Samus

Магия с нами 2

Добрая история

Часть 1

Глава 1

29 июля 2015 года, Алматы

Тимур остановился и сверился с бумажкой, на которой был написан адрес. Все совпадало, и он, вздохнув, оглянулся. На залитой жарким солнцем одной из улиц Малой Станицы было пусто, высокие стены трехэтажных особняков соседствовали с покосившимися самодельными заборчиками из шифера, где-то вдалеке на высокой ноте пронзительно визжала пила. Пара машин возле домов, на самой улице несколько покосившихся, изогнутых, кривых и запыленных деревьев, и пустота. Вот он, мегаполис, рукой подать, в километре отсюда снуют толпы людей и носятся машины, благо летом город не захлебывается в пробках.

А здесь пусто и почти тихо, как будто и нет никого.

Тимур сообразил, что непроизвольно тянет время, вздохнул еще раз и подошел к огромным толстым воротам, нажал на кнопку домофона. Ощущение, что это все зря, что он лишь теряет впустую время, усиливалось и крепло с каждой секундой. С легким жужжанием, камера на заборе развернулась, и Тимур невольно посмотрел в ее сторону.

— Проходите, пожалуйста, вас ожидают, — одновременно со щелчком открытия раздался женский голос из домофона. — Следуйте за стрелками.

— Стрелками? — переспросил Тимур, но тут же все увидел и сам.

Зеленые стрелки, выложенные прямо под полом, вспыхивали и гасли под ногами Тимура. От калитки в огромный дом вела крытая галерея, и через окна был виден сад, ухоженный, с опрятным, подстриженным газоном. Разбрызгиватели трудились изо всех сил, ощущение свежести влетало в галерею, и в облаке водных брызг была видна радуга.

В доме стрелки повели Тимура прямо и направо.

— Сюда, пожалуйста, — раздался голос откуда-то сбоку.

Тимур оглянулся, но так никого и не увидел. Дверь открылась, в огромный кабинет, в котором тоже не было людей. Тем не менее, стрелки указывали туда, оставалось только последовать за ними.

— Ожидайте, — сообщил женский голос. — Желаете что-нибудь выпить?

— Н-нет, спасибо, — отказался Тимур, чувствуя себя глупо.

Чтобы скрыть смущение, нервозность, он начал оглядываться и прохаживаться по кабинету. Голос замолчал, но все равно у Тимура осталось ощущение, что за ним наблюдают через камеры, и поэтому он, прохаживаясь, лишь смотрел, стараясь ничего не трогать руками. Кабинет был огромен, едва ли не больше всей квартиры, в которой проживал Тимур, и вещей там было много. В первую очередь шкафы с книгами, занимавшие все пространство вдоль южной стены. Широкие и просторные окна выходили на север и восток, судя по виду на телевышку Кок-Тюбе. Возле восточного окна стоял изогнутый стол, с тремя мониторами, и тихо шумящими под столом системными блоками. Там же, на столе, стоял открытый ноутбук, валялись книги, распечатки, от кружки на краю ощутимо тянуло свежим кофе.

— Интересно, — пробормотал Тимур, глядя на стену за столом.

Там стоял небольшой открытый шкаф, с какими-то техническими принадлежностями. Над шкафом висели картины, три в ряд, и четвертая чуть выше. На самой верхней была изображена огромная пирамида, к которой с небес спускался некто, в сиянии и белых одеждах.

Изображение, честно говоря, вызывало у Тимура мысли о масонах и сектах.

Картины ниже изображали женщин. Полная смуглая итальянка, изображенная вполоборота, что-то жарила на плите, за ее спиной была видна кухня. Звуков, разумеется, картина не издавала, но Тимуру почему-то показалось, что женщина мурлычет себе под нос песню, улыбаясь и радуясь жизни. На второй молодая девушка в экзоскелете, стоя на горе трупов и по колено в них же, указывала вперед правой рукой. В руке был зажат огромный, едва ли не больше девушки, меч, с лезвия которого капала кровь. У ног девушки, изготовившись к схватке, скалилась и рвалась в бой стая робопсов. На третьей картине маленькая, хрупкая магичка, парила в воздухе, сжимая посох и вызывая то ли бурю, то ли грозу с молниями.

Тимур покачал головой.

Быт, вархаммер сорокатысячный и фэнтэзи как-то не сочетались с масонско-сектантскими мотивами верхней картины. Значит, во всем этом был какой-то другой смысл, но какой? Некому было задавать вопроса, разве что спросить девушку, которая с ним удаленно общалась ранее? Тимур оглянулся и увидел, что дверь открывается.

— Не стесняйтесь, Тимур Иванович, присаживайтесь, — сказал вошедший, указывая вправо.

Там стояли кресла и столик между ними.

— Лейла, кофе, и Тимуру Ивановичу что-нибудь по его выбору.

— Ваш кофе на столе, Шеф, — ответил женский голос.

— А точно! Проклятая жара, даже мозги плавятся, — он пошел к столу, повторил. — Не стесняйтесь, Тимур Иванович, садитесь, разговор будет долгим.

Тимур, озадаченно моргнув, все же проследовал к креслу. В свои двадцать девять слышать обращение по имени-отчеству было крайне непривычно, особенно от человека, минимум лет на двадцать старше. Конечно, для пятидесятилетнего владелец кабинета был чересчур энергичен, но лицо, морщины, пробивающаяся седина, все это прямо указывало на изрядный возраст.

Взяв кружку с кофе, владелец кабинета устроился в кресле, напротив Тимура, спиной к двери и сказал.

— Можете звать меня Джейх или Игорь Алексеевич, если вам привычнее традиционные формы обращения.

Тимур озадаченно кивнул. Нет, обращение по интернет-нику — а чем еще могло быть слово «Джейх»? — было привычным в его среде, но чтобы и старшее поколение таким занималось? Но, наверное, не зря компьютеры и ноутбук стояли? Правда, в проблеме Тимура это точно помочь не могло, и он немного растерялся.

— Х-хорошо, Джейх, — кивнул Тимур. — Если вас не затруднит, обращаться ко мне по имени?

— Конечно, конечно, понимаю.

Возникла пауза, тишину нарушало только тихое шуршание системных блоков, доносящееся от стола.

— Будем считать, что мы вежливо поговорили о погоде, бабах и политике, и перейдем к делу, — Джейх поставил кружку на столик, снова откинулся в кресле. — Изложите свою проблему, Тимур.

— А разве вы не должны пообещать, что решите эту проблему и изложить ее сами? — вырвалось у Тимура.

— Я похож на шарлатана, который прибегает к дешевым фокусам для впечатления клиентов? — деланно-удивленно ответил Джейх. — Скажите, ко мне было легко попасть?

— Я вообще узнал о вас совершенно случайно, — ответил Тимур и не менее искренно добавил. — Но это тоже прием для набивания цены. Не хочу вас обидеть, но за…

— Шесть лет вы повидали шарлатанов всех мастей и оттенков, — продолжил за него Джейх, кивнув. — Все они хотели с вас денег, но никто не давал гарантий. Вы были готовы продать квартиру, чтобы оплатить операцию, но клиники в Москве, Германии и Израиле тоже не взялись за эту задачу.

— Ну, вот видите, вы в курсе!! — воскликнул с обидой в голосе Тимур. — К чему это представление?!

— К тому, что я хотел услышать от вас, Тимур, о проблеме, — спокойно ответил Джейх. — Но вижу, что вы уже заранее настроены недоверчиво, и ищете во всем подвох. Не могу вас в этом винить, учитывая все, что вам пришлось пережить.

Он помолчал и продолжил.

— У меня не было, и нет детей, и мне трудно судить, что должны испытывать родители в таких случаях, видя год за годом ребенка в таком состоянии. Но раз вы не отступились, то, стало быть, готовы на все, чтобы помочь ему, я прав? О, не спешите вскидываться, Тимур, и сверлить меня взглядом «И этот сейчас попробует обобрать меня до нитки!»

Тимур засопел, но взгляда не отвел. Джейх взял кружку и допил кофе.

— Не могу сказать, что вы счастливчик, — спокойно продолжал Джейх, отставляя кружку. — Были бы счастливчиком, ко мне бы не пришли. Но в чем-то вам повезло, Тимур, я готов взяться за вашу проблему, решить ее и только потом попросить расплатиться.

— Серьезно?

— Серьезно.

— И могу я узнать, в чем тут везение?

— Я оказываю помощь примерно одному из ста ко мне обратившихся, — улыбнулся Джейх. — Точнее говоря, те девяносто девять, кто остаются без помощи, не появляются в этом особняке.

— И чем я отличаюсь от остальных?

— У вас есть способности к магии.

Тимур старательно, но не слишком умело изобразил удивление. В череде различных «потомственных целителей», «черных и белых магов», экстрасенсов, медиумов, знахарей, попадались те, кто говорил ему точно так же. Как правило, это сопровождалось предложением «научить магии, недорого, со скидкой, как своему» или купить книжку с заклинаниями или еще чем-нибудь в том же духе. Разумеется, никто из учителей не мог «согнуть взглядом ложку», не говоря уже о том, чтобы вылечить дочь Тимура.

— Есть, есть, — хмыкнул Джейх, — можете не сомневаться. Всех, кто пытается обратиться ко мне за помощью, заранее проверяют, и в ворота этого особняка проходят только те, кто имеет способности. Дальше они либо соглашаются на мою цену, и я им помогаю, либо они покидают этот особняк со слегка подправленными воспоминаниями.

— Поэтому вы мне так откровенно все рассказываете? И что это будет? Укол? Наркотик в напитке?

— Щелчок пальцами и заклинание, — усмехнулся Джейх. — В магии Разума я слабоват, не отрицаю, но обычным людям и этого хватает.

— И что мешает вам подчистить мне память и, не знаю, отобрать деньги и квартиру?

— То, что мне это не нужно? Если бы я захотел, то через минуту все записи о вас, кроме бумажных, пропали бы из баз. Добрый Тимур Иванович, 1986 года рождения, муж, отец, работник, третий сын в семье, просто перестал бы существовать, и вам долго пришлось бы доказывать, что вы это вы. Как вы думаете, имея такие возможности, нужно мне кого-то грабить или обманывать?

— Если вы это можете, то нет, — подумав, ответил Тимур. — Но пока что все это лишь слова.

— Конечно, — кивнул Джейх. — Дело будет чуть позже, когда я вылечу вашу дочь.

— Даже так?

— Даже так. Вами занимались, Тимур, я же сказал, и поэтому заранее проверил, смогу ли я помочь ей или нет.

— То есть, — Тимур сжал кулаки, — вы могли помочь, но не стали?!!

— Не надо злиться, — пожал плечами Джейх. — Я не бескорыстное бюро добрых услуг, и если буду размениваться на мелочи, то цель моя никогда не будет достигнута.

— Моя дочь — мелочь?!

— В масштабах Земли — да. Миллионы людей умирают и рождаются по всей Земле, ежегодно, ежедневно. Я не могу помочь всем, хотя и иду к этому. Как выбрать, кому помогать?

— Поэтому вы помогаете только избранным, — съязвил Тимур.

— Да, в каком-то смысле это так. Помогаю тем, кто готов помочь мне в достижении цели: помощи всем. Таким образом, я не распыляю усилия, а наоборот, становлюсь ближе к осуществлению цели.

— Какой?

— Построению справедливого общества на всей планете.

Тимур посмотрел на спокойного, уверенного в себе Джейха и подумал: «Сумасшедший какой-то».

— На всей? — спросил он вслух.

— На всей, — кивнул Джейх. — Я — жрец Юканы (рука его показала куда-то в сторону картин), богини справедливости. Поэтому цена моя будет: жизнь за жизнь, ибо это справедливо.

— В каком смысле? Вы собираетесь принести меня в жертву?

— Нет, конечно, — Джейх рассмеялся. — Вы, Тимур, добровольно станете моим учеником, будете учиться магии и поможете мне в достижении моей цели. Проще говоря, я возьму вашу жизнь в обмен на спасение жизни вашей дочери.

— И будет это после ее спасения?

— Конечно.

— А как я тогда об этом узнаю?

— Вы о чем? — нахмурился Джейх.

— Ну, вы же сами сказали, что сотрете мне память!

— Тимур, мне нужен доброволец — ученик, который совершенно сознательно будет рвать жилы, изучая магию и помогая мне, а не какой-то там зомби со стертыми мозгами, — удивленно ответил Джейх. — Память я вам, даже не сотру, а слегка подчищу, только если вы откажетесь от моей цены. Вы останетесь в твердой уверенности, что приходили, нашли очередного шарлатана и ушли. Все. Если же вы согласны, то смысл вам чистить память? Вернетесь домой, обсудите с женой и потом перезвоните.

— А если нет? Если она откажется?

— Тогда будет корректировка, — пожал плечами Джейх.

— И вы так свободно об этом говорите? Если я соглашусь, то потом, в ученичестве, меня же будут поедать мысли, чистите вы мне память или нет, не так ли?

— Не так. Мне нужны те, кто понимает, что происходит, те, кто знает, за что сражается. Но раз пошли возражения такого плана, могу ли я предположить, что вы согласны, Тимур?

— Мне надо подумать.

— Думайте. Лейла, проводи Тимура в гостиную, стандартный гостевой доступ.

— Да, Шеф.

— Ваша ассистентка? — улыбнулся Тимур. — Тоже маг?

— Искусственный интеллект, управляющий домой и занимающийся обустройством моего быта, — спокойно ответил Джейх. — Я техномаг, по основной специальности.

— Поэтому вы так уверены, что сможете стереть меня из баз?

— Я уже делал это, Тимур, — улыбнулся Джейх. — Это к невысказанному вопросу, как я собираюсь убедиться, что вы выполните свою часть сделки. Если вы решите отказаться, то учеником моим вы, конечно, не станете, но и жизнь я вам испорчу до самого фундамента.

Идя в гостиную вслед за оранжевыми стрелками, Тимур внезапно подумал, что если Джейх вылечит его дочь «магией», то ведь он же сможет и отменить лечение, вернуть все как было, в случае отказа от ученичества.

— Проклятье! Я что, уже верю ему? — пробормотал под нос Тимур.

Глава 2

16 сентября 2015 года, Алматы

— Ну, вот и все, — сказал Джейх, отряхивая руки. — Теперь общеукрепляющие сеансы полгода, ими будет заниматься Марина, и усиленные занятия, чтобы наверстать пропущенное. Это будет нелегко, сразу могу сказать, но непреодолимых проблем нет, да и бросать вас никто не собирается.

Он сделал жест Тимуру, и добавил.

— Марина, приступай.

После чего вышел из квартиры, а затем и из дома. Тимур растерянно и послушно следовал за ним, понимая, что Джейх сейчас заговорит о цене, но, не имея сил сопротивляться. Можно было бы списать умственный и волевой паралич на магию Джейха, да только интуиция шептала Тимуру, что смысла в том. Полтора месяца возиться, громоздить сложнейшие конструкции, магичить направо и налево, привлечь целительницу — Марину, ученицу Джейха — чтобы затем парализовать самого Тимура? Сложный и вычурный план, совершенно ненужный Джейху.

Не говоря уже о том, что это несправедливо.

— Я переоценил свои возможности, — заметил Джейх, доставая сигарету и прикуривая.

Выпустив струю дыма, он откинулся на спину скамейки и посмотрел вверх. Огромный «колодец» двора, стены которого образовывали четыре многоэтажных жилых здания. Самодостаточный микрорайон, можно сказать, со стоянками, детскими площадками, магазинами, аптеками и прочими удобствами. Соответственно, Джейх и присевший рядом Тимур, ничьих взглядов не привлекали, ибо людей вокруг хватало.

— Но не слишком, не слишком, — продолжал Джейх, глядя в небо, — просто чуть дольше сроки, и чуть дольше реабилитация. Догнать несколько лет отставания сложно, но возможно, ибо чисто технически мозг и тело Джамили теперь в идеальном здоровом состоянии, и соответствуют ее возрасту. Учиться, учиться и еще раз учиться, чтобы мозг наработал нужные связи, воспринял пропущенное.

— Все равно, это невероятно, — вздохнул Тимур.

— Магия может многое, но не отменяет необходимости трудиться, — заметил Джейх, делая новую затяжку. — Я не специалист, так, закачал себе пару учебников в память. Но год еще есть, думаю, до своего отбытия ты еще успеешь увидеть свою дочь полностью здоровой и окрепшей умственно.

— Отбытия?!

— Да, отбытия, ты же не передумал становиться моим учеником?

— Н-нет.

— Ну вот, — Джейх говорил так спокойно, как будто речь шла о прогулке в магазин за хлебом, — за год освоишь азы магии, базис и теорию, и отправишься в другой мир на обучение.

Тимур ощутил, что у него натурально начинает кружиться голова. Он… в другом мире? То, что Джейх способен на такое, Тимур уже не сомневался, за эти полтора месяца насмотрелся на чудеса, невозможные в принципе. Собственно, и согласие то началось с маленького чуда, тогда, после первого разговора с Джейхом, позвонила жена и потребовала немедленно соглашаться на все. Тимур мог поверить в подделанный номер сотового, ложную смс-ку, даже подделанный голос жены, но на своем телефоне (который не покидал его кармана и был отключен) обнаружил отправленную смс-ку, кратко, но ясно сообщавшую жене Тимура об условиях Джейха.

Сам Джейх тогда лишь пожал плечами и заявил, мол, он «приказал телефону», а тот сам все сделал.

— Физическую форму тебе тоже подтянем, — Джейх посмотрел на тощего Тимура, — без фанатизма. Деньги и присмотр у твоей семьи будут, а время обучения… все в твоих руках.

— Это сейчас о каком обучении речь?

— О том, что в другом мире.

— Так вы умеете посещать другие миры?

— Тут вопрос сложный, — Джейх аккуратно загасил остатки сигареты. — Ты будешь, в какой-то мере пионером.

— Не понял.

— Позже объясню и покажу, — отмахнулся Джейх. — Так что, с основным вопросом?

— Можно подумать, что теперь — теперь!!! — теперь я откажусь?

— Я многое видел, включая выдающиеся образцы глупости и отказы в последнюю секунду, вообще ни чем не замотивированные. Вернувшись обратно домой, я видел еще больше глупостей, поэтому предпочитаю спросить. Добровольность и понимание целей — залог успешной работы.

— Вернувшись обратно? — уточнил Тимур.

— А ты думал, что я магии по учебникам в ВУЗе выучился? — хохотнул Джейх.

Проходившая мимо мама с ребенком, удивленно повернулась, Джейх щелкнул пальцами в ее сторону, и мама отвернулась.

— Заклинание рассеяния внимания, простейшее, — пояснил он.

— Так если вы были там, — мотнул головой уже совершенно обалдевший Тимур, — то почему я пионер и в чем разница?

— Разница в том, что я оказался там не по своей воле, — вздохнул Джейх, — и о возвращении, честно говоря, не думал даже. Так что? Еще потянешь время или все же дашь ответ на вопрос?

— Да я, собственно, согласен, еще тогда сказал, что согласен, — пожал плечами Тимур. — Так что теперь, контракт кровью подписать?

— Магическая клятва, не более и не менее, но не спеши гневно думать, что это закабаление и порабощение. Клятва поможет создать связь: учитель — ученик, без нее я не смогу пробудить твои способности.

Тимур послушно повторил за Джейхом несколько предложений клятвы, и щелкнул пальцами.

— Ничего не чувствую.

— И не должен, — опять хохотнул Джейх.

Он полез уже, было за новой сигаретой, но подошла Марина. Толстенькая, веснушчатая, улыбчивая хохотушка-студентка, и магия целительства, казалось, подходила ей идеально.

— Все в порядке, Шеф, — сказала она. — Была пара мелких недочетов, на уровне одной десятитысячной, устранила. Лекарства все оставила, объяснила, ускоритель наложила, пятикратный, больше не выдержит. А у вас тут как?

— Все в порядке, — последовал ответ. — Беги, ученик, завтра к десяти утра жду тебя по известному адресу.

— Да, Джейх, — кивнул Тимур и развернулся, собираясь отправиться домой.

— Все ученики зовут Шефа — Шефом, — заметила Марина.

— Да, Шеф.

— Ну что? — спросил Джейх, глядя в спину бегущему Тимуру.

— Не знаю, — развела руками Марина. — Никогда ж такого не делали еще.

— Ты же знаешь.

— Да, только на новых и сложных задачах мы можем расти, — вздохнула Марина, — знаю. Но блин!

— Понимаю твой мандраж. Снизь ускорение, пусть девочка сравняется со сверстниками через два года, а не через год. Да и родителям будет легче, выдерживать такое интенсивное обучение не каждый сможет.

— Да, Шеф, завтра же перекастую ускоритель.

— Лейла проверяла все расчеты, но можно прогнать еще цикл, — продолжал Джейх, — раз уж взялись за дело, так надо довести его до победного конца. Нам самим пригодится, если вдруг что пойдет не так.

— Да, завтра после универа заеду сюда, — кивнула Марина. — Вам нужна будет моя помощь?

— В раскачке Тимура? Пока нет. Потенциал у него есть, хороший, но до него ж еще достучаться надо. Через недельку пойдем на прорыв, вот тогда и поработаешь скорой помощью.

— Окей, Шеф, — хохотнула Марина, — тогда я побежала.

— Ага, беги, — проворчал Джейх.

Оставшись один, он закурил еще сигарету, после чего выждал час и отправился обратно, в квартиру Тимура. Предстоял долгий демонтаж техно-хирургического комплекса, и переделка некоторых частей в следящие за здоровьем и обстановкой приборы.

18 сентября 2015 года, особняк Шефа

— Сиди спокойно, Тимур.

— Да я и так сижу… третий час уже. Ноги затекли.

— Еще полчаса и закончим с магией на сегодня.

— А это магия?

— Конечно, — усмехнулся Джейх.

Он сидел, развалившись на диване, и делал сразу несколько дел. Пил чай, курил, читал книгу, смотрел телевизор, управлял компьютерами, и накачивал энергией Тимура.

— Как ты думаешь, почему на Земле практически нет магов? — спросил Джейх.

— Потому что магии не существует? — хохотнул Тимур в ответ.

— Спокойнее, сбиваешь канал передачи энергии. Не существует их потому, что человек самостоятельно не в силах преодолеть ПМВ — порог магического взаимодействия — назовем его так. Поэтому у всех народов мира были так распространены магические практики: поедание грибов, ритуальные танцы, объединение в ордена, жертвоприношения и прочее. Способ прибавить себе сил на время, прорваться через порог, сотворить пару слабых заклинаний и откатиться обратно.

— А разве нельзя…

— Преодолеть порог и остаться за ним? Ну, бывало и такое. Про Мерлина слышал? Жертвоприношение кучи детей. У Олега Вещего, видимо, дар природный был, сумел проскочить за порог, хотя времена тогда были такие, что тысяча человек туда, тысяча сюда, никого особо не волновали. В Китае том же, можно парочку уникумов припомнить, кто самостоятельно порог сумел проскочить. Один на миллион, и заметь, для этого им всем пришлось неслабо так потрудиться, раскачивая и укрепляя дар, магию. Плюс, преодоление порога, еще не означает автоматического получения базы данных… хм, мда.

— Что?

— Да так, о своем вспомнил, — отмахнулся Джейх. — В общем, на Земле проблемы с чем-то магическим, и поэтому самостоятельные маги птицы редкие, вымирающий вид можно сказать. Поэтому ты сейчас сидишь, а я на правах учителя, качаю в тебя энергию. По этой же причине тебе в будущем предстоит путешествие.

— Разве вы не способны обучить меня?

— Азам, всего лишь азам. И то, вначале нужно вывести тебя за порог, чтобы ты самостоятельно научился впитывать энергию и отдавать ее — то есть, творить магию. Если бы ты был техномагом, то я мог бы тебя обучать прямо здесь, но, увы.

— А вы знаете мою специализацию?

— Могу лишь предполагать, по результатам замеров и собственным наблюдениям. Боевая магия или стихийная, что-то из этой области, и, скажу сразу, это очень хорошо. Мне нужен могучий маг-боевик, способный на нечто большее, чем банальный файербол.

— Разве у вас нет других учеников? Вы не ведете поиски, Шеф? — удивился Тимур, ощущая нестерпимый зуд и мурашки в ногах, до боли и рези в глазах.

— Ага! Пробило, чую! — радостно воскликнул Джейх. — Сиди и терпи! Чем дольше вытерпишь, тем меньше потом придется страдать, на следующих сеансах! Лейла! Помассируй ему спину!

— Да, Шеф, — отозвался ИИ особняка.

Тимур ощутил, как механические руки мнут ему спину, и странным образом зуд в ногах поутих.

— Чакры оттопырились, и часть энергии пошла дальше, — пояснил Джейх.

Тимур, правда, думал о другом, что руки как настоящие, и если Лейла понимает так все приказы, то… насколько она и Шеф близки?

— В общем — то был перспективный ученик, да грохнули в стычке с североамериканскими шаманами, — продолжал Джейх. — Так что отправишься в другой мир, не один, разумеется, так спокойнее будет.

— С кем и как?

— Как ПМВ пробьешь, сразу и остальным займемся, познакомишься с Алтаем, — пообещал Джейх. — Вы с ним примерно ровесники, думаю, подружитесь, ну разве что он по оружию и физподготовке тебя гонять будет, это, конечно, может стать препятствием. Так вот, теперь к вопросу — как. Маги из иных миров могут легко и непринужденно переходить к нам, было бы желание и знания, открывать порталы, заманивая туда доверчивых землян… там согласие на переход нужно. Так я потерял одного ученика, ушел он и не вернулся, наемники — маги вернули задаток, конечно, извинялись долго, да хрен ли мне с их извинений? Поэтому я занялся поисками возможности самостоятельно ходить по мирам, но не слишком преуспел… до недавнего времени.

Он замолчал, потом посмотрел на Тимура и сказал.

— Все на сегодня, можешь встать, сесть, лечь, умыться, в туалет, и так далее, по желанию.

— Ура, — Тимур упал, прямо на ковер, спиной, и блаженно вытянул ноги. — О-о-о-о-о-о!!!

— Чувствуешь, как энергия тебя наполняет? — хохотнул Джейх.

— Чувствую, что сейчас описаюсь!

— В следующий раз надевай памперс для взрослых.

— Да, Шеф, — Тимур кое-как встал, и на подгибающихся, деревянных ногах, которые сводило судорогой, побрел в туалет.

Слышно было тихое и гулкое «бум!» «бум!», это Тимур по дороге бился в стены коридора.

— Лейла, ты же за ним присматриваешь?

— Да, Шеф. Сообщить Тимуру об этом?

— Нет, если не дурак, то сам догадается, — отмахнулся Джейх. — Подготовь демонстрационную комнату, первые два фильма, наборы книг, и напитки выставь, говорить придется много.

— Да, Шеф. Уже сделано, Шеф.

— Так вот, где-то полтора года назад, в России, объявился маг. Самый натуральный, без дураков и обмана, правильный маг, с магией в стиле Гарри Поттера. Пролежал полгода в коме, получил силу, разве что волшебную палочку с собой не вытащил из сна, — пояснил Джейх Тимуру. — В том числе, пребывая где-то там духом, Кирилл разработал заклинание перехода между мирами, правда весьма сырое, и швыряющее по мирам бессистемно.

— Это мне тоже надо будет в кому впасть? — обалдело спросил Тимур.

— Да нет, все проще, — отмахнулся Джейх. — Кирилл также обучился вкладывать заклинания в вещи, создавая, таким образом, артефакты. Правда, долго они не служат, чтобы долго — нужна волшебная древесина, а где ее на Земле возьмешь? Но на десяток переходов хватает, так что шансы добраться до мира, где тебя обучат магии, отличные.

— А потом? Попросить тамошних портальщиков?

— Как вариант, — кивнул Джейх, — но нельзя полагаться на волю случая. Техномаяк будет установлен, и он притянет тебя и Алтая обратно, на Землю.

Тимур ошарашенно кивнул.

— Тогда приступим к первому занятию. Магия, заклинания и система сил, на примерах из современных фэнтэзи книг.

Глава 3

2015–2016

Жизнь Тимура совершила крутой разворот и потащила его куда-то, в такие дебри и дали, которых никогда бы он не увидел за всю жизнь. В команде Шефа, помимо целительницы — Марины, было еще несколько человек, что называется приближенных к телу. Клэр — слабый пророк из Канады, женщина средних лет, не рискнувшая менять климат, и консультирующая Шефа удаленно. Алтай, наставник, тренер и ровесник Тимура, владеющий любым оружием и нейтральный к магии. Ермек Алдабергенов, «бизнесмен средней руки», почти постоянно обретающийся в столице, Астане, с даром убеждения и обаяния обрабатывающий чиновников. Как ухмылялся Шеф, «электроника — это круто, но у меня печени не хватит столько бешбармака сожрать и водки выпить, а без этого у нас никак». Вася, по прозвищу Шустрик, разбитной и молодой парень на посылках, правда, чем он владеет из магии, Тимур так и не понял. Сам Вася отмалчивался, а остальные только ржали в ответ на расспросы.

Ну и конечно сам Шеф, локомотив команды и инициатор всего.

Вроде немного, но если посмотреть шире, то Шеф из ничего собрал и создал команду магов, и от одной мысли об этом у Тимура волосы вставали дыбом. От мыслей, что он и сам теперь маг, волосы вставали дыбом повторно. Числился он теперь инженером в каком-то ООО, созданном Джейхом для своих нужд, и, в сущности, мог не думать о деньгах и бытовых проблемах. Лейла следила за всем, достаточно было установить один из ее модулей в квартире.

— Шеф, а почему Лейла?

— Когда я ее собирал, то постоянно напевал, что-то вроде «хоп, лей-ла-ла-ла», какая-то песенка привязалась, ну и назвал Лейлой. В конце концов, она — личность, пускай и без тела.

— Спасибо, Шеф, — тут же раздался голос Лейлы.

— Вот видишь, доброе слово и ИИ приятно, — ухмыльнулся Шеф.

— И все-таки, Шеф, зачем мне столько учиться?

— Чтобы быть умным и понимать, что ты делаешь, что мы делаем, что вокруг происходит.

— Мы строим справедливый порядок?

— И что стоит за этими словами, сможешь описать?

— Эээ…

— Эге-ге, вот поэтому и надо учиться. Всему и постоянно.

Тимур лишь понимающе вздохнул. Шеф первым подавал пример, постоянно что-то изучая, читая бумажные книги или поглощая файлы электронных, пробуя, осмысливая, рассказывая окружающим (в основном Тимуру и Васе) и сам, посещая лекции. На управление делами это не влияло никак, насколько понимал Тимур, ибо Шеф просто управлял удаленно, через модуль связи с Лейлой или ближайший смартфон с выходом в интернет, значения не имело. На вопрос же, почему Лейла не покорит весь мир, Шеф лишь мрачно заметил, что она все еще ребенок и перевел разговор на другую тему.

Что, однако, не мешало ему привлекать все ту же Лейлу к обучению остальных.

— А потом мы объявим о себе и отвоюем землю, создадим свое государство?

— Зачем?

— Ну, установим в нем новый справедливый порядок, покажем пример, так сказать, нет?

— Нет. Старое никогда не сдается без боя, — ответил Шеф, — и один раз капитализм уже выиграл матч-реванш. Будет драка, жуткая и кровавая, и в наших силах только уменьшить количество жертв, но не отменить саму драку. В обществе нет… пока еще нет, предпосылок к революции, но мы их создадим и сменим общественный строй. Затем будет драка, не товарищи капиталисты попробуют нас задавить. Когда отобьемся, начнем ответную экспансию на всех фронтах: военных, идеологических, информационных, мирно-производственных, в конце концов! Затем, в конце, возможно, состоится еще одна драка, с главным потенциальным союзником — Китаем.

Тимур удивленно хрюкнул и уставился на Шефа. Китай — союзник?! Затем до него дошло.

— Но они же тоже коммунисты, нет?

— Вот поэтому и надо учиться, чтобы понимать разницу, и понимать, что разногласия есть везде, — улыбнулся Шеф.

Выглядело это, как и многое другое в его исполнении, энергично и жизнерадостно. Добавить к этому рост чуть ниже среднего, белобрысость, простецкое такое лицо, с морщинами возраста, и вуаля — стереотипный мужичок-балагур, душа компании, налицо. Но Тимур если не знал, так догадывался, что это всего лишь одна из масок, что Шеф при желании может быть смертельно серьезен.

— Но это все дела отдаленного будущего, вначале бы с первым этапом разобраться.

— С революцией?

— Можно и без нее, конечно, — кивнул Шеф, — переворот, диктатура, все дела. Одно непонятно, где людей брать? Таких, чтобы были преданы новым идеалам?

— Перевоспитать старых? — неуверенно предположил Тимур.

— Хороший вариант. Кто перевоспитывать будет?

— Не знаю.

— Вот, а в наше время не получится долго почесываться, если переворот, так обычные граждане вообще не должны его заметить. Было вечером одно — стало утром другое. Следовательно, нам нужно что?

— Свои люди везде?

— Именно! Где их взять? Открывать курсы младшего командирского состава? Не пойдет, да и госорганы резонно заинтересуются, что за секту мы здесь открыли.

— Создать партию?

— Это в будущем, — ухмыльнулся Шеф. — Молодец, учи основы, будешь отличником боевой и политической подготовки!

Тимур лишь тихо вздохнул в ответ.

Про отличника Шеф ничуть не шутил, подготовка физическая тоже шла полным ходом. Азы, основы, как их называл Алтай, но Тимуру и от этих азов становилось плохо. Метр девяносто, а то и более, Алтай превосходил Тимура на голову, в буквальном и переносном смыслах. Владение холодным и огнестрельным оружием, основы выживания, ориентирование на местности, включая составление и чтение карт, первая помощь, вязание узлов, езда на лошади, умение оценивать собеседника и вступать в разговор, избегать ненужных тем, держать лицо, язык жестов, стряпня в походах и так далее, так далее.

Не совсем то, что встречается в жизни обычного горожанина, поэтому Тимур стонал и страдал.

Но в то же время он понимал, к чему и зачем это, и учился, в меру сил. Умелое чередование с уроками магии, умственной нагрузкой, днями отдыха и медитаций позволяло избежать срыва, бывающего от чрезмерных тренировок. И все равно домой Тимур фактически приползал, отдыхая телом и душой, под радостные вопли дочери и рассказы жены, о том, что происходило в его отсутствие.

Дни летели и мелькали мимо.

11 августа 2016 года, Алматы

— Окреп и возмужал, — хмыкнул Шеф.

— Ага, — поддержал его Алтай.

Тимур, только что получивший изрядную взбучку на тренировке, тяжело дыша, утирал пот. Да, он стал крепок, нарастил мышцы, согнал намечающийся жирок, но и только. Алтай, высокий и жилистый, как был сбит из железа — нет, из прочнейшей стали! — так и остался, да еще и зубоскалил постоянно в спарринге. Шеф в драку не лез, но притащил с собой боевого робота — боксера, «проверить алгоритм», как он заявил.

— Ну что? — спросил Шеф.

— Нормально, — ответил Алтай. — Хоть прямо сейчас бери да отправляй в дикие джунгли Амазонки, где водится много диких обезьян!

— Бразилия, вообще-то, но понятно, — хмыкнул Шеф и обратился к Тимуру. — Ну что, готов к труду и обороне?

— Всегда готов!

— Тогда считай, что магическое детство закончилось, и тебя отправляют в школу.

— Прямо сейчас?

— Нет, конечно, тебе нужно уладить дела, попрощаться с семьей, собраться в дорогу, мысленно настроиться и вообще… отдохнуть. Мне настроить техномаяк и получить самую главную деталь — портальный расходник. Так что, неделю? Или нет, давай девять дней, тогда в следующую субботу, двадцатого, и отправим вас. А там уж дальше, как повезет, может, вернешься через неделю матерым боевым магом.

Тимур, знакомый в общих чертах с историей Шефа, лишь кивнул. Говорить, что он освоил лишь азы во всем, включая магию, было бесполезно. Потому что Шеф и так это знал, и потому что Тимур просто застопорился. Пресловутый файербол — шар огня размером с кулак Алтая — у него получился почти сразу. Ледовая сосулька с трудом и в муках, а дальше наступил магический запор. Как ни тужился Тимур, но кроме искрения пальцев ничего больше получить не смог.

20 августа 2016 года, особняк Шефа

— Не буду произносить долгих и прочувствованных речей, все равно не мастак, — сказал Шеф. — Лучше еще раз расскажу вкратце, что к чему. Алтай — старший в вашей паре, у него больше опыта, и он уже ходил в иные миры.

— То есть я опять не пионер?

— Алтай — не маг, в отличие от тебя, юный падаван, — хохотнула Марина.

Тимур же подумал, что целительница им не помешала бы. Не говоря уже о том, что и сама Марина прокачалась бы, подняла силы и навыки. Но тут же сообразил, что целительница нужна Шефу и здесь, да и Алтаю тяжеловато будет приглядывать сразу за двумя. Тут, собственно, все давно было ясно, кто за кем приглядывает и охраняет. Тимур так смутно надеялся, что прокачает боевую магию и уж тогда сможет сравняться с наставником, но когда еще это будет! Изученное, прочитанное и осмысленное подтверждало слова Шефа — без хорошей драки не обойдется, и значит, Тимуру отводилась особая роль. Не только как боевому магу, но и будущему наставнику будущих боевых магов, обучение оных без выезда с Земли.

Но теперь Тимур следовал за Джейхом воистину добровольно, и будущие проблемы его не пугали. Проблемы — это рабочие задачи, которые надо решать, на которых надо учиться, которые нужно предвидеть, такой подход практиковал Шеф и его команда следовала за ним, невольно перенимала.

— Именно так, Марина, — одобрил Шеф. — Но при этом в делах магических Тимур — главнее, хотя я отдельно выскажу свое пожелание: вначале советоваться с Алтаем. Он не маг, но многое видел, многое знает, так что хуже не будет. Если, конечно, будет возможность советоваться.

— Да, Шеф, — в унисон, спокойно, ответили Алтай и Тимур.

— По причине магической нейтральности, система возврата завязана на Алтая. Не так-то просто уловить сигнал и пробить туннель… ладно, опущу техномагические подробности. В общем, как выучишься, Тимур, так говоришь Алтаю, и прыгаете домой, вдвоем.

— Устройство не сработает случайно?

— Оно вшито в Алтая, магия его не берет, так что случайная активация исключена, — спокойно ответил Шеф, повернулся к Тимуру. — Разумеется, никто никого бросать не будет, но и возвращаться недоучкой было бы весьма нежелательно.

— Понятно, Шеф, но что если не найдем подходящий мир?

— Тогда возвращайтесь и повторим цикл. Но! Если уж нашли, так выжмите из того мира все, до последнего заклинания… хмм.

— Портативный сканер со мной, Шеф, — тут же отозвался Алтай, похлопав по поясу.

— Хорошо, с распределением ролей разобрались. Вещи все взяли, вижу, оружие, деньги, ну список обсуждали, так что тут тоже повторяться не буду.

Бич — пакеты вперемешку с драгоценными камнями, мысленно хмыкнул Тимур. Еще было серебро, но тоже не панацея. Алтай, при обсуждении действий, на первое место уверенно ставил «изъятие денег у аборигенов». Будет ли работать огнестрельное оружие — тоже оставалось вопросом, Алтай посещал три мира, в двух работало, в одном нет. Сошлись на том, что выбросить все равно успеют, но как начальный козырь сойдет.

В крайнем случае, можно использовать как дубинку.

Все это, разумеется, прибавляло веса и объема, к счастью не влиявшего на возможности перехода.

— Вставайте сюда, — указал Шеф на круг, вычерченный в центре подвала.

— Разве системе захвата нужен круг? — удивился Тимур.

— Нет, конечно, но так символичнее, — спокойнее пояснил Шеф, — да и подвал создает нужный настрой. Зловещий ритуал, круг, все дела, еще нужно будет поставить сюда хорошие динамики и выводить на них зловещий хохот.

— Будет сделано, Шеф, — сообщила Лейла.

— О, точно, зачем динамики! — обрадовался Джейх. — Так, Лейла, ну-ка хохотни зловеще!

Раздался детский хохот, с потугами на зловещесть, и Тимуру внезапно стало жутко.

— Вот это правильно! Вздрогнули? Испугались? Это правильный настрой! — сообщил Шеф. — Не расслабляйтесь там, в других мирах. В бою то вы друг другу спину прикроете, но есть еще и быт, и повседневность, вот там и не расслабляйтесь, понятно? У местных по умолчанию преимущество, живут они там, так что…

— Не расслабляться! — ответили Алтай и Тимур.

— Именно. Вот вам портальная палочка, а к ней портальная батареечка, — Шеф достал из разных карманов два куска дерева, — смотрите не перепутайте! Соединяете одно с другим, вас швыряет в следующий мир. Держаться друг за друга необязательно, но лучше стоять вплотную, заклинание действует на коротком расстоянии. Гарантированных переходов — семь штук, потом три возможных, и дальше вероятность поломки резко растет. Вам это, в принципе, ничем не грозит, просто перестанет работать и все. Так что осматривайте миры, не торопитесь скакать, лучше всего было бы добиться успеха с первой попытки, ибо неизвестно, сколько времени будете там, и сколько пройдет здесь.

— Можно выучить основы, взять книги и вернуться, — предложил Тимур.

— Можно, но лучше не надо, — предельно серьезно ответил Шеф. — Давайте, после вашего отбытия сразу активирую техномаяк. Да поможет вам Юкана!

Тимур не успел ничего ответить, как Алтай соединил две деревяшки и мир вокруг скачком изменился.

Глава 4

— Где это мы? — напряженно спросил Тимур, оглядываясь.

От горизонта до горизонта вокруг расстилалась лишь степь, покрытая какой-то сине-зеленой, жесткой, пыльной на вид травой. Беспощадно жарило солнце, на синем небе ни облачка.

— Не знаю, — ответил Алтай, — но думаю, мы здесь задерживаться не будем.

— Ага, упреем, пока до края степи дойдем, — кивнул Тимур.

К счастью, им не нужно было тащить с собой еще и скафандры с кислородными баллонами. Портальное заклинание выбирало миры случайным образом, но всегда пригодные для человека. Как именно оно это делало, существовал только один ответ: «это магия!» Различные местные болезни и вирусы тоже не должны были стать проблемой. Марина усилила их иммунитет, плюс на основе сочетания ее целительства, и силы Шефа, был разработан автодоктор, как его обозвал Тимур. В случае заболевания, следовало приложить его к предплечью, переждать взятие анализа и надеяться, что машинка сгенерирует флакончик вакцины. Анализ и создание антител — долгий и не гарантированный процесс, но в теории один автодоктор был в состоянии победить одну болезнь у одного человека. Затем его можно было выбрасывать, техническая часть еще работала, а вот целительный заряд все, уходил в ноль. Над проблемой создания «целительного аккумулятора» Шеф и Марина работали который год, но безрезультатно.

Собственно, в задачах Тимура и Алтая такое тоже стояло: поиск материалов, умеющих накапливать магию, способы создания, работы, заклинания. Традиционно поминаемые в фэнтэзи драгоценные камни, увы, не подходили, либо Шеф что-то делал не так.

Алтай соединил два кусочка дерева и мир изменился.

БАМ!! БАМ!!! БАМ!!!! Удары металла о металл прямо над ухом, Тимур отшатнулся в сторону, зажимая уши руками. Остро тянуло какой-то гарью и вонью, под ногами валялись тела, в доспехах, зарезанные, окровавленные.

— Аааа!!!! — орал кто-то на высокой ноте сверху.

На стенах замка шла драка, рубилово и мочилово, яростное и бессмысленное, никакого единого фронта, серия стычек, в которой было вообще непонятно, кто есть кто. В разбитые ворота замка, прямо в направлении Алтая и Тимура рвалась толпа пехотинцев, в нагрудниках, с мечами, топорами, алебардами наперевес, что-то истошно крича. Запах немытых тел катился ударной волной, и Тимура замутило.

Затрещал автомат, Алтай, припав на колено, прямо на один из трупов, стрелял короткими очередями, по два-три патрона. Моментально сменил магазин, передние пытались разбежаться в ужасе, но толпа напирала и орала, Алтай стрелял, пехотинцы валились, и по их трупам бежали следующие. Тимур, вспомнив, что у него тоже есть оружие, пытался нашарить пистолет, расстегнуть кобуру, но не получалось.

Алтай спокойно метнул две гранаты, отскочил назад, утягивая за собой Тимура.

Дадах! Дадах! Толпа разлетелась, опала, брызнули кровь и осколки во все стороны. Тимур, выйдя из ступора, бросил кобуру, сделал скручивающий жест руками, швыряя файербол в пехоту. Шар огня ударил в грудь ближайшего, еще пытающегося в себя прийти после взрыва гранат, прожег насквозь и ударил в лицо следующему, пытающемуся встать, держать за воротную петлю.

— Колдуны!! — раздался истошный вопль на высокой ноте.

ДАДАХ!!! Огромный камень ударил в стену, снося сражающихся и каменные зубцы, с диким гулом и грохотом впечатался в здание за спиной Тимура, разламывая его. Ударило пылью и каким-то мерзотным запахом, и тут же снова стал слышен пронзительный вопль.

— Колдуныыыы!!!

— Мятежники вызвали колдунов! — подхватил кто-то.

— Во славу Господа! Убьем колдунов!

— Валим отсюда! — из пыли вынырнул Алтай, автомат наизготовку.

Тут же отшатнулся. Клац! Копье откуда-то сверху ударило в брусчатку и отскочило. Алтай дернул Тимура вниз, арбалетные болты прошли выше, слышен был топот ног и бряцанье оружия.

— Тут есть маги! — крикнул Тимур.

— Я заметил! — отозвался Алтай.

Мир изменился.

— И увиденное мне очень не понравилось, — закончил он фразу.

Замок и битва сменились умиротворяющим пейзажем: берег озера, лесок за спиной, тишь да гладь вокруг. Тимур осел прямо на холодную и влажную траву, его трясло и колотило.

— Ага, вот так оно обычно и бывает, — заметил Алтай.

— Н-ничего, п-привыкну, — отозвался Тимур. — М-мне еще боевую магию учить, на одни пятерки, чтобы получать повышенную стипендию и красный диплом.

Алтай лишь усмехнулся, занялся оружием. Когда Тимур посидел немного, отошел и пришел в себя, они выпили чаю и продолжили свое путешествие. Вначале пешком, до самой ночи, но никаких признаков людей так и не увидели.

— Вот победит Шеф, — сказал Тимур вечером, когда они уже поужинали.

Костер трещал, настроение было лениво-благодушным, ибо вокруг не наблюдалось толпы народа с холодным оружием в руках, мечтающих их убить. Да и вообще, нет ничего приятнее, чем после тяжелого дня и утомительного перехода полежать, вытянув ноги, и попивая горячий крепкий и сладкий чаек.

— И что тогда, по всей Земле будут стоять храмы Юканы?

Вопрос этот давно волновал Тимура, но не Шефу же его задавать! А Алтай вроде как свой, и к Шефу близок.

— С чего ты взял? — удивленно спросил Алтай, даже приподнялся и подпер голову кулаком.

— Ну, он же жрец Юканы, так? А раз он тут такой один на весь мир, то первожрец, получается. Стало быть, храмы во славу богини, поклонение, молитвы и все такое, это же будет справедливо?

— Надо будет Шефу рассказать, пусть тоже посмеется, — хохотнул Алтай.

Тимур расстроенно вздохнул. Вот только еще не хватало нотации от Шефа!

— Да не напрягайся, — сказал Алтай, укладываясь обратно, — можно подумать, Шеф не знал, что ты ему хочешь задать этот вопрос. Задал бы, так Шеф сам и поржал бы, без обид.

— Серьезно?

— Конечно. В чем-то ты, конечно, прав, насчет первожреца, вот только Юкана свое возьмет не поклонениями и не молитвами.

— Справедливость! — воскликнул Тимур, до которого наконец-то дошло.

— Точно.

— И наступит рай на земле?

— Сомневаюсь, — неразборчиво хмыкнул Алтай. — Шеф любит повторять, что справедливость это вам не милосердие, так что до рая на земле, там как в другой мир пешком. Драки, кровь, и принуждение к миру, не говоря уже о той весьма вероятной ситуации, когда с революцией не выгорит.

— Разве Шеф собирается устраивать революцию? Я так понял, речь идет о перевороте.

— Устраивааааать! Плохо первоисточники учил?

— Я могу поверить, что классикам приходилось ждать революционной ситуации, все эти «верхи не могут, низы не хотят» и так далее. Но в современном обществе? Все ж завязано на информацию, подачу, телевизор, газеты, интернет, а Шеф — внезапно — всем этим может управлять!

— Неа, — лениво ответил Алтай.

— Чего неа?

— Не может. Мощность мозга не позволяет.

— Но чем-то может?

— Чем-то может. И управляет. Ты просто не в курсе, на каком обширном фронте ему приходится биться каждый день и насколько сильно противодействие. Когда Шеф чем-то управляет напрямую, техника сосет…

— У него, — не удержался Тимур.

— Можно сказать и так. Только Шеф — человек, и не может управлять всем напрямую.

— А как же Лейла?

— Да пиздит Шеф, — просто махнул рукой Алтай, — что это искусственный интеллект. Был бы это нормальный ИИ, то да, как ты вот предложил, согнули бы все СМИ и Интернет в бараний рог, всю технику на свою сторону, и плевать тогда на обычное оружие в руках обычных солдат. Десять лет пропаганды, и мир бы стал таким, каким его захотел бы увидеть Шеф. И это был бы не самый плохой мир.

— Серьезно?

— Конечно. Ты же не думаешь, что Шеф тебя обманывает? Нет, все честно, справедливое общество на всей планете, рывок вперед, космос, технологии, магия, порталы в другие миры, Земля — чемпион и все такое. Кто решил бы повоевать, беспилотники и ракеты нагнули бы. АЭС без риска катастрофы — энергия. Дружный труд на прогресс, преодоление голода, и так далее, и так далее. План, то есть, только, кто Шефу даст его выполнить? Вот он и решил, что надо вначале в одном государстве развернуться, отбить всех, кто будет напрыгивать, а потом контратаковать, заручившись поддержкой союзников. И вот тут то и начинается противоречие со всей этой революцией — переворотом.

— В чем именно?

Тимур подошел к костру, подкинул еще сухостоя. Не потому что было холодно или еще что, просто нравилось смотреть в огонь, слушать треск веток и ощущать жар в лицо. Зрение, конечно, засвечивалось, ну да необходимости нести караул не было. Алтай поставил сигналки, да и не было никого вокруг, полдня шли, вообще никого и ничего, никаких следов людей, жилья, вообще ничего. Против зверья же, наоборот, костер был полезен, отпугивать издалека.

Алтай лежал на спальном мешке по другую сторону костра, глядя в небо.

— В том, — он даже не повернул головы в сторону Тимура, — что революция — это когда совсем в стране пиздец, а Шефу оно надо? Была бы возможность, он страну бы озолотил, лишь бы граждане жили хорошо.

Тимур про себя подумал, что, мол, странное — хорошо, когда готов развязать войну против половины мира, но вслух сказал другое.

— Так обратился бы наверх, его бы поддержали, да? Страна озолотилась, верхушка тоже, все сыты и довольны, никаких переворотов, угроз, ничего такого. Всем же выгодно?

Алтай искренне заржал, не рассмеялся, а именно заржал, громко и с чувством.

— Чего такого? — с обидой спросил Тимур.

— Да так, — утирая слезы, ответил Алтай. — Ничего. Просто Шеф уже засылал подобные предложения. Один раз просто вежливо послали нахуй, второй сочли сумасшедшим, на третий едва не повязали, хорошо я с ним был. Потом через Ермека начали работать и обрабатывать потихоньку, сменили подход к проблеме. В общем, не поверил никто в Шефа, решили все, что он аферист, собирается надурить их и власть отобрать, ну это в плане — максимум. А так, просто надурить и денег поднять, после чего укатить в Куршавель или куда тогда модно было ездить с блядями?

Алтай встал, отодвинул спальник, сел на него, привалившись спиной к дереву, вроде березы, белому и гладкому.

— Поэтому Шеф, конечно, твердит про революцию, но по факту — переворот. Потом сажаем своих на верхние ключевые посты, всех, кто против, исхлестываем магической перчаткой по лицу, и начинаем революцию сверху.

— А как же наши вероятные противники и невероятные друзья?

— Ну, думаю, в другом мире нас не подслушают, — хмыкнул Алтай. — Шеф хочет всю страну накрыть технощитом, как он его называет. Вражеская техника глушится или переходит на нашу сторону. Наша, соответственно, работает. Если кто решит перейти границы пешком — отсосет, потому что против ОМП толпы людей не помогают.

— И что дальше?

— Дальше? Дальше в игру включаются всякие там разведки / контрразведки, и население Казахстана начинает увеличиваться стремительно и неотвратимо. Шефа попробуют убить, власть отобрать, секреты технощита похитить. Вербовка и внедрение вражеских агентов в госструктуры, наше противодействие, в общем, игры плаща и кинжала, с хорошими шансами на выигрыш.

— Техника?

— Ну да, — Алтай пожал плечами. — Глобальная слежка, сопоставление, интернет под колпаком, китайский файервол сможет повеситься от зависти. Пропаганда, роботы повсюду, хотя тут граждане будут недовольны, на этом попробуют поднять восстание.

— Ну да, — хохотнул Тимур, сообразив. — Техника взяток не берет и на нарушения глаза не закрывает. «Эй, братишке», уже не развести на месте.

— Это да, но это еще построить надо, обкатать модели, и так далее. Работать и работать, а мы с тобой последняя линия обороны. Хотя нет, вру. Я — последняя линия обороны, а ты пылающий меч возмездия, карающий факел, втыкаемый уверенной рукой Шефа в немытые задницы мятежников.

Тимур закашлялся от такого неожиданного заявления, потом расхохотался на весь лес, спугнув какую-то птицу, которая тут же начала недовольно орать и носиться кругами в поднебесье.

— Так что просто не будет при любом раскладе, нужны будут и люди, и ресурсы, и подготовка, и затем стремительный захват власти, с отстаиванием завоеваний. Главные козыри, разумеется, сила Шефа, Лейла, и наш отряд магов. К тому времени он еще разрастется, и будет уверенно доминировать, ибо у наших врагов нет такой методики инициализации, как у Шефа.

Тимур припомнил «сгинул в стычке с шаманами» и уточнил.

— То есть противники в курсе планов Шефа и готовят своих магов?

— Да не, — хохотнул Алтай, — Шеф им успешно сует дезу прямо в закрытые информ-системы, и в результате многолетние усилия приносят плоды. Враги усиленно мобилизуют и возрождают своих шаманов и экстрасенсов, готовят отряды боевых псиоников и паранормалов.

— А что Шеф?

— Шеф читает их отчеты, выбирает самых перспективных, сканирует, все такое.

— И как?

— Пока что попались только двое настоящих, как раз те самые индейские шаманы. Поехали вербовать, а там джи-ай оказалось, как семечек в подсолнухе! Ух и рубилово было! Еле выскочили, Шеф тогда усилием мысли три истребителя сбил, и ракеты отвернул, так бы хрен ушли. И потом еще месяц следы подчищали, вместе с шаманами.

— А что они?

— Так они крик и подняли! Заранее Шефа сдали, в общем, теперь враги настороже и готовят боевые отряды магов. В отчетах все выглядит красиво, если не считать, конечно, того, что настоящих магов там нет. Вот такие чудеса в реальной жизни. Ладно, давай спать, а завтра с утра поскачем в новый мир.

И через минуту уже похрапывал, а вот Тимур, наоборот, еще долго не мог уснуть и ворочался, размышляя.

Глава 5

У Тимура наступил, что называется, мысленный приход. Все случившееся за последний год, изменения в нем самом, в жизни вокруг, в семье, внезапно нахлынули водопадом. Там, на Земле, в рутине дел, даже магия как-то затерлась, воспринималась если не нормально, то хотя бы привычно. Теперь же осознание — я в другом мире!! — нахлынуло, наложившись на сцену битвы во втором мире.

Все это сливалось в калейдоскоп мыслей и образов. Невозмутимый Шеф, стряхивающий пепел с сигареты, стоящий перед огромным экраном, с визуализированным ходом взлома каких-то европейских серверов. Алтай, насмешливый на тренировках и спокойно расстреливающий пехотинцев во дворе замка. Счастливая Джамиля, машущая рукой и желающая ему счастливого пути. Марш-бросок по предгорьям, с поимкой и разделкой сусликов, практически голыми руками. Курсы экстремального вождения под руководством Алтая на льду Сайрана. Яростная драка в подворотне, один против пяти, и смешки Марины, проводящей лечение. И опять драка в замке, шум, крики, трупы, лицо жены, ее шепот «возвращайся скорее».

Файерболы, магия, тренировки, ощущение энергии в теле, демонстрация приемов и ощущение бессилия.

— Ладно, — прошептал Тимур, вставая.

В другом мире должно получаться лучше, не так ли? Он встал, сосредоточился и представил как между руками возникает молния, дуговой разряд. С громким хлопком проскочила искра, и вспыхнула, ослепив Тимура.

— Что, нервишки шалят? — донесся спокойный голос Алтая. — Это нормально, в первый раз всех накрывает.

— Даже тебя?

— Даже меня. Соберись, я нападаю!

Тимур мысленно простонал. Метод тренировки «по — джедайски», полагаясь только на свои чувства. Шеф вообще любил брать примеры из кино и книг, в части того, что касалось магии. Аргумент у него был простой: «хрен его знает, как это работает, значит, нужны хорошие описания и яркие образы». Правда, почувствовать Силу у Тимура так и не получилось, но вот юным избиваемым падаваном он ощущал себя регулярно.

— Соберись, ну! — воскликнул Алтай, после десятого удара. — Защита слабая, удары скучные, ты как будто не занимался целый год!

— Да я, собственно, о прошедшем годе и думал.

Тимур уже проморгался, так, легкие пятна перед глазами не в счет. В полумраке догорающего костра Алтай выглядел еще внушительнее, чем обычно. Черная могучая фигура, с черными волосами в темноте леса, с оружием в руках — дубинкой. В такие минуты Алтай всегда казался несокрушимым воином без чувств и эмоцией, машиной, практически буквально. Правда, в другие минуты — на тренировках и в быту — это ощущение даже не возникало. Обычный тридцатилетний холостяк, весельчак и любитель выпить пива, потрепаться о бабах на пару с Шефом, подкалывать Марину, которая не упускала случая съязвить в ответ. Вася, тот как-то всегда терялся, а вот хохотушка Марина за словом в карман не лезла, отбрехивалась только так.

— А, понятно, — ответил Алтай, не торопясь нападать. — Внезапно понял, что все всерьез?

Тимур промолчал, обдумывая ответ. Воспринимал ли он все до этого всерьез? Или считал какой-то игрой, несмотря на увиденное и услышанное, несмотря на поставленную, на ноги Джамилю, несмотря на то, что сам мог создать руками шар огня?

— Не знаю, — ответил он.

— Понятно, — повторил Алтай. — Решил срочно порефлексировать? Дело-то полезное, если не в бою, и если приводит к правильным результатам.

— Каким?

— Ты обдумываешь и учишься, не повторяешь ошибок, каким же еще? Вот ты сегодня в замке растерялся, не знал, за что хвататься: это отсутствие опыта и боевой практики. Пару раз еще побываешь в таком дерьме, начнешь реагировать шустрее.

— Если меня не убьют, — честно ответил Тимур.

— Для того я и здесь, — усмехнулся Алтай, укладываясь обратно на спальник. — Считай, что я тот инструктор-спасатель, которого ставят в воду, прежде чем бросать туда ребенка.

— Да это я понял, — Тимур тоже сел, потом лег, уставившись в звездное небо. — Но все равно как-то… не так мне все это представлялось. И столько всего разного произошло, теперь потряхивает немного.

— Так и думал бы их, мысли эти, чего вдруг приспичило магией заняться?

— Я просто это, того, подумал, что в другом мире должно легче получаться.

— Ох, молодешшш, — с интонациями сварливого дедка выдал Алтай, — учит вас Шеф, учит, а все туда же, торопыги, одна хотела сразу Пастера с Пироговым переплюнуть, всех вылечить, другой голыми руками в розетку с магией лезет.

— Эээ? Ну с Мариной понятно, а меня-то за шо?

— Другой мир! — воскликнул Алтай. — Нет, ну ты вслушайся в эти звуки: другой мир! Вот ты приехал из жопы мира, где не было ничего, но внезапно нагрянула экспедиция. Научился там телефоны на зарядку ставить и потом на кнопку проигрывателя жать. Приехал с этой экспедицией в мегаполис, а там повсюду электричество! Ты и сунул пальцы в розетку, чтобы подзарядиться, как телефон! Кривая аналогия получилась…

— Нормально, я понял, — ответил Тимур. — Не совать пальцы в магические розетки, а как тогда?

— Найти учителя? Узнать, как тут все у местных с магией устроено?

— Но вот файербол же получился, там в замке?

— Кто ж спорит, кое-чему ты научился, принеси, подай, сверни файербол силой мысли и воображения. И что с того? У местных может не быть магии, может быть все построено на словесных формулах, может быть переизбыток магической энергии, и при попытке создать молнию, тебя и меня просто прожарило бы с лесом вокруг.

— Но Шеф ни о чем таком не говорил!

— Правильно, он думал, что у тебя и собственное понимание техники безопасности имеется, и потом, сколько раз он тебе повторил про обучение?

— Эээ… девять? Или десять?

— Вот видишь? Мы же все здесь не дети, должны уметь самостоятельно мыслить и действовать, иначе какой толк? С таким же успехом Шеф мог бы понастроить роботов, и те покорно следовали бы его указаниям, — в голосе Алтая отчетливо слышалась насмешка.

— А почему, кстати, он не понастроил роботов?

— С чего ты взял? Ты видел, что Шеф читает?

— Разное, из всех областей, — растерянно ответил Тимур.

— В том числе и по робототехнике, по нейросетям, по устройству мозга. Лейла — лишь первый эксперимент, успешный, да, но над которым еще работать и работать. В идеале же — вспомни наш сегодняшний разговор, хотя бы! — это роботы с мозгами. Дроиды, под управлением ИИ, во всех областях и сферах, помогающие людям, берущие на себя разные области труда и бюрократии.

— И подчиняющиеся Шефу.

— Несомненно, — отозвался Алтай. — Тоже считаешь, что Шефу так нужна власть, что он без нее жить не может?

— Из него получится хороший правитель, раз он сам не хочет власти и считает ее лишь инструментом на пути достижения правильной цели, — подумав, ответил Тимур и смачно зевнул. — Но кто будет после него?

— Ты.

— Что?

— Шутка, — хохотнул Алтай. — Пусть Шеф о стратегии думает, наше дело сейчас — тактика по нахождению подходящего мира и обучению магии. В общем, прежде чем строить завод, где дроиды будут строить роботов, или наоборот, нужно создать прототипы этих самых рободроидов, отработать технологии, и так далее. И в твоем случае так же: прежде чем, было бы неплохо подучиться. Это у Шефа выбора не было, а у тебя он есть.

— Да уж, — понимающе вздохнул Тимур, и опять зевнул.

— Видишь, действует, — заметил Алтай, — иззевался весь, давай, спи, страдалец.

Через минуту он опять храпел, а Тимур внезапно ощутил, что сон опять пропал. Накатила злость на самого себя, но все же через полчаса, повертевшись и позевав, он все-таки уснул.

На следующее утро Тимур проснулся в спокойном состоянии. В конце концов, к этому готовился, ну понервничал слегка, с кем не бывает? Сосредоточенное лицо Алтая, доедающего банку тушенки, свидетельствовало, что настрой Тимура он одобряет.

— Ну что, чайку, и в добрый путь? — выдал дежурную шутку Алтай.

— Точно, — кивнул Тимур.

В утреннем свете и видах леса вокруг, безоблачном небе, было что-то умиротворяющее, навевающее спокойствие. Не хотелось никуда идти, перемещаться, делать что-то.

— Приготовить оружие? — спросил он Алтая.

— Не надо, а то переместит нас куда-нибудь на мирное собрание, а мы такие сразу с оружием в руках. По ситуации достанем, если потребуется. Ты главное, не теряйся, и если опять прыгнем в гущу битвы, так сразу ищи укрытие, а потом оружие доставай.

— Хорошо.

— Эх, скоро припасы закончатся, — притворно вздохнул Алтай, глядя на упаковку чайных пакетиков. — Так Шеф и не нашел мага, способного работать с пространством, а представь как было бы здорово?

— Как в Гарри Поттере, да? Безразмерная палатка, и склад вещей с собой?

— Ну!

— А чего бы Шефу самому такое не сделать, на основе техники?

— Чтобы такое сделать, Шефу нужно самому понимать хотя бы основы процесса, — ответил Алтай, вставая. — Как оно выглядит с точки зрения физики и обычного человека? Эн-мерное пространство? Карман в другое измерение? Не знаешь? И Шеф не знает, и наука не знает, или знает, но объясняет так замудрено, что Шеф еще не добрался освоить. Он же один на нас всех, и голова у него не резиновая, даже несмотря на возможность поглощать файлы книг.

— Кстати, я так и не понял, как он это делает, — заметил Тимур.

— Ага, нашел справочную систему модели Алтай «Шеф и все о нем»! Все, давай, помыли посуду, и поскакали дальше.

— Вот так всегда, только задашь неудобный вопрос, как сразу «Иди мой посуду!»

— Попроси Шефа сделать тебе портативную посудомойку, чтобы в карман помещалась, — засмеялся Алтай.

Следующий мир встретил их огромным стадом динозавров, несущимся прямо на них. Алтай метнул светозвуковую гранату, дернул Тимура в какую-то промоину, и долго они потом еще отплевывались и отряхивались от грязи, матерились вослед пронесшемуся стаду.

— Чего-то нам не прет, — заметил Тимур. — Все какие-то первобытные времена.

— Скрести пальцы на удачу, авось и выпадет что технологичное, — подмигнул Алтай.

Тимур напоказ скрестил.

— Ебать!! Ебать!!! — орал Тимур, удирая со всех ног. — Что это за хрень?!!

— Мега-робот, это же очевидно!! — орал Алтай, бегущий рядом.

— Ебать!!

Мега-робот, высотой до неба, и не один, а в сопровождении четырех собратьев, тяжело шагал вперед. Каждый его шаг, длиной в сотни метров, сотрясал землю и рушил дома. Точнее говоря, развалины домов, наполовину заросшие лесом, и бегущим Алтаю с Тимуром постоянно приходилось прыгать через ямы, уклоняться, вилять и петлять, ибо дорога была сильно разрушена. Из головы мега-робота вылетал огромный сияющий луч, выжигающий что-то за горизонтом. Четверо остальных роботов тоже стреляли лучами, выжигали развалины, били в небеса, что-то оттуда летело, не было времени и сил вглядываться.

— Вправо!! — крикнул Алтай.

Укрылись за какой-то толстой и низкой стеной, Тимур судорожно дышал, Алтай заметил с улыбкой.

— Ты же хотел технологичный мир?

Земля содрогнулась, посыпался мусор и каменная крошка. Луч прошел практически над головами, выжигая просеку прямо перед ними, оставляя не просто опаленную землю, а мега-борозду, в которой все спеклось в стекловидную массу. Из-за деревьев, на свежую просеку, вырвались какие-то огромные жуки кошмарного вида, полетели в атаку, яростно жужжа и щелкая. По земле вперед рвались еще насекомые, каждое размером с добротный дом.

— Валим отсюда!!! — завизжал Тимур, но Алтай и без того уже соединял деревяшки.

12 мая 452 года от Переселения, Дибор

Их бросило на крупный, чистый, отборный песок пляжа. Ласковое синее море, прозрачное до самого дна, солнце, пальмы, все это настолько контрастировало с только что пережитым, что Тимур прямо-таки упал навзничь. Судорожно, трясущимися руками, захватывая пригоршни песка, и ощущая дрожь во всем теле.

— Ага, — задумчиво подтвердил Алтай, опуская руку в воду. — Это было сильно.

— Чозанахер это вообще был?!

— Огромные роботы воевали с какими-то насекомыми-мутантами, — вздохнул Алтай. — А мы попали ровно посредине, ну не повезло просто. Вот прямо как сейчас.

На последнем предложении он понизил голос, и Тимур насторожился. Осмотрелся. Остров вдалеке, благодать рядом, никаких намеков на проблемы. Не знать, что ты в другом мире, так легко можно представить, что оказался на каких-нибудь Багамских или Канарских островах, или там, в Таиланде, сам Тимур там не был, но остальные рассказывали. Никаких признаков проблем.

Но и Алтай зря болтать не стал бы.

— Ты о чем?

— О том, что за нашими спинами полно техники и солдат, и ждут они… вот этих вот товарищей!

Из-за островка вылетели несколько кораблей, понеслись вперед. Тимур смотрел, уронив челюсть, ибо корабли натурально тащили виверны, впряженные в конструкцию. Над кораблями парили несколько огромных птиц и с десяток людей, видно было, как на палубах строятся отряды в бронях, и вздымают посохи маги в балахонах и остроконечных шляпах.

— Ну что, — усмехнулся Алтай, — кажется, маги в этом мире есть.

Глава 6

Тимур не успел ничего ответить, как за спинами раздался треск и грохот. Разламывая пальмы, выкатывались, точнее говоря, вылетали какие-то бронетранспортеры. Внутри сидели солдаты, в бронях и шлемах, сжимая винтовки с толстым дулом, и машины парили над песком. Из земли лезли башенки-турели, в воздух взмыли плоские треугольники, тут же открыли огонь по приближающимся кораблям. Маги, стоявшие на носах судов, синхронно вскинули посохи, и корабли накрыло тонкой радужной пленкой, как будто кто-то выдул огромный мыльный пузырь.

Истошный крик виверн сразу оборвался, как отрезало, и дальше корабли приближались бесшумно.

Но Тимуру и Алтаю все равно было не до них, ибо войска из глубины острова выдвигались прямо на них, на кромку пляжа. Один из бронетранспортеров вильнул в их сторону, было видно, как смонтированные на корпусе стволы уставились прямо на Алтая с Тимуром. Последний отступил на шаг, дуло чуть шевельнулось, удерживая его на прицеле. Солдаты в кузове тоже взяли винтовки наизготовку.

— Не торопись, — спокойно сказал Алтай.

— Мы что, уже сдаемся?

— Пока неясно. Но, есть время убивать, а есть время выжидать. Если что, падай на песок и ползи в сторону.

Дальше Тимур спросить ничего не успел. Транспорт затормозил рядом, высыпали солдаты, наставив винтовки. Вылезший следом сержант — броня другая, нашивки на плечах, поведение чуть иное, отметил Алтай — хмуро и мрачно наставил на них какую — то «фигню с антеннками». При наведении на Тимура раздался писк.

— Мага убить, второго в кандалы и в ПМС, — просто сказал сержант, пряча прибор в карман.

Дальнейшее Тимур видел, но не осознавал, что происходит, настолько быстро двигался Алтай. Каким-то боковым скачком, он оказался рядом с одним из солдат, отобрал винтовку, прикрылся самим солдатом и расстрелял пятерых противников, прежде чем те выстрелили в ответ. Кто-то выполнил первый приказ сержанта, и бок Тимура ожгло, а затем пришла боль. Лазерный луч из винтовки прожег одежду и часть правого бока Тимура, прижег рану, но боль была адской, и Тимур упал на колени, зажимая рукой бок, и тем самым избежав второго выстрела в голову.

Алтай уже сворачивал шею сержанту, сдернув с того шлем, и швыряя таковой в одного из солдат. Выхватить пистолет из кобуры на боку сержанта, и сжечь зарядами плазмы оставшихся заняло у него не больше пары секунд. Еще череда разрядов, и бронетранспортер вспыхнул, уткнулся носом в песок. Сидевшего в кабине водителя прожгло и разметало, орудия бессильно поникли.

Алтай подхватил Тимура, оттащил в сторону, прикрываясь корпусом бронетранспортера, тут же в место, где находился Тимур, ударили электроразряды, оставляя за собой зигзаг мутного стекла. Что-то кричали, раздавались команды, но Алтай видел, что корабли магов уже почти достигли острова, и значит, сейчас всем будет не до них. Главное продержаться чуть-чуть, укрыться и отскочить в сторону.

Вшшшух! Вшууух! Оставляя дымный след, ракеты пронеслись в сторону воды, тут же грянули взрывы, и с треском маги ударили в ответ. Огромные столбы огня и молний обрушились на остров, на башенки с турелями. Вспыхнуло ярко и бело силовое поле, но столбы магов оказались сильнее, проломили. Башенки взорвались, завоняло пластмассой и чем-то едким. Алтай пригнулся, пробив корпус транспорта, над головой пронеслись мини-шары плазмы. Град таких же шаров, только размером с футбольный мяч уже бил в защитный купол магов, светящимся градом.

— Тимур? Тимур? Ты слышишь меня? — орал Алтай, доставая аптечку.

То, что его могут услышать, уже не имело значения. Радужный пузырь вокруг кораблей все-таки лопнул, сразу донеслись крики виверн, и несколько секунд спустя корабли врезались в берег. Топот ног, лязг железа, тихий свист винтовок и громкое карканье виверн, взрывы ракет и гранат, вопли магов, выкрикивающих заклинания, все это звучало единой какофонией боя, в которой смог бы сориентироваться только очень опытный боец.

Алтай, конечно, смог бы, но сейчас он был занят Тимуром.

— Все в порядке! — орал он тому почти в лицо.

Обезболивающее. Противоожоговое. Иммунитет повышен, перевязку делать рано, надо двигаться. Стимулятор.

— Уходим отсюда!

— Давай к магам! — неожиданно заорал Тимур.

Но тут судьба в очередной раз крутанула задницей. Вода встала дыбом и ударила прямо по транспорту, за которым они прятались. Алтай в последнюю секунду успел выдернуть Тимура в сторону, и техника, кувыркаясь в воздухе, улетела куда-то в сторону пальм, с грохотом и треском взорвалась. Тут же нечто невидимое, пригнуло Тимура и Алтая к земле, придавило и обрушило волну на берег.

— Пять «же», не меньше, — прошипел Алтай, сквозь зубы.

Но удар гравипушки был коротким, почти сразу тяжесть ушла, вот только теперь Тимур и Алтай были открыты обеим атакующим сторонам. Конечно, основная масса была занята тем, что увлеченно рубила и расстреливала противников, но даже так, в сторону Алтая и Тимура полетели лучи, пули, шары огня и льда, какие-то камни, и даже одна из виверн ощерила рот, тут же плюнув чем-то ядовито-розового цвета.

— Заляжь и вали рептилию! — рявкнул Алтай, кидая винтовку Тимуру.

Сам он подхватил одно из тел, и, прикрываясь им, ловко подставляя под удары, начал в бешеном темпе расстреливать всех врагов из пистолета. Шары плазмы летели со скорострельностью пулемета, и Алтай стрелял так, как будто последние лет пять только и делал, что упражнялся в стрельбе из подобного оружия. Тело солдата в его левой руке подергивалось, от попадающих пуль и камней, броня вспыхивала и горела, принимая на себя удары плазмы и лазеров, Алтай стрелял, уничтожая врагов и пытаясь отойти в сторону от схватки, пока еще не поздно. Тимур пытался помочь, но винтовку словно заело, и она не стреляла.

Пять квадратов пехотинцев, с круглыми щитами, надраенными кольчугами и топорами, многоного сбежав с кораблей, врубились в ряды солдат с винтовками. Лазеры соскальзывали с брони, шары плазмы пехота принимала на щиты, вспыхивающие ярко — красным. Топоры разрубали бронежилеты и шлемы вместе с винтовками, и откуда-то из глубин строя били молнии, вздымались навершия посохов, сияющих нестерпимо-синим цветом.

— Корхал! Корхал! Корхал! — внезапно начали скандировать пехотинцы, отбивая ритм ногами.

Откуда-то из глубин острова немедленно ухнуло, громко, и затем с небес ударил оранжевый шар, потрескивающий выплесками энергии, ударил в воду между кораблями и взорвался, оглушающей вспышкой. Тонкий зуд моментально сменился тишиной, вода возле острова встала дыбом, двадцатиметровой стеной, и рухнула на берег, обрушивая корабли магов на самих магов же. Волна ударила в Алтая, он едва успел ухватить Тимура за шиворот, как рывком ему чуть не выдернуло руку, рубашка на Тимуре трещала, но держалась, их обоих тащило, прямо по воздуху, куда-то вглубь острова.

Напоследок Алтай успел увидеть, как корабли смяли защитный купол вокруг пехоты магов, проломили, и вода довершила дело, разметав боевые порядки, разбросав пехоту. Огромные танки, черно-серого цвета, уже выныривали откуда-то из-за уцелевших пальм, наставляя огромные орудия.

— Корхал! — продолжали доноситься крики.

А затем Алтай и Тимур все же упали, шумно и с грохотом, треском и ломаньем кустов.

В себя Тимур пришел от похлопывания по щекам и выливания воды. С трудом открыв глаза, и то больше от возмущения, он обнаружил, что там стоит Алтай, в руках свернутый на манер кулька пальмовый лист.

— Что?

— Вставай! Нужно уносить ноги, пока нас не порубили в капусту!

— Кто?

— Пехотинцы в кожаном пальто, блядь! Че, не слышишь крики?

— Корхал! Корхал! — доносилось откуда-то из-за деревьев.

— А где наши вещи? — спросил Тимур, вставая.

— В пизде! — рявкнул Алтай. — На берегу остались, а берегу пиздец пришел! Жахнули чем-то, там нахуй все разнесло, одни эти пидарасы с топорами и уцелели! Рубят все, как нехуй-нахуй, танки уже разобрали, щас за пехотой гоняются!

— Орггх, — скривился Тимур, хватаясь за бок. — Порталы при тебе?

— Ну, так! — Алтай хлопнул по груди.

— Уходим?

— Хуй с два! Этот мир — то, что нужно! Маги жарят в жопу технику, да Шеф свою белобрысую бородку лично повыдергает за возможность такого обучения!

— У него нет бородки, — заметил Тимур, принимая новую винтовку.

Увы, прошлая ему не слишком пригодилась. Пока он разбирался, что почем, виверна уже помчалась куда-то вглубь острова, и тут же получила снаряд в пасть, ну и Алтай сзади плазмы под хвост ей добавил.

— Чтобы не выщипывать! — зло хохотнул Алтай.

Из кустов выломился пехотинец с топором, шлем куда-то улетел, лицо злое, глаза красные и выпученные. Прежде чем он успел что-то заорать или ударить, Алтай ударил сам, начал стрелять из плазмопистолета. Пехотинец закрылся щитом, Алтай тут же скакнул вперед, подныривая под щит, нанося удар ногой. Отскочил, крутнулся, вставая, в руках сверкнул нож, и пехотинец выронил щит. Топор уже летел в шею Алтаю, тот успел пригнуться в последнюю секунду, отлетел вбок, пехотинец ринулся в лобовую. Тимур попытался выстрелить, но ничего не вышло, а боец уже был рядом, в сияющей броне.

— Корхал! — взревел он, вскидывая топор.

— Заебал! — рявкнул Алтай, кидая что-то.

Тут же перекатился, подбил пробегающего мимо пехотинца, тот не сопротивлялся, и Тимур увидел, что из шеи торчит нож. На миллиметр выше воротника кольчуги, практически в кадыке. Пехотинец упал, топор отлетел в сторону.

— Сзади! — крикнул Алтай, вскакивая.

Тимур развернулся, но не успел, его опутало сетью, спеленало и швырнуло на землю.

— Бросай пистолет! — донесся голос слева. — Вы проиграли!

— Эй, мы сами по себе! — возмущенно ответил Алтай справа.

— Точно, корхалиста завалили, сам видел! — еще один голос. — Точнее вот этот завалил! Этот на земле пытался ему помочь, но промахнулся.

— Ха, да он еще и ранен! — третий голос.

— Господин лейтенант! — первый.

— Вижу! — оборвал его лейтенант.

— Эй, — крикнул Алтай. — Вы не забыли, что у вас тут психи с топорами бегают?

— С ними уже разбираются! — последовал хладнокровный ответ.

И вправду, отовсюду слышались хлопки, взрывы, нечленораздельные крики. На лицо Тимура упала тень, и он увидел, как сверху проплывает какой-то огромный треугольный корабль, очень напоминающий «звездные разрушители» из Звездных Войн. Корпус корабля щетинился стволами и антеннами, непрерывно стрелял, фактически заливая лазерными лучами что-то, невидное Тимуру.

— И теперь, — но договорить лейтенант не успел.

С каким-то отчаянным и одновременно жалобным ревом с небес прямо в ряды солдат упала огромная жаба.

— Кваааа!!! — заорала жаба, оглушая окружающих и обдавая их ядовитым дыханием.

— Проклятье! — ворчал Алтай, разрезая сетку. — Ну что за нахер вообще тут творится?! Тимур? Ты еще жив?

— Пока да, — отозвался Тимур, — но что-то мне все хуже и хуже.

— И это неудивительно, тебя срочно нужно лечить, а не швырять туда и сюда!

— А у этих аптечки нет? — Тимур, освободившись, сел. — Ох, ё!

— Не говори, весь заряд потратил, — Алтай кивнул в сторону отброшенного пистолета.

Вокруг валялись зарезанные и заколотые, обожженные и разорванные тела, все деревья сломало или уничтожило, земля была изрыта воронками. Чуть в сторонке, подрыгивая задней лапой, отходила жаба, придавившая в предсмертных судорогах еще одного из солдат. Пасть и глаза ее были изрыты, сожжены зарядами плазмы, живот вспорот, оттуда тихо дымило чем-то серым, и рядом валялись отравленные, с синюшными лицами, выкаченными глазами. Чуть поодаль лежало несколько бойцов, в широких масках, шея ближайшего к Тимуру была практически лишена кожи.

— Языком содрала, — пояснил Алтай, — язык весь в крючках, не знаю, что за мутант, но…

Он подпрыгнул, разворачиваясь, из-за поваленных стволов выскочили трое, с мечами, за ними вальяжно шествовал маг, с посохом.

— Маг ранен, нужна помощь! — тут же крикнул Алтай.

Один из мечников посмотрел на своего мага, тот шевельнул посохом и кивнул.

— Берите его и уходим, — приказал маг, — скоро тут будут железные драконы, нам с ними не справиться.

— Ваше Магичество, мастер Эррейн…

— Его жаба мертва, ему придется смириться с этим, — отрезал маг.

Два других мечника, уже ловко изготавливали самодельные носилки для Тимура. Несколько взмахов подобранного с земли топора, веревки, плащ — носилки готовы. Алтай оценил и одобрительно кивнул.

— Кто такой? — спросил маг, указывая посохом в сторону Алтая.

— Алтай, Ваше Магичество, — среагировал тот, изображая поклон. — Телохранитель мага Доброго Тимура, к несчастью переоценившего свои силы.

— Молодежь, — цыкнул маг.

Интерес к Алтаю он уже потерял, прошелся между убитых солдат, остановился над трупом пехотинца с топором, покачал головой. Алтай, незаметно подобравший себе новый плазмопистолет с тела «лейтенанта», уже поспешал вслед за Тимуром. Мечники тащили его почти бегом, но все же аккуратно, виден был немалый опыт подобных переносок. Повсюду звери магов и сами маги, мечники и пехота с топорами, кто уцелел, добивали солдат с винтовками и крушили технику. Огромным черным столбом, как будто подавая сигнал, чадил пролетавший совсем недавно треугольный корабль, воткнувшийся в землю. Вокруг валялись тела и части корабля, что-то жалобно пищали системы связи.

— Сюда! — раздавались крики. — Все на «Незримый свет»!

Корабли магов тоже переломало взрывом, лишь один уцелел, и на него сейчас набивались все выжившие. Алтай одобрительно хмыкнул, в такой давке и толпе никто не будет спрашивать, откуда взялись «новенькие». Найти Тимуру мага-лекаря, и начальный этап миссии, можно сказать, завершен!

Глава 7

12 мая 452 года от Переселения, группа островов Малой Кляксы, Дибор

Едва корабль отошел от берега, увлекаемый четырьмя вивернами, как в небе показались новые беспилотники.

— Поставить Великое Замедление!! — раздалась команда.

Тимура уложили практически на палубу, рядом с двумя десятками таких же раненых. Магичка средних лет, в аляповатом красно-зеленом балахоне уже трудилась над одним из них, сложив руки в молитвенном жесте, и что-то бормоча под нос. Вокруг ее рук разливалось сияние. Две помощницы магички ловко и умело омывали раны, из серебряных кувшинчиков, что-то рассказывали стонущим раненым. Что именно, Алтай не слышал, слишком шумно было вокруг.

Два огромных стреломета на носу, их разворачивали, наставляя в небо. Маги на корме тоже что-то колдовали, собравшись в круг, и видно было, как над ними разгорается и расползается радужный купол.

— Готовсь! — орал офицер в яркой броне и пышно украшенном шлеме.

Орал он арбалетчикам, выстроившимся перед стрелометами. Корабль уверенно набирал скорость, беспилотники преследовали, стреляя пулями и лазерами, мини-ракетами. Алтай скептически подумал, что надо было установить по стреломету на носу и на корме, чтобы можно было отстреливаться неважно, атакуешь ты или убегаешь.

Отмашка и в воздух взмыли огромные бревна, притворяющиеся стрелами, красно-желтые, могучие. С тихим хлопком они разлетелись в стороны, и видно было, как сверкающее кольцо беззвучно ударило во все стороны. Беспилотники, попавшие в кольцо, резко сбавили скорость, фактически повисли на месте.

— Вразнобой!! — заорал офицер.

Захлопали арбалеты, половина промахнулась, но половина попала. Взрывные болты, игнорируя поле замедления, разносили беспилотники в клочья. Алтай уловил опасность, перевел взгляд назад, туда, где дымился и горел остров. Беззвучная молния сверкнула в небе… ДАДАХ!!! Ракета разорвала двух виверн в клочья, оставшихся двух рептилий швырнуло в разные стороны, одной оборвало упряжь. Корабль резко замедлился, и начал разворачиваться, накренился. Раненых потащило по палубе, пехотинцы и маги падали, заклинание защитного купола развеялось с треском.

И только тогда на головы обрушился гром промчавшегося мимо самолета.

— Сверхбыстрый дракон!! — орали вокруг. — Ставьте щиты, нам с ним не сладить!

— Аррргх!! — раздалось сзади рычание Тимура.

Алтай подпрыгнул, разворачиваясь. Одна из помощниц целительницы промывала рану Тимура, обдирала обгоревшие куски.

— Ваш подопечный легко отделался, — спокойно заметила она в ответ на возмущенный взгляд Алтая.

— Подопечный?

— А, вы его наставник? — понимающе кивнула та. — Простите, мне показалось, что вы его телохранитель.

— Немного того, немного другого, но мы больше просто друзья, вот я и удивился, — дипломатично улыбнулся Алтай.

Девушка уже собиралась что-то сказать, но тут снова завыло и заухало, вода вокруг корабля взлетала фонтанами, грохот и треск, защитный купол мерцал, еле сдерживая очередную атаку. Целительница подошла и занялась раной Тимура, приложила к дыре в боку кусок мяса, зашептала что-то. Алтай, держащийся за какой-то канат, и придерживающий помощницу целительницы за талию (девушка не возражала), пытался высмотреть истребители, но не получалось.

Глаз просто не успевал уловить их пролет, и ракетно-лазерные удары разламывали щит магов. Вот один из них упал, зажимая рукой нос, и это стало началом конца. При следующем ударе еще двое упали, обессиленные, а ведь корабль шел теперь впятеро медленнее, чем раньше! Единственная оставшаяся в живых виверна тянула корабль, но и только, взять разгон и скрыться уже не получалось.

— Где-то рядом наш основной флот, — шепнула девушка Алтаю, — они уже наверняка спешат на помощь!

Алтай не успел сообразить, что ответить, как в битву вступили новые силы. Вздымая огромные фонтаны воды, вокруг корабля начали рваться снаряды. Откуда-то из-за горизонта бил крейсер, и это означало лишь одно, по мнению Алтая: всем, кто на корабле — пиздец.

— Прыгайте за борт! — заорал он.

На него посмотрели, как на сумасшедшего, но опять же, никто не успел ничего предпринять. Над морем, заглушая все звуки, прокатился могучий и раскатистый звук рога.

— Биотики, — побледнела помощница целительницы, — о нет!

Сама целительница, не обращая внимания на происходящее, продолжала обрабатывать рану Тимура. Алтай видел, что из рваной, обожженный дыры там все превратилось в розовый кусок мяса с шрамами, и это было хорошо. Прыгать в воду, пожалуй, было рано, раз уж появились эти неведомые биотики, но Тимур хотя бы не будет обузой, если придется быстро-быстро уносить ноги.

— Проклятье! Они привели китов!! — раздался чей-то истошный вопль.

Алтай бросил взгляд за борт. Море кишело жизнью, выпрыгивали дельфины, на спинах которых сидели рыболюди, с какими-то гарпунами в руках. Поднимая волну, выдвинулся наверх огромный кит, и ударил струей воды, прямо в корабль магов. Метровой толщины струя била откуда-то изо лба кита, и Алтай озадаченно хмыкнул. Судя по всему, биотики жили в воде и работали с живыми существами, обитателями моря, перекраивая их на свой лад. И все это создавало новые проблемы: скорее всего, сейчас их всех тут будут убивать, и, в придачу, прятаться в воде было бесполезно.

Нужно что-то другое! Но что? Не помешал бы какой-нибудь летательный аппарат, но где ж его взять? Беспилотники не подходят, да и поди допрыгни еще до них! Истребители проносятся, не уцепишься… может, кто из магов умеет летать? Нет, маги выдохлись, а летунов выбили, скорее всего, в начале боя еще на острове. Корабли? Нет, не вариант, даже если сюда примчится эскадра стремительных катеров, все будут заняты боем с биотиками.

Взгляд его упал на сипящую и натужно машущую крыльями виверну.

— Ты! — гаркнул он девушке. — Как тебя зовут?

— Варлея, — отшатнулась та.

— Управишься с летающей рептилией?

— Только госпожа Элона и мастера — драконов такое могут! — машинально ответила девушка.

— Отлично, — кивнул Алтай, ухватил целительницу за плечо.

Та метнула гневный взгляд, коснулась ухватившей ее руки и… ничего не произошло. Судя по реакции и взгляду должно было, как минимум, парализовать руку, подумал Алтай, и понял, что здесь толку не будет. Но выбора почти и не оставалось, и он громко сказал:

— Ваше Магичество! Нужно бежать! Корабль сейчас уничтожат!

— Кто ты? — прищурилась целительница.

Но поговорить им опять не дали. Могучий гриб взрыва вставал над горизонтом, окрашивая небо в багрово-черные цвета. Биотики на дельфинах радостно дудели в рога и обстреливали корабль магов, арбалетчики и солдаты отвечали, ударила пара молний, вода вокруг корабля на мгновение обратилась в лед. Видно было, как кит вбирает в себя новую порцию воды для удара, и Алтай понял, что дальше медлить нельзя.

Оттолкнул целительницу, подхватил Тимура, и помчался по палубе корабля, протискиваясь, отпихивая, стараясь не слишком ударять «груз» о борта, углы и других людей. Получалось не очень, корабль был переполнен, но Алтай старался, уже не сдерживаясь. Не было смысла хранить конспирацию, и он готов был достать плазмопистолет и прожечь, буквально, себе путь.

Но обошлось, солдаты расступались, магам было не до того, и все равно, продвижение шло медленнее, чем рассчитывал Алтай. Окружающие падали один за другим, и Алтай видел, как синева разливается по их коже, там, где попали шипы биотиков. По идее, броня должна была защищать от такого, но все тело не закроешь, и шипы, воткнувшиеся в открытые части тела, руки, ноги, шею, лицо, убивали, почти мгновенно.

Вшшух! Вшшух! Вшшух!! Ракеты с пролетавших истребителей ударили прямо по биотикам, разбросав и разметав, на палубу шлепнулся кусок дельфина, и ноги-ласта биотика, Алтай чуть не поскользнулся на нем, устоял, рванул дальше. И тут же оглушающей чечеткой по площади, по всей акватории, начали рваться какие-то снаряды, накрывая всех и вся огненным вихрем. Не оказался обойден и корабль, кто-то попробовал выставить щит, кто-то кричал заклинания, но тщетно, судно накрыло, и Алтай ощутил, что его швыряет вперед.

Успел выставить ногу, амортизировал об установленный самострел, палуба под установкой вспучилась и треснула. Тело Тимура по инерции рвалось дальше, соскальзывало с плеча, и тут же над бортом взмыла какая-то рыба с выпученными глазами. Алтай крутанул тело Тимура, ногами сбивая рыбу в воду, и окончательно останавливаясь.

— Твою мать!!! — заорал очнувшийся Тимур. — У тебя одежда горит!

— Да мы вообще горим!! — заорал Алтай, ставя Тимура на палубу и оборачиваясь.

Через борт уже лезли биотики, обожжённые и кашляющие, два шара плазмы снесли их вместе с досками. Алтай, уже не скрываясь, водил дулом плазмопистолета вокруг, но никому не было дела до «вражеского оружия» в его руках. Корабль стонал, горел и кренился, на воде вокруг всплывали дельфины и биотики, брюхами кверху. В бешенстве крутился на месте обожженный и израненный кит, и тут же истребители прошли еще раз, добивая его ракетами. БАБАХ!!! Один из истребителей превратился в огненный шар, сразу же улетевший вниз и куда-то за один из островов.

— Мы лишние на этом празднике жизни! — заорал Алтай Тимуру.

— Ага! — тот прикрывал лицо рукой, ветер дул в сторону носа, таща за собой огонь и жар. — Что делаем?

— Хватаем виверну и валим отсюда!!!

На крик обернулись, и это очень не понравилось Алтаю. К счастью, новая волна биотиков ринулась через борта, что-то угрожающе булькая, курлыкая, тыкая своими гарпунами и иглометами. Уцелевшие маги и солдаты переключились на новую угрозу, пытаясь одновременно отбросить биотиков и потушить огонь. Получалось не очень, хаос, неразбериха и скорострельность вкупе с ядовитостью иглометов мешали.

— Бля! Я же не акробат! — заорал Тимур в ответ.

Алтай обернулся, канат между кораблем и виверной был поврежден, провисал, почти касаясь воды. Сама виверна, успевшая закрыться крыльями, что-то жалобно курлыкала и крутилась на месте, забыв обо всем. Было видно, что она тоже ранена и обожжена.

— Хватай канат! Тащи ее сюда! — заорал Алтай.

Дадах! Копье, увенчанное острым кораллом, выскочило из воды, вонзилось в стреломет. Алтай тут же выдернул его, метнул обратно, вода побагровела.

— Держи! — Алтай бросил Тимуру плазмопистолет. — Вали, все что шевелится!

Сам он ухватил канат, намотал на правую руку, и начал выбирать слабину. Свободный ход каната быстро закончился, и виверна заорала протестующе. Алтай зарычал, уперся ногами в палубу, доски трещали и трескались. Алтай тянул, подтягивая виверну, та орала жалобно, взмахивала крыльями, но все же в полную мощь не сопротивлялась, иначе оставалось бы только обрубить канат и пытаться залезть на спину летающей рептилии, обуздывать ее на ходу.

— Нет, не так! — раздался возглас.

— Тимур? Я же сказал, — Алтай обернулся, увидел помощницу целительницы. — Ладно.

Виверна, ощутив слабину, рванула вперед, Алтая протащило на полшага и тут же он, зарычав, отыграл их обратно. Мышцы на правой руке вздулись, он забросил канат за станину стреломета, начал накидывать кольца и петли. Виверна, в свою очередь, пришла в себя и все же рванула в полную скорость, увлекая за собой корабль. Атакующих и защитников повалило, раздались нечеловеческие вопли заживо поджариваемых, и снизу доносились пронзительные взвизгивания, там, где корабль давил собой дельфинов и биотиков. За горизонтом что-то ухало и взрывалось, видно было, как к кораблю спешат новые отряды, уже не на дельфинах, а на чем-то вроде рыб-мечей.

— Варлея! — рыкнул Алтай. — Выбирай канат!

— Надо позвать ее специальным свистком! — крикнула та.

— Так зови!!! — рыкнул Алтай.

Выбирать канат и тянуть стало почти невозможно, волокна и без того трещали, угрожая порваться в любую секунду. Виверна яростно махала крыльями, и оставалось еще десять метров каната.

— Давай, скотина! — заорал Алтай в пространство, и рывком выдернул на себя метр каната.

Виверна жалобно рванула в ответ, и канат порвался, но в эту же секунду Варлея вытащила откуда-то из тайника в досках носа, свисток, поднесла к губам. Рептилия замедлилась, взмахивая перепончатыми крыльями, и корабль начал приближаться к ней. Варлея кинула укоризненный взгляд на Алтая, тот спросил.

— Где ее магичество Элона?

— Убита, — поджала губы Варлея. — Меня тоже чуть не схватили, но Амокл успел вмешаться.

Алтай лишь кивнул, рыкнул Тимуру.

— Отдай оружие — раз не пользуешься! Как подлетит, садитесь на виверну, Варлея правит, ты держишься!

— А ты? — спросил Тимур и тут же добавил укоризненно. — Не стрелял твой пистолет! И винтовки!

— А я прикрываю отход, смотри!

Волна биотиков захлестнула корму, сломила остатки сопротивления, и теперь рыболюди яростно тыкали своими копьями и гарпунами в тела, как будто проводя контрольный, добивающий укол. Алтай вскинул плазмопистолет, расстреливая очередью корму, и потом перевел огонь на мачту в середине, начал стрелять в основание, норовя сломать и создать препятствие на палубе. Мачта не поддавалась, в отличие от визжащих и галдящих биотиков, понесших урон. Они уже мчались к носу, размахивая копья и иглометами, вода вокруг корабля бурлила от новых отрядов, а Алтай хладнокровно расстреливал атакующих, не сходя с места.

Тимур, перебирающийся на спину виверны, со страхом посмотрел вниз, биотики стреляли, виверна жалобно орала и шипела.

— Она иммунна к их яду, — бросила Варлея, оборачиваясь, сжимая в руках поводья.

— Это хорошо, — ответил Тимур.

Он, конечно, предпочел бы посадить за руль кого-нибудь другого, но что поделать, если из них троих только эта девчонка-подросток знала хоть что-то об управлении вивернами?

— Нужно улетать! — крикнула Варлея, опять оборачиваясь и хлеща Тимура по лицу копной черных длинных волос. — Пока они не притащили кого-нибудь мощного!

— Да! Алтай!

И в этот момент корабли за горизонтом нанесли новый удар.

Глава 8

Шары огня, плазмы и напалма, каждый по два-три метра в диаметре, с низким, утробным воем, врезались в острова и воду, растекались по поверхности, выжигали и убивали, заволакивая все вокруг паром, обдавая жаром и вонью, с примесью озона. Один из шаров врезался в середину корабля, разбросав биотиков и пробив дыру. Корабль немедленно начал тонуть, быстро и неотвратимо, и Алтай ощутил, как под ногами у него кренится палуба.

— Взлетай! — рявкнул он, не оборачиваясь.

Не глядя подхватил веревку, свисавшую с виверны, взмыл в воздух, не прекращая стрельбы по врагам, подобравшимся слишком близко. Виверна что-то торжествующе орала, в такт возмущенному курлыканью снизу. Впрочем, выразив свое презрение, биотики поспешили нырнуть и уйти на глубину, потому что пленка напалма и какой-то черной жижи, вроде нефти, стремительно расползалась по поверхности. Затем, когда виверна взмыла уже метров на пятьдесят в высоту, пленка вспыхнула, и волна жара снизу ударила такая, что у Алтая начали трещать волосы.

— Выше! — заорал он. — Еще выше!

Но виверна и без того уже взмывала.

— Гады, гады, гады! — шептала Варлея. — Как можно?

— Что? — переспросил Тимур, не расслышавший бормотания.

— Всепожирающий огонь! — заорала Варлея.

Тимур быстро сделал вид, что ему все понятно, ощутив, что ступает на тонкий лед. Любое слово или фраза могли выдать в нем чужака, причем подозрительно знакомого с техникой и ее владельцами. Не самое лучшее время, с учетом парения в высоте на спине огромной крылатой ящерицы.

— Ого! — донесся присвист Алтая.

Подтягиваясь на руках по канату, он быстро забрался на спину виверны, перехватился, удерживаясь одной рукой за седло на спине. Седло был двуместным, и Алтай, фактически, сидел просто на спине виверны, но его беспокоило совсем другое. Он ткнул рукой влево, крикнул в ухо Тимуру.

— Смотри!

Тимур аккуратно повернул голову, отрываясь от вида затылка и спины Варлеи, посмотрел и тоже присвистнул. Отсюда, с высоты нескольких сот метров, картина сражения выглядела совсем иначе. Побоище на острове, в котором довелось принять участие Тимуру и Алтаю, было лишь мелкой стычкой на фланге, легким отвлекающим маневром, судя по задействованным там силам.

Сейчас они увидели настоящие армии и настоящую мощь.

Между островами, россыпью мелких и не очень, кипело сражение. Несколько сот кораблей, каждый размером не меньше того, на палубе которого удалось побывать Тимуру и Алтаю, яростно обстреливали целую моторизованную дивизию кораблей-амфибий на воздушных подушках. На амфибиях были установлены крупнокалиберные — мёты — огнемёты, лучемёты, пулемёты и гранатомёты, вкупе с портативными генераторами силовых полей. Корабли магов, в свою очередь, метали зеленый огонь и оранжевую жижу, ставили свои защитные купола, призывали молнии и громы, разверзали воду, и носились по воде не хуже корабликов-амфибий.

На нескольких крупных островах резались высаженные десанты, пехотинцы в броне и с топорами, рубились с солдатами, закованными в энергодоспехи. На самом крупном из островов солдаты победили, и спешно монтировали портал, из синего овала которого поспешно начали вылезать энерготанки, и вылетать беспилотники. Вода под кораблями бурлила от биотиков, живых и мертвых, чуть в сторонке десяток амфибий и три корабля магов совместными усилиями отбивались от полудюжины огромных, многометровых электрических угрей и скатов. В воздухе носились птицы, беспилотники, драконы, вертолеты, лазера и ракеты скрещивались с лучами заклинаний и огненными плевками драконов, еще выше громовыми звеньями проносились истребители, обрушивая ракеты и бомбы, и вспыхивая от каких-то невидимых ударов.

Чуть дальше, в море, шло сражение немного другого рода. Авианосная ударная группа сражалась с китоносной ударной группой, если можно так выразиться. Огромные киты таранили не менее огромные корабли, те стреляли и отбивались, взмывали самолеты, падали, сбитые щупальцами гигантских кальмаров и спрутов и серый туман стелился над водой. Там тоже было полно биотиков, сражавшихся, ломающих борта кораблей, добивающих упавших и карабкающихся в атаку.

Алтай представил себе, что эти рыболюди — воины, которые вылупляются из икры и содрогнулся. В такой постановке вопроса биотики и вправду могли не жалеть пехоту, бросать их волнами, буквально заваливая трупами, ибо все равно все вернется в воду и послужит источником для новых армий и полчищ бойцов — рыб. Или амфибий? На воздухе вроде бы биотики не испытывали затруднений, хотя кто знает, что будет если вытащить их на сушу и продержать сутки? Вопрос был далеко не праздный (хотя мог и подождать, укорил сам себя Алтай за размышления), ибо это была потенциальная возможность скрыться — добраться до суши и убежать. Соответственно, от того, сколько биотики могли провести вне воды, зависело, сколько придется бежать.

Вздохнув, Алтай полез за биноклем, пихнув Тимура в спину.

— Эй! — воскликнула Варлея. — Без рук!

— Извини, меня пихнули, — ворчливо отозвался Тимур. — Что там?

— Изучаю обстановку! — Алтай изучал в бинокль чешую биотиков.

Проще всего было спросить Варлею, но Алтай пока решил погодить. Мало ли чего возомнит, ну как решит камикадзе стать? Варлея что-то крикнула неразборчивое, ударила ногами по виверне, дернула поводья. Та не слушалась, продолжала лететь куда-то вперед, прямо над побоищем.

— Рвется к мастеру! — еще раз крикнула Варлея, обернувшись.

— Пусть берет правее, надо обогнуть сражение! — почти одновременно крикнул Алтай.

— Вы сядьте рядом друг с другом и орите друг другу в уши!! — не выдержал Тимур.

— Да я бы сел, так ты без седла не удержишься и слетишь! — хохотнул Алтай.

Он и в самом деле настолько естественно и непринужденно держался за седло, что казалось, будто ездить на виверне самое простое дело. По факту же, как запоздало сообразил Тимур, будь все так просто, не потребовалось бы на виверну ставить седло.

— И что делать? — крикнул Тимур.

— Сидеть на жопе ровно, все равно от нас тут ничего не зависит!

И тут же, опровергая собственные слова, Алтай ловко сбил плазмой приблизившийся беспилотник. Тот успел выстрелить разрядом, попав в хвост виверны, которая взвыла жалобно и все же сменила курс, начала отворачивать в сторону и выше.

— Молодец, девочка!! — донесся вопль Варлеи. — Давай к нашим!! Сейчас магистр Паэндо вам покажет!!

Алтай тут же посмотрел, и удивленно хрюкнул. К месту сражения медленно, но верно брели огромные каменные големы, по колено в воде. На глаз их высоту можно было оценить в полусотню метров, и Алтай ощущал, что Тимур тоже впился взглядом в каменных великанов, как будто пытаясь на расстоянии понять, как такое возможно. От кораблей, сражавшихся с китами и спрутами, отделился один, помчался быстро в сторону големов, стреляя на ходу. Ракеты и снаряды рвались на големах и вокруг, те продолжали брести, как будто не замечая ничего.

— Осторожней!! — крикнул Алтай, пинком сбивая какую-то мелкую птицу.

Тут же новая очередь, пролетавший мимо вертолет зачадил и пошел вниз, нещадно завывая мотором.

— Сбоку! — крикнул Тимур.

Между рук его проскочил дуговой разряд, и ветвистая молния обрушилась на группу сражающихся, маг, восседающий на шее дракона, и стая птиц, два вертолета, десяток пехоты с какими-то летающими ранцами, и невесть как затесавшийся туда крылатый конь с восседающим рыцарем, все получили свою порцию электричества. Птицы повалились вниз, маг что-то гневно заорал, потрясая посохом, пегас взржанул, а рыцарь даже не обратил внимания. Полет вертолетов был нарушен, но они тут же выровнялись, а пехота с летающими ранцами даже не почесалась.

И теперь все они злобно смотрели в сторону удирающей виверны.

— В следующий раз бей в воду! — крикнул Алтай. — Так вернее будет!

Летающие пехотинцы устремились, крайнего слева тут же перехватил дракон, смачно перекусив пополам, маг крикнул что-то нецензурно, крутя посохом восьмерки, и вертолеты просели, как будто им не хватало плотности воздуха для полета. Также к Алтаю и Тимуру устремилось с пяток беспилотников, выстраиваясь треугольником.

— Не было печали!! — рявкнул Алтай, стреляя во всех подряд. — Надо уносить отсюда крылья!!

— Согласен!! — Тимур не отставал, швырялся файерболами направо и налево, создавая их с невиданной, сумасшедшей скоростью.

Правда, при этом он мазал в двух случаях из трех, в отличии от Алтая, бившего без промаха. Но все равно, Тимур ощущал, как его захлестнуло бесшабашностью боя, страх ушел, файерболы получались практически по щелчку пальцев. Еще бы врагов поменьше, и было бы вообще супер!

Как будто услышав его мысли, сверху обрушился град стрел. Каждая из длинных, метровых стрел, пробивала насквозь летающего пехотинца, вместе с броней и ранцем, не говоря уже о беспилотниках. В мгновение ока погоня была перебита, один из вертолетов успел отвернуть, второй подбили и взорвался. С небес, по дуге, падала стая каких-то летающих тигров, на спинах которых восседали лучники, в балахонистых накидках. Двухметровые луки, казалось, ничуть им не мешали, тигры скалились, и видно было, что каждый четвертый — не лучник, а маг.

Все с теми же посохами.

— Надо будет себе такой же посох завести! — крикнул Тимур в порыве восторга.

— Аппетиты поумерь! — фыркнула Варлея. — Ты ж еще ученик, а посохи только полноценным магам дают! Тебе до такого еще сра…жаться и сражаться, не говоря уже об экзаменах!

Погоню перебили, от основного сражения они уже удалялись, и каменные големы близились, поэтому Варлея позволила себе немного расслабиться, обернуться. Все равно виверна не слушает команд и поводьев, почему бы и не перекинуться парой слов с невольными попутчиками? Особенно с вот этим высоким красавцем-воином? Ученик маг тоже был ничего, но раз он к такому возрасту только парой заклинаний овладел, то диагноз ясен: к старости станет подмастерьем, не выше. Тоже, конечно, почетно, маги нужны, но обществу, а не ей!

Тем более что теперь, с гибелью госпожи Элоны будущие перспективы стали весьма туманны.

— Кто тебя вообще пустил в сражение? — продолжала она, не обратив внимания на взгляд, которым обменялись Тимур с Алтаем.

— Дык я это…

— Ага, маг, — язвительно отозвалась Варлея, — таких магов рядовые бойцы Альянса укладывают, брони не надевая, десятками! О чем думал? Лечи вас потом, дураков!

Тимур виновато развел руками, Алтай крикнул.

— Это моя вина, госпожа! Я не смог отговорить его!

— Ладно, — беззлобно фыркнула Варлея, махнула рукой и тут же опечалилась, осознав свои безрадостные перспективы.

Тимур удивленно наблюдал, как чистое, свежее, несмотря на всю грязь сражения, лицо девушки пошло морщинками. Варлея нахмурилась, прикусила губу, показывая ряд ровных и белых зубов, тяжело вздохнула. Глаза ее затуманились, и одинокая слеза пробежала по щеке.

Тимур и Алтай удивленно переглянулись.

— Это не из-за вас, — поняла Варлея, махнула рукой.

Вытерла глаза и посмотрела в сторону Алтая. Тот отметил, что косметикой здесь либо не пользуются, либо данной магичке этого не нужно. Но вслух сказал другое.

— Лучше не бросать поводья!

— Да она все равно не слушается, — на автомате ответила Варлея, но все же повернулась обратно.

— Куда же мы тогда летим? — нахмурился Тимур, но тут же сам увидел, куда.

В голове его сразу завертелись ассоциации с полевыми аэродромами и почтовыми голубями, всегда возвращающимися домой. Ну а что, голуби могут, а летающие рептилии нет? Возбуждение боя постепенно проходило, сменяясь тихой радостью и какой-то отупелостью. Во всяком случае, скопление виверн, драконов, грифонов, пегасов, еще каких-то крылатых змей и рыжих птиц, галдящее и орущее, воспринималось им спокойно. По периметру острова была возведена стена из серого камня, украшенная огромными розовыми пирамидками. В мелкой бухте стояло несколько кораблей, сверху кружили птицы, по острову бегали подручные и важно вышагивали маги. Взлетали и садились те же драконы, тут же набегали команды, подхватывали раненых магов и их зверей, начинали суетиться вокруг.

Как есть полевой аэродром рядом с линией фронта.

— Держитесь! — крикнула Варлея.

В ту же секунду Алтай ощутил неладное, повернул голову, но даже сказать ничего не успел. Двойка истребителей, промчавшаяся вдалеке, получила полный залп из розовых пирамидок и взорвалась, моментально обратившись в ничто. Виверна ускорялась, одновременно с этим падая, заходя на посадку. Алтая вжало в седло, а Тимура почти швырнуло на Варлею, которая опять возмущенно фыркнула.

— У меня жена есть, — как будто оправдываясь, сказал Тимур.

Варлея фыркнула еще раз, громче. К месту их посадки уже бежали трое, и едва виверна коснулась земли, тут же подхватили поводья, засвистели что-то витиеватое. Варлея, стараясь держаться непринужденно, спустилась, Тимур почти выпал из седла, а Алтай молодецки спрыгнул, прямо на твердую, утоптанную землю.

— Общий сигнал! — раздался крик, и в небо вспыхнул красный цветок. — Отступление!

— Не сдюжили все-таки, — цокнул один из прибежавших на помощь.

— Сегодня Альянс не жалел всепожирающего огня, — спокойно заметила Варлея.

— Да, Ваше магичество, — последовал ответ.

Алтай прищурился. Просто знали Варлею или опознали по одежде? Какой-то знак магов? Надо разобраться, и если что, Тимуру такой же достать.

— Грузовых птиц уже выводят, вон там, — продолжал парень, обращаясь к Варлее.

Алтай посмотрел в ту сторону, на спины огромных рыжих птиц было приделано многоместное седло, почти как в автобусе. Спрашивать, что могут птицы против самолетов, было бы глупо, и Алтай промолчал. Тимур тоже молчал, зато Варлея спокойно сказала.

— Что стоим? Еще не насражались? Идем к птице, пока там еще места есть!

Переглянувшись, Алтай и Тимур последовали за своей нечаянной проводницей.

Глава 9

— Быстрее! Быстрее! — покрикивал воин средних лет, подгоняя рассаживающихся по птицам. — Враги ждать не будут! Кто не успел — тот не улетел!

Суровый вид, шрамы, броня и зловещего вида дубинка в руке придавали ему дополнительной убедительности. Алтай и Тимур последовали за Варлеей, старательно делая вид, что все происходящее для них привычно и естественно.

— Ничего, — бросила Варлея, — даже если Альянс прорвал линию, то големы их задержат, и мы успеем улететь. Главное — добраться до желтой линии, дальше металлические птицы и драконы не пройдут.

— Хорошо, — ответил Тимур.

Он, как и Алтай, посматривал по сторонам, приглядываясь к окружающим и их действиям. Плюс-минус пока что оба не выделялись из толпы. Среди готовящихся к отлету преобладали мужчины, разных возрастов, черты лица — смесь Азии и Европы, с белой кожей. Броню тоже носили далеко не все, Алтая и Тимура выдавал разве что другой крой и материал одежды. Но, с другой стороны, разнообразия в тканях и фасонах вокруг хватало, от практичных одеяний до каких-то вычурных пышных мантий и накидок, и особого внимания два товарища не привлекали. Если кто и смотрел в их сторону, то скорее на Варлею, юную и свежую, как будто приехавшую не на войну, а выступать на конкурсе красоты.

Вот с оружием было сложнее.

Практически каждый был вооружен чем-то из холодного, режущего, рубящего и колющего. Как минимум кинжал на поясе, даже у явных магов, с могучими посохами и расписными мантиями.

— Скажем, что утратили в бою, — прошептал Алтай, наклонившись к уху Тимура, — и сразу прикупим себе что-нибудь.

— Прикупим? — прошептал Тимур в ответ. — Все наши вещи остались в рюкзаках на берегу.

— Прикупим, — повторил Алтай. — Когда ночью приходишь в магазин, там все бесплатно, ясно?

— Ясно. А что с пистолетом?

— Трофей, — коротко бросил Алтай.

И тут же замолчал, потому что Варлея повернулась к ним, прислушиваясь к разговору. Ее бело-зеленое платье, усеянное многочисленными карманами, видимо было какой-то униформой, потому что еще несколько девушек носили такое же. Среди отлетающих были и воительницы, могучие женщины, в броне, коротких кожаных штанах, не скрывающих мускулистых ног.

В общем, тут видимо равноправие полов либо деление идет по умению владеть магией и драться, решил Тимур.

— Взлет! — раздался выкрик, и Варлея отвернулась, вцепившись в спинку впереди стоящего кресла.

Секунду спустя Тимур и Алтай сделали то же самое, потому что птица оказалась нифига не самолет. Вместо плавного разгона и отрыва, она побежала вперед короткими скачками, почти сразу захлопала огромными крыльями. Все это сопровождалось толчками и тряской, и первая мысль обоих друзей была о ремнях безопасности. Но ремней не было, и их подбрасывало, и толкало, Тимуру даже показалось, что кто-то все-таки вылетел за борт, и тут птица все же взлетела. Звучно и мощно хлопая крыльями, она начала ходить по кругу, набирая высоту, и открывая вид на продолжающееся сражение.

Разбившись на два отряда, корабли магов отходили, огрызаясь красными и зелеными лучами заклинаний, ударяя волнами и камнями. Между отрядами упорно шли вперед големы, хватающие все, что крутилось рядом, и швыряющие в сторону кораблей АУГ. На глазах у Тимура и Алтая, три голема, объединившись, ухватили кита биотиков, и слаженно швырнули его, метко накрыв им один из мелких кораблей. Огромная туша придавила собой корабль и утопила, сама при этом, изранившись и потеряв возможность уплыть.

— Такое ощущение, что вокруг Старкрафт, — заявил Алтай.

Тимур не рискнул ответить. Хотя тряска закончилась, и полет стал ровным, но птицу кренило из стороны в сторону, да и Варлея сидела рядом. Мысленно, конечно, Тимур согласился, терраны-люди, зерги-биотики и маги-протоссы, вечный и бесконечный конфликт трех сторон.

— Держитесь, они прорвались! — крикнула Варлея, тоже наблюдавшая за ходом боя.

Слаженный отряд кораблей на воздушной подушке, возглавляемый тремя более крупными судами, ощетинившимся стволами и турелями, проскочил и помчался к острову, где все еще продолжались взлеты и погрузка зверья на крупные баржи. Крупные кораблики стреляли по острову, обрушивая навесом град снарядов и шаров из плазмы, полуметровых и сверкающих. Розовые пирамидки лучами сбивали ракеты и снаряды, вспыхивали, ставя защиту против плазмы, но видно было, что сияние пирамидок меркнет на глазах.

— Заряд скоро кончится! — крикнул Алтай, и Варлея кивнула.

— Держаться крепко! — донеслась команда.

Секунды две спустя, птица начала маневрировать, кидаться из стороны в сторону, закладывать виражи и бочки, уходя от обстрела. Кораблики внизу сменили способ передвижения, теперь они парили над водой, подобно экранопланам, и скорость их скачком увеличилась едва ли не вдвое. Они преследовали разлетающихся птиц, обстреливая из зениток, установленных на палубах. Снаряды рвались рядом, выше и ниже, оглушали, швыряли птицу, сбивали с курса, выбрасывали неосторожных из седел. Огромный осколок пробил сидящего впереди, высунулся из спинки кресла прямо перед Тимуром, который от неожиданности едва не вылетел из седла.

Хорошо, что Алтай придержал рукой, фактически ударом вбил Тимура обратно.

— Ноги в захваты вставь! — рассерженно крикнула Варлея, сверкая глазами. — Вы что, первый раз?!

Только тут Тимур заметил, что на уровне ног, под впереди стоящим креслом — седлом появились выемки. Он поспешно вставил туда ноги, и ощутил невидимый захват, ощутил, что сидеть и держаться сразу стало легче. Не так кошерно, как с ремнями безопасности и верхней страховкой, как в парках аттракционов, но все же значительно лучше, чем просто хвататься и держаться голыми руками, сидя на спине мечущейся птицы, на высоте в полкилометра.

— Растерялся! — крикнул Тимур.

Еще он подумал, что объяснений не избежать, но мысль мелькнула фоном, не взволновав. Тут живыми бы уйти из этой мясорубки! Маги похоже самоуверенно напрыгнули на Альянс — люди с техникой? — и крепко выхватили по своим магическим мордасам, даже биотики не помогли.

— Заткнуть уши!! — протяжно раскатилось над птицей. — Проходим зеленую линию! Приготовиться к удару!

Тимур глянул вправо, Алтай уже заткнул уши и восхищенно смотрел куда-то вверх. Глянул влево, Варлея, заткнув уши, пригнулась, приняв позу, которую в самолетах рекомендуют принять перед ударом о землю. На долю мгновения во рту Тимура стало горько и противно: явно же их достали ракетно-лазерным ударом сверху! Какой-нибудь боевой спутник, навелся и выстрелил лучом, как в фильмах!

Поспешно зажав уши, он посмотрел вверх.

— Ооо, — невольно вырвалось у него.

С тихим шуршанием на птиц падала завеса полярного сияния. Сверкающая и ослепляющая, она как будто смывала собой выстрелы и залпы, прикрывая птиц и обрушиваясь на кораблики внизу. Те, ничуть, не смущаясь, продолжали нестись вперед, сменив оружие. Пучки лазерных лучей впивались в завесу и гасли, а когда сияние дошло до корабликов, выяснилось, что каждый из них снабжен собственным силовым полем. Сияющие коконы продолжали нестись по воде, преследуя стаю грузовых птиц.

Но хотя бы они не могли стрелять, и птица прекратила метаться, дав возможность выпрямиться и не держаться судорожно, до побеления пальцев, за спинку кресла-седла. Несколько кораблей взорвались, остальные отвернули, помчались обратно. Видно было, как вдалеке падают и рушатся один за другим големы.

— Все? — спросил Тимур осторожно.

— Все, — печально подтвердила Варлея. — Сражение мы проиграли, госпожа Элона погибла, ну хотя бы живы, остались, но что теперь будет — непонятно.

— Альянс ударит, закрепляя успех? — предположил Алтай.

— Я про себя! — воскликнула Варлея. — Только добилась места персональной помощницы… эх, теперь, похоже, обратно в корпус придется возвращаться.

Алтай и Тимур переглянулись, Алтай покачал головой. Своя целительница — это прекрасно, тем более, что Варлея кидала в его сторону заинтересованные взгляды. Это плюсы, но минусов было на порядок больше, начиная с того, что теперь у них не было денег и заканчивая тем, что придется излагать всю историю. Может и ничего страшного, а может тут это запрещено, и сразу набежит какая-нибудь Магическая Безопасность и начнет орать, наставив посохи?

— Вам проще, — продолжала Варлея, не замечая взглядов. — Сражались? Сражались. Давайте снова на передовую, деньги, слава и трофеи прилагаются.

— Не говоря уже о возможности быть убитым, — заметил Алтай.

— Как и у меня! — воскликнула Варлея.

— Да мы тоже не богачи, — развел руками Тимур, уловивший, к чему все идет, — и не слишком рвались на передовую, вообще случайно там оказались, из-за ошибки.

— А вот я рвалась! — заявила Варлея. — Эх!

Это был бы самый удобный момент завербовать девушку, но, увы, друзьям было нечего ей предложить, да и неопределенность вида — что будет после посадки? — сохранялась. Хорошо если сразу за жопу не прихватят, как шпионов, думал Тимур, поглядывая на Алтая. Тот сидел спокойно, потом наклонился к уху Тимура и прошептал.

— Ты — маг, не забывай об этом.

Вначале Тимур даже не сообразил о чем он, но потом до него дошло. Пускай права магов здесь были не ясны, но явно превышали права обычных граждан. Все эти «Ваши Магичество» и отношение. Боевая аристократия? Просто магократия? Нет, слишком много магов, так что права качать и задирать нос рановато. Но вот воспользоваться при случае… но как? Сказать, что Алтай его телохранитель, а сам он приехал на войну, чисто денег поднять? Или учитель выпихнул, за бездарность? Или что?

Не хватало познаний об устройстве местного общества, и поэтому верный вариант не придумывался.

— Не забывай, что у тебя оружие врагов, и что Варлея все видела, — прошептал Тимур в ответ.

Алтай лишь усмехнулся в ответ и пожал плечами.

Реальность оказалась проще и сложнее одновременно.

Птица летела, в сопровождении своих товарок, ровно, спокойно, и видно было, как оттаскивают в сторону трупы, оказывают помощь раненым. Варлея тоже приняла участие, и Тимур с Алтаем быстро и шепотом обсудили стратегию и тактику будущих действий на земле. Маг-инкогнито, не разглашающий, откуда он, чтобы не поймали — первый слой, вторым — вроде как, правда, что просто туповатый маг-ученик сбежал на войну, наняв телохранителя — Алтая. Так себе легендочка, конечно, шита белыми нитками, но хотя бы пару дней можно будет надувать щеки, особенно на фоне поражения, а там, глядишь, и информация появится, что почем, и можно будет легенду скорректировать.

Пролетев еще пару завес, птицы пошли на снижение, к огромному, утопающему в зелени острову.

— Смотри, прямо по курсу аэродром! — привел Тимур не отпускавшее его сравнение.

Алтай кивнул, изучая обстановку внизу. В большой бухте ровными рядами стояли корабли, могучие и сверкающие. Охранные башни, стены по берегу, с пирамидками, и чуть в стороне тот самый «аэродром». Открытое пространство, с дорожками, чуть поодаль, в глубине острова, «ангары» — загоны для птиц и драконов. В стороне от бухты и портовых строений стоял форт с высокими и толстыми каменными стенами, замыкая собой военный треугольник: корабли — аэродром — пехота. Видно было, как огромная колонна пехоты марширует из форта куда-то вглубь острова, по широкой, темно-коричневой дороге.

Еще дальше, в центре острова, виднелся город, над которым роились черные точки.

— Ковры — самолеты, метлы, драконы, хмм, воздушный транспорт тут развит, — заметил Алтай.

Спрятав обратно в карман миниатюрную подзорную трубу, он покосился на Тимура, и преувеличенно надувая щеки, начал двигать бровями. Варлея поправляла платье, заметно нервничая, и тем самым, давая друзьям повод для новых размышлений. То ли персонально ее так волновало персональное ученичество, то ли просто сейчас со всех будут спрашивать за поражение? Перекрестные допросы, чтение мыслей, зелья правды и прочие достижения передовой магической мысли? Или там, какая — нибудь магбаза данных, в которой никакой такой Добрый Тимур не числится?

И поэтому Тимур ощутимо нервничал, хоть и старался не подавать вида.

Усталый паренек остановился напротив Тимура, посветил кристаллом, уточнил.

— Маг?

— Маг.

— Ученик?

— Да.

— Чем владеешь?

— Файерболы могу кидать!

— В инвалидную команду, — сделал пометку у себя в блокноте паренек.

— Что? — удивленно воскликнул Тимур, и тут же мысленно застонал, но обошлось.

— Так здесь называют команды учеников, — пояснил паренек, и, добавив ехидства в голос, сказал. — Что, думал, тебя здесь сразу магом сделают за красивые глаза? Романтика, как во взор — кристаллах? Придется тебе попахать землю носом на общих…

— Фэрл! Шевелись! — раздался окрик.

— Да, мастер! — тут же откликнулся паренек, и сказал Тимуру.

— Ну что встал? Беги к мастеру Питу, вон он, лысый и с жезлом стоит справа!

Тимур кивнул растерянно, а паренек уже перешел к Варлее, заметно ожившись.

— Солдат?

— Телохранитель ученика-мага Доброго Тимура, нанятый его отцом, — спокойно ответил Алтай.

На Алтая навели кристалл, затем еще один. Сержант хмыкнул демонстративно, шрамы на лице при этом сложились в какую-то ужасающую гримасу.

— Не поскупился, значит, родитель.

— Не без этого, — не стал возражать Алтай.

— А что же ты без зачарованного оружия? С таким-то щитом!

— Пришлось выбирать, или жизнь его магичества, или оружие, — ответил Алтай бесстрастно, хотя мысленно пытался понять, о каком щите толкует этот старый вояка.

— И что, отец вот так вот отпустил сыночка на фронт? — вопрос сопровождался звуками почесывания щетины на подбородке.

— Он не собирался на передовую, просто посмотреть, отец Доброго Тимура решил, что это пойдет на пользу его сыну. Но вышло все не так, пришлось сражаться, потом бежать.

— Да, Альянс, конечно, ударил, — прохрипел сержант, потом сказал. — Ну, теперь послужит, раз уж попал к нам, исключений не делаем. Сам что умеешь?

— Все, — слегка пожал плечами Алтай.

— Универсал, значит! — хохотнул сержант. — Ну, давай вон туда, к сержанту Забраку, сейчас он проверит, чему тебя учили, и годится ли это дерьмо в боевой обстановке!

Алтай, сохраняя невозмутимое лицо, еще раз слегка пожал плечами и отправился, куда показали. Там, в сторонке, тренировали пехотинцев, держать строй и наступать, не размыкая стены щитов. Также он видел, что Тимур отправился к кучке забинтованных и израненных парней и девчонок, стоявших в сторонке и пытавшихся делать это с независимым и гордым видом. Алтай лишь усмехнулся, в этой толпе Тимур не будет выделяться ничем, а если хватит мозгов держать язык за зубами, то вопрос легализации и обучения практически решен. Также стоило отметить равноправие полов, в плане участия в войне. Не исключено, что это было привилегией магов, но все же, все же…

Главное сейчас — себя показать, раз уж спрашивают навыки, а не документы, а там видно будет.

— Сержант Забрак?

— Ну?! — рыкнул этот самый сержант, почти, что брат-близнец отправившего, глядя на Алтая. — Новичок?

— Телохранитель.

— Да ладно, — хищное лицо сержанта озарилось улыбкой. — Доставай оружие, сейчас проверим!

— Справлюсь и голыми руками, — безразличным тоном ответил Алтай.

— Продержишься минуту — десяток дам, — прохрипел сержант, выдергивая меч и проводя первый выпад.

Глава 10

Жаргонное прозвище — инвалидная команда — вполне соответствовало реальности. Практически все, кроме Тимура, имели увечья, той или иной степени тяжести. Поэтому молодые парни и девчонки — студенты, в сущности, посматривали на Тимура уважительно, а у того мысленно волосы дыбом вставали. Ибо, не прикрывай его Алтай, был бы сейчас таким же инвалидом. У половины учеников отсутствовала та или иная конечность, и раны, раны! Где целители? Или даже они бессильны? Вопросы задавать, понятное дело, было некому, ибо Варлею, после опроса, уверенно отправили куда-то в сторону порта.

— Ну что, любители приключений, ученички, мать вашу магию, хлебнули, чего хотели?

К группе подошел тот самый мастер Пит, лысый дядька средних лет, с неизменным посохом, и мечом на поясе. Броня, поножи, толстые мускулистые руки и ноги, простоватое лицо, выглядел он скорее бойцом, чем магом. Ученики, однако, подобрались, попробовали изобразить нечто вроде строя.

— Еще первый Император, да славится его имя, и Магический Совет тех легендарных дней Переселения, решили, что на войне сгодится даже такое мясо, как вы, раз уже все равно вас не удержать! Поэтому, с сегодняшнего дня, я, мастер Пит, буду учить и наставлять вас, чтобы в следующий раз вас не вытаскивали живыми полутрупами с поля боя.

Он посмотрел одобрительно на Тимура и продолжил рассказ, прохаживаясь вдоль строя. Лысина на его голове пускала солнечные зайчики, но никто не хихикал. То ли ученики всерьез отнеслись к заявлению, то ли раны настраивали их на соответствующий лад.

— Руки, ноги и прочую требуху вам вылечат, и приплюсуют к штрафу за самовольный побег на войну! Для тех, кто хочет прикинуться дурачком и сказать, что был не в курсе, сообщаю: теперь всем плевать! Это раньше можно было уехать на материк за счет Империи, а теперь есть указ Императора от третьего августа позапрошлого года, и точка! Теперь вы не просто мясо, вы государственное мясо! Пока не расплатитесь с долгами!

— А расплачиваться будем долго, — пробормотал парень, стоявший слева.

— Почему? — рискнул спросить Тимур.

— Ты че, сегодня сюда приехал, что ли?

— Да.

— Оно и видно, еще целый, — хмыкнул парень. — Платят ученикам меньше, чем проституткам в порту, имеют в два раза чаще, а спрашивают раз в пять больше.

— Ты! — Пит уже вернулся и тыкал пальцем в парня. — Дохуя умный? Если кто еще не понял, ваши жопы теперь мои! Буквально! Вы нарушили закон и задолжали Империи, так что теперь, если кто думает сбежать и не отдавать долг, так сразу станет дезертиром и преступником.

Он усмехнулся и добавил.

— И история ваша станет широко известна по Империи, чтобы молодым дурням было неповадно бегать на войну и терять там свои жизни зазря! Чтобы каждый знал, что его ждет! Ну а кто примчится, тоже хорошо, государству нужны воинственные молодые маги, обделенные мозгами, вроде вас! Ведь вы же слышали подобные истории, а? Слышали, вижу по лицам, только нихуя из них не извлекли и не поняли.

«Обделенные мозгами» угрюмо молчали, переминаясь с ноги на ногу. Тимур тоже старался соответствовать, но получалось, видимо, плохо — мастер Пит переключился с паренька на него.

— Вот! — ткнул он пальцем в Тимура. — Единственный тут хоть с каплей мозгов, потому и целый! Ты как тут оказался, ученик?

Утруждать себя именами и умениями, Пит не собирался. Ученик он и есть ученик.

— Да я вообще тут случайно оказался, — ответил правду Тимур, — только сегодня приехал.

— Ха! Ха! Ха! — мастер Пит издал несколько лающих звуков, обозначающих смех.

Тимур отметил, что зубы у него тоже белые и ровные, как у Варлеи. Магия? Скорее всего. Какой-нибудь Зубной Архимагистр и толпы его учеников, несущие магическое добро в массы. И тут до Тимура дошло сказанное Питом ранее. Вернут руки и ноги!! Вот так вот просто!! Тимур ощутил сильнейшее желание добраться до лучшего целителя, тюкнуть его в темечко и резко рвануть домой, к Шефу.

— Молодец! Начальство нужно поедать глазами! — одобрил мастер выражение лица Тимура. — Будешь старшим над этой инвалидной командой! Боевик?

— Да.

— Отлично.

Мастер Пит ткнул посох в землю, гаркнул.

— Ну что? Кто желает расплатиться и покинуть славные ряды инвалидной команды?!

Ученики мрачно сопели, переминались, матюгались под нос, но и только. Как подозревал Тимур, даже навались они всей командой, одолеть этого самого Пита у них не получилось бы. Будь здесь Алтай… но к чему бежать? Он же хотел учиться, вот он — шанс! Правда, придется командовать толпой молодых оболтусов, но это дело поправимое. Он кто? Правильно, он туповатый ученик мага, выучивший два с половиной заклинания и рванувший на войну. Поэтому покомандовать, чутка, Пит его и сам отстранит, и можно будет спокойно учиться. Станет командиром кто молодой, да и Шеф с ним!

— Значит, все хотят получить обратно руки — ноги — требуху, и отдать свой долг нашей Империи, да стоит она вечно, — размеренно и от того еще более зловеще произнес Пит, заложив руки за спину. — Хорошо.

Он щелкнул по кристаллу в навершии посоха, тот засветился.

— Мастер Пит, инвалидная команда в строю, все двадцать три, готовьте все, что нужно.

После чего обратился к ученикам.

— Ну что, инвалидная команда? Марш за мной, в пятую казарму.

— Это что же, мы все вместе учиться и жить будем?! — взвизгнула одна из учениц.

— Че, сиськи мелкие, стыдно показать? — загоготал Пит. — Могу порекомендовать хороший адамантитовый рудник, быстро от стыдливости избавляет!

Девица заткнулась и, кажется, даже закрыла лицо руками, Тимур не рассмотрел толком.

— Эх, — вздохнул парень, — вечно мне не везет!

— А что так? — спросил Тимур.

— Дык, до этого учеников просто по учителям и домам отправляли, ну там пару тумаков да штраф, ерунда, некоторые так на войну раз десять ухитрялись сбегать, главное не покалечить никого из своих в процессе, а на врагов плевать! А я первый — и сразу под Императорский эдикт! Сбежать бы теперь, да хрен потом кто в ученики возьмет, проще сразу утопиться! Ладно бы девки в команде были красивые, так ведь нет!

— Эмм, а как же возможность умереть уже завтра?

— Э… как тебя?

— Добрый Тимур, — с какого-то ляда начал официально представляться, но паренек уже перебил.

— Вот! Оно и видно, что Добрый! Как ты там сказал, проездом здесь? А я сюда специально приехал, пробрался, исхитрился, чтобы минимум пару стреляющих повозок Альянса утопить! Как думаешь, пугает меня смерть?

— Наверное, нет, — озадаченно отозвался Тимур.

— Вот! Соображаешь! Меня Кларенсом кличут, но можно Клар! Ты как насчет заработать?

— Всегда за! — с поддельным энтузиазмом воскликнул Тимур.

— Тогда еще ничего не потеряно! — Клар радостно потер руки. — Как обучат нас, пойдем командой на войну, быстро раздадим долги! Дело верное! Наивернейшее!

Он оглянулся по сторонам, но никого его «верные» предположения не интересовали. Народ ковылял, придерживая друг друга, мастер Пит шел в сторонке, что-то насвистывая и следя.

— Отрядом еще надежнее будет! — все равно понизил голос Кларенс.

Тимур озадаченно посмотрел на него сверху вниз, ибо Клар был ниже на голову. При этом его, как будто распирало энергией, руки постоянно двигались, черные глаза бегали туда-сюда. Взъерошенные волосы, возможно, стояли бы дыбом, не будь они пострижены. Возраст его Тимур, на глаз, определил лет в двадцать.

— Энергокристаллы Альянса! — громким шепотом провозгласил Клар.

— Угу, — промычал Тимур.

— Точно! Есть один умелец, скупает их! Энергии там — море, только наши умники в высоких мантиях до сих пор так и не сообразили, как их использовать!

— А твой умелец, значит, сообразил?

— Точно! Нам-то они бесплатно будут доставаться, главное технику Альянса умело подламывать, чтобы значит, энергокристалл не взрывался от перегрузки! Отрядом-то оно вернее будет!

— Но и прибыль придется делить на всех, — резонно заметил Тимур.

— А мы остальным не скажем! — тут же горячо заявил Кларенс. — Все равно же бои будут, еще парочку умельцев привлечем, тебе, как Доброму командиру… треть!

— Половину.

— По рукам!

Про себя же Тимур подумал, что с таким Кларом лучше дел не вести. Правда, если отойти и дел, и командиром станет Клар, то ведь отряд же подведет? Тимур озадаченно почесал в затылке, и решил, что надо посоветоваться с Алтаем, благо время терпит.

— Нормально все будет, — по новой завелся Кларенс, размахивая руками, — главное отряд грамотно построить, мне дядя объяснял как!

— Уже командуешь? — раздался насмешливый голос мастера Пита.

Клар подпрыгнул и отпрыгнул. Правильно уловив намек, порысил вперед, к основной группе.

— Не хочешь быть командиром? — прямо спросил мастер, едва Клар отбежал.

— Не хочу, — ответил Тимур, глядя под ноги.

Ярко-коричневое покрытие дороги напоминало ржавчину, перемешанную с кирпичной крошкой, и с добавками свежего говна. Смотреть было не слишком приятно, но и в глаза магу глядеть у Тимура не было никакого желания.

— Я магии учиться хочу, за тем и приехал, — искренне сказал Тимур.

— А, так ты из практиков, — одобрительно заметил Пит. — Понял, что теория — ерунда, проще своими руками творить, а папаша тебя не стал отговаривать, целого телохранителя дал?

— Ну… да.

— Я такой же, — Пит одобрительно хлопнул Тимура по плечу, тот слегка присел от неожиданности. — Давай, ты подумай еще сутки, все равно сейчас эту банду малолетних дураков лечить будут, да в порядок приводить, время еще есть. А потом скажешь — да или нет — но поверь мне на слово, перспективы у тебя самые что ни на есть охеренные! Ну и что, что попал случайно? Потенциал у тебя хороший, у меня глаз наметан на такие дела, а в боевке я тебя натаскаю…

Тимур бросил взгляд на мага, тот вроде говорил искренне. Печется об учениках? Или тоже перспективы, как наставника отряда учеников?

— Раз-два, и ты уже лейтенант, маг и не просто, а целый государственно-имперский! Частные школы и учителя, это конечно, о-го-го, традиции и имя, но кому надо понимают — государственный диплом выше идет, империи нужны специалисты. Контракт, имя, ну а там и все остальное подтянется, тем более, что юные дворяночки всегда были падки на бравых офицеров!

— Понятно, — ответил Тимур, чтобы сказать хоть что-то.

Подозрения внутри становились все тяжелее. Вначале этот Кларенс, теперь маг подкатывает с какими-то предложениями. Чего они все вдруг привязались к недоучке — ученику? Хотят каких-то выгод? Или принимают Тимура за кого-то? Был бы здесь Шеф, он точно разобрался бы, ему такое привычно и знакомо, а что делать Тимуру? Только и остается, что скрипеть мозгами, да уповать на грядущий разговор с Алтаем, в котором что-то да прояснится.

— Раз сегодня будет лечение отряда, то я вечером свободен? — спросил Тимур.

— В пределах острова, — понял его по-своему Пит. — Враги сюда не доберутся, но и остров лучше не покидать. Слепки сняты, документы изготавливаются, так что чиновники очень огорчатся, если свежесозданный отряд не досчитается только что назначенного командира.

— Я еще не дал согласия, — моргнул Тимур.

— Поброди по острову, посмотри, подумай и соглашайся, жалованье так точно больше будет, — с одобрительной усмешкой заметил мастер Пит.

У Тимура осталось смутное ощущение, что попробуй он сбежать с острова, его тут же поймают, и он все равно окажется в команде мастера Пита, только теперь уже на легальных основаниях. Ведь мастер говорил о штрафе, а денег у Тимура нет — чем расплачиваться? А с чего вообще такое доброе отношение? Остальных поставили перед фактом, а что он? Магбаза показала, что такой в ней не числится и ничего, стало быть, не должен? Несмотря на всю готовность и проработку сценариев, Тимур ощущал, что все же немного теряется от избытка возможностей и количества неизвестных факторов и фактов вокруг.

Казарма оказалась вполне симпатичным двухэтажным зданием, с какой-то огромной закорючкой на стене.

— Еще бы казарма написали, — проворчал кто-то, и Тимур сообразил, что закорючка — цифра «пять».

Проблему незнания письменного они обсуждали с Шефом, но ни в одном из вариантов не предполагалось, что в первый же день попадания Тимур станет командиром отряда магов. С этим надо было что-то делать и быстро, пока реальность в очередной раз не ухватила за задницу. Учеников на входе в здание подхватывали целители и располагали по кругу, усаживая в кресла, расставленные в небольшом зале. Тимур сообразил, что сейчас будет сеанс коллективного лечения, и подошел к одному из целителей.

— Уважаемый целитель, — обратился он, — а можно мне индивидуальный сеанс?

— Вы здоровы, — целитель смерил взглядом и добавил, — ну, почти, но вам нужен не целитель.

— Мне нужен целитель, — вежливо, но настойчиво перебил его Тимур. — Я забыл, как читать и писать! А может и не знал? Не помню!

— Когда это произошло? — заинтересовался целитель, отводя Тимура в сторону. — Вам же все равно не нужен сеанс коллективного лечения, давайте не будет сбивать уважаемую Заарну своими разговорами.

— А потом им будут пришивать конечности?

— Выращивать новые, — с улыбкой превосходства ответил целитель. — По лучшей столичной методике, с гарантией результата! Приживление чужих рук и ног — вчерашний день!

— Извините, — пробормотал Тимур, — кажется, это я тоже забыл.

— Такое бывает, — «утешил» его целитель.

— Вы сможете мне помочь?

— Восстановление воспоминаний — дело непростое, разве что мастер Микл возьмется, и то без гарантий. Это надо минимум в Поленту ехать, к тамошним менталистам. Хотите совет?

— Конечно, — кивнул Тимур.

Лицо целителя тоже стало хитрым, как у Кларенса и Пита до этого, и Тимур подумал, что это, наверное, местный обычай такой. Как кто явится из другого мира, так сразу начинать двигать ему предложения, даже не зная об иномировой породе, так сказать.

— Вы же на государственном снабжении, запросите кристаллы ускоренного обучения, платит-то Империя! Все равно среди этих учеников пара да найдется, кто читать — писать не умеет, поверьте моему опыту. Дело верное, если не знали, так выучите быстро. Если знали — выучите еще быстрее, старое вспомнится и все. А в мозг лезть без хорошего менталиста — можно и сжечь там все, понимаете?

— Понимаю, — кивнул Тимур. — Спасибо.

Теперь оставалось только найти Алтая и посоветоваться с ним, о вопросах дальнейшего бытия.

Глава 11

В принципе, Тимур не сомневался, что ученики по статусу находятся на самом дне «магической пищевой цепочки», но все равно, иерархия магов привела его в некоторую оторопь. Остальным ученикам он выдал ту же версию, что и целителю: «тут помню, тут не помню, наверное, в сражении голову отбили», и ничего так, прошло вроде бы вполне удачно. Посочувствовали, покивали головой, и теперь охотно поясняли очевидные, для всех, кроме пришельцев из другого мира, вещи.

Например, иерархию магов, основы и опоры Империи Пандел.

Тот, кто проявил способности к магии, мог стать учеником. Сдав экзамены, ученик становился подмастерьем с правом на волшебную палочку. Развив способности — мастером, с правом получения жезла. Улучшив навыки и сдав еще экзамен — магом, с правом ношения посоха. Пятая ступень — магистр. Затем архимаг, и венец всего — архимагистр. Магический Совет состоял из архимагов и архимагистров, по одному от каждого направления магии.

Император — обычный человек, со своими советниками, и отдельным наставником — Архимагистром.

Так вот, оторопь Тимура была вызвана длиной цепочки. Он почему-то думал, что ученики становятся магами, получают посохи и дальше им все пути открыты, твори, сражайся, обучайся. Еще свою лепту вносила ситуация, в которой оказался Тимур. Инвалидную команду собирались натаскивать на боевые действия, вне зависимости от того, к какой из школ магии проявляли склонность ученики. Логика тут была простая (и тоже немного ошеломляющая): ученики сбежали на войну, нарушив законы и задолжав империи денег? Значит, и учить их будут тому, что нужно империи, а кто сдохнет — не жалко, ибо все равно все зазря погибли бы на войне.

А так, глядишь, и толк какой-то будет.

— Никому вы нахрен не нужны, делать из вас показательных козленков отпущения, — сказал Алтай на следующий день, когда они все-таки сумели встретиться, уже вечером. — Есть стандартные инструкции, есть всякие там решения первого Императора, просто к этому еще подвязали финансовый вопрос. Когда говорят, что ты должен государству, все всё сразу понимают и не тявкают. Вполне могли и просто так оставить, вроде штрафного батальона, только вместо офицеров — маги.

— Нахрен тогда лечить? — невпопад удивился Тимур. — И отлично лечить, конечности всем вернули! Уму непостижимо!

— Затем, чтобы в долги загнать, — отмахнулся Алтай. — Стандартная практика даже на Земле. Сбежит кто вылеченный, его цоп за магическую жопу, и показательно накажут. Вместе с рассказами о судьбе остального отряда, очень наглядно будет — для других малолетних дураков.

— Какой еще судьбе? — насторожился Тимур.

— Ты думаешь зря, что ли команды учеников инвалидной командой называют? Подучат пяток заклинаний и бросят в бой, половину отряда спишут в могилы и будут трубить, вот, мол, чего бывает. Погубят десяток, зато сотня не приедет, а тысяча пересрется и думать забудет о том, чтобы сбежать из школ. Империи нужны хорошо обученные маги, а не хорошо прожаренные недоучки.

Тимур помрачнел и вздохнул, Алтай развел руками.

— Но зато у тебя все шансы научиться, обучиться и сделать карьеру, — ухмыльнулся Алтай. — Учить-то будут, вопрос только в том, сколько из вас доживет хотя бы до роспуска команды.

— Этот… мастер Пит, на карьеру намекал, — отозвался Тимур. — А что, команду могут распустить?

— Судя по тому, что болтали в сотне, могут. Или все погибнут, или все выжившие в подмастерья переползут, сдав экзамены. Так сказать, угроза жизни обостряет интеллект. Потом наловят еще учеников, создадут новую команду, в общем, все повторится. Что же касается карьеры… могу предположить, что должность вашего наставника и куратора тоже не добровольно взята. Сможет мастер Пит дотащить вас, ему грешки спишут, а может на повышение пойдет, ты ж не выяснял, как именно тут повышение получают?

— Нет, только саму систему, и то намеками, намеками, — покачал головой Тимур.

— С потерей памяти это ты хорошо придумал, но все равно лучше не расслабляться.

— Ну, мастер Пит пообещал, что приложит все силы, чтобы нас научить, — неуверенно сказал Тимур, — и, кажется, он был искренен. В смысле, он переживает за нас и помимо повышения или отработки, на которую его прислали.

— А, в армии солдат тоже готовят изо всех сил, только почему-то гибнут толпами, — махнул рукой Алтай. — Ну, шанс все равно упускать нельзя, мы ж приехали тебя готовить, так что реально, старайся изо всех сил. Тебе жалко остальных? Пит тебя ставит командиром — старайся, чем лучше постараешься — тем больше выживет.

Тимур мрачно засопел в ответ, спросил Алтая.

— Как у тебя успехи?

— Получил сотню распиздяев и злостных нарушителей под свое начало, — хохотнул Алтай. — Так что в бой, скорее всего вместе пойдем. Ну, у тебя штрафбат, у меня штрафная рота, искупление кровью, все дела?

— Аааа, теперь понял! Что, в самом деле, штрафная рота?

— Нет, конечно, просто Альянс, похоже, развивает прорыв — от которого мы драпали, и сейчас из нас, кто убежать сумел, быстро слепят новые части и бросят в бой. С одной стороны, это нам на руку — в этой суматохе мы никому не нужны, заметил?

— Да, сам удивился, — кивнул Тимур. — Теперь-то понятно.

— Ну да, как отобьются, так и разборки будут, кто мы да что, ну да ладно, время еще есть…

— Погоди, — перебил его Тимур. — Не сходится! Нас же учить будут, а это время!

Алтай задумчиво почесал подбородок.

— Главное — веди себя спокойно, и никто ничего не заподозрит. Пока никто не разбирается, и нам не с руки шуметь и возмущаться.

В это же время, в городе в центре острова, беседовали двое. Лейтенант Памирос из «службы тыла», и маг Улейн из «отдела восстановления магических вещей», занимавшегося ремонтом и подзарядкой. Это были их формальные обязанности, де-факто же они работали на контрразведку Империи, занимавшуюся выявлением и борьбой с шпионами Альянса и лазутчиками биотиков, нахождением и уничтожением различных подслушивающих устройств и организмов, защитой секретов, дезинформацией через перевербованных агентов и так далее, и так далее.

Тайная война велась не менее напряженная, чем явная, и первая было тесно переплетена со второй.

— Начальство рвет и мечет, — говорил Улейн, развалившись в кресле, заняв его целиком своим тучным телом, — после вчерашнего поражения. Ты не поверишь, но магистр Жиан чуть ли не поклялся найти того… нехорошего человека, что слил информацию, и лично посадить его на кол.

— Охотно поверю, — отозвался Памирос, сидевший за столом, заваленном отчетами.

Сейчас лейтенант пил крепкий и горячий чай, подвергая опасности эти самые отчеты, ибо кружку он ставил в опасной близости от бумаг и края стола. По смуглому лицу лейтенанта катился пот, ибо вечер выдался жарким и душным. Но любовь Памироса к чаю перевешивала, пока что.

— Нам высказали примерно то же самое, да еще со ссылкой на магистра, — продолжал Памирос. — Столько готовились, а в результате Альянс навалял и нам, и биотикам, неудивительно, что начальству вставили по первое число, а там уже и до нас дело дошло.

— Угу, — вздохнул Улейн, — все так.

Он взмахнул посохом, притягивая к себе кружку с соком. Тут же подморозил ее и с наслаждением отхлебнул холодного, бодрящего напитка.

— Не знаю, как ты пьешь горячее, — заметил он вслух, — но давай уже перейдем к делу.

— Нормально пью, — ворчливо отозвался Памирос. — Давай, переходи.

Улейн оттолкнулся ногами, разворачивая кресло и себя так, чтобы оказаться лицом к столу и Памиросу.

— Значит так, после доблестного бегства от Альянса, отфильтровали всех, кого смогли, наловили учеников и собрали их в отряд.

— Ну, инвалидная команда, по инструкции положено, хотя я этих горячих учениц, по-другому бы использовал, на благо Империи! — искренне рассмеялся Памирос.

Улейн неодобрительно посмотрел на напарника, запрокидывающего голову и хохочущего так, что видны все зубы. Вот уж воистину, кто не маг — тем не понять!

— Теперь послушай вторую часть, — недовольно сказал Улейн. — Их быстро подписали под указ и подлечили, и теперь будут готовить по-настоящему, без дураков и отсиживания в тылу, с постепенной отработкой долга. Не только их, наши парни наловили не одну команду, и всех их будут готовить, и засылать на передовую.

— Однако, — Памирос сразу сделал серьезное лицо, впился в мага взглядом карих глаз. — Все настолько плохо? Или что-то другое? Секретная операция?

— Ну, в каком-то смысле да, — усмехнулся Улейн. — Кто-то из Совета (он закатил глаза вверх) оказался подвержен родственным чувствам, и не смог отказать в просьбе любимому внуку или внучке, желающей срочно поехать на войну.

— И нахрен громоздить башню вручную? — удивился Памирос. — Два боевых мага в охрану из спецкорпуса, сотню последователей Марга и вперед, дел-то, ха! Сынов Корхала, конечно потрепали в этом прорыве, но и из них можно набрать отряд с топорами, ха еще раз!

— Вот тебе и ха! — огрызнулся Улейн. — Ясен посох, что речь идет не о визите с охраной. Все должно быть натурально! Не говоря уже о том, что эти ученички и вправду задрали, нашли, блядь, романтику, а нам крутись и вертись, который год!

— Ага, ага, — прищурился Памирос, — то есть вся эта возня…

— Ну да! Чтобы можно было по закону запихать в подготовленный отряд, для охраны, и там все ученики, все по-честному, а то любимый родственник обидится на дедушку — Архимагистра и не будет дергать его за бороду или ходить в гости, хрен проссышь, начальство деталей не разглашало, хорошо, хоть слухи дошли, с чего эта возня с инвалидными командами. Ну и поражение — удобный повод для внедрения, типа все сердиты, бла-бла-бла, подписали туда Пита из второго отдела, для пущего порядка, якобы за грешки прошлых дел и лет.

Улейн разволновался, говорил горячо и дышал часто, колыхая огромный живот, размахивая посохом, зажатым в толстых руках. Памирос, тоже осознавший глубину ответственности, достал кисет с табаком и начал делать толстую самокрутку. По комнате поплыл запах крепкой махорки, а лейтенант сказал, выдыхая струю дыма.

— Так, получается, инвалидов подставили, сразу в разряд смертников списали?

— Ну! — воскликнул Улейн. — Вроде и для пользы дела все, все по закону, а по факту — чисто прикрытие жопы, кому надо!

— Это как раз дело-то житейское, — отозвался Памирос философски, — вот еще бы не нас кураторами поставили, было бы вообще замечательно.

— А нас и не поставили, это все неофициально, — сообщил Улейн. — Чтобы никто не догадался. Но, может быть, поставят, есть тут сигнальчики и звоночки.

— И долго это все продлится? — Памирос выдохнул еще струю дыма, густую и толстую.

— Пока деточка не станет мастером? — предположил Улейн и развел руками. — Хуй знает…

— Эй, ты аккуратнее посохом-то маши! — воскликнул лейтенант. — Уронишь мои кружечки, разобьешь!

— Как разобью, так и склею, я ж из ремонтного отдела, подгоню тебе пару наших спецов!

— Знаю я ваших спецов, вечно потом ковры-самолеты вверх ногами летают, а волшебные стекла вместо картинки голых баб показывают, — проворчал Памирос. — Ладно, неофициально так неофициально, с наградами начальство еще не обманывало, да и услуга Архимагистру — дорогого стоит.

— Тем более, что он еще подстраховался, — туманно заметил Улейн.

Памирос встал, прошелся туда и сюда, как будто разминая крепкое, жилистое тело, и только потом сказал.

— Я бы не стал списывать со счетов версию шпионажа.

— Да лааааадно, — иронично протянул Улейн, следя взглядом за прохаживающимся напарником. — С каких это пор Альянс вербует магов? Этот, как его… Добрый — однозначно маг. Пит говорит — боевка, значит боевка, уж он то разбирается, его профиль. Ну а насчет притворства с потерей памяти, да ха! Залегендировал свое якобы «ученичество», ну какой дурак поверит, что в тридцать лет все еще ученик? Три заклинания знает, да три ха на это! Посох за гнилой банан, в нужные моменты будут вылезать «случайно вспомненные заклинания» или еще какая хрень в помощь.

— Чего же возраст тогда не скрыли? — возразил Памирос, пригладил блестящие черные волосы.

— Чтобы было больше причин поставить его во главе отряда? — развел руками Улейн.

Чашка на полке опасно покачнулась, но все же устояла. Памирос, гневно нахмурившись, смотрел на мага.

— Слушай! Я эту коллекцию собираю уже десятый год! Она со мной пережила осаду на Пимре, бомбежку на Уганаданах, отступление из архипелага Змей, прорыв к Ксолоту, а ты тут посохом машешь! Причем именно возле моей любимицы, привезенной из рейда вглубь Альянса!

— Ладно, ладно, — Улейн демонстративно встал, пересел на диван, заскрипевший под его весом. — Раньше ты столько не ворчал по поводу своей коллекции!

— Раньше ты столько не махал своим посохом!

— Извини, не каждый день такую операцию поручают! — огрызнулся маг.

Достав откуда-то из мантии огромное яблоко, он начал смачно его грызть, брызгая соком и чавкая.

— Да, не можешь справиться с волнением — заешь его, — подначил Памирос.

— Ладно, ладно, подумаешь, люблю поесть!

— Люблю поесть? Да ты жиром заплыл, как раскормленный кабанчик с личной фермы Императора!

— Ты забыл добавить «слава Сайкону Второму»!

— Напиши на меня рапорт за крамолу и непочтительный образ мыслей! — хохотнул Памирос. — Сразу станешь начальником департамента морали, пропаганды и настроений в обществе!

— Эээ, у нас же нет такого департамента?! — озадачился Улейн.

— Ну, слухи то который год идут, что откроют, вот тебя туда и назначим! — продолжал веселиться лейтенант.

— Зато тебя за провал операции на адамантитовые рудники в момент закатают!

— Нихуя! Если кто чего и провалит, то это ваши калеки — ученики!

— Уже не калеки! — возразил Улейн.

— Умственные, — постучал по лбу Памирос. — Руки-ноги можно вылечить, а вот мозги… ладно, не о том речь. Только сейчас сопоставил… этот, наемник — телохранитель, что с твоим магом прибыл, он же, как раз на сборную сотню встал, из этих, разбитых, Третьего Героического и Пятого Неунывающего, и Двенадцатого Железнобокого. Раз, и сразу сотник! Телохранитель, ага. Простой такой, обычный телохранитель ученика-мага, нанятый заботливым папашей.

— Ага, — ухмыльнулся Улейн. — А ты — шпионы, шпионы!

— Ладно, ладно, я ж не в курсе был про всю эту архи-интригу, так бы сразу сопоставил. В общем, надо будет и к остальным присмотреться, вычислить остальных засланцев, если они есть. В целом же, знак добрый, наши шансы стать кураторами растут!

— Конечно, добрый, — согласился маг. — Только аккуратно, чтобы не спугнуть… и заслать к ним нашего человека! Ну, еще не нашего… не нашу, чет я запутался. В общем, взять эту целительницу, как ее, Варлею, ага, и туда, в инвалидную команду после вербовки.

— Толково, — одобрил Памирос. — Деньги и карьера ей нужны, а нам информация будет, и подозрений никаких.

— Плюс целительница в отряде — дело нужное, — подхватил Улейн. — А мы сверху присмотрим.

Два приятеля одобрительно ухмылялись друг другу. Улейн налил себе еще сока, подморозил, а Памирос начал скручивать новую самокрутку. Конечно, еще предстояло не провалить всю операцию, но хотя бы начало положено! Плюс вскрыт замысел начальства, так что не испортят его ненароком.

— Хорошо, — сказал Памирос, садясь за стол. Теперь давай все запишем и прикинем детали, что куда, с чего начнем, куда пойдем.

— Давай, — отозвался маг. — Только без фанатизма, еще не факт, что к нам этот родственник приедет.

— Должно же и нам хоть раз в жизни повезти, — философски заметил Памирос, отодвигая бумаги в сторону.

Глава 12

Мастер Пит, построив два десятка учеников на пляже, сказал.

— Как известно, в здоровом маге здоровая магия! Поэтому с сегодняшнего дня, помимо занятий собственно магией, будем заниматься еще и развитием ваших тел. Чтобы, значит, в решающий момент всегда смогли, без всякой там магии, врагу выбить зубы крепкой рукой!

Он хохотнул и тут же скомандовал.

— Бегом вдоль берега!

Ученики нестройной толпой побежали, тех, кто медлил и отставал, Пит подгонял разрядами молний из посоха. Сам мастер бежал спокойно, даже лениво, периодически просто стукая посохом по пяткам и задницам отстающих. Ученики ворчали и жаловались, сбивали дыхание, бежали неумело, не все, но большинство. Тимур, настроившийся на то, что общефизическая подготовка будет, бежал как на тренировке с Алтаем, стараясь держаться дальше от воды, чтобы ноги не вязли.

Пробежав километр, Пит заорал.

— Все в воду! Вплавь до того острова и обратно!

Чтобы называть одиноко торчащую, загаженную птицами скалу островом надо было иметь большую фантазию, но возражать никто не посмел.

— Что встали? Вперед! — крикнул Пит, подгоняя самых робких.

Тимур передернул плечами. Лезть в одежде в воду и потом плыть? Правда, минуту спустя он понял, что опасения его были напрасны. От берега к скале шла отмель, явно искусственно созданная, да и вода была подозрительно теплой. Тем не менее, ученикам потребовалось изрядно времени, чтобы сплавать — сходить туда-обратно и выбраться мокрыми на берег. Кто вылез первыми, получили порцию согревающих приседаний, и явно пожалели о своих навыках.

Когда на берег выбрался последний ученик — тощий, бледный паренек, Пит провозгласил.

— А теперь займемся практической магией!

— Сейчас? — выкрикнул кто-то.

— Сейчас, — отрезал Пит. — Вы устали и промокли, боевая ситуация. Вы высадились на берегу, но там вас уже ждал патруль Альянса!

Он оглушительно свистнул, и из-за насыпи резво выбежал десяток солдат. Дубинки, легкие кожаные брони, на головах шлемы, в глазах азарт и решимость. Между ними и учениками было примерно тридцать метров, и Тимур тут же скрутил файербол, метнул его, заслужив одобрительный взгляд Пита. Но в такой реакции не было особой заслуги Тимура, просто тренировки с Алтаем на Земле обычно проходили по похожей схеме, а привычка — великая вещь. Часть учеников растерялась, но нашлись и те, кто последовал примеру Тимура.

Одна из учениц присела, воткнул пальцы в землю, и корни выскочили, охватили ногу одного из бегущих солдат, заставив упасть. Упавший еще попробовал встать, но корни быстро оплетали его тело, по лицу девушки градом катил пот, а сама она побледнела. Еще один из учеников, крепко сбитый, быстро скрестил руки и провел ими вдоль друг друга, превращая конечности в металлические мечи. Кто-то вызвал хищного полуметрового саблезубого кролика, в сторонке один из учеников быстро слепил ком из песка, метнул его в солдат. Ком в полете превратился в глыбу, разросся.

Тимур тем временем метнул еще файербол, но опять мимо. Солдаты ловко уклонялись, подпрыгивали, пропускали удары мимо и над собой, стремительно сближались. Глыба камня врезалась в насыпь, а вторую ученик создать не успел, налетевший солдат оглушил его дубинкой. На острие противодействия солдатам встал ученик с руками-мечами, при поддержке кролика, который нарезал вокруг него круги. Солдаты впятером напали, раздался лязг и скрежет, выяснилось, что дубинки окованы металлом. Оставшиеся трое солдат налетели на остальных учеников, раздавая удары дубинками направо и налево.

Упала девушка, повелевающая корнями, владелец кролика получил такой тычок под дых, что животное развеялось. Тимур успел блокировать удар левой рукой, тут же повисшей плетью. Солдаты умело били, конечности отнимались, ученики теряли сознание, катались по земле с воплями боли. Тимур, благодаря урокам Алтая, сумел уклониться еще от двух ударов, поразить одного из солдат молнией в лицо, но на этом боевые успехи закончились. Кто-то сзади протянул его дубинкой вдоль спины, и Тимур упал, наполовину парализованный болью, чувствуя, как отнимаются ноги, не в силах встать и, молясь только о том, чтобы не обделаться.

Дольше всех сопротивлялся парень с руками — мечами, но и его приложили по затылку, опрокинули.

— Неплохо, — заявил мастер Пит, глядя на картину побоища. — Три минуты продержались, четверо противников выведены из строя, неплохо, неплохо для инвалидной команды.

«Выведенные из строя» солдаты с оханьем и аханьем, как и ученики, вставали, держась за отбитые и обожженные места. По очередному сигналу Пита появилась команда целителей, два мага и четверо подручных, в числе которых была знакомая Тимуру Варлея. Она радостно заулыбалась и шлепнула комок какой-то вонючей слизи прямо Тимуру на плечо. Рука моментально начала оживать, чуть позже прошла боль, затем онемение в нижней части тела.

— Спасибо, — искренне сказал Тимур.

— Я теперь постоянно с вами буду работать! — радостно зашептала Варлея. — Сам магистр Ойрсон будет вами заниматься! Класс!!

Тимуру показалось, что еще немного, и она взвизгнет, подпрыгнет, после чего умчится вдаль. Еще бы знать, кто такой этот магистр, было бы вообще замечательно.

— Это хорошо, — сказал он.

— Да!

Варлея, положив руку ему на лоб, кивнула и перешла к следующему раненому. Лечили быстро и эффективно, и вскоре все были на ногах. Мастер Пит уже подписал какую-то бумажку, выдал ее десятнику солдат, который в свою очередь ухмыльнулся и сказал, что, мол «его парни всегда готовы». После этого солдаты ушли вслед за целителями, а мастер Пит начал новую речь.

— Все, кто радуется, что их вылечили, не спешите, — сообщил Пит. — Лечить вас будут только первые несколько избиений, чтобы втянулись, а потом фигу с маслом. Все, как в бою! Кого вытащили раненого, тех вылечат, остальным — хрен по вдоль, а не лечение!

Ученики расстроенно загудели, а Тимур задумался. Стимул вытаскивать своих был ясен и понятен, но надо ли так жестко? Сломается кто-то из учеников, и потом на поле боя подведет команду. Или решили, что раз все равно половине погибать, отсеять эту самую половину заранее? Сбить, спаять и сплотить ядро команды? Рассказы о том, что Империи не нужны мертвые ученики, слабо вязались с такой подготовкой.

— И солдаты сдерживаться не будут, у них свой стимул вас побеждать, — продолжал Пит, ухмыляясь. — Их будет становиться все больше, оружие лучше, действия жестче. У вас только один выход: действовать сообща! Дополнять друг друга!

— Как быть тем, у кого небоевая магия?

— Чушь! — громыхнул Пит.

Он не стал вертеть лысой головой, высматривая, кто там подал реплику, просто еще повысил голос.

— Не бывает небоевой магии! Даже целители способны убивать, одним касанием! Спазм мышц горла, и вы задохнетесь, не в силах позвать на помощь! Также… а нахрен вы приехали сюда с небоевой магией? Сражаться?

— Зарабатывать, — пробурчал под нос Кларенс справа от Тимура.

Тимур обратил внимание, что лицо его блестит, смазанное чем-то жирным, и два огромных синяка быстро рассасываются. Целительская магия и всякая там медицина на травах и настоях тут были развиты, и Тимур еще подумал, что Марину точно надо было брать с собой. Но кто ж знал? Пророчица из Канады такое увидеть не могла, слабовата оказалась, и тут Тимуру пришла в голову еще мысль. Есть ли тут пророки и провидцы? Один такой на Земле мог бы на порядок облегчить жизнь Шефу, не говоря уже о выполнении плана!

— Так что этот пиздеж про небоевую магию оставьте при себе! — крикнул Пит. — Сегодняшняя тренировка лишь испытание ваших возможностей, и скажу честно — потенциал у вас есть. Но его надо развивать! Команда, сплоченность, совместные действия — даже в заплыве до скалы, понятно?

— Понятно, — уныло, вразнобой отозвались ученики.

Тимур подсознательно ожидал, что сейчас начнутся элементы строевой подготовки и задрачивание крика «Понятно», выработка так сказать единого голоса команды. Но нет, мастер Пит не стал развивать тему. То ли решил, что еще рано, то ли не знал о целительной воздействии и сплачивании строевой подготовки. Представив, как они строем маршируют, напевая, «А у мага выходной, пуговицы в ряд!» Тимур невольно усмехнулся.

— Те из вас, кто сражался, выйдите сюда, — Пит ткнул пальцем в песок перед собой.

Переглянувшись, Тимур и остальные пятеро вышли.

— Отойдите за насыпь, чтобы никого не задеть, — приказал Пит, — покажите друг другу, что умеете из магии, познакомьтесь толком, а не шапочно, как вчера. Подумайте над общей тактикой, что может быть полезным в бою.

— В бою на нашей стороне были бы солдаты, — заметила девушка, запускавшая корни под землей.

— Конечно, Ника, конечно, — почти ласково улыбнулся Пит. — Только солдаты Альянса были бы вооружены своими стреляющими штуками, а не дубинками. И это вам еще предстоит, да.

— Резиновые пули или настоящее оружие? — машинально уточнил Тимур.

Взгляды скрестились на нем, и Тимур мысленно дал себе подзатыльника.

— Знание врага — всегда уместно, — одобрил Пит.

При этом он смотрел на Тимура так, как будто тот оправдал его ожидания. Что это означало, Тимур не знал, но мысленно клялся в будущем держать язык за зубами. Вроде и учил магию, и в другой мир попал, а все равно! Ляпнул бездумно, по привычке, и хорошо, что обошлось, а если бы нет?

— Добрый — старший, во всех смыслах, — сказал Пит. — Тренируйтесь, потом обсудим.

Он повернулся к оставшимся пятнадцати и громко гаркнул.

— А с вами, небоевитые вы мои, мы проведем отдельную тренировку! Разбиться на пары! Кто останется один, встанет в пару со мной! Бегом!

Направляясь за насыпь, Тимур покачал головой. События развивались, и делали это стремительно, тащили Тимура куда-то, куда нужно было местным. Оставалось только воспользоваться ситуацией, насколько возможно, ну и не забывать регулярно, советоваться с Алтаем, взывать к его опыту, идеям и немного паранойе.

Тимур смотрел на остальных учеников, а они, в свою очередь смотрели на Тимура. Распределение получилось ровным, на четырех парней (включая Тимура) было две девушки, два к одному, как в целом в «инвалидной команде». Все, кто оказывал активное сопротивление солдатам с дубинками, и понятно было, почему мастер Пит выделил их в отдельную группу. Но что делать дальше? Что сделал бы Алтай? Тимур почесал щеку и сказал.

— Давайте еще раз познакомимся.

Вчера, в «казарме» — общежитии знакомились, но как-то все сумбурно — смутно прошло, да и Тимур выпал из общего «веселья» по понятным причинам. Подавая пример, он сказал первым.

— Тимур Добрый, тридцать лет, боевая магия, ученик, — и подумав, добавил, — как и все мы.

— Нона Эхт, девятнадцать, магия Природы… ну, пока что только деревья и кусты, но это только начало! — вскинув голову, заявила девушка, пускавшая корни. — А Добрый это прозвище?

— Фамилия, — усмехнулся Тимур, подражая Алтаю.

Природница хихикнула, превращаясь из серьезной магички в натуральную школьницу старших классов. Невысокую, миловидную, с задорно вздернутым носиком, только косичек, банта и веснушек не хватало для полноты образа.

— Жигулио Горман, двадцать один, трансформация и превращения, — сказал парень, превращавший руки в мечи.

Тимур кивнул, подумав о том, что крепкое телосложение Гормана вполне может быть следствием его специализации. Имя тоже навевало ассоциации, и Тимуру резко захотелось бросить все, сесть в теньке и выпить пива. Желательно не одну кружку, а две или еще лучше три. Холодного, из запотевшей кружки, закусывая сыром «чечил» и острыми маленькими колбасками.

— Хорошо, следующий, — сказал Тимур, заглушая урчание в животе.

— Кларенс Вигойл, восемнадцать, магия кристаллов, — с вызовом в голосе сказал Клар, поглядывая на Тимура и остальных, особенно девиц.

Девицы хихикали, а Тимур подумал, что теперь понятно, как Клар рассчитывал справиться с энергокристаллами техники Альянса. Рассчитывал, но сумеет ли? В любом случае, не струсил, сражался — уже плюс. Ну а то, что избыток энергии бурлит, вон как подергивает руками и ногами, так тренировки у мастера Пита быстро излечат. Этакий Пит-стоп. Тимур улыбнулся такой мысли, повернулся к следующему ученику.

— Жан Таржан, двадцать, магия Земли, — спокойно сказал черноволосый, бледный парень, тот, что кидался песком, превращая его в глыбу камня.

— Элис Обанден, двадцать два, химерология и призывы, — наклонила голову вторая из девушек-учениц, и тут же выпрямилась, посмотрела прямо в глаза Тимуру.

Тот посмотрел в ответ. Ну, девица как девица, платье, длинные волосы, не страшила на лицо и ладно. Встреть Тимур такую на Земле, так и внимания особого бы не обратил, одна из жительниц города и все тут. Гораздо больше его заинтересовала упомянутая специальность, и он спросил.

— А кролик — это что было?

— Смесь, химера на основе призыва, с капелькой материализации и увеличением в процессе, — улыбнулась Элис. — Я сама придумала, правда толком еще не освоила, поэтому мой… кролик и мешался, эээ, Жигулио! Он должен был помогать, но там надо было директивы правильно закладывать, а я…

— Ладно, ладно, все в порядке, — вскинул руку Тимур. — Смотрелось здорово, я даже испугался!

— Я тоже, — хмыкнул Жигулио, — первая мысль была в него руку-меч воткнуть.

Элис растерянно и обрадовано кивнула, оборвала поток своих извинений — объяснений.

— Итак, у нас есть боевая магия, природная, трансформации, кристаллы, земля и химерология с призывами, — перечислил Тимур. — Теперь давайте подумаем, что из этого можно соединить, чтобы получить убойные боевые комбинации?

Глава 13

13 июня 452 года от Переселения, архипелаг Ожерелий, Дибор

— Ну что, инвалиды! — кричал мастер Пит, уверенно стоя на ногах.

Двадцать учеников «инвалидной команды» (Мэйс Уиду, огневик, спалил сам себя две недели назад) сидели, держась за борта и канаты. Стоявший на корме штатный маг Воды работал не хуже водомета, кораблик мчался, летел, подпрыгивал на волнах, и Тимур в такие моменты ощущал, как ком подкатывает к горлу. Следом мчались еще три кораблика, на палубах которых спешно готовились к бою обычные солдаты под выкрики своих сержантов. Некоторой уверенности придавало то, что отрядом — сотней — командовал Алтай.

— Для тех, кто не знает! — мастер Пит достал из кармана кристалл и подбросил в воздух.

Клар буквально подался вперед, впиваясь взглядом в кристалл. Тимур же смотрел на изображение, ибо кристалл проецировал натуральное трехмерное изображение, масштабируемое и меняющееся, по мановению посоха мастера Пита. Сейчас он шевельнул посохом, и изображение всего Архипелага приблизилось, сменившись картиной цепочки островов.

— Это Ожерелье Крида, — рука Пита ткнула прямо кляксы островов, висящие в воздухе. — Это вот мы.

Рука его указала на зеленые и желтые точки, приближающиеся к островам снизу-справа влево-вверх. Пит шевельнул посохом, и острова окрасились в красно-желтый, а также появились облака синего и зеленого, в задней части, той, что была ближе к магу.

— Наши войска сражаются с десантом биотиков, — пояснил мастер, — а флот, пятнадцатая эскадра, медленно отступает под натиском сил Альянса. Видите (рука его ткнула в облако синего), Альянс проводит масштабную наступательную операцию, так что удержать острова не удастся. Наша задача — высадиться на Ожерелье, сбросить в море биотиков, оказать магическую поддержку и расчистить пятачок земли, выиграть время. Эвакуационная группа из десяти грузоптиц Рух уже в пути, нам надо будет продержаться полчаса максимум, а то и меньше.

— Мастер? — тут же спросил Жигулио. — От чего это будет зависеть?

— От того, сколько своих железных птиц Альянс поднял в воздух, — дернул щекой Пит. — И не забывайте, что здесь мы не за завесами! Здесь не будет ни заклинательных куполов, ни поддержки магов, ничего! Почему сюда отправили вас? Потому что Альянс проводит наступление, и все маги, мастера и магистры заняты в других местах!

Тимур опять отметил, что мастер не упомянул ни архимагов, ни архимагистров. Как будто получив один из двух высших рангов, маг покидал войну и больше на ней не появлялся. До того, как прояснилось истинное положение дел самой разумной из всех гипотез, обсужденных с Алтаем, была гипотеза взаимного сдерживания. Альянс не бросает водородные бомбы, Союз биотиков не распыляет чуму и не травит воду, а Империя магов не пускает в бой высшие ранги магов.

Собственно, примерно так на самом деле и обстояли дела, с поправкой на местные особенности.

— Ну и что, зря вас целых месяц учили, что ли? — громко провозгласил Пит. — Пришла пора показать свою мощь и удаль, и сплоченность команды! Особо отличившимся высадка будет зачтена как практическая часть экзамена на подмастерья!

Тимур вздохнул. Конечно, мастер Пит тоже будет там, на высадке и в сражении, но кто знает, кто знает. Вполне может стоять в сторонке, вмешиваясь лишь в случае смертельной опасности. И потом, на разборе полетов, всех и каждого персонально в его дерьмо и ошибки потыкает и пройдется три раза. Ну, если будет, кого тыкать, конечно, но здесь Тимур крепко рассчитывал на Алтая и его сотню ухарей — головорезов.

— Всем понятно?!

— Да, мастер!!

— Норман, Добрый и Обанден ко мне, остальным готовиться, — спокойным голосом приказал Пит.

Тимур понимающе вздохнул и поднялся, тут же пригнулся, ибо ветром его чуть не сдуло за борт. Пошел, пригнувшись к Питу, который стоял и терпеливо ждал. Подойдя ближе, Тимур обнаружил, что носовая надстройка прикрывает от ветра, ослабляет его натиск. Все равно не слишком приятно, но хотя бы можно стоять. Как и предполагал Тимур, командир из него получился так себе, и с командования отрядом мастер Пит его снял. Но тут же поставил командовать вторым десятком (первым командовал Жигулио — трансформер), а во главе отряда встала Элис Обанден, и надо заметить у нее неплохо получалось. Как шутила сама Элис: «что учениками командовать, что призывами с химерами, разницы нет».

— А теперь шутки в сторону, — понизив голос, сказал Пит. — Все всерьез.

— Так нас и вправду кинули затыкать прорыв? — уточнил Тимур. — Это не экзамен?

— Прорыв, но и экзамен тоже, — поморщился Пит. — биотики, как обычно, ударили по самым слабым местам и тогда, когда основные силы Империи заняты Альянсом. Это обычная тактика биотиков, так что я поостерегся бы называть все это прорывом, — поправил его Пит. — Но! Если мы не поможем, то они просто сожрут гарнизон на островах, перетопят всех там, на хрен, и отправят на дно, на корм своим созданиям и самим себе. биотики, как правило, любят хорошо выдержанное в морской воде мясцо, помните?

— Помним, — вздохнули «начальники».

— Так что своих не бросаем — сожрут! — жестко продолжил Пит. — Что касается схемы действий… это — самостоятельный выход, так что Элис — действуй, как считаешь нужным. Я, конечно, прикрою ваши нежные спинки и попки, но на меня особо не оглядывайтесь. Начальство и без того уже ворчит, что, мол, инвалиды только жрут, спят и ничего не делают!

Умом Тимур понимал, что мастер просто нагнетает. Не могло начальство такого сказать, ибо инспекции и проверки шли регулярно, а команда учеников регулярно выезжала на задания. Мелкие, но все же задания. Но умственное понимание — это одно, а эмоционально Тимур все же вспыхнул.

— Идем на центральный остров — самый большой. Все, как я сказал — птицы Рух уже в пути, чистим, держимся, прикрываем отход с других островов, затем уходим сами.

— Кораблями? — Элис, закрыв левый глаз, посмотрела на Пита.

Была у нее такая привычка, правда, с чем она связана, Элис никогда не рассказывала.

— Конечно, кораблями. Попробуем оттянуть за собой биотиков, может, устроим ловушку, если к тому времени кто из нормальных магов освободится. Сомнительно, конечно, но если биотики нас преследовать не будут, я не обижусь, — сказал мастер Пит.

— Так на Ожерелье есть маги? — уточнил Жигулио.

— Есть, которые штатно в состав гарнизона входят, но, сколько из них живо к этому моменту — непонятно.

— Альянс? — уточнила Элис.

— Возможно, — кивнул Пит. — Ожерелье на фланге, но прорывы возможны. В поставленной задаче это ничего не меняет.

— Черви, киты, электроугри, известен состав сил биотиков? — в свою очередь поинтересовался Тимур.

— Гарнизон основной крепости Ожерелья Крида сообщил, что атакован, после этого связь прервалась, — ответил Пит. — Кстати! Мы же приблизились, надо еще раз попробовать с ними связаться! Если биотики не сломали кристаллы связи, а распылили свой ослабитель, то вполне может и пробить!

Он встал и отправился на нос кораблика, а Элис, Жигулио и Тимур переглянулись.

— Все, как обещали, бросают нас в самое пекло! — предвкушающе произнес Жигулио, поглаживая правую руку, уже превращавшуюся в лезвие.

— Еще было бы неплохо вернуться, — в тон ему ответил Тимур.

— Так, — Элис задумчиво потерла нос, сжала губы и маленький рот в пучок. — Добрый — охраняешь корабли, Жигулио — пробиваешься вперед. Не сохраним корабли — можем не уйти с острова.

— Ничего, — ответил Тимур, — Таран поднимает стенку, Русалка отведет воду. Пару взводов на стены, если у биотиков нет водометных созданий, то все будет нормально.

— Вообще, насколько я помню, на все острова ставятся системы охраны, и корабли-транспорты для эвакуации тоже прилагаются, — Норман царапнул рукой-лезвием палубу. — Может удастся пару корабликов на бегу починить?

— Только если быстро разобьем и отгоним биотиков, — покачала головой Элис.

В такие минуты она всегда напоминала Тимуру птиц из своих призывов: мелких, взъерошенных и боевитых.

— Видны острова! — донесся крик.

— Ну, да поможет нам всем Искусный Дорбал сегодня, — сказала Элис, вставая.

Встречный ветер сразу вздыбил ее волосы, разметал и взъерошил, продолжил шевелить, как будто перед Тимуром стояла не Элис, а легендарная Медуза Горгона, со змеями на голове. По идее, Тимуру надо было помянуть Агала, покровителя воинов-магов, но здесь в Империи, вера была делом личным. Хочешь — верь, не хочешь — не верь. Жрецам и храмовым воинам боги придавали сил, творили чудеса среди простых верующих, но для этого нужно было именно что верить, истово и всем сердцем.

— Варлея! — крикнула Элис. — Держись возле мастера Пита!

Целительница кивнула, плавно и аккуратно. Формально она не входила в команду учеников, ибо была подмастерьем, но де-факто стала ее частью. Это не говоря уже о том, что она уже сходила на несколько свиданий с Алтаем, и отношения их успешно развивались. Самому Алтаю, по его же признанию, было все равно, но мол, «девушка хочет, да и целительница не помешает».

— Что насчет пехоты? — спросил Тимур, вспомнив Алтая.

— Если мы будем их ждать, то никто не успеет высадиться, — отрезала Элис. — Потом — да, но сейчас — мы сами по себе, работаем десятками. Ясно?

— Ясно, — ответили Тимур и Жигулио.

— Приготовиться к бою! — раздался крик Пита. — Прибрежные воды кишат биотиками!

Тимур, как и остальные ученики, бросились к бортам, на нос корабля, лихорадочно, как будто желая посмотреть, убедиться собственными глазами. Посохи ученикам были не положены, но парочкой коротких жезлов-палочек удалось разжиться, не говоря уже о кристаллах, имперских и самодельных, работы Кларенса. Сам Тимур, стараниями Алтая, был вооружен хорошим, крепким клинком, с вплетенной в сталь магией, с рукоятью, не скользящей в руке. Фехтовальщик и мечник из Тимура, правда, до сих пор был так себе, но если чему Добрый и научился за этот месяц, так это тому, что магия не панацея и полагаться только на нее нельзя.

Картина, представшая его глазам, внушала. Рядом что-то тихо бормотала Нона, с другого бока ругался Майар, как всегда пошмыгивая носом, но Тимур слушал и не слушал одновременно. Первым в глаза бросался кит средних размеров, торчащий прямо по курсу. Вспоров живот и пробив кита насквозь, как будто насадив его на палочку, торчала огромная скала. Рядом с ней плавали лицами вниз люди и биотики, бились о камень, и тут же сновали рыбы — падальщики, утягивая трупы на глубину, туда, где они еще послужат рыболюдям. Чуть поодаль возвышалась стена волноломов, по парочке из них все еще пробегали разряды, искрились пирамидки на вершинах. Видно было, как команда из семи биотиков, ловко взобравшись наверх на один из рифов, разбирает разряженную пирамидку.

Раздался свист, верхушка рифа взорвалась вместе с находившимися там, Тимур оглянулся, увидел, как Алтай кидает разряженный арбалет помощнику. Заметив взгляд Тимура, Алтай сделал энергичное движение рукой, указывая, что его сотня будет атаковать в лоб. Тимур кивнул, снова уставился вперед жадно, нервно, и в то же время, ощущая, что готов к сражению. Справа мелькнула туша кита, насаженного на скалу, и центральный остров Ожерелья стал, виден полностью.

Так же, как и основные силы биотиков, доламывающие линию обороны на берегу.

— К бою! — рявкнул Пит, подавая пример.

С верхушки его посоха ударила ветвистая молния, толстая, жирная, и ближайший десяток биотиков сразу всплыл брюхом кверху.

— Гранаты! — крикнул кто-то истошно, и Тимур увидел.

Сбоку от корабля вынырнул десяток дельфинов, рыболюди на их спинах синхронно метнули «гранаты», комки особой слизи, содержащей в себе кожно-нарывной токсин и парализующий агент, а при контакте с деревом выделяющей кислоту. Тимур уже бил струей огня с правой руки, прикрывая лицо плащом. Ноги были надежно закрыты толстыми штанами, торс и руки прикрывала кольчуга, а вот лицо оставалось уязвимым. Росала, больше известная как Русалка, уже била струями воды, сшибая слизь, кто-то натягивал плащи, ставил щиты, и до Тимура донесся крик капитана.

— Огнеметы! Глушилки!

Струи огня вырвались из отверстий на носу корабля, и тут же донеслись глухие, чпокающие звуки из-под днища. Затем кораблик начало трясти и потряхивать, вокруг всплывали биотики и их создания, дельфины, рыбы — падальщики, еще какая-то мелочь самого неаппетитного вида, бомбы-глушилки били всех без разбора.

— Держись!!! — крикнул Пит, хватаясь за борт.

ДАДАХ!!! Мощный удар швырнул кораблик вперед, все, кто был на палубе, полетели друг на друга. Корпус, усиленный магией, выдержал, за кормой корабля, вздевая голову к небесам, ревел и бесновался средний червь, оглушенный бомбами. Кораблики с пехотой огибали его, стрелки, перегнувшись через борта, стреляли взрыв — болтами, метали гарпуны и склянки с ядами, и червь скрылся под водой, продолжая обиженно, истошно реветь. Уже выныривали из воды новые биотики, метали гарпуны, стреляли иглами, кто-то из матросов упал, к нему метнулась Варлея.

— Укрыться за бортами! — крикнула Элис, выпуская в небо, стаю птиц.

В воду рядом с корабликом учеников били стрелы, стрелки — умельцы с луками в руках обстреливали биотиков, прикрывали своих. Тимур, подражая Питу, жахнул молнией в воду, поджаривая двух рыболюдей.

— Рыба-таран! — крикнул Тимур. — Нона!!

Мгновение спустя борт корабля выстрелил корнями, рыба — таран рвалась вперед, полтонны безмозглых мышц. Хруст, треск, ломающееся дерево, и тут же огромный клинок металла от борта пробил голову рыбы, Жигулио придерживали двое, чтобы не улетел за борт.

— Наши еще бьются! — крикнул Клар, кидая в воду сияющий небесно-голубым кристалл.

На пляже, почти у стены деревьев, и вправду еще продолжался бой, биотики упорно лезли из воды, кидались в атаку, стена копейщиков отбивалась, отбрасывала рыболюдей, но скинуть в воду не могла.

— Приготовиться к высадке! — рявкнул мастер Пит, ударом посоха сбрасывая в море рыболюда с борта.

Глава 14

Десантный корабль вылетел на пляж, пропахивая корпусом кроваво-зеленую борозду по созданиям биотов, разрезая крокодильчиков и черепах, разбивая стену костяных панцирей и щитов на берегу. Тимур тут же по инерции вылетел за борт, перекувыркнулся в воздухе, как учили, вонзил меч в ближайшего рыболюда, истошно верещащего и хватающегося руками с перепонками за лезвие. По груди забарабанило, Тимур не глядя метнул файербол, снося стрелка с иглометом, увидел, что копейщики — люди пошли в обратную атаку, что-то крича.

Из песка вынырнула зубастая пасть, тут же опала, перечеркнутая лезвиями Жигулио. Спрыгнувший за ним следом Адар нервно метнул клубок огня в еще одну пасть, отпрыгнул, едва не подставившись под челюсти крокодила, дрыгающего хвостом, с перебитым кораблем позвоночником.

— Не спать! — на песок спрыгнула Элис в сопровождении Ноны. — Жигулио — пробивайся! Добрый — оборону!

Тимур поспешно развернулся, из воды уже лезли новые крокодилы, бездумно, биотики же развернулись, устремляясь навстречу корабликам пехоты.

— Второй десяток! — крикнул Тимур. — Мочи биотиков на береговой линии!

Меч его вонзился в пасть ближайшего крокодила, тот сомкнул челюсти, не желая отдавать оружие. Левой рукой Тимур швырял кристаллики льда, усеивая берег и землю вокруг, надеясь, что рептилии порежут себе лапы. Правой, удерживающей клинок, Тимур пустил молнию, прямо через меч, в желудок и горло твари. Крокодил задымился, разинул пасть, отдавая оружие.

— Добрый! — вскрикнул Жан, перед Тимуром выросла стенка из песка.

Так-так-так! Иглы били в песок, и тут же ударила струя воды, снося хилую преграду. Тимур успел отскочить, вода ударила в Эйгена, опрокинула его вместе со всей броней, донесся вскрик. Солдаты прыгали в воду прямо с мчащихся кораблей, с мечами и топорами наперевес. Секира Алтая развалила надвое водометного иглобрюха, засверкала, пластая воду, крокодилов, черепах, биотиков, усеивая все вокруг кровью и кишками.

Корабли пехоты с гулом и скрежетом выскакивали на берег, давя крокодилов, зачищая пляж. Сами пехотинцы слаженно прыгали с бортов, метали алхимические гранаты, с бортов били арбалетчики, прикрывая высадку. За спиной Тимура был слышен лязг, вскрики, истошный рев, первый десяток магов пробивался к островным копейщикам и попутно опрокидывал волну биотов. Что-то командовала Элис, и птицы ее, истошно вопя, падали бомбами сверху на биотиков, подкрадывающихся сзади.

— Держитесь, магичества! — орал Алтай бодро. — Рядовые, бодрее, немочь!

Тимур не знал, куда уж бодрее, ибо солдаты в воде и на пляже почти моментально перебили всех, зачистили и отбросили, дружно, слаженно, скоординировано. Как будто не провинившиеся и разбитые, бежавшие месяц назад с поля боя сражались, а элитная Алая сотня самого Императора высадилась, в гневе и сверкании магии. Огромная струя воды взметнулась и ударила Алтаю в спину, тот, не глядя, отмахнулся.

— Не спать! — крикнул Алтай. — Шаманы рыбопузых уже здесь! Все на берег!

— Жан! Орхид! — крикнул Тимур. — Волноломы! Стенку! Русалка — отводи воду!

С кораблей прыгали все, не только солдаты и маги, но и команды самих кораблей, потому что вода возле берега вставала дыбом. Шаманы биотиков, с трезубцами в руках, носились вдалеке, и чтобы перебить их колдовство требовался минимум маг Воды. Мастер Пит рявкнул что-то нецензурное, ударил посохом в песок, и стену воды разрезало надвое, но тщетно. Вода тут же сомкнулась и начала падать на берег, мутнея на глазах. Тимур бессильно выругался, ибо присутствия шаманов рыболюдей не предполагалось.

— Все назад! — кричал Алтай. — Стену щитов! Накопители — по команде!

Солдаты слаженно сомкнулись, и в момент, когда стена мутной воды достигла их, щиты вспыхнули. Воду разметало во все стороны, рядовые прикрыли себя и магов, кто-то отчаянный отсиделся на корабле, и уже целился из гарпуномета в шаманов. Тимур быстро и лихорадочно совершал движения, как будто выжимает белье, скручивая Молот Воздуха и ощущая, что заклинание, так же, как и в прошлые разы, ему не дается.

— Птицы! — рявкнул Алтай. — Арбалетчики — сети, заряжай!

Тимур быстро бросал взгляды по сторонам: биотики и их творения плыли, мчались к месту высадки. Расчищенному было пляжу, похоже, предстояло стать местом новой схватки, и теперь уже бойцам Империи предстояло держать оборону. У Тимура мелькнула мысль, что разведка недооценила количество врагов, но это не было такой уж пугающей ошибкой. Сами биотики и роста были не так чтобы очень, обычно ниже среднего, и бойцы из них на воздухе получались тоже не очень, на одного среднего солдата Империи клади десять биотиков, не ошибешься. В своей родной стихии, воде, понятно, биотики были страшными противниками, но на суше все-таки у них все оказывалось «не очень». И это рыболюди компенсировали или пытались компенсировать своими слугами, разнообразными и могучими, перед некоторыми из которых десантные кораблики выглядели жалкими игрушками.

— Огонь! — крикнул Алтай.

Сети и огненные взрыв — болты устремились навстречу двум стаям модифицированных чаек. Птицы обильно срали кислотным пометом, на корабли, на крокодилов, на солдат, судорожно закрывающихся щитами. Вода у берега бурлила, надвигалась новая волна крокодилов, мчались биотики, и шаманы продолжали размахивать трезубцами.

Тимур ощутил, что сражение за берег близко к поражению.

Как сдерживать такую силу, он не представлял. Надо ли было так лихо мчаться, чтобы стянуть на себя внимание и силы биотиков? И тут до него дошло. Если стягивать сюда силы, то давление на другие острова Ожерелья ослабнет, солдаты там получат передышку и смогут отступить на центральный остров. То, что корабли надо сохранить, должно придавать силы защитникам, но все же, удержать берег одним десятком учеников — магов?

Нереально.

Птицы рвались из сетей, изрыгали из себя что-то едкое, солдаты, неосторожно коловшие их мечами и рубившие топорами, с изумлением смотрели на дымящееся, портящееся на глазах оружие.

— Э! — сердито воскликнул кто-то из копейщиков. — А ну отойдите!

Набежавшие бойцы Империи начали работать копьями, в момент, перебив всех птиц, сомкнули стену щитов, пошли обратно к берегу, навстречу волне биотиков. Металл из первого десятка, уже занимался оружием, восстанавливал его. Вернулся Жигулио, солдаты Алтая вперемешку с копейщиками и учениками-магами рубились на пляже, падали, вставали, рычали и кидались заклинаниями.

— Держать оборону! — крикнула Элис.

Она уже кружилась восьмерками, Жан торопливо колдовал, создавая фигуру из земли, Нона оплетала ее корнями. Могучая и зубастая земляно-древесная птица взмыла в воздух, забила крыльями, устремляясь к шаманам рыболюдей.

— Гнев Небес!! — мастер Пит вскинул руку, делая жест, как будто что-то тянет к себе.

Мышцы его на руках, ногах и спине вздулись, выступили вены, лысина моментально заблестела от пота. Посох в руках мастера вертелся мельницей, потом с треском воткнулся в тело одного из убитых рыболюдей, и тут же цвет неба изменился. Часть его окрасилась в темно-багровый, как будто открылся проход в другой мир, полетели, с жутким гулом и шорохом раскаленные глыбы, будто падающие миниатюрные звезды.

Тимур сжал кулаки, выкрикнул заклинание, внося свою лепту.

Секущий вихрь ледышек, прочных и острых, ринулся к воде, и встретился с ответным ударом шаманов рыболюдей. Вода взметнулась вихрем, снося ледяной град, отбивая раскаленные глыбы, да не просто так, а прямо на пляж, оглашаемый хеканьем, криками и стонами кровопролитной мясорубки.

— Все назад! — крикнул Пит, но его не услышали. — Энарма!

Часть глыб, примерно половина исчезла, но вторая половина продолжала лететь, в сопровождении водяных вихрей и ледяного града. Всплыли два кита, ударяя струями по берегу, снося и своих, и чужих, разламывая стену щитов, которую выставили копейщики обороны Ожерелья. В пролом тут же хлынули биотики, с игло- и парометами в руках, полетели новые комки слизи и Тимур увидел, что под ногами у него взрывается шар с ядовитым газом.

— Огнемет!!! — выкрикнул он, отпрыгивая и в прыжке возносясь на целый метр.

Из рук его били струи огня, выжигая заразу, и казалось, будто Тимур взлетает на реактивной тяге, спиной вперед. Мимо пробежали еще солдаты, с ростовыми щитами, короткими мечами в руках. Трубно и протяжно завыл рог, копейщики тут же отступили, солдаты с щитами смыкали новую стену.

— Длань безмятежности! — певуче провозгласил кто-то за спиной Тимура, и летящий по небу вихрь воды, льда и раскаленного камня исчез.

Как будто огромная рука взяла тряпку, провела по небосводу, стирая магическую атаку. Тимур резко обернулся, там стояла женщина средних лет, в простом платье и венке на голове, что-то напевая под нос. Рог затрубил снова, громко, отрывисто, и солдаты с щитами начали отступать, пропуская внутрь копейщиков и подрезая набегающих биотиков. Края щитов чуть сдвигались, солдат совал короткий меч в бок биоту, и отступал вместе с товарищами. На кромке берега продолжалась драка, три десятка из сотни Алтая и часть учеников-магов не могли разорвать клинч, выйти из боя.

Шаманы рыболюдей уже готовили новую атаку.

— Алтай! Алтай! — орал Тимур, кинулся к стене щитов изнутри. — Пропустите!

Солдаты заученно расступились перед магом, Тимур выскользнул, ударил очередью файерболов, разбрасывая биотиков, схватил одного, прикрылся им от игл, рванул вперед. В небе завис огромный трезубец, нацеливаясь прямо на пляж, сверкая и громыхая водопадами, искрясь льдинами. Тимур рвался вперед, магичил, рубил, колол, кричал почти непрерывно.

— Алтай! Алтай! Сверху!

Но тот и сам уже увидел, заколебался на мгновение, но потом выхватил плазмопистолет, и понесся вперед, прямо по воде, по головам биотиков и крокодилов. Огромная сосулька ударила его в грудь и разлетелась, Алтай что-то крикнул, снося тремя шарами плазмы ближайшего из шаманов. Трезубец в небе заколебался, пошел вниз, Алтай прыгнул, выстрелил в глаз вынырнувшего червя, еще шар в пасть, оттолкнулся от зубов, взмыл выше, подобно хищной птице, обрушиваясь на шаманов.

— Ураааа!!! — взревели солдаты вослед своему сотнику.

На Тимура наседали все сильнее, но пехотинцы выручили, как-то разом слитно ударили, десятками и пятерками, снося биотиков и освобождая себе дорогу. Тимура прикрыли, сбили с его спины рыболюда, впившегося зубами и плавниками, едва не прокусившего кожаный доспех.

— Что творит, — прошептал Тимур, кидая взгляд в море.

Алтай в сотне метров от берега, закончил добивать шаманов и помчался обратно по воде аки посуху, отталкиваясь от скользких трупов и скользких рыболюдей, как от надежнейших опор, тут же убивая и несясь дальше. Секиру он держал одной рукой, вертел ей так, как будто она ничего не весила, плазмопистолет в левой стрелял непрерывно, убивая или раня струями пара в тех местах, где плазма встречалась с водой. биотики растерялись на несколько секунд, и Алтай сократил расстояние до берега наполовину.

— Разом! — заорал кто-то страшным голосом прямо возле левого уха Тимура. — Арбалетчики! Красными!!

Солдаты остановились, ударили обратно, отбрасывая биотиков, и в проемы между мечниками полетели болты, взрывая все на своем пути. С небес ударил огненный дождь, перечеркивая акваторию, и с кораблей, вытащенных на берег, тоже ударили струи огня, донесся слитный рев. Стена щитов распахнулась, солдаты Ожерелья ринулись в атаку, вдохновленные случившимся, биотики спешно отступали, отстреливаясь, огрызаясь, тыкая копьями и ударяя вспышками магии. Помогало слабо, солдаты падали, но и биотики валились пачками, усеивая пляж телами, внутренностями, распространяя едкий и вонючий запах, как будто внезапно под пляжем открылось болото.

— Алтай! — крикнул Тимур, выбрасывая новый ледяной град.

Алтай несся и несся, секира рубила, плазмопистолет стрелял, он сеял смерть вокруг, проносился по спинам взмывающих дельфинов, доставал в глубине воды разбегающихся рыболюдей, и отталкивался от их тел, когда те всплывали, и все это сопровождалось победным ревом его сотни.

Откуда-то из глубины острова ударили еще маги, вода у берега начала закручиваться, затягивая в себя морскую живность, вставали волноломы и рифы, и Тимур ощутил, что еще не все так безнадежно. Корабли целы, войска Ожерелья подошли, натиск отбили, продержаться, а там уже и птицы прилетят! Вдохновленный (и не он один) такими мыслями Тимур рубил, колол, магичил, атаковал и защищался, забыв о вверенном ему десятке, забыв о какой-то там картине боя, видя только то, что оказывалось перед ним. Очередной биот. Очередной крокодил. Очередной гибридохимерный вариант, тупой, но ядовитый и трудно убиваемый.

А затем вдруг вокруг стало темно.

— Что?! — вскинулся Тимур (и опять же, не он один).

Огромный корабль медленно и величаво плыл наверху, и тень от него наползала на остров. Тимур оглянулся, пляж, и вода вокруг были завалены мертвыми биотиками, вперемешку с модифицированными рыбами и червяками. Кое-где были видны тела солдат, остатки биотиков удирали в море, бросив все. Стена рифов и волноломов рушилась, изъеденная и изрубленная, чуть поодаль высилась гора обломков — все, что осталось от двух из четырех десантных кораблей.

— Не спи! — рядом оказался Алтай, толкнул Тимура в бок.

Тимур посмотрел слепо на товарища, Алтай был забрызган кровью с ног до головы, и его секира тоже. Доспех разрублен, измят, пожеван, но сам Алтай вел себя так, как будто находится на курорте.

— Отступаем!

— А это? — Тимур ткнул пальцем вверх.

— За тем и отступаем! Маги Воды сейчас ударят!

Тимур моргнул, а потом осознал. Точно! На кораблях были маги Воды, а он про них и забыл. И маги полка, который держал оборону на Ожерелье, но зачем…

— Зачем тогда ты бегал в атаку на шаманов? — вырвалось у Тимура.

— Маги сковали их, я добил!

Солдаты и ученики, солдаты и маги отступали вглубь, поспешно, торопливо разбегались, стараясь то ли разорвать дистанцию, то ли распределиться врассыпную, чтобы не накрыло одним залпом. Бежали или быстро-быстро шли вприпрыжку, и Алтай с Тимуром.

— Сковали? А как же трезубец?

— Нормально все! — хохотнул Алтай. — Не волнуйся!

— Да как же… где мой десяток?!

— Что, увлекся?! — еще сильнее захохотал Алтай. — Ну, извини, придется им подождать!

— Откуда вообще эта (жест вверх) хрень тут взялась?

— Прилетела, это же очеви…

Договорить Алтай не успел, потому что летающий корабль Альянса дал залп из всех стволов.

Глава 15

Тимура бросило на землю, беззвучной чередой вспышек вспыхивали залпы на корпусе корабля сверху, и тут же последовал ответный удар. Откуда-то со стороны замолотили желтые вспышки, затанцевали красные шары вокруг корабля Альянса, и все это происходило беззвучно, как будто Тимур смотрел фильм, а не участвовал в сражении.

Рука вздернула его с трясущейся земли, и окровавленный Алтай заорал прямо в ухо.

— Уходим!!

Как будто дожидаясь только этого, звук вернулся скачком, лавиной взрывов, криков, стонов, грохота и стука, и тут же в нос ударила гарь, вонь мяса и дерьма, и Тимур разом увидел все вокруг. Стройной обороны, воодушевленных защитников острова больше не было. Перепаханный, выжженный пляж, горящие корабли, воронки, трупы, дымящаяся, кипящая вода и лезущие оттуда ошалелые, обожженные до мяса биотики.

— Уходим!! — заорал еще раз Алтай.

Рука его схватила Тимура за ворот доспеха, потащила. Тимур споткнулся и тут же начал блевать, зрелище располовиненной Лазеи, из тела которой лезли кишки, добило его, прорвало плотину. Тимур извергал струей, до спазмов и колик в желудке, Алтай тащил его одной рукой, что-то кричал, слышен был грохот и топот ног, отчаянный рев за спиной, как будто включили сирену гражданской обороны. Мелькали вспышки, грохотали разрывы, перед глазами проносился песок, тела, обугленные проплешины, затем Тимура швырнуло прямо в ломкие и хрупкие кусты, Алтай крикнул откуда-то сверху.

— Замри!!

Тимур послушно замер, ощущая колики в желудке и слабость в ногах и руках. Адреналиновая волна и отходняк после битвы, впечатления и переживания нахлынули. Стуча зубами, Тимур вцепился в кустарник, думая о том, что, сколько готовился не зря. Да, сейчас нахлынуло, но в бою-то, в бою! Магичил, и плевать, что слабо и знает всего пяток заклинаний, но сражался же! Не ударил в грязь лицом, правда, десяток свой проебал… и от осознания этого Тимур застонал, ударился лбом о чавкнувшую землю.

— Нечего головой насекомых давить! — крикнул Алтай в ухо. — Замри!

— Что происходит? — спросил тихо Тимур, не поднимая головы.

— Жопа происходит, — зло ответил Алтай. — Пока противник был слабый, мы побеждали, а стоило нормальным врагам появиться, как в момент нас разобрали! Ссссуки, минима половину сотни мне сожгли!

— Слабый противник? — повторил Тимур медленно, как будто пробуя на вкус.

Вкус во рту стоял гадостный, блевотный, и Тимур ощущал, как сам воняет.

— На, запей, — сунул Алтай фляжку. — Не дергайся, займи удобную позицию, главное не скачи резвым козликом!

— Поскачешь тут, — ответил Тимур, переворачиваясь, — когда всего колотит и сводит!

Теперь он лежал в кустах на боку, видя, что летающий корабль Альянса медленно отступает, продолжая поливать все вокруг лучами, ракетами и шарами плазмы. Алтай, удобно устроившись за стволом пальмы, в шаге от Тимура, наблюдал за кораблем.

— Ты еще легко отделался, — заметил Алтай, не отрывая от глаза мини — подзорной трубы. — Судя по интенсивности, две трети наших отрядов и тех, кто оборонял остров, можно списывать по графе «труп хорошо прожаренный».

— Но ведь биотики…

— Слабый противник, как я и сказал. Это были обычные, рядовые биотики, самые слабые, на обычных дельфинах, нетренированных. Два кита, тройка червей, отряд крокодилов, ха! Чисто давили массой копейщиков местных, вот мы и одолели их легко. Заметь, у них были обычные иглометы, ну немного ядовитой слизи, тройка шаманов — тоже ерунда. Кто бы ни отправлял нас на задание, он отправлял нас с умом, противника нам выдали по силам, несмотря на все кровожадные разговоры об истреблении инвалидной команды и моей сотни беглецов.

Алтай отпрянул, Тимур замер, наблюдая, как частая череда лазерных лучей выжигает кусок леса в двадцати метрах впереди. Тимур уже дернулся вскакивать, но рука Алтая его придавила стальным краном к земле.

— Лежи, дурак! Вскочишь, собьют, как утку в полете!

— Разве они нас не видят?

— Не видят, бьют по площадям, кто побежит — того добивают, — рыкнул Алтай.

Лучи сместились, прыжком ушли куда-то за спину. Пальмы вяло, и неохотно горели, проплешины на земле дымили, и от обстрела за спиной тоже потянуло дымком.

— Не загорелось бы, — заметил Тимур.

— Ничего, воды много, — ответил Алтай.

Он уже снова наблюдал за летающим кораблем, который, отступив немного, завис, увеличил интенсивность обстрела. С кем он сражается, не было видно, но полыхало только так, до рези в глазах. Алтай, тем не менее, наблюдал, внимательно, что-то шепча под нос.

Читал и писал Тимур, в принципе, уже бегло, спасибо обучающим кристаллам и снабжению. У целителя, который их так настойчиво советовал — были свои резоны. Стоили кристаллы ого-го, в свободном доступе практически не появлялись, а тут, благодаря Тимуру, можно сказать достались просто так. Насколько понял Тимур, из уклончивых объяснений, обучающие кристаллы целителям выдавали только в особых случаях. Поражение мозга, повторное обучение, помогающее общему исцелению, в таком вот духе. Основано это было на том, что обучающий кристалл, в сущности, не выдавал знания, а ускорял мозговые процессы, улучшал их.

Поэтому целители охотно использовали кристаллы на самих себе, и в какой-то мере оказались должны Тимуру. Собственно теперь, лежа на боку, Добрый вспоминал все, что им рассказывали про биотиков, обрывки слухов, сплетен, информации из учебников магии. Лучше всего было бы почитать какой-нибудь фундаментальный труд о биотах, но это надо было покинуть военную зону, приехать в какой-нибудь крупный город, сходить в библиотеку. Аналогично и с Альянсом, но там было проще, технологическая цивилизация была Тимуру близка и понятна, по очевидным причинам.

Биотики же, рыболюди, манипулирующие обитателями моря, выращивающие себе все необходимое, оставались в каком-то смысле загадкой. Откуда они взялись — было известно. Некогда на Диборе, так назывался мир, где оказались Тимур с Алтаем, существовало три материка. В какой-то момент раскрылись порталы, и оттуда волной хлынули маги и спасаемые ими люди, бегущие из гибнущего мира. Жители Дибора отнеслись крайне агрессивно к такому вторжению, и началась война, в которой маги на начальном этапе одержали верх. Им просто некуда было отступать, ибо их родной мир погибал в катаклизме, шторме магии. Техника оказалась не слишком приспособлена против магии, и маги заняли весь восточный материк, основали Империю и предложили диборцам жить дружно.

Но не тут — то было, адаптировав технику, агрессивные диборцы развязали новую войну на истребление.

Тимур ухмыльнулся сам себе, подумав, что было бы интересно почитать мнение Альянса на этот счет. Почти наверняка написано было бы нечто противоположное: жили тихо и мирно, тут открылись порталы и оттуда поперли агрессоры-маги! Отобрали себе один материк, а второй утопили от жадности. Маги, в свою очередь, утверждали, что в гибели центрального материка виноват Альянс, применивший некие супербомбы, расколовшие плиту, на которой стоял материк. Россыпь островов, тысячи их, где велись сражения, и где оказались изначально Тимур с Алтаем, были остатками того самого злополучного материка, оказавшегося между двух огней.

Диборцы объединились и образовали тот самый Альянс, занимающий Западный материк. Остатки Центрального, острова, по негласному соглашению, стали местом сражений, непрерывных и постоянных. Связано это было отчасти и с появлением биотиков, которое случилось после мега-сражения, уничтожившего Центральный материк. Разумеется, слухи приписывали это действию супербомб Альянса, но Тимур не сомневался — другая сторона винит магов и их порталы. Пропаганда, информация, обели себя, очерни врага — старые, проверенные тысячелетиями методы и способы, действенные во всех мирах.

— О чем задумался? — спросил Алтай.

— О биотах и их появлении в этом мире, — честно ответил Тимур.

Сражение продолжалось, летающий корабль успешно отстреливался, громил, маневрировал, тянулись дымы, и продолжался обстрел с земли. Правда, фокус сражения сместился, постепенно удаляясь от места, где залегли Тимур с Алтаем.

— Да такие же пришельцы, как и маги, — сказал Алтай. — Явно же, когда пиздились за утонувший материк под нами, открывали порталы да швырялись бомбами, вот рыболюдов и затянуло.

— Думаешь, обе стороны виноваты?

— Конечно, даже думать нечего. Поэтому Альянс и Империя нет-нет, да объединятся, вместе биотиков попытаются прижать, с двух сторон. Да и в местных боях такое регулярно бывает, с одной стороны из гравипушки садят, с другой маг какой-нибудь электрорадугой по головам биотиков бьет.

— Так давно бы уже объединились, победили, да разбирались!

— Эээ, не надо считать себя самым умным! — хохотнул Алтай. — Так и было, после того, как материк утонул, а вместо этого биотики сами выдали по щщам и Альянсу, и Империи. Поэтому и думаю, что их затянуло в порталы, со всеми их рыбзаводами, подземными плантациями икры, из которой рядовые биотики вылупляются, и прочими китами и моллюсками. Ну и понятно дело, настоящими русалами и русалками, которые снизу командуют, а на поверхность не лезут.

— Погоди, погоди, какими настоящими? Повсюду их так и рисуют!

— Да ладно, Тимур, что ты как маленький, — отмахнулся Алтай. — Поди, и госпропаганде Империи вида: «Альянс бябяки» веришь?

— Нет, с этим все понятно, но…

— Но на поверхности сражаются рядовые биотики, пушечное мясо, которое тысячами из икринок вылезает и растет быстрее обычного. Не знаю насколько, но примерно полгода — год и все, готовый боец. Умеет ездить на ките и дельфине, стрелять из игломета, убивать, слушаться командиров и так далее.

— Погоди, — моргнул Тимур. — Хочешь сказать, что все эти рыболюди… которые нас чуть не перебили… на рефлексах сражались? Безмозгло?

— Именно, — пожал плечами Алтай, — поэтому и назвал их слабыми противниками. Опасны, слов нет, но слабы, именно из-за своих рефлексов. Предсказуемы, уязвимы, ну и начальство их, русалочье, не слишком все это мясо бережет.

— А кого они тогда берегут?

— Тех, кого выращивают с мозгами, я тут уже наслушался рассказов, — ухмыльнулся Алтай и замер.

Пауза. Теперь и Тимур обратил внимание, что сражение затихло. Вспышки еще виднелись, но шум, грохот, гул исчезли, как будто кто-то поставил звуконепроницаемый экран.

— Не говоря уже о тех… созданиях, которых биотики выращивают со встроенными техно и магическими примочками, и неуязвимостью к оным, — сказал Алтай. — Так, выждем еще минутку и двинемся искать, кто выжил, куда чего и где все.

— Выращивают? — удивился Тимур. — Об этом ничего не было!

— Ну, так, кому приятно вспоминать, как тебя отхлестали рыбьим хвостом да по морде лица? — усмехнулся Алтай. — Говорю же, Альянс и Империя объединялись ровно один раз — против биотиков. Те не растерялись и вломили всем, поэтому и думаю, что они прибыли сюда со своей биопромышленностью. Попутно еще рыбки подтопили материк, и часть Западного с Восточным оказались отравлены. Альянс с Империей, конечно, тоже не сидели, сложа посохи, изрядно биотиков тогда всплыло брюхом кверху. В результате, не сразу, конечно, установилось то, что сейчас. Альянс и Империя не трогают материки друг друга, а воюют на островах.

— И биотиков это устраивает?

— Нет, конечно, но их глубины и впадины не травят, не бросают мега-бомбы, и они в ответ не травят материки Альянса и Империи. Зато охотно обгаживают операции и тем, и этим, всплывают в неожиданные моменты, убивают всех без разбора. Вот и получается война на три стороны, с элементом подводной неожиданности.

Алтай встал, и еще разок осмотрел окрестности в подзорную трубу.

— Идем, пока по новой не началось!

— Ну ладно, Империя, а как же Альянс? Сонары, локаторы, всякие там подводные торпеды?

— У Империи этого добра тоже хватает, — отмахнулся Алтай, — но толку то? Говорю же — биотики выращивают то, что им нужно, с теми свойствами, которые им нужны. Так что все эти техномагические ухищрения особого преимущества не дают, хотя, как мне кажется…

— Что кажется? — Тимур спросил в спину замолчавшего собеседника, потом выглянул. — Ой-ёёё!

— Не говори, сплошное биляу, — мрачно согласился Алтай. — Надо было дальше отбегать.

Буквально в нескольких десятках метрах от того места, где прятались Алтай с Тимуром и до самого берега все было выжжено, перепахано и уничтожено. Деревья завалами, все вперемешку, и если пальмы Тимур еще опознавал, то остальные породы называл скопом баобабами. Выжженные проплешины — десяток метров в диаметре — с остекленевшей массой сверху. Воронки, рытвины, просеки и борозды, и трупы, трупы, трупы. Люди вперемешку с биотами, разорванные, сожженные, пробитые насквозь. Выбросившись на берег, медленно пыхтел в агонии кит, даже не пытаясь сползти обратно в воду.

Вонь, гарь, дымы и зрелище удаляющегося летающего корабля Альянса.

— Ебаааать! — протяжно присвистнул Тимур. — Это он за полчаса такое устроил?

— Какие полчаса? — нахмурился Алтай.

— Ну, полчаса обстрела!

— Сражение длилось семь с половиной минут, ровно с момента, когда ваш корабль проехался днищем по крокодилам на пляже!

Тимур растерянно моргнул.

— Что, никогда не слышал про относительность времени? Ну вот это оно самое и есть!

— Ладно. Что теперь?

— Будем искать выживших, может кто спрятался, да попробуем понять, как убраться отсюда, или может двинем на помощь гарнизонам на других островах.

И тут же Тимур с облегчением увидел, что выжили не только они. Из-под завалов, из ям лезли люди, выскочила Варлея, в серо-закопченном платье, с ободранными рукавами, и кинулась к Алтаю.

— Целы! — воскликнула она. — И даже не запачкались!

Тимур хотел возразить, но передумал. По сравнению с остальными они и вправду выглядели чистенькими и ухоженными, не говоря уже о целости одежды.

— Ну да, — спокойно ответил Алтай. — Отбежали чуть дальше, чтобы не достало.

— А нас обстреливали, — Варлея охватила себя руками, как будто замерзла, потом воскликнула. — И птиц всех сбили, не на чем отсюда улетать!

Глава 16

— Это интересно, — ответил Алтай, прищурившись.

— Что тут интересного? — вспылила Варлея, топнула босой ногой. — Скоро биотики вернутся, и Альянс опять прилетит, а мы застряли тут! Ни кораблей, ни птиц, ни портальщиков! Стационарный портал в основной крепости тоже сломали!

Алтай вздохнул, подошел и обнял Варлею, зашептал что-то на ухо. Тимур отвернулся, вроде и понятно, что сбивает истерику у так необходимой сейчас целительницы, но все равно — до ломоты в суставах потянуло сопливой романтикой, которую Тимур не переваривал. Не переносил до зубовного скрежета, все эти слюни и сопли, особенно на фоне тропических пейзажей, и как назло, вокруг был именно такой!

— Цел! — раздался голос Элис. — Молодец, Добрый!

Она хромала, мастер Пит, придерживающий ее, выглядел не лучше. Тимур ощутил комок в горле.

— И… все? — выдавил он, но Элис его поняла.

— Еще уцелели, я видела!

— Кто-то нас крупно подставил, — мрачно заявил Пит. — Чистое везение, что уцелели, и что это был боевой крейсер Альянса, а не, скажем, авианосец.

— Вот свезло, так свезло, ага, — мрачно, в тон мастеру, кивнул Тимур. — Что теперь?

— Нужно уносить ноги, пока биотики, спрятавшиеся под водой, в новую атаку не полезли, — подтверждая слова Алтая, ответил Пит. — Корабли сожгло, грузоптиц крейсер расстрелял.

— Не, одна успела смыться, я видела, — добавила Элис, охнула, приподняла левую ногу. — Кажется, это был меч.

— Какая теперь разница, меч или топор, все равно расплавило, — ответил Пит.

Тимур же вспомнил первый день в новом мире, и сражения, у тех бойцов с топорами — храмовых воинов? — снаряжение было лучше, могло выдержать и пули, и плазму, и лазера. Понятно, что не всем щеголять с элитным снаряжением, но мысли Тимура были немного о другом. Слабые противники, обычная пехота на островах, и сами они ученики-маги, как будто в огромной стратегии — первые уровни, ты слаб, но и противники слабы. А крейсер, получается, как будто с другого уровня залетел, хотя в реальной жизни аналогии игрушек слабо применимы.

Тимур помотал головой, ощущая, что сознание туманится от нереальности происходящего.

В сущности, из намеков Алтая и обрывков информации пополам с «ужасными байками на ночь», выходило, что каждая сторона использует свои технологии, магию, оружие, и чужое не особо заимствует, по совокупности причин. Да сам Тимур видел это на деле — оружие Альянса в его руках просто не работало, и можно было предположить встроенные в него чипы «свой — чужой» или индивидуальные датчики и сенсоры распознавания. Почему оно работало в руках Алтая, тоже не было вопросом (для Тимура, во всяком случае) — какая-то хитрая штучка от Шефа, не иначе.

При этом то же применение Алтаем оружия Альянса не вызывало ни у кого приступов паники или особых вопросов, так, удивленные взгляды и все, и при этом же, Алтай был единственным из всех, кого видел Тимур за этот месяц, кто использовал бы «вражеское оружие». Магия Империи в оружии и доспехах вполне заменяла технологии, и, судя по словам Алтая, биотики тоже как-то выкручивались. И все равно, сочетание всех трех путей, магии, техники и биологии, должно было быть эффективнее, чем каждый путь в отдельности.

— Сейчас! Сядь! — успокоившая Варлея указала Элис на землю.

И тут же склонилась сама, зашептала что-то под нос, водя палочкой по ноге. Алтай покрикивал на вылезающих, помятых, раненых и злых бойцов своей сотни. Также присутствовали мечники и копейщики из гарнизона Ожерелья, несколько матросов, два мага Воды с десантных корабликов, и конечно ученики-маги, кто уцелел.

— Вот теперь мы и вправду инвалидная команда, — прошептал Тимур под нос.

Он сам, Элис, Жигулио — ну этот понятно, перекинулся в металл, и то руку расплавило, вон, придерживает обрубок. Ерунда, вылечат, как месяц назад всех же вылечили? Нона, эта даже не запачкалась особо, явно корни пустила вниз и сама в них спряталась, да еще и Жан поспособствовал, укрыли группу, ага. Магия растений вместе с Землей хорошая сила, даже в руках учеников! Кто еще? Варлея, хорошо. И все? Нет, взгляд Тимура выцепил знакомое лицо. Росала, больше известная как Русалка, бледнее, чем обычно, творила воду и поила всех желающих, из числа потерявших флаги или обезвоженных сверх меры, в том числе и кровопотерей.

— Вот теперь все, — пробормотал Тимур. — Семеро из двадцати одного?

— Треть выживших — это хорошо, — раздался у него над ухом голос мастера Пита.

Тимур обернулся, мастер сжимал посох, смотрел куда-то в морскую даль, как будто пытаясь высмотреть помощь.

— Хуже нет — власть делить, — пробормотал Тимур.

— Что?

— Извините, мастер, я о своем.

Ну, не объяснять же свои мысли? Тимуру просто пришло в голову, что маги Воды с кораблей вроде как выше мастера Пита по рангу, а ведь есть еще маги из числа гарнизона. Кому из них подчиняться? Алтай опять же, вроде сотник, но у местных найдутся и выше рангом офицеры, надо полагать. Кто будет самым главным командиром?

Но, почти сразу же выяснилось, что переживал Тимур зря.

— Так, — раздался голос Элис, — сотник Алтай — стройте своих, следуйте за нами и за отрядом капитана Муркока.

— Да, Ваше Магичество, — с легким поклоном ответил Алтай, тут же обернулся, крикнул. — Стройся!

Тимур собрался почесать в затылке и вляпался пальцами во что-то серое и склизкое. Запаниковал было, но тут же сообразил, что просто прилетело со стороны, а свои мозги и волосы на месте. Также Тимур сообразил, что с «властью» проблем нет. Инвалидная команда подчинена Элис, сотня Алтая придана ей. Построились и следуем за местными, все нормальное — не считая убитых — главное убраться с берега.

— Стоп, погодите, а как же Кларенс? — пробормотал Тимур, оглядываясь.

— Мертв, — ответил Пит, воспринявший риторический вопрос на свой счет. — Что? Подружились?

— Да вы и сами знаете, — уклонился от прямого ответа Тимур.

И даже не сказать, что стали друзьями, скорее энергичный Кларенс постоянно сам заводил разговоры, да все мечтал об энергокристаллах и развивал планы по добыче техники Альянса. Добыл, ага, прилетела техника, набитая энергокристаллами — и все, нет больше Кларенса Вигойла, из семьи потомственных магов, мага в хрендцатом поколении. Да и остальные в отряде не стали друзьями Тимура, но… все же они были хорошими знакомыми, вместе учились магии, считали Тимура одним из команды. Слез не было, но в груди что-то щемило.

— Первый раз?

— Что?

— Говорю, первый раз на таком побоище? — Мастер Пит не стал дожидаться ответа, кивнул. — Первый раз. Твое счастье, что друг у тебя (кивок в сторону Алтая) толковый, так бы и ты остался кучкой обугленного дерьма на пляже.

— Может, уклонился бы, — проворчал Тимур для порядка.

— Против боевого крейсера? Только лежать и не отсвечивать, даже мне, — покачал головой Пит.

Тимур обратил внимание, что лысина мастера тоже чем-то перепачкана, и не пускает веселых зайчиков, хотя казалось бы — полдень, местность расчищена, на небе ни облачка — самое время попускать лысиной слепящие блики.

— Хотя, будь у нас прежняя слаженная команда, — задумчиво продолжал Пит, — можно было кой-чего сделать, ну движки положим не заглушишь, там защита, а вот по энергоузлам пройтись, с перегрузкой, то да, хороший прием был.

— Был, мастер?

— И сейчас есть, — отмахнулся Пит, — просто я уже в поле не выхожу, вот и получается, что для меня он был.

— А почему…

Но договорить Тимур не успел, появился Алтай, злой и взъерошенный. Подстриженные коротко волосы его буквально стояли дыбом, рука подергивалась, как будто собираясь ухватить плазмопистолет на боку.

— Сорок два! — с ходу выдал он. — Ну, с десяток биотики на берегу разтюхали, хотя половину можно было спасти, можно! Но остальные!

— Сорок два, это мощно, — уважительно сказал Пит. — Без шуток. Это же рядовая пехота!

— Они — тоже люди, мастер, — угрюмо ответил Алтай. — Сражаться умеют… умели!

— Из магов уцелела треть, так что нормально, — пояснил Пит. — Все должны были там остаться, а мы уцелели. В отличие от биотиков.

— Не, эти тоже уцелели, зарылись в песок и трупы, — ответил Алтай. — Все должны были остаться? Это такой хитрый план по изведению пехоты и инвалидов?

— Не знаю, не знаю, — Пит перехватил посох удобнее. — По команде доложу, а там пусть начальство думает, подстава это или звезды так сошлись. Но ничего такого не планировалось, боевое задание — да, но с… вменяемыми врагами, что ли?

— Посильная для команды задача, благодарю за объяснения, мастер, — Алтай кивнул и отстал, тут же донесся его выкрик в сторону солдат.

Подошла, уже не хромая, Элис, стирая какой-то тряпочкой кровь с лица. Варлея тоже на ходу перевязывала обрубок руки Норману, затягивала, тот что-то говорил, морщился, стискивал зубы. Раненых хватало, солдаты помогали товарищам, придерживали, тоже делали перевязки на ходу, засовывали в рот какие-то шарики. Сборный отряд спешно отступал куда-то вглубь острова, и Тимур подумал, что там, наверное, основная крепость, где есть медики, связь и транспорт.

Если не разбомбили, конечно.

— Далеко мы так не уйдем, — озабоченно сказала Элис, оглядываясь назад на колонну. — Тем более, в глубине проходы не выжжены, по зарослям все замедлится. Не говоря уже о прочих островных прелестях. биотики могли отравить воду…

— Нет, — мотнул головой Пит.

— Ну, отравить, в смысле поносных своих штучек подсыпать, — пояснила Элис.

— А, ну это да.

— Серьезно? — удивленно спросил Тимур.

Неужели и вправду все условно и на договоренностях, думал он, ибо ударь каждая из сторон в полную силу и Дибор вымрет? Но воюют-то всерьез, это как объяснить?

— Что тут удивительного? — спросил Пит.

— Ну, от хорошего поноса и помереть недолго, — выкрутился Тимур.

— Это да, — загоготал мастер, — сразу видно опытного мага!!

Элис тоже захихикала, смущенно, прикрыв лицо рукой. Окружающие оборачивались, и Тимур невольно обратил внимание, что поражение как будто смыло сияющий ореол помощников с людей. Когда мчались в брызгах к острову, все казалось радужным, небо сияло, доспехи и лица сверкали, сражались все яростно. Теперь же отряд больше напоминал стаю побитых собак, удирающих, поджав хвосты. «Местные», из гарнизона, выглядели чуть лучше, видно привыкли отступать вглубь и там уже добивать биотиков, если те ринутся в погоню. Но все же, тоже без сияния, печать поражения на лицах, деревянных щитах, обитых металлом, кожаных доспехах.

— Впереди будет мост, Ваше Магичество, — сказал один из копейщиков, обернувшись и изобразив поклон на ходу, едва не споткнувшись при этом. — Там все перекрыто толстыми сетками, биотики не смогут подойти к крепости. И к тому же есть отдельный источник, из подземных недр.

Пит кивнул, в знак благодарности.

— Который биотики тоже могут отравить, подплыв под землей, — проворчала Элис.

— Что за уныние? — поинтересовался Пит. — Или это что-то личное?

— Я выращивала пангайского особого, — неохотно ответила Элис, — прямо из яйца. Два года, и привязка, призыв, прошли успешно — это был мой первый призыв. Он уже летал, оставалось только подождать…

Тимур не знал, кто такой «пангайский особый», но из контекста догадался и мысленно присвистнул. Летающий призыв, способный унести призывателя — нужная вещь, особенно в подобных ситуациях. В бою, в воздушной свалке может и не очень, а вот сейчас — когда небо свободно — возможность улететь дорогого стоила.

— Что-то подсыпали, — говорила Элис. — Его рвало и поносило, кроваво, трое суток, перья вылезли, а жили мы тогда отдельно от всех, чтобы не мешать и чтобы было, где экспериментировать. Отец сразу вылетел за лекарем, но он ничем уже помочь не смог. С тех пор я предпочитаю работать с химерами и фантомами, их не жалко.

Она замолчала, насупившись, мастер Пит издал какой-то одобряюще — сочувствующий звук, а Тимур подумал, что просто момент удачно выпал. Вряд ли в другой обстановке Элис стала бы рассказывать такое, да и вряд ли ей стало сильно легче от вопроса. Как любил говорить Шеф: «Расспрашивать надо того, кто и так все расскажет, для него это лучшая терапия».

— Это хорошо, что не жалко, — раздался голос Алтая, — сейчас они нам пригодятся, ваши магичества.

— Что? — спросил Тимур тихо.

— Моя обостренная интуиция чует проблемы, — громко сказал Алтай, протягивая свою мини — подзорную трубу Питу.

Мастер взял, всмотрелся. В ту же сторону посмотрели и остальные, но кроме леса — на джунгли заросли тупо не тянули — ничего не увидели. Тимур обратил внимание, что «местные» тоже остановились.

— Что там? — первой не выдержала Элис.

— По реке поднимаются моторные катера Альянса, — спокойно ответил Алтай, Пит кивнул. — Судя по отсутствию криков и взрывов, мост УЖЕ захвачен и значит, мы отрезаны, если, конечно, нет других тропок к крепости.

— Тропки-то есть, если мне память не изменяет, — прогудел Пит, складывая трубу и отдавая Алтаю. — Но не в них же дело.

Алтай кивнул сочувственно, развел руками, а Тимур внезапно понял, о чем они и нахмурился. Альянс проводит операцию против инвалидной команды? Серьезно? Что такого страшного в десятке учеников? Или… Тимур прикусил губу — дело в них? В нем и в Алтае? Зафиксировали прокол пространства, переход из другого мира? Или в тот злополучный день Алтай кого-то важного убил, настолько важного, что Альянс все угомониться не может?

— Стройся! — донеслась команда. — Стройся! Приготовиться к прорыву! Давай-давай!

Тимур лишь тяжело вздохнул в ответ.

Глава 17

— А обязательно прорываться? — пробормотал Тимур под нос. — Может, обойдем их?

— Не получится, — рядом, словно из ниоткуда, возник Алтай. — За спиной уже биотики брякают своими трезубцами.

— Мы же вроде углубились, — начал Тимур и осекся, вспомнив внезапно подробности того, о чем недавно рассказывал ему Алтай.

Биотики как-то предприняли ответную атаку на материки. Углубились на три дня пути, разгромили порты, корабли, снесли стражу, и остановили их только чудом. То самое единственное объединение Альянса и Империи, о котором толковал Алтай. Биотиков попробовали уничтожить, они в ответ вломили и Империи, и Альянсу одновременно, прямо на суше, и только объединив усилия, два материка-государства, смогли загнать биотиков обратно под воду.

Применительно же к ситуации это означало, что суша на острове биотам не помеха.

— Держись рядом, — сказал Алтай. — Мы прикроем тебя, ты прикроешь магией.

И тут же он повысил голос, крикнул.

— Ваше Магичество! Госпожа Элис!

Переговоры были короткими, мастер Пит сразу кивнул, ученики маги и он сам влились в ряды пехотной сотни, ставшей уже полусотней. Теперь и Тимур слышал треск за спиной, биотики прокладывали путь через лес, скорее всего пустив впереди одну из своих огромных тварей — амфибий.

Гарнизон Ожерелья уже выстроился, в полной готовности к прорыву через мост.

Солдаты с щитами, за ними маг с посохом, наколдовывающий защитный купол. Следом маги Воды и команды кораблей, дальше копейщики с оставшимися магами. Принять первый удар Альянса, ударить в ответ Водой и Огнем, затем прорваться через мост и уйти в крепость.

Во всяком случае, так понимал их замысел Тимур.

— Наша задача — самая противная, — пояснил Алтай. — Во-первых, прикрываем тылы, и хрен знает, решат биотики ударить или нет. И, во-вторых, они-то может и пробьются через мост, если его еще не взорвали, вот только ответный удар Альянса аккурат на нас придется.

— И что нам делать? — спросил Тимур.

— Сражаться, — пожал плечами Алтай.

Спереди уже доносились крики, потом мощно бахнуло, к небесам взметнулась вспышка и опала. Треск автоматов, шуршание, лязг железа, возгласы, из боя были видны лишь фрагменты, пехотинцы и ученики все еще шли по лесу, в арьергарде. Треск сзади нарастал, и многие из солдат оглядывались туда, потом смотрели на Алтая. Тот шагал невозмутимо, широко, пока что даже секиру не доставал, как будто демонстрируя, что опасности особой и нет.

— Вам в команду не помешает щитовик и какая-нибудь жрица — магичка, способная благословлять и усиливать, а лучше обе, — добавил Алтай, ускоряя шаг. — Первый десяток! За мной! Остальным — охранять магов!

Он и семеро рядовых вырвались вперед, секира уже лежала в руках Алтая, Тимур успел увидеть взмах, отбитую в сторону гранату, взорвавшуюся в стороне. Быстрый шаг перешел в бег, донесся слитный рев, снова что-то взорвалось, и Элис крикнула.

— Нона, Жан, сразу стену по пояс! Добрый, Жигулио — атакуете!

Тимур кивнул, подумав, что Алтай вроде велел держаться рядом, а сам взял и убежал. Своих солдат он вроде добро выдрессировал, да все равно как-то страшно. И какая еще стена по пояс, когда сзади биотики прут? Нужно быстрее убираться, а не садиться в оборону!

И в этот момент стена деревьев закончилась, отряд вырвался на простор.

Между лесом и рекой было примерно с триста метров открытого пространства, и сейчас там кипело очередное сражение, в этот раз с Альянсом. Били крупнокалиберные пулеметы с катеров, стреляли минометы и сверкали лазера, отряд морской пехоты, высадившейся на берег, строчил из автоматов, швырял гранаты, стрелял чем-то невидимым, разбрасывающим копейщиков. Основное сражение кипело возле моста, где крутился и вертелся еще с десяток беспилотников, пытаясь достать защитников.

Те, с опорой на две сверкающие башни, отбивались, били по реке и катерам, пытались прикрыть проход своих. С верхушек трехэтажных башен, из верхних окон летели молнии, какие-то зеленые шары, лопающиеся с брызгами и треском. Зеленые капли, попадающие на солдат Альянса, прожигали броню и оружие, заставляли падать и кататься с воплями тех, кто не заметил вовремя, не принял мер.

— Поможем! — крикнул Жигулио, вырываясь вперед.

Тимур не стал отвечать, он и так бежал следом, удерживая взглядом Алтая и его бойцов. За спиной с треском и грохотом выдвигалась стена, лезли корни, и только тут Тимур сообразил, что за ней можно укрывать раненых, в мертвой зоне. Рядом рвануло, полетели комья земли и травы, и тут же с небес рухнул пылающий метеорит, снося станковый гранатомет, установленный на берегу.

Тимур развел руками, формируя молнию и ударяя ей в сторону реки.

Вспышка, заряд ушел в сторону, притянулся к ловушке и исчез. Вода в реке вздыбилась и бессильно разбилась о стенку силового поля, окружавшего катера. Солдаты с щитами прикрывали магов, пятились боком по дороге, стремясь добраться до моста. Строчили пулеметы, щиты, несомненно, зачарованные, пока еще держались, но солдаты падали, и в открывшиеся бреши сразу летели новые пули и снаряды, бойцы гарнизона Ожерелья падали один за другим.

— За что нам такое везение? — пробормотал Тимур, кидая файерболы с рук в такт движениям.

Маленькие шары огня били в пехоту Альянса, те уклонялись, принимали на броню, били в ответ, и не только по Тимуру, обстреливали всех, подавляли огнем. Жигулио, почти полностью превратившийся в металл, сам кидался навстречу выстрелам, раскалился так, что дышал жаром на десяток шагов вокруг. Тимура пока что выстрелы обходили стороной, успевал уклоняться, маневрировать, сзади прикрывали магией и атаками с воздуха.

Алтай и его семерка в момент сократили дистанцию, врубились в ряды пехоты, те бестрепетно встретили атаку, достали какие-то свои мечи, принимали удары на стволы и стреляли в ответ. За несколько секунд погибли трое солдат Империи, затем еще двое, и оставшиеся двое были ранены. Алтай рубил, пластал секирой, снося пехотинцев Альянса, как будто те были сделаны из картона. Секира в его руках пробивала защиту, проходила сквозь силовые поля, вскрывала бронежилеты, как консервный нож банку. Да, солдаты Алтая погибли, но и сам Алтай убил дюжину солдат Альянса, открывая себе путь дальше, к речному берегу и катерам, попутно стягивая на себя внимание и силы, ослабляя атаки Альянса в других направлениях.

Воспользовавшись заминкой, Жигулио добежал до пехоты Альянса, ворвался, и пошел пластать раскаленными руками — лезвиями, не обращая внимания, что два выстрела пробили его насквозь, сражаясь несокрушимой статуей металла. Охрана моста и гарнизон, отступавший по дороге, приободрились, ускорили шаг и тоже выделили атакующий отряд, помчавшийся к берегу. Огонь из башен усилился, толстые, жирные струи подбили три беспилотника, ударили по воде, застилая ее дымом и копотью. Чад несло прямо на катера, вспыхнуло силовое поле, отрезая дым и огонь, продолжавший бежать прямо по воде. В радужную пленку поля тут же врезались еще молнии, с небес рухнула пятиметровая птица, и тут же получила слитный залп в ответ, рухнула горящим комом в воду.

— Получай! — Тимур оказался уже впритык к пехотинцам, ударил секущим ледяным градом.

Режущие осколки хлестанули по десятку Альянса, безвредно, брони и шлемы выдержали удар. Тимур, как учили, тут же ушел в сторону, упал, пропуская ответный залп над собой, покатился к берегу. Конечно, было ошибкой вот так сближаться, входить в клинч, но и Алтаю надо было помочь! Замысел его Тимур уже понял, навязать ближний бой, и дать магам передышку, возможность уйти за мост.

Трое пехотинцев уже целились в Тимура, с катера наводили пулемет, и Тимур ударил, не жалея сил, пытаясь подкрепить волевой выброс магии жестами и словами.

— Секущий вихрь! — проорал он, вкладывая страх и ярость, сплетая лед и воздух.

Не просто секущий град изо льда, но еще и усиленный ураганными ударами ветра, могучее оружие… в руках и с посохом мага. В исполнении Тимура получился выброс, вспышка, разбросавшая пехотинцев, ударившая в борт катера, и в результате очередь из пулемета ушла выше, куда-то в сторону леса. С яростным криком сбоку вынырнул Алтай, снова пошел пластать секирой, легко удерживая ее правой рукой, в левой он уже держал автомат, строчил из него, обстреливал всех подряд, не прицельно, просто на подавление.

— Держись! — из-за спины Тимура вынырнул Жигулио.

Силовая пленка над катерами вспыхнула, Тимур вскочил на ноги, снова ударил, в этот раз, хлыстом воды, перерубая пехотинца. Того отбросило, шлем и броня выдержали удар, оружие нет. Тимур машинально ухватил лучемет, но чуда не произошло и оружие не слушалось, и тут в спину ударило, бросило на землю. Тимур покатился, бросив лучемет, прямо к берегу, видя обрывками, что на помощь уже бегут, торопятся, кричат что-то и маги и солдаты.

— Прикрывай! — рука Алтая отшвырнула его от воды, тут же раздался частый лязг, пули били в секиру.

С хеканьем Алтай перепрыгнул пять метров воды, пробил телом силовой барьер, тут же секира срубила пулемет и пулеметчика, обратным движением древко врезалось в грудь, офицеру Альянса, швыряя его за борт. Алтай успел выхватить плазмопистолет из рук офицера, моментально изрешетил катер и прыгнул на следующий. Тимур отползал от воды, силясь встать и колдануть что-нибудь одновременно.

Крики, взрывы, уханье и треск внезапно приблизились, прыгнули в уши, оглушая, и Тимур увидел, что вода в реке кипит. Из башен извергались серые лучи, прямо в воду, и пар с дымом, бульканье вставали над рекой. Видно было, как всплывает сваренная рыба, решетки в проемах моста поднимались, как будто пропуская кого-то. И тут же, не успел Тимур обрадоваться перелому в сражении, над рекой пронесся огромный ядовито-черный шар. Врезался в основание одной из башен, и то начало таять, исчезать на глазах.

— Держите стену! — донесся до Тимура отчаянный визгливый крик. — Не дайте завалиться на мост!

Какой еще мост, она же упадет в сторону реки, подумал тупо Тимур. Руки его, отдельно от мозга, обстреливали файерболами пехотинцев и катера, без особого ущерба, правда, просто огонь на подавление. Сам Тимур по-прежнему пятился от берега, споткнулся о чей-то труп, упал и очень удачно, очередь прошла мимо, скосив двух копейщиков, пробив их насквозь.

Оставляя дымные следы, промчались ракеты, ударили в верхнюю часть башни, доламывая ее, и все же роняя, с грохотом и треском, грудами камня заваливая выход на мост. Не успел Тимур подумать, что мост еще проходим для пехоты, как сверху возник озверелый боец Альянса, ударил штыком. Тимур перекатился в сторону, Жигулио снес голову пехотинцу, броня и шлем не помогли тому. Тимур отшатнулся, Норман по-прежнему был раскален, и тут же с одного из катеров ударила очередь плазмы.

— Назад! — крикнул Жигулио, закрывая собой Тимура, принимая плазму на грудь. — Не подходи!

— Эй, это не чересчур? — крикнул Тимур, отпрыгивая.

И еще отпрыгивая, уходя от атаки лазерами. Солдат со щитом прикрыл, Тимур тут же жахнул молнией из укрытия, пехотинец с лучеметом задергался в судорогах и обмяк. Бой на берегу окончательно превратился в свалку, хаос и череду схваток, в которой, правда, пехота Альянса действовала скоординировано, прикрывала друг друга. Ослабший натиск башен от моста немного компенсировался забегом Алтая по катерам, но только немного. Алтая мощным ударом отбросили прямо на берег, продолжили стрелять из гравипушки, вжимая в землю, и забрасывать лучами и шарами, долбить пулями. Алтай ловко вертелся, закрывался секирой и пехотинцами Альянса, долбил плазмой в ответ, и в сущности в одиночку стоил штурмового взвода.

— Уходите через мост! — крикнул он Тимуру. — Немедленно!

— А как же ты?!

— Я справлюсь, не видишь что ли?

Но совет Алтая опоздал. Развалины башни, через которые как раз перебирались маги и половина копейщиков с солдатами — щитовиками, вспыхнули, замерцали и взорвались, выбрасывая в небо оранжевый столб, пробивший облака и тут же распылившийся в воздухе огромным облаком. Яркий свет солнца сразу потускнел, все вокруг стало оранжевым, и вторая башня, на противоположном берегу, резко сменила направление огня. Теперь она обстреливала оранжевое снизу вверх, и Тимур увидел, что купол пыли оседает обратно.

— Уходим нахуй!!! — заорал мастер Пит. — Всем в стороны! Не дайте пыли накрыть вас!!!

Он уже мчался огромными скачками к пролому на месте моста, таща за шиворот Жана. Следом на какой-то шестилапой твари неслась Элис, позади нее сидела Варлея. Укрытие на опушке доживало последние секунды, тварь биотиков, какая-то помесь краба с осьминогом, раздвинув и сломав деревья, уперлась в стенку земли и корней, и видно было, что эта стенка задержит ее секунд на десять, не дольше.

Солдаты Алтая, с отчаянным гиканьем и свистом бежали, прикрывая магов-учеников, как было велено. Уцелевшие арбалетчики стреляли на ходу, ловко, с разворота, но взрывы и вспышки были не в силах даже закоптить панцирь крабосьминога, не говоря уже о том, чтобы пробить его. Огромное щупальце вылетело из чащи леса, ударило поперек дороги, прихлопнув отстающего, размазав его в лепешку.

— Уходим, что встал?! — Алтай потащил Тимура, почти поволок по земле за шиворот.

Тимур оторвался от зрелища твари, глянул в сторону реки. Пехотинцы Альянса тоже отступали, быстро и слаженно, весь огонь перенесли на тварь биотиков. Катера тоже стреляли в сторону крабосьминога, спешно принимая на борт пехоту и отходя, спеша выйти из под оранжевого купола.

— Че это за оранжевая хрень? — крикнул Тимур, освобождаясь от хватки Алтая и переходя на нормальный бег.

— Изменяющая пыль! — рядом оказалась Нона. — В башне был запас и его раскидало!

Она сбилась, закашлялась, Тимур ее подхватил, природница дышала тяжело, поглядывала вверх.

— Если накроет, нас превратит в диких мутантов, — с неподдельным ужасом в голосе выкашляла Нона.

Глава 18

— На кой хрен, — но тут Тимур оборвал сам себя.

Поддерживать Нону и бежать было тяжело, не годилось сбивать дыхание.

— Против биотиков! — крикнула Нона, останавливаясь.

Тварь биотиков доломала стену, и почти покатилась к берегу, все ускоряясь. Следом хлынули, собственно, биотики, нестройной толпой, часть побежала по дороге, прямо к Тимуру и всем собравшимся возле пролома на месте моста. Тимур еще подивился смутно, неужели не заготовлено полевых настилов, заготовок — артефактов, создающих временный мост? Но времени думать, не было, Пит явно знал, что делал, пускай делает, а пока что — следовало остановить биотиков.

— Стена корней! — Нона вонзила пальцы в утоптанную до каменной твердости поверхность дороги.

— Сметающий вихрь!

Биотики оказались нихрена не пехотой Альянса, корни, выпрыгивающие из земли, пробивали их тела, льдинки секли, ветер отбрасывал, и первая атака захлебнулась. Тут же ударили арбалетчики из сотни Алтая, навесом, не жалея взрыв — болтов, превращая толпу на дороге в кровавый рыбий фарш. Крабосьминонг, ловко ползущий к берегу, развернул один из глаз на антенне, плюнул чем-то фиолетовым.

— Природ, — но договорить Нона не успела, шматок едких чернил снес ее, Тимура и десяток арбалетчиков в сторону.

Кожу немедленно защипало, одежда, броня и волосы задымились, разъедаемые чернильной кислотой. Тимур поспешно прикрыл глаза, начал нащупывать фляжку на поясе… у него точно была фляжка!

— Ласковый прибой! — волна теплой воды захлестнула их, смывая чернила, ударяя в лицо.

— Не открывайте глаз! — послышался голос Росалы, усталый и спокойный. — Все правильно, молодцы!

Тихий шелест, толчки в грудь.

— Ваше Магичество, держитесь за меня! — грубый голос, запахи пота и крови.

Тимура куда-то вели, рядом раздавалось шуршание одежды и топот ног.

— Стреляют, гады, своими иголками, вас утыкали, — говорил голос. — Тут камни!

— Хватит! — чей-то голос. — За камень их! Смывайте!

— Повезло, — голос Росалы, — Он еще молодой, чернила не ядовитые.

«Молодой?» мысленно возмутился Тимур. Да эта тварь была размером с особняк Шефа! Молодой! Хрена себе! Каким же крабосьминог будет, когда вырастет? Или он не сможет расти из-за панциря? Новая волна воды, и мягкие прикосновения, губка, дыхание Росалы на лице.

— Все в порядке, Добрый, открывай глаза.

Тимур открыл, лицо Росалы находилось буквально в десятке сантиметров. Бледная магичка улыбнулась двусмысленно, кончиками губ, отодвинулась, Тимур поймал подмигивание Алтая. Сам сотник стоял рядом с Варлеей, наблюдая за чем-то, не видным Тимуру.

Дадах! Дадах! Земля затряслась, новые разрывы со стороны моста.

— Опять разбили! — чей-то горестный выкрик. — Да вашу ж!

Тимур прикрыл глаза на секунду. Вот, значит, в чем дело. Альянс срывает попытки навести новый мост… одна надежда на крабосьминога! Башня — это хорошо, но если катера отошли и садят издалека… тут его стукнуло осознанием, и он глянул вверх, так быстро, что в шее что-то хрустнуло, заныло. Оранжевый купол продолжал оседать, но с прорехами, башня лупила и лупила зарядами, каждый из которых вырывал дыру в облаке, видимо, нейтрализуя разъедающую пыль.

Также это означало, что никто не сдерживает Альянс, и те вольны стрелять куда захотят.

Залп из минометов, накрыть развалины моста и окрестности, не так ли? Тимур, прикусив губу, думал о правоте Алтая. Нужен, нужен в команде добротный щитовик, мастер силовых полей и отражающих экранов. Еще лучше два щитовика, мало ли что. Правда, идея инвалидной команды оправдала себя на все сто — две трети уехали на тот свет в первой же серьезной битве.

И от этой мысли Тимуру вдруг стало физически больно.

Он вскочил, полный решимости сражаться. Плевать, что другой мир — люди здесь практически не отличались от землян! Во всяком случае, так казалось Тимуру сейчас, в приступе гнева и ярости, что вокруг боевые товарищи и друзья. Чужеродность мира, отличия, разница в возрастах, общении, одежде, культурно-смысловых пластах, все то, что месяц отделяло Тимура от остальных, внезапно исчезло. Как будто рухнула плотина, эмоциональная и мысленная, и маги, солдаты, бойцы Империи вокруг резко стали своими.

— Чего вскочил?! — Алтай вскинул секиру, тут же лязгнуло. — Пригнись, снайпер работает!

— А, — Тимур присел, укрылся за камнем.

— А меня бесполезно, — ухмыльнулся Алтай.

Варлея за его спиной копалась в сумке, казалось, не обращая внимания на разговор.

— Х-хорошо, что дальше?

— Биотиков чутка отбросили, пыль вроде сбили, — Алтай смотрел вперед, не стал поднимать головы к куполу, — во всяком случае, над нами точно. Как только биоты отбросят десант Альянса, сразу ставим мост и уходим на ту сторону.

Помолчав, Алтай добавил спокойно.

— Это если к Альянсу не подойдет подкреплений и биотики нас и их не успеют задавить, числом и умением.

— Так может, уйдем вверх по реке? Мост то все равно разрушен, нет?

— Я предлагал, местных что-то заклинило, инструкция у них мост не сдавать. К этой инструкции было бы неплохо еще чего дальнобойного, а то до катеров Альянса не достаем, а они нас обстреливают, как хотят.

Как будто подтверждая его слова, тихо бахнуло, как будто кто-то вдалеке хлопнул кулек из целлофанового пакета. Тимур осознал, что не слышит и звуков битвы, аккуратно выглянул, все сверкало и искрилось, катера стреляли, крабосьминог вертелся на берегу, не решаясь войти в кипящую воду. Продвижение биотиков по берегу и дороге было остановлено, появился ров и торчащие колья, копейщики, стрелки и мечники стреляли, кололи и рубили, высился вал из перебитых рыболюдей.

— Странно, — сказал Тимур, часто моргая. — Тебя слышу, а битву нет. Может мне чернила в уши затекли?

— Нет, — хохотнул Алтай. — Нашелся умелец — звуковик, купол заглушающий кинул, иначе мы бы тут хрен друг друга услышали, да и оглохли бы уже. Я бы предложил тебе шаг за купол сделать…

Он опять отмахнулся секирой, снова лязгнуло.

— Но там прекрасно работает снайпер. Была бы у меня снайперка, — протянул Алтай мечтательно.

— Так у них же свои силовые поля!

— Ничего, поля не везде, стрелять то Альянсу надо, — объяснил Алтай.

Еще хлопок. Еще. Торжествующие крики.

— О! — вскинулся Алтай. — Наладили!

Тут же из земли полезла новая стена, невысокая, но толстая. Непонятно было, почему Жан или кто-то из магов Земли не делает ее выше, но тут же Алтай пояснил.

— Сделай стену выше, и с катеров ее разобьют, а так вроде бордюра на мосту.

Варлея уже исчезла, послышались ее приказы — тащить раненых, кто бы сомневался! — в первую очередь.

— Так если разобьют, значит, и новый мост разобьют, нет?

— Скорее всего — но кто-то успеет проскочить, — отозвался Алтай.

Сам он, правда, не двигался с места, и Тимур тоже не стал спешить.

— Зачем ты торчишь на виду у снайперов?

— Они чем-то снесли башню… где второй выстрел? — ответил Алтай.

— Может это была одноразовая бомба — аннигилятор?

— Зная, что у противника две башни, ты бы взял одну бомбу?

Со стороны дороги послышались крики, Тимур выглянул. Какая-то помесь сороконожки и крокодила тараном проломила остатки стены на опушке, то, что осталось от частокола, и ринулась в атаку. Стрелы отскакивали, болты рвались, не причиняя вреда, многочисленные ноги давили солдат, пасть хватала и глотала, капала мерзкого вида слюна. В пролом хлынули биотики, не такие как раньше, выше, крепче, с чешуей другого оттенка. Они не падали под ударами копий, ловко уклонялись, рубили в ответ какими-то странно изогнутыми, волнистыми мечами тускло-красного цвета, подставляли защищенные хитином места, природную броню.

— А вот и жопа, — донеслось со стороны Алтая.

Новые биотики координировались тройками, двое рубили, третий стрелял, не только иголками, но и огромными шипами, метал гранаты, слизь, ловко прикрывал товарищей.

— Как и ожидалось, — меланхолично сказал Алтай, — как только уровень противостояния возрастает, подтягиваются более подготовленные бойцы.

— Тогда где эти бойцы с нашей стороны? — пробурчал Тимур, передергивая плечами.

Перебирать арсенал заклинаний не было нужды, все пять были при нем, в полной готовности. Файербол, сосулька, молния, град льдинок и секущий град — вот только кроконожка плевать на них хотела. С небес били молнии, не пробивая ее шкуры, упала пара пылающих камней и отскочила, прибив кого-то по дороге. Корни из под земли оплетали ноги и тут же рвались. Солдаты отступали, пытаясь держать строй, Алтай уже рубился с биотами, пластал их секирой, даже подрубил пару ног кроконожке, но отступил под градом игл и шипов, пара и кислоты.

— Разом! — донесся выкрик Пита.

Тимур обернулся, мастер Пит и два мага Воды вместе поднимали воду из реки, закручивая огромное копье. И тут же копье заколебалось, рухнуло вниз водопадом, снова закрутилось, опало, Пит и маги Воды что-то орали, взмахивая посохами. За их спинами бегом — бегом через мост уходили остальные, падали под выстрелами со стороны реки. В копье воды врезались ракеты, прошили насквозь, сияющий шар с шипением растворился. Тимур кинул взгляд на дорогу, точно, шаманы биотиков уже колдовали, пользуясь превосходством в родной стихии — Воде.

Ряды солдат, местных и из сотни Алтая уже почти добрались до Тимура, надо было отступать, но он медлил, колебался, не зная, то ли бить биотиков, то ли кидаться на помощь Алтаю. Конечно, надо было отступать, но Тимур внезапно вспомнил, что говорил Шеф перед отбытием. Без Алтая не вернуться назад, разве что в этом мире найти портальщиков, найти дорогу домой, но шансы, каковы шансы на такое? Портальщики у магов есть, иначе не смогли бы прийти на Дибор, но как высоко надо будет подняться в иерархии? Стать Архимагистром, затратив сто лет, и вернувшись, домой, найти вместо семьи могилки?

— Банзай! — внезапно заорал Алтай, запрыгивая на спину кроконожки.

Секиру он перекинул за спину, в левой руке — ростовой щит, с которым он управлялся так же легко, как ранее с секирой. В правой плазмопистолет, Алтай бежал по спине кроконожки, прикрываясь щитом от залпов биотиков, стреляя в ответ и очевидно пробиваясь к шаманам. Те заколебались, отступили, натиск на Алтая усилился, биотики наседали толпой, и в этот момент Пит, и маги Воды завершили начатое.

Огромное копье Воды пробило кроконожку, разорвало ее на части и разметало толпу, безуспешно обстреливавшую Алтая. Он тут же начал отступать, побежал спиной вперед, ловко прыгая, не спотыкаясь, как будто имел глаза на затылке. Солдаты Алтая орали что-то яростное и веселое, подбадривали командира. Стена их дошла до Тимура, потеснила его на мост.

— Добрый! — раздался крик Пита. — Вали оттуда!

Тимур начал отступать, не отрывая взгляда от Алтая. Тот отбросил разряженный пистолет, отшвырнул щит, пробивая дорогу, прыжками помчался, маша секирой, уходя от ударов и игл. В спину ему ударили несколько шаров воды, расплескались бессильно, и Тимур незаметно перевел дыхание. Неуязвимость к магии работала, биотики ослабили натиск на мост, и тут же на дороге начались взрывы. Череда ракет и плазмошаров смела рыболюдей и солдат, забывших об осторожности, скучившихся в пределах видимости с реки. Если и были крики, то за взрывами их не было слышно, внутренности и остатки тел полились кровавым дождем, и внезапно Тимур заметил оранжевый обод на краю видимости. Пыль, растворяющая пыль почти достигла земли, пускай башня и убрала оранжевое над мостом, но кто знает, что будет с телами?

Восстанут зомби-биотики и зомби-солдаты, вот будете весело?

Секунду спустя, Тимур устыдился своих мыслей. Какие нахуй зомби? Да даже если они, уж маги то знают, как бороться, раз применяют пыль? И кой хрен вообще думать о пыли, когда разрывами накрыло Алтая?

— ДОБРЫЙ!!! — донесся рев Пита. — Уходим!!!

Тимур помедлил секунду, и из клубов пыли и дыма прыжком вылетел Алтай. Обгоревший, подкопченный, брони и секиры нет, в руках клинок биотиков, взгляд безумный.

— Отступаем!! — крикнул он.

Жалкая горстка уцелевших, несколько солдат тут же развернулись и помчались, едва не сбив с ног Тимура. Тот успел отскочить в сторону, увидел, что катера Альянса на реке захлестывает кипящим водопадом. Тут же рванул следом, не дожидаясь, пока Алтай схватит за шиворот. С ходу, последними, проскочили хилый мостик, из земли и досок, и сразу же Пит стукнул посохом, обрушивая переход.

— Сверху! — рявкнул Алтай, швыряя Тимура прямо на камни, под бортик моста.

Дадах! Что-то взорвалось, и град осколков забарабанил по камню вокруг, по доспеху Тимура, плечам, и даже по спешно, судорожно поджатым ногам. Боль в локтях и коленях, отбитых в неловком падении о камень, тут же ушла, все заслонило горячее, острое ощущение в голени, затем в бицепсе правой руки, которой Тимур прикрывал голову.

— Где твой шлем? — рявкнул Пит почти в ухо, вздергивая Тимура. — Мало смертей на сегодня, собственной хочешь?

Алтай сделал движение, как будто хотел снести клинком Питу голову, но сдержался. Мастер маг, казалось, вообще не обратил на это внимания, толкнул Тимура к башне.

— Давай! Шевели ногами!

Тимур бросил взгляд. Шаманы биотиков ударили кипящей водой по Альянсу, и тут же рыболюди наводнили реку, поплыли вверх, к мосту, и на другой берег, угрожая снова отрезать дорогу отступающей с берега группе. Он бросил взгляд, штанина намокла и окрасилась в грязно-красный, кровь мешалась с пылью, следами сражения. По правой руке тоже бежала кровь, но боли особой не было.

— Бегом! — снова рявкнул Пит. — Сражение еще не закончено!

Глава 19

Из леса по просеке, уже рвались новые толпы биотиков, вперемешку с какими-то прыгающими созданиями.

— Плюй-жабы! — крикнул Пит. — Ну-ка, Добрый, поддай огоньку!

Тимур секунду ошалело смотрел на него, потом сообразил, положил руку на плечо мастеру. Рука сразу онемела, Пит уже взмахивал посохом, и в душе Тимура шевельнулась зависть. Мастерство и опыт, отточенные годами, вот так сразу захватить «источник энергии» (то есть Тимура), и начать качать, вкладывая дополнительную мощь в заклинание.

— Сверху! — истошно вскрикнула Элис, и Тимур повернул голову.

Из башни били лучи, летели снаряды, снося биотиков в реку, стирая их с лица земли вместе с берегом, и шаманы рыболюдей переключились на новую угрозу. Видно было, как они синхронно что-то танцуют на панцире крабосьминога, и в небе над башней сгущалась, конденсировалось оружие.

Огромное лезвие воды.

В башне этого явно не видели, а крик Элис утонул в общем шуме и гаме, криках, грохоте, взрывах, кваканье биотиков, доносящемся от реки. Теперь, когда звуковой экран пал, лавина шумов обрушилась на Тимура, но воспринималась она как-то отстраненно, как будто все происходило не с ним, а с кем-то другим. Страх и отчаяние ушли, спрятались, перестали захлестывать в такт волнам биотиков.

Пит выкрикнул, энергично взмахивая посохом, как будто перечеркивая наступающих биотиков.

— Пылающий шторм!

И онемение резко отступило, рука Тимура упала, повисла плетью. Штрихи огня, пылающие камни били в биотиков, и тут же неподалеку раздалось.

— Стирающая длань!

Все та же женщина в венке, разводя руками, как будто провела ластиком по защите шаманов, и защита исчезла из реальности. Рыболюди ускорились, откуда-то вынырнули солдаты с щитами, загородили, и тут же град игл, шипов, плевков обрушился на группу магов и бойцов.

— Отходим за башню! — крикнул Пит, метая какую-то багровую тучку.

Тучка вспыхнула, сжигая щупальца ядовитого газа, ползущие из газовых гранат.

— Берегись! — взвизгнул кто-то, и Тимур понял, что не понимает, что происходит.

Секунду спустя, щит и солдата перед Тимуром развалило напополам, и огромный рыболюд тут же взмахнул плетью еще раз. Тимур резко выбросил молнию, пробивая биота насквозь, попятился, пытаясь нащупать клинок. Клинка не было, раненая нога резко подвернулась, Тимур упал, почти упал. Его подхватили под руку, придержали.

— Поток! — Росала второй рукой внесла лепту в атаку мага Воды.

Волна хлынула по дороге, снося биотиков обратно, под продолжающийся огненный шторм. Тимур только сейчас сообразил, что провал на месте моста никуда не делся, и значит, опасности с той стороны нет. Помотал головой, думая о том, что отупел, плохо соображает и реагирует, значит, нужна передышка.

— Давай! — взвыла Росала. — Шевели ногами, Добрый, нужно бежать!

— Что? — Тимур посмотрел на нее.

— Нас сейчас перебьют, вот что!!!

Тимур оглянулся и понял, что все, к битве он непригоден, раз такое проморгал. Лезвие воды рухнуло, и башню развалило на несколько частей, вместе с защитниками, магами и складами. К счастью, новое оранжевое облако не вылетело, но все равно, последний опорный пункт обороны, считай, рухнул. На реке тоже биотики одолевали, разве что крабосьминогу кто-то пробил десятиметровую дыру насквозь, и теперь создание умирало, испуская из себя облака газа, и заливая буро-зеленой слизью реку.

Катера Альянса уже отошли вдаль, продолжали обстрел, сверкали лучи, но все равно, катера отступали, и вал биотиков катился по реке и по берегам, наседая, не давая морпехам передышки. Под опорами моста тоже бурлила жизнь, какие-то бобры с перепонками разбирали решетки, грызли камень, заливали слизью.

— Мы проиграли, а я даже не заметил, — вырвалось у Тимура.

Биотики, с водорослями — плетьми в руках, прыгали через пролом, как будто даже не замечая пропасти.

— Плетельщики! — вскрикнул кто-то.

— Вот вам!

Химеротигр соткался в воздухе, рванул в атаку, откусил голову одному, второго смял лапами, но тут же в него врезались пять плетей, разваливая на части. За спиной перемахнувших уже суетились рядовые биотики, раскачивая какого-то угря. Тот пролетел через пролом, впился пастью в камень.

— Отступаем! Отступаем! — раздавался крик Пита.

— Держать строй! — донесся голос Алтая. — Вместе! Иначе сожрут!

Рядовые биотики уже кидали второго угря, и Тимур понял, что зря надеялся на пролом посреди моста. Тем более, что биотики уже распространялись выше по реке, лезли на берег, грозя замкнуть окружение. Несколько магов, успевших сбежать из второй башни, теперь били из-за спин солдат, слаженно, зелеными лучами, но вперед вылезли какие-то мелкие крабосьминоги, принимали лучи на панцирь, и биотики, прячущиеся за своими созданиями, метали иглы и копья.

Удержать мост и оборону не было никакой возможности, эту стычку Империя и Альянс проиграли.

— Хватайте его! — Тимура подхватили крепкие руки, Алтай возник рядом. — Отступайте! Бегом!

Тимура тащили, он не успевал ставить ноги, так, отталкивался здоровой, для порядка. Солдаты пыхтели и обливались потом, но тащили, сменяясь, и видно было, что тащат и других раненых. Кого на носилках, кого под руки, и за спиной громыхало, гремело, потом все стихло. Дорога пошла на подъем, пехотинцы остановились, сбавили темп.

— Давайте я сам! — взмолился Тимур.

Его растрясли уже до почти невменяемого состояния, наложившегося на предыдущее отупение. Раны кровоточили, но уже слабее, и все равно Тимур ощущал, что к сражению уже не пригоден, беготня его добила. Рядовые еще могли сражаться, другие маги тоже, а он? Неужели настолько слаб оказался? Это сколько же он будет раскачиваться до полноценного боевого мага, чтобы было не стыдно показаться на глаза Шефу?

В общем, Тимур устал, ослаб, и поэтому мозг его ударился в дурные и бесполезные размышления и страдания.

— Привал две минуты! — крикнул один из офицеров, в блестящем шлеме и вычурной броне.

Тимур почти упал на землю, застонал от наслаждения, от возможности просто лежать и не шевелиться. Повернул голову, пытаясь увидеть, что там возле моста. Биотики преследовали по дороге, но медленнее, не бежали, а шли, плюй-жабы прыгали вяло, так что дистанция и запас времени были.

— Повезло, что они птиц не подогнали, — сказал один из солдат, плюхаясь рядом с Тимуром, закрывая обзор.

— Повезло, что сотник с магами остались прикрывать отход, — в тон ему ответил второй. — Иначе бы нас все равно догнали!

— Не торопитесь хвастаться, — оборвала их мрачная Варлея, — биотики ушли вверх по реке, захватят гарнизон Ожерелья врасплох, вот тогда узнаем как нам «повезло».

Она склонилась над ногой Тимура, начала ощупывать, потом положила руку на штанину, забормотала.

— Да, Ваше Магичество, — солдаты отодвинулись, снова открывая обзор и вид на реку.

Красивая девушка стоит на коленях рядом и трогает меня, практически в паху, в другой раз это стало бы неиссякаемым источником подъебок, тупо подумал Тимур.

— Халас!! — и Варлея щедро плеснула желтой жидкости из склянки.

— Ааааа!!! — взвыл Тимур, которого как будто полоснули клинком, и тут же щедро присыпали рану солью.

Солдаты загоготали, правда, тут же осеклись, сделали вид, что кашляют.

— Предупреждать же надо! — сказал Тимур, но Варлея не ответила.

Она смотрела мрачно в сторону моста. Там клубилась пыль, выбегали все новые биотики, но никаких признаков Алтая или магов не было. Тимур, разглядывая в профиль, подумал, что даже сейчас, помятая, раненая и усталая, Варлея все равно выглядит привлекательной юной магичкой. И тут же устыдился своих мыслей, потупил взгляд. На штанину как будто шлепнули шмат монтажной пены, вздувающейся, ярко-желтой, свеженькой.

— Вставай! — сказала Варлея, подавая пример. — Два часа можешь бегать и прыгать.

— А потом?

— А потом можешь идти и стирать штаны, — вздохнула целительница.

— С ним все в порядке, — сказал Тимур.

— Что?

— Говорю, Алтай не пропадет, он умеет сражаться любым оружием, — упавшим голосом сказал Тимур.

Варлея вздохнула, пошла к следующему раненому.

— Привал закончен! Дальше! Кто отстанет — ждать не будем! — кричал офицер. — Маги! Ударьте чем-нибудь по биотам, пусть почешутся! Нандейр, твой десяток — с магами!

Тимур уже не слушал, встал, боли в ногах не было. Боль в руке тоже как-то отступила, ей можно было размахивать. Отстранено и тупо Тимур понимал, что его раны — и не раны по большому счету, так, жахнуло осколками, подумаешь, ничего важного не задело, осколки не засели, мышцы, кости, нервы, вены с артериями — практически целы. Но на уровне ощущений все было иначе: как будто нанесена смертельная рана, и вот-вот пойдет пена изо рта, и можно будет падать на сочную траву, изрыгая последние слова мудрости.

— Ваше магичество! — солдаты, тащившие Тимура, снова подошли. — Бежать надоть!

На бег это, конечно не тянуло, попробуй побегай в горку после сражения, с ранеными на руках, таща снаряжение и брони. Но все же, широкий шаг пополам с легкой рысцой удавался, биотики за спиной придавали сил и мотивации.

— Повезло, что ихних чешуйчатых перебили, да плетельщиков посносили, — говорил один из тащивших.

Тимур посмотрел на бородача средних лет, затем на его напарника, тоже бородатого, но выглядящего моложе.

— Рядовые биотики на суше не сильно подвижны, да еще плюй-жаб тащат, так что скоро погоня выдохнется. Это они так, на всякий случай заслали, — говорил старший бородач.

Слова его звучали немного невнятно, то ли из-за бороды, то ли из-за усталости самого Тимура.

— Ага, если мы сами не выдохнемся, — сплюнул младший черный шматок в траву.

Чисто технически травой это нельзя было называть, какие-то заросли, спутанные и мясистые, но Тимур был уже не в силах дать определение. Зеленое и под ногами — трава, думал он на ходу, зациклившись на этой мысли.

— Основная толпа вверх по реке пошла, в тыл местным зайдут, а может просто освежиться захотели.

— Разве не вниз?

— Не, вверх. Че вниз, морская пехота Альянса и так бежала, что любо посмотреть! Решили видимо под шумок мост снести, пока биотики основную крепость осаждают, а тут мы выбежали! Ну и пошла кровавая потеха, на ровном месте.

— Так мы че, эта, искупили кровью? — остановился на секунду от такой мысли младший.

— Ну, дык! — теперь старший сплюнул. — Сотник же сразу сказал — кто молодец, тот молодец, а кто нет, тот нет. Дойдем до местных, сохраним магов (он покосился на Тимура), будем молодцы!

— Это дело, — обрадованно отозвался младший. — Снова в пехоту пойду!

— Ты вначале живым с острова уберись! — гоготнул старший. — Видал же, взяли нас за жопу крепко!

— Да и ладно, как взяли, так и отпустят, посидим тут недельку-другую, подууууумаеешь!

— Посидим, ага. Побегаем, ты хотел сказать? Видал же, Альянс сюда лезет, и биотики тоже, сядут в осаду, и будем, кхм, без соли доедать!

— Ну, может переход откроют, — уже не так весело предположил младший.

— Ага, ради солдат и инва… в смысле, магов-учеников, хотели бы открыть — сразу открыли и вытащили бы гарнизон, нас не привлекая. Или ты не слыхал об Утонувшем Крабе?

— Там оборона в три слоя, корпус магов и пятая эскадра! Не наши четыре кораблика!

Тимур невольно хмыкнул, до того это напоминало дом. Споры о политике и экономике, что делать, и куда развиваться государству. Как правило, спорщики в жизни не влияли ни на что, но были в курсе всех хитросплетений и решений, прямо как эти два солдата.

— Вас биотики в бою за бороду не хватают? — спросил Тимур, прерывая спор.

— Лапы коротки, Ваше Магичество! — прогудел старший. — Да и скользят у них лапы-то, сами они тоже скользкие, и хиловаты.

— Ага, обычных перепончатых руби смело налево и направо, если броня хорошая и щит крепкий, хрен че они тебе сделают! — тут же заявил младший.

— А как же иглы? — спросил Тимур.

— Дык, щитом прикрывайся! Да и не каждый из них с иглометом, все больше с клинками своими волнистыми, навалятся толпой и тычут, в момент истыкают, если пузо не прикрыл.

— Ну все же, голову то надо отдельно защищать? — не сдавался Тимур.

— Шлем для того есть! Понятно, против чешуйчатых уже не помогает, но вот…

— Наши!! Наши!! — раздались возгласы.

Тимур поднял голову. Метрах в ста впереди, на гребне холма, появились солдаты, начали выстраивать стену щитов. За их спинами мелькали маги и лучники, затем ряды расступились, вниз, едва не стоптав Тимура и компанию, промчался отряд конницы. Сверкающей, тяжелой, копыта коней выбивали рытвины в утоптанной дороге, упакованные в броню рыцари даже не обернулись, проносясь мимо.

— Если выпадет из седла, во грохоту будет! — хохотнул старший.

— Поэтому их веревками привязывают! — поддержал младший.

Тимур же подумал, что такой отряд залить иглами и ядом издалека, и хрен с два им броня поможет. Тут же сообразил, что броня и кони зачарованы, и вздохнул. Оставалось только надеяться, что помогут Алтаю, отобьют его, и тогда можно будет рассказать о поведении и разговорах его солдат.

— Ладно, теперь думаю, разберемся, — проворчал он, садясь на землю.

Глава 20

— Итак, — сказал Улейн.

— Итак, — ухмыльнулся Памирос. — Сиди, сиди, не вставай.

— Даже не собирался, — маг лежал на диване и курил, по комнате плыл аромат яблок и цветущей вишни. — Что, нас уже не отправляют на рудники?

— А собирались? — пожал плечами Памирос.

— Ну, после событий на одном из островов Ожерелья…

— Вот, именно о них я и собираюсь поговорить! — многозначительно поднял палец лейтенант.

Он прошелся по жилью Улейна, раскладывая коробочки. Маг следил за ним, из-под приспущенных век, затем заметил, лениво.

— У меня стоит щит от прослушки, если ты вдруг забыл, друг.

— Тсс, — Памирос прижал палец к губам.

Закончив раскладывать коробочки и плюхнувшись в кресло напротив дивана, Памирос бросил на столик рядом стопку бумаг и сказал.

— Это щит от тех, кто ставил щит, понятно?

— Ого, — Улейн уловил намек, встревожился, даже сел. — Все серьезно?

— Более чем. Настолько серьезно, что нам понадобятся твои связи.

— Зачем?

— Не могу же я через три головы подать рапорт прямо в руки, — Памирос указал взглядом вверх.

— А я могу? — усмехнулся Улейн, делая затяжку.

— Ты, мил друг, можешь намекнуть, а там дальше уже дело техники. Под видом распекания и выговора вызвать к себе, там вручим рапорт.

— Хорошо, почему ты считаешь, что господин архонт не замешан в этом?

— Потому что операция с инвалидными командами исходила от него, и, если он замешан, то мы все равно покойники, а если нет — то перед нами открываются замечательные перспективы! Риск, конечно, но кто не рискует, тот не становится Архимагистром!

Памирос довольно потер руки, Улейн же наоборот насупился.

— Давай вкратце, еще раз, — сказал маг. — Кто-то из наших подкинул информации Альянсу и биотам?

— Их разыграли втемную, прошла утечка, что на двадцать третьем острове Ожерелья резервный склад адамантита, снабжающий весь архипелаг. От кого прошла — неизвестно, сразу скажу, и выяснять бесполезно. Расчет идеальный, Альянс ударил по Зембору, как и предполагалось, сковал наши силы, и выделил пару штурмовых групп, боевой крейсер, в общем нормальный такой, тихий рейд. Быстро пришли — быстро ушли, адамантит сперли. Биотики тоже, подкинули пару орд, но без фанатизма, чтобы не привлекать особого внимания, якобы они не в курсе. И в результате наши доблестные инвалиды во главе с Питом, вместо высадки и прикрытия отлета, влетела в самую гущу сражения не по своим силам.

— Я же просил вкратце, — поморщился Улейн. — Все это и так знаю.

— Никогда не помешает напомнить, — возразил Памирос. — Ибо, не задержись Нидейса, она оказалась бы там, и скорее всего, погибла бы. Планировался боевой выход, вот команду учеников и послали, все по плану, сам знаешь.

— Знаю. Но с чего ты взял, что погибла бы? Ведь треть вернулась? Сколько там обычно учеников возвращается из первого боя, напомни?

— Каждый десятый, и что? Да, инвалидная команда доказала свою эффективность, относительную, конечно, но ты думаешь мне и тебе было бы легче, останься Нидейса там, на пляжах островов Ожерелья? Два шанса из трех…

— Ну не надо, — поморщился Улейн, — кто умел сражаться — те и выжили, кто приехал за романтикой, так и сдохли, все как предполагалось. Конечно, эта… внучка, тоже за романтикой, но уж сражаться то умеет! Тем более что ее эти… телохранители уцелели же!

— Да уж, — хмыкнул Памирос, — в бою выучку не спрячешь, все, как мы предполагали. Но о них чуть позже. Вернемся к рапорту.

— Кто-то хотел гибели Нидейсы, я уже понял, — Улейн сделал последнюю затяжку и замолчал. — Интриги из Столицы? Понятно. Архонт в курсе, рапорт, прикрытие, понятно. Еще что-то? Усиление команды?

— Да, и не только команды, — добавил Памирос. — Смотри, по результатам пишем рапорт.

Он достал одну из бумаг и протянул Улейну. Маг вчитался, моргая, потом одобрительно хмыкнул.

— Толково. После событий на Ожерелье возражать уже никто не будет.

— Именно! — Памирос еще раз пристукнул кулаком. — С помощью начальства установим наблюдение, ученики с подмастерьями еще подкачаются, сотня — туда можно еще наших людей подсунуть, понаблюдать за приемами и методами Тайной Службы всегда полезно.

— С чего ты взял?

— Ну а кто еще? Не охрана же Императора? — хохотнул Памирос. — Не, вот зуб за зуб, Алтай этот из Тайной службы, все сходится, включая знание оружия противника и вшитый под кожу щит не ниже пятого уровня.

— Ах да, он же продавил поле на катерах Альянса, — поморщился Улейн. — Забыл. Напарник его особых талантов не показал.

— Ничего, еще покажет, — потер руки Памирос. — Как прижмет окончательно, так покажет! Ученик, ха-ха-ха!! Молодцы, молодцы, толково внедрились, никто их ни в чем не подозревает, крамольных разговоров не ведут, врагам информацию не сливают, так что наши начальные подозрения не оправдались. И с целительницей удачно совпало, в общем, все один к одному, еще бы родное начальство не интриговало друг против друга!

— Нет никакой гарантии, что сейчас парочка агентов не разрабатывает нас, — заметил Улейн.

— Поэтому и говорю: только наверх! — вскочил Памирос. — Разнос за Ожерелье по всем инстанциям, чтобы ни одна сволочь нас не заподозрила, а там уж дальше архонт разберется!

— Если его не сыграли втемную, — добавил Улейн и тут же махнул рукой. — Да, это уж чересчур.

Они помолчали понимающе, потом Улейн протянул руку.

— Давай рапорт, поработаю над вопросом.

— Пита ты проверил?

— Честный служака, — отмахнулся Улейн, снова лег на заскрипевший протестующе диван. — Да и не знал он ничего до самой операции, не успел бы сообщить. Вот уж кого сыграли втемную, так это его, если тут применимо слово сыграли.

— Ну, наставник из него так себе, — заметил Памирос, вставая. — Необязательно же напрямую вредить. Тогда я подам рапорт о действиях команды, а ты пробивайся к архонту.

— Если доживем — поднимемся, — заметил Улейн равнодушно. — Если.

— Не если, а когда! — Памирос вскинул руку вверх. — Когда! Только успех, друг мой!

— Ага, не забудь забрать свои глушилки, и дай мне сверток из угла.

Памирос захохотал и воскликнул, начав собирать коробочки.

— Ну, ты обленился! Тебе ж достаточно щелкнуть пальцами!

— На всех не нащелкаешься, — меланхолично ответил Улейн, не открывая глаз.

— Завтра на работе обменяемся результатами, — с нажимом сказал Памирос.

— Да-да, не волнуйся ты так, это вредно, — отозвался маг.

Лейтенант вздохнул, сгреб коробочки, попрощался и покинул жилище Улейна.

Алтай вскочил, Тимур растерялся на секунду, потом тоже вскочил. В дверях стоял огромный мужик, незнакомый Тимуру. Красномордый, широкий, плечи, что называется, в дверной проем не пролазят. Средних лет, стандартная имперская форма: синий мундир, красные штаны — галифе, и Тимур вспомнил, как еще в один из первых же дней ему объясняли, зачем все это, мол, чтобы крови не было видно. В шутку было сказано или всерьез, он так и не понял, а потом забылось. Алтай и его сотня щеголяли кто, в чем горазд — форма сборной сотне не положена, в отличие от казармы, ухмылялся новоиспеченный сотник на расспросы.

— Сидите, — мужик двинул рукой, втиснулся в кабинет-жилье.

— Полковник Вертон! — воскликнул Алтай.

— Я здесь неофициально, видишь, свиты нет, хвосты заносить? — полковник сел, стул заскрипел и зашатался.

Тимур тоже сел, смутно начиная догадываться, что происходит. Мыслительные способности восстанавливались, как выяснилось, все-таки удар чернилами не прошел бесследно. Целители уверяли, что все восстановится, но не сразу. Слух тоже периодически давал сбои, как будто снова накрывало звуковым экраном.

— Почитал, почитал твои представления, — махнул рукой полковник.

Тимур подумал, что что-то здесь не так. С чего бы полковнику читать бумажки сотника… эээ, кем там выходил, по чинам Алтай — младшим лейтенантом? Правда, девять десятых его сотни остались там, на острове, но все равно? Или это продолжение истории с островами Ожерелья, ибо остальные в команде шептались, что была грандиозная подстава, и теперь наверху идут разборки, кто пытался угробить государственных магов? Учеников-магов, в отличие от рядовых, никто никуда не отпускал, долг еще не отработан, а у некоторых даже увеличился.

— Для меня это честь, полковник, — осторожно ответил Алтай.

— И натренировал ты их здорово, обычный телохранитель, говоришь? Магическое обучение, а то что-то молод ты для такого? — продолжал полковник.

— Я быстро схватываю, полковник, ну и если берусь за дело, так делаю его ответственно.

— Ага! — Вертон удовлетворенно пристукнул по столу, что-то звякнуло в глубине. — Доставай!

Алтай молча достал графин с местным пальмовым самогоном, разлил на троих. Тимур закашлялся, бодяжный спирт с сивушными маслами, и нотка какого-то ароматизатора, вот что это было такое. Выпитое плюхнулось в желудок и заворочалось там.

— Неплохо, — одобрил полковник. — Ответственно, говоришь? Даже в деле добычи самогона, а?

Это считается хорошим самогоном, покривился Тимур, удержавшись от возгласа. Что же тогда плохой?

— Делаю, что могу, — коротко ответил Алтай.

— Хочешь мочь больше? Тысячу дам, — предложил Вертон.

Батальон, мысленно перевел сам себе Тимур, облокотился об стол, подпер голову руками. Опять что-то не сходилось, какая — то переигранность чувствовалась в происходящем. С чего бы опять же полковнику снисходить до младлея? И добро бы Алтай с командой чего-то громкого добились, нет же, просто одно не слишком удачное сражение, мелкая высадка, ерунда в общей картине боя.

— У меня есть возможность выбирать?

— Конечно, — с непонятной усмешкой ответил Вертон.

— Тогда я попросил бы придать вверенную мне сотню команде магов-учеников, — тут же выпалил Алтай.

— Ха-ха-ха-ха! Дипломат! — покатился полковник. — Молодец! Одобряю!

Он хлопнул Алтая ручищей по плечу, удивленно посмотрел на кисть.

— Молодец! Не подведи! — и вышел, как не было.

— Нихера не понял, — помотал головой Тимур.

— А тебе и не надо, — усмехнулся Алтай. — У местных свои интриги, и мы только что влезли в них с потрохами. Ну, давай еще по одной… за карьеру в новом мире!

— А не…

— Никто нас не подслушивает, — ответил Алтай, разливая.

Они выпили еще, после чего Тимура резко развезло, и он отключился.

— Теперь все не просто так, — наставительно произнес Пит. — Теперь вы — подмастерья, поздравляю со сдачей экзамена! Но это не конец команды! Вам придадут еще учеников — магов!

Говорил он так, словно это было самым радостным событием за всю войну, не прекращающуюся ни на день уже четыре с половиной века. Тимур незаметно посмотрел на Алтая, тот одобрительно ухмылялся.

— Может, лучше учеников придавать мастерам и магам? — спросила Элис.

— Такое уже пробовали, с известным и не самым лучшим результатом, — махнул жезлом Пит.

— Так что, команды лучше? С такой смертностью?

— Конечно, и это без всякой иронии, — ответил Пит, оглядывая Элис, как будто первый раз ее увидел. — Могли бы быть еще лучше, но сами знаете — в тех обстоятельствах сохранить треть команды — просто отличный результат.

— Может, стоило тренировать дольше?

— В этот раз у вас будет два месяца, а не один, — мрачно ухмыльнулся Пит, — и программа тренировок будет усилена. Как и сама команда. Вот, например.

К столу под пальмой, где заседало руководство «инвалидной команды», как раз подходила девушка. Простое белое платье, никаких украшений, волосы собраны в длинную черную косу. Тимур мысленно застонал: не девушка, а мечта снайпера! Грохнут же в первом же бою! Правда, впереди еще два месяца, но все равно — убьют же за просто так! Ладно, Нона и Жигулио, те у целителей с боевыми ранами лежат, а остальные две трети? Сгинули, считай просто так, и это еще считается отличным результатом! Убиться просто! А потом стонут о нехватке магов!

Такие вот мысли носились в голове Тимура, пока девушка подходил.

— Нидейса Алол, приятно встретить вас всех, теперь я буду в вашей команде, — сказала она, слегка наклонив голову.

— В чем провинилась, подруга? — спросила Элис, поглядывая на Нидейсу из-под руки, приложенной козырьком к глазам.

Тимур тоже обратил внимание, что солнце за спиной Нидейсы весьма откровенно подсвечивает очертания девушки, если не сказать большего. Но смотрелось все равно почему-то целомудренно и похотливых мыслей не возникало.

— Провинилась? Я? — удивилась Нидейса, засмеялась. — Нет, я прибыла сюда добровольно! Чтобы помочь всем, кто воюет!

— Добровольно? — переспросила озадаченная Элис, и тут же повернулась к мастеру Питу. — Сколько у нас, говорите, времени на подготовку?

— Два месяца, — усмехнулся тот. — Не боись, Эля, я тоже с вами пойду, посверкаю лысиной и посохом.

— А что такого? — удивленно спросила Нидейса.

Она уже непринужденно присела за свободный стул. Спавшая головой на столе Варлея проснулась, посмотрела мрачно, снова уронила голову, пробормотав.

— Алтай — мой, тронешь — сиськи сдую.

— Что, простите? — переспросила Нидейса, но тщетно.

Остальные уже хихикали, кто тихо, кто открыто, даже мастер Пит скалился, показывая два ряда зубов.

— Все нормально, — сказал он Нидейсе чуть позже. — Добро пожаловать в инвалидную команду!

Часть 2

Глава 1

17 января 453 года, остров Тихий

В голове шумело, ноги подгибались. Тимур выпрямил указательный палец, и воздушный заряд приоткрыл дверь кабака «Веселая Отмель», выпуская его наружу. Снаружи было как внутри — жарко и душно, со стороны моря тянуло запахом каких-то алхимических отходов и рыбы. В спину били запахи жареного мяса и пива, кто-то затянул заунывно «вокруг огонь, проломлен борт, и на тебя летит биот». Бодрая, ритмичная песня, всегда напоминавшая Тимуру Высоцкого «Еще не вечер», в исполнении подвыпившего морячка превратилась в нечто похоронное, сводящее челюсти.

Тимур взмахнул рукой, но в этот раз заклинание не вышло, отсечь звук не удалось, только с крыльца чуть не свалился. Пошатываясь, сошел с крыльца, отошел от кабака. Проходивший мимо патруль задержался на мгновение, увидел свеженькие «нашивки» мастера, тут же все оценил и потопал дальше. Тимур, прислонившись к дереву, глубоко вдохнул несколько раз, посмотрел ввысь, на мерцающие там звезды. Дверь кабака опять скрипнула, и на крыльце появилась фигура, соблазнительная такая фигура, в простом белом платье.

— Добрый! — воскликнула Нидейса, легко спорхнула с крыльца. — Что-то случилось?

— Просто подышать воздухом вышел, — ответил он нейтрально.

— А, — ответила та, обшаривая взглядом Тимура. — Хорошо, что первому мастеру в нашей команде не стало хуже.

Тимур лишь пожал плечами, не горя желанием продолжать этот разговор. Ну да, они собрались своей «инвалидной командой» обмыть получение им звания мастера, но как подозревал Тимур, сама Нидейса могла бы стать уже магом. Если бы захотела. И вообще, дело было не в сдаче экзамена, а в самой Нидейсе.

Честно, будь она уродиной или заучкой, зацикленной на магии, Тимуру было бы легче. Но нет, Нидейса Алол была красива, умна, образована и совершенно не стеснительна. Например, ничуть не скрывала, что ей нравится Добрый (фамилия намертво прижилась в качестве имени-прозвища) и она собирается его добиться. Не силой, а добиться именно взаимности, добровольного согласия, желания быть вместе. Нидейса, в свою очередь, нравилась Тимуру, как вообще могут нравиться красивые, стройные девушки, у которых все на месте и в целом приятные глазу, но изменять жене он не собирался, ни с Нидейсой, ни с кем-то еще, включая работниц борделей, коих хватало на этом острове.

Остров Тихий, опорная тыловая база и крепость, по совместительству центр восстановления, лечения и отдыха, за прошедшие полгода команда Тимура бывала здесь неоднократно. Отдыхала, восстанавливалась, получала новых учеников и устремлялась в новые битвы, за очередной клочок суши или моря, если вдруг накатывали волны биотов.

— Хорошо-то как, ты уже мастер, — сказала Нидейса.

Она подошла, обняла Тимура, сомкнув руки вокруг живота, положила голову на плечо. Все это вышло у нее настолько просто и естественно, что Тимур даже отстраниться не успел. Лишь сжал зубы, медленно выдыхая. В голове все еще шумело, в животе бурлило, и возвращаться в кабак не хотелось.

— Звезды падают, — заметил он, чтобы хоть как-то отвлечь Нидейсу, — успела загадать желание?

— Звезды? — вскинула голову Нидейса.

Не успел Тимур порадоваться, что она убрала голову с его плеча, не успел он начать освобождаться, как Нидейса сама отпустила его. Правая рука ее взлетела вверх, левая закрутила сложную фигуру, а изо рта полилось бормотание заклинания. Быстро полилось, мгновение и с руки в воздух сорвался залп искр, расцветивший небо красным. Пока искры взлетали, Нидейса успела опустить руку и хлопнуть ей себя по горлу.

— ТРЕВОГА! РАКЕТНЫЙ ОБСТРЕЛ! — прогремел ее голос, усиленный магией, одновременно с взвывшим сигналом общей тревоги.

Рефлексы включились, и Тимур толкнулся спиной от дерева, выкрикнул заклинание, ставя противоракетный щит. Одна из звезд резко увеличилась, скользнула по щиту вбок, и мощнейший взрыв сбил Тимура с ног, бросил в сторону. Он перекатился, вскочил, ощущая, как в желудке штормит все сильнее, зато в голове проясняется.

Новая волна ударила, и Тимур ударил заклинанием ей навстречу, не давая сбить себя с ног.

От дома неподалеку осталась лишь воронка, земля дрожала и тряслась, отдаленный гул и взрывы по сторонам, ночное небо расцвечивали радужные вспышки взрывов там, где ракеты сталкивались с магическими щитами. Вой сирен, вспышки ответных ударов, нарастающий низкий гул становился все ближе с каждым мгновением.

— Поможем нашим! — крикнул Тимур Нидейсе, перекрикивая шум взрывов и нарастающей вокруг суматохи.

Та лишь кивнула в ответ, и они синхронно шагнули к кабаку «Веселая Отмель». К тому, что от него осталось, после нескольких взрывов рядом. Тимур верил в соратников, не могли они погибнуть просто так, но им требовалась помощь. Синхронный удар воздухом смел пыль и дым, разметал мелкие завалы, отбросил кусок крыши кабака. Нидейса раскинула руки, волна магического поиска омыла развалины, Тимур в это время сложил руки лодочкой и вывернул их, бормоча заклинания, расшвыривая камни с верха завала во все стороны.

Быстрее всего было бы ударить заклинанием уничтожения, ослабленной его версией, собственной модификацией Тимура. Магии друзей хватило бы, чтобы не заметить удара, но, увы, внутри находились и обычные гражданские и военные, кабак был популярным и посетителей сегодня хватало.

— Вот она! — крикнула Нидейса.

Кусок завала словно бы подбросило, в воздухе зависла окровавленная Варлея, и Нидейса тут же ударила золотистым светом, омывая ее тело. Экстренное лечение на поле боя, все в команде владели таким, кстати, как раз после занятий с Варлеей. Пускай оно и привлекало внимание, но несколько раз спасало жизни, один раз самому Тимуру.

— Остальные? — Тимур подскочил, попутно окинув взглядом окрестности.

Неясно было, что это — диверсия или общее нападение. Для первого все было слишком грандиозно, и ракетный обстрел продолжался, и бой вдалеке — во все стороны — разгорался, звуки оттуда становились все сильнее. Для второго — слишком много непонятного, остров все же находился в тылу, был изрядно укреплен, не говоря уже о магических наблюдателях и заклинаниях обнаружения. Обойти их было возможно — но малой группой, не той мощью, которая, судя по звукам и свету, накатывала на остров.

— Неясно, масса живых под завалами, — быстро ответила Нидейса, — но не разобрать, кто маг, а кто нет, слишком большой слой камня и земли.

— Сверху! — взвизгнула Варлея с земли, как раз раскрывшая глаза.

Тимур пригнулся, ушел вбок, очерчивая рукой круг над головой. Не помогло, десантник пробил щит, плюхнулся могучей глыбой, в мерцании защитных полей энергоскафандра.

— Кархарра!!! — выкрикнула Тимур, швыряя сгусток своей энергии прямо в скафандр.

Нестабильная — так как не была оформлена в заклинание — магическая энергия ударила в щиты скафандра, разорвала их, нарушив работу систем. Ненадолго, на секунду, но этого хватило — еще одно заклинание Тимура пробило десантника навылет.

— ДЕСАНТ! АЛЬЯНС! — донесся чей-то панический вопль. — Спасайся, кто может!

— А кто не может, все равно спасайся, — пробормотал недовольно Тимур.

Он шагнул к Нидейсе, которая пыталась устоять под огнем второго десантника. Снова ударил сгустком энергии, но этот оказался опытнее, пропустил удар мимо и тут же выстрелил в ответ из плазменного ружья. Тимур принял на вогнутый щит, перенаправил атаку обратно, Нидейса ударила водяным хлыстом, бессильно разбившимся о защиту десантника.

Краем глаза Тимур видел, что вокруг приземляются все новые и новые десантники, и ему хотелось взвыть от ощущения беспомощности. Энергоскафандр на каждом, подготовка и умение воевать в тылу противника, соответствующее оружие, любой из десантников был опасным противником, даже один на один. Прием с дестабилизацией щитов был хорош, но придумали его чуть ли не двести лет назад и тогда же придумали и способы противодействия.

— Отступаем! — крикнул Тимур Нидейсе и Варлее.

Его заклинание щита не выдержало попаданий и разлетелось, Тимур ударил вспышкой, добавил сверху огнем. Бесполезно.

— С ними Жан и Нона, — пробормотал он, скорее для собственного успокоения, чем на самом деле веря.

Как ни тренируй рефлексы, но все были в подпитии, находились в безопасности в тылу, какая тут реакция на взрыв ракеты рядом? Доли секунды, так что вряд ли кто-то успел поставить щиты. Мастер Пит успел бы, но его сегодня не было, лечился на материке, после той битвы, в которой стало ясно, что Тимуру пора сдавать на мастера. Сам Тимур тоже не успел бы, не закричи Нидейса про ракетный обстрел, и стоило бы расспросить ее, откуда она узнала и сумела так уверенно опознать подобное.

Бои в последние полгода помочь ей не могли, Тимур тоже был в них, со всей командой, и обстрела не узнал. Да и мудрено было узнать, все же сражались они больше днем — по крайней мере, крупные сражения, в которых доходило до града ракет, всегда проходили днем. Ночью же больше проходили стычки, засады, вылазки, нападения из темноты, пятеро на одного, удар-отскок, диверсии и прочее.

Теперь это спасло Тимуру жизнь.

Из темноты вынырнуло еще три десантника, он ударил прямо в завал под их ногами, заклятием разъятия, и припечатал сверху воздушной сферой, просто ударом спрессованного воздуха, разряжающегося в одном направлении. То же заклинание, которым он открывал дверь, только в полную мощь. Не слишком смертельное, но зато не воспринимающееся системами скафандра и щитами как энергетическая угроза. Противодействие запоздало, и противники провалились в яму.

— Быстрей! Быстрей! Быстрей! — привычно заорал Тимур.

Сверху приземлились еще двое, где-то впереди ухнуло, ахнуло, завыло и ударило в небо столбом оранжевого цвета. Треск, шипение, вспышки, словно из стробоскопа, и Тимур обострившимся чутьем неожиданно понял, что будет.

— На землю! — заорал он, дергая Нидейсу и Варлею.

Они упали вповалку, и пускай в этом не было никакой эротики, лишь выживание, но все же Нидейса отреагировала с секундной задержкой. В обычных миссиях они сражались поодаль, и такой проблемы не возникало, но теперь это могло стоить им всем жизни.

Свист, холодный, резкий, прямо над головами.

— По своим? — пробормотала Варлея.

Воздух над их головами продолжали чертить стальные шарики, пробивая все на уровне груди. Тимур не ответил, напряженно и быстро обдумывая. Стандартный набор заклинаний был заточен на энергооружие Альянса, так как подобное оружие использовалось редко. Кинетические щиты требовали отдельной установки, больших затрат маны и, как правило, не применялись. В свою очередь подобное оружие было громоздким и мало подходило для высадок в тылу, молниеносных сражений, налетов и диверсий.

— Варлея, ты как?

— Ранило, но двигаться не могу, — отозвалась та.

Добавлять, что самолечение уже запущено, она не стала. Алтай в этом смысле крайне положительно повлиял на целительницу, она стала спокойнее, собраннее, меньше слов, больше дела. И магов команды она тоже спасала, лечила, вытаскивала неоднократно.

— Похоже, это не просто диверсия, — быстро заговорил Тимур, — а полноценная атака.

Говорить о том, что он «бросил» остальных под завалами, рассчитывая вернуться и вытащить их после отбития десанта, Тимур не стал. Да и что тут можно было сказать? Ошибся с оценкой, соответственно, ошибся в действиях. И, похоже, что не он один ошибся, раз проморгали такую атаку.

Землю подбросило, еще и еще, мгновением позже обрушился водопад грохота взрывов, еще чуть позже с небес замолотил град земли, обломков, воды и крови. Еще подбросило, и на Тимура навалились Варлея и Нидейса, а земля под ним, казалось, лопнула. Но Тимуру было не до этого — такое вот наглядное подтверждение правоты слов о полноценной атаке ошеломило его на секунду. Дважды ошибиться в действиях — происходи подобное на фронте и они все были бы уже мертвы. Оправдание насчет того, что не ожидали подобной атаки у себя в тылу, в безопасной зоне… ну, как обычно хрипел полковник Вертон «отличная эпитафия, прикажу выбить на вашей могилке».

Но обстрел из корабельной артиллерии!

Это могло означать только одно — системы защиты портов подавлены, и корабли Альянса вошли в них, оказавшись внутри системы защиты острова. Та же самая уловка, что и с рельсовым пулеметом — огонь на подавление и убийство тех, кто не успел выставить кинетические щиты. Вообще-то должна была сработать еще защита по секторам, но, видимо, десантники и диверсанты высаживались не только здесь и сумели повредить стационарные круги.

Попросту говоря, следовало уносить ноги с острова, ибо здесь битва была уже проиграна.

— Бегом обратно к таверне, — отрывисто бросил Тимур. — Достаем наших. Минута, не больше. Потом несемся на восток.

Вряд ли противник не блокировал все порты, но все же — восточная часть была самой удаленной, тыловой, если можно так выразиться. Больше шансов на подход подкрепления, на то, что туда будут стягиваться все, кому пришла в голову та же мысль, ну и так далее. Пускай Тимур и стал мастером, но не мог же он один победить всю армию Альянса? Такое, пожалуй, было не по силам даже совету высших магов, пускай они и не участвовали в войне.

— Думаю, у нас не будет минуты, — прокряхтела Варлея.

Вообще, энергощиты десанта должны были скрывать их и от заклинания обнаружения, но Тимур и сам увидел. Темные фигуры, десятка два, не меньше, приближались к ним, отчетливо заметные на фоне пожаров и вспыхивающего бледно-лиловым неба. К ним или прочесывали местность? Тимур исторг волну, как учил Жан, и земля под ними чуть просела. Маскирующий полог. Чуть воздуха, натянуть пыли и камней. Заклинание Ноны, добавить природы в землю.

— Прятаться бесполезно, мы вас видим! — крикнул ближайший из десантников, наставляя ствол дезинтегратора.

Глава 2

Тимур замер, с подобными дезинтеграторами он уже сталкивался, и в высадке на малый Треугольник, и в том отступлении, когда их спасли только призывы Элис, позволили продержаться последнюю минуту до подлета виверн. Тогда вода рядом то и дело исчезала под залпами, они плыли, как сумасшедшие и только чудом остались живы. Десять дезинтеграторов, нет, от такого Тимур не защитился бы даже в трезвом и отдохнувшем состоянии.

Оставалось только медленно встать, поднимая руки в жесте сдачи.

— Руки за голову! — скомандовал десантник, затем повернул голову. — Перко, блокираторы им, и в порт. По описанию подходят.

Описанию, молчаливо подумал Тимур, не пытаясь дергаться, хотя шансы стремительно ползли вниз. Блокираторы, в сущности, работали по тому же принципу, что и его удары энергией — вносили нестабильность в магов, сбивали концентрацию, а некоторые даже еще дополнительно кололи какую-то химию, туманящую мозги.

— Пошли, — толкнули в спину Тимура.

Он пошел, впереди белело платье Нидейсы, как нарочно разорванное в провокационных местах. За спиной напряженно сопела Варлея, покалывая спину целебной магией, передавая вопрос «что делать будем?» Тимур не знал, да и не мог ответить. Тратить крохи доступной магии, усиливая противодействие блокиратора? Бессмысленно. Раскалить руки, рвануть, попытаться сломать блокиратор, но у Тимура была только одна попытка.

— Перебирай ногами, — рыкнули сзади.

Варлею толкнули, да так, что она налетела на Тимура, прижалась сзади.

— Алтай? — прошептала она.

Тимур лишь мотнул головой, в такт попыткам удержаться и не упасть на Нидейсу. Алтай так и командовал сотней, приданной их команде, и решение вышло неожиданно удачным. Не в последнюю очередь, как подозревал Тимур, из-за самого Алтая. Тот умело командовал, нередко сам ходил первым в атаку, словно заговоренный оставаясь невредимым под самым мощным огнем, и стрелял в ответ так, что один заменял собой целый десяток. Умел развести огонь, набрать еды на ровном месте и приготовить, чуял врагов, обходил ловушки и сам их ставил.

Тем не менее, состав сотни Алтая постепенно менялся, и как раз сегодня он отправился встречать новобранцев.

В западный порт, из которого и лупили пушки кораблей Альянса.

— Девки-то ничего, жопастые, — заметил один десантник другому.

— Командир нас порвёт. Забыл, что стало с Кривым Джонни?

— Неужели ты веришь в эти слухи о магических пастях?

— Не хочу рисковать.

— Дадим прикладом, да вперед!

Они шли по проспекту Алхимиков, сегодня ночью особенно оживленному. Дома пылали через один, валялись трупы, вперемешку. Тихо гудя моторами, пролетела антиграв-платформа, чуть в стороне от Тимура с компанией развернулась, замерла. Орудия на ней незаметно вздрогнули, и дом на противоположной стороне просто исчез наполовину. Из оставшейся половины рванули люди, один взлетел, ударил молниями с рук, второй снизу добавил чем-то, похожим на адское пламя… оказавшееся иллюзией. Несколько солдат, закрываясь окованными металлом щитами, бежали — пятились и перед ними бежали жители острова.

— Ха-ха! — сопровождавший их десантник развернулся, вскинул дезинтегратор.

— Сволочи! — крикнула Варлея, прыгая боком, наваливаясь телом на оружие.

\ Залп ушел вниз, выбив дыру в мостовой. Десантник пнул, Варлею подкинуло, и в полете добавил ей прикладом по лицу. Целительница упала, обливаясь кровью, десантник сплюнул и сказал напарнику:

— Смотри, пару зубов уже выбили! Может выбьем и остальные, да развлечемся?

— Да ты озабоченный! — отозвался тот, держа Тимура и Нидейсу под прицелом.

Несколько лучей впились в щиты, без результата, затем из темноты спикировал беспилотник, взрезал защитников залпом из дезинтегратора, отрубая им руки. Щиты упали и следующий залп платформы стер с лица земли беженцев. Маг воздуха — хотя, скорее подмастерье — уже валялся на мостовой с раскроенной головой, его товарищ — иллюзионист куда-то скрылся.

Тимур нахмурился, уловив недосказанное. Если все же потащат в сторону, это будет самым лучшим временем для побега, тогда и надо будет действовать. Сейчас, посреди улицы — как, как Альянс сумел так быстро продвинуться вглубь острова?! — не стоило даже дергаться. Разве что, чтобы совершить самоубийство.

— Сдадим с рук на руки, найдешь себе потом, — продолжил держащий их под прицелом десантник, — жрицу любви, говорят, их тут много было.

— Пока найду, уже всех тогось.

— Ничего, говорят они тут магически измененные, батальон могут выдержать!

И оба заржали, налитые силой и энергией, молодые и уверенные в себе. Отчасти их слова были правдой, кто-то, кажется Жигулио, рассказывал Тимуру о том, как обстояли дела с данного вида борделями. Некрасивые, инвалидки, просто желающие куда-то пробиться и сбежать от нищеты, приходили и подписывали контракт с Имперским вербовщиком. Тот шлепал штампик и женщина отправлялась в руки студентов — магомедиков. Те практиковались в лечении и исправлении, и попутно выправляли все недостатки внешности, наращивали в нужных местах, в ненужных убирали, перекачивая биомассу и опять же тренируясь перед отправкой на поле боя.

В результате сложился даже некий стандарт, с крепкой жопой, способной колоть орехи, грудью изрядных размеров, чуть увеличенным ртом и укрепленными внутренностями, повышенной выносливостью. В теории, девушки отрабатывали свое лечение в борделях, а отработав, оказывались свободны и могли бежать навстречу счастливому замужеству или оплачиваемой проституции, но уже где-нибудь в мирной зоне. На практике все оказывалось не так радужно, а в среднем слое даже одно время было поветрие делать себя слегка дурнее, лишь бы отличаться от типажа проститутки.

— Они ведут себя так, словно уже победили, — пробормотала Нидейса уголком рта.

— Так и есть, — пробормотал Тимур в ответ.

В спину им доносились звуки продолжающегося боя, но толку-то? Моментальный слом защит, заход внутрь, десант, корабли, можно было не сомневаться, что Альянс контролирует и воздух. Теперь им оставалось только методично зачистить остров, перетопив и перебив всех, кто пытается сбежать или улететь.

Разрозненные очаги стихийного сопротивления на то и разрозненные, что боевой каток Альянса давил их, даже не замечая. Вдалеке мелькали еще маги в блокираторах, которых вели примерно в том же направлении. Все это было немного странно, обычно Альянс таким не занимался. Равно как и Империя не слишком стремилась брать пленных, а взяв, не торопилась выбивать из них технотайны.

Тимур снова вспомнил слова про описание, гадая, что бы это могло значить.

— Эй, нам тут пленных доставить нужно, — крикнул первый из сопровождавших, тот, что был спокойнее и не так озабочен.

Подрулил антиграв, и Тимура с Нидейсой и Варлеей пихнули в середину, платформа взлетела и помчалась быстро в сторону порта на высоте пяти метров. Темнота и рассеивающий щит отчасти сглаживали скорость, но все же Тимур ощущал, что та уверенно приближается к двумстам километрам в час. Своеобразная мера защиты — враг просто не попадет — и предосторожности, пленные не сбегут, а если и сбегут, то далеко не убегут.

Тимур напрягся, сосредоточился, концентрируясь на запястьях. Взглядом он буравил второго из десантников, внушая тому мысль воспользоваться положением, подойти и начать хватать за грудь или задницу Нидейсу, а еще лучше Варлею. При телесном контакте целительница точно сможет парализовать ему конечность, вот тогда… но десантник не реагировал, так как сам взглядом буравил пленниц. Буравил, но оружия не отпускал, и никого за части тела хватать не спешил.

Внизу мелькали освещенные пятна, окрестности озаряли пожары, и Тимур чуть прикрыл глаза, словно не в силах выносить такой яркий свет. На самом деле это нужно было ему для еще большей, лучшей концентрации, сосредоточения на запястьях. Переделать себя, изменить, укрепить, разжечь — недаром им говорили, что боевая магия сочетает в себе элементы многих других, так оно и вышло. Конкретно этот прием они разрабатывали вместе с Жигулио, но в бою его Тимур ни разу не применял.

Тем не менее, вариантов не было.

Сейчас, когда платформа пройдет над Шестым Тупичком и вылетит за пределы города, и вокруг станет темнее, до порта, примерно минута лета, нет, меньше, если они идут на двухстах километрах, то примерно треть минуты. За это время надо было… додумать мысль Тимур не успел, так как им навстречу с крыши прыгнула какая-то фигура.

Руки в камень, огонь в руки, усилие, разрыв, удар!

Алтай, грязный, черный, окровавленный и помятый — таким его Тимур еще никогда не видел — едва не улетел за пределы платформы, но Тимур, сломавший-таки блокиратор, успел его поймать окаменевшей рукой, удержал, швырнул вперед к водительскому сиденью. Алтай в полете отпихнул водителя, вцепился в рычаги и кнопки, отворачивая платформу прочь, уводя ее от порта.

Всех троих — двух десантников и водителя — он застрелил в прыжке, совершенном с крыши прямо навстречу летящей платформе. Тимур пинком сбросил тела десантников за борт, росчерком огненной нити вспорол блокираторы, освобождая Нидейсу и Варлею, которая тут же кинулась к Алтаю.

— Пристегнитесь! — взревел Алтай.

Где, чем, как, промелькнуло в голове у Тимура, который уже выполнял прием из магии земли, врастал в платформу. Его все еще каменные руки ухватили Нидейсу и Варлею. Антиграв закладывал петлю с постепенным переворотом и уходом от порта, внутри все сжималось, крутилось и бурление в желудке возобновилось.

— Кожедуб, я земля! — заорал Тимур. — Сейчас наблюю вам на голову!

Алтай даже не обернулся, закрутил платформу спиралью, и мимо промчались нечто. Мгновение спустя Тимур понял что — ракеты — и моментально вспотел. Тошнило все сильнее, земля вращалась и кружилась перед глазами, потому что Алтай закручивал платформу, пропуская мимо ракеты и лазерные лучи, бьющие со стороны порта. Стоило бы спросить, в чем дело, хотя бы ради девушек, но Тимур подозревал, что если сейчас откроет рот, то точно сблеванет на 360 градусов.

— Щиты назад! — крикнул Алтай.

Он все же сумел развернуть платформу, и теперь удирал прочь от порта. Тимур и Нидейса переглянулись, кивнули. Варлея ухватилась за талию Тимура, высвобождая ему руку.

— Двойной конус и пресс внутри! — крикнул Тимур.

Нидейса кивнула еще раз, они зачертили руками в воздухе, почти синхронно, но этому заклинанию не требовалась особая точность. Мощность чуть падала, но плевать. В чем-то повезло, что это была именно Нидейса, она в своем полугодовом марафоне за Тимуром перепробовала многое, включая тренировки на синхронность, совместное выполнение одного заклинания, когда два мага дополняют друг друга, как сейчас. Идея оказалась полезной, выручала команду, особенно в тот раз, когда они застряли в подводных пещерах Банановых гротов, и несколько часов подряд бились с биотиками, пока не подоспели основные силы. Именно тогда мастера Пит, который явно предвкушал прекращение опекунства над «инвалидной командой» и спихивание этой обузы на Доброго, впервые заговорил о том, что пора бы Тимуру уже расти.

— …зас! — выкрикнули они окончание заклинания.

Теперь зад платформы прикрывал конус из воздуха, по которому соскальзывали ракеты и пули, чуть отклонялись лазерные лучи. Хороший заряд энергии, вроде плазмы, сумел бы пробить, но против такого внутри прятались заряды сжатого воздуха, которые предполагалось выбрасывать навстречу плазме. Магическая активная броня, в общем, в рукотворном исполнении. Обратный конус, направленный к платформе, выполнял ту же роль — обтекатель, только против воздушного потока. Конечно, можно было держать конус и так, все-таки заклинания и магические щиты не до конца подчинялись законам физики.

Но и не совсем игнорировали, и такой конус выходил легче по затратам.

Тимур крепко подозревал, что дело во временах разработки заклинаний. Не сталкивались тогда маги со скоростями Альянса, и при сорока километрах в час на драконе, конус на хвосте можно было держать и обычный, не ощущая особых затрат от преодоления бьющего навстречу воздуха.

— Летят! — выкрикнула Варлея.

Два беспилотника, прочертив дуги, оказались рядом, сразу зачастили лазерными лучами, пытаясь добраться до Алтая. Тот вскинул руку, выстрелил дважды через плечо, снося оба аппарата. Тимур бросил взгляд — город приближался, и с ним скопление войск Альянса. Алтай даже не думал снижать скорость, мчался к городу, а город был захвачен Альянсом. Повсюду полыхало, гремело, и металась техника, на улицах была видна пехота, которая при поддержке аннигилирующих платформ методично зачищала улицу за улицей.

Платформа еще прибавила скорости и помчалась вдоль улицы Равновесия.

— Ты что творишь?! — заорал во весь голос Тимур.

— Храм Корхала! — заорал в ответ Алтай. — И крепость наместника!

Щека Тимура дернулась. Еще какая-то гадость из арсенала Альянса догнала их, но соскользнула по конусу, ушла вниз, обдав ядовитым холодом. Храмы могли общаться между собой, но кто станет активировать переброску ради тех, кто даже не верит в Корхала? Крепость наместника наверняка еще держалась, но воспользоваться тамошним порталом? Не смешно. Кто их туда пустит?

— Слышал в порту! — снова крикнул Алтай. — Шансы есть!

— А твои? — крикнул Тимур в ответ.

Сердце защемило, вспомнил о заваленных под таверной соратниках. Должны выжить, должны! Должны сообразить, что происходит, а под землей сейчас безопаснее! Тем не менее, в груди кольнуло, неожиданно стало душно.

— Мои? — со странной интонацией отозвался Алтай. — Мои прибыли трупами, а вместо них из кораблей полезли морпехи Альянса.

Варлея ахнула, прикрывая рот, чуть не сорвалась, Нидейса хмурилась, кусая губы до крови. Тимур же понял — мастерская диверсия, как начало общего наступления. Захват опорных узлов. Неудивительно, что защита по секторам не сработала.

Они уже влетели в город и мчались над озером огня.

— Снизу! — крикнула Нидейса, но было поздно.

Два синих шара ударили в платформу, разламывая ее и швыряя всех вниз.

Глава 3

— Ты как? — в сотый уже, наверное, раз, спросила Варлея.

— Жить буду, — все так же безучастно ответил Алтай.

Кто другой мог бы сказать, что Алтай в шоке от потери своей сотни, но Тимур видел — напарник и наставник просто ждет. Ждет момента, когда можно начать действовать и продолжить выполнять свою задачу, то есть вытаскивать Тимура из этой жопы, дабы он смог продолжить учиться боевой магии.

Поэтому Тимур развернулся и снова прильнул к импровизированной бойнице — щели в земле — через которую он наблюдал за происходящим вокруг. Рядом всматривалась Нидейса, практически дышала Тимуру в ухо, пользуясь ситуацией.

— Поиски не утихают, судя по всему, — пробормотал он вполголоса.

Мимо прорысил десяток солдат, со странного вида приборами в руках, словно миноискателями.

— Детекторы живых, — шепнула Нидейса, — полевой вариант, «Био-4», ручного ношения, а нет, это «Био-4М2», последняя модификация. Могут и найти.

Тимур покосился на нее, хотя во тьме подвала мало что можно было рассмотреть, и мысленно вздохнул. Откуда она все это знала? Нет, на заданиях и миссиях Нидейса тоже демонстрировала познания, но в пределах общего курса, того, что могла прочитать, где-то услышать или увидеть. Она знала, но лишь чуть лучше, чем остальные, здесь же… вот так, в неверных отблесках пожара и прожекторов, в игре теней, на бегу, опознать чужую технику?

Общий курс техники Альянса не давал таких знаний, а уж полевой — больше ориентированный на практику — тем более. Все же «инвалидная команда» не были чистыми диверсантами, воевали больше вместе с основной армией и флотов, а во время забросок в тылы врага им не нужно было прятаться и скрываться, наоборот, нужно было громить, крушить и ломать, и стягивать на себя всех, кого можно. Поэтому биодетекторы им давали лишь обзорно, и опознать так, как это сделала Нидейса, Тимур точно не сумел бы.

Разумеется, имелись среди армии Империи и знатоки техники, обычно они работали из тыла, вооружившись магическими аналогами подзорных труб и перископов. Опознание, целеуказание, корректировка, направление, так как против разной техники требовались разные заклинания, щиты и создания. Наблюдатели пользовались в армии Империи заслуженным уважением и почетом, и при прорывах их всегда стремились спасти (а враги, соответственно, убить) одними из первых, наряду с целителями и поварами.

Вот только Нидейса к ним точно не относилась.

— Через такую толщу нас ни один детектор не возьмет, — пробормотал Тимур. — Но только если засыпать смотровые щели наружу.

Над их головами продолжал полыхать склад магических заготовок, в который врезались обломки платформы. Обычный огонь смешивался с магическим, и буйство энергий надежно укрывало их от магодетекторов, а толща земли и камня от всего остального. Пока что. В любой момент наверху могло рвануть, моментально выжигая подвал, в котором они прятались, но выбора не было — пришлось рискнуть, иначе их уже схватили бы.

Ну и повезло еще немного, Алтай каким-то своим чутьем обнаружил ход, который они сами же и обвалили у себя за спиной. Пробрались, затаились, не используя магии, ожидая, что их сочтут мертвыми и прекратят поиски. Ан нет, ничего и не думало прекращаться, и это наводило на подозрения.

Страшные такие подозрения, и Тимур покосился в сторону Нидейсы.

— Не беспокойся, — прошептала та в ухо, — уверена, остальные выбрались и сумели спастись.

Тимур говорил себе то же самое, но сейчас-то он думал совсем о другом. Впрочем, толку затевать разборки из-за дурацких, ничем не подтвержденных подозрений, определенно не стоило. Пошептаться с Алтаем во тьме подвала тоже не вышло, так что оставалось только ждать.

— Если мы не успеем до утра, придется сидеть до следующей ночи, без воды и еды, — проворчала Варлея.

— Ну, воду я нам наколдую, — тут же встрепенулась Нидейса, — если взять ограниченный, замкнутый на себя контур, да с внешней защитой, медленным воздействием, то утечки энергии будут настолько минимальны, что ни один детектор не возьмет.

Тимур, как раз собиравшийся сказать про риски обнаружения, закрыл рот. Идея была верной, реализуемой, пускай и не спасала от сидения в подвале. Вот если бы Нидейса смогла нарисовать круг портала… да что там, сразу открыть портал! Тимур оборвал себя и обозвал мысленно идиотом — с такой кучей магических заготовок над головой, портал легко мог убить их всех при одной лишь попытке открытия.

Еды у них не было, но дело было даже не в еде. Нельзя было сидеть и ждать, надеяться на то, что остров отобьют или что Империя просто отбросил Альянс и всем станет не до них. Целенаправленные поиски кого-то, может их, хотя тут не стоило обольщаться, не настолько они важные птицы и не настолько Альянсу успела насолить их «инвалидная команда». Может, просто всех магов, или какого-то одного, кто тайно прибыл к наместнику. Или, может операция по захвату острова готовилась давно, а попутно службы Альянса решили сыграть в свои игры, захватить магов.

Или вытащить своего агента.

— Так, говоришь, в порту вас встретило совсем не пополнение? — спросил Тимур у Алтая.

— Именно. Мне повезло, остальным нет.

— Не стоит свои навыки, умения и опыт называть удачей, — сурово-ласково укорила его Варлея.

Она явно хотела бы помочь Алтаю, подлечить, но все понимали, что к магии сейчас лучше не прибегать. По крайней мере, такой явной и открытой магии. Проклятье! Самый лучший их инструмент непригоден, а высадка в порту ясно указывала, что все было спланировано заранее. Тимур усилием воли отогнал мысли, опять зашагавшие по кругу, выдохнул.

— А что пошло не так с летающей платформой?

— Слишком грубо взломал, — безучастно ответил Алтай. — Торопился.

Причем не он сам, тут же понял Тимур, а какой-то артефакт от Шефа. Сам Шеф, понятное дело, так не оплошал бы, закрыл утечку, а вот его творение не справилось. Значит, для взлома оружия его хватало нормально, даже для колесного транспорта и полевых приборов (была пара прецедентов, опять же на миссиях), а на платформу не хватило. Занятно. Правда, Тимур тут же сообразил, что платформа, наверное, находилась на непрерывной связи с каким-то координирующим центром в порту, следящим за всей техникой, чтобы та не влетела друг в друга на высоких скоростях. Вот и получилось, что управление взломал, а поток данных не успел, и в порту сразу подняли тревогу.

— А если бы было время? — вкрадчиво спросил Тимур.

У него забрезжила идея. Ну да, магия въелась в плоть и кровь, равно как и ненависть к Альянсу, но стоило ли из-за этого сразу забывать все? Следовало всего лишь замаскироваться под бойцов Альянса, задача невыполнимая для имперцев, но вполне достижимая для Тимура и Алтая. Особенно с учетом возможностей последнего и земной жизни обоих, по крайней мере, умения не таращиться на сложную технику, раскрыв рот.

— Тогда не успели бы, и платформа прилетела в порт.

— С тем же результатом, понятно, — пробормотал Тимур. — Сможем уйти без магии?

— Вдвоем — сразу, — незамедлительно ответил Алтай, словно ждал этого вопроса.

Хотя, может и ждал, не желая проявлять инициативу, все же он не был магом, и в таких вопросах у Варлеи и Нидейсы автоматически включалось имперское сознание. Надо полагать, это было одной из причин именно такого ответа Алтая, и Тимур мысленно покачал головой. В одиночку Алтай, скорее всего, уже был бы в Империи или наводил шороха в тылах Альянса, отвлекая внимание.

— А вчетвером?

— Я думаю.

Вот так вот, подытожил Тимур. Два мага-мастера, один боевой, второй универсал, опытная целительница, умелый боец, а толку то? Здесь требовались совершенно иные навыки, а диверсантов, действующих в тылу из них, как уже говорилось, не готовили. Упущение, конечно, но кто бы мог подумать, что один из опорных островов, вдали от линии фронта, вот так вот возьмут и захватят!

— И как?

— Нужен отвлекающий маневр. Крупный.

— Вы о чем? — спросила Нидейса настороженно.

Дыхание ее чуть изменилось, и Тимур тряхнул головой. То, что в другой обстановке было бы интимным, сейчас раздражало.

— Мы не сможем уйти незаметно или затаиться, — пояснил Алтай ровным тоном. — Остров обшаривают, нас найдут и прибьют или возьмут в плен, неважно. Мы не сможем прорваться с боем, силы не те.

— Почему это мы не сможем затаиться? — с вызовом в голосе возмутилась Варлея.

— Постоянные проверки энергоструктур отсутствуют только за пределами пятидесятикилометровой прифронтовой полосы, — пояснил Алтай, — там они становятся лишь частыми. Там есть шанс отсидеться, но для этого надо знать жизнь Альянса, технику Альянса, надо как-то внедриться и зарегистрироваться в системах Альянса.

Тимур знал, откуда Алтай знает, но магички…

— Зачем нам Альянс? — не поняла Варлея. — Надо уходить к нашим!

— Для этого надо прорваться с боем — если где-то на острове еще сражаются. Или суметь уйти с острова незамеченными, чего у нас не получится.

— Ты так уверенно об этом говоришь!

— Варлея, дорогая, ты знаешь, как устроен энергоскафандр десантника? Сможешь действовать в нем, притвориться десантником, пройти проверки, при условии, что у Доброго хватит навыков сделать тебе иллюзию зверского мужского лица?

— Я смогу, — влезла Нидейса. — Иллюзию в смысле, насчет скафандра не уверена.

Тимур моргнул в темноте. Привычная фоновая суматоха на улице стихала, сменяясь тревожной тишиной. Нидейса владеет иллюзиями? Это было что-то новенькое.

— А Варлея?

— Не смогу.

— Тогда опять встает вопрос проверок, и первый же патруль нас раскусит. Дальше бой и всё, — Алтай объяснял спокойно, терпеливо, словно на уроке в школе.

— Так что тогда делать? — растерянно спросила Варлея.

— Я думаю, — повторил Алтай. — Самый реальный вариант — повторить трюк с платформой или еще чем-то быстрым, прорваться нагло, но для этого нужно захватить технику. Нужен отвлекающий маневр. Крупный. Чтобы всем было не до нас и нашей магии, и потом не до нашего прорыва.

— И чтобы свои же не подстрелили, — добавил Тимур.

— И это тоже, — согласился Алтай.

В подвале повисла тишина, в дополнение к тишине снаружи. Только что-то трещало и шкворчало наверху, то ли кто-то жарил яичницу, то ли огонь постепенно умирал. Жар, тем не менее, шел, добавляя своих ноток духоты и пота, но приходилось терпеть.

— Зарыться в землю? — задумчиво спросила Нидейса.

— Жан под контуром подавления может и смог бы, — тут же ответил Тимур, которому эта мысль тоже приходила в голову, — я — нет.

Боевая магия все же строилась на скорости, мощи, атаках, а не слабости и скрытности. Ну да, Тимур мог вырыть окоп, укрытие, мог пойти вглубь толщи острова, но при такой концентрации детекторов и сканеров рядом их засекут еще до того, как будут прорыты хотя бы десять метров туннеля.

— Прорваться за пределы острова?

— Три варианта, — ответил вместо Тимура Алтай. — Уходить на восток, из расчета, что там еще бьются. Бежать в центр, к стационарным порталам или особняку наместника. Уходить на запад, вглубь Альянса, из расчета, что там не будут искать.

— А куда надежнее?

— Для точного ответа мне нужна информация об обстановке на острове, а ее нет.

— И? — чуть всхлипнула Варлея.

— Я думаю.

После чего замолчал. Стихнувший было шум на улице, возобновился, но в ином формате. Раздался скрежет, треск, земля затряслась. По улице ползли тяжелые танки, и у Тимура прямо руки зачесались засадить заклинанием им пониже башен, пробить источник энергии. Плазменные излучатели, причудливо-спиральные стволы, решетки сбоку и сзади, как ни странно, магия не слишком подходила для сражений с ними. А вот подобраться и засадить мечом сквозь броню, нарушая стабильность реактора — это работало всегда.

Только зачарованного меча или жезла сейчас у Тимура с собой не было.

— Сопротивление, похоже, еще продолжается, — заметил Алтай, вставая.

— С чего ты взял?

— А с чего им еще тащить тяжелые танки? Корабли не достают с берега или мощность падает, с воздуха не могут дать наводку из-за чар или просто все прикрыто, и они тащат тяжелую технику. Стало быть, или завязли в центре, или часть острова еще держится, и они хотят взять западный порт с земли. Для зачистки острова такие танки точно не нужны, мобильные антигравы и беспилотники лучше, быстрее и надежнее.

Тимур покачал головой, танки, танки, им и обычной пехоты хватит! Разумеется, если не использовать магию. Прикинуться гражданскими и ползти на восток? Любой, кто их заметит, тут же попробует остановить и там, или убегать, или драться, драка — это магия, и все возвращается к исходной точке.

— Тогда точно нельзя ждать! — вспыхнула Нидейса. — Нужно пробиваться к своим, как тогда, с пальмами, помните?

— А Алтай говорит, надо ждать! — возразила Варлея.

— Если ждать, то наших разобьют и бежать будет некуда!

— Тише вы, — цыкнул Тимур, но не помогло.

— Чего мы вообще тут сидим? — возмутилась Варлея громко. — Проверки уже закончились, надо выбираться!

— Нет, — ответил Алтай.

— Нет, не закончились или нет, не надо выбираться?!

За окном как раз проходила пехота, и Тимур увидел, что возглас Варлеи заставил одного из солдат насторожиться. Тимур чуть прикрыл глаза и сказал почти спокойно.

— Надо было все-таки завалить выход. Готовьтесь к драке, кажется, нас заметили.

Глава 4

Местность вокруг была проверена, пехотинцы вообще шли по другим делам, сопротивление на острове явно додавливали… Тимур оценил запас времени в две минуты.

— Таран земли, по моей команде, — чуть понизив голос, сказал он Нидейсе.

Вышибить проход, попутно разметав близлежащих врагов, а дальше… как попрёт. Без всяких шуток. Обстановки вокруг они не знают, останется только реагировать по ситуации и молиться на Алтая.

— ВОЗДУХ!!! — громовой раскат снаружи.

Тимур успел заметить росчерки лучей, и тут же несколько пылающих глыб рухнули с небес, неподалеку от их убежища.

— Бей! — рявкнул он Нидейсе, не собираясь упускать такой шанс.

Колонна земли ударила наружу, расшвыривая солдат, удачно задела мобильную платформу на другой стороне улицы. Алтай вылетел в пролом, вспышки выстрелов из плазменных пистолетов озарили ночь. К моменту, когда Тимур выбежал наружу по земляному пандусу, Алтай уже закончил истребление всех оказавшихся поблизости.

— Корхал! — донесся слитный рык, отдающийся легким эхом.

Три воина, обнаженные по пояс, выпрямились, восстали из воронок, сияя багровым. Топоры в их руках светились, демонстрируя лысые черепа, оскаленные зубы, татуировки на теле.

— Тебе эта жертва!

Храмовники сорвались с места, помчались вбок, туда, куда только что проползли танки. Тимур пригнулся, хлестнул заклинанием вдоль улицы Метельщиков, вздымая пыль, закрывая обзор. Не сильно закрывая, конечно, приборы ночного видения так было не обмануть, но зато заклинание исполнялось быстро.

— За ними! — крикнул Тимур, давая отмашку рукой в сторону храмовников.

Варлея уже бежала вдоль улицы, с рук ее сорвались несколько светящихся игл, бесславно увязли в энергозащите пехотинца. Все же целительнице не хватало боевого опыта, как ни крути. Алтай обрушился на пехотинца, ногой ударил в плечо, чуть сбивая прицел, высадил очередь плазмы с двух рук, перегружая защиту. Ушел прыжком дальше, от взорвавшегося тела, перекатился, срезал еще двоих, выбежавших из-за угла.

— Справа! — крикнул он.

Тимур тут же ударил туда огнем, швырнул иллюзорного двойника, немедленного растерзанного залпами лазерных лучей. Секущий град льдинок ударил по стрелявшим, прямо из-за спины Тимура, где бежала Нидейса. Под ногами хрустели обломки, Варлея впереди чуть не споткнулась о труп, но вовремя перепрыгнула.

— Быстрее, черепахи! — рявкнул Алтай.

Из зданий и проулков уже лезли те, кто ранее вел поиски Тимура и его команды. Биодетекторы, энергосканеры оказались отброшены, солдаты выхватывали оружие, активировали защиты. Над домами взмыла дюжина беспилотников и три орудийные платформы, на одной из них находились еще и пехотинцы. Алтай уже стрелял, снося высунувшихся, петлял и прыгал, уклоняясь от выстрелов сверху, проскальзывал и снова стрелял, не жалея пистолетов.

— Вперед! — прохрипел Тимур.

Такое уже бывало, и он прекрасно знал, что будет дальше. Алтай схватит оружие мощнее, расстреляет платформы и солдат, выкрутится, добьет, добудет им транспорт. Не было смысла помогать ему, просто потому, что никто не умел двигаться так быстро, и значит, представлял бы собой обузу для самого Алтая. У Тимура уже был намечен план в этом вопросе, наметил, после того, как сдал экзамен на мастера. Усиление тела, ускорение, отработка щитов, в общем, все необходимое, чтобы потом работать в паре с Алтаем.

Недолго прожил план, и суток не прошло.

Там, где сражался Алтай, резко посветлело от вспышек и сверкания лучей и шаров энергии, но все это не шло ни в какое сравнение с тем заревом, что разгоралось вокруг трех храмовников. Они светились темно-багровым и кружились, топорами кромсая танки на части. Татуировки на их телах вспыхивали, отражая выстрелы, над головами сверкало сияние защитных аур. Бойцы Альянса пытались отбиться, стреляли, как не в себя, дополнительно освещая происходящее.

— Проклятье! — Тимур резко затормозил, в него сзади врезалась Нидейса.

Тимур ухватил Варлею заклинанием, швырнул обратно, оттаскивая от свалки. Глаза Тимура горели, слезились, и не только из-за яркого света. Магическим зрением он явственно различал три десятиметровые фигуры могучих воинов, двойников, повторяющих движения оригиналов. Они сами и их топоры светились багрово-фиолетовым, резали технику и людей, как нож масло, и багровые татуировки вспыхивали, незримо принимая на себя удары, выдерживая их без труда.

— Божественные умения, — пробормотала Нидейса в ухо Тимуру, — сейчас нам с ними не по пути. Убьют и не заметят.

Диверсия вышла знатной, что и говорить, похоже, танки представляли собой реальную угрозу. Вот только Тимур, собираясь уйти обратно с храмовниками, явно недооценил их ранг. Эти, похоже, были из верхушки, втроем стояли под огнем слетающихся и сбегающихся подкреплений, продолжали сражаться, как ни в чем ни бывало. Тем самым стягивая на себя еще больше бойцов Альянса и привлекая их внимание к себе, а значит и к Тимуру с командой.

Но Алтай же поддержал прорыв сюда?

— Обходим справа! — крикнул Тимур, взмахивая рукой.

Там тылы прикрывал Алтай, по крайней мере. Теперь Тимур бежал впереди, разя направо и налево короткими вспышками, не столько убивая, сколько сбивая с ног, ошарашивая. Бегущая следом Варлея не отвлекалась, Нидейса еще что-то швыряла под ноги, но больше прикрывала с воздуха. Суматоха и хаос, драка с храмовниками разгоралась теперь уже слева от Тимура, и на мгновение он ощутил надежду.

Но только на мгновение.

— Еще маги! Внимание, обнаружены еще маги!

Над головами их зависли две сферические камеры, Нидейса сбила их чем-то из арсенала природников. Тем не менее, сигнал ушел, и на Тимура с девушками внезапно выкатился еще танк, прямо через чей-то обгорелый домик.

— Усталость Металла!! — ударил Тимур с двух рук собственной разработкой.

Вспыхнули щиты, заклинание бесславно сгинуло в них, так как предназначено было пожирать металл, а не силовые поля. Нидейса не растерялась, швырнула сгусток, дестабилизируя щиты танка, и Тимур торопливо скрестил руки, развел пальцы, указывая мизинцами на уже нацелившиеся на них стволы.

— Странгал!! — выкрикнул Тимур одновременно с выстрелом танка.

Земля вздыбилась, ударила каменным шипом в дно танка, подбрасывая его вверх и опрокидывая на бок. Огромная молния прочертила зигзагом небо, врезалась во что-то летающее, тут же громко бахнувшее. Разряд вылетел из другого, маленького ствола, ударил по Нидейсе, окутывая ее слабо светящимся коконом.

— Заземление! — хлестнул ее Тимур плетью своей энергии.

Парализующий заряд стек в землю, и он торопливо прыгнул к Нидейсе. Сейчас танк поднимется, набегут еще солдаты, налетят, никак нельзя было оставаться на одном месте. Вокруг замолотил град осколков разорвавшегося воздушного судна, резко запахло паленым и вонючим. Тимур не глядя метнул заклинание щита за спину, но все равно не спасло.

Его ударило в спину и ногу, и шею, швырнуло прямо на Нидейсу, выбивая из той воздух. Осколки не пробили личной защиты, энергии не хватило, но приложили изрядно, до резкой боли, онемения и, наверняка, гематом.

— Ты спас меня, — не столько сказала пытающаяся вдохнуть Нидейса, сколько обозначила губами.

Тимур не отказался бы все ей объяснить, что никого он не спасал, но обстановка определенно все еще была неподходящей.

— Варлея! — воскликнул Тимур.

Появились три беспилотника, начали обстрел, Тимур пятился, укрывшись зеркальным щитом, тремя щитами, пытался комбинировать их, отразить лазерные лучи в сами аппараты. За его спиной Варлея тащила Нидейсу, рукой зажимая той широкую рану в боку, и попутно пытаясь подлечить. Из темноты слышался топот ног, громыхание снаряжения.

Краем глаза Тимур ловил отсветы битвы храмовников, и неожиданно остановился, прикусив губу.

За спинами бойцов Корхала, с противоположной стороны, разгорались магические порталы! Храмовники, получившие божественное благословение, сражались и сражались, стянули на себя все внимание, и маги Империи перешли ко второй части удара. Нарушить порталы было несложно, тот же принцип, что и со щитами — дестабилизация энергоструктуры. По крайней мере, в таком вот варианте, при одностороннем открытии, да еще и на территории врага. Поэтому обычно порядок был иным — приходили войска, занимали территорию, с войсками приходили маги, которые и занимались открытием портала. Вглубь имперской территории, где некому было дестабилизировать портал. Или ставили щиты, а потом из глубин тыла открывался портал. Или рисовался стационарный круг, тоже отдельно защищенный от внешних воздействий, и две точки соединялись между собой проходом.

А открывать вот так — было опасно, враги могли через портал и «гостинец» послать вглубь территории.

— Проклятье! — взвыл Тимур, все равно не удержавшись.

Порталы, если бы он огибал драку храмовников слева, то сейчас был бы рядом с ними! Скакнули бы в портал, оказались среди имперцев, разом, без лишних сложностей и всего этого… хаоса. А там уже и отступали бы вместе или нападали, неважно, главное — не бегали бы в тылу Альянса, с ежесекундной головной болью за Нидейсу и Варлею.

— Ветер Хаоса! — выкрикнул он, ощущая боль в руках и голове, ломоту в ногах.

Явные признаки магического истощения, то самое, классическое — «кончилась мана». У имперских магов она обозначалась иначе, как уем — универсальная единица магии, и в ней измерялись все основные параметры: резерв мага, скорость его наполнения, сколько за раз он сможет вложить в заклинание, то есть мощь мага. Чем мощнее было заклинание, тем больше на него тратилось уем, и там, где маг мог легко вкладывать сотню за сотней уем, непрерывно изрыгая из себя заклинания, ученик сдулся бы после первого десятка.

Как правило, развивалось все относительно равномерно и перекосы в развитии исправляли, за этим следили, и вослед за приростом мощи мага, росла и выносливость его тела. Высшие маги вполне могли выдерживать прямые попадания плазмы или очередь в упор, исключительно за счет этого самого энергорезерва в теле, насыщенности маной, и поэтому во всех классических учебниках рекомендовалось вначале измотать мага, а потом уже рубить его топорами.

К боли в руках и ногах добавлялась вернувшаяся тошнота и боли в спине, Тимур покачнулся, ощущая себя усталым и разбитым. К счастью, заклинание сработало — собственные разработки Тимура, модификации имперских заклинаний за счет соединения со знаниями с Земли — иногда оказывались эффективнее. Где-то за счет нестандартности, защиты Альянса не реагировали на незнакомую формулу, где-то просто срабатывала физика, а то и просто удача.

Заклинание создало вакуум между беспилотниками, и тех потянуло к центру, дополнительно закувыркало потоком воздуха, стремящимся заполнить пустоту, и этот воздух раздирал их корпуса, бился в щиты, пытаясь их перегрузить. Энергия на энергию, как и везде, и Тимур устало выдохнул формулу, щелкнул онемевшими пальцами, превращая беспилотники в оплавленные куски металла.

— Сейчас, сейчас, — Варлея уже положила ему руки на затылок и спину.

Из порталов выбегали маги и солдаты, рвались какие-то существа, очередные химеры, разновидности которых Тимур даже не пытался запомнить. Они ударили в спину тем, кто сражался с храмовниками, моментально снесли с неба все платформы и беспилотники, видно было, как добрый десяток торопливо чертит на земле огромный узор.

Тимур хотел оттолкнуть Варлею, прохрипеть «Вперед!», рвануть к порталам, но не успел.

БАМ! БАМ! БАМ! Огромный невидимый кузнец замолотил по наковальне, оглушая и сбивая с ног. Маги, тот десяток, что чертил узор, успели, и в небесах вспыхнула лиловая завесь щита, в которую замолотило снарядами, ударило градом ракет и плазмы с небес. В зареве взрывов к небесам взлетали фонтаны земли, корабельная артиллерия лупила по площадям, пытаясь перепахать силы Империи. Выходило не очень, лиловая завесь колыхалась, поглощая в себе удары и разгораясь все сильнее.

Храмовники разделились, каждый рванул в свою сторону, маги и солдаты, химеры и звери, призывы и големы, под прикрытием лиловой завесы они занялись эвакуацией. Тащили на руках людей, вытаскивали из-под завалов, транспортировали по воздуху. И еще отдельный отряд быстро вскрывал какое-то здание… центральное хранилище, неожиданно понял Тимур с холодком.

— В укрытие! — гаркнул он, прыгая в сторону.

Больно ударился о перекрытие, закатился под него. Ерунда, мелочь против детекторов, но сейчас важнее было переждать волну. Нидейса и Варлея вкатились следом, и мгновение спустя воздух над головой пошел тугими волнами. Скоростные транспорты Альянса, мобильные платформы, беспилотники и над ними самолеты. Слоеный пирог накатил на имперцев, Тимур торопливо прикрыл глаза, закрываясь от вспышек.

Но все равно словно наяву видел, что там будет дальше: выброс пехоты на скорости, обстрел, сосредоточение тяжелых орудий на храмовниках и попытки подавления завесы. И порталы, да. Прорываться или нет?

— Что будем делать, Добрый? — спросила Нидейса, одновременно с этим занимаясь внешним видом.

Сама Нидейса решительно разорвала на себе платье, низведя его до мини, и соорудила повязки, а также залатала прорехи в верхней части. Одежда стала откровенно-неприличной, но Тимур сейчас не взялся бы сказать, сколько в этом было от практического расчета, а сколько от желания еще раз покрасоваться перед ним.

— Да хрен его знает, — честно ответил Тимур, — прорываться туда — почти гарантированно сдохнуть.

— Но и здесь сидеть нельзя, сейчас пойдет вторая волна.

— Согласен, — прохрипел Тимур, пытаясь рассмотреть, что происходит.

С небес замолотили столбы света, все вокруг мелко затряслось и завибрировало. Один из храмовников словно бы погас и тут же погиб, разорванный в клочья, еще один оказался сильно ранен. Лиловая завеса была разорвана в нескольких местах, и слышало гудение тяжелой техники. Тимур выглянул и тут же спрятался, но все равно успел увидеть, как неподалек вспыхнули два портала. Мгновение спустя в них влетели заряды, дестабилизируя, разрывая и искажая.

— Откуда здесь столько техники Альянса? — прошептал Тимур под нос.

Сверху жахнуло, вниз посыпался пепел и комочки, забарабанили по крыше их укрытия.

— И сил бежать у меня уже нет, — сообщил он в пространство.

Его не услышали, гул взрывов перекрывал все, Тимур попытался подняться, покачнулся, ощущая, как снова начинает кружиться голова. Минутная слабость, но в какой же неподходящий момент!

— Такси заказывали? — раздался веселый выкрик за их спинами.

— Что? — ошарашенно спросили Тимур, Нидейса и Варлея, разворачиваясь.

Там в воздухе, на сиденье какого-то летающего мотоцикла, находился Алтай, еще один мотоцикл парил за его спиной. Кто-то попытался вынырнуть из темноты, но Алтай, не глядя, выстрелил из здоровой пушки, и рявкнул.

— Залезайте, говорю! Уносим ноги, пока нам их не оторвали!

Тимур хотел сказать, что ни разу в жизни не ездил на мотоцикле, но промолчал. Не то время, не то место, да и теплилась в груди слабая надежда, что его потащат буксиром на втором мотоцикле. В небесах вспыхнул огненный дождь, и Алтай заорал еще громче:

— БЕГОМ!!!

Рука его ухватила Варлею, швырнула себе за спину, и Тимур подпихнул Нидейсу под попу, запрыгнул сам, после чего рванул с места, вослед за мотоциклом Алтая. За их спиной бушевал огненный шквал, испепеляя все вокруг, включая так и не успевший перевернуться обратно танк. Пылающий гигант-храмовник покачнулся и упал, утонул в море огня, скрывшем под собой и порталы.

Глава 5

Порт Эскунд стремительно приближался. Пылающий, обстреливаемый со всех сторон порт, в котором зажали остатки сил Империи на острове. Во всяком случае, к дворцу наместника и храмам пробиться не удалось, там безраздельно господствовали силы Альянса, наседая с десятикратным превосходством.

Поэтому Алтай повел их к порту.

Мимо памятника Первому Императору (как ни странно, еще целому), в обход казарм местного гарнизона, где шла кровавая свалка, вдоль проспекта Старой Ведьмы, в наглую мимо несущейся там колонны мотопехоты, и со срезанием угла через парк Целителей.

Феерия света и звука, больше подошедшая бы какому-нибудь грандиозному гала-концерту, росчерки трассеров, вспышки заклинаний, грохот магии и взрывов, вспышки взрывов, лучи лазеров и шары плазмы, огонь каких-то чудом еще живых химер, и поверх этой фантасмагории рычание техники, выкрики команд, и мерный грохот барабанов из глубин Эскунда.

— Какого черта! — заорал Тимур, не сдерживаясь.

Нидейса крепко вжималась в него, пачкая окровавленными руками живот. Правый бок Тимуру она уже заблевала, и похоже дело шло к левому. Пускай на гравициклах не было такого риска опрокидывания, как на земных мотоциклах, но они все еще сохраняли их черты. Стремительные кульбиты, рывки, уход зигзагами, подлеты и падения — Тимур очень быстро освоил систему управления, потому что выбора не оставалось — все это било по неподготовленной вестибулярной системе Нидейсы. Сам Тимур, надо признаться, тоже выметал праздничный ужин, только опыта хватило пригнуться, не задеть ни себя, ни Нидейсу.

— Держись за мной! — заорал в ответ Алтай, швыряя гравицикл вверх.

Под ними снова засвистело шариками, и из огня порта ухнул ответ, вихрь жидкого пламени окатил тех, кто преследовал Тимура. Алтай уже снова прижался к земле, ушел левее, выстрелил поверх плеча, не глядя, прямо над головой Тимура, едва не сняв ему скальп.

— Добрый! — заорала ему в ухо Нидейса.

— Потом!!

Алтай вел гравицикл так, словно находился в состоянии жестокого опьянения. Рывки, броски, зигзаги, сквозь огонь, магию и пули, он мчался и Тимур, стиснув зубы, держался в его хвосте. Нидейса снова блевала, жар опалял и взрывы оглушали, территория порта пылала, и видно было, как в море и на берегу идет жесточайшее сражение.

Избиение и истребление, точнее говоря.

— Биотики! — донесся выкрик Варлеи.

Она тоже держалась крепко за Алтая, но так и не сблеванула, видимо применяя какую-то свою, целительскую магию. Алтай резко дернул гравицикл вправо, и Тимур чуть не влетел во вспухающее впереди проклятие. Заложил вираж, и Нидейса чуть не вылетела, Тимур перехватил ее одной рукой, отчаянно матерясь и даже не пытаясь уже сдерживаться. Прорываться сквозь порт на технике Альянса?!

Алтай мчался, словно не слыша, а может, и правда не слыша, так как шум вокруг стоял просто невыносимый. Тимур не слышал даже собственных матюгов и выкриков Нидейсы за спиной, пытался держать щиты вокруг, но выходило откровенно плохо. Эффект лечения Варлеи спал, снова начало ломить все тело, тянуть в ногах и сводить их судорогами. Тимур знал, если ломота дойдет до груди, то от «срыва маны» он сам уже не отойдет, и знаний Варлеи, скорее всего, не хватит. Он неоднократно видел «сорвавшихся» и сам писал рапорт на двоих, отправляя учеников в госпиталя в глубине Империи, на континенте, и не желал себе такой судьбы.

Но и не применять щиты не мог — без них их уже давно бы сбили.

— …оре! — донесся выкрик Алтая.

Тимур не сразу понял, что слово не «горе», а «море». Чуть замешкался, едва не влетел в оборонительную баррикаду на берегу. Словно в замедленной съемке, он увидел лица двух солдат, обернувшихся на шум, и прыгающих им на спины биотиков, тварей, точнее говоря, безмозглых боевых тварей. Выжал «газ», выдавая вниз усиленный гравиимпульс, размазывая десяток тварей в зеленую кашицу кожи и внутренностей. Гравицикл подпрыгнул, взмывая выше.

— Ой-бой, биляу, — вырвалось у Тимура писклявое и нервное.

Вода порта была усеяна телами тварей, плававшими брюхом кверху, вперемешку с биотиками. Новые орды лезли и лезли из воды, загоняя имперцев вглубь пылающего порта, а тех из них, кто все же ухитрялся прорываться, встречала жиденькая блокада из легких, быстрых корабликов и катеров, расстреливавших их в упор. Альянс и Союз биотиков вместе?

Все равно это не объясняло такого стремительного прорыва на Тихий.

— Небесный свет! — донеслось из-за спины.

Вспышка сорвалась с рук Нидейсы, рассеивая проклятие, прилетевшее снизу. Тимур торопливо бросил гравицикл вниз, к самой воде, над головами пронеслась гроздь вспышек, растаяла за спиной. Тимур бросил взгляд назад, неожиданно осознав, что погоня-то, мчавшаяся за ними от самого центрального хранилища, отстала! Увязла в порту, не смогла прорваться, сгинула — какая разница? Натолкнулся на измученный взгляд Нидейсы, практически в упор, крикнул ненужное:

— Я верю Алтаю!

И отвернулся торопливо, потому что… ну, мог же Алтай ошибиться? Мог. Мог переоценить свои силы и завести их куда-то не туда? Мог! Но с другой стороны, если кто и мог вытащить их из этой задницы, то только Алтай.

Сам Алтай, даже не подозревая о сомнениях Тимура, мчался и мчался вперед, прямо над водой, расступавшейся и бурлившей под гравициклом. Скорость сразу снизилась, из воды то и дело выныривали разные биотские твари, пытались достать Алтая чем-то.

Тимур метнул пару раз заклинания, целя в шаманов, но биотики тут же ныряли и магия вязла в толще воды, рассеивалась. Одной из причин, почему биотики до сих пор не выбыли из этого трехстороннего состязания, было как раз это — использование родной стихии в качестве щита. Чуть что — сразу в воду, и хоть застреляйся в них, а начнешь преследовать — еще и голову запросто сложишь.

Алтай тем временем вскинул одну руку, и пунктир шариков плазмы вспорол воду прямо по ходу движения. Вспышки, взрывы, бурление, всплывающие куски тел, и тут же с катеров Альянса впереди ударили, накрывая весь этот участок разрывами, поддерживая огнем.

— Не отворачивать! — крикнул Алтай.

Они промчались навстречу вспышкам, и кровь Тимура все же захолодела на мгновение от такого зрелища, при всем его опыте и привычке к боям. Проскочили, и Алтай махнул рукой вперед, указывая на один из корабликов, а Тимур истерично-облегченно рассмеялся, неожиданно осознав весь замысел.

— Готовься к новой драке! — крикнул он Нидейсе, чуть повернув голову.

Алтай уже затормозил лихо, прямо у кораблика, напоследок обдав там всех волной воды, и тут же прыгнул на палубу. Пока его материли и отмахивались от воды, Алтай уже достал пистолеты, расстреливая всех, как в тире. Тимур крутанул рукой над головой, выкрикнул зубодробительную формулу, пронзая ближайший катер молнией с небес. Нидейса за спиной прижалась еще сильнее, руки ее чертили знаки перед животом Тимура, и вода слева от них вздыбилась, обрушилась ледяным частоколом на еще один катер.

— Давай! — Тимур пустил гравицикл выше, прыгнул вниз.

Сгустил воздух, приземлился на палубу, удерживая Нидейсу, тут же активируя чары земли, приклеиваясь к палубе. Тем не менее, его все равно швырнуло инерцией назад, так как Алтай рванул транспорт с места, словно гоночный болид. Упал, опять приложившись больной спиной и взвыл, так как сверху еще приземлилась Нидейса.

— Помоги ей! — скомандовал Тимур Варлее, перекатываясь вбок.

Борт продырявили два луча, Тимур не глядя швырнул зеркальный щит, добавил чарами разрушения сверху. Кораблик подбрасывало и швыряло, Тимура, попытавшегося встать, тоже подбросило, откинуло на Варлею, еще раз создав кучу-малу на палубе. Опять приклеился чарами земли, заорал Варлее:

— Без паники!

Побледневшая Варлея с трудом кивнула в ответ. Видно было, что ей страшно, что она не понимает происходящего… не то, что Нидейса. Тимур мысленно цокнул, в грядущих разборках можно было усмотреть только один плюс — если дело дойдет до них, то они все же выберутся из этого ночного ада, непонятно как, но выберутся. Тимур понял план Алтая, пусть и с запозданием, но обольщаться опять же не стоило — кораблик хорош, но катера быстрее, и авиацию еще никто не отменял.

Не говоря уже о биотиках, работавших вместе с Альянсом. Правда, теперь, после такой стрельбы, Тимур уже сомневался в верности своего вывода, возможно, здесь просто была свалка вида «каждый сам за себя». В обычных условиях биоты точно не дернулись бы на порты Тихого, но в этой замятне с Альянсом? Как говорится, сам бог велел!

— Б-без паники, — повторила, разлепив губы, Варлея.

— Лечи Нидейсу! Ты в бою, твоим товарищам нужна помощь!

Это подействовало, Варлею отпустило, чуть-чуть, но все же. В чем-то Тимур ее понимал, все равно, что отряд из Альянса внезапно заскочил бы на виверну, прорвался сквозь ряды танков и пехоты, а затем перескочил на дракона и там командир отряда приказал бы медику заняться лечением раненого бойца.

Все же… или Алтай учел и такие моменты?

Мысли эти мелькали и скакали в голове Тимура, пока он сам скакал и плясал вместе с корабликом, выкрикивая заклинания и отбивая атаки. Прошлую погоню они стряхнули с хвоста, но новая не замедлила объявиться — слишком уж явно Алтай всех поубивал, и в этот Тимур не мог его винить, секунда-две и обман бы вскрылся.

Теперь им следовало как-то стряхнуть погоню, перебить ее, укрыться или резко сменить транспорт, но как?

— Вот сейчас Вихрь Уничтожения не помешал бы, — пробормотал Тимур.

Едва не прикусил язык и тут же заткнулся. Вихрь Уничтожения на его глазах использовали только раз, и чтобы создать тот вихрь, перенасыщенный энергией, разрывающий все, чего коснется, ему предстояло пахать еще лет сто, если не больше.

— Харрррррщам! — выкрикнул Тимур, упирая на букву «р», и совершая при этом пасы руками.

Каждой рукой разные, и это сейчас, пожалуй, был его предел. Ломота от поясницы подскочила сразу до солнечного сплетения, но заклинание все же сработало, и шары воды подскочили вверх, перехватывая атаки на кораблик. Точнее говоря, они перехватывали атаки на Тимура, но кораблик был так невелик, что разницы, пожалуй, и не ощущалось.

Пятнадцать секунд, не больше, подумал Тимур, мысли которого ворочались все медленнее. При всей «самонаводимости», заклинание адаптивного стихийного щита не относилось к высшим, потому что оперировало частичками стихии вокруг. В данном случае, воды. Пули прорывали шары воды, плазма разбивала, лазерные лучи испаряли, а ракеты просто влетали с плюхом, разрывая на части.

Но Тимур примерно этого и добивался, мелких искажений, чтобы атака просто сбилась, остальное должна была сделать скорость кораблика и мастерство Алтая. В такие секунды и минуты Тимур как никогда остро ощущал свою несостоятельность, как мага. Малый резерв, малая скорость, малая мощь — все было малым, по сравнению с теми энергиями, что обрушивал враг.

— Ты что творишь? — донесся возглас Нидейсы.

Тимур обернулся, и над головой как раз в это время жахнуло, какой-то смесью осветительной ракеты и осколочной гранаты. На секунду высветило Нидейсу, с голыми ногами, в окровавленном и оборванном платье, с повязками и злым выражением на лице. Бледная Варлея, с заострившимся носом, впалыми глазами, пискнула и тут же пригнулась, закрывая голову руками, Нидейса же выкрикнула заклинание, вскинула руку.

— Спасибо, — пробормотал Тимур.

Град осколков ушел в стороны, не задел кораблик. На палубу выскочил Алтай, моментально оказался рядом с Тимуром.

— Ты сможешь увести нас вниз, в пузыре воздуха? — крикнул он яростно.

— Нет, я на пределе, — Тимур выпрямил ладонь, поднес ее горизонтально к солнечному сплетению.

Нидейса и Варлея ахнули, Алтай недовольно цокнул.

— К рулю тогда! Быстро!

Кораблик мчался и мчался, но теперь по прямой, и преследователи начали пристреливаться. Снаряды и энергозаряды ложились все ближе, кораблик окатывало теплой водой, швыряло на палубу обитателей моря. Тимур рванул в рубку, споткнулся, влетел плечом в дверной косяк и взвыл от боли. Мгновение спустя к его вою присоединился вой орудий кораблика, запущенных Алтаем.

Ничего серьезного — просто потому, что размеры у кораблика были не те — но все же лазерный луч заплясал в небесах, сбивая и ослепляя беспилотники.

— Ищи биотранспорт! — донесся сердитый рявк Алтая.

Тимур лишь секунду спустя сообразил, что крик относится к Варлее, и улыбнулся, сквозь боль и туман в голове. Да, это был план, хреновастенький, шаткий, но все же более надежный, чем попытка прорваться на кораблях. Или улететь на химерах. Или уйти порталами, которые, наверняка, уже раздолбали. При том, насколько хорошо враги подготовились к захвату острова, привлекли биотиков к временному союзу, все это не могло быть ничем иным, как началом грандиознейшей операции, в которой три мага низших рангов и один боец уже ничего не решали.

И все же в груди саднило не только от срыва маны.

— Быстрее! — продолжал орать Алтай.

В чем-то это было, конечно, верно, Варлея паниковала и пугалась, хотя казалось бы — полгода жизни с Алтаем должны были ее приучить ко всему. В чем-то. В таких заварушках в собственному тылу им еще бывать не приходилось, все больше по чужим рассекали. Тимур стиснул сильнее руль, попытался выжать еще скорости, ощущая, как кораблик дрожит, вибрирует, скачет и рыскает, местами неуправляемо. Но Алтаю это не мешало бить точно в цель, а вот враги мазали и мазали, словно разучились стрелять.

Но все же долго так продолжаться не могло.

— Есть! — крикнула Варлея минуту спустя.

Тимур не видел импульсов, да вообще мало что видел — впереди царила тьма, магическое зрение он отключил, дабы не тратить оставшиеся крохи, а всяких там хитрых приборов Альянса под рукой не имелось. А даже если бы и имелись, воспользоваться ими он не смог бы — ему же Шеф не давал с собой своих техномагических штучек, как Алтаю. Не зависть, не гнев, не страх, просто легкое сожаление — сейчас такое очень пригодилось бы.

Возможно, даже смог бы лучше вести кораблик.

— Все в воду! — отозвался Алтай.

Тимур, сообразивший запоздало, чуть не хлопнул себя по лбу за тупость, но все же сдержался и потратил эти силы на то, чтобы рвануть и прыгнуть за борт. Вода ударила, словно крепкая стена, оглушила, навалилась теплотой, тут же сменившейся легким холодом, со всех сторон. Неподалеку барахталась Нидейса, еще дальше Алтай придерживал Варлею.

Они нырнули, повинуясь знаку Алтая, и над их головами промчалась погоня.

Вынырнули и начали выгребать к захваченному Варлеей биотранспорту, пока «поводок» не сорвался.

Глава 6

18 января 453 года, безымянный остров, непонятно где

Волны лениво накатывали на берег, выбрасывая какой-то мусор, с шумом отбегали назад и снова накатывали, создавая неумолчный гул прибоя. Донесся шум, из кустов вышла Нидейса, отряхивая руки. Обычное живое, выразительное лицо ее теперь выглядело сонным и потухшим, даже глаза словно бы выцвели и поблекли.

— С колодцем закончили, — сообщила она, садясь на камень, — без воды не останемся. А у вас как?

— Работаем, — без особой охоты отозвался Тимур.

Ему хотелось лечь, упасть лицом в грязный песок и не вставать сутки, но, увы, нужно было работать. Эту взбесившуюся черепаху, на которой они сюда приплыли, надо было обработать немедленно, пока мясо не испортилось окончательно. Поэтому Тимур жарил и следил за кусками, насаженными на ветки, а Варлея проверяла мясо, тоже устало поводя руками.

Собственно, если бы не ее усталость с истощением, черепаха (на самом деле не черепаха, конечно, а бронетранспортер биотиков, многофункциональное создание с крепчайшим панцирем, но Тимур сейчас слишком устал, чтобы вспомнить настоящее название) не сорвалась бы с «поводка управления» и они, возможно, доплыли бы до имперцев. А так, пришлось сражаться со взбесившимся транспортом посреди моря, в ночи, потом долго и мучительно выгребать примерно в сторону суши — оказавшейся небольшим островком, одним из тысяч ему подобных.

Когда они догребли, уже занимался рассвет, и лечь поспать не удалось, работать и еще раз работать.

— Это хорошо, — кивнула Нидейса.

Хвататься за мясо она не спешила — видимо, усталость давила и на Алол, лишала аппетита. Нужно было говорить о подозрениях, нужно было обезопасить свою спину, но Тимур слишком устал. Так они молчали некоторое время, устало поглядывая вдаль и друг на друга. В другой раз «тропический наряд» Нидейсы — две полоски ткани, безжалостно нарезанной из многострадального платья, и похожий у Варлеи, только более целомудренный — обязательно задержали бы на себе его взор. В другой раз и Нидейса бы не замедлила покрасоваться, прошлась бы туда-сюда, как минимум два раза, руки там помыть в море, присев и выставив напоказ все, что нужно, например.

В другой раз.

Солнце сияло над головами в безоблачно синем небе, костер пылал, волны накатывали. Безлюдность, но не тишина, вокруг постоянно что-то шумело и трещало, ползало и рыскало, орало в в деревьях. Пустота в море и небе, словно они действительно попали на необитаемый остров, вдали от цивилизации. Все это попахивало еще одной странностью, не меньшей, чем внезапная атака и захват укрепленного опорного острова.

— Хреново, — сообщил Алтай, появляясь незаметно за спиной Тимура.

Присел, ухватил уже прожарившийся кусок, вгрызся, поморщился, прожевал и пояснил.

— Обошел я остров, никого и ничего, и на горизонте пусто. Сигнала не подашь, да ничего не подашь, в сущности.

— Мы пойдем, — сказала Нидейса, тяжело поднимаясь.

— Куда? — тупо спросил Тимур.

— Помоемся, раз уж мясо готово и проверять его больше не надо. Варлея?

Целительница кивнула, тоже поднялась с трудом. Словно бы постарела на десяток лет, выглядела сейчас не магичкой, а какой-то крепко сбитой крестьянкой, измученной тяжелым трудом в поле.

— Вам не помешало бы поесть, — заметил Алтай.

— Сил нет.

— А вы через силу, — без всяких церемоний предложил Алтай. — Или можно вскипятить воды с травами, похлебать, аппетит и проснется.

— Все равно же сейчас этого нет? Вот и вскипятите, — бросила Нидейса, — а мы пока освежимся.

Тимур хотел спросить, неужели они планируют освежаться прямо в колодце, но тут же передумал. И без того девушкам нелегко, это раз, и поговорить с Алтаем без свидетелей следовало, это два. Нидейса и Варлея удалились, а Алтай, сев напротив Тимура, начал помогать жарить мясо. Выпотрошенный корпус черепахи валялся неподалеку на берегу, и Тимур подумал, что из него выйдет неплохой плот, прочный уж точно.

— Ну что? — спросил он Алтая, после длительного молчания.

Издалека донесся смех Нидейсы.

— Ожили, значит, — чуть дернул уголком рта Алтай.

Он посмотрел на Тимура, словно никогда того не видел, и Тимур посмотрел в ответ. Алтай оставался Алтаем, высокий, подтянутый, крепкий, с насмешливым выражением лица, словно ничего вокруг и не происходило. Одежда в порядке, ран не видать, в черных глазах готовность действовать и выполнять задачи Шефа.

— Это хорошо, — вынес вердикт Алтай.

— Чем хорошо?

— Тем, что мы в полной жопе, — спокойно ответил тот. — И сейчас любой плюс к морали поможет нам продержаться дольше.

— Погоди, — нахмурился Тимур. — Мы, три мага, и ты — непревзойденный боец и мастер выживания — в жопе?

— Ага, — согласился Алтай, подтягивая к себе еще один импровизированный каменный шампур с мясом. — В полнейшей и беспросветной жопе, и заметь, мы говорим о разных вещах. Ты о возможности выживания на необитаемом острове, я об обстановке в целом.

— Поясни, — дернул головой Тимур.

В этой самой голове плавал туман, звенели обрывки мыслей. Хотелось кофе и уснуть.

— Все острова — зона войны, на земле, в небесах и на море, так что необитаемым остров может быть лишь в одном случае, он далеко от основных архипелагов, но в нашем случае это не так.

— Допустим, — отозвался Тимур, пытаясь прикинуть, насколько далеко они могли уплыть на кораблике, а потом на черепахе, и сколько еще могли нагрести за ночь.

Выходило не слишком много, но с другой стороны «линия фронта» в этой бесконечной войне была относительным понятием. Здесь невозможно было выстроить линии Мажино или перерыть окопами тысячи километров, и всегда существовала возможность обхода сверху, снизу или сбоку. Это было одной из причин начального шока там, на Тихом — наблюдение за врагом, дабы тот не подобрался коварно, являлось очень важным и было отточено за столетия войны до совершенства.

Империя использовала тактику опорных островов — баз и стационарных порталов, Альянс упирал на мобильность и свои нуль-переходы, биоты на работу из-под воды и перемещения в ней же, аналогично порталам. Захваченную «территорию» пытались поддерживать цельной, единой, без особых разрывов, но по факту, если Тимур и его команда поплыли не туда, то вполне могли и оказаться за условной линией фронта. Острова вокруг он примерно помнил, но основные острова, с базами, магами, фортами Альянса и прочими делами. Каждый клочок суши Тимур, разумеется, не запоминал, ибо в этом не было никакого смысла.

— То, что здесь нет следов магии и техники, разумеется, еще ничего не доказывает, — задумчиво изрек Алтай, смакуя очередной кусок.

Как у него это получалось, Тимур слабо представлял. Даже в обжаренном виде, мясо черепахера выглядело тошнотворно, пахло какой-то тиной, и на вкус было не лучше. Но зато Тимур представлял, о чем говорит Алтай. На маленькие отдаленные острова обычно старались ставить наблюдательные посты, какую-то технику или сканирующие заклинания, в общем, что-то такое автономное, засекающее все вокруг и подающее сигналы в центр.

Так оно было на заре войны.

Затем биотики, наконец, раскусили уловку и начали бороться. Из моря выползали амфибии и сжирали пост, портили технику, шаманы ломали заклинания. Первое время Альянс и Империя высылали патрули, присылали замену, пытались как-то бороться и отстаивать клочки суши. Биотики, потерев ласты, начали заманивать патрули в ловушки, нарочно портить технику и заклинания сразу же после отбытия группы или даже не давая таковой доплыть, но дав время послать сигнал бедствия. Тот момент, припомнил Тимур книги по истории, считался поворотным моментом, приведшим к первому равновесию.

Так что встречались целые группы островов без следов жизни, а установка чего-то на таких мелких островах обычно проходила по разряду «затраты отбились раньше установки». То есть пролетала или проплывала мимо эскадрилья Альянса, взяли да сбросили мимоходом. Сколько бы ни проработал модуль — иногда время исчислялось месяцами, особенно после разработки самозакапывающейся модели с адаптивным камуфляжем — все в плюс. Пролетал или проплывал мимо кто-то из магов Империи, швырнул следящий конструкт мимоходом, да и все.

— И в любой момент могут выползти биотики, — согласился Тимур.

Поднабрать биомассы, проверить сушу, испортить, если что найдут, да мало ли. Ответ биотиков на установку техники и заклинаний — свои наблюдатели да периодические зачистки. В результате Альянс и Империя вынуждены были тратить много сил на оборону всех поселений, потому что непонятно было где, когда и в каких количествах вылезут биоты, будет ли это рядовая разведка или набег всепожирающей орды.

Даже на такой безлюдный клочок, на котором находились Тимур и Алтай.

— Именно, так что надо строить плот, определяться со сторонами света и попытаться понять, куда же именно мы угодили. А то поплывем на север и прямо в минные поля Альянса влетим.

— Можно попробовать навестись на один из маяков Империи.

— Можно, — не стал спорить Алтай. — Осилишь?

— Нужен полный резерв, — помрачнел Тимур. — У всех троих, и то не уверен.

Магические маяки выступали в роли всеобщих ориентиров, видимых на всех островах, и по ним действительно можно было сориентироваться, хотя бы в общих чертах. Звезды над головой — тут требовались инструменты и хорошее знание астрологии с астрономией, чем никто из команды похвастать не мог.

— И потом, скорее всего придется быстро уносить ноги, — продолжил Тимур, осознавая перспективы, — мало ли кто такую энерговспышку засечет?

— Лотерея, — согласился Алтай, смачно и без всяких манер облизывая пальцы. — Тем более в свете вчерашней драки.

— Да уж, — поджал губы Тимур, — нас четверых тут точно никто искать не станет.

В это же время, где-то далеко

— Ее нет, — вздохнул Улейн.

— Как нет? Да ты понимаешь…, - вскинулся Памирос.

— Понимаю. Никого не взволнует проебанный остров, мы же отвечали за внучку архимага.

— Блядь, да лучше бы мы на том острове и остались! Блядь! Что теперь говорить?

— Правду. И чем раньше, тем лучше, — еще раз вздохнул Улейн.

— Правду.

— Правду.

— Да ты понимаешь…, - Памирос нервно зашагал туда и сюда.

— Понимаю. Но что ты предлагаешь? Заклинанием в голову? — Улейн изобразил жестом совершение самоубийства.

— Нет! Ладно, у нас еще есть два зыбких шанса.

— Телохранители? Это да, их тоже нигде нет. Остальная команда есть, раненые и покалеченные, все, кроме одного, а их нет.

— Ты же снял с них показания?

— Все снял, — отмахнулся Улейн, — а толку-то? Добрый вышел, Нидейса за ним, бабах! Темнота и завалы. Потом их вытащили и они в числе последних успели эвакуироваться в храмы, а оттуда уже сюда, опять же в числе последних.

— Везунчики, — вздохнул Памирос. — А может и остальным повезло? Да, ты прав, на это рассчитывать нельзя.

— И тянуть нельзя, — кивнул Улейн. — Чем раньше начнется спасательная операция…

— В условиях общего наступления Альянса?!

— В них самых. Может, пришлют больше магов?

— Ты еще скажи, Верховный сам сюда явится. — Памирос нервно дернул шеей. — Яд у тебя есть под рукой?

— Ты же хотел прыгнуть выше? Крупные ставки — крупные риски. Давай уже, садись, писать будем.

— Сажусь.

Безымянный остров непонятно где

— Так что сам понимаешь риски, — кивнул Алтай. — Свои искать не будут, зато чужие точно наткнутся. Надо валить, но нужно и время, чтобы восстановиться, да плот подготовить. Или еще лучше нормальную лодку. Хотя в хороший шторм разницы не будет, пожалуй.

— Будет, и я, и Нидейса слегка владеем магией воды, — отозвался Тимур, машинально кусая мясо.

Сморщился, сплюнул, отложил в сторону.

— Здесь есть птицы, какие-то мелкие зверьки, на деревьях что-то растет, — пожал плечами Алтай, — не пропадем, хотя нашим барышням нелегко придется. Это мы привычные…

— Я — нет, — тут же сказал Тимур.

— Ладно, я привычный, а вы — нет, но это не отменяет того факта, ты способен вообразить себе этакую робинзонаду без магии, а они нет.

— Почему без магии? — удивился Тимур. — Пускай мы не сильны в бытовых чарах, но и с боевыми много чего можно сделать, а Варлея вообще целительница, так что отравление нам не грозит.

— Да, как-то упустил из виду, — хохотнул Алтай, — но все равно, по факту — им сейчас тяжело.

Донесся взвизг Варлеи, но тут же стало ясно, что на нее всего лишь плеснули холодной водой.

— Им тяжело, — повторил Алтай, садясь и пряча пистолет, — поэтому любые плюсы к морали в плюс, если ты понимаешь, о чем я хочу сказать.

— Не совсем, — преувеличенно ровно ответил Тимур.

— А по голосу слышно, что понимаешь, — надавил Алтай.

И это было правдой, Тимур понимал. «Правильно оттраханная баба горы способна свернуть», некстати всплыла в памяти фраза из какой-то книжки. Но также он понимал, что только начни и всё, придется жить с Нидейсой Алол.

— Еще я понял, что Нидейса не та, за кого себя выдает.

— Молодец, — похвалил его Алтай.

Ни тени насмешки или иронии, желания добавить фразу «наконец-то понял», просто похвала.

— Интересно, что по этому поводу думает сама Нидейса? — Алтай чуть повернул голову.

Иллюзия смеха и женских разговоров продолжала звучать в отдалении, а из кустов вышли Нидейса и Варлея, в полной боевой готовности. «Игла паралича» и «сфера камня», присмотревшись, понял Тимур и чуть качнул головой, подобрал слегка ноги.

— Не стоит, — бросила Нидейса. Помолчала и повторила. — Не стоит.

— Так что там с моим вопросом? — беззаботно спросил Алтай.

Несмотря на усталость и туман в голове, Тимур залюбовался Нидейсой, так прекрасна она была в гневе, со сверкающими глазами, выставленной вперед грудью, едва скрытой лентой ткани, длинными прямыми ногами.

— Вы раскусили меня, — сообщила Нидейса, — но и я раскусила вас, шпионы Альянса!

Глава 7

У Тимура чуть не отвалилась челюсть. Он ожидал чего угодно, но только не такого обвинения, отчасти из-за того, что сам собирался обвинить Нидейсу в шпионаже на Альянс. Правда, шпион не стал бы так подставляться со знанием техники, но это только в идеале, а в реальной жизни как раз на подобных мелочах они и сыпались.

— И не думайте дергаться! Варлея, — сделала жест Нидейса.

Алтай в свою очередь тоже сделал жест, сообщение Тимуру, что ситуация под контролем. Тимур чуть расслабился, но только чуть, так как в руках Варлеи подрагивал плазменный пистолет.

— Дорогая, — широко улыбнулся Алтай, — ты же из него не выстрелишь!

— Выстрелю! — выпалила Варлея. — И не думай, что наша любовь меня остановит! Шпионам Альянса не место в моей постели!

— Ты не поняла, — еще шире улыбнулся Алтай, — ты просто физически не сможешь выстрелить, в технику Альянса, если ты не знала, встраиваются специальные датчики и маячки, опознающие своих.

И это было еще одной причиной, почему каждый пользовался своим. Несовместимость энергий, опознавательные метки и датчики, или заклинания, или биоштучки у биотов, все это приводило к тому, что на поле боя солдаты не спешили хватать чужое оружие. Особенно зная, что то легко может оторвать им руки-ноги, если не пройдет процедура опознания. Поэтому использование Алтаем оружия Альянса вначале привлекало внимание и настораживало всех, но как он сам сказал Тимуру — проще сразу все показать, чем потом оправдываться. Со временем все привыкли, особенно видя, что СБ-шники ничего не предпринимают, и относились спокойно.

— И ты пользовался техникой Альянса! — вспыхнула Нидейса. — Значит, для них ты свой!

— Я и раньше использовал оружие Альянса, на глазах у всех, — пожал широкими плечами Алтай. — СБ меня проверяла, ничего не нашла.

— В оружии эти датчики могли выйти из строя, а вот техника… эй, а чего это я оправдываюсь?

— Не знаю, — чуть развел руками Алтай. — Может, потому что мы не шпионы?

— В любом случае, Варлея сейчас имитирует тебя, а значит, сможет выстрелить!

Алтай от души рассмеялся, правда, Тимур так и не понял почему, а потом спросил:

— Вы хоть пробовали из него стрелять, после того, как вытащили у меня?

Разумеется, они не стреляли, чтобы не насторожить нас, понял Тимур. А все эти плескания в колодце были для отвода глаз, Нидейса обрабатывала Варлею, доказывая, что Тимур и Алтай — шпионы Альянса. Аргумент про оружие и транспорт был так себе… ах да, вот оно что, сообразил Тимур. Алтай стрелял, Алтай управлял платформой, но в этот раз и Тимур отметился. Вел гравицикл, управлял корабликом, положившись на Алтая, что тот знает, что делает.

И мало того, осознал Тимур с холодком, он вел и управлял умело, словно все знал.

— Не пробовали, дабы не насторожить нас, — кивнул Алтай. — Ну, так попробуйте, даю слово, что не буду уклоняться.

— Слово Альянсника? — чуть скривилась Нидейса. — Варлея?

Пистолет в руках той подрагивал и она, несмотря на предыдущие громкие заявления, никак не решалась выстрелить. Алтай сделал приглашающий жест, Нидейса нахмурилась, сверля пылающим взглядом Варлею, а та никак не могла решиться. По лицу текли крупные капли пота, почти неслыханное дело для целительницы, но Варлея сейчас, похоже, не следила за своим организмом.

— Как ты мог?! — заорала она неожиданно.

— Этот вопрос следовало бы задать мне, — Алтай чуть поскреб подбородок. — Столько времени вместе и ты поверила первому же навету на меня?

— Но ты управлял техникой!

— А, вот оно в чем дело, — понимающе кивнул Алтай.

— Да-да, — вмешался Тимур, — и я тоже.

Алтай чуть повернул к нему голову, в глазах его мелькнуло понимание. Как понимал Тимур, он в любую секунду мог вскочить, нейтрализовать магичек, но Алтай этого не делал, не желая снижать мораль в команде. Да, потом они может, и объяснятся, смогут понять друг друга, но командный дух будет непоправимо подорван.

— Да, не очень хорошо вышло, — признал он, — как-то не подумал в пылу бегства.

— Не подумал?! — воскликнула Варлея.

Алтай еще раз поскреб подбородок, опять посмотрел на Тимура. Тот хотел пожать плечами, мол, делай, как знаешь, но потом вспомнил о своих подозрениях. А что, вполне такой возможный ход для шпиона Альянса — первому обвинить других, что они шпионы. Взять в плен, сдать начальству, продвинуться в своем задании, пожертвовав товарищами. Наверное.

— Торопился спасти вас, — просто ответил Алтай. — Доброго мне и так надо было спасать, я его телохранитель. За Нидейсой просило присматривать СБ, а ты — моя женщина, так что нужно было спасать всех вас.

— Просило присматривать? — крикнула Нидейса.

— Почему это ты меня упомянул последней? — возмутилась Варлея.

Тимуру хотелось побиться головой о камень — может, Алтай и был мега-специалистом в военном деле и в выживании, но с девушками его навыки явно хромали. Вот к чему было их злить? Сейчас как начнут нервно стрелять и кидаться заклинаниями, и все, придется драться.

— А еще Нидейса распознала ракетный обстрел, до того, как включилась тревога, — быстро сказал Тимур.

— Что? — растерянно переспросила Варлея.

Пистолет в ее руках теперь был направлен в спину Нидейсе. На секунду всего, потом она тут же снова наставила его на Алтая, но все же было.

— Редкий навык в наши дни, — согласился Алтай, — но надо полагать, Нидейса просто тренировалась, прежде чем отправиться на фронт?

Он сидел все такой же спокойный, улыбающийся, словно ему угрожали не заклинаниями и пистолетом, а тыкали леденцом. Это отчасти способствовало снижению напряжения, но лишь отчасти.

— Разумеется, — спокойно согласилась Нидейса. — А теперь про СБ!

— Вообще, парадоксально, да? — спросил Алтай, с улыбкой. — СБ просит шпиона Альянса присматривать за высокопоставленной магичкой.

— Замаскированный шпион Альянса выглядит своим, — ровным голосом ответила Нидейса, — или внедряется, используя ложную легенду, а потом тихо сливает информацию, выводя своих на высокопоставленную магичку.

Тимур, забыв об осторожности, вскинул руку, дабы озадаченно поскрести в затылке. Варлея нервно дернулась, потом озадаченно посмотрела на пистолет.

— Я же говорил, что не выстрелит, — заметил Алтай. — Можете даже Тимуру дать, все равно не выстрелит.

— То есть дело в тебе, — прищурилась Нидейса. — Телохранитель, говоришь?

— Стопроцентный, — улыбнулся в ответ Алтай искренне и честно. — Так что там с ракетным обстрелом? И не забывай, чтобы выйти на высокопоставленную магичку, надо знать, что она таковой является.

Варлея отбросила пистолет, встала в стойку для исполнения заклинания. Тимур, честно говоря, сомневался, что Алтая взяли бы, как «иглы паралича», так и выстрел из этого пистолетика. Он только в руках Алтая становился смертоносной неодолимой силой, какая и не снилась бойцам Альянса.

— И биодетекторами, — добавил Тимур, — их она тоже опознала.

— Знание техники Альянса — это знание, а вот использование и управление…

Нидейса многозначительно замолчала.

— То есть теперь мы пытаемся решить, кто больший шпион Альянса, хотя и провели вместе полгода, гм, — в голосе Алтая слышалась искренняя задумчивость.

— Погоди-ка, — нахмурился Тимур, — так если СБ нас просило присматривать именно за ней — кстати, а как ты узнал?

Алтай посмотрел в ответ насмешливо, и Тимур озадаченно моргнул. Проник в помещение СБ? Нет, конечно, Алтай был устойчив к чарам, но всему же есть предел? Проник, прочитал и не сказал? Или нет?

— Погоди-ка, — повторила вслед за Тимуром Нидейса и кровь отхлынула с ее лица. — Так вас прислал дед?

— Какой еще дед? — потряс головой Тимур, ощущая, что сходит с ума.

— СБ?! Он не только поставил в известность СБ, но еще и подослал людей?! — крикнула Нидейса.

Она перестала делать вид, что собирается нападать, сбросила заклинание, заходила туда-сюда по берегу, ломая пальцы и нервно кусая губы. Варлея тоже опустила руки, посмотрела хмуро на Алтая, словно говоря «что за тайны от своих?»

— В каком ты ранге на самом деле? — крикнула Нидейса, подскакивая к Тимуру.

Она ухватила его за грудки, потрясла. Лицо ее было искажено гневом, стало некрасивым, сморщенным. Не то, чтобы Тимур испугался до усрачки — после той рукопашной на местных Кайманах, когда они неожиданно столкнулись нос к носу с батальоном пехоты Альянса, его мало что могло испугать — нет, он уловил своими «магическими органами» сильнейший выплеск. Из Нидейсы бил столб лимонно-желтой энергии, с багровыми переливами, во все стороны шибало яростью, подавляющим гневом.

Тот самый стихийный выброс, неоднократно воспетый в книгах.

— Вчера я сдал экзамен на мастера, — ответил Тимур, оставив попытки оторвать руки Нидейсы от себя.

— Лжец!!

Тимура прокатило по мусору, швырнуло в кусты, и инстинктивно выставленный щит ничуть не помог. Может, Нидейса и была универсалом, а не боевиком, но эта мощь… Тимура просто смело. Нидейса, яростная, с расширенными зрачками, пылающей аурой, развернулась к Алтаю, ударила чем-то, чего Тимур не понял.

Алтай уже смещался, ушел от атаки, стелясь вдоль песка, подбил Нидейсу под ногу, взял шею в захват.

— Не самый разумный выбор, — сообщил он, и Тимур так и не понял, к чему это относилось — к выбору заклинания или самой атаке. — Тем более, что мой щит это не пробило бы.

— От этого нет щитов! — прошипела Нидейса, пытаясь вырваться.

Варлея стояла, чуть пригнувшись, руки ее светились, Тимур не знал, что и делать. Алтай уже приставил к голове Нидейсы плазменный пистолет и произнес грозно.

— Видит Создатель, я хотел обойтись без этого!

— Убей меня, ты — подлый гад, все равно ничего от меня не получишь! — Нидейса впилась зубами в руку Алтая, словно намеревалась сожрать.

— Алтай! — воскликнула Варлея.

— А ну тихо, две истерички! — рыкнул низким голосом Алтай, да так, что Тимур все же ощутил страх. — На ровном месте чуть не поубивали друг друга!

— Мой дед никогда не отправил бы за мной подмастерье! — прорычала Нидейса. — Минимум магистра! Теперь понятно, как этот гад (в этот раз гад относился к Тимуру) так быстро все учил! Отличная игра, но вы прокололись, и теперь валите нахрен!

— Я не вру, могу поклясться, — сказал Тимур.

— А то я не знаю, какие мастера служат деду! Обойти клятву как высморкаться!

— Такое ощущение, что ее дед — Император, — улыбнулся Тимур, обращаясь к Алтаю.

Осекся при виде лица Алтая. Помолчал секунду.

— Что, правда??!

— Нет, но близко, — спокойно ответил Алтай, продолжая удерживать Нидейсу в захвате.

Ее стихийной магии он словно не замечал.

— Нидейса Алол — внучка нынешнего Верховного Архимагистра, любимая внучка, — пояснил Алтай. — Совет магов создавался для того, чтобы никто не узурпировал власть в одних руках, но нынешний Верховный близок к этому, у него масса сторонников и ему благоволит Император. Не говоря уже о том, что он наставник Императора.

— Потому что дед служит на благо Империи! Да пусти же меня! — Нидейса отскочила, гневная и красная.

— У тебя одежда сбилась, — заметил Алтай спокойно.

Пока Нидейса торопливо опускала полоску топа, Алтай продолжил, обращаясь к Тимуру.

— Так что ты близок, власть Верховного сейчас немногим уступает Императору, не в последнюю очередь потому, что он действительно верен Империи.

— И я ему не уступлю в этом! — крикнула Нидейса. — Мерзкие шпионы! Подумать только!

Взгляд ее, брошенный на Тимура, был более чем красноречив, и Тимура бросило в холодный пот от прошлых и будущих перспектив.

— Мы же вроде теперь люди вашего дедушки, а не шпионы Альянса, — напомнил Алтай.

— И дед обещал, что никого за мной не пошлет, он обещал! — Нидейса топнула ногой, которая увязла в песке.

И сдержал обещание, подумал Тимур, которому теперь окончательно стало ясно, за кого же их принимали в СБ. Пусть безопасников и не посвятили во все детали, но все же. Ведь операция прикрытия от СБ это не то же самое, что прямая посылка людей, ах да, Нидейса говорила про мастеров обходить клятвы.

И она, получается, приехала на передовую, в «инвалидную команду»… Тимур мысленно покачал головой. Да точно ли Нидейса была любимой внучкой? За эти полгода они кучу раз стояли на краю гибели, и опасности уж точно были не мнимыми. Тут до Тимура дошло и он застонал, зажмурился. Ну да, СБ их принимало за мастеров, его за скрытого магистра, Алтая за кого-то уровнем повыше храмовников, в общем, считали, что они вдвоем способны целый флот Альянса утопить.

От мыслей о том, что с ними сделали бы потом, потеряй они Нидейсу, внутри захолодело.

— Не волнуйся, — донесся спокойный голос Алтая, — я и правда присматривал, в конце концов, договоренность наша с безопасниками была настоящей, пускай мы и не люди дедушки Нидейсы.

— Внучка Верховного?! — отмерла Варлея.

Она сделала движение, словно собиралась упасть на песок и начать отбивать поклоны, Нидейса поморщилась в ответ, удержала подругу.

— После того, как мы делили последнюю тухлую котлету на двоих, ты собираешься кланяться мне? — прошипела она.

Варлея выпрямилась, растерянно развела руками, а Тимур неожиданно понял, почему Алтай никому не рассказал. Ядовитый вышел секретик, непонятно, как Алтай его узнал, но то, что промолчал — правильно сделал. Жаль только, что для осознания этого вначале потребовалось оный секрет разгласить.

— И если вы не люди деда…

— И не шпионы Альянса, — добавил Алтай.

— То кто же вы тогда? — спросила Нидейса угрюмо.

Алтай встал, подошел к Варлее и сказал ей негромко.

— Идем, думаю, следует оставить их наедине, чтобы они смогли объясниться. И мы тоже.

Подмигнув Тимуру, он подхватил Варлею и удалился, только кусты качнулись.

Глава 8

— Глупо как-то вышло, да? — безучастно спросила Нидейса, помешивая прутиком остатки углей. — Эмоционально. По… по-женски.

Она смотрела вниз, не поднимая головы, Тимур, вздохнув, сел напротив. Хотели как лучше, а получилась ерунда, всплыла непрошенная мысль. Не зная, что сказать, он промычал нечто одобрительное.

— Мне так хотелось верить, что вы… что ты не шпион, что будь вы настоящими шпионами, сейчас уже скрутили бы нас и слали сигнал своим, — словно размышляя, изрекла Нидейса.

Тут ей в голову пришла новая мысль, и она вскинула голову.

— Ну конечно! Дед обещал — дед никого не посылал, а вот Император… или кто-то из Совета, как же я не подумала об этом?!

Тимур мысленно вздохнул и пожал плечами. Какая теперь уже разница? Шеф, конечно, не одобрит, но что делать? Базу навыков он получил, можно будет развивать ее на Земле или отправиться еще раз в другой мир, семью повидать, опять же. Последняя мысль придала ему решимости, и Тимур сказал:

— Нидейса, ты зря винишь своего дедушку.

Ему тут же пришла в голову мысль, что может и не зря, может дед Нидейсы и правда отправил кого-то, только отправленные, будучи истинными специалистами себя ничем не выдали, в отличие от Тимура и Алтая. Кто-то из команды? Варлея? Мастер Пит? Тимур немалым усилием воли отбросил эти мысли, потому что они ничего не давали, кроме лишних подозрений и говорильни.

— Мы, я и Алтай, из другого мира.

Нидейса, уже открывшая рот, чтобы что-то сказать, остановилась. Закрыла рот, чуть нахмурилась, наклонила голову к правому плечу, рассматривая Тимура. Тот смотрел в ответ, стараясь смотреть словно бы мимо Нидейсы, не сосредотачиваться на этих алых губах, носике, глазах, так как Нидейса сейчас выглядела беспредельно мило. Возможно, это был какой-то побочный эффект ее магии, потому что раньше за ней подобного Тимур не замечал.

— Мы не можем быть людьми твоего дедушки, потому что ни разу с ним не встречались. В СБ нас приняли за его людей, если я правильно понял намеки Алтая, потому что мне никто ничего такого не говорил. Я даже не знал, что ты внучка Верховного, клянусь! — стоило только признаться, и Тимура словно прорвало, слова полились потоком.

— Разумеется! — Нидейса вскочила, топнула. — Никто не должен был знать! О!!

Она вскинула руки к небесам, потрясла ими, и в небесах раскатился гром.

— Как я хотела доказать деду… и теперь все насмарку, потому что я не подумала! Потому что поступила так… так… так по-женски!

Нидейса уже второй раз говорила об этом, но Тимур придушил внутреннего доморощенного психотерапевта, вылезшего с идеями.

— Так ты веришь мне? — осторожно спросил он.

— Не знаю, — Нидейса села, привычным жестом поправила подол несуществующего платья.

То, что платье отсутствовало, сменившись двумя полосками ткани, ее ничуть не смутило.

— Специалисты деда или Императора определенно придумали бы что-нибудь более достоверное, если не считать случая, когда они специально придумали нелепицу, дабы тем самым отвести от себя подозрения. Трудно тягаться с теми, кто способен работать на нескольких слоях логики, а также теми, кого можно заранее обработать магией, чтобы он сам верил в такое, так что не надо предлагать клятвы.

Тимур, как раз ее и собиравшийся предложить, почесал в затылке, развел руками. Здесь больше подошел бы Алтай, с его спокойствием и знанием всего. Тимур пробормотал мысленно заклинание, собираясь позвать незаметно Алтая, но магия донесла до него характерные звуки. Судя по всему, Алтай уже успешно объяснился с Варлеей и они теперь скрепляли союза сеансом примирительного секса.

— А зачем вы прибыли из другого мира? — спросила Нидейса.

— Я прибыл учиться боевой магии, — честно ответил Тимур, — а Алтай со мной, телохранителем, Шеф приставил, и правильно сделал, без него меня бы уже сотню раз убили. Вывалились посреди какой-то битвы, бежали с остальными, я прикинулся учеником, умел пару дохлых заклинаний. В горячке отступления никто не спрашивал, и там же столкнулись с Варлеей, а она положила глаз на Алтая.

— Ммм, — промычала Нидейса.

Пауза, и она чуть покраснела, судя по всему, попыталась обратиться к Варлее и услышала то же, что Тимур. Смутилась, покраснела, стрельнула глазами в Тимура, явно размышляя, слышал ли тот. Все это было настолько «по-женски», что Тимуру опять пришлось душить в себе непрошенного советчика. Никому не нравится, когда его тычут носом в его же недостатки, причем обоснованно.

— Затем СБшники приняли нас за других, мы не стали отрицать, ну и одно за другое, завертелось, указ этот о командах учеников, а дальше ты и сама знаешь.

— Знаю, — кивнула Нидейса, — и кое-что слышала от самой Варлеи. То есть ты сражаешься просто так, лишь бы научиться?

— Как говорит Шеф, бой — лучшая практика, — уклончиво ответил Тимур, — ну а если ты имеешь виду, битву за Империю… да, это не моя страна и не моя война.

Нидейса помолчала, что-то прокручивая в голове, видимо вспоминая прошлые полгода и то, как бился Тимур.

— И обучившись, ты вернешься в свой мир?

— Таков план, — насторожился Тимур.

Кто спорит, Нидейса бы очень пригодилась Шефу, но этот вот компонент односторонних личностных отношений, а попросту говоря, ее стремление добиться самого Тимура. Привезти ее домой, сказать «дорогая, я тут в другом мире подобрал магичку, она будет жить с нами в роли токалки»? Вот уж нахрен такое.

— И ты можешь переместиться в свой мир в любой момент? — продолжала расспросы Нидейса.

Растерянность ее и шок, кажется, прошли, тело сдвинулось, принимая более соблазнительную позу.

— Если не вдаваться в подробности, то да.

— А если вдаваться?

— Устройство у Алтая.

— Устройство?

— Я сам не знаю деталей, — устало вздохнул Тимур. — Какой-то хемуль из нашего мира пролежал полгода в коме, научился колдовать, так как его душа побывала в это время в других мирах…

— Душевный Поиск, метод старый и рискованный, но рабочий, — неожиданно кивнула Нидейса.

— … и он научился впечатывать заклинания в предметы, простые деревянные амулеты, и Шеф выдал нам один такой, с заклинанием прыжка между мирами. Мы переместились несколько раз, оказались здесь и решили остаться.

— Так, погоди, Алтай же не маг?

— Не маг, но для возвращения Шеф соорудил какое-то устройство, маячок или, скорее, маяк, ну как у Альянса, на которое мы и наведемся, и окажемся дома.

— Устройство? — голос Нидейсы становился все задумчивее от вопроса к вопросу.

— Ну да, Шеф же техномаг, это как раз по его специальности, соединять технику и магию.

— Что? — спросила Нидейса.

Голос ее стал холодным, Тимура пробрал озноб, вокруг все словно потемнело.

— Техномаг, — повторил он. — Тебя же интересовало, как Алтай управлял техникой Альянса, откуда у него такие щиты? Это все работа Шефа.

— Техномаг, — повторила Нидейса, словно в трансе. — Путешествия в другие миры. И ТЫ МОЛЧАЛ?!!

Тимура чуть не смело волной воздуха, выкриком — заклинанием, но он вовремя выкрикнул формулу рассеивания. Заклинание сбило несколько кустов, вспороло воду и песок, и вспугнуло местную живность.

— А что я должен был сказать? Мы из другого мира, затесались к вам обманом, и вообще это не наша война?

— Да, ты прав, за такое я бы тебя сама пырнула в спину ножом, — зловеще и деловито отозвалась Нидейса.

Она вскочила и начала ходить по берегу туда-сюда, погрузившись в свои мысли, видимо даже не сильно осознавая, что отвечает.

— И что за проблема с путешествиями в другие миры? — недоуменно спросил Тимур. — Вы же и сами сюда пришли, не так ли?

Нидейса посмотрела на него, сверкая глазами, почти буквально мечущими молнии. Затем она неожиданно успокоилась, и все вокруг стихло.

— Нам надо к дедушке, — заявила она деловито, садясь напротив Тимура.

Длинная нога ее вытянулась, коснулась ноги Тимура, тот чуть отодвинулся.

— И как можно быстрее, — продолжала Нидейса, словно не замечая реакции. — Ты же прибыл учиться боевой магии?

— Ну…да, — растерялся Тимур.

— У тебя будут лучшие учителя в Империи! Зелья, расходники, камни, что угодно — все будет твоим!

Только трахни меня, цинично закончил ее мысль Тимур, и ошибся.

— Ты читал официальные учебники истории — это похвально, — сказала Нидейса, — но правда такова, что мы бежали и что открытие порталов было огромнейшим риском. Но враги, надвигавшиеся на нас, были еще страшнее, и наши предки рискнули. Чего ты думаешь, мы бьемся столько столетий за этот мир? Потому что не можем бежать в другой! Как видишь, я с тобой откровенна.

Да уж более чем, подумал Тимур, за такую тайну и убить могут.

— И техномаг, невероятно! — всплеснула руками Нидейса.

Нога ее при этом сдвинулась, прошлась по ноге Тимура. Тимур взглянул в глаза Нидейсы и содрогнулся, она было словно пьяная, возбуждение мешалось там с предвкушением, надежды переплетались с возможностями. Так мог смотреть бы кто-то, нашедший лампу с джинном, полностью уверенный, что тот выполнит три желания, ничего не исказив, не перепутав и не подставив открывшего лампу.

— Пускай твоего Шефа сюда и не позовешь, — продолжала Нидейса, придвигаясь ближе, — но и то, что есть у Алтая — это невероятно! Наша магия конфликтует с техникой Альянса, но если мы изучим творения твоего Шефа, то Альянс падет за неделю. Подчинение техники магией, это невероятно! Задавив Альянс, мы потом легко расправимся или договоримся с биотами, отдадим им глубины океана, такой проект неоднократно обсуждался.

Она уже была вплотную к Тимуру, дышала горячо, грудь вздымалась, а глаза обшаривали его самого, словно сочный кусок мяса. Затем отступила быстро на два шага, словно танцуя. Нидейса чуть шевельнула рукой, обе полоски ткани спали с нее, являя Тимуру ее тело во всем обнаженном великолепии. Белоснежная кожа, успевшая чуть загореть на этом острове, и черный треугольник волос в паху, идеально круглая грудь третьего размера, со слегка покрасневшими, набухшими сосками, чуть округлый живот и ровные плечи, смелый взгляд женщины, знающей, чего она хочет.

И снова стремительное сближение, Тимура обдало волной животного тепла.

Эротизм ситуации, ее магия, были таковы, что Тимур уступил на секунду, сжал Нидейсу в объятиях, рука его скользнула вниз, проводя по упругим ягодицам. Нидейса застонала, впилась в губы Тимура поцелуем, и он опомнился, разорвал контакт.

— Мы… должны скрепить союз…, - сказал Нидейса, тяжело дыша.

Она стояла, чуть пригнувшись, и Тимуру было больно смотреть на это, настолько его разрывал зов плоти. Все доводы были за — другой мир, женщина готовая отдаться ему, даже слова о скреплении союза. После недавних событий, это и правда было наилучшим решением, способом сгладить случившееся, показать, что они доверяют друг другу. Недаром Алтай поторопился прислонить Варлею к пальме.

Но все это были доводы разума, не сердца.

— Если мы скрепим его… так, то союза не будет, — вытолкнул слова из себя Тимур. — Будет секс, не больше.

Нидейса посмотрела на него снизу вверх, чуть качнула бедрами и грудями, потерлась, облизала пересохшие губы. Тимур мысленно застонал, но с места не сдвинулся, выжидая. Выучка внучки Верховного, осознание долга, победили в Нидейсе, она шевельнула рукой, и ленты ткани вернулись на место, даже чуть расширились, перестав быть такими провокационными.

— А если без скрепления? — спросила Нидейса.

Жар тела все еще исходил от нее, но Тимур держался. Он осознавал, что сейчас, едва ситуация разрешится, удалится в кусты и займется самоудовлетворением, представляя именно Нидейсу, но все же между фантазиями и делом была грань. Глупая, мешающая сейчас грань — ведь Нидейса прямым текстом пообещала ему все то, ради чего Тимур отправился в путешествие! — но и переступить ее он не мог. А мог бы, пришла отрезвляющая мысль, давно бы бросил жену, еще после первого полугода инвалидности их дочки.

— У меня есть жена и дочь, — сказал он.

— Когда это мешало…

— Я. Буду. Знать, — отчеканил Тимур.

Глядя на разочарованное, искривленное лицо Нидейсы, он неожиданно понял, что та тоже сейчас удалится в кусты, дабы заняться самоудовлетворением. Сейчас долг и осознание нужд Империи победили в ней, но потом? Тимур попытался отогнать эти мысли, но не смог, слишком… мощная сейчас состоялась сцена, чтобы организм так легко успокоился. Возможно, в будущем стоило приналечь на целительство, регуляцию организма.

— И это никак не относится к спасению Империи.

— Скрепление… ладно, ладно, — оскалилась зло Нидейса. — А если ты не сможешь вернуться?

— У меня там семья, — повторил Тимур просто, — а Алтай верен Шефу. У нас свои дела и свой мир, который нужно спасти, извини.

— Так почему же… ладно, ладно, — выдохнула Нидейса. — Я увлеклась, признаю. Думаю нам обоим надо умыться, привести себя… в порядок, потом еще раз все обсудить.

От Тимура не укрылась легкая пауза, и он понял, что Нидейса знает, как и он знает, и она знает, что он знает, и на секунду снова вернулась нерешительность. Но нет, поцелуи и петтинг — это все равно шаг не туда, напомнил себе Тимур. Даже прошлые попытки подката надо было пресекать жестче, но кто бы знал, что дойдет до подобного?

— Конечно, — сказал он.

Они разошлись, вначале медленно, потом чуть ли не бегом, но Тимур не успел даже принять исходную позицию, как раздался приглушенный вскрик Нидейсы, в котором уже не было ничего эротического.

— Альянс!!

Глава 9

Тимур соединил кончики пальцев, прошептал заклинание, испуская короткий импульс. Одновременно с этим он прильнул к дереву, осторожно выглянул, обшаривая взглядом пространство вокруг. Маскировочное заклинание хорошо действовало в бою, а также там, где были другие источники энергии, среди которых оно не выделялось бы — для энергодетекторов Альянса, по крайней мере.

Здесь же, на острове, маскировочное заклинание все равно фонило бы как источник энергии.

Взгляд Тимура нашарил парящий в небе корабль, и он сердито цокнул. Транспорт, набитый беспилотниками и десантниками, и магия знает, чем еще. Сканирующее заклинание, наверняка, размажется о щиты и только привлечет внимание. По морю тоже двигалось несколько кораблей, и Тимур еще раз сердито цокнул. Тут тебе и крейсера поддержки, и авианосец, и еще летающие устройства в воздухе. Эскадра, целая эскадра.

Рядом возник Алтай, бросил короткий взгляд.

— Не исключено, что это фланговый маневр, — заметил он тихо.

— Может быть, — пробормотал Тимур, думая о другом.

Способен ли Алтай захватить авианосец? Насколько тот автономен в управлении, может ли управляться только механизмами и капитаном — Алтаем? Что именно ему дал Шеф, что оно работает даже в другом мире, не вызывая энергоотторжения? Вот Империя и Альянс, казалось бы, и те, и другие оперируют энергиями, физика там, магия здесь, но все равно — энергии же? Ан нет, энергии по большей части несовместимые, конфликтующие… либо никто не проводил исследований всерьез, так как из-за несовместимости энергий, они потребовали бы массы времени, сил и подопытных.

А ведь казалось бы, совмести энергии, выведи единую теорию маго-физического поля, и примирение тут же состоится. Биотики, правда, пострадают, но кого волнуют эти подводные русалки? Неужели, действительно, Алтай, то есть творения Шефа способны стать ключом к победе Империи? Или, наоборот, ключом к примирению, на почве объединения энергий? А возможно ли это объединение и примирение, если его не нашли за полтысячи лет?

Вопрос о том, как будет действовать магия дома — не будет ли ломать всю технику? — Тимур отбросил.

— Тебя явно волнует что-то другое, — заметил Алтай вполголоса. — Нидейса?

В небе добавилось еще два парящих корабля, а к группировке на воде добавилось три линкора.

— Да уж молчал бы, психолог хренов! — огрызнулся Тимур. — Я ей все рассказал, а она тут же разделась!

— Я так и думал, что ее возбуждает твоя иномирность, — ухмыльнулся Алтай.

Тимур испытал острое желание дать ему по шее, но сдержался, так как знал, что не поможет. Уклонится или блокирует, а лишняя возня может привлечь внимание Альянса. Глупо, конечно, деревья не помеха энергодетекторам, но Тимур все равно продолжал прижиматься к гладкому стволу, словно тот мог его скрыть.

— Думал он.

— Вы, наконец, удовлетворили свою пламенную страсть в объятиях друг друга и помирились?

— Нет.

— Нет?

— Нет.

— Странно.

— Я тебе что, животное, залезать на каждую самку, что раздвинет ноги? — разозлился Тимур. — У меня жена есть и я ее люблю!

— Но внучка Верховного… гм, в интересах дела? Ну, зажмурившись?

— В интересах дела! В интересах дела, — зашипел Тимур злобно.

Шипеть тоже было глупо, аппаратура Альянса вполне способна была уловить его звуки, вычленить речь из общего шума джунглей вокруг. Разумеется, если таковую аппаратуру специально настроить и направить на этот участок острова, так как без нее можно было спокойно говорить во весь голос, на кораблях все равно никто ничего бы не услышал. Сами корабли продолжали смещаться куда-то мимо острова, но так плавно и медленно, словно приплыли сюда отдохнуть и позагорать.

Сзади зашуршало.

— В интересах дела нам предлагают стать спасителями Империи, — прошипел Тимур.

Алтай сделал вид, что удивлен.

— Ну что? — спросила Варлея напряженно, кидая во все стороны взгляды и сверкая глазами.

За ней появилась Нидейса, но Тимур уже отвел взгляд, сделав вид, что разглядывает горизонт. Все эти мелкие подкаты раньше выглядели забавно, даже почти не раздражали, не исключено из-за того, что Нидейса, хоть и касалась его, голову там на плечо клала, как перед атакой на Тихий, но границы не переходила и руками в штаны не лезла. Теперь же все резко обострилось и оголилось, стало напряженным. Ясно было, что скажет Алтай «дай внучке Верховного, обучись и валим», но неясно было, что он скажет в ответ на часть с творениями Шефа и победой Империи.

— Может быть, они плывут мимо, — ответил Алтай.

Словно услышав его слова, корабли начали разворачиваться в направлении острова.

— А может быть и нет, — спокойно продолжил Алтай.

— Сделай что-нибудь! — потребовала Нидейса.

— Я?

— Ты! Мне Тимур все про тебя рассказал!

— Видимо не все, — усмехнулся Алтай, продолжая наблюдать за кораблями на море и в воздухе, — иначе ты бы знала, что нужен тактильный контакт.

— Что нужно? — не поняла Варлея.

— Прикоснуться, — пояснил Алтай.

— И что тогда делать? — прошептала Нидейса сердито.

— А ничего не делать, ждать. Здесь от нас уже ничего не зависит.

— Как это ждать! Как это ждать! — Нидейса сцепила руки до хруста, лицо ее исказилось яростью.

Алтай посмотрел на Тимур укоризненно, мол, ну что же ты, подопечный? Засадил бы по самые гланды, была бы внучка Верховного сейчас спокойная и умиротворенная, готовилась бы биться за свое нехитрое женское счастье. Тимур попытался ответом выразить все то, что уже сотню раз говорил вслух, но не преуспел.

— Судьба Империи на кону, — продолжала Нидейса взволнованно и горячо. — Нужно убираться с этого острова!

— Под носом у эскадры Альянса с прикрытием с воздуха? — искренне удивилась Варлея. — Это же невозможно!

— Но надо что-то делать, что-то делать, в землю зарыться? Спрятаться под водой? Укрыться как-то? — Нидейса заметно нервничала.

Или просто ее нереализованная сексуальная энергия теперь рвалась наружу в другой форме, пришла очередная циничная мысль в голову Тимуру. Защитный механизм, как сказал бы кто-нибудь знающий, попытка отгородиться цинизмом и выискиванием дурных черт от очевидной телесной притягательности и готовности к спариванию. Тимур же просто устало подумал, что нужно отдохнуть, иначе мозг так и продолжит циклиться на сексе.

— Я вчера чуть не получил срыв, — мрачно заметил Тимур.

— Да-да, Доброму сейчас лучше не напрягаться, — закивала Варлея. — Хотя если очень нужно, то можно.

Корабли на море развертывались, перестраивались.

— Боевой ордер, — выдохнул Алтай. — Сейчас будет жарко.

— Мы пропали, — Нидейса села, обхватила голову руками, — мы пропали… ну как же так? В тот момент, когда я получила шанс доказать деду…

Плечи ее затряслись от сдержанных рыданий, Варлея села рядом, охватила подругу руками, что-то зашептала. Алтай еще раз посмотрел укоризненно на Тимура, тот гневно нахмурился в ответ, завращал глазами.

— Ради нас четвертых никто боевой ордер не стал бы разворачивать, — заметил Алтай вслух, — так что дело тут в чем-то ином. Может, они и правда идут мимо?

Всхлипывания стали тише, но не прекратились. Тимур показал глазами, они отошли в сторонку.

— У Нидейсы был стихийный выброс, — заметил он.

— Даже Альянс не смог бы так быстро перебросить такую эскадру, — прошептал в ответ Алтай. — Рядом враги. Их враги.

— Империя?

— Почему?

— Биотики же были в союзе с Альянсом на Тихом?

— И сколько их сгорело в портах?

Тимур вспомнил подсвеченные пожарами воды залива, усеянные трупами, и задумался.

— Не зная, где мы, невозможно сказать, кто тут дерется. Укрыться под землей не настолько хороший вариант, как представляется нашим девушкам, даже без учета твоего истощения.

Тимур поколебался пару секунд, но не стал ставить заклинание, бросил взгляд через плечо. Повел пальцем по земле, «прописывая» в воздухе короткое пояснение насчет Нидейсы и ее планов. Корабли на море выровнялись, потом ускорились, и корабли в воздухе тоже.

— Понятно, — задумчиво изрек Алтай, помял рукой подбородок. — Я учту.

Тимур начертил на земле «Валим?», Алтай покачал головой.

— Обучение.

— Секретничаете? — раздался голос Варлеи за спиной. — В такой момент?

— А что еще можно делать в такой момент? — спросил в ответ Алтай. — Вот превосходящие нас по численности враги, плывут куда-то сражаться с другими, превосходящими нас по численности врагами.

— Нужно плыть туда же, возможно, там маги Империи, — твердым голосом сказала Нидейса.

— А может и не маги, — отозвался Алтай.

— Это ты нас сюда завел!

— Вытащив из плена и окружения, из самой сердцевины войск Альянса, — кивнул Алтай.

— Мы могли остаться в порту!

— И сгорели бы там.

— Могли прорваться к дворцу Наместника! К храмам!

— Не могли и кажется, мы все это уже обсуждали ночью, пока гребли на дохлой черепахе.

— Да ты!

— И заметь, если мы рванем в море и там окажутся биотики или еще одна эскадра Альянса на соединение с которой идут эти корабли, то окажется, что ты нас завела, — оборвал Нидейсу Алтай. — И я там буду уже бессилен, в отличие от Тихого.

— Мы не можем здесь спрятаться!

— Не можем, — не стал спорить Алтай. — Но мы можем просто сидеть и ничего не делать, секретничать и спорить, чем мы, собственно, и занимаемся. Как ни странно, но если просто признать, что мы тут бессильны, то станет легче. Может, они просто пройдут мимо? Или пока будут сражаться, нам представится шанс сбежать? Не на гравициклах, а сможем захватить какой-нибудь экраноплан и сбежать?

Нидейса и Варлея нахмурились, Тимур тоже невольно скривился. Сама концепция — признать себя бессильным — как-то претила, царапала изнутри и зудела.

— Давайте представим, что мы в засаде, — сказал он, — и если там Империя, то мы ударим во фланг эскадре Альянса, прорвемся и спасемся. А если нет — то продолжим сидеть в засаде.

Это подействовало, Нидейса и Варлея слегка успокоились. Возможно, дело было также в том, что стало ясно — эскадра пройдет мимо. Никто не спешил обстреливать островок, высылать к нему транспорты, совершать облет беспилотниками.

По крайней мере пока.

— А если высадятся на остров? — спросила Варлея.

— Тогда у нас будет транспорт, на котором мы и удерем отсюда, — ответил вместо Тимура Алтай. — Право слово, вы как первый раз в бою!

Упрек был несправедлив, Тимур тоже ощущал себя, как в первый раз в бою. Возможно, конечно, что дело было в усталости, бессонной ночи, вчерашнем почти состоявшемся срыве и сегодняшних сценах с Нидейсой. Но и нервная дрожь присутствовала, еще никогда Тимур не стоял так близко к наглядной демонстрации мощи Альянса, не имея поддержки Империи за спиной.

Техника, техника и еще раз техника, корабли проплывали и пролетали мимо, словно сами по себе. Собственно, одним из решающих аргументов Алтая за бегство с Тихого — по крайней мере, насколько его понял Тимур во время ночного спора пополам с греблей — было именно обилие там пехоты. Означавшее, как правило, что остров планируется захватить всерьез, захватить и удержать. Плюс практически гарантированная дестабилизация порталов вовне и скорейшее закрытие, опять же дестабилизацией, односторонне открытых порталов.

Нидейсу с Варлеей это не убедило, и они долго ругались в ночи, пока усталость от гребли не одолела.

— Если мы выберемся отсюда, то сразу все отправимся вглубь Империи! — произнесла Нидейса сурово, решительно, словно давая клятву.

— Зачем? — поинтересовался небрежно Алтай.

— А Добрый тебе не рассказал?

— Да когда бы он успел? — искренне удивился Алтай. — Вы объяснялись, потом корабли, потом опять ругань, что все не так, а едва мы отошли в сторонку, как нас обвинили в секретничании.

Хорошо хоть не в шпионаже, подумал Тимур, и тут же прищурил правый глаз от осознания, подавил желание застонать. Ну да, ну да, кто сказал, что им поверили до конца? По крайней мере, Нидейсе было бы выгодно сделать вид, что не верит и просить доказательств, то есть артефакты Шефа и совместную жизнь с Тимуром, под предлогом «а верен ли ты Империи? Верен? Докажи!» С попутным легким шантажом учебой, в стиле «живи со мной, и будут тебе учителя, дворец, магия, что угодно».

Тимур отогнал очередную волну плохих и дурных мыслей о Нидейсе.

— Я… я подумала, что вы решили уйти, — с трудом произнесла Нидейса. — Вдвоем, в другой мир.

— Вдвоем? — Алтай бросил удивленный взгляд на Тимура, мол, это сколько же ты выболтал?

— Ну да, после всего, что здесь было и прозвучало, — Нидейса дернула головой, — это было самое напрашивающееся решение.

И она права, подумал Тимур, отказать внучке Верховного, подставлять жизнь Алтая, да еще оказаться на острове с эскадрой Альянса рядом. Не их война, он же сам сказал Нидейсе!

— Понятно, — ответил Алтай, — но сбежать мы всегда успеем.

— Сбежать куда? — спросила Варлея.

Тимур сообразил, что надо было подслушать объяснения Алтая с Варлеей и передать их Нидейсе, и в очередной раз ощутил себя болваном. Его от сеанса самобичевания и Алтая от ответа спас громкий всплеск.

— А вот и враги Альянса, — хладнокровно заметил Алтай, скрещивая руки на груди.

Глава 10

Безоблачное небо быстро затягивало свинцово-мрачными тучами, надвигался шторм. Искусственный, вызванный шаманами биотиков, но от этого не становившийся менее мощным. Даже будь Тимур метеомагом, он вряд ли смог бы что-то сделать, но ощущение, что его сейчас попросят об этом — не проходило.

Линкоры и крейсера Альянса резали непроницаемо черные волны и биотов, те расступались, прыгали на борта, вцеплялись и плевались кислотой. Плясали на волнах катера и вспомогательные кораблики, рассыпая во все стороны гроздья гранат и глубинных бомб, пытаясь накрыть как можно большую площадь. Темнеющий воздух чертили шары плазмы, лучи лазеров, радужные вспышки силовых полей и отблески носящихся в воздухе мобильных платформ.

Вся эта мощь обрушивалась словно в никуда, вязла в черных волнах — так как биоты выпустили свой фирменный состав, не дающий разглядеть, что там в воде, к тому же отчасти сбивающий детекторы и заклинания, и обладающий разъедающим металлы и пластики действием. Из глубин вынырнул маг-биот на дельфине, задувая беззвучно в огромный рог, и тут же его наискось перечеркнул лазерный луч. Взрезал чешую, но не убил, и биотик пригнулся, упал на дельфина.

Мгновение спустя вода словно бы вспучилась, и с усталым вздохом огромная туша левиафана — кашалота ударила в бок линкора. Плазменные шары полетели в соседний линкор, вспарывая ему бок, и оттуда вырвались языки пламени. Защитные силовые поля резали бок кашалота, и вода становилась багрово-черной, но кашалот не уступал, в голове его открылись три дыхальца, и струи воды взрезали линкор, словно продавец арбузов, вырезающий кусок «на пробу».

Сверху уже налетела стайка беспилотников, промчался мини-истребитель, всадив ракету в бок кашалота. С самого линкора стреляли, перегнувшись через борт, несколько самых отважных или глупых морпехов, спрыгнули на тушу, один торопливо рубил и кромсал плазменным резаком, словно топором, остальные просто стреляли или цепляли взрывчатку, пытаясь удержаться на гладкой коже морского исполина.

Море взметнулось сотней фонтанов, какие-то твари вылетели и тут же скорректировали курс, выплевывая воду, используя принцип реактивной струи. Самые удачливые облепили беспилотники, упали с ними, утаскивая под воду, некоторые попадали на мобильные платформы, и тут же словно взорвались, вихрем зеленой жидкости. Беспилотные платформы даже не обратили внимания, но Тимур видел, как жидкость разъедает их, портит управление, выводит из строя пушки.

А оставшаяся половина упала на палубы крейсеров и линкоров.

Силовые поля, огнеметы, выбегающие морпехи, на палубах закипела нешуточная схватка, а воздушные корабли чуть снизились. Днища их ощетинились стволами, и водопад лучей начал терзать и кромсать чернильные воды, взрезать их, нанося удар по площади. Кашалот давил линкор, и тот был близок к тому, чтобы упасть. Несколько платформ подлетели, подперли, из корабля выстрелили сотней ног-опор. Площадки из силовых полей и стальные опоры, линкор скрипел, но перестал заваливаться, а кашалот, наоборот, с каждой секундой все больше превращался в кровавый кусок мяса.

— Смотри! — воскликнула Нидейса, выбрасывая руку.

Но Тимур и сам видел. По ногам-опорам линкора уже карабкались, мчались еще биоты. Твари, вперемешку с разумными, размахивая оружием. Стая беспилотников перестроилась, из авианосца неожиданно выкатилось несколько плоских судов, словно бы паромов, которые быстро-быстро помчались над водой к падающему линкору.

— Мобильный транспорт прикрытия, — пробормотала Нидейса, — два десятка лучеметов, дюжина морпехов, один гравитранспорт.

— Что? — переспросил Тимур. — Гравицикл?

— БТР на том же принципе, — бросил Алтай.

И точно, с ближайшего парома спрыгнул коробок, помчался над водой, и засевшие внутри морпехи стреляли без перерыва вдоль опор, сшибая всех лезущих. Биоты разворачивались, прыгали в БТР, их сбивали с парома, который мчался следом, прикрывал своих.

Дадах! Столб воды ударил снизу, переламывая паром, мелькнуло несколько биотов, донеслись крики, тут же захлебнувшиеся. Несколько морпехов сумели удержаться на обломке, трое стреляли, четвертый метнул трос, зацепившийся за несколько подлетевших беспилотников, и импровизированный корабль помчался к ближайшему целому парому.

Из-под воды снова начали бить фонтаны, только сильнее, яростнее, несколько ударов даже сумели проткнуть борт одного из крейсеров, который как раз лишился части энергозащиты. На палубе шла яростная резня, и биоты одолевали, из помещений рвался дым, беспорядочная стрельба во все стороны на носу крейсера дополняла картину. Тимур завороженно смотрел, краем глаза отмечая, что остальные тоже… внимают. Обычно они находились там, в самой гуще, где некогда было осматриваться, а нужно было рубить, кромсать, швыряться заклинаниями, вцепляться в горло врагу, потому что либо он, либо ты.

Только Алтай, пожалуй, смотрел бесстрастно, словно видел подобное каждый день.

— Сверху, — указала Нидейса.

И точно, десантники с воздушных кораблей уже шлепались на палубу крейсера, тут же врубались в драку, снося всех биотов вокруг. Энергоскафандр — защита, оружие и планер (а добавить мощности, так и система полета), три в одном. Дорого, но эффективно и незаменимо в подобных ситуациях. С любых высот в любое место, буквально.

— И снизу, — добавила Варлея, тоже указывая вперед.

Бой вокруг ног-опор линкора превратился в свалку, паромы с морпехами кружили-стреляли, но уже просто отбиваясь от тех, кто выпрыгивал на них из под воды. Кашалот бился в судорогах, и на его теле бились морпехи с биотами, одни пытались добить, другие оттащить, так как морской исполин похоже застрял в корпусе линкора. Затем опоры неожиданно то ли подломились, то ли ушли под воду, так как опорные квадраты силовых полей исчезли, а линкор с резким визгливым скрипом рухнул на бок.

Поднятая волна смела два ближайших парома, стукнула бортами, лишая подвижности, и секунду спустя туда хлынули еще биоты. Морпехи развернули орудия, начали отстреливаться, прикрывая друг друга, сбиваясь в отряд, с небес упали еще несколько десантников, затем промчалось звено истребителей. Воду вокруг вспороло взрывами, вскидывая куски тел биотов до небес.

Упавший линкор переворачивался вверх дном, то ли под действием своего веса, то ли сам по себе, то ли магией биотиков и мощью их тварей. Продолжавшееся потемнение усилилось резким скачком, и Тимур перестал различать детали, кроме того, что с небес начали бить молнии, а также полил дождь. Вначале теплый и приятный, но тут же ставший холодным, секущим и отвлекающим. Раздражающим и ослепляющим.

— Понять бы еще, за что они тут готовы так биться, что два круга шаманов созвали, — пробормотала Нидейса.

Она и не думала понижать голос, но Тимур ее еле расслышал. Дождь шумел, бил, вымораживал, непрерывно сверкали молнии, выхватывая куски боя, но и ослепляя, и гром гремел непрерывно.

— Самое время замагичить! — крикнула Варлея.

— Думаешь? — машинально крикнул в ответ Тимур, и осекся.

Ну точно! За этими вспышками молний никто их и не заметит, зарыться вглубь, залечь в сухой берлоге и отоспаться, лихорадочно соображал Тимур. Потом выберутся, Альянс с Союзом уже разбегутся и можно будет думать, из чего соорудить корабль. Хотя чего тут думать, вокруг будет столько обломков, что материала хватит и помимо деревьев на островке!

— Она права! — донесся голос Алтая. — Готовьтесь магичить, сейчас тут будет жарко!

Тимур моргнул, перевел взгляд, и во вспышках молний, словно серии моментальных изображений, увидел. Разломанный линкор, уходящий под воду. Сражение на воде. Отступающий экипаж, отбивающийся от толп биотов. Самолеты между молний, пытающиеся прикрыть своих. Мобильный купол силовых полей. Мобильный купол, заполненный зеленым дымом, с мечущимися внутри биотами.

Беглецы на гравитранспорте, мчащиеся прямо к островку.

— Берегись! — крикнула Нидейса.

Она вскинула руки, выкрикнула формулу, что-то из магии природы и земли, и деревья впереди сплелись в щит, земля просела рвом. Волна накатила и ударила, прорвала живую плотину, но уже вяло, почти бессильно. Водой плеснуло по ногам, но и только, на фоне ревущего шквала дождя, это даже не замечалось. Только сейчас Тимур заметил, что Нидейса во все тех же двух полосках ткани… впрочем, с таким же успехом она могла раздеться и скакать голой.

Шторм усиливался, на островок пошла еще волна, в этот раз ударила сильнее, ощутимо пихнула в живот, попробовала сбить с ног, и тут же растеклась. Море ходило ходуном, не давая воде стечь обратно, и новые волны уже катились в атаку на остров. И вместе с этими волнами вперед мчались несколько спасательных судов, с экипажем линкора. Вспышки молний сопровождались вспышками взрывов и выстрелов, дополнительно ослепляя.

— Непонятно, почему Альянс не отступает! — заорал в ухо Тимуру Алтай.

С этим Тимур был согласен, у биотов было преимущество родной стихии, подготовки — чернильное пятно так просто не сделаешь, иначе они применяли бы его всегда — и круга шаманов с водяным штормом и бурей. Альянсу достаточно было бы отступить, отойти в сторону, и если биоты последуют, дать там бой, лишив противника части преимуществ.

Но вместо этого Альянс продолжал сражаться, не думая о потерях.

— Мы что-то можем сделать? — заорал в ответ Тимур.

— Да! К нам плывет транспорт! — крикнул Алтай. — Хватаем и валим из шторма, а там видно будет!

У Тимура мелькнула прежняя мысль про берлогу, но он тут же ее отбросил. Волна за волной накатывали на остров, захлестывали, не давая предыдущей воде стечь. Быстро, резко зарыться под землю, запечатать за собой берлогу можно было, но насколько там хватит воздуха? Пускай Тимур и применял магию воздуха, но вопросы регенерации и обновления пока что давались ему плохо. Надеяться на Нидейсу с Варлеей? Опять риск с неясным исходом.

А если не запечатывать убежище, то его тупо зальет.

— Понял! — крикнул Тимур, поняв, что уже почти не чувствует рук.

Дождь явно был не простым, магическим, вытягивал тепло, сек горизонтально, словно сам лез в глаза. Оставалось только догадываться, что там творится вокруг кораблей Альянса, но Тимуру почему-то представлялась орда, лезущая из океана, пока их не видят. По бортам, наверх или через дно, с пробитием гидроударами, растворением биокислотами.

— Варлея, жахни меня бодростью! — заорал он в ухо целительнице.

Магический аналог стимуляторов и энергетиков, повышение тонуса, ускорение выработки маны, расширение пределов тела. С соответствующей последующей расплатой, но сейчас было не до жира, если не смести спасающихся первым же ударом, они могут и успеть отправить сигнал бедствия.

Варлея что-то пробормотала, совершила круг рукой, ткнув Тимура в переносицу.

— …ица и заступница, да пребудет твой свет со мной, да не оставь меня в трудную минуту, не дай устрашиться и отступить от своего долга, — услышал он бормотание Варлеи, вернувшейся к своей молитве.

Сложив пальцы щепотью, она коснулась ими сердца, затем поднесла к губам и поцеловала. Нидейса стояла, содрогаясь, под дождем, хмуро готовилась к бою, потирая руки друг о друга, словно в предвкушении.

— Рядом! — крикнул Алтай неожиданно.

Волна окатила Тимура, и он пожалел на мгновение о вернувшейся бодрости чувств. Слишком резко, холодно и солено, слишком мощно, и вместе с холодом накатил страх. Сколько раз он стоял вот так, ожидая врагов? Десять? Двадцать? Сколько раз бежал сам в атаку?

— Арррииуэррта! — выкрикнула Нидейса неожиданно.

Тело ее словно вспыхнуло, разгоняя тьму, и обнаженная Нидейса прыгнула на палубу спасательного судна, одним мощным, нечеловеческим прыжком. Лента ткани захлестнули ближайших бойцов Альянса, обнаженность помогла выиграть это мгновение растерянности, приковала к себе взоры. Нидейса крутанулась, прикрывшись первым из захваченных, и тот дернулся, получив два заряда в грудь. Его пробило навылет, но Нидейсы там уже не было, и ленты ухватили следующих, за шею и руки, душа и выпивая жизнь, превращая в послушных марионеток.

— Я читала об этом, — пробормотала бледная Варлея, снова поднося щепоть к рукам. — Вампиризм.

Вампиризм? Нидейса совершила еще пируэт, невозможный для человека, сражая окружающих сиянием обнаженного тела, и Тимур опомнился. Ударил секущей водяной плетью, благо бойцы Альянса подставили спины, отвлекшись на Нидейсу.

Хлыст вспорол ткань, спасательные жилеты, рассек одного до крови.

— Еще маги! — прозвучал выкрик с судна.

Голова шумела, в такт обострившемуся шуму, причинявшему теперь Тимуру физическую боль. Но зато глаза видели лучше и дальше, тело взбодрилось, и он отпрыгнул, ушел от выстрела и ударил сам, классической струей ревущего огня, и тут же жахнул вспышкой, высадил очередь зарядов, втайне мечтая заставить всех биться в судорогах. Всех не вышло, но еще трое повалились, и Нидейса хлестанула лентами одежды, высасывая еще двоих.

— Это запрещено, — пробормотала Нидейса, чуть пришедшая в себя.

Сорвавшиеся с ее рук заряды-иглы подкосили еще двоих, и на палубе спасательного судна, застрявшего рядом с Тимуром и его командой, теперь оставалось не больше десяти человек, при том, что самых опытных и активных Нидейса уже выбила. Оставшиеся мешали друг другу, теряли время, так как от Нидейсы ударило такой волной похоти, что Тимур едва не выпрыгнул из штанов. Варлея тоже дернулась, и тут же сделала отменяющий жест.

— Ну да, внучка Верховного, — услышал Тимур, разя огнем, — но все же, все же.

Тимур присел, быстро чертя фигуру, проговаривая заклинание, состоящее на четыре пятых из одних гласных, и думая попутно, что Нидейса его пожалела. Жахни она таким зарядом там, на берегу, он бы точно не устоял, имел бы ее даже под огнем кораблей Альянса. Или ей нужны были жертвы, для выпивания сил и энергии? И где Алтай?

И Алтай не замедлил появиться.

— Биотики! — хрипя, выкатился Алтай из-за спасательного судна.

Он отступал спиной вперед и стрелял с двух рук, кромсая толпу плазмой, но твари напирали, накатывали прямо на судно, бойцов Альянса и магов Империи.

Глава 11

Вперед выдвинулись две твари в чешуе и хитине, закрыли остальную толпу от выстрелов, стремительно атаковали клешнями. Алтай извернулся, прошел между лезвий, и тут же вспорол одному бок, второго повалил, ударив ногой. Толчком взмыл на палубу судна, в полете размазал в мясную кашу всех ближайших тварей очередью выстрелов, приземлился и тут же подхватил новое оружие, развернулся.

— Трамплин! — Тимур хлопнул ладонями о воду, и та спружинила.

Его и Варлею подбросило, швыряя на палубу, не слишком удачно, но Тимур все же сумел приземлиться, пихнул ногой какую-то тумбу и не упал. Алтай поймал Варлею, и тут же нежно швырнул ее дальше по палубе. Развернулся, сметая тремя шариками плазмы первую тварь, затем вторую. Твари лезли густо, цеплялись за борт, раскачивали судно, плевались какой-то гадостью, били по корпусу.

— Изао цвэн харриш лао! — Нидейса присела, крутясь как волчок.

Ленты обматывали ее, возвращаясь на место и превращаясь в одежду. Волна багрового ударила во все стороны, сметая тварей, превращая их в иссушенные скелеты. Алтай уже перелетал огромным прыжком над Варлеей, заскочил в рубку, и секунду спустя оттуда донесся выкрик.

— Пробоина в дне!

Новая волна накатила, ударяя в судно, и Тимур едва устоял на ногах от толчка. Часть волны плеснуло на палубу, и вода тут же вылилась через дырки в борту. Видимость была почти что нулевой, и насколько там обратный вампирский удар Нидейсы снес биотиков с их тварями различить не получалось. Ломило ноги и задницу, спирало в груди, бодрость потихоньку спадала, и Тимур крикнул в ответ:

— Что делать?!

— Нужно снять корабль со скалы! Потом валим!

Варлея перекатилась, видно было, что она бормочет заклинание. Вспышка.

— Биоты приближаются!

Бойцы Альянса, надо полагать, все погибли, подумал Тимур вяло. Новая гроздь молний, и он увидел — девятый вал, накатывающая волна, кишащая тварями биотов так, словно у них начался нерест. В то же мгновение волну разорвал огромный сверкающий шар, разлетевшийся в клочья, вместе с волной.

— Мои глаза!!! — покатился Тимур по палубе, рыча от боли.

В спину и бедро что-то ударило, в лицо плеснуло водой и какой-то вонючей гадостью.

— Добрый! Добрый! — крик куда-то в ухо. — Вставай! Без тебя мы не снимем судно!!

Боль накатывала, впивалась в мозг, и Тимур рычал. Он слышал крики, но не мог заставить себя отреагировать, ему казалось, выжгли глаза до самого мозга, вонзили сотню раскаленных игл.

— Еще летят! — издалека, словно из-под земли голос Алтая. — Быстрее!

— Аршыгх!

В губы Тимуру впилось что-то влажное, соленое, горькое и бодрящее. Его словно ударили изнутри электродами, гальванизировали, приводя в чувство, возвращая к жизни и он раскрыл глаза. Нидейса, со светящимися глазами, терзала его губы, кусала до крови, вливая в Тимура кровь и жизненную силу, свою ману и чувства.

Тимур понял, что не справляется с таким потоком, толкнул Нидейсу в грудь, отбрасывая на палубу.

— Столп Величия Земли! — выкрикнул он заклинание, направляя свою волю и чужую энергию вниз, под палубу корабля.

Скала взметнулась, приподнимая корабль, и волна бессильно разбилась об опору, а вместе с ней и новый десант тварей. Тимур, качнувшись, отменил заклинание, и корабль плюхнулся обратно, давя создания биотов. Алтай уже завел движок, и судно, взревев, рвануло вперед… не так быстро, как хотелось бы, но все же рвануло.

— Корму держите! — крикнул Алтай.

— Что? — не расслышал Тимур.

Он снова пошатнулся, Нидейса поддержала его под руку, заглянула снизу вверх. Лицо ее было постаревшим, словно бы сморщенным, пепельно-серым, хотя не исключено, что это просто была игра света от вспышек молний и ливневой тьмы вокруг.

— Сзади! — крикнула Варлея.

Она и Нидейса ударили одновременно, одного биота снесло, второй успел спрыгнуть на палубу, укатился за рубку. Оттуда тут же хлестнуло водой, и Тимур шагнул вперед, подставляя щит из воды. Чужая энергия бурлила в нем, и Тимур ощущал себя бокалом газировки, из которой выходят пузырьки. Пока все пузырьки не вышло, нужно было драться, иначе… иначе все было просто зря. Разобраться кто кого и что почем можно будет и потом, если они выберутся из этой заварушки.

— Нашел — держитесь! — крикнул Алтай.

Судно неожиданно рвануло вперед, ускорившись в несколько раз, но Тимур успел удержаться сам и перехватил Нидейсу. Та смотрела на него, испуганно и восхищено, облизывая губы. Что-то сказала, но Тимур не услышал, дождь вокруг окончательно превратился в секущий град, корабль прыгал с волны на волну, словно сумасшедший, и гром, казалось, грохотал прямо над головой.

Подняв голову, Тимур с изумлением обнаружил, что не показалось.

Грозовой фронт сдвигался, несся за ними, сверкающей стеной. Этот водопад энергии то и дело разрывался, лопался и тут же смыкался, когда шары плазмы оставляли в нем пробоины. Несколько ракет взорвалось, раздвинув завесу, и с небес полилась радуга лазерных лучей. В те волны цунами, набитые биотами, что катились впереди грозового фронта и в кораблик, на котором пытались спастись Тимур и его команда.

Тимур не услышал выкрика Алтая в этот раз, но интуиция шепнула, и он врос в палубу, стал с ней единым целым, крепко прижимая к себе Нидейсу, которая в ответ крепко сжимала его, тоже впившись магией. Варлея вжалась в какой-то закуток, магией сдвинула трупы к себе, создавая баррикаду, не дающую ей улететь прочь. Мгновением позже Алтай дернул судно, и оно пошло зигзагами, подныриваниями под волны, натуральными прыжками на каком-то подобии энерговодометов. Все скачки ранее теперь казались томной и медленной прогулкой пешком по сравнению с гонками по бездорожью.

Судно трещало и качалось, прыгало, взмывало, позади все грохотало и сверкало, и с небес лилось смертоносное сияние, а спереди бил дождь, стараясь иссечь тела. У Тимура мутилось в голове, перед глазами скакали вспышки и тени, и он с трудом удерживал концентрацию на заклинании, позволявшем ему держаться на палубе. Затем его стошнило, и еще раз, и на третий раз желудок просто дернулся, сходясь болезненным спазмом, так как извергать было больше нечего. Казалось, что это никогда не закончится.

— Тимур!!! Тимур!!! — орала в ухо Нидейса.

Он словно бы включился в реальность, очнулся, открыл глаза и пошатнулся. Концентрация на заклинании сбилась и они рухнули на палубу. Тимур закрывал рукой глаза, в которые ярко било солнце. Судно мчалось по водной глади, ровной, чистой, не скакало и не дергалось, просто мчалось. Голова кружилась, в теле царила слабость, во рту стоял гадостный привкус.

— Ох ты ж ё, — вырвалось у Тимура, когда он заставил себя подняться.

Грозовой фронт мчался за судном, и опережая его, по водной глади мчались дельфины с биотами на них. Разорвав стену тьмы, вырвался крейсер и секунду спустя взлетел на воздух, подброшенный на сотню метров. На него накатила стена дождя, но даже сквозь нее в толще угадывались ярчайшие вспышки, затем и они исчезли из вида.

— Думаю, ясно, что их цель — мы, — пробормотала Нидейса, свешиваясь за борт.

Ее подергивало, но наружу ничего не лилось, видимо выметала все еще во время скачков с волны на волну, вяло подумал Тимур. Подергивающийся зад Нидейсы, не особо прикрытый лентой ткани, маячил у него перед глазами, но сейчас это зрелище вызывало скорее отвращение.

— Никогда больше не пойду в кабак, — из укрытия на четвереньках вылезла Варлея, начала блевать на палубу.

Тимура тоже затошнило, и он согнулся от очередного спазма.

— Без месячного запаса всего, — закончила Варлея мысль, опорожнив желудок.

Погоня и не думала прекращаться, Тимур видел Алтая, тот, хмурый и сосредоточенный, что-то делал, управлял, наигрывая на приборах, как пианист. Небо прочертили несколько самолетов, в воздух взлетели фонтаны воды, обрушиваясь на палубу. Судно снова вильнуло, и Тимура перекатило в сторону. Он поднялся, ухватившись за какие-то скобы, увидел.

Самолеты развернулись, заложили вираж и снова рванули к судну, на бреющем полете. Им навстречу из воды ударили струи, взметнулись щупальца и твари. Самолеты скакнули выше, окутываясь силовыми полями, но не все успели. Один вспыхнул, разваливаясь на части и метеором устремляясь прямо на Тимура. Судно резко затормозило, желудок едва не выскочил через нос, а Нидейсу едва не выбросило за борт. Тимур едва успел дернуть ее обратно телекинезом, и в груди немедленно кольнуло болью.

— Держитесь! — снова крикнул Алтай.

Судно пошло зигзагом, слева и справа, спереди и сзади взлетали фонтаны воды, на палубу шлепнулось несколько тварей. Тимур плюнул огнем, второго сбил разрядом молнии, Нидейса добавила чем-то своим, проламывая борт и кусок палубы.

Тимур, покачнувшись, перехватился, едва не поскользнулся в луже блевотины, устоял, не задел Варлею. Приблизился к рубке, влетел в дверной косяк, так как судно снова исполнило резкий вираж. Алтай вскинул руку с пистолетом, превращая летящего сбоку осьминога в жареный деликатес. Он бросил взгляд на Тимура, подмигнул, отчего Тимуру захотелось снова сблевануть.

— Оторвемся?

— Нет!

Над головой снова мелькнуло, и в этот раз кусок носа исчез, раскрыв внутренности и машинерию в них. Что-то вспыхнуло, и тут же новый фонтан воды слева обрушился в ту область. Алтай выругался, глядя на приборную панель, заработал руками так, словно сам стал осьминогом. Скорость чуть упала, но лишь чуть, и из носа теперь вырывались клубы белесого дыма.

Нидейса вдохнула один такой, упала, кашляя, покатилась по палубе.

Тимур, ощущая себя жителем миксера, держался изо всех сил, пытаясь осмыслить ситуацию. Выходило откровенно плохо, мысли взбалтывало в голове, пустой, усталой и истощенной голове. Тем не менее, ясно было одно: биоты и Альянс не просто так оказались тут, и им нужна была группа Тимура. Или кто-то один из этой группы. Кто-то, сейчас кашляющий на палубе, и продолжающий сверкать голыми ляжками и испорченной прической.

— Сзади, — бросил Алтай, не поворачиваясь.

Там уже лезли твари, десяток, не меньше, и Тимур ударил устало, огненной завесой. Парочка сорвалась, остальные прорвались, под прикрытием биота, который еще и колданул в ответ водой. Алтай развернулся резко, приседая, словно ковбой с пистолетом. Тихое «пах-пах-пах» сопровождало расстрел на месте, и Алтай тут же развернулся обратно, вставая в движении и возвращаясь к управлению.

— Здесь должна быть аптечка Альянса, — сообщил он, бросив взгляд в сторону Тимура. — Сейчас.

— Не поможет, — отозвался слабо тот.

Качнуло, перед глазами мелькнуло собственное изображение в одной из полированных поверхностей. Да уж, в гроб и то краше кладут, проползла вялая мысль. Впрочем, трудно было ожидать иного, после почти срыва, ночи без отдыха и прочих дел, включая вампирскую подкормку чужой энергией. Хорошо хоть, вопрос не стоял, где Нидейса могла такому научиться.

— Все тебе поможет, — в голосе Алтая добавилось стали. — Хоть на ногах стоять будешь, да этих двух магичек привяжешь!

Нос судна чадил все сильнее, Алтай снова заработал руками, щелкая, переключая, настраивая, контролируя.

— Проклятье, пригнись!

ДАДАХ!! Громовой раскат обрушился на них, и перед кораблем встала стена воды. У Тимура потемнело в глазах на мгновение, а когда он их раскрыл, Алтай уже дрался с биотами в рубке. Тимур попытался подняться, увидел, что на палубе тоже полно биотов, захлестывающих и вяжущих Нидейсу и Варлею. В борту зияла дыра, и в палубе тоже.

— Коли в шею!

Алтай пинком отбросил какого-то биота, надувшегося, ощетинившегося иглами, словно ерш, добавил плазмой, одновременно с этим швыряя Тимуру мини-чемодан аптечки. Тимур поймал, тут же пропустив атаку, и бедро кольнуло болью. Нога подкосилась, и моментально что-то еще впилось в шею. Из дула пистолета вылетел пшик вместо плазмы, и волна биотов захлестнула Алтая.

Тимур хрипел и пытался подняться, пытался поколдовать, пока рядом катался клубок тел, из Алтая и биотов, на выручку которым подоспели еще и их твари. Нагнав магией воздуха себе кислорода, Тимур все же сумел встать, обнаружив, что судно продолжает двигаться. Грозовой фронт вдалеке разорвало вспышками мощнейшей магии, обнажив картину продолжающейся драки-свалки с тварями Союза. Эскадра Альянса была потрепана, но еще держалась и сражалась.

Пока пришедшие с магией не нанесли удар.

Корабли раскололо и разломало, орды биотов изжарило в мгновение ока. Цепь молний окутала небо, и самолеты Альянса рухнули с небес. Цепь молний ударила по воде, и биоты поплыли кверху брюхами. Подмога ринулась вперед, и навстречу ей встала гора воды, в этот раз не расколовшаяся от ударов магией. Тимур хотел закричать радостно, но обнаружил, что не может. Тварь, сжимающая ему горло, впилась туда иглами, давила и сжимала, душила.

Он упал и выкатился наружу, успев увидеть, как тела Нидейсы и Варлеи утаскивают под воду. Биоты торопились, и Тимур ощутил, что его тоже тащат, торопливо, без всякой жалости ударяя об углы и тумбочки. Последняя надежда — Алтай — вырвался на секунду из клубка биотов, разметал их, но… вода обрушилась на него и тут же замерзла, вместе с Алтаем внутри. Тимур хотел заорать от такой несправедливости, но не смог, тварь на горле окончательно все пережала и передавила.

Стоило бы исторгнуть из себя предсмертное проклятие, но Тимур не знал заклинаний, и просто мысленно попытался попросить прощения у семьи и Шефа, Алтая, всех, кого он подвел. Но попытаться не значит выполнить, и Тимура накрыло тьмой, окончательно прекращая все мучения.

Глава 12

Тимур словно бы плыл куда-то в невесомости, и на душе его было тихо и спокойно. Не надо никуда бежать, не надо торопиться, все тревоги позади, проблемы закончились.

— Давай, спящий красавЕц, открывай уже глазки, — донесся голос Алтая.

Тимур открыл, обнаружив, что находится под водой. Словно в невесомости, да, только под водой, раз уж та была одинаковой с его телом температуры. На потолке мерно колыхались сине-зеленые водоросли, и в такт им колыхались зеленые водоросли на стенах, и за условным окном — круглой дыре в водорослях — видны были рыбы.

Тимур запаниковал на секунду, но тут же обнаружил, что дышит. Вдыхает воду, выдыхает воду, и никаких проблем не испытывает. Рука его невольно коснулась шеи, обнаружив там все ту же осьминогоподобную тварь, впившуюся в тело. Неприятные ассоциации с тварью из фильма «Чужой» усилились, но тут же Тимур ощутил покалывание.

— Позволяет дышать и одновременно с этим выступает в роли ошейника контроля, — заметила Нидейса, вплывая в поле зрения Тимура.

Волосы ее были связаны в тугой пучок, лицо утратило серый цвет, вернувшись к белому. С зеленоватым оттенком, но здесь такой был у всего, не исключено, что из-за зеленых водорослей вокруг и люминесцентным моллюскам, изображающим лампы.

— Попробуешь уплыть прочь, задушит, — продолжала Нидейса, ловко приводняясь рядом, — а сломаешь — тут же уйдет магия и придется дышать водой. Это не говоря о том, что только выплыви за пределы глубоководного купола, как тебя тут же раздавит.

— Глубоководного?

— Мы где-то в двух километрах под водой, — заметил Алтай. — Плюс-минус.

— В последние секунды… мне показалось, что я видел магов Империи, — пробормотал Тимур.

— Не показалось, — ответил Алтай. — Я тоже видел.

— Но они все равно опоздали! — Нидейса попробовала топнуть ногой.

Движение вышло плавным, и она воспарила в воде, потом медленно опустилась обратно.

— Значит, надежда есть? — спросил Тимур, обводя друзей и комнату взглядом.

Варлея тоже присутствовала, склонившись над очередным клубком водорослей что-то активно изучала.

— Надежда есть всегда, — отозвалась Нидейса дипломатично.

— Мы пробыли без сознания двое суток, за это время нас могли утащить куда угодно, — прямо заявил Алтай. — Альянс и Империя могут опуститься на такую глубину и провести операцию, но они не могут разгромить все купола биотов по всему океану.

— Понятно, — пробормотал Тимур.

Что же касается времени, то Алтай явно уже что-то вынюхал или просто воспользовался одним из устройств Шефа, как понял Тимур. Могли ли твари на шеях подслушивать и передавать? Могли. Пожалуй, не следовало болтать лишнего, а переписываться только на земных языках. Если это, конечно, не насторожит отдельно похитителей.

— И чего они от нас хотят, раз уж не убили?

— От нас? От нас они ничего не хотят, — ответил Алтай, — мы всего лишь средство давления на Нидейсу.

— А, — моргнул Тимур.

— Сам видел, что там творилось, вот они и взяли всех. Тебя вот подлечили.

— Да?

И точно, Тимур чувствовал себя превосходно, словно месяц валялся в госпитале. Все-таки глупо было отрицать успехи биотов в работе с биологией, раз уж они ухитрялись держаться на равных с Альянсом и Империей.

— Чтобы потом тебя как следует запытать, — безжалостно добавил Алтай.

Вот тут воспоминания об успехах в биологии были совсем некстати, и Тимур содрогнулся. Свои пределы он знал хорошо, и…

— А если начать колдовать, то меня начнут душить?

— В точку, это тоже входит в функции ошейника, — кивнула Нидейса.

На ней были все те же ленты ткани, на Алтае его боевой костюм, а на Варлее платье, надетое ей для празднования. Соответственно, и на Тимуре имелись выходная рубашка и штаны, даже обувь осталась. Боли в голове отсутствовали, усталость исчезла, да что там, даже признаков срыва маны не наблюдалось, и Тимур легко сообразил, в чем тут дело.

Создание иллюзии привычной обстановки, с одной стороны, дабы пленные чуть меньше нервничали, и в то же время обеспечение условий на будущее, с другой стороны. Раз уж люди нервно реагируют на снятие одежды, то почему бы не оставить ее как средство давления? И странное спокойствие, не могло ли оно являться следствием каких примесей в воде? Или тварь на шее что-то впрыскивала?

— Этой разработке триста лет, не меньше, — продолжала Нидейса, — и она постоянно совершенствуется, как средство Союза против магов.

При этом она незаметно подмигнула, и Тимур чуть приободрился. Ну да, соревнование снаряда и брони, раз уж Нидейса владела экзотическими заклинаниями, то вполне могла и знать, как бороться с этой напастью. В сущности, ошейник был аналогом наручников Альянса, осознал Тимур неожиданно. Что поделать, в боях и миссиях, с этой стороной биотов они не сталкивались, в отличие от тех же наручников.

— По совокупности факторов, глубины, магии, воздействия, защита абсолютна, — Нидейса опять легко подмигнула. — Во всяком случае, ни один маг еще не вернулся с такой глубины.

— Ни один? — удивился Алтай.

— Ни один, — твердо повторила Нидейса.

Еще подмигивание, легкое, неуловимое.

— В любом случае, — кивнул Алтай, — теперь, когда ты очнулся, за нас возьмутся всерьез.

— А сколько вы уже бодрствуете?

— Часа два с небольшим. Еды нам не давали, воды тоже…

Тимур не стал спрашивать, как тут обстоят дела с пресной водой, просто подумал, что не о том он беспокоится.

— … даже сделали туалет.

— Что? — включился в разговор Тимур.

— Туалет, говорю, нам сделали, типа «морской сортир два нуля», — повторил Алтай. — Вон за той занавеской из водорослей.

Озадаченный и заинтересованный, Тимур проследовал, обнаружив там несколько конусов, сделанных из чего-то вроде коралловых рифов. Им была придана грубая форма писсуаров — унитазов, и Тимур озадаченно поскреб подбородок. Тут же всплыл неуместный вопрос — а как бриться в воде? Ладно там отходы жизнедеятельности, тут Тимур готов был поднасрать биотам с любых высот в любое место, но бриться?

— Опять я думаю не о том, — помотал он головой.

Мысли переключились на другое — звуки. Разве не должно было все под водой звучать иначе? Тем не менее, Тимур слышал все без искажений. Твари на шеях читали разумы? Какие-то еще магические передатчики? Особый состав воды? Помявшись и не найдя в себе сил писать в риф или размышлять над вопросами без ответов, Тимур вернулся к остальным.

Отодвинув водоросли, он еще раз окинул взглядом комнату. Большая, со скругленными краями, конической крышей, словно они находились в огромной подводной ракушке. Несколько «окон», за которыми было относительно светло, несмотря на двухкилометровую глубину, две лежанки, на одной из которых он и сам находился чуть ранее. Подобие стола, с клубком водорослей на нем, который изучала Варлея. Стены-водоросли в одном месте были чуть раздвинуты, показывая, что там «дверь». При желании можно было выплыть и в окно, размеры позволяли.

Тимур машинально переключился на магическое зрение, и тут же горло его сдавило.

— Чертовы рефлексы, — прохрипел он, машинально протягивая руку, чтобы потереть горло.

Пальцы что-то кольнуло, тварь на шее сдвинулась.

— Ага, и я так же, — понимающе вздохнула Нидейса.

— Мы, кажется, так и не объяснились до конца, — зло сказал Тимур.

— Ну не здесь же, — повела рукой Нидейса.

Тимур осознал ее правоту и злобно втянул воздух. Злость его радовала, значит, биоты не забрали эмоции, как нашептывала паранойя. Промашка в словах злила, мог бы и сам сообразить, что не стоит обсуждать секреты там, где их могут подслушать. Тем более такие секреты. Пускай биоты и знали, кто такая Нидейса — откуда, кстати? — но не стоило давать им в перепончатые лапы новые козыри.

В то же время, следовало обсудить общую стратегию. Или нет?

— Значит, Тихий и команда пострадали из-за тебя, — сказал Тимур бездумно, лишь потом осознав, что сказал.

Но что поделать, если он вдруг вспомнил слова тех десантников, что первыми упали им на головы. «По описанию подходят». Подумать только, столько жертв, разгромленный остров, и все ради одной только девушки? Пусть даже и внучки Верховного. Сколько у него внучек, у этого Верховного? Ах да, Алтай же говорил, что она любимая внучка. И все же, Верховный Архимагистр, наставник Императора, вряд ли предаст Империю из-за внучки. Пусть даже и любимой.

Нидейсу перекосило от боли после этих слов, она впилась зубами в палец до крови, в воде поплыли багровые капельки, медленно растворяясь в ней. Она явно хотела что-то сказать, гневное, резкое, может даже ударить магией, но тварь на шее вовремя ее отрезвила, не дала сорваться.

— Ты прав, — тихо сказала Нидейса, садясь на лежанку. — Это все моя вина.

Вот они, преимущества подводной жизни, подумал Тимур машинально, слез не видно. Нидейса опустила голову в руки, снова разревелась, как тогда на острове. Тимуру стало стыдно, словно щеночка пнул, и он с трудом подавил желание присесть рядом, сказать что-нибудь извинительно-утешающее.

— Я всего лишь хотела доказать деду, — с вымученной гордостью вскинула голову Нидейса, — что что-то могу и без него. Сама! Без его влияния, связей, денег, магии, силы, власти фамилии деда…

Тимур напрягся, попытавшись вспомнить фамилию Верховного, но не осилил.

— Алол — девичья фамилия матери, — пояснила Нидейса со вздохом. — Ее никто не знает, ну, не на передовой, ведь где еще можно лучше всего доказать, что ты можешь? На войне, конечно.

Она помолчала, уставясь в пространство. Тимур немного нервно оглянулся, затем посмотрел на Алтая, спрашивая взглядом, как тут насчет «жучков»? Тот лишь пожал плечами, развел руками и Тимур осознал, что опять промахнулся. Как тут скажешь, что или кто подслушивает? Может, сами водоросли все передают? Или та магия, что обеспечивает им связную речь, попутно транслирует все за стенку, где притаился местный подводный особист?

И не исключено, осознал Тимур с холодком, что их тут оставили одних, дабы как раз послушать, разобраться. Несколько дней без сознания — плюс минус час тут уже ничего не решает. Да и должен ли решать? Шантажировать Верховного внучкой, устраивать из-за этого операции уровня фронта, дело такое, что спешить точно не следовало.

— Ну, я же умная… была, — продолжала свою исповедь Нидейса, — подумала и пошла к деду. Ох и поругались мы с ним, думала все, сейчас треснет посохом поперек спины и оставит лежать со сломанным позвоночником, пока не передумаю. Но я его дожала, потребовала, чтобы он не вмешивался, а то знаю деда — поехала бы я на войну, а за мной батальон магов… незаметно. Или приставил бы одного из своих учеников-архимагов.

— Шестым рангам нельзя на войну, — машинально заметила Варлея.

— А он и не воевал бы, просто находился рядом и хрен бы кто распознал в нем мага.

Все посмотрели на Алтая, тот ухмыльнулся в ответ, спокойный и расслабленный, как всегда. Словно и не было плена, двух километров воды над головой, твари на шее и прочих проблем. Причем Тимур точно знал, что спокойствие это не из-за амулета Шефа, не из-за возможности вернуться домой, на Землю, в любую секунду.

— Затем в минуту опасности утащил бы прочь, — продолжала Нидейса, вздыхая, — вот тебе и вся самостоятельность. Приятно воевать, зная, что тебе ничего не грозит, но я же хотела другого! Доказать деду! Доказала вот… и пару себе выбрала… не так… и во всем остальном выбрала.

Голос ее сбивался, а Тимуру опять стало не по себе. Вроде и объяснил все, а выходило так, словно подвел и подставил доверившуюся ему девушку. Вон и Варлея смотрит недобро. За спиной раздался шелест. Тимур обернулся, в комнату вплыли трое: биот, небольшой, почти человек, и двое акулообразных тварей-воинов с острыми клешнями. Не противники на суше, но страшные враги здесь, в родной стихии, когда нет магии, а у Алтая оружия.

Биотик выплыл вперед, зависнув на уровне глаз.

— Рад видеть вас здесь, Нидейса Алол, — произнес он чисто, — хотя уверен, что вы не сможете сказать того же самого.

Тимур озадаченно моргнул, Нидейса смотрела, хмурясь, явно поняв, кто перед ней, но не желая говорить.

— Я знаю, что вы откажетесь, но все же должен сделать вам предложение, так что проследуйте за мной.

— Наедине?

— Разумеется, нет. Добрый Тимур сопроводит вас и потом передаст предложение остальным, даже если вы откажетесь, — ничуть не смутился биот. — Прошу следовать за мной.

Он развернулся, акулообразные подплыли и аккуратно вытолкали Нидейсу и Тимура из комнаты.

— Эй, а как же мы? — донесся голос Алтая. — Я может тоже хочу быть полезным!

— Тебя, человек, бесполезно допрашивать, ты слишком крепкий, а тебя, лечащая женщина, мы используем позже, — повернувшись, ответил биот.

«Дверь» закрылась, а Тимура толкнуло в спину клешней, намекая, что не следует тянуть время.

Глава 13

Они не столько шли, сколько медленно плыли, попутно оглядываясь по сторонам. Сопровождающие, несмотря на тот толчок в спину, не торопили, просто плыли сзади. Отношение «что взять с этих сухопутных» прямо таки читалось в их зубастых оскалах.

Мимо проплыла стая рыбочерепах, загребая ластами, за ними, лениво помахивая огромным стеком, плыл биотик-пастух. Или дрессировщик. Одна из рыбочерепах вывалилась из строя, пастух-дрессировщик тут же ткнул ее стеком, до ушей Тимур донесся треск разряда. Повсюду плавали люминесцентные медузы — лампы, создавая иллюзию освещенности. Иллюзию — потому что дальше нескольких десятков метров Тимур все равно не видел, и не мог оценить, насколько велик пузырь-купол, в котором они оказались.

Память, подстегнутая необходимостью, выдавала информацию, страницы учебников, словно сами вставали перед глазами. Пузыри-купола на дне, укрытые водной магией, таковы были стандартные поселения биотиков. Не от хорошей жизни, разумеется, но на малых глубинах их быстро обнаруживали и тут же уничтожали, сжигали и бомбили, что Альянс, что Империя. Поэтому биотики опустились ниже, туда, где их было не достать просто так, и магические купола несли в себе несколько назначений. Защищали обитателей от давления воды, создавая условия, близкие к поверхности. Скрывали от обнаружения. Служили детекторами вторженцев и шпионов, а также маяками для соседних куполов.

Раскинутая сеть куполов — этакая подводная грибница — выступала в роли огромной детектирующей сети, позволяя биотикам примерно представлять, что происходит наверху. Стационарные круги и алтари, впечатанные в дно моря, вырубленные в придонных скалах, позволяли не беспокоиться о стабильности куполов, только требовали регулярной подпитки. Магией и биомассой, разумеется, с которой у биотов проблем не было. Подводные фермы поставляли тварей с умопомрачительной скоростью и в нужный момент орды вырывались на поверхность.

Также магические купола могли засекать, кто из них выходит (да и не везде можно было выйти), и поэтому сбежать из такого купола незаметно было практически невозможно. То самое, о чем говорила Нидейса — еще никто не возвращался. Биоты, помимо основной армии, растили еще и глубоководную армаду, способную сражаться и действовать на подобных глубинах, без магической поддержки, и беглецов быстро настигали и уничтожали. По крайней мере, таковы были выводы исследователей Империи, после операции в 201 году, когда несколько куполов оказались целенаправленно захвачены. Операция «Удар под водой», в конечном итоге, провалилась, после нескольких десятков лет усилий, взамен обогатив Империю несколькими особыми видами химер и познаниями о биотиках.

Также глубоководная армия неустанно патрулировала воды, в поисках подводных лодок Альянса и шпионов (а также тех самых химер) Империи, которых обе стороны штамповали непрерывно. Заглубленность под воду и скрытность были основными козырями биотиков, так как единожды обнаруженные купола достаточно легко уничтожались, что техникой, что магией, сумей только подобраться. Поэтому Союз не жалел сил и средств и развивал свою глубоководную армию.

— Сюда, — указал их провожатый.

Они свернули влево от рядом домов-ракушек, облеплявших дно, и влетели в косяк рыбы. Крупной, сочной, подгоняемой двумя гончими тварями, с вытянутыми мордами. Этакий местный аналог рыбы-меча. Косяк отвернул, промчался мимо, и Тимур увидел, что впереди темнеется нечто. Подплыв ближе, проплыв над котлованами, вырытыми в дне, в которых кишели мальки, Тимур увидел, что темное нечто — это скала, облепленная ракушками, наростами и водорослями. Неподалеку от нее кружились в хороводе два десятка русалок, натуральных, с хвостами и человеческой частью сверху, с довольно развитыми молочными железами, как отметил машинально Тимур.

— Спаси Творец, так это правда, — пробормотала Нидейса под нос.

Тимур не стал переспрашивать, заметив взгляд Нидейсы, ставший злым, когда она увидела, что Тимур пялится на сиськи рыбоженщин. Отвернулся, размышляя о том, что странно устроен человек. Даже в такой ситуации, Тимур наслаждался видами вокруг, словно живьем попал в передачу по каналу «Нэйшенел Джиогрэфик», вспоминал известное ему о биотиках и увязывал с происходящим вокруг. Одновременно с этим он испытывал довольно сильное сексуальное возбуждение, возможно, как продолжение истории с объяснением на острове, и думал о Нидейсе. Она была соратницей, и Тимур искренне хотел спасти ее, равно как и Варлею, и размышлял о способах побега. Одновременно с этим ему хотелось просто вернуться к Алтаю и свалить в другой мир, сбежать от того, что будет после успешного побега.

— Сюда, — указал им провожающий.

Акулообразные не последовали за ними в туннель, довольно узкий, надо заметить. Тимур неуклюже изгибаясь телом, смотрел на плывущего впереди и думал, что сейчас не самый удачный момент для побега. В то же время, руки просто чесались, зудели, ухватить его, ударить об стену, выбросом маны сорвать тварь с шеи — аналогично слому блокиратора Альянса — и потом жахнуть, как в классике. Чтобы весь мир в труху.

— Жахнем, обязательно жахнем, но потом, — вырвалось у него невольно.

Будь они вчетвером, имело бы смысл, ударить, прорваться и валить. Глубина — проблема, да и синхрон с Нидейсой в этих вопросах они не отрабатывали (просто не было нужды), но Тимур не сомневался, что что-нибудь да придумает. Пузырь воздуха, дабы убрать проблему давления воды и кессонной болезни, упрочнить стенки, изменить форму, и вода сама выдавит их наружу, с реактивной скоростью.

Как один из вариантов.

Ему захотелось оглянуться, подбодрить плывущую следом Нидейсу, но он сдержался. Наверное, за ними наблюдают. Или рассчитывают на отсутствие магии и крепкие стены туннеля, также освещенного люминесцентными ракушками? Камень голыми руками не сломать, допустим, но все равно как-то самонадеянно. Или биотики, в силу своих особенностей, придают мало значения жизни одной особи? Нет, не так, свои жизни — именно биотиков — они ценили, а вот различные выращенные твари проходили по разряду «пушечного мяса».

— Сюда, — указал их провожающий в проем в скале.

Проем охраняли еще двое представителей помеси акулы с крабами, и Тимур, поморщившись, поплыл внутрь. Плавание, надо заметить, не доставляло особых проблем, даже когда требовалось погружаться, и причину этого оставалось только списывать на магию. Утонуть пока что не грозило, но все равно, стоило подумать и на эту тему, последовательности действий после резкого съема тварей-ошейников.

— Я буду говорить, — шепнула Нидейса, когда они вплывали в проём.

Тимур чуть кивнул, думая о том, что вряд ли у них будет выбор. Зачем-то же их пригласили именно вдвоем? Как там говорил Алтай — инструмент принуждения Нидейсы? Пытки у нее на глазах? Угрозы? Неясно. Биоты были чуждыми имперцам, даже более чуждыми, чем Альянс с его технологиями — по крайней мере в Альянсе были люди — но глупо было бы считать их из-за этого «тупыми рыбами с выпученными глазами». Тупые не смогли бы столько лет на равных сражаться в этой трехсторонней войне.

За проемом оказался небольшой туннель, впрочем, достаточной широкий, чтобы там можно было плыть вдвоем. Также там присутствовала какая-то подводная магия, воздействие которой Тимур ощутил всем телом. Какой-то полог или защитная пелена, через которую они проплыли по дороге внутрь. Пока что все выглядело вежливо и сопровождалась просьбами, но Тимур уже не сомневался, только дернись и из всех щелей полезут крабоакулы, а также маги биотиков.

Очередная подводная пещера, со все теми же люминесцентными лампами. Свод куполом, ни окон, ни дверей, кроме проема, в который они вплыли. Камень стен грубый, необработанный, зеленовато-серый. Подобие стола и стульев, опять же из камня, имитация и условность, неужели ради них? Три биотика, наверняка маги, лица закрыты масками, у одного в руках трезубец, наверняка исполняющий функции посоха. На камне стола какие-то дощечки.

— Садитесь, — указал биотик в центре.

Из под маски выходили белые полосы, уходили к жабрам, и Тимур обозначил для себя говорившего Белым. Трезубец покачивался слева, а справа находился Гребень — по встопорщенному наросту на голове. Зачем им маски, Тимур не понял, но спрашивать не стал, решив, что оно того не стоит.

— Не говорю, чувствуйте себя, как дома, потому что здесь не ваш дом, — продолжил Белый.

Поди пойми, то ли шутил, то ли всерьез решил сразу обозначить, кто есть ху. Все эти имитации кресел, оставление одежды, приглашение садиться, достаточно бессмысленное, когда можно было хоть на потолке лежать, перевернувшись вниз головой. Отличное произношение, ведь кто-то же должен был их научить? Если сами научились, тем более, должны были быть в курсе традиций и отношений среди людей.

— Здесь наш дом, — спокойно ответила Нидейса, — за который мы сражались с Альянсом.

С другой стороны, размышлял Тимур, поглядывая на биотов, вот мы о них знаем, но разве в курсе традиций и отношений? Может, у них с людьми также?

— Дом, который вы сломали, — возразил Белый, — попутно насильно притащив нас сюда.

«А если бы на нашем месте были бойцы Альянса, потащили бы они их сюда?» подумал Тимур. Выдержали бы люди без магии… и он тут же осознал собственную глупость. Конечно, выдержали бы, ведь и сам Тимур и остальные здесь тоже находились, не имея возможности использовать магию. Просто ошейник лучше сдерживал бы обычных людей, чем магов, а в остальном разницы никакой.

— Наш дом, хотим ломаем, хотим заново строим, — пожала плечами Нидейса. — Вы пригласили нас освежить в памяти тезисы споров времен Первого Перемирия?

— Во время которого были признаны права Союза на подводные глубины, — добавил Гребень. — И если уж на то пошло, то дом не ваш, а Альянса.

Голос его был шамкающим, невнятным, словно магия на нем сбоила.

— Не могу назвать себя великим знатоком соглашений того времени, — Нидейса скрестила руки на груди, — но если хотите, давайте подискутируем.

— Дискуссия возможна с равными, дискуссия возможна, когда есть желание и необходимость обсудить какой-то вопрос, — снова заговорил Белый. — Здесь же нет равенства, вы — наши пленники, и обсуждать тут особо нечего.

— Да? А я думала, что вы позвали нас сюда обсудить требования, которые вы выдвинете моему дедушке.

— Позвали, да, — согласился Белый, — но не обсудить. Передать наши требования может любой малёк, какого не жалко, ведь его все равно убьют. Чтобы требовать что-то от вашего дедушки, нам не нужно ставить вас в известность, и уж тем более, нам не требуется ваше согласие.

— Думаете, дед будет вас слушать? — скривилась Нидейса. — Думаете, дед не поймет, что вы подделали мое обращение или принудили меня к нему силой?

— Принудили? — Белый заквакал, к нему присоединился Гребень.

Трезубец смотрел угрюмо, сжимая свое оружие в руках. Понятно, подумал Тимур, кто-то из доверенных, допущенных к секретам, в отличие от акульих тварей и сопровождающего снаружи. Отсюда и магический полог. Боятся шпионов? Соблюдают меры предосторожности? Или просто среди самих биотиков нет единства? Или трясутся над ценным призом, чудом доставшимся им в руки? Неясно. Но Трезубец определенно был телохранителем — боевиком, в те секунды, пока он будет ломать тварь на шее, Тимура просто проткнут.

— Разумеется, мы знаем, что почтенный Дарох раскусит и узнает, проведет все мыслимые проверки, а то и просто откажет нам в любых требованиях, заявив, что Империя превыше всего, — пояснил Белый, отквакавшись. — Поэтому ваше обращение, Нидейса Алол, будет сугубо добровольным, если оно вообще будет.

— Меня не запугаешь намеками, — окрысилась Нидейса, — и смерть меня не страшит!

— Мы и не ожидали меньшего от любимой внучки почтенного Дароха, поэтому даже не пытались что-то предпринимать в этом направлении. Нет, нам нужно было что-то иное.

Взгляд его повернулся к Тимуру.

— Мастер Добрый, раздевайтесь.

Или мы разденем вас силой, осталось невысказанным. Тимур вздохнул и начал раздеваться, не стал устраивать сцены с трусами и стыдливостью, просто снял все. Может он и постеснялся бы Нидейсы в другой раз, но после того, как она сама разделась перед ним, ну… глупо все это было, в общем.

Тем не менее, Нидейса смотрела на него во все глаза, и во взоре ее читались также сочувствие и сожаление.

— Человеческое тело очень хрупкий организм, неприспособленный к проживанию в воде, — заметил Белый, подплывая ближе.

— Пытки товарищей меня не пугают, — заявила Нидейса.

Надо отдать ей должное, лицо ее не дрогнуло, лишь напряжение в плечах и скрещенных руках выдавало какие-то эмоции. Пытки? Становилось понятно сочувствие в ее глазах. Пытки.

— Разве я сказал хоть слово о пытках? — удивился Белый.

Он повернулся к Тимуру, протягивая ему шарик рвотно-зеленого цвета. Тимур взял, думая о том, не раздавить ли каку в руках.

— Да, человеческое тело очень хрупкий организм, и все эти столетия мы изучали его, пытаясь понять чужеродную нам жизнь, и кое в чем преуспели, — Белый повернулся к Тимуру и скомандовал. — Ешьте.

Или мы силой вобьем его вам в глотку, опять осталось несказанным. Тимур поколебался секунду, и сунул шарик в рот, торопливо проглотил, пытаясь не жевать. Шарик был безвкусным, но легче не стало, словно кусок какашки проглотил. Шарик скользнул вниз, едва не застряв в горле, но Тимур торопливо сделал глотающее движение.

Проскользил и тут же в животе стало горячо.

— Действует, — удовлетворенно заметил Белый, постукивая по одной из дощечек на столе.

Жар растекался по телу, горячил кровь, сердце бешено стучало, и голову туманило. Словно уловив невидимый сигнал, Тимур развернулся к выходу из пещеры, в который раз как вплывала богиня. Зеленая чешуя хвоста, могучая грудь, призывно раскрытый рот и тугое лоно, которое ему предстояло оплодотворить. Да, точно, настало время плодиться и размножаться!

— Я иду к тебе, — прохрипел Тимур, устремляясь навстречу богине.

Глава 14

— Вы думаете смутить меня зрелищем противоестественного секса? — брезгливо морщась, спросила Нидейса.

Внутри она заходилась в крике, кусала губы, разбивала голову об стену, от вида Доброго, бесстыдно наяривающего у стены страстно стонущую русалку. Нидейса хотела развернуться к биотикам, оставив зрелище за спиной, но те коварно переплыли к выходу, остановившись рядом с Добрым и русалкой.

Добрый, не замечая их, мял огромные груди-дойки рыбоженщины, с огромной скоростью работал тазом, вонзаясь куда-то. Нет, Нидейса знала физиологию процесса, но для людей, тогда как рыбоженщины… ну, они были больше рыбами, чем женщинами. Появились они лишь недавно, и никаких женских органов, кроме имитации сисек, не имели, и предназначались для отвлечения и сбивания с толку. Высовывались из воды, звали на помощь, трясли сиськами, в общем, что угодно, лишь бы транспорты и корабли Империи и Альянса остановились и замедлились.

Затем на них обрушивалась притаившаяся орда морских тварей.

Эта же русалка, помимо того, что оперлась руками о стену, еще и активно подрабатывала хвостом, подмахивая Доброму, а значит, дед был прав. Не просто имитация, а проект рыболюдей, доработанная версия, способная к спариванию.

— Ну почему же противоестественного, — улыбнулся один из Высших.

Белая полоса на жабрах явно указывала на его статус, но кто именно из них, Нидейса не могла понять из-за маски. Так она, может быть, смогла бы лучше провести переговоры, которые сейчас проигрывала. Женщина внутри нее заходилась в зверином крике, ломала руки, видя, как у нее на глазах Добрый спаривается с другой. Внучка архимага холодно прикидывала, на это ли был расчет — вместо пыток — или нет, и сколько информации о ней ушло к биотикам и Альянсу.

— Как видите, вашему сердечному другу очень нравится.

— Поэтому вы сунули ему одно из своих снадобий? — чуть злее, чем хотела, отозвалась Нидейса.

Добрый пялился на эти дойки еще когда подплывали, впрочем, в этом мужчины оставались одинаковы везде, но вот этот шарик… человек, сумевший устоять перед чарами Нидейсы, не ринулся бы на рыбоженщину, как голодный на краюху хлеба. Стимуляторы, возбудители желания, подавители мозга?

— К чему такие громкие слова, — усмехнулся ее собеседник, — наши девочки могут удовлетворить любого мужчину и женщину, без всякий снадобий. Не желаете попробовать?

Он слегка прищелкнул пальцами, стонущая рыбоженщина повернула голову, облизала губы длинным, толстым языком.

— Опять противоестественный секс? — брезгливо отозвалась Нидейса.

Внутри нее все кипело и пылало, о, она сейчас не отказалась бы оказаться на месте русалки. Чтобы Добрый отодрал ее вдоль и поперек, и они наконец смогли зажить счастливо вместе. Но наружу из Нидейсы выходила лишь брезгливость, никак нельзя было давать биотам лишний козырь, показывая свои истинные чувства.

— Как низко вы пали, — процедила она.

— У нас есть и мужские особи, — ухмыльнулся Высший.

Вот это было больнее и ощутимее, Нидейса с трудом удержалась от того, чтобы сглотнуть. Насилие, как таковое, ее не слишком пугало, она знала, на что шла, но стонать под каким-то рыбом с хером на глазах у Доброго? Невыносимо. После такого она точно не сможет смотреть ему в глаза. Блокада внутри может и спасет от части воздействия, но она в основном на магии, тогда как биоты, судя по всему, воздействовали на биологию.

Добрый как раз задергал тазом, беспорядочно дергая русалку, и выдохнул, чуть расслабившись, убрал руки с бедер рыбоженщины. Та отплыла чуть к стене, и Нидейса увидела, что у нее внизу одно лишь отверстие, не два. Тугое и сморщенное, сейчас пульсирующее, в общем какая-то рыбья клоака.

— Как видите, сейчас идет абсорбция и переработка семени, — деловито пояснил Высший, — а также…

Русалка развернулась грациозно, раскрыла широко рот, наплывая на Доброго. Ухватила воду с плавающим семенем, затем насадилась ртом на член, обрабатывая его длинным языком.

— Никаких потерь продукта, — заметил Высший, — а также подготовка к следующему акту.

А благодаря снадобью, поняла Нидейса, Добрый будет трахать рыбоженщин, пока их ему будут подсовывать. Или пока его не выдоят досуха. Или пока она сама не сдастся, вынужденная созерцать секс-марафон любимого человека с какими-то тварями. Причем, одурманенный Добрый наверняка даже не понимает, кто перед ним.

— Я поняла, можете не продолжать демонстрацию, — повела рукой Нидейса, — вряд ли там будет что-то новенькое.

— Не можем же мы проводить бесконтрольное размножение без наблюдения, — вмешался один из Размышляющих. — Тем более в случае нового проекта.

Опять же, непонятно кто, из-за маски. Нидейса не настолько хорошо помнила элиту Союза, чтобы опознать его по одному лишь гребню. С носителем морского посоха и так все ясно, маг, скорее всего магистр из числа боевиков, дабы хватило и мощи, и скорости реакции, пойди что не так.

Русалка яростно работала ртом, заглатывая на всю длину, работая языком и руками массируя ягодицы Доброго. Внутрь пещеры уже вплывала следующая рыбоженщина, такая же, и она тут же ринулась к «рабочему месту». Обвила языком, и несколько секунд русалки насасывали вдвоем, затем первая отвалилась в сторону и поплыла к выходу.

— Миллион мальков через месяц, каждый сотый с магическими способностями, — добавил Высший. — Наполовину люди, наполовину рыбы.

Нидейса внутри содрогнулась от перспектив.

— Вы столько не прокормите, — бросила она безразлично.

— Прокормим, — отмахнулся Высший. — А ваша целительница поможет нам с дальнейшими работами.

— А если не поможет?

— Оплодотворим ее, заодно испытаем наших русалов. С этим же и сами справимся, спроектировали же мы ее, — Высший указал на рыбоженщину.

Та успешно закончила работать ртом, и тут же извернулась, упираясь в стену. Добрый, все такой же озверевший от похоти, с пустыми глазами, немедленно вошел, и русалка застонала страстно. Магия звука в воде, холодно отметила внучка Верховного, и вплетенная в воду так, что стала ее частью. Неужели Союз и в этом достиг таких высот?

— Надо заметить, что сработало бы и всасывание через рот, — продолжал Высший, — не думаю, что вам интересны механизм…

— Отчего же, — перебила его Нидейса.

Вода колыхалась, Добрый работал тазом, русалка подмахивала, затем ухватила два пальца на его правой руке, потащила их в рот.

— … но это биологический триумф, машина для размножения, причем рожающая рыболюдей, в ускоренном темпе. Метание икры, соединенной с семенем человека, тем более мага, с последующим переходом мальков в форму рыболюдей. Модель еще пока не доработана, разумеется, но возможности вы и сами видите.

О да, Нидейса видела. Она бы поклялась самыми страшными клятвами стереть биотиков с лица земли, если бы не знала, какие причудливые выверты совершает в таких случаях магия.

— Думаю, с вашей помощью мы ее доработаем, изучим механизмы размножения людей, так что наши создания будут еще и сами выделять нужные феромоны. Вы и целительница поможете нам понять механизмы беременности женщин людей, если не добровольно, так в качестве подопытных экземпляров.

Удар был отменным, Нидейса моргнула и свалилась бы со стула, происходи дело наверху. Ей не требовалось объяснять возможные последствия и приложения такой модели. На всех подряд магическую защиту не повесишь, и такие рыбоженщины могли выныривать где угодно, от моря на островах не уйдешь. Люди, кидающиеся в воду, с бортов кораблей, так как в головах только одна мысль — размножиться, и вот уже ряды пехоты прорежены.

Караулы и патрули, наблюдатели, под ударом мог оказаться кто угодно. Да что там, береговая линия самой Империи тоже оказывалась под угрозой. О нет, никаких смертей, что вы, просто к рыбакам в море будут выныривать рыбоженщины. Отсасывать со всем прилежанием за просто так, и уплывать, а рыбаки хранить тайну и чаще выходить в море от нелюбимых сварливых жен. Стремительный набор семени, размножение, мальки — рыболюди, и вот уже из моря выходит орда, способная действовать на суше.

Резкая эскалация конфликта, без нарушения основных запретов.

И не только Империя, Альянс окажется в том же положении. В результате все может закончиться тем, что орды рыболюдей — больше людей, чем рыб — населят острова и все будут вынуждены отступить. Победа мирным способом. Или биотики, за счет русалок, создадут шпионов, не отличающихся от людей, таких, чтобы не опознать ни магией, ни техникой, и внедрят в Империю и Альянс. Медленно, но верно, готовя орды рыболюдей внизу, они будут внедрять шпионов наверху, и в решающий момент их противники просто рухнут под единым ударом.

— А вы говорите — пытки, — улыбнулся Высший. — Да вы сами посмотрите, какие пытки, всем приятно и полезно.

Русалка стонала, Добрый пыхтел неутомимо, и оставалось только порадоваться, что дело происходит в воде, иначе все уже давно воспламенилось бы.

— И все же вы одурманили его, — заметила Нидейса.

— Люди и сами вырабатывают подобное, добровольно.

— Да, когда любят! А не когда… спариваются, как животные, — сердито бросила Нидейса.

Досада на саму себя перешла в злость. Не удержалась все-таки!

— Вот и напишите об этом дедушке, — ласково посоветовал ей Высший.

— Без магии, — Нидейса коснулась твари на шее, — он не поверит.

Ошейник на Добром, надо заметить, разошелся, свесил щупальца, правда совать их никуда не спешил. Видимо, какой-то дополнительный механизм, решила Нидейса, дабы оплодотворитель не задохнулся в процессе. Правда, Добрый сейчас был одурманен и магию применять все равно не мог, разве что для укрепления тела или еще чего, способствующего скорейшему оплодотворению.

В дальнейшем, надо полагать, эту роль на себя должны были взять феромоны, подумала Нидейса. Либо просто массовость, ну, поимеет маг русалку, потом испепелит, на одного такого найдется сотня обычных людей, которых рыбоженщины выдоят досуха. Причем, выдоят может и буквально, наверняка внутри тело устроено так, чтобы дополнительно массировать, подкреплять возбуждение, доить и доить, в общем, как ртом, только снизу.

— Вы же умная девушка, придумайте что-нибудь, — посоветовал Высший, — ведь это в ваших же интересах.

Он и не подумал делать никаких попыток снять тварь-ошейник. Остальное было понятно, добровольное письмо Нидейсы к деду, рассказывающее о проекте рыболюдей и опасностях. Припугнуть Империю? Вряд ли. Отжать себе преференций, заключить временный альянс против Альянса? Так вероятнее. Биотики не могут не понимать, что едва взаимное сдерживание исчезнет, как совет Архимагов вскипятит море с ними до самых глубин, и значит, у подводных жителей есть какая-то страховка на этот случай. Но чтобы все завертелось, она, Нидейса, должна написать письмо деду и приложить все усилия, чтобы тот поверил — письмо подлинное, написано не под принуждением.

Ну а откажется писать, прогноз понятен: вперед, на размножение, через Нидейсу будут давить на ее друзей, например. И Империя не узнает об угрозе рыболюдей. Просто так сообщить — не поверят, а вот через нее, да деду, да, тут все выходило гораздо солидней.

— Я все поняла и подумаю, — Нидейса сделала чуть растерянное лицо.

Взгляд ее метнулся к русалке и Доброму, который как раз заканчивал ее долбить. Повторилась сцена с облизыванием и слизыванием остатков, и Нидейса испуганно посмотрела в сторону входа. Но нет, третья русалка не спешила на боевой пост.

— Подумайте, — кивнул Высший, — но не слишком долго. Скажем, через сутки я жду ответ.

— Хорошо, понятно, — вздохнула Нидейса, склоняя голову.

Она подплыла к Доброму, который растерянно вращал головой, ухватила его за руку. Рискованный момент, на ней из одежды были все те же две полоски ткани, но обошлось. Как бы ни было сильно зелье биотов, но Добрый только что в очень быстром темпе дважды выбросил семя, при этом магией он тело укрепить не мог. Поэтому Добрый не стал кидаться на нее, лишь еще сильнее завращал головой, словно в поисках нового объекта оплодотворения.

— Через час все пройдет, и разум вернется к нему, — заверил ее Высший.

То есть примерно на четыре сеанса, прикинула Нидейса мысленно, с учетом удлинения срока в каждом последующем акте. Самым мерзким было то, что они могли сунуть такой шарик и ей, и она бы сейчас… нет, нет, нет, не думать о противоестественном сексе! Думать о Добром и вечном — долге перед Империей.

— Благодарю вас, что обошлось без пыток, — прошептала она, склоняя голову.

Внутри все опять било и колотилось, заходилось в нетерпеливом крике. Быстрей! Быстрей обратно!

— Пока вы будете добровольно сотрудничать, все и дальше будет обходиться без них, — заверил ее Высший. — Если вам что-то потребуется, например подводная бумага и чернила, то вам достаточно будет подергать за водоросли у входа, и ваш провожающий тут же явится и все принесет.

— О, это очень предусмотрительно, — снова склонилась Варлея.

Играть сломленную практически не требовалось, она была раздавлена и уничтожена. Ей ясно и наглядно продемонстрировали все, вот просто все, включая голого Доброго.

— Я обязательно что-нибудь придумаю, — пообещала она напоследок.

Всю дорогу до дома-ракушки Нидейса придумывала, правда не то, что хотелось бы биотам, но этого она ведь и не обещала? Прогоняла мысленно детали, свыкалась с ними, добавляла и отбрасывала, снова возвращалась мыслями к основополагающему моменту. Болезненному, жесткому, противному. Необходимому. Словно злая насмешка судьбы, рассуждать о противоестественном сексе, чтобы полчаса спустя обдумывать и добровольно готовиться им заняться.

Отдать свою девственность любимому человеку. Жестокая насмешка.

Добрый послушно плыл следом, правда, на выходе из скалы, он рванул вбок, к кружащимся там русалкам, что-то болезненно мыча, но Нидейса его перехватила. Сопровождающий тоже встревожился, отдал команду акулоидам и те подхватили Доброго, потащили, прижав клешнями. Чуть поранили в процессе, но тут Нидейса уже ничего не могла поделать, только закатывать глаза и притворяться холодной стервой. Добрый мычал и рвался к русалкам, успокоившись только когда те скрылись из вида. Сопровождающий их тоже успокоился и ускорился, что было на руку Нидейсе. Иллюзия «Добрый и русалки» сохранялась.

Едва оказавшись в доме-ракушке, Нидейса торопливо сдернула с себя ленты, не обращая внимания на Алтая и Варлею, глаза которых округлились еще раньше, от вида голого Доброго. Член его и так уже стоял, возбуждение от русалок еще не прошло, и Нидейса, прошептав:

— Извини.

Повернулась к Доброму спиной, насаживаясь на его член задницей.

Глава 15

Сознание вернулось к Тимуру рывком, и он обнаружил себя во все том же подводном доме-ракушке, но в совершенно иной позиции. Оргазм, шок и одновременно с этим осознание, что он сейчас захлебнется, паника. Золотистое сияние, вырвавшееся из Нидейсы, спадало, а сама она, повернувшись лицом к остальным, щерилась в яростной гримасе.

С ее шеи, вяло покачивая щупальцами, спадала тварь-ошейник.

Как всегда после оргазма сознание резко прояснилось, и Тимур включился в действо. Отшатнулся, выходя из Нидейсы и пропуская ее удар ногой мимо себя. Выбросил во все стороны магический импульс преобразования, превращая воду в воздух, и готовясь удерживать щит пузыря, пока будет выкашливать воду из легких. Одновременно с этим его ударило по спине, и Тимур ощутил прикосновение целительской магии.

Красная Варлея, не глядя на Тимура, проскочила немного мимо, ее вторая рука впечаталась в грудь развернувшейся Нидейсы. Вода хлынула из них обоих, изгоняемая магией, и сама Варлея присоединилась. Пару секунд они изображали скульптурную композицию, фонтан из трех блюющих фигур, затем остановились. Благодаря магии Варлеи все прошло без захлебывания, и Тимур удерживал пузырь воздуха вокруг них.

— Молодцы, — спокойно сказал Алтай, ступая внутрь пузыря. — А теперь валим отсюда.

Тимур бросил взгляд на голого себя, на обнаженную Нидейсу, с которой он только что занимался ан… нет, явно во всем виноваты биотики! Одежды рядом нет, и в этом тоже виноваты биотики!! Он изменил жене и в этом тоже виноваты биотики!!!

За секунду он довел себя до пылающей ярости, боевого состояния.

— Собрались в кучку! — рявкнул он на остальных.

Стыд, смущение, что случилось — все это могло подождать. Нидейса нашла способ сбросить тварей с их шей, нельзя было упускать такой шанс. Тимур яростно, зло выкрикнул заклинание вытеснения, разнося дом-ракушку и разбрасывая его во все стороны. Рискованный трюк, но сейчас Тимур ощущал, что все получится. Странная слабость в теле, ногах и пояснице одновременно с легкой, воздушной головой создавали странный эффект, вроде легкого опьянения, когда еще соображаешь, но тормоза уже отключились.

Заклинание разъятия снесло не только дом, оно еще ударило ввысь, раздвигая там воду и создавая своеобразный туннель, внутри которого образовался вакуум. Вытеснение воды уплотняло стенки «туннеля», вода стремилась его заполнить, устремляясь снизу, и тем самым придавая дополнительного ускорения воздушному пузырю, в котором находились Тимур и его команда.

Они взлетали ввысь, да так, что в глазах темнело, и Тимур ударил вытеснением, пробивая новый туннель, благо сверху ничего не лилось, вытеснение уплотняло воду и там, создавая своеобразную крышку к туннелю. На доли секунды, но за них пузырь успевал взмыть еще и еще, стремительно унося Тимура и остальных прочь.

Так что до границы магического купола они добрались за считанные секунды.

— Туда! — крикнула по-прежнему ярко-красная Варлея, указывая влево-вверх.

Тимур ударил, не глядя, но удача была на его стороне, пузырь вылетел почти к самому выходу из купола, где, лениво покачивая плавниками, парила в воде стража и дежурный маг-биот. Некогда было вспоминать, как тут работает система «на выход» (в том смысле, что не выплывали же биотики и их создания из обычных условий на двухкилометровую глубину?), и Тимур скорректировал полет пузыря, ударил вытеснением, целясь прямо в «окно» выхода.

— Входы в купол — односторонние порталы наружу! — крикнула Нидейса, непрерывно совершая пассы руками. — Нужно успеть проскочить!

Стража не растерялась, ринулась в атаку, потрясая копьями и трезубцами, но стена уплотненной воды смела их в стороны. Биота — мага ударило, плюща о купол, затем вышвырнуло наружу и он исчез из поля зрения. Тем не менее, он успел в своем полете совершить несколько пассов, и «окно» словно бы затянуло пленкой, мутнеющей прямо на глазах.

— Проклятье! Он все-таки успел закрыть выход!

С губ Нидейсы сорвалось заклинание, ударило в то место, где находился выход. Купол пошел рябью, но устоял, и Тимур ощутил, что вот теперь тревога точно поднялась. Стража, отброшенная прочь, быстро плыла к нарушителям, и Тимур попытался отпугнуть их вспышкой, но мало преуспел. Заклинание Варлеи оказалось более действенным, ближайшего хитиноносца раздуло, а потом и взорвало.

— Ломайте выход, я тут разберусь! — рявкнул Алтай.

Он выскочил за пределы пузыря, прорвав его с легким чпоком, и внутрь хлынула вода, но Тимур уже ударил новой трансформацией, превращая воду в воздух и вытесняя все прочь, восстанавливая пузырь. Понятно, что купол был очень прочным — ведь от его целостности зависела жизнь массы существ, не говоря уже о том, что он представлял собой еще один рубеж обороны, предпоследний. Не совсем понятным оставалось замечание насчет односторонних порталов наружу, но времени садиться и слушать лекцию точно не было.

Алтай снаружи изогнулся, пропуская мимо себя трезубец, взял конечность в захват, ломая ее. Пируэт, нож в руке Алтая подрезал конечность и бок твари, и тут же вонзился куда-то в район жабр. Страж обмяк, и Алтай сдвинул его, подставляя под удар трезубца второго стража, подплывшего ближе, и сам ударил в ответ, подхватив оружие, выпавшее из ослабшего ласта. В пузырь и Алтая полетели отравленные иглы, но он их словно не замечал, закрываясь стражами и нанося удары трезубцем.

Заклинание пузыря держалось, но теперь Тимур оказался бесполезен, так как вынужден был сосредоточиться на защите. Нидейса ударила еще чем-то незнакомым, купол снова пошел рябью, но и в этот раз устоял. Она присела, ойкнув, и бросила сердитый взгляд через плечо на Тимура, одновременно с этим машинально потирая задницу. Тут же переключилась, зачертила что-то прямо в воздухе, словно практиковалась в азбуке глухонемых.

— Быстрее, — нервно процедила сквозь сжатые зубы Варлея.

Краснота сходила с ее лица, но в сторону голых Нидейсы и Тимура она предпочитала не смотреть, сосредоточившись на Алтае и рыботварях снаружи. Тимур бросил взгляд вниз, там уже плыли биоты и твари, стремительными серебристыми росчерками в воде. Деталей было не различить, но количество их впечатляло.

Алтай продолжал сражаться, разя стражей в их же стихии, словно не замечая, что вокруг вода.

Тимур и раньше подмечал схожие ситуации, когда Алтай выживал или действовал там, где не мог выжить или действовать человек. Обычный человек. Вот и теперь оставалось только восхищаться предусмотрительностью Шефа, снабдившего Алтая защитами даже на такой случай.

— Разъятием вместе! — вскинула Нидейса голову. — Энергия в портал! Две секунды!

Она словно бы пребывала в трансе, забыв, где и в каком виде находится. Но тут же «очнулась», снова сверкнула глазами в Тимура, и он с трудом удержал лицо. Слов о том, что он теперь как честный маг должен жениться на Нидейсе, не прозвучало, но можно было не сомневаться, что без последствий не обойдется. И свидетели есть. Алтай, допустим, может и промолчит, но Варлея… м-да.

И ведь Нидейса сама указала ему, что надо взять тот шарик. Знала? Не знала? Манипулировала или нет?

— Алтай!!! — закричала изо всех сил Варлея, размахивая руками.

Тот, конечно, ничего не услышал, но увидел эти взмахи, и тут же устремился к пузырю. За ним по пятам плыли еще трое стражей, прямо сквозь буро-зеленую жижу, в которую превратилась вода. Тимур посмотрел на Нидейсу и та, с мрачным выражением лица, кивнула, выпрямляясь. Груди ее качнулись, но странное дело — никакого всплеска сексуального желания в Тимуре это не вызвало.

Сколько же продолжалась его отключка?

— Начали! — выдохнул Тимур.

И тут же вдохнул, отменяя пузырь воздух вокруг. Варлея и Нидейса тоже вдохнули, и оставалось только радоваться, что они еще внутри купола, где давление оставалось нормальным. Снаружи такой фокус с отменой пузыря не прошел бы, пришлось бы как-то выкручиваться иначе, а скорее погибать.

Втроем они шагнули-подплыли к куполу, где было «окно» и одновременно ударили разъятием, стремясь пробить там выход наружу. Мана утекала словно в никуда, купол пошел рябью, выход прояснился, демонстрируя темные глубины снаружи, и Нидейса изогнулась, ударила голой пяткой в живот Тимура. Возможно, что целилась и ниже, но этот толчок швырнул ее в «окно» и Нидейса исчезла.

Алтай был уже совсем рядом, дал живительного ласкового пинка Варлее, ухватил Тимура за шею.

В последнее мгновение они влетели в портал, и тут же оказались неизвестно где. Непроглядные темные глубины, и рядом барахталась Нидейса, пытающаяся надуть пузырь вокруг себя. Стенки пузыря гнулись, ломались, пузырь лопался, и Нидейса не поднималась, но и не опускалась. Давление воды со всех сторон обрушилось на Тимура и остальных, стремясь раздавить, сокрушить и сплющить.

Новое заклинание, и вокруг них снова возник воздух.

— Ф-ф-фух, — облегченно выдохнул Алтай, чуть приседая.

Вода давила, Тимур держал, и пузырь стремительно помчался вверх. Даже заклинаний вытеснения или разъятия не требовалось, вода должна была сделать все сама. Нидейса почти упала, оказавшись на четвереньках, тут же прислонилась к стене пузыря, закрывая свое тело, охватывая ноги, подтянутые к груди, руками, и болезненно морщась.

— Ну, Добрый, — проворчала она, — ты совсем не добрый!

— Мне показалось, что ты добровольно и весьма охотно, — Алтай сделал откровенно грубый и неприличный жест.

— Показалось, — огрызнулась Нидейса. — Надо же было как-то снимать этих тварей!

Она охватила одной рукой шею, показывая, о ком говорит.

— Неожиданный способ, — заметила Варлея, приседая.

С них всех текло, на дне пузыря образовалась лужа, но Тимур решил не отвлекаться. Хватит и того, что он стоит тут голый, не знающий, что случилось, и спасает всех! Нидейса, как универсал, может и смогла бы удержать пузырь вокруг себя достаточно времени, чтобы ее вытащило наверх. Но только вокруг себя и если бы смогла его «надуть». Тимур, в свою очередь, неоднократно тренировался с подобным пузырем, как защитой от газов и ядов. Тренировки в воде — спасение группы от утопления — были больше теоретическими и умозрительными, так как им просто не приходилось опускаться на подобные глубины.

— Но все так же основанный на вампиризме, — продолжала Варлея, сверля Нидейсу взором.

— Странно, что этим Высшим, — добавил Алтай, — не доложили о таких талантах.

— Он бы ничем не помог нам, — буркнула Нидейса, глядя в сторону, — в обычных условиях. Ошейники используются уже много лет, все обычные лазейки там закрыты.

— А, стало быть там произошло что-то необычное, — спокойно констатировал Алтай.

— Именно так, — отозвалась Нидейса, но объяснять ничего не стала.

Вокруг светлело, пузырь стремительно возносился, и можно было предвкушать скорый вылет на воздух.

— Кстати, а где мы? — спросил Алтай. — Каковы шансы погони за нами?

— Мы ушли лишь потому, что действовали стремительно, — ответила Нидейса мрачно, — потому что Добрый вынес нас к выходу в мгновение ока. Дежурный маг успел закрыть купол, но он, видимо, был не слишком силен, и мы взломали защиту. Этот взлом активировал портал выхода на короткое время, и мы успели заскочить в него, после чего оказались непонятно где.

Она чуть сменила позу, снова сморщилась от боли.

— Давай, я полечу, — предложила Варлея, протягивая руку. — Где болит?

— В жопе!!! — зло гаркнула Нидейса. — Где еще может у меня болеть после такого?!!

Вспомнив, в какой позиции он очнулся, Тимур тяжело вздохнул и невольно посмотрел на бедра Нидейсы. Он так крепко сжимал их, в момент пробуждения, что там должны были остаться синяки. Нидейса метнула в ответ злой взгляд, но тут же глаза ее широко раскрылись. Тимур хотел обернуться, но этого не потребовалось, мимо промелькнула тень боевой акулы. Или левиафано-кашалота.

В общем, нечто огромное.

— Быстрее! — скомандовала Нидейса. — Быстрее к поверхности!

Вопрос о порталах, местонахождении и жопе так и остался нераскрытым. Пока. Тимур, ударяя вытеснением вверх (благо вопрос с направлением не стоял, бей по ходу пузыря и все), подумал, что разборки потом будут громкими и болезненными. И тут же, неожиданно, всплыла другая мысль, о смеси личного с общественным. О примере Нидейсы. О том, что если уж не бежать из Империи (ведь биотов и Альянс он интересовал только как приложение к Нидейсе, и вот к чему это привело!), то надо торговаться. Спасители Империи? Пускай. Тогда Империя сможет же выделить парочку магистров для Шефа?

С таким подкреплением Шеф враз добьется своего, и наступит мир во всем мире.

Ну а личное, что же, с ним придется разбираться отдельно, но упускать из-за личного возможности выполнить не только свою миссию, но и поработать на общее дело? Глупо, мягко говоря. Конечно, чтобы дошло до этих вопросов, следовало вначале выжить и вернуться, но никогда не помешает немного подготовиться к будущему, не так ли?

— Вода густеет! — взвизгнула Варлея.

Тимур и сам видел, почти что ощущал физически сопротивление. Ударил разъятием, благо заклинание было простым, но тут же увидел разницу. Там, где обычная вода не сопротивлялась, вода, вставшая у них на пути благодаря магии биотиков, даже не подумала исчезать. Внизу виднелись тени, надвигалась, видимо, та самая глубоководная армия. Новые и новые биотики и твари появлялись вокруг, видимо, нащупав общую область открытия порталов и передав ее всем.

Помешать же им, дестабилизировать переходы было некому.

— Ударим еще раз вместе! — крикнула Нидейса. — Мы уже близко, поверхность рядом!

Глава 16

— Как они так быстро нас нашли? — пробормотал Тимур под нос.

Совместный удар помог, они продвинулись еще, но и биоты тут же нанесли новый удар. Не магией, нет, кашалото-кит наехал сверху, отбрасывая пузом пузырь, и вся магия с физикой спасовали против такого удара. Тимур едва удержал защиту.

— Открыли портал в последнюю использованную точку, — хмуро отозвалась Нидейса.

Она сидела мрачная, все такая же сжавшаяся, словно решила, что сопротивление бесполезно. Тимур осознал смысл ее слов, тоже помрачнел — с таким подходом шансы скрыться стремительно приближались к нулю. Может, не все биоты могли быстро подняться из глубин, но им хватило и пары разведчиков. Догнали, обозначили координаты, передали остальным, и пошло телепортирование в примерно заданную область.

— И в этом тоже их сила, — бормотала Нидейса, глядя сквозь пузырь вниз, — односторонние порталы по всему морю, на глубинах в сотню метров, чтобы наверху ничего не учуяли. Некому сбивать порталы, некому отслеживать, и невозможно установить местонахождение купола, из которого пришла орда.

А как же уход назад, неужели нельзя отследить по нему, подумал Тимур, но промолчал, перебирая идеи, как бы им вырваться на поверхность. Сейчас их мог спасти только транспорт, которого не было, как и идей, или моментальное перемещение, которым они не владели. И то, транспорт мог попасть в «сгущение воды», ровно так же, как и пузырь. Магия на магию Тимур перебить их не мог, а техники не было. Не говоря уже о том, что это должна была быть особая техника, способная перебить мощь шаманов-биотов в их родной стихии.

Вампиризм и высасывание энергии из окружающих биотов?

— Алтай? — спросил Тимур.

Варлея подсела к Нидейсе, обняла за плечи, зашептала что-то. Руки ее светились, но тускло. Атмосфера поражения и погружения на дно затапливала пузырь, и если кто и мог что-то с ней сделать, то только Алтай.

— Когда ударит снова, отменить пузырь, вцепиться в кожу, пробуриться внутрь, — ответил Алтай спокойно.

Несколько ударов прилетело по пузырю, но защита выдержала.

— А если не ударит?

— Дождаться нападения тварей, оседлать и плыть на них к поверхности.

Такой же «легкий» в исполнении план, как и прицепиться к кашалоту. Вслух сарказмировать Тимур не стал, и так ясно было, что Алтай, вослед за Архимедом может сказать: «дайте мне точку приложения силы и я переверну мир». Сдаться в плен, не убьют же их, как не убили в первый раз? Да, не убьют, но и сбежать так больше не получится, эту лазейку перекроют.

Попробовать трансформировать из воды что-нибудь, способное гореть под водой? Нет, слишком рассеянно все в ней, разве что…

— Ай дурак! — Тимур хлопнул себя по ляжкам. — Держитесь!

Чуть измененное заклинание трансформации, превращение воды в составляющие, водород и кислород. Гремучий газ, два объема водорода на один кислорода, и ударить вытеснением, резко сжимая смесь. Сфера пузырей возникла вокруг Тимура, словно он совершил гигантский выдох, и тут же удар вытеснением, причем направленным вниз, в сторону приближающихся биотиков и тварей.

Магия сгущения не защищала их с той стороны и цепочка взрывов прокатилась под ногами Тимура. Стенки воздушного пузыря спасли их от сотрясений и ударов по барабанным перепонкам, но далось это большой ценой. Снова появилось ощущение ломоты, по губе побежало что-то, то ли кровь, то ли сопли.

— Вверх! — выдохнул Тимур.

Нидейса и Варлея ударили, и в этот раз вода разошлась легко, без сопротивления. Тимур понимал, что второй раз такой удар не пройдет, и добавил своей магии, заклинания тарана, снизу вверх, в свой же пузырь. Словно огромный кий, подбивающий бильярдный шар, в дополнение к вакууму, выталкиванию воздуха из воды и прочим ускоряющим факторам.

Удар сотряс пузырь, повалил всех, и сам Тимур еле устоял на ногах.

Они стремительно рванули ввысь, проскакивая область бывшего сгущения, и наперерез ринулись твари биотиков. Быстрые, опасные твари, созданные для борьбы с торпедами и ракетами Альянса, для противостояния химерам Империи. Даже под всеми ускорениями, пузырь Тимура уступал им в скорости, но тут уже ничего нельзя было поделать, только наблюдать напряженно, как твари приближаются, приближаются и еще раз приближаются.

Снизу-слева и снизу-справа вынырнули сразу две огромные тени, ринулись к пузырю.

Тимур не успел прикинуть скорость и возможность удара, как мимо начали мелькать еще тени. На этот раз сверху вниз, и эти тени не были живыми.

— Бере…

Взрыв сотряс пузырь, и тут же еще один и еще, и Тимур просто не удержал защиту. Заклинание сломалось, а сам он не успел даже воздуха набрать. Кто-то ухватил его за руку, дернул, их швыряло и крутило, словно щепки в шторме, оглушительно било взрывами по голове, и Тимур пытался удержать индивидуальную защиту, пытался не потерять сознания.

Ни о каком создании нового пузыря тут не могло идти и речи, все вокруг бурлило и шумело, ходило ходуном от взрывов глубоководных бомб. Багрово-зеленую тьму и жижу разорванных внутренностей прорезали вспышки, лучи и шары, холодные и смертноносные. Новые взрывы и вода вокруг начала стремительно нагреваться, что-то сильно ударило Тимура в спину, затем в ноги, затем еще раз по голове.

— Водомет! — пробулькал он.

Разумеется, тут же хлебнул воды, так как уже почти не соображал, что и где вокруг, и попытался произнести заклинание под водой. Тем не менее, заклинание сработало, рвануло его к поверхности — наверное, так как Тимур сам не понимал, где низ, где верх. Вода заливалась, он не выдержал и закашлялся, еще больше воды хлынуло внутрь… и они выскочили на поверхность.

— К кораблю! — заорал Алтай.

Тимур хотел ответить, но снова закашлялся, ощущая, как не хватает воздуха. На ходящих ходуном волнах и над ними, под синим небом, покачивались корабли Альянса и было их много. Очень много. Варлея и Нидейса смотрели на Алтая наполовину оглушенными рыбами, кое-как удерживаясь на поверхности.

— Техника! — снова рявкнул Алтай.

Теперь до Тимура окончательно дошло, и он кивнул, попытался помочь Нидейсе. Машинально, так как она была ближе, и только потом сообразил, что после всего случившегося лучше не приближаться. Нидейса, однако, не стала отказываться от помощи, а Варлею подхватил Алтай.

— Не двигайтесь! — прогремел голос с небес.

— Тогда мы утонем! — крикнул в ответ Алтай.

Тимур попытался зависнуть на месте, чуть шевеля ногами, уже предвкушая, как они уберутся из воды. О да, будет Альянс, новое заключение, допросы и все такое, но это хотя бы будет в окружении техники и людей, в общем, привычного и родного, а не этих пучеглазых рыбомордых тварей, заставивших его совершить невыразимое.

— Сейчас вас вытащат, не предпринимайте…

Сброс глубоководных бомб и обстрел продолжался, но разъяренных биотиков это не остановило. К ходящим ходуном волнам добавились мощнейшие фонтаны, выстреливающие во все стороны тварями, а также удары гидропушек, по корпусам кораблей. Неподалеку от Тимура взметнулся вал воды, покатил, нависая на половину неба, и он ударил в ответ заклинанием, понимая, что ему не разъять и не отбросить такую массу воды.

С небес рухнула радужная стена силовых полей, и волна ударила в ней, после чего откатилась бессильно обратно, прямо на кашалота. Еще удар силовыми полями и еще, отсекая часть моря, словно заключая магов в темницу. Биотиков это, разумеется, не остановило, и они зашли снизу.

— Ну песец, — вырвалось у Тимура.

С громкими плюхами и брызгами с небес падала техника и десант, прямо на морскую гладь. Плавучие танки ныряли и стреляли, кипятили воду вместе с тварями в ней. То и дело взлетали фонтаны, сбивая очередного десантника, и вода под ногами кишела тварями, так и норовящими сожрать все вокруг. Взрывались гранаты, разбрасывая куски тел, и новые создания биотов захлестывали танки и десантников, перегружая щиты, утаскивая под воду, вгрызаясь в броню.

— Песец, — опять вырвалось у Тимура.

Их выдернули из воды, прямо на платформу, и тут же нацепили блокираторы. Алтай еще успел заломать двоих, прежде чем его вырубили, да сам Тимур ранил одного. Успехи Варлеи и Нидейсы он заметить не успел, так стремительно их всех уложили лицами в пол.

Через прозрачный пол платформы было отлично видно бурление вод внизу, и то, что биотики и не думают отступать. Выкрики над головами, матюги и грохот оружия добавляли оттенков запахов и звуков. В принципе, логично, думал Тимур, глядя вниз, биотики стремились утащить вниз, туда, где у них преимущество, Альянс вверх, туда, где уже у них преимущество. Не совсем родная для Альянса среда, но подводные обитатели уже точно не могли взлететь на пару километров и потом гнаться на скоростях в сотни километров в час, дабы отбить пленников.

Правда, тут скрывался еще один подвох.

С подводной базы они сбежали, воспользовавшись порталом наугад — ну да, не повезло, но факт, что на какое-то время сумели разорвать дистанцию и шанс спастись был. С базы же Альянса… и тут Тимур обозвал самого себя дураком, в бесконечный уже раз. Техника и Алтай, ну конечно же! Это не означало, что можно расслабиться и разжать булки, но все же давало шансы, как с Нидейсой и освобождением от тварей-ошейников.

Козырь в рукаве, о котором не знают в Альянсе.

Правда, возможно, они не знают и о Нидейсе, а здесь собрались, скорее всего, чтобы остановить прорыв орды биотов, но насчет Нидейсы, как раз дело поправимое. У биотиков побывали, теперь в Альянсе, а потом домой и делать вид, что это такой мастерский шпионский рейд по тылам противника, главное до дедушки Нидейсы добраться, он прикроет. Этакая шаткая конструкция, с массой моральных натяжек, уступок и компромиссов, непонятными шансами на успех, но в случае успеха, о! Миссию можно будет считать на три четверти выполненной.

— Сбоку, Джорди, сбоку, куда ты смотришь?! — неожиданно раздался истошный вопль над головами.

Тимур даже голову повернул, но заметил лишь краешек мелькнувшей тени. Платформу ударило, подбросило, и Тимура швырнуло вперед, прямо к краю платформы. При этом тело его приподнялось, и ноги взмыли в воздух, словно он совершал экзотический кувырок.

Рядом несколько раз оглушающе хлопнуло, и тут же вокруг платформы вспыхнула сфера силовых полей. В нее беззвучно били молнии, затем врезалась какая-то тварь, распласталась, раззявив широкогубый рот, сползла, обвиняюще глядя на Тимура выпученными глазами.

— Выше, выше, выше, выше!! — надрывался кто-то на высоких тонах.

Они и так уже были высоко, по ощущениям Тимура, но надо полагать, сотня метров не была пределом для биотов. В то же время, глядеть сверху вниз сквозь прозрачную платформу — такое зрелище возвращало первоначальный страх перед высотой. Не говоря уже о том, что внизу кипело и бесновалось море, окрашенное в цвета внутренностей тварей, а то и самих биотов.

Из бурлящего котла выныривали и тут же пропадали какие-то крокодилы, роботы, пару раз выскакивали десантники, один раз ударила молния снизу вверх, но не долетела. Платформу с Тимуром и остальными швыряло и подбрасывало, вокруг вспыхивали поля, орали охранники, и каждый раз стволы за спинами вжимались все сильнее, словно норовя продавить магов сквозь платформу.

Алтай так и лежал без сознания, но на него все равно были наставлены два ствола.

— Давайте, покажите им!! — грубый, охрипший голос.

Мимо начали проноситься вспышки шаров плазмы, затем море внизу словно расступилось и смялось, чтобы тут же выпрямиться. Плясали лазерные лучи на волнах, целые ущелья возникали под ударами дезинтеграторов. Платформа поднималась все выше и панорама битвы становилась все шире. Обитатели моря, устремившиеся в погоню большой толпой, осаждали все корабли, местами море просто парило, затягивая все дымкой, то ли кислоты, то ли пожаров.

Но в этот раз у сил Альянса хватало и морских танков, и прикрытия с воздуха, и десантников, и вокруг то и дело вспыхивало зарево вспышек разнообразнейшего энергетического оружия. Биотов оттесняли и отрезали, те ныряли и переплывали на помощь соседям, бойцы и техника Альянса сосредотачивали огонь на других участках, подавляя и уничтожая.

— Очень…

— Тихо! — Нидейсу чуть пристукнули головой о платформу, сунули под нос огромный ствол.

— Да вы…

Теперь досталось Варлее.

— Будет хоть малейший намек на колдовство, слова, жесты, сразу стреляйте! — раздался сверху очень злой голос.

Тимуру очень хотелось вмешаться и сообщить, что такого стреляльщика потом самого расстреляют, но он все же сдержался. Платформа поднималась, и ее почти перестало швырять, видимо, до такой высоты биоты уже не доставали. Затем начало темнеть, и Тимур напрягся, ожидая, что биотики решили повторить свой трюк с мега-штормом.

Но все оказалось немного прозаичнее: они влетели в тень огромного корабля Альянса.

Платформа с мягким чпоканьем втянуло в одно из посадочных ворот, за которыми оказался небольшой ангар. Набитый техникой, боевыми роботами, беспилотниками и камерами, и кто знает, чем еще.

— Одежду, — распорядился чей-то спокойный, уверенный голос.

Тимура кольнуло между лопаток, и его словно бы окатило прохладой. Тонкая накидка, на манер тоги, накрыла его тело. От такого уровня технологий хотелось плакать и биться головой об пол.

— Поставить на ноги.

Их подняли, Тимур придержал Алтая, который наваливался тяжело, еще не до конца придя в себя.

— Мы давно вас ждали, Нидейса Алол, — сказал встречающий их представитель Альянса.

Глава 17

— Ждали меня? — хмыкнула Нидейса.

Лицо ее стало высокомерным, словно она тут повелевала всем, а какая-то букашка осмелилась вякнуть что-то против.

— Вас. Прошу.

Жесты его были безукоризненны, голос внушал доверие, а внешность не запоминалась вообще. Тимур решил, что они имеют дело с роботом, хотя он и не знал, умеет ли Альянс производить настолько совершенных андроидов?

— А наши друзья? — спросил Тимур, увидев, что Алтая и Варлею отводят в сторону.

— Они подождут вас отдельно, — улыбнулся встречающий. — Им окажут первую помощь и их жизни ничего не угрожает.

Пока вы сотрудничаете, мысленно закончил Тимур. Похоже, повторялась сцена в море, только теперь в воздушном море. Страсть Нидейсы к нему, из мелкой немного досаждающей вещи, внезапно превратилась в нечто намного большее. Попутно Тимур сообразил, что их сдал кто-то из своих, либо в Империи есть внедренные шпионы Альянса и Союза, одновременно.

— А нашей? — прямо спросила Нидейса.

Их вели по коридору, залитому холодным светом. Камеры, турели, охрана через каждые десять метров, и сзади еще десяток таких же. Бойцы в энергоскафандрах, с мощным оружием. Либо стены были отдельно защищены — как дополнительная мера против побега — либо их не волновало, что они могут продырявить собственный же корабль.

— И вашей тоже, пока вы не совершаете ничего неразумного, — заверил их мужчина.

Представляться он упорно не желал, и подозрения Тимура насчет робота крепли. Не то, чтобы это давало какие-то дополнительные шансы на побег, нет, просто торговаться им предстояло с кем-то еще. Все это опять же до боли напоминало сцену у биотов, и оставалось только гадать, ждет ли его еще один провал в памяти. С последующим приходом в себя в разгар анального секса с Нидейсой.

— Самое разумное, что может совершить создание Творца, так это служить своей стране и своему роду изо всех сил, — неожиданно певуче отозвалась Нидейса.

Она словно бы цитировала что-то, неизвестное Тимуру.

— Все мы служим своей Родине, — без тени иронии отозвался мужчина, — и хорошо, что вы это понимаете.

Они остановились перед очередной дверью, которая тут же плавно отъехала вбок. Внутри обнаружилась не пыточная и не конференц-зал, а вполне себе жилое помещение, к вящему удивлению Тимура. Все было адаптировано под «магических дикарей», то бишь везде присутствовали огромные кнопки и сенсорные панели, с поясняющими надписями «нажми здесь, чтобы поесть».

— Кофеееее, — простонал Тимур, нажимая на сенсор с надписью «нажми, чтобы получить бодрящего напитка».

Разумеется, это был не кофе, а какой-то его местный аналог, но какая разница, если в чашку полилась черная бодрящая жидкость с острым запахом?! Тимур довольный тем, что ему не подсунули странных энергетиков, ухватил чашку и отхлебнул.

— Это многое объясняет, — пробормотала Нидейса за его спиной.

— Что?

Нидейса совершила вращательное движение глазами, затем закатила их, указывая, что их подслушивают и за ними наблюдают. Впрочем, Тимур и сам сообразил — он действовал привычно, не стеснялся техники, словно попал домой. В определенном смысле так оно и было, но что тут могла подумать Нидейса? Правильно, что он шпион Альянса.

— А, — протянул Тимур и еще раз отхлебнул.

Разумеется, в кофе могли быть и какие-нибудь наркотики правды, но продолжая аналогию с биотиками, похоже его ролью было пробовать разное незнакомое.

— Ага, — вздохнула Нидейса.

Она отошла и села на диван, ухватила пульт с большой кнопкой и нажала ее. Экран на стене включился и там появилось изображение девушки. Она живо напомнила Тимуру стюардессу, объясняющую правила полета.

— Мы рады приветствовать вас на борту «Стремительного», — заявила девушка, и Тимур фыркнул, чуть не расплескав кофе. — Наш полет продлится два часа сорок три минуты, температура за бортом минус двадцать, скорость полета две тысячи километров в час.

— Или это дезинформация, или нас везут на материк Альянса, — прищурилась Нидейса.

Она попыталась устроиться удобнее, опять сморщилась. Поднялась, собираясь сотворить заклинание, и тут вспомнила о блокираторах.

— Ты! — потребовала Нидейса от экрана. — Приказываю немедленно оказать мне первую помощь!

— Не забывайте о том, что применение магии на борту «Стремительного» будет немедленно обнаружено и система защиты корабля примет соответствующие меры, вплоть до летальных, — улыбнулась девушка. — Приятного вам полета!

Экран выключился.

— Вообще-то это не так работает, — заметил Тимур нейтральным тоном.

Нидейса повернулась к нему, изобразила губами «я знаю», и тут же отвернулась. Тимур хмыкнул еще раз, окидывая взглядом помещение. При технологиях Альянса здесь все могло быть напичкано камерами, и наверняка существовали программы чтения по губам. Или просто за экранами сидели чтецы, раз уж Альянс так всерьез подошел к вопросу и действительно поджидал их.

Могло ли все это быть совместной операцией Альянса и Союза, в стиле «хороший и плохой полицейский»?

— Поискать тебе аптечку? — спросил Тимур.

— Новую жопу себе поищи, — грубо огрызнулась Нидейса.

Она подошла к двери с надписью «Мыться здесь», скрылась за ней. Тимур подавил желание последовать за ней, допил кофе. Они не могли говорить здесь, не могли объясниться и это немного угнетало. Как действовать? Что делать? Насколько Нидейса знакома с Альянсом и его технологиями? Насколько она играет в обиженную? Что делать самому Тимуру?

— Интересно, есть ли здесь интернет, — пробормотал он.

Скорее всего не было, но Тимур не стал бы утверждать наверняка. Подслушивание и подсматривание, размещение парами, наверняка для сбора дополнительной информации. Разговоры, поведение, попытки снять блокираторы или еще что-то. Например, сайты, посещенные в интернете. Вообще знание, что такое интернет.

Умение нажимать на кнопки и сенсоры, наконец.

Тимур, заказав себе еще чашку кофе, небрежно развалился в кресле. Посмотрел на пульт с всего одной кнопкой, подумал, не стоит ли поискать иллюминаторы. Нет, это было бы уязвимой точкой, через которую можно сбежать. Прогнал импульс магии внутри тела, попытался прогнать. Блокираторы кольнули, импульс рассеялся, даже не успев толком сформироваться. Только ошейник надеть и опять будет копия биотов.

Может быть, даже хуже.

Тимур поставил чашку на столик, подпер голову рукой, задумавшись. История этого мира была историей войны и историей развития методов противодействия друг другу. Разные энергии, невозможность объединения, взаимное рассеивание и прерывание, противодействие по большей части сводилось именно к этому. Тварь-ошейник биотов добавляла биологического компонента, но суть была та же — ощущала магию и начинала противодействие.

При попытке сломать блокиратор без магии он также включался и оглушал носителя. Или убивал, в зависимости от настроек. Его… нет, Нидейсу ценили достаточно высоко, чтобы не убивать, но становилось ли от этого легче? Нет. Что он мог сделать для слома блокиратора, без применения магии и ударов чем-нибудь? Технологичный взлом? Возможно, но Тимур в нем не разбирается и у него нет инструментов. Отключение извне? Как вариант, только вначале требовалось захватить того, кто мог посылать команды блокираторам.

Хотя осмотреть снаружи не помешает, ведь не могут же они полагаться только на удаленные сигналы? Механическая возможность снятия должна быть, не так ли? Тимур сделал глоток и признал, что может быть и не так. Блокираторы применялись только к магам, маги — враги, им необязательно гарантировать возможность спасения. Тем более, что мораль Альянса в этом вопросе вполне могла отличаться от земной «защиты от дурака».

Не исключено, что там внутри стояли ловушки против таких вот умников. Да, Тимур придумал, как сломать блокиратор, воспользовался успешно придумкой на Тихом, но то был полевой блокиратор. В конце концов и на Земле встречались умельцы по моментальному избавлению от наручников, не так ли? И в своих поисках способов избавления от блокиратора он ни разу не натыкался на упоминание возможности внешнего вскрытия. Конечно, за полгода невозможно объять все, впитать культуру и историю, понять этот странный мир, столетиями ведущий войну на три стороны, но все же, все же.

Ощущение было таким, словно, если он сумеет вскрыть блокираторы, то это каким-то образом уравновесит ту ситуацию с тварями-ошейниками у биотиков, и они окажутся квиты. После этого останется только разобраться с отношениями и всем прочим, дабы вернуться в точку, до нападения на Тихий. К тому же, это поможет с использованием Империи в помощь Шефу.

— Нидейса! — крикнул Тимур, подойдя к двери. — Я собираюсь войти!

Конечно, он видел ее голой, да что там… но кто знает этих женщин? Возьмет и дополнительно обидится, тогда как сейчас как раз нужно полное сотрудничество. Время ограничено и никто не гарантирует, что за эти два с половиной часа полета их не будут допрашивать или еще чего делать.

— Не надо, — сообщила Нидейса, появляясь из ванной.

Она привела себя в порядок, и даже одежда — роба теперь смотрелась больше экзотической пижамой, чем серой унылой униформой заключенного. В одежде, возможно, тоже содержались «жучки», но не просить же ее снять?

— Что случилось? — спросила она ровным голосом.

Вот так, вблизи, Тимур видел, что Нидейсе очень хочется устроить разборки, и если она и не делает этого, то исключительно затем, чтобы не давать Альянсу лишней информации и возможностей. Сейчас это было Тимуру на руку, оставалось только как-то сообщить Нидейсе о своем желании изучить ее блокираторы.

— Я, — Тимур похлопал по блокиратору на руке.

Нидейса неожиданно скользнула к нему, вжалась горячим телом, прошептала интимно в ухо:

— Ты готов заниматься этим под прицелом камер?

— Мы накроемся одеялом, — в тон ей ответил Тимур.

— Там будет темно.

— Ничего, я справлюсь и наощупь.

Близость Нидейсы, ее недвусмысленные жесты (вот и гадай, игра это на камеру или продолжение ее стратегии), а самое главное — воспоминание о случившемся у биотиков — все это неожиданно получило отклик изнутри Тимура. Все, как всегда, угрюмо подумал он, единожды переступишь запрет, пусть даже и не по своей воле, и все последующие нарушения становятся легче.

— Внимание, с вами говорит капитан корабля, — раздался за его спиной знакомый голос.

Тимур развернулся, и да, экран включился сам и на нем, вместо стюардессы, отражалось лицо Алтая.

— В нашем полете произошли небольшие изменения. Корабль захвачен террористами и направляется на территорию Империи, всем гражданам Альянса просьба покинуть борт корабля в течение одной минуты, по истечении которой нарушители будут удалены насильственно.

— Зачем он об этом говорит?! — возмутилась Нидейса. — Предупреждает?

Тимур покривился. Слова Алтая были обращены к ним, и являлись скорее шуткой с отсылкой к Земле, неясно правда зачем. Вряд ли Алтай стал бы оставлять… ах да, вот оно что!

— Он говорит, что нам лучше не выходить из помещения, пока системы корабля уничтожают бойцов Альянса, — объяснил Тимур.

— Лучше не выходить? Отлично!

Колено Нидейсы врезалось в пах Тимура, который не ожидал такого. Тимур блокировал второй удар, попытался провести подсечку. Нидейса легко отскочила, застыла в боевой стойке, чуть пригнувшись.

— Даже не спросишь за что? — сердито поинтересовалась она.

— Ты же хотела секса со мной? — разозлился Тимур. — Ну как, приятно теперь сидеть?

— Ах ты!

Она прыгнула вперед, оттолкнувшись от дивана, Тимур ушел вбок, нанес удар, стараясь, впрочем, не бить в полную силу. Нидейсу закрутило, отбросило к стене.

— Без магии ты слабее, да и с магией тоже, — безжалостно сообщил ей Тимур.

— Ты уверен?! — вспыхнула Нидейса, вскакивая. — Ты еще не видел всех моих талантов!

— Вроде вампиризма?

— Который спас нас всех! Спас, ты, дурак! — заорала Алол, кружась по комнате. — Все это было ради тебя!

— Ради меня ты подставила свою жопу, а теперь винишь меня же?

— Кто же виноват, что эти жопорукие биоты сделали своим русалкам одну дырку?! — Нидейса окончательно потеряла голову и ринулась напролом.

Тимур легко парировал… и получил жестокий удар в солнечное сплетение. Согнулся, хватая ртом воздух, и Нидейса, холодная и расчетливая, выпрямившись, пробила ему ногой по голове. У Тимура зазвенело в ушах, теперь настал его черед валяться под стенкой.

— Дырку, больше похожую на жопу, чтобы эффективнее воздействовать на мужчин?! — крикнула она, уперев руки в бока. — А ты был настолько одурманен их зельем, что возбуждался только на этих однодырочных коров!

Тимур припомнил «дойки» русалок и озадаченно закряхтел.

— И чтобы бык-производитель не сдох в процессе, ему ослабили поводок. И мне, чтобы ухватить этот эффект и передать его другим, нужен был момент максимального выброса жизненной силы, дабы наверняка сломать свой ошейник, не дающий использовать магию. Я спасла всех нас, а ты ведешь себя как обиженный ребенок!

— Обиженный ребенок? Да я даже не помню ничего! Ты поимела меня, хотя я был против!

— Во имя спасения твоей же глупой головы, Добрый! Это было больно и отвратительно для меня… чего не скажешь о тебе!

Тимур поджал губы, не стал говорить о том, что цель ее была именно такой — добиться «выброса жизненной силы».

— Но я рада, что у нас состоялся этот момент единения, — неожиданно широко улыбнулась Нидейса, — ведь боль пройдет, а воспоминания останутся.

Тимур, ощущая себя загнанной в угол мышью, лишь закряхтел в ответ.

Глава 18

Блокираторы внезапно разомкнулись и упали на пол.

— Быстрее в рубку, — произнес с потолка голос Алтая. — Следуйте за светящейся линией.

Дверь распахнулась, и Тимур невольно присвистнул. Чинный безликий коридор теперь больше напоминал решето. Потолок и пол были издырявлены, лампы сожжены, камеры и турели уничтожены. Выбитые двери, разломанные стены, огромные рваные дыры, в которые сейчас со свистом задувал холодный ветер.

— Соврали, — хмыкнула Нидейса, — нет тут минус двадцати.

— Алтай мог снизить корабль после такого, — отозвался Тимур.

Силуэты на стенах, тела под ногами, горелое мясо, тела, пробитые насквозь, несмотря на броню. Скульптурные композиции — бойцы Альянса против роботов — кровь и потроха, металлические и биологические под ногами.

— Алтай просил быстрее, — и Нидейса помчалась вперед быстроногой ланью.

То боль в заднице утихла, то ли она играла на публику, Тимур так и не решил. В проломе мелькнул силуэт, еще один, Тимур бежал, перепрыгивая через тела, и наблюдая через дыры в корпусе за тем, что творилось снаружи. А творилась там натуральная воздушая свалка, в мелькании лучей и сиянии силовых полей.

Тимур прибавил скорости, догнал Нидейсу.

— Вот это контроль! — восхищенно выдыхала та.

В пролом влетел беспилотник, слегка подбитый, но еще действующий. Из потолка высунулось нечто, выстрелило, распыляя беспилотник на атомы. А вместе с ним и часть стены. Тимур мысленно выругался, попытался еще прибавить ходу, выжимая силы из избитого и усталого тела. Правда, две чашки кофе взбодрили, но все равно, Тимур не отказался бы сейчас лечь и уснуть.

— Быстрее! — крикнул он.

Светящаяся линия впереди вилась по коридорам, мелькала, ныряла вбок и вверх, а иногда и вниз, и Тимур зло подумал, что лифты и порталы тут не помешали бы. У Альянса были свои технологии локальных нуль-переходов, но они требовали стационарности, установки на земле и отдельной запитки энергией. Или их просто повредили, пока Алтай отбирал корабль у владельцев?

За спиной ухнуло, свистнуло, дунуло, и Тимур, повинуясь чувству опасности, упал на бегу, одновременно с этим пытаясь развернуться навстречу опасности. Мгновенная картина — огромная дыра в борту корабля, и Нидейса, успевшая прикрыться заклинанием, висящая в воздухе без всякой опоры.

— Гдзарнаэтак! — выкрикнул Тимур, швыряя к ней первое, что под руку попалось — кусок какого-то кабеля.

Импульс трансформации вослед, и кабель вытянулся, потолстел, ухватил Нидейсу за талию и плечи, словно своебразный технотентакль. Заклинание универсального щита сорвалось с губ Тимура одновременно с болезненным рывком. Заклинание разлетелось вдребезги, под новым ударом, и Тимур, ощущая боль в плече, понял, что не успеет. Либо защищаться, либо дергать Нидейсу к себе телекинезом.

Снизу вынырнул робот с манипуляторами, саданул Нидейсу пониже спины, словно играл в волейбол людьми. Магичка взмыла по дуге, и тут же новый удар достал «Стремительного». В вихре бушующих красок силовые поля разлетелись в стороны, словно были материальными, и новый кусок корабля исчез, растаял прямо под ногами Тимура. И все же защита выиграла секунду, и он успел прыгнуть вверх, не выпуская кабеля, и успел выкрикнуть новое заклинание, подтаскивая Нидейсу ближе.

— Да когда ж это закончится? — вырвалось у Тимура невольно.

Он успел зацепиться за перекрытие, повис на одной руке, второй удерживая кабель.

— Добрыыый! — мимо пролетела Нидейса, врезалась в стену.

Тимур вывалился, перекатился по полу, и тут же швырнул щиты наугад в пространство, просто на всякий случай. Рядом сползла по стеночке Нидейса, злобно сопя.

— Не рассчитал, извини, — искренне извинился Тимур.

Судя по кинутому в него злобному взгляду, Нидейса не поверила, сочла местью за недавнюю драку. Оставалось только поражаться, откуда у нее столько энергии и времени на эмоции.

— Ох ты ж да, — вырвалось у него после подъема.

Выстрелы — несомненно с вон тех вон двух платформ с тяжелым вооружением — вырвали кусок «Стремительного», обнажив панораму воздушного боя. Сам «Стремительный» пер вперед ледоколом, отстреливаясь из всего, чего только можно. Мера предосторожности Альянса, размещение пленников на самом мощном корабле, теперь обернулась против них.

Размеры, живучесть и количество пушек, вкупе с роботами и беспилотниками. «Стремительный» продолжал сражться и лететь, несмотря на повреждения изнутри и снаружи, несмотря на то, что весь остальной воздушный флот сопровождения обрушивался на него. Или не весь. Прямо на глазах Тимура невидимый молот обрушился на платформу, сминая корпус и орудия, корежа их, и тут же несколько разрядов прошили платформу навылет, после чего та взорвалась.

— А я даже не услышала их предложений, — голос Нидейсы.

— Что?

— Бегом!! — крикнула она, ударяя кулачком в бок Тимура.

Попыталась ударить, он пропустил удар мимо, заблокировал заклинание. Нидейса стала мокрой, скользкой, выдернула руку, рванула вглубь корабля. Тимур припустил следом, ежесекундно кидая заклинания за спину, хотя у него уже болела голова и ломило ноги. Проблема была решаема, разумеется, становись сильнее и мощное, расширяй резерв уем, учись черпать больше, кидать дальше, переходи в маги, а затем и магистры. А еще лучше архимаги — на поле боя им выходить не надо, резерв такой, что не оскудеет, сиди себе в Совете, да попердывай в валенки, потому что пока вырастешь до одного из них, состаришься.

Усталость, наверное, и истощение, подумал Тимур на бегу, что всякая фигня в голову лезет.

— Неужели тут нет лифтов? — еле живой, Тимур ввалился в рубку. — Нуль-переходов?

— Есть, но я их заблокировал, — спокойно отозвался Алтай, — иначе тут уже хозяйничал бы Альянс.

Нидейса метнула в него злой взгляд, повалилась на пол. Варлея присела рядом с ней, начала гладить и хлопать по стене, бормотать целительские заклинания. Подлетевший ближе медицинский робот получил заклинанием, взвыл и упал на пол, распластался всеми конечностями.

— Ну как? — спросил Тимур, подходя ближе и глубоко дыша.

— Хреново, — отозвался Алтай.

На экранах перед ним все сверкало, свистело, взрывалось и падало. Судя по схеме «Стремительного» треть корабля была уже ничтожена, и еще треть изрядно раскоцана. Врагов вроде бы стало меньше, но тут Тимур ничего не взялся бы утверждать, так как не знал точного начального количества.

— Мы к югу от Двух Запятых, — сообщил Алтай, и Тимур чуть не подавился.

Острова, складывавшиеся на карте в грубое подобие двух запятых, своеобразные «кавычки», это было сердце территорий Альянса. Не тыл, к северу, насколько помнил Тимур, располагались Башня и Риф, острова, занятые Альянсом, и к востоку там был провал с островами, что означало территории биотов. Не тыл, но все же сердце территорий, вроде Тихого — опорной базы в тылу.

И опять проблема расстояний и скорости, того, что в команде Тимура никто не владел порталами и телепортом. Пока долетишь до островов Империи, воздушный флот Альянса сто раз добьет «Стремительного». Не говоря уже о подкреплениях с Запятых, которые наверняка мчались на помощь. Единая сеть, связь, коммуникации, в этом Альянс всегда был выше Империи и Союза, благодаря технологиям.

— Варианты?

— Сражаться до последнего, потом попробовать свалить в одной из спасательных капсул.

— Догонят.

— Врезаться в воду и уйти под ней, затаившись.

— А биотики?

— Тут только рисковать, в этом буйстве энергий детекторы и сканеры не берут воду.

— Еще.

— Валить прямо сейчас, оставив «Стремительный» сражаться в автономе. На какой-то срок воздействия вещей Шефа хватит, а мы за это время улетим далеко.

— Еще.

— Автономное сражение, захват нового корабля и дать деру на нем.

— Нужно сообщить в Империю! — выкрикнула Нидейса.

— Да нас там слушать не станут, — отмахнулся Алтай, — не говоря уже о том, что в Империи нехватка передатчиков, способных принять послание Альянса.

— Меня послушают! — топнула ногой поднявшаяся Нидейса.

Тимур удивленно посмотрел на нее, потом понял. Альянс и Союз знали, кто она такая, так чего скрываться?

— Я назову себя!

— Что вероятнее, — произнес Алтай, не отрывая взгляда от экранов.

Пальцы его наигрывали нехитрую мелодию на клавиатуре, но все же Тимур ожидал большего. Возможно, «Стремительный» имел программы на такой случай, действовал действительно автономно. Или Алтай просто задал программу вида «стреляй во все, что движется».

— Что предатели внутри Империи, благодаря которым пал Тихий, будут иметь технику Альянса и первыми получат сообщение, или что они и так на связи с Альянсом и Союзом, и знают, что происходит?

— Не поняла.

— Алтай хочет сказать, что обычные имперцы нам не поверят, а те, кто услышит и поверит, по большей части предатели Империи, и без того знающие, кто ты такая, — пояснил Тимур.

«Стремительный» содрогнулся, экраны заморгали, безввучно взвыли сирены, а на схему корабля словно пролили стакан с красным. Движения пальцев Алтая ускорились, он тихо ругнулся под нос.

— Центральный реактор все же достали, у нас минут десять в лучшем случае, пока не закончатся ремонтные бригады.

— А в худшем?

— До следующего удара, на вспомогательных мы сядем, сели бы в спокойных условиях, но кто-то видит тут спокойные условия?

Теперь корабль и рубку трясло, все вокруг вибрировало, подскакивало. Тимур ухватился за ближайшую консоль, к счастью, намертво приделанную к полу.

— Так что, — нахмурилась Нидейса, — нам теперь и не вернуться?

— Почему же, — пожал плечами Алтай, — просто сообщать в Империю надо магическим способом, желательно моментальным, желательно тем, кому мы полностью доверяем. Есть предложения?

Варлея помотала головой, Нидейса скорчила жуткую гримасу. Разумеется, у них ничего не было, а если бы и было, то его потратили бы еще той ночью, на дохлой черепахе. Или на острове, где вскрылась тайна Нидейсы, все равно терять было уже нечего. А потом все, что можно, отобрали биотики, и если не они, так Альянс. Разве что оно вшито в тело было, как у Алтая, которого даже не заподозрили ни в чем, благо он умело прикидывался потерявшим сознание.

Тимур мысленно добавил к своему списку «освоить как можно раньше», помимо порталов, еще и способы магической отправки сообщений. И телепатию. Полгода он учил сражаться и швыряться заклинаниями направо и налево на рефлексах. Это помогало, он выживал в боях, шел дальше, но вот теперь стало понятно, что освоенного недостаточно.

— Я… возможно…, - Нидейса запнулась и замолчала.

Тимур заметил, как округлились глаза Варлеи. Целительница вскочила, округлив глаза, воскликнула.

— Не верю!

— Во что? — спросил Алтай.

— Она… она… владеет магией крови!

— Из списка запрещенного? — нахмурился Алтай, припоминая. — Точно.

— Как и вампиризм…

— Который спас вас от биотиков! — вспыхнула Нидейса.

Корабль снова тряхнуло, и в этот раз сирены взвыли с выматывающим душу звуком, перекрывающим треск и грохот. Алтай что-то крикнул, прыгая к стене, в которой уже распахивалась потайная ниша. Одна стена рубки пошла трещиной, тут же треснула вторая, экраны начали лопаться и разлетаться с треском. Тимур рефлексивно выставил щит, спасаясь от стекла, втянул запахи паленой изоляции и расплылся в почти что счастливой улыбке.

Словно на мгновение домой вернулся.

Нидейса уже орала что-то гневное, Варлея металась в легкой панике, а затем сирены взвыли и умерли.

— …РЫЙ!!! — оглушительно орала Нидейса.

Алтай уже выскочил обратно, увешанный оружием, метнул Тимуру нечто вроде пейджера, крикнув.

— Энергощит на пояс, без привязки! Рвем когти!

— Кому? — растерялась Нидейса.

Словно гигантский нож прорубил рубку пополам, и воздух ворвался внутрь, попутно обнажая картину пожаров и взрывов вокруг. «Стремительного» накренило, и Тимур машинально наклонился, пытаясь уравновесить этот крен. Из третьей стены уже лезли роботы, тащили на себе какие-то два аппарата, больше все похожие на пого-палки с панелью управления.

— О нет, — пробормотал Тимур, внезапно узнавший технику.

— О да! — рявкнул Алтай. — Курьерские антигравы наш шанс! Через взрыв прыгаем на «Бодрого», валим всех, Нидейса проводит свой ритуал!

— Откуда ты знаешь? — насторожилась Нидейса.

Алтай даже отвечать не стал, ткнул пальцем в пейджер-энергощит, швырнул Тимура и Нидейсу ко второй пого-палке, сам запрыгнул на первую, Варлея вскочила ему на спину.

— Во имя справедливости! — заорал Алтай, срываясь с места.

Тимур чуть не вылетел прочь, с такой скоростью курьерский антиграв под ним рванул вслед за своим собратом. Мгновением позже Тимур сообразил в чем дело, пара ведущий — ведомый, почти как на Тихом. Ладони вспотели, он вцепился крепче, пытаясь вспомнить все, что знал об этих курьерских аппаратиках.

Снизу, сбоку, сзади, грохнуло, и Тимур невольно прикрыл глаза, такой яркой была вспышка. Вспыхнуло поле щита вокруг, тут же замерцало, и Тимур понял, в чем дело — Нидейса на спине! Она не пыталась его удушить, но цеплялась сильно, видимо не желая слететь во время одного из кульбитов.

— Держитесь! — донесся крик Алтая.

Все вокруг трещало, грохотало, вспыхивало и рвалось, они опять мчались сквозь пламя, как в ту ночь на Тихом, и Тимур не мог отделаться от мысли, что все повторяется вновь и вновь: бегство, взрывы, угрозы, истощение. Хотелось уже лечь, не вставать, чтобы все это закончилось, и только опыт последнего полугода не давал этого сделать, потому что боевые маги не сдаются.

Живые, во всяком случае, а кто сдается, быстро переходит в разряд мертвых.

— Вот он, Добрый! — бодро заорал Алтай. — Тьфу ты, Бодрый!

Тимур бросил взгляд и обомлел. Они падали, практически вертикально и головами вниз прямо на тяжелый крейсер, практически целый, готовый к бою и готовящийся к новому залпу по обломкам «Стремительного», догоняющим Тимура и его команду сверху.

Глава 19

Щит силового поля вспыхнул, но у них за спиной, отсекая обломки «Стремительного». Несколько орудий «Бодрого» уже выдвинулось и разворачивалось в их сторону.

— Бей! — выкрикнул Алтай, швыряя вниз связку оружия.

В тот момент, когда та готова была коснуться брони, Алтай жахнул из чего-то, больше напоминавшего бочонок. Полыхнуло так, что курьерские антигравы швырнуло в сторону, и залпы орудий «Бодрого» прошли мимо. Алтай уже заложил мертвую петлю, рухнул в дыру в корпусе, оттуда сразу же вылетел столб пламени.

— Да вашу ж мать!! — заорал Тимур от избытка чувств.

Столб спал и его антиграв тоже рухнул в дыру, едва не задев Варлею. Алтай находился уже в десяти метрах по коридору, стрелял с двух рук из разного оружия, сметая все перед собой. Два тела лежали у стены, еще живые, но оставалось им недолго.

— Алтай!! — заорал Тимур, которого продолжали распирать чувства.

— Ритуал!! — заорал тот в ответ.

Тимур развернулся, ударяя вдоль коридора за спиной, подрезая выдвинувшийся там ствол. Удар не прошел, с потолка и из стен рухнули переборки, толстые, тут же заискрившиеся от подаваемой энергии.

— Да как же это все достало!! — заорал Тимур, ухватил Нидейсу за руку и дернул вслед за Алтаем.

Усталость и ломота отступили на короткое время под этим выбросом адреналина. Успели, еще одна переборка рухнула прямо за их спинами, но Алтай уже проскочил дальше. Их снова отсекло друг от друга, тут же раздалось легкое шипение.

— Да хрена вам! Шамаз урог квенти са! — выкрикнул Тимур, сделав два круга на месте.

Руки его вонзились в пол, едва не ломая пальцы. Заклинание прокатилось волной, обращая газ в воздух, не давая ему отравить все вокруг. Нидейса бросила шар огня, затем еще один, оплавляя кусок на потолке, откуда высунулась турель.

— Остановись, Добрый, — рука легла ему на шею. — Ты уже почти труп.

— Остановлюсь, стану полным! — огрызнулся Тимур.

— Один раз трюк Алтая мог сработать, — покачала головой Нидейса, удерживая двумя руками еще один шар огня. — В Альянсе не дураки сидят.

— Раздевайся! — рявкнул Тимур.

Его окончательно все достало, ужасно болела голова, и ломило тело. Без Алтая даже вернуться домой не получилось бы, и эти две магички, с их личными чувствами и эмоциями в самый неподходящий момент, ужасно раздражали.

— Что?! — отшатнулась и возмутилась Нидейса.

— Ритуал! Давай!

— Прямо здесь?!

— Да не насрать ли где? Что я там у тебя не видел?

С его стороны это была лишь догадка, но имеющая под собой основания. Большинство подобных ритуалов проводились обнаженными, дабы максимально усилить выброс уем, убрать помехи со стороны одежды. Направляющая печать, фокусирующая поток этой самой выброшенной энергии, сосредоточенность, время, в общем, этакий магический трансформатор. На условно входе 220 магических вольт, на выходе 1000, и с таким напряжением заклинание срабатывает там, где в обычных условиях не сработало бы.

Недостатки все те же — время на подготовку, точное обеспечение всех деталей, дабы не было искажений, сосредоточенность — в общем, не для боя штучки. Но здесь и сейчас выбора не оставалось — Алтай завел их далеко (и не факт, что останься на Тихом они выжили бы), но даже у его технофокусов и трюков от Шефа имелся предел. Наверняка ему требовался тактильный контакт с системой управления, отсюда и прорыв, но Нидейса была права — в Альянсе сидели не дураки. Может они и не знали деталей случившегося на «Стремительном», но детали и не требовались: вот маги, вот корабль Альянса, повернувшийся против своих.

Прими меры против такого, перейди на ручное управление, например.

— Все равно…

— Варлея, помоги ей! — снова взъярился Тимур.

— Но я не разбираюсь в магии крови, — растерялась та.

Тимур выдохнул, словно взбешенный бык, засопел, разве что землю копытом скрести не стал.

— Ты — целительница, — процедил он сквозь стиснутые от злости зубы. — Действуй!

Секунда колебания, и стена начала раздвигаться, Тимур немедленно засадил туда молнией, попытался трансформировать что-нибудь металлическое, «сварить» шов. Это внезапно придало сил или решимости, Нидейса сдернула с себя робу, явив неожиданные знания Альянса, так как сам Тимур, например, так и не понял, как эту тогу снимать.

Тимур заметил синяки на бедрах, грудях, и ощутил укол вины. Переплавил ее в гнев, ударил водой и следом заморозкой, замораживая шов. Не металл, конечно, но хоть что-то. За спиной зашипело, Тимур развернулся, ударил понизу, убивая каких-то мелких крысороботов. Те порскнули в стороны, уходя от выстрела.

Нидейса куском металла уже взрезала себе живот, руки на запястьях, ноги выше коленей. Кровь лилась из нее, и взмывала в воздух, повинуясь тихому гудению-пению, издаваемому Нидейсой через плотно закрытый рот. Крысоробот впился ей в ногу, Нидейса чуть качнулась и кровь в воздухе едва не рухнула.

— Выстрел! — Тимур наставил палец.

Телекинетически подхваченный обломок снес крысу.

— Лечи ее! — рявкнул Тимур на Варлею.

— Это ритуал крови, — испуганно забормотала та, — в него нельзя вмешиваться!

— Тогда сражайся! Ты подруга Алтая или кусок дерьма?!

Помогло, пускай и ненадолго, Варлея швырнула какое-то заклинание. Увы, целительская магия в этом плане была очень ограничена против техники Альянса, ведь она работала только на живых. Сейчас же противниками были роботы, системы охраны, сам корабль. Вот против биотов Варлея помогла бы лучше, но не возвращаться же было к ним под воду?

Был в этом всем и положительный момент — раз в ритуал нельзя вмешиваться, то и участия Тимура не потребуется. Не нужно будет ничего никуда совать, накачивать энергией. Только сражаться, защищая Нидейсу…творящую запрещенную магию под запись на камеры Альянса.

— Вот так! — Тимур припечатал еще одного крысоробота.

Кровь из Нидейсы сложилась уже в какой-то трехмерный узор, и она стояла на носках, вытянувшись в струнку, подрагивая всем телом. Атаки временно прекратились, кроме судорожных метаний крысороботов, и интуиция шептала Тимуру, что это неспроста.

Готовят какую-то пакость, собирают силы.

Можно было и не спрашивать испуганную, тяжело дышащую Варлею, почему эти разделы магии запрещены. Наверняка все сродни тому же запрету на применение ядерного оружия или участия архимагов и архимагистров в войне.

— Лечи меня тогда, — приказал Тимур.

Варлея протиснулась бочком, печать Нидейсы перекрывала почти весь коридор, и это могло создать проблемы в будущем. Открыть соседние куски, подвести технику, поднять переборки, ударить с двух сторон. Если экипаж «Бодрого» и медлил, то наверняка из-за Алтая.

Гудение Нидейсы усилилось, узор крови вокруг нее начал светиться и вибрировать.

— Нас всех казнят, — прошептала Варлея испуганно, касаясь Тимура.

— Не всех, — усмехнулся невольно тот.

— Кто мы в сравнении с внучкой Верховного? Альянс потребует наши головы и нас выдадут.

— Не выдадут, — сердитым тоном заверил ее Тимур.

— Тебя не выдадут, Нидейса…, - Варлея осеклась, чуть покраснела.

Тимуру захотелось шлепнуть себя по лицу. Как объяснить ей? И тут до него дошло.

— Хочешь с нами?

— В смысле?

— В наш мир, мой и Алтая, — зашептал Тимур.

Он не знал, слышит ли его Нидейса. Внешне та была в трансе, стояла, выпрямившись стрункой, словно ждала, пока ее тело оценят. Возможно, это требовалось для печати, в смысле нельзя было лечь, из-за того, что печать должна была окружать все тело? Или тело выступало антенной и требовалось его выпрямить максимально?

Возможно, его слышали на «Бодром», но Тимур просто наплевал на это обстоятельство. Либо они спасутся и тогда этот вопрос можно будет решить потом, либо не спасутся и тогда будет все равно. Возможно, Альянс окончательно возьмет их в плен, ну тогда Алтай и прыжок к себе домой.

— В ваш мир? — переспросила Варлея, словно не слышала предыдущих рассказов.

— Помнишь, как мы встретились? — спросил Тимур.

Варлея кивнула.

— По меркам моего мира я там был крутым магом, в первой десятке, — практически не соврав, сказал Тимур.

Глаза Варлеи округлились, и как написали бы в старинной книге «в них зажегся огонек честолюбия». Верно оценила перспективы, стать сильнейшей целительницей мира, да еще и сбежать от наказания здесь. Моральная часть тоже не представляла проблем — ведь она была девушкой Алтая, вот пусть и любятся дальше, под крылышком Шефа.

— Без? — она указала глазами на Нидейсу.

— Без, — ответил Тимур.

Все же его знания о континентальной Империи и власти магов там были лишь умозрительными, и он не испытывал того пиетета и страха, который Варлея впитала с молоком матери. Правда, отчасти Тимур мог представить ее ощущения, в том плане, как дети «уважаемых» выходили сухими из воды, а обычные граждане становились виноватыми.

Разумеется, не будь этого аспекта влюбленности, Тимур охотно притащил бы Нидейсу на Землю, маг-универсал Шефу точно пригодился бы. Да и любой другой маг пригодился бы. Но вот беда, без аспекта влюбленности, Нидейса и не посмотрела бы на Тимура и уж точно не отправилась бы на Землю.

Уж лучше бы она Алтая любила, подумал Тимур устало.

— А если Алтай погиб, — прошептала Варлея, в глазах ее стояли слезы.

— Да скорее мы все тут сдохнем, чем Алтай погибнет, — отрезал Тимур.

Да, точно, лучше бы эти две магички любили Алтая и он бы с ними сам разбирался! Его же дело научиться сражаться, да вернуться домой, к семье, защищать их, да работать на Шефа, приближая новый, справедливый мир. А все эти местные разборки — как приключения на чужбине, вернулся домой и забыл. Да.

— Ииииииииииииииииииии, — затянула Нидейса неожиданно.

Голос ее то падал, то возвышался, она тянула эту «и», словно не замечала нехватки воздуха, и в такт с ней светилась, гудела и переливалась кровавая печать. Тимур ощущал выброс энергии, сильнейший выброс, не такой, какой могла выдать Нидейса, и на мгновение заколебался, не помочь ли ей энергией? Это могло нарушить ритуал, но могло и спасти ее, не дать иссякнуть и упасть на пол иссушенным трупом.

Пока Нидейса жива, возможны варианты, но если она умрет…

— На пол! — скомандовал Тимур.

Варлея упала, откатилась к стене, где в нее сразу вцепились несколько крысороботов, снова вылезших непонятно откуда. Тимур слышал крик, но отвлечься не мог. Едва успел поставить щит, когда переборки откатились в стороны, и отразить выстрел из двух плазменных пушек. Тимур сложил указательные пальцы, изменил форму щита, и следующие два выстрела съехали в стороны, ударили в стены, выжигая там дыры.

Клин щита должен был ударить в пушки, но не вышло, Альянс позаботился о защите.

Силовое поле на заклинание Тимура и они взаимно аннигилировались в яркой вспышке. Из боковых дыр вынырнули два беспилотника, и Тимур сбил один ногой, зато второй подстрелил его. По касательной, но все же подстрелил, и нога Тимура подогнулась. Еще выстрел пронесся над головой, и Тимур с изумлением увидел, как шар плазмы словно бы всосало в светящуюся печать.

Выкрик Нидейсы усилился, равно как и сияние печати, одновременно с этим увеличился и приток крови туда.

— Да хрен вам! — выкрикнул Тимур, отталкиваясь и поднимаясь.

Алтая не было видно и слышно, правда, справился же он на «Стремительном»? Но здесь еще надо было дожить, и Тимур попытался ударить волной трансформации. Не вышло, ее рассеяло полями, и тут же включился второй компонент заклинания. Рассеянное во все стороны, заклинание срабатывало иначе, создавая вакуум.

Опять не вышло, техника Альянса даже не заметила его потуг. Воздух засвистел, устремляясь в пустоту, но и только, ничего не сорвало с места, не притянуло друг к другу. Тимур присел, едва не заорав от боли в ноге, пропустил выстрел над головой, и ударил сам, вдоль пола, заклинанием ослабления и разъятия. В груди кольнуло так, что заклинание не сработало, ушло, а сам Тимур покачнулся.

— Да быстрее же! — раздался выкрик Варлеи.

Тимур обернулся, целительница в прыжке обрушилась на второй беспилотник, сбивая его на пол и не давая атаковать Нидейсу. Та бледнела на глазах и кровь хлестала, уже неконтролируемо, распевание «И» спадало, равно как и выброс энергии.

— Алтай, на тебя вся надежда, — выдохнул Тимур.

Он опоздал на мгновение, беспилотник успел изрыгнуть заряд и Варлею отбросило, обожженную. Она упала и застыла, Тимур пронзил беспилотник и шатнулся в сторону, ощущая, что не успевает. Его опалило жаром, два шара чуть не врезались в голову Нидейсы, но оказались поглощены светящейся печатью.

Нидейса открыла глаза и заорала, оглушающе, так, что Тимур схватился за голову. Такое наглядное подтверждение старой мудрости, что в каждой гурии живет фурия, его совсем не радовало. Крик Нидейсы обрушился на пушки и роботов, отбрасывая их, разрывая и сминая, обращая в груду хлама. Защитное поле вспыхнуло было, но тоже оказалось сметено этим криком.

Казалось, само пространство корежило и ломало этим криком.

Тимур привалился к стене, ощущая свое бессилие. Если бы сейчас появились еще роботы или бойцы Альянса, то все было бы кончено, сил сопротивляться у него не осталось. Наверняка и у светящейся печати был предел защиты, перегрузить ее энергией, и она сломалась бы, попутно сломав Нидейсу, например.

Но никто не появился, и пространство смялось, разошлось овалом портала.

— Вроде бы успели, — заявил молодой парень, вылезая из портала.

Глава 20

Внешне молодой, как тут же ошеломленно понял Тимур. Появившийся не скрывал своего потенциала и мощь била из него, подобно огромному лучу света. Ослепляла. Ошеломляла. Подавляла. Магистр, не меньше, подумал Тимур, и к тому же с огромнейшим опытом.

Все заклинания и уловки Тимура сразу показались детским лепетом.

Магистр вычертил двумя руками светящуюся фигуру в воздухе и толкнул ее вперед, молча. Появившаяся техника Альянса, да что там, сам корабль моментально умер, превратившись в кусок металла. Из портала тем временем появились еще двое, внешне молодых, но, похоже, старых внутри. Мощь, во всяком случае, била из них не хуже, чем из первого.

Второй раскинул руки и корабль перестал падать, третий прошептал заклинание, и броня корабля вокруг превратилась в бабочек. Тимур ошеломленно моргнул, неожиданно осознав, что они висят в воздухе. Заклинание трансформации пожрало корабль, и экипаж «Бодрого» теперь летел вниз. Тимур, Нидейса, Варлея и новоприбывшие же висели в воздухе, словно оперевшись на невидимую платформу.

— Ониксейп, — тихо произнес первый, делая горизонтальный жест рукой.

Светящаяся печать Нидейсы исчезла, а сама она рухнула на эту самую невидимую платформу. Мгновением позже вокруг засверкало, беззвучно, Второй держал барьер, застыв в напряженной позе. Третий стоял, растопырив руки, и с губ его рвались заклинания. Нидейса лежала, бледная, сочилась кровью, и Варлея придвинулась ближе, кажется, не сама.

— Добиваем и уходим, — изрек Первый.

Почему нельзя было этого сделать через портал Нидейсы, Тимур так и не понял. Но так как он не являлся специалистом по магии крови, то промолчал.

— Нет, — прохрипела открывшая глаза Нидейса.

Сама она была бледна, голос слаб, но в то же время чувствовалось, что она полностью осознает происходящее и готова сражаться, если потребуется.

— Алтай, — сказала она, — его нужно забрать.

— Да-да-да, — закивала Варлея.

Смутилась, опять склонилась над уже не обнаженной Нидейсой. Тимур моргнул, осознав, что даже не заметил, когда прибывшие снабдили ее одеждой. Не энергоробой Альянса, а обычной одеждой, то ли материализованной из воздуха, то ли еще чего.

— Сейчас, — ответил Первый.

Тимур, от которого в кои-то веки ничего не требовалось, тоже поискал взглядом Алтая.

— Захват! — Первый выбросил руку.

Тут Тимур увидел. Алтай падал, в окружении десятка бойцов Альянса, и между ними продолжался бой. Прямо в воздухе и в падении, Тимур нахмурился, нет, на всех были энергоскафандры и они падали с ускорением, спеша разорвать дистанцию между собой и прибывшими магами. Кажется, они пытались захватить Алтая, но тот уходил от атак и захватов с такой же легкостью, с какой не заметил заклинания Первого.

Сам Первый быстро вычертил под ногами фигуру, из рукава его одеяния выкатился шарик, замер в центре. Мощнейший поток энергии ударил из фигуры, наискось, попутно стирая из реальности бойцов и технику Альянса, попавшихся на пути. Второй все еще держал барьер, но поток прошел сквозь него изнутри, даже не заметив. Тимур прикрыл глаза, заморгал, отменяя магическое зрение, наполовину ослепленный.

— Кто это? — пробормотал ошеломленно Первый.

— Его нужно забрать, — упрямо повторила Нидейса.

Взгляд ее был устремлен на Тимура, и он понимал значение этого взгляда. Равно, как и то, что сбежать ему не дадут. В голове Тимура вихрем пронеслись мысли, как он и Алтай захватывают Нидейсу, сдают ее Альянсу, сражаются на их стороне, оттачивая искусство магии. И тут же он понял, что это неприемлемо, вот так предать соратников. Пусть даже те были готовы предать его… или нет? Вопрос упирался в Нидейсу, ту ее часть, которую Тимур не знал и поэтому не мог дать ответа.

— Я не могу поймать его в захват! — выкрикнул Первый.

Второй и Третий не отозвались, один держал щит, второй продолжал сражаться с Альянсом, один против армии. Надо было больше магистров притаскивать, подумал Тимур зло. Для перехода и экстренной эвакуации троица была самое оно, но теперь, когда эффект внезапности прошел? Как бы ни были сильны прибывшие, их все равно задавят.

— Алтаааааай! — закричала Варлея.

Первый тут же хлопнул ее одной рукой по спине, второй по горлу, и крик усилился тысячекратно. Громовой выкрик обрушился во все стороны, и привлек внимание не только Алтая.

— Надеюсь, оно того стоило, — пробормотал Первый.

— Я сказала, что он нам нужен! — Нидейса лежала и поэтому вместо топанья ногой стукнула рукой.

Насколько понимал Тимур, невидимая платформа входила в заклинание барьера, дабы заклинатель мог стоять в воздухе, ровно в центре сферы. Удобно, что и говорить.

— Простите, но Верховный дал нам иное задание.

— Когда я поговорю с дедом! — Нидейса гневно поднялась, пошатнулась, но Варлея поддержала ее почтительно под ручку. — И там не будет Алтая!

— Быстрее, — произнес Второй голосом, словно тужился в туалете.

Новая волна вспышек обрушилась на его сферу, и в этот раз та пошла рябью, прогнулась, даже лопнула в паре мест, но тут же снова стала цельной. Третий рядом с ним выглядел не лучше, пот катил по его лицу, руки мелькали так, словно он делал зарядку на скорость.

— Вы ставите под угрозу…

— Это вы ее ставите!!! — громовым голосом рявкнула Нидейса. — Или мне явить печать Императора?!

Вспышка магической энергии ударила от нее во все стороны, и этот выброс эмоций словно бы лишил ее сил. Нидейса осела, Варлея плюхнулась рядом. Целительница была бледна, еле светилась, и взгляд ее постоянно был устремлен вниз, выискивая там Алтая.

Тимур подумал, что и сам выглядит не лучше.

— Верховный получит мыслекопию этого разговора.

— Напугал архимага голым биотиком, — презрительно скривилась Нидейса.

Первый, похоже сдавшийся, взмахнул руками, и из них вылетело четыре палочки, сложились в рогульку, наподобие тех, что используют лозоходцы. Фиолетовый луч устремился куда-то вниз, и Первый заорал Второму непонятно.

— Барьер на два! Работаем падение!

Секунду спустя он показал два пальца и платформа под Тимуром исчезла. Он начал падать, рефлекторно замедляя себя магией воздуха, но тут же ощутил рассеивающий магию импульс. Первый, сверкая глазами, крикнул:

— Не магичить!

Тимур невольно бросил взгляд вниз, содрогнулся. Огненный вихрь рвался им навстречу, и чуть опережая его, мчался Алтай, захвативший какую-то очередную технику Альянса. Второй развернулся головой вниз, с пальца его сорвалась молния, развернувшаяся в купол. Третий поддержал, и вихрь огня оказался отбит обратно.

Луч вспорол щеку Тимура, опалил лицо.

— Готовьтесь! — рявкнул Первый.

Они падали, Алтай несся навстречу и за мгновение до встречи, Первый хлопнул в ладоши со всей силы.

Переход был резким, как падение. Тимура словно смяло в комок, разжало, вытянуло в стороны, снова сжало, и развернуло, после чего швырнуло навстречу земле. Он рефлекторно замедлил падение магией, сгустил воздух, и приземлился. Алтай промчался мимо, взмывая в небеса, и Тимур понял, почему они оказались на десятиметровой высоте. Первый компенсировал разницу в местоположении и промахнись он чуть-чуть, Алтай оказался бы переброшен прямо в землю.

— АЛЬЯНС!! — взвыла боевая тревога.

В следующие несколько секунд на Алтая обрушился град заклятий, метнулись птицы-стражи, парившие в высоте. Алтай, как всегда проигнорировал обстрел, метким шаром плазмы сбил ближайшую птицу, уходя выше. Тем не менее, какое-то заклинание достало технику — нечто вроде половинки автомобиля — под ним, и та тут же вспыхнула. Алтай перепрыгнул, ухватил пару птиц, планируя вниз вместе с ними и более того, птиц он зажал подмышками, таким образом оставляя руки свободными для стрельбы.

— ПРЕКРАТИТЬ ИМЕНЕМ ВЕРХОВНОГО!!! — прокатился голос Первого над окрестностями.

Все, казалось, замерло, и Тимур ощутил, как его придавливает вместе с остальными. В этот возглас Первый вложил столько магии, что можно было уничтожить целую роту десантников.

— Следующий, атаковавший этого человека, будет убит на месте, как изменник Империи! — провозгласил Первый, указывая на Алтая.

Тот планировал вниз, покачиваясь, птицы, зажатые им, хрипели и вяло трепыхались. Тимур вначале даже не понял в чем дело, а потом вспомнил, что этих птиц перед дежурством накачивали магией, дабы те не разбились при падении, даже когда крылья откажут или будут уничтожены. Просто проще было восстановить птицу, чем выращивать новую, даже с мощью бестиологов и химерологов.

Алтай же, получается, вспомнил об этом в полете?

— Добрый!

— Нидейса!

Тимур обернулся. Подходить к ним соратники не рискнули, но от возгласа все же не удержались. Жан и Элис махали им руками, улыбались радостно. Где они оказались, Тимур не знал, кроме того, что это точно был не Тихий. Возможно, битва за остров и наступление Альянса все еще продолжались, пока их носило по тылам, по биотикам и прочим местам. Но то, что остальные живы… Тимур ощутил, как с души шлепнулся огромный камень.

Возможно, не возьми их в плен, они воссоединились бы с группой и вместе спаслись, и ничего бы не было. Ни признаний, ни разоблачений, ни безумия плена, ни ситуации с Нидейсой и их отношениями. Все было бы по-старому, без угроз и рисков, но и без перспектив.

Тимур помахал им в ответ, увидев еще Нону, а вот Жигулио так и не разглядел.

— Сотник Алтай, сдайте оружие и технику Альянса, — произнес Первый.

— С чего бы? Это мой трофей, — пожал плечами Алтай.

— Магистр Воздуха, Нейс Кварион, командир спецгруппы Совета, — неожиданно представился Первый.

Перед ним вспыхнула какая-то печать.

— Мне это ни о чем не говорит, — пожал плечами Алтай, — но извольте.

Он протянул Первому пистолеты, кивнул на упавший транспорт — даже не пытавшийся искрить и взрываться, после чего шагнул к Тимуру.

— Стоп! — вскинула руку Нидейса.

Тимур застыл. Неужели и правда наихудший сценарий? Их возьмут в плен, Алтая задавят мощью, здесь, в кругу магов? Иначе зачем бы Нидейсе не давать им соединиться, только из опасения, что они сбегут к себе домой, не так ли? Тонкий намек, что теперь Тимуру пора подставлять свою задницу?

Бежать в Альянс? Это надо было делать раньше!

Бежать к биотикам? Кому они, Тимур и Алтай, нужны без Нидейсы? Правильно, никому. Значит…

— Прежде чем кто-то сделает что-то непоправимое, — заговорила Нидейса, сверкая глазами в сторону Первого, Второго и Третьего, — я бы хотела подтвердить перед Добрым и Алтаем — все прежние договоренности в силе! Клянусь в этом своей силой!

Сияние магической клятвы, которому Тимур, правда, не придал особого значения. Обойти клятву можно, а договоренности, разве они были? Это Нидейса возбудилась, услышав об иных мирах, тут же скинула трусики, так что все это можно было трактовать двояко. Или она говорила для остальных?

— Эти люди — предатели, — раздался голос еще одного мага, которого Тимур назвал для себя Четвертым.

Он вытолкнул впереди себя двух бледных местных безопасников. С ними контачил больше Алтай, но все же, они относились и к Тимуру благосклонно. Причина выяснилась в этом походе, но что теперь?

— Верховный не отправлял никого, и значит, это люди — самозванцы.

Толпа вокруг восхищенно наблюдала за бесплатным цирком. Тимур обнаружил, что тревожится за остальную команду, вдруг ринутся на помощь? Несколько подмастерьев против четырех магистров? Да даже один растоптал бы их, как человек топчет муравьев.

— Они сами приняли нас за кого-то там, мы не стали их разубеждать, — пожал плечами Алтай.

— Нидейса, эти люди заранее внедрились к вам в окружение! — заговорил Четвертый горячо.

— Архимаг Баадрих, — холодно произнесла Нидейса, — то, что мы были знакомы ранее, не дает вам права подозревать моего жениха и его телохранителя в предательстве.

Это было сильно. Четвертый пошатнулся. По толпе побежали шепотки. Тимур тоже пошатнулся, осознавая полностью план Нидейсы. Значит, либо бежать прямо сейчас, с мизерными шансами на успех и враждебно настроенным окружением. Либо согласиться и признать, и получить возможность выполнить свою миссию. Стать боевым магом, а то и магистром, все, что угодно, но ценой согласия со статусом жениха (а затем, скорее всего, и мужа), и всем, что к нему прилагается.

Неужели Нидейса настолько его любит?

— И это я еще даже не начала разбираться с тем, почему местные представители СБ были в курсе моего статуса, — Нидейса качнула головой в сторону Улейна и Памироса. — И кто выдал информацию, приведшую к моему захвату. И кто виноват в захвате острова Тихий.

— Это не в вашей компетенции, — ответил Баадрих твердо, — и даже не в моей.

Тимур ощутил движение, рядом оказался Алтай. Как всегда, дождался отвлечения всех, незаметно исчез, сдвинулся и пришел на выручку. Предстояло еще выяснить, как так магистр не смог его захватить (Тимуру и самому не помешал бы такой способ), но не здесь и не сейчас.

— Можем уйти, — прошептал Алтай, — не нравятся мне эти расклады с интригами.

Тимур колебался. Он был должен Шефу и тот просил его стать боевым магом, настоящим боевым магом, не тем, кем Тимур являлся сейчас. Но и предавать жену Тимур не хотел, даже несмотря на то, что случилось между ним и Нидейсой под водой. Особенно после того, что случилось между ним и Нидейсой.

Долг или честь?

Что выбрал бы Шеф? Справедливость. Жизнь за жизнь. Справедливость, не эмоции и не милосердие.

— Мы остаемся, — угрюмо выдавил из себя Тимур. — Пока что.

— Понял, — шепнул Алтай, исчезая.

Вроде и не стоял рядом, нет, не шептался с Добрым, находился в нескольких метрах, ожидая, пока достопочтенные маги закончат спорить.

— Да вы! — выкрикнула Нидейса.

Нож в ее руке вспорол кожу на предплечье, обнажая какую-то синюю печать. Магистры побледнели и заткнулись, вокруг воцарилась ошарашенная тишина. Даже Архимаг сглотнул и отступил на шаг.

— Дело Императора! — выкрикнула Нидейса. — Немедленно доставьте меня, и этих людей к Верховному Архимагистру!

— Слушаю и повинуюсь, — с трудом согнулся в поклоне Четвертый.

Тимур вздохнул, уже жалея о сделанном выборе.

Часть 3

Глава 1

21 января 453 года

— Алтай! — раздался неожиданный выкрик за спиной.

Тимур обернулся невольно, Варлея уже совала руку в рот, бледнея и отступая на два шага. На лице ее были написаны отчаяние и страх, а Второй вскинул руку. Холодная, властная Нидейса ожгла его взглядом, рука Второго опала. Нидейса чуть повела подбородком, Варлея едва не повалилась оземь, но Алтай уже оказался рядом, придержал ее.

— Спокойно, подумаешь, эка невидаль, верховный архимагистр, будет потом о чем детям рассказать, — пробормотал он успокаивающе Варлее.

Варлея ожила на глазах, хотя видно было, что такой эмоциональный всплеск дался ей нелегко. Четвертый, архимаг Баадрих, смотрел на Алтая со странным выражением лица, словно не мог понять, что только что услышал.

— Она была с нами, — нетерпеливо повела рукой Нидейса, — ну же!

Голос ее взвился, хлестнул и Баадрих вскинул руку, придерживая мизинец большим пальцем и растопырив остальные. Заклинание сорвалось с его уст, и небо внезапно пролилось синим пламенем, захлестнувшим Баадриха и всех вокруг.

Тимур на рефлексах начал вскидывать руку, губы шевельнулись в такт первому слову защиты. Шевельнулись и тут же застыли под ледяным взглядом Нидейсы. В ней не было ничего от той теплой и влюбленной девушки, смотревшей на него с обожанием, лишь надменное высокомерие и привычка повелевать.

Тимур промедлил, и мир вокруг изменился.

— Что это было? — полюбопытствовал Тимур, оглядываясь по сторонам.

Крепость, укрепленная до зубов: големы на стенах, кристаллы на башнях, от защитных заклинаний на стенах потрескивал воздух. Несколько групп, маги и солдаты, застывшие чуть поодаль, наставив на Тимура и остальных оружие. Три храмовника.

— Заклинание мгновенного массового перемещения, — неожиданно ответил Баадрих.

Нидейса даже и не подумала ничего объяснять, чуть отодвинула Первого (троица магов заняла защитную позицию), явив храмовникам и остальными синюю печать на плече. Напряжение в воздухе немедленно опустилось ниже каменной мостовой, сменившись поклонами.

— А…

— Им владеют только архимаги и выше, иначе не было бы нужды в порталах и транспортах, — неожиданно любезно пояснил Баадрих.

Все равно, у Тимура прямо руки зачесались освоить его, ведь мега-полезная вещь!

— Почему мы еще не в столице? — осведомилась Нидейса таким тоном, каким обычно интересуются у нассавших в углу кошек, кто это тут сделал лужу.

Тимур и сам не отказался бы узнать, что тут происходит вообще, что это за дело Императора и почему о нем первым делом надо докладывать верховному Архимагистру. Дедушка дедушкой, но тут же вроде как государственные дела вершились, а не родственные. Также оставалось неясным, почему их надо делать с таким презрительным видом — вряд ли магистры и архимаг не поняли бы обычного обращения.

Он невольно покосился на спутников. Алтай тоже оглядывался с любопытством, словно запоминая, что вокруг, потом еле заметно, весело подмигнул Тимуру. Варлея все еще слегка дрожала, прижимаясь к Алтаю, смотрела на крепость и солдат вокруг со страхом.

— После атаки на остров Тихий и подтверждения, — Баадрих прямо выделил нажимом в голосе слово, — вашего исчезновения, леди Нидейса, была запущена операция «Океан».

Тимуру это, конечно, ни о чем не говорило, но все равно он явственно ощутил смрад больших «игр плаща и кинжала». Алтай продолжал смотреть с веселой усмешкой, но Тимур ощущал, что на самом деле друг и тренер напряжен, готов взорваться действием в любой момент. После ночи прорыва с Тихого Тимур готов был поверить, что Алтай сумеет вырваться даже отсюда, вытащив и самого Тимура за собой.

— Передвижения по всей Империи ограничены, — продолжал Баадрих, — а перемещение на материк возможно только стационарными порталами из нескольких штабных крепостей, в одну из которых я вас и переместил.

Тимур оглянулся еще раз. Штабная крепость? Она больше напоминала одну из узловых цитаделей, призванных удерживать ключевой остров против любых сил и нападений. Еще Тимур подумал, что вся эта магия и силы, включая обученных бойцов и магов, больше пригодились бы на передовой, вместо пехотного мяса и учеников.

— Я знакома с операцией «Океан»! — чуть притопнула ногой Нидейса. — И знаю, где мы!

— Простите, но вы просили объяснений…

— Я спросила, ПОЧЕМУ? — голос Нидейсы прошелся по ушам, словно напильник. — Когда у вас есть все разрешения?! Дорога каждая секунда!

Баадрих чуть дернул головой, словно собирался возразить, но промолчал, склонил голову и сделал жест.

— Сюда, прошу.

Рука его указывала в сторону одного из зданий, трехэтажного, с башенками, шпилями и сидящими у входа двумя трехголовыми химерами. Нидейса, сверкнув глазами, сразу направилась туда, даже не думая ждать кого-то, оглядываться, следуют ли за ней. Честно говоря, эта перемена в Нидейсе нервировала Тимура сильнее всего, но в то же время вносила нотку странного душевного комфорта. Потому как представить, что эта новая, ледяная и высокомерная Нидейса, будет его домогаться, было решительно невозможно.

Первый, Второй и Третий чуть разошлись, продолжая прикрывать их с боков.

— Неужели на нас могут напасть? — пробормотал Тимур под нос.

Чистой воды провокация, на которую никто не повелся, не стал спешить к нему с объяснениями. Они проследовали в здание, в котором обнаружился стационарный портал. Огромный, мощный, вместительный, занимавший все здание, ибо внутри не было трех этажей — лишь один огромный зал, исчерченный знаками и фигурами, утыканный накопителями.

Тимуру почему-то припомнился разговор с Алтаем, как раз о телепортах и порталах. Алтай тогда пояснил, что прямо направленные на него заклинания не действуют, спасибо Шефу, но транспортная магия работает с объемами и плевать ей, что там внутри, иначе постоянно возникали бы проблемы.

Возможно, поэтому Алтай сейчас был так напряжен?

Дальше они переместились в другую крепость, на берегу материка. Не то, чтобы Тимур что-то разглядел изнутри крепости, просто им сообщили тот факт, что они уже на материке. Затем еще один переход другим порталом, и еще один, и Тимур ощутил, что и сам взвинчен и нервничает. Сожаление о решении остаться — ведь мог быть уже дома! — крепло и ширилось, кое-как пока что сдерживаемое тем фактом, что возвращение означало провал миссии.

Варлея пришла в себя, а вот Нидейса оставалась в образе надменной стервы.

— Порталы столицы закрыты, — сообщили им в очередной крепости.

Нидейса вспыхнула на мгновение злым нетерпением, но в то же время на лице ее проступило странное удовлетворение. Тимур покосился на Баадриха, тот явно тоже знал причину закрытия порталов, но сообщать ее, разумеется, не собирался.

— Ну, все, концерт отменяется, возвращаемся на фронт, — неожиданно весело заявил Алтай.

Нидейса и его хлестнула взглядом, но Алтай лишь продолжал широко улыбаться с видом «видал я тебя, девочка, во всех видах».

— Никаких фронтов! — Нидейса стремительно развернулась к потеющему в сторонке коменданту. — Дракона, живо!

— Полеты над столицей тоже запрещены, — проблеял тот.

Тимур обратил внимание, что Нидейса даже не пробовала в этот раз давить печатью на плече. Да и архимаг с магистрами не козыряли своей силой и положением. Все это наводило на печальные мысли о каких-то разборках на самом — самом верху. Печальные потому, что при разборках такого уровня их всех легко могли прихлопнуть. И немного потому, что единственной их защитой становилась Нидейса, а попадать в зависимость от нее Тимуру не очень-то хотелось.

— Даже так, — процедила сквозь зубы Нидейса. — Но связь-то хотя бы работает?!

— Только спецканалы, — ответил комендант.

Нидейсу это устроило, и она удалилась вместе с комендантом, прихватив с собой до кучи еще и Баадриха. Помощник коменданта, который вел себя не в пример спокойнее начальства — возможно потому, что знал, что наказывать будут не его — коротко пригласил оставшихся скоротать время за обедом и отдыхом.

За эти месяцы на передовой, в различных драках и стычках, осадах и перемещениях, в школах и на полигонах под руководством мастера Пита, Тимур привык жрать, что дают, не глядя на цвет, состав, вкус и запах. Привык спать, где попало, несмотря на обстановку и шум, в общем, привык к фронтовой обстановке. Имперская пропаганда не превозносила трудности и лишения, но все же посыл был именно такой — война на уничтожение дается нелегко, народ Империи отрывает от себя последний кусок хлеба, лишь бы бойцы могли продолжать сражаться.

Тем неприятнее было обнаружить все вот это режущее глаз изобилие. Мясо и рыба, сыры и колбасы, фрукты и овощи, салаты и вина, стол был уставлен так, словно тут собирались проводить «корпоратив» олигархов. Да еще и с нотками магии, ибо бутылки открывались сами собой, пятна исчезали, едва появившись, и так далее. Тимур обратил внимание, что Варлея так же смущена и растеряна, как и он сам.

Первый, Второй и Третий, наоборот, просто уселись и начали жрать без церемоний, и Алтай немедленно составил им компанию. В тяжелые дни Тимуру казалось, что Алтай родился с умением жрать, что угодно, и спать, где угодно, и он учился у него. Теперь вот, похоже, настала пора поучиться бесцеремонному поведению где угодно. Причем можно было поклясться, начнись тут танцы с этикетами и двадцатью видами вилок и ложек, Алтай и там не оплошал бы, да еще и галантные разговоры вел бы.

Словно не он матюгался так, что на всем поле боя было слышно.

— Какой-то он у вас слишком растерянный для жениха внучки Верховного, — сказал Первый Алтаю так, словно самого Тимура тут и не было.

Тем не менее, слова эти вывели его из ступора, и он шагнул к столу, заявив резко.

— Я ей не жених! И вообще женат.

Подумать про голодающих фронтовиков и роскошь можно было и потом. Организм Тимура живо припомнил все передряги последних дней и заорал, требуя еды и побольше, побольше! А потом отдыха со сном на сутки.

— Ааа, женские фантазии, — понимающе протянул Второй и затем перевел взгляд на Алтая. — А ты, тогда, наверное, не телохранитель?

— Телохранитель, — невозмутимо отозвался тот. — Хочешь в глаз дам?

— Нет уж, спасибо, — хмыкнул тот. — Ты где так научился с техникой Альянса обращаться?

— Врожденный талант, — совершенно серьезно ответил Алтай, вызвав новые смешки.

Первый, Второй и Третий понимающе переглянулись, видимо что-то там для себя решив. Алтай не спешил их разубеждать, продолжая сметать еду, как лесной пожар. Глядя на него, и Варлея тоже присоединилась, хотя видно было, что она по-прежнему немного нервничает, возможно, потому, что не знала, за чей счет этот банкет.

— Спрашивать вас о деталях операции, конечно же, бесполезно? — спросил Алтай в том же непринужденном тоне.

Сам Тимур так не смог бы. Со своей командой — да, с ними он прошел через всякое, там атмосфера боевого братства установилась, и команда была действительно командой. Эти же трое… ну, они спасли, конечно, всех, но все же.

— Конечно, — ответил Первый. — Я и вам посоветовал бы помалкивать о них, особенно о применении некоторых… не слишком одобряемых законом разделах магии.

Варлея фыркнула зло, вскинула голову.

— Мне совершенно не нужны ваши реплики, барышня, — перебил ее Первый, даже не дав рта раскрыть. — Если вам хочется добиваться справедливости, обращайтесь сразу к Императору. Или Верховному Архимагистру, пусть отшлепает внучку.

Взгляд его, обращенный на Тимура, открытым текстом сообщал, что Первый и сам не отказался бы отшлепать Нидейсу. И что Тимур — дурак, раз не пользуется моментом и благорасположением такой девушки, которая сама на него вешается.

Варлея собиралась еще что-то сказать резкое, но Алтай накрыл ее руки своей, и целительница промолчала.

— Благодаря их применению, мы сумели добраться до вас, хотя портал нам открывала дюжина архимагов.

— Если бы там не было Нидейсы, то и Альянс с биотами не гонялся бы за нами, словно хищник за мясом, — парировал Алтай.

Первый лишь усмехнулся уголками рта, вернулся к еде. Он явно не собирался обсуждать острые вопросы, впрочем, Тимур не был уверен, что не поступил бы также на его месте. Магистр, спецгруппа Совета магов, это Тимур и Алтай могли не дорожить местными титулами и возможностями, будучи из другого мира с возможностью вернуться в него же, а вот у местных такой возможности не имелось. Да и кто сказал, что подобный маг обязан быть вольнодумцем, бунтовщиком и сплетником, обсуждающим внучку Верховного за ее спиной? А взгляды… ну что взгляды, спелая и сочная девушка со связями, уж Первый явно уступил бы ей, едва Нидейса положила бы на него глаз.

Словно услышав, что говорят о ней, Нидейса вернулась.

— Собирайтесь! — скомандовала она. — Мы едем в столицу!

Первый даже бровью не повел, словно ожидал чего-то подобного.

— Было бы что собирать, — заметил Алтай, — мы же, как были без вещей, так без них и остались.

— Вам все доставят, место для проживания уже выделено, — с нетерпением в голосе произнесла Нидейса, — один из загородных особняков Императора.

— С чего такая честь?

— Вы же из другого мира, — совершенно серьезно ответила Нидейса, — значит, являетесь его послами, а послам положено выделять один из особняков Императора.

Глава 2

24 января 453 года, столица Империи, город Аскартот

— Привет, посол, — раздался голос Алтая.

— Да посол ты, — беззлобно огрызнулся Тимур.

Он опять стоял на террасе балкона и любовался столицей Империи, славным городом Аскартот.

— Все равно не мегаполис, — скучающим тоном заметил Алтай, глядя вниз.

— Вот именно, — ответил Тимур. — Тут другое.

Мощнейший скальный хребет надежно прикрывал столицу с запада, юга и севера, охватывая огромный город отрогами. При этом Тимур не сомневался, если столице станет тесно — скалы подвинут еще и еще, сколько потребуется. Загородный особняк Императора находился как раз на склоне этого самого хребта, в заботливо обустроенной мини-долине, с горячими ключами в середине, отличным видом на столицу и хвойными деревьями на склонах вокруг.

Магия. Много-много магии.

Тимур практически не сомневался, что горы эти — искусственные, равно как и огромное озеро в середине столицы, равно как и постоянно дующие ветра, освежающие воздух в столице. Вот от такой магии он бы точно не отказался, принес ее в родной город, решив проблему смога, копоти и грязи, многокилометровым столбом висевших над Алматы.

Также можно было не сомневаться, что внутренности горы напичканы разными магическими делами, от систем защиты до накопителей, от каких-нибудь питомников до тюрем. Дворец Императора венчал один из отрогов, тогда как башня Верховного — второй, и вместе они обрамляли огромную горловину входа в город, дорогу, упиравшуюся в озеро и обходившую ее с двух сторон.

Можно было не сомневаться, что все проблемы с заиливанием, комарами, неустойчивостью гор и прочими делами, также решаются магией. Тимур уже дважды видел радугу, вспыхивавшую буквально над городом, от дворца Императора к башне Верховного, и от полного отпадения челюсти его спасало только иномирское происхождение и знакомство с разными шедеврами графики 21 века. Но все равно зрелище потрясало и Тимур не удивился, услышав как-то на улицах разговор, мол, это не просто радуга, а мост, по которому Император ходит к Верховному Архимагистру.

В ответ, правда, возразили, что это Верховный ходит к Императору, и, кажется, даже началась драка, но Тимур и остальные уже прошли дальше. Да, они свободно гуляли по столице каждый день — не сами по себе, с охраной и проводником, конечно, ради их же безопасности, как им сказали. Под надзором, де-факто, если не смягчать выражений. Как на все это заметил Алтай «могло быть и хуже», и Тимур был с ним согласен — могли вообще не выпускать из особняка, превратив его в красивую, комфортабельную тюрьму.

— Другое? А, фэнтэзи и магия, — кивнул Алтай.

Тимур невольно бросил взгляд искоса, но Алтай, кажется, и не думал смеяться. Конечно, было в этом вроде бы что-то постыдное… словно читать сказки, будучи взрослым, но все равно. Только попав в Аскартот, Тимур понял, что именно о нем он и мечтал. О фэнтэзи-городе магов, где колдуют так же легко и просто, как ходят по улицам, где в небесах реют грифоны и драконы, где творится эта самая магия.

— Да, фэнтэзи и магия! — с небольшим вызовом в голосе повторил Тимур. — Мы же ради них сюда и приехали?!

— Ты — начальник, — вскинул руки в защитном жесте Алтай. — Главное, что ты учишься магии.

Сказано это было мирно и беззлобно, и Тимур лишь кивнул, снова уставился на столицу, лежащую внизу. Да, в этом плане жизнь в особняке тоже была похожа на сказку. Вышколенные слуги, словно сами владеющие магией (а может и правда владеющие) настолько незаметны и предупредительны они были. Мягкие постели, дополнительно подлечивающие организм и снимающие душевную усталость — за такую кровать на фронте убили бы просто. Еда и питье, не просто умопомрачительно вкусные, но еще и придающие сил.

Горячие источники, с бодрящим эффектом, с пузырьками, продирающими кожу. Буквально в первый же вечер Варлея затащила туда Алтая, уверяя, что полезно для здоровья, и теперь они там каждый вечер приводили в норму гормональный баланс друг другу. Не то, чтобы Тимур завидовал, (разве что по-дружески, что у Алтая так все замечательно сложилось с Варлеей), просто все это напоминало ему о Нидейсе.

Внучка архимага с непонятным рангом — вряд ли подмастерье смог бы слепить «маяк крови» — пока что отсутствовала, видимо загадочное «дело Императора» требовало всего ее внимания. Тимур подсознательно ожидал разных происшествий в столице, взлетающих в воздух башен архимагов и архимагистров, но все было тихо. И во время вылазок в столицу никакой тревоги в воздухе не ощущалось.

Мирное, сытое довольство, словно и не бушевала где-то там, в океане война.

— Сходим в город? — предложил Тимур после долгой паузы.

— Почему бы нет? — пожал плечами Алтай. — Сейчас, Варлею позову.

Да, Тимуру предоставили и возможность учиться. Нельзя сказать, что ему выдали лучших-лучших наставников, всего лишь архимага Баадриха, но Тимуру и этого хватало. Пускай сейчас архимаг специализировался в пространственной магии, но и в боевой он понимал достаточно, чтобы Тимуру с ним было не тягаться. Объяснял он, может и не лучшим образом, так и Тимур уже давно не был школьником, которому надо все разжевывать.

Литературу доставляли без вопросов, и кое-что посоветовал сам Баадрих, и Тимур учился, подтягивая теоретическую часть. Практики у него хватало, спасибо почти постоянным сражениям, когда их кидали туда и сюда, затыкая дыры, а то и отправляя на задания, словно созданные для «инвалидной команды», а вот теория хромала. Просто некогда было вникать или не имелось нужных книг, или времени, или всего вместе — какая еще учеба, например, после десятидневной осады? Помыться, напиться, забыться и проснуться от сигнала тревоги и мчаться на новое задание.

В отличие от него, Варлея училась жадно, взахлеб. Возможно, гибель ее наставницы и будни «инвалидной команды» показали ей, что никто знания в клювик вкладывать не будет. Или она просто увидела возможность, которая выпадает раз в жизни. Или еще что, но Варлея училась, училась и училась. Разумеется, будучи целительницей, она понимала необходимость перерывов и делала их — на еду, на сон, на секс, которые тоже поглощала жадно и взахлеб. И на вылазки в столицу, где она не только упивалась красотой зданий и улиц, но и регулярно покупала себе книги и какие-то мелкие артефактики, и зелья, благо сопровождающие их представители Императора, молча платили за все.

Вообще за всё.

Тимур как-то ради шутки поинтересовался, купят ли ему особняк, но в ответ получил лишь вежливое предложение назвать адрес и сумму, а также вопрос, сколько слуг ему туда потребуется. Он кое-как свел все к шутке, но видно было, что представители Императора как раз не шутили. Может, считали, что это невеликая цена за контакт с другим миром?

Внятного ответа от представителей Императора — или слуг? — Тимур так и не добился. На некоторые вопросы они просто молчали в ответ, тараща глаза или отвечая, что они не могут ответить. До таких высот в ментальной магии, чтобы иметь возможность вытащить из них ответы, не задавая вопросов, Тимур тоже не отказался бы подняться. Да вообще не отказался бы стать архимагом, а то и архимагистром, чего уж там.

Появился Алтай, за которым спешила Варлея.

— Прекрасно выглядишь, — улыбнулся ей Тимур, ничуть не покривив душой.

Он и Алтай продолжали носить прежнюю одежду полувоенного кроя: штаны, ботинки, жилетки, ставя во главу угла удобство передвижения и сражения. Зато Варлея, обнаружив неиссякаемый источник платьев и косметики, регулярно припадала и к нему — также жадно, взахлеб. В двух одинаковых платьях, во всяком случае, Тимур ее ни разу не видел. В косметике она соблюдала меру, но по сравнению с фронтом — где она вообще не пользовалась макияжем — все это изрядно бросалось в глаза.

Хотя, немного иронично, это была отличная маскировка среди столичных жителей. Тимур и Алтай выделялись, пускай и не слишком сильно, а вот Варлея вполне могла бы сойти за свою, при том, что в столице она ни разу не была. Тимур вначале даже пару раз задумывался на эту тему, а потом махнул рукой — ну кого волнует их внешний вид? А если кого и волнует так, что тот даже кушать не может, пусть подойдет и скажет.

— Спасибо, — улыбнулась Варлея, подхватывая Алтая под руку. — Ну что, куда сегодня пойдем? Может, в Императорский театр? Там у них постановка «Механического сердца».

— Чего? — изумленно переспросил Тимур.

Название прямо указывало на Альянс, и ставить такое в сердце Империи? Алтай фоном как всегда равнодушно пожал могучими плечами, мол, ему все равно, как развлекаться. Это вот тоже иногда ставило Тимура в тупик — равнодушие Алтая при том, что разному времяпрепровождению или тренировкам он потом отдавался со всем пылом, искренне прикладывая силы и старания. Он даже как-то раз спросил Алтая, а тот ответил — как всегда предельно серьезно — что это помогает выживать.

— «Механическое сердце», — повторила Варлея, поворачиваясь к одному из зеркал.

Магических зеркал, разумеется. Оно тут же разделилось, словно бы на несколько экранов, демонстрируя Варлее ее саму с нескольких ракурсов. Имелись тут и зеркала, демонстрирующие трехмерные изображения, и Тимур дорого бы дал, чтобы понять, как магия это обеспечивала. Но магия зеркал и изображений была далека от боевой, так что он никогда не касался даже основ, а полузабытые знания оптики из курса школьной и университетской физики не помогали.

Не то, чтобы в магии зеркал была жизненная необходимость, но что-то вот она будоражила в душе Тимура.

— Новая постановка самого маэстро Бардини, — продолжала Варлея, поправляя прическу. — Говорят, сама императрица рукоплескала ей во время премьеры!

— Понятно, — поджал губы Тимур.

Новомодная постановка на злобу дня или как там это обычно называлось. Ни содержания, ни глубины (не говоря уже о том, что театрофилом он никогда не являлся), просто попадание в текущий момент.

— Зря ты так! — воскликнула Варлея. — Это глубокая трагедия о любви целительницы к боевой машине!

Тимур озадаченно несколько раз открыл и закрыл рот, а Алтай расхохотался на весь особняк.

— Тогда, конечно, надо сходить! — и подхватил Варлею под руку.

— Эй, ты все не так понял! — раскрасневшаяся целительница несколько раз шуточно ткнула его в плечо. — Я тебя люблю, но ты представь — любить машину! Невообразимо!

С этим Тимур мог бы поспорить, припомнив несколько образчиков искусства Земли, но он не стал. Варлея, похоже, воспринимала все всерьез, так что, пожалуй, не стоило портить ей радость. Да и на образцы трехмерной магии стоило еще посмотреть. Точно.

— Вот посмотрим трагедию и сможем вообразить, — произнес он примирительно.

На том и отправились в город. Особняк был прикрыт мощнейшими щитами, создававшими иллюзию, что тут ничего нет, только голый склон. Соответственно и какие-либо дороги или тропинки отсутствовали, не давая никому подобраться даже случайно. Перемещение же в город производилось при помощи локального портала, из которого можно было переместиться на любую из городских портальных площадок.

— Подождите здесь, — попросил их сопровождающий, после чего ввинтился в толпу вокруг театра.

За билетами пошел, подумал рассеянно Тимур, оглядываясь. Похоже, не одна Варлея не могла вообразить любовь к боевой машине, и жители столицы стекались на представление. Богато живут, еще подумал Тимур, все-таки билеты в Императорский театр стоили немало. Что-то мелькнуло на краю взгляда, Тимур повернулся и прикипел взглядом.

Еще одна трехмерная постановка — в этот раз из жизни.

— Славные воины Империи храбро идут в бой, завоевывая еще один остров! — вещал мягкий, проникновенный голос.

Тимур смотрел, прикипев взглядом к новостному зеркалу. Огромному экрану, на котором разворачивались такие знакомые пейзажи. Слава богу, без знакомых лиц, но сама картина — приближающийся берег, песчаный пляж и волны, корабли десанта — вызывала в памяти все, что сопровождало такие высадки. На экране заклинания разили деревья, пехотинцы Альянса падали, а в ушах Тимура звучало совсем иное.

Грохот артиллерии и танков, вспышки щитов, выкрики Пита и стоны раненых, вонь от новичка, обделавшегося со страху, лязганье оружия и кислый, медный привкус крови во рту. Столкновение заклинаний с силовыми полями, рубля не на жизнь, а на смерть, кишки на песке и боец, пытающийся запихать их себе в пузо, команды Алтая и выезжающий прямо на Тимура бронетранспортер с пехотой в силовых скафандрах.

— Добрый! — донесся далекий выкрик.

— Воздух! — рявкнул Тимур… и очнулся.

Алтай тряс его, крича практически в лицо.

— Добрый, очнись!

— Что? Что?! — Тимур начал озирался, осознавая, что только что случилось.

Толпа продолжала спешить в театр, сопровождающие их представители Императора прикрыли Тимура своими телами. Варлея смотрела, совсем не куртуазно прикусив мизинец, а рукав одежды Алтая был опален. Почему-то не хватало дыхания, словно он еще был там, на берегу, прикрывал десант, рубился насмерть с Альянсом, ожидая, что вот-вот и из воды полезут биоты, ломая корабли, и отступать будет уже некуда.

— Тебе вредно смотреть новости, — покачал головой Алтай.

— Я, — Тимур облизал губы.

— Но рефлексы ты отточил, мы и глазом моргнуть не успели, как ты скрутил шар огня и собирался метнуть его прямо в экран, на потеху публике.

— А ты остановил, — медленно произнес Тимур, глядя на опаленное пятно.

— Что поделать, если тут все такие медлительные, — усмехнулся Алтай. — Не волнуйся, никто ничего и не заметил, просто не ожидали, что кто-то начнет файерболами кидаться. Спокойно тут живут.

— Точно, — потряс головой Тимур. — Знаешь, мне, наверное, лучше на эту трагедию не ходить, а то и правда случится трагедия.

Глава 3

Трагедию Тимур все же посетил — как выяснилось, у них будет отдельная ложа со щитами, да и Алтай обещал прикрыть, если что. Суть была простой — боевой автомат Альянса, человекоподобный робот (тут Тимуру живо вспомнился «Терминатор»), предназначенный только для уничтожения, оказался подстрелен в бою. И юная магичка-целительница, с даром редкой силы, вылечила, в том числе и этого робота, внезапно наделив душой и чувствами.

Разумеется, они полюбили друг друга, несмотря на противостояние, и робот боролся со своей программой, а целительница с неприятием машины для убийства, и все это сопровождалось потрясающей детальности сценами «из фронтовой жизни». Тимур искренне аплодировал творцу за то, что тот сосредоточился на любви и чувствах, а сцены просто выдумал из головы. Они — в отличие от новостей — были далеки от реальности, и не вызывали в нем провала, ощущения, что он снова там, на островах, жжет, рубит, высаживается или прикрывает отход.

А вот Алтай и тут остался равнодушен, обошелся без синдромов, что вызвало у Тимура серьезную задумчивость на тему перенимания такой полезной в жизни методики. Пока что приходилось обходиться налеганием на учебу и попыткой не смотреть новости.

Что, разумеется, немедленно вызывало зуд и желание посмотреть новости.

Предпосылки для конфликта создало само появление магов. Открывшиеся порталы и возможности магии вызвали у ученых Альянса непреодолимое желание их немедленно изучить. Оборванные, едва отдышавшиеся беглецы-маги воспринимались ими лишь как материал для опытов, и по господствовавшему тогда мнению, маги должны были быть благодарны за то, что им дали приют.

В то же время…

Строки учебника истории уплывали, расплывались. Тимур потряс головой, но и это не помогло. Он попробовал переключиться на теоретическую магию, но и та не шла в голову. Тимур поднялся, вышел из учебного зала, отправившись к выходу из особняка.

Откуда-то сбоку вынырнул Алтай, они обменялись взглядами и Алтай исчез. Тоже, в сущности, повод для беспокойства, рассеянно плыли мысли Тимура, пока мимо мелькали двери и статуи. Заколдуют и прости-прощай, никакой телохранитель не поможет.

Камешек пролетел по воде, отскочив три раза.

Не угроза того, что их тут заколдуют и очаруют, беспокоила Тимура. Привык за время на фронтах ходить с опасностью над головой. Иногда буквально — когда корабли Альянса висели над головой, изрыгая непрерывный поток бомб, плазмы, ракет и пуль. И заколдовать там его могли точно так же легко, даже еще легче — просто заколдовать издалека, не ставя в известность.

Бывали дни, когда он был так измотан, что ничего не ощутил бы. Бывали операции, когда он валялся без сознания и тогда его легко могли заколдовать. Конечно, можно было сказать, что их прикрывал статут телохранителей внучки Верховного и местные безопасники, но прибывшие магистры и архимаг Баадрих ясно продемонстрировали, где они видели этот статус и безопасность.

Нет, не чужое колдовство беспокоило Тимура.

Он прижался лбом к шершавому стволу сосны на склоне. Мысли бродили хаотично, не желая сосредотачиваться ни на чем. Попытки принудить себя, заставить, вызывали только головную боль. Истощение? Вроде бы нет. Во всяком случае, не физическое. Нервная усталость после фронта? Тимур не знал.

Собственное колдовство?

Да, он «провалился», наверняка в психиатрии для этого был какой-нибудь мудреный термин. Но и что? Разбил бы файерболом экран и плевать. Ранил кого-то? На то есть целители. Убил бы… да, убийство ни в чем не повинных людей все еще вызывало какой-то отклик в душе, но очень вялый и слабый. Разве не были жители Альянса людьми? И он убивал их, жег, рубил, не терзаясь муками совести. Нет, вначале еще терзался, но недолго — ведь сражения шли потоком.

Да что там, биоты тоже были разумными и живыми.

— В кого я превратился? — спросил Тимур изумленно, глядя на свои руки.

— В кого? — живо поинтересовался Алтай.

Тимур оглянулся — они сидели за обеденным столом, Алтай увлеченно уплетал какую-то местную птицу с подливкой. Он поглядывал весело в сторону Тимура, затем нахмурился, всмотрелся.

— В убийцу.

— Боевого мага, — поправил его Алтай.

— Убийцу.

— Хорошо, пускай убийцу, — согласился Алтай, задумался, жуя кусок птицы. — Зачем ты учишь боевую магию? Нет, не так, не надо про миссию от Шефа и склонность к разным школам магии. Вот ты выучил боевую магию, да, стал там, магистром, предположим.

— Предположим, — безжизненно отозвался Тимур.

— Оставим в стороне применение ее здесь, вот, скажем, ты выучился на магистра…

Понятно было, что Алтай говорил лишь гипотетически, но все равно эти слова «ты выучился на магистра» что-то задевали в Тимуре. Какие-то приятные струнки, словно от этих слов он уже стал магистром, словно они гарантировали, что Тимур выучится на него. Глупо, конечно, но стряхнуть это ощущение было непросто.

— … и как думаешь, Шеф применит твои познания?

Тимур оглянулся немного тревожно. Может, на них и не воздействовали магией, но уж точно подслушивали. Слишком уж вовремя появлялись слуги. А где подслушивание, там и запись, хотя… маги же и сами пришли из другого мира? Может, поэтому они не пытались расспрашивать Тимура и Алтая?

— Вспомни, чем занят Шеф, — подсказал Алтай, не дождавшись ответа. — Вспомни, сколько у него будет препятствий. Зачем, по-твоему, ему нужен боевой маг?

— Убить всех, кто встанет на его пути, — пожал плечами Тимур.

Никакого отклика в душе, никаких терзаний. Впору было заплакать от того, что он стал бездушным убийцей. Но это была бы слабость, и Тимур усилием воли сдержался, не стал предаваться гнилым интеллигентским рефлексиям. Да и был ли в них смысл? Прошлое не изменить. Тогда надо было терзаться, когда все это еще начиналось, тогда надо было все бросать, а теперь толку-то?

— Ну вот, — удовлетворенно заметил Алтай, промокая губы салфеткой. — И чего ты теперь терзаешься? Или раньше ты убивал, не приходя в сознание?

Тимур невольно хохотнул.

— Нет, просто понимаешь, — он остановился.

Как объяснить Алтаю его состояние, если Тимур не мог объяснить его самому себе? Алтай смотрел заинтересованно, откинувшись на спинку кресла, разве что зубочисткой не ковырялся. Тимур в очередной раз ощутил зависть к Алтаю, который ничем таким не терзался.

— Ты же тоже убивал, — вырвалось у него, — и больше моего. Наверняка убивал еще там, на Земле!

Алтай пожал плечами и все-таки извлек зубочистку. Задумчиво поковырял ей в зубах, затем изрек.

— Ты неправильно на все это смотришь.

— Возможно. Но тогда подскажи, как смотреть правильно! А то я не могу сосредоточиться на учебе, да ни на чем сосредоточиться не могу!

— Развейся, отдохни.

— Бесцельное времяпрепровождение угнетает меня точно так же, как и занятия, — признался Тимур.

Алтай посмотрел с интересом, чуть склонил голову. Взгляд черных глаз пробежался по Тимуру, словно заново оценивая его.

— Только не советуй мне сходить к психиатру, полежать на диванчике с закрытыми глазами, — вырвалось у Тимура, — тем более что их здесь нет.

— Диванчик и закрытые глаза лишь приемы, позволяющие пациенту раскрыться и отвечать без зажатости и утайки, — немного рассеянно отозвался Алтай. — Это самое важное — правдивость и информация, с которой уже потом будет работать психиатр, иначе он определит все неверно и будет лечить не от того.

— Ладно, герр доктор, что со мной? — устало, улыбнулся Тимур.

— Я тебе что, психиатр? — искренне удивился Алтай. — Но судя по твоим словам, ты просто слишком много сил вкладывал в достижение цели.

Тимур зажмурил дрожащий глаз, затем выдохнул.

— Переведи.

— Ты не в состоянии расслабиться — ведь это время можно потратить на достижение цели, учебы, в общем. Но при этом ты устал, и учеба не идет, и ты вкладываешь в нее еще больше сил, загоняя себя. И я, возможно, догадываюсь, в чем тут дело.

Затем из уст Алтая полилась тарабарщина. Тимур вслушивался некоторое время, затем в мозгу его внезапно что-то перещелкнуло и он «включился». Алтай, даже не на русском, на котором они общались у Шефа, на казахском сообщил ему, что Тимуру следует подумать над тем, зачем он остался. Учиться? Так почему он тогда так напрыгивает на учебу, если не затем, чтобы закончить ее, как можно скорее? Но обучение на магистра займет годы, Тимур же пытается упихать все в дни, даже не осознавая того, и он просто тупо надорвался.

Не говоря уже о страхе перед имперцами.

Тимур облизал губы, посмотрел на Алтая, открыл рот и снова закрыл. Переспрашивать «серьезно?», пожалуй, было бесполезно. В словах Алтая была жестокая правда. Да, он решил остаться, но разве не пожалел о своем выборе сразу же? И холодная, властная Нидейса, разве не напугала она его своим видом? Из долга и обещания Шефу он тщился выполнить миссию, быстрее-быстрее обучиться и свалить прочь.

— Над этим надо подумать, — выдохнул Тимур, уже на местном.

— Подумай, — пожал плечами Алтай с видом, мол, ты тут босс.

Правильный ли выбор сделал Тимур? И если да, то тогда чего он терзается? «Боишься — не делай, а сделал — не бойся», мелькнула поговорка. Да, возможно, будут проблемы с имперцами, но если так всерьез их бояться, то надо возвращаться, без вариантов. Основу он себе поставил, с этим уже можно ехать в другой мир. Правда, там будут другие магические системы и неясно, насколько дружелюбны будут местные.

Они и здесь были не слишком дружелюбны, но и ненавистью все это нельзя было назвать. Возможности, огромные, безбрежные возможности. А если уступить Нидейсе… Тимур торопливо отогнал предательскую мысль, но знал, что та вернется. Да и как она могла не вернуться? Если ставить во главу угла Цель — обучение боевой магии, становление магистром, то надо было выжимать из местных все. Учеба без страха удара в спину, стало быть, Тимуру следовало верить, что он и имперцы работают заодно, рука об руку, и все это вело к Нидейсе.

Да и какое значение имело то, что происходит в другом мире? Разве не говорил Шеф, что жизнь Тимура теперь принадлежит ему? Тимур потер виски, осознавая, что все это лишь жалкие оправдания, увертки, рационализация. Нет, нет, он опять ушел не туда.

Бурление воды от выбросов горячих ключей наводило на мысли. Разве не такова была его жизнь все время тут? Бурление, сражения, никакого покоя, ломка себя через колено и ломка других. Спокойствие битвы и фронтов, в отличие от нервной жизни дома, парадоксально, но факт. Конечно, он стал другим человеком, но пытался судить этого другого мерками себя прежнего. Разве не об этом ему пытался сказать Алтай? Или нет?

Тимур помотал головой.

Удивительно трудно было сосредотачиваться на мыслях и поиске решения, словно… словно, он боялся его найти. Словно боялся признаться самому себе? Это было неприятное открытие. Тимур скрестил ноги, сложил руки, прикрыл глаза, сосредотачиваясь. В конце концов, концентрация и умение сосредотачиваться, мыслить быстро и ясно в бою, разве не это спасало его в боях? Разве не было это требованиями к самой магии — умственная дисциплина? Какой он маг, если не может привести свои мысли в порядок? Какой он боевой маг, если трусливо бегает от сражения с самим собой?

Тимур сосредоточился и погрузился в себя.

Как ни странно, ответ пришел практически сразу. Не боев и сражений он боялся, нет, он боялся того, что его предадут и ударят в спину, выбросят, использовав во властных играх. С Шефом такого ощущения не было, ему Тимур доверял, а вот местным — нет. Пока они были на фронте, пока они были мелкими сошками, тревоги не возникало. Но здесь, в столице, в особняке Императора, с перспективой того, что внучка Верховного, Нидейса, пойдет на любую подлость, лишь бы заполучить Тимура, здесь тревога развилась и окрепла, пустила корни в душе Тимура.

Не продемонстрируй Нидейса холодной и властной маски, возможно, ничего бы и не было.

Но теперь Тимур не мог отринуть этого образа. Отсутствие Нидейсы все эти дни тоже работало на страх, словно она плела паутину за его спиной. Вкупе с общими страхами о промывке мозгов, все это привело к подсознательной тревоге и попытке бессознательно налечь на учебу, дабы формально завершить миссию и вернуться на Землю. Но Алтай был прав, за дни, даже за недели такое не делалось. Ему требовалось либо победить страх, либо бежать.

И вся сущность боевого мага противилась бегству. Ладно бы это было тактическое отступление, финт, увертка, заманивание, но нет. Здесь было именно трусливое бегство, как ни крути. Даже если потом Тимур отправится в другой мир, ничто уже не отменит этого трусливого бегства. Да и кто сказал, что его страхи реальны? Нет, считать ее своими выдумками не стоило, но. Стоило опираться на факты и слова, а не на выдумки.

Алтай неуязвим для магии, его не заколдуют.

С Алтаем он всегда сможет вернуться домой, из любой ситуации. Эта мысль неожиданно принесла Тимуру покой, не окончательный, конечно, но теперь, когда корень проблемы был определен, с ним уже можно было работать. Учиться, изживая в себе страх и выдумки, посмотреть, что произойдет вокруг. Рано или поздно Нидейса вернется, завертится эта история с послами и делом Императора, и вот тогда уже, по факту событий и поведения, можно будет принимать решение. А сейчас не стоило беспокоиться о сражениях, которые будут через месяц, а сосредоточиться на текущей битве.

С этой мыслью Тимур отправился обратно в особняк.

Глава 4

Алтай внезапно исчез из поля зрения, Тимур ударил вслепую вбок, отпрыгнул и откатился… нарвавшись на удар, швырнувший его на маты тренировочного зала.

— Неплохо, — одобрил Алтай, — по крайней мере, ты успел среагировать.

— Никто из бойцов Альянса не двигается с такой скоростью, — проворчал Тимур, поднимаясь и массируя плечо. — И в бою на мне был бы щит.

— В чем проблема? — хмыкнул Алтай, разводя руками. — Ставь щит.

Тимур засопел недовольно — ну да, что толку с щита, когда противника не берут заклинания? Эта особенность Алтая отлично подходила для имитации бойцов Альянса в энергокостюмах, но легче от этого не становилось. Тимур уже собирался предложить выступить на равных — Алтай без скорости, он сам без заклинаний — когда в дверях зала возникла еще одна фигура.

— Всем привет, — легко бросила Нидейса, входя внутрь.

На ней было какой-то легкое платье, создававшее впечатление воздушности, открытости, да и походка… Тимур озадаченно моргнул и мотнул головой. Нидейса была уже рядом, обнялась с Варлеей, ничуть не чинясь и ничем не напоминая ту холодную стерву, что ехала с Тимуром сюда, в столицу Империи.

— Привет, Добрый, — и Тимура обдало теплой волной участия и духов.

— Ну, мы пойдем, — сказал Алтай, подхватывая Варлею под руку.

— Только далеко не уходите, — бросила Нидейса, не поворачивая головы и не отрывая страстного, обожающего взгляда от Тимура.

Совершенно идиотский образ мелькнул в голове Тимура, как сейчас Нидейса нападет на него, поимеет и пригласит Алтая с Варлеей обратно, как свидетелей заключения магического брака.

— Надо полагать, речь пойдет о загадочной спецоперации, из-за которой нас носило по морям и кораблям? — поинтересовался Алтай.

— И это тоже, — неожиданно смутилась Нидейса. — Но… в общем… вас хочет видеть дедушка.

— Нас всех или только Тимура? — с прорезавшейся в голосе иронией спросил Алтай.

Тимур мысленно кивнул — в свете смущения Нидейсы вопрос был более чем уместен. Нидейса не стала срываться, орать, хотя и видно было, что вопрос ей почему-то неприятен.

— И это тоже, — повторила она. — Хотя я и просила деда, но он как упрется… ух!

— Чего же тогда не передали приглашение через кого-то из людей Императора?

— Потому что я хотела вас видеть, — ответила Нидейса. — И нет, не вас всех, а только Доброго.

Сказано это было таким тоном, что Алтай, ухмыльнувшись, тут же пошел к выходу из зала, прихватив с собой Варлею. На лице целительницы крупными буквами было написано любопытство и желание посмотреть «Ой, что сейчас будет», но Алтай тащил ее неумолимо, словно буксир.

— Надеюсь, дедушке ты меня, как жениха, не представляла? — тут же атаковал Тимур.

Воспоминания словно заклинило, и он не мог припомнить, говорила ли Нидейса что-то о своих родителях, мертвы ли они или что с ними? Почему все время дедушка? Роль Верховного в магических делах и спецоперациях понятна, но тут речь вроде как шла о делах сердечных — разве не должны там в первую очередь участвовать родители?

— Не представляла, — чуть отвернулась Нидейса, скрежетнула зубами. — Но эти… Баадрих со спецами разумеется тут же наперегонки помчались докладывать о моих словах.

Она выдохнула, прошипела сквозь стиснутые зубы.

— Как я ненавижу весь этот надзор! Ух! Так легко было на фронте! И снова все эта атмосфера наблюдений и приглядов, и доносов, и необходимости держать лицо!

Нидейса дернула головой, провела руками по лицу, словно в молитвенном жесте, подняла взгляд на Тимура. Лицо ее было красным, виноватым, чуть ли не заплаканным.

— Извини, — сказала она.

Тимуру, честно говоря, хотелось плюнуть на этот разговор, пойти принять душ и переодеться, но ощущение, что Нидейса вломится туда следом, было сильно, как никогда.

— За что? — спросил он.

— Я рассказала деду обо всем, что случилось во время операции, — голос Нидейсы стал чуть ли не просительным, умоляющим, — извини, я должна была!

— Наше иномировое происхождение…, - Тимур осекся, неожиданно сообразив, о чем идет речь.

— Мы поругались. Сильно. Орали до хрипоты.

Местами Тимур, конечно, мог понять Верховного. Пускай у него самого была дочка, а не внучка, и та еще не подросла, но все равно — сцена встала перед глазами, словно живая. Приходит его выросшая дочь и сообщает, что ее поимел гражданин другой страны и жениться не собирается, но она все равно его любит! Может, к женитьбе бы его Тимур и не принуждал, но с места бы точно сорвался, чтобы дать в глаз.

— Я отстояла. Дед уступил. Вы важны, — Нидейса говорила отрывисто, не глядя Тимуру в глаза.

— Важны?

— Дед объяснит. Потому и зовет.

— Странно, что ты с ним поругалась, — не удержался от замечания Тимур.

Оставляя в стороне то, что он мог в любой момент сбежать в свой мир, ведь практически идеальная ситуация для Нидейсы. Не она принуждает Тимура к женитьбе, а дедушка! Да еще какой дедушка, которому хрен возразишь. Марш-марш под венец, и «здрасьте-пожалуйста», извольте исполнять брачный долг, ну а там стерпится — слюбится, все по средневековым канонам.

Тем более, что такую жену не сильно-то побьешь.

— Я! — вспыхнула Нидейса. — Да как ты мог такое про меня подумать! Я! Дурак ты, хоть и Добрый!

И Нидейса, пылая гневом и слезами, стремительно покинула зал.

— Ну, первый натиск отбит, да и помыться можно, — попытался утешить себя Тимур.

Но все равно на душе было погано, словно конфетку у ребенка отобрал или мелочь подобрал, которую старушка выронила. В общем, совершил постыдный поступок, да еще и не исправил его сразу же.

Они собрались вчетвером в гостиной. Пока Тимур мылся — переодевался, Нидейса уже привела себя в порядок и выглядела нормально. Как там, на островах. Собрано, спокойно, с ноткой обожания в сторону Доброго, но без ущерба для дела.

— Перед тем, как мы отправимся к Верховному, у нас состоится не слишком приятный разговор, — вздохнула Нидейса.

Глаза Варлеи округлились от осознания того, что сейчас она увидит Верховного Архимагистра. Тимур же подумал, что в книгах и фильмах такие вещи обычно объясняют по дороге — и движение есть, и информация идет. Здесь, надо полагать, вся дорога заключалась бы в перемещении через портал прямо во дворец Верховного. Правда, снаружи дворец был огромен, можно было там поплутать и рассказать? Или нет?

— Может, тогда его не проводить? — предложил Алтай.

— Увы, — вздохнула Нидейса, отпила и поставила чашку обратно на столик. — Чтобы во время визита вы не выражали удивления и не перебивали дедушку вопросами, вначале надо кое-что объяснить. Тем более, что вы были участниками операции. Она, кстати, засекречена, так что лучше бы вам не болтать об услышанном.

В классическом варианте, надо полагать, на них наложили бы какие-нибудь заклинания секретности или поставили ментальные блоки, но с Алтаем это точно бы не сработало. Если считать их послами, то самого Тимура тоже никак нельзя было заколдовывать, просто, ну кто заколдовывает чужих послов? Стало быть, и одну Варлею ограничивать смысла не было.

Впрочем, еще не вечер — может, в ходе визита Верховный и скажет им о блоках и заклинаниях, или еще что.

— Разве нам не будут ставить защиту разума или там, подсовывать магические контракты? — с усмешечкой поинтересовался Алтай.

Нидейса дернула щекой, затем сказала.

— Этот разговор — как горькая сердцевина в радости видеть вас всех, так что можно без подколок? Я бы с радостью спихнула его проведение на кого другого, но мы были вчетвером… там.

Тимур опустил взгляд. Вспоминать нападение на Тихий и безумную погоню, подводный плен у биотов и драку с Альянсом было неприятно, как минимум.

— И то, что мы были вчетвером там, имеет прямое отношение к операции. Дед, честно говоря, хотел все замолчать, ссылаясь на то, что все равно вы не знали, так зачем вам знать?

— Погоди, — нахмурился Алтай, — только что ты утверждала, что Верховный настаивал на нашем знании деталей операции, чтобы мы там не задавали вопросов и все такое.

— Настаивал! — фыркнула Нидейса. — Да дед вообще ничего говорить не хотел! Мол, есть и более важные вопросы для обсуждения, а это наша местная операция и она вас не касается, хоть вы и участвовали, и вообще не мешало бы еще и вас проверить, повезло ли вам или вы знали заранее!

— Откуда мы могли знать заранее? — удивился Тимур.

— Вот! Я деду то же самое толковала, уж я-то рядом с вами достаточно времени провела! А он уперся, и мы еще и на эту тему поругались. Ух! Как будто мало мне было всего этого в детстве! Казалось бы… так, ладно, об этом позже. Дед уперся, мол, секретность, законы, да за одно то, что вы услышали о спецоперации, вас полагалось бы казнить.

— Казнить? — спросил Алтай.

— Ну, или выставить за пределы Империи, предварительно стерев память, — сердито махнула рукой Нидейса, — ну, все равно же итог ясен, что вы не согласились бы, и в общем, вышло бы неприемлемо. Тогда дед и сказал, мол, посвяти их во все, пусть хоть знают, что нарушают.

То есть можно будет потом выйти на площадь и начать разглашать секреты, все равно не казнят, мелькнула у Тимура идиотская мысль. Вдогонку пришла здравая — уносить ноги все равно придется, а тем, кто слышал — сотрут память, они же не послы из другого мира? В общем, подставлять ни в чем не повинных граждан определенно не стоило.

— Все бы деду секретить, запрещать и не пущать! — продолжала сердито Нидейса, горячась с каждым словом, даже взмахивать руками начала. — А я ему и говорю — нужна откровенность, люди должны видеть, что им доверяют, что не используют втемную, а он! Ух!

Нидейса махнула рукой.

— В чем-то он прав, — сдержанно заметил Алтай, — хотя, конечно, в нашем случае, обычные шаблоны неприменимы.

— Да я ему… ладно, неважно, — выдохнула Нидейса. — В общем, в какой-то момент в Империи возник заговор. Против деда, против Императора, против войны. Возник он высоко, некоторые из заговорщиков, арестами которых мы занимались в эти дни, сидели в Совете Магов, могли входить к Императору без доклада. Вначале новостям не придали особого значения, сочтя обычным заговором с целью получения большей власти. Но затем начали внезапно появляться намеки на то, что заговорщики связаны с Альянсом и Союзом.

— А почему вы их всех не арестовали просто? — спросил Алтай.

— Я же говорю — многие из них сидели на самом верху! Мало того, что они все узнали бы заранее, так и прямых доказательств не было. Вообще никаких. В силу своего положения, им не требовалось заранее готовить армии, многих рядовых исполнителей играли втемную, ну и так далее, и так далее. Дедушка опять же был ограничен в действиях только теми, кому он мог доверять полностью. Тем обиднее сейчас, я думала дед мне полностью доверяет, а он!

Алтай лишь улыбнулся понимающе, а Нидейса опять взяла себя в руки. Гнев и красные пятна на лице не красили ее, и судя по взглядам в зеркало, собственный вид очень волновал Нидейсу.

— Также стало понятно, что их нужно спровоцировать, иначе они могли бы ударить в спину в самый ответственный момент и все испортить. Но обо всем по порядку. Начали издалека — с исследований эффективности, на основе которых потом представили обоснование для создания программы учеников, тех самых «инвалидных команд», в одной из которых мы и состояли.

Нидейса говорила, говорила и говорила, и Тимур ощущал, как у него распрямляются извилины от этих шпионских и контршпионских игр. Уловки, ловушки, сокрытие информации, чтобы те, кто ее украл, поверили в надежность и достоверность, прикрытие, подставы, сливы информации и так далее, до бесконечности. Во многих аспектах Нидейса и сама не знала подробностей, потому что она была острием стрелы, катализатором или центром кристаллизации, той, которой предстояло рискнуть собой во имя общего дела.

И она рискнула, доверяя деду, так что в речах Нидейсы постоянно прорывалась горечь и обида из-за ругани и того, что дедушка теперь, после победы, хотел еще и поступить по-своему с Тимуром и Алтаем. Разумеется, Нидейсу не вели ежесекундно — иначе это обнаружили бы и вся операция пошла прахом, так что Тимур и Алтай действительно просквозили, воспользовавшись брешью в системе. И оттуда же — помимо сливов информации Альянсу и Союзу — пошел разматываться клубок заговорщиков, ведь как-то же информация о выезде любимой внучки Верховного на фронт, попала в систему безопасности?

Разъяснилась и загадка успешной атаки на Тихий — прямая диверсия со стороны своих же магов, и люди с биотами в союзе должны были захватить Нидейсу. Побег придал достоверности ее словам, слитой врагам дезинформации, и враги передали ее своим союзникам в Империи для проверки и те подтвердили, после чего и сами маги-заговорщики задергались.

Ну а так как Верховный и Император втайне были готовы, то и попытку переворота прихлопнули в зародыше.

— Так это мы, получается, Империю спасли? — спросил Алтай.

— Операция сработала бы и без вас, так что не слишком задирайте носы, — посоветовала Нидейса. — И говорить с вами дед будет о другом.

— О чем же?

— Давайте отправимся к нему, — поднялась Нидейса, приглашающе взмахнула рукой, — и вы все услышите сами.

Глава 5

Тимур подсознательно ожидал чего-то вроде непрерывного сияния драгоценностей и украшений, блеска магических артефактов, огромных залов, наполненных магией, где предметы сами летают по воздуху, и бродящих по коридорам мудрых старцев с посохами. Ну и Верховного до кучи в образе этого Гендальфа-Дамблдора, старого мудрого мага, с огромной бородищей и чудаковатыми замашками.

Но реальность оказалась, как всегда, немного проще и сложнее одновременно.

Никаких огромных зал и пышных коридоров, они переместились и прошли буквально метров двадцать по пустому коридору. Ни людей, ни зверей, разве что страж-голем, но и тот даже не шевельнулся в их сторону. Воздух опять же, не трещал от заклинаний, да и комната, в которую они вошли, оказалась более чем скромной.

Чем-то она напоминала рабочий кабинет Шефа, наверное, атмосферой и этаким деловым беспорядком, когда вроде все разбросано, но в то же время разбросано не просто так, а потому что так нужно хозяину кабинета. Разве что компьютеров и экранов не было, но их успешно заменяли шары и трехмерные иллюзии.

Верховный, разумеется, присутствовал, без бороды, усов и копны седых волос. Выглядел он пожилым, но не слабым, этаким сухопарым стариком-живчиком, которые и в восемьдесят готовы дать фору молодым. Посох с огромным кристаллом, волшебные палочки и прочие атрибуты тоже отсутствовали, хотя портрет Императора на стене висел.

В общем, все было достаточно аскетично.

— Садитесь, — вполне приятным голосом сказал Верховный.

Сами собой появились кресла, приятно облегающие тело. Тимур внимательно разглядывал Верховного, невольно отметив, что жидкие брови как-то странно гармонично сочетаются с редкими пучками волос. Неужели магия не могла вернуть ему волосы?

— Если бы не эта егоза, — указал Верховный морщинистым пальцем на Нидейсу, — то у нас был бы совсем другой разговор.

— Деда! — возмущенно воскликнула Нидейса.

— А ну цыц! — грозно рыкнул тот. — И не деда, а Верховный, это и всех остальных касается. Может, потом дойдем до того момента, когда вам потребуется мое имя.

Тимур озадаченно моргнул, но в то же время странным образом успокоился. Раз дело до имени Верховного должно было дойти еще нескоро, то ни о какой женитьбе и разговора не будет. По крайней мере, в ближайшее время. Собственно, Нидейса говорила о том же, и что поссорилась с дедом из-за этого, но все равно.

— И ты, егоза, — палец Верховного снова ткнул во внучку, — сиди и молчи! Тебя направляли миссию выполнять, а не влюбляться!

— Но, де… Верховный! Эти маги не только поспособствовали успеху миссии, чем заслужили награду из рук Императора, — невыносимо официальным тоном, от которого сводило зубы, отрапортовала выпрямившаяся Нидейса, глядя куда-то в потолок, — но они еще и пришли из другого мира! И обладают очень важной магией!

— Только это тебя и спасло, — проворчал Верховный.

Затем он взглядом воткнул внучку обратно в кресло, Тимуру аж жаль ее немного стало. Уж что такое тирания старших и старых родственников — уверенных, что они лучше знают, что нужно ребенку — он знал на личном опыте.

— Нидейса рассказала вам о прошедшей операции, — не столько спросил, сколько констатировал Верховный. — Заговорщики обезврежены, но Империя сейчас ослаблена. И, разумеется, те, кто участвовал в заговоре со стороны Альянса и Союза, они живы. К ним отправлены убийцы, но надежды на успех мало, эта тактика и в прошлом редко срабатывала, иначе мы давно бы уже перерезали все руководство. Или они наше.

Варлея внимала, Алтай же, казалось, хотел о чем-то спросить, но потом промолчал. Последовал его примеру и Тимур.

— На самом деле все эти разговоры о секретности и ответственности за операцию — они для внешних ушей, — неожиданно заявил Верховный. — Четкая, понятная, ясная причина, чего с вами возятся. Наполовину подтвержденные слухи о женихе — туда же.

Ни намека на иронию или сарказм, никакого предвкушения, сколько ни вглядывался Тимур в морщинистое лицо Верховного. Сухое, равнодушное перечисление фактов.

— На самом деле причина, конечно же, другая. Вы не могли о ней знать, но если бы знали, то достаточно было бы слова, чтобы вас проводили в столицу со всеми почестями и дали все, что вам необходимо. Вижу, по вашим недоуменным взглядам, что вы даже не догадываетесь, о чем идет речь.

Алтай чуть шевельнулся, словно догадывался, но опять промолчал. Верховный же смотрел только на Тимура, хотя в чем-то такое внимание было понятно. Так сказать, свой собрат — маг, причем из другого мира. То, что Тимур учился магии уже здесь, похоже, роли не играло. Значит, это было что-то принесенное ими с собой. Антимагия Алтая? Возможно, но. Толку от нее, когда противники используют технику? Ограниченно антимагия могла бы пригодиться против шаманов биотов, но, честно говоря, Тимур подозревал, что Алтай просто таскает при себе парочку изделий Шефа. Это вполне объясняло бы и работу с техникой Альянса, и противостояние магии.

Но если не антимагия, то оставался только сам факт прихода в этот мир.

Верховный смотрел внимательно, словно ожидая, когда Тимур сложит паззл. Остальные тоже смотрели — Нидейса с надеждой, Варлея с какой-то тревогой, Алтай равнодушно, как обычно. Но не с равнодушием безразличия, а с равнодушием уверенности, мол, ты сейчас спокойно справишься, переживать из-за такой мелочи вообще не стоит.

— Из вариантов только порталы, но…, - Тимур осекся, когда Верховный кивнул. — Порталы?! Но вы же умеете их открывать!

Возможно, выкрик его был чересчур фамильярен, но Тимур просто не смог удержаться. Ведь Империя явилась сюда, в этот мир, через порталы!

— Удивительно, да? — сухо улыбнулся Верховный. — Мы явились сюда через порталы, как же так? А задумывался ли кто-то из вас, почему эта война длится и длится? Почему мы бьемся ни на жизнь, а на смерть, несмотря на то, что пришли сюда через порталы и значит, могли бы уйти дальше?

Тимур озадаченно моргнул. Ему такая мысль в голову не приходила, а на остальных он боялся посмотреть.

— Возможно, затраты магии на это слишком велики? — предположил он робко.

— Возможно, но не настолько же, чтобы перекрыть четыре с половиной столетия войн? Разрушение материка и явление в этот мир биотов? Подписание Тройственного Соглашения?

— Война будет идти, пока не останется только один победитель, — подсказала Нидейса шепотом, тут же заслужив гневный взор деда.

— Заговорщики надеялись обойти этот документ, эту нерушимую клятву, занимаясь имитацией войны, — гневно заговорил Верховный, — но они ошибались! Глупцы! Предки предвидели такую ситуацию и договор нерушим! Чтобы отрезать слабым путь к отступлению, чтобы не дать им склониться и согнуться, потому что либо мы, либо Альянс — вместе нам не ужиться! Война до победного конца потому, что нам некуда уходить. Нет, не так. Потому что мы не можем уйти и не умеем открывать межмировые порталы.

В зале повисла мертвая тишина, а Тимура опять захлестнуло волной любопытства. Смертельного любопытства, ведь есть секреты, которые убивают, и этот был как раз из таких, но он ничего не мог с собой поделать.

— Так что, магия покарала бы все три стороны? — спросил Тимур, правда, немного не то, что собирался.

— Может — да, а может и нет, — тяжело вздохнул Верховный, — это не имеет значения, потому что Империю бы просто стерло с лица земли. Это единственное, что имеет значение.

Вопрос, почему заговорщикам не дали ознакомиться с этой информацией, так и остался невысказанным. Возможно, они знали и рассчитывали обойти договор. Возможно, Верховный сгущал краски. Доискиваться правды расспросами уж точно было бесполезно.

— Если бы у нас была возможность уйти, мы бы уже давно ушли, — уже спокойно произнес Верховный. — Никакие затраты магии и материалов не стоят этой ежедневной непрерывной бойни. Мы уже давно никуда не развиваемся и более того, начинаем медленно откатываться назад. Возможно, Альянс и Союз тоже. Возможно, все дойдет до того, что сражаться просто будет некому и договор покарает наших потомков. Возможно, Союз просто пустит в ход свою отраву, а Альянс — ракеты и их некому будет отразить. Я не знаю и не могу знать, так как будущее многогранно и изменчиво, но я знаю, что несу ответственность за Империю здесь и сейчас!

Голос Верховного загремел по залу, сам он словно бы вспыхнул на мгновение.

— Это секретные сведения, передающиеся от Верховного к Верховному, — сказал он.

Тимур краем глаза отметил, что Алтай слегка напрягся, и опять подумал о секретах, которые убивают.

— Они полностью противоречат всему, что написано в учебниках, потому что, правда… слишком болезненна и унизительна. Не мы открыли портал в этот мир. В прошлом мире у нас были враги и они были неизмеримо сильнее, чем мы. Они открыли порталы и, скажем прямо, отправили нас сюда пинком. Почему они не разобрались с нами сами? Не знаю, меня там не было, а исходная информация умалчивает о первопричинах. Но судя по туманным намекам, там имело место нечто схожее с нашим конфликтом с Альянсом.

Это многое объясняло. Например то, почему предки магов, явившись сюда, сразу сцепились с Альянсом. Точнее говоря, с местными жителями, потом уже сбившимися в Альянс. Возможно, маги рассчитывали перебить всех врагов раньше? Неясно. И с Договором становилось понятнее, раз Альянс напоминал прежних врагов, то конечно, битва насмерть, никакой пощады ни своим, ни врагам.

Это уже потомки добровольно самоограничились, чтобы не перебить самих себя, и то, для этого им вначале пришлось уничтожить третий материк и призвать на свои головы биотов. Пожалуй, биоты могли бы и отступить… но маги не умели открывать порталы. Тимур ощутил, как у него пересыхает во рту и облизнул губы. Да, межмировые порталы могли спасти этот мир, маги ушли бы дальше, биоты вернулись бы к себе, Альянс со своей могучей техникой уж как-нибудь справился бы со всем остальным.

Да вот беда, у Тимура не было магии порталов.

— Нельзя сказать, что мы не пытались, — задумчиво продолжал Верховный. — Каждый, практически каждый маг, переступая порог магистра, посвящает определенное время магии порталов. Именно так Баадрих переключился на пространственную магию, например. Но проблема в том, что магия эта должна открывать портал в другой мир, а мы находимся в этом. Все равно что, не знаю, будучи гусеницей, пытаться создать магию для бабочки, хотя нет, это плохой пример, ведь гусеница рано или поздно станет бабочкой. А мы, за четыре с половиной столетия так и не стали, продолжаем ползать в этом мире. Разумеется, не будь этой войны, может у нас, что и получилось бы.

Верховный вздохнул.

— Но не будь войны, нам и в голову не пришло бы заниматься межмировыми порталами, в этом мире и так все прекрасно. А в условиях войны масса усилий уходит на фронт, на битвы, это одна из причин, почему мы согласились на ограничения в средствах разрушения и исключили верхние два ранга магов из участия. Не помогло, как сами видите. Нельзя сказать, что обошлось совсем без успехов, но. Один раз открылся портал к каким-то демонам, и мы едва сумели загнать их обратно, они успели сожрать половину столицы до этого. Другой раз башня архимага Твардиса просто исчезла. И еще было, там все взорвалось, не оставив следов. И невозможно сказать, нашли ли они способ открытия межмировых порталов или что-то иное, например, призыв демонов? И мы продолжаем свои поиски вслепую, на ощупь.

Верховный остановился, посмотрел пристально на Тимура и Алтая.

— Теперь вы понимаете всю важность новостей, принесенных Нидейсой?

Правда, неясно, чего они тогда тянули время потом, подумал Тимур, но тут же вспомнил, что шли разборки с заговорщиками. Надо полагать, Верховный страховался, чтобы те не ударили в спину, не сбежали с Тимуром или не убили его, неважно.

— И она могла бы сообщить их раньше! — метнул он пламенный взгляд в сторону внучки.

Нидейса вспыхнула в ответ, даже ногой слегка топнула, хотя и промолчала.

— Не могла, — не выдержав, вмешался Тимур. — Мы сообщили об этом только во время наших… последних приключений, когда не было связи ни с кем.

— У нее был кровавый маяк, у нее были и другие средства, она должна была немедленно подать сигнал эвакуации, — парировал Верховный.

— Деда! Я выполняла ту часть миссии, без которой вы бы не разоблачили всех заговорщиков!! — все-таки выкрикнула Нидейса.

— Ты слышала, что я сказал? — ласково поинтересовался Верховный.

Нидейса сникла и проворчала.

— Слышала. Порталы важнее.

Но если порталы важнее, тогда чего тянули с этим разговоров, опять подумал Тимур. Изучали их? Собирали информацию на фронте и опрашивали «инвалидную команду»? Возможно. Трудно было судить, не видя всей картины, но важность порталов Верховный обозначил достаточно четко.

Вот только, не было у Тимура магии порталов!

— Эм, — кашлянул он немного смущенно, повернул голову и посмотрел на Алтая.

Никаких жестов или сигналов, но Тимур верил в Алтая, что тот поймет намек «если что, валим сразу же и прямо отсюда!» Раз местные маги не умели открывать порталы, то и заблокировать уход уж точно не смогли бы!

— Видите ли, тут присутствует одна техническая проблема, — заговорил Тимур. — Я тоже не умею открывать порталы между мирами.

Лицо Верховного приняло озабоченное выражение, затем он сказал:

— Я слушаю.

Глава 6

Над столом висела тягостная тишина. Не в буквальном смысле, конечно, ибо вокруг шумели люди, разговаривали, ели и пили, колдовали и хлопали выступающим. Прямо сейчас там, под зажигательную музыку, танцовщица исполняла нечто вроде танца живота и зажигательно вертела бедрами, из-за чего все смотрели на нее.

Нидейса смотрела особенно зло.

Из их четверки только Алтай был невозмутим не только внешне, деловито ел, работал ножом и вилкой, отхлебывал вино, одобрительно посматривал на танцовщицу. Варлея, как ни странно, не ревновала, похоже, придавленная тяжестью государственной тайны и сообщенной информацией.

В этом Тимур ее понимал, его тоже давило и прижимало.

— Зачем я только о вас рассказала! — первой не выдержала Нидейса.

Она с досадой бросила вилку, охватила голову руками, сжала с силой. Вилка, звякнув, подскочила к Алтаю, который спокойно заметил.

— Все ясно же.

— Что тебе ясно?! — вскинулась злая Нидейса.

Тимур оглянулся, но нет, никто не обращал на них внимания, благо общий шум маскировал выкрики. Собственно, поэтому они и выбрали эту забегаловку, дешевую и шумную, а не вернулись в особняк. Всем хотелось как-то отвлечься и переключиться от встречи с Верховным, даже его внучке.

— Ответственность и чувство долга, и неважно, развили ли их в тебе или они были изначально, — пожал плечами Алтай, словно речь шла о чем-то само собой разумеющемся. — Без них тебе не доверили бы эту миссию.

— Да я сама ее предложила!

— Почему? — поинтересовался Алтай.

Нидейса хотела что-то ответить, но задумалась, лицо ее стало сосредоточенным. Брови чуть взлетели, словно в молчаливом удивлении, губы чуть раскрылись.

— Вот именно, — удовлетворенно хмыкнул Алтай. — Потому что ты считала своим долгом помочь Империи и взяла на себя ответственность, лично рисковала головой, ведь ты же не могла знать, что там явимся такие красивые мы.

Да, подумал Тимур, и правда. Нидейса вполне могла попасть в плен на Тихом и, скорее всего, в нем бы и осталась, если бы вообще осталась жива. Не факт, что она сумела бы поставить маяк на магии крови, без прикрытия Тимура и Алтая, да что там, она и с острова, возможно, не успела бы сбежать. Методы удержания магов в плену наверняка давно отработаны, и чего уж стесняться — выбрались они все только благодаря Алтаю, который как раз обошелся без магии.

Если не считать техномагии от Шефа.

Стоило бы, конечно, удивиться отсутствию техномагии у местных. Ладно там, мировые порталы, аналогии Верховного объясняли все вполне доступно, но техника-то! Вон она, полный Альянс, бери, изучай, колдуй. Увы, и тут магам не повезло, техника просто ломалась после превышения определенного порога магического воздействия, вот и получалось — ломать умеют, а подчинять нет. Нет, какие-то подвижки в этом вопросе были, но до Шефа — вещи которого в считанные минуты подчинили себе целый корабль Альянса — им всем было, как до Луны пешком.

— Не будь в тебе этой ответственности, — Алтай отодвинул тарелку и удовлетворенно утер губы, — тебе бы и в голову не пришло предлагать такую миссию. А даже если бы пришло, тебя и не пустили бы.

— Нас всех воспитывали, чтобы служить Империи! — с вызовом вскинула голову Нидейса.

Была она прекрасна, как всегда, но все же взгляд Тимура скользнул дальше, на танцовщицу. Только начни заглядываться на Нидейсу и пойдет новый виток отношений. Хорошо хоть не говорит, что Тимур должен «взять ответственность», и на том спасибо.

— Неважно, — опять пожал плечами Алтай. — Служение, верность и долг просто не оставляли тебе шансов. В смысле, ты неизбежно рассказала бы о нас, так что не стоит казнить себя на этот счет.

— И ты говоришь об этом так спокойно!

— А что, надо волноваться? — удивился Алтай в ответ.

Тимур, честно говоря, и сам не знал, надо ли волноваться. Он честно рассказал Верховному об особенностях своей «портальной магии», и тот, разумеется, сразу предложил Алтаю отдать им «портальный артефакт» для изучения. Алтай поинтересовался, каковы гарантии, что артефакт вернется к нему целый и невредимый, и с нерастраченным запасом прыжков?

При этом Тимур промолчал о техномагическом маяке Шефа, а Алтай повернул все так, что деревянный кругляш им нужен, чтобы вернуться домой, и вообще, он давал клятву Шефу, что вернет Тимура домой. Честно говоря, Тимур ожидал давления со стороны Верховного, но тот даже не подумал колдовать в ответ и задумался. В ответ на предложение изучить артефакт издалека, Алтай сообщил, что это чужая магия и непонятно, как она там себя поведет. Может, пойдет утечка, артефакт разрядится и тогда вообще никаких порталов не будет.

И якобы вернуться домой не выйдет.

— Дед может быть… не сдержан в некоторых вопросах, — немного сдавленно пояснила Нидейса. — Твой щит против магии хорош, но он же не абсолютен.

— Хочешь сказать, что нас скрутят силой и насильно все отберут? — заинтересованно спросил Алтай.

— Вот только не надо прикидываться дурачком! — огрызнулась внучка Верховного. — Конечно, дед предпочел бы договориться полюбовно, добровольное сотрудничество всегда лучше, но вы сами подумайте!

Это тревожило и самого Тимура, ибо не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы представить себе ситуацию. Вот они возможности, возможности спасти всю Империю, так или иначе, и вот они два пришельца из другого мира. Алтай, конечно, хорош, великолепен даже, но и Нидейса права — каковы возможности магии архимагистров? И если пришельцы из другого мира начинают артачиться… то что эти две жизни перед лицом спасения всей Империи?

Тем более что пришельцы и сами признались, что порталы им обеспечивает вещь. Конечно, и знания можно извлечь из голов, но все же — вещь, артефакт — это намного проще. Прихлопнуть пришельцев, да снять с их остывающих трупов артефакт, просто и доступно.

— Да и так все ясно, — беспечно отозвался Алтай, — вот только есть один аспект, который ты не учитываешь. А твой дедушка сразу его понял.

— Что?! — опять завелась Нидейса.

При этом она бросила виноватый взгляд в сторону Тимура, но, похоже, остановиться не могла. Что-то там было такое между дедушкой и внучкой, похоже, больше чем обиды из-за операции. Возможно, ссора из-за самого Тимура?

— Сколько, по-твоему, энергии нужно, чтобы пробить мой щит? — поинтересовался в ответ Алтай. — Нет-нет, не надо считать, просто подумай, достаточно ли ее будет, чтобы уничтожить некую вещь?

Нидейса прикусила губу. Тимур тоже все понял и опять восхитился Алтаем. Где Шеф откопал такого уникума, оставалось только догадываться, ибо Алтай всегда отшучивался, что он простой лаборант и Шефу просто понравилось, как он моет пробирки. Конечно, стопроцентной гарантии это не давало, но атаковать Алтая во всю мощь никто не стал бы, из риска повредить артефакт. Также теперь становилось понятно, почему он не возражал против рассказов Тимура о нем. А удар, нанесенный не в полную силу… Алтай недавно продемонстрировал, что вполне способен его избежать и смыться прочь, прихватив Тимура.

— Конечно, пребывание на фронте искажает восприятие, — спокойно сказал Алтай, — но не всегда силовое решение самое лучшее. Хорошо, что твой дедушка это понимает.

Нидейса вздохнула тяжело и кивнула, потом сказала.

— Извините.

— За что? — опять удивился Алтай, но тут же усмехнулся. — Ну вот, ответственность опять перевесила, даже любовь.

— Да я! Я не позволю, чтобы Доброму причинили вред! Сама встану на защиту! — горячо воскликнула Нидейса, сжимая кулаки.

— Слушайте, — примирительно сказал Тимур, — я понимаю, это будет тяжело, но давайте обсуждать все это где-нибудь еще?

В более защищенном месте и чтобы время прошло и все успокоились. Все эти намеки, что Нидейса в первую очередь подумала о применении к ним силы, Тимур отмел в сторону. Нидейса явно была взволнована — всем — и вряд ли сейчас могла мыслить и рассуждать здраво.

— Да, давайте наслаждаться танцами, — подколол Алтай.

— Может, пойдем, погуляем? — встрепенулась Варлея. — Рыб и уток в озере покормим?

Похоже, взгляды Алтая в сторону танцовщицы ее все же задевали, но выступать и возмущаться, как Нидейса, она явно не собиралась. И почему эта внучка Верховного не могла полюбить Алтая, в тысячный раз уныло подумал Тимур. Сплетение политики, шпионских игр, тайн государственного значения с эмоциями и влюбленностью представляло собой взрывоопасную смесь — только тронь и все взлетит на воздух.

Разумеется, все это открывало и возможности, но Тимур не был уверен, что они того стоят.

Его прежние размышления, ну не то, чтобы отправились на помойку, но оказались неверны в паре исходных пунктов, и теперь предстояло все переосмыслить заново. Этим он и занимался, вполуха слушая Нидейсу, которая неожиданно выступила в роли гида и рассказывала о различных достопримечательностях столицы.

— Добрый! Уток надо кормить, а не дразнить видом хлеба в руках! — раздался возглас в ухе.

— Что? — вздрогнул Тимур.

— Слушай, ты стал чересчур уходить в себя, — покачал головой Алтай, указывая на озеро. — Прямо удивительно, как ты выжил там, на островах.

Стоявшая неподалеку пожилая пара вздрогнула, посмотрела на них с испугом. Даже перестали кормить уток и рыб, во множестве водившихся на озере.

— Там я не думал столько, — проворчал Тимур в ответ. — Жизнь была простой и беззаботной: убил — выпил — в бой.

Алтай лишь усмехнулся на это искажение классики, а Нидейса заметила сердито:

— Вы бы говорили тише!

— А я предлагал обсуждать все это в другом месте, — огрызнулся Тимур. — Защищенном месте!

— Ладно, ладно, но ты и правда, словно провалился, — заметил Алтай.

Судя по его взгляду, он как раз понимал первопричину такой задумчивости. В конце концов, это была миссия Тимура, и только ему было решать — оставаться или возвращаться в свой мир. Пока что они договорились с Верховным об изучении самих себя, издалека, осторожно и без попыток навредить. Предполагалось, что самой своей иномирностью, Тимур и Алтай (хотя с ним все было сомнительно) могут подхлестнуть изучение, возможно, натолкнуть на что-то. Судя по тону Верховного, сам он не слишком в это верил и Тимур разделял его опасения.

А значит, Тимуру надо было все продумать и решить, как им действовать.

— Наверное, потому что тут все слишком мирное, — снова заворчал Тимур.

— Аскартот самое безопасное место во всей Империи, — серьезным тоном подтвердила Нидейса.

Так и напрашивался язвительный комментарий, мол, это потому что там, на островах, гибнут маги и люди, уравновешивая все и защищая столицу. Здесь предельно безопасно, там предельно опасно, в среднем все в норме. Но Тимур удержался от замечания, заговорил о другом.

— Возможно, мне не хватает занятий, опасности и сражений, вот организм и расслабляется, не подает сигналов тревоги.

— На фронт тебя не отпустят, — встревожилась Нидейса. — Даже под прикрытием спецгруппы!

— А еще лучше завернуть его в вату и обвязать матрасами! — развеселился Алтай. — Чтобы не дай бог не поцарапал себе пальчик!

— Да ну тебя, — огрызнулся Тимур. — Необязательно утрировать!

— Необязательно, но очень приятно. И ты шевелиться начинаешь, — ответил Алтай.

Все равно, атмосфера оказалась испорчена, да и ясно было, что кормление уток ситуацию не спасет. Даже рассказ Нидейсы о том, что утки и рыбы — часть обороны столицы, Тимур пропустил мимо ушей. Все равно он не собирался брать Аскартот штурмом и не собирался торговать секретами Империи. Ну, вывели специально, и что с того? Генная инженерия, только при помощи магии, подумаешь.

Но Нидейса, кажется, обиделась на такое невнимание и надулась в ответ.

В результате все пришло к тому, что они вернулись в особняк Императора. Алтай сделал еще «попытку» развеять атмосферу, предложив совместно искупаться в горячих ключах, но от всего этого настолько сквозило издевкой и попыткой переключить остальных, что никто не поддался.

Даже Варлея, до того охотно занимавшаяся там сексом с Алтаем.

Тимур прошел к себе и бездумно уставился в окно. Из пустоты в голове постепенно всплыла простая мысль. Ведь ничего, в сущности, не изменилось, только ставки повысились. Ну да, Империя не умеет в порталы, и что с того? Просто «рыночная стоимость» Тимура и Алтая подросла, да что там, ей можно прикрыться даже от посягательств Нидейсы, если потребуется.

Конечно, чем выше ставки, тем выше шанс, что другая сторона сорвется и прибегнет к силе, но… тут в игру вступал аргумент Алтая. Никто не станет резать курицу, несущую золотые яйца, а если не дорезать, то курица просто упорхнет, предварительно отбив вам яйца. Это не означало, что надо наглеть, но оно открывало свободу маневра. Да, мы хотим сотрудничать, но сами понимаете — вот они обстоятельства. Ага, замеряйте нас (все равно маяк и портал у Алтая, которому плевать на такие замеры), изучайте, предоставляйте нам пока что жилье и возможность учиться.

Да, возможность учиться.

Просто чуть больше осторожности, просто не отпускать Алтая слишком далеко, а в остальном учиться, учиться и еще раз учиться. Забыть войну и острова, ведь миссия его другая. Да, он многому выучился за это время, но если бы учился, не отвлекаясь на войну? Сколько всего он успел бы выучить? Практическим освоением можно заняться и дома, но вот теорию там никто не расскажет.

На душе Тимура стало легко от принятого решения.

— Да-да, сейчас открою! — крикнул он, услышав стук в дверь.

Вообще он ожидал увидеть там Алтая, но за дверью стояла Нидейса. Сосредоточенная, собранная и вдвойне прекрасная.

— Нам надо серьезно поговорить, — серьезным тоном произнесла она.

Глава 7

— Надо так надо, — вздохнул Тимур. — Заходи.

— Нет, — покачала головой Нидейса.

— А что так? — прорезался сарказм в его голосе. — Боишься оказаться в компрометирующей ситуации?

— Добрый! — глаза Нидейсы словно вспыхнули, она топнула ногой. — Не надо! Послушай, я не рассказала вам, что я внучка Верховного, но и вы умолчали о своем происхождении из другого мира. У нас обоих были причины молчать, так что давай, давай хотя бы некоторое время отодвинем эти секреты в сторону и вернемся к тому, что было до нападения на Тихий? Где мы — маги в одной команде и прикрываем друг другу спину? Помогаем друг другу просто так, а не с какими-то тайными мыслями? Вот я и пришла помочь тебе.

Тимур подвигал челюстью, затем спросил:

— Хорошо, и в чем же заключается помощь?

— Ты же сам говорил, что тебе не хватает опасности и сражений! — удивленно воскликнула Нидейса.

Тимур нахмурился, не зная, как трактовать эти слова. Да и стоило ли объяснять про причины задумчивости?

— Не хочу, не желаю теперь ничего от тебя скрывать, — горячо заговорила Нидейса, — так что идем на полигон, я тебе продемонстрирую все, что умею.

И это будет опасное сражение, мысленно закончил Тимур, ибо… ну да, Нидейсу готовили к выполнению миссии. Какая разница, специально ли она сдерживалась в боях или ей просто поставили мысленные блоки, спавшие в момент начала настоящего задания? Стоило ли ему — обманом влившемуся в ряды имперцев и извлекавшему выгоды из положения — протестовать и затевать длинные разговоры об этом?

Возможно, как раз наоборот — стоило объясниться и нормализовать отношения раз и навсегда?

— Хорошо, — ответил он, — идем.

К удивлению Тимура, отправились они наружу. Видимо, полигон в доме, тот, на котором они упражнялись с Алтаем, был недостаточно хорош для Нидейсы. Внучка Верховного шла впереди и Тимур поймал себя на том, что пялится ей в спину, словно перекатывание ягодиц под тканью облегающего тренировочного костюма обладало каким-то особым гипнотизирующим действием.

Неужели?

Он отстранился, как нередко делал в бою. Действия, моментальные и быстрые, на рефлексах, но при этом Тимур словно бы взирал на себя со стороны, оценивал. Странное состояние, попахивающее, честно говоря, расстройствами головы, но все же иногда полезное, как вот сейчас.

Нет, все осталось по-прежнему. Нидейса нравилась ему, как нравилась бы любая красивая девушка, с длинными ногами, крепкой задницей, оттопыренной грудью, подтянутая и уверенная в себе, знающая, чего она хочет в жизни. То, что персонально эта красавица хотела Тимура, ничего не меняло. Почти ничего.

Нет, оставляя в стороне секс и плотские утехи, сейчас Тимур пялился в спину Нидейсе совсем по другой причине. Ведь она сама сказала «как раньше», так? Словно они опять были на задании, двигались по очередному острову, к очередной базе Альянса, готовясь вступить в схватку. Неужели он сам, не желая того, нечаянно сказал правду? Превратился в адреналинового маньяка, да что там, убийцу, не мыслящего себе жизни без схваток и опасностей?

Это… озадачивало, мягко говоря.

Полигон располагался под открытым небом, чуть дальше горячих ключей. Площадка, заключенная в этаком полукольце скал, с дополнительно установленными накопителями выше по склону, для создания щита сверху. Активация защиты полигона была стандартной, короткое слово — ключ, единое по всей Империи. Поставить активационный ключ можно было любой, но к такому прибегали только тогда, когда наоборот, не хотели, чтобы другие пользовались полигоном.

Или использовали его, но только без защиты.

— Гото…

Нидейса еще только говорила, когда Тимур уже рванул вперед. Уроки Алтая, чего уж там. В сражении с Альянсом, Тимур рванул бы вбок, одновременно с этим обрушивая удар, но здесь противник был другим. Тимур выкрикнул заклинание, с пальцев его сорвался веер огня, расплескался о щит Нидейсы, на мгновение, ослепив ее. Тимур уже ушел вбок, заходя Нидейсе за спину, выпадая из ее поля зрения.

— Вижу тебя! — выкрикнула Нидейса сверху.

Тимур ударил, не глядя, отпрыгнул, перекатился, обнаружив, что Нидейса взлетела, воспользовавшись тем, что Тимур не видел сквозь веер огня. Это было что-то новенькое, чего Нидейса не демонстрировала раньше. И дело было даже не в полете, а в самой тактической хитрости.

Тимур ухватил камушек, метнул, послав вдогонку заклинание умножения. Каменный град обрушился на Нидейсу, которая вынужденно ушла из-под удара, сместившись влево и выше. Тимур уже накинул заклинание маскировки, замер прямо на открытой местности, сложив пальцы в знак, в готовности ударить, едва Нидейса отведет взгляд.

— Щазззззарга! — выкрикнула Нидейса, вскидывая левую руку.

С указательного пальца излилось сияние, омыло полигон, сбрасывая все маскировки. Моментально в Тимура ударило молнией, сорвавшейся с правой руки, но он уже сдвигался, бежал зигзагом. Мини-файерболы, огоньки размером с фалангу пальца пулеметной очередью сорвались с его рук. Нидейса не выдержала, ушла ниже, пытаясь вырваться из-под обстрела, и Тимур рванул вперед, ухмыляясь мысленно.

Сработали рефлексы сражений, и имитация обстрела техникой Альянса, и Нидейса, не задумываясь, сделала то, что привыкла. Заклинание раскололо ее энергощит, и Тимур прыгнул вперед, входя в клинч, тоже действуя на рефлексах. Нидейса поставила блок, закрылась, ударила чем-то парализующим, но заклинание рассеялось о щит Тимура. Нога его подбила Нидейсу… нет, нога запнулась, и Тимур неожиданно оказался парализован на левую половину тела, и покатился по камню, больно ударившись локтем.

Заклинание рассеивания, щит, удар, но Нидейса уже разорвала дистанцию, сама приступила к обстрелу заклинаниями. Несмотря на разную специализацию и склонность к разным школам магии, базовый набор у всех был одинаков, и теперь Тимур отражал удары, стараясь контратаковать, и не успевая. Нидейса внезапно начала двигаться быстрее, точнее, и сама ударила заклинанием гашения щита, вошла в клинч.

Все это неожиданно превратилось в какую-то копию спарринга с Алтаем. Точно так же Тимур не поспевал блокировать удары, не поспевал колдовать. Разве что удары были слабее, но затем Нидейса, в перерывах между рассеиваниями заклинаний Тимура, успела еще что-то наколдовать на себя, и удары стали сильными, мощными, чуть ли не до ломающихся костей.

Тимур сделал единственное, что ему оставалось — прыгнул, охватывая Нидейсу и прижимая ее к себе. Мгновение спустя до него дошло, что этого Нидейса и хотела, потому и не блокировала атаку. Он разорвал захват, отпрыгнул, ставя щит и ощущая, как немилосердно болит все тело. Нидейса, впрочем, и не думала нападать, стояла, улыбаясь мечтательно, и смотрела на Тимура с блеском в глазах.

Затем вскинула руку и пробормотала:

— Исцелись!

Белый свет омыл Тимура, и ему моментально стало легче. Не прямо полное исцеление, но хотя бы покалывание в груди на каждом вдохе ушло, да и на ногах удавалось стоять.

— Эфо фсе? — спросил он, ощущая, как наливается синяк под глазом.

В какой-то мере это можно было счесть местью за все его отказы. Законное избиение, на которое он сам же и согласился. Некому жаловаться. Тимур попробовал языком зуб, пытаясь понять, шатается тот или нет. Губы тоже опухали, и вообще ощущение было таким, словно его покусал улей злых пчел.

— Нет, — спокойно ответила Нидейса, паря в воздухе. — Я же обещала показать все, чем владею! Исцелись!

Опухлость губ и лица спала, сразу стало легче дышать и говорить.

— Может, срежем эту часть, и я поверю тебе на слово? — спросил он.

— Может, ты заодно поверишь мне на слово, что я искренне и глубоко люблю тебя, и вовсе не думала нападать на тебя и причинять вред?

Тут до Нидейсы дошло, что в этой ситуации слова ее немного неуместны, и она торопливо добавила:

— В разговоре после визита к Верховному, в смысле.

— Я понял, — немного ворчливо отозвался Тимур. — Ладно, я понял, ты избила меня, за все прошлые отказы, и что теперь?

— Нет! Я… я просто хотела показать тебе свои возможности.

— Показала, и что теперь? — упрямо повторил Тимур.

Нидейса слетела с небес, опустилась в трех шагах от Тимура.

— Хорошая тренировка идет тебе на пользу, неожиданно начинаешь понимать то, чего раньше не понимал. Может, все-таки продолжим? Глядишь, ты еще чего поймешь.

— Даже если ты изнасилуешь меня по праву победительницы, — мрачно сказал Тимур, готовясь к тому, что сейчас его еще раз побьют, — это ничего не изменит.

Кроме того, что он все-таки передумает и вернется на Землю, утешая себя мысленно сценами того, что Верховный сделает с внучкой за провал задания. Видимо что-то такое отразилось на его лице, так как Нидейса торопливо сказала:

— Речь идет не о сексе! Да, я хочу, чтобы ты полюбил меня, но я хочу, чтобы эта любовь была добровольной!

Тимур слушал, мрачно хмурясь.

— Но речь идет о другом! О гораздо большем! — Нидейса протянула умоляюще руки. — Неужели ты не видишь своего потенциала? За полгода ты стал мастером, еще за год ты можешь добраться до магистра! Не сам, конечно, с наставниками, лучшими наставниками — теми же, что учили меня! Да, ты лучше дерешься, не скрою, но теперь, когда я вспомнила все, чему меня учили, разве ты не видишь моего превосходства в магии? Оно может стать и твоим превосходством! Ты же прибыл сюда учиться магии?!

— Ну, — буркнул Тимур, настороженно наблюдая за ней.

— Так учись! Я помогу тебе! Лучшие наставники помогут тебе! Становись сильнее как можно быстрее!

— И оставайся здесь, так? — прямо спросил Тимур.

Нидейса стушевалась на мгновение, едва заметно, но тут же вскинула голову.

— Конечно! Ты же видел, что я умею, ты сможешь больше, намного больше! В тебе есть потенциал архимагистра, а со своими иномировыми знаниями, ты можешь превзойти вообще всех!

— Ты же понимаешь, что я прибыл сюда учиться магии не просто так? — спросил Тимур. — Моя магия нужна там, нужна человеку, которому я обязан всем.

Наверняка целители Империи тоже смогли бы помочь дочке, но… они сидели в своем мире. А Шеф помог, не обманул ни в чем, даже в мелочах.

— А кто сказал, что все это будет просто так?! Чем больше ты выучишь, тем лучше сможешь помочь — так?

— Так, — вынужденно согласился Тимур.

И все это время он будет сидеть в Империи рядом с Нидейсой. Пускай она и обещает золотые горы, но за год магистром ему не стать. И он будет сидеть, сидеть и меняться. Или просто привыкнет и уже не вернется домой. Полгода на островах изменили его, кто знает, что сделает год в столице Империи?

— И я еще раз говорю — все это будет не просто так! У тебя есть потенциал, у тебя есть моя полная поддержка, у тебя есть поддержка моего дедушки! Представь, каких высот ты сможешь достичь?!

— Зачем мне эти высоты?

— Ты станешь сильнее, возьмешь власть, и под твоей рукой будет масса магов, — прямо заявила Нидейса. — Ты станешь во главе Совета Магов и победишь в этой войне.

Тимур уже собирался сказать о чужой войне, но Нидейса заговорила быстрее.

— Но война это неважно, важнее то, что ты сможешь наладить связь со своим родным миром! Представляешь, два наших мира свяжет постоянный портал?! И у тебя под рукой будут сотни магов в помощь твоему Шефу! Разве не скажет он тебе спасибо, не скажет, что ты полностью выполнил свой долг?

Тимур невольно раскрыл глаза шире, ибо такой вариант ему в голову не приходил. Да, сотни магов Шефу не помешали бы, уж с ними бы он сразу навел справедливость на Земле. Да и сам Тимур во главе магов… уж он смог бы развернуться! И победа в войне, да уж, с помощью Шефа Альянс моментально пал бы — и если подумать, разве не пригодилась бы вся эта продвинутая техника там, на Земле? Не только царство справедливости, но еще и подстегивание прогресса!

— Скажет, — вынужденно признал Тимур.

— Вот видишь! — обрадованно воскликнула Нидейса. — Я обещала быть полностью откровенной с тобой, да, мной движут и личные мотивы, но кто сказал, что их нельзя сочетать с общей пользой?! Ведь такой союз пойдет всем на пользу, а когда ты станешь во главе, то будешь контролировать и портал!

— Да, заманчиво, — неохотно согласился Тимур.

— И никто не просит тебя соглашаться моментально! Обдумай все, как следует, наслаждайся гостеприимством Императора столько, сколько потребуется! Учись и становись сильнее! — слова Нидейсы снова заполыхали страстью и жаром. — Видишь, даже так, ты будешь просто идти к своей цели, а попутно можешь помочь всем! Спасти Империю и спасти свой мир, ведь ты же сам сказал, что тебя послали сюда не просто так, значит, там нужны боевые маги!

— Нужны, — кивнул Тимур.

Но нужны ли они будут, когда они установят связь между мирами? Отряд магистров захватит власть и все опасения Шефа насчет кровавой третьей мировой окажутся беспочвенны. Мирный захват власти, справедливость, прогресс, помощь целого магического мира, что может быть заманчивее?

Тимур даже не взялся бы сказать — что.

— Я в этом деле не один, — напомнил он.

— Разве Алтай не подчиняется тебе? — спросила Нидейса. — В любом случае, теперь ты понял, что речь здесь не о моих чувствах?

— Понял, — еще раз согласился Тимур и вздохнул. — Но все равно, мне надо все обдумать, как следует.

Глава 8

«Крупная победа войск Империи — подлые захватчики выброшены прочь с острова Тихий!»

Ниже мелким шрифтом шло пояснение, почему остров Тихий так важен и как он исполнял роль тыловой базы и опорного узла, до того момента, когда подлые враги, воспользовавшись подлым предательством подлых предателей, ударили в спину и захватили остров.

Не то, чтобы Тимур особенно следил за новостями, так, хватал взглядом заголовки, во время вылазок в столицу и из того, что читали остальные, но даже он заметил, как постепенно нарастают упоминания о предателях. Со времен разговора с Верховным и затем с Нидейсой прошло несколько дней, и, видимо, власти Империи, решили постепенно, мягко подать информацию о заговоре.

Возможно, в нем были замешаны слишком громкие имена, чтобы вываливать правду в лоб?

Тимур не знал, да и не хотел знать. Не хотелось ему копаться в чужом заговоре, тем более что тот был не первым. Помимо глубин теоретической магии, он зарылся еще и в историю Империи, по совокупности причин: отвлечься от сложного выбора, попытаться косвенно проверить слова Верховного (правда, тут Тимур быстро осознал свою глупость и бросил вычисления) и понять, в каком состоянии была Империя, правда ли начался закат и упадок.

Но сейчас ему было не до истории.

— О, Тихий отбили! — радостно воскликнула Варлея, даже хлопнула в ладоши.

— Это…, - Нидейса покачала головой, затем все же закончила. — Операция для своих, честно говоря. Сомневаюсь, что жителям материка название Тихий о чем-то говорит.

Повисла тишина, потому что им четвертым название Тихого как раз говорило о многом. Тимур силился вспомнить отдых и пляжи острова, мирное существование, но перед глазами опять вставали картины той злополучной ночи. Десант Альянса, сражение на смерть, огонь и взрывы, удары и бегство, которое, казалось, никогда не закончится.

И остальная команда, которую они сочли погибшей.

Нона, Жигулио… Тимур моргнул, отгоняя видения лиц. Они выжили, это главное, он все равно там ничем не смог бы помочь. Но червячок вины и сомнения засел и не думал никуда уходить. Если бы он был более умел, если бы двигался быстрее, соображал лучше, то они бы успели! Вытащили остальную команду, ушли бы все вместе! Миссия Нидейсы? Ну, как-то раньше она не спешила попадать в плен, несмотря на бои и осады, и с Тихого спешила убежать со всех сил — для достоверности, надо полагать.

А так получалось, словно они бросили и предали свою же команду.

— Главное, что нам говорит, — вырвалось у Тимура. — Главное те, кто там сражается, а те, кто сидит в тылу пусть не знают!

— Не скажи, — неожиданно возразила Нидейса, — те, кто находится в тылу, не менее важны!

— Я и не говорю, что они не важны, но раз не знают, то это же хорошо! Представляешь, насколько плоха была бы ситуация, если бы жители материка знали поименно каждый опорный и тыловой остров?

— Да уж, — хмыкнула Нидейса. — Верно.

— Интересно, как там наши, — вздохнула Варлея. — Ни весточки, ни привета.

— Потому что они не знают, где мы, — объяснила Нидейса. — Не забывайте о нашем нынешнем статусе. Им просто не положено знать, где мы, не говоря уже о том, чтобы писать что-то нам.

— Волнуются, наверное, — еще раз вздохнула Варлея. — Как мы за них переживали, теперь они за нас.

Чувство вины в Тимуре усилилось, ибо Варлея была права. Сколько они сражались вместе, через что прошли вместе и все зачем? Чтобы команда сражалась там, на фронтах, а они прохлаждались здесь, в тылу? Никакая важность миссии не оправдывала такого, тем более что Нидейса, Варлея и сам Тимур составляли важную часть команды. Да и Алтай со своей сотней тоже были ее частью, чего уж там.

— Давайте я напишу им, — задумалась Нидейса. — Или давайте все им напишем?

— А как же секретность? — поинтересовался Алтай, поглядывая по сторонам.

То ли приглядывал в ответ за сопровождающими их людьми Императора, то ли просто бдил, как всегда. Проходящие мимо горожане не обращали на Тимура и компанию никакого внимания, спешили по своим делам, в общем, вели себя как обычные жители обычного мегаполиса, убрать магию, добавить автомобилей и будет не отличить от Земли, чего уж там.

— Секретность обеспечат сотрудники безопасности, через которых все и передадим, — уверенно ответила Нидейса. — Им будет приятно, нам будет приятно.

— Нет! — вырвалось у Тимура.

— Не будет приятно? — хмыкнул Алтай. — Пожалуй, что да, они там жопы в воде морозят, а мы тут живем в роскоши и неге.

Специально он это сказал или случайно попал в болевую точку, но было… очень неприятно. Может, потому что слова его были правдой? Тимур безуспешно попытался отогнать эти мысли — и так больно и непросто сделать выбор, а воспоминания о команде и боевом братстве (и сестринстве) только еще сильнее все запутывали.

— Нет, не надо писать, — пояснил Тимур. — Пусть передадут сообщение, что мы живы и здоровы, и хватит.

— Ты прав, Добрый, — прищурилась Нидейса, — письма — это будет уже чересчур.

На этом разговор на тему «инвалидной команды» увял сам собой, похоже, не один Тимур ощущал вину перед оставшимися.

— Мы не можем вернуться на фронт, нас просто не отпустят.

— Не отпустят, — согласился Алтай, разглядывая магический светильник сквозь бокал вина.

— Да и миссии нашей… моей, это все будет только помехой.

— Будет.

— Значит, мы остаемся здесь и это правильно, но почему у меня такое ощущение, что все неправильно? — вздохнул Тимур.

Алтай молчал. Потом выпил бокал, наполнил по новой и снова стал разглядывать магический светильник.

— Что ты молчишь? — не выдержал Тимур.

— Я — твой телохранитель, а не советодаватель, — легко парировал тот. — Ты же решил остаться? Так чего терзаешься?

— Сам не знаю, — развел руками Тимур, снова откинулся на спинку кресла.

— Наверное, тебе и правда не хватает сражений и опасностей, и тренировок, чтобы не оставалось времени думать, — хмыкнул Алтай. — Стоило бы засунуть тебя обратно, да посмотреть, но нас не отпустят на фронт.

— Не отпустят, — эхом повторил Тимур. — А выбор делать надо.

— Разве ты его не сделал, решив остаться?

— Да нет же!

Тимур набрал воздуха, чтобы объяснить ситуацию, и выдохнул зло.

— Тебя определенно нужно нагрузить, — покачал головой Алтай. — Десять километров вокруг особняка каждое утро, потом занятия рукопашным боем, а также отработки на полигоне.

— А учиться когда?

— А все остальное время учиться. Чтобы в голове дурных мыслей не заводилось.

— Хорошо, хоть оздоровительного секса не посоветовал! — ядовито заметил Тимур.

— Это тебя волнует? — спросил Алтай в ответ.

— И это тоже!

— Может, тебе не рассказывали, — серьезным тоном заговорил Алтай, — когда сообщали о капусте и бабочках с пыльцой, но знаешь, возможен секс вне брака. И от него, о ужас, никто не умирает, а даже наоборот, могут появиться новые люди!

— Это ты мне совет даешь? — опешил Тимур.

— Ну да. Ты же весь вечер добиваешься от меня совета, хочешь, чтобы я чего-то за тебя решил? — самым невинным тоном спросил Алтай. — Вот я тебе даю совет — займись сексом с Нидейсой, да перестань дергаться. Судя по тому, как скисло твое лицо, не такого совета ты хотел. То есть, ты не только хочешь от меня совета и решения за тебя, но и чтобы они еще тебя устраивали? А если не устроят, то виноват буду я, а не ты?

Тимур разевал рот.

— Прием не новый, конечно, — задумчиво продолжал Алтай, снова наполняя бокал, — и описан еще у Дюма в «Трех Мушкетерах», но как-то все равно не того. Помнишь, что сказал Атос?

— Помню, — буркнул Тимур. — Ты не многовато пьешь?

— Спасибо, мамочка, что заботишься о моем здоровье!

Тимур невольно рассмеялся и примирительно развел руками.

— Но все равно…

— Представь, что ты в бою, — перебил его Алтай. — Думаю, тебе это будет просто. Представил?

— Ну, — настороженно отозвался Тимур.

— Перед тобой сложная ситуация, — продолжал Алтай, — и решение надо принимать мгновенно. Думаю, тебе даже воображать ничего не надо будет, такое регулярно бывало в прошлом. И ты с честью выходил из положения.

— Аналогия понятна, но здесь другое. Здесь проблему не решить хорошим ударом.

— Нет такой проблемы, которую нельзя бы было решить хорошим ударом, — самоуверенно отозвался Алтай.

— Даже в отношениях? — спросила вошедшая Нидейса.

— Конечно. Один хороший удар и отношений нет. Нет отношений — нет проблемы.

Нидейса запыхтела возмущенно, а Тимур не выдержал и рассмеялся. Немного нервно, чересчур громко, но все равно смех пошел ему на пользу. Может, и прав был Алтай, что он слишком много думает о ситуации и потому не может принять решения? Конечно, ситуация была важнее какой-то стычки, и пускай речь не шла о жизни и смерти, но все же в каком-то смысле шла — о жизни и смерти двух миров.

Не каждый день от тебя зависят судьбы двух миров, верно?

— А работа? — спросила Нидейса после паузы.

— Что работа? — отозвался Алтай.

— Ну, вот ты работаешь… не знаю, гончаром, допустим.

— Допустим.

— И твой заказчик поручил тебе сделать вазу. А у тебя не выходит. Как тут тебе поможет удар?

— Очень просто. Один хороший удар и нет заказчика. Нет заказчика — нет проблемы.

— Это убийство, а значит у тебя проблемы! — торжествующе воскликнула Нидейса.

— Приходит стражник арестовать меня, но один хороший удар и нет стражника, — хмыкнул Алтай. — Даже если посадили в тюрьму — один хороший удар и стена проломлена.

— Эй, так нечестно!

— Мы же не оговаривали, насколько хорош удар? — парировал Алтай. — Ну вот. Но вот тебе другой вариант. Ты идешь к другому гончару и хорошо бьешь его. Он делает тебе вазу. Проблемы нет.

— Ах ты, — выдохнула Нидейса.

Она смотрела на Алтая прожигающим взглядом, уперев руки в бока, прикрытые легким платьем, сосредоточенно пытаясь придумать проблему, которую нельзя было бы решить хорошим ударом.

— Твой любимый человек умирает!

— Когда смерть придет, наносишь хороший удар, — ответил Алтай.

— А если смерть не приходит?

— А если смерть не приходит, то и проблемы нет.

— Да нет, я о другом, тьфу ты! — Нидейса посмотрела на Алтая и махнула рукой. — Ладно, лень объяснять. Тебе нужно в другой мир?!

— Наносишь такой удар, чтобы он проломил проход в другой мир, — пожал плечами Алтай. — Мы же не оговаривали, что такое хороший удар?

— Это уже софистика пошла!

— По-моему, это ты пытаешься мне доказать, что есть проблемы, которые нельзя решить хорошим ударом. Доказывай, я не против, но пока что у тебя плохо получается.

— Проблема смерти вселенной, — подсказал Тимур, отвлекшийся от размышлений.

— Какой еще смерти вселенной? — неожиданно напряглась Нидейса.

— Тепловой, например. Не волнуйся, она еще нескоро произойдет, через кучу миллиардов лет.

— Это там про то, что все процессы прекратятся? — наморщил лоб Алтай. — Хмм.

— Какая еще смерть через миллиарды лет? — не унималась Нидейса.

Тимур посмотрел на нее — внучка Верховного неожиданно всерьез испугалась. Вот они, преимущества отсутствия физики в школьной программе, усмехнулся мысленно Тимур. Когда не знаешь, то и бояться вроде как нечего.

— Нет, я понимаю, техника Альянса у вас ломалась, но что насчет знаний? — неожиданно спросил Алтай.

— Что насчет знаний? — переспросила Нидейса недоумевающе. — Разве в Альянсе что-то знают о магии?

— Понятно, — вздохнул Алтай. — Это вы, конечно, зря. Может, перейми вы знания Альянса, то и с техникой их смогли бы разобраться.

— Да?

— Да. И эти ваши… заговорщики, как-то же контактировали друг с другом? Значит, техника и магия где-то да совместимы.

Про себя и подчинение техники Алтай опять скромно умолчал, но это было понятно и так.

— Надо сказать деду, — пробормотала Нидейса.

— Я готов помочь, чем могу, — заметил Алтай.

— Это было бы здорово!

— Погодите-погодите, — вмешался Тимур, которому не понравилось, куда сворачивает разговор. — Нидейса, ты что, не видишь? Он нам зубы заговаривает, чтобы не давать ответа, потому что у него его нет!

— Ошибаешься — есть.

— И как хороший удар тебе поможет против тепловой смерти Вселенной?

— Ну, ты же слышал про Большой Взрыв? — невинно поинтересовался Алтай.

— Да кто может нанести такой удар, чтобы тот вызвал Большой Взрыв?! — возмутился Тимур, чуть ли не подпрыгнул. — Это за пределами возможностей человека, да что там, даже архимагистр на такое не способен! Никак!

— И уровень силы наносящего удар мы тоже не оговаривали, — парировал Алтай. — Нет, правда, чет вы слабо выступаете, даже вдвоем.

— Тебе не по силам нанести такой удар!

— И опять, мы не оговаривали, кто нанесет удар. Может, у меня есть знакомый Творец, способный ударом вызвать Большой Взрыв? Как нас учит теория вероятности, вероятность любого события выше нуля.

Тимур засопел, но не нашел, что возразить, и так Алтай победил в этом споре.

Попутно уйдя от разговора и совета Тимуру.

Глава 9

— Ты какой-то уставший, — осторожно заметил Тимур.

— Бегал ночью, — зевнул Алтай.

— Бегал?

— Ну да, в столицу и обратно, — ответил Алтай.

Тимур хотел уже спросить — зачем — но остановился. И так ясно было, что Алтай ответит, но так, что понятнее не станет. Да и зачем бы ему было бегать в столицу, когда можно было перейти порталом?

— Ну, не хочешь говорить — не говори, — сказал он.

— Все обижаешься, что за тебя не решили и не дали совета? — неожиданно усмехнулся Алтай. — Я думал, ты выше этого.

Затем он неожиданно выбросил руку, но Тимур успел пригнуться. Вылетевший предмет стукнулся о щит полигона и отлетел, перекатившись о камни. Тот же полигон, что показала ему Варлея, и, похоже, Тимуру опять предстояло быть избитым.

Опять, в рамках тренировки.

— Я выше этого и не обижаюсь, — ударил Тимур заклинанием.

Привычно, прямо по цели, Алтай просто отмахнулся рукой. Сдвинулся, оказываясь рядом, проломил щит, но Тимур успел отпрыгнуть, мысленно чертыхаясь. Не так-то просто наносить удары в объеме, не целясь прямо в Алтая, но в том и состояла цель тренировки — попытка сломать свои шаблоны.

Ну и немного поговорить с Алтаем под прикрытием щитов полигона, не без этого.

— Но вопрос важный, ты согласен?

— Кто тут у нас главный? — ответил Алтай вопросом на вопрос.

Он зашел со спины, нанес несколько ударов, Тимур покатился по камням, выбросил вслепую щит, затем ударил веером огня, Алтай подпрыгнул, уходя от удара. Тимур перекатился, смел его порывом ветра. Увы, мощного отброса об стену не получилось, Алтай ловко перекувыркнулся, оттолкнулся ногами от стены, приземлился.

— Хватит прятаться за моей спиной!

— Кто прячется? — удивился Алтай. — Шеф же сказал — ты главный, твоя миссия — учиться, вот ты и учишься, так?

Рывков вперед он не делал, так и стоял возле стены, но говорил при этом нормальным голосом. Тимур чуть не сделал шаг вперед, чтобы лучше слышать, затем добавил ветра, чтобы тот доносил звуки.

— А я защищаю тебя и средства возвращения, потому что, — сказал Алтай, — ну ты и сам знаешь, почему.

— Но ты же лучше знаешь Шефа! Ты был с ним больше времени, он обучил тебя всем этим штукам, дал своей магии! — крикнул Тимур.

— Вот именно — своей, — указал Алтай. — Если бы Шеф мог решить все своей магией, то мир уже сдался бы перед ним, ты же знаешь Шефа!

— Да, я знаю Шефа, — расплылся в ностальгической улыбке Тимур.

И проморгал начало рывка Алтая. Тот еще и ногой от стены как-то хитро толкнулся, прибавив себе скорости. Тимур все же успел ударить наперерез, но Алтай проскочил, оказался рядом, подбил ногу Тимуру и вторым ударом уронил его на камень.

— Еще вопросы — почему ты учишься, а я защищаю — будут? — поинтересовался Алтай, глядя сверху вниз.

Дышал он ровно, даже не вспотел. Причем можно было не сомневаться, сражайся он насмерть, так прибил бы Тимура первым же ударом. Да, в бою не было бы щитов, как на полигоне, но и Алтай там не стал бы сражаться голыми руками. Метнул бы чего-нибудь острого, а то и извлек какой-нибудь техники Альянса, да начал палить.

— Да, нет ли у тебя случайно заначки с плазменным пистолетом? — спросил в ответ Тимур.

— Нет, конечно, мы же в столице Империи, какая тут техника Альянса? Ее бы давно обнаружили или она сама сломалась бы под напором магии, — пожал плечами Алтай, помогая подняться.

— Так что сделал бы Шеф? Вот скажи мне, как знающий Шефа.

— Немедленно смылся бы в Альянс и наводил бы справедливость оттуда, — незамедлительно ответил Алтай.

— Нет, Шеф на моем месте!

— Извини, Шеф на твоем месте — совсем уже другая личность была бы. Ты же слышал его историю, откуда он взял магию?

— Короткими отрывками, но суть представляю, — кивнул Тимур.

— Стало быть, должен понимать, что останься Шеф на Земле, то он и не стал бы Шефом. Поэтому и советы, что бы сделал тут Шеф — бесполезны. Но если ты учтешь все обстоятельства, то ответ должен быть очевиден, нет?

— В том-то и дело, что нет! — воскликнул Тимур раздраженно. — Как учесть мораль и этику, эмоции, а также возможные перспективы?! Ввести коэффициент реализации? Как можно учесть будущее?!

— Если оно зависит от твоих действий, то можно.

— Ну да, эти, властители Империи тоже думали, что все зависит только от них, и яростно ломанулись вперед, размахивая посохами, даже не желая слушать людей, живших здесь. Если я правильно понял хроники, то Альянс тогда не то, что не был Альянсом, но и развитие их не сильно превышало наше, земное. Маги думали, что легко победят, что будущее зависит от их действий.

— А вместо этого они привели к объединению людей в Альянс и к тому, что те обзавелись энергооружием, успешно дали им отпор, — кивнул Алтай.

— Не только! Маги ломились вперед, к цели, все по твоим советам, думали, что учли все обстоятельства, а что в итоге?!

— Что? — поинтересовался Алтай.

По лицу его было видно, что он знает ответ, но подыгрывает Тимуру, подает нужные реплики в нужных местах.

— В итоге третий материк оказался разрушен и утоплен, а на его остатках в виде островов мы провели кучу времени! И мало того, маги получили себе третью сторону конфликта — биотов. Правда, те и на Альянс злы, но все равно как-то мало походит на создание будущего своими руками, так?

— Хочешь сказать, что у тебя похожая ситуация?

— А ты слышал, что мне предложила Варлея?! Внезапно судьба двух миров зависит от меня, конечно, у нас тут похожая ситуация!

— Стало быть, я вдвойне прав, будущее и правда зависит от твоих действий, — пожал плечами Алтай.

— Но совета ты мне не дашь?

— Я же простой паренек с окраины, — и Алтай демонстративно утер нос рукавом, — что мне судьбы империй и миров?

Тимур только вздохнул и махнул рукой.

— Не волнуйся, я всегда тебя прикрою, — добродушно, самоуверенно и беспечно заявил Алтай.

Тимур уже хотел сказать об архимагах и архимагистрах, об опасности деда Нидейсы, но внутри вспыхнула неожиданная злость. Не хочет давать советов? Самоуверен? Вот и посмотрим, как все обернется! Хочет следовать в кильватере, так пусть следует! Значит, эту часть морального выбора можно списать в сторону — ведь Алтай сам предложил ему выбирать за двоих.

— Хорошо, — процедил сквозь зубы Тимур. — Давай еще один спарринг.

— Думаешь, поможет? Если ты собрался снимать стресс адреналином, то все эти заменители тебе не помогут.

— А, теперь ты решил податься в психологи?

— Мой совет ты уже слышал и он тебе не понравился, — развел руками Алтай. — Этот, наверное, тоже не понравится.

— Не понравится, — серьезно ответил Тимур, решив не поддерживать шутку. — В форме быть надо, но война… с ней надо завязывать.

— Мне казалось, что ты хотел помочь нашим?

Тимур, которого снова кольнуло виной, остановился на мгновение, но все же преодолел себя и встал в боевую стойку. Мотнул головой.

— Я и сейчас хочу, — произнес он. — Но ты знаешь, я неожиданно понял одну вещь.

С этими словами Тимур ринулся в бой, и некоторое время они молча сражались. Затем Алтай все же взял вверх, и прижал палец к горлу Тимура, обозначая укол меча.

— Знаешь, какой-то ты не Добрый, — пошутил он.

— Вот именно, — прохрипел Тимур. — Я изменился, и мне не нравятся эти изменения. Слишком легко убиваю, слишком легко проваливаюсь на уровень «действуем на рефлексах», и слишком привык ко всему этому. Если не слезть с этой иглы, то, что будет дома? Меня обругают в автобусе, а я сожгу его?

— Не думаю, что вернувшись домой, ты будешь ездить на автобусах, — усмехнулся Алтай.

— Ты понял, о чем я! — повысил голос Тимур, не поддерживая шутки. — Помочь нашим надо — да, но снова нырять в сражения? Нет.

— Мне казалось, что сражения — это суть боевых магов.

— Хорош уже подкалывать!

— Раньше ты был не против, — развел руками Алтай.

Тимур провел рукой по лицу. Не хотелось признавать своей нервозности, того, что он стал дерганым, не хотелось терять лица. И еще, чего скрывать, хотелось вернуться в команду, ставшую родной. Чтобы все было, как прежде: впереди враг, позади друзья, бей и не думай, все просто и понятно.

— Если тебя это так задевает, я больше не буду, — примирительно сказал Алтай, вскидывая руки. — И если упражнения тебя так будоражат, то давай прекратим. Все равно прогресса у тебя нет.

— Да он и раньше слабым был, рукопашка точно не мое, — проворчал Тимур. — Да и не каждый способен ударом кулака проломить мой щит.

— Альянс может. Хм. Может, тебе устроить себе тир… нет, не тир, — Алтай потер гладко выбритый подбородок, посмотрел на Тимура оценивающе. — Трехмерную имитацию? Чтобы вокруг бойцы Альянса и все такое, а ты их заклинаниями? Но без выездов на фронт.

— Нет, — мотнул головой Тимур и чуть сморщился от боли.

— Пойдем, Варлея тебя подлечит, заодно попрактикуется, — вздохнул Алтай. — И опять на меня ворчать будет, что я тебя побил. Иногда даже трудно сказать, кто из вас двоих более добрый.

Тимур невольно хрюкнул в ответ на этот немудреный каламбур.

— Даже странно, что у тебя такие проблемы в отсутствие боев.

— Да нет никаких проблем, — проворчал Тимур. — Просто…

— Ты не осознавал изменения, пока не вынырнул, а когда вынырнул, и оказалось, что надо дышать воздухом вместо воды, а ты внезапно осознал, что забыл, каково это. И теперь страдаешь.

Тимур аж остановился и озадаченно посмотрел на Алтая.

— Не ты первый, не ты последний, — пожал могучими плечами тот.

— И ты молчал?

— Если я буду думать за тебя, ну… ерунда выйдет. Ты — это ты, я — это я, и каждый должен думать за себя. Если же тебя так волнует-волнует совет именно от меня, и ты не готов представить, что здесь сделал бы Шеф, и не готов отодвинуть в сторону мораль, этику и прочие дела, то.

— То? — спросил Тимур после долгой паузы.

— То на помощь нам придет мудрость древних. Есть у них максима «Делай, что должен, случится, чему суждено», если ты слышал о такой.

Тимур собирался уже возразить, но все же промолчал и задумался.

— Если же рассуждать более пространно, — продолжал Алтай, — то ты, похоже, пытаешься придумать выход, при котором ты ничем не поступился бы, но при этом и остальные стороны, начиная с Шефа, оказались бы удовлетворены. С одной стороны, чувство долга не дает тебе бросить миссию, особенно после того, как ты решил остаться, с другой, тебе не хочется поступаться принципами. И с третьей, надо полагать, тебя манит сверкающий приз в конце.

— Не без этого, — не стал отнекиваться Тимур. — Приз хорош.

— Но, чтобы дойти до него, тебе надо будет чем-то поступиться. Именно тебе. И после этого ты удивляешься, что я не даю тебе советов? — заметил Алтай.

Тимур лишь вздохнул и потом еще несколько раз вздохнул, пока его лечила Варлея.

— Больно? — спросила та.

— Разве что душевно, — слегка огрызнулся тот.

— Не обращай внимания, — посоветовал Алтай. — Лишившись сражений, наш добрый друг впал в задумчивость, а, как известно, только начни думать и сразу окажешься парализован нерешительностью. А задумавшись над тремя зайцами, ни одного не поймаешь, но до этого пока еще не дошло.

— Ты же отказался давать советы!

— А это и не совет, а констатация факта. Здесь нет наилучшего варианта, в котором выигрывают все, иначе ты бы уже давно к нему пришел, — хладнокровно объяснил Алтай. — Помнишь, скорость, качество, цена, выберите два из трех? Ну вот, здесь у тебя нечто похожее, надо выбрать, чем пожертвовать, и возможно, о проблеме надо поразмыслить именно с этого угла.

— Что ни выбери — все плохо!

— Поэтому ты хочешь, чтобы я выбрал за тебя, понимаю, всегда легче, когда решения принимает другой, — Алтай улыбнулся и подмигнул Варлее, — но не в этот раз. Ты же тут босс. Хотя…

— Что хотя?

— У меня есть отличный рецепт.

— Ты обещал не подкалывать, — прищурился Тимур.

— Все серьезно, зуб даю, а то и два.

— Ладно.

— И ты обещаешь ему последовать?

— Нет! — возмутился Тимур.

— Ладно. В общем, ты просишь совета не у того человека. Спроси совета у Нидейсы, она сразу изложит тебе программу действий, отсюда и на двадцать лет вперед!

— Тьфу ты, — сплюнул, пускай и не буквально, Тимур. — Варлея, как ты его терпишь?

— Легко, — улыбнулась та, — и с большой страстью, но вряд ли тебе подойдет такой способ.

— Это уж точно. Не подойдет.

Глава 10

Мимо проплывала стена очередного особняка, не просто стена — прямая трансляция откуда-то из глубин озера. Казалось, что едешь мимо огромного аквариума. Затем мимо проплыла сторожевая башенка, с устремленными в небо разрядниками и сверкающим кристаллом накопителя.

Тимур опустил взгляд и увидел, что Нидейса рассматривает его.

— Договор договором, — покачала та головой, — но если враг прорвется к столице, мы должны быть готовы.

Тимуру это объяснение показалось неубедительным, слабым. Договор вроде как ограничивал сражения островами, остатками третьего континента, так что ни о каких налетах на материки и в глубины не могло быть и речи. Что, в свою очередь, порождало всю эту затянутость войны — когда невозможно разгромить базы противника и подорвать ему снабжение, когда сильнейшее оружие ограничено и не используется, война могла тянуться долго.

Несколько столетий войны только подтверждали это.

— Ты сама-то как думаешь, этот разрядник что-то сможет против боевого линкора Альянса? — спросил Тимур. — Ну, кроме щекотки силовых полей?

— Сильными угрозами займутся сильные маги, а эти разрядники смогут сбивать мелочь, — ответила Нидейса, но ответ опять прозвучал неубедительно.

С большей вероятностью, Тимур поставил бы на страх обитателей столицы. Страх глупый и иррациональный, но при этом весьма показательный. Похоже, имперцы уже и сами подсознательно понимали, что зашли в тупик, из которого не выбраться, но признавать этого не хотели. Отсюда рождались страхи, тратились средства на эту глупые оборонительные средства, средства, которые больше пригодились бы на фронте. Здесь они служили только средством успокоения страхов, причем страхов самых богатых обитателей столицы, ибо они ехали как раз по фешенебельному району.

— Все это больше пригодилось бы на фронте, — озвучил мысли Тимура Алтай.

— Ты говоришь прямо как Алатейса, — фыркнула Нидейса. — Мы как раз к ней в гости едем.

— Я думал, у нас просто поездка по богатому району, — слегка удивился Тимур.

— Ну, я так и думала, — слегка смутилась Нидейса, — а потом вспомнила про нее, мы же целый год не виделись, со всей этой историей! Связалась с ней, ну и она предложила заезжать в любое время. В общем, она такая же, считает, что надо мобилизоваться, все выслать на фронт, чуть ли не всей Империей туда приехать, навалиться толпой и победить. Мол, чуть-чуть потерпеть лишения, главное — победить любой ценой, а потом уже можно будет спокойно жить в мире. Так что вы с ней точно найдете общий язык.

Варлея, сидевшая рядом с Нидейсой, чуть прищурилась, посмотрела пристально на Нидейсу, потом на Алтая, но промолчала. Тимуру иногда было ее жаль — кому будет по себе от таких резких перемен в судьбе? Да, возможности, но все же, при взлете на такие высоты нужна поддержка и желательно не от Алтая, который в любой момент мог исчезнуть из ее судьбы.

— Не факт, — отозвался Алтай, — я все же никогда не призывал к тотальной мобилизации.

Мимо проплывал очередной забор, казалось, что особняк парит в воздухе. Хотя, может и парил, кто знает? Молчаливый кучер, управлявший их кабриолетом, смотрел только на дорогу, но как подозревал Тимур, что при этом видел и все вокруг. А может, и разговоры записывал, кто знает, в каком он был магическом ранге?

— Да и в рассуждениях ее кроется одна ошибка, — продолжал Алтай.

— Так, может сам, и расскажешь ей об этом? — неожиданно ехидно оскалилась Нидейса. — Мы как раз приехали!

Ворота, ведущие к тому самому парящему особняку, распахнулись, и Тимур увидел за ними большой парк. Из кустов выглянул кто-то вроде кота с большими ушами и тут же скрылся. Кабриолет покатил по мощеной дороге, плавностью хода не уступая автомобилю, и Тимур вздохнул мысленно. Какие возможности, сколько магии, и все она тратилась так бездарно!

— Оригинально, — произнес Алтай, разглядывая и в самом деле парящий особняк.

— На самом деле, он опирается на колонны, а те скрыты заклинаниями невидимости, но не говорите, что я вам это рассказала. Обычно все поражаются и долго ахают, от того, что дом летает.

Алтай едва заметно шевельнул плечами, словно собирался пожать ими. Тимур же ощутил некоторое разочарование, вопреки только что промелькнувшим мыслям о бездарной растрате магии. Словно, если бы особняк парил по-настоящему, то это что-то поменяло бы.

Двери распахнулись и наружу словно бы выплыла девушка, ошеломительной красоты. Причем буквально, Тимура словно ошеломило, он ощутил, что не может оторвать от нее взгляда. Загадка «плавания», разумеется объяснялась тем, что ноги красавицы полностью скрывало длинное платье, при этом оставлявшее открытыми руки и плечи.

Но в глубине души Тимур был уверен, что ноги у нее прямые и красивые, такие же ошеломительные.

— Нидейса! — мелодичным голосом пропела красавица. — Как ты расцвела!

— Да и ты, Алатейса, тоже не сидела взаперти, — пропела Нидейса в ответ.

Лицо Алатейсы, плечи и руки покрывал легкий загар, придававший ей красоты. Грудь, плечи, лицо, талия, прическа, все в ней было безукоризненно, и Тимур смог вырваться из ступора только мыслью, что Нидейса сейчас устроит сцену ревности.

Но та, как ни странно, ничего не сказала, хотя и заметила обалделый вид Тимура. Только слегка ухмыльнулась, когда представляла Тимура и остальных Алатейсе, да потом неожиданно прошептала ему в ухо:

— Она на всех так действует, не робей.

— Похоже, что не на всех, — пробормотал Тимур, указывая взглядом на Алтая.

— Идеальный телохранитель, — хмыкнула Нидейса, — не отвлекся даже на идеальную красавицу.

С этим они и зашли внутрь, где Тимур увидел примерно то же, что и в их особняке. Куча лестниц, коридоров, залов, комнат, почти невидимые предупредительные слуги, разные картины и статуи, ковры, мягкая, ненавязчивая роскошь, которой не надо выпячивать себя.

— Я слышала, что ты ездила на острова, — заметила Алатейса, чуть оборачиваясь.

— Ездила! — фыркнула Нидейса. — Да я там жила!

— Ого!

Взгляд хозяйки дома пробежался по всем, снова остановившись на Тимуре, и у того неожиданно сладко заныло в груди. Он сосредоточился и исполнил формулу ментального щита, очистки сознания, но не помогло. И это не было даже похотью, может даже наоборот. Никаких плотских позывов, просто любование идеальной красотой, и восторг, что эта красавица обратила на него внимание.

Они прошли в какой-то зал, где уже был накрыт столик для чаепития.

— Расскажешь? — спросила Алатейса.

— Секретно, — многозначительно изрекла Нидейса.

— Тогда, может, твои спутники расскажут? Если не ошибаюсь, вы все познакомились там, на островах, а значит, вы все ветераны, опаленные битвами.

— Почему? — вырвалось у Тимура.

— А кого еще бы приставили к Нидейсе? — последовал встречный вопрос. Алатейса пожала округлыми плечами и заявила, как о чем-то общеизвестном. — Дедушка ее любит и не отпустил бы на фронт без хорошей охраны. С учетом ограничений, вы, наверное, магистры?

— Нет, я недавно получил мастера и то, скорее авансом, — не удержался Тимур.

— А я вообще не маг, — добавил Алтай.

Карие глаза Алатейсы слегка расширились, рот округлился, а лицо приняло слегка растерянное выражение, от чего она стала еще прекраснее. Затем в ее голову пришла новая мысль, и она еще сильнее раскрыла глаза, воскликнула.

— Так ты решила последовать моему совету! Молодец! — и, не давая Нидейсе что-то объяснить, повернулась к Варлее. — Я всегда считала, что надо все силы бросить на фронт! Чтобы каждый побывал там, а еще лучше, приехать туда всей Империей, чтобы все, кто может колдовать, приехали туда и утопили врагов в магии!

Тут она остановилась, поднесла согнутый палец к губам, издала короткий смешок.

— Конечно, слышать это, находясь в тылу… вы можете подумать, что я ханжа и лицемерка, но я тренируюсь в магии! И с мечом упражняюсь каждый день! Изучаю первую помощь и эту, как ее, технику Альянса, во! Чтобы знать, где у нее слабые места! Как только получу подмастерья, сразу отправлюсь на фронт!

Тимур чуть скосил глаза на Алтая, тот лишь слегка качнул головой, мол, не боец. Жаль было, если такая красота поедет на фронт и сгинет. Или разочаруется в своих взглядах и неожиданно озлобится, станет стервой.

— Понимаете, — заговорил Тимур и остановился.

Как объяснить то, что творилось на островах, тому, кто там не бывал? Высадки на острова, когда ты мчишься мишенью и ощущаешь всей кожей, как в тебя целятся из-за каждого куста? Когда всей защиты — только твой щит, и тот легко может уступить хорошему выстрелу? Когда рядом хрипит товарищ, пытаясь запихать внутрь кишки пополам с песком, а ты не можешь отвлечься, потому что из моря волной лезут биоты? Когда вы сидите в осаде и жрете собственные башмаки, потому что больше нечего?

И поэтому Тимур заговорил о другом.

— Даже если все подмастерья Империи приедут на фронт, это ничего не решит, — сказал он. — Боевой линкор Альянса выкосит их всех, а они даже не поцарапают ему броню.

— Вы хотите сказать, что на фронтах не нужны маги? — возмутилась Алатейса, и Тимура опять обуяли смешанные чувства.

С одной стороны, возмущение такой идеальной красавицы неприятно что-то царапало внутри, словно он ее обидел, а с другой стороны эта обида и возмущение вносили свежую струю после общения с Нидейсой. Наконец-то на Тимура не смотрели со слепым обожанием, не соглашались почти со всем подряд или не начинали мягких объяснений издалека.

— На фронтах нужны маги, но количественное наращивание ничего не даст, нужны качественные изменения. Если все подмастерья Империи смогут внезапно и быстро выучиться и стать магами, вот это могло бы решить дело, и то.

— Что?!

— Мы оперируем резервами Империи, — заговорил Тимур, собираясь с мыслями, — но мы же не можем щелчком пальцев превратить всех подмастерий в магов, так? Будь такая магия, ей бы, наверное, пользовались постоянно?

— Да, такой магии нет, — задумчиво кивнула Алатейса, — но сама мысль о таком никому не приходила в голову. Или приходила?

— Надо будет спросить у деда, — пожала плечами Нидейса, — но сомневаюсь. Даже если просто взять и вложить кому-то в голову все знания, чтобы он поднялся в них от подмастерья до мага, то человек просто умрет. Голова тренируется в магии, так же, как и все остальное тело, и нельзя… хм, это можно сравнить с зарядкой артефактов. Нельзя просто взять камень и зарядить его, сделав мега-артефактом. Вначале камень надо долго изменять, чтобы он превратился там, не знаю, в алмаз, например. Вот тот можно заряжать.

— Хорошо, я поняла, — кивнула Алатейса, прикусывая губу. — Но ведь можно обучить всех?

— Можно, — кивнул Тимур. — Но не моментально, как мы уже выяснили. Значит, нужно время, нужны ресурсы на обучение всех этих подмастерий, а значит, нужны дополнительные преподаватели, которых неоткуда взять. Значит, либо тратить время на их подготовку, либо снимать с фронта, да, снятие с фронта предпочтительнее, чтобы передавали реальный опыт, но что будет твориться на островах? Армия ослабнет, враги пойдут в атаку. И самое главное — ведь вражеская разведка, наверное, не дремлет, так? Мы же внедряем своих людей в Альянс и к биотам, в Союз?

— Как ты себе это представляешь, Добрый? — неожиданно покатилась со смеху Нидейса.

Алатейса посмотрела на подругу осуждающе.

— Костюм в форме биота, внутри человек, маг, конечно же, чтобы мог запитывать костюм, — подумав, ответил Тимур. — Какой-то нейтрализующий контур, чтобы его магия не ощущалась? Или притворяться одним из шаманов, хмм… или работать на каких-то низовых должностях, которые не проверяют? Рядовым бойцом и подкидывать записки наверх? В любом случае, главное — вот это, маг или человек, в каком-то костюме, который не будет фонить магией и позволит ему жить на глубине, а также притворяться биотом.

— Какая хорошая мысль! — восхитилась Алатейса.

— Вообще-то это уже пробовали, — поджала губы Нидейса, — но, возможно, с вашими знаниями, что-то и выйдет новое, надо будет сказать деду. Все равно же вы на тесты туда ездите.

— Что? — удивленно моргнула Алатейса.

— Р-р-р-ы-ы! — прорычала разочарованно Нидейса. — Опять дед все испортил!

— Опять? — еще более удивленно переспросила ее подруга. — Так ты и правда поссорилась с дедом?! И что за тесты?

— Секретно, — попробовала отбиться Нидейса. — И вообще, давайте лучше послушаем дальше Доброго про шпионов!

— Давайте, — вздохнула Алатейса, неохотно отводя от нее взгляд. — Но не думай, что я просто так отстану!

— Да говорю же — секретно! Вляпаешься в эти секреты и потом никаких выездов на острова!

Эта угроза вроде бы подействовала, Алатейса с видимым испугом отпрянула.

— Так что там про шпионов?

— Да, в общем-то, и все, — развел руками Тимур. — Раз мы засылаем людей в Альянс, то и Альянс, наверное, засылает людей к нам? Не магов, но и будучи не магом, можно многое понять и оценить, пристроившись на должности каких-нибудь уборщиков, но в нужных местах.

— Все важное завязано на магов, — заметила Нидейса, но как-то неуверенно.

— В любом случае, шпионы Альянса есть же? Их хватит, чтобы понять и оценить мобилизацию, и они в ответ проведут свою мобилизацию, и приехавшие на фронт маги столкнутся с усилившимся противником.

— Погодите! — воскликнула Алатейса. — А что, если все провести в тайне?

Тимур лишь улыбнулся, непонятно чему радуясь внутри. Возможно, тому, что спор продлится долго?

Глава 11

После этого визита, Нидейса стала ежедневно выбираться к старой подруге, да и остальных за собой тащила, благо никаких возражений со стороны представителей Императора не поступало. Тимур не возражал, хотя и не мог вначале понять, какая Алатейсе радость во всем этом, пока в один прекрасный день его не стукнуло. Кто сказал, что только он один устал от покорно-страстных взоров и соглашательства?

Наверняка, Алатейсу с этим утомили еще сильнее — с ее-то красотой!

Из-за нее же пришлось прекратить выезды в столицу, вокруг сразу собирались желающие помочь и услужить. И ладно бы просто так собирались, обязательно же начинали смотреть сверху вниз на Тимура и Алтая, цедить там что-то через губу и всем своим видом демонстрировать, насколько они выше. Какой-то не самый умный даже решил прибегнуть к силе, Тимур закрылся на рефлексах и ударил в ответ, по привычке в полную мощь. Паренька едва не размазало по мостовой, а двух сопровождающих все же размазало ударами Алтая.

Пришлось Нидейсе заявлять о себе, и после этого прогулка была окончательно испорчена.

Не то, чтобы Тимур сильно по ним скучал — все же начальное очарование Аскартотом схлынуло, и он начал замечать разные мелочи. Не то, чтобы это сильно напоминало пир во время чумы, и разложившуюся элиту, жирующую в столице, пока простые пехотинцы кормят вшей в окопах, но все равно впечатление оставалось… не самое приятное. Сытое довольство и полное равнодушие к тому, что творится на островах, и в такие мгновения Тимур ощущал признательность к Алатейсе, которая выступала за массовую отправку на фронт.

Может, с того и не вышло бы большого толка в военном плане, но вот в вопросах «понюхать пороха в окопах», увидеть, как идет война, понять нужды сражающихся, может и было бы полезно. При этом сытое превосходство сочеталось со страхами и установками охранных башен, а также равнодушием — мол, воевали четыре века и еще столько же провоюем, чего волноваться? И к этому примешивались пораженческие нотки, но еле-еле заметные. Собственно, Тимур их и не заметил бы, если бы Алтай не указал, и если бы о них не зашла речь в одну из встреч.

— Вообще, конечно, Империя может победить в любую минуту, — заявил Алтай, опять комфортно устроившийся в кресле с бокалом вина, — но это будет победа Шредингера.

Тимур уже как-то заводил с ним разговор, что Алтай слишком много пьет, тот лишь поржал и заверил, что ему надо поддерживать боевую форму. Как одно сочетается с другим, он не пояснил, а оценить по тренировкам было трудно, так как Тимур всегда уступал другу и наставнику в скорости.

— Кого? — переспросила Алатейса, затем нахмурилась задумчиво. — Гм, не припоминаю такого волшебника.

— Это из нашего мира, — пояснил Алтай.

Да, Алатейсе пришлось сообщить об их иномировом происхождении, что только усилило ее тягу к ежедневным встречам, хотя Тимур втайне мечтал, что ей придется переселиться к ним в особняк. Исключительно в целях секретности, разумеется!

— Если я правильно тебя понял, то это скорее пиррова победа, — заметил Тимур.

— А вот и нет, — возразил Алтай. — Пока не нанесен решающий удар, ты не сможешь сказать, победил ты или нет. И уже потом, по потерям, будет понятно, пиррова это победа или нет. Но так как у тебя есть преимущество подготовки и первого удара, то потерь быть не должно, иначе ты промахнулся с подготовкой.

Затем пришлось пояснять присутствующим дамам термины, объяснять их значение, и затем еще Алтаю давать пояснения к своему заявлению.

— Да просто все, как три копейки. С чего начался договор? С того, что обе стороны вломили друг другу, утопив целый материк и пробив дыру в мироздании. Вот вам, кстати, еще один способ создать межмировой портал и решить проблему хорошим ударом.

Тимур невольно хохотнул.

— После этого все сдали назад, согласились друг другу дома не ломать, так? Но вот мы все обсуждали операцию по секретному обучению ста тысяч подмастерьев, так, чтобы они стала магами и магистрами, и чтобы разведки Альянса и Союза о том не узнали.

Да, это была любимая тема Алатейсы, она словно задалась целью придумать все так, чтобы оно было реализуемо. Придумывала новые способы, изыскивала новые доводы, Тимур и Алтай их разбивали, Нидейса выступала арбитром и справочником по магическим делам. Варлея больше помалкивала, наслаждаясь жизнью и перерывом в учебе, благо обе подруги с именем, заканчивающимся на — йса (Тимур подозревал замаскированное обозначение аристократии, Алтай считал, что просто мода была такая) не лезли к ее парню. Алатейса вообще не проявляла какого-то интереса к отношениям, так, один раз туманно упомянула возможную помолвку по воле родителей, и больше к той теме не возвращалась.

Фронт и победа в войне интересовали ее гораздо сильнее.

— Обсуждали, — наклонила голову Алатейса.

Волнообразная пышная прическа даже не колыхнулась, похоже зафиксированная магией.

— Берем, и все эти усилия по секретности направляем на засекречивание главного удара, — продолжил объяснения Алтай. — Такого, чтобы противник уже просто больше не встал. Один удар, на который враг не успеет ответить.

— То есть… уничтожение еще одного материка? — уточнила Нидейса, хмурясь.

— И океанских глубин, — согласился Алтай, отпил вина, — вместе с биотами.

— Половина планеты будет уничтожена!

— Зато вторая половина с Империей будет жить, — пожал тот плечами. — Постепенно восстановите биосферу магией, нарастите новых скал и земли, все равно надо будет чем-то занимать магов.

— Отличная идея!! — вскричала Алатейса.

— Погодите, погодите, — встревожилась Нидейса, — вы же, по сути, говорите о добровольном убийстве всей магической верхушки Империи!

— Я говорю, — опять легко согласился Алтай, — прошу отметить. И да, говорю. Никто не говорил, что из сложившейся ситуации есть легкий выход, это раз, и я сразу заявил о победе Шредингера, это два.

— Я еще и три добавлю! — Нидейса почти кричала. — С этой опасностью считаются с самого Договора! Альянс наращивает защиты, да и мы тоже!

— Значит, мы не пострадаем от ответного удара Альянса.

— Значит, мы не поразим Альянс одним ударом! — Нидейса аж вскочила, топнула ногой. — Но при этом останемся без всех высших магов!

— Они же все равно не участвуют в войне, так что разницы нет, — пожал плечами Алтай.

— Есть, есть разница и еще какая! Огромная разница! — Нидейса заломила руки, потрясла ими. — Добрый, ну хоть ты его вразуми?!

— Зачем? — удивился Тимур. — Мы же тут умозрительно обсуждаем, нет?

Взгляд Нидейсы прыгнул к Алатейсе, вернулся обратно, и Тимур ощутил, что что-то тут нечисто. Может, подруга Нидейсы входила в кружок «Победа любой ценой?» Ну, как заговорщики, только вместо захвата власти… хотя, может и с захватом власти? Захват власти, тотальная мобилизация, победа любой ценой? Нет, Нидейса бы донесла деду, да.

— Да просто я постоянно слышу такие рассуждения! Ударим и снесем! Сколько ни объясняй, что это приведет к катастрофе, не хотят слушать и все! И теперь еще и вы!

— Мы никому не расскажем, — пообещал Алтай. — Разница, я так понимаю, в том, что Альянс нанесет удар своими ракетами, а верхушка магов окажется испепелена за нарушение Договора? Но ведь ты сама говорила, что наращиваются защиты?

— Наращиваются, — горько усмехнулась Нидейса, — да толку нет! Мы не можем закрыть весь материк, не такими мощными щитами, а ракеты Альянса просто расколют его и подорвут изнутри. Это уж не говоря о том, что они могут ударить снизу, пройдут под землей, на огромных глубинах. Пока есть Договор, взрыва самых мощных ракет не будет.

— Ого! — вырвалось у Тимура.

— А вы думали, что те маги были дураками и ограничили сами себя?! Там все очень непросто и вот тогда, при подписании Договора, верхушка магов действительно отдала свои жизни, чтобы тот действовал и поныне! Но если мы ударим первые, Альянс получит право ударить в ответ! Без защиты Договора, их ракеты обрушатся на Империю, и все. Здесь будет еще одна кучка островов. Поэтому не надо говорить о таком, даже в шутку, не надо!

Голос ее из гневного стал умоляющим, она протянула руки, словно Тимур уже взял власть, стал Императором и Верховным Архимагистром в одном лице и только от него зависело, наносить такой удар или нет. Это было лестно, конечно же, но все же как-то неуместно и несвоевременно.

— Наоборот, об этом надо говорить, — не согласился Алтай, — чтобы тебе не приходилось постоянно слушать такие рассуждения, как ты нам только что пожаловалась.

— Да? — озадачилась Нидейса.

— Конечно. Это даже можно сделать элементом операции по обеспечению секретности. Широкое распространение информации, предупреждения и объяснения, чтобы все видели — Империя всерьез озабочена тем, чтобы кто-то не нарушил договор. А сами, в это время втайне готовим удар.

— Ты не слышал моих объяснений?

— Слышал. И понял, что бить надо так, чтобы Альянс не ударил в ответ. Чтобы сразу бац! И весь материк в труху. А биотов в удобрения или что там в воде плавает. В общем, выжечь там все, чтобы яда не распылили.

— Не думала, что ты настолько кровожаден, — в голосе Нидейсы звучало отвращение.

— Кровожаден? Отнюдь, — Алтай допил вино. — Просто в моей профессии телохранителя нужно думать обо всем, не ограничиваясь рамками и принципами. Потому что нападающий не будет ими скован, и в результате успешно ударит, а я не успею отразить атаку.

— А еще лучше нападать первому, — голос Нидейсы сочился ядом и сарказмом.

— Ну да, удар на опережение, — согласился Алтай. — Вам даже гадать не надо, вот он — враг. Его ответный удар будет смертельным? Значит, надо бить так, чтобы враг не стал и не ударил в ответ. Хотя, у них могут быть какие-то системы «мертвой руки», или там распылители яда, если мы говорим о биотах, так что это тоже нужно предусмотреть. А еще лучше — спровоцировать врага на удар.

— Ч-что? — в унисон заикнувшись спросили Нидейса и Алатейса.

— А что, вы не это пытались провернуть в операции Нидейсы? — удивился Алтай. — Дезинформация о повышении численности магов, дабы враги встревожились и ударили, наплевав на Договор? Тогда вас не покарает за ответный удар и уж силы Совета Магов хватит, чтобы уничтожить всех, так?

— Так, — Нидейса поднесла руку ко рту. — А ты опасный человек.

— Ну, уж не Добрый это точно, — опять нехитро скаламбурил Алтай.

— А что это за системы мертвой руки? — поинтересовалась Алатейса.

Правда, быстро выяснилось, что такое применяется и здесь, просто называется по-другому. И да, в Империи тоже были свои системы мертвой руки, которые должны были выжечь врагов магией. Точно так же — никаких гарантий успеха и того, что удар преодолеет силовые поля и километры воды, но все же.

— Кстати, — неожиданно осклабилась Нидейса, посмотрела почему-то на Алатейсу, — ты же Алтай можешь стать нашим ключом к победе!

— Не хочу становиться ничьим ключом, мне и так неплохо, — усмехнулся тот, но тут же лицо его стало серьезным. — Если ты о моих… особых возможностях с техникой, то забудь.

— Что, что, что там? — вспыхнула Алатейса, жадно подалась вперед, пожирая Алтая взглядом.

Пришлось объяснять и это.

— Толку вам от вещей Шефа не будет, — закончил короткий рассказ Алтая, — так что забудьте эти мечты про ключ к победе.

— Я вообще-то про другое, — голос Нидейсы стал почти вкрадчивым. — Шпионаж, а? Внедрение в Альянс, похищение информации, а? Ты подчинил себе линкор, с этим ты сможешь подчинить и системы ответного удара, а? А еще лучше, подавить оборону, чтобы первый удар оказался — по твоим же словам — смертельным.

— То, что я о чем-то говорил, еще не означает необходимости срываться с места и мчаться выполнять.

Но Нидейса смотрела на Тимура, и ее подруга тоже смотрела на Тимура.

— Чего это вы меня прожигаете взглядами?

— Такая возможность победить, — Алатейса облизала губы. — Один приказ и Альянс падет к нашим ногам!

А я паду к твоим, читалось на ее лице. Тимур растерялся, не зная, что сказать.

— Оу, оу, придержите драконов, дамочки, — грубовато вклинился Алтай. — Такого не смог бы сделать даже Шеф, находись он тут вживую! Пошпионить, конечно, можно, но я не могу оставить Доброго, а его не отпустят на фронт, не так ли?

Нидейса замерла, моргнула, словно выходя из ступора.

— Не знаю, — сказала она. — Но это и правда возможность! Причем, без рисков нарушения секретности, длительных операций, ударов в нарушение Договора!

— Мне казалось, что твой дедушка и так все это учел и счел нецелесообразным, — проворчал Тимур.

Не то, чтобы ему не хотелось вернуться туда на острова, скорее ему не хотелось отдавать приказов Алтаю. И вообще увязать во всей этой шпионской теме. Честные сражения — да, а тут, словно укол в спину ядовитой булавкой от того, кому доверяешь.

Хотя, они же все время воевали против Альянса, какое тут доверие?

— Я спрошу у него, — пообещала Нидейса и выбежала из комнаты.

— Эй, я ничего не обещал! — крикнул вслед Тимур, но было уже поздно.

Глава 12

— Приглашают провести пару операций, — небрежно бросил Алтай. — Что думаешь?

— Главное тут, что ТЫ, — Тимур выделил голосом слово, — об этом думаешь.

— А чего тут думать — тебя надо охранять, значит никаких поездок.

— Или поездки вместе, — пробормотал Тимур. — Все равно именно от меня толка в этих вопросах нет.

Правда, хотя и не слишком горькая. Предметы у Алтая, стало быть, он и нужен Империи. Но Алтай, как всегда хитро вывернулся из-под удара, укрывшись за статусом «простого телохранителя». В результате, он прикрыл собой и Тимура, но его же и подставил под удар, свалил на него все решения.

Опять.

— Поэтому уж извини, но решать именно тебе!

Они зашли в ритуальный зал, где проводили тесты, поздоровались с дежурными магами. Тимур не знал, извлекали ли они что-то полезное из этих обследований, но они продолжались. Без вреда, без попыток вмешиваться в мысли или тело, но и без видимых результатов.

— Ты же вроде решил не возвращаться на фронт? — спросил Алтай.

— Ничего, посижу в сторонке под охраной магистров.

— А зачем нам такой выезд? — пожал плечами Алтай.

Сегодня им опять вручили хрустальные шары и попросили всматриваться в них. Круги и квадраты вокруг светились, Тимур ощущал вспышки сработавших заклинаний, но опять ничего не происходило. Не всплывали из глубин шара образы, не являлись какие-то внеземные создания, не выбегали маги-исследователи с радостными криками.

— Как это зачем? — спросил в ответ Тимур.

— На выезде нужно, чтобы ты практиковался, — пояснил Алтай. — Все остальные воздействия не нужны.

— Разве ты не хочешь помочь?

— Думаешь, это поможет?

— А разве нет? — удивился Тимур.

Алтай не ответил, и молчал, пока тестирование не закончилось, и они не вернулись опять в особняк, выделенный Императором (которого они так и не повидали, хотя кто-то и обещал).

— Если ты решил помогать Империи, то давай поможем, — неожиданно сказал Алтай.

— Ты опять сваливаешь решение на меня! Хотя все приспособления у тебя! — огрызнулся Тимур.

— Смотри на меня, как… как на молоток. Им можно забивать гвозди, можно проламывать головы. Молоток тебе и слова не скажет, и будет бить одинаково, в зависимости от того, куда ты его направишь.

— Даже так?

— Именно. Я тебе давно об этом толкую, но ты отказываешься слушать! — ухмыльнулся Алтай.

— Может, потому что я вижу в тебе человека, личность, друга и наставника, а не молоток?

— Не вижу причин, почему бы мне при этом не быть еще и молотком. Хочешь помочь Империи, давай поможем, не вижу проблем. Устроим рейд на какой-нибудь штаб Альянса, повеселимся. Но главное, чтобы ты при этом не сидел балластом на фоне.

— Если не сидеть балластом, то какой еще штаб? — проворчал Тимур. — Меня там максимум на внешнюю охрану хватит.

— Ну, давай понизим масштаб. Вылазка за фронт, действия на уровне какой-нибудь роты или там мелкий остров какой захватим, но будь готов к тому, что тебя будут уговаривать повысить уровень.

— Пожалуй, что и так, — задумался Тимур.

Имперцам, понятное дело, тренировки Тимура в бою были до лампочки, они и так его тренировали. Алтай демонстрировал свои способности в том бегстве с Тихого, но, сколько успели понять в Альянсе? А даже если успели понять, то успели ли придумать противодействие? Скорее всего нет, раз они не сталкивались с такой техномагией.

Придумают, Альянс делал уже это неоднократно, в хрониках все записано. Империя перепробовала массу разных тактик и магий и Альянс в ответ придумывал свои, изобретал новое оружие и в свою очередь обрушивался на Империю, которая вынуждена была изобретать что-то свое. Империя и Альянс неоднократно дружили против Союза биотов, но несколько километров воды все же оказались достаточно надежной защитой.

— Ты прав, — продолжал Тимур задумчиво, — однако же.

Может и не удар всем кругом высших магов, но все же помощь. Похитить информацию, на ее основе провести успешную операцию, подломить силы Альянса. Повторить несколько раз, проводя удары по ключевым направлениям, так, чтобы Альянс ослабел и начал проигрывать. Тогда они сразу заключат союз с биотами, тут силы Алтая уже не помогут, но если… если все это предусмотреть, то, возможно, вот он, выход из проблемы Тимура.

Империя победит без всеобщего уничтожения и им уже не нужны будут межмировые порталы. Тимур выполнит свой долг, поможет всем, в том числе и прежней команде. И потом они с чистой совестью вернутся к Шефу, так как за время этих сражений, Тимур уж точно улучшит свою боевую магию и хватит на том. Практически все моральные вопросы будут закрыты — не считая помощи в уничтожении Альянса, но Тимур и без того воевал с ними раньше — за исключением Нидейсы.

Но, как говорил Алтай, нужно чем-то жертвовать.

— Ты тут шеф, — повел рукой Алтай. — Ну, или его заместитель.

— Приятно, наверное, ничего не решать, да? — не удержался от подколки Тимур.

— Только тогда, когда ты готов ко всему. В остальных случаях ты ворчишь о тупом начальстве, которое ничего не понимает и шлет тебя, куда попало. И дает тупые задания.

Тут они оба расхохотались, чем привлекли Варлею.

— Давненько вы так не смеялись, — заявила она, заходя и зевая.

Затем она потянулась, прогнулась и обняла Алтая.

— Что-то нашли на этом вашем тестировании?

— Да нет, Добрый решил съездить на фронт, — указал Алтай.

— И это вызвало у вас радость, — вздохнула Варлея, — ох, мальчишки.

— Такой вздох, дорогая, был бы уместнее в устах Нидейсы.

— Не забывай, что я целительница, — напомнила Варлея.

— Ни на секунду не забываю, — заверил ее Алтай.

Тимур смотрел на них, ощущая волну ностальгии. Дом, семья, теплое общение. Он прикрыл глаза, чуть стиснул зубы, отгоняя слабость. С дочкой все в порядке и чтобы оно так и было дальше, он должен здесь постараться на все двести процентов.

А значит, помочь Империи.

— Поэтому ты с нами не поедешь, — продолжал Алтай.

— Ты что… меня бросаешь? — неожиданно чуть не разрыдалась Варлея.

— С чего ты взяла?

— Да как вы там без меня?! — сквозь слезы произнесла Варлея дрожащими губами. — Кто вытаскивал всю команду после ваших драк?

— Солнышко, — мягко произнес Алтай, — ты же помнишь наше последнее совместное приключение?

Варлея всхлипнула, кивнула.

— Здесь будет нечто подобное, в том смысле, что противники будет сильны, реагировать надо будет быстро и не будет времени сидеть и думать. Поэтому я и хочу, чтобы ты осталась здесь. Погибнуть там можно легче легкого, а помочь чем-то ты не сможешь. Не волнуйся, со мной все будет в порядке и я присмотрю за остальными.

Варлея кивнула еще раз, вытерла слезы.

— Извини, просто это так… неожиданно.

— Я все понимаю, — ответил Алтай, — но помнишь, я всегда говорил тебе, что у меня своя судьба? А ты не хотела верить? Не стоит плакать, похоже, мы еще задержимся (взгляд в сторону Тимура), но все равно помни — однажды наши судьбы разойдутся. Ну-ну, не стоит плакать, наоборот, это повод наслаждаться каждым днем, как последним!

Варлея продолжала молчать и всхлипывать. Похоже, и ее нервировала вся эта новая обстановка и вот оно, прорвало в самый неподходящий момент. Впрочем, с такими сценами иначе и не бывает, они всегда происходят в самый неподходящий момент, рассеянно подумал Тимур, наверное потому, что сцены в подходящий момент просто не задерживаются в памяти?

— И не волнуйся, мы вернемся с победой, как возвращались и раньше, — продолжал успокаивать ее Алтай. — А если Добрый передумает, так и вообще никуда не поедем.

— Нет, — мотнул головой Тимур, — не передумаю.

Странно, что он сам не подумал об этом раньше, но техномагия Алтая могла и правда решить исход войны. Возможно, потому что все уперлись в порталы и бегство прочь от войны? Возможно. Или он просто был слишком зациклен на себе, на попытки найти выход и на обиде на Алтая, что тот не хочет помочь даже советом? Тоже возможно, хотя не стоило, пожалуй, углубляться в эту тему.

Прошло время размышлений, настало время действовать.

— Без Нидейсы, конечно, не обойдется, так что думаю, проще всего будет начать с нее. А может, сразу отправиться с ней к ее дедушке, — произнес Тимур. — Наверняка, в плане окажутся изъяны, их устранение займет время, ну и так далее, в общем, надо запустить процесс, чтобы все эти шестеренки завращались, а маги забегали.

Мысль о том, что надо было сказать магам в комплексе для тестирования, мелькнула и пропала. В конце концов, с порталами и разными магическими средствами связи, Империя не уступала в мобильности Альянсу, а Землю так, пожалуй, местами и превосходила (хотя интернет и не переплюнула).

Глаза Нидейсы и рот чуть округлились, затем она неожиданно оказалась рядом и крепко стиснула Тимура в объятиях.

— Я верила в тебя, Добрый! — заявила она, откидываясь и держась за него руками.

— Мы сейчас упадем, — нейтрально ответил Тимур.

— Нет в тебе романтики, — вздохнула Нидейса.

— Так может не стоит сразу кидаться на шею?

— Нет романтики, — повторила Нидейса, сокрушенной качая головой. — Но может оно и к лучшему, не замечтаешься в бою, глядя на какой-нибудь цветочек или формы поверженного врага… врагини…

— Роботицы, — подсказал Алтай со смешком.

— Дурацкая пьеса, — пробормотала Нидейса. — Невозможно оживить робота!

— В том и состоит высокая сила искусства, — наставительно заметил Алтай, — что она показывает высокие образцы, за которыми потом тянутся люди.

— Слушай, — Нидейса ткнула в него пальцем, — тебе бы понравилось, если бы Варлея влюбилась в робота Альянса, да еще и начала оживлять его?

— Не знаю, — почесал в затылке Алтай, — я не теоретик, а практик. Давайте проведем эксперимент, что ли? Похитим у Альянса робота, потом заставим Варлею влюбиться, а потом она попробует его оживить?

По мере его речи лицо Нидейсы становилось все кислее.

— Ну, а если что пойдет не так, то вы знаете, как решить эту проблему, — усмехнулся Алтай, ударяя кулаком одной руки по ладони другой.

— Ну вас, — вздохнула Нидейса, — совсем не понимаете аналогий и аллюзий. Так, изложите вкратце… хотя нет, давайте сразу к деду. С операцией такого уровня лучше вначале выслушать его советы, чтобы потом не биться лбом о стены.

— Вот-вот, я о том же Доброму говорил, — указал Алтай.

— А я и не возражал, — пожал плечами Тимур. — Просто глупо…бить вполсилы, что ли?

Такие способности, как у Алтая — пускай и заемные — требовали операции на высочайшем возможном уровне. Ладно, раньше они скрывались, чтобы не выдать себя, но теперь в этом уже не было смысла. Назвать это идеальным решением, которое удовлетворило бы всех, было нельзя, но все же по совокупности оно стремилось к таковому.

— Не говоря уже о том, — продолжил высказывать свои мысли Тимур, — что Альянс наверняка найдет противодействие, и число попыток ограничено.

— Да, ты прав, — чуть прищурилась Нидейса, глядя куда-то в потолок.

Тимура она уже отпустила, но стояла рядом. Чересчур рядом, если так можно выразиться, и Тимур ощущал эту волну удовлетворения, гордости, радости, исходящую от нее. Жаль было ее расстраивать, но с другой стороны, это было приятно. Но если бы Алатейса… Тимур оборвал эту мысль.

— Стало быть, как я уже сказал, бить не вполсилы, а по самой мощной цели. Добиться максимального эффекта, пока можно.

— Размах операции поможет замаскировать воздействие, — заметил Алтай. — Хотя тут вопрос скорее к силам Империи.

— Силы Империи сработают как надо! — вскричала Нидейса. — Так, хватит трепать языками, нужно все это высказывать специалистам! И дедушке, конечно же!

— А не Императору? — словно невзначай поинтересовался Алтай.

— А Император тут при чем? — Нидейса аж остановились.

— Ну как же, операция всеимперского размаха, разве не должен он о ней знать? И мы сколько уже живем в его особняке? Пора бы и поблагодарить за гостеприимство, — нагловато заявил Алтай.

— У Императора этих особняков, — отмахнулась Нидейса, думая о чем-то другом. — Знаешь, ты прав.

— Я всегда прав.

— После операции будет наилучшее время, — кивнула Нидейса своим мыслям. — Уверена, дедушка тоже поддержит! Точно, проведем операцию, добьемся успехов, и тут будет самое время пожаловать вам титулов, земель, чего вы там еще захотите.

— Да на хрена они нам? — с искренним недоумением воскликнул Тимур. — Вот магические артефакты какие-нибудь пригодились бы.

— И награды Империи, — кивнула Нидейса, — да, точно. Приём и награждения, и тогда вопросы о вас, кто вы такие и что тут делаете, отпадут сами собой. Вы будете героями Империи, которые получат награду из рук самого Императора! После этого никто не задаст вопросов о вашем происхождении и появлении в столице!

Легализация, весело понял Тимур.

— А теперь к дедушке! — вскричала Нидейса, вскидывая вверх руку, сжатую в кулак. — Во славу Империи!

Глава 13

Дракон раскинул крылья, перешел в парящий полет, и тут же сложил их, падая камнем к глади воды. Желудок Тимура прыгнул в горло, затем обратно, в голове зашумело, но ему было плевать. Вот чего ему не хватало в Аскартоте! Он смотрел на мчащиеся по водной глади кораблики и словно опять вживую стоял на носу головного судна, с заклинаниями, потрескивающими на кончиках пальцев.

— Общий сигнал! — донесся голос Первого.

Небо неожиданно словно накрыло розовой сетью, на фоне которой вспыхивали фейерверки. Дракон выровнялся, полетел, словно экраноплан, в метре от водной глади, заставляя ее бурлить и волноваться. Остров стремительно приближался, застрочило два пулемета, вылетел снаряд, но лишь бессильно скользнул по магическому щиту. Дракон взревел, изрыгая струю огня, которая немедленно выжгла просеку. Что-то взорвалось впереди, и Тимура пихнуло в спину, сбрасывая с Дракона.

Заклинание приземления, и тут же молния прямо в выглянувшего пехотинца.

— Бегом, бегом, бегом! — заорал Первый, подавая пример.

Он вломился в заросли наравне с Алтаем, там немедленно все загрохотало и начало вспыхивать, Тимур рванул следом. Второй прикрыл слева, скомкал две выкатившиеся танкетки.

— Воздух!! — завопила Нидейса за спиной Тимура.

С небес валилась целая стая беспилотников, навстречу им, завинчиваясь штопором, рванул дракон. За спиной рвалось и ухало, приближалось.

— Корректировщик! — рявкнул Первый.

С рук Второго сорвался мощнейший магический импульс, от которого у Тимура все встало дыбом, ударил кольцом бледно-голубоватого огня, окатившим джунгли вокруг.

— В воздухе камера, м-м-магистры! — рявкнул Алтай.

Он стрелял с двух рук, выкашивая пехоту Альянса, и возглас его «м-м-магистры» был полон презрения и напряжения. Первый ударил вслепую ветвистой молнией, в ответ с небес пролился дождь лазерных лучей. В небесах нарастал рёв, отставшая было эскадрилья драконов, вломилась, завязала бой с крейсерами и линкорами. Взрывы приближались, и Тимур, вдохнув полной грудью, неожиданно ощутил, что высадка на этот остров и два соседних прошла успешно.

— Вперед!

Тимур рванул вперед, готовясь снести врага, но тут же едва не попал под удар. В последнюю секунду успел пригнуться, очередь плазмы вспорола и снесла его заклинание-щит, словно того и не было. Нидейса подкатилась, выкрикнула, скрестив руки, словно решила поиграть в мумию.

— Ощщща эстанмрррхаг!

Двойники Тимура и Нидейсы рванули, пригибаясь, влево.

— Это займет их на три секунды, бей!

Тимур прыгнул, с рук его сорвался рукотворный шторм электричества и воды, для лучшей проводимости, ударил в бункер Альянса. Тимур упал, покатился по слою листвы и каких-то отмерших лиан, видя только то, как из прорези бункера высовывается новое дуло.

— Не спать! — рявкнуло над головой.

Алтай промчался мимо, словно лось, очередью прострелил бойницу и все внутри, промчался сквозь взрыв бункера и снова все вокруг загрохотало. Появился слегка подгоревший Третий, прикрыл, не дал налетевшей стае беспилотников поджарить, и нанес ответный удар.

— У нас минута! — мимо промчался Первый. — Наддали!

Тимур вскочил, ощущая боль в животе, рванул вперед, краем глаза сверху видя надвигающиеся тени. Альянс, как всегда, был оперативен и мобилен, надвигались два линкора. Они словно хлестали рекой жидкого пламени, заливали небо, и маги на драконах вынужденно перешли к защите. Небо заливало сиянием щитов, но ракеты и плазма разносили их, и сверху раздался тоскливо-яростной вой. Три дракона падали, но тут же их начали обстреливать снизу.

— Не спи! — толкнула его Нидейса.

В боях инвалидной команды она обычно работала в команде поддержки, с середины, но здесь вышла на первый план. Неприятно было видеть, что он тут самый слабый, балласт для всех остальных, но Тимур, стиснув зубы, напомнил сама себе, что этого и добивался, сам напросился.

И признаться — было здорово.

Ощущение правильности своего дела росло и крепло, ведь теперь они сражались не просто так! Впереди взлетел столб огня, и донесся слабый выкрик Первого:

— Держать щит, держать! Мне нужна минута!

Какая еще минута, когда она давно истекла, мелькнула фоном мысль в голове Тимура. Тело было занято тем, что неслось, прыгало, огибало, пригибалось и кидало во все стороны заклинания, не думая об усталости. Похоже, они вломились куда-то в укрепрайон, потому что натиск со всех сторон не стихал.

Разве что обстрел за спиной прекратил приближаться, вместо этого начав снова отдаляться, похоже накатываясь волной на десант. Впереди мелькнул Первый, он стоял под защитой Второго и Третьего, и колдовал с такой скоростью, словно собирался поставить мировой рекорд по маханию руками. Небо над линкорами темнело и сгущалось, набухало багровым, и видно было, что линкоры разворачиваются.

— Где Алтай? — обернулся к Нидейсе Тимур.

Мелькнуло ее лицо, и тут же сбоку громыхнуло. Их обоих и щиты смело, швырнуло прочь. Что-то врезалось в ребра Тимуру, потом по ногам и треснуло по голове, сбоку мелькнула Нидейса, разевающая беззвучно рот. Лицо ее приблизилось к лицу Тимура, и она впилась глубоким поцелуем, запуская язык ему в рот.

— С ума сошла? — заорал Тимур, отбрасывая ее ударом. — В такой…

— Сам дурак, — окрысилась Нидейса. — Вот и лечи такого дурака!

Тимур понял, что снова слышит, и тут же прикрыл уши и голову руками. Первый закончил заклинание, и багровое небо излилось метеоритным дождем, устремленным к линкорам. Сами линкоры были практически над головой, нависали тучей смерти.

— В укрытие! — нырнула вниз Нидейса, утаскивая за собой Тимура.

Они оказались в тесном окопчике, вжавшись друг в друга. Тимур вспомнил, что да, к фронту и ощущению правильности своего дела, прилагалось еще и вот это. Влюбленная Нидейса, не упускающая момента. Контактное лечение, а как же. Хорошо, что в область таза не ранили, с иронией подумал Тимур, а то бы и там лечить начала, прямо под обстрелом.

Впрочем, одну такую попытку Нидейса уже как-то делала.

— Если будет прямое попадание, мой щит не выдержит, — без нужды сказал Тимур, ибо Нидейса и так это знала.

— Значит, у нас будет одна судьба на двоих, — ответила та.

— Ты же понимаешь, что такое навязывание лишь отвращает меня? — не выдержал Тимур.

Небо над головой полыхало багрово-желтым, словно сломанный светофор. Продвижение линкоров резко замедлилось, они отстреливались от метеоритного дождя, кажется, даже получили пару пробоин там, где не выдержали щиты. Земля тряслась и дрожала, щит слегка приглушал грохот битвы неподалеку, но скрыть полностью не мог.

— Не надо было сюда соваться, — пробормотал Тимур себе под нос, ощущая себя игрушкой в сражении титанов.

Где-то внутри засело беспокойство за Алтая. Да, тот обычно выходил целым, но… в заварушках подобного уровня они и не участвовали, не считая бегства с Тихого, и то, в самом конце этого самого бегства. Ведь должен же где-то быть предел его щиту?

— Проклятье!

Тимур вывинтился из окопа, заодно уходя от Нидейсы, и выпрыгнул наружу, тут же закрылся рукой, кидая щит. Вокруг все было разворочено и разбомблено, пылало и горело, било в лицо пеплом и гарью. Над этой сверкающей адской бездной висели Первый и Второй, который придерживал Третьего, почти висящего у него на руке. Они все еще колдовали, все еще сражались, но как-то вяло, без огонька.

— Алтай! — крикнул Тимур, пробиваясь вперед.

С рук его лился холод, пробивая дорожку, потом он ударил еще звуковой волной, отбрасывая какого-то полудохлого робота. Словно услышав крик Тимура, откуда-то снизу вылетел Алтай, тут же метнулся в сторону, пропуская вылетевшие снизу лучи, и промчался мимо, крикнув:

— Валим отсюда!

— Наконец-то!

Тимура подхватили под подмышки и он взмыл в небо, несомый Нидейсой.

— Эй! — возмутился он.

— Нет времени, — отрезала та.

Алтай заложил еще вираж, промчался над землей, огромное ружье в его руках содрогалось, словно неохотно выдавливая из себя нечто вроде зубной пасты. Комки зеленоватой жижи мчались вниз, падали и взрывались, разбрасывая рвущихся в бой пехотинцев и танки. Снизу и сверху стреляли, но Алтай опять маневрировал и крутился, да так, что впору было заполучить морскую болезнь, глядя на него.

— Быстрее! — устало выкрикнул Первый.

— Еще не все! — промчался мимо Алтай.

— Что?!

— Штаб на линкоре! — донеслось удаляющееся.

— Я так и знал, — проворчал Второй, вскидывая руку.

Тимура словно поймало в кокон, подтащило ближе к магистрам, а вместе с ним и Нидейсу. Отсюда битва выглядела еще страшнее, ужаснее и положение казалось еще безнадежнее. Слова об уходе застыли в горле Тимура, потому что, если уйти сейчас, то получится, что все было зря?

Но пробиться туда, наверх?

Тимур кинул искоса взгляд, моргнул. Линкоры пережили обстрел метеоритами, и, зияя проломами, висели практически над головой. Мало того, все драконы были сметены, а линкорам на помощь спешил еще флот, крейсера и эсминцы, и еще какие-то мелкие платформы. Мчались корабли и по воде, и видно было, что десант на острова захлебнулся и сметен, отброшен обратно в море.

— Отступайте! — Алтай опять оказался рядом. — Я и Добрый все сделаем сами!

— А уходить как? — крикнул Первый.

Теперь, когда не надо было прикрывать Алтая, нырявшего в подземный бункер, платформа с магистрами стремительно сдвигалась, словно собираясь отступить к берегу. Но заметность их, как мишени, от этого не понизилась, и Первый со Вторым почти ежесекундно вскидывали руки, латая слабеющий щит и огрызаясь редкими залпами.

— Улетим!

— Нет! У меня есть приказ!

Первый развернулся, окинул взглядом собравшихся, и моментально принял решение. Рука его метнулась за пазуху, швырнула о платформу какое-то яйцо, и тут же открылся портал. Нога Первого дала пинка Второму и тот влетел в портал вместе с Третьим. Тимура тоже потащило в портал, но тут же рядом оказался Алтай, коротким тычком в шею выбил дух из Нидейсы, отдернул ее руки и швырнул в портал.

— Держитесь, — крикнул Первый.

Их окутало дымкой, а платформа рухнула в море. В этот раз Тимур все же не выдержал и начал стремительно блевать, удобряя основание окружающего их щита.

— Едва мы взлетим, энергию щита засекут, — сообщил Первый сквозь зубы.

— А я предлагал — все сделали бы и сами.

— Не положено. Даже отправка раненых…

— Ну да, ну да, уж Верховный вам уши-то пооткрутил бы, за любимую внучку, — закивал Алтай, — пускай даже та на него и обижена. С живой-то еще можно помириться, а вот с мертвой как-то не выйдет.

Тимур, слабо улыбавшийся, лишь вздохнул. Может, оно и к лучшем было бы?

— Так что тогда делать?

Мимо проносились подводные красоты, разок мелькнул даже отряд биотов, но среагировать не успел.

— Неужели вы так и не придумали заклинаний сокрытия энергосигнатур? Ах да, заклинание сокрытия тоже светится или наоборот, не светится, а чтобы понять разницу, вам нужно было работать с техникой, а вы этого не делали.

Сарказма в голосе Алтая не было, лишь сухая констатация факта.

— План операции предусматривал другое!

— Ну да, ну да, наземный штаб, все дела, но в Альянсе тоже не дураки сидят, что можно было заподозрить изначально.

— Мы захватывали штабы и раньше, — устало произнес Первый, — шаблон атаки малой группой отлично отработан.

— И изучен Альянсом, — подхватил Алтай, — чего и следовало ожидать.

— Хватит умничать!

— Как я уже сказал…

— Нет! Я пошел на нарушение, сделайте ответное одолжение — добейтесь успеха!

— Легко, — ухмыльнулся Алтай, — но придется довериться мне.

— Да я и так доверяю!

— Еще сильнее!

— Да я сделаю, что угодно! — рявкнул Первый, окончательно выходя из себя.

— Отлично, — кивнул Алтай, — тогда сейчас нужно будет сжать всю магию внутри себя, закрыться и самое главное — не колдовать!

— Но мы же…

— Ударить о вон тот кораблик, а потом не колдовать!

Пузырь врезался в кораблик, проломив ему борт, и Тимур резко оказался в воде. Вынырнул, хотел ударить заклинанием, удержался в последнее мгновение. Рядом широко разевал рот Первый, цепляясь за что-то плавучее. У него, судя по всему, с дисциплиной было лучше, но и он подрагивал, словно собираясь ударить заклинаниями. Алтай уже прыгал по палубе корабля, ударами рук убивая экипаж, проламывая, подсекая, отбрасывая.

— Чего возитесь? — рявкнул он сверху. — На борт, быстро!

Тимур сразу начал подгребать.

— Но корабль же тонет, — слабо возразил Первый.

Правда, напоминать ему о послушании не пришлось, он тоже подгребал к тонущему кораблю. Алтай метнулся внутрь рубки, на стекла изнутри плеснуло чем-то желтым и красным, и он тут же выскочил обратно. Промчался, стрельнул в воздух ракетой и что-то швырнул в воду.

Метнул что-то в Первого, пытающего подняться, едва не сбив того с ног.

— Быстрее! Надевайте! — и похожая штука полетела в Тимура. — Времени нет! Сейчас полезут!

Энергокостюмы, выдохнул мысленно Тимур, залезая в свой. Тот подчинялся, скорее всего под воздействием магии Алтая. Рядом возился Первый, Тимур начал ему помогать, но тут же увидел, что имел в виду Алтай под словами «сейчас полезут».

— Какого хрена? — крикнул он.

— Так надо! — рявкнул Алтай, меткими выстрелами испепеляя и сшибая обратно в море биотов. — А теперь упали и быстро притворились ранеными!

Глава 14

Падение не помогло, биоты добрались и начали бить по Тимуру и Первому, внутри энергокостюма раздался тревожный, выматывающий душу и вызывающий зубную боль, писк. Сверху пролетели несколько шариков плазмы, опаляя жаром, мелькнула нога Алтая, и тут же рядом грохнуло. Биоты жадно лезли из воды, благо корабль уже практически погрузился, тянули Тимура за ноги, били чем-то вроде копий.

— Не колдовать! — снова крикнул Алтай.

— Дал бы оружие, — вырвалось у Тимура.

— Вы — тяжелораненые! Чуть-чуть осталось!

Удар магией воды оказался отражен щитом силового поля, воду вокруг вспороли разноцветные лучи и град пуль, превращая море в похлебку из биотов. В поле зрения Тимура возник корабль Альянса, за ним еще один и еще. Они стреляли, отгоняли биотов, и вниз ударили транспортные столбы, выбрасывая десантников.

— Держитесь, генерал! — донесся крик.

Тимура тоже потащили, вослед «генералу» Первому, и он попытался притвориться тяжелораненым. Как именно его надо было изображать, Тимур так и не решил, но Алтай все предусмотрел.

— Этот тоже тяжелый! — крикнул один из тащивших Тимура. — Готовьте регенератор!

Алтай мелькнул рядом, опаленный, раненый, с безумными глазами, вылитый рядовой Альянса, выживший лишь чудом и сумевший как-то прикрыть раненых, подать сигнал бедствия. Тимура тащили, потом он словно запарил и вплыл в корабль.

— Перегрузки не больше трех!

Тимура вдавило, костюм снова что-то запищал, рядом слышался голос Алтая:

— Штаб и ух, а генерал…

— Тихо, тихо, спокойно, вам нельзя волноваться, — донесся ласковый, успокаивающий голос.

Тревожная мысль мелькнула у Тимура — ну ладно, Алтай имитировал сигнал бедствия, мол, на борту был целый генерал, но что будет, когда эту информацию проверят? Ведь он сам же говорил, что Альянс не дураки, дублирующие системы информации и все такое.

— Подлетаем, там все и расскажете, — донесся тот же голос.

Прокатился сигнал тревоги, откуда-то сверху загремело.

— Это самозванцы!

И Тимур невольно прикусил язык — сглазил! Мимо промелькнуло тело, энергокостюм словно сам собой спал и рука Алтая вздернула Тимура:

— Не спать! Держись за что-нибудь!

Он метнулся в оплавленный проем и скрылся, рядом начал подниматься Первый, с которого тоже сам собой соскочил энергокостюм. Пальцы его шевельнулись, словно он хотел начертить квадрат, но даже магистр опоздал. Сильнейший удар отбросил их, едва не переломав кости, взвыли сирены тревоги, откуда-то потянуло едким дымом.

Первый торопливо поменял формулу, ставя щит против газов.

— Бегом! — вынырнул из дыма Алтай, выстрелил куда-то вдаль. — Пришлось идти на таран!

Тимур и сам ощущал, как кренится корабль, словно встает на дыбы. Алтай метнул противогаз, Тимур быстро нацепил, Первый обошелся своей магией, метнул копье металла, выбивая дыру в корабле, куда тут же начало вытягивать дым.

Они мчались по коридору, который все круче задирался вверх, Алтай стрелял, Первый разил заклинаниями с двух рук, словно обрел второе дыхание. Затем выскочил десантник в энергоскафандре, сцепился в клинче с Первым, и они покатились вниз, застряли в коридоре, заклинившись между стен, и Тимур едва успел отскочить с их пути. Может, он и сам улетел бы вниз, но рука Алтая перехватила, вздернула.

— Нет времени! — гаркнул Алтай. — Нужно успеть выскочить в линкор!

— Ты ранен!

— Ерунда, — отмахнулся Алтай.

Тимур не сказал бы, что это ерунда, кровило сильно, капли срывались и летели прямо в лицо Тимуру, словно дождь, пока Алтай мчался вперед широкими прыжками, не забывая стрелять и тащить за собой самого Тимура, словно груз. Кто-то выглянул, получил плазмой в лицо, и тут же из помещения раздались ответные выстрелы. Тимур сплел пальцы, ударил столбом огня, вслепую, просто подавить врага, пока они пробегают мимо.

— Заклинание полета! — прохрипел Алтай, видимо и его силам был предел.

Конечно, до полета там было еще далеко, но все же Тимур озаботился изучением заклинаний и теперь мог, как минимум, медленно падать, левитируя в воздухе. Алтай сразу прибавил скорости, и они успели впрыгнуть в коридор линкора, ощутив под ногами пустоту — корабль, на котором они прилетели, словно отстрелили из борта линкора.

— Жги! — рявкнул Алтай.

Пистолеты в его руках сменились автоматом, он стрелял очередями, садил направо и налево, убивая все, что двигалось и шевелилось. Тимур бежал следом, ощущая, что просто не поспевает за темпом. Всадил две молнии в камеры под потолком, выставил щит и ударил за спину, не глядя. Крик стих и пропал, отрезанный очередной дверью.

— Разве…, - дыхание сразу сбилось, Тимур ясно ощутил, как он сдал от сидячей жизни в особняке.

Никакие тренировки и пробежки не спасали, он просто не поспевал за Алтаем. Теперь, когда коридоры стали ровными и ему не надо было тащить Тимура, Алтай начал двигаться еще быстрее, стрелял еще раньше, чем показывались враги. Он явно был уже в системах корабля, следил за всеми и пробивался к управлению. Собственно, Тимур об этом и хотел крикнуть, что им не надо никуда бежать, надо лишь продержаться, пока Алтай захватывает управление.

— Штаб! — гаркнул Алтай, не поворачивая головы.

Дверь перегородило листом брони, но тут же перегородка исчезла, Алтай обрушился на двух десантников в костюмах. Клубок тел распался, Алтай метнулся дальше, оставив позади два тела. Рана на правой руке расширилась, левая была обожжена, свисала плетью. На скорость и точность стрельбы это не повлияло, затем Алтай поднял и левую руку, и Тимур выдохнул облегченно.

— Ручное управление! — еще раз крикнул Алтай.

Свернул за угол, и Тимур последовал, едва не врезавшись в стену. В лицо ударило тугой горячей волной, отшвырнуло запахами горелого мяса, металла и электроники. Десантники сражались с какими-то роботами, расстреливали свои же системы обороны, и за их спинами виднелся развороченный большой зал. Там тоже сражались, люди против техники, направляемой Алтаем.

— Держись!

Корабль тряхнуло, палуба под ногами задрожала, и ноги Тимура задрожали в ответ, подкашиваясь, и он повалился. Упал не только Тимур, все, кто не был в энергоскафандрах, тоже упали, и Алтай сразил десантника, еще одного и ворвался в зал, словно демон смерти. Моментально метнул три гранаты и отскочил, добавив в обратном прыжке еще очередью плазмы, взорвавшей двух человек и экраны на стенах.

Следом взорвались и гранаты, и зал окончательно превратился в месиво органики и электроники.

— Ляяяя, — желудок Тимура опять рванул к горлу.

Алтай уже снова заскочил в зал, снова открыл огонь, добивая защитников. Тимур силился встать и не мог, словно у него отказало все тело. Чуть поодаль силился встать один из десантников, взгляд его, полный ненависти, прожигал Тимура.

— Парранга, — выдохнул Тимур, швыряя копье льда.

Ну или скорее сосульку. Крохи силового поля частично расплавили лед, но все же она ударила десантника в глаз, пробив насквозь. Тимур выдохнул тяжелее, перекатился, оперся на руки, словно решил заняться упражнениями, и начал отжимать тело вверх. Подогнул ноги, едва не упал, с трудом выпрямился, держась за закопченную стенку и ощущая, как кружится голова.

— Извини, — донесся выкрик Алтая, — пришлось прибегнуть к нестандартной атаке! Ковыляй сюда!

Тимур заковылял, но доковылять не успел. Алтай выскочил обратно в коридор, руки его были в нашлепках и геле, и голова была забинтована, а глаза неестественно блестели. Он немедленно вколол Тимуру два шприца какой-то гадости, и Тимур ощутил, как все тело начинает гореть и чесаться изнутри.

— Щиты, — прохрипел он.

— Чего?

— Говорю, у них же есть щиты против магии! — запоздало встревожился Тимур.

— Поэтому мы и выбрали обходной путь, — хохотнул Алтай. — Давай.

Он подставил плечо, потащил Тимура в зал. Уколы действовали, уже не мутило, даже от этого зрелища кровавого фарша, вперемешку с платами. Алтай метнулся вбок, выхватил нечто вроде планшета и флэшки, и радостно потряс ими.

— Все у меня! — крикнул он. — Теперь только уйти осталось!

— Я тебе мешаю, — выдохнул Тимур, покачиваясь.

— Ты все сделал правильно, — подмигнул Алтай, — не дал себя убить, держался молодцом и вообще, вспомнил, каково это.

— Ага. Вспомнил и наелся выше крыши. Чет уже и добавки не хочется.

Алтай снова хохотнул, крикнул.

— Все же придется побыть хорошим мальчиком и доесть эту кашку! Иначе все будет зря!

— Зря магов бросили, — указал Тимур.

— Нормально все, неудивительно, что они тут так и не осилили техномагию, — с презрением в голосе бросил Алтай.

Он метался по залу и фарш под его ногами издавал сочные звуки. Тимур стоял, прислонившись к стене, наблюдал, ощущая, как все внутри горит и пылает, чешется желанием битвы.

— Сразу надо было вдвоем идти, как я и предлагал, прошли бы чисто, в режиме скрытности, никто бы и не хрюкнул, так ведь нет, они же у нас великие маги! Они все предусмотрели!

Тимур лишь улыбнулся слабо, припомнив последнюю встречу с Верховным, которого и передразнивал Алтай. Там Алтай говорил ровно то же, что и сейчас — дайте ему сходить «по-доброму» в тыл врага. Лучше всего было бы в одиночку, но он де, не может бросить подопечного и охраняемого Тимура, так что ладно уж, вдвоем. Но маги развыступались, особенно Верховный, и Алтай как-то быстро сдал назад и согласился.

— Не ты их случайно подставил под удары? — нахмурился Тимур от нового подозрения?

— Как ты себе это представляешь? — на бегу повернул голову Алтай.

Тишина и хлюпанье действовали на нервы, еще хуже, чем горячка боя. Казалось, что на линкоре не осталось никого в живых, казалось, что он прямо сейчас падает куда-то в глубину океана, потеряв управление. Тимур знал, что это не так, доверял Алтаю, но ощущения и холодок по спине были сильнее мозга.

— Они первые шли в бой, собственно, весь их шаблон на том и строится, что противодействие нескольким магам не успеет развернуться, прежде чем эти маги прорвутся и явят свою истинную мощь. Потом я дрался и зачищал подземный бункер и подключался, выясняя, где же на самом деле штаб.

— Так это изначально была обманка?

— Очень убедительная. Уверен, Альянс уже неоднократно дурил наших магов, — Алтай снова хохотнул, — такими пустышками, с полуправдивой информацией.

— А почему они не раскусили обмана?

— Полуправдивой, — Алтай снова оказался рядом с Тимуром, подхватил под плечо. — Все остальное списывалось на контрмеры и меняющуюся обстановку. Давай!

— Чего давать?

— Помчались прочь отсюда, сейчас нас будут расстреливать!

— Чего-о-о-о-о-о-о-о-о-о, — и возмущенный выкрик Тимура метнулся эхом между стен.

Алтай мчался, словно гоночный болид, двери распахивались сами, нередко заранее и оттуда выкатывались клубы огня и дыма, били, Тимур ставил щиты, Алтай просто мчался дальше, лишь закрывая рот и глаза. Кожу Тимура немилосердно жгло, глаза щипало и жар внутри разгорался, особенно в легких.

— Быстрее! — в голосе Алтая слышалось нетерпение. — Еще быстрее!

За их спиной словно вспыхнуло второе солнце, затем ударило ветром и холодом, и Тимур, невольно оглянувшись (и едва не упав при этом), с ужасом увидел, что за их спиной пустота. Новый град лучей и ракет, но Алтай уже свернул куда-то, лязгнула перегородка, едва не придавив пятки.

— Что-то это все напоминает, — прохрипел Тимур.

— Ты просто не видишь и половины, — хохотнул Алтай, даже не сбившись. — Все чудесно!

Они вылетели в ангар, который прямо на их глазах вспороло и вскрыло, словно консервную банку. Алтая и Тимура подхватило, швыряя вниз, в свободный полет, навстречу морю, кишащему биотами.

— Нет! — крикнул Алтай, перехватывая руку Тимура, и прерывая заклинание левитации. — Ускоряемся!

Он выпрямил тело, сложил руки, и Тимур постарался сделать то же самое. Алтай еще дополнительно активировал гравипояс, и они стремительно догнали гравицикл, беспорядочно летящий вниз. Алтай уже завел его удаленно, и тут же заложил мертвую петлю, уходя от выстрелов, и снова нырнул к воде.

— Ты сумасшедший! — заорал ему в ухо Тимур.

Он выставил два щита, но их тут же снесло. Только скорость гравицикла и безумные маневры, до треска техники, спасали их от обстрела.

— Я в одиночку завалил линкор! — хохотнул безумно Алтай. — И спер информацию! Теперь нам обоим поставят памятники и будут целовать в жопу! Ты как, хочешь, чтобы тебя Император в жопу поцеловал?

— Иди ты!

Погоня отставала, как ни странно, словно гравицикл мог обогнать боевой крейсер.

— Я им червя подбросил, пусть почешутся, — небрежно бросил через плечо Алтай.

— Ты же все возможности раскрыл, — вздохнул Тимур.

— Поверь, скрыть их можно было, только пройдя скрытно. Вот так открыто ничего не скрыть, тем более, что уже был прецедент.

— Так почему ты об этом не сказал?!

— Сказал, не стали же слушать, — Алтай пожал плечами, всей раненой и подгоревшей спиной (как только что заметил Тимур) изображая равнодушие и презрение. — Сами виноваты.

— Мы же хотели помочь!

— И помогли, все как ты хотел! Разве что Нидейсу не прибило, придется тебе потерпеть ее ласки еще! — снова хохотнул Алтай.

— Ты что, тоже боевой химии нажрался?

— А то! Иначе не справился бы! — крикнул Алтай. — Но не волнуйся, скоро нас подберут! Все будет хорошо!

Глава 15

Тимур провел рукой по рукаву, словно разглаживая его.

— Нервничаешь? — спросил Алтай и тут же добавил. — Правильно, нервничай. Власть предержащие они такие.

— Нас же награждать будут и все такое, — пробормотал Тимур.

— Конечно, — согласился Алтай легко.

На нем, как и на Тимуре, костюм сидел идеально — сам подгоняя себя по фигуре, благодаря магии. Имелись даже крохотные дырочки, туда Император лично прикрепит Звезду. Сама церемония была внешне вроде простой — зайти, пройти, получить награды, может даже сказать пару слов.

Но так как все должно было проходить в присутствии высшей знати и магов Империи, а награды должен был лично вручать Император, Тимур слегка нервничал. Алтай, как всегда, был равнодушен и потому вдвойне великолепен. Увы, его методика равнодушия — обходиться без привязанностей и не иметь слабых мест, на которые можно давить — Тимуру просто не подходила.

Тем более что виновником всего этого торжества был он сам. Решил остаться, решил помогать, решил пробиваться наверх? Да, пожалуйста, вот вам Император, вот вам знать и маги, вот вам Звезда Героев, теперь все будут вас знать, устанавливайте связи, все в ваших руках.

— Но ты думал, что будет потом, после награждения? — спросил Алтай.

— Ну, мы станем героями Империи, там, будем помогать им, выезжать на фронты против Альянса, а я еще буду учиться, — не слишком уверенно ответил Тимур.

С перспективой выбиться наверх и помочь Шефу, привести ему целый мир магов в помощь!

— Мы встроимся в Империю, как в государство, — покачал головой Алтай, — станем его частью. Нам, конечно, не привыкать к приказам, но тут другое. Там, на островах, мы проникли обманом и лишь играли в подчинение, чтобы ты продолжал учиться и нас не разоблачили. Здесь же, мы принимаем награды и титулы, становимся частью Империи, становимся обязаны им.

— Ну, мы же провели операцию, так что все на равных, — пробормотал Тимур.

Но в глубине души он и сам в это не верил. Внутри всколыхнулась злость на Алтая, вот надо было ему испортить такой момент! Порча была обиднее вдвойне, потому что Алтай был прав. Моральные обязательства перед Империей, да, это был поводок похлеще каких-то там магий. Из чувства долга и обязанности Шефу Тимур решил остаться, но что теперь?

— Прошу вас, господа, сейчас все начнется, — заглянул к ним распорядитель церемоний.

Снаружи их уже ждала Нидейса, и у Тимура захватило дух. Переливающееся, словно идущее волнами платье, оставляющее открытыми плечи и руки, прическа, горделивый вид, да перед ним опять была не Нидейса, а внучка Верховного. Горделивая, могучая, знающая о своем положении и не стесняющаяся его.

При этом без стервозности и холодности на лице.

— Прошу вас, господа, — указал распорядитель.

В центр он поставил Нидейсу, Тимуру предстояло идти справа и чуть позади нее, тогда как Алтай шагал в такой же позиции, только слева. По уму, конечно, следовало бы поставить в центре Алтая, и основная заслуга была его, и ему было все равно, смотрят на него или нет. По уму еще стоило бы не нервничать, ну что с той Звезды, если все это ради миссии, но слова Алтая неожиданно задели и разбередили что-то внутри Тимура.

Казалось, он уже пришел к согласию с самим собой — помогаем и сваливаем — но слова Алтая, как он мог не подумать о таком моменте? Нетрудно было проследить цепочку, обязательства перед Империей, желание помочь Шефу, остаемся, пока не будет побежден Альянс, и снова остаемся, пока не будут открыты межмировые порталы. Шеф провел двадцать лет в другом мире, а на Земле прошел год, ну, допустим, потратить на все это десять лет… но нет.

За десять лет он привыкнет к этому миру, обзаведется связями… нет, не то.

Алатейса.

Двери распахнулись и в глаза ударил свет ламп. Шум толпы сливался в гул, лица сливались в безликую массу. Тимур взял себя в руки, смотрел только вперед, туда, где в конце зала стоял Император. Подсознание, разумеется, ожидало кого-то огромного, властного, источающего ауру величия. Насчет ауры было неясно, все ж таки пока еще не дошли, но даже отсюда Тимур видел, что Император мал ростом.

Ссохшийся старичок, не желающий уступать трон и который будет сидеть до самой смерти, тут же подсунуло еще один шаблон подсознание. Глупые мысли, которые почему-то не получалось отгонять. Тимур научился, без шуток, действовать в бою, моментально принимать решения, без оглядки на остальные мысли. Да вот беда, похоже отсутствие мыслей и сомнений работало только там, в бою, а здесь, в мирной обстановке не работало.

Или он просто слишком сильно боялся ошибиться с решением? Как там Алтай говорил — чувство долга?

Но затем они приблизились еще, и расфокусированное зрение Тимура внезапно сфокусировалось, поймав в толпе знакомое лицо. Ну ладно, не совсем в толпе, по правую руку от Императора, все же на виду. Тимур напрягся, словно снова оказался в бою, и тут же выскочила мысль-воспоминание — да, по правую руку от Императора должны были стоять его родственники. Не все, разумеется, семья Императора была огромна — только те, кто помогал ему в управлении страной, причем помогал на самом деле, не числился для вида.

И среди них стояла Алатейса.

По левую руку от Императора должны были стоять его советники, министры, так сказать, но эта мысль уже не интересовала Тимура. Взгляд его был прикован к Алатейсе и только к ней, как раньше фокусировался на Императоре. Она стояла, в каком-то простом и оттого втройне элегантном платье, перечеркнутом двумя лентами, но что они означают, Тимур не мог вспомнить. Трудно вспомнить то, чего никогда не знал, но это явно были не простые украшения.

Да ладно украшения, одно только ее присутствие здесь, по правую руку от Императора!

Церемониймейстер стукнул жезлом, объявляя их имена и подвиг, толпа вокруг двигалась, Император приближался, но Тимур словно оглох, выпал из пространства и времени. В нем сталкивались две могучие волны: обиды и разочарования и каждая разила друг друга доводами, фактами и эмоциями. Явно же Алатейса узнала о них, будучи приближенной к Императору — кто он ей, дедушка? Прадедушка? — и заинтересовалась, организовала встречу. Но умолчала о том, кто она, изучала, это ли не было обидно? Она использовала Тимура и Алтая для обкатывания мыслей о разведке и контрразведке, вдвойне обидно! Нет, она желала победы Империи, то есть делала то же, что и Тимур, ура!

И этот вихрь бился и сталкивался, на каждый аргумент находился контраргумент, на каждую эмоцию воспоминание, на каждый факт опровержение. Пожалуй, только одно было предельно ясно — с Нидейсой они действительно дружили. Внучка Верховного с внучкой Императора, чего бы и не дружить, да?

— Добрый, — прошипела Нидейса, ударяя локтем под дых, — ты позоришь нас!

Тимур выпал из транса, отвел взгляд от Алатейсы… и встретился взглядом с Императором. Добрый дедушка, с хитринкой в глазах, чуть ли не на две головы ниже Тимура, сейчас он смотрел почти в упор, пристально, изучающе. Не «прожигающий насквозь взгляд черных глаз», но все же было в этом взоре нечто родственное с Шефом. Запаниковавший было Тимур собрался, сообразил, что именно.

Взгляд опытного человека, повидавшего невообразимое, но все же встретившего нечто новое.

— Прошу прощения, Ваше Величество, — склонил голову Тимур.

— Ничего страшного, — голос Императора был тихим, слегка шепелявым, — хотя это немного грустно.

— Что именно? — вырвалось у Тимура невольно.

Ну не силен он был в этикете, не силен! Там, на фронте, вся эта фигня была не нужна, в особняке Императора тоже, так что теперь? Впрочем, из-за разницы в росте, вскидывать голову не требовалось — он и так видел краем глаза, что Император улыбается добродушно, еще сильнее сморщивая и без того морщинистое лицо.

— То, что Звезды Героев — высшую награду Империи — получают те, кто не знает этикета, — легко пояснил Император, — те, кто не бывал в этих залах ни разу и поэтому они жадно глазеют по сторонам…

Тимур слегка смутился.

— … так как не привыкли видеть такого там, на островах, — продолжал Император. Вздохнул. — Это и печально, ведь знать должна быть первой там, в рядах сражающихся. Они должны вести корабли, колдовать, первыми врываться во вражеские крепости, а они почивают на заслугах своих предков. Предпочитают толкаться вокруг, хотя, конечно, и помогают временами.

Он даже слегка подмигнул Тимуру, хотя, может, ему и показалось. Ведь не мог Император ему подмигивать, верно?

— Возможно, ваш пример подвигнет их на свои подвиги, заставит выйти из спячки, — продолжал Император, обращаясь к Тимуру.

Краем глаза Тимур видел, что все вокруг застыли и почтительно внимают. На лице Нидейсы застыло сложное выражение, словно она не могла решить, радоваться ей или выцарапать Тимуру глаза, дабы тот не позорил ее незнанием этикета.

— Все же Звезду уже давно не вручали, а тут целых три! Раз вы теперь тоже вошли в ряды знати…

Мысли Тимура выдали тревожный всплеск, тут же, впрочем, улегшийся. Ведь на Земле было так же, когда-то давно, в прошлом. Ордена давали не просто почет, они сразу возводили в определенные звания, давали привилегии и все такое.

— … то может ваш личный пример их расшевелит? Вы же собираетесь и дальше участвовать в войне?

— Да, Ваше Величество — воскликнул Тимур.

Словно обещание дал, от которого не отступиться. Тимур сражался сам с собой, до боли в шее, чтобы не поворачивать голову, не всматриваться жадно в Алатейсу, пытаясь понять, как она отреагировала. Конечно, она знала о награждении, но знать и реагировать — это две разные вещи. Может, она просто обязана присутствовать на таких церемониях, как ближайший помощник Императора — кстати, с чем она помогает, с разведкой? — но уж точно не обязана реагировать доброжелательно. Дежурная вежливая улыбка, но что она думает на самом деле?

— Возможно, — продолжал Император, — мне следует взять вас за пример и больше награждать героев сражений? Влить новую, воинственную кровь, в дряхлеющие жилы, а? Что вы думаете по этому поводу?

Мысли Тимура опять метнулись куда-то в стороны, пытаясь оценить и увязать воедино заявление Императора, решение самого Тимура остаться и помогать, и слова о вырождении упадке. Или это было из хроник? Нет-нет, ему кто-то говорил об этом. Свежая, воинственная кровь, новая знать, получившая титулы за реальные заслуги? С новой силой ринуться в бой и победить, не об этом ли говорила Алатейса?

Но все же — не стоит ли в данном случае взять пример с Алтая?

— Я не разбираюсь в управлении государством, Ваше Величество! — приняв «лихой и придурковатый вид», громко воскликнул Тимур.

— Ничего, ничего, — добродушно заверил его Император, — свежий и неопытный взгляд со стороны иногда бывает очень полезен.

Намек на то, что стоит давать советы, исходя из своего иномирского опыта? Но Тимур и на Земле не управлял государствами, чего уж там. Но и отказываться дальше было бы как-то глупо и неуместно, и так уже накосячил с этикетом, не так ли?

— Я думаю, что это хорошая мысль — больше награждать героев сражений и шире освещать то, что происходит на островах, — заявил Тимур. — Возможно, игнорирование сражений происходит из незнания, а когда люди увидят, что там происходит, то начнут принимать большее участие?

— Да, и то верно, — кивнул Император. — Мы погрязли в сытости и довольстве, заплыли жирком, возможно, пришло время встряхнуться и встать в полный рост, вспомнить, что нам завещали предки.

Тимур понял это, как завуалированный намек на поддержку его плана, и опять склонил голову. Все же не удержался и метнул взгляд в сторону Алатейсы. Та смотрела, доброжелательно улыбаясь. Еще Тимур ожидал, что Император тут же начнет сыпать командами и указами, пинками выгонять всех на фронт, но ничего такого не случилось.

— Империя благодарна вам, — произнес Император, — и эти аплодисменты звучат в вашу честь!

Зал захлопал, громогласно и дружно, а Император добавил тихо.

— На этом, собственно, официальная часть закончена, можете веселиться.

И снова то ли подмигнул, то ли не подмигнул, Тимур так и не понял, что это. Не то, чтобы он был великим знатоком приемов, поэтому решил спросить у Нидейсы или Алтая. Потом, когда Император уйдет, и не будет слышать, а еще лучше вообще после приема, когда они вернутся к себе в особняк. Император уже показал, что его не слишком волнуют мелкие нарушения, но мало ли, кто из собравшихся вокруг, что услышит? Вся эта знать и разборки их между собой больше напоминали гнездо змей, и Тимур неожиданно подумал, что и правда надо их встряхнуть и пинками загнать всех на фронт.

Там им будет не до грызни и интриг, не так ли?

— Веселья не выйдет, — неожиданно зло заявила Нидейса.

Тимур проследил ее взгляд и понял причину злости. К ним направлялся дедушка Нидейсы, грозный Верховный Архимагистр. Нидейса же похоже рассчитывала, как минимум на один танец «с героем Империи».

— Пришло время беседы, — сказал Верховный, приблизившись.

— Ну, деда! — Нидейса аж прядь волос на голове дернула от досады. — Ты специально! Решил мне веселье испортить?!

— А ну цыц! — нахмурился тот. — Так надо!

Сделал приглашающий жест и Тимур, со вздохом, сделал шаг в его сторону.

Глава 16

Правда, тут же остановился, сказал:

— Надо Алтая позвать.

— Не надо, — покачал головой Верховный. — Тебе ничего не угрожает.

Тимур стоял, колеблясь. Ну да, Верховный мог бы испепелить его движением бровей, но что тогда сделал бы Алтай?

— К тому же разговор у нас пойдет как раз о твоем телохранителе, — добавил Верховный нетерпеливо.

Тимур все равно колебался, затем словно наяву представил Алтая, говорящего «для начала стоит выслушать, наедине он наверняка будет более откровенен». Тимур не представлял, куда уж откровеннее — после тайны порталов! — но все же решил последовать совету воображаемого Алтая.

Далеко они не ушли, Верховный свернул в первую же попавшуюся дверь, движением бровей вымел прочь полураздетую парочку, страстно обнимавшуюся на диванчике с низкой спинкой. Взмахом руки поставил какой-то щит, и затем еще один, и еще. Стекла помутнели, стали матовыми, свет в зале словно бы приугас.

— Садись, — сказал Верховный.

Движения пальцев и они оба оказались на диванчиках, с накрытым чайным столиком посредине. Верховный левитировал себе чашку с молочно-белой парящей жидкостью, отпил с удовольствием и потом сказал, чуть прикрыв глаза.

— Санджо Гиерри.

— Что? — недоуменно спросил Тимур, уже протянувший было руку за чашкой.

Заклинание? Не заклинание?

— Так меня зовут, Санджо Гиерри, — произнес Верховный. — Если ты помнишь наш первый разговор.

«Доживете ли вы до момента, когда я сообщу вам свое имя», припомнил Тимур, посмотрел на архимагистра с интересом. Что изменилось? Операция Алтая оказалась настолько успешной, что теперь его хотят подрядить на непрерывный взлом Альянса, путем приказа от имени Тимура?

— Вижу, помнишь. Можешь звать меня и дальше Верховным, — спокойно произнес Санджо. — Тебя, разумеется, интересует, что же изменилось, и ты думаешь о недавней операции против Альянса и правильно думаешь.

Тимур лишь пожал плечами, так как для такой цепочки выводов не нужно было быть гением. Ну и еще, чтобы немного скрыть свою растерянность, ибо имени Верховного он точно не ожидал услышать.

— Но чем именно она ценна, я расскажу чуть позже, — Верховный левитировал обратно пустую чашку, — а пока что хотел бы поговорить о другом. Скажи, ты доволен своим обучением?

— Да, — ответил Тимур, не кривя душой.

Не то, чтобы он тут успел освоить больше, чем на фронте, но все же. Спокойная обстановка и занятия, объяснения, учебники, все это давало результат. Можно сказать, что Тимур, освоив многое на практике, теперь изучал теоретический фундамент к освоенному, с перспективой сдачи экзамена и получения мага.

— Ты доволен жизнью в столице? Не считая того, что тебе хочется обратно на фронт, разумеется.

— Да, неплохо тут у вас, — нарочито простодушно ответил Тимур.

— Ты доволен открывающимися перед тобой перспективами?

— Эмм, — замялся Тимур, почесал кончик носа, скрывая смущение.

— Хмм, наверное я не с того конца зашел, — задумчиво изрек Верховный.

Он налил себе еще, снова левитировал чашку к губам, отпил, смачно причмокнув, и тем самым неожиданно напомнив Тимуру о доме. Только возгласа «пай-пай!» не хватало.

— Скажи, Добрый, ты хотел бы стать Императором и Верховным архимагистром в одном лице? — спокойно спросил Санджо Гиерри.

Тимур, не ожидавший такого, поперхнулся, так как раз собирался сделать глоток. Он закашлялся, замахал руками, хватаясь за горло, ощущая, что задыхается и не может откашляться, не может избавиться от раздражения и щекотки где-то внутри.

Верховный шевельнул пальцем, Тимура словно хлопнули со всего размаха по спине и ему сразу стало легче. Тем не менее, он еще какое-то время откашливался, пуча глаза и хватая ртом воздух, ощущая себя полным идиотом. Верховный терпеливо ждал, потягивая свой напиток мелкими глоточками. Лечить дальше он не стал, предлагать позвать целительницу тоже.

— Простите, — пробормотал смущенно красный Тимур, — это было слишком… неожиданно.

— Ничего, я тоже виноват, — признался Верховный, — забыл, что делаю предложение слишком молодому человеку.

Тимур не успел решить, оскорбление это или комплимент, но скрывающий оскорбление — ибо что это за похвала слишком молодому возрасту, он же не девушка, так? — а Верховный уже продолжал.

— Но главное, что предложение сделано. Так что ты думаешь по этому поводу?

— Ну, гипотетически, — осторожно начал Тимур, — это было бы прекрасно. Гипотетически. Так как на практике я что-то не совсем понимаю, как такое возможно.

— Как обычно, много труда, терпения, потенциала и, самое главное, знакомство с правильными людьми и магами, — ухмыльнулся Верховный. — Самое необходимое у тебя, считай, уже есть, а законы можно и изменить.

— Законы?

— По закону Верховный архимагистр не может быть Императором и, соответственно, наоборот. Там еще есть ограничения, так сказать, чтобы развести в стороны магов и власть, но это сейчас не существенно. Главное, что ты согласен.

— Погодите, — озадаченно произнес Тимур. — Разве я давал согласие? Я лишь сказал, что это прекрасно, и то, если посмотреть, сколько обычно работы у начальства, я может, и изменю мнение. Опять же не говоря о достижимости такой цели.

— Для этого у руководства есть помощники, — усмехнулся Верховный, — но это уже детали. Что же, ты не отверг предложение с самого начала, давай рассмотрим все подробно.

Тимур уже подозревал, о чем заговорит Верховный, и это наполняло его душу леденящим восторгом и обжигающим ужасом.

— Думаю, ты и сам уже догадался, о чем пойдет речь, что только в очередной раз подтверждает твой ум, — заговорил Верховный. — Да, Алатейса. Любимая внучка Императора, третья в очереди на наследство.

— Третья, — пробормотал Тимур.

И она тратила столько времени в компании Тимура и Алтая…? От холода и огня внутри было трудно дышать.

— Разумеется, ведь первым идет старший сын Императора, впрочем, ты видел его, он стоял ближе всего к Императору.

Тимур не стал говорить, что ни черта он не видел, так как пялился на Алатейсу. А потом смотрел на Императора и краем глаза на Алтая. Ну да, родственники стояли рядом с троном, но что с того? Были бы там таблички, как на парковках «Старший сын и наследник», тогда было бы ясно. Образ с табличками был настолько неуместен, настолько смешон, что Тимур едва не взорвался смехом, до крови и боли в зубах прикусил язык. И все равно, оно прорвалось изнутри, через нос, каким-то сдавленным хрипом, хорошо хоть без вылетевших соплей.

— Прошу прощения, — пробормотал Тимур, зажимая нос рукой.

— Но у Алатейсы неплохие шансы, ее ум общепризнан и превозносится даже раньше ее красоты, которую ты, наверное, и так видел.

Наверное! Тимур едва не фыркнул возмущенно еще раз, заплевав Верховного. Но тут же спохватился, подумав, что не стоит, наверное, описывать дедушке красоту его внучки. Даже с самыми платоническими намерениями не стоило такого делать, а намерения Тимура, мысли в его голове (которым он не давал, впрочем, выхода), были далеко не платоническими.

Какой-нибудь доморощенный психолог мог бы заявить, что Алатейса похожа на жену и одновременно с этим немного на маму Тимура, только без их недостатков. Мог бы наплести чего-нибудь про Фрейда, комплексы, восприятие, но какое это имело значение? Алатейса была идеальна, а Тимур достаточно здравомыслящ, чтобы понимать — он недостоин идеала. Тем более такого идеала, которая когда-то станет Императрицей.

— Еще скажите, что она тоже влюблена в меня без ума, — пробормотал он сквозь зажатый нос.

Казалось, он вложил в слова достаточно иронии, но Верховный и бровью не повел.

— Врать не буду, такой страсти, как моя дурная егоза, она не испытывает, но.

Многозначительно оборванная пауза и одновременно с этим едва не оборвавшееся сердце Тимура. Он попытался сохранить лицо, удержать его равнодушным и вообще, быть как Алтай. Он попытался напомнить себе о миссии, но продержался недолго.

— Но? — вырвалось из его груди.

— Она видит в тебе потенциал, — доверительно сообщил Верховный. — Будь она магессой, как моя Нидейса, то может и влюбилась бы до потери сознания, настолько ты могуч внутри, но это лишь потому, что вы контактировали только словесно. Зачатки магии в ней есть, при тесном контакте она ощутит все, будь уверен.

Альфа-самцы, мелькнула фоном мысль, только на магический лад.

— А…

— А откуда мы это знаем? — ласково спросил Верховный. — Из тестов, конечно, что же ты думаешь, раз там не били молнии, не разваливалось здание, так мы ничего и не узнали? Нет, узнали, конечно, хотя и не то, что нам хотелось, увы. Но твой потенциал оценили и он выше даже моего.

— Да?

— Он выше любого в Империи, но если ты думаешь, что Нидейса полюбила тебя только за потенциал, ты ошибаешься.

— Да ничего я не думаю, — буркнул Тимур.

— Просто все сошлось одно к одному, но не сомневайся, как человека она тебя тоже любит.

Тимур бросил взгляд исподлобья, но бурчать ничего не стал. Верховный, впрочем, понял все правильно, улыбнулся доброжелательно и продолжил объяснения:

— Твой телохранитель как-то прочитал моей внучке лекцию о чувствах долга и ответственности.

— Он…, - Тимур хотел сказать, что Алтай его друг, но Верховный продолжал.

— И правильно прочитал, но я лишь хотел сказать, что эти чувства долга и ответственности, наши внучки получили от меня и Императора.

«Наши внучки», отметил Тимур, ощущая, что плывет. Весь разговор был сродни пытке, томительной пытке ожиданием, при этом нельзя было сказать, что Верховный издевается или проявляет враждебность. Наоборот, еще неизвестно, окажись Тимур на его месте, так не наорал бы на наглого сопляка-мага? Уж точно не стал бы предлагать ему свою любимую внучку. Или Верховный предлагал потому, что знал — Тимур откажется?

— И я уже говорил с ними обеими, они согласны поддержать наш план.

— Какой еще план?

— Как я уже говорил, все сошлось одно к одному, — удовлетворенно повторил Санджо, — возможно, сама судьба послала тебя нам, чтобы спасти Империю! Чтобы спасти весь мир! Возможно, спасти не только этот мир, но и массу других, включая твой собственный!

Как сказал бы Алтай «для боевого мага, Добрый, ты слишком добрый и неповоротливый в мирной обстановке». Вот и сейчас, до Тимура начало доходить, но оформлять смутные образы в ясные мысли не потребовалось, так как Верховный, морщинисто и добродушно улыбаясь, продолжил объяснения.

— У тебя есть потенциал — ты можешь стать Верховным Архимагистром! Ты им станешь, я лично помогу, обучу и натаскаю, помогу с экзаменами и рангами, помогу получить титул Верховного, и никто не скажет, что я предвзят, потому что твой потенциал беспределен. Ты же прибыл сюда учиться? Твоя миссия будет выполнена так, что лучше будет просто невозможно!

— Надо только жениться на Нидейсе, да? — предпринял последнюю слабую попытку сопротивления Тимур.

— Мелкая жертва на пути к величию, — махнул рукой Верховный, — пусть внучке будет приятно, а тебе это поможет на пути наверх. Когда за спиной мужчины стоит влюбленная женщина, он вдвое сильнее! Нидейса вроде не уродина, так что для дела можно и потерпеть. А потом выгонишь.

— Выгоню? — возмутился Тимур.

— Когда сосредоточишь всю власть в своем кулаке, никто и не возразит, а Нидейса поймет, что так нужно. Последует своему долгу.

— Я…, - Тимур остановился, ощутив, что ему заранее стало жалко Нидейсу.

Но возражать, что он не будет ее выгонять, словно они уже поженились?

— Разумеется, этого будет недостаточно, это лишь один из столпов власти, но думаю, со вторым тоже все понятно? Но на всякий случай я объясню, чтобы не осталось недомолвок. Ты женишься на Алатейсе.

Волна радости в Тимуре взметнулась, и он ощутил, как одновременно с этим в нем возникает стыд — а как же жены и дочка? — и еще стыд, уже на счет Нидейсы. Ей он отказывал в выходе замуж за любимого человека, но сам собирался поступить так же? Прикрываясь интересами Империи и долгом?

Как-то это было все… низковато.

— Она дала согласие, а дальше — я же говорил про потенциал? Ну вот. Император ее поддержит, и опять никто не скажет, что просто так — ум и заслуги у нее есть, просто немного изменится порядок наследования, вот и все. Уверен, что твой ум тоже проявит себя, и к моменту восхождения Алатейсы на престол, никто не назовет тебя мужем Императрицы. Нет, эта комбинация нужна, чтобы передать тебе власть максимально спокойно, не вызывая сотрясений в обществе. Армия могла бы возмутиться, но ты — старый фронтовик и ты знаешь, что им нужно для победы, более того, ты для того и взойдешь на оба престола, чтобы избавить Империю от этой ужасной войны, увенчав ее сокрушительной победой!

Тимур, едва осознавая, что делает, приподнял руку и утер пот со лба. Это было… много, но в то же время реально, при поддержке-то местных сильных мира сего!

— Если же тебя волнует вопрос двух жен, — продолжал Верховный, — то не волнуйся, это разрешено, и будь спокоен, ссориться они не будут, так как давно любят друг друга.

— Что? — прохрипел Тимур.

— А, дело молодое, — небрежно отмахнулся Верховный, — уверен, хороший муж отвратит их от этих глупостей.

Глава 17

Тимур и сам ощущал, что сидит и пылает, красный, как вареный рак. Не от смущения, конечно, а от наоборот, слишком хорошо развитого воображения, тут же нарисовавшего целый художественный порнофильм.

— Да, я понимаю, свободные нравы, — немного смущенно произнес Верховный, — но это ли не признак упадка?

Учащенно дышащий и пытающийся справиться с собой Тимур, не нашел сил заявить, что по меркам Земли это еще даже близко не свободные нравы.

— Но я так понял, что в вашем мире это в порядке вещей? Еще один повод, чтобы жениться сразу на двоих, не так ли? При такой поддержке успех захвата власти будет гарантирован, но, разумеется, все это не просто так. То есть власть не есть цель, она лишь инструмент, средство достижения цели — то есть победы в войне и спасения Империи. Ради нее, ради победы, мы — я и Император — готовы поддержать тебя, поступиться своей властью и внучками, поступиться всем, лишь бы Империя жила!

— Ну, нельзя же так решать за других, — пробормотал Тимур.

Да, Нидейса, возможно будет рада. Или нет? Она же вроде пыталась добиться того, чтобы Тимур добровольно ответил на ее чувства? Не убьет ли замужество из долга ее любовь? Вроде бы Тимур мечтал об этом, чтобы Нидейса от него отстала, а теперь, когда ему предложили способы реализации, мечта как-то увяла и поблекла. Может, просто методы не те?

— Можно, — уверенно ответил Верховный. — Тебе предстоит решать за всю Империю, за всех ее врагов, уверен, что они тоже будут бормотать о своих чувствах и что нельзя ничего решить насилием. Можно! У Нидейсы может играть эта дурь молодости в голове, но потом она поймет, что все это было ради ее блага!

Тимура аж передернуло слегка, пахнуло воспоминаниями из его собственной жизни. Да, ради блага, исковеркаем жизнь, согнем, заставим, ах ты неблагодарный дурак, все же ради тебя делалось, а ты не ценишь, неблагодарная свинья! Становилось немного понятнее, чего Нидейса поссорилась с дедушкой, и что она вряд ли помирится в ближайшее время, с такими-то заходами!

Да и нужно ли было мириться?

— Разумеется, ты не сможешь победить просто так и здесь, наконец, наш разговор добрался до твоего телохранителя.

Верховный не знал, как зовут Алтая? Вряд ли. Зачем же тогда он так подчеркивал работу Алтая?

— Разумеется, когда ты возьмешь власть, телохранителей у тебя будет сколько угодно, — небрежно повел рукой Верховный, — но главное — немного другое.

— Способности Алтая, не так ли?

— Предметы, которые он носит при себе, да, — кивнул Верховный спокойно. — Носит и не отдает.

— А как же тестирование?

— Его антимагический щит слишком силен, и мы так и не поняли, как он ухитряется сочетать все это с воздействием на технику Альянса и возможностью использования портала в другие миры. Тебе нужно будет приказать ему, отдать эти вещи, чтобы мы смогли спокойно их изучить.

— Он… он не пойдет на это, — потряс головой Тимур.

Да, Шеф поставил его главным, но в таких вопросах решал Алтай. В то же время, сверкающая мечта — Император и Верховный, власть, маги, две влюбленные друг в друга идеальных жены, все это маячило перед глазами Тимура, будоража кровь. И Верховный сыпанул еще горсть перца, дополнительно горяча и разогревая.

— Так объясни ему тогда, что это для общего блага! Мы изучим предметы и сможем открыть портал в ваш мир, связаться с вашим Шефом, и мы поможем ему. А он поможет нам своей техномагией — и Альянс падет наверняка!

«А я тогда вам зачем?» подумал Тимур.

— Разумеется, это идеальный вариант, — продолжал Верховный, словно подслушав его мысли, — который вряд ли реализуется. Даже ваше возвращение, насколько я понял, не открытие стабильного портала, а просто прыжок назад, и мы вряд ли успеем изучить его свойства за один раз.

А так можно было бы приказать Алтаю вернуться и решить проблему, подумал Тимур с сожалением. Просто боевые маги прибыли бы к Шефу чуть позже, когда имперцы заново открыли бы портал, прошли по следу, по которому вернулся Алтай. Зато этих магов было бы много!

— Поэтому тебе нужно приказать ему отдать все! — голос Верховного стал выше, построжел. — Это критично для победы в войне! Без вашего Шефа, только его вещи могут помочь нам справиться с техникой Альянса, а стало быть, их нужно изучить! Понять! Повторить! И тогда Альянс сам свалится к нашим ногам, после чего расправиться с биотами будет легко, только действовать нужно будет быстро, прежде чем они от отчаяния выпустят яд.

Выжечь напрочь, только без нарушения Договора, понял с холодком Тимур. Не то, чтобы он любил биотов, после подводного плена он их, можно сказать, ненавидел всей душой, но убийство целого народа? Да что там, подумал он зло, можно подумать, Альянс будут пряниками кормить! Явно же тоже всех выжгут, и ты об этом всегда знал, зло напомнил сам себе Тимур.

Но Альянс и Союз были врагами, ненавидеть их было легко и, сделав над собой усилие, еще можно было как-то представить их общую смерть. Но Алтай? Если он поставит приказы Шефа выше, что тогда? Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, к чему ведет Верховный. Пусть Алтай отдаст вещи или его заставят силой! Мол, хочешь быть Императором и Верховным, надо платить и плата эта — вещи, которые носит при себе Алтай.

— Послушайте, не все так просто, — произнес Тимур. — Да, Алтай, помимо всего прочего, мой телохранитель, но приказы он получал от Шефа. Уверен, он не отступит от миссии, не отдаст всего просто так.

— Невозможно угодить всем, — жестко произнес Верховный, чуть подаваясь вперед. — Странно для боевого мага так противиться насилию…

— Потому что он мой друг! — воскликнул Тимур яростно.

— Хм-м-м-м, — издал долгий, задумчивый звук Верховный. — Видимо, меня ввели в заблуждение.

«Нидейса?» радостно подумал Тимур. Приняла их сторону против дедушки?

— Но хорошо, — он снял кольцо с пальца и протянул Тимуру. — Возьми.

Тимур смотрел, колеблясь.

— Здесь сильнейшее снотворное, причем, сделанное без всякой магии! Если не веришь, можешь испытать вначале на себе! — сказал Верховный. — Подсыпешь его и твой друг просто уснет! Мы снимем предметы с его тела и проблема будет решена, никто не пострадает! Разумеется, кроме врагов Империи, но к ним ты, надеюсь, не испытываешь теплых чувств?

— Ни малейших, — искренне заверил его Тимур.

Он опять колебался, силясь принять решение, вспомнил подколки Алтая по этому поводу и решился. Не из-за подколок, конечно, не из ненависти к Алтаю, нет, тем более что никакой ненависти там не было. Нет, потому что Алтай всегда и сам говорил о долге и о том, что миссия важнее.

— Хорошо, давайте кольцо, — протянул он руку к Верховному. — Но вначале я попробую убедить его мирно!

— Конечно, конечно, — удовлетворенно кивнул Санджо, левитируя кольцо к Тимуру. — Так будет лучше всего. Мирно и добровольно лучше всего.

Тимур ухватил кольцо, украшенное чем-то вроде медицинского символа — змея или плющ, неясно было, слишком мелко, обвивала колонну. Кольцо было увесистым, и Тимур с неожиданной вспышкой понимания осознал, почему кольца раньше на жаргоне именовали «гайками». Оно и напоминало такую гайку, огромную, тяжелую, словно бы навинчивающуюся на палец.

— Снотворное в кольце, — указал Верховный, неправильно поняв заминку. — Нужно слегка сдавить и тогда верхушка сдвинется, а внутри будут крупинки. Двух крупинок хватит, чтобы обычный человек проспал всю ночь.

Но Алтай необычный человек, мысленно продолжил Тимур, и непонятно, сколько ему сыпать.

— Пять крупинок на время нейтрализуют даже магистра, — любезно подсказал Верховный.

— Магистра?

— Согласно нашим тестам, именно таков примерно уровень щита у твоего телохранителя, — пояснил Санджо и тут же добавил задумчиво. — Знаешь, если бы мы смогли воспроизвести такой щит… да выдать его каждому магу на фронте!

Тимура неожиданно пронзило картинкой, лицами всех из «инвалидной команды», кто погиб в боях. А ведь и правда, будь у них такой щит, то все остались бы живы! Ведь у самого Алтая нет магии, значит у него при себе какое-то хитроумное приспособление Шефа, не так ли? Так какая разница, сколько их приказывать отдать или снимать с сонного тела — два или три?

Замелькали картинки того, как он передает эти вещи Верховному, как резко прыгает вперед прогресс, как сам Тимур становится сильнее, мощнее, получает Нидейсу и Алатейсу в жены. Сама по себе внучка Верховного все еще его не привлекала, но в комплекте с Алатейсой! Власть, сила, магия, идеальная красота! Потом они явятся к Шефу и помогут Земле, да что там, каждый будет править своим миром!

Да, за это придется заплатить немалую цену, но разве не был готов ее заплатить Шеф? Разве не собирался он утопить в крови своих врагов, во имя справедливости? Чем Тимур хуже? Ведь он не для себя старается, спасает целую Империю! Конечно, лучше всего было бы спасти всех, но этот сраный Договор четырехсотлетней давности… разве что разослать врагов в другие миры, объявив победу Империи? Да, наверное биоты не отказались бы вернуться, не так ли? А он останется править, вместе с двумя женами… Тимура ожгло стыдом и презрением к себе, и он склонил голову, закрывая пылающее лицо руками.

Он что, с ума сошел? Какая еще власть? Императорство и гарем из двух жен, которые не прочь развлечься друг с другом, словно в дурной книжке из интернета? Он что, всерьез обдумывал все это и собирался отдать Верховному вещи Шефа? Те вещи, которые Верховный не прочь был бы забрать силой, просто отвесив пинка Алтаю и Тимуру?

Где, когда, в какой момент, он свернул не туда?

Неужели он и правда собирался идти по головам к власти, мня себя спасителем? Неужели он всерьез собирался подсыпать снотворного (а может и яда, кто знает), лучшему другу и наставнику, тому, с кем он бился плечом к плечу, да что там, своему собрату-землянину, как бы пафосно это ни звучало?

И Тимур ответил сам себе — да, собирался.

Человек способен придумать оправдания чему угодно, и Тимур именно этим и занимался. Обманывал сам себя, охотно веря подсунутым ему оправданиям. Победа Империи? Так Альянс и Союз же враги, ты же и так убивал их! И возразить нечего, да, убивал, и соглашательство в малом словно бы приводило к соглашательству в большом — Альянсу и Союзу нужно умереть, чтобы Империя жила.

У тебя есть потенциал, у тебя есть возможности, бери власть и становись Верховным. Ведь с такой миссией его посылал Шеф — учиться, а тут ему предлагают стать лучшим из магов, ну как отказать? Вот тебе идеальная женщина, она вся твоя, ну как тут отказать? Вспомнить про жену и отказать? Так ведь женщина не просто так, она же дает власть, а власть дает еще больше власти и дает возможность выучиться магии и более того, привести на помощь Шефу еще больше магов!

И Тимур согласился бы, согласился и даже не задумался бы, не перегни слегка Верховный палку. Видимо, очень уж жаждалось ему обладания вещами Алтая, которого он воспринимал лишь телохранителем Тимура. Даже после слов о друге Верховный не остановился, попробовал на ходу проявить гибкость со снотворным, но это и стало последней соломинкой, сломавшей спину верблюду.

Тимур мог попросить Алтая, мог бы начать уговаривать, но ударить в спину? Наступило отрезвление, а вместе с ним и осознание всей ловушки. Как там было — огонь, вода и медные трубы? Вот-вот, чуть не попался. Чуть не забыл про жену, да что там и Шефа, ведь останься Тимур — разве он выполнял бы свою миссию? Нет, он работал бы на Империю, и кто знает, что та учинила бы на Земле?

Теперь нужно было успокоиться и собраться с мыслями, попробовать разрешить ситуацию.

Нет, в первую очередь надо было как-то скрыть все, не выдать себя, выиграть время, дабы успеть найти Алтая и сбежать вместе с ним. Усыпить подозрения. Как? Взволнованный вид ладно, он вполне объясним, но к нему нужно что-то еще, чтобы усыпить подозрения, показать себя решившим принять предложение Верховного. Но что?

— Вы знаете, — доверительно сказал Тимур Верховному, осененный мыслью, — ведь та вещь у Алтая не вернет нас на Родину.

— Да? — удивился Верховный. — А как же тогда?

Он сделал жест рукой.

— Сам не знаю, — признался Тимур, — но зная Шефа — это какой-то техномагический маяк, на который мы и вернемся.

— А переходы между мирами?

— Еще одна чужая магия, переходы в случайном порядке, опять же недоступные для контроля и недоступные мне, как магу.

Выражение лица Верховного стало вопросительным, слегка недоумевающим. Тимур изо всех сил пытался удержать лицо слегка волнующимся, слегка заискивающим, в общем, таким, каким оно было бы, если бы он согласился бы на предложение Верховного и теперь переживал за выполнение договора и чтобы не остаться без вожделенного приза.

— Ведь если вы отправитесь в другой мир, Договор не будет иметь силы? — уточнил Тимур.

— Не знаю, — покачал головой Верховный. — Магия, вложенная в него, может достать и в другом мире, невозможно сказать заранее.

— Тогда можно изучить магию прыжка и затем отправить Альянс и Союз восвояси, в другие миры, а вы останетесь победителями, — предложил Тимур.

Да, нелегко терять родной мир, но зато все останутся живы, не будет геноцида, не так ли? Тимур всеми силами излучал мирные мысли, прикидывался простачком, который хочет лишь помочь и мирно решить проблему. Хочет власти да, но без лишней крови.

— Возможно, — озадаченно потер подбородок Верховный. — Возможно.

— Тогда я поговорю с Алтаем, чтобы он отдал вам портальный артефакт, — сказал Тимур, поднимаясь, и добавил многозначительно. — Для начала.

После чего он вышел, надеясь, что все же убедительно сыграл свою роль человека, купившегося на власть, деньги, магию и красивые тела.

Глава 18

Сказать, что Тимур был встревожен, значило ничего не сказать. Вышел то с уверенным видом, да только внутри был совсем не уверен в своем представлении. Вроде бы он сумел удержать лицо, но сумел ли обмануть Верховного? Сомнительно. Стало быть, нужно было торопиться, нужно было найти Алтая и рассказать ему все, а может даже просто сказать, что они возвращаются, а потом уже все рассказать?

В любом случае, время поджимало.

Тимур шел торопливо, едва сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег, не выдать себя. Торопливый шаг еще можно было выдать за нетерпение, желание выполнить поручение Верховного как можно скорее, но бег точно насторожил бы всех. Не говоря уже о том, что сам Тимур пребывал в раздрае.

Мысль о том, что он поступил правильно, не предал друга, грела и поддерживала, но в то же время. В мечтах он уже был Императором и Верховным, помогал Шефу, спасал миры — ведь необязательно убивать всех, так? Изучить портальный кругляш, да отправить Империю в другой мир, чем не выход? Все это, включая магию, роскошь, идеальную женщину, словно бы уже принадлежало Тимуру и расставаться с ними было нелегко. Какая-то часть мозга пыталась придумать выход, выкрутиться, подсовывала дурацкие идеи, ныла «ну а вдруг они тут не такие плохие?» в общем пыталась рационализировать решение остаться.

— Добрый! — донесся выкрик.

Тимур бросил взгляд на Нидейсу и ощутил укол в груди. Рядом с внучкой Верховного, которая не знала об интригах дедушки, стояла Алатейса, которая не знала об интригах своего дедушки. В простом элегантном платье, с бокалом в руке, со слегка удивленным выражением лица, которое озарилось радостью при виде Тимура. Идеальная женщина, наглядная, живая и теплая, и боль в груди Тимура усилилась.

Словно там засел пульсирующий еж, с острейшими в мире иголками.

— Извини, но я тороплюсь, — пробормотал Тимур.

Маневр обхода и уклонения не удался, Нидейса и Алатейса перехватили его по дороге. Они стояли рядом, словно две сестры, разные, но в то же время прекрасные, и Тимур прикусил язык от боли. Бросить все, вернуться, провалить миссию — ему хотелось засунуть руку в грудь и вырвать себе сердце. Но в то же время он знал, что не сможет жить, если предаст Алтая и ударит ему в спину, а стало быть, и в спину Шефу.

Или, что гораздо страшнее, сможет с этим жить. Придумает себе оправдания, замаскирует свою подлость и предательство, и будет с этим жить. Забудет о жене и будет любить Нидейсу и Алатейсу, возглавит Империю, утопит Альянс и Союз в крови — дабы Империя возвысилась. Возможно, потом даже возглавит поход в соседние миры или в тот мир, откуда пришли маги — дабы отомстить. Наберет себе еще жен, и все это под оправдания, что он хочет лишь помочь, лишь выполняет миссию Шефа.

Возможно, даже сам поверит в это.

— Куда можно торопиться в такой день? — удивилась Нидейса. — Ты — герой Империи! Сам Император беседовал с тобой столько времени! Теперь перед тобой открыты все дороги! И дедушка тебя утащил слишком рано, ты мне должен один танец!

Мысли Тимура метнулись в разные стороны. Отказаться, значит выдать себя. Но согласиться — потерять время. И в то же время, в присутствии Алатейсы его решимость таяла, отступала под натиском той части мозга, что пыталась придумать повод остаться.

— Мне нужно срочно найти Алтая, это наиважнейшее, государственное дело, — наконец подобрал слова Тимур.

— Я найду его, — улыбнулась Алатейса, усиливая боль в груди Тимура. — Государственные дела это ко мне.

Говорила она тепло, по дружески, и Тимуру хотелось взвыть и начать рвать на себе волосы. Ну почему, почему всегда все портится в последний момент? Мозг тут же начал подбивать его на непотребства — затащить обеих в какую-нибудь комнату и переспать, после чего мчаться за Алтаем.

— Тем более что и правда, Нидейса осталась без танца, словно она и не герой Империи, — продолжала Алатейса, слегка улыбаясь Тимуру. — Так что танцуйте смело, я мигом найду нашего третьего героя. Ему что-то передать?

Тимур удержал слова, лишь промолвил скупо, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Нет, просто нам нужно поговорить и как можно скорее.

— Понимаю, — и Алатейса ушла, одарив Тимура напоследок еще одной улыбкой.

Роскошь залов и собравшейся знати сливалась для Тимура в какой-то размытый фон, руки слегка дрожали, словно он боялся. На самом деле, конечно, в нем зашкаливал адреналин, готовность к бою, но так как боя не было, он просто слегка дрожал.

— Рассказывай, — почти что приказала Нидейса, вытаскивая его на центр для танцев.

Вокруг кружились еще пары, гремела музыка, так что можно было сказать, что подслушать их было затруднительно. Движений танца Тимур не знал, но Нидейса вела, направляла, а Тимур все оглядывался, выискивая взглядом Алтая. Но находил он лишь размытый фон вокруг.

— Что рассказывать?

— Чего там тебе дед наплел, что ты прям дрожишь?! Этот гад тебя запугивал?! Ух, я ему! — цедила, рычала Нидейса, не отрывая взгляда от Тимура.

Тот посмотрел на нее, неожиданно переключившись мыслями. Это было, конечно, не предательство с ударом другу в спину, но тоже своего рода предательство. Сбежать и бросить безнадежно влюбленную в тебя, бросить в другом мире, из которого она никогда не сможет вырваться.

Тимур вначале поразился сам себе, обвинил в идиотизме, похоти, измене жене, но затем понял, что им движет лишь жалость. Кому другому — кроме Алатейсы! — он, возможно, ничего и не сказал бы, но Нидейса все же была своя. Они вместе ходили в атаки, прикрывали друг другу спину, делили последний кусок хлеба перед отчаянной атакой на прорыв, когда только мастерство Алтая спасло их и дало вырваться из кольца.

Наверное, предатели Империи наводили врагов на внучку Верховного.

Нидейса была своя, пусть ее влюбленность и была занозой в заднице. Она поссорилась с дедушкой, да и не пихала Тимура никуда. Всегда говорила, что хочет добровольно добиться взаимности чувств. Конечно, она согласилась с планом Верховного — будучи человеком долга — но что при этом творилось в ее душе? Растоптать себя во имя миссии? Да, это Тимур мог понять, но никак не одобрить.

Мало того, что она согласилась, так еще и Тимур теперь собирался бежать, ничего ей не сказав!

— Бежим со мной, — вырвалось у него.

— Бежим, — согласилась Нидейса легко, — с тобой хоть на край света!

Тут же лицо ее перекосило гримасой, и она прорычала.

— Все-таки дед пугал тебя! Идем к нему! Я выскажу ему все в лицо!

— Нет, нет, Нидейса, послушай, — удержал ее Тимур. — Внимательно послушай, я может буду сбивчиво объяснять, все-таки я не оратор.

— Ничего, ты говори, я пойму, ты главное говори, — тепло улыбнулась Нидейса, и Тимура снова кольнуло болью.

— Выслушай, пойми и только тогда давай ответ, хорошо? — еще раз повторил Тимур. — Очень важный вопрос, хотя решать тебе придется быстро.

— Слушай, я уже сама начинаю тревожиться!

Они кружились, мелькали фоном стены, потолок и танцующие, а Нидейса, встревоженно хмурясь, смотрела на Тимура. Тот попытался подобрать слова, сложить их в нечто связное и короткое, но вышло, как всегда, не очень. Сражаться все-таки было легче, чем говорить, и Алтай, молчаливый и все понимающий без лишних объяснений Алтай, вот кто был идеальным собеседником!

Но все же Тимур собрался с силами и заговорил.

— Постарайся не кричать, ладно? Твой дедушка…, - Тимур вздохнул, — я не могу сказать, что он решил предать, наверное, он изначально к этому стремился, действовал в интересах Империи и все такое.

— Добрый, ты словно выпадаешь из реальности! Что ты там бормочешь?

Тимур наклонился вперед, прямо к уху Нидейсы, которая вздрогнула от такого тесного контакта, и произнес шепотом, практически интимно.

— Твой дедушка обещал мне твою руку, а также женитьбу на Алатейсе, предлагал стать Верховным и Императором в одном лице.

Он отстранился, Нидейса покраснела, отвела взгляд.

— Да, он говорил.

— И еще он сказал, что ты согласна!

— В интересах дела, — теперь неразборчиво бормотала сама Нидейса, — ну что же, хоть так, ведь другим способом я тебя вряд ли добьюсь. Мне придется делить тебя с другой женщиной, ну что же, пусть это будет Алатейса, она хотя бы подруга. Очень-очень близкая подруга.

Тут она вскинула голову.

— Так он тебе уже предложил?! Речь шла о следующем месяце! Ах, дед!

— Более того, он еще и давил на меня магией, — добавил Тимур.

В глубине души он знал — не давил, разве что общую атмосферу задавал, но это была прекрасная отговорка. Это была отговорка, которую Тимур готов был принять, прикрыться ей и поверить в нее. Тяжело и страшно признаваться самому себе, что да, готов был предать. Готов был оставить все и ударить в спину. Конечно, кто другой указал бы на приз за это предательство, да что там, масса людей не задумываясь, уже подсыпали бы Алтаю в бокал снотворного.

Вознаградил бы их потом Верховный, как обещал или тоже предал?

— Почему? Разве ты был не согласен? Мне, — Нидейса чуть напряглась, произнесла с усилием, — казалось, что тебе нравится Алатейса. Ну, помимо того, что ты хотел выучиться магии.

— Нравится? Да я готов сердце из груди вырвать и бросить к ее ногам!

— Так почему же…

— Ты знаешь, какую цену он предложил мне заплатить за это?! Предать Алтая! Ударить ему в спину! Да что там, фактически убить! — воскликнул Тимур.

Танец подошел к концу, и Нидейса остановилась, ахнула, поднесла руку ко рту, побелев.

— Поэтому ты искал его?

— Да! Я вроде сделал вид, что готов предать, но я не готов!

— А я, получается, тебя отвлекла, — повесила голову Нидейса.

— Нет! То есть да, ты отвлекла, — Тимур повел ее в сторону, — но я и с тобой тоже хотел поговорить. Хочешь вернуться с нами?

— А? — вскинула голову Нидейса.

Затем до нее дошло, глаза ее и рот широко раскрылись. Тимур торопливо добавил:

— Сразу скажу, у меня там жена и я не намерен ей изменять. Но там ты будешь вдали от дедушки и твои силы точно пригодятся, увидишь, у нас очень дружная команда, уверен, тебе понравится Шеф!

То, что она будет рядом и сможет смотреть на него и надеяться, осталось невысказанным, но Тимур был уверен, что Нидейса и так все поймет. И она поняла, судя по ее виду.

— Нелегкий же выбор ты предлагаешь, Добрый, — выдохнула она, кусая палец и не замечая того.

Тимур лишь вздохнул в ответ.

— Да, в таком свете вторая жена выглядит еще очень даже ничего, — горько хохотнула Нидейса, и добавила зачем-то. — Но нет, Алатейса точно не уедет, она вечно в делах, Империя для нее всегда была на первом месте, хотя… нет, даже ради меня не уедет. Все же юная страсть прошла, а жаль.

Нидейса вздохнула тяжело, еще раз осмотрела Тимура с ног до головы, словно заново оценивая и взвешивая на внутренних весах. Не то, чтобы Тимур замер в нетерпении, но все же жалость к Нидейсе, затираненной дедом, никуда не делась. Возможно, что тоже чувство долга ей привили насильно, не спрашивая, хочет ли она того. Да какое возможно, наверняка так оно и было!

Конечно, Нидейса на Земле — масса проблем, но все же — внучка Верховного, с особой подготовкой, она уж точно станет сильнейшей в команде. Возможно, даже Шефа переплюнет, по совокупности, хотя Шеф уж точно не будет в претензии за такое.

— Ничего, зато моя страсть не прошла, — выдохнула Нидейса, чуть встряхнула руками, словно сбрасывая напряжение. — Идем! Хорошо, что ты появился в моей жизни и открыл мне глаза, а то я так бы и провела всю жизнь, думая, что дед… а, ладно! Ты прав! Там у меня будут шансы!

— Ты же понимаешь, что вернуться не удастся?

— А зачем мне возвращаться? — пожала плечами Нидейса, сделала отметающий жест рукой. — Ну, дед, ведь знала же… а он!

Она бормотала под нос, но Тимур все равно слышал, правда, поддерживать словесно не рискнул. Просто потащил Нидейсу за собой, выглядывая Алтая. Обычно тот всегда был поблизости, да и Алатейса отправилась же его искать?

— О, Алатейса! — обрадовался Тимур, как раз заметив ее.

Та помахала рукой, и едва они приблизились, зашептала.

— Алтай мне уже все рассказал!

— Да? — удивился Тимур.

Хотя, это же был Алтай, тот вечно был в курсе всего и вся.

— Да, очень жаль, что вы уезжаете. Я, — Алатейса неожиданно обвила руками шею Тимура и поцеловала крепко, долго, прижимаясь горячим телом.

Тимур растерялся, потом размяк, ощутил, что еще чуть-чуть и сдастся, уступит. Поднял уже руки, чтобы оттолкнуть Алатейсу, но та и сама разжала объятия, чуть толкнула Тимура назад, словно возмущаясь. Дикая боль пронзила его со спины, и Тимур рефлекторно исполнил заклинание, развернулся… чтобы получить еще один удар ножом от Нидейсы, но теперь уже в грудь.

— Алтай? — деловито спросила внучка Верховного.

— Усыплен и упакован, наверняка уже началось извлечение, — ответила Алатейса так же деловито.

Переступила через упавшего, силящегося сказать или наколдовать что-то Тимура, обдав теплом и обмахнув платьем, после чего слилась в крепком поцелуе с Нидейсой.

— Твой последний поцелуй, Добрый, был очень сладок, — произнесла Нидейса, утирая губы, — спасибо тебе за него. Спасибо и прощай.

Глава 19

— Забирайте его, — равнодушно бросила Алатейса, поглядывая свысока.

Тимура подхватили под руки, вздернули и потащили прочь от двух подружек, которые даже не подумали оглядываться в его сторону. Боль от ран сливалась с болью в сердце, и перетекала в дичайшую ненависть, злобу такую, что багровело в глазах и перехватывало горло. Тимур и не думал, что может ненавидеть так истово.

Нож, которым его ранили, явно был не простым, и магия не откликалась, не приходила на помощь. Тимур внезапно понял, что его опасались до последнего, и что поцелуй Алатейсы нужен был только для того, чтобы он утратил бдительность и не наколдовал чего-то в последнее мгновение.

Ярость полыхала, в груди горело, и Тимур начал действовать. Он чуть поджал ноги, добавляя давления на руки тех, кто тащил его, затем толкнулся, наваливаясь в одну сторону, и вырвался из захвата. Тут же присел, перебрасывая через себя тащившего, все, как учил Алтай. Дичайшая боль в теле была ничем по сравнению с болью душевной, по сравнению с мыслями о том, что Алтай где-то там, в ловушке.

Получается, Тимур все равно предал его, подвел, подставил!

— Ах, вы ж бляди магические! — прорычал он, преодолевая боль.

Магия не вернулась, но он ухватил ближайший светильник на длинной бронзовой подставке, взмахнул им, словно дубиной. Двое тащивших его барахтались на полу, третий отступал, зажимая плечо, четвертый уже вскидывал руку. Тимур молча треснул его светильником, словно копьем, добавил тычок в живот и снова по голове, а затем добавил еще, разбивая голову и давая выход своей ярости.

— Чтоб вы все сгорели! — прорычал он.

Один из тащивших перекатился, ударил заклинанием, и Тимура отбросило, он покатился по полу, бессильно рыча и силясь разорвать путы.

— Быстрее! Он нужен нам живым!

Тимур неожиданно понял, что ощущают смертники, взрывающие себя. Он с радостью сейчас взорвал бы себя вместе с этими гадами, разнес бы к чертям весь дворец, всю Империю, чтобы та рухнула в глубины ада за такое предательство. Весь план обработки предстал перед ним во всей полноте, но толку? Алтай, Шеф, жена и дочка… Тимур перекатился еще, начал тереться путами об угол, не обращая внимания на боль, глядя сквозь багровую пелену на трех магов, назначенных утащить его куда-то. В лабораторию, скорее всего, для полного исследования, с разбором на органы и запчасти.

— Живым?!

Он наклонился и рванул вперед, на таран, собираясь забрать с собой еще одного врага. Пускай нет магии, плевать! Разбить ему голову, а самое главное — разбить свою голову! Откусить язык, насадиться на штырь, хоть как-то да покончить с собой, не дать им насладиться победой!

Идущий впереди шевельнул пальцами и Тимур взмыл в воздух.

— Не терять бдительности, — бросил он остальным.

— Может, подлечить его? — спросил второй.

Тимура снова пронзило болью, Второй скорее всего сейчас разбирался с Алтаем! Если тот доверял Алатейсе… если бы ненависть могла сжигать, то Тимур сейчас бы испепелил всю столицу. Но увы, без своей магии, что он мог? Только бессильно барахтаться, бессильно прожигать магов взглядом.

Он оглянулся, но нет, никто не спешил ему на помощь, ну да, дураков нет вмешиваться в операцию Императора и Верховного. Один он такой дурак, предатель, трус, висит тут в воздухе! С решимостью отчаяния Тимур начал грызть свой язык, собираясь хоть так покончить с собой, но его гримасы и подергивания не остались незамеченными.

— Проклятье! — вскричал первый. — Давайте быстрее!

Тимура повело вниз, дополнительно ударило заклинанием и мышцы челюсти свело. Еще хуже, один из магов оказался рядом, полез в рот пальцами, проверяя состояние языка, и Тимур, который был не в силах даже сказать «Чтоб ты сдох!» лишь прожигал его взглядом, представляя, как взрывается голова лезущего ему в рот.

Дворец неожиданно содрогнулся и Тимура окончательно уронили на пол.

В небеса возносился огненный гриб, не хуже, чем от ядерного взрыва, пол и стены вокруг дрожали, донеслись встревоженные выкрики. Затем крики усилились, где-то на краю взгляда пробегали испуганные люди, ударило горячей, обжигающей волной, сбивая всех с ног, срывая картины и опрокидывая все, что не было приколочено. Тимура тряхнуло, и он попытался толкнуться, хоть как-то вырваться из захвата.

Новый огненный гриб взлетел к небесам и в этот раз вместе с ним взлетели несколько фигур, оглашая окрестности истошными воплями. Вопли практически сразу стихли, так как фигуры испепелило, а в сердце Тимура внезапно вспыхнула надежда. Алтай! Кто еще это мог быть, как не Алтай? Значит, он был еще жив, еще сражался! Но что он мог, против всех высших магов, наверняка втайне собравшихся тут?

— Алтай, уходи!! — заорал Тимур, неожиданно ощутив, что паралич челюстей спал.

Он погибнет здесь, пусть, хоть как-то искупит свое предательство, все равно, из него никаких секретов враги просто не сумеют извлечь. А вот Алтай… и тут же Тимура осенило новой мыслью — а как же Шеф? Сжав сердце в кулаке, Тимур изогнулся, навалился на валяющегося рядом мага, ударом головы вбивая его голову в пол. Плевать! Пусть лучше вернется один Алтай, чем завалится вся Империя, жадная и наглая.

Как он вообще мог верить, что они хотят добра? Их выпнули из прошлого мира, наверняка, они там тоже пытались нагло все захватить и сожрать! И он едва своими руками не привел их на Землю, не отдал на пожирание родной мир! После Альянса, маги даже не вспотели бы, захватывая Землю, и ни о какой пощаде там и речи быть не могло, их ненависть к технике явно затмевала им разум.

— Алтай!!! — снова взревел Тимур, потому что крик хоть как-то придавал ему сил. — Уходи!!!

Алтай, конечно же, не мог его слышать, но какая разница?! Хоть как-то искупить предательство! Тимур еще раз ударил головой, ощущая, что еще немного и все, упадет и не встанет, наклонился, впиваясь зубами в шею мага. Удар отбросил его, едва не лишив сознания. Стены и потолок крутились, меняясь местами, а тело продолжало цепляться за сознание, продолжало сражаться, тогда как Тимур желал лишь одного — умереть.

— Эй, ты чего?

— Да он Прейсу чуть горло не выгрыз! Сейчас я его! А потом ты его подлечишь и потащили!

— Ты что, не видишь…

В поле зрения появились двое магов, явно с недобрыми намерениями, и Тимур, который так и не смог скинуть путы, выплюнул в их сторону несколько проклятий и давно вынашиваемое, подсердечное:

— Чтоб ты сдох!!

Дворец снова содрогнулся и внезапно голова ближайшего мага взорвалась, и тут же голова второго мага тоже взорвалась, и двойной дождь крови и мозгов обдал все вокруг. Волна жара прокатилась, а Тимур оскалился, облизнул губы, ощущая там соленый привкус и снова заорал:

— Да!! Алтай!! Уходи!!!

Рядом мелькнуло что-то, Тимура приподняло, обдав жаром, и он ощутил, что путы его разрезаны. Что-то вонзилось в спину Тимура, словно новый нож, и он развернулся, с криком, полным ярости и возмущения.

— Алтай, я же…, - Тимур поперхнулся словами, оперся о стену, закончил по инерции, — … кричал — уходи!

На него смотрел, скалясь обнаженными зубами, металлический скелет, словно терминатор из фильма, разве что красные огоньки в глазах отсутствовали. Это не мог быть Алтай, но кто еще это мог быть?

— Алтай? — выдохнул Тимур, машинально протягивая руку.

Тут же отдернул, обжегшись, так как скелет был раскален, чуть ли не добела.

— А ты кого ждал, Алатейсу?! — со знакомой иронией произнес терминатор.

— Она…

— Да понял уже!

Терминатор — Алтай неожиданно развернулся, выдал очередь с двух рук, поливая полыхающий дворец плазмой, тут же дернул Тимура за шиворот, оттаскивая прочь. В то место, где они стояли, ударил вихрь заклинаний, обращая кусок дворца в плавящееся, распадающееся на атомы болото.

— Вот неугомонные, — кекнул металлическим голосом Алтай. — Так, ну-ка!

Он выхватил откуда-то сбоку еще несколько шприцов, воткнул в Тимура, словно ножи, тут же сжал ему челюсть невообразимо сильными пальцами, моментально сменив плазменный пистолет на горсть таблеток.

— Вот так продержишься, а там Марина подлатает, — сообщил он.

И тут же выглянул, метнул две гранаты и потащил Тимура дальше. За спиной полыхало, взрывалось, дворец вокруг дрожал, готовясь рухнуть в любую минуту. Тимур ощущал, как у него подгорают волосы на затылке, как трещат они в такт рубашке, а шея превращается в один огромный ожог. Похоже, Алтай вколол ему что-то обезболивающее, потому что боли Тимур не ощущал.

— Вот так и еще вот так! — Алтай пришлепнул пластыря на раны Тимура, прямо на ходу. — Слушай, похоже, нам не дадут поговорить спокойно, а времени практически нет!

Откуда-то сбоку ударило заклинание, разбилось о скелет Алтая, кожу Тимура защипало, а сам Алтай, не глядя, подстрелил мага. Навстречу вывернулось несколько придворных, Алтай срезал их на бегу, словно в тире.

— Слушай, мою магию забрали!

— Блокиратор магии, — лязгнул Алтай, — ерунда, через час пройдет. Подлечить тебя это не помешает, не волнуйся, через пару минут будешь с Шефом!

— А ты?! — закричал Тимур.

— А я останусь.

— Ты!!!

Крик Тимура заметался между дрожащих и разрушающихся стен. Крышу дворца смело, и крик Тимура вырвался на свободу, сгинул в полыхающем небе. Но как он мог не кричать, когда он предал Алтая, а теперь, получается, тот оставался, и что это было, как не повторное предательство?!

— Нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя, — неожиданно процитировал Алтай.

Цитата из Библии была настолько неуместна — в другом мире, из уст робота (или киборга?) — что Тимур невольно поперхнулся своими доводами.

— Не волнуйся, я останусь жить, но для этого ты должен действовать быстро, для этого ты должен действовать, а не сомневаться и должен верить мне.

— Я верю тебе, — выдохнул Тимур, не зная, что тут еще можно сказать, затем крикнул с отчаянием в голосе: — Я сам направил тебя в ловушку! Нидейса только притворялась!

Алтай неожиданно метнул его в нишу, а сам рванул вбок, на открытое пространство, и там замелькали огонь и плазма, затем все начало рваться, заволокло магией, и выглянувший осторожно Тимур заметил лишь клубящуюся пыль, в которой метались тени. Дворец снова затрясся, как будто его разламывали изнутри.

— Бежим! — из пыли выскочил Алтай.

Он опять был раскален добела, левая рука его стекала металлическими каплями, часть черепа тоже была деформирована, и голос окончательно утратил интонации.

— Вот незадача, — спокойно сказал Алтай, заметив свое состояние. — И не кори себя, я знал про ловушку, готовился к ней, но эти старцы сумели удивить. Я думал — уйдем вместе, но видимо не судьба, раз уж они призвали бога.

— Что? — севшим голосом спросил Тимур.

Но Алтай и не подумал что-то объяснять, лишь повернул голову, словно вслушиваясь, и сказал:

— Ладно, времени вообще нет, слушай внимательно, видишь дверь?

— Да.

— Из моей головы сейчас выскочит цилиндр, хватай его и прыгай за дверь, у тебя будет три секунды, пока моя система перезагрузится и уйдет в боевой режим.

— Что?

— В цилиндре маяк и мои воспоминания, моя личность, тот я, который говорит тебе это! — Алтай вскинул правую руку, выстрелил куда-то в небо. — Останется только терминатор, да-да, Шеф оттуда и слизал образ, ты что, не знаешь Шефа?! Терминатор даст последний бой, потому что он может только убивать. Не успеешь скрыться, убьет и тебя!

— Я готов, — облизал губы Тимур.

Вопросы теснились в его груди, но неожиданно открывшаяся возможность искупить собственное предательство, унеся с собой личность Алтая, дарила надежду.

— Приоткрой дверь и не забудь захлопнуть за собой, нет, не успеешь в таком состоянии, — покачал головой Алтай. — Просто хватай, прыгай и активируй, пока сюда не добрались маги.

— Там еще остались? И что за история с богом?

— Ну, их Совет я уложил, — лязгнул металлом Алтай, — вместе с Верховным, теперь у Альянса будет шанс нагнуть Империю.

— А…

— Скажи, что ты не рад этому.

— Рад, но когда ты все это успел?

— А ты еще не понял? — голос звучал механически, именно что, как у робота, и это было больно слышать. — Там сразу было ясно, что они попробуют обдурить нас, но они же сами предложили миссию по захвату одного из штабов Альянса?

— А зачем ты согласился?

Возбуждение спадало, боль накатывала и Тимур ощущал нетерпение и страх.

— Тебе надо было учиться, да и я мог ошибаться. В любом случае, прихватил в штабе на земле и затем на линкоре все, что нужно, так как с шпионами Альянса в столице полный швах, сколько ни бегал, ни одного так и не нашел. Без своей техники они тут бессильны, как и маги в Альянсе без магии. Заодно свою слабость продемонстрировал, и они поверили, глупцы. Но и я глупец, не учел их храмовников! Летят! Давай!

Череп раскрылся и оттуда вылетел цилиндр, Тимур поймал его в прыжке и тут же скакнул в дверь, ногой прихватывая дверь и падая плашмя. Он и сам не знал, что способен на такое, но знал, что просто должен, обязан вернуться к Шефу, просто не может не вернуться! Во время прыжка он успел увидеть страшное и прекрасное зрелище: взмывающую к небесам фигуру, пылающую так, что глазам было больно, и парящие вокруг искорки.

Призванный бог и маги вокруг, понял Тимур, ударяясь об пол.

Дверь, как и стены, начала плавиться, оттуда доносились взрывы, било жаром, и Тимур неожиданно сообразил, что не знает, как активировать маяк. К счастью, Шеф все предусмотрел, и промахнуться мимо большой красной кнопки, было просто невозможно. Дверь разлетелась на куски, и внутрь влетел Терминатор, теперь уже настоящий, бездушный робот, машина уничтожения.

Наполовину расплавленная машина, успевшая, впрочем, выстрелить в Тимура.

— Прощай, Алтай, — пробормотал Тимур, падая на пол и ощущая, как выстрел вместо живота обжигает ему руку, и, ощущая, как межмировой портал швыряет его во тьму перехода.

Вместо эпилога

— Очнись, спящий красавец, — донесся голос.

— Шеф! — распахнул глаза Тимур.

Похоже, он находился в особняке Шефа, который к тому же еще и сильно постарел.

— Лежи, я уже все знаю, — повел рукой Шеф.

— Марина меня подлатала? — спросил Тимур, боясь задать главный вопрос.

— Марина мертва, — тяжело произнес Шеф. — Вы отсутствовали больше восьми лет.

По году за каждый месяц там, с содроганием подумал Тимур. Сколько лет прошло бы, реши он остаться и помогать Империи?

— С твоей женой и дочкой все в порядке, — сказал Шеф, видимо, поняв тревогу Тимура, — но сейчас тебе надо поправляться, потому что нам не помешает твоя боевая магия.

Он помолчал и пояснил сухо.

— Ты будешь смеяться, но, похоже, нам предстоит война с инопланетянами.

Content

Samus
Магия с нами 2
Добрая история

Часть 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Часть 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Часть 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Вместо эпилога