опять дурит, чтобы потом шмыг и скрыться в глубинах разума?

— Так сотворим ему еще одну Лизу!

— В этот раз может и не сработать.

— Тогда орущего Льва, это всегда работает.

Спартак демонстративно вздрогнул, остальные рассмеялись. Желание уйти внутрь себя и пройти десятки жизней мечты никуда не делось, но оно отшатнулось, отступило под натиском воспоминаний о долге и обязательствах. Пусть группа уверяла, что все долги уже отданы, даже объявляла себя распущенной и ликвидированной, реальность продемонстрировала - все наоборот.

Образы и воспоминания о форпосте и первой жизни, второй, с уничтожением Сверхмозга и до бегства с Земли и третьей, когда они готовились двадцать лет и все равно оказались до конца не готовы. Все это промелькнуло быстро, словно группа разогревалась перед основным ударом, четвертой жизнью, те последние тридцать лет, что Спартак провел у себя в голове.

Вихрь образов и воспоминаний обрушился на него и Спартак опять схватился за голову.

— Вы значит, меня уже и не искали практически, - заметил он тихо.

Образ сожаления, что нашли и что нахождение вызвало лавину, окончательно разрушившую подобие хрупкого равновесия вокруг. Оно все равно бы рухнуло, конечно, но, когда это мешало людям жалеть о чем-то из прошлого? Словно не случись то событие и не было бы вообще ничего.

— А ты бы нас искал тридцать лет спустя?

— Не уверен, - честно ответил Спартак. - Но мне жаль, что я вас так подвел и не подал весточку, что жив.

— Да, эти силы и связь внутри группы очень пригодились бы нам лет двадцать назад.

— Тогда и конец галактики наступил бы быстрее, на двадцать лет?

— Земля тогда еще не встала толком на ноги.

— Но уже делала первые шажки.

— И кто сказал, что конец галактики уже наступил? Мы еще не сдались и не забыли о долге.

Понимающая тишина была ответом на это заявление командира группы.

Глава 12

Тишина не длилась долго, хотя время у группы еще было. Не слишком много, новые армады слуг Разрушителя уже сгущались и готовились рваться в бой, но в то же время, Буревестник мог бы совершить к ним еще несколько прыжков и развеять по вакууму.

Спартак пришел в себя, преодолел искушения, как и все они, и отодвинул их на задний план. Может, он и потерял форму за эти тридцать лет, но теперь группе предстояло сражаться не врукопашную и не с помощью метких выстрелов из оружия.

— Признайте, мы просто боимся неизвестности, - заявил Спартак. - О да, эти пылающие взгляды, мол, уж кто бы говорил, так поэтому и утверждаю со знанием дела.

Новая волна призыва спрятаться, скрыться, уйти в мечту и ответное сравнение со страусами, только засовывающими головы в задницы.

— Фу.

— Мы, кстати, сейчас можем и такое.

— Кстати?

— Некстати, но все равно можем.

— И зачем нам это?

— Неважно, главное, что можем.

— Да уж проще совать головы в задницы, хвастаясь новыми способностями, чем думать, как победить непобедимого врага?

— И друзей в этот раз не повезешь, вроде всех армий человечества, как со Сверхмозгом.

— Мы были слабы, нам требовались костыли. Теперь мы сильны.

— Спартак с нами, это да, но этого недостаточно.

— Можно ли считать Спартака костылем?

— Это вы - костыли! - тут же последовал веселый ответ Спартака. - Подпирали меня все эти годы!

— А ты вытягивал из нас силу, так что теперь давай, делись обратно.

— Может и поделюсь, - весело ответил тот. - А может вы костыли и не хотите смотреть в будущее?

— С тебя пример берем!

Никто не хотел смотреть в будущее, полное тьмы и разрушений. Ясно было, что выбора особого нет, нужно идти и сражаться с Разрушителем. Или его слугами, пока тот не явился. Но как сражаться, где, чем, что еще могли эти новые силы, все оставалось полной загадкой. Импровизация хорошо работала, когда враг все был хоть немного знаком, но не в таких условиях полной неизвестности.

— Ну, вы уже отказались брать с меня пример в забвении, так что не берите пример и в этом, - высказался Спартак неожиданно серьезно. - Что нас волнует?

— Все то же самое, промашка и все вокруг умрут.

— Но это не волновало нас, когда мы готовились нырнуть в грезы?

— В том варианте мы думали о себе, но командир протрубил в свой рог и воззвал к нашему долгу, совести, защите других и поэтому мы думаем о других.

— Ясно, что у нас будет только одна попытка.

— Не факт, если мы напинаем Разрушителю, и он уберется, раненый, или мы сумеем отступить, восстановимся и вернемся, то это будет две попытки.

— Или даже три.

— А может так и сделаем? Измотаем его набегами и налетами?

— Вот это как раз не выйдет.

Пауза и обмен образами. Мир, космос вокруг порождал слуг Разрушителя и делал это все быстрее и мощнее, словно сам ускорялся куда-то. Партизанские налеты на них не дали бы ничего, так как просто зародились бы новые и затем, в какой-то момент, группа просто перестала бы справляться, даже со всеми новыми силами.

— Партизанские набеги на Разрушителя?

— А такое вообще возможно?

— Или он разом снюхает всю галактику?

— Вот я и говорю - одна попытка. Причем, как с тварями.

— Да это и есть галактические твари.

— Почему это как с тварями?

— Потому что бесполезно было выжигать их орды и тыкать штыками в гвардейцев, как показала практика. Только удар по Мозгам - армадам слуг в нашем случае - слегка сбивал их натиск, ведь войны на истощение человечество так и не выиграло ни разу. Зато удар по Сверхмозгу - то есть Разрушителю - сразу переломил ситуацию, хотя человечество тогда стояло на пороге поражения и гибели. Вот и говорю, как с тварями.

— Что мы можем ему противопоставить?

— Свой опыт?

— Мало. Мы же не знаем, что там будет.

— О чем и речь, импровизации нас не могут не спасти, а к чему готовиться, мы не знаем.

— Почему же, мы знаем, что наш противник всесилен, не так ли?

— Стало быть, нам тоже надо стать всесильными!

— Щас, щелкну пальцами... нет, мы же не в мечтах Спартака!

— Даже в моих мечтах, вы не стали бы всесильны по щелчку пальцев, - съязвил Спартак.

— Почему?

— Потому что это мои мечты, а не ваши.

Снова пауза и совместные попытки охватить неизвестное и понять необъятное.

— Вот она - ошибка, - заметил Дюша. - Мы все время апеллируем к архиву Хранителей.

— Они не справились, и мы не справимся?

— Они хоть что-то предлагают.

— Да, и мы цепляемся за их архив, а это ошибка. Они неправильно готовили защитников, они неправильно оценивали Хранителя, они... много чего делали неправильно. Даже оружие против слуг Разрушителя они разработали на основе опытов над Спартаком, а не потому, что верили правильно и знали, что делать.

— Откуда бы они это узнали?

— Как-то же они верили? Может, светящиеся шары им сообщили бы? Пока они стояли на страже, все вокруг спали спокойно.

— Одним Хранителям не спалось, и они все хотели сделать лучше.

— И сделали. Нас, в смысле.

— Нет, мы же сами себя сделали, как раз противостоя Хранителям.

— Что еще раз указывает - обращаться к их архиву - ошибка. Вполне понятная, раз мы бежим и страшимся неизвестности, но ошибка.

— Предлагаешь просто напасть на удачу.

— Думаю, Дюша говорит, что у нас выбор из двух вариантов. Стать как Спартак, только без безумия и грез об идеальной жизни.

— Могу рассказать вам рецепт, но моего великолепия вам не добиться, - добавил Спартак.

— За самодовольством мы точно не угонимся.

— Да и лысины так блестеть не будут.

— Раз на основе Спартака создали то оружие, то мы, уподобившись ему, станем сильнее во сто крат, и одним своим видом будем вызывать изжогу, тошноту и аннигиляцию слуг Разрушителя. Применяя принцип подобия, слуги Разрушителя подобны Разрушителю, мы и его сможем атаковать.

— Мы подобны людям, но ими уже не являемся.

— Понятно, что там будет какой-то качественный скачок, способности, мощь, но!

— Обожаю, когда Дюша держит паузу и закуривает.

— Создавая сигареты из пространства вокруг.

— Не повлияет ли это на Землю?

— Да не должно, он же не затягивается, так, вид делает на неблагодарную публику.

— А вы и правда неблагодарная публика, - хмыкнул Дюша.

— И он уже забыл, что хотел сказать.

Дюша и правда молчал, словно забыл, о чем начал говорить.

— Или делает вид, что дает нам догадаться.

— Но, несмотря на качественный скачок, Разрушитель не выдержит нашей мощи?

— В каком-то смысле. Зов жизни, излучение жизни или добра, если мы противопоставляем его излучению зла. Это путь Хранителей и светящихся шаров, скажем прямо. Сами Хранители не добились там особых успехов на этом пути, так как забывали посолить и поперчить свои блюда, так что пришлось нам самим заняться этим вопросом.

— Дюша опять покурил не того.

— Не то пространство свернул в сигарету.

— Может, останки первого псионика Земли прихватил?

— Не притворяйтесь, что не поняли моих образов!

— Они слишком образные.

— Но все понятно, просто слишком уж мысль виляет.

— Так мы вроде между собой общаемся, на сотню километров вокруг ни души, ни твари.

— Да, запустенье в местах нашей былой славы.

— Куда только Асыл смотрит?

— На Остров и в Рим? Или вы забыли, что мы сами решили уйти в тень и даже выставить себя преступниками? А Льву памятники до небес.

— И никто не обратил внимания на несоответствие.

— Думаю, кто обратил, не стал поднимать шум.

— Хоть какая-то польза.

— Освобождение Земли и разнесение нас с родной планетой, это не считается? Ведь мы же специально добивались такого эффекта, во имя того самого долга, которым командир не дал нам занырнуть в сладкие грезы, помните?

— Помним. Только я собрался прожить первую жизнь без тварей, как бац! Долг на шее и напоминание, что мы выставили себя преступниками, ради Земли, чтобы ее не связывали с нами.

— Надо ли говорить, что у нас получилось?

— Надо, тем, кто жалеет об отсутствии памятников.

— Может, после этого спасения и построят, если Асыл не забудет.

— Да, дедушка уже старенький.

— Опять шуточки не по делу.

— Это чтобы сбить накал пафоса и сияния той картинки, где мы все в белом, а Разрушитель разрушен.

— А не должен он быть в коричневом?

— Это уже у кого какие предпочтения. Так вот, сияние жизни и света, не буду перечислять весь этот кислый хранительский пафос, смысл примерно понятен. Все было бы неплохо, но мы уже убедились, что путь Хранителей не работает или не дает полноценных результатов. В него надо вносить перчинку, добавлять разрушений, тьмы, строить сочетание жизни и смерти, рискуя всем, включая Землю.

— Смотри, как разошелся.

— Он просто нас за новобранцев принимает.

— Сейчас еще построит и заставит марш-бросок на десять парсек бежать.

— Ничего, сбегаем, бешеному Буревестнику и дюжина парсек не круг.

— Смейтесь - смейтесь, - добродушно отозвался Дюша. - Вы же не слышали еще второй части!

— Да чего ее слышать и так все ясно.

— Да?

— Конечно. Если там мы были все в белом, то тут будем в разрушительском.

— Когда уже коричневый будет?

— После победы над Разрушителем.

— Кстати, а как мы его побеждать будем в таком случае?

— Станем еще больше Разрушителями, чем он сам и наш враг завизжит, подожмет свой разрушительский хвост и убежит, плача от отчаяния.

— Если мы превзойдем Разрушителя в разрушениях, то займем его место?

— Или сможем удержаться на грани и за ней, как удержался Спартак, как выстояли мы сами.

— Думаю, наш путь - посредине, тут свет, там тьма, как паровой котел, сочетание двух несовместимых вещей и в результате огромный шаг для всех живых.

— Огромный пар.

— Со свистком.

— Куда и уйдет вся наша сила, если мы займемся экспериментами.

— Главное, богатый какой выбор у нас, а?

— Как всегда. Или недоделанные методики света, от Хранителей, или куча тьмы с риском убить всю Землю.

— Или их смесь.

— Но как?

— Также, как сейчас? Мы же надышались этой тьмой и ничего, живы и здоровы.

— Только свели с ума кучу живых.

— И долго не могли вернуться на Землю.

— Такие мелочи, право слово, стыдно упоминать.

— Сейчас Спартак скажет, что мы за шуточками прячем свой страх.

— Скажу, - вздохнул тот, - мне и самому страшно.

— Слушайте, кажется Спартак заболел.

— Тебе бы прервали тридцатилетний сон!

— Думаю, выбор тут понятен. Хранители всегда выбирали безопасный путь, старались сохранить статус-кво, радели за защиты и потом оказались не готовы к рискам, когда дело дошло до дела, уж простите мне эту тавтологию.

— Не простим.

— Особенно на фоне рассуждений о страхах.

— Разве нас когда-то пугали страхи?

— Всегда пугали.

— Но мы продолжали действовать и сейчас тоже надо действовать.

— Без страха, надежды, веры, взглядов в будущее, просто биться, да?

— Да. Снести их господина, затем убрать всех тварей.

— Или наоборот.

— Так новые же зародятся!

— Причем еще быстрее, чем старые.

— Так и мы не черепахи с оторванными лапами, не так ли? Нам нет преград на море и на суше, а теперь и в космосе тоже. Сметем их и тут же метнемся к этой прорехе мироздания, начнем ее латать. Дальше Разрушитель либо явится и начнется драка, либо не явится, и мы обойдемся малой кровью.

— Но мы не решим проблему.

— Да, мы отложим ее, но дальше сможем действовать со знанием дела. Да что там, мы можем создать своих Хранителей, правильных!

— Может и эти были правильными, в начале своего пути, а потом за тысячелетия все исказилось.

— Возможно. Но это будет проблема будущих поколений, не так ли? Им решать те проблемы, как мы решаем сейчас текущие. Или можно помечтать, что мы возьмем и доживем до тех лет? Тогда и проблемы нет, мы сами станем Хранителями, только правильными, продолжим направлять и исправлять.

— Тысячи лет служения.

— Звучит уныло.

— Зато живые спасутся.

— В любом случае мы в выигрыше.

— Можно дежурить по очереди, пока остальные грезят.

— Вот молодец, придумал пытку, возвращаться потом в реальный мир!

— Тогда давайте не будем доводить до подобных пыток и просто выбьем Разрушителю все его зубы и уже успокоимся.

— Давайте. Все готовы?

— Все испуганы и готовы.

— Помните, нет отдельно жизни и смерти, они всегда переплетены вместе.

— Не умничай, Дюша, вдыхай уже!

Глава 13

Вдох и выдох, выдох и вдох, словно группа вдруг решила заняться дыхательной гимнастикой на месте своей старой базы. Пространство вокруг гнулось и искривлялось, подергивалось рябью, пробегали тени и казалось, что вот-вот и откроется окно в прошлое.

— Прямиком во времена Прежних!

— Сразу вламываем Хранителям или кто там от них прилетал.

— Караханибы?

— Тем более, мне эти синие карлики никогда не нравились.

— Когда тебе вообще нравились карлики?

— Давно. В первой жизни.

Вместе с вдохами они ощущали жизнь вокруг и всех тех, с кем сталкивались в последние дни, месяцы, годы и десятилетия. Словно напоминание, что борются они не только за абстрактное человечество, но и конкретных людей, с которыми спали, общались, тренировались, водили их в бой или спасали.

— Есть идея.

— Отличная идея, но, если всех собрать на Земле без предупреждения, сколько смертельных испугов будет?

— А так мы можем снюхать часть человечества.

— Словно мало мы убивали людей в своей жизни.

— Да, учил нас Лев, учил, да так и не выучил.

— Мы и до Льва их убивали, не так ли?

Вдох и выдох, ощущение жизни, смешивающееся с "излучением зла", усиленным накалом смерти вокруг. Многие живые пали под натиском дыхания смерти и ринулись убивать, помогая Разрушителю и его слугам. Кто-то сопротивлялся и пытался организовать других, но в целом, это была безнадежная борьба, сейчас Буревестник ощущал все предельно ясно.

— Мне кажется, или этот Разрушитель просто трус?

— Если он создавал эти условия.

— Тогда тот, кто создавал, подыгрывал ему с двух рук и ног.

— Тут не поспоришь.

Общая атмосфера смерти и разрушений в Содружестве, войны, убийства, разрушение цивилизаций и порабощение материнских систем, так как светящиеся шары тоже были уничтожены. Ослабленные защиты и атмосфера смерти повсюду, бывшее Содружество оказалось самым слабым звеном в галактике, где достаточно было малейшего толчка, чтобы случилось это самое пришествие слуг Разрушителя.

Таким толчком стала встреча Влада со Спартаком.

— Хранители опять сделали все не так.

— Или, наоборот, так.

— Так они до последнего считали нас слугами Разрушителя.

— Может, они подсознательно знали правду?

— А может мы не будем опять их оправдывать? Зачем мы вообще этим занимаемся?

— Потому что можем?

— Потому что хотим верить в них?

— Не мы ли постоянно обзывали их тварями, а когда они повели себя, как твари, мы кинулись оправдывать их? Что за дела?

— Легко и приятно оправдывать мертвых, но нет, мы просто пытаемся представить все варианты.

— Они на что-то влияют?

— Кроме того, что мы можем теперь дышать полной грудью Спартака? Нет.

— Эй, у меня не полная грудь!

— Кто-нибудь. трансформируйте его!

Мысль-образ о том, что у них могут быть теперь любые тела, прокатилась между бойцами группы и исчезла. Не время было заниматься трансформациями, все они привыкли к этим телам и чувствовали себя в них комфортно. Только изменись и что-то пойдет не так, начнется психологический дискомфорт, отвлечение, и в грядущей битве даже такая мелочь могла оказаться решающей.

— После битвы.

— А что будет после битвы?

— Я что, ясновидец?

— Кстати, наши новые силы могли бы помочь и в этом.

— Недоработка, подай жалобу.

— Сосредоточьтесь на дыхании.

— Вы что, не ощущаете этого?

— Ощущаем.

Пространство скрутилось и распрямилось, группа оказалась на границе владений Земли, у самой дальней ее колонии, которая сейчас была уже мертва и брошена. Кто-то успел эвакуироваться, кто-то поддался и ринулся безумно убивать соседа, другие сражались с армадами слуг Разрушителя и пали. В любом случае, смерть ступила в эту систему и опосредованно подчинила ее Разрушителю.

Группа перенеслась с Земли, так как начались проблемы с вдохами и выдохами на половину галактики. Слишком легко была задеть жизнь, слишком много усилий требовалось прилагать для защиты этой самой жизни. Отсюда, из убитой системы, действовать было легче и проще, ближе к надвигающейся новой волне галактических тварей в лице слуг Разрушителя. Буревестник согласился на это передвижение и теперь вдыхал не просто смерть вокруг, но то, что она несла с собой.

— Итак, защиты слабеют, пока не доходят до какой-то критической отметки.

— А почему они слабеют?

— Потому что появляется кто-то мощный, способный все разрушить.

— И на эти ослабевшие территории выбегают слуги Разрушителя.

— А они откуда берутся?

— От мамы - Разрушительницы и папы - Разрушителя.

— А откуда берутся светящиеся шары?

— Тоже от мамы с папой, только шарообразных?

— Да нет же, прислушайтесь к этой смерти и пустоте вокруг, вдохните их и придет ответ.

— Мог бы просто и сам рассказать.

— Да нам даже спрашивать не надо, чтобы подслушать мысли.

Попытки шутить, но с тяжелым ощущением. Хранители выращивали защитников и их путь в чистом виде привел бы, в идеале, к появлению этих самых новых светящихся шаров. Живых, получивших силу и ставших защитниками жизни, материнских систем, чтобы эта самая жизнь процветала и распространялась, создавая заслон смерти повсюду.

Хранители в чем-то ошиблись или так и не открыли всех секретов, но теперь стало окончательно ясно, к чему они двигались. Неудивительно, что Буревестник считали слугами Разрушителя, да что там, они ими и были, крушили и ломали, уменьшали количество жизни вокруг, делали то, что умели лучше всего: убивали. Но при этом защищали и делали что-то, также дарующее им силу, которую Буревестник употребил во имя все того же разрушения - ради защиты и свободы Земли.

— Мистика. Ненавижу мистику.

— Особенно такую. Хоть бы инструкцию заранее выдали.

— То есть Хранители были правы?

— Да хоть сто раз левы! Мы сделали, что должны, и сейчас еще сделаем.

— А я все равно считаю, что Разрушитель - обманщик.

— Взгляни на это с другой стороны.

— Сейчас будет шутка про задницу Разрушителя.

— Кто хочет, может смотреть оттуда.

— А, те живые, кто не крепил жизнь и защиты, кто сам начал разрушать их, заслужили, чтобы к ним пришел Разрушитель?

— Ну да, ослабили защиты? Поубивали друг друга? Ну получите предельное воплощение мечты, армады слуг Разрушителя, сметающие все подряд.

— Это прямо в духе Прежних, извечная борьба черного с коричневым.

— Добра и Зла, ты хотел сказать?

— Да, с большой буквы, чтобы пафоснее было.

— Кто знает, может Прежним, как и другим цивилизациями, сама вселенная нашептывала, мол, береги в себе жизнь, а начнешь убивать, так и погибнешь?

— Галактическая техника безопасности, точно, вот над чем надо было работать Хранителям. Развешивать плакатики, проводить разъяснительные работы, объяснять, что нужно...

— Плодиться и размножаться, да.

— Так что, все же мы плохие?

— Вместе с Хранителями. Но у нас еще есть шанс все исправить, ведь этим мы и занимаемся?

— А может это еще один соблазн? Подтолкнуть к мысли, что мы во всем виноваты, чтобы мы обессилели и сдались, или сбежали в ужасе, или убили сами себя за преступления?

— Очередное подыгрывание Разрушителю?

— Или мы вдохнули слишком много тьмы, столько, что убило бы сотню систем, а мы еще пытаемся бородатые шутки про Льва отпускать.

— Не бородатые, а лысые.

— Вот, пожалуйста, еще одна.

— Мы же вроде согласились, что этот путь и выберем?

— Теперь, когда мы вдохнули правды, кажется, что мы ошиблись.

— Или, наоборот, подсознательно сразу выбрали верно. Так что дышите, давайте, не стесняйтесь, усиливайте мощь, иначе будем еще лет десять возиться!

— За десять лет можно так надышаться, что нас разорвет.

— Ты хотел сказать, десять часов? Больше нам точно никто не даст.

— Неважно, главное, что десять!

— Что десять? Нас вообще семь.

— Приятно вернуться в наш словесный бессмысленный галдеж, - влез Спартак, - но мне что, опять подталкивать вас к действиям? Если нет, зачем вы тогда меня будили?

— Потому что мы плохие! Делаем гадости даже своим!

— Буахахахаха, - попытался изобразить злодейский смех Дюша и не смог.

Космос вокруг определенно содрогнулся, ближайшая планета слегка треснула, но и только. Будь здесь армада слуг Разрушителя, они даже не замедлились бы.

— Точно, хватит вентилировать пространство, давайте уже возьмемся за дело.

— За наше черное-черное дело.

— В черном-черном космосе.

— С самыми светлыми помыслами.

Вдох и выдох, группа, под шуточки и опасения, ощутила всех слуг Разрушителя вокруг. Пространство скручивалось и сминалось, открывались гигантские порталы, через которые армады этих самых слуг переносились в систему, где находился Буревестник.

— Нюхаем с двух ноздрей!

— Вдыхаем с одного рта!

— Может, все-таки будем превращать их в фарш и развеивать?

— Нет, мы их породили, мы их и снюхаем!

— Иначе нам не превзойти Разрушителя!

— Слушайте, он один, а нас семеро, так никаких армад не хватит.

— Вот и замечательно, каждому по чуть-чуть и чистая галактика!

— Еще недавно от такой дозы нас бы разорвало.

— Мы же становимся сильнее с каждой секундой. Становимся же?

— Ага, сильнее и темнее.

Так оно и было, ведь армады слуг Разрушителя тут же отправлялись в небытие, пополняя собой запасы тьмы внутри группы. Очнувшийся и помогающий Спартак увеличил их силы и все равно, тьма подступала к горлу, заливала, пыталась поработить, утянуть в бездны кровожадности и смерти.

Ничего нового, просто другой уровень мощности воздействий, и группа сознательно выбрала такой путь, решив сделать вид, что они и правда слуги Разрушителя. Залиться тьмой так, чтобы этот самый Разрушитель вздрогнул, когда Буревестник явился бы в гости.

— Может, и нет никакого Разрушителя, а такие, как мы, в попытках его одолеть, прибегали к хитрым планам и обманывали сами себя?

— Становились Разрушителями и несли смерть?

— Риск, на который так и не пошли Хранители, крепившие жизнь.

— В целом они, верно, все делали, только защитников не стоило растить.

— И шляться по ночам за пределами Содружества, досаждая другим планетам.

— Что за сомнения в последнюю секунду?

— Чего это последнюю? Мы вроде побеждаем.

Армады слуг Разрушителя и правда ничего не могли сделать. Совсем недавно неодолимые враги, теперь они лишь трепыхались бессильно и скручивались, исчезали, превращались в тьму, подпитывающую Буревестник. Быстрее, больше, сильнее, группа ощущала их всех и повсюду, и чем больше тьмы вдыхала, тем лучше ощущала.

Эти ощущения служили маяком, и группа протягивала невидимые нити, выдергивала слуг Разрушителя и втягивала их в себя, избавляя звездные системы от опасностей. Смерть во имя жизни и тьма внутри бойцов Буревестника все росла и концентрировалась, становилась практически физически осязаемой.

— Смотри, они сразу нам подчиняются.

— Мы близки к цели.

— Да, немного осталось, уже почти всех снюхали.

— Думаешь, Разрушитель выпустил в галактику одну порцию себя?

— Если так, то он ошибся, надо было выпускать меньше.

— Чтобы конкуренты потом не сожрали?

— Ну да! Но одной порции на нас семерых маловато будет.

— Выпустишь мало, живые не умрут, да и с чего бы ему бояться конкурентов?

— О да, ведь тут одни лишь верные слуги Разрушителя.

Печальный смех и обмен образами, что слишком рискованно и рано поддаваться тьме внутри и надеяться, что долг пересилит все остальное. Превратившись сейчас в слуг Разрушителя - генералов, по большому счету, с учетом поглощенного группой - они легко могли обратиться против родной планеты и в целом против жизни вокруг.

— А раз верные слуги, то надо быстро метнуться и подготовить ему встречу.

— Куда метнуться?

— Понятное дело куда, туда, где было больше всего светящихся шаров.

— Которые там и крутились толпой, так как ощущали слабину?

— В точку! Нам, конечно, не стать, такими сияющими и защитными, но это, наверное, просто не наш путь.

— Я бы сказал, что это путь Льва.

— Или его стометровых статуй в Риме. Сияющих и защитных.

— А мы опять на темной стороне, преступники, о которых всплакнет только Асыл.

— Даже он не всплакнет, разворчится, что так долго возились.

— И будет прав, мы могли бы победить...

— Победить?! Кто там делит шкуры неубитых тварей?

Тьма внутри росла и концентрировалась, достигла своего пика и слуги Разрушителя закончились. Тьма повсюду, включая "излучение зла", все это закончилось и исчезло внутри группы. Буревестник забрал себе все зло вокруг, и в то же время, ощущалось, что это ненадолго.

— Вот тут переработать бы все это в жизнь, да как выдохнуть!

— Чтобы все вокруг расцвело и заколосилось.

— Все планеты оказались перенаселены.

— И жизни стало столько, чтобы Разрушитель действительно поджал хвост и сбежал, рыдая.

— Какой еще хвост?

— Какая же он тварь без хвоста?

— Бесхвостая?

— Разрушительная?

— Неважно, идея хорошая, но неосуществимая.

Сожаление, что не удалось бы переработать всю тьму в себе. Это был бы выход, с расцветанием Земли и человечества, за который не жалко отдать жизни, но увы.

— Выдыхать тьму в Разрушителя тоже, пожалуй, не стоит.

— Может, мы вначале встретимся с ним, а потом решим?

— Может быть, если перестанем тянуть Разрушителя за хвост.

— Ага, ты тоже согласна, что он с хвостом!

В следующее мгновение группа переместилась и оказалась там, где "дыхание Разрушителя" ощущалось сильнее всего.

Глава 14

Осталось неясным, была там изначально прореха мироздания или просто именно это место дало слабину после уничтожения шаров (или последний из них сам взорвался тут после драки с Буревестником). Неясным потому, что едва группа переместилась туда, как все вокруг окончательно исказилось и рассыпалось, не выдержав такой концентрации тьмы.

Разрушитель ступил в космос и тот содрогнулся от его появления. Вздрогнула и группа, ощущая, что тьма внутри берет верх. Ступивший в галактику Разрушитель был создан командовать и убивать, приказывать и уничтожать, и он был идеален в этом. Ему хотелось служить и подчиняться, и группа ощутила, как у них у всех подгибаются колени. Словно сам Лев, только облаченный во тьму и обретший космическую мощь, явился им, дабы снова слепить группу специального назначения, сделать ее лучшей.

— Вы хорошо потрудились и славно подготовили всё, - пророкотал Разрушитель.

Могучий, приятный голос, которому хотелось повиноваться, и группа так и сделала. Они приблизились еще, словно тьма в Разрушителе была черной дырой и неумолимо притягивала их.

— О, этот сладкий запах торжества смерти!

На самом деле он, конечно, не восклицал и не вскидывал руки (и вряд ли обладал каким-то полом в его земном значении), но для группы это выглядело именно так.

— Именно к этому стремится все в мире и вы, мои верные и преданные сторонники, ускорили мое пришествие и власть вечного покоя! За это вам будет дарована наивысшая награда, о да, я ощущаю ваши потаенные мечты.

Разрушитель втянул ноздрями вакуум или тьму, что-то втянул, словно пытался снюхать уже саму группу. Будто ощущал их потаенные мечты или просто наслаждался происходящим, что тоже было странно, по правде говоря, но группа сейчас даже не пыталась осмыслить происходящее.

— Мир и забвение, прекращение деятельности, о да, вы тоже жаждете смерти и вечного покоя, и он будет дарован вам! Самый лучший, отдельный и бесконечный покой смерти.

Мир вокруг уже сминался и закручивался, будто Буревестник вдыхал его на пределе новых сил. Но на самом деле Разрушитель даже не сделал еще ничего, он просто ступил внутрь галактики, и та смялась от одного его присутствия. Избытка мощи и тьмы, которая и правда напоминала теперь черную дыру, тянула в себя все, что еще пыталось жить и существовать вокруг.

Дальнейший исход был предельно ясен, по крайней мере для Буревестника. Разрушитель поднимет руку, и галактика просто перестанет быть, всякая жизнь и материя в ней исчезнет, какая-то раньше, какая-то позже, но это время будет измеряться часами, не больше. Исключительно потому, что сам Разрушитель, несмотря на все свои рассказы о вечном покое, наслаждался процессом поглощения, смерти всего вокруг.

— Наши силы вдыхания - от Разрушителя.

— Это было ожидаемо.

— Но все равно приятно.

Тьма внутри бойцов Буревестника стремилась влиться в тьму Разрушителя. Разум их видел лишь вечный покой, бесконечное мгновение множества жизней. Одно мгновение отделяло их от шага навстречу смерти и в то же время группа не спешила делать этот шаг. Они просто стояли или висели в космосе, даже не пытаясь сопротивляться тьме и соблазнам разума, которые текли сквозь них, мимо и рядом, захлестывали, топили, поглощали изнутри.

Но в то же время, словно и не оказывали никакого влияния.

— Для этого вы вырвали меня из блаженного забытья? - насмешливо спросил Спартак.

Будто капля в океане тьмы - воспоминание о форпосте девяносто девять.

Еще капля: Лиза.

Еще капля: сражения с тварями.

Еще и еще, капли воспоминаний и жизни падали в бездну тьмы и колыхали ее, словно хотели пробудить. Водопады воспоминаний о Льве и долге, о том, что Земля должна быть свободной. Тьма лилась и колыхалась, и никак не могла утопить группу, которая даже не сопротивлялась.

— Что ты, мы просто хотели поделиться весельем, - отозвался Дмитрич.

— Сразиться в последний раз, как напарники, - Влад.

— Думаю, это нечестно, мы работаем, а ты нет, - Виталь.

— И теперь мы пустим тебя первым, - Алина.

— Даже дадим закурить перед смертью, - Дюша.

— Группа не группа, когда в ней не хватает бойцов, - Дрон.

Разрушитель ощутил что-то неладное и отвлекся от вдыхания мечтаний и поглощения космоса вокруг, обратил чуть больше внимания на группу.

— Жизни свойственно бояться смерти, но это напрасный страх. Придите и получите свою награду!

— Странно, что не было слов, мол, смерть порождает жизнь.

— В чем-то так оно и есть, пожарища там всякие в лесах.

— Я бы сказал, что смерть тварей еще как порождает жизнь!

— Тут должна быть картина уничтоженной галактики, где на пустом месте взойдет новая жизнь.

— В общем, ничего наш вождь не соображает в рекламе.

— Откуда бы, он же выше этого!

Образ Льва - предводителя никуда не делся, но группа и не думала бороться с ним, просто задействовала привычный режим насмешек. Именно таков был общий план, созданный и утвержденный с подачи Дюши: не бороться, не сопротивляться, стать слугами Разрушителя и просто сделать, что должны. Как это уже бывало неоднократно в истории Буревестника, просто в ином антураже и масштабе.

Насмешки над Львом получились сами собой, чуть раньше, чем следовало бы по плану.

— Придите! - снова взвыл Разрушитель.

Он, похоже, еще не понял, что происходит - скорее всего мешал избыток тьмы в группе. Со стороны, если бы кто-то смог взглянуть на них и не сойти с ума, они выглядели истинными слугами Разрушителя, полными смерти, злобы, кровожадности. Слугами, которые только и делали всю жизнь, что убивали и разрушали, расчищая дорогу своему повелителю.

— Я думаю, надо прийти, - заметил Спартак.

Он первый сдвинулся и пришел, ударил и отскочил, не пробив тьмы в Разрушителе. Мгновения спустя группа атаковала, легко и просто, так как перед ними, конечно, был лидер, вождь Лев, но сколько раз им хотелось набить ему морду и начистить лысину? Группа просто не стала сдерживать своих желаний, сфокусировалась на них, и тьма поддержала, придала кровожадности и силы.

Разрушитель исчез на мгновение под градом ударов.

— Вы хотите убить меня?! - взревел он, сметая остатки уцелевших звездных систем вокруг. - Вы не можете убить Смерть!

— Почему это не можем?

— Кто сказал?

— Где доказательства?

— То, что мертво - умереть не может, - добавил Дюша насмешливо. - Но закопать его все равно можно!

Новая сшибка и теперь ударил уже сам Разрушитель. Никаких взываний к потаенным мечтам, он ударил и приказал группе умереть.

— Ой, не работает.

— Это потому, что мы уже умерли.

— Хоть что-то Хранители сделали верно.

— Уверен, им просто повезло.

— Да, не будем оправдывать мертвых, а то Смерть разозлится.

Разрушитель ярился и обязательно уничтожил бы все вокруг, не будь оно уже уничтожено. Центр галактики оказался поглощен им и можно было только гадать, окажет ли это на что-то влияние.

— Он становится сильнее, убивая жизнь.

— Значит, надо его ослабить, порождая ее!

— Эй, у нас только одна Алина!

— Да, она устанет порождать столько жизни.

— Родите сами, вы теперь можете!

— Стойте, это ловушка!

Разрушитель и группа разошлись в разные стороны, так и не причинив вреда друг другу. Удары Разрушителя сорвали с них защиты, вырвали часть тьмы, но ее осталось еще много. Сам Разрушитель вроде был невредим, но возможно истекал тьмой внутри, тут оставалось только гадать.

— С чего это ловушка?

— Мы родим жизнь, а он ее съест, да?

— Да!

— Тогда надо родить смерть?

— Это мы умеем!

Группа снова набросилась на Разрушителя и тот бил в ответ, тьма сплеталась и рвала саму себя в клочки, космос трещал и рассыпался, и все это длилось какое-то время, после чего в битве опять наступил перерыв.

— Вы, вы, - выдохнул Разрушитель. - Вы хотите занять мое место?!

— Вот дурак, а, - звонко произнесла Алина.

— Но он прав, - ответил ей Дюша. - Мы же пытаемся переплюнуть Разрушителя в разрушительности.

— Что-то плохо плюем.

— Тренировались мало, Спартака же не было, а Лев давно умер.

— Да-да, вините во всем Спартака, что у вас плевалка слабая.

— Зато у тебя сильная?

— Мгм, сидел безумный и тренировался плеваться во всех подряд! Ты что, у меня тоже слабая, но винить в этом я буду вас, чего так долго искали?

— Вы безумцы, да? - спросил Разрушитель.

— Вот он, - указали на Спартака, - а мы с ним.

— Нет, это они безумцы, а меня они вылечили, - возразил Спартак.

— Безумцы, поглотившие столько тьмы, так как она на них не действует! - провозгласил Разрушитель.

— Ой-ой, он разбушевался.

— Сейчас попробует забрать свою тьму.

— Пусть забирает?

— Еще чего! Давайте сами его снюхаем!

Битва возобновилась, но на ином уровне. Группа и Разрушитель пытались вдохнуть друг друга, и никто не мог взять верх. Даже те звездные системы, куда еще не дотянулось разрушение, обращались в пыль и стремились к месту битвы, массивнейшей черной дыре тьмы, в каком-то смысле. Разрушитель что-то там пытался делать с тьмой в группе, но все это проходило мимо сознания бойцов Буревестника.

Они просто сражались, как всегда. Без надежды, без мыслей о сдаче, просто без мыслей. Сражались, потому что так надо, не думая о моральном облике и каких-то будущих преференциях. Увидел тварь - убей! Увидел еще одну - убей и ее тоже! Рано или поздно твари кончатся, и даже если ты умрешь, то следующим будет легче.

Космос вокруг менялся, словно уступая воле Буревестника.

— Вот это наш размерчик!

— Сбылась мечта первой жизни.

— Да, спасти весь мир, убив Сверхмозга, это по-нашему.

— Спасти всех пленников внутри него, тоже дело.

Разрушитель преобразился и стал Сверхмозгом, но активным, воюющим лично и насылающим орды тварей тьмы. Группа осталась такой же, как была, в потертой форме, с верным оружием в руках, от снайперских винтовок до пулемета. Они сражались и разили, твари нападали, группа двигалась вперед, к высящемуся на горизонте Сверхмозгу.

— Их слишком много.

— Или нас слишком мало.

— И то, и другое.

— Нам нужны союзники, да?

— Точно, вызывайте полк Львов!

— Ха-ха-ха-ха-ха! - загремел громовой смех Разрушителя-Сверхмозга. - Вы сами изменили все вокруг и теперь попали под свои же ограничения! Жалкие людишки! Вашим жизням никогда не сравниться со смертью!

Пауза и обмен образами.

— Он прав.

— Пусть даже и не Лев.

— Нам никогда не сравниться с ним.

— Наши силы слабеют.

— Мы разряжаемся и выдыхаемся.

— Надо было дышать его слугами десять лет, чтобы победить.

— У нас не было столько времени.

Волна тьмы вставала на горизонте, словно поднятая волей Сверхмозга, и накатывала, поглощая Землю вокруг. Жизнь, деревья, камни, вода, все исчезало в приливе этой волны тьмы, атаке Разрушителя, призванной показать всю его мощь.

Буревестник сдерживал его натиск и все равно тьма прорывалась, части галактики поглощались и Разрушитель становился сильнее. В этой войне на истощение группе было не победить, а их попытка применить наскок, ударить внезапно, провалилась.

Они стояли на стенах форпоста девяносто девять и смотрели на волну тьмы, закрывающую горизонт.

— Это конец.

— Полный.

— Темный.

— Интересно, апокалипсис у Прежних выглядел также?

— Возможно.

— Тогда нам остается только сдаться?

Мгновение обмена образами и напоминание о вечном покое. Притягательном, манящем, все еще доступном покое смерти.

— Придите ко мне! - взревел Разрушитель - Сверхмозг. - Или умрите! Все равно вы станете моими!

Обмен образами и указание, что разница для него все же была.

— Мы сдадимся, если ты не тронешь Землю!

— Договорились!

Группа вдруг оказалась в машине, бронетранспортере, который понесся через ряды тварей, давя тех, кто не успел отбежать в сторону. Ограничения воображаемой сцены действовали и давление Сверхмозга нарастало, опять звало подчиниться и принять его волю.

Группа не стала сопротивляться, в то же время совершая последний шаг, завершающий трансформацию.

— Теперь мы и правда едины.

— В жизни и смерти.

— Ведь одного не бывает без другого.

— Жаль, что никто из них так этого и не понял.

— Да, Хранители могли бы слиться с Разрушителем и не трогать Землю.

Без жалости, гнева и страха, надежд на будущее или мыслей о прошлом, группа слилась воедино, растворилась друг в друге и переплелась разумами, превращая себя в живую ракету. Тьма рвалась из нее, вдыхаемая Разрушителем, который слишком поздно заметил, что происходит. Ведь группа искренне решила сдаться, раскрыла себя, сдалась на милость победителя, ведь невозможно было врать при таком общении через образы, и Буревестник не стал врать, сдался и позволил изъять из себя тьму.

— Это невозможно! - взревел Разрушитель. - Вы - мои!

— Это так, - согласилась живая ракета. - Мы твои и мы пришли сдаться, как ты и хотел.

Просто все эмоции и сдача не имели значения, были и оставались правдивы, но это не мешало группе делать то, что следовало сделать, так как больше было просто некому.

— Прими наш дар, смерть во имя жизни.

— И жизнь во имя смерти.

— Возьми все целиком и без остатка.

Разрушитель еще попробовал отказаться от этого дара в последнее мгновение, но так и не успел. Живая ракета в оболочке из тьмы смерти влетела внутрь его сущности и взорвалась, преобразуя ее. Взрыв жизни, может не такой большой, как тот, что породил вселенную, но все же взрыв. Мгновение спустя Буревестник и Разрушитель исчезли и вместо них осталось только гигантское облако взрыва, которому предстояло расходиться по галактике многие сотни и тысячи лет, порождая материю и жизнь, которой предстояло потом умереть, порождая вечный круговорот того и другого в природе.

Как жизнь группы Буревестник, полная смертей и их смерть, породившая массу жизни.

В самом сердце облака неподвижно висели семь точек, набухали, превращаясь в светящиеся шары.

Эпилог

Вокруг клубился серый туман и не было ничего.

— Мы опять раздельно, - заметил Дюша, подтягивая к себе клуб тумана.

Тот свернулся в сигарету и туман тут же пополнился новыми клубами.

— Даже смерть нам намекает, что нечего сливаться воедино, - хохотнул Спартак.

— Думаю, мы внутри Разрушителя, - сказал Дрон напряженно.

— Думаю, мы уже умерли, - ответил Влад.

— Тогда кто это там кричит? - указала Алина.

Туман расходился, изменялся, застывал и превращался, словно кто-то подкручивал резкость мира вокруг.

— Думаю, это Лев.

— Думаю, что ты прав.

Мир вокруг стал горами и ущельем, и все они опять оказались в машине, которая ехала к стене серого тумана, ставшего серыми стенами форпоста девяносто девять. На стене стоял Лев и кричал им, чтобы поторапливались и не опаздывали на тренировку. Ворота в стене уже открывались и видно было, что внутри ничего не изменилось. Группа переглянулась и пожала плечами, а Виталий поддал газу, ускоряя движение автомобиля по извилистому серпантину дороги, ведущему к вершине холма.

Машина проехала через ворота и Лев сверху крикнул:

— Добро пожаловать! Где вас столько носило?

Из центра связи выглядывала Лиза, и рядом с ней стояла Катя, и все остальные, кто погиб за эти годы. Группа невольно вздохнула и вдохнула свежий прохладный горный воздух.

— Немного задержались, - ответил за всех Дюша, выпрыгивая из машины. - Но теперь наконец нашли дорогу домой.

Content

Жизнь во имя смерти

Часть 1. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Часть 2. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Часть 3. Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог