#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 7

Глава 1 —

Иномиряне

— Ррр, мерррзавцы, — тихо рычит в неистовстве Змейка. — Мазака, надо рррвать. Детенышей обижать неззя, фака.

— Да-да, обязательно порвем, — успокаиваю разбушевавшуюся Горгону, а то ее материнский инстинкт запросто может нас выдать. — Ты только не высовывайся.

Пригнувшись, Змейка снова осторожно выглядывает из-за холма. Я же лишний раз не подставляюсь и сижу в укрытии — всё, что нужно, вижу через Зубастика. Да и Змейке передал его наблюдения, но ей ведь надо оценить расстояние до противника, чтобы скакнуть на спины, а вид сверху здесь не помощник.

Конечно, же я пошел не только за грузчиками и мясом. В первую очередь, меня привлекли ошейники с самоцветами на шея пленниках. Ну и сами пленники с их истязателями, конечно. Разумных иномирян, не считая Лакомки, мне еще не приходилось видеть. Змейка не в счет — она развившийся зверь. Да еще к тому же в клетках из белых костей сидят не только мужчины, но и женщины и дети, и у многих на коже отметины от пыток. А позволить страдать детям, пускай зеленокожим и вислоухим, я не могу, уж простите.

Итак, зеленые громилы держат в клетках зеленых коротышек. Я изучил многие расы благодаря просмотру воспоминаний Лакомки и сейчас быстро прикинул с кем столкнулся. Громилы называются ракхасы, этим бугаям свойствен зеленый цвет кожи, мощная физуха и отсутствие предрасположенности к магии. Точнее, магия у них есть, но вся уходит в мускулы. То есть ракхасы — это чистые физики, если угодно.

Коротышки — это вроде бы обормоты…нет, всё же гламхоты, дальние родственники ракхасов. Такие же зеленые и уродливые, только еще и мелкие и слабые. То есть этим беднягам вдвойне не повезло.

Я продолжаю изучать противников. Телеги запряжены шестилапыми лошадьми. Видимо, ракхасы-работорговцы везли гламхотов на продажу или еще куда-то, а по пути решили остановиться и половить подвернувшихся хомуйволов. Отсюда и свежие туши в повозках. Тут я замечаю неприметную клетку: за белыми костяными решетками сидят не гламхоты, а….

— Мазака!!! — едва не взывает взбешённая Змейка, тоже только что увидевшая маленьких Горгон-детенышей.

Змейка бы уже заорала и очертя голову бросилась на врагов. Мне приходится ментальным нажимом ее придавить к земле, хорошо, что всё это время я контролировал душевное состояние Горгоны. Словно чуял.

«Успокойся, сладкая, — накатываю на ее сознание успокаивающие волны. — Сейчас мы освободим твоих сородичей. Прекрати беситься».

Горгона послушно успокаивается и берет себя в четыре руки. Холерик, что поделать. Сначала делает, потом думает.

«Мазака, рррвать» — требует мысленно Змей.

«Ага, только действуем быстро, у них могут быть артефакты» — предупреждаю.

В этом мире нет «калашей», зато магические артефакты не редкость. Поэтому нужно соблюдать осторожность.

По моей команде атакуем ракхасов. Никаких сомнений: бить будем насмерть. Как раз один громила собрался тыкать копьем зеленого ребенка-гламхота, а остальные с хохотками собрались посмотреть. Так что таких мразей совсем не жалко.

Змейка сигает на спины двух зеленых громил. «Мельница» из медных когтей разрубает врагов на части. Я же бью издалека — пси-гранатой, ну и одновременно градом пси-стрел. Сразу десяток ракхасов падает, судорожно дергаясь. Хм. Интересно, почему никто не умер? Крепкая психика? Ну да ладно. Сверху прибиваю камнями, и дело с концом.

На другой десяток пикирует Зубастик. Дракончик разбивает строй ракхасов и раскидывает их в стороны. Тут им в клыкастые лица и прилетают мои шары Тьмы с воздушными лезвиями.

Битва не занимает и двух минут, а все ракхасы уже мертвы. Змейка ту же бросается к маленькой клетке с Горгонышами. Неразумные маленькие хищники, увидев Мать выводка, призывно воют и падают на пол. Вот что значит авторитет! Почуяли шишку! Змейка хватает прутья и с гортанным рыком вырывает их. Горгоныши выпрыгивают наружу и на четвереньках…вернее, на шестереньках кружатся вокруг Матери выводка, подвывая как щенята. А Горгона устало улыбается.

— Ну ё-мое, Змейка, есть же ключи, — я подхожу к трупу самого здорового ракхаса и снимаю с пояса звенящую связку. Заодно забираю прикольный амулет в виде подвески с голубым камнем. — Хм, что это?

— Это амулет для переговоров, господин — вдруг подсказывает коротышка- гламхот из клетки. — Он позволяет носителю…

— … Говорить на языках, которых он не знает, — договариваю я в задумчивости.

— Откуда вы узнали? — поражается коротышка.

Я не отвечаю. Вместо этого начинаю сканировать сознания пленников. Надо узнать, что это за люди… Ну или нелюди.

Ничего особенно. Обычные пахари-крестьяне. Ракхасы взяли набегом их деревушку и теперь везут остатки племени на продажу к местному феодалу. У дюжины мужчин на шеи надеты кожаные ошейники со ментальными «жучками» — вот эти побрякушки очень мне пригодятся. Координаты ошейников передается на артефакт-дощечку, которую я выуживаю из-за пазухи всё у того же здорового ракхаса.

В общем, покумекав, я освобождаю гламхотов, ну и сразу забираю ошейники — нечего добру пропадать. А вообще пора домой. «Нора» не вечная, да и мясо хомуйволов лежит и портится. А это ведь деньги, куча денег.

— Ладно, зеленые, с вас должок, — заявляю я мужикам-гламхотам. — Поработаете грузчиками, а потом гуляйте на все стороны. Коней с повозками я оставлю вам. Есть куда идти?

— В племя Людоедов подадимся, господин, — кивает с готовностью самый говорливый коротышка. — Там мой брат живет, в мясной лавке работает.

— В какое племя? — опешил я, ну и давай сканировать этих «гоблинов».

Ох, черт, а гламхоты те еще людоеды, оказывается. Причем едят именно своих соплеменников — стариков, больных детей, рыжих и конопатых. Я так и не понял, почему последних тоже записали в меню, но и пофиг. Главное, что сами коротыши ничего плохого в этом не видят. Видите ли, традиции у них такие гастрономические. Ну жесть же! А я еще подумывал, можно ли этих зеленых отвести в Будовск. Представил бы их Царю как союзников, а там бы потом и Лакомку объявил как еще одну дружную иномирянку. Но нет, не вариант. Наши сразу охренеют от таких обычаев и запишут иномирян в сумасшедших дикарей и будут относиться к ним с опаской.

Так что, нет, никаких пока что иномирян. Кроме Горогонышей, тех, ладно, воспитаем. Тем более что Змейка в них уже души не чает. Вот как умильно играется с ребятней.

В общем, я запрягаю зеленых мужиков потаскать туши хомуйволов с лианами к «норам». Кидают они мясо прямо в червоточину — группа поддержки стоит там наготове.

— Ладно, мелкие каннибалы, не пропадайте, — прощаюсь я со спасенными. — Удачи вам в вашей деревне Людоедов. И это… может, хотя бы рыжих пожалеете? Их-то почему?

Зеленые коротышки недоуменно переглядываются.

— Так они же самые вкусные, господин, — удивленно отвечает главный гламхот, а его жена с ребенком на руках поддакивает:

— И коптятся хорошо.

Ладно, я хотя бы пытался. Гуманизация — дело небыстрое. Может, когда-нибудь и гламхоты увидят в рыжих не куриные крылышки, а таких же зеленых образин, которыми являются и они сами.

Как положено разведчику, Зубастик первым залетает в «нору», затем уже уходим и мы со Змейкой. Снаружи гвардейцы уже деловито пакуют и уносят к грузовикам мясо.

— Шеф, вы там что, ограбили животноводческую ферму⁈ — восклицает Студень. — Столько мясо мы брали только на складе у Хореновых. И как вы только всё это дотащили до «норы»!

— Просто повезло с добрыми людьми, — задумчиво роняю.

Похоже, подтвердилась теория Степана. По докладам царских охотников о Той Стороне отчим сделал вывод, что злодей-иномирянин специально открывает «норы» рядом со скоплениями опасных зверей. Хотя я сейчас подумал: а, может, звери сами стекаются к «норам». А «норы» возникают самопроизвольно, без чужой воли. Просто этот иномирянин в самом начале запустил процесс, чтобы закинуть к нам армию бигусов, но теперь он тут не при чем. Всё возможно. Надеюсь, когда-нибудь препарирую мозг иномирянина и всё вытрясу из него.

— Мегамозг, это Степняк, — Гришка связывается со мной по радиосвязи. — Возникли проблемы. Ты не освободился? Прием.

Ни минуты покоя.

В разговоре с казахом выясняется, что от «Русичей» убежала пара зверей, а без телепата им их не теперь найти. Сканеры из группы поддержки не могут засечь этих жубанов — у тварей какая-то энергоневидимость.

Короче, без меня никак. Сообщаю, что скоро буду. Добираюсь до трассы и проехав на гвардейском фургоне пару километров, снова забираюсь глубоко в лес, пока не выискиваю свою команду.

— Как дела, камрады? — усмехаюсь я подросткам в камуфляжной экипировке.

— Да пока ни очень, — вздыхает казах. — Пять жубанов убили, четырех упустили. А у тебя самого как улов?

— Ага, полторы тонны хомуйволов точно, — киваю с довольной улыбкой, а сам уже сканирую местность на проблески чужого сознания.

У казаха же вдруг прорезаются глаза до европейского размера. Да и Камила со Светкой приоткрыли рты. Наверно, представили, сколько это денег.

— Хомуйволов? — спрашивает Камила. — Ты же шел за лианами для леди Смит.

— Ну розовые лианы — это же паразиты, — разъясняю. — И перемещаются только на зверях. Да я бы вас взял с собой, если бы заранее знал, что та «нора» окажется такой плодовитой.

И сейчас отнюдь не привираю. Правда, бы взял ребят, а эксперименты с Той Стороной отложил бы до «норы» поубыточнее.

— Добычу я разделю между нами всеми поровну, — неожиданно для команды я заявляю. — И не спорьте. Мы — «Русичи» и вышли на охоту вместе, а то, что я отделился, это моя проблема, а не ваша.

Друзья пораженно переглядываются, но не спорят. Ведь им приказали.

— Слушай, а почему ты так рьяно помогаешь англичанке? — подозрительно сужает глаза Светка в противовес вылупившемуся казаху. — Что-то это странно.

— Ты меня раскусила, Искра, — улыбаюсь. — У меня есть личный интерес к леди Барбаре. Я надеюсь на эксклюзивные духи для своих милых и нежных подруг, — Соколова сразу краснеет под насмешливой улыбкой Камилы, а я перевожу разговор на рабочую тему: — Я обнаружил зверей, надеюсь, это жубаны. Два по направлению к трассе, и два в сторону села. Делимся на пары. Искра и Степняк, ваши у трассы. А наши с Вьюгой у села.

Быстро разделившись, уходим по целям. Риск минимален. Этот участок леса огорожен нашими гвардейцами, к тому же неподалеку держатся Акела и стая. А ребятам всё же нужно самим охотиться и сражаться, чтобы расти в силе. Если поддержка превратится в часть штурмовой группы, то и результат будет соответствующий и личный рост «Русичей» замедлится.

Зверей находим быстро. Жубаны — это огромные пауки размером с немецкого дога. Я предоставляю Камиле разобраться с двумя паучками, только страхуя ее. Девушка не разочаровывает. Сперва брюнетка атакует воздушными стрелам, подрезая зверям множество лап, а затем добивает клинками побольше.

— Молодец, Вьюга, — похвалив, я связываюсь с поддержкой и сообщаю о новом грузе. По радиомаячкам нас должны мигом найти.

— Мегамозг, я бы хотела переговорить с тобой по личному вопросу, — неожиданно произносит Камила.

— Камил, ну давай тогда по именам что ли, — улыбаюсь.

— Даня, сейчас уже лето, и через месяц я собираюсь съездить на море, — девушка поправляет разгрузку на груди. — На Кавказ, в Сшатче. У рода там вилла небольшая. Как тебе идея?

— Замечательно, — одобряю, не забыв подколоть: — Только не забудь написать заявление на отпуск, а то не отпущу.

Брюнетка улыбается.

— Я хотела тебя позвать с собой, — Камила мнется, затем всё же выдыхает: — Пускай и вместе с Леной.

— Хм, сейчас не знаю, Камила, — задумываюсь. — Но через неделю, наверное, скажу.

Всё же сам я собирался еще раньше на Кавказ — искать Шамбалу…тьфу ты, Алабмаш. Вопрос с Лакомкой горит же, прям припекает, да и вообще астральную тварь охота разобрать на запчасти.

В это время Гриша со Светой тоже добили своих пауков. Воссоединившись с командой, мы разъезжаемся по домам. Поохотились на славу, даже в другой мир заглянули, пора и отдохнуть.

Но отдых у меня своеобразный. Поэтому велю гвардейцам отвезти стаю волкомедведей не на базу, а в усадьбу. Наверно, девизом рода Вещих станет: «Смена деятельности — тоже отдых». По прибытию домой сразу забегаю в лабораторию к Лакомке. Она там как раз с ассистенткой готовит пахучую микстуру.

— Острожнее мешай, Клава! — предупреждает альва в белом халате. — А то ж рванет!

— Может, тогда я лучше не буду мешать? — девушка дрожащей рукой держит половник.

— Не нужно мешать, Клава, — с улыбкой я возникаю на пороге и показываю альве стопку ошейников. — Смотри, что у меня есть? Может, развлечемся?

— Это же…! — округляет глаза Лакомка. — Не может быть! Откуда они у тебя!

Я с намеком смотрю на ассистентку.

— Клава, не мешай, ну это зелье, — альва тут же отпускает подчиненную. — Сегодня можешь уйти пораньше.

Бледная девушка с невыразимым облегчением кладет половник на стол и срочно ретируется, пока начальница не передумала. А Лакомка же накидывается на меня с расспросами. Я в общих чертах описываю свой поход на Ту Сторону, а потом беру альву за руку и увожу из душной лаборатории.

Под ясным летним солнцем уже ждет стая волкомедведей. Я даю половину ошейников Лакомке, и мы вместе прицепляем питомцам новые девайсы.

— Гулять! — громко гаркаю.

И стая разбегается. А мы с альвой следим на специальной доске ее перемещения. На гладкой поверхности мигает дюжина точек.

— Да, я помню этот артефакт, — улыбается Лакомка. — Не идентичный, а похожий. Принцип работы тот же.

— Теперь удобно следить за барбосами, — замечаю.

— Кстати, тут еще есть примочка, — альва задумчиво кладет палец на нижнюю губу. — Носитель ошейника может создавать помехи, показывая, что он что-то нашел, например.

— Да? Стоит попробовать, — я подаю пси-сигнал Акеле, чтобы подергал ошейник. Через секунду одна из точек на доске мигает. — Работает. Что ж, вещь стала еще полезней.

Лакомка вдруг округляет глаза, смотря вдаль.

— Мелиндо, когда Змейка успела завести малышей! И от кого⁈ Почему я не знала…и не участвовала⁈

Я бросаю взгляд на газон. Там Змейка учит своих приемных Горгонышей охотиться на теннисный мячик. Хищница метает снаряд, и мелкота, рыча и толкаясь, бежит со всех ног, самый быстрый хватает, приносит обратно и снова со всеми мчится наперегонки.

— А ты об этом! Теперь наша Змейка действительно Мать выводка, — смеюсь я.

— Даня!

— Ладно-ладно, я забыл о них упомянуть, это тоже наше приобретение, — рассказываю о Горогонышах в клетке, и Лакомку пробирает на смех.

— И что ты их оставишь себе?

— А куда их теперь? Вон Змейка привязалась уже к этим спиногрызам.

— Тогда ты, выходит, Отец выводка, мелиндо, — подмечает с улыбкой альва.

Я пожимаю плечами. Скажет тоже. Дом большой, место всем хватит, главное, чтобы мелкие не царапали паркет своими медными коготками. И не линяли.

Еще я показываю Лакомке амулет по переговорам. Альва оценивает его по достоинству. Надев амулет на шею, я прошу ее снова меня назвать этим своим словом, но Лакомка со смехом убегает от меня.

Ближе к вечеру ко мне в кабинет заходит Антонина Павловна.

— Даня, извини, пожалуйста, но мне только звонил один дворянин и звал навстречу по поводу поставок для Морозова, — растерянно произносит женщина, поправляя юбку на бедрах.

— Кхм, — я серьезно смотрю на учительницу. — На балу у Фиткиных я действительно говорил, что вы новый представитель князя. А кто звонил?

— Некий Антон Бедяжкин, — Антонина поднимает глаза к потолку. — Не помню у нас в городе такой род.

— Да, это не будович, — вздыхаю. — А пермяк. Если точнее — один из членов группировки «Хозяев» Недежки.

— Ох, — Антонина поджимает губы. — Как понимаю, это плохие люди?

— Скорее всего, — не отрицаю. — Я сам съезжу к этому Бедяжкину и выясню его мотивы.

Но Антонина просится вместе со мной. Настаивает, что теперь переговоры с дворянами это и ее обязанности. Я, подумав, соглашаюсь. Рядом со мной ей ничего не будет угрожать, а Бедяжкин может ее и в другой раз одну подкараулить. Лучше уж вместе.

Что ж, завтра мы съездим в логово одного из самозванных хозяев Будовска. Интересно, во что это выльется.

Глава 2 —

Нежданная охота

— Я готова, Данила, — с волнением в голосе произносит Антонина Павловна, заходя в мой кабинет.

Оторвавшись от просмотра плана дома Бедяжкина, я поднимаю глаза на учительницу. Неплохо-неплохо. Прямо-таки настоящая бизнес-вумен. Не преувеличиваю: Антонина выглядит очень даже солидно. Приталенный костюм из пиджака и брюк, туфли на низком каблуке, аккуратно уложенные волосы. В руке кожаный портфель, на шее галстук.

— Под блузкой микрофон? — внимательно смотрю на грудь женщины — не выпирают ли где-нибудь провода.

— Конечно, — смутившись, кивает Антонина. — Я сделала всё как ты велел. Студень…его ведь так зовут?…Студень уже проверил, как хорошо меня слышно.

— Хорошо. Одну я вас не оставлю, но прослушка не помешает. Вдруг нам потребуется помощь оперативной группы, — объясняю. — Подождите меня в гостиной — скоро спущусь и поедем.

Учительница уходит, тихо прикрыв за собой дверь. Я же связываюсь с отчимом.

— Сейчас поедем, пап.

— Мои парни наготове, — отвечает Степан. — Бойцы сидят в микроавтобусе возле стены Бедяжкиного дома. Еще группа побольше в автобусе через квартал. Одна минута — и они прискачут на место.

— Групповое оружие не взяли?

— Только ручные пулеметы, — вздыхает отчим. — Бедяжкин засел в центре зажиточного района, вокруг плотная застройка. Поэтому минометы отпадают. Но зато и дом у него укреплен паршивенько: нет турелей, да и вообще ничего нет, так что парни мигом пробьются к вам, если что вдруг.

— Ага, — принимаю к сведению. — Но не думаю, что этот Бедяжкин настолько остолоп, чтобы лезть на рожон. Если и ударит, то исподтишка и скрытно. Но не буду загадывать. Посмотрим, что он учудит.

Положив трубку, спускаюсь к Антонине, затем вместе идем в гараж. Мне, конечно, не нравится вся эта ситуация. Очень не по душе рисковать любимой учительницей, ведь она здесь вообще не при чем, но одного меня могут не впустить за ворота, а эти твари способны потом подкараулить Антонину, когда она будет без защиты. Поэтому я и решил встретиться с Бедяжкином втроем.

Прибываем к его дому через десять минут. Поблизости засели не только царские охотники. В автобусе через улицу ждут мои гвардейцы, ну еще пятерка бронемобилей тоже где-то здесь. Бронемобили не прячутся — пускай их видит гвардия противника. Вряд ли «Хозяева» ждут, что я приеду без своих людей. Поэтому не будем разочаровывать и покажем часть бойцов, чтобы враг не искал основные ударные группы.

Усадьба занимает приличную территорию, несмотря на расположение в застроенной части города. Бедяжкин, наверняка, снимает этот дом, как и остальные пермяки. Всё же до недавнего времени Будовск считался опасной глухоманью, и мало кто из жителей княжеской столицы имел здесь резиденцию.

Как только пересекаем ворота, я «включаю» Жору, «кровника», и Ворона, на всякий случай. Кто знает, когда мне понадобится ударная мощь? Поэтому пускай ребята будут наготове.

Никитос паркует «Майбах» в подземной парковке под домом. Там нас встречает дворецкий, который и провожает в кабинет аристократа. За большим столом сидит широкоплечий мужчина с ястребиным носом и маленькими круглыми глазами. Кулаки у него массивные, шея толстая, да и нет никакой шеи — только сплошная колонна, перетекающая в голову. Такой вот боксер-тяжеловес.

Антон поднимается и с равнодушным лицом протягивает мне медвежью лапищу.

— Как понимаю, Данила Степанович тоже решил лично прибыть?

Надо же, вежливый какой.

— Верно, Антон Станиславович. Я хотел сопроводить Антонину Павловну на первой ее сделке, — принимаю рукопожатие. — Надеюсь, вы не против?

Через физический контакт я вытягиваю из Бедяжкина треть накопителя. Надо же мне кормить свою ораву легионеров. Энергопластыри лучше экономить. В стане врага надо беречь любой боевой ресурс, от патронов до магической энергии.

Итак, треть накопителя. В процентном соотношении немного, но в абсолютных единицах очень прилично, учитывая, что он Мастер-Каменщик. И его ранг еще один повод, чтобы подстраховаться и ослабить возможного противника. А если так и не нападет — что ж, энергия очень скоро восполнится.

— Конечно, нет, — этот бугай продолжает крепко сжимать мою руку, словно надеясь сломать кистевые кости. Не будь я физиком, ему бы это удалось, а так использую время, чтобы еще немного зачерпнуть энергии из Бедяжкину.

Потеря сил не может не сказаться на самочувствии. Так случается и с Бедяжкиным. Побледнев, бугай отпускает меня и обращает внимание на мою спутницу.

— Антонина Павловна, здравствуйте. Что ж, присаживайтесь, — подавая пример, он первым тяжело падает в кресло, видимо, не понимая, почему так резко накатила усталость. — Перейдем к делу, если вы не против, — смотрит он только на учительницу. Что, впрочем, логично: ведь это Антонина представитель Морозова.

Женщина бросает на меня быстрый взгляд. Я молча киваю, подбадривая ее. В целом уже все мелочи обсудили с ней, и она знает как вести дела.

— Конечно, нет, — отвечает Антонина. — Мы предлагаем массовую скупку звериного мяса. Цена регулируемая и ниже рыночной. Дисконт варьирует от пяти до двадцати процентов, в зависимости от размера ежемесячного тоннажа и видов зверей соответственно.

— Понятно, — глубокомысленно кивает Бедяжкин и достает из тумбочки тонкую папку. — Наш склад уже заполнен добычей. Вот перечень видов зверей с указанием веса чистого мяса. Можете ли вы сказать, какой дисконт князь применит при скупке всего товара?

Антонина уже тянется к папке, но я перехватываю и кладу перед собой.

— Разрешите мне, — улыбаюсь учительнице, и она убирает руки.

«Егор, будь наготове» — командую своему магу крови.

«Всегда готов, шеф» — отвечает тот с зевком.

Не торопясь, перелистываю папку и вожу пальцем по строчкам с номенклатурой товара: хомуйволы, чихуястребы, хромоящеры…По тоннажу не так уж и много — всего сотня. Интересно, сколько уже времени Бедяжкин охотится на зверей? Месяц? Даты тут тоже есть, и судя по самому старому числу, то да, месяц. И это весь улов? Пфф, маловато. Может, конечно, он что-то уже продавал. Сейчас уточним.

— С какой целью копили трофеи? — задаю я провокационный вопрос.

— Я давно знал, что цены подскочат, — гордо заявляет дворянин. — Поэтому не продавал мясо, а ждал пика спроса. И, как видите, я не прогадал.

Значит, действительно у него мало скопилась добычи. Насчет цен он полностью прав — стоимость мяса подскочила на новостях, но скоро снизится немного. Так что Бедяжкин выбрал правильное время для продажи. Было бы что ему продавать. Тут разве что на один особняк в Подмосковье хватит. Мелко, по-моему. Я вот свою прибыль инвестировал в строительство целого поселка на Клязьме.

«Яд, шеф, — отрывает меня от мыслей „кровник“. — Все страницы им облеплены. Дохренища непонятного яда. Сейчас выведу его весь».

Ага, чувствую, как кровь зациркулировала, выводя отраву. В это время Бедяжкин внимательно смотрит на меня. Смотри-смотри, и до тебя очередь дойдет. Так, а я сейчас что-то должен симулировать или эффект отложенный?

«Сделал анализ? Как действует?»

«Секунду, шеф, — просит Егор. — Отложенный эффект. Еще похоже, этот яд со временем расщепляется на безвредные белки. Сначала вызывает инсульт, а потом следы затираются. Сложно потом выявить причину кончины. Я бы точно не смог. Но вас он вряд ли бы взял — физики слишком выносливые для этой пакости».

Вот оно, значит, как. Бедяжкин, хоть и дубовый Каменщик, а тот еще махинатор. Не в лоб ударил, а устроил ловушку, причем для Антонины, а не для меня. Какой смысл? Видимо, вскоре по приезду домой Антонина должна была умереть, и я, бы воспылав гневом, бросился бы мстить Бедяжкину. Войну бы объявил или просто напал бы. Тут-то и остальные «Хозяева» получили бы повод ответить смертельным ударом. Потом Великопермский провел бы расследование, а яд-то уже испарился бы в крови мертвой Антонины, и вышло бы, что я без причины напал на Бедяжкина и за дело был убит.

Но гадов ждет гигантский обломс.

— Мы позже изучим вашу номенклатуру и сформируем деловое предложение, — я закрываю папку и пододвигаю к себе.

— Но вы сейчас же всё просмотрели! — вскидывает брови Бедяжкин.

— Тут столько товара, что глаза разбегаются, — отвечаю. — Сложно собраться с мыслями. Так что мы пойдем, ждите ответа.

— Может, хотя бы дадите посмотреть Антонине Павловне? — хмурится дворянин.

— Это вряд ли, — качаю головой, не взглянув на женщину.

— Она — представитель Морзова, а не вы! — лицо Бедяжкина покрывается красными пятнами. Он яростно сжимает челюсти.

Больше ничего не отвечая, я встаю. Драться удобнее на ногах. А Бедяжкин явно понял, что его разоблачили. Он, правда, не дурак. Но что он может сделать? Открыто напасть на гостя? Это выйдет ему боком. Воспоминания потом не изменить, и наша память — железная улика.

— Тоня, мы уходим, — бросаю женщине, не отрывая взгляда от стиснувшего кулаки Бедяжкина.

Незамедлительно учительница вскакивает и отступает к двери. Я же жду ответа хозяина. Пускай скажет свое слово, ну или нападет, в зависимости от этого я либо убью его сейчас, либо…тоже убью, но позже.

— Что ж, — Бедяжкин с трудом разжимает стиснутые челюсти и встает, пытаясь изобразить на лице добродушие. — Раз вы торопитесь, то я, конечно, не смею вас задерживать, — бугай протягивает руку. — До встречи, юноша.

Снова ручкаться с этой мразью нет никакого желания. Но он ведь явно хочет выкинуть что-то еще. А я очень любопытный…и жадный. Ведь две трети накопителя у него еще остались. Почему бы не разгрузить радушного хозяина?

Мы жмем друг другу руки, и тут Бедяжкин начинает тужиться. Изо всех сил сдавливает мою кисть. Да еще сально ухмыляется, выродок. Решил-таки раздавить мне лапку, ай-ай-ай. Мастер-Каменщик, конечно, может легко соперничать с физиком в грубой силе, но вот беда, сил-то у него больше нет. Я уже высосал из гада еще порцию энергии, да и ответил на рукопожатие как полагается. А потому сейчас раздастся…

Хрясь!

— А-а-а-а-а! — взывает раненым буйволом Бедяжкин, падая на колени.

Отпустив поломанную ручищу, я отхожу к двери и загораживаю собой Антонину. За безопасность учительницы волнуюсь в первую очередь, потому что в кабинет быстро забегают гвардейцы пермяка. С автоматам наголо. Шустрые. Видимо, они находились рядом на непредвиденный случай.

— Целителя мне! Целителя! — воет Бедяжкин, тряся сломанными пальцами.

— А что с… — кивает на меня гвардеец.

— Пусть валят к чертям! — выплевывает дворянин. — Не трогайте их!

Хорошо, что он сохранил рассудок. Для него хорошо. Атакуй бы я первым, и он вправе был бы ответить. Но я же не нападал, а лишь пожал ему руку. Кто знал, что у него хрупкие руки? На вид-то большие.

А вообще не будь здесь Антонины, я бы уже высосал ему память и ликвидировал его самого. Полученные воспоминания Бедяжкина об отраве развязали бы мне руки. Но ведь тогда начнется бойня, и шальная пуля может запросто задеть женщину.

Рисковать близкими не в моем стиле. Нет, сейчас я доведу Тоню до парковки и посажу в машину. А сам я не сяду в тачку, нет — вместо этого накроюсь Покровом Тьмы и, дождавшись, когда Антонина уедет, объявлю штурм. Ну и тогда уже доберусь до этого Бедяжкина и вытащу из его головы все улики. Ну и грохну эту паскуду, разумеется.

— Где чертов Целитель⁈ — рычит Бедяжкин, качая перекореженной рукой.

— Антон Станиславович, так мы пойдем? — улыбаюсь я. — Нас кто-нибудь проводит? Или мы сами?

— Ты — отведи их! — рычит Мастер, тыкнув пальцем в ближайшего гвардейца. — Выпроводи нахрен их!

— Как грубо! — вдруг подает голос Антонина. Кожа на лице учительницы бледная от испуга, но она заставляет себя отыгрывать роль до конца. — Антон Станиславович, вы сами нас пригласили и так теперь разговариваете? Ужасно.

Браво! Настоящий представитель князя! Требует к себе уважения! Но достаточно игры. А то Бедяжкин еще психанет и отдаст команду открыть огонь. Бойня должна подождать еще немного.

Взяв женщину под локоть, я веду ее следом за гвардейцем. В коридоре нам на встречу попадается спешащий Целитель. Я будто бы случайно на него натыкаюсь и вытягиваю половину энергии из накопителя. Он небольшой, и с остатками энергии медик вряд ли исцелит переломы Бедяжкину. Придется ждать до следующего утра. Может, потом Целителя и уволят, но я, думаю, он запросто найдет себе работу. У меня, например. Род Вещий с большой охотой примет такого редкого специалиста.

Мы только-только успеваем дойти до лестницы на парковку, когда резко взвывают тревожные сирены. Антонина от неожиданности подскакивает. Ее большие как у совы глаза смотрят на меня.

— Атака! Атака! Код Би-7! — Еще и громкоговорители выкрикивают непонятные шифровальные коды.

Сопровождающий нас гвардеец судорожно вскидывает автомат. Ствол направляется на меня, но боец не успевает спустить курок– я резко бью кулаком в лицо. Голова в шлеме взрывается как арбуз, а тело падает мешком на землю.

За мой спиной вскрикивает Антонина, шокированная кровавым зрелищем. Не обращая внимания, я кричу:

— Синие стулья не продаются! — это шифр для прослушивающих нас царских охотников и гвардейцев. — Повторяй в микрофон, Тоня!

— Хорошо, — Антонина наклоняется к своей пышной груди и произносит раз за разом. — Синие стулья не продаются! Синие…

Надеюсь, услышат, а то мобильник рядом с подвалом не ловит, а у передатчика на груди Антонины усиленная антенна.

Учительница продолжает повторять шифр. Я же снимаю с пояса гвардейца рацию и пытаюсь вникнуть в радиопереговоры. Неужели напали мои? Так с чего бы ради? Повода мы не давали, шифр не произносили…

— Сибирь, Койот, «нора» открылась во дворе! Набегают рогатые бигусы! Пробились на парковку! Патрульные убиты! Прием.

Чего⁈ «Нора» прямо во дворе у Бедяжкина⁈ Да еще и с бигусами? Не иначе, как наш Иномирянин постарался так вовремя. Всё интереснее и интереснее.

Я задумчиво смотрю на труп. А гвардеец, получается, зря на нас всполошился. Ну и сам дурак — сначала следовало спросить командование, потом стволом тыкать.

В этот миг из рации раздается:

— Шляпник, не упустите Вещего. Как слышно? Убейте Вещего. Прием.

Мда, ситуация. А Бедяжкин-то под шумок решил нас убрать. Видимо, потом спихнет мою смерть на бигусов, так удачно возникших на его газоне.

— Даня, что происходит? — спрашивает Антонина.

— Мы уходим к воротам. Держись за мной, — я возвращаюсь в коридор, а женщина спешно идет следом, держа портфель перед грудью. Не забываю прикрыть нас Покровом Тьмы, ну и василиск тоже «включен». А также мне не будет лишним доспех Тьмы.

— Даня⁈ — учительница пораженно смотрит на мое черное обтягивающее облачение. — Это точно ты⁈

— Конечно, — отмахиваюсь. — Пойдемте быстрее.

Наверху по дороге пытаюсь дозвониться до Никитоса:

— Пробивайся из усадьбы, — командую. — Нас не жди.

— Понял, — отвечает запыхающийся водитель. — Парковка запружена тварями. Сюда не идите, шеф…!

Помехи глушат его последние слова. Я вздыхаю и двигаюсь дальше. Никитос должен продержаться, чай не салага, тем более к нему сейчас прибудет подмога. Как раз на этой мысли со стороны ворот раздается грохот выстрелов. Вот и царские охотники со Студнем подоспели.

Но мне до подмоги еще пробиваться и пробиваться. И первые живые преграды выбегают уже из-за следующего поворота. Группа гвардейцев с автоматами наперевес не сразу замечает нас, это дает мне возможность обрушить на них очередь шаров Тьмы. При попадании черные сферы взрываются, и бойцов рвет на части. Последний выживший гвардеец спускает курок, и пули со звоном рикошетят от моего доспеха. Я заслоняю собой Антонину, затем рывком оказываюсь рядом с врагом и ударом пси-клина сжигаю мозг.

— Тоня, держись за меня, — вернувшись к женщине, я беру ее на руки. Она крепко обхватывает мой шлем из Тьмы. Вместе с ношей я пробегаю через ближайшую комнату, одновременно разбиваю шаром Тьмы окно и сигаю в возникший проем.

Сразу по приземлении я срываюсь с места. Повсюду разносится ор зверей и грохот стрельбы. На улице день, и в такое время Покров Тьмы очень плохо работает как камуфляж, особенно на зеленом газоне.

К счастью, на нас не обращают внимания. Я добираюсь к царским охотникам, что, рассредоточившись, отстреливаются от бигусов и вражеских гвардейцев

— Быстро в укрытие ее! — я передаю учительницу Валуеву. Женщина с неохотой отрывается от меня.

Физик хватает Антонину за ноги и плечи и скрывается за спинами своих товарищей. Я же поворачиваюсь обратно к дому. С заднего участка наступают толпы рогатых бигусов, и вражеские гвардейцы оказываются зажаты с двух сторон зверями и царскими охотниками.

Под черным шлемом я оскаливаюсь в предвкушении. Пора присоединится к веселью по-настоящему. Теперь Бедяжкин от меня не уйдет. Вся его память станет моей. А заодно также и его родовые техники Мастера, и, самое главное, компромат на «Хозяев». Настало время вычистить этот свинарник из моего города.

С этими мыслями я бросаюсь навстречу звериному реву.

Глава 3 —

Фолиант тайн

— Как там Никитос? — быстро звоню я по мобильнику Студню.

Сейчас укрылся за крыльцом. Добежать обратно до дома не составило труда. Территория поместья не такая уж и большая, а шальные пули мне не страшны, чай не фарфоровый. Правда, на середине дороги ко мне наперерез бросилась стая бигусов, но Голод Тьмы быстро перемолол приматов в фарш, и теперь изумрудный газон украшает широкая кровавая полоса.

— Вытащили, — коротко рапортует командир группы. — Жив, здоров, мелкие укусы не в счет. Передали Софии.

— Продолжайте зачистку, — сбрасываю звонок.

Ну и хорошо. Значит, в подвал мне не надо идти за своим шофером и то радость. Можно заняться главным призом.

Задумчиво слушаю стрекот ручных пулеметов. Жалко, что царские охотники не взяли хотя бы станковые крупнокалиберные. Сейчас бы отчима никто не осудил за массированный огонь в центре города. «Нора» всё оправдывает. А то, что и гвардейцы Бедяжкина попали под обстрел, так это ведь дружественный огонь, хе.

Быстро проверяю резерв. Блин, а потратился на Голод я здорово. И энергопластыри лучше бы сэкономить.

Оглядываюсь в поисках подпитки. Рядом за каменным фонтанчиком засела парочка вражеских гвардейцев. Молниевик и огневик. Спина к спине они отстреливаются от моих парней. Бодрые ребята, явно полны энергии. К ним я и решаю заглянуть.

Стремительно и не таясь бросаюсь к обреченным магам. Покров Тьмы не снят, поэтому я выгляжу как здоровенная черная туча, бегущая по земле. Бойцы открывают огонь, но часть атак проносится мимо, часть по касательной задевают прочный доспех, не страшно. Достигнув противников, я вонзаю одному в плечо пси-клинок, другого ошпариваю шаром Тьмой. Эти гвардейцы — рядовые Воины. Соответственно они не удерживают доспех, и я, схватив за головы, быстро их опустошаю. Энергозатраты на бой быстро восполняются с лихвой. Конечно, не царский пир, но сойдет.

Возвращаюсь к дому и подтянувшись ныряю в окно первого этажа. Тут же натыкаюсь на тройку бигусов. Приматы вовсю жрут обивку разодранного кожаного дивана.

— Вандалы, — качаю я головой, атакуя шарами Тьмы. — Это же «Нижегородмебель», премиум-класс.

Двух обезьян отбрасывает огнем, но один уворачивается и подпрыгивает вплотную. Огромная мускулистая горилла размахивается волосатой рукой. Уклонившись от пудового кулака, хватаю примата за рога. Резко вырываю их с корнем. Примат с бешеным воем падает на пол и бьется в коротких предсмертных конвульсиях.

Я использую передышку, чтобы просканировать дом. Вообще Мастера легко обнаружить, но не в случае Бедяжкина. У него сейчас далеко не полный накопитель, а посему он почти не выделяется среди обычных Воинов. Блин, как же тебя найти? Ладно, пойду наверх. Авось свезет.

Проскочив по лестнице, я встречаю пару Воинов. Разбить им доспехи и высосать энергию занимает несколько секунд. Затем бегом в кабинет Бедяжкина и — о чудо! — каменщик здесь баюкает забинтованную руку, настороженно поглядывая на дверь.

Хотя чудо не при чем. Куда ему еще деваться? В подвале бигусы, во дворе и у ворот идет перестрелка, бункера в этом доме нет.

— А я к вам на чаек заглянул, — ухмыляюсь. Правда моей ухмылки не видно под Покровом Тьмы и черным шлемом.

— «Темник»⁈ — рычит Бедяжкин, покрываясь каменным доспехом. — Откуда ты, черт возьми, взялся⁈

— Мама родила. — В моей правой руке формируется пси-клинок. — А тебя в каком хрене нашли?

— Псионика⁈ — теперь в глухом голосе Мастера слышно неподдельное изумление и даже страх. — Вещий, неужели это ты⁈ У тебя три Дара⁈Как такое возможно⁈

— Не придумывай, — вскинув клинок, я двигаюсь к здоровяку. — У меня всего один Дар, просто он разносторонний.

Думал, просто подойти к Бедяжкину и проткнуть его пси-клинком, а потом высосать память с энергией. Ведь сил у него не хватит на тот же Каменный град. Но каменщик неожиданно удивляет — в закованной в гранит руке возникает каменный топор. Похоже, на нестандартную технику Мастера. Ух ты! Жора уже облизывается. Хочу!

— Я тебе дорого продам свою жизнь, щенок! — рычит Бедяжкин.

Он точно не тупой, раз понимает, что всё равно умрет. Мне даже интересно, что еще может выкинуть этот горе-отравитель, но надо спешить.

Взмахом клинка швыряю пси-гранату. Бедяжин реагирует мгновенно — ударом топора он отбивает конструкт в сторону, как мячик, и тот взрывается в стороне. О, прикольно! Оружие еще и антипсионическое! Хочу вдвойне!

Рывком я приближаюсь к каменщику, одновременно вскидывая пси-клинок. Бедяжкин с надсадным ревом парирует атаку. Клинок отскакивает, но я тут же наношу новый резвый удар. Каменщику с большим трудом удается отбить. Спасает его только многолетняя выучка. Видимо, с детства натаскивали махать боевым топором, готовили к технике.

Бедяжкин шатается, держась из последних сил. Интересно, конечно, сколько он еще ударов мог бы отбить, но мы здесь не в игрульки играем. Свободной рукой я выпускаю пси-хлыст. Конструкт стегает по гранитному шлему, и Бедяжкин со стоном падает на колени. Я вонзаю пси-клинок в серый наплечник, тут же доспех раскалывается, а каменщик кричит от безумной боли. Топор в его руке рассыпается каменной крошкой.

— Вещий, будь милосерден! — воет бледный Бедяжкин. — Просто убей меня! Не пытай!

— Ты хотел отравить мою учительницу, — бросаю ему в лицо. — И хочешь безболезненную смерть⁈ Да щас!

В другое его плечо втыкается пси-ножик, и горло Бедяжкина издает новый крик боли. Я же через Пси-насос выкачиваю все его воспоминания в отдельный ментальный сундук. Это очень энергозатратный процесс и приходится задействовал энергопластыри. Что ж, для этого момента я их и берёг. Шерстить всю память мне некогда, но в этом ворохе воспоминаний может закрасться очень важный фрагмент разговора с Недежкой, например. Проворонить такое недопустимо.

В конце выкачивания мозг Бедяжкина сам отмирает, полностью высушенный. Едва успеваю забрать последние крупицы энергии. Фух, Насос сильно утомляет. Сейчас бы завалиться в постель, да Лакомку бы прижать под бок, но нет нельзя, бои еще идут, пулеметы не затихают.

Осторожно подхожу к окну и смотрю на последние точечные столкновения. Вражеских гвардейцев вроде всех перебили, а вот бигусы еще остались, но это не проблема. «Нора» уже прекратила исторгать приматов, последним тварям недолго осталось.

Ладно, парни без меня справятся. Лучше я займусь поиском компромата, а то подельники Бедяжкина могут скрыться, почуяв жареное.

Через пси-конструкт «быстрый поиск» я нахожу все упоминания про яд, и здесь мне приходится удивиться. Прохвост Недежка опять чист. Отраву Бедяжкину дал некий Хомяков, тоже один из «Хозяев». Оба дворянина сговорились отравить Антонину, и тем самым спровоцировать меня на атаку.

Я быстро звоню отчиму:

— Надо срочно хватать Хомякова Артема. Прямо срочно. Он был в сговоре с Бедяжкиным. Доказательства передам как увидимся.

— Понял, уже отправляю наряд.

Я вешаю трубку и задумываюсь. Значит, Недежка следует золотому правилу мерзавцев: «Всегда действуй минимум через двух посредников». Прямо школа барона Горнорудова. Но как только схватим Хомякова, то уже точно вскроем этот гнойник.

Вскоре заканчиваются последние бигусы, и я, сбросив доспех, ухожу в тыл к своим гвардейцам.

— Шеф, ты не ранен? — ко мне подбегает София в камуфляжной куртке. Волосы завязаны в небрежный хвост, косметики нет, сама она выглядит усталой — видимо, лечила наших раненых. Не дожидаясь ответа, Целительница хватает меня за руку и уводит к автобусу, припаркованному у ворот. — Да что я спрашиваю? Лучше молчите — экономьте силы. Я вам всё равно не проверю, пока не проведу осмотр.

— Наверняка, есть тяжелораненые? — пытаюсь я от нее отделаться. — Займись в первую очередь ими, мне не к спеху.

— Нет больше никого, — твердо произносит София. — Я всех уже вылечила. И вас тоже вылечу.

Звучит, как угроза, хе, но вообще всё правильно делает. Она мой Целитель и отвечает за мое здоровье. Не объяснишь же ей, что у меня в голове сидит маг крови и он сразу почувствует внутреннее или наружное кровотечение.

По дороге я передаю Софии немного энергии, а то она выглядит измученной, а аж жалко. Девушка сразу расправляет плечи и прибавляет в скорости.

В автобусе отдыхают двое взмыленных гвардейцев. Молодая Целительница командным голосом велит им выйти, и бойцы спешно выполняют указание грозной Софии Александровны. Здесь рядом, ближе к водительскому креслу, устроен медотсек, отгороженный шторкой. Зайдя в кабинку, я раздеваюсь до трусов. София, тщательно просканировав меня, наконец успокаивается.

— Ни царапины, — поражается она. — Шеф, ты будто и не был на поле боя.

— Просто я родился в рубашке, — улыбаюсь. — Госпожа доктор, мне можно одеться или вы еще не насмотрелись?

— Насмотрелась уж, — бурчит она, отвернувшись, но всё же скулы слегка порозовели. Нашу строгую Целительницу еще как можно пронять.

Одевшись, я уезжаю на базу царских охотников. Там передаю Степану воспоминания с уликами. Отчим удрученно качает головой.

— Вот мрази же! Невинную женщину отравить! Да какие они дворяне после этого! — негодует Степан и берет себя в руки. — Что ж, пускай с ядом понятно, но возникает вопрос — откуда взялись бигусы?

— Иномирянин охотился за Камилой из-за двух Даров, — замечаю. — Думаю, я тоже стал равнозначной ей целью.

— Допустим, — Степан принимает мою версию. — Но кто-то же дал наводку по твоему местоположению? Это нашествие явно спланировано.

— Да Недежка и дал, — пожимаю плечами.

— Он что, в сговоре с Иномирянином? — хмурится полковник.

— Ну а почему бы и нет? Зябликовы ведь тоже плясали под его дудку. Что точно — Бедяжкин не знал об Иномирянине, и появление «норы» стало для него неожиданностью. То есть Недежка мог использовал своих союзников по коалиции, как слепых марионеток, — я прикидываю варианты. — Но это мы узнаем точно, когда схватим Хомякова и тем самым получим обоснование заграбастать Недежку.

— Кстати, о Хомякове, — отчим выглядит расстроенным. — Едва запахло жаренным, он сбежал из Будовска. Вроде как уехал в Пермь. Поисковая группа уже отправлена за ним, следователи ищут.

— Мда, — вздыхаю. — Ну ожидаемо, в принципе. Хомяков понимает, что засветился. Да и от Недежки ему надо бежать. Тот тоже захочет убрать свидетеля.

— Буду держать тебя в курсе розыска, Даня, — обещает Степан, и на этом я возвращаюсь к себе домой.

Там нахожу Антонину и убеждаюсь, что с любимой учительницей всё в порядке. Лакомка уже позаботилась о ней: провела сеанс релакс-терапии, напела своих эльфийских успокаивающих песенок и зачем-то заплела ей кучу мелких косичек так, что Антонина сразу помолодела лет на десять. Ну, я на всякий случай, тоже с помощью псионики положительно стимулирую ей нервную систему. А хорошо поработавшей Лакомке через прикосновение добавляю энергии, отчего альва сразу приободряется и требует еще больше внимания, утаскивая меня в спальню. Вот же ж ненасытная! Хотя идея хорошая — мне ведь тоже надо скинуть избыток адреналина и дофамина.

Следующие несколько дней проходят в учебе, работе и тренировках. Царские охотники же по-прежнему разыскивают исчезнувшего в Перми Хомякова. Да, пропал гад, но надеюсь, Недежка не утопил его в реке, а то придется собирать новую доказательную базу.

В один из вечеров мы с другими «Мстителями» собираемся в конференц-зале у Соколовых. Я делюсь историей о Бедяжкине. Дворяне, конечно, знатно прифигивают от наглости «Хозяев».

— Безумие! Да за это убивать надо! — Альберт Енерев бьет кулаком по столешнице.

— Так Данила и убил Бедяжкина, — замечает Виталий Соколов. — А второй подельник — этот Хомяков — без вести пропал. Что же касается предполагаемого организатора Недежки, то без доказательств мы не можем его прижать.

— Надо установить слежку за всеми «Хозяевами», — делаю я предложение. — По крайней мере, мы должны знать, где они находятся и с кем разговаривают.

— Это можно, — соглашается «главный сокол». — Тогда выделим людей поровну.

Я предупреждаю, что направить необходимо именно настоящих профессионалов скрытой слежки. Если наших людей поймают за шпионажем, то у врагов появится повод пойти с жалобами к Великопермскому, прикидываясь невинными овечками. В ответ «Мстители» соглашаются направить только профи.

Ночами я также тренируюсь в подвале. У меня получилось добиться новых результатов, особенно в развитии легионеров. Так, Дубный обучился родовой технике Бедяжкина. Теперь я могу призывать Каменный топор. Оружие способно противостоять псионике. Только уровень противодействия ниже, чем у Бедяжкина. Тот-то был Мастером, а Дубный еще Воин. Но ничего, какие наши годы, еще наверстаем.

Спустя пару дней ко мне в кабинет заходит Лакомка. Я как раз читаю энциклопедию по биологии, а именно повадки семейства псовых. Интересно, насколько мои волкомедведи смышленные. Очень хочется нацепить на них другую аппаратуру, кроме артефактных ошейников. Например, гранатомет ММ-60. Конечно, Акела из другого мира, но какое-никакое сходство с обычными волками налицо.

— Звал, мели…? — альва вдруг застывает и подозрительно смотрит на меня.

— Что такое, детка? — кладу книгу на стол и делаю удивленные глаза.

— Ничего, — Лакомка подбоченивается и водит по сторонам носиком, словно принюхиваясь. — Ничего, — повторяет. — Так ты звал меня, Даня?

— Да, — подзываю ее ладонью. Блондинка, помешкав, подходит, я тут же сажу девушку себе на колени и начинаю нежно гладить ее по бедрам сквозь тонкое платье. — Просто хочу немного побыть с тобой.

Продолжаю поглаживать и обнимать девушку. Она натужно вздыхает:

— Ох, ме…ме…

— Да-да, скажи это слово, — коварно шепчу ей на ушко. — Кто же я? Скажи.

— Ме… — томно шепчет она, дрожа от моих прикосновений.

— Ну же?

— М-милый Даня, — выдыхает Лакомка и, отстранившись, негодуюше сверкает глазами, при этом продолжая обнимать мою шею, — Милый и хитрый! Думаешь, я не почувствовала на тебе амулет переговоров? Хотел меня провести? А вот тебе!

— Вообще-то это не амулет переговоров, — я вынимаю из внутреннего кармана пиджака отслеживающий ошейник. — А амулет слежки. Я его взял с собой для изучения. А ты меня незаслуженно обвинила, дорогая моя.

Лакомка сразу теряется.

— Ой, прости, я не хотела, мел… — она замолкает и хлопает глазами.

— Теперь всегда будешь бояться это произнести? — хитро улыбаюсь. — А если я найду способ прятать артефакты от твоего магического нюха? Ведь могу же.

— Даня, какой же ты жестокий! Жестокий-жестокий! — восклицает альва и вскочив, в возмущении убегает из кабинета, не забыв, правда, повилять пятой точкой. А я с улыбкой смотрю вслед этой трехсотлетней кокетке.

Зато теперь знаю, что альва способна чувствовать на расстоянии магические артефакты. Причем в фоновом режиме. Очень полезный навык. И да, я ничуть не жалею об этом эксперименте. Полезно знать, на что способны твои близкие, ведь это может помочь спасти им жизни.

В дверь, постучавшись, входит слуга с завернутым прямоугольником в руках.

— Вам пришла заказная посылка, господин, из Тагила.

— О, спасибо, — я тут же забираю посылку и рву обертку.

Слуга уходит, а я извлекаю на свет очень старый фолиант в потрепанной кожаной обложке. Спереди выведено черными буквами «Трактат об Астрале и тварях, в нем живущих» за авторством Бутерина Виталия.

Ого, да эта книга стоит целое состояние! Баронесса Горнорудова действительно не поскупилась. Когда я недавно позвонил ей насчет Астрала, она пообещала прислать мне энциклопедию, но даже подумать не мог что Жанна расщедрится на древний текст. Кстати, по телефону она меня еще сильно убеждала бросить затею с Алабмашем.

Вместе с книгой приложено письмо от Горнорудовой:

«Спаситель, я прислала, что обещала. Но надеюсь, ты одумаешься и не пойдешь на эту кривую дорогу. Астрал не та вещь, которую можно изучить и остаться человеком. Я предостерегаю тебя не сталкиваться с той тварь, что ты мне описал. Это может оказаться путь в один конец. Конечно, ты молод и не можешь представить масштаб опасности. Поэтому прими к сведению совет от старшего товарища: никогда не открывай эту книгу и не ищи встречи с высшими астральными тварями».

На несколько секунд я задумываюсь над предупреждением баронессы, затем пожимаю плечами и открываю первую страницу фолианта.

* * *

Друзья, а можете, пожалуйста поставить лайк книге? Лакомка просто просит:

Глава 4 —

По ягоды

— Даниэль, я хотела бы еще раз поблагодарить тебя за гостеприимство, — любезно улыбается Барбара. — А также в особенности за то бесчетное число розовых лиан, что ты мне подарил. Их действительно очень много, и мне неудобно, что я ничего не дала взамен. Могу ли я что-то для тебя сделать?

Вечер пятницы. После школы и охоты я сижу в кабинете и в ус не дую, листаю фолиант Горнорудовой, а тут заходит леди Смит в нескромном платье и предлагает ответную услугу за мое радушие. Очень заманчивое предложение, и я решаю им воспользоваться.

— Конечно, можете, леди, — улыбаюсь в ответ, и довольная англичанка тут же направляется ко мне за стол. — Например, вы могли бы рассказать, что за артефакт использовали в своей комнате.

Барбара замирает на полпути и удивленно смотрит на меня.

— Как ты узнал, Даниэль?

— Давайте не будем об этом, — утаиваю я возможности Лакомки. Именно альва и учуяла магический артефакт у англичанки.

— Знаешь, Даниэль, — задумчиво смотрит на меня Барбара. — А я ведь сегодня металась в мыслях, могу ли я попросить тебя о еще одной услуге, как раз связанной с артефактом, а тут ты неожиданно сам меня спрашиваешь о нем.

— Что за услуга? — заинтересовываюсь.

— Даниэль, мог бы ты взять меня с собой в Астрал? — англичанка внимательно смотрит на меня.

Конечно, после такой заявочки я требую подробностей, и Барбара, помешкав, всё рассказывает. Оказывается, у англичанки есть марка суперпремиальных духов, которые распространяют не только запах, но и чувственные эманации — букет эмоций, как, например, радость и восторг. Эти духи самые любимые у королевы Англии, и неудивительно. Побрызгался такими духами, и люди вблизи заряжаются от тебя положительными эмоциями. Очень полезно для встреч и совещаний, потому что даже сквозь щиты доносятся отголоски букета. Напитываются духи эманациями через родовой артефакт Смитов. Но вот незадача — артефакт тоже нужно заряжать, и это делается через Астрал.

— Обычно артефакт напитывает мой телепат, — объясняет Барбара. — Но я его с собой не взяла, а благодаря тому, что ты дал мне столько лиан, я увлеклась экспериментами над разработкой новых духов и потратила весь заряд артефакта.

— У вас же нет второго Дара? — не могу не спросить.

— Нет, — с улыбкой англичанка создает в воздухе снежинку.

Ну и хорошо. Всё же бдительность и осторожность не лишние. С телепаткой я бы в Астрал не пошел, слишком рискованно.

— Ну что ж, завтра у меня весь день охота, леди, но через день я могу помочь, если это вас устроит, — киваю.

— О, конечно, Даниэль! — разулыбалась британка и, помедлив, всё же делает ко мне шаг. — Но ты опять помогаешь мне, а ведь мы так и не решили, какую ответную услугу я могу для тебя оказать.

Эх, красавица с Туманного Альбиона, ты меня недооцениваешь. Даже помогая другим, я извлеку для себя полезный опыт.

— Что вы, леди — улыбаюсь. — Вы уже оказали. Ведь я смогу посмотреть на работу артефакта, что создает духи для самой королевы Англии.

Причем просканировать его работу я смогу и на ментальном, и на энергетическом уровне, а это уже неплохо. Остается загвоздка с щитами Барбары, но она уверяет, что в ее ментальной защите предусмотрена возможность переноса сознания в Астрал при условии согласия самой леди. Интересное устройство щитов, никогда с таким я не сталкивался, и это будет еще один опыт. Всё же мне сильно не хватает примеров телепатии от признанных мэтров с дипломами.

Мы перекидываемся еще парой слов, и Барбара наконец уходит. Меня же ждут еще несколько страниц творения Бутерина. Очень интересная книга, хоть читается и с большим трудом. Язык-то устаревший, со великорусскими словами. Спасает амулет для переговоров, хотя при чтении эффективность намного меньше.

Уже прошла целая неделя, как я получил книгу. Но пока что получилось прочитать только половину фолианта. Впрочем, главное я уже нашел — а именно классификации астральных тварей. Если коротко, сущности Астрала делятся на две категории: низшие и высшие, вроде бы есть еще и третья — некие боги в глубинных слоях — но автор в ней сомневается. И вот в Алабмаше, похоже, сидит как раз высший или, по-другому, Демон Астрала. То есть разумный монстр с огромной силой. Цели у этих Демонов бывают разные, но обычно ничего особенного — съесть побольше вкусных душ.

Осилив еще одну страницу, я потягиваюсь и зеваю. Из стены вдруг вылезает синяя когтистая рука с шоколадным батончиком в прозрачном пакете.

— О, это то, что я думаю?

— Шоколадка-а от кисы-ы-ы, — протягивает Змейка, но сама не показывается: знает, что «вожак» работает, и не хочет мешать.

Я забираю батончик и пробую. Запив чайком, ускоряю метаболизм, затем прислушиваюсь к себе. Хм, да я сыт! С одной лишь шоколадки! Действительно, «Энергосинтез» всё же смог создать сверхпитательный сывороточный протеин. По задумке Лакомки, это должен быть концентрат белка, обогащенный углеводами, витаминами и микроэлементами.

— Спасибо, — улыбаюсь сыто. — А где сама «киса»?

Синяя рука уже исчезла, но я чувствую: Змейка сидит в бетоне и ожидает на случай моих дальнейших распоряжений.

— В рабораторрии, — неразборчиво доносится из бежевых обоев. — С некрроманткой и дохлой птичкой.

«Дохлая птичка» — это скелет-попугай. Я уже подумывал забрать домой кого-нибудь из стаи Акелы, чтобы он разгрыз и закопал на заднем дворе эти летающие кости, постоянно ворующие у меня с тарелки еду. Но нет, всё-таки жалко Киру. Она настоящая трудяжка и хорошо справляется с функциями руководителя. Вот уже синтезировали батончик.

— Поззвать? — спрашивает Змейка.

— Нет, я сам прогуляюсь, — встаю и покидаю кабинет.

От фолианта тоже надо отдохнуть. А вообще эту неделю я трудился не только над книгой. Список сделанных и начатых дел огромный. Только с «Хозяевыми» пока что глухо. Дело в том, что Недежка смылся из города. Видимо, тоже ищет Хомякова, как и царские охотники. Ну надеюсь, отчим первым достанет нашего возможного «языка», всё-таки у Степана ресурсов и связей больше.

Но сам я время не терял. Вот, например, занялся наконец отложенными пси-закладками. Сложная вещь, но очень интересная. А еще я чуть затронул сферу условного пятого вида телепатов — Провидцев. В этом как раз помог фолиант, а то ведь до него я вообще не находил никакой информации об этой загадочной стороне телепатии.

В лаборатории Лакомка с Кирой о чем-то громко переговариваются, сверкая глазами.

— Лариса, я не понимаю, зачем нам делать сверхпитательное мороженое! — заявляет некромантка. — Протеиновых коктейлей и батончиков хватит с головой! Зачем сейчас тратить ресурсы на разработку новой формы продукта? Всё производство и так будет занято!

— Но мелиндо любит мороженое, — твердо возражает Лакомка, скрестив руки на груди поверх белого халата.

— Да кто вообще такой этот «мелиндо»! — всплескивает руками Кира. — О ком вы говорите⁈

— О… Привет, мелиндо! — радостно восклицает Лакомка, завидев меня.

Блин, и почему я не взял амулет для переговоров? Сейчас бы и узнал, что это за словцо.

— Батончик — супер, — хвалю девчонок. — Значит, уж продукт разработан, и можно запускать конвейерное производство?

Я усаживаюсь в кресло и внимательно смотрю на девушек.

— Да, относительно скоро передадим на московскую фабрику, — кивает Кира. — Но перед этим поработают маркетологи: пускай придумывают яркую обертку и стратегию продвижения.

— Ну и славно, — довольно киваю. Дело движется, а значит, в недалеком будущем ко мне потекут реки пассивного дохода. Славно-славно…– Кира, если мы с тобой закончили, можешь оставить нас с Ларисой ненадолго?– Так непривычно называть Лакомку земным именем.

— Да, хорошо, — некромантка бросает хмурый взгляд на альву, и, ничего не сказав, уходит. Я же никак не комментирую их спор. Во-первых, Лакомка права — я люблю мороженое. Во-вторых, это внутренняя кухня девчонок, и пускай они сами решают. Если понадобится мое авторитарное решение, то хотя бы одна сразу ко мне обратится. Пока же обе молчат.

— Завтра с тобой идем по ягоды, — обращаюсь к Лакомке. — Готова? Экипировку мерила?

— Фи, камуфляж мне не идет, — слегка морщится блондинка. — Я же альва, да еще оборотница. Мы не носим такое.

— Придется поносить, — спокойно отвечаю. — Боевой защитный комплект — это обязательная форма для охоты в «норах».

— Но Змейка же не носила спецовку, когда вы вместе выезжали! — капризничает альва, ей-богу, как малое дитя.

— У Горгон пуленепробиваемая чешуя, — невозмутимо парирую. — А за несоблюдение правил царские охотники могут сделать выговор моему отряду.

Альва вздыхает, но больше не спорит. Вот и ладно. А то взяли манеру бегать по полю битвы в легких платьях.

На следующее утро мы с «Русичами» как обычно отправляемся на охоту. Только в этот раз я опять отделяюсь и беру себе «нору» поблизости. В своей привычке Светка снова ворчит, но я ж командир, со мной не поспоришь, хе. Нет, я сам не сторонник такого разделения отряда, но что поделать? Перед другими дворянами я пока не могу светить Лакомкой, а она мне нужна в этой вылазке.

Зачем нужна? И опять мы возвращаемся к вопросу о Провидцах. Дело в том, что фолианте об Астрале указана формула Провидческого пси-конструкта. Говорится, что эта абивка якобы покажет, есть ли у телепата шансы справиться с высшей тварью из Астрала. Без понятия, насколько это рабочий метод, в гадалок я не верю, но в этом мире Провидцы — очень уважаемые маги, и уж наверно, не за красивые глаза.

Так вот, этот инструмент совсем не прост. Чтобы собрать конструкт, телепат должен находиться под особым пси-дурманом. Что это за дурь такая, в фолианте больше нет ни слова. Но Лакомка оказалась в курсе. Альва сказала, что нужное психическое состояние создает настой на аномальных ягодах. Поэтому сегодня мы и отправимся в «нору» искать такие ягода.

Уже по привычной схеме, я также взял с собой Зубастика и Змейку.

Спозаранку на бронимобилях приезжаем на место. Гвардейцы высыпают из машины и берутся прочесывать лес. Я же пока изучаю «нору». Неплохо-неплохо — червоточина совсем новая, и в узловой конструкции еще хватает энергии. И, видимо, она настолько новая, что еще даже ни один зверь не объявился.

— Мелиндо, ну как оно? — с азартом спрашивает Лакомка, одетая в камуфляжную экипировку. Альву, кстати, она нисколько не портит. Даже мешковатый разгрузочный жилет не способен скрыть приличный размер груди блондинки.

— Свежак, — довольно улыбаюсь. — Можно заходить.

Я достаю из кармана разгрузки амулет и надеваю на шею. Альва сразу с подозрением смотрит на побрякушку.

— Периметр чист, шеф, — докладывает подошедший Студень, поглядывая на «нору». — Кроме этих врат в ад. За них я не могу ручаться.

— Да какие это врата в ад, — бросаю оценивающий взгляд на «нору». — Максимум калитка.

— Успокоил так успокоил, — бурчит командир поддержки.

Не знаю, чего он переживает. В прошлый раз ведь нормально сходили, вон сколько мяса приволокли, и сегодня надеюсь, будет столько же. Или Студень волнуется из-за того, что это мясо в неубитом состоянии агрессивное и опасное? Ну подумаешь.

— Зубастик, разведуй, — приказываю крылатому питомцу.

Дракончик, словно только этого и ждал, мигом залетает в «нору», и я подключаюсь к его зрению. В этот раз червоточина выходит в лес, и это хорошо: больше шансов найти ягоды.

— Чисто, — подытоживаю. — Заходим.

Первой заскакивает Змейка, потом я, потом Лакомка. Оказываемся мы на пустом травяном берегу реки. Высоко над деревьями кружит Зубастик, всматриваясь в заросли. Глаз у дракончика острый, может, и углядит в кустах кого-нибудь дорогого и вкусного.

— Ищите любые ягоды, — дает инструкции альва. — А потом зовите меня. Список подходящих на самом деле большой, поэтому вряд ли мы уйдем ни с чем.

Час мы втроем бродим по зарослям и собираем разные ягоды. Не все нужны именно для моего Провидческого дурмана, какие-то пригодятся альве в зельеварении, ну раз мы здесь, то почему бы не собрать? А вообще ягодособирание очень интересно, только почему-то у меня скулы сводит от постоянного зевания, но это, видимо, побочный эффект этого захватывающего занятия.

В момент, когда у меня уже и глаза начинают слипаться, Зубастик замечает первого гостя. Мда, такую громадину сложно не заметить. Похож, на вепря, но размером с фургон. Наверное, он и распугал остальных зверей. Ведь обычно у «нор» полно живности, так как энергия портала притягивает разных тварей.

— К нам движется Пятачок-переросток, — оповещаю я спутниц. — Змейка, пойдем встретим поросенка. Лакомка, будь здесь.

— Хорошо, мелиндо, — покорно соглашается альва. Причем она первым делом глянула на амулет на моей шее, но всё равно сказала то, что сказала, порозовев лицом и опустив глаза.

А амулет перевел это как, внимание, — мой зая.

Ах, вот какой дословный перевод у этого слова. Мой зая… Должно быть, у альв это имеет более ценный смысл, чем у нас. Или амулет барахлит. Одно из двух.

Мы со Змейкой уходим встречать вепребыка. Его приближение ощущается по дрожащей земле. Интересно, какой у него уровень? Оранжевый?

«Включив» нужных легионеров, я облачаюсь в доспех Тьмы и вооружаюсь Каменным топором. Сейчас заодно и попробуем технику Бедяжкина.

— Здесь его примем, — даю команду остановиться.

Кивнув, Змейка резво взбирается на ближайшее дерево и, усевшись на высоком суку, ждет. Вскоре появляется и вепребык. Огромный кабан, исторгающий пар из ноздрей, мигом замечает меня. Ну а как не заметить — я ему еще и топором машу, ну, а чтобы точно не проморгал, стреляю шаром Тьмы. Эффекта от атаки никакого, разве что только вепрю бок обжигает до черноты и он ревет, словно его кастрировали. А еще прибавляет скорости, явно рассчитывая снести меня как пушинку.

Блин, и, правда, огромный. С таким не поборешься в рукопашке. Поэтому недолго думая, я врубаю Голод Тьмы.

Неприглядный мрак застилает зверя, но длится это недолго. Взревев, Пятачок вырывается из черных тенет, и тут, надо сказать, я уронил нижнюю челюсть. Мои перепончатые пальцы! Что это за зверь, что ему даже Голод Тьмы не навредил, не считая рваных полос на шкуре и измочаленных ушей? Кого другого бы в труху перемололо! А Пятачка лишь поцарапало!

— Р-р-р-рвать! — с ревом Змейка сигает с дерева прямо на спину вепря.

Чешуйка, ты-то куда лезешь? От удивления я как-то пропустил момент, когда Пятачок оказался под Горгоной, а она, конечно, бесстрашно сиганула на эту махину. Ну нет, я не могу рисковать Матерью выводка. Меня же потом ее Горгоныши заживо съедят.

Я посылаю всего один, но очень мощный псионический разряд, и в ту же секунду вепробык вырубается и на всём скаку падает оземь рылом вперед, вспахав клыками две борозды. Нейроны зверя сгорают мгновенно. Хм, вот дела. Огромный Пятачок оказался уязвим ментально. Легкодоступная ахиллесова пята.

— Змейка, он готов. Оставь его в покое.

Горгона гордо спрыгивает со спины и победоносно выпячивает грудь.

— Поррвала, — довольно оскаливается Хищница. Хоть ее медные когти и не успели причинить вреда толстой шкуре Пяточка, но кого это волнует? Меня лично не очень.

Я больше переживаю о том, как эту гору дорогущего мяса теперь дотащить до «норы».

— Мать не грррузчик, — Горгона сразу понимает ход моих мыслей. — Мать — воин! Вот, — указывает она когтистой рукой на поверженного вепребыка.

Так бы я и чесал репу. Но, к счастью, рядом с Лакомкой появляются два посторонних разума. Всё это время я держал под контролем местность рядом с альвой, поэтом появление новых гостей не оказывается для меня сюрпризом. И судя по характерным накопителям и формам матрицы, это снова ракхасы.

Я довольно улыбаюсь.

— Кажется, у нас появилась раб сила.

* * *

Напевая песенку, Лакомка собирает ягоды ежины. Звонкий мелодичный голос альвы разносится по лесу:

— Мелиссэ! Ай мелиндо!

Дословно слова переводятся как:

— Зайка моя! Я твой зайчик!

Блондинка поет громко, никого не боясь. А чего ей бояться? Мелиндо не мог оставить ее без своего присмотра. Даже сражаясь с тем зверем, он обязательно контролирует окружение своей Лакомки. По-другому и быть не может.

И она нисколько не пугается, когда со стороны опушки звучат слова на грубом ракхаском наречии:

— Смотри, какая красавица! Дорого же мы ее на рынке продадим!

Глава 5 —

Дитя Астрала

Рхог и Урзуг застыли, осклив клыки в предвкушении. Два ракхаса не могли поверить своему счастью. Но глаза не обманывают: они наткнулись на поющую альву. Альву! Кто бы мог подумать, что в лесу можно встретить такую красавицу! Нежное лицо сразу приковывает взгляд, а странный мешковатый костюм не способен скрыть идеальную фигурку с аппетитными пышностями. Сама альва уже заметила гостей и, обернувшись, бесстрашно смотрит на сынов племени Красных топоров.

— Глянь — не боится, — ухмыляется Рхог, не отрывая взгляда от точеных изгибов девушки. — Понесем ее сразу вождю. Он любит храбрых и красивых баб. И щедро платит за них.

— Ага, давай брать, — довольно скалится Урзуг, представив сундук с ракхаскими клыками, валютой в их племени, что им на двоих вручит вождь. А если по дороге еще грохнуть Рхога — то и вовсе на одного.

Ракхасы не торопясь расходятся, чтобы подойти к альве с двух сторон. До нее метров триста, и убежать она не успеет. Тем более от сильных ракхасов. Но едва Рхог выходит из тени деревьев, как ему в рыло прилетает небольшой плоский камень. Воин племени сразу падает на траву и стонет, пуская кровавые пузыри.

— Вы на кого позарились, олухи недоделанные? — раздается звонкий насмешливый голос.

Урзуг резко вынимает из поясной петли обоюдоострый топор. Перед ним неожиданно возникает белокожий парень в такой же странной одежде, что и альва. Парень ниже двухметрового ракхаса на голову, поэтому Урзуг не испугался этого недомерка. Но непонятно, почему сам коротышка тоже не боится мощного Урзуга?

Но скоро ракхас это узнает.

— Это тебе не пригодится, — бросает парень и Урзуг против своей воли отпускает топор, что втыкается в землю. Парень слегка морщится. — Сложновато вами управлять. Видимо, от того, что у вас мозгов немного. Кто бы знал, что это способно послужить буфером от телепатии. Эй ты, плоскомордый, вставай!

Плюясь кровью, Рхог послушно поднимается. Его морда, и правда, теперь выглядит как плоская лопата. Урзуг же ощущает, что сам он прикован к месту и не может пошевелить даже пальцем. Тут только до воина племени доходит смысл происходящего. Этот белолицый — шаман! А-а-а, угораздило же их наткнуться на бабу шамана! Всё, им конец!

А тут еще из-за дерева показывается четырехрукая Горгона, и Урзуг едва не накладывает в штаны. И наложил бы, но ему что-то мешает. И даже не что-то, а кто-то.

— А вот этого нам не надо, — строго смотрит на него шаман. — Мы хотим дышать чистым лесным воздухом, тебе понятно?

— Д-да, господин, — часто-часто кивает Урзуг. Голова у него, оказывается, способна двигаться, или это шаман разрешил?

— Мелиндо, что ж ты так долго? — подходит альва. Вблизи она оказывается еще красивее. От близости такого совершенства у Урзуга мгновенно пересыхает горло и потеют пальцы ног.

— Я рядом был, — отвечает шаман. — Копался в памяти этих «зеленых». Интересно, откуда они, да и вообще, что это за мир. Правда, пользы мало — «зеленые» не ходили дальше соседнего бугра. Так, пора домой. А вы, зеленые морды, сейчас поработаете.

Неожиданно Урзугу сильно захотелось сходить в лес и вдвоем с Рхогом дотащить до берега тушу некоего Пятачка. Не задумываясь, воин племени резво идет в нужном направлении. И судя по тому, что Рхог пошел вместе с ним, у второго ракхаса тоже возникло это необъяснимое желание. И ему нисколько не помешали кровоточащий нос и выбитый глаз.

Туша оказывается огромной, и пока ракахасы ее дотаскивают до реки, взмокают десять раз. Когда же впереди возникает лиловый ореол межмирового портала, Рхог и Урзуг спихивают в него мертвого зверя и падают без сил на траву. Не вставая, Урзуг усталыми глазами провожает Горгону и альву, что исчезают в портале.

— Даже убивать вас двоих теперь жалко, — задумчиво произносит шаман, нависнув над ракахасами. — Вроде как вы отморозки, но в то же время поработали на меня, пускай и через силу… Ну, ладно, живите, но уже заново, с чистого листа.

На этих словах шаман ныряет в портал. А Урзуг вдруг понимает, что забыл совершенно всё: кто он, из какого племени, а также что за избитый ракхас сидит рядом с ним. Причем у его компаньона такой же опустошенный взгляд.

Два зеленых здоровяка недоуменно переглядываются.

— Это я тебя так? — спрашивает Урзуг.

— Не помню, — пожимает плечами Рхог и оглядывает пустой берег. — Но больше некому.

— Значит, я, — кивнув себе, Урзуг встает и сжимает кулаки. — Значит, есть за что.

Но Рхог тоже уже вскочил и неуклюже вынул топор из кожаной петли. А в следующее мгновение два воина племени бросаются друг на друга.

* * *

— Слушай, Магнитик, — обращается Света к Лене по позывному. — Ты не можешь хоть намекнуть, кто та блондинка в доме Вещего? Ведь она никакая не родственница, это сразу видно.

— Искра, где это видно? — недоумевает Лена.

«Русичи» из укрытия караулят «нору», но пока оттуда никого не выскочило. Поэтому блондинка, видимо, от нечего делать принялась пытать единственную, кто в курсе тайн Данил.

— Ох, да везде! — всплескивает руками Соколова. — Видно же, что она другая. Знаешь, какая версия напрашивается?

— Просвети-ка нас, — с усмешкой просит Гриша, предвкушая представление. Лена же пожимает плечами.

— Что Даня присмотрел себе смазливую безвенницу, но он несовершеннолетний, да и дворянином стал совсем недавно, потому не афиширует ее настоящий статус и использует легенду о родственнице, — как на духу выдает Соколова, пытливо изучая лицо Лены.

Камила неодобрительно смотрит на Свету. По мнению брюнетки, такие вещи не говорят открыто, а лишь намеками, да и то только про тех, чьи мнением не дорожат. Но Соколова слишком долго терпела, вот вся ее дедукция и вырвалась наружу.

— Искра, даже если бы и было так, — замечает Лена, переварив услышанное. Она, если честно, всегда удивлялась фантазиям богатых барышень. — То я бы не смогла подтвердить твою версию, ты же понимаешь?

— Зато лицо твое не смогло бы скрыть, — победно замечает Соколова. — И, кажется, я попала в точку…

— Тихо! — Гриша вдруг вскидывает руку в жесте «замолчать».

Из «норы» наконец показывается зверь. Огромный ревущий кабан выпрыгивает из портала и сразу скрывается в зарослях. Остается только облако поднявшейся пыли.

Гриша оборачивается к своим. Ребята показывают жестами, что без понятия об этой породе. Тогда казах со вздохом связывается с Данилой. У «Русичей» есть четкие инструкции по работе с «норами» без Дани, которые разработал Вещий. Во-первых, еще до столкновения требуется опознать противника. Во-вторых, если опознать не выходит — не влезать в драку. И вот сейчас наступило «во-вторых».

— Мегамозг, это Степняк…

* * *

Едва я возвращаюсь, как тут же берусь за рацию. Но Гришка уже сам связался:

— Мегамозг, это Степняк. Выпрыгнул неопознанный зверь. Похож на кабана. Прием.

— Степняк, Мегамозг. Никаких атак. Сидите и ждите. Конец связи, — отключаюсь.

Не зря я торопился. Прямо чувствовал нечто подобное. Соседняя «нора» тоже вела в ареол обитания вепребыков. Ну, такое не редкость. Рядом расположенные «норы» часто выходят рядом и в другом мире.

Что ж, ребятам с этим зверем лучше не связываться, тем более что мне ничего не стоит выжечь ему все нейроны.

Гвардейцы уже с бензопилами наперевес кружат вокруг туши вепребыка. Ну да, легче разделать эту гору мясо на месте, чем тащить ее целиком к грузовикам на трассе.

— Мне нужен квадроцикл, — командую, и Студень протягивает ключи.

На всякий случай, взял с собой и этот четырехколесный агрегат. Вдруг «Русичам» понадобилась бы моя помощь, как сейчас. На этом мотовездеходе не нужно делать крюк к трассе и затем снова в лес — а просто сел и поехал куда надо.

Запрыгиваю в «квадрик» и, помахав Лакомке, выжимаю газ. Сильно не гоню. Во-первых, приучаюсь к транспорту. Во-вторых, с ямами надо аккуратнее, чтобы пузом землю не проскрести. Но места здесь не совсем дикие, грунтовка накатана нормально. Повсюду песчаник с большими пологими ухабами.

Быстро беру след нового Пятачка. Энергетическое сканирование обнаруживает большой движущийся объект. Несется он быстро, приходится пока ехать в хвосте и держать его на прицеле.

— Мегамозг, это Егерь, — в гарнитуре доносится голос командира наших патрульных на периметре. — Сканеры обнаружили зверя. Он прорвался с территории нашей «норы».

— Егерь, сообщи, чья «нора» поблизости. Прием.

Через несколько секунд гвардеец докладывает, что «нора» забронирована доброотрядом «Властителей». Ага, команда Недежки как раз. Поэтому мы и поставили здесь усиленные патрули. Ну что ж, заглянем на огонек.

Конечно, я не горю желанием помочь Недежке, но зверь-то с нашей «норы», «Русичи» за него в ответе. Поэтому надо устранить Пятачка и быстро вернуться назад.

Но вскоре Пятачка засекает и местный доброотряд. Я вижу, как дюжина разумов идут наперерез зверю. Ох, придется ускориться. Вдавливаю педаль в пол, и «квадрик», взревев, уносится вперед. Хорошо, что дорога сейчас прямая.

Достигаю битвы за несколько секунду. Ну, как битвы. Скорее, салок. Причем Пятачок гоняет по лесу «Властителей», а они, закинув за спины бесполезные автоматы, носятся от него как угорелые. Автоматы…Да здесь ни одного мага. Что это за никчемный доброотряд? У Недежки ведь точно есть одаренные в гвардии.

Но некогда строить догадки. До сих пор Пятачку было сложно достать своих жертва из-за плотно стоящих деревьев, но вот одна неумная автоматчица выбежала на поляну, и вепребык загорелся, почуяв шанс. Один рывок огромного мощного тела, и он ее почти достигает. Женщина кричит, снимает с плеча автомат. Ствол разряжается грохотом выстрелов. Длинная очередь лишь оцарапывает морду Пятачку и даже не останавливает его топот.

Выехав на поляну, я с любопытством смотрю на автоматчицу. Вся трясется, страх пожирает ее изнутри, но она не сдается, а борется до последнего вздоха. Магазин заканчивается, но она тут же единым движением достает из разгрузки и вставляет новый, огонь даже почти не прерывается. Правда, толку от него никакого. Зверь почти насаживает автоматчицу на клыки. Пора и вмешаться.

За несколько секунд до смертельного столкновения я взмахиваю рукой, и мозг вепребыка сгорает дотла. Огромная туша валится в высокую траву.

Я выруливаю к туше, мотор неторопливо тарахтит. Женщину, видимо, только сейчас отпускает шок. Ей отказывают ноги, и она падает задницей на траву и пораженно смотрит на меня снизу вверх.

— Это вы…вы убили его? Спасибо вам!

— Не стоит благодарности, — пожимаю плечами. — Я пришел за своим добром. Видите ли, сударыня, это зверь из моей «норы».

— Из вашей? — таращит глаза автоматчица, а потом на нее как накатывает истерика: — Так это из-за вас мы подверглись нападению⁈ А если бы мы погибли! Если бы…

Хе, серьезно? Вздумала меня попрекать гибелью вассалов Недежки? Мерзавца, что мне пакостит?

— Сударыня, и почему это должно меня волновать? — громко и твердо, по-хозяйски ставлю ее перед фактом: — Вы здесь для того, чтобы сражаться с зверями, сударыня. И не моя проблема, что ваш господин даже не смог снабдить доброотряд магами. С таким слабым составом вам не место на охоте.

Да и спас я ее только потому, что Пятачок из подотчётной мне «норы, и за жертвы от его клыков мне могло прилететь. Штраф, наверное. Ничего непоправимого в этом нет, но зачем портить репутацию 'Русичам»? Пускай и ценой жизней людей своего врага.

Мой нагоняй возымел эффект. Женщина приходит в себя и спешно встает, поняв в какой неуместной позе находится.

— Простите, — сглатывает она, опустив голову. — Вы нас спасли, а я вас еще вздумала попрекать. И про магов вы не правы. Я — физик, — под моим скептическим взглядом она продолжает оправдываться. — Конечно, невысокого ранга. У нас были и огневики с воздушниками, но господин отозвал их и забрал с собой.

О, вот это интересно. Недежка не только сам смылся из города, но и прихватил магов, для видимости оставив в доброотряде неодаренных бойцов. Причем жить этим ребятам недолго осталось — до прихода первого сильного зверя. Тому же хомуйволу автоматные очереди, что щекотка.

— На Кавказ забрал? — лениво спрашиваю, скрывая свой интерес.

— Наверное, — вздыхает автоматчица, видимо, из-за стресса не понимая, что сдает тайны сюзерена. Я глушу мотор, чтобы не тратить топливо вхолостую. Собеседник попался уж очень интересный.

— Недежка вас бросил насмерть, — припечатываю безжалостно. — Без дальнобойных магов вам не справиться с сильными зверями. Мой совет — увольняйтесь.

— Мы не можем, господин, — женщина снимает бронешлем, освобождая длинную черную, как смоль, косу. Волосы у нее густые, шелковистые. — Кто нас приличный возьмет к себе после такой самоволки?

— Да я и возьму, — сдираю армейскую перчатку с правой ладони и показываю перстень. — Род Вещий, к вашим услугам.

Глаза девушки загораются. Она быстро проводит рукой по косе, разглаживая торчащие пряди.

— Вы серьезно…Ваше Благородие? — язык у нее заплетается от волнения.

— Если ваши послужной список и физическая подготовка достойные, почему бы нет? — отвечаю. — В общем, если по стандартам вы проходите в военные части, то и я работу вам найду. Передай это командиру вашего отряда.

— Я и есть временный командир «Властителей», Ваше Благородие, — выпрямляется девушка. — Ксения Бирюзова.

Свезло так свезло. Достаю из кармана жилета визитку с номером Сереги Сивых. Автоматчица принимает дрожащими от адреналина пальцами. Конечно, я не собираюсь доверять этим ребятам, а то вдруг шпионы закрадутся. Скажу Сереге пристроить их куда-нибудь в смежное подразделение. Например, в «Патриоты». О точно! Пускай устраивают наряды в логова мигрантов и ловят наркодиллеров. Зато профит какой — Недежка лишится бойцов, пускай и несильных. Да и его доброотряд исчезнет по факту.

— Ксения, не поможете дотащить до трассы? — киваю я на тушу Пятачка. — Можно считать это первым вашим заданием.

А что? Пускай ее люди покажут себя в деле, а я оценю их качества. Как минимум, степень скоординированности и организованности. Ну и упорства тоже.

Бирюзова мешкает, но недолго. По рации она подзывает свой отряд, объясняет парням что-то, и спустя минуту «Властители» Недежки все вместе несут мою добычу к трассе. Я тем временем связываюсь с Студнем, чтобы он пригнал грузовик на пару километров прямо от города.

Что ж, очередной день охоты удался. Пяточков, конечно, поделю поровну с остальными «Русичами», но даже так деньжат выйдет немало — хватит на подземный гараж в моей московской усадьбе. К тому же Недежка остался без части своих людей, и мне даже не пришлось никого убить.

Но в то же время мне необходимо спешить на Кавказ. Пока Недежка охотится за Хомяковым, «Хозяева» не ударят в Будовске. К тому же, чем черт не шутит, есть вероятность, что в Кисловодске я встречусь с этими двумя паршивцами.

Решено — сегодня же проведу ритуал под пси-дурманом и узнаю, какие у меня шансы на Кавказе.

* * *

Настой из ежины вышел кисловатым, но ничего особенного: вкус как у крыжовника, причем недоспелого. Лакомка напоила меня целым литром и оставила одного в подвале, пожелав удачи.

Я проваливаюсь в Астрал, на второй слой. Здесь полно всякой нечисти и нужно быть бдительным. Блин, а еще мерещатся всякие галлюцинации — какие-то отрывки из прошлого. В фолианте об этом предупреждалось, поэтому просто игнорирую картинки перед глазами и тружусь над конструктом. Пару раз ко мне подбегают девушки с акульими головами, но я им доходчиво объясняю, что уже состою в отношениях. Псионические болты сжигают астральных кокеток, и работа продолжается.

Фух, готово. Внешне Провидческий конструкт — это прозрачная лампа овальной формы. Сейчас наполню ее своей псионикой, и изменившийся цвет сосуда покажет, какие у меня шансы против высшей астральной твари, то есть Демона. Цветов бывает много, но в основном показывает два: красный и белый. Красный — очень возможно, я надеру Демону зад. А белый — не стоит даже пытаться.

Я заливаю конструкт псионической энергией. Сосуд шипит и булькает одновременно, будто в него плеснули кислоты. Через секунду астральная стекляшка успокаивается и приобретает… пурпурный цвет. Пурпурный. Хм, что-то даже не помню такой в перечне.

— Мда, — я чешу голову в задумчивости. — Никогда не бывает всё просто.

Возвращаюсь в подвал и шерстю фолиант. В разделе именно про этот Конструкт в списке цветов нет никакого пурпурного. Но он находится в разделе с признаками астральных тварях. Там сказано, что пурпурный это знак Демонов Астралов. «Цвет их сущности», если дословно. Также говорится, что любой Провидец сможет опознать Демона, только лишь заглянув в его душу, ибо «пурпурный цвет выдаст дитя Астрала с головой, и ни у кого другого не может он проявиться в Провидческих конструктах».

В полном ошеломлении я закрываю книгу. Мне вдруг захотелось посмотреться в зеркало — не выросли ли клыки, не почернели ли глаза. А то такого, блин, напишут.

— Дитя Астрала, — повторяю я врезавшуюся в память фразу. — Мама, от кого ты меня на самом деле родила?

Глава 6 —

На Кавказ

Вождь Красных топоров был в бешенстве. Восседая на костяном троне, он размышлял, как наказать наглеца, что хозяйничает на его землях. Сначала неизвестный выскочка разграбил его караван, что вез гламхотов на продажу. Так вождь потерял деньги, что мог выручить за рабов — настоящие деньги, то есть золотые монеты, а не бесполезные ракхаские зубы, которые он впаривает своему племени.

Потом у реки нашли мертвых Рхога и Узруга, лучших воинов племени. У одного зияла на груди рубленая рана, у второго была раздавлена трахея. Судя по всему, этот наглец — могучего телосложения воин, раз ему по силу переломать голыми руками глотку ракхасу. На такое способны разве что коренастые казиды, но карлики не дотянулись бы до двухметрового Урзуга. Да и далеко они от этих мест, как и другие ракхаские племена. Неужели кто-то из своих безобразничает, а потом смеется за спиной вождя? Да как он смеет! Немедленно наказать дерзкого!

В ярости вождь вздыхает мощными легкими.

— Усильте патрули! — велит он своим гридням. — Обследуйте каждый угол, но найдите мерзавца! Мне нужна голова этого прохвоста! Найдите его, вырвите ему печень, отрежьте уши, выколите глаза и потом только убейте! Идите!

Воины покидают шатер вождя. А сам он сжимает подлокотники, сделанные из костей его врагов. Рано или поздно пакостник отыщется, и тогда все в племени увидят, что бывает с теми, кто смеется над вождем Красных топоров.

* * *

— Мелиндо, я ведь так тебе не сказала, чем ценится мясо ептилоида, — заглянув в кабинет, улыбается Лакомка.

Я сижу в задумчивости и листаю фолиант про астральные сущности. Перевариваю открывшуюся информацию. Между прочим, уже сбегал к маме в гости и попросил разрешения просканировать ее воспоминания о Кеннере Филинове. К счастью, Ирина не видела в этом ничего страшного и позволила. Ну а я просмотрел в ее голове кучу фрагментов со своим биологическим папкой и не нашел никаких намеков на Демона. В Ириной памяти Кеннер сохранился как блистающий и мужественный рыцарь без страха и упрека. Белозубый, статный и мощный красавец. И никакой демонщины. Откуда тогда она во мне взялась?

Проблема всех этих Провидческих инструментов в двоякой интерпретации. Конструкт должен был показать, могу ли я справиться с Демоном Астрала. Но если я сам Демон Астрала, то справиться с собой невозможно, вот псионический сосуд и окрасился в пурпурный цвет, как бы намекая на мою природу. Мне приходит в голову только такая логика. Никакие другие толкования я просто не вижу. Что, впрочем, не исключает их существования.

Отогнав непрошенные мысли, я киваю улыбчивой альве.

— Рассказывай.

Даже не сразу вспоминаю, что за ептилоид. А, точно, это же то мясо, которое я унес со склада Херонова.

Лакомка подходит близко, садится ко мне на колени и, приобняв мою шею, делится полезными свойствами мяса. Мда, чего-чего, но такого «ценного свойства» я точно не ожидал.

— Межрасовый ребенок? — приподнимаю бровь.

— Да, это мясо позволяет тем же альвам и людям завести ребенка, — неожиданно Лакомка смущается и опускает глаза. — Я решила, что тебе нужно знать.

— Кхм, — осмысливаю услышанное, а также причину, почему альва вдруг решила рассказать о ептилоиде. — Ты думаешь, Сопряжение миров усилится и другие разумные расы придут в наш мир?

С одной стороны, это может показаться странным выводом. Но с другой, Лакомка заботится о моем будущем роде, считает себя его частью и, если именно сейчас делится этой информацией, значит увидела для рода большие возможности.

— Ты видишь меня насквозь, мелиндо, — озорная улыбка возвращается на губы альвы. — Как ты догадался?

Ну в прошлом я же не раз сканировал альву, когда мы только что познакомились, поэтому могу увидеть примерный смысл ее действий. Но решаю не разочаровывать Лакомку и сказать что-то романтичное:

— Близкие люди понимают ход мыслей друг друга, в этом нет ничего удивительно, — пожимаю плечами.

Лакомка улыбается шире и продолжает:

— Альвы ведь тоже попадут в этот мир, а нашей расе, как ты уже заметил, свойственна ослепительная красота. Многие ваши властители полюбят наших девушек и захотят общих детей.

— Но не смогут их завести без мяса ептилоида, — понимаю, куда она клонит. — И тот, кто разрешит эту проблему, знатно озолотится.

После моих слов следует одобрительный кивок блондинки.

— Золото и власть будут в твоих руках, мелиндо. Ептилоид — очень редкий зверь, к тому же далеко не все травницы знают секрет его мяса. Даже среди альв таких мало, — Лакомка гордо выпячивает грудь. — Береги то, что ты раздобыл. А когда настанет время, вручи мясо только самым влиятельным и богатым правителям, ведь в альв невозможно не влюбиться и жертвой их красоты падет каждый человеческий монарх, — эта блондинка никогда не устает от озорных улыбок. — И, конечно, не забудь оставить немного мяса для себя.

— Ты хотела сказать — для нас? — усмехаюсь. — Ага, прекрасно понимаю, для чего конкретно ты его бережешь

А альва и не отнекивается, только ближе прижимается.

Но несмотря на свое баловство, Лакомка говорит дело. Конечно, не обошлось без преувеличения — ну не может запасть на красоток-альв прямо каждый правитель, хотя бы потому что в верхах хватает стариков, а многим из них уже нет дела до девушек. Но в целом, да, благодаря ептилоиду можно забраться на самую вершину дворянской иерархии. Раздобыть бы побольше этих зверей, да закинуть в морозильник подальше. Вот это я понимаю — настоящие долгосрочные инвестиции, всякие драгметаллы курят в сторонке.

Альва просто так не уходит и приходится с ней немного пообниматься-поцеловаться. Заслужила как-никак. Потом уже иду к комнате Барбары.

— Леди, вы готовы? — легко стучу в дверь.

— Давно, Даниэль — англичанка тут же выходит наружу. Она оделась в легкую спортивную форму. Однотонная серая футболка плотно обтягивает пышную грудь, а поверх висят антикварные золотые часы на цепочке.

— Милый артефакт, — улыбаюсь. — Пойдемте.

Мы спускаемся по лестнице в подвал.

— От тебя интересно пахнет, — по дороге Барбара водит носом в мою сторону и принюхивается. — Кажется, духами твоей родственницы, — смотрит с намеком.

— Да, мы любим одни и те же духи, — спокойно отвечаю. — Стиль «Унисекс», английский термин между прочим.

— Приятно, что вы так хорошо знаете культуру моей родины, — фыркает подколотая леди.

В подвале мы ложимся рядом на маты. Я инструктирую британку, чтобы она устроилась поудобнее и не делала резких движений, чтобы не травмировать себя, когда покинет тело.

Сегодня надо наконец исполнить мое обещание англичанке, чтобы завтра уже отправиться на Кавказ. Там, надеюсь, и разберусь, что значит пурпурный конструкт. Вдруг Демон Астрала невольно поможет в этом. А то ведь я так изведусь в догадках. Жуть же как интересно.

Откинувшись на мат, я перехожу в медитативное состояние. Первым делом, цепляю ментальными щупами сознание Барбары. Она не соврала — несмотря на щиты, ее разум поддается моим инструментам, и я без труда уношусь с ней на Изнанку. А телепат у Смитов настоящий профи. Надеюсь, в Академии меня научат подобным тонкостям. Сам, без книг, я в принципе мог бы до этого дойти, но вот мне некогда изобретать велосипед, когда он лежит готовый на полке в Академической библиотеке — бери да читай.

Барбара полностью отдается в мою власть. Не перестаю поражаться ее доверчивости. Хотя, наверняка, в ее сознании предусмотрены некие защитные блоки, которые не позволят безнаказанно копаться в памяти леди. Пробовать не буду, но не из-за страха, а по этическим нормам. Леди доверилась мне, и оскорблять ее лояльность унизительно для меня.

Мы оказываемся на третьем слое. Со всех сторон нас окружает сверкающий белый туман. Леди с опаской оглядывается на молочное марево вокруг.

— Давно здесь не была, — ежится она, взяв себя за плечи. Я хоть и дал ей ментальную защиту от дыхания Астрала, но любому смертному здесь будет не по души. Любому не телепату, в смысле.

— Как заряжается артефакт? — с любопытством киваю на часы на ее груди.

— Да он уже начал…Даниэль, а ты не убьешь пару тварей? — помешкав, уставилась она на меня. — Так выйдет быстрее. Если тебе не сложно.

— О таком, конечно, стоит заранее предупреждать, — делаю замечание. — Даже наше нахождение здесь потребляет энергию, а атаки так тем более.

— Прости, Даниэль, — виновато вздыхает англичанка. — Если не можешь, то ничего страшного, это необязательно.

— Что ж, давайте попробуем, — будто бы с неохотой соглашаюсь я. Вообще поворчал просто для виду. На самом деле мне самому всё очень интересно, да и я заранее запасся энергией через пластыри. Но надо же себя ценить и требовать к себе уважительного отношения, а то разные Барби могут запросто сесть тебе на шею. — Кого нужно убивать? Любых тварей?

— Есть похожие на скорпионов, — поясняет леди. — Их надо.

Кхм, Поглотители, значит. Вообще к этому виду относятся не только скорпионобразные, но еще гигантские трупные мухи и многоногие крысы. В целом это обычные низшие твари, но в фолианте сказано, что порода Поглотителей очень долго держит в себе поглощенную энергию, не переваривая ее, тем они и интересны.

— Надо значит надо, — с усмешкой я выпускаю псионику. Тонкий луч лилового света уносится вверх, и вскоре на энергетический след прибегают первые гости — тараканы с головами младенцев. Бррр, какой только гадости в Астрале нет.

Барбару заметно передергивает, и я спешу сжечь пси-разрядами уродышей. От тварей не остается ни следа.

— Ждем дальше, — позевываю.

— Вы устали⁈ — с ужасом спрашивает англичанка.

— Да, нет, — отмахиваюсь. — Просто скучно.

Барбара с облегчением хватается за грудь. Ее беспокойство понятно. Если проводник-телепат потеряет силы, то назад дороги не будет и останется только сгинуть в Астрале.

К нам наведываются еще несколько низших тварей. Но всё не те, не Поглотители, а какой-то мусор. Сжигаю его без проблем. Мощные пси-разряды вспыхивают лиловыми взрывами.

— Даниэль, не много ли ты тратишь энергии? — взволнованно спрашивает Барбара, бледная как снег. — Можно же и точечно убивать их.

— Можно, но так хоть какое-то развлечение, — я смотрю на остатки высвобожденной энергии, лиловыми мазками разлившимися по туману. Прямо чувствую себя художником. Я так вижу, я так творю. Вот.

Барбара лишь в шоке качает головой. А вообще если леди такая мнительная, дождалась бы возвращения в Лондон и там бы уже заряжала артефакт с привычным родовым телепатом. Но нет, ей ведь хочется немедленно поэкспериментировать с аномальными растениями, вот и пошла на риск.

Наконец, жужжа, заявляются первые Поглотители. Огромные трупные мухи.

— Готовьтесь, леди, — предупреждаю, собираясь с силами для удара.

— Но это не скорпионы, — растерянно заявляет она.

— Они подойдут.

— Откуда ты знаешь?

Отвечать некогда — мухи уже подлетают. Черные и огромные, с фасеточными глазами и острыми клинками-лапами. Блин, а есть в Астрале кто-нибудь симпатичный и приятный? Это же Океан психической энергии, тут должно быть всего полно, а не только всякого безобразия.

Мух я атакую тонкими пси-разрядами. Твари падают замертво и источают собранную непереваренную энергию. Причем цвет у нее — пурпурный. Опять. Скоро меня начнет тошнить от него.

— Я и не знала, что мухи тоже носят энергию! — восклицает обрадованная Барбара.

А вот это интересно. Выходит, фолиант Горнорудовой оказался полон редких сведений. Даже Смиты не в курсе про породу Поглотителей.

Англичанка активирует артефакт, и пурпурные волны устремляются в антикварные часы. Артефакт насыщается и пульсирует пурпурным цветом. Тайком я «включаю» Жору, но так, чтобы он возник за клубами тумана — вдали от глаз леди. По-другому Коллекцию не призвать. В Астрале материализуется всё ментальное, и легионеры не исключение. Затем я пытаюсь поглотить одну из пурпурных волн. Она касается моей руки и, приобретая лиловый оттенок, втягивается в кожу. Ну вот, лиловый же. Это цвет моей псионики. Всё логично. Потому что никакой я не Демон Астрала. Я — телепат. Откуда тогда в Провидческом конструкте взялся пурпурный? Нет, надо срочно ехать к тому демону и разбираться со всей этой историей.

От прибавки энергии сразу улучшается тонус. Тоже, оказывается, еще один способ пополнить накопитель. Будем знать и использовать.

Тем временем артефакт на груди англичанки перестает мигать.

— Он заряжен, Даниэль! — Барбара едва не прыгает на месте. Так ей не терпится вернуться к своим экспериментам с духами. — Можем возвращаться…

— Кра-а-а-а…! — из тумана звучит недовольное кваканье Жоры Уходить жаба не хочет. А хочет она еще больше мух. Больших, полных энергией мух.

— Ой, что это? — оглядывается англичанка на белое марево за спиной. — Там квакнули?

— Где? Вам показалось, леди, — я спешно «выключаю» Жору. — Сейчас мы возвращаемся. Соберитесь с мыслями.

Взяв Барбару за локоть, я направляю ментальные щупы к ее разуму. Подхватываю сознание баронессы и на скорую руку создаю плетение возврата. Через несколько секунд мы возвращаемся в подвал.

В бок упирается что-то мягкое. Разлепляю глаза и вижу, как англичанка подкатилась по матам и уткнулась в меня пышностями. Причем она уже открыла глаза, но не торопится отстраняться. Наоборот, с улыбкой смотрит на мое лицо.

— Даниэль, ну после такого я точно должна тебя отблагодарить как следует! — томным шепотом произносит лондонская леди, обвивая руками мою шею. — И даже не спорь!

Она прислоняется вплотную, и я со вздохом приподнимаюсь и подгребаю леди Смит под себя. Удивленно пискнув, она тем не менее поощрительно смотрит на меня снизу. Хмыкнув, я накидываюсь на леди.

А почему бы и нет? Всё равно же надо сгонять избыточный тестостерон. После медитации его всегда вырабатывается целый бронепоезд, который ездит и ездит по мозгам. А мозги-то нужны не для этого, а для по-настоящему важных мыслей.

* * *

— Господин, последние «Воители» расформировались, — сообщает по телефону гвардеец. — У вас больше нет доброотряда.

— Что? — вскидывается Недежка. — Да куда эти слабаки могли уйти? Их же ни один дворянин после самоволки к себе не возьмет.

— Говорят, что они ушли к Вещему, — раздается из трубки.

— Хитрый щенок, — хмурится Недежка.

Дворянин задумчиво смотрит в окно на вздымающиеся горы. Жалкие отребья должны были создавать видимость работы отряда, но парень смог воспользоваться отсутствием Недежки и переманить остатки.

— Как бы то ни было, царские охотники удалили вас из реестра, — продолжает гвардеец. — Для возобновления охоты нужно будет заново регистрировать отряд и проходить комиссии на соответствие нормативам по укомплектованности и обеспечению личного состава. Без магов не стоит и надеется на регистрацию.

— Маги нужны мне здесь, в Кисловодске, — вздыхает Недежка. — Хомяков явно связался с арабами и хочет через горы сбежать из страны. Надо его раньше прихлопнуть, чтобы он никому ничего не успел сболтнуть. Но что происходит с Вещим? Он всё еще в Будовске?

— Никак нет. Он покинул княжество. Мы связались с купленными нами диспетчерами аэропорта. Скорее всего, его самолет улетел на Кавказ.

— Куда⁈ — Недежка подскакивает на месте. — Здесь-то что он забыл⁈

— Не могу знать.

— Да что с этим парнем не так? — вздыхает дворянин. — Он словно чувствует, где у него выйдет свалиться как снег на голову. Причем на мою голову.

* * *

На одном самолете все, конечно, не уместились бы. Пришлось брать еще транспортный для отряда, стаи Акелы и Зубастика. Змейку же взял с собой в реактивный джет. Длинноногих бортпроводниц распустил, чтобы не смущали Горгону, да и вообще еду не на отдых, и отвлекающий фактор мне не нужен.

Прилетаем в Кисловодск, оттуда на заранее арендованных машинах гвардейцы направляются в снятый дом. Я же сразу еду в военный острог недалеко от города. Военная часть находится под командованием полковника Топухова, старого товарища Степана. Поэтому полковник принимает меня чуть ли не с распростёртыми объятиями.

— Ну привет, отрок! — улыбается в усы здоровый мужик в кителе. — Стёпа лишь намекнул о твоих целях. Говорит, ты приехал не на горячие источники и даже не минералки попить, а зря — у нас очень полезная водица. Кисловодский нарзан — напиток богатырей!

— Ваше Высокоблагородие, я обязательно попробую, — киваю. — Но сначала дело.

— А что за дело-то? — с любопытством смотрит полковник.

— Вы могли бы рассказать всё, что известно про Алабмаш.

Глава 7 —

Достойный герой

— Шеф, никаких арабов мы не нашли, — отчитывается по телефону Студень. — На перевалах тихо. Акела привел стаю ни с чем, Зубастик тоже полетал без толку.

— Понято, — со вздохом я бросаю взгляд в окно на вздымающиеся снежные пики. — Посидите до темноты и возвращайтесь.

— Принято.

Я откидываюсь на спинку кресла и размышляю над сложившейся ситуацией. Черт, а я думал, что на Кавказе так же весело, как и в Будовске. И это называется горячая точка? Днем с огнем не сыщешь отряды этих наемников! Да и вообще хоть каких-то отморозков!

Прошло три дня с моего прибытия на Кавказ. Полковник Топухов любезно разрешил мне разместиться у него в остроге. Такая необходимость возникла в связи с его рассказом про Алабмаш. Тут уже легенды про него ходят. Как оказалось, в астральный город до сих пор попадали только раненые в битве солдаты. Счастливчики сражались с превосходящими силами наемников или бандитов, побеждали в неравном бою, падали без сознания посреди безлюдной местности, где им никто не мог помочь, и — опа! — срабатывал телепорт. Раненые герои попадали в Алабмаш, о них заботились, им зашивали раны, и затем они возвращались назад.

Отсюда я вывел для себя два условия для визы в Алабмаш. Первое — нужно сразиться с отморозками, предпочтительно с наемниками-арабами. Второе — не забыть получить рану в бою да так, что ждать помощи было бы неоткуда. Тогда жители Алабмаша проявят себя и позаботятся о тебе, как о герое.

Конечно, я выезжал на места, где якобы возникал астральный город. Только это не дало никакого результата. Астрал там не отличается: никаких тебе домов, только привычный белый туман.

Вот теперь я и сижу в остроге, чтобы не пропустить донесения пограничной разведки об очередной вылазке арабов. План прост: найти и перебить наемников, ну и заодно постараться получить рану. Последнее самое сложное, но я не ищу легких путей. Надеюсь, эти наемники не совсем слабаки.

Арабов здесь полно. Ну это по словам Топухова, сам-то я их три дня уже ищу. Их наемнические отряды приходят с юга через горы и безобразничают в аулах горцев и русских поселениях. Что иностранцы здесь забыли? В первую очередь, охотятся за одаренными детьми, чтобы вырастить из них эмирских боевиков. Но не только за детьми — еще южан интересуют наши девушки, они очень ценятся в гаремах шейхов.

Мой план прост и легок. Но пока у меня возник затык даже с поиском отрядов наемников. Как будто я попал в межсезонье туристических потоков.

В размышлении встаю и хожу по кабинету туда-сюда. Топухов выделил мне просторные апартаменты. Сюда входят кабинет, спальня, личный душ и даже маленькая кухня. Типичный офицерский постой, как выразился Топухов. Неплохо живут русские военные, нечего сказать.

Смеркается в горах быстро. Медитировать мне больше не хочется, и так только этим и занимался всё время здесь. Кстати, смог впитать скачанные у Бедяжкина техники владения Каменным топором. Теперь бы попробовать их на практике, в бою, эх.

Солнце садится еще ниже, и я решаю спуститься вниз — перед ужином солдаты спаррингуются на полигоне.

На импровизированный арене столпилось порядочно народу. От нечего делать высшее командование тоже вышло поглазеть на спарринги.

— Отрок, вышел подышать? Правильно, горный воздух самый чистый, — приветствует меня Топухов, хитро сверкнув глазами. — А не хочешь заодно и кости размять?

— Можно и размять, Ваше Высокоблагородие, — пожимаю плечами.

— Ты же физик? — уточняет он и после моего кивка велит одному из офицеров: — Рамуд, развлеки гостя. Почешите друг друга кулаками.

Против меня выходит мускулистый лейтенант голый по пояс. Но я тоже не лыком шит, быстро разгоняю кровь в мышцах и расширяю тканевые волокна. Прямо на глазах мускулы раздуваются и уже мы оба одинаковой ширины в плечах. Зрители одобрительно гудят.

Спарринг происходит искрометно. Принимаю на блок удар, и сам тут же взрываюсь серией ударов. Левый джеб, правый хук, снова левой, приближение и удар локтем снизу-вверх. Нижняя челюсть Рамуда с хрустом ломается, он вырубается, но к офицеру уже бежит гарнизонный Целитель. Сейчас подлечат и будет как новенький.

Да, не стал скрываться. А зачем? Мой ранг Мастера практически общеизвестный, прятаться незачем. Наоборот, даже лучше, чтобы местные военные меня зауважали — так легче будет получить с них информацию о местонахождении головорезов.

— Молодец, отрок, — хлопает меня по плечу Топухов. — Даже сам захотел с тобой побиться. Но уже завтра — у нас сейчас намечается планерка. А ты как? С утреца нормально?

— Почему бы и не да, Ваше Высокоблагородие? — усмехаюсь, и полковник, хохотнув, уходит по делам.

Ну хоть какое-то развлечение я нашел себе в горах. Топухов — мощный каменщик, а опыта ближнего боя с таким магом без доспехов у меня еще не было. Заодно изучу его реакции.

После спарринга отправляюсь в душ и спать. Но едва смыкаю глаза, как за мной приходит дежурный. Причем «приходит» мягко сказано.

— Вещий, срочно к Топухову! — гаркает он, хлопнув дверью.

Молча я встаю и быстро одеваюсь. Такие здесь порядки — чай, армия, а не санаторий. Как говорится, в чужом монастыре своим уставом только подтираются. Раз я попросился в острог, нужно соблюдать принятую здесь дисциплину.

Одевшись, следую за дежурным в кабинет полковника. Топухов сидит угрюмый и задумчивый. Даже непривычно его видеть без хитринок в глазах и ухмылки, затерявшейся в густых усах.

— Отрок, у тебя же есть аномальные псы? — поднимает на меня полковник тяжелый взгляд. — На запах они быстро берут след?

— Стая Легавых, — киваю. — Обоняние намного лучше, чем у земных собак. Еще есть крылатый зверь, он может патрулировать в воздухе даже ночью.

— Крылатый — это хорошо, — соглашается Топухов. — Тогда ввожу тебя в курс. Похитили девушку — нашу, русскую. Вот недавно сообщили, что вооруженная банда унесла из поселка.

— Арабы?

— Скорее всего, они, ироды, — сжимает челюсти полковник. — Тут ведь двойной приз: мало того, что красавица, так еще и маг воды. Учится в Академии, на каникулы приехала к родителям. Мы подняли тревогу, патрули шерстят долины и склоны, но арабам достаточно забраться в горы и оттуда по верхам убраться восвояси. У них для этого есть снаряжение.

— Понял, — киваю. — Займусь немедленно, но мне нужна ношеная одежда похищенной.

— На, — Топухов достает из тумбочки соломенную шляпку. — Не дай сволочам украсть нашу молодку.

— Так точно, — схватив шляпу, я спешу прочь из кабинета. Первым делом, заглядываю к себе и прихватываю амулет для переговоров. Затем влетаю в комнату Никитоса и велю проснувшемуся водителю бегом заводить машину. Одновременно звоню Студню:

— Хватайте всю нашу банду ищеек и дуйте к острогу. Встретимся на дороге.

Через пять минут мы с Никитосом уезжаем из острога. Скоро впереди в темноте вспыхивают фары внедорожников и фургонов — моя гвардия. Останавливаемся на обочине, гвардейцы выпускают из фургона волкомедведей. Огромные звери радостно виляют хвостами, на мохнатых шеях выделяются кожаные ошейники с самоцветами. Я даю каждому Легавому понюхать шляпу, одновременно в их сознаниях закрепляю приказ:

«Искать. Как найдете — подать сигнал через ошейник».

Стая, рассредоточившись, убегает в темнеющий за дорогой лес.

— Где Зубастик? — оглядываюсь на Студня.

— Вверху, — он указывает пальцем вверх.

И точно, я мог бы сам почувствовать зависнувшего над нами дракончика, но он слишком уж высоко взлетел, приходится напрячься. Посылаю Зубастику тот же приказ, и зверь, взмахнув кожистыми крыльями, уносится прочь. На дракончика тоже надет ошейник.

— Теперь ждем, — даю гвардейцам команду «вольно», и они принимаются расставлять патрули. Округа далеко небезопасная: близко Персия, близко арабская Месопотамия, да и о местных бандах забывать не стоит.

Рядом возникает Змейка и тихо мурчит, видно, соскучилась. Погладив Горгону по змеиным волосам, я зову ее с собой в машину. Усевшись в салоне, достаю артефакту дощечку. На ровной поверхности светятся желтые огоньки. Как только Зубастик или один из волкомедведей обнаружит похищенную, то тут же даст знать. Надо не пропустить сигнал.

Вообще арабы удобно устроились. Уже давно идут разговоры о возможной войне с Месопотамией, но пока вторжение в стан врага задерживается. Дело в том, что горы на Кавказе преобразились из-за энергетический течений. По прошествию веков между двумя странами возникли сплошные гряды — настоящие стены из гор, наверху которых царят кислотные облака. Пики не очень высокие, но магия повлияла и сделала так, что воздух наверху гряды стал обжигающим. Передвигаться там можно только в специальном снаряжении. И арабы используют этот катаклизм, чтобы нападать исподтишка. Впрочем, наши военные тоже наведываются к врагу, но больше частью бьют по военным формированиям и уж точно не воруют женщин с детьми — низко это, да и зачем они Царству?

— М-и-игает, мазака, — мурчит Змейка, указывая когтистым пальцем на доску.

— Ага, похоже, это Рама нашел, — я открываю дверь машины. — Пойдешь со мной посмотреть?

— Фака, — кивает Горгона и в ту же секунду ныряет в закрытую дверь со своей стороны.

Первым делом сообщаю Студню возможное направление врага.

— Идем в атаку? — хватается гвардеец за автомат.

— Я иду со Змейкой, — поправляю его. — Ты пока отправь кого-нибудь доложить в острог, где, возможно, сидят наемники. Ну а сами двигайтесь в сторону гряды — обогните по кругу дислокацию врага и отрежьте им путь на случай, если они ускачут от меня.

— Шеф, мне это не нравится, — хмурится Студень. — Почему ты идешь туда один…

— Не од-дин, — шипит Змейка.

— С Матерью выводка, — тут же поправляется гвардеец, и Горгона довольно кивает. Не фига себе, как она вымуштровала моих ребят. — Почему без поддержки? Ладно, ты хочешь разобраться с отморозками сам, но подстраховка не помешает. Возьми хоть немного людей.

— Слушай, это странно звучит, согласен, но мне нужно перебить тех уродов в одиночку, — объясняю. — Это связано с местными легендами.

Студень ошеломленно качает головой. Хм, да сейчас это прозвучало очень странно.

— Эх, шеф, как скажешь, конечно, но, может, возьмешь хоть трех человек?

— Нет, нельзя рисковать, — вздыхаю. — По легенде нужно одному.

Поняв бесполезность своих попыток, Студень прекращает спорить и принимается выполнять приказы. Напоследок предупреждаю Студня, что я могу исчезнуть на какое-то время, может, даже на пару дней, поэтому пусть не теряют. Гвардеец уже ничему не удивляется, а лишь кивает как болванчик. На этом я со Змейкой ухожу в лес. Мы бегом преодолеваем склоны и впадины. Спустя какое-то время бросаю взгляд на мигающий огонек на доске — по-прежнему далеко. Дурацкие горы: кажется, что пробежал пять километров, а на самом деле только один.

— Мазака, далеко вррраги? — спрашивает Горгона.

— Всего пять километров с гаком, — прикидываю расстояние, а затем усмехаюсь. — И, похоже, гак еще десять километров.

Змейка смотрит на меня, не поняв шутки юмора. За полчаса бега мы наконец достигаем огонька на доске. Сюда доносится шум реки. Из кустов выпрыгивает Рама и, узнав меня, тут же радостно скулит и трется боком…

— Тише скули, мохнатыш, — чешу я веселого волкомедведя за ухом. — Где поганцы?

Он мотает головой в сторону бурелома. Значит, у реки. Отлично. Я напрягаюсь и растягиваю энергоскан в том направлении до предела. На самом краю доступного периметра обнаруживается скопление живых существ. Всего семеро: все слабенькие одаренные, кроме Мастера, наверное, командир отряда.

— Змейка, остаешься здесь, — оборачиваюсь на Горгону. — Если понадобишься, я позову.

— Мазака? — обиженно смотрит она желтыми глазами.

— Так надо, — я делаю шаг к бурелому. — Будь хорошей девочкой. Потом обязательно получишь кусок вкусного мяса хомуйвола. Горгоныши тоже получат по стейку, — добавляю, и Змейка сразу улыбается, сменив гнев на милость. Вот и славно. Любит она мелких, сильно любит.

Вообще хищницу я взял с собой на случай, если наемников окажется слишком много и мне понадобится помощь, чтобы проредить их для моей «героической битвы на последнем издыхании». Но шестерых я и сам расколю на орехи. Почему шестерых? Потому что седьмая — сто процентов, похищенная студентка.

Ничего не поняв, Рама увязывается за мной, но после команды: «Ждать» — послушно остается на месте. Я же огибаю бурелом и, накрывшись доспехом и Покровом Тьмы, двигаюсь в сторону лагеря наемников. Также «включаю» и Васю на случай вражеских сканеров. Ну и Дубный пускай тоже будет.

Под ментальным обвесом я незаметно приближаюсь почти к самым палаткам. Рядом начинается крутой берег. На расстоянии вытянутой руки от меня стоят двое смуглых мужчин с автоматами. Караульные.

Амулет переводит их разговор.

— Блин, такую красотку взяли. Просто пальчики оближешь! — причмокивает губами один араб. — Я бы сам не отказался взять такую замуж. На одну ночь, — смеется.

— Некогда, — говорит второй. — Царские точно ее ищут повсюду, русские своих не бросают. Вот когда переберемся через горы — тогда да, можно и отженить ее по полной, а потом уже продать в гарем. Она вряд ли невинна, так что никто не заподозр….Хррххх.

Схватившись за черный дротик в глотке, араб падает на колени и хрипит. А второй смотрит на него с непониманием.

— Чего придуриваешься? Тут никого нет, я бы почувствова…Хрррхххх, — тоже хватается за горло.

И вот уже оба недожениха содрогаются на земле в предсмертной агонии. Быстро касаюсь их и высасываю всю энергию. Питательно и полезно.

Второй явно был сканером, потому сразу и не поверил в нападение. Он не знал, что всё в этом мире относительно, даже способность видеть энергию.

Сформировав в руке каменный топор, я спешно двигаюсь к следующей палатке. Наемники явно встали лагерем ненадолго — на пару часов сна и отдыха перед тяжелым подъемом в горы. Значит, арабы могут проснуться в любой момент.

Но не успеваю я достичь палатки, как из нее раздается женский крик:

— Не трогайте меня…!

— Закрой суке рот! — тут же гремит мужской бас.

Кто-то из наемников всё же не дотерпел до Месопотамии и полез женихаться.

Полог палатки открыт. Поэтому, когда я заглядываю внутрь, на меня никто не обращает внимания. Ну а я швыряю черные дротики из Тьмы, и двое арабов со спущенными штанами падают замертво.

— Кто здесь⁈ — в ужасе вертит головой девушка. В полумраке меня практически невозможно разглядеть. Зато я прекрасно вижу студентку. Ну да, ничего такая. Наемники не зря на нее позарились.

— Твою мать, Хусейн! — раздается снаружи. — Если вы тронули девку…

Заглянувшему наемнику прилетает булыжником, и его лицо вмиг разбивается всмятку. Девушка тут же визжит испуганно. А я, перепрыгнув труп, оказываюсь снаружи, чтобы чуть не наткнуться на Мастера в огненном доспехе и с мечом наголо.

— Сдохни, «темник»! — он швыряет фаербол размером с голову Рамы.

Мне с трудом удается отскочить. Но моя маскировка больше не имеет смысла. Мастер разбрасывается огненными шарами, и в ярких отсветах Покров Тьмы выделяется как черная клякса на бумаге. Можно, конечно, подстроиться, чтобы движения тела подстраивались под игру теней, но это не входит в план. Мне нужен крутой бой на грани.

Значит, огневик. Отлично. Противник подходящий. Теперь надо его убить и при этом умудриться получить рану. Только как? Задачка не из легких.

Тем временем Мастер наступает ногой на труп одного из патрульных.

— Ты убил всех моих людей! — клинок его руках вспыхивает ярким пламенем. — Я лично разрублю тебя!

О, рукопашка! Давай-давай, это мы любим.

Перехватив топор, я шагаю навстречу.

— Ну так попробуй, палёный, — бросаю насмешливо и, кажется, на арабском.

— А-а-а-а! — он бросается в бой.

Парирую удар топором и, продолжая движение, бью в ответ. Удар приходится по доспеху, и огневика отшвыривает прямо к берегу. Специально не использую псионику. Бой должен выглядеть тяжелым и изнурительным.

Огневик встает. Я быстро смотрю на темные воды за спиной Мастера. Ммм, а мне же не обязательно получать рану, так? Наверняка, хватит и того, что я окажусь в беде. Ну или создам видимость.

— Сдохни! — продолжает надрываться наемник, взмахивая клинком.

Широкий огненный смерч срывается с лезвия. Но я просто с разбегу перепрыгиваю атаку и снова скрещиваю оружие с огневиком. Удар, удар, отступ, уклон, удар. Вражий клинок вскользь задевает доспех Тьмы. Тут же в голову Мастера прилетает здоровенный булыжник. Огневик пошатывается. Незамедлительно обрушиваю топор ему на шлем, и Мастер, как пришибленный, падает на самый край обрыва.

Вскидываю топор над головой и несколько раз бью со всей силы. Движения похожи на рубку дров в деревне у бабушки. Только рублю я мага-Мастера. На пятый удар огненный доспех раскалывается, и враг умирает. А я делаю изможденный вид: пошатываюсь и будто бы случайно оступаюсь. Нога оказывается в пустоте, а затем и всё тело целиком.

Упав в реку, сразу скидываю доспех. Холодные воды обжигают кожу. Бррр, после горячки боя то, что нужно. Я закрываю глаза и с большим усилием иду ко дну. Но недолго — буквально через секунду сильные руки хватают меня за воротник и дергают вверх. Теперь я лежу на берегу, в живот утыкается твердая галька.

— Гепара, согрей его, — гремит зычный голос, мощный, словно трубы органа.

Открываю глаза и смотрю на странных людей вокруг. Мужчина с хоботом, девушка с желто-пятнистыми ушами как у леопарда… А за их спинами вздымаются черепичные крыши домов.

Улыбка появляется на моих губах. План удался. Алабмаш признал меня достойным героем, и теперь астральный город будет моим.

Глава 8 —

Алабмаш

— Не бойся, воин, мы твои друзья, — осторожно ступая по скользкой гальке, ко мне подходит красивая брюнета. Помимо леопардовых ушей, она ничем не отличается от обычной девушки. — Тебе ничего не угрожает. Сейчас я согрею тебя.

— Будете меня обнимать, сударыня? — с усмешкой спрашиваю я, вставая.

Девушка удивленно смотрит на меня, потом в ее руке вспыхивает небольшой сгусток пламени.

— Хорошо, что у тебя есть силы шутить, — делает она приглашающий жест свободной рукой. — Снимай одежду и подойди ближе, ты весь мокрый.

— А вот раздеваться как раз лишнее, — я с любопытством рассматриваю трех человек, если этих ребят можно назвать людьми.

Девушка-леопард. Огромный мужик со слоновьим хоботом и ушами. И еще один парень с лоснящейся тюленьей кожей.

Мда, Астрал не пожалел бедняг. Вот что бывает, когда слишком долго пребываешь в психическом измерении. С другой стороны, если бы не защита Демона, их пленившего, то они бы просто умерли. Мне уже не терпится встретиться с этим сильным монстром. Уверен, наша беседа многое мне даст.

А мы действительно сейчас в Астрале. Всё вокруг застелено знакомым сверкающим туманом. Лишь дальше в белом мареве выделяются красные черепичные крыши домов. На улицах города клубов тумана намного меньше, там уже различаются тротуары и фонари.

— Но ты же простынешь и умрешь, — хмурится девушка, зашевелив мохнатыми ушами. — Тебе нужно раздеться.

Надо же какая настойчивая. С таким упорством меня только Лакомка раздевала.

Не отвечая, я сканирую ментально и энергично окружающее пространство. Чутье подсказывает — это место полно опасностей, и в первую очередь необходимо убедиться, что на нас не нападут.

Так, поблизости нет астральных тварей. Только из центра города тянется мощный энергетический след. Ага, Демон. Больше ни у кого не может быть столько сил. Жора уже квакает в предвкушении.

— Гепара, потуши огонь, — велит слономордый, внимательно смотря на меня. — Этот шутник не нуждается в нашей помощи, мы зря его спасали.

— Но один в горах он может погибнуть, — спорит сердобольная девушка, потряхивая своим фаерболом. — Тем более мокрый.

— Не волнуйтесь, уважаемые, — обращаюсь я к своим «спасителям». — В горах я не скоро еще окажусь. Вы ведь согласитесь показать мне город?

Гепара и тюленекожий удивленно переглядываются. Девушка наконец тушит фаербол, смирившись с его невостребованностью.

— Ты там погибнешь, парень, — хмурится слономордый. — Или превратишься в таких как мы. Хочешь хобот на рожу? А собачий хвост? У нас и такой несчастный есть. Лучше иди прямо-прямо, и ты снова окажешься на берегу в человеческом мире.

— А как вас зовут, уважаемый? — смотрю на здоровяка.

— Слопс, — мужик шевелит хоботом.

— Необычное имя, — замечаю. — Просто Слопс?

— Просто Слопс. Мы отказались от наших человеческих имен и взяли новые, — слономордый недовольно хмурится. — Чтобы не вспоминать о прошлом.

— Что ж, рад знакомству, господин Слопс, — я протягиваю руку, но мутант лишь косо смотрит на нее. Ну как хочешь, главное, что перстень увидел. Сейчас это неважно, но в будущем, когда они вернутся в Царство, то будут знать, к какому дворянину смогут присягнуть. — Меня зовут Данила Вещий. Я многое слышал о том, как вы помогали раненым солдатам, и теперь пришел помочь вам. — А также создать алиби своей травнице-иномирянке, ну и получить опыт препарирования Демона, но это пока оставим за кадром.

Мои слова, понятно, совсем не воодушевляют троицу мутантов. Слопс даже не отвечает. Что ж, и пускай, сейчас нужно было просто сделать заявку.

— Помочь… — грустно, без надежды вздыхает Гепара. — Это невозможно. Мы уже много лет здесь в рабстве.

Со стороны домов раздается протяжный утробный вой. От этого воя вся троица разом пригибается. Один я остаюсь с выпрямленной спиной. Хотя, должен заметить, ментальный откат от звуков этой твари ощутимый, даже туман над мощеной брусчаткой подрагивает. Но вряд ли это Демон, скорее, кто-то значительно слабее.

— Надо бежать в укрытие! — резко взвывает Слопс. — Пока нас Гончие не сожрали! А ты, — он тычет в меня пальцем. — Уходи в туман, и ничего с тобой не случится!

— Но когда ничего не случается, это же скучно, — возражаю я. — Уважаемые, давайте я всё же с вами?

— Тебе нельзя с нами, воин, — принимается уговаривать меня Гепара, подойдя ближе. — Поверь…

— Некогда его уламывать, — прерывает девушку Слопс. — Если хочет умирать, то пускай его. Бежим, пока Гончие нас не застали!

Троица срывается в бег в сторону города, ну и я не отстаю от них. Вой еще звучит дважды, и каждый раз мутанты с ужасом пригибаются к земле. Гепара то и дело с тревогой оборачивается на меня, ее глаза умоляют меня одуматься и не идти с ними. Но я лишь весело улыбаюсь этой красавице с гепардовыми ушами. Слопс же на меня вообще забил и делает вид, что никого рядом с ними нет.

Наконец, мы достигаем первых домов. Брусчатка под ногами блестит как черное зеркало. Новый вой раздается совсем близко, с соседней улицы.

— По домам, — коротко бросает Слопс.

— А куда его-то? — спрашивает тюленекожий, указав на меня.

— Ты еще здесь? — удивляется слономордый, хотя я всё время рядом бежал, даже не пригибался, в отличие от него самого. — У меня нет места для тебя!

— У меня есть, — вставляет Гепара.

— Уверена? — переспрашивает слономордый, с подозрением глянув на меня. Девушка не мешкая кивает.

— Он хороший, он спас пленницу от арабов.

— Ну хорошо. Через двенадцать часов жду всех в таверне на сходке, как обычно. Расходимся!

Троица разбегается в разные стороны, ну а я следую за Гепарой, раз меня к ней пристроили. Пригнувшись, девушка останавливается на каждом перекрестке, смотрит по сторонам и снова движется вперед. Я же на бегу рассматриваю дома вокруг. Вообще город небольшой, но постройка здесь старинная и красивая, всё построено из камня и украшено стильным минималистическим декором, так что есть чем полюбоваться.

— Что ты делаешь? — шикает на меня Гепара, заметив мое внимание к фасадам.

— Любуюсь. Красивые у вас дома, — улыбаюсь. — А что?

— Мы в опасности, а ты любуешься домами? — девушка ошеломлена. — Воин, разве ты не слышал вой? Разве он не морозил тебе кровь?

— Да, слышал, — я указываю вперед, на выступивший из тумана четырехногий силуэт. — И, кажется, его издавала вот эта недопсина.

Увидев нашедшую нас тварь, девушка в ужасе взвизгивает и бледнеет.

— Нам конец, — обреченно роняет Гепара.

— Я бы не был так категоричен, сударыня, — я заслоняю собой девушку. — Постой-ка лучше в сторонке.

Тварь оказалась действительно непростой. От нее лишком сильно фонит энергией. По-моему, это Фурия, звено между низшими и высшими тварями. Зачатки разума есть, но до Демона еще сильно недотягивает. Выглядит как дворовая черная псина, только вся шкура усыпана красными глазами.

— Иди, ко мне Бобик, — подзываю я астральную псину. Это явно не виновник местного катаклизма, но Фурий я тоже никогда не видел, интересно бы вскрыть одну такую.

Тварь с рычащим лаем бросается на меня, и в ту же секунду получает в открытую пасть лиловый разряд. Псина падает на тротуар, а я вынимаю из воздуха пси-клинок, быстро подскакиваю к врагу, и мелькнувшее лезвие прекращает существование этого недодемона. Через вонзенный клинок я впитываю энергию умирающей Фурии. Уф, хорошо. Крутая подпитка. Местный Астрал почему-то совсем не расходует мои силы, но энергия лишней никогда не бывает.

Пурпурный поток обращается в лиловый и наполняет мой накопитель.

Забавно, что Жора здесь не материализуется. Я его «включил», чтобы поглотить силы Фурии, но жабун не возник рядом. Выходит, это не совсем Астрал. Демон создал какую-то тамбурную зону между реальным и психическим измерение. Потому, находясь здесь, я не трачу силы.

— Ты смог убить его? — ошеломленный голос за спиной отвлекает меня от догадок и рассуждений.

Оборачиваюсь. У Гепары от шока встали уши торчком.

— Ну да, — пожимаю плечами. — Это же не высшая тварь, а всего лишь Фурия.

— Это Гончая! — пораженно говорит девушка.

— Вы так их называете? — Вообще облик Фурий бывает различным, я узнал ее лишь по сильным импульсам. — А далеко твое укрытие?

Вздрогнув, Гепара опомнилась. Через секунду она снова ведет меня по туманным улицам. Правда, воя больше не слышно поблизости, только где-то вдалеке. Интересно, для чего Демону нужны Фурии? Без его ведома они бы здесь точно не появились. Значит, служат для управления горожанами: запугивают их, загоняют в укрытия, не дают разбрестись куда им вздумается.

Гепара останавливается у одноэтажного домика. Зашуршав ключами, она быстро отворяет тяжелую железную дверь, и мы заходим внутрь. Внутри узкий холл и несколько пустых комнат.

— Может тебя подсушить? — взволнованно спрашивает девушка. — Ты же мокрый… — она касается моего рукава и удивленно вскидывает брови.

— Я уже подсушился, — усмехаюсь. У меня тоже ведь есть огненный Дар, точнее легионер с таким Даром. — Расскажи, что здесь происходит? Как вы выживаете? Чем питаетесь? И наконец где Демон?

— Ой, тебе надо бежать, воин, — девушка подбегает к окну, закрытому деревянными ставнями. Она чуть приоткрывает створку и смотрит наружу, потом плотно захлопывает и возвращается. — Демон точно узнает, что убили одну из Гончих, а значит, найдет тебя. Но даже если и нет — если ты останешься в городе, то превратишься в таких же, как мы, и станешь рабом Демона.

— Гепара, пойми уже, что я никуда не пойду, — устало вздыхаю. — Я пришел убить Демона. Может, поможешь мне информацией?

— Убить… Демона? — повторить эти слова ей удается с большим трудом. Ну да, Стокгольмский синдром. После долгого рабства твой тюремщик кажется тебе чуть ли не богом. — У тебя, правда, получится?

— С Фурией же получилось, — замечаю. — Раньше к вам просто не забредало телепатов.

— Ты телепат? — В глазах девушки вспыхивает знакомый огонек надежды.

— Угу.

Она сжимает кулаки и выдыхает.

— Хорошо, воин Данила, — собирается она с духом, невольно поглядывая на дверь, словно в любую секунду ожидая вторжения Демона. — Я всё расскажу.

На самом деле рассказывает она немного, но я задаю уточняющие вопросы и тем проясняю для себя ситуацию с Алабмашем. Интересно, что местные не нуждаются ни в еде, ни в воде. Но стоит им покинуть город, как собственные ноги сами несут их обратно. Похоже, у Демона с жителями образовалась ментальная связь. А Фурии же просто гоняют и запугивают жителей, чтобы не расслаблялись, ну иногда и загрызают одного или двух.

Я прихожу к выводу, что жители нужны Демону как якорь в материальном мире. С помощью них он вытягивает энергию из окружающего Астрала и истончает межмировую стену для прорыва в реальность. Интересно, за столько лет он накопил много сил? А знаний? Мне они не будут лишние. Ведь у Демона есть разум, а то что разумно, то подвластно телепату.

— Понятно, — задумчиво протягиваю я, усевшись на тахту в небольшой комнате. Похоже, сегодня она и будет моей спальней. — Демон использует вашу связь с живым миром, чтобы прорваться туда, — я вспоминаю о словах Слопса. — Значит, через двенадцать часов собрание в таверне? Там будет весь город?

— Да, — она указывает на настенные часы, исправно тикающие. — Все, кто не потерял человечность. Но многие из нас превратились в диких существ.

Это неудивительно, влияние Астрала — жуткая вещь. Сейчас остались лишь самые стойкие жители. Может, поэтому они и помогали раненым солдатам: человечные поступки по отношению к другим помогают дольше сохранить собственную человечность.

Как говорит Гепара, временами из города видно, что происходит в материальном мире. Так они и помогали раненым солдатам. Думаю, дело в том, что Демон сильно сточил межмировую стену, и сильные эмоции тех, кто сражался в горах, служили катализатором для проявления Алабмаша в материальном мире.

Дальше я спрашиваю о том, как произошел катаклизм. Ничего особенного не узнаю: просто в один миг он случился и всё. Девушка говорит о катастрофе скомканно. И, кажется, гепардоухая что-то недоговаривает.

— Ты, правда, спасешь нас? — Гепара садится рядом и кладет руку поверх моей руки. На глаза девушки наворачиваются слезы.

— Да заодно и спасу, — небрежно киваю, медленно убирая свою руку.

— Заодно? — удивляется она.

— Я же телепат. Мне интересно познавать различные виды разумов, в этом моя цель. Демон еще не попадался, а хотелось бы, — улыбаюсь в предвкушении.

— Удивительно слышать, что кто-то сам ищет встречи с Демоном, — пораженно качает головой девушка.

Гепара пододвигается еще ближе, но я не поддаюсь намекам. Во-первых, тахта узкая, одному бы уместиться. Во-вторых, время до собрания нужно использовать с пользой — для медитаций и планирования. Всё же я хоть и на южном Кавказе, но вовсе не на отдыхе.

Безуспешно повздыхав, Гепара уходит в другую комнату, а я наконец закидываюсь с ногами на тахту и обдумываю ситуацию. Можно было бы сразу идти к Демону: по словам Гепары, он сидит в здании магистрата в самом центре. Но кажется, я что-то упускаю, а именно причину катаклизма в Алабмаше. Ну не может астральная тварь просто взять и ни с того ни с сего слизать целый город. В фолианте указывалось, что астральные катаклизмы возможны только в двух случаях. Первый — грань между измерениями уже была тонкая. Второй — тварь призвали ритуалом, тем самым истончив грань. Вряд ли в этих местах стена с Астралом сама истончилась бы, уж слишком точечный катаклизм, ведь поселки и аулы рядом не затронуло. Остается второе. Ну что же через десять часов собрание, там и поищем нашего виновника.

Оставшееся время провожу в медитации. Упорядочиваю энергию Фурии, прикидываю тактику против Демона. Потом остается пара часов для сна. Тоже хорошо.

* * *

Лакомка зачерпывает чайную ложку мороженого из маленького ведерка. Попробовав десерт, альва задумывается.

— Ну как? — спрашивает Кира.

— Сладкое, холодное, тает во рту, — довольно улыбается блондинка.

— Еще бы не таяло, — фыркает некромантка. — Это же мороженое.

— И всё же почему ты решила сделать протеин в этой форме? — задает вопрос Лакомка. — Ты же не хотела, как выразилась, тратить ресурсы.

— Как оказалось, казеиновый белок рогогоров лучше подавать в таком густом виде, как пудинги и мороженое. Да и раз Даниле нравится, то почему бы и не да? — пожимает плечами Кира. — Когда он вернется с командировки, то будет чем его порадовать…Чего ты улыбаешься?

— Да так, — не скрывает улыбки Лакомка. — Похоже, ты надолго останешься с нами.

— Конечно, надолго, — хмурится Кира. — Ведь теперь в Будовске основная лаборатория «Энергосинтеза», да и свежие аномальные продукты легче достать для опытов…Да что ты опять улыбаешься от уха до уха?

— Не опять, а всё еще, — сдерживая смешок, говорит альва. — А ты куда пошла? Обиделась что ли?

— Вот еще! Как отпустит — сама меня найдешь! — развернувшись, Кира уходит прочь. А Лакомка продолжает с озорной улыбкой смотреть вслед некромантке.

* * *

— Ваше Высочество, возможно, вам будет это интересно, — произносит агент Охранки после обсуждения основного вопроса. — Данила Вещий сейчас на Кавказе. Нам сообщила о его прибытии агентура в Кисловодске

— Да ты что? — приподнимает брови Красный Влад. — И что он там забыл, интересно знать?

— Известно лишь о его интересе к Алабмашу, но Вещий его и не скрывал, когда расспрашивал тамошнее командование гарнизона. Мы можем углубить дознание, если требуется, — предлагает агент.

— Нет, не надо пока. Наблюдайте со стороны, — отказывается Владислав. — Возможно, это лишь юношеская тяга к загадочному и таинственному, хотя парень уже доказал, что он законченный прагматик. Но посмотрим, что он выкинет опять.

* * *

Когда на пороге появляется Гепара, я тут же открываю глаза.

— Собрание через четверть часа, — тихо говорит девушка. — Лучше уже идти.

Когда мы выходим на улицу и движемся вдоль границы города, я замечаю вдалеке целый дворец из красивых зданий. Спрашиваю Гепару, что это.

— Наш санаторий со своими термальными источниками, — вздыхает девушка. — Когда-то он кормил весь город. Многие благородные любили в нем отдыхать.

Хм. А здесь очень даже неплохо. Когда верну Алабмаш в реальность, надо не упустить момент и успеть получить права собственности на всю ценную недвижимость.

Гепара приводит меня в таверну «Клюнутый петух». Здесь шумно и людно — уже собралась куча человекозверей. Вообще в масштабах уездного городка толпа небольшая. Видимо, правда, многие уже потеряли разумность.

При нашем появлении мутанты замолкают и с удивлением смотрят на меня.

— Без хвоста, — кто-то удивленно блеет.

— Ты еще здесь⁈ — вскидывает хобот Слопс.

— Как видишь, — я прохожу к барной стойке и обращаюсь к бармену с головой жирафа. — яблочный сок. Двойной, пожалуйста.

— Не наливай ему, Жирф! — басит рассерженный Слопс. — Ему здесь не место! Парни! Надо его выкинуть из города, раз сам не уходит!

— Да!!! — поддерживают его ближайшие мутанты.

Облокотившись на стойку, я спокойно смотрю, как на меня надвигается трое бугаев-мутантов. Неожиданно перед ними вспыхивает огненная стрела.

— Не смейте трогать его! — рядом со мной появляется Гепара, она рассерженно смотрит на горожан, девичьи кулаки охвачены пламенем. — Он наше спасение! Он убьет Демона!

— Гепара, что ты несешь⁈ — дует в хобот Слопс.

— Что слышал! — в голосе девушки прорезается звериное рычание. — Данила — телепат! Он убил Гончую!

Мутанты разом теряют агрессивность. Бугаи отшатываются от меня подальше. Хобот Слопса опадает. Десятки глаз смотрят на меня. Я же лениво поворачиваюсь к бармену:

— Так где мой сок?

Жираф сразу подрывается к бутылкам. Через секунду ко мне по столешнице подъезжает стакан, налитый до краев. Я не торопясь выпиваю сок, и затем, отставив пустой стакан и повернувшись ко всем, произношу:

— Ну так что, алабмашевцы? Хотите, чтобы я вас спас?

Глава 9 —

Призвавшая

Таверна погружается в тишину. И пока мутанты молчат, я сканирую мысли Слопса. Внутри него бурлит буря эмоций. Подозрение, ошеломление, нежелание поверить, что его плен может закончиться. Мда, в этом все мы, люди. Ты на блюдечке преподносишь им спасение, а они еще и нос воротят. Значит, сначала придется показать Слопсу, из какого теста я сделан. Он, похоже, здесь вожак, стоит убедить его, за ним и остальные потянутся. Только перед этим проясним вопрос.

— Кому вы присягали на верность? — спрашиваю я, глянув на Гепару. Девушку уже потушила свои руки и лишь исподлобья грозно посматривает на соплеменников, но те и без этого бояться даже подойти ко мне. — Чьи вы вассалы?

— Мы — ничейные, — за Гепару отвечает Слопс, выступив вперед. Всё же он не хочет уступать роль вожаку, ну раз так, то пускай соответствует.

— Поясни, — требую.

— Ну был у нас один дворянский род Козаловых, — послушно докладывает Слопс. — Раньше санаторий принадлежал им, почти все жители нанимались и служили Козаловым. Но, когда Демон захватил Алабмаш, Козаловы превратились в козлов.

— Грубишь, Слопс, — хмурюсь. — Нехорошо так говорить про сюзерена.

— Да нет, Данила, — спешно вставляет Гепара, шевельнув ушками. — Козаловы буквально стали козлами. Мутировали в них.

— Именно, — Слопс согласно шевелит хоботом. — Последний Козалов, прежде чем потерять рассудок и окончательно мутировать, написал дарственную. Он завещал всё свое имущество городу и его жителям. Вот и получается, что мы теперь напрямую относимся к Кавказскому наместничеству без сюзерена.

— Понятно, — протягиваю задумчиво. Значит, местные дворяне не дожили до сегодня, и весь капитал достался горожанам. — Но вы так и не ответили: мне вас спасать или нет?

Алабмашевцы подавленно молчат. Хоть их глаза горят тусклой надеждой, но решиться никак не могут, слишком долго сидели в заточении. Ну и как мне спасать таких робких мутантов? Ведь им тоже придется немного поработать ручками.

«Поддержи меня» — посылаю ментальное сообщение Гепаре. Она удивленно крутит головой и натыкается взглядом на мою подбадривающую улыбку.

— Я готова присягнуть Даниле! — тут же громко говорит девушка, гордо вскинув подбородок. — Данила — дворянин. Мы всем городом должны присягнуть ему в верности, тогда он позаботится о нас как о своих людях.

Кхм, красавица поняла меня по-своему, но так даже лучше. Не зря я с самого начала перстнем светил. Присяга задокументирует мои отношения с Алабмашем по законам Царства, наши взаимные обязательства не будут написаны вилами по воде, и значит я смогу отвечать за горожан, а также сражаться за их жизни и здоровье.

— Если мы все присягнём телепату, то Алабмаш с санаторием будут принадлежать ему, — замечает Слопс, задвигав хоботом.

Тут слономордый прав. После присяги я стану владельцем всего капитала города, а возможно, даже и городской земли, тут спорный момент, всё же прецеденты разные случались. С одной стороны, Кавказ не принадлежит ни одному князю, здесь учреждено Наместничество имени Царя Львова, а значит я могу и получить землю, раз она ничейная. Но с другой, всё зависит от воли батюшки-царя. В любом случае, санаторий и другие предприятия станут моими.

— И что с того? — равнодушно спрашивает Гепара. — Слопс, тебя, правда, волнует это?

— Нет, кончено, — сразу отнекивается здоровяк. — Если мы погибнем, город всё равно превратится в груду камня в тумане. Но я сомневаюсь, телепат, что у тебя получится победить Демона, — он смотрит прямо мне в глаза. — Убить Гончую тяжело, но она всё же не Демон. С ним никто не справится.

Многие мутанты кивают, соглашаясь со слономордым. Только Гепара и еще дюжина не реагируют. Что ж, надо и остальную братию подтянуть, ведь идея Гепары мне самому тоже очень по душе, я совсем не против владеть термальными источниками — будем сюда с девчонками ездить отдыхать, да и доход нехилый, сто процентов. Заполучить же доверие мутантов проще всего через расположение вожака.

— Слопс, а если я убью трех Гончих? — бросаю скучающим голосом. — Тогда ты поменяешь мнение?

— Трех? — округляет глаза вожак. — Это невозможно!

— Пойдешь со мной посмотреть? — улыбаюсь насмешливо.

Надо отдать слономордому должное: он хоть и взбледнул, и хобот у него задрожал словно от тремора, но здоровяк не дает заднюю.

— Хорошо, пойдем, — шумно сглатывает Слопс. Да у него и нет выбора: отказаться, значит, наплевать на шанс спастись.

— Только учти, — я больше не улыбаюсь. — Это последнее представление, которое вы от меня получите. Со мной шутки плохи. Сейчас ты сделал заявку: я убиваю трех псин, и вы даете присягу. И лучше тебе не нарушать данное слово.

— Данила, если он соврет, я сама ему хобот подожгу, — рычащим тоном заявляет Гепара. Сегодня красотка прямо удивляет своей боевитостью. А вчера казалась такой лапочкой.

Слопс принимает слова девушки очень даже серьезно — вон как затряс хоботом. Но Гепару можно понять. Впервые на ее глазах кто-то убил Фурию-Гончую и предлагает спасение, а горожане ломаются, как школьницы на дискотеке. Мне ведь в отличие от мутантов ничего не мешает просто взять и уйти, и тогда разбирайтесь сами со своими проблемами. Вот девушка и злится из-за тупости соплеменников. Другой вопрос, что теперь я фиг откажусь от своего дворца-санатория, иначе мне внутренняя жаба на пару с Жорой не простят.

— Пошли, Слопс, — я шагаю к выходу.

— Сейча-а-с? — слономордый дает петуха.

Ответом ему служит хлопнувшая за моей спиной дверь. На улице по-прежнему туманно и безлюдно, а вдалеке подвывают Фурии. Интересный феномен: никаких источников света нет, но в городе относительно светло. Это связано с нашим восприятием. Ведь Астрал это психическое измерение, и видим мы здесь вовсе не глазами. А Алабмаш завис посередине — между Астралом и материальным миром, — вот он и нахватался от того и другого.

Слопс не заставляет себя ждать. Выглядит он не очень: дрожащий и бледный, но, главное, что не струсил и вышел. Я молча шагаю в сторону далекого воя, слономордый со вздохом тащится следом. Мимо пробегают полосатый осел с зеленой овцой. Видимо, окончательно мутировавшие горожане.

Достаточно отойдя от таверны, я выпускаю в небо псионический разряд.

— Что ты творишь⁈ — вскидывается Слопс.

— Подзываю Фурий, что же еще? — делаю удивленное лицо. — Или ты думал, мы с тобой просто прогуляться решили? Будь так, то я бы предпочел компанию Гепары — она всяко симпатичнее.

Он ничего не говорит, только сворачивает хобот клубком и отступает от меня подальше. Ну я еще пару раз выпускаю разряды. Не знаю, почувствует ли энергию Демон, может, он и так обожранный сидит, но вот Фурии точно должны заинтересоваться.

Спустя пару минут чудовищный вой раздается совсем рядом, и из-за угла, как по заказу, выбегают одна за другой три Фурии. Ай нет — целых четыре! Ух, Жора налетай — стол накрыт.

— Нам конец, — роняет Слопс, сжав кулаки.

— Только не суйся вперед, — бросаю напоследок. — А лучше отойди за то крыльцо.

Отвернувшись, я швыряю в рычащих тварей две пси-гранаты, а потом в довесок еще одну. Ошпаренные псионикой Фурии визжат. Сам я тут же покрываюсь доспехом Тьмы и, материализовав клинок, бросаюсь в атаку. Одновременно обрушиваю еще несколько пси-гранат. Очень трудозатратно, но это неваажно: четыре Фурии мне всё компенсируют с лихвой. Ведь я одну уже попробовал и знаю, насколько они энергоемки.

Рукопашка проходит быстро. Твари уже порядком оглушены, и остается лишь пронзить их клинком и вытянуть энергию.

Жора довольно квакает, и есть от чего. Резервы пополнены, не зря прогулялись. Теперь-то можно идти и на Демона.

Ну а затем, скинув доспех, я возвращаюсь к Слопсу. Он, кстати, так и не убежал за крыльцо, то ли столбняк схватил, то ли решил, что это совсем уж позорно.

— Пошли назад, — давлю я сытный зевок. — Вы еще должны успеть мне дать присягу.

— Глазам не верю! — гудит мутант. — Ты всех убил! Всех Гончих!

— Не всех, а только четырех, — отказываюсь принимать незаслуженные лавры. — В городе еще есть несколько штук. Пойдем.

В этот раз таверна нас встречает не молчанием, а воплями и громкими вопросами: «Ну как сходили⁈ Как сходили⁈»

— Он убил четырех тварей! — с порога радостно гудит Слопс. — Парень убил четырех Гончих! За раз! Надо срочно принимать присягу, пока он не ушел! Он ведь может!

— А я ведь говорила! — победоносно фыркает Гепара, скрестив руки на груди.

Меня окружают мутанты, все гомонят, услужливо спрашивают, не нужно ли мне чего: еще сока, например. Ну я и не отказываюсь. Пока Жирф наполняет стакан, Слопс гаркает:

— Тихо, мохнатые выродки! — зал замолкает. — Ну-ка встали все на колени и повторяйте за мной!

Раздается громкий «бах» — это сотни мутантов рухнули на пол. Одна из первых упала Гепара. Только Слопс остается стоять, но недолго — здоровяк подходит ко мне ближе и тоже бахается на колени.

Я слегка морщусь. Блин, не люблю все эти коленопреклонения. Достаточно же просто сказать «присягаю» — ведь живем в век телепатов, и наш мозг лучшая на свете записывающая машинка. Причем работающая круглые сутки. Потому всегда надо сто раз думать, прежде чем что-то ляпать.

Слопс зачитывает какую-то длинную речь: «Алабмаш обязуется служить роду Вещему, исполнять его волю…» и тэдэ и тэпэ в таком духе. В конце монолога таверна разом повторяет:

— Клянемся!

— Принимаю вашу клятву, — киваю я.

Всё, Алабмаш — мой город. Правда, и я теперь не могу бросить этих рогато-мохнатых людей. Вассальная присяга — вещь обоюдоострая. Но это так, к слову, никого бросать я и так не собираюсь, меня еще ждет разгадка пурпурного цвета.

— Ну всё вставайте, — махаю рукой вверх. — Нечего тут устраивать средневековые обряды. Да и полы тут далеко не чистые.

Мутанты поднимаются, рядом со мной оказывается Гепара. Девушка довольно улыбается.

— И чего мы такие веселые? — спрашиваю.

— Теперь ты нас не бросишь. Дворянская честь не позволит, — заявляет она, весело щурясь. — И мы можем, не боясь, тебе рассказать, во что ты ввязался.

— Ну еще язык мне покажи, — фыркаю. — Как будто я сам до этого не понимал. Лучше скажи, как давно в последний раз видели Демона?

Гепара резко мрачнеет. И это не уходит от моего внимания.

— Очень давно, — отвечает подошедший Слопс. — Вроде бы он никогда не вылезает из магистрата. Ну за центр города точно не выходил. Есть план, как с ним сражаться?

— Да, — я смотрю внимательно на этих двоих и понижаю тон. — Но сражение подождет несколько часов. Сначала найдем того, кто призвал Демона.

Оба мутанта переглядываются. Мои вассалы выглядят расстеренно.

— Здесь есть место, где мы можем уединиться? — спрашиваю.

Слопс кивает и отводит нас в небольшую комнату через стенку от общего зала. Там я усаживаюсь в старое, но удобное плетеное кресло из ротанга.

— Хочешь сказать, что эту напасть кто-то призвал? — Слопс недоверчиво шевелит слоновьими ушами.

— Именно, — я перевожу пристальный взгляд на девушку с гепардовыми ушами. — Но лучше меня об этом расскажет Гепара.

Девушка замирает, округлив глаза, а в Слопс непонимающе смотрит на гепарда-девушку

— Что? Гепара, о чем он говорит?

Гепера молчит, поджав губы. Большие глаза девушки остекленели. Кажется, она даже разучилась моргать. Что ж, придется ее подтолкнуть:

— Как твой господин, я приказываю сказать правду.

Голова девушки повисает, и она с трудом произносит:

— Я призвала Демона, — всхлипывает красавица. — Весь этот ужас случился по моей вине… Простите…

Слопс в полном ошеломлении хлопает ушами. Но это длится ровно мгновение. В следующую секунду он с ревом вскидывает огромные руки и бросается на девушку…Точнее хотел броситься. Я успеваю послать ментальный приказ, и мутант застывает на месте как вкопанный.

— Отпусти! — орет мутант. — Дай я придушу эту су… — на середине слова он прерывается и плотно сжимает рот. Не без моей помощи.

— А вот ругаться ни к чему, — с усмешкой замечаю я и указываю рукой на тихо плачущую Гепару. — Сударыня, слезы делу также не помогут

— Как ты узнал? — не слушая моего совета, плачет Гепара.

— Я же телепат, — поясняю очевидное. — А вообще я сразу заподозрил, что Демона призвали в Алабмаш. Но мне требовалось найти призывателя, а вас очень много, всем мысли за раз не прочтешь. Вот я и решил приглашать с собой по два-по три человека и сообщать о том, что Демона призвали, а в это время следить за их поверхностным мыслительными потоком, — замечаю, что Слопс что-то хочет сказать и вроде бы не матерное. — Говори.

— Зачем? — выдыхает мутант, с моего разрешения обретя голос.

— По верхам смотреть намного проще, — пожимаю плечами, — чем углубляться каждому в память. Стоило мне упомянуть о призывающем, у Гепары сразу всплыли фрагменты призыва, и я ее вычислил.

— Да нет! — Слопс машет хоботом и яростно смотрит на девушку. — Зачем ты это сделала⁈

Ах, он об этом. Я-то уже прочитал мысли красавицы-мутантки и всё уже знаю. С детства Гепара любила лазить по горам и пещерам. Так в одном гроте она и обнаружила древнюю табличку-артефакт с ключом в Астрал. В то же самое время в семье Гепары было всё не слава Богу: отчим избивал мать и глумился над самой девушкой. И вот в одну из таких ссор с доведенной до слез Гепарой связался Демон. Проводником послужила пресловутой табличка. Что-что, а искушать высшие сущности умеют очень хорошо. Демон пообещал расправиться с отчимом, если девушка проведет определенный ритуал. Она недолго думая согласилась, и ее доверчивость обернулось катаклизмом.

Именно это сейчас пытается донести до Слопса девушка, только слезы и рыдания ей сильно мешают. Я вздыхаю, глядя на эту сцену. Развели тут мыльную оперу.

Недолго думая, я телепатическими импульсами быстро успокаиваю обоих. Со Слопса снимаю накат ярости, а Гепаре стимулирую нервную систему, чтобы она прекратила распускать нюни.

— Теперь, когда вы успокоились, возвращаемся к моему плану, — я поудобнее располагаюсь в кресле. — Гепара, буду честен: ты не просто призывающая, но и связующее звено Демона с Алабмашем. Вернее, одно из звеньев. Твоя смерть сильно ослабит влияние Демона на твоих соплеменников.

— Тогда я готова ответить за свои ошибки, — девушка решительно вскидывает подбородок. — Данила, прошу, убей меня.

— Хорошо, но не сейчас, — я перевожу взгляд на Слопса. — Собирай троих самых сильных мужчин. Не забудьте оружие. Через пятнадцать минут мы выступаем в магистрат. Пора посмотреть на тварь, что кошмарит мой город.

* * *

— Настя, что ты делаешь? Готовишься к завтрашнему экзамену? Как сдашь, сразу лети в Будовск, — строго говорит по телефону Жанна Горнорудова. — Я хочу, чтобы ты посмотрела на Вещего, мне это необходимо. Подробности потом.

Горнорудова кладет трубку и задумчиво откидывается на спинку дивана. Усталый взгляд Жанны блуждает по комнате.

— Мальчик, а с тобой с каждым днем всё интересней и интересней, — произносит баронесса.

Только что она проводила ритуал Провидцев и порядком утомилась. Вообще Провидческое направление далеко не самая сильная ее сторона и точно не самая любимая. Особенно сложно проводить ритуал, нацеленный не на себя. Но дело того стоило. Правда, вопросов только прибавилось.

— Пурпурный, — вспоминает Жанна увиденное. — Спаситель, откуда он мог взяться? И во что это всё выльется?

Баронесса со вздохом закрывает глаза. Она не заметила супруга, что стоял в дверях и слушал ее разговор с самой собой.

* * *

— Мы дошли, — Слопс испуганно смотрит по сторонам. — Это просто чудо.

— Не чудо, а телепатия, — фыркаю я.

Нет, ну правда. По дороге нам попалось пять Фурий-Гончих, и упокоила их моя боевая псионика. Демон явно почувствовал наше приближение и послал демонских собачек рыскать по округе. Но никто не в обиде. Наоборот — я рад хорошей подпитке перед боем. Резервы мои наполнены, и теперь можно бить демонскую рожу.

Перед глазами возвышается магистратский дом. Невысокий, опрятный, с небольшой колоннадой. И веет от него мощными эманациями. Мои спутники едва стоят на ногах, так сильно их колбасит. Слопс, Гепара и еще трое мутантов дрожат, словно увидели привидение.

Всё время пути Гепара держалась подле меня, даже иногда бралась за край моей разгрузки — когда я не видела. У девушки интересное поведение, особенно учитывая мое обещание ей.

— Неужели мы пойдем внутрь? — в ужасе мычит здоровый бык-человек.

— А вы сможете? — с насмешкой спрашиваю я.

— Вряд ли, — признается за всех Слопс, шумно сглотнув. — Мы даже тут едва стоим.

— Это заметно, — я оборачиваюсь к девушке. — Гепара, время пришло.

— Я готова, — кивает красавица, подойдя ближе и закрыв глаза. — Сделай это, Данила.

Я и делаю — а именно «отключаю» сознание девушке. Она не успевает упасть, как мои руки подхватывают ее за талию и передают Слопсу.

— Несите назад в таверну и следите, чтобы она была в порядке. Там язык не забил гортань и прочее в таком же духе.

— Зачем? — не понимает слономордый. — Ты же ее убил!

— На время убил, — поясняю, быстро глянув на дом магистрата. Эманации резко изменились, Демон почувствовал изменение, а главное, место, где это произошло. Нужно спешить. — Я всего лишь «отключил» разум Гепары. Для меня легко вернуть ей сознание, дошло наконец? Бегите уже, нахрен! Сейчас сюда сбегутся все Фурии! Демон не мог не почуять потерю своего «ключа».

Слопс с ошарашенными глазами принимает тонкую девушку.

— Подожди! Так мы тебе были нужны только чтобы…

— Чтобы забрать и унести Гепару, — договариваю. — А зачем еще? Вы даже с одной Фурией не справитесь. Всё! Бегите! Быстро! И, Слопс: отвечаешь за Гепару хоботом! И ушами!

Здоровяк закидывает девушку на плечо и, развернувшись, спринтует обратно по улице. Остальные мутанты торопливо следуют за вожаком. Дорога назад сейчас максимально безопасная, ведь все Фурии должны притянуться на место инцидента. А чтобы псины точно прибежали сюда, я выпускаю в воздух несколько пси-разрядов.

Гепару требовалось «отключить» максимально близко к магистрату. Писец должен подкрасться незаметно, а Демон почуять потерю «ключа» в последний момент.

Неподалеку раздается первый вой, второй, третий. Выхватив из воздуха пси-клинок, я не спеша следую к магистрату. Срок власти Демона подошел к концу. Моему городу нужен более практичный градоначальник.

Глава 10 —

Разгадка пурпура

По дороге на меня нападает пятерка Фурий. У самого крыльца магистрата Гончие выходят из тумана. Я оказываюсь в полукольце, прижатый к стенке. Твари рыча надвигаются, но кажется они немного растеряны. И есть от чего — ведь их будущая «жертва» не источает страх.

Хе. Опять Фурии. Опрометчивый шаг со стороны Демона. Впрочем, он же не знает, что его подручные монстрособакены для меня то же самое, что и батарейки. Да и других слуг у него явно нет. От низших тварей и то больше толку было бы. Среди них очень немногие способны аккумулировать в себе энергию.

Техника сражения с Фуриями уже выявлена, а потому сейчас лишь следует ее отработка. Я щедро разбрасываюсь пси-гранатами, лиловые взрывы глушат тварей, и пока они пытаются оклематься, в ход идет пси-клинок. Гулять так гулять. Незачем экономить силы, когда через секунду восполняешь все потери.

Убить недодемонов и зарядиться занимает максимум минут пятнадцать. Мог бы и быстрее, но тогда пришлось бы показать силы легионеров, а ведь Демон может за мной наблюдать. Но я никуда не тороплюсь. Демон явно не намерен сбегать, а если даже и попытается, то не выйдет — бешеные эманации его выдадут с лихвой.

Покончив с Фуриями, я поднимаюсь на крыльцо и толкаю дверь. В холле пыльно и безлюдно. Оставляю позади пустую секретарскую стойку и бегом поднимаюсь на второй этаж. Прохожу мимо десятка кабинетов, пока перед глазами не возникает дверь с табличкой «городничий». Дергаю ручку. Хм, закрыто.

Тогда ногой вышибаю дверь, и она, сорвавшись с петель, отлетает внутрь

— Время приема окончено, — раздается скрипучий голос, вполне себе человеческий. — Приходите завтра с девяти до одиннадцати дня.

— У меня срочное донесение, — я захожу в просторный кабинет и разглядываю мужчину в кресле. Худой, лысоватый, в целом невзрачный, но, самое интересное, однажды мне уже приходилось его видеть. — Не соизволишь всё же меня принять?

— И какое же донесение? — недовольно спрашивает отчим Гепары, вернее, Демон в его обличье.

Я усмехаюсь, оценив шутку. Ну, правда, иронично же, что он надел шкуру того, от кого обещал избавить свою призывательницу.

— Ты уволен, — я помахиваю пси-клинком, привлекая его взгляд. — Алабмаш присягнул мне на верность, и в мои планы не входит, чтобы город пропал в Астрале.

Пытаюсь заглянуть в разум Демона, но не выходит. Что ж, я и не надеялся, просто попробовал.

Отчим Гепары скрещивает пальцы рук над столом и ощеривается акульими клыками.

— Раньше мне приходилось видеть телепатов. Странно, но ты не похож ни на одного из них.

— И чем же я отличаюсь?

— Слишком живучий, — морщится Демон. — Пять Фурий способны разорвать даже сильных телепатов. Забавно.

Значит, он не понял, что я забрал энергию у его зверинца. Это хорошо. Теперь бы воткнуть клинок в самый главный торт и начать настоящий пир.

— Ну, а ты тоже интересный, — говорю в свою очередь, делая шаг к столу. — Аккумулируешь энергию Астрала, чтобы прорваться в материальный мир. Думаешь, там тебя сразу же не грохнут?

— Что бы такой червь, как ты, понимал, — Демон встает из-за стола. Аура его уплотняется и источает мощные эманации ужаса и смерти. Любой без ментальной защиты сейчас свалился бы в обморок. Мне же приходится прекратить попытки прочитать мысли противника и уйти в оборону. — Я — Бехема и существовал еще задолго до твоего рождения. Меня создали людские пороки и страхи, моя сущность — квинтэссенция ужаса, и мне не страшна человеческая магия…

Блин, чего-чего, но я точно не ожидал от древнего Демона Астрала пафосной речи как у киношного злодея. Возможно, за столько лет он тут заскучал сиднем сидеть, вот сейчас и разболтался. Но это его проблемы, а мне грех этим не воспользоваться.

Пока Демон расписывает, какой он темнейший и безжалостный, я бесчестно атакую его снопом пси-гранат. Ага, не пожалел сил, благо они заемные.

Лиловые взрывы сносят стены и окна. Демона накрывает ударной волной, и он пропадает в псионическом облаке. Рев боли переркрывает грохот обвалившегося бетона. Для псионики в Алабмаше действуют правила Астрала, то есть здесь она вполне себе материальна и подрывает не хуже связки динамита.

Лиловая размытость в воздухе еще не исчезает, а я уже кидаюсь рубить Демона. Глупо надеяться, что высший так легко умрет. Если повезет, то отлично. Но вряд ли, это всё же не какая-то там Фурия.

На бегу мое тело заковывается в доспех Тьмы — и очень вовремя! В густом лиловом воздухе резко мелькают десяток черных когтей. Один удар я отбиваю встречным взмахом клинка, но еще пара достают доспех. На черном нагруднике вспыхивают багровые искры. Вроде не пробило, но я отскакиваю от греха подальше, швырнув еще одну пси-гранату. Гремит новый взрыв, раскрашивая воздух яркими вспышками. Только всё без толку.

— Ты прервал Бехему! — передо мной заместо лысоватого мужика появляется черная четырехрукая обезьяна с двумя головами. Ростом она два метра, не ниже. — За это я буду долго рвать твою душу!

Взвыв, Демон швыряет пурпурные шипящие молнии. Я мигом формирую каменные щит, но гранит трескается и разлетается на части, а пробившиеся остатки молний отшвыривают меня, как пушинку.

Упав, я по инерции качусь в коридор, а Демон, хохоча, бежит следом. Тяжелые обезьяньи ноги обрушиваются на меня. В последний миг успеваю накрыться каменным доспехом.

— Как забавно, что ты не захотел уходить из Алабмаша! — визжит высшая тварь, причем одна голова перебивает другую. — Мне хоть есть чем развлечься до прорыва! А тебе⁈ Тебе весело, телепат⁈

Демон втаптывает меня в бетонный пол. Гранитный панцирь держится, лишь пробегаются по камню трещины. Но я не просто так отдыхаю, а готовлю Голод Тьмы. Когда атака выстреливает из моих рук, я отвечаю:

— Очень весело!

Демона накрывает черным облаком. Раздается скрежет перемалываемых костей и дикий рев боли. А еще хохот. Серьезно! Пока одна голова вопит от боли, другая смеется.

Мне некогда представлять эту жуткую картину. Я вскакиваю и готовлю новую атаку — Каменный град. Скорее всего, она не прибьет Демона, как и Голод. Он оказался намного крепче. Поэтому Град послужит отвлекающим маневром.

Голод Тьмы заканчивается, и из черного полога вырывается весь переломанный Демон. Кости его уже начинают сращиваться, а раны затягиваться. Но тут его накрывает Градом, и перед прилетом каменных осколков он успевает взвизгнуть, словно удивляясь моим запасам энергии:

— Ты опять⁈

— Не опять, а всё еще, — я подскакиваю к упавшей горе камней и быстро вонзаю пси-клинок в торчащую черную лапу. Демон глухо визжит, пытаясь выбраться из-под каменной лавины.

Я же пытаюсь высосать из твари всю энергию, и тут возникает проблема. Нет, поглощать энергию очень даже получается, но ее отток тут же компенсируется внешним притоком. Демона питает Астрал, и обесточить его просто невозможно.

Ну хоть я компенсировал потерю сил и могу снова швыряться пси-гранатами. По идее мы можем так драться до бесконечности, источника Демона хватит на двоих. Правда, вечный бой в мои планы точно не входит, а значит надо что-то думать.

Ну раз вариант с энергией отпадает, попытаюсь подойти со стороны телепатии. Но расковырять сознание Демона тоже не так просто. Непривычно, тяжело. У него своя непонятная защита, причем не снаружи, как принято у людей, а внутри, будто разум его пророс непроходимыми дебрями.

— Рррр…телепат! — Демон с грохотом скидывает камни, но я, недолго думая, обрушиваю на него новый Голод, благо энергии предостаточно.

Снова монстра окутывает жующей Тьмой, а когда его перекореженную тушу отбрасывает на пол, я снова подбегаю и вонзаю в черную лапу пси-клинок. Быстро качаю энергию: восполняю запасы, ну и заодно готовлюсь для ментального марш-броска.

Итак, планы с обесточиванием и ментальным взламыванием отпадают. Что же остается? Мой козырь, конечно. Остается Легион. У Филиновых принято обозначение «Рой». Но мне нравится называть его по-своему.

Мои ментальные щупы без труда обхватывают разум Демона, ведь защита у него размещена изнутри и совсем не мешает.

— Хаха, — смеется правая демонская голова, чудовищные раны нисколько не убавляет ему веселости. — Значит, нашел лазейку, но это ничего не даст. Я — Бехема! Даже если убить меня, я снова перерожусь в глубинах Астрала, и тогда тебе не жить, телепат!

Эх, а ведь он сам не понимает, что только что не оставил мне выбора. Зато теперь я точно уверен в своем решении.

Ну а дальше мы вдвоем ныряем глубоко в Астрал. Там, где я еще ни разу не был. На третий слой.

— Что ты творри-ишь⁈ — испуганно рычит Демон, ведь он не мог не почувствовать моего вмешательства. Да и обстановка вокруг нас меняется — исчезают разрушенные стены, всё окутывается белым туманом. — Телепат! Как ты…!

— Верно, я телепат, — продолжаю переносить нас глубоко-глубоко. — Но не только. Вообще-то я много кто еще. И скоро стану также и Демоном.

Вот почему Провидческий конструкт показал пурпурный цвет. Раскраска сосуда означала не то, кто я есть, а кем стану. Вот так всё просто. Это пурпурный итог нашего с Демоном поединка.

Сверкающий туман второго слоя тоже отступает, и мы оказываемся на широкой зеркальной тропе. Из-под наших ног на нас с Демоном смотрят собственные отражения. А вокруг простирается лишь бесконечная пурпурная пустота.

Хм, вот оказывается, каков третий слой. Я специально нырнул поглубже в Астрал, чтобы Легион точно сработал. Энергии мне сейчас хватит даже на четвертый слой, но рисковать не будем.

Израненный Демон извивается подо мной. Он бы уже залечился, но я пропускаю через клинок очередь пси-разрядов, которые не дают ему прийти в себя. Сейчас же пришпиливаю к тропе одну из демонских голову и хозяйничаю в его разуме.

— Шеф, помочь? — за мой спиной возникают Воронов и остальные легионеры. Ну логично, я же давно «включил» их сознания, чтобы использовать Дары, вот на глубинном слое Астрала парни и материализовались.

— Займитесь той шушерой, — киваю я на движущихся в нашу сторону огромных сколопендр. Глубинные твари Астрала не могли не заинтересоваться незваными гостями.

Легион бросается на сколопендр, я же обращаю взгляд на Демона. Затем развоплощаю пси-клинок.

— Что ты со мной сделал⁈ — рычит монстр, резко поднимаясь, хоть его раны и не до конца залечились. — Сейчас я тебя порву!!!

Последние разрывы на черной шкуре зарастают. Бехема шагает ко мне, взмахивая мощными руками, подсвеченными пурпуром. Зигзаги молний уже готовы сорваться с когтей. Моя реакция? Я усмехаюсь Демону в обезьянье лицо — в правое, а затем левое:

— Добро пожаловать в Легион, новобранец! — и на этом «отключаю» его сознание.

Раз — и Демон исчезает.

Получилось! До самого конца я сомневался, удастся ли, а то мало ли что там Конструкт показывал. Но теперь вопрос: как удержать Демона в себе? Даже с Мастерами я не рисковал, а тут нахрапом взял сильную астральную тварь. С этим надо что-то делать, но потом. Временно точно смогу сдерживать Демона, сейчас только окружу его ментальной сеткой, чтобы не фонить эманациями ужаса.

Между тем легионеры расправляются со сколопендрами. Я «выключаю» Коллекцию и сам возвращаюсь обратно.

Пустота сменяется белым туманом, а затем разрушенным коридором. Перешагнув груду камней, я прохожу в кабинет городничего. Наружную стену с окном снесло пси-взрывами, поэтому теперь на ее месте открывается панорама города.

И, надо сказать, посмотреть есть на что.

Бледный туман на улицах развеялся, как и белое марево за последними домами. Вдалеке выросли горы и зазеленели долины, а еще посреди возникшего леса зазмеилась асфальтовая дорога.

Я довольно улыбаюсь. Это оказалось проще чем представлялось. Стоило Демону «отключиться», как его астральная упряжка исчезла, и Алабмаш вернулся в материальный мир.

Теперь надо связаться с гвардией и потребовать сюда чиновников. Пускай зафиксируют присягу жителей роду Вещему, ну и займутся прочими нужными делами, там, может, обновят карты местности, ну и подведут коммуникации. Блин, репортеры же еще набегут, а это совсем не супер, ммм…Кликну-ка я полковника Топорова, попрошу прислать загранотряды и временно закрыть город для приезжих. Заодно Охранку оповестим.

Надо еще закупить провизии для алабмашевцев, они же за столько лет крошки хлеба во рту не держали, потому что не надо было, а сейчас ведь как проголодаются, просто мама не горюй!

Сколько дел, сколько дел… Еще раз я обозреваю красивые каменные дома. Любуюсь своим городом.

Мой город. Красиво же звучит! Чертовски круто!

Мой город… А если кто-то с этим не согласен, то я могу познакомить его с моим Демоном.

* * *

— Ваше Высочество, простите за вторжение, — коротко постучавшись, в кабинет чуть ли не влетает ассистент. Он тут же застывает и выпрямляется по стойке смирно. — Случилось важное событие, но у вас отключен рабочий телефон.

— Конечно, отключен. Я ведь ем, — недовольно отвечает Владислав Львов, пережевывая блин с вишней. Даже поесть не дают. Мало того, что сегодня он не нашел минуты съездить на обед в ресторан, так ведь всё равно достанут. — Отключил звук на пять минут. Что еще случилось?

— Только что звонили из Службы внутренней разведки, — скороговоркой выговаривает ассистент. — Ваше Высочество, вам пытались доложить, что Алабмаш вернулся на Кавказ.

— Как вернулся? — Начальник Охранки аж роняет блин на тарелку. — Что это значит?

— Потерянный город материализовался точно на том самом месте, откуда исчез много лет назад.

Владислав поднимает брови, а потом тихо произносит:

— Чертов сорванец! Брат всё же не зря на тебя возлагает надежды.

— Ваше Высочество, что вы сказали? — робко спрашивает ассистент.

— Говорю: Тимофей, готовь самолет, — повышает тон Владислав. — Завтра я вылетаю в Кисловодск.

* * *

Два дня проходит в беготне. Мало того, что надо обустроить новых вассалов, так еще отловить тех алабмашевцев, кто полностью одичал. Так в Алабмаше появился целый зоопарк: разные звери-мутанты, потерявшие разум. Не знаю, смогу ли я им вернуть человеческое сознание, сейчас рано загадывать, но будем пытаться.

Еще произошел долгий разговор с сотрудниками Охранки. Я накидал им воспоминаний, как швыряю пси-гранаты в Демона, ну и прочее в таком же духе. Вроде мне удалось их убедить, что я победил тварь лишь одной телепатий. Как говорится, Астрал — дело тонкое. Сила телепата в нем материализуется, поэтому всякие темные облака и каменные грады в психическом измерении тоже можно принять за проявление псионики.

Что еще из важного? Отремонтировать подводящие к городу коммуникации: трубопровод, энергосети, канализация — но этим займется Наместничество. За мной осталось только обустройство самого города. Только… Блин, на этой уйдет целое состояние. Конечно, санаторий окупит вложения, но это еще случится нескоро.

Ах да, Гепара. Ну девушку я «включил» почти сразу, а потом оставил под стражей в ее же домике. Не думаю, что она сбежит, но ее собственные соплеменники явно не пылают к ней добрыми чувствам, и их сложно винить. Поэтому я постарался предотвратить расправу. Агенты Охранки тоже разговаривали с девушкой, но без ордера я отказался отдавать на заключение своего вассала, а ордер пока мне не предоставили.

А сейчас я сижу в магистрате в кабинете зама городничего и изучаю план города. Магистральные трубы, конечно, нуждаются в замене, но с какой начать в первую и вторую очередь? Но это я так, просто прикидываю. Работами, конечно, займутся специалисты. Я уже нанял подрядчиков, просто хотелось самому глянуть на трубопроводную сетку.

Оторвавшись от плана, бросаю взгляд на часы. Почти четыре. Эх, надо собираться в Кисловодск. Неожиданно на Кавказ прибыл сам Красный Влад, и вот сегодня у меня назначена аудиенция. А может, дознание, тут как посмотреть.

Встав из-за стола, я на секунду замираю. Демон опять ворочится, пытаясь «включиться». Усилием воли глушу высшего, как рыбу, и он затихает. Мда, надо что-то делать с этим, а то мне постоянно приходится подавлять эманации смерти, иначе бы от меня фонило, как от урана.

Когда приезжаю в Кисловодск и захожу в кабинет Начальника Охранки, Владислав встречает меня как-то весело что ли, а потом так вообще неожиданно расплывается в добродушной улыбке:

— Ну, юный герой, расскажи-ка мне, а когда ты женишься?

Вопрос застает меня врасплох. Ибо чего-чего, а такого я точно не ожидал от Красного Влада. Он действительно коварен, как ходят слухи. Мой взгляд невольно падает на окно, но я еще не определился: хочу ли через него сбежать или выкинуть кого-то любопытного.

Глава 11 —

Повод для повышения

Немного подумав, я решаю всё же отказаться от мысли с окном.

— Как только — так сразу, Ваше Высочество, — отвечаю с улыбкой. — Мне мама говорила, что мужчина сначала должен закончить школу, а потом уже заводить семью. Да и вообще желательно бы крепко встать на ноги.

— Знаешь, Данила, я боюсь, что с твоим неугомонным рвением к приключениям, у тебя не меньше шансов откинуть эти ноги, — задумчиво бросает Владислав.

Удивительно откровение, и чудится мне, оно неспроста.

— А почему вы этого боитесь, Ваше Высочество? — спрашиваю, невинно захлопав глазами. Действительно, с какого чихуястреба Начальнику Охранки приспичило судьба провинциального дворянина? Нет, я более чем догадываюсь о причине, но пускай уж сам озвучит.

Владислав вздыхает.

— Как, по-твоему, Данила, много телепатов способно одолеть Демона Астрала? Или решить головоломку Жартсерка? У тебя сильный Дар, юноша, и не дело разбазаривать его лишь только на смертельные опасности, хотя, не спорю, спасти Алабмаш — действительно достойное дело. Но нынче ты дворянин Московского Великокняжества, а первостепенная обязанность любого благородного — заботиться о процветании своего рода, — он смотрит на меня, как ястреб на мышонка. — Но всё же ты дворянин не с рождения, и потому, видимо, не знаешь многих элементарных вещей, известных каждому благородному.

Ого, как залечил. Еще и деревенщиной обозвал. У меня даже перепончатые пальцы зачесались сжаться в кулак. Но понятно, что Владислав специально провоцируют, может, с целью изучить мой характер и посмотреть внутренний стержень, может, зачем-то другим. Уж вряд ли глава Охранки подвержен снобизму, да и вообще имеет время на такие глупости.

— Позвольте заметить, Ваше Высочество, — с грустью вздыхаю, снова невольно глянув в окно. — Что я дворянин не потомственный. Личное дворянство же подразумевает, что мои заслуги и даже мой Дар телепата не столь значимы, чтобы и мои дети пользовались правами знатного сословия, как я. Соответственно, как ни прискорбно, но само государство не мотивирует меня на первостепенную обязанность благородного, которую вы только что описали.

— Вот значит, почему ты постоянно скачешь в полымя? Пытаешься дослужиться до потомственного? — Владислав будто бы кидает очередную затравку. Но это оказывается риторическим вопросом, потому что сам он сразу же продолжает: — Что ж, поздравляю: твоя попытка увенчалась успехом.

И замолкает на полуслове, этакий интриган.

— Служу Царю и Отчеству! — встаю и бью себя в грудь, и, кажется, немного удивляю этим матерого змея.

— Ты хоть понял, что я сказал? — слегка морщится он.

— Понял: Его Высочество меня поздравили с присуждением потомственного дворянства, — продолжаю стоять по стойке смирно.

— Садись давай, герой, — вздыхает он, а когда я усаживаюсь обратно, говорит чисто деловым тоном: — Правильно, значит, понял. Новую Жалованную грамоту получишь на одном из следующих награждений в Кремле, тебя позовут, но имей в виду: степень твоего участия в возвращении Алабмаша остается в строжайшей секретности. Так надо. В Алабмаше ты лишь участвовал в царской операции как взятый со стороны специалист. Повод для Грамоты будет совсем иной, менее привлекающий внимания, потом тебе сообщат какой конкретно. Поэтому не распространяйся о Алабмаше.

— Значит, жду повод, — конечно, я настораживаюсь, а то, как бы у меня еще и город не отобрали в их «целях секретности».

— Что с мутантами? — переводит тему Владислав.

— Реестр жителей города я передал в канцелярию Наместничества, — продолжаю настораживаться. Ведь в списке указана так же и Лакомка под вымышленным именем. — Сейчас они привыкают к обычной жизни и нормализуются.

— Судя по твоим показаниями, в катаклизме виновата некая девушка Гепара, — замечает Владислав. — Она всё еще находится под твоей стражей?

— Да, ордер на заключение мне не предоставили, — киваю. — Посмею заметить, она была всего лишь марионеткой Демона и непредумышленно совершила проступок.

— Но за свою вину преступница всё рвано должна ответить, — бросает Начальник Охранки.

— Конечно. Как насчет того, чтобы она помогла с изучением Астрала? — выкладываю предложение. — Уверен, Гепара способна предоставить полезные сведения для Охранки… вернее, для Охранного Отделения, — поправляюсь после пристального взгляда Владислава. Тоже мне формалист.

— Что ты предлагаешь?

— Гепара предоставила табличку, с помощью которой был призван Демон. — Я уже давал точно такие же показания Охранке, но видимо, не грех повторить. — Эта древняя табличка сама по себе очень интересный артефакт. Его можно изучать и изучать чуть ли не до бесконечности. Но новый факт в том, что Гепара до сих пор привязана к артефакту призыва. Не знаю, насколько связь долговечна и крепка, но несомненно, что табличка и Гепара и сейчас по-прежнему соединены.

— Хм, а почем ты только сейчас это сообщаешь? — хмурится Владислав, глянув на бумаги на столе, видимо, с моими показаниями.

— Я выяснил об их связи уже после допроса, — я и глазом не моргаю, потому что это правда.

— Хорошо, что сообщил, — кивает Владислав. — Тогда мы заберем Гепару на Лубянку.

— В каких условиях она будет содержаться? — не могу не спросить. Всё же если бы не Гепара, я бы не попал в Алабмаш. Потом я уже узнал, что именно она крикнула Слопсу, который и вытащил меня из реки. И пускай гепардоухая виновата в катаклизме, но также присутствуют смягчающие обстоятельства — их немного, но они есть.

— В приемлемых, — сообщает царский брат. — Для полезных преступников у нас есть специальная программа сотрудничества. А для мотивации мы используем не только кнут, но и пряники. Эти преступники живут в охраняемых гостиничных номерах, пользуются благами цивилизации и даже получают оклад за свою работу.

Мда, неплохо. Многие простолюдины только мечтают о таком наказании.

— Как сюзерен Гепары, я хочу иметь доступ к ней, — твердым голосом заявляю. А почем бы нет? Мало того, что гепардоухая красавица присягнула мне, так еще и имеет связь с древнейшим ментальным артефактом. Пропустить результаты столь интересных исследований я просто не могу.

— Очень заботливо с твоей стороны, — усмехается Владислав. — Тогда мы также будем привлекать тебя и к изучению артефакта. Ведь на ваших встречах эта мутантка всё равно расскажет тебе о результатах.

Заманчивое предложение, Владислав Владимирович. Конечно, оно с двойным дном: в свою очередь Охранка сможет наблюдать за моими манипуляциями с артефактом, но почему бы и не да? В накладе-то, думаю, не останусь.

— Согласен, Ваше Высочество.

— Остается вопрос с самим Алабмашем. — Сладкое он оставил на десерт.

— Жители присягнули мне. — Читайте по слогам «Город мой, не отдам!»

— Земля принадлежит Наместничеству, — произносит Владислав. — Но город твой, да. Со всеми предприятиями и инфраструктурой. Только не подведи: городскую жизнедеятельность необходимо наладить в ближайшие сроки. Сейчас к Алабмашу прикипело пристальное внимание журналистов, а потому город должен быть благоустроен и возвращен к цивилизованной жизни, как достойный пример поддержки Царства.

Поддержка целого Царства в единоличном исполнителе Даниле Вещем? Меня от такого почета едва не распирает смех. Но приходится сдержаться.

— Всё будет, — коротко отвечаю. Как-никак, это и в моих интересах: если проявлю себя как успешный градовладелец, фиг кто отберет у меня Алабмаш.

— Тогда договорились, — сообщает Владислав. — На этом всё…Ах да, не забудь про пересдачу рангового экзамена на телепатию — не сейчас, но через пару-тройку месяцев. Ты явно уже не Воин.

На этом уже точно всё, и я отбываю обратно к себе в Алабмаш. Вообще дел на Кавказе лично у меня осталось немного. Я всё же градовладелец и инвестор, а не городничий и управляющий. Моя первостепенная обязанность — это башлять деньги, а не вникать в каждую мелочь в процессах перекладки труб и смены энергосетей. Сегодня-завтра Алиса с Василисой пришлют из столицы группу управляющих, они и займутся всем восстановлением. Влетит в крупную копеечку, но не зря я грабил Хоренова и других дворян. Город стоит на горячих источниках, а потому всё окупится с лихвой, главное, смотреть в перспективу.

Кисловодск остается позади, и колонна моего кортежа начинает неторопливый подъем по крутым серпантинам, обвивающим голую скалу. Я сижу в бронемобиле и поглядываю на долины за краем обрыва. Но углубиться в мысли не дает резкий шум справа на скале. Медленно, но неостановимо камни смещаются и катятся прямо на машины впереди. Да и нашу тоже заденет…

А уже через секунду впереди раздается грохот автоматных очередей.

Я вздыхаю. Только засады сейчас не хватало. Во мне, между прочим, сидит неугомонный Демон — если не удержу, всем поблизости наступит белый и пушистый зверек на букву «п».

Но некогда грустить. Быстро распахиваю дверь и выскакиваю наружу уже в каменном доспехе.

«Останови оползень» — мысленно командую «включенному» Дубному.

«Легко сказать!» — отвечает рыжий бородач, явно растерянно. Блин, всему учить надо.

«Кидай на пути лавины валуны в шахматном порядке» — даю распоряжение. Этот метод использует МЧС для стабилизации оползней, правда, там используют не валуны, а буронабивные сваи, да их к тому же закапывают на глубину в два метра, но сейчас-то и обвал небольшой, искусственный.

«Понял».

Пока Дубный черпает энергию из моего накопителя и швыряет тяжелые булыжники, я оцениваю обстановку. Гвардейцы уже высыпали из машин и перестреливаются с врагом впереди. А вверху за оползнем прячется целый Мастер.

И как только сканеры проморгали отморозков? Видимо, они держались на расстоянии до тех пор, пока каменщик не создал лавину. Ну и он тоже не высовывался до последнего.

Зря я не взял с собой Змейку. Но невелика проблема — одного Мастера я без проблем под орех раскатаю.

Оползень слегка засыпает дорогу, ну одну тачку впереди придавливает, а так Дубный справился, людей не завалило. План противника провалился. Не вышло у него засыпать нас, а потом перестрелять выживших. Теперь, главное, чтоб они от нас не ушли. Интересно, кто такой дерзкий? Ну чего гадать — сейчас узнаем.

Гвардейцы продолжают бодрую перестрелку, магией их никто не атакует, а значит, сами справятся. Ну или потянут нужное время. В любом случае мне надо заняться главной угрозой.

Срываюсь с места и прыгаю по камням вверх. Позади остается промежуточный гребень. Навстречу выскакивает каменщик в панцире. Хорошо, что не стал убегать. Сейчас, как порядочные люди, устраним все разногласия при помощи боевой магии.

Противник атакует массированным снопом камней, я моментальной образую перед собой гранитный щит. Такая здоровая плита из камня. Приходится спрятаться за нее полностью — опустить голову, плечи поужать, да еще и плиту держать, а то снесет ведь. Мастер бьет мощно и долго.

«Ба! Иван! — я удивленно сообщаю Дубному. — Это же Каменный град! Только у него шире обстрел, чем у тебя, почему-то…»

«Почему-то… — передразнивает меня уязвленный легионер. — Может, потому что он — полноценный Мастер? Может поэтому, шеф?»

«Всё у тебя какие-то девчачьи отговорки, — усмехаюсь. — Как будто тебе кто-то мешает быть тоже Мастером»

Дубный еще что-то бурчит, но мне некогда его слушать — формирую еще одну плиту взамен разбитой. Мастер оказался упертым, я бы сказал твердолобым даже. А кто еще будет врубать два подряд Каменных града? Не думаю, что у него накопитель резиновый или есть Жора-жабун как у меня. Но да ладно, его проблемы.

А бросим-ка в него пси-гранату. Да вот прямо сквозь плиту и бросим, чтобы не подставляться. Плита же не антипсионическая, как и Каменный град Мастера.

Брошенный лиловый шарик исчезает в толще гранита. Секунду я жду.

О, грохот затих. Настал и наш черед.

Я отбрасываю плиту в сторону и бросаюсь на упавшего врага.

* * *

— Студень, противник перебит, — докладывает сканер, когда перестрелка затихает и гвардейцы берут в плен подстреленных налетчиков.

— Ошибаешься, Навигатор, — Студень бросает взгляд на скалу, где среди камней скрылся Вещий. Оттуда всё еще доносится глухой грохот камнепада. — Один остался. Бур, с твоими идем вверх. Остальные — вязать пленных и ждать.

Вместе с пятеркой бойцов Студень быстро поднимается по остановленному оползню. Они взбираются на промежуточный гребень скалы и, пригнувшись за камни, смотрят на битву двух каменщиков. Враг обстреливает мощным беспрерывным градом шефа, укрывшегося за вертикальной плитой.

— Студень, шеф же против Мастера стоит, — замечает Бур.

— Ему не впервой, — спокойно замечает Студень, хотя в душе немного и волнуется. — Пока просто наблюдаем.

А ничего другого и не остается. Стоит им высунуться со своими пукалками, как их прихлопнут, словно мух.

Обстрел резко прерывается — рядом с Мастером вспыхивает лиловый пси-взрыва, и ого отбрасывает в сторону. Тут же на противника налетает шеф с пси-клинком и каменным топором. Ответка за град не заставляет себя ждать. Мощный удары по каменному панцирю даже отдаются в земле.

— Вот же ж, положил так положил! — с восторгом выдает Бур. И Студень с ним солидарен.

Шеф уже, конечно, разделывался с Мастерами, но гвардейцам это приходилось видеть крайне редко. Зато того, что видели, пробирало до мурашек. Особо запомнилась битва с Вороновым. Специфическая магия Тьмы давала преимуществу «темнику», но это его не спасло.

Каменный Мастер напоминает упавшего теленка, который безуспешно лягается. Пси-клинок явно не дает ему сосредоточиться, да и мощные удары топора мешают. Шеф упорно и неторопливо вскрывает гранитный панцирь, а затем одним касанием пси-клинка обрывает гаду жизнь.

— А вы чего тут уселись?– выпрямившись, Вещий смотрит на груду камней, за которой присели гвардейцы.

Студень тут же выпрямляется:

— Пришли доложить: ударивший в авангард противник разбит, взяты трое пленных.

— Пленные, говоришь, — задумчиво роняет шеф, сбрасывая доспех. — Они нам не нужны. Всю информацию о нахождении базы этих мерзавцев я уже скачал из памяти Мастера, как и пару интересных техник медитаций каменщиков.

— Мегамозг, тогда пленных добить? — уточняет Студень.

— Мм, пожалуй, лучше сдадим их в остроге, — подумав, решает Вещий. — Банда этих выродков ворует одаренных детей для арабов, а потому, уверен, полковнику Топухову будет интересно лично пообщаться с ними. Часть деток, кстати, прямо сейчас томится на их базе для переправки в Месопотомию.

— Значит, везем гадов в острог? — снова спрашивает Студень.

— Сначала заглянем в гости к выродкам, — произносит Вещий, почесав подбородок. — За нападение они задолжали много чего, да и деток лучше освободить именно нам.

— Почему «именно нам»? — не понимает Студень.

— Потому что это будет офигительным поводом дать мне потомственное дворянство, — усмехается молодой шеф.

* * *

Никита Недежка в нетерпении ждет новостей в своем кабинете.

— Быстрее бы уже, — вздыхает дворянин, которому опостылел Кавказ с его жарким климатом и гористыми дорогами.

Он так и не смог достать Хомякова, скорее всего трус уже переместился к арабам, но зато удалось наладить продуктивное взаимодействие с местной группировкой «Кинжал». Аномальное мясо в обмен на пленного телепата с двумя Дарами. Что может быть выгоднее? Правда, плата не ограничилась мясом. В течение двух месяцев Недежка должен также предоставить боевикам десяток одаренных детей. Дворянин еще не думал, откуда их достать, но это совсем не большая проблема. Будовску осталось жить всего пару недель, может, чуть дольше. А в руинах города одаренные детишки уж отыщутся. Но это потом. Сначала — щенок Вещий.

Боевики не должны оплошать. Недежка передал «Кинжалу» сведения о Вещем: о его телепатической силе и зверях. Среди людей парня нет сильных магов, сканерв-шпионы таких не засекли, телепат же беззащитен против разрушительных природных сил как тот же оползень. Группировка же мощная, у них даже есть Мастер, и это не может не радовать. Слабакам бы такое дело Недежка и не доверил бы.

Пускай Вещий тот еще везунчик, но в горной местности против Мастера-каменщика у него нет шанса. А даже если парень опять выпутается, то с Недежки взятки гладки, он все равно использовал посредника, и их столкновение с телепатом продолжится в Будовске в рамках катастрофы для всего города.

Глава 12 —

Возмездная Охота

Примечательно, что группировка «Кинжал» не могла позволить себе неприступный форт. Крепость бы сразу привлекла к себе внимание, а банда была незаконной, подлежащей уничтожению. Поэтому боевики скрывались в горах под землей.

Сейчас сквозь лобовое стекло я обозреваю дальний зеленый холм.

Если бы ни скачал воспоминания у того Мастера, то даже и не заподозрил внутри этого склона тайные ходы и глубинные блиндажи. Умеют мерзавцы прятаться, нечего сказать.

Вообще убитый Мастер занимал высокую должность в банде, поэтому знал всю схему базы. Боевики к выбору места лагеря подходили с умом, привлекали местных, чтобы те раскрыли им самые потайные места.

Бандиты хорошо позаботились о тропах и подходах, когда группа шла в лагерь по тропе, то дерн поднимали, а потом укладывали обратно, следов не было вообще. К тому же все подходы заминированы, кроме пары подъездов. Ими мы воспользовались, чтобы подобраться к лагерю.

За Змейкой я не стал заезжать. Иначе мы рисковали бы не успеть накрыть боевиков. Они, наверняка, в курсе, что устраивали операцию против телепата, а у телепатов, знаете ли, есть способность читать мысли. Необходимо накрыть гадом как можно быстрее, пока они не поняли, что их Каменщик стал моим «языком».

Нападение мы устраиваем с главного входа. Второй путь отхода тоже не забываем — туда гвардейцы закидывают подарки — мину с дистанционным запуском.

Действуем нахрапом. Мы с основной группой запрыгиваем в тайные ходы, блокируем отсек с украденными детьми и выкуриваем боевиков из блиндажей. А когда «Кинжалы» отступают по запасному маршруту, то просто подрываем дальний туннель — прямо на головы бандитам. Мины, кстати, выкопали из ямы-хранилища неподалеку. С их поиском тоже помогли воспоминания Мастера. Вообще таких схронов очень много. В одних боевики прятали продукты питания, в других вещи и боеприпасы. Думаю, нам всё потом пригодится. Продукты отдам алабмашевцам, а боеприпасы не лишние для моей гвардии.

А после завершения операции я поднимаюсь наверх и жду от гвардейцев результата обыска подземок. Студень не заставляет себя долго ждать.

— Готово, Мегамозг, — сообщает поднявшийся гвардеец после того, как сканеры обследовали дальние укрепления. — Все защитники ликвидированы, двое пленных есть. Детей сейчас выводим наружу.

— Классно, — я сижу на капоте бронемобиля и дышу свежим воздухом. А то в этих блиндажах душно и сыро, да и тесновато. — Свяжитесь что ли с Топуховым, пускай полковник принимает взятый лагерь. А еще надо бы журналистов позвать, и лучше им несильно отстать от военных. Больше я не намерен никому отдавать победные лавры.

Действительно, Алабмаш был последней каплей. Хватит с меня.

— Шеф, будешь давать интервью? — усмехается Студень.

— Надо же отчитаться в школе, по какой причине я прогуливаю уроки, — усмехаюсь следом. — Думаю, устранение горных боевиков вполне сойдет.

А Змейку всё же надо привлечь для еще одной операции. Пускай сканирование пленных не дало имя конечного заказчика, только опять мелких посредников, которых наверняка уже нет в живых, но несложно догадаться, кто нанял боевиков. Недежка ведь тоже сейчас неподалеку. Так оплатим ему схожей монетой. Авария на дороге вполне сойдет. Благо разведка уже знает расположение автомобильного парка мерзавца.

* * *

— Ваше Высочество, — ассистент заходит во временный кабинет Начальника Охранки. — Сейчас Данила Вещий выступает на местном телевидении. Возможно, вам стоит посмотреть.

Владислав недовольно вскидывает брови, через секунду его рука тянется за пультом на столе. «Главный сатрап страны», как за глаза кличут царского брата некоторые вольнодумные барышни и юнцы, только что собирал вещи, чтобы завтра с утра покинуть Кавказ, как Вещий опять объявился. Не прошло и пяти часов.

— Да что еще ему приспичило! — негодует Владислав. — Если у парня заиграла гордость и он решил брякнуть об Алабмаше, то пускай потом пеняет на себя! Запру в подвале, чтобы сидел, не рыпался и раскачивал свой Рой!

На выпуклом экране появляется юноша в окружении десятка микрофонов.

— Как вам удалось найти «Кинжалы»? — спрашивает один из журналистов.

— Они сами первыми меня нашли, — отвечает парень, улыбнувшись. — Посреди дороги напали зачем-то. Вот я отправился к ним в гости уточнить причину.

— Уточнили? — с иронией спрашивает красивая блондинка-репортер.

— Боюсь, не успел, — демонстративно вздыхает Вещий. — К сожалению, многих боевиков накрыло завалом туннеля. А остатки выживших забрал к себе допрашивать уважаемый полковник Топухов.

Раздаются смешки репортеров.

— Вы спасли десяток одаренных детей, — замечает блондинка, подойдя ближе к юноше. — Их могли переправить через горы в Месопотамию, и они больше бы никогда не увидели родителей. Думаете, Царство оставит вашу заслугу без награды?

— Знаете, сударыня, в чем я действительно уверен, — заявляет Вещий, — так это в справедливости нашего Царя. Так что не будем загадывать, ведь я зашел в гости к «Кинжалам» не ради госнаграды, хотя и от нее не откажусь, если сочтут достойным… — на этом моменте он подмигивает прямо в камеру.

Раздаются смешки, а Владислав, фыркнув, выключает телевизор.

— Наш пострел везде поспел, — Красный Влад поворачивается к ассистенту. — Свяжись с агентурой, пускай подготовят доклад об этой зачистке. Жду также записку от аналитического отдела с пояснением, тянет ли участие Вещего в ней на жалование потомственного дворянства. Когда прилечу в Москву, бумаги должны уже лежать у меня на столе.

— Будет выполнено, Ваше Величество, — поклонившись, ассистент спешит из кабинет сделать необходимые звонки.

* * *

Нервничающий Недежка срочно едет в аэропорт. Кортеж из десятка бронемобилей направляется по наклонному шоссе.

Всё же «Кинжалы» провалились, да еще с треском. Вещий непросто накрыл их гнездо, но к тому же еще устроил из этого сенсацию. Наверняка, царские чиновники не оставят без внимания громкий «подвиг» парня и придумают, как его наградить.

— Пронырливый парень, — вздыхает дворянин. — Любой шум оборачивает в свою пользу.

Как бы то ни было, Вещий лишь отсрочил неизбежное. Его конец неотвратим. Никакой телепат не устоит против той Силы, что заинтересовалась парнем.

Единственное, Недежке пора покинуть Наместничество. После провала боевиков пребывание на Кавказе несет большие риски. Поэтому Недежка и решил немедля убраться в родное княжество.

Неожиданно дворянин подмечает, что его машина в середине колонны слишком сильно ускорилась. Еще немного и она уткнется бампером в броневик впереди.

— Эй, ты что творишь! — гаркает Недежка водителю, опустив перегородку. — Сбавь газу! Сейчас же налетим!

— Не сбавляется, господин! — бросает побледневший водитель. Он бешено давит педаль, но толку ноль. — Тормоза отказали!

— Как отказали? Щщенок… — резко шипит Недежка, осознавший мстительное коварство Вещего. — Опускай ручник!

— На ходу нельзя! Предохранитель не позволит! — бросает через плечо водитель, включая нейтральную передачу. — Щас попробую подшаманить и дернуть! Пристегнитесь!

Недежка хватается за ремень безопасности, дергает к себе, и в его руках оказывается перерезанный обрывок. Брови дворянина взлетаю на лоб.

— Что⁈ Как! Не смей опускать…! — оборачивается Недежка к водителю.

Но поздно. Машина резко останавливается на всём скаку, и дворянин, едва успевший надеть кислотный доспех, катапультой вылетает через лобовое стекло. Последнее, что он успевает увидеть — удивленное лицо водителя, чей ремень оказался в полном порядке. А затем Недежка покидает свой бизнес-класс и, пролетев над дорожным полотном, уносится в пропасть обрыва, простирающегося прямо за широкой обочиной.

Выскочившие из броневиков гвардейцы в полном ошеломлении слышат удаляющийся крик своего господина.

* * *

— Гепара, как твое самочувствие? — спрашиваю я, зайдя в дом мутантки.

— Всё хорошо, Ваше Благородие, — девушка низко кланяется мне с кошачьей грацией, так что я могу отлично рассмотреть ее трепыхающиеся от волнения гепардовые ушки. — Хотите ли чаю и пирожков? Мне принесли продукты, и я испекла немного, — скомканно поясняет она. — С печенью и мясом испекла.

— Конечно, давай, — сразу улыбаюсь. Люблю я поесть, что поделать.

Сам я располагаюсь в одной из комнат, куда Гепара приносит поднос с угощением. Выглядит девушка взволнованной и немного испуганной, но лишь немного. После жути Астрала ей, видимо, уже ничего не страшно.

— Гепара, теперь ты мой вассал, и я не могу не участвовать в твоей дальнейшей судьбе, — начинаю, отпив чай.

— Простите, что не сказала вам о своем преступлении до присяги, — сжимает она кулаки.

— Простить не могу, — я с удовольствием уминаю пирожки. Мм, с печенью попался. А готовить она очень даже умеет. — Преступление есть преступление, Гепара. Поэтому тебе придется поработать на Царскую Охранку. Именно поработать: это не каторга, а трудовой договор, правда, отказаться от него ты не можешь. Но условия полагаются как у наемного работника в командировке: проживание в хорошей охраняемой гостинице, ну и зарплата в размере тысячи рублей.

— В гостинице⁈ — хлопает глазами девушка. — Тысяча рублей⁈

— Да, это немного, — соглашаюсь со вздохом. — Но если продемонстрируешь успехи, то должны повысить оклад. Но, если с тобой будут плохо обращаться, ты мне сразу сообщай, не молчи — и реакция сразу последует.

— Данила, — у Гепары на глаза наворачиваются слезы. — Спасибо тебе большое!

— Ну-ну, не хнычь, — усмехаюсь. — Ты не думай, что это какая-то благотворительная помощь. Твоя связь с артефактом практически уникальна. Так что ты все эти блага отработаешь с лихвой, поэтому воспринимай как должное и, если выдашь результат, сразу проси больше денег, не стесняйся.

Но она продолжает лить слезы. Приходится посадить красавицу рядом и подержать за руку, ну и пустить стимулирующие волны — куда ж без них? — а то и разговора не получится. Успокоенная Гепара с трудом воспринимает новую реальность, где она — внештатный работник Охранки. На а я сообщаю ей свои контактные данные.

— В случае если с артефактом произойдет какой-то сдвиг, сразу свяжись со мной, — даю напутствие. — Мне тоже очень интересен Астрал. С Охранкой это обговорено, никакие правила ты не нарушишь.

— Конечно, Данила! — кивает девушка и даже тихонько заулыбалась.

Ну а дальше за гепардоухой красавицей приезжают агенты Охранки, и я передаю им Гепару. Она на прощание машет мне рукой и обещает держать в курсе. Да еще улыбается широко, так повеселела. Что ж, зёрна посеяны, осталось дождаться всходов. Уверен, эта табличка-артефакт таит в себе много чего полезного, но раз она засветилась перед Охранкой, придется действовать совместно. Впрочем, нечему здесь огорчаться: у Красного Влада в подчинении полно сильных и опытных телепатов, общение с которыми пойдет мне только на пользу.

Отправив Гепару, я направляюсь в магистрат. По дороге в глаза бросаются повсеместные ремонтные работы: установка магистральных труб, обновление брусчатки, ремонт электростолбов. Я задумываюсь, представив весь масштаб городского благоустройства, и сразу же передергиваю плечами. Слава богу, это всё не мне контролировать, а управляющим, иначе бы я повесился.

Неожиданно меня отвлекают от мыслей:

— Бе-е-е-е…

Поднимаю глаза на блеющего козла, которого на привязи вывели пощипать травку. Козел пристально смотрит на меня.

— Добрый день, уважаемый господин Козалов, — я киваю козлу как равному. — Не заметил вас — как раз думал о восстановлении санатория.

— Бе-е-е, — как, мне кажется, сейчас уже козел блеет более благосклонно, прощая мою нелюбезность вначале.

— До скорого, уважаемый, — еще раз кивнув бывшему главе города, удаляюсь. А он продолжает пощипывать газон.

И, знаете, я ничуть не стесняюсь своей вежливости. Да, пускай нынче Козалов настоящий козел, без метафор. Но, во-первых, этот козел благородных кровей. А еще, что намного важнее: вы видели его рога? То-то же. Я не люблю нарываться на пустом месте.

Несколько часов я провожу в медитациях в своем кабинете. Чертов Демон всё никак не уймется, временами испуская мощные эманации. Один раз я даже не удерживаю в себе выплеск — как итог, принесшая кофе служанка роняет кружку и убегает, визжа, как ненормальная. Мда, дела. Пока не совладаю с Бехемой, о ночи с Леной можно забыть. Разве что Лакомка сдюжит, и то не факт.

Быстрее бы вернуться в Будовск и более плотно заняться демонской проблемой. Но я жду управляющих из Москвы, а их всё нет и не…

— Шеф, управляющие приехали! — заглядывает в кабинет Слопс, качая хоботом.

— Ну наконец! — радостно улыбаюсь и махаю мутанту рукой. — Заводи давай!

Следующие три часа я и слономордый общаемся с группой управленцев. Надо отметить, Алиса с Василисой подобрали скрупулёзных и внушительных специалистов. Я даже задумываюсь: может, моим помощницам доверить управление всей корпоративной империй? А что? Девчонки умеют подбирать мощных профессионалов в своем деле, и, как по мне, этот навык самый важный для руководителя. У них бы получилось начальствовать над всем бизнесом, а я бы спокойно постигал Астрал и миры за «норами».

Слопса, кстати, я тоже позвал не зря. Он вожак и представитель общины мутантов. С течением временем в город прибудут и новые люди, но мутанты останутся костяком Алабмаша, и их участие необходимо в налаживании жизнедеятельности.

Через несколько часов мы заканчиваем первичное обсуждение. В целом я доволен разработанным планом. Управляющая группа поделила восстановление города на четыре фазы, причем уже в конце первой произойдет ремонт санатория, а значит, уже со следующей фазы часть капитальных затрат начнет самоокупаться.

— Отлично, — улыбаюсь я, оставшись со Слопсом наедине. Попиваем чай и доносим мелкие штрихи к будущему образу Алабмаша — его бизнес-модели и культурному облику. — По идее, дальше вы уже справитесь без меня. Так что сегодня вечером мне можно улетать.

— Быстро ты собрался, — мутант пьет чай через хобот, и на это забавно смотреть. Картина маслом: Слопс на чаепое.

— Ну а что? Теперь вам нужен не я, а только мои деньги, — замечаю. — А деньги мне надо зарабатывать, между прочим, иначе Алабмаш так и останется недостроенным, — преувеличиваю для острастки, конечно, и срабатывает.

— Как недостроенным? Тогда, конечно, уезжай поскорее, — сразу пугается Слопс, замахав хоботом по кругу.

Вот и хорошо. А раз меня отпустили, то я и улетаю домой этим же вечером. Думал, правда, порадоваться в самолете скоропостижной кончине Недежки, но нет, гвардейцы сообщают, что выжил. Переломался весь, правда, но это пустяк, Целители залечат. Эх, но на самом деле шансы на летальный исход были очень малы, на самом деле, это даже и хорошо. Недежка — единственная ниточка к Иномирянину, обрывать ее пока нельзя.

Домой приезжаю я поздней ночью. Несмотря на это, Лена дожидается меня в гостиной — вся в нетерпении и возбуждении. Даже жалко огорчать свою девушку, но Демона из себя уже не вытащить. Поэтому пообнимавшись с Леной, я провожаю девушку до парковки, и она уезжает с грустинкой на лица.

— Демон, значит, — протягивает Лакомка, неожиданно оказавшись со мной в постели. Я только разделся, прилег, а она уже тут рядом со мной под одеялом.

— Ага-а, — сонно зеваю. — Когда я сплю, от меня фонит на версту, так что…

В противовес предупреждению блондинка придвигается ближе и кладет голову мне на грудь.

— А ты знал, что альвам не страшны астральные эманации? — с озорной улыбкой сообщает она. — Наша раса очень стойкая, между прочим. Никакие страхи смертных не способны нас задеть.

— Ну рискни, если хочешь, — я спокойно закрываю глаза. Лакомке лет раз в десять больше, чем мне, так что она должна знать, что делает.

Уже сквозь сон ощущаю, как из меня брызжет легким всплеском эманаций, но альва лишь тихо посапывает на моем плече, сердечный ритм у нее по-прежнему спокойный. Что ж, ну и славно.

* * *

— Вождь, мы не нашли скрытного убийцу, — склонившись перед огромным ракхасом, сообщают могучие гридни. — Но мы обследовали места убийств. Каждый раз тела находили возле Дыр на Ту Сторону.

— Дыры на Ту Сторону? — хмурится вождь на костяном троне. — Что-то в последнее время они стали всё чаще возникать.

— Может быть, скрытник охотится на зверей, привлеченных Дырами, — произносит гридень. — И там не поделил добычу с нашими воинами племени.

— Так устройте засаду у следующей Дыры, — велит вождь. — В чем проблема?

— Без шамана мы не найдем Дыру, — гридень склоняется еще ниже. — Разреши привлечь говорящего с духами к Возмездной охоте?

— Хорошо, старый Хруст пойдет с вами, — подумав, кивает вождь. — Но, если ты не принесешь голову скрытника, Мрабар, твоя бедренная кость укрепит подножье моего трона.

Старший гридень шумно сглатывает и торопится увести воинов из шатра вождя. Возмездная Охота продолжается.

Глава 13 —

За род!!!

С утра за завтраком я уминаю сверхпитательные батончики вместе с протеиновым коктейлем. «Энергосинтез» еще не поставил производство на ограниченный поток, но продукты разработаны, и они уже поставляются мне домой в нужном количестве.

Поел, и теперь я чувствую себя сытым. Надо отметить, это потрясающее чувство. Слопал батончик, прогнал микроэлементы по всему телу, и готов рвать зверей у «нор». А ведь когда-то давным-давно радовался тараканьей похлебке…

После завтрака заезжаю на гвардейскую базу. Обсуждаем с Серегой принятые меры по безопасности моих близких, а также результаты слежки за «Хозяевами». Пока никто из союзников Недежки не засветил себя контактами с Иномирянином и подготовкой удара против «Мстителей». Брать пермяков не за что, а первыми бить нельзя — наказание от Великопермского не заставит себя ждать. Можно, конечно, попробовать прихлопнуть Недежку втихаря, с помощью Змейки, но смысла большого не вижу. Наоборот, это может обернуться во вред. Недежка всего лишь марионетка Иномирянина. Сейчас мы хоть знаем, за кем следить. А если уберем его — жди удара со всех сторон.

Во время совещания на мобильник звонит Настя Горнорудова. Оказывается, барышня нынче в Будовске — приехала по родовым делам, как она выразилась. Может, за аномальным мясом, а может, на меня посмотреть и сделать доклад для матушки. И, конечно, Настя хочет встретиться. Ну я и зову ее в гости на обед, чтобы быстрее разобраться. Как раз до этого времени успеваю заглянуть в офис «Энергосинтеза» и пообщаться с Кирой.

— Пищевая белковая продукция будет небольшой в силу ограниченности ресурсов, — замечает некромантка, поглаживая нежить-попугая у себя на плече. Было бы что там гладить — одни кости. — И поэтому баснословно дорогой. Надеюсь, кто-нибудь купит, — вздыхает она, выдав истинные эмоции.

— Ну что еще за упаднические настроения, — усмехаюсь я, коснувшись руки Киры. Мое действие явно не понравилось попугаю, вот как косится пустой глазницей, ну и к черту его. — Укажем в составе мясо рогогоров, немного прорекламируем продукт, — и будут продажи. Сейчас у дворян уже сформировался агрессивный спрос на мясо зверей, так что сметут и смеси из их молочной сыворотки. А в перспективе наша рогогорская ферма вырастит в агрохолдинг, будет больше молочной сыворотки и сможем немного скинуть цену. Как там, кстати, дела в профилактории? Роды научились принимать?

— Да, София там рулит, — улыбается обнадеженная Кира. — Уже сама приняла трех телят, да и вообще из фермы не вылезает — натаскивает ветеринаров.

— Ну ничего себе, — радуюсь и я новому выводку. — Как быстро коровки созревают. Слушай, если экстраполировать темпы рождаемости на полгода-год, то нам стойл-то не хватит.

— Да, уже закладывают новый фундамент под еще один коровник, — приятно радует предусмотрительная некромантка. — Я распорядилась.

Ну и славно. Чем больше у нас аномальных телят, тем я богаче. Скоро, похоже, стану молочным магнатом, хе. А также сметанным царем.

На радостях зову Киру домой на обед. Заслужила трудяжка. Если бы не нежить у нее на плече, то я бы почаще звал некромантку на совместные бизнес-ланчи. Но тупая костяная птица постоянно у меня что-нибудь стаскивает с тарелки.

На обед собираются много кто — Лакомка, леди Барбара с кузеном, даже София прибывает из фермы. Антонина Павловна сейчас в школе, как и Лена, как и Мария Федоровна, только я один злостный прогульщик, эх, надо хотя бы завтра заглянуть на уроки. Вообще хотел сегодняшний день посвятить медитациям для контроля Демона, но куда там, столько всего навалилось.

Когда прибывает Настя, оборотница немного офигевает от малинника в моем доме. Особенно тагильскую барышню поражает парфюмерная знаменитость леди Барбара, ну и ослепительная красота Лакомки не остается без внимания. Альва сегодня надела очередную шляпку, как обычно.

— О, леди Лариса, — еще до начала трапезы Барбара улыбается усевшейся рядом альве. — Вы снова в шляпке.

— Ненадолго, леди, — мягко отвечает Лакомка, глянув на меня.

— Возможно, вы уже знаете, — беру я слово. — Недавно я участвовал в операции по спасению горного Алабмаша.

— Даниэль, даже в Лондоне уже слышали о «призрачном сити», — кивает Барбара. — Значит, ты один из тех героев?

— Верно, — киваю, затем указываю на Лакомку. — И Лариса как раз оттуда. Еще очень давно я спас ее из Алабмаша, а спустя время моя информация помогла Охранке вернуть город целиком. Раньше это было секретной информацией, но теперь Ларисе больше незачем таиться. Лариса, можешь снять шляпку.

И Лакомка снимает головной убор, и все удивленно смотрят на ее уши. Настя пораженно хлопает глазами. Да и остальных девушек тоже новость застигла врасплох. Что ж, маски, вернее, шляпки сброшены, и одной проблемой меньше.

Затем Лакомка, глянув на Настю, делает наш секретный жест. Я незамедлительно ныряю альве в сознание.

«Что случилось?» — мысленно спрашиваю.

«Мелиндо, у твоей гостьи включен артефакт» — мысли Лакомки немного встревоженные.

«Да, фонит псионикой он знатно» — соглашаюсь небрежно.

«Значит, ты сам уже почувствовал? И ничего не делаешь?» — удивляется альва.

«А смысл? Я могу сделать Настя замечание, но она просто скажет, что артефакт необходим для поддержания ее здоровья или еще для чего-то подобного, — объясняю. — По-моему, намного лучше тайно подключиться к артефакту и перенаправить его куда мне нужно»

«О, узнаю своего озорного мелиндо» — через стол Лакомка весело смотрит на меня, и никто, кроме нас, не понимает истинный смысл ее улыбки.

Артефакт же у Насти, правда, псионический. Это какой-то сканер, и он явно направлен на сбор данных о конкретном человеке. Вот только я уже «включил» василиска, и его ментальную скользкость этой игрушке никак не обойти.

Не вижу смысла злиться на Настю. Оборотница просто верная дочь своего рода. Мама велела — и она покорно выполняет. Близко подпускать к себе эту добрую, веселую и красивую девушку, конечно, не стоит, но и рвать контакты с Горнорудовыми тоже лишнее. Слишком уж они полезные, чего только стоит один фолиант об Астрале.

Поэтому после обеда мы с Настей уединяемся в моем кабинете. Усаживаемся в креслах в уголке для отдыха и пьем чай.

— Даня, не могу не заметить, что у тебя в доме поразительно большое число женщин, — улыбается оборотница.

— Это еще не все домочадцы прибыли, Насть, — тоже улыбаюсь. — Было бы больше.

Настя смеется.

— А Лариса из Алабмаша твоя…кхм, наверно, о таком неприлично спрашивать, — одергивает себя оборотница.

— Почему? Мы же с тобой друзья, — замечаю. — И ответ на твой вопрос: да, Лариса — моя безвенница.

— Понятно, — кивает барышня, ничуть не смутившись. — Что ж, ты заслужил. Спасти целый город — великий подвиг, — на мой внимательный взгляд Настя улыбается. — Пускай по телевизору расхваливают успешную операцию Охранки, но мы с мамой точно знаем, кто настоящий герой, Даня.

— Спасибо за признание, — киваю.

Еще немного поболтав, мы расстаемся, а я наконец ухожу в подвал медитировать. Всё время разговора с Настей Бехема так и рвался наружу, будто чувствовал рядом симпатичную девушку. Причем один раз Настя даже насторожилась, волчье чутье не пропьешь, но потом вроде успокоилась.

* * *

— Ну что, дочка? — в нетерпении спрашивает по телефону Жанна Горнорудова.

— Мама, артефакт не показал ничего странного, — Настя отвечает со вздохом. Ей совсем не нравится шпионить за Даней, человеком, спасшим ее мать, но приказ родительницы есть приказ. — Никаких демонских эманаций не зафиксировано. Их же должен показать пурпурный цвет? Его не было.

— Кхм, тогда ничего не понятно, — задумывается баронесса. — Провидческий конструкт точно показал пурпурный, и это не могло быть сбоем.

— Мама… — Настя замолкает, но всё же договаривает. — Когда мы разговаривали с Даней, я резко ощутила опасность…даже неотвратимую смерть, — девушка передергивает плечами. — А потом это прошло. Я даже подумала, что могло показаться, но волчье чутье еще ни разу меня не подводило.

— А вот это интересно, — сразу загорается Жанна. — Похоже, спаситель, правда, что-то скрывает, причем очень хорошо. Сделаю-ка ему подарок. А ты можешь возвращаться в Академию, дорогая, твоя задача в Будовске выполнена.

— Хорошо, — с беспокойством произносит Настя. Ее тревожит то, что задумала баронесса, но спрашивать и тем более отговаривать Жанну нет смысла, это даже может обернуться наказанием. А потому барышня со вздохом кладет трубку.

* * *

Незаметно пролетают два дня. Всё это время я кручусь как белка в колесе. Еще и в школу пришлось ходить, а куда деваться? Аттестат-то нужен. Нет ничего позорнее для дворянина, чем не закончить школу, тем более потомственному. Чем выше титул, тем выше к тебе требования.

Почти сразу Настя отправилась восвояси. Смиты тоже надо время улетели в Москву по делам. Я же всё свободное время уделил медитации, что не нравилось обделенным «Русичам», особенно Светке.

— Когда мы на охоту-то пойдем, а, Вещий? — ворчит блондинка в столовой, нахмурившись. — Нам царские охотники скоро засчитают простой и сделают выговор!

— Не сделают, — я попиваю свой протеиновый коктейль из шейкера. — Для этого надо, как минимум, четыре дня не брать заказы у «нор», а то и больше. А мы с вами уже завтра идем на охоту.

Ребята сразу загораются.

— Правда, Даня? — спрашивает Камила, положив руки на стол

— Когда я врал? — с усмешкой отвечаю. — Так что сегодня успевайте сделать всю домашку — завтра будет не до нее.

И Светка сразу поутихла. Да и Камила заулыбалась, ну и наша парочка казахов тоже. Только Лена поглядывает на меня с легкой грустью. Понятно, что она скучает по нашей близости, но куда деваться: эманации Бехемы только разве что Лакомка может стерпеть.

Над демонской проблемой я, конечно, продолжаю работать. Медитации плохо унимают астральную тварь, но неожиданно на помощь снова подоспела Горнорудова. Жанна прислала по заказной почте еще один фолиант, тоже древний и безумно дорогой. Называется: «Борьба с Астралом» Бориса Романовского. Там много уникальных сведений о лечении одержимых, а также описываются разные способы экзорцизма. Видимо, Горнорудова решила, что я одержим. Интересное предположение, причем отчасти верное. Неужели такие выводы она сделала из-за чутья Насти?

Так вот информация в книге в основном для меня бесполезная — изгонять-то мне никого не надо, Бехему я сам поглотил, Демон бы и рад от меня избавиться, да кто ему даст, хе? Но есть один примечательный параграф о Чертоге Фауста. Это особый медитативный зал со своими особенностями. Якобы правильно расписанная вязь на стенах поможет перестроить организм одержимого и помочь ему быть ближе к Астралу. Вот это «быть ближе» меня и заинтересовало.

Сначала я показал чертеж Чертога Лакомке. Как оказалось, альва тоже знакома с подобным. Она назвала это «практикой магического освоения пространства». Потом я нырнул в скачанную память Зябликова и нашел похожее строение в книгах, что он мимолетом листал. Оказалось, в Чертоге из фолианта содержится странная вязь, я бы сказал даже опасная для медитаций. Лакомка согласилась, что она тут лишняя. В общем, мы с альвой кардинально переделали чертеж и получили свой собственный фэншуй. Наемная строительная фирма уже занялась работой. Чертог построят за моим домом где-то через месяц.

А до тех пор надо держаться и сидеть на строгой сексуальной диете, где под запретом любые аппетитные блюда, за исключением разве что одной озорной альвы. Лакомку никакие Демоны не остановят.

На следующий день мы с «Русичами» выезжаем на охоту. Как обычно, периметр караулят гвардейцы, а на подстраховке держатся стая Акелы и София с медиками. Услуги Целителей оказываются невостребованы. Пару хомуйволов мы побеждаем быстро, даже не успеваем устать.

— Неужели всё? — разочарованно вздыхает Лена.

— Сейчас проверю округу, — отвечаю я, поднимая голову.

Над деревьями кружит Зубастик. Дракончика тоже взял развеяться. Вот он сейчас и глядит с высоты птичьего полета — нет ли где поблизости хищных овцебыков. Но, к сожалению, нет. О чем я и сообщаю «Русичам».

— И это конец? — обиженно надувает губки Света. — Вещий! Ты обещал охоту-у-у-у!

— Ну и ты ее получила, Соколова, — смеюсь я. — Небольшую охотничью разминку.

Светка обжигает меня обиженным взглядом.

— И что, всё что ли? По домам? Пойдешь к свой остроухой безвеннице?

О, смотрю, слухами земля полнится. И недели ни прошло, как Соколовы уже знают об особенности Лакомки.

— Это тайна рода, куда я пойду, — улыбаюсь в лицо блондинки, от чего она чуть ли не дымится.

— Но мы же подождем еще? — Камила, взволнованно теребя разгрузку, кивает на «нору». — Не закрылась же. Вдруг выйдет новое стадо.

Брюнетка права. По правилам надо дожидаться закрытия «норы», только наша червоточина совсем свежая, энергии в ней полно, и ждать нам до вечера, пока портал схлопнется.

От скуки ребята разбредаются по поляне. Но не все, вот Света подходит ко мне и опять докапывается:

— Даня, а почему ты сразу не сказал, что твоя Лариса — никакая тебе не родcтвенница, а безвенница из Алабмаша?

Ох, нет сил это терпеть. Поэтому я говорю совсем не то, что Светке хочется:

— Так, команда, боевая готовность! — громко обращаюсь ко всем. — Сейчас отправим разведчика в «нору» и попробуем выманить зверей.

— Кого это отправим? — удивляется Гришка.

Вместо ответа ему бьет в лицо порыв ветра от кожистых крыльев Зубастика. Низко спикировав, дракончик уносится точно в «нору» и уже там взмывает вверх в иномирское небо.

— Ого, оказывается, так можно было! — поражается казах.

— У Дани всё можно, — улыбается Камила, поправив волосы под бронешлемом.

Глазами Зубастика я не вижу на Той Стороне никого живого. Вблизи «норы» лишь пустая вересковая пустошь. Дракончик может и дальше полететь, но тогда телепатичская привязка спадет, и я потеряю доступ к его зрению.

— Пусто…Придется мне тоже сходить, — оборачиваюсь Гришке. — Жди возле «норы».

— Тоже сходить⁈ — хором восклицают «Русичи».

— Слушай, Дань, но там же тебя ударит откат! — вставляет Света, резко заволновавшись за меня.

— Не ударит, у меня… — Блин, лень сейчас придумывать. Что там можно наплести? Специальные аномальные травы? Артефакты? Физиология Мастера-физика? Ай, не знаю. — Потом расскажу, — отмахиваюсь и подхожу к «норе».

Быстрый шаг и я уже стою в другом мире. Над головой вздымаются два бледных солнц. Откат я сразу же нивелирую, убрав из каналов избыточные впрыскивания окружающей энергии.

Чтобы не терять времени, быстренько пробегаюсь вперед. Мысленно велю Зубастику лететь дальше за вздымающий дальше лес. Но только-только дракончик нависает над деревьями, как на опушке вдруг возникают несколько десятков зеленых ракхасов с топорами наголо. Не медля, здоровяки бросаются мне навстречу, из-под кожаных сапог взметаются клубы пыли.

Громкий ор вздымается к облакам.

— ЗА ОРДУ-У-У!!! ЗА СТОЙБИЩЕ-Е-Е!!!

Я с легким удивлением смотрю на орущих дикарей. Странные они. Засели в засаде так далеко, а теперь бегут и совсем не скрываются. Ведь мне ничего не мешает резко отступить обратно в «нору».

Но уходить не хочется. Весело же! Словно на тусовке ролевиков.

С усмешкой я выхватываю из воздуха пси-клинок и набираю в грудь воздуха. За орду, говорите? Ну а как насчет:

— ЗА РОД ВЕЩИХ!

И воздух вспыхивает лиловыми высверками.

Глава 14 —

Шаманский артефакт

Ракхасы бегут вразброс, совершенно без системы. Это не рассредоточившийся отряд спецназа, а оголтелая толпа дикарей с топорами. Одни здоровяки несутся в одиночку, другие сбились в кучки. Я качаю головой. Вот кому по-настоящему не хватает солдатской муштры. Нет, ребят, вы, конечно, атлетически сложенные и всё такое, но это никуда не годится. Впрочем, мне же легче.

Я пытаюсь на расстоянии взять под контроль нескольких здоровяков. Хм, не выходит. Может, потому что у этих парней изо рта пена бежит. И как, интересно, вы включаете режим «Берсерка»? Мухоморами объедаетесь? О, точно — один зеленомордый прямо на бегу запихивает себе в пасть гриб с шляпкой и сразу же, закатив глаза, рычит как ненормальный и мычит:

— ЗА ОРДУ-У-У!!!

Первый десяток добегает сравнительно шустро, и тут же они получают на раздачу пси-гранаты. А так как зеленые здоровяки бегут плотной толпой, то и накрывает практически всю кучку. С болезненным ревом они падают и дергаются конечностями. Добирается до меня лишь один зеленомордый, который бежал за всеми. Я встречаю его уже в доспехе Тьмы.

Высокий ракхас размашисто замахивается топором. Пока он отводит топор, я успеваю коротко ткнуть его в подмышку пси-клинком, и вот уже разум зеленомордого превращается в воющий комок нервов. Удар ногой по упавшему телу и ребра здоровяка с хрустом вминаются внутрь.

Я бросаю взгляд вперед — остальная орава еще не добежала. Сколько их там? Двадцать. Перебью же как детей.

Эх, я ошибся, серьезно ошибся — это не весело, это скукотища. Противник несерьезный, да и одному рубиться как-то скучно…

Тут мне приходит в голову идея. Почему бы заодно не потренировать «Русичей»? А что? Ребята все равно сейчас бездельничают возле «норы», а нам явно не помешает командоукрепляющее упражнение. Перебить двадцать ракхасов — чем не тимбилдинг?

Быстро оценить задумку для меня дело трех секунд. Главное, конечно, — прикинуть риски. Но с оравой грибоедов «Русичи» точно справятся. А если возникнет ЧП — я подсоблю.

Так, что еще? Разумная раса иномирян впервые заглянет в наш мир. Ой, да и пускай, давно уже пора налаживать контакты с нормальными иномирцами. Ракхасы вряд ли к таким относятся, но ведь с чего-то надо начинать, верно?

Придумано — сделано. Быстро разворачиваюсь к «норе» и резво прибавляю в скорости. Сразу же спиной рев оравы становится громче аж в разы. Заинтересовавшись, я бросаю взгляд за спину. Зеленомордые еще пуще прежнего потрясают топорами и орут, что есть сил:

— РВИТЕ ТРУСА!!! КТО СНЕСЕТ ЕМУ ГОЛОВУ — ТОМУ БУСЫ ИЗ ЕГО ЗУБОВ!!!

Труса? Они решили, что я от них убегаю из-за трусости? Они серьезно такие деби…интересные? А как же перестроение? Нет, не слышали? Смысл мне стоять одному на вересковом поле и ждать, когда толпа возьмет в кольцо? Нужно же сменить позицию, ограничить маневр противнику, хотя бы встать на возвышенность, чтобы затруднить врагу доступ к себе. Конечно, об интеллектуальных качествах ракхасов я более-менее в курсе, спасибо Лакомке. Но одно дело — теория, совсем другое — видеть такую тупость на практике.

В нескольких шагах от «норы» я посылаю ментальный сигнал Гришке на Ту Сторону:

«Готовьтесь к бою!»

«Русичи» и так должны стоять наготове, всё же я пошел за зверями, а не собирать букет полевых цветов, но лучше перебдеть, чем недобдеть.

Прямо передо мной в портал ныряет спустившийся Зубастик, а затем уже и я. Перед прыжком едва успеваю сбросить доспех Тьмы, а то чуть не забыл. Вот бы ребята удивились, хе.

На другой стороне «Русичи» уже вооружились. У Светки горят в руках огненные стрелы, Лена разобрала фламберг на тысячи стальных пуль, повисших в воздухе. Ну и прочие в таком же духе.

— Мегамозг, какой приказ? — спрашивает Гришка, окутанный разрядами молний.

— Огонь! — гаркаю я и прыгаю в сторону.

Следом за мной появляются брызжущие слюной ракхасы, и в ту же секунду им прилетает массированной магической бомбардировкой. За считанные секунды огонь, молнии, ветер и тысячи пуль разбивают могучих ракхасов в фарш. Я тоже добавляю пару пси-гранат, хоть они и несильно требуются — но у нас тимбилдинг ведь.

Зеленые иномирцы быстро заканчиваются, и Гриша командует отставить огонь.

— Вот что бывает, когда лезешь на Ту Сторону без разведки, — поднимаю я палец вверх, прямо как многомудрый учитель.

— Кто это вообще такие? — выпучивает глаза Света. — Почему они с топорами?

— Это… — я бросаю взгляд на трупы и резко хмурюсь. Блин, их слишком мало. — Готовься к бою! Сейчас еще полезут!

Оказалось, что ракхасы всё же используют разведку. Просто своих разведчиков они не берегут, поэтому бросают сразу треть от своих сил.

Но, видимо, остальным ракхасам невмоготу дождаться донесения разведки или подождать нужное время, чтобы сделать вывод о ее провале. И уже буквально спустя пару минут к нам снова выпрыгивает орава орущих зеленомордых.

— Огонь! — повторно командую я.

И вот тут нас ждет сюрприз: атаки «Русичей» глушатся о невидимую стену. Молнии разбиваются вдребезги, пули рикошетят в траву, пламя рассыпается на искры.

Тут я действительно удивляюсь. Чего-чего, но магических щитов точно не ожидал. Откуда у этих зеленых лосей взялась магия?

Пристально вглядевшись в смешанные ряды противника, я различаю старого ракхаса. Более сухой, чем откормленные берсерки, с седой бородой до пупа и ожерельем из больших белых черепов. Старик гладит свои черепа, что-то шепчет, и атаки моих друзей бьют вхолостую.

Ничего себе: черепа — это явно артефакты. Мерцающая энергия щита мешает отследить потоки, но это так, ставлю на кон свои перепончатые пальцы! А иначе зачем старик так рьяно гладит костяшки?

«Ква-а-а-а-а!» — незамедлительно квакает Жора. Умный жабун тоже, видимо, смекнул, что к чему.

«Ага, я тоже их хочу» — мысленно соглашаюсь я.

— Отставить огонь! — бросаю своим, а то вымотаются без толку.

Как только обстрел прекращается, швыряю пару пси-гранат. И они спокойно себе пролетают сквозь защиту. Сразу же пятерка ракхасов сваливается и дрыгает ногами на траве.

Старик-ракхас удивленно вскидывает взлохмаченные брови. Затем начинает снова шептать, поглаживая черепа, и щит вспыхивает зеленым. Что-то явно изменилось. Посмотрим, кардинально ли.

Я бросаю еще одну пси-гранату, и она спокойно себе пролетает сквозь щит. Еще два увальня падают от болезненного удара по нервным окончаниям.

Старик в ярости сжимает кулаки. Похоже, антипсионика ему не по силам. Что же бывает. Одно точно — этого шамана с бусами желательно взять живым. Ну а черепа даже не обсуждаются. Они уже мои.

«Ква-а-а-а!» — поддерживает жабун.

Я бы еще бросил пару пси-гранат, но старик неожиданно идет прямо на меня. Щит двигается вместе с ним, мерцающая прозрачно-зеленая оболочка сжимается и окружает только старика — близко к телу. На своих обалдуев шаман, видимо, решил забить. Нашел для себя занятие поважнее, чем оберегать воинов.

— Бейте слюнявых! — бросаю я «Русичам» и сам двигаюсь навстречу старику.

За спинами старика снова вспыхивает пламя и кружатся смерчи, но в этот раз ракхасы очень даже хорошо горят и рвутся на куски. Зеленомордые кричат на прощание громко и истошно. А шаману вообще пофиг — он даже не оборачивается. Поразительное наплевательство на жизни своих сородичей.

— А своих не хочешь защитить? — удивляюсь я, благо перед охотой надел амулет для переговоров.

— У меня приказ вождя! — рычит зеленый старик. — Приказ найти и убить скрытника! А не защищать слабаков!

— Скрытника? — переспрашиваю. — Так я вроде не скрываюсь. Ты случайно не обознался?

— Умри! — сорвав с пояса маленький топорик, он бросается на меня в рукопашку.

Я ловко отскакиваю и топорик рассекает лишь воздух. Странный дед — у него такие артефакты, а он машется железкой. Или черепа могут только в защиту?

— Трус! Не уворачивайся! — гремит дед, потрясая топориком. — Стой, как воин!

Ага, нашел дебила. Такое дурилово сработает только со слюнявыми ракхасами.

Пробую взять старика под контроль — нет, не дается. Хотя грибы он вроде не ел, видимо, артефакты опять спасают.

Старик снова пытается полоснуть. Быстро уклоняюсь и вонзаю ему в бедро пси-клинок. Лиловое лезвие без труда проходит сквозь зеленый щит. Старик тут же с ором падает на землю. А я, недолго думая, бросаю в него пси-стрелу. Это оказывается последней каплей, и шаман вырубается.

— Вы уже разобрались? — поднимаю глаза на «Русичей», что походкой победителей расхаживают между убитыми ракхасами. А вообще молодцы. Даже не пришлось привлекать волкомедведей.

— Странные звери, — замечает Света, беря в руки здоровенный топор. — Их мясо тоже полезно?

— Их нельзя есть, Свет, — одергиваю я блондинку от радикальной гастрономии. — Это не звери, это нечеловеческая разумная раса.

— Разумная ли, Даня? — сомневается Камила. — У них пена шла изо рта.

— Разумная не значит умная. Но как ни странно эти не совсем уж тупые. Видишь, они даже до топоров додумались, — киваю я на блондинку с оружием. — Прогресс какой-никакой.

Ребята с трудом свыкаются с мыслью, что мы не одни в этом мироздании. Было бы легче это принять, если бы они встретились с златокудрыми альвами, с такими не зазорно жить бок о бок, но кто уж попался. Ребятам еще повезло, что они не слушали коротышек-гламхотов об их гастрономической любови к рыжим.

Я вызываю группу поддержку, ну а сам снимаю со старика бусы с черепами. Трофеи священны, как говорится. Теперь глазами сканера я вижу, что бусы это действительно артефакт. Выглядит, конечно, необычно. Четыре черепа разных зверей — два рогатых, один с кабаньими клыками и еще один весь в шипах-наростах.

Мои гвардейцы связывают старика и пакуют трупы ракхасов — всё это повезут царским охотниками. Только старика я сначала сам допрошу — посредством телепатии, а там уже он станет для меня бесполезным, можно и отдавать.

Хомуйволов делим поровну с «Русичами», затем разъезжаемся по делам. На базе я сканирую память спящего шамана и узнаю много интересного о ракхаской артефакторике, а также об устройстве племени зеленомордых и полезных травах их мира. Старик шарит в различных зельях, и возможно, стоит поделиться этими знаниями с Лакомкой. Мне-то самому некогда варить отвары, а значит, надо делегировать альве.

Про бусы вскрывается интересный факт. Все черепа принадлежат могучим зверям с многовековым возрастом. В нашей классификации это, наверняка, багровый уровень. Именно из костей таких зверей изготавливаются самые мощные артефакты по методике ракхаских шаманов.

Что ж, день прошел не зря. Многому научился, да обзавелся редким трофеем. Теперь можно и ехать домой высыпаться.

Только подумал об отдыхе, как звонит Степан и просит заглянуть к нему на базу. Причем срочно. Приходится отправиться к нему.

Отчим в своем кабинете сидит серьезный как удав.

— Что случилось, Степан? — спрашиваю я, усаживаясь.

— Ты случился, Даня, — бурчит полковник. — Вот тебе обязательно надо было приманивать этих ракхасов из их мира.

— Ну так получилось, — пожимаю я плечами, еще не понимая, что натворил. — А что не так-то?

— А сам не догадываешься? — опять наезжает он на меня. — Ведь теперь на сто процентов подтвердилось существование за «норами» разумных рас.

— Так я тебе до этого уже рассказывал о гламхотов и ракхасах, — замечаю. — Да и Лакомку ты должен помнить, чай склерозом не мучаешься.

— Лакомка — мутантка из Алабмаша, — давит отчим на «официальную» версию происхождения блондинки. — А твои рассказы…мало ли что такому юнцу там привиделось. В общем, теперь нам не отвертеться — в Будовск привалит агентура Охранки. Спецотдел безвылазно будет заниматься чужаками.

— Ну и пусть приезжает, — я, правда, ничего не вижу в этом зазорного. — Что ж в этом плохого?

— Да они же теперь нам не дадут даже выпустить газы. Начнут ставить бюрократические ультиматумы, — бурчит Степан, — о том, как охотиться, как контролировать доброотряды и прочее в таком же духе.

Ну теперь понятно. Степан переживает из-за межведомственных подковерных игр. Сейчас Охранка и армия начнут каждый на себя тянуть одеяло. Но мне эти колупания вообще безразличны. Тем более, что рано или поздно ракхасы всё равно случились бы.

— Это всё, пап? Я тогда пойду, — устало вздыхаю. Вот мне будто охота это сейчас слушать.

— Я вот что предлагаю, Даня, — подается Степан вперед, будто и не услышав. — Надо показать командованию эффективность действующей системы, чтобы никакая Охранка и рядом с нами не стояла.

— Ну и? — теперь-то я уже понял, что опять меня припашут. Доброотряды — тоже часть «действующей системы», а какой лучший доброотряд? Конечно, «Русичи».

— Надо достать «языка». Желательно, высокопоставленного.

— Так я уже достал. Целого шамана, между прочим.

— Шамана это хорошо, но вождя еще лучше. — Ого, куда Степан замахнулся. Губа не дура. — Вождь — это уже неоспоримый аргумент, тут никто не придерётся. А еще если мы выкрадем вождя, то сможем подтолкнуть ракхасов к переговорам. Ты прочитал уже память шамана? Можешь, сказать правильно я мыслю?

— Правильно, — соглашаюсь. — Зеленомордые понимают лишь язык силы. Только те, кто их хорошенько поколотил, могут с ними торговаться.

— Смекаешь, к чему я веду, Даня?

— Ты так нетонко намекаешь, что сложно не смекнуть, — я задумываюсь больше не над сложностью задачи, а над тем, что мне даст успешная операция. Дорогие артефакты племени, знания самого влиятельного ракхаса, ну и как вишенка на торте очередная госнаграда, может, второй Георгий… А почему собственно и не да? — Только чур всё обеспечение операции дают царских охотники. И я могу затребовать у тебя, всё что мне понадобится: людей, оружие, транспорт, ваше специальное снаряжение для «нор».

Не факт, что столько всего пригодится, но лучше сразу объять необъятное, пока у меня карт-бланш.

Степан расплывается в довольной улыбке.

— Согласен! Покажем этим штабным крысам, Даня!

Не было печали, так еще одна задача добавилась в список дел. Ну да ладно. Поимка вождя — пустяк по сравнению с Демоном Астрала и Иномирянином.

Возвращаюсь домой запоздно, усталый, но довольный. Быстро умяв протеиновое мороженое на рогогорском молоке, укладываюсь спать. Ну и как по волшебству рядом оказывается Лакомка — в полупрозрачном пеньюаре, сквозь который просвечиваются все нежные изгибы.

— Мелиндо, день создан для сражений, а ночь для любви, — она дергает за шнурок завязки, и пеньюар соскальзывает со стройного тела. Ну и тут уже сложно устоять. Да и не хочется…

Жаркие объятия сливаются воедино. Вдоволь накувыркавшись, мы падаем без сил и переводим дух.

— Знаешь, мелиндо, — сегодня Лакомка подозрительно разговорчивая. Сейчас она тяжело дышит, без одышки, просто тяжело, а все равно что-то пытается донести. — Есть риск, что поглощение Демона в Чертоге навсегда изменит тебя. Ты сможешь его контролировать, но твое тело уже не будет полностью человеческим, — она поворачивается и гладит меня по руке. — Например, есть риск, что ты будешь приманивать опасных астральных сущностей, как фонарный свет мотыльков.

— Жизнь полна рисков, — спокойно говорю. — Надо смотреть по факту. Незачем сейчас загадывать, лучше ложись и спи.

Лакомка кивает и, опустив голову на подушку, плотнее прижимается ко мне.

Глава 15 —

На прогулку

Летят день за днем, неделя за неделей. Я понемногу втягиваюсь в каждодневную рутину и спокойно работаю над собой.

«Хозяева» притихли, Алабмаш восстанавливается, Чертог Фауста строится, «Энергосинтез» приносит прибыль на внедряемых эликсирах. Что еще? Ах, да про себя любимого не сказал. Мое личное развитие тоже не стоит на месте.

Каждый день хотя бы час я тренируюсь с Легионом или пытаюсь урвать время на телепатию. Бехема по-прежнему ворочается в ментальной клетке, неугомонный, но ничего-ничего, скоро я поглощу этого рогатого, и он исчезнет, вернее, сольется со мной. Что же касается слов Лакомки — то женщинам свойственна излишняя мнительность. Конечно, некоторые риски есть, как и везде. Но я здраво оцениваю ситуацию. Если шанс на успех составляет больше шестидесяти процентов, то почему бы и не взяться, раз победа сулит огромную выгоду?

Не стоит забывать, что я — прежде всего телепат. Моя цель постигать Астрал и становиться сильнее. А высшие Демоны в перспективе сильно мешают этому. Особенно бесит их неубиваемость. Если сразить того же Бехему, то через какое-то время этот озлобленный чёрт воскреснет в глубинах Астралах и пойдет мстить мне или моим потомкам. А ведь Бехема не единственный Демон Астрала, зараза! Неизвестно, скольких я еще встречу, поэтому нужно заранее придумать способ расправляться с этой проблемой. Слияние с силой высших — не только отличный способ устранять их, а еще…

Тут мои мыли прерывает недовольный голос Светки:

— Дурацкая химия, — вздыхает блондинка, корпя над тетрадкой с задачами. — Зачем она вообще нужна? У нас в роду нет никаких химкомбинатов! Да и почему тут так жарко!

После школы мы с ребятами засели в манеже Енеревых, чтобы поделать вместе уроки. Правда, немного мешает жара, как-никак уже разгар лета, а кондиционер едва пашет.

— Завтра починят, — расстраивается Камила, приняв вопли Соколовой на свой счет. — Простите, я не знала, что кондиционер сломался.

— Да всё в порядке, Камил, — я успокаиваю брюнетку, всё же намного приятней видеть улыбку на этих пухлых губах, а не как они грустно опускаются. — Светке просто надо выговориться, из нее прет Соколовская натура.

— Какая еще натура, Вещий? — сразу вскидывается блондинка.

— Которая заставляет тебя дымиться, — киваю на серый дымок над ее светлой головой. — А потом жаловаться на жару.

Под смех ребят Светка сразу спохватывается и умеряет свой пыл в прямом смысле слова.

Но с химией, правда, есть сложности, в том числе и у меня немного. Просто в этом мире приняты другие индексы и формулы обозначения химических элементов, вот и приходится сидеть за учебником. Зато заодно и с ребятами вместе потусуюсь. Они ведь мои камрады и подчиненные, а значит, надо поддерживать нашу сплоченность.

Но какая совместная домашка без сплетен? Поэтому уже вскоре девчонки щебечут, как воробьи.

— А вы заметили, что Антонина Павловна сегодня вся цветет и сверкает, как бриллиант? — улыбается Лена.

— Да, и с чего бы это? — Камила украдкой смотрит на меня. А я старательно игнорирую намеки, чтобы подразнить одноклассниц.

— Вещий, колись, — Соколова не страдает излишней скромностью, как брюнетка. — Твоя работа? Неужели уже сделал безвенницей нашу любимую классную?

— Ваши подозрения беспочвенны, сударыня, — я перелистываю параграф и пробегаюсь глазами по новым цепочкам формул. — Просто Мария Федоровна уже закончила учебный год и отправилась в летний лагерь на море. У младшеклашек раньше наступают каникулы. Вот Антонина Павловна и радуется свободному времени, только и всего.

— Эх, море, море, — загорается Камила. — А ведь я тоже скоро поеду в нашу прибрежную виллу. Ребят, а вы не хотите с нами? Даня?

— Как уже говорил, я не смогу, Камил, — отказываюсь без всякого сожаления. — У меня куча дел с компаниями. Остальных не держу, отпуск — дело святое. Кстати, в свою очередь я приглашаю всех зимой на горячие источники в Алабмаш. К тому времени уже восстановят санаторий.

— О, «Жемчужина Алабмаша»? — сразу загорается брюнетка. — Мне о нем папа рассказал. Он говорил, раньше там отдыхали князья и графы. Так что это очень ценный актив, Даня, не жалей денег на его восстановление. Ну и, конечно, я принимаю приглашение.

Остальные ребята поддерживают брюнетку, ну и мы наконец продолжаем делать уроки, не отвлекаясь. А после манежа я отправляюсь на базу.

Пока еще мы с «Русичами» тщательно готовимся к ловле вождя ракхасов. Конечно, у меня есть память шамана Хруста о местоположении ставки вождя, но проблема сейчас именно в ребятах. Друзья не могут долго находиться по ту сторону «нор». Ага, пресловутый откат. Есть, конечно, у царских охотников специальные артефакты, их я и одолжил у Степана, но с ними еще нужно приучаться работать. Даже сами царские охотники к ним до сих пор толком не привыкли, постоянно ругаются на них. Очень неудобные штуки, замечу. Вот сейчас «Русичи» и приспосабливаются к вылазкам с артефактами. Мы иногда заходим в «норы» и устраиваем тестовую охоту, пару раз даже натыкались на засады ракхасов без шаманов, но на стойбище племени им пока рано идти.

Конечно, я мог бы попытаться и один сходить за вождем, причем, вероятно, что удачно сходить. Но, во-первых, это слишком подозрительно. Охранка, наверняка, заинтересуется, как это одному телепату удалось одолеть ораву ракхасов. Ладно, Жартсерк. Ладно, Демон Алабмаша. Это всё сфера телепатов. Но когда маг одной специальности в одиночку выполняет миссию боевого спецподразделения, могут появиться еще больше вопросов. Поэтому лучше уж иметь мощную поддержку для вида.

Во-вторых, неправильно мне одному пожинать лавры за вождя. Я, конечно, очень жадный, спасибо Жоре, но это как раз тот случай, когда награда для каждого не зависит от количества участников. Наоборот, чем больше народу я задействую, тем больше будет мне благодарных и обязанных. Ну и мы с «Русичами» всё же команда, а не просто формальный доброотряд. Поэтому надо заботиться о развитии товарищей.

Ну и в-третьих, незачем мне нарываться одному на бой с всеми шаманами и вождем племени. В таких миссиях всегда должна быть огневая поддержка магов.

На базе я сразу иду в раздевалку, затем в свой тренажерный зал. Ни за что не догадаетесь для чего. Качаться, хе. Я же не только телепат, но к тому же еще и физик. А самый эффективный способ развивать силу физика — это постоянные нагрузки. Тело привыкает к ним и адаптируется. Вот так всё и работает.

В качалке меня уже ждет София в белой майке и обтягивающих черных лосинах. Фигурка у нее ладная, стройная, с сочностью в нужных местах. Прямо настоящая фитоняшка.

— Шеф, готов? — усмехается Целительница, весело оглядев меня. — Сегодня снова по тяжелой программе?

Один раз мы уже занимались вместе, и София осталась довольной моей отдачей делу.

— Сегодня по сверхтяжелой, — усмехаюсь в ответ, чем всё же удивляю эту курносую озорницу.

Ну и пошло-поехало. Я накидываюсь на снаряды, аки голодный волк на овечье стадо. Выжимаю максимальные веса и даже больше, нещадно травмируя мышцы и суставы. Никаких тренажеров — они для слабаков. Только свободные веса, только хардкор. Техника безопасности? Также к черту!

София округлившимися глазами внимательно наблюдает, как я осиливаю бешеные нагрузки. Как только что-то во мне с хрустом ломается, Целительница тут же залечивает повреждение, и продолжается штурм штанг с гирями.

Конечно, София нужна не только и не столько, чтобы латать травмы. Дело в том, что я включил Целительницу в часть тренировочного процесса. С Софкой мой Дар физика действительно добьется невиданных высот. Выжимая обычно непосильные веса, я разрушаю свои мышечные волокна. София тут же стимулирует синтез разрушенных белковых структур, а организм принимает пережитый стресс и адаптируется к нему. Этот процесс я назвал суперанаболизмом. Если ты — физик, и у тебя есть Целитель, то твой потенциал невообразим. Ну а еще не стоит забывать про стимуляцию моей собственной пси-энергией, она ведь положительно влияет на Дар. Думаю, за полгода можно раскачаться и до второго Мастера, а там уже открывается и подъем до Грандмастера. Существует ли Грандмастер-физик? Не слышал о таком. Но одно я знаю точно — он будет, и очень даже скоро.

— Отлично, — в конце тренировки произношу я, потягиваясь и разминая многострадальные мышцы. Кровь в жилах буквально кипит, так быстро она разогналась от постоянной целительской энергии.

— Шеф, ты настоящий адепт качалки, — пораженно произносит София, протягивая мне полотенце.

— Скорее — упорного труда, — вытираю я взмыленную шею. — Спасибо за уделенное время. Теперь можно расходиться по своим делам.

София бросает взгляд на скамейку для жима лежа и стеснительно спрашивает:

— Шеф, а можно я тоже выжму пару подходов? Не подстрахуешь?

— Конечно, не вопрос, — я киваю и с улыбкой спрашиваю: — А ты разве не устала меня лечить?

Вопрос с подвохом. После каждого исцеления я передавал Софии часть своей энергии, чтобы она не вымоталась, но ни слова об этом не говорил.

Целительница весело усмехается, затем касается указательным пальцем нижней губы и качает головой.

— Ни капельки не устала, даже не знаю почему так, — вдруг она бросает озорной взгляд в мою сторону. Ага, догадалась-таки, лиса. — Даже не представляю-ю-ю, шеф.

Это еще что за номер? Она со мной заигрывает? Хе, скорее, уж просто играется. Много энергии, видимо, получила, теперь некуда девать. Ну сейчас поможем это гиперактивной лекарке сбросить излишек сил.

— Давай уже ложись, — я встаю за гриф на держателях. — И, кстати, напоминаю, что всё, что происходит в роде Вещем, остается в роде Вещем. Даже твои догадки и подозрения.

— Конечно, — девушка сразу становится серьезной. Она ложится на скамейку и подтягивается ближе ко мне. — В моей верности можешь не сомневаться.

— Я и не сомневаюсь, ведь не было поводов, — я смотрю на ее лицо сверху-вниз. — Дело не конкретно в тебе, просто считаю не лишним иногда напоминать… Ну всё, взяла. Раз. Два…

Еще немного позанимавшись, мы расходимся по своим делам. София уезжает на ферму, а я ухожу к себе в кабинет. Всё время до позднего вечера занимают созвоны. Вот парадокс: у меня есть замечательные помощницы Алиса с Василисой, да и управляющие в Алабмаше настоящие профессионалы. Про молодчину Киру вообще молчу. Но всегда возникают вопросы, где без меня ну прямо никак. Например, налаживание риэлторской сети того же «Рабиса», будь он неладен. Или Чертог Фауста — тут я контролирую чуть ли не укладку каждого кирпича, по-другому нельзя.

Когда все переговоры заканчиваются, я решаю заняться медитацией. И уже в процессе глубокого созерцания своей ментальной структуры мне приходит в голову манящая мысль: а неплохо бы домой притащить больше ракхаских артефактов. Команда командой, «Русичи» «Русичами», но ведь надо обезопасить мой «султанский дворец». Недежка ведь затих ненадолго, и лучше чтобы в случае чего Лакомка могла активировать десяток щитов вокруг дома.

Решено. Завтра иду на одиночную разведку в стойбище Красных топоров. Потом будет проще и с «Русичами» прогулять в гости к ракхасам.

Ночью сообщаю о своей идее Лакомке. Так уж повадилось, что альва почти всегда ночует со мной и в постели после бурных кувырканий мы обсуждаем планы на следующий день.

— На Ту Сторону⁈ — сразу садится блондинка в постели. — Мелиндо, а можно мне с тобой? Я так давно не была в мире с двумя солнцами! Там такой чистый чудесный воздух! Дышится просто прекрасно!

— Ну не знаю… — протягиваю задумчиво. Всё же разведка в стан ракхасов это не прогулка-свидание двух голубков.

— Мелиндо, пожалуйста, пожалуйста… — альва соединяет ладони перед грудью в молитвенном жесте, при этом зачем-то покачивая бедрами. Получается больше похоже на эротический танец. Впрочем, я совсем даже не жалуюсь.

Желание Лакомки вполне понятно, и я предлагаю прогуляться как-нибудь потом — не к ракхасам, а просто по лесочку побродить. Всё же тот мир и правда девственно-чистый: нет автомобильных выхлопных газов и промышленных отходов, а к таким вещам альвы очень чувствительны. Поэтому я совсем не против сводить свою остроухую подругу на пикник.

Только Лакомка не сдается и начинает уверять меня, что от нее будет польза и у ракхасов. Ну вообще можно и взять, раз так хочется. Альвы способны притуплять чутье зеленых шаманов, и они не смогут почувствовать ее на расстоянии. В общем, я соглашаюсь. Пускай к ракхасам. Зато сразу двух зайцев убью.

На следующий день, ближе к вечеру, я беру альву с собой на охоту с «Русичами». Рады Лакомке далеко не все.

— Смотрю, у нас пополнение, — хмурится Светка, разглядывая нашу спутницу, когда мы все собираемся на лесной поляне вокруг «норы».

— Я временно, — улыбается ей альва. — Здравствуйте, Светлана.

— Добрый день, Лариса, если это ваше настоящее имя, конечно, — фырчит Соколова, затем поясняет на удивленный взгляд остроухой. — До недавнего времени мы все думали, что вы родственница Данилы, а не его безвенница. Но может быть у вас и имя другое.

— Может быть, но вы всё равно зовите меня Ларисой, — совсем не теряется Лакомка, от чего блондика еще больше хмурится.

Две блондинки еще что-то говорят друг другу, но я не слушаю — анализирую «нору». Энергии полно, значит, открылась недавно, а если еще подпитать, то и до завтрашнего утра не закроется. Можно запускать Зубастика.

— Даня, ну ты молодчина! — шепчет подошедший ко мне Гриша. Казах явно возбужден — вот как глаза горят, прямо искрятся. — Где только такую нашел! Хоть прямо сейчас езжай в твой Алабмаш!

— Ты о ком вообще? — рассеянно бросаю я, занятый телепатическим сканированием через нырнувшего в портал дракончика.

— Да ты глянь сам! — кивает казах мне за спину.

Только обернувшись, понимаю, в чем дело. Уж на что красивы горячая Света и томная Камила, но рядом с Лакомкой первые красавицы школы выглядят обычными девочками. Миловидными, стройными, притягивающими мужской взгляд, но всё же значительно уступающими альве. Наверно, дело не столько во внешности, сколько в грации и изяществе движений.

— Завидую тебе, Дань, — хлопает меня по плечу Гришка.

— Завидуй на здоровье, но потом, — киваю на «нору». — Сейчас останешься за главного.

Казах сразу становится серьезным.

— Ты опять на разведку?

— Ага, — я повышаю голос, чтобы все слышали: — «Русичи»! — девушки оборачиваются. — Контролируйте портал. Если появятся звери или ракхасы — действуйте по протоколу. А мы с Лако…да, с Лакомкой сейчас пойдем разведывать.

— Кто такая Лакомка? — спрашивает Камила, хотя, конечно, поняла, но в стиле брюнетки именно таким способом — очевидными вопросами и намеками — выказывать свое недовольство. Енерева — далеко не прямолинейная Соколова.

— Это позывной Ларисы, — отвечаю.

— А как же откат? — спрашивает Света. — Как она будет держаться?

— Она мутантка, у нее иммунитет, — отмахиваюсь. — Лакомка, пошли.

Мы с альвой шагаем в «нору» и оказываемся на извилистом берегу реку. Местное небо уже начало темнеть, но еще достаточно светло. Засады в этот раз нет. Ракхасы, видно, разочаровались в успешности этой тактики.

Я сразу же подключаюсь к Зубастику над головой и прикидываю где мы находимся.

— Ага, правый берег Кромешной, — так река называется. — Стойбище направо в трех километрах. Можем не торопиться, портал не схлопнется, а по лагерю гулять лучше ночью.

Мы шагом двигаемся в сторону холмов. Уже со склона, обернувшись, я замечаю, как к «норе» бежит стадо хомуйволов. Что ж, будет чем ребятам развлечься.

До стойбища мы добираемся уже в темноте. Гуляем неторопливо. Иногда Лакомка из озорства берет меня под руку, затем смеясь отбегает, словно дразня.

— Какое насыщенное культурными особенностями свидание, мелиндо! — в восхищение произносит Лакомка, когда мы взбираемся на высокий холм.

Это она так радуется безобразным шалашам ракхасов, вздымающимся внизу. Может, вспомнила родной мир, он ведь был похож на этот, и там тоже были ракхасы. Может, альву просто веселит разнообразный ландшафт.

— Время для маскировки,- я окутываю нас Покровом Тьмы и «включаю» василискуса. — А теперь пошли смотреть сокровища аборигенов. Артефакты должны быть на правой стороне лагеря.

Лакомка снова берет меня под локоть, и мы спускаемся к первым шалашам.

Глава 16 —

Трофеи шик и блеск

«Мелиндо, какое необычное свидание! — мысленно восторгается Лакомка. — А ведь я сотни лет не была в стойбищах ракхасов!»

Во вражеском лагере мы с альвой общаемся посредством телепатии, вот она и не скрывает восторга. Причем льстивый тон я бы сразу почувствовал, а значит блондинка искренне восхищается видом этих халуп. Было бы чему радоваться. По-моему, кривобокие хижины из палок и костей огромных зверей представляют из себя малопривлекательное зрелище. Видимо, во всем виновата экзотика. Похожим образом в моем старом мире, еще до ядерной войны, тысячи туристов манили бедные бразильские фавелы и китайские человейники.

На входе в лагерь мы миновали часовых как нечего делать. Покров Тьмы надежно скрывает от внешнего взгляда, а на случай шаманов у меня есть василискус, а у Лакомки ее природная незаметность.

Сейчас идем по узкому коридору между косых хижин и шатров.

— По какому случаю ты тогда гостила у ракхасов? — заинтересовываюсь я, обратившись к альве посредством мыслеречи.

— Наш народ тогда воевал с их племенем, — беззаботно поясняет блондинка. — А когда зеленомордые проиграли, то меня отправили к ним в составе дипломатической делегации.

— Так ты еще и дипломат? — с улыбкой подкалываю.

— Есть навыки, мелиндо, — застенчиво опускает веки альва.

Вообще, если честно, у меня тоже эти шалаши пробуждают стойкую ностальгию. Давнишнее чувство знакомости. Ведь в похожих укрытиях и мне самому приходилось ютиться. Постапокалиптический мир не мог похвастаться разнообразием стройматериалов. Выжившие собирали холупы из всякого хлама, а потом сквозняк из щелей между плохо пригнанных досок обдувал мои перепончатые пальцы. Но ракхасы, конечно, странные. У них тут лес под боком, у каждого зеленомордого на поясе висит по топору. Деревьев в округе — руби не хочу. Но нет, вместо того, чтобы поставить добротные аккуратные срубы из бревен, предпочитают жить под хламом.

— Мелиндо, такие уж ракхасы, — улыбается Лакомка, заметив мое офигевающее лицо при виде очередного свинарника. — Они умеют только разрушать. Созидание им противопоказано.

Мда, хорошо, что я отказался от идеи представить альву в Царстве как иномирянку. Пока «норы» не выведут на земли нормальных рас, лучше даже не заикаться о том, чтобы налаживать с ними контакт.

Ментальным сканированием засекаю посторонних. Затем впереди в конце прохода появляются две высокие фигуры. Лакомка сразу же пододвигается ближе ко мне.

— Дурацкий патруль, — рычит один ракхас другому, сплевывая прямо перед собой. Ну ё-мое, ты же сейчас сам же наступишь на свои слюни. — Всё бродим и бродим по кругу, а зачем? Кто на нас посмеет напасть? Мы — Красные топоры! Мы — сила!

— Как насчет Кровавого Скрытника? — передергивает плечами второй. — Он положил кучу гридней, да к тому же еще и старика Хруста. Про воинов племени вообще молчу. Что ему мешает к нам припереться?

— Этот Скрытник появляется только рядом с «норами», — отмахивается первый. — Да и вообще он слабак и выскочка, который бьет исподтишка. Против меня он бы и несколько вдохов не простоял.

— Опять брешешь, Болтолыга, — вздыхает напарник.

— Ничуть! — хвастливый ракхас поднимает мускулистую руку, напрягает бицепс. — Я бы его одной левой уложил… — Бам! Бам!

Резко ракхас бьет себя два раза в челюсть.

— Болтолыга, ты зачем себя-то колотишь? — удивленно смотрит на него напарник. — Опять грибов переел?

Хвастливый ракхас резко отводит руку от своих разбитых клыков. Здоровяк в полном недоумении смотрит на разодранные костяшки.

— Я не фффнаю, — выплевывает он зуб. — Само как-то…

Лакомка рядом со мной беззвучно хихикает.

«Мелиндо — проказник» — прочитываю ее мысли. Ну а что? Пусть зеленый за словами следит. Слабак и выскочка, значит? Ну так вот тебе.

— О! Деньга! — тем временем второй ракхас опускается на землю, зеленые руки рыщут по грунту, пока не нащупывает здоровенный клык. — Здоровый резец! Завтра куплю на него лишнюю миску болтунки!

— Отдай! Это мой ффуб! Фначит и болтунка моя! — рычит Болтолыга.

— Пошел ты! Сам выбросил его, значит проворонил! — встает напарник, но ненадолго — его тут же опрокидывает мощный хук Болтолыги.

— Мой ффуб! — воинственно шепелявит Болтолыга.

Между ракхасами разражается короткая драка, а потом Болтолыга хватается за топор на петле. Приходится вмешаться — шум мне не выгоден. Я программирую обоих ракхасов утихомириться и забыть о происшествии. Клык остается у второго напарника. Болтолыга сам виноват, нечего бахвалиться. Пусть теперь он искренне порадуется за товарища, который за его зуб получит лишнюю порцию еды. Причем это не метафора: я на самом деле запрограммировал Болтолыгу испытать положительные эмоции от своей щедрости. Ох, это далось сложнее, чем я предполагал. Сознание ракхаса с трудом поддается положительным эмоциям. Да и вообще мозг у зелономордых как дубовый: на любую закладку требуется двойное усилие.

Мы расходимся с патрульными и идем дальше. По пути еще пару раз попадаются ракхасы, один без стеснения стягивает штаны и собирается сделать свои дела прямо на проходе. Уши у Лакомки аж краснеют от негодования. Я срочно программирую позорника спрятать свой срам и валить облегчаться к себе домой — прямо на свою лежанку, ибо нечего портить нам свидание!

— Мелиндо, далеко артефакты? — спрашивает Лакомка, после последнего случая. — Кажется, я вдоволь поностальгировала.

— Уже близко. — Я и сам не против поскорее закончить столь экзотический квест. — Но сначала глянем на резиденцию вождя, она должна быть тут неподалеку.

Надо разведать на будущее, где расположился вождь. Шаман Хруст, конечно, помнил и это, но не помешает убедиться в прежнем местоположении резиденции.

Узкие проходы приводят нас к обширному пустырю прямо посреди лагеря. Лишь стоптанная земля и больше ничего. Здесь раньше явно стоял большой шатер, но его убрали.

— Надо же, переехал, — поражаюсь я уму вождя. Конечно, ничего особенного в переезде нет, так бы поступил любой командир, чей подчиненный мог попасть в плен, это элементарная предосторожность. Но вот только среднестатистический ракхас об этом даже не подумал бы, а вождь подумал.

— Осторожно, мелиндо. Здесь в земле лежит артефакт, — испуганно замечает Лакомка. — Наверняка, ловушка.

Ловушка? Вождь ракхасов не перестает удивлять.

Я «включаю» сканера и приглядываюсь к пустырю. Действительно, артефакт зарыт совсем неглубоко. Энергии в нем немного осталось, вряд ли такая пукалка нанесет мне ущерб, даже если опустошит в одном ударе весь свой источник. Можно и выкопать, почему бы и нет? Тем более, что в памяти Хруста была похожая вещица. Да наверняка это Поглотилка, тогда точно надо взять.

Я облачаюсь в доспех Тьмы и бесстрашно шагаю в центр пустыря.

— Мелиндо? — тревожная мысль возникает в светлой голове Лакомки.

— Всё в порядке, — успокаиваю спутницу. — Я прозондировал почву и знаю, с чем имею дело.

На этой мысли едва не спотыкаюсь о труп ракхаса. Потом о еще один. В темноте издали их было незаметно, но на самом деле их тут трое. Надо же, а вождь не страдает излишней добротой, мог бы хоть поставить забор, чтобы не забредали свои же. Возможно, эти бедняги просто хотели срезать дорогу через пустырь, а им артефактом прилетело.

Удар не заставляет себя ждать. Из грунта выстреливает зеленый энергетический хлыст и обвивает мою руку. Да, просто обвивает. Ну еще пытается вытянуть из меня всю энергию. Я усмехаюсь. А интересная приблуда. Да и вождь хитер и беспощаден. Забредавшие сюда ракхасы служили топливом для работы артефакта. Вождь не просто не бережет жизни своих, он их безжалостно использует.

Конечно, Жора не позволяет забрать даже каплю из моего накопителя. Ишь чего удумали! Моё есть моё! И ваше тоже есть моё.

Наоборот, это жабун вытягивает энергию из артефакта. Ведь зеленый хлыст служит каналом в оба направления, просто откуда напор больше, туда и высасывается поток. А у артефакта слишком мало энергии, чтобы соревноваться с Жорой. Пожадничал вождь, видно, рассчитывал что больше соплеменников забредет на пустырь.

Жора быстро обесточивает артефакт, и мой накопитель неожиданно пополняется доверху. Мм, вкусно. А больше нигде нет таких ловушек, вождь? Я бы взял добавки.

«Включаю» Дубного и формирую в руке каменную лапу. Откопать артефакт занимает не больше минуты. Просто неглубоко зарыли. Выглядит Поглотилка как костяной браслет. О, он еще и переносной — это удобно. Наверно, тоже сделан из костей зверя «багрового» уровня.

Возвращаюсь к Лакомке и с легким джентельменским поклоном протягиваю ей грубый костяной браслет.

— Это вам, сударыня! За то, что вы настолько очаровательны и милы!

— О, как мило и оригинально, мелиндо! — с радостной улыбкой альва примеряет подарок. — За триста лет мне еще никто не дарил ракхаские браслеты-убийцы! Сколько же он душ выпил!

— Думаю, порядочно, — бросаю взгляд на выцветшую кость изделия. Действительно, вещица далеко не новая.

Браслет рассчитан на широкую ракхасское запястье, поэтому болтается на тонком ручке альвы, словно обруч. Но она просто подтягивает его на плечо, и выглядит даже гармонично. Что ж, спутницу вооружили, можно идти и дальше.

Эх, загадка, где засел вождь. Придется в другой раз его искать. Сейчас надо хотя бы взглянуть на старое хранилище артефактов. Возможно, их тоже перенесли.

Мы петляем между шалашами, пока не выходим на каменное строение, окруженное забором. Этот дом даже близко не похож на ракхаские хижины — настоящая маленькая крепость. Изнутри сильно фонит энергией. Всё же артефакты там. Ура! Трижды ура!

У ворот на охране стоят двое вооруженных ракхасов. Здоровяки ответственно отнеслись к службе. Не болтают, широко расставили ноги и глазеют в темноту, выпучив глаза и заслонив собой проход. Не пройти и не проехать.

Эти зеленомордые грибов не ели, поэтому взять их под контроль не составляет труда

— Ты стой здесь и отправляй восвояси всех желающих зайти, а ты веди к артефактам, — велю сторожам, и правый ракхас послушно показывает дорогу к хранилищу.

В постройке есть так же и небольшая казарма, там сейчас дрыхнут трое стражников. Решаем им не мешать и тихо проходим мимо их двери. В конце коридора провожатый встает как вкопанный.

— Кхм, — я рассматриваю массивный железный замок, встроенный в каменную дверь. Такой без шума не сломать, а ключи находятся у доверенных лиц. Последнее я сейчас прочитал в голове стражника. Старик Хруст никогда не бывал в хранилище, шамана сюда не пускали, а иначе бы я и Змейку с собой прихватил. Блин, возвращаться ни с чем не хочется — за дверью словно сияет энергетическое солнце. Артефакты там точно стоящие.

— Что будем делать, мелиндо? — встревоженно спрашивает Лакомка, поняв суть проблемы.

Несколько секунд я читаю мысли нашего провожатого, выискивая местоположение доверенных лиц. Оу, а один-то совсем рядом находится.

— Пойдем на второй этаж — там спит артефактный шаман.

Артефактный шаман — это должность ответственного за хранилище. В данном случае ее занимает родственник вождя, кому надлежит следить за сохранностью магического оружия племени и передавать его другим шаманам только по распоряжению вождя.

Вместе с ракхасом мы поднимаемся наверх, но единственная келья оказывается пустой. Шамана нет. Для меня это не становится новостью. Я заранее просканировал второй этаж, но подумал, может, старик спит в обнимку с каким-нибудь скрывающим артефактом.

— Где он? Думай, — я заставляю ракхаса сильно захотеть найти старика. Так проще, чем копаться в его воспоминания.

Зеленомордый чешет голову в глубокой задумчивости. Этот процесс для него непривычен, от того буквально слышно, как скрипят мозги бедняги.

— Кажись, дед Гобор пошел отлить на улицу, — он неожиданно расцветает оскалом озарения. — У него слабый мочевой пузырь.

Блин, еще не хватало искать в ночи писающего шамана. Может он недолго там?

Пока я решаю спуститься на первый этаж — еще раз взглянуть на замок. Да и авось лунатик сам скоро вернется.

Я не ошибся в прогнозах. Мы еще не сходим с лестницы, а я уже засекаю внизу постороннего. Продолжаем спускаться, пока со стороны входа раздается скрипучий голос:

— Фу-фу, чую, альвийским духом пахнет!

В начале коридора крутит головой и раздувает ноздри седой ракхас с надетым кастетом. У старика на шее блестит здоровый ключ, несложно догадаться от чего.

Нас пока шаман не видит, но, похоже, это временно. Ракхасская магия отличается от обычной. Нет никаких техник, никаких медитаций и развития меридиан. Всё построено на инстинкте. Магическая сила шаманов генерируется и фокусируется коллективной ментальной энергией зеленокожих, которые окружают их. А проявления силы бывают самые разные. Случается, что никакой боевки нет, только способности к загадочной ракхасской артефакторике, ну или усиленные ощущения, как сейчас.

Одно точно — взять шамана под контроль не выйдет, а потому нужно срочно его убивать.

Я швыряю шар Тьмы. Но шаман успевает его заметить. Он вскидывает руку, на костяшках вспыхивает белый костяной кастет, и возникшие зеленые копья разбивают атаку.

Оу. Боевой артефакт, значит.

— Ва-а-а-ау! — орет шаман, и в казарме за дверью тут же раздается топот ног.

Выхватываю из воздуха пси-клинок и одновременно пытаюсь взять под контроль троих ракхасов, выскочивших в коридор. Почему-то не выходит.

Тут шаман довольно оскаливается. Значит, твоя работа, седой. Что ж, сам напросился. Сейчас устраним эту помеху.

«Я займусь» — передаю мысль Лакомке, чтобы она зазря не обращалась в ирабиса. Всё же у девушки намечалась прогулка, а не бой с зеленомордыми.

Стремительным прыжком я приближаюсь к старику. Мне наперерез бросаются ракхасы с топорами наголо, но эти здоровяки ничего не успевают сделать. Мое тело взрывается резкими выпадами рук и ног, и зеленомордые отлетают к стенам. Никого не убиваю, рабсила мне еще пригодится, а вырубить их мне не составляет труда. Против Мастера-физика эти качки слабоваты.

— Кровавый Скрытник, тебе не одолеть дух племени! — надрывается шаман. Он взмахивает кастетом, и новые зеленые иглы летят в меня. Но ударившие в ответ черные копья, сотканные из Тьмы, легко их нивелируют, а я уже оказываюсь подле шамана и ударом пси-клинка сжигаю ему нервные окончания. Мог бы и на расстоянии атаковать, но боялся повредить кастет.

— Сними кастет и ключ, — киваю я своему зеленомордому болванчику, а сам тем временем беру под контроль трех стражников. Шамана больше нет, и помешать мне некому. — Так, вы пока открывайте хранилище. А я быстро выгляну.

Выбегаю на улицу и читаю мысли стоящего на воротах стражника. Никто не слышал криков, никто не подходил, ну и славно.

Возвращаюсь назад, в глаза бросается подсвеченный проем распахнутой двери в конце коридора. Ноги мигом доставляют меня в открытое хранилище, где уже вовсю хозяйничает альва.

— Мелиндо, смотри, сколько тут всего! — восторженно говорит Лакомка, беря в руки серебряную диадему. — Здесь очень стоящие артефакты! Не только ракхасские, но и трофейные! Это украшение точно ковала рука искусного казида!

Альва права. Я и не рассчитывал на такой куш. Даже удивительно, как ракхасы смогли всё это отбить, ну хотя их же много, наверное, численностью взяли.

Пока альва примеряет диадему, а четверо ракхасов стоят столбом, я раздумываю, как всё это унести. Мешки из ткани тут есть, но вряд ли наши здоровяки всё поднимут, а припахивать еще с улицы кого-то слишком рискованно. В другой раз прийти за остальным? Так труп шамана выдаст меня с головой, и вождь точно проверит артефакты, увидит пропажу и перенесет хранилище.

Тут меня озаряет идея. Да! Точно! Не факт, что сработает, но почем бы или нет?

— Ты тащи сюда труп шамана, — киваю одному из зеленых марионеток, затем подзываю остальных. — А вы запихивайте в мешки артефакты. Лакомка, если ты видишь что-то ценное, не молчи — будем брать это в первую очередь.

— Диадемку надо точно взять, — блондинка трогает украшение на голове, не торопясь снимать его. Видимо, так и понесет его на себе. — А еще то ожерелье…И посох. И колечко. Колечко обязательно надо, мелиндо!

— Хорошо, — покладисто соглашаюсь.

План прост: сожжем тело шамана, заберем сколько унесут четверо зеленомордых, ну и будем надеяться, что вождь спихнет пропажу артефактов на воровство якобы сбежавшего старика. Так есть шанс, что он не сменит место хранилища, а просто усилит охрану, пускай и несколькими шаманами. Конечно, в эту версию не очень вписывается исчезнувшая с пустыря Поглотилка…Хотя почему же нет? Просто шаман и ее стащил тоже. Полезная ведь вещица.

— Готовы? — спустя полчаса я критически оглядываю ракхасов, взваливших на себя по несколько битком набитых мешков. — Тогда на выход.

Хоровод тяжелогруженных ракхасов двигается в коридор. Блин, топают они, конечно, бесшумно, как асфальтоукладочная машина. Выбраться из стойбища будет той еще задачей.

Глава 17 —

Подарки

Удивительно, но мы выбрались из лагеря как нечего делать.

Для начала я внушил оставшемуся на воротах стражнику пару закладок. Первое, он не видел нас с Лакомкой. Второе, артефакты стащил шаман и остальные стражники — именно это он видел. Ну и о третьем позаботился его товарищ, с размаху ударив кулаком в лобешник. Стражник сразу вырубился, у меня же появилось алиби. Когда бедолагу допросят, то вождь узнает, кого следует винить в ограблении.

Затем мы выдвинулись. Проходы между шатрами я сканировал на расстоянии, поэтому едва вдали заявлялся какой-нибудь ракхас-полуночник, мы уже успевали уйти окольными путями, ну или забраться в укрытие и накрыться Покровом в ожидании, когда встречный пройдет. Во втором случае заодно и грузчики отдыхали. Я, конечно, не славлюсь гуманностью, но не в моих интересах доводить зеленомордых до измора. Живые ракхасы намного полезнее — передам их царским охотникам, а там, может, мне зачтут какой-нибудь бонус, например, дадут выбрать самому «нору» поинтереснее за рамками биржевых торгов.

Правда, рядом с последними шалашами возник риск, что ракхасы всё же надсадятся и откинут ноги. Зеленые здоровяки потели и дышали как загнанные кони. Всё дело в ящиках глоубов — эти артефакты весят больше десяти пудов. Честно, я думал, ракхасы посильнее будут, выходит, не рассчитал слегка. Эх, взять бы еще двух грузовых тяжеловесов, но лагерь-то мы уже почти покинули.

Тогда я решил попросить помощи у тех, от кого мы по идее должны прятаться.

Конечно, мы не могли уйти незаметными, ведь по периметру стойбища стоит плотное кольцо часовых. Но и там мы выпутались довольно просто.

— Эй, Гуртур! — окликнули двое часовых наших тяжело топающих грузчиков. — Куда тащитесь?

Находясь под Покровом, я велел груженному ракхасу пропыхтеть:

— Имш велел перепрятать артефакты. А ему велел вождь. Боится, что Скрытник залезет в хранилище.

— Имш? А он сам чо где? — закрутил головой часовой.

— Где надо! — рыкнула моя марионетка, самая старшая по званию, сгружая себя часть поклажи. Остальные груженые ракхасы повторили за ним. — Вам тоже велели помогать. Вот груз. Давайте берите.

Часовые недоуменно переглянулись.

— Но мы же…это на посту.

— Так и сказать потом вождю⁈ — марионетка рыкнула еще раз. — Я — гридень, а ты меня смеешь посылать на все четыре стороны⁈ Схватили быстро и понесли! Никуда пост не денется! Всё равно вы ковырялись в носу от безделья! Я видел!

— Просто зачесалось, — заоправдывался часовой, но неуверенно и робко.

— Схватили, сказал! — рыкнул снова гридень.

Застращанные служилые послушно схватились за мешки. Так у меня стало в подчинение уж шесть грузовых ракхасов. Ну мы и потопали к холмам всей дружной компанией. По дороге я, конечно, взял под контроль новоборанцев, но уже ближе к порталу, чтобы зря силы не тратить. Они ведь и так шли, ничего не подозревая.

«Русичи» сильно удивились, когда мы с Лакомкой вышли из «норы», а следом за нами притопали и зеленые грузчики. Помню, Светка с Камилой еще недовольно посмотрели на альву — я как-то и не заметил, что остроухая блондинка снова взяла меня под руку, а вот одноклассницы первым делом обратили внимание на это, а потом уже на каких-то там иномирян, которые, подумаешь, гружены дорогущими артефактами.

Без нас ребята тоже не страдали бездельем. Приятно порадовали горы перебитых хомуйволов. Зверей как раз паковала и уносила к грузовикам группа поддержки. Что ж, стадо хомуйволов это действительно неслабый враг, и ребята молодцы, не оплошали. Гришка, правда, признался, что без помощи волкомедведей не обошлось, но это и так понятно.

— Ничего страшного, — ответил я казаху. — Именно на такой случай я и оставил Акелу приглядывать за вами.

Гриша просто кивнул, всё понимая, но, к сожалению, у нас в отряде далеко не все такие сознательные.

— Вещий, ты, наверное, хотел сказать наоборот, — сразу накинулась Светка, играя бровями. — Всё же Акела — неразумный зверь, хоть и приятный пушистик, а мы — дворянская элита княжества!

Акела, сидевший неподалеку с окровавленной пастью, удивленно посмотрел на блондинку. Матерый волкомедведь, вожак и отец, ну никак не походил на «приятного пушистика», хотя, согласен, когда чешешь его за ухом, то он становится той еще собакой-улыбакой.

— Я сказал что сказал, Светлана Дмитриевна, — ответил я со всей серьезностью. — В мудром поведении покрытого шрамами вожака стаи мне еще не приходилось сомневаться, а вот с вашей импульсивностью я знаком не понаслышке.

Светка сразу закипела, задымилась и уже раскрыла рот наговорить кучу возражений, но тут я позвал весь отряд завтра к себе в гости — делить артефакты, — и блондинка предпочла отойти к зарослям и там поостыть в теньке.

Потом уже по дороге домой Лакомка заметила, как я лихо унял острую на язык блондинку.

— А то. Я ж видел, что Соколова уже присмотрела один из серебряных браслетов, — пояснил я свой ход. — Украшение торчало из раскрывшегося мешка, а она глаз от него не отрывала. Кстати, это ценный артефакт?

— Не очень, — отмахнулась альва. — Казиды делают такие, чтобы в шахтах освещать путь.

Остаток дня я потратил на то, чтобы провести ревизию трофеев. Лакомка тоже сидела рядом и помогала расшифровать свойства артефактов. Диадему она снова надела, так и ходила в ней по дому, задорно улыбаясь.

Далеко не все побрякушки альва узнала. Приходилось разбираться, вертеть в руках иномирские поделки, искать кнопки включения и затем тушить из огнетушителя загоревшееся кресло. Потом еще Горгоныши набежали и давай тянуться ко всему своими когтистыми ручками. Спасла Змейка, которая увела выводок на прогулку.

Я занес в блокнот весь перечень артефактов с их функционалом, а потом стал думать, что кому отдать. Примечательную платиновую заколку сразу отделил для мамы. На самом деле это боевой артефакт, и с ним лишенная магии Ирина будет в большей безопасности.

«Русичам» также достанется часть трофеев. Я не изменю своему правилу и поделю добычу на весь отряд, ведь мясо убитых ребятами хомуйволов также отправилось и в мои морозильники. Правда, в битве со зверями участвовала стая Акела, которые являются моими питомцами, но не суть.

Единственное, касательно артефактов я поставлю условие: артефакты будут у ребят, пока они служат в отряде. Если решат покинуть «Русичей», то «побрякушки» придется сдать. По-моему, честно. Это как обеспечение в армии. Отслужил — будь добр сдай в часть оружие, боевую технику, боевое снаряжение, шанцевый инструмент и другую всякую лабуду, закреплённую за тобой или полученную под роспись. Тебе послужило — теперь пусть следующему послужит.

Так что я ничего не теряю, ведь отряд принадлежит мне.

Через Киру я велю юристам подготовить соответствующие расписки. Люблю всё делать как полагается. Я доверяю друзьям, но, как говорится, порядок есть порядок. Расхлябанное отношение к работе — лучший друг неэффективности. Как командир, я уже решил, какие артефакты кому достанутся. К счастью, большая часть боевых побрякушек есть в десятках экземпляров, так что никого я не обделю.

Мои же артефакты послужат на защиту дома и улучшения боевых качеств гвардии. Так, свартальфаровые зеркала позволят бойцам отражать магические атаки, ну а ящики глоубов создавать защитные купола при массированной бомбардировке. Потенциал у моей гвардии действительно вырастит, но нет, я себя не обманываю. Потому что вырастит лишь на время — пока артефакты не закончатся или не истощатся. А значит что? Значит, надо раздобыть еще больше артефактов. Но потом. Сейчас же бойцам предстоит научиться применять артефакты при военных маневрах. Тоже задача не из легких. Соответствующее распоряжение я уже дал Серегию Сивых, теперь это его головная боль: пускай он гоняет парней, ну и сам чешет репу, как, что и где использовать. Копию списка со свойствами я Сереге дам, но, конечно, не сделаю за него работу отца-командира.

На следующий день после школы мы с друзьями заваливаемся ко мне на гвардейскую базу и разбираем артефакты. Предварительно я предупреждаю о своем условии: всё отдаю под роспись и лишь до конца службы в отряде. Потом спрашиваю, согласны ли.

— Конечно, согласны, Дань, — говорит Гришка, и девушки разом кивают. — Хорошо бы, чтоб отряд и после нас жил. А вообще идеально, если «Русичи» вырастут в элитное подразделение с многолетним послужным списком. И можно будет говорить: «А знаете, я служил в 'Русичах», и все такие: «Вау-у-у!»

— Только в «Юных русичах», — поправляет педантичная Лена. — Так мы зарегистрированы.

— Ну и отлично, — улыбаюсь я и передаю ребятам расписки с описанием функционала. — Тогда давайте разбирать снаряжение. Внимательно прочитайте инструкцию по применению. Часть артефактов используйте для защиты своих домов, и не забудьте обговорить это с гвардией. Часть теперь всегда носите на охоту — они указаны в списке.

— Ты нас как маленьких учишь, Вещий, — по обыкновению ворчит Светка, вглядываясь в бумаги.

— Ага, — не отрицаю, затем указываю на мешки с артефактами. — Сначала читаете описание предмета — потом берете в руки. Ну всё, разбирайте подарки, детки. Хо-хо-хо! — парадирую я Деда Мороза

А «Русичи», правда, как маленькие дети, бросаются к мешкам.

Подскочившая Света заглядывает в свои артефакты, но никак не может найти то, что ей приглянулась тогда у «норы». Тогда я достаю из кармана серебряный браслет с самоцветами и протягиваю блондинке.

— Я только что ходил с ним в подвал, забыл положить обратно. Просто удобно им дорогу подсвечивать.

— Спасибо, Даня, — принимает Света браслетик. Она быстро заглядывает в строку с описанием и, кажется, нисколько не расстраивается малополезному функционалу безделушки. Наоборот, с радостной улыбкой надевает и любуется. — Красиво!

Ну, как говорится, чем бы Соколова не тешилась, лишь бы не дымилась.

* * *

— Гребаный Имш! — гремит вождь ракхасов, яростно расхаживая туда-сюда по хранилищу. Его взбешенный взгляд то и дел цепляется за исчезнувшие вещи. Столько набегов на казидов, столько славных разбоев свартальфаров — и всё впустую! — Как старик посмел меня обокрасть! Шаман же отец моей третьей жены! Это точно был он, Абзуг⁈

Гридень у дверей выпрямляется по стойке смирно.

— Стражник Шамок докладывает, что это был шаман Имш. Он сговорился со всеми стражниками хранилища, кроме Шамока.

— А он почему не остановил их? — с подозрением спрашивает вождь, раздувая ноздри.

— Шамока вырубили, вождь. У него вот такая шишка на лбу, — гридень показывает пальцами размер боевого ранения.

— Дрянь! И ведь Поглотилку с пустыря тоже стащили! — неистовствует огромный ракхас. — А ее как раз Имш и ставил… — задумчиво протягивает он.

Картинка сложилась. Получается, правда, старый тесть ограбил хранилище. Куда ж старика понесло? У него ведь всё здесь было. Неужели мало ему было денег и женщин племени⁈

Глаза вождя вдруг наливаются зеленым пламенем. Резко его кулак обрушивается на каменную стену. На голом граните появляются черные трещины, которые разбегаются до самого потолка.

Гридень за спиной вождя шумно сглатывает возникший в горле ком.

— Немедленно отправляйся в погоню! — ревет вождь. — Прочеши всю округу, но найди старого вора, убей его и верни мои артефакты!

Гридня словно ветром сдувает из хранилища. Вождь же сжимает кулаки и рычит:

— Мало мне Скрытника! Еще и свой же тесть грабит!

* * *

Следующую пару дней приходится ходить на уроки. Не то чтобы хотелось, но сейчас лучше не прогуливать и потерпеть навязанную обязаловку. Всё-таки осталось учиться полгода и прощай школа. В этом мире выпускаются зимой. Символично: в Новый год в новый класс, ну или в новую Академию, как будет у меня. Знаю, что поступлю. Уже достигнутый официальный ранг это позволяет. Другое дело, что очень желательно иметь и корочку из школы, а у меня с директором очень натянутые отношения. Конечно, вряд ли он специально попытается мне жизнь испортить, банальное чувство самосохранения не позволит, но ведь есть же всякие проверяющие школьные комиссии. Поэтому стоит проявить осторожность и не напортачить с дипломом.

Сегодня после уроков я направляюсь на базу царских охотников. Степан опять позвал. Надеюсь, он не будет давить на меня с поимкой ракхаского вождя. Торопиться здесь незачем. Если уж на то пошло, то нынешняя система доброотрядов уже зарекомендовала себя положительно, а вождь просто станет еще одним подтверждением.

Но вопреки моим опасениям отчим говорит о совсем другом.

— Даня, тут такое дело, — вздыхает он. — Даже не дело, а подозрение у меня появилось одно.

— Неужели мама беременна?

— Что⁈ Нет! — Степан делает не на шутку испуганное лицо. Даже при нашествии бигусов он так не боялся. — С чего ты взял?

— Не взял. Просто захотелось разрядить обстановку, — улыбаюсь. — А то ты такой суровый сидишь.

— Знаешь, Даня, мало тебя Ира в детстве порола, — кривится отчим. — Вырос здоровым лбом, а до сих пор шкодливый шкет.

Ого, да я, похоже, наступил на больную мозоль. Видимо, родители, как минимум, уже задумывались о ребенке. А то и понятно. Степан уже потомственный дворянин, нет никаких причин не продолжать дворянский род. Возраст мамы тоже не помеха — местные Целители с этим помогут, а если нет, то не беда, есть же Лакомка-травница.

— Па, если что, то у Лакомки есть наготове куча полезной информации на этот счет, — подталкиваю отчима я в нужном направлении. — Мама может к ней всегда обратиться.

— Да это понятно…Стоп! — мотает головой Степан. — Я вовсе не за этим тебя позвал. И вообще, что значит «есть наготове»? Вы что, с Лакомкой задумали детей делать?

— Я пока ничего не думал, — пожимаю плечами. — Но ты же знаешь Лакомку, она в этом плане всегда во всеоружии.

— С нашей альвой не соскучишься, это верно, — кивает Степан, усмехнувшись. — Слушай, а как же твои подружки-дворянки? С ними дело у тебя разве не двигается? Хорошие же девчонки. Соколова — бой-девка, силы немерено, а Енерева вообще обладает двумя Дарами. Очень завидная невеста, между прочим.

Теперь моя очередь слегка покривиться. Пока с Демоном не сольюсь, не хочется даже думать о женитьбе. Да и потом надо смотреть по итогам слияния. Я уверен, что Лакомка примет мои изменения, как нечего делать. Что же до кого-то ещё: сейчас это не так уж и важно. Возможно, мне понадобятся медитации, чтобы дозировать энергию и обычные девушки снова смогли находиться со мной в постели. Ведь слияние сделает меня намного сильнее. А что же до других… Та же Камила, конечно, уникальная барышня, но в моем случае и не так уж. Я смог интегрировать в себя Дар физика, а значит, и мои дети потенциально смогут, и им для этого не нужна мать с двумя Дарами.

— Соколова с Енеровой мне только подруги, — коротко отвечаю. — Так что случилось?

— Начали открываться цепочки «нор», — сообщает Степан. — Они возникают прямо в метре друг от друга: то три, то пять, то семь. Кажется, неспроста это.

— Думаешь, готовится очередное нападение Иномирянина?

— Очень вероятно, что он тренируется в управлении «норами», — кивает Степан. — Они еще стали появляться в интересных местах — уже не только на земле, а на крышах домов и на мостах.

— Забавно, — задумываюсь.

— У меня к тебе просьба, Даня. Проверь эти специфические «норы» как-нибудь… — отчим мешкает, подбирая слова. — Как-нибудь по-своему. Как только ты умеешь. Проанализируй состав, может, позови на помощь Лакомку. Меня интересует, можно ли закрывать их принудительно. И желательно, дистанционно.

— Я посмотрю, что можно сделать, — обещаю. — Но тогда дай мне карт-бланш выбирать «норы» без очереди на бирже. Это поможет быстрее приступить к задаче.

— Кхм, хорошо, — почти сразу соглашается Степан. — Ты уже и шестерых ракхасов мне достал, так что я могу тебе дать такое официально право. Повод весомый.

Ого. Как я удачно заглянул в гости! Разговор о потомстве того стоил. Теперь я могу выбирать себе «норы» пожирнее. Самое дорогое мясо теперь мое. Похоже, Алабмаш достроится очень быстро.

* * *

Друзья, поставьте, пожалуйста, лайк. Ваша поддержка даст Дане топливо переть как бронепоезд сквозь всех гадов, что станут у него на пути.

Глава 18 —

Награда

— Дорогая, уже очень поздно, — тихо произносит барон Горнорудов, заглянув в кабинет супруги. Широкое, светлое и просторное помещение с панорамными окнами. Павлу Тимофеевичу всегда нравилось здесь работать. Совсем недавно это был кабинет официального главы рода, но баронесса приватизировала его после своего воскрешения. Часто, очень часто барон был не в силах отказать своей властной жене. Да и кто на его месте смог бы? — Ты не собираешься спать?

— Еще пару часиков, дорогой, — отмахивается Жанна, которую почти не видно за стопками старых книг в кожаных переплетах. Сейчас баронесса листает в стерильных медицинских перчатках очень ветхий фолиант. Страницы пожелтели от времени, местами покрылись трещинами, да и сам витиеватый почерк на потрескавшейся бумаге напоминает кошачьи царапки. — Мне надо долистать «Сакральные анналы» Андрея Буревестника. Кажется, я наконец нашла то, что искала.

— Тебя что-то сильно беспокоит, дорогая? — с заботой спрашивает барон.

— Мне не дает покоя мой спаситель, дорогой, — вздыхает Жанна, откинувшись на спинку кресла. Баронесса сдувает с лица упавшую челку и делится раздирающими ее сомнениями: — А именно та легкость, с которой он одолел Демона. Представь себе, дорогой — Демона! Высшую тварь Астрала! Даже сами Филиновы обычно старались держаться подальше от глубинных слоев! По крайней мере, все, кроме Михаила и Кеннера.

«Опять этот сопляк⁈ Да сколько можно о нем думать!» — в душе Павел рвет и мечет, но внешне соблюдает невозмутимое спокойствие. Чему барон точно научился за столько лет ожидания возвращения жены, так это, конечно, ждать. Вот и месть подождет.

Вслух же барон сомневается с показным равнодушием:

— Одолел ли? Разве ты не пришла к выводу, что Вещий одержим Демоном? Поэтому ты и передала ему фолиант Романовского с чертежом Чертога Фауста.

— Одержим-то одержим, — соглашается Жанна. — Но мальчик его отлично сдерживает. Иначе бы артефакт Насти выдал бы Демона. Но он не выдал. Значит, спаситель вполне контролирует Высшего, несмотря на юный возраст. А это уже черта не столько умений, сколько природного таланта и сверходаренности, которая обычному молодому телепату, даже Филинову, недоступна. Это подтверждают и другие успехи спасителя, как, например, мое воскрешение. Слишком легко ему дается психическое измерение. И наверняка, Львов тоже что-то подозревает, хотя этому Царю-самозванцу мозгов не хватит додуматься до истины.

— И какие версии ты рассматриваешь, дорогая? — уточняет Павел.

— Разные, — глаза Жанны загораются странным пламенем, а на губах появляется предвкушающая улыбка. — Вплоть до того, что мой спаситель не совсем человек, а саморепрезентация астральных сил в материальном пласте бытия, выраженная в человеческом воплощении.

До барона не сразу доходит смысл сказанного, всё же ночь на дворе, а тут такие заумные термины, но когда доходит, он едва не роняет челюсть. Чего-чего, но такого от наглого сопляка Павел точно не ожидал.

— То есть Вещий?!. — в полном ошеломлении хлопает глазами Горнорудов.

— Аватар высшей сущности, — едва не мурлычет Жанна. — Похоже, многоходовка Короля Теней оказалась намного сложнее, чем кто-либо мог представить.

* * *

Ночь выдается бурной и напряженной, и вовсе не из-за Лакомки, хотя и она внесла свою лепту, хе. Но когда мы вдоволь накувыркавшись, засыпаем, я пробуждаюсь от шепотков. Голоса раздаются не снаружи, а внутри, в моей голове. Я не сразу, но понимаю — это Демон из ментальной клетки зовет и прельщает огневика.

Ах, ты бесовщина пронырливая! Не сидится тебе! Нашел всё же лазейку высунуться!

Причем раз у него не получилось вырваться из-под моего контроля, Бехема решил переманить легионера. Именно переманить уговорами и обещаниями, ведь Демон скован ментальными оковами и не может применить силу. Да и вообще большая часть его сознания «выключена», но вот как-то он смог использовать ментальный голос. С этими Демонами нужно всегда держать ухо востро. Особенно когда спишь.

Огневик тоже хорош. Не послал Демона на все четыре стороны, нет, куда там, уши развесил и заинтересованно прислушивается. Какое-то время я слежу за переговорами огневика и Бехемы. Мое присутствие оба не замечают, так они увлеклись друг другом. Бехема поглощен вербовкой сообщника, ну а огневик никогда не отличался стойкой психикой, поэтому легко поддается лести и обещаниям невозможного. В общем, понятно, куда всё идет. Очередной заговор. Урок с физиками ничему не научил огневика. Ну значит, проведем повторный, только дождусь от этого остолопа согласия на сделку с Бехемой. Может, одумается еще. Я лично не верю, но наказывать надо за поступки, а не за подозрительную болтовню. Пока же еще он не согласи…

Всё, согласился. Огневик даже не потребовал времени подумать, ну дает, просто взял и подписался на смертный приговор.

Значит, пора и себя показать. Не зря я на ночь налепил себе свежие энергопластыри, вот и пригодились. Поудобнее укладываюсь на постели, отодвинувшись от Лакомки. Но спящая альва, почувствовав пустоту, тут же пододвигается и прижимается голой грудью. Еще и ногу закидывает на меня, чертовка. Ну, блин, хоть вставай и уходи в подвал на медитативный коврик. Но нет, мне лень, да и в трансе я не брыкаюсь, слишком глубоко погружение, и Лакомку не ударю случайно, так что пускай прижимается, если так неймется.

Я вхожу в медитативный транс и, мимоходом связав транспортные конструкты, переношусь в Астрал на второй уровень. Знакомый белесый туман качается единой молочной стеной, местами густые снежные клубы завиваются в барашков. Красиво тут, что ни говори.

Пустует туман недолго. Единым усилием я «включаю» всю Коллекцию разом. Прямо передо мной возникает испуганный огневик, остальные легионеры встают полукругом и крутят головами, ища врагов. Жора квакает, Василиск вьются кольцами.

— К чему полный созыв, шеф? Кого бить? — спрашивает Дубный, тряся рыжей бородой.

— Никого, — поясняю я с улыбкой. — Вы собраны на публичную казнь предателя. Тут один индивид поддался на подстрекательства Демона, — я указываю на туман, сквозь которую проступают очертания ментальной клетки с двухголовым Бехемой внутри. Едва легионеры замечают его, Демон сразу исчезает: показали и хватит.

Дубный переводит взгляд на дрожащего огневика и вздыхает.

— Вот же дуралей.

— А с тобой Демон не общался? — с интересом смотрю на командира легионеров.

— Ну я слышал какие-то шепотки, — признается рыжий богатырь. — Но я даже не понял, что это.

Вот оно как. Демон пытался достучаться и до остальных, просто слишком тихо, а когда повысил зов и построил диалог с огневиком, то тут же переговорщики попались с поличным. Ох, надо торопиться со слиянием. Бехема совсем оборзел, а удерживать его с каждым днем всё сложнее и сложнее.

Но сначала наказание. Я уже ментально просканировал огневика — просто на всякий случай. Вдруг он хотел поиграть в двойного агента: типа развести Демона на подробности, а потом мне настучать на него. Но нет, огенивик всего лишь повелся на болтовню Бехемы.

Я некоторое время смотрю на предателя, а потом, подумав, даю ему свободу воли.

— Твое последнее слово, — предлагаю. — Ну или действие.

Это была чистая провокация. Хотел посмотреть, что он выкинет. И, конечно же, огневик опять сглупил.

— Умри! — в меня летит огнешар, который не составляет труда отбить. Псионика здесь материальна так же, как огонь и камень.

Огневик заковывается в пламенный доспех, но больше атаковать он не успевает — я обрушиваю на предателя псионический град. Под лиловым столбом огневик истончается и превращается в кричащую тень. Надо еще додуматься до того, чтобы в Астрале сражаться с телепатом! Лучше бы он попросил прощения. Конечно, я бы не простил предательство, но хотя бы его смерть была безболезненной.

Но пора заняться Даром огневика. Не пропадать же добру.

— Дубный, сюда подойди, — бросаю каменщику, и тот, вздрогнув, всё же подходит.

— Вот первая награда за твою службу, командир легионеров, — я с помощью ментальных щупалец вырываю Дар из остатков личности огневика, а затем переношу его в Дубного.

Богатырь вздрагивает, удивленно раскрыв глаза. Мощная грудная клетка ходит ходуном.

— М-мать! Как горячо в груди! — выдыхает он.

— Это пройдет, — успокаиваю. — Иван, сейчас в твоей голове возникли азы узлов воспламенения, — учу я, контролируя сознание Дубного. — Попробуй их воссоздать. Шаг за шагом.

— Блин, во что ты меня втянул, шеф, — вздыхает Дубный, но это он из-за страха больше.

Каменщик следует инструкции, что словно бы раскрылась перед его глазами, и вот на его ладони появляется дрожащий язык пламени.

Остальные легионеры дружно вскрикивают:

— Да ладно! Не может быть!

Ага, наделил бородача еще одним Даром. Не забываю я и о матчасти. Медитативные техники огненного Мастера также размещаю в памяти Дубного. Придется с ним потом долго заниматься, но это того стоит. Дубный — проверенный человек, более того, он единственный в Коллекции чтит дворянское достоинство. Остальные легионеры — это головорезы и отморозки, которых я рассчитываю перевоспитать, а вот Иван в реальной жизни никогда не марался никаким паскудством.

Почему я не забрал огненный Дар себе? Слишком большая нагрузка для каналов. Для многих магов и два Дара стали бы перебором, ну а для трех так вообще надо иметь очень надежную энергосетку, которая, вероятно, достигается десятилетиями медитации. Вывод: юн я еще. Хотя после слияния всё может измениться.

— Надеюсь, все вы поняли, — обращаюсь к легионерам. — Предавать меня нет смысла — только глупо погибнете. Зато за достойную службу и награда соответствующая.

Думал, на этом разогнать народ, но тут Егор, маг крови, воодушевленно вскрикивает:

— Так это что получается, шеф! — азартно загораются его глаза. — Когда ты нас переселишь в новые тела, то мы уже будем с полным апгрейдом — не только прокачанные благодаря твоей псионики, но еще и с двумя Дарами.

— Как хорошо послужите, так и будет, — я ничего не обещаю, но размытый ответ полностью устраивает легионеров, все довольно улыбаются. Ну кроме Жоры и Васи: жабун расстроен, что огневика не ему скормили, а василиску вообще по барабану всё, что здесь происходит.

Я «выключаю» Коллекцию и еще немного остаюсь в Астрале. Здесь легче думается. И прилетевшие трупные мухи нисколько не мешают — наоборот, убиваю их и подзаряжаюсь остаточной энергией.

То, что Дубный теперь еще и огневик, мне на самом деле только на пользу. Лояльный легионер должен быть сильнейшим в Коллекции. К тому же теперь мне не надо тратить энергию и время на «включение» двух легионеров, чтобы использовать вместе Дары камня и огня. Одна польза, в общем. Посмотрю, как бородач справится с новой абилкой, и если опыт освоения окажется удачным, то будем практиковать и с другими легионерами.

Вообще же случай с огневиком показал, что для управления легионерами мало кнута, нужны также и пряники. И перспектива жизни в новом теле воодушевляет их только на время. Ведь это случится еще нескоро. Хорошо бы как-то поощрять за службу, например, дать тому же Дубному временное тело. Но это так, мысли вслух, я пока не знаю, как такое проворачивать. Скорее всего, вопрос решится не раньше моего выпуска из Академии. Зато теперь вижу в каком направлении следует думать.

По возвращению из Астрала я обнаруживаю, что у меня отекла правая руку, на которую успела взобраться Лакомка. Ну что за жизнь у бедного телепата! Только стоит оставить тело без присмотра, как его тут же пытаются присвоить себе то астральные Демоны, то обольстительные альвы.

Спасая одеревеневшую конечность, устраиваюсь поудобнее и снова засыпаю уже до самого утра.

На следующий день после уроков мы с «Русичами» отправляемся к «норам». Причем Лакомка опять напросилась с нами. Я решил, что можно и взять, всё равно едем изучать феномен множественных порталов, вдруг альва подскажет что-нибудь исходя из своего опыта.

— Вещий, а твоя безвенница теперь всегда будет с нами ездить на охоту? — ворчит Светка по своему обыкновению. Ненадолго ее задобрил браслет-фонарик, снова полезла наружу Соколовская натура. — Ты не подумай, мне просто интересно.

— А мне интересно, когда кончатся эти ступеньки, — пыхтит снизу Гриша. Причем наигранно пыхтит, чтобы перевести тему. Казах не в такой уж плохой форме, чтобы устать после двух пролетов.

Мы взбираемся по лестнице на высокий путепровод над железной дорогой. Наверху образовалось аж семь «нор». Из-за этого железнодорожным компаниями пришлось временно остановить передвижение через Будовск. Взял же «норы» я без очереди, ибо теперь имею право.

Во время подъема со мной связывается группа поддержки:

— Мегамозг, это Студень, здесь образовались дворяне. Говорят, что одна «нора» записана на них. Прием.

— Студень, это «Хозяева»? Прием, — я сразу предполагаю ловушку от Недежки. Давно он не высовывался из своей резиденции. Безвылазно сидит у себя, бессердечный, а мне ведь нужен повод его прихлопнуть.

— Мегамозг, нет, не из группировки. Предякины. Не хотят уступать. Прием.

Ну блин, Айсмена еще не хватало.

— Студень, впусти их, но только основную группу. Пять человек, не больше. Конец связи.

Через пять минуть у «нор» мы встречаемся с Предякиными. Оказалось, что Богдан тоже занялся охотой и даже создал свой доброотряд. Вот сейчас он и глазеет на Лакомку, взгляда не может оторвать от ее фигуры, проступающей сквозь мешковатый камуфляж. Ленка это замечает и поворачивается так, что огромный фламберг закрывает альву. Но Айсмен так сильно вытягивает шею, как страус, что у меня аж кулаки зачесались ее намылить.

— Богдан, мои глаза в другой стороне, — я громко прерываю его разглядывания. — Рассказывай, что здесь забыл?

— Что забыл⁈ — сразу бычится одноклассник. — Это мои «норы», Вещий! Мой брокер их на бирже выбил! А вы что здесь забыли?

— Борзометр поумерь, Предякин! — опускает его Светка. — У Дани эксклюзивное право на «норы», так что либо твой брокер накосячил либо на бирже не успели убрать номер «нор».

— Эксклюзивное право? — опешил Предякин. — Ну конечно! У тебя же отчим ходит полковником в царских охотниках!

— Сейчас договоришься, что я вызову тебя на дуэль, — буднично произношу я, и Айсмен сразу затыкается. — Лучше звони в приемную биржи и выясни в чем дело. У тебя пять минут, и мы приступаем к охоте.

Богдан поджимает губы, но решает послушаться. Он отходит к перилам путепровода и набирает биржу. Вскоре возвращается с расстроенным видом.

— Ну, колись? — Светка смотрит на него с победоносным видом.

— Говорят, накладка вышла. Забыли убрать из реестра, — вздыхает парень и бросает грустный взгляд на лес внизу. — Блин, нам теперь что ли назад тащиться? Полдня сюда добирались.

Со стороны «нор» раздается рев, как на стадионе. Из портала выпрыгивает стадо рогатых бигусов. Причем «стадо» мягко сказано — весь путепровод оказывается заполнен от перил до перил. И твари продолжают пребывать…

Как командир я быстро принимаю решение.

— Отряд, в бой! Предякин, если хочешь — участвуйте в охоте, — отрывисто бросаю Айсмену. — Забираете всё мясо, которое сами добудете. Но нам не мешайте.

— Идёт, Вещий! — радостно кричит парень и облачается в ледяной доспех. Он рявкает своем отряду. — Огонь!

Мясо бигусов, конечно, на настолько ценное, как те же хомуйволы. Но всё равно подороже мраморной говядины раза в четыре. Да и бигусов здесь набралось немало, так что игра стоит свеч.

Бойня заканчивается быстро. Да, бигусов много, но по сути это всего лишь тупые тяжеловесы с когтями и клыками. Массированная магическая атака быстро истребляет стадо под корень. Одна только Лена уничтожает около двух десятков приматов за одну- единственную атаку. Ее фламберг действительно страшная вещь, особенно, когда он разбирается на тысячи пуль. Пожалуй, я создал дьяволицу, хе.

— Отставить огонь! — командую я «Русичам» по радиосвязи, когда последний бигус идет в расход. А затем повторяю громко — специально для Айсмена. — Предякин, слышал?

— Да слышал-слышал, — подходит он ко мне. — Тогда мы забираем трофеи.

— Только кого сами убили, — напоминаю я.

— Я прослежу, — заявляет Светка, уперев руки в бока, — чтобы лишнее не уволокли.

Оставляю блондинку следить за Айсменом, а сам подхожу к «норам». Сканирую на энергетическом плане. Мда, структура явно не хаотичная. Раньше бы я не заметил разницы от необезьяних «нор», но опыт не пропьешь, нынче вижу — эти явно искусственные. А теперь вопрос на миллион царских рублей — что же на другой стороне?

— Степняк, — подзываю казаха. — Ты за главного.

— А ты куда?

— Туда, — мотаю головой в сторону «нор».

— Ох, черт, так и знал, что ты так скажешь, — вздыхает Гриша. — Будь осторожен. У меня предчувствие, что неспроста они возникли прямо на путепроводе. Ведь по нему привозят много чего, в том числе и боеприпасы для гарнизона.

Я усмехаюсь. Казах даже не представляет, насколько глубоко глядит в корень.

Глава 19 —

Минер хрусталя

Как говорится, без разведки — бой вслепую. Поэтому первым делом засылаю в одну из «нор» Зубастика. Дракончик, раскрыв крылья, залетает в портал, и я осматриваю его глазами огромный мраморный зал с высоким потолком. Ого, какая зловещая атмосфера. Необычненько.

Откат достает даже Зубастика, что странно. Зверь судорожно машет крыльями, пытаясь прийти в себя. Мне приходится послать ему стимулирующий импульс, что дается больших трудов, но состояние дракончика стабилизируется.

— Зачем вы туда запустили зверя? — сзади меня раздается наглый голос Предякина. — Что делает Вещий?

Блин, мешает.

— Заткните его, — процеживаю я сквозь сжатые зубы.

Сразу же следует звонкий окрик Светки:

— Предякин, если не закроешься, я тебя вышвырну с путепровода. Не волнуйся, не будет никакой войны родов — мне простят. У нас спецпоручение от царских! Так что тихо собирайте свое мясо и идите на все четыре стороны.

Айсмен сразу замолкает, и больше я его не слышу. Всё же Соколова может приносить пользу. Так блефовать мало кто умеет…Хотя, может, она не блефовала.

Мне удается сосредоточиться на картине, представшей глазам Зубастика. Каменный зал явно находится в подземелье. На потолке висят тусклые магические светильники. Внизу грудятся пустые клетки, видимо, в них сидели бигусы. Среди клеток расхаживают низкорослые и коренастые гуманоиды. Судя по пышным бородам, это казиды. Широкоплечие коротышки сейчас машут топорами и пытаются загнать Зубастика обратно в портал. Видимо, посчитали его залётным зверем навроде воробья.

Подчиняясь моему приказу, дракончик возвращается обратно. Я же в задумчивости чешу подбородок. Вопрос стоит почти как у Шекспира: идти или не идти. Ну, коротышек с топорами всего штук пять. Так почему бы не прогуляться по-быстрому?

— Всё же идешь, — грустно вздыхает стоящий рядом Гришка.

— Ага, контролируйте «норы» на случай новых гостей, — бросаю я и, недолго думая, шагаю в ту же «нору», в которую отправлял Зубастика.

Напоследок успеваю услышать восклицание Предякина:

— Да вы шутите! Куда Вещий пошел⁈ Он же умрет!

Почему «умрет» я не стал разбираться. Потому что уже оказываюсь в подземном зале. Откат здесь, правда, в разы сильнее, чем обычно, но я был к нему готов, поэтому быстро принимаюсь выкачивать лишнюю энергию. Видимо, казиды специально усилили энергетический вброс рядом с порталом, чтобы легче было принять топорами незваных гостей.

Едва я вхожу в зал, как тут же приходится принять бой. Ну как бой? Благодаря Зубастику я уже запомнил, где стоят бородачи, поэтому подготовленные заранее пси-гранаты сразу летят во врагов. Почему во врагов? А кто еще будет выпускать кровожадных приматов в мой мир. Лишь враги. А врагам положена смерть.

Троих коротышек сразу убивает нервным шоком, еще двое некоторое время дрыгаются в предсмертных судорогах, что тоже хорошо — ведь я успеваю скачать их память. В первую очередь интересует, что это за место, кто еще может сюда нагрянуть, ну и чем тут можно поживиться: информацией, оружием, артефактами… А остальные сведения казидов просто откладываю на потом в ментальный ящик.

Итак, ответ на первый вопрос — Дом козы…тьфу, Казадом, Замок-В-Горе. Этот мраморный зал вырублен в толще скалы, ну и вообще весь замок тоже размещен внутри горы. Каменные своды держат толстые колонны.

А убил я только что простых стражников, которые должны были запустить бигусов в портал, а потом дождаться его отключения. Сама «нора» мигает в арке из прозрачного камня, похожего на хрусталь. Приходится прощупать его энергетическим сканером. Ого, прикольно: артефакт. Но очень большой, тем более он образует портал, значит, мне не унести его. Эх, печаль.

Я чешу подбородок в задумчивости. Здесь только одна «нора». Получается, есть еще шесть таких же переходов в чьи-то логова. А куда они выходят, интересно? Можно вернуться назад и заглянуть во все порталы. Но я решаю, что это ошибочная тактика. Лимит времени ограничен. Лучше разведать одну вражескую базу, чем просто поглазеть на все семь.

Решено — делаем. Поэтому в первую очередь я изучаю хрустальную арку. Энергия в ней буквально кипит. Дистанционных каналов управления нет, удаленно отключить телепорт нельзя. Значит, «нора» еще долго продержится.

Поэтому я смело шагаю к выходу из зала. Здесь на стенах начинает ветвиться вглубь коридора вязь рун. Это магическая сигнализационная система. Стоит чужаку переступить порог из зала, то сюда мигом сбегутся отряды казидов, что находятся на ярусе ниже.

Сигнализацию я обманываю, как нечего делать. Просто «включаю» Жору и высасываю энергию из рун, и всё, сигналка теряет подпитку. Правда, ненадолго — руны по цепочке подпитываются энергией, прямо как электрические провода. А стирать эти «граффити» нельзя — разрыв письменности вызовет тревогу. Но и ладно, я просто буду периодически опустошать руны там, где нахожусь, и так у меня самого не кончатся силы. Вот же казиды молодцы! Настоящие гостеприимные хозяева! Предусмотрели все удобства для гостей!

Я облачаюсь в доспех Тьмы с Покровом. Спокойным шагом ухожу по коридорам вглубь горы, по дороге вытягивая энергию из рун. Цель моего маршрута — оружейная — там уж точно есть чем поживиться. Также неплохо встретить по дороге кого-нибудь из казидов, ведь мне в первую очередь нужна информация.

Пара коротышек, правда, встречаются. Но это опять рядовые патрульные. Знают они не больше предыдущих. Поэтому я их даже не убиваю, а спокойно пропускаю мимо, на их счастье, ведь меня казиды не заметили, Покров отлично работает.

До оружейной добираюсь быстро, маршрут-то известен. Там приходится убрать дежурного. Ну как убрать — усыпить ментальным приказом. А затем минут пять точно я думаю, чтобы забрать из оружейной. В железных шкафах под замком хранятся отличные боевые топоры, только вот на кой мне топоры? Дрова колоть? Так у меня дом топится газом.

Нет, я бы и от топоров не отказался, если бы ничего получше ни нашлось. Но ведь нашлось — два деревянных ящиков с местным аналогом тротила. А именно взрывные хрустальные шары. Удобно использовать как гранаты: сдвинул плашку и бросил шар во врага. Ну один ящик мне дома точно будет не лишний, а вот второй можно и здесь использовать в благодарность за щедрое гостеприимство.

Хватаю оба ящика подмышки и топаю назад. Не забываю и питаться силой из рун. Честно говоря, я проникся некоторым уважениям к коротышам-казидам. Это сколько времени и сил нужно, чтобы отгрохать в скалах такие просторные залы и коридоры! Их упорство и талант внушает уважение. Причем даже обычные стражники и патрульные обладают большим спектром знаний относительно горных пород и производственных процессов по строительству шахт, в том числе подрывных работ. Вот именно последние мне сейчас и пригодятся. Без знаний казидов я бы не справился с задуманным, ну а теперь точно справлюсь.

Вернувшись в зал с порталом, я шустро принимаюсь распаковывать один из ящиков. Шустро, но осторожно. Хоть и скачал знания, как обращаться с хрустальными взрыв-шарами, но всё равно непривычно держать в руках эти красивые поделки, которые запросто примут в любом ювелирном магазине.

Знаете, в армии я никогда не служил минёром, но оказывается, подрыв это очень даже просто. Как и в любом деле — долго ли умеючи. Порядок действий небольшой. Обложить колонны артефактной взрывчаткой, установить таймер, затем плотно накрыть колонны со всех сторон широкими каменными щитами, чтобы взрывная волна ударила в колонны, а не разошлась по большому помещению, ну и собственно всё. На всё-про всё уходит минут десять.

Затем быстро подхожу к дверям. Руны на стенах уже успели напитаться энергией. Но я больше их не обесточиваю, а просто вхожу в поле видимости сигнализации. И буквально через минуту из глубин коридора раздается громкий топот десяток ног. Ага, казиды пунктуальны прямо, как стрелки часов.

Я быстро отскакиваю обратно к порталу. Успеваю мельком заметить, как низкорослые стражники наводняют зал, но дальше уже нет времени здороваться и общаться — ноги словно сами уносят в «нору». Я даже едва успеваю схватить второй ящик.

— Фух! Вернулся! — единым утробным криком встречают меня «Русичи».

Блин, почему они стоят так близко? По протоколу должны следить за «норами» на расстоянии. Как вернемся, заставлю заново учить инструкцию. Но это потом, а сейчас же я зычно кричу:

— Ложись!!!

Ну и сам, кувыркнувшись в сторону, подаю пример. А следом из моего портала раздается грохот камнепада и треск скалы. Наружу на путепровод летят осколки пополам с каменной крошкой и пылью. Ну а потом «нора» схлопывается, как карман.

И наступает тишина. Но никто не торопится вставать. «Русичи» послушно выполняют приказ, а я выжидаю, не последует ли боевой ответ из остальных шести порталов. Но нет, спустя некоторое время, они тоже закрываются. Что ж, таким образом кое-что я проверил. Между логовами Иномирянина явно налажена-таки связь.

Отряхиваясь, я поднимаюсь.

— Вольно, ребят, — громко бросаю, ну и сам подхожу к Лене и Лакомке, чтобы подать руку и помочь своим дамам подняться. Сражение отгремело, и теперь настало время быть джентльменом.

— Мать вашу! — орет спрятавший за рельсом Прядкин, то есть Предякин. — Вещий, что это было!

— Ты еще здесь? — я удивленно смотрю на Айсмена в ледяном доспехе, улегшегося на железном полотне. — Искра, а почему он не ушел?

— Да я выпроваживала его, — вздыхает Света, поднимаясь. Глядя на меня, ей руку подал Гришка, также он не забыл и про свою Адию. — А он всё доставал вопросами.

— Откат должен был прибить тебя, Вещий, — встает Предякин. — Как ты выжил?

— Артефакторика царских охотников, — пожимаю я плечами. — Но больше я ничего не скажу. Это гостайна. Мы выполняем поручение армии, так что если не хочешь себе проблем, советую унять любопытство. А также никому не болтать о том, что ты видел.

Совет еще как действует, и Предякин затыкается. Еще четверть часа группы поддержки будут заниматься выносом последних туш бигусов, но мы с «Русичами» это уже не увидим. Просто незачем. Дело сделано, можно и домой. Хотя нет, сначала заскачу к царским охотникам. Тем более, что и Степану будет интересны сведения, что я разузнал у казидов.

Диверсия успешно завершилась, и можно заняться теми воспоминаниями, что отложены в ментальный сундук.

Когда мы пешком добираемся через лес до трассы, к нашим внедорожникам, я бросаю альве:

— Лакомка, поедешь со мной к Невзорову.

— Хорошо, мелиндо.

Света бросает жгучий взгляд на улыбнувшуюся блондинку.

— Что еще за мелиндо?

— Это Даня, — отвечает Лакомка, одарив Соколову удивленным взглядом, мол, разве и так непонятно?

А Светка, поняв, что от остроухой она ничего не добьется, переводит взгляд на меня.

— А почему ты ее все еще называешь Лакомкой? Операция закончилась.

— Даже не знаю, — пожимаю плечами, направляясь к своей машине. — Наверно, мне так нравится.

— Что⁈ — сразу дымится Соколова.

Нет, а чего она ожидала? Убедительная же причина, и отлично ложится в легенду о безвеннице-мутантке.

— Ладно, всем пока, — я махаю рукой «Русичам». — Лена, сама доберешься?

— Да, не волнуйся, у меня же машина есть, — улыбается девушка. — Твоя машина ведь. И твой шофер. Удачи, Даня! Пока, Лакомка!

— Пока, Леночка, — отзывается альва.

Когда уже садимся в салон, слышим снаружи возмущенный голос Соколовой:

— Лена, а ты-то почему называешь ее Лакомкой? Мы уже не на охоте!

— Ну не знаю. Как-то само получается… — растерянно оправдывается моя девушка. А потом мы уже не слышим — Никитос газует и «Русичи» остаются позади.

У Степана мы сидим два битых часа. Есть о чем поговорить, ведь то, что я раздобыл у казидов наталкивает на некоторые мысли. Лакомку я же взял с собой, как специалиста по иномирянам.

Степан выслушивает историю о моих похождениях в Замке-В-Горе, а затем вздыхает, переваривая:

— Так ты говоришь, Даня, что этот Дом Козы…

— Казадом, — поправляю я отчима.

— В общем, эти бородатые недоростки подчиняются Иномирянину?

— Не совсем так, — возражаю я. — И даже совсем не так. У казидов есть король, а он уже заключил союзный договор с Иномирянином. Казиды называют его Странником.

— Странник? — переспрашивает Степан. — То есть он никакой не местечковый правитель с замком и челядью?

— Даже не близко. Похоже, что Иномирянин чуть ли не бродяга, — отвечаю я. — Казиды воспринимают его как странствующего старика в грязном сером балахоне с посохом. В таком образе он отпечатался в их воспоминаниях. Просто грязный старик без дома и постоянной прописки, но которого казиды немного побаиваются.

— Хм, и с чего ради этот бомж к нам прицепился? — удивленно чешет висок Степан.

Я пожимаю плечами и перевожу взгляд на Лакомку, авось альва вспомнит что-нибудь из своей долгой жизни. И блондинка не разочаровывает:

— Внешность бывает обманчива, мелиндо. Ты тоже выглядишь как пылкий юноша с горящим взором, но далеко не так прост. — Ого, да это же намек на то, чтобы меня раскусили. Впрочем, удивляться тут нечему. Лакомка очень прозорлива, несмотря на свою показную дурашливость. Но это только я не удивился, а вот Степан недоуменно смотрит но альву. Она же не развивает тему, а переходит к сути вопроса: — Некоторые древние и могучие существа с веками устают от мирское суеты и принимают скромное обличье. Скорее всего, под личиной старого бродяжки ходит великий маг или разумный зверь.

— Разумный зверь? — хмурится Степан.

— Как Змейка, только намного старше и сильнее, — поясняет альва.

Мы со Степаном переглядываемся. Мда, есть над чем задуматься. Враг полностью новый, неизведанный, и непонятно, что у него в голове творится. С обычными людьми всё ясно: им бы дорваться до власти, денег и силы. Со аномальными зверями в принципе тоже — они просто хотят тебя сожрать. Астральные твари и даже Демон Бехема из той же оперы. А вот зачем до нас докопался древний иномирянин, который сознательно бродяжничает и носит нестиранный балахон? Загадка-а-а.

Больше обсуждать по сути нечего, поэтому мы с Лакомкой отправляемся домой. В машине я поворачиваюсь к альве.

— Значит, далеко не так прост? — усмехаюсь.

— Конечно, мелиндо, ты не просто выглядишь юношей, — белокурая чертовка пододвигается ко мне, обольстительно изогнувшись. — Ты и есть юноша. Но ведь не только он.

— А кто же еще? — уточняю.

— А я не знаю, — пожимает она плечами. — Это лишь мое предчувствие.

— Хорошо, — принимаю ответ. — Но на будущее: больше не поднимай подобную тему при посторонних, даже при родственниках. А то они напридумывают невесть что.

— Поняла, — Лакомка виновато опускает лицо. — Прости, пожалуйста. Да, зря я ляпнула это при Степане — он слишком сильно удивился моим словам.

— В этот раз ничего страшного не произошло, — я откидываюсь на спинку сидения, и альва тут же прижимается к моему боку как кошка. — Степан все равно списал это на твою необычность и претенциозность.

— Я готова понести наказание, мелиндо, — томно шепчет Лакомка мне в ухо, едва касаясь его губами.

— Ночью и понесешь, — киваю. — Но до ночи еще полно времени.

— И правда, — вздыхает блондинка, вернувшись мыслями в повседневную суету. — Надо еще заглянуть в лабораторию, Кира должна была оставить результаты пробных тестов нового эликсира.

По приезду домой мы расходимся по делам. Я ухожу в подвал и «включаю» Дубного. Надо ведь прокачивать командира-легионера. Точнее, пускай он сам себя прокачивает — все медитативные техники я вложил ему в память, — мне же нужно и про себя не забывать. Ведь я собираюсь поступать на факультет Телепатии, а значит нужно не упасть лицом в грязь при поступлении. Нет, силы мне не занимать, но вот теорию лучше бы подтянуть. А то я даже не знаю многие термины. Благо, в памяти покойного Зябликова должно отыскаться прилично голой матчасти.

Раздается стук в дверь.

— Шеф, не занят, — звучит робкий голосок Софии. — Тут на домашний телефон позвонили, срочно тебя просят…

С неохотой отрываюсь от медитации и встаю. Перед занятиями я всегда запираю дверь на замок, а то мало ли кто заглянет.

Когда распахиваю дверь, Целительница с любопытством заглядывает мне за спину. Ничего подозрительного, конечно, не находит. Сейчас там более-менее прибрано и нет черных опалин, булыжников и прочих следов неположенных телепату техник.

— Что такое, София Александровна? — я подтруниваю над любопытством своего медика. — Хотите со мной еще и на медитативном коврике позаниматься?

Она мигом краснеет и отскакивает от двери, как ошпаренная.

— Ну уж нет. Мне хватает силовых тренировок с вами, Данила Степанович, — и демонстративно подняв подбородок, важно уходит.

С ухмылкой проводив ее фигуру, я поднимаюсь в свой кабинет, где и беру телефонную трубку.

— Вещий слушает.

— Данила Степанович, это Георгий Гошкин. У меня к вам деловое предложение. Не могли бы вы встретиться в среду в три часа дня в ресторане «Кремль».

— Я буду, — коротко бросаю и кладу трубку.

Я даже не стал уточнять предмет разговора. И так понятно, что встреча будет интересной. Ведь Гошкин — один из «Хозяев».

Наконец-то Недежка созрел на новый удар.

Глава 20 —

Расправа над Хозяевами

На следующий день я всё же решил заглянуть в школу. До встречи с Гошкиным времени полно, а Сергей Сивых без меня знает, что да как подготовить к встрече. Кстати, как вчера выяснилось, Гошкин позвал не только меня, но и Енеревых. Поэтому в «Кремль» также приедет Эльдар. Так что будем вместе общаться с марионеткой Недежки.

Дома же делать нечего. Медитации надоели, надо бы от них отдохнуть. Чертог Фауста еще строится: недавно началась внутренняя отделка, самая важная часть для проведения обряда. Все эти эркеры, ниши и колонны с пилястрами мало того, что должны точно соответствовать чертежу, но еще выполнены с должной искусностью. Каждая открытая балка исчерчивается сложной вязью рун, которые мне после росписи надо будет еще проверять и проверять. Ошибки недопустимы, иначе не выйдет никакого слияния.

— Слышали новость? — отрывает меня от размышлений голос Камилы, которая только что умяла яблочный пудинг. — В Будовск приехал Глеб Михайлович.

Новость интересная, правда, только для меня. Никто из друзей за обеденным столом не заинтересовывается.

— Великопермский? — переспрашиваю я, повернувшись к Камиле.

— Да, младший княжич, — кивает брюнетка. — Говорят, князь послал его присматривать за Будовском.

— А если точнее — то за нашей коалицией, — вздыхаю. Михаил Ермолаевич, конечно, нашел, куда пристроить сынка. Нет, чтобы прислать кого-нибудь более нейтрального.

— Даня, думаешь, это связано с разделением дворян на «Мстители» и «Хозяева»? — спрашивает Лена.

— Точно с этим, — киваю. — Но пользы от Глеба Михайловича мы точно не дождемся, а вот вреда запросто.

— Даня, ну ты что-то предвзято относишься к княжичу, — вставляет Света. — Я, конечно, понимаю, ты теперь московский дворянин, но уж не забывайся, пожалуйста. Великопермские разрешили тебе дальше охотиться в Будовске, а ты так непочтительно отзываешься о княжеской семье.

Вот и наглядная демонстрация сословного поклонения. Но я не осуждаю Соколову: как воспитали так воспитали, да и ничего плохого я не вижу в уважении к высшим лицам, наделенным властью. Это разумно как минимум с позиции собственной безопасности. Просто Светка опять меня неправильно поняла.

— И вовсе не о княжеской семье, Свет, — отрекаюсь я от обвинений. — Просто я лично сталкивался с Глебом Михайловичем во время спора с Недежкими. И надо отметить, княжич не демонстрировал объективного отношения к вопросу.

— Ну если что пойдет совсем не так, — замечает Гришка, — то твой отчим просто накатает жалобу к князю. Михаил Ермолаевич в отличие от сына точно рациональный человек и не допустит, чтобы всё в Будовске полетело к чертям, иначе у него просто заберут «норы».

— Это да, — соглашаюсь. — Хотя это не отменяет того, что у «Хозяев» появилась более лояльная власть на местах.

— Даня, а сегодня едем охотиться? — спрашивает Лена.

— Нет, не получится, — вздыхаю. — У меня назначена встреча в «Кремле».

— С кем это? — сразу настораживается Светка. — Уж не со своей ли любимой безвенницей?

— Соколова, ты вроде бы Светлана, а не Варвара, — усмехаюсь я. — А нос у тебя такой же любопытный.

Меня одаривают злым взглядом, но так как эффекта ноль, блондинка, фыркнув, демонстративно отворачивается к своему салату с помидорами и оливками.

— В «Кремле» очень вкусное блюдо из трески, Даня, — тихонько замечает Камила, при этом хитро улыбнувшись. Брюнетка-то в курсе, на встречу с кем я еду в ресторан, ведь ее брат тоже там будет. Но ничего не говорит нарочно, явно чтобы позлить Светку.

— Ладно, пойдемте на урок, — встаю я с подносом в руках. Хоть Света и не угадала с целью посещения ресторана, но не вижу смысла оправдываться. Ведь я, правда, мог бы запросто туда поехать и с Лакомкой, почему нет? Да и вообще очень странные обиды у блондинки. Интересно, перед мужем она будет устраивать такие же концерты? В нынешнем обществе заводить безвенниц — это распространенная практика, и у дворянских жен непринято испытывать к ним ревность, а Соколова мне даже не невеста, да куда там — даже не девушка!

Уроки быстро пролетают. Может, потому что я не акцентирую внимания на предметах. Мои мысли летают вокруг «Хозяев» и приехавшего Глеба Великопермского. Ох, неспроста княжич объявился. Затевается что-то неприятное. Опять придется мараться. И всё бы ничего, но если княжич, правда, участвует в сговоре с Недежкой, то когда заговорщиков не станет, мне придется столкнуться с гневом князя Великопермского, а этого бы хотелось избежать, конечно.

— Данила, не мог бы ты решить двадцатый пример, — просит Антонина Павловна, заметив мой отсутствующий взгляд.

Ну что ж, сам виноват. Нечего игнорировать столь шикарную женщину. Теперь вот радуй ее решением задачи повышенной сложности.

У доски я стою ровно пять минут. После моей победы над примером по комбинаторике я удостаиваюсь от учительницы прощающей улыбки и возвращаюсь на свое место. Ну и больше не отвлекаюсь, чай не дурак. Так что из всех уроков сегодня мне запоминается только алгебра, спасибо нашей классной руководительнице, и ей даже не понадобились для этого пилон с подиумом.

А после уроков Никитос отвозит меня в «Кремль». Ресторан открылся совсем недавно, уже на гребне волны хлынувших в Будовск денег. Владельцы москвичи, отсюда, видимо, и яркое столично название. Здесь не то, что пафосно, совсем даже нет, но в каждом элементе чувствуется лоск и дороговизна, и ценники не исключение. Потому и люди сюда ходят очень даже знатные, а зачастили в «Кремль» именно пермяки.

* * *

После уроков Света, выждав немного, бегом несется на парковку. «Русичи» звали ее в манеж делать домашку, но она отказалась. Какая еще домашка, когда этот Вещий встречается неизвестно с кем!

На парковке машины Данилы уже нет. Света поджимает губы. Значит, уехал на свидание с кем-то. А вот с кем? Неужели со своей остроухой мутанткой? А может с новой пассией? От Вещего с этим не заржавеет.

Запрыгнув в «Чайку», блондинка велит водителю:

— В ресторан «Кремль».

* * *

В ресторан я приезжаю вторым. Когда хостес провожает меня в просторный зал, Эльдар встает из-за столика с белой скатертью и приветственно протягивает руку.

— О и мой партнер прибыл, — наследник Енеревых улыбается фирменной лисьей улыбкой. — Или правильнее будет сказать — соратник! Только нашего супостата нет еще.

— Разве? — пожимая руку, я с намеком киваю на сидящих вокруг гостей. Как минимум трех «Хозяев» невозможно не узнать — люди наглые и порядком нашумевшие в моем городе. — Мне, кажется, супостатов здесь выше крыши.

— Но они же пока еще себя не объявили, — пожимает плечами Эльдар, давая понять, что тоже понимает, в чьем окружении мы находимся. — Но, если угодно, назовем отсутствующего Гошкина вражеским глашатаем.

— Думаю, глашатай подходит, — я усаживаюсь и наливаю в стакан воды из стоящего на скатерти графина.

Эльдар смотрит с неодобрением на мои действия.

— А если отравлено? — тихо произносит. — Многовато здесь недругов.

— Тогда у нас появится повод взять «Хозяев» за жабры, — усмехнувшись, делаю я глоток. Вода, кстати, не отравлена — кровник Егор уж проверил.

Подумав, Эльдар снова усмехается.

— Молодость — пора безрассудности, — он отодвигает руку от кувшина. — Я, к сожалению, уже не болею этим веселым недугом.

— Много гвардейцев взял? — спрашиваю, сбавив тон.

— Два десятка, — так же тихо отвечает Эльдар. — А ты?

— Десяток. Припарковались возле ресторана, — киваю. Но этот десяток вооружен ракхасскими артефактами, которыми уже научился орудовать. Так что парни — реальная боевая сила не хуже магов.

— Маловато, — наследник Енерев, конечно, не знает об этом.

— Царские охотники также на подхвате, но их автобус встал через квартал.

— А это уже другое дело, — воодушевляется Эльдар и довольно откидывается на спинку стула. — Может, пока Гошкин не приехал, обсудим наши дела?

— Какие? — Он что, хочет имитировать деловой разговор? Нафига?

— Меня беспокоит то, что оптовая цена на мясо упала, — всерьез заявляет наследник, как будто сейчас самое время обсуждать ценник за килограмм чихуястреба. — Морозовы серьезно снизили предлагаемую стоимость.

— Ну а что ты хотел? — недовольно объясняю. — Мяса нынче много. «Норы» открываются чуть ли не каждый час. Еще, говорят, и в Аномалиях мощный приток зверей. Рынок льется, Эльдар. Как прежде, уже не будет.

Лично я это понял давно, а потому времени не терял и инвестировал в десятки традиционных проектов, как гостиницы, рестораны, кинотеатры. Ну и санаторий Алабмаш сюда же в копилку.

— Да, но Морозовы слишком сильно сбавили…

— Слушай, мы сейчас не будем это обсуждать, — я красноречиво качаю головой в сторону «Хозяев» за столами рядом. — Надеюсь, понятна причина?

— Теперь понимаю, — Эльдар широко улыбается, глядя в ту сторону, куда я кивал. — Причина довольно стройная и длинноволосая.

Чего? Оборачиваюсь — а там рядом с хостелом стоит Светка в школьной форме. Блондинка смотрит на Эльдара, но стоит мне на нее глянуть, как она втягивает голову в плечи, спешно разворачивается и идет к дверям.

— Кажется, сударыне не понравился интерьер, — иронизирует Енерев.

— Просто у кого-то шило в одном месте, — вздыхаю я.

С неохотой поднимаюсь и, игнорируя ухмылку Эльдара, догоняю Свету.

— Стой, Соколова.

— Данила? — делает она удивленные глаза. — Какая встреча… а я тут должна была увидеться с подругой…Но ее что-то нет, наверное, не смогла прийти. Пойду тогда я тоже.

— Никуда ты уже не пойдешь, — закатываю я глаза. — Только разве что за наш стол.

— Ну я не знаю… — начинает она ненастойчиво ломаться. — У тебя же, видимо, деловая встреча…

— Соколова, давай резче, — бросаю я быстрый взгляд на «Хозяев» за столами.

— Ну раз ты просишь, — пищит она, засмущавшись. — А я не помешаю вам?

— Куда еще больше помешать, — со вздохом я отворачиваюсь. Больше не глядя на девушку, я шагаю обратно к столу и занимаю свое место. Вскоре к нам присоединяется и Света.

— Здравствуйте, Эльдар Альбертович, — робко приветствует Света наследника Енеревых.

— Добрый день, Светлана Дмитриевна, — кивает ей Эльдар и, не убирая улыбки, переводит взгляд на меня. — Данила, ты уверен, что сударыне лучше сейчас быть с нами?

— Здесь для нее безопаснее, — отвечаю, и блондинка удивленно округляет глаза. Ага, вляпалась ты по полной программе, Светка. Нет, чтоб дома сидеть, решила в шпиона поиграть.

Соколову видели «Хозяева», а неизвестно, сколько вокруг ресторана засело их гвардии. Плюс где-то шастает опаздывающий Гошкин. Пока Соколова со мной, я смогу проследить, чтоб ее не тронули. А вот стоит ей выйти, и черт знает, нападут на нее или нет. Наверняка, блондинка приехала с одним водителем, который небольшая помеха для вражеского отряда.

— Даня, что происходит? — тихо шепчет Света, только сейчас заметив «Хозяев», неприкрыто глазеющих на нее.

— У нас переговоры с марионеткой Недежки, — поясняю. — И они точно выйдут жаркими.

— Недежки⁈ — опешила девушка. — Но ты же говорил, что встречаешься в ресторане со своей безвенницей!

— Соколова, — у меня даже сил нет злиться. — Когда я такое говорил? Ты случайно не приписываешь мне свои же слова?

— Мог бы раньше всё объяснить, Даня, — дуется она, скрестив руки на груди. — Тогда бы и я не мешала вам.

Оказывается, я виноват. В этом вся Соколова. Интересно, а почему, по ее мнению, я должен был с ней делиться, куда направляюсь? Ну да ладно, не будем погружаться в полемику, а то Эльдар достал улыбаться, как кот в сметане, слушая нашу беседу. Не для его потехи мы здесь. Да и Соколову уже не выпроводить.

Наконец в дверях появляется тот самый Гошкин, что собрал нас с Эльдаром. Непримечательный мелкий дворянин, да и доброотряд у него слабый и никчемный. Он явно здесь как посыльный Недежки, и никак не больше.

— Господа, простите за опоздание, — подбегает Гошкин к нашему столу. У свободного стула он застывает, увидев блондинку в школьной форме. — Сударыня?

— Как видите, нас было кому развлекать без вас, — замечаю я и представляю девушку. — Это Светлана Дмитриевна Соколова. Здесь она присутствует как отвлеченное лицо и не будет вступать в диалог. Надеюсь, вы не против.

Гошкин уверяет, что не против. Он садится и начинает путанно рассказывать о том, что хочет купить часть наших с Енеревыми активов. У меня он позарился на акции строящейся мегагостиницы «Цитадель», а у Енеревых на что-то там другое.

— Очень странно, что вы вызвали меня и Енеревых вместе и… — я не успеваю договорить, как замечаю на лбу Гошкина красную точку. Тактическая мишень от лазерного прицела! Снайпер!

— Искра, доспех! — гаркаю я и резко бью раскрытой ладонью в лицо Гошкина. И тем самым спасаю ему жизнь.

Сильный удар отбрасывает дворянина назад к стене, он падает и переворачивается, а снайперские пули тем временем разбивают столешницу. Эльдар со Светой мигом облачаются в стихийные доспехи, ну а я спешу отскочить за их спины, чтобы убраться из поля видимости стрелка.

— Атака! — вопит вскочивший из-за ближайшего стола «Хозяин». — Все видели⁈ На нашего союзника напали! Договор коалиции требует нашего заступничества! Убейте мерзавца!

Ну вот и объявился вражеский агитатор. В общем, понятно. Снайпер должен был прихлопнуть Гошкина, а из нас с Эльдаром бы сделали козлов отпущения, и это послужило бы поводом для атаки остальных «Хозяев».

Я немного изменил ситуацию — спас Гошкина, но одновременно заехал ему по морде, и «Хозяева» решили использовать это в свою пользу. Теперь битвы не избежать. А кто ж собирается?

— В бой! — кричу я своим. — Пробиваемся к выходу!

«Хозяева» уже облачились в доспехи. Оказалось их больше, чем я сначала заметил. Явно тут не только дворяне, но и несколько их гвардейцев. Все высокоранговые, может, даже Мастера. Недежка уже научен горьким опытом, как со мной связываться, а потому, послал не слабаков.

Посторонние гости с криками разбегаются, оказавшись как между молотом и наковальней.

Пускай врагов и больше, но первый удар всегда за телепатом. Ведь нет ничего быстрее мысли.

Поверх голов союзников я швыряю пятерку пси-гранат. Одновременно в моей правой руке возникает пси-клинок.

Ментальные взрывы бьют по нервам «Хозяев». Не всех, конечно. Остальные пытаются обстрелять нас огнем, молниями и камнем.

Быстрым движением я уже активировал артефактное зеркало в кармане пиджака. Поэтому вражеские атаки просто отлетают от вспыхнувших перед нами зеленых щитов. Жаль, что и зеркало треснуло. При массированном обстреле этот артефакт, считай, что одноразовый.

— Вау! — офигевает Светка от увиденного. Одна молния отскочила прямо перед ее глазами.

— Чего встали⁈ Это разовая акция! Вперед! — подгоняю я блондинку с Енеревым. Конечно, у меня есть еще пара зеркал, но зачем им эта лишняя информация?

Эльдар со Светой накидываются на ближайших двух врагов. А те и ответить не могут — пси-взрывы раскидали и временно остановили их. Огнешары и смерчи доделывают начатое. Но за убитыми наступают новые противники. Слишком их много.

Мне приходится повторить бросок, но задеваю пси-гранатой только одного. Остальных не достать, иначе задену Свету и Эльдара. В помещении надо быть осторожнее с объемной псионикой, а то можно ж всех положить — и чужих, и своих.

Чертовы перепонки на пальцах! Где носит моих гвардейцев⁈ Они уже должны были вломиться сюда и всех тут разнести!

Тут как по заказу, за окном гремит какофония звериных звуков — рычание, визгливое улюлюканье, прерывистый вой. Бигусы. Причем тварей на улице явно очень много. Понятно, гвардии есть чем заняться. Ну ничего, с ними же рядом царские охотники. Надеюсь, они устоят.

Ладно, сами так сами. Активировав новое зеркало, я бросаюсь на врагов.

Глава 21 —

Обезьяний коллапс

— Полковник, ЧП! — тяжело дыша, царский охотник врывается в кабинет Степана. — Прорывы!

— Где⁈ — хмуро бросает глава гарнизона Будовска.

— Везде, — как на духу выдает служилый. — «Норы» по всему городу: Южный парк, Речной квартал, Монарший… Также много за городом на западе — в районе размещения дворянских гвардейцев Вещих, Соколовых, Енеревых, Фиткиных.

— На «Мстителей» нацелились, значит, — Степан сжимает кулаки. — Приступаем к плану «Отпор» срочно. Поднимайте рать, объявляйте созыв родов. Каждому дворянину выделить по участку — донести через все виды связи. Иди!

— Есть! — охотник мигом уносится.

Степан тоже уже вскакивает из-за стола, чтобы бежать в рубку главного пользования, и оттуда контролировать защиту секторов.

В кармане брюк звонит мобильник.

— Да? — быстро пересекая коридор, полковник принимает звонок.

— Соколов беспокоит, — раздается в трубке встревоженный голос Виталия, «главного сокола». — До Данилы не могу дозвониться, а вопрос срочный. Только что «Хозяева» объявили нам войну.

— Нам?

— «Мстителям». За убийство какого-то Гошкина. Мой дом в осаде. Мы бы, конечно, и сами отбились, но «норы» открылись чуть ли не в стенах нашей гвардейской базы, бойцы заблокированы, дорога к трассе перекрыта стадом зверей.

— Помочь не могу, — вздыхает Степан. — Сейчас в первую очередь я должен заниматься обезьянами — твари наводнили весь Будовск. Тем более «Хозяева», наверняка, напали и на дом Данилы. Сами продержитесь хотя бы день?

— Постараемся, — в голосе у Виталия не чувствуется убедительность.

Едва Степан вешает трубку, как снова звонят.

— Да кто еще! — не выдерживает полковник раздраженного окрика.

— Его Сиятельство княжич Глеб Михайлович Великопермский, — отвечает ему молодой наглый голос. — Проявите уважение, полковник.

— Чего хотели, княжич? Город штурмуют бигусы, мне некогда лясы точить, — Степан почти сбрасывает сопляка с провода.

— Верно, занимайтесь своими зверями, — дерзко бросает ему Глеб.

«Своими⁈ — думает Степан. — Твари наводнили город твоего отца, сопляк!»

— Вы бы тоже могли поучаствовать, — полковник с трудом сдерживается. — Например, запретить «Хозяевам» устраивать междоусобную грызню посреди войны с иномирянами.

— Это уже мне решать, — дерзит ему княжич. — Ваше дело — защищать княжество моего отца от аномальных приматов, вот и занимайтесь, чем вам положено.

— Ты меня будешь еще учить, соплежуй хренов⁈ — рявкает Степан, не выдержав, да и плевать, будет он еще терпеть бездарного молокососа. — А сам не хочешь поднять задницу и приструнить чертовых «Хозяев», чтобы они тоже делом занялись вместо того, чтобы грызться со своими, а⁈

— Полковник, на коалицию «Хозяева» первым напал Данила Вещий, — язвительным тоном сообщает княжич. — Поэтому они вправе ответить ударом на удар Вещему и всем его сообщникам. Как смотритель от князя я ставлю вам ультиматум: не смейте им мешать, иначе буде…

— Я не буду им мешать, — зычно прерывает полковник. — Знаешь почему, соплежуй обоссанный?

— Как вы со мной…

— Потому что Данила Вещий порвет твоих «Хозяев» как Тузик грелку. Я тебе обещаю, мой сын прикончит всех твоих шавок. Зря они на него полезли, не по зубам косточка. А потом, когда мы порвем и бигусов, то настанет твой черед, соплежуй. Пойдешь под трибунал, гаденыш, за то, что поощряешь дворянскую грызню во время вражеского штурма. И твой князь-отец тебя не спасет, падаль.

Глеб сбрасывает трубку, и Степан, хмыкнув, продолжает путь в пункт управления. Как только он разберется с обезьянами, то покажет этому сопляку как ставить ультиматумы царским охотникам.

* * *

Я прыгаю вперед.

Перед моими глазами Светка схватывается в рукопашке с другим огненным магом. Оба в доспехах из пламени. Я оказываюсь рядом, пси-клинок вонзается в плечо огневика, и он с криком отшатывается. Через клинок его энергия поступает в мой накопитель. Тут же Света бьет пламенный хук в челюсть, и доспех без подпитки разлетается, а маг умирает.

Одновременно справа в меня летят ветряные копья другого противника. Активируется зеркало, и атака глушится вспыхнувшим зеленым щитом.

— Как ты это сделал⁈ — удивленно вскрикивает блондинка. Как будто, правда, рассчитывает на ответ сейчас.

А я, отвернувшись, швыряю пси-гранату в воздушника, ну и тот резко хватается за шлем и падает на пол, еще и катается в судорогах и визжит, как истеричка на расставании с парнем. Быстро же проняло! Значит, всего лишь Воин, не освоивший антипсионическую защиту. Добиваю его еще одиночной пси-стрелой, которая спокойно проходит сквозь ветряной шлем мага.

Затем намного больше сил уделяю каменщику. Тот оказывается крепким к псионике — брошенная пси-граната лишь его пошатывает.

— Накрой его! — кричу я блондинке.

Светка обрушивает на каменщика каскад пламени, и это дает мне возможность подобраться ближе и обмотать гранитный шлем пси-хлыстом, на а дальше очередь разрядов и следом высасывание энергии, что и добивает здоровяка.

Эльдар тоже расправляется со своим противником — крепким молниевиком. Еще двоих кислотников все вместе добиваем быстро. И мы остаемся втроем среди кучи разбитой мебели и трупов. Разве что только снайпер еще постреливает, причем именно по мне. Но вспыхивающий зеленый щит отлично останавливает одиночные выстрелы. Причем заряд артефакта практически не тратится, ведь это не массированный обстрел шестерых Мастеров, а всего лишь свинец. Поэтому я не обращаю внимания на старания стрелка.

Зато Светка продолжает таращиться на меня сквозь пламенную маску шлема.

— Да чему удивляешься? — хмыкаю. — Я же тебе отдал такие же зеркала. Тоже могла бы использовать.

— Ну я их еще не смотрела, — мнется блондинка. — Передала гвардии, чтобы разобрались.

— Зато фонарик-браслет сразу нацепила, — качаю головой. Эх, женщины. Прагматизм — это не про вас. — Ладно, выдвигаемся на выход. Идите вперед, я за вами.

Не забываю прихватить и Гошкина. Всё же этот запрятавшийся под стол дворянин с разбитым носом — доказательство моей невиновности в атаках на «Хозяев».

С Гошкиным не вожусь. Просто втыкаю ему в плечо пси-стрелу, и использовав конструкт как проводник, разрушаю пси-щиты и программирую дворянина следовать за мной.

Эльдар со Светкой, не снимая доспехов, шагают в холл, затем приближаются к двери. Позвонить бы гвардейцам да связь не ловит, явно в ресторане глушилки. Я пытаюсь просканировать ситуацию на улице, но там много энергетического шума от магических атак и, видимо, фонящих «нор». А ментальное сканировние тоже не получается — видимо, люди Недежки использовали вокруг ресторана каки-то псионические глушилки. Неплохо подготовились брать телепата. Я о таких штуках не слышал, но Странник мог и поделиться с земными прихвостнями иномирскими побрякушками. Одно точно — рычащих звуков снаружи нет, а это уже хорошо.

Выходим на улицу и облегченно улыбаемся. Ближайший тротуар и дорога буквально завалены трупами– настоящие горы мертвецов, прямо по уровень крыльца, к счастью, только приматов, ни одного человеческого.

А чуть поодаль гвардейцы и царские охотники добивают остатки рогатых обезьян. Причем мои неплохо так орудуют огнестрелом вместе с артефактами. Успокаивающе стучит свинцовая очередь станковых пулеметов и автоматов, иногда вспыхивают зеленые щиты зеркал и синие всполохи громобоев — тоже артефакты атакующего рода. Последние приматы умирают штабелями.

Кстати, а снайпер вот затих. Либо уже сняли, либо сам сдристнул.

— У тебя впечатляющие бойцы, Данила, — замечает Эльдар, глядя на работу моих людей. — Держатся очень слаженно и убивают быстро. Браво!

Это точно. Причем парни вроде даже не устали. А вот гвардейцы Енеревых едва на ногах держатся, да и от их двух десятков, дай бог, восемь осталось.

У моих же потерь нет. Полный десяток забрызганных звериной кровью молодцов. Серега Сивых натаскал парней как надо. Хоть отправляй их одних на зверей вплоть до желтого уровня. Не пропадут.

До нас доносятся команды Студня, стоящего в отдалении:

— Десятый, заканчивайте со зверями. Буденый, Карп, идем в ресторан за шефом, — Студень оборачивается к крыльцу и застывает. — О, шеф, вы уже здесь! — он быстрым шагом приближается — идет прямо по обезьяньим трупам. — Простите, что не явились в ресторан на выручку. Нас завалили зверями, — выглядит он ничуть не расстроенным. Знает уж, что шеф у него не лыком шит, и пятерка Мастеров для него проблема.

— Я вижу, — киваю. — Боеприпасы остались хоть?

— Практически пустые, — разводит руками гвардеец. — Пришлось у царских брать патроны взаймы, благо они взяли с запасом.

Это точно. Ладно, надо связываться с Серегой, Степаном, Лакомкой и союзными дворянами. Чувствую — началось Вторжение-Два. Причем в этот раз враг, нахватавшись опыта, должен действовать умнее. Но и мы тоже знаем, где и что урвать. Активы тех же «Хозяев» послужат неплохой компенсацией за сегодняшнюю наглость.

Сначала уточняю про снайпера. Студень говорит, что сняли сразу, как руки свободные появились. Ну и отлично.

Пока Студень связывается с Серегой, я набираю Лакомку:

— Вы как там?

— Очень хорошо, мелиндо, — беззаботно отвечает альва. — Правда, дом в осаде. Не выйти в лесок, грибы и ягод не пособирать.

Ничего себе «очень хорошо». Слово за слово я убеждаюсь, что «гарем» — по-другому и рад бы назвать всех женщин в своем доме, да не знаю как — правда, в порядке, затем велю передать трубку начальнику службу безопасности особняка.

— Докладывай по существу.

— Шеф, значится, меньше часа назад нагрянули гвардейцы Недежки, Бедяжкина и прочих пермяков. Гаубицы и пулеметы привезли. Мы сразу ушли в оборону. Обороняемся, значится… Артефактные щиты включены, держат отлично, ни один снаряд не пролетел. Ведем тактику «подождать-ударить», значится. Как только затихают обстрелы, сразу бьем единым залпом из турелей и снова в оборону. Вывели из строя уже две расчетные бригады, значится. Готовы дальше стоять, значится.

— Молодцы. — Что тут еще сказать? Лакомка не преувеличила. И, правда, очень хорошо. — Девушек береги, главное.

— Так точно. Они в подвальных комнатах все.

— Дай Змейку.

Через десять секунд раздается шипящее:

— Мазака, ррвать врррагов, фака!

— Да, знаю сам, что ты не усидишь на месте, — киваю. — Только при вылазках будь максимально осторожна. А еще в моем сейфе лежат неплохие ювелирные украшения. Их тоже прихвати, а то без подарков нехорошо отпускать гостей.

Следующие пять минут даю Горгоне инструкции, как использовать эти самые украшения, и она довольно мурлычет от радости, что ей разрешили прогуляться.

Завершив звонок, оборачиваюсь к Студню, стоящему с мобильником возле уха:

— Дозвонился до Сереги? Почему он не спасает моих женщин?

— Шеф, у стен базы открылись «норы», — Студень отрывается от разговора. — Наших заблокировала орда бигусов, не прорваться на трассу. А еще, говорит, такие же прорывы у Соколовых и Енеревых.

— Дай сюда, — протягиваю я руку и гвардеец передает мобильник.

Минуты две выслушиваю доклад от Сереги. Ну да, кругом прорывы тварей. Причем самые мощные эпицентры рядом с гвардейскими базами «Мстителей», а тем временем войска «Хозяев» пытаются захватить наши дома под предлогом мести за убийство Гошкина, который вот же стоит живой, невредимый, только разве что хлюпает разбитым шнобелем.

Что ж, Недежка хитро придумал. Ну или не Недежка, а Странник, неважно. Только бомж с посохом не учел того, что я не собираюсь играть по подсунутым правилам. Понятно, чего от меня ожидают. Но мои гвардейцы выдержат натиск, дом устоит под осадой, поэтому мне нет необходимости бросаться сломя голову им на выручку. Зачем? Лучше я нагряну к сволочи, что давно мне пакостит. Стоит его прибить, и его бойцы сами сдадутся. Так что решено — лечу в гости к Недежке.

Я приказываю Сереге:

— Пришли Зубастика в ресторан «Кремль».

— Понял, шеф.

Сбросив звонок, оборачиваюсь к Свете и Эльдару. Наследник Енеревых всё еще общается с родными, и это явно тяжелый разговор — даже пропала его фирменная лисья ухмылка. А Светка так вообще застыла со слезами на глазах, взгляд красавицы безучастно смотрит в пустоту.

— Что случилось, Свет? — подхожу я к боевой подруге.

— Мне папа сказал не возвращаться домой, а остаться с тобой, — растерянно произносит блондинка. — Он сказал, что, возможно… — слезы стекают по ее щекам, — … возможно, наш дом уничтожат… Потому что бигусы заблокировали гвардейскую базу, и выручки не прибыть.

Ах, вот в чем дело. Не только мой дом взяли в клещи. Похожую тактику Недежка применил к Соколовым, да и ко всем «Мстителям», скорее всего, тоже. Только вот у других дворян нет столь мощных защитных артефактов, как ящики глоубов и шаманские бусы-черепа, потому им приходится намного тяжелее.

— Сейчас решим вопрос, — бросаю Свете. Отхожу от удивленно посмотревшей на меня блондинки, чтобы позвонить отчиму.

Степан берет буквально сразу.

— Даня, наконец! Мне тут паскуда Глеб Великопермский звонил. Говорил, что ты убил какого-то Гошкина.

— Да нет, вот он живой стоит, — я оглядываюсь на зомбированного дворянина. — Это как раз «Хозяева» его хотели убить, но не вышло. В общем, есть официальный повод прихлопнуть Недежку, и я им воспользуюсь. Но звоню тебе не поэтому.

— Твой дом осадили, знаю, но у меня люди все заняты, бигусов ведь надо бить. Но артефакты же держат хорошо, и дом пока терпит.

— Да в курсе. Мои выдержат, а вот Соколовы, да и прочие, не факт. Не поможешь нашим соратникам, па?

— Дань, режешь по сердцу, — вздыхает Степан. — Сам понимаю, но не могу я сейчас сражаться с дворянами, и неважно, какие они сволочи. Надо от обезьян город спасать, иначе под трибунал меня отдадут.

— Так и спасай, — обстоятельно разжевываю план. — Обезьяны ведь напали также и на гвардейские базы «Мстителей». Чем не повод отправить туда десятки доброотрядов? Отобьете базы, и гвардейцы смогут отправиться на помощь в дворянские резиденции. И союзникам поможем, и бигусов прорежем.

— Хм, а это идея! — голос Степана становится бодрее. — Тогда да, сейчас брошу доброотряды туда.

Вот и договорились. Я подхожу к Свете и сообщаю ей план поддержки. Блондинка сразу светлеет лицом, смаргивает слезы, голубые глаза загораются надеждой.

— Спасибо, Даня!

— Рано пока благодарить. Звони отцу, спрашивай, — командую, — выстоят они хотя бы тройку часов, пока их бойцам помогут прорваться и добраться до вашей резиденции.

Блондинка отходит сделать звонок. Я же в это время сообщаю мрачному Эльдару о подмоге царских охотников. В ответ он воодушевленно благодарит, на лицо возвращается прежняя ухмылка. Тут меня сзади и Светка обнимает за шею:

— Папа сказал — выдержат! — взволнованно и радостно восклицает она и на радостях целует меня в щеку, как только росту хватило дотянуться. — Теперь точно спасибо, Даня!

Ага, Фиткины надеюсь тоже дождутся своей гвардии.

— Я тогда поеду к своим, — бросает Эльдар. — Сначала на базу, а потом, надеюсь, с гвардейскими отрядами на подмогу к родным.

— Хорошо, удачи! — я жму ему руку, и наследник Енеревых с остатками своих бойцов загружается в фургон и уезжают.

Я же продолжаю ждать Зубастика. Долго он что-то. Светка топчется рядом, поглядывая на меня. С собой блондинку не возьму, поручу Студню с отрядом. Бойцы они сильные, так что не проворонят девушку и сами не полягут.

Но вперед Зубастик нас достигают новые гости. Я засекаю их за километр, и не только я, кстати.

— Шеф, движутся маги! — подбегает ко мне Навигатор, сканер в отряде. — Мощный отряд. Там и Воины, и Мастера…

— Верно всё! — киваю и бросаю Студню. — Готовимся к бою!

Конечно, Недежка любым способом попытается меня схватить. Еще по опыту с Зябликовым я знаю, что Страннику нужны маги с двумя Дарами. Поэтому так просто он не сдастся. Что ж, разгромим нагрянувших, а потом уже сам поеду к Недежке.

Глава 22 —

На драконьих крылья к главгаду

Штурм дома Вещих вовсю кипит. В стороне от фронтовой линии на дороге возле внедорожника стоят два дворянина из коалиции «Хозяева». Они смотрят в бинокли, как гаубицы их отрядов пускают залпы, но зеленый купол вокруг дома опять гасит обстрелы. Артиллерия не может нанести вред защите особняка.

— Да что ж такое! — рычит первый дворянин, грузный и широкий. — Мы должны были за полчаса разнести этот домишка и схватить девок пацана, а вместо этого топчемся на месте и зря тратим снаряды! Откуда взялась эта зеленая дрянь⁈ Хорошо хоть, что гвардейцы Вещего застряли с бигусами.

— Не сказал бы, что это хорошо, — замечает второй пермяк, низкий и кучерявый. — Странно это всё. Очень странно и подозрительно. Не находишь? Неожиданно мы воюем с Вещим в самый разгар нашествия бигусов, причем обезьяны оказались рядом с базами наших врагов, а мы в это время бомбим их дома. Как бы в измене не обвинили…

— Какой еще измене? — фыркает грузный. — У нас право есть — Вещий прихлопнул Гошкина. Недежка прямо как чуял подвох от щенка, вот и велел нам собраться и ждать. Как только получили право мстить, так и поехали на штурм. А то, что звери так вовремя подвалили — да кто ж знал? Да и как с обезьянами можно сговориться? Глупости это!

— У меня большое подозрение, — вздыхает кучерявый. — Что Недежка мутит воду…

Его прерывает взрыв одной из гаубицы. Пламя яркое, сильное, с золотыми всполохами. Со стороны орудий раздаются крики боли. В этот раз подорвало много гвардейцев.

— Еще один расчет полетел! — громко негодует грузный. — Блин, у нас всего две гаубицы остались, а у них все турели по-прежнему целехоньки.

— Сейчас я не видел и не слышал выстрелов турелей, — замечает кучерявый, бросив взгляд на дом. И правда — прозрачно-зеленый щит не погас, всё так же поблескивает изумрудно. Кучерявый бледнеет. — Это точно турели⁈ Вдруг еще один артефакт Вещего! Слишком много у него всего! Как бы нас не прихлопнуло!

— Не боись, — фыркает грузный. — Мы специально отошли же подальше от фронта. Сюда не достанет.

— Неверрррно, фака, — вдруг раздается сзади гортанное, с шипящими нотками.

От неожиданности дворяне едва не подпрыгивают на месте. Быстро облачаясь в стихийные доспехи, они оборачиваются и приходят в ужас. Из глоток дворян вырываются непроизвольные звуки. Грузный крякает, курчавый шумно сглатывает.

На расстоянии трех метров от них стоит то ли зверь, то ли голая женщина. Змееволосая, в синей чешуе, четырехрукая, и в каждой руке по хрустальному шару искусной работы.

Загадка, как она обошла наряд телохранителей, которые бдят впереди еще через несколько метров. Бойцы уже увидели зверя-женщину, и с криками криками бегут к своим хозяевам, но толку-то? Такое ощущение, что монстр вылезла прямо из-под земли.

— Она не нападает, — замечает кучерявый дворянин, готовый ударить огненным градом.

— Вот и пусть стоит, щас наши ей займутся, — нервничает грузный в кислотном доспехе. Он специально уговорил кучерявого встать подальше от дома, чтобы не сталкиваться с возможной вылазкой, но вот эту тварь не остановило расстояние, добралась-таки.

Время замедлилось. Даже несколько секунд не проходит. Прежде чем гвардейцы добегают до змееволосой, она оскаливается дворянам:

— Подарррок от рррода мазаки, фака!

Когтистые пальцы бросают в дворян хрустальные сферы. Артефакты падают на асфальт, и в то же время на месте курчавого и грузного вспыхивает столб золотого огня.

Змейка резко отпрыгивает в сторону — за обочину, в пышущие зеленью заросли. Ей вслед гремит запоздалый грохот выстрелов, но гвардейцы проворонили момент, застигнутые врасплох яркой огненной гибелью своих господ, а потому пули лишь бессильно свистят по пустому воздуху да решетят листья.

А Змейка уже несется по дуге через лесок — прямо к расчетам гаубиц. Осталось всего два орудия, и пускай сейчас усилили охрану пушек, Горгона готова посидеть в кустах, выжидая удобного момента для заброса еще пары хрустальных шариков.

— Мазака будет рад, — довольно мурчит Змейка на бегу. — Много мерртвых врагов, много ррадости, фака.

* * *

Я велю гвардейцам рассредоточиться по улице и засесть в укрытии. Мы со Светкой тоже отходим за фургон у фонарного столба. По дороге нахожу парочку раненых бигусов и вытягиваю из них энергию. Гостей нужно встречать душевно, с полной отдачей, а не как попало.

Гошкину приказываю пока что посидеть в подъезде ближайшего дома, а то еще заденет пулей случайной.

Стоя за фургоном, мы со Светкой молчим, переглядываемся. Блондинка ждет моей отбивки, чтобы надеть доспех. Экономит силы, и правильно делает: сегодня она здорово потратилась. Подумав, я невзначай касаюсь руки девушки и передаю ей порцию энергии. Всё равно она не почувствует прилив сил из-за волнения.

Но невзначай не получилось. Блондинка удивленно смотрит на меня и даже сама берет мою руку. Да к тому же делает шаг ближе ко мне. Ну этого еще не хватало.

— На тебя просто комар сел, — я отхожу чуть в сторону и снова применяю энергетическое сканирование.

Чем ближе приближаются вражеские отряды, тем волнительнее предвкушение от предстоящей встречи. Там семь Мастеров точно. Будет жарко. Прикольно, если среди них есть телепат. Хоть разживусь техниками.

Я без понятия, зачем Недежка со Странником устроили нашествие. Но явно не ради меня или Камилы. Подумаешь, маги с двумя Дарами. Редкость, конечно, но не настолько, чтоб целый город резать. Значит, есть какая-то более глобальная причина. А сейчас за мной послали, потому что я мешаюсь. Не зря же всех «Мстителей» решили убрать. Даже если город без них сегодня выстоит, то в следующее вторжение — далеко не факт.

Наконец раздается рев двигателей, и на улице влетают вражеские бронеджипы. Семь штук. Почти сразу машины буксуют на трупах бигусов, мои гвардейцы специально подтащили побольше в начало улицы, двери отворяются, наружу выскакивают противники.

— Огонь! — гаркает Студень.

Сразу гвардейцы и царские охотники открывают огонь. Щелкает спрятанные за крыльцом пулеметы, не отстают и «калаши», сияют синие вспышки громобоев. Моментально в расход идет больше половины приезжих. Остаются только семеро Мастеров в доспехах. Один из них — каменщик — мощным гранитным градом заваливает пулеметы, другие обрушиваются на гвардию массированным огнем. Зеркала защищают, громобои бьют в ответ. Только несмертельно. Да, против Мастеров артефакты так себе работают, побрякушки только горазды на сдерживание.

Смотрю я на разноцветье атак, сканирую. Телепата среди них нет. Досадно.

— Пора, Искра, — бросаю я, формируя пси-клинок.

Эх, жалко, здесь Светка и царские. Так бы разошелся бы уже и в Тьму, и в Камень с Огнем. Без доспеха Тьмы чувствую себя чуть ли не голым. Хорошо, хоть зеркала есть… Хм, а ведь Светка не в курсе, на что способны другие артефакты и сколько их у меня. Вон как удивлялась зеленому щиту от зеркала. Может, побросать черных шаров, и отмазаться какой-нибудь ракхасской шкатулкой? Ладно, посмотрим.

Светка в доспехе сигает сразу на огневика, хотя могла бы и с воздушником схватиться — он ближе стоял, да и у огня преимущество против ветра. Но любит блондинка мериться силой со своей породой, ничего не попишешь. Я же налетаю на кислотника — бомбардировка пси-гранат, следом пси-хлыст на шею, а через него и ментальные разряды и поглощение энергии. Готов улов. Сзади каменщик пытается огреть меня булыжниками по спине, но зеркала отражают, а там дальше на него набрасываются гвардейцы с громобоями наперевес. И пошла лихая рукопашка. Пышут артефактные штыки молниями, обжигая Мастеров, а те в ответ кричат и бьют в ответ. Тяжело идет бой, всё вокруг дымится и кипит. Царские охотники откопали пулеметы, снова грохочут-стрекочут свинцовые очереди, и вражьим магам приходится несладко. Я выпускаю пару черных шаров в еще одного кислотника — если что спишу на артефакты, так и быть. Взрывы Тьмы отбрасывают мага, и тут ему в спину гвардейцы втыкают пятерку громобоев. Закосплеев ежа, кислотник умирает.

Но ситуация на самом деле не радует. Вражьих магов еще пять, а зеркала не вечны, и тогда моим гвардейцам наступит кранты. Еще и Светку другой огневик отбросил как муху. Всё же не по зубам оказался ей коллега по стихии.

Светка с трудом встает, пламенный доспех идет рябью. Черт, она же сейчас копытца отбросит. Еще одна атака — и всё, Соколовы меня не простят. Надо срочно помогать боевой подруге, да и моей гвардии тоже, только как? Тут меня озаряет дерзкая идея. Хм, а чего бы и не да!

Бросаюсь к блондинке. Одновременно по пути захлестываю хлыстом воздушника. Того как раз ударило в упор пулеметной очередью, а моя удавка не дало отскочить. Доспех у воздушников, надо отметить, не самый крепкий, еще и мои пси-разряды подсобили. В общем, сдал маг, а там и «Жора», не растерявшись, давай опустошать его накопитель до дна. В моих ушах раздается сытное кваканье жабуна, а сам я кричу Светке:

— Сними наруч!

— Чего? — непонимающе переспрашивает она.

Блондинка, одним словом. Натуральная.

— Доспех с руки! Быстро!

До Соколовы наконец доходит, пламя уходит с ее левого предплечья. Я тут же хватаю девичью кисть и вталкиваю в нее уймы энергии. Жора сразу бесится, не хочет отдавать, но кто его спрашивает.

— Артефакт подпитки, — на всякий случай бросаю ничего незначащие слова. — Кастуй Занавес огня.

— Ты шутишь⁈ Даня, у меня не хватит сил! — пугается блондинка.

Техника, действительно, затратная, хоть и простая для плетения. Но если ты не Мастер, то браться не стоит. Света как раз не Мастер, вот и верещит.

— Хватит! Кастуй!

«Студень, отходите, — одновременно бросаю ментальный приказ старшему гвардейцу. — К чебуречной слева, оттуда бейте разрядами»

«Есть!» — отдаются эхом мысли старшого. Тут же раздаются его окрики к своим, и измотанные и раненые гвардейцы спешат убраться от троих Мастеров. Царские охотники это увидели и усилили обстрел из стволов, молодцы.

А Светка тем временем выпускает мощный выброс пламени. Огненное покрывало охватывает всё поле боя, и Мастера словно исчезают в горящем тумане. Тут же по силуэтам, проступающим сквозь пламя, бьют молнии громобоев.

Накопитель Светки тут же пустеет чуть ли не на две трети. Снова его пополняю, благо энергии достаточно набрал у воздушника, он ведь был Мастер.

— Прекращай, Искра! Студень, тоже отставить! — ору гвардейцами, и громобои замолкают.

Светка послушно обрубает технику, а я, резко развернувшись, бросаюсь прямо в огонь.

— Даня!!! — в ужасе кричит Соколова мне вслед. Чего она кричит? Опять про зеркала забыла? Правда, сейчас их активировать не собираюсь, незачем тратить на пустяк полезную вещь.

Налету, уже практически нырнув в пламя, врубаю огненный доспех, и пляшущие вокруг языки не причиняют мне вреда. Глаза снаружи видят лишь, как я сиганул в горящий Занавес. А я, не теряя времени, бросаюсь рубить застигнутых врасплох Мастеров. Пси-клинок врезается воздушнику в шлем, тут же град пси-стрел осыпает огневика. Ну и в песочника летят пси-гранаты. Все атаки одновременны, ведь энерготраты компенсируются сторицей. Первым сдает воздушник, и неудивительно, ведь ему через клинок добавляю разряды. Доспех из смерчей рассыпается, и он не успевает почувствовать болезненные ожоги — я опустошаю его до донышка. Не благодари за обезбол, мужик. Ты сполна заплатил, в том числе своей жизнью.

Песочник так и не смог сориентироваться в огне, поэтому он не успевает увернуться от добавки пси-гранат. Зато с огневиком такой номер больше не прокатывает. Он ведь в своей стихии, как-никак.

В меня летят огненные шары. Много шаров, блин. Отбиваю встречным Голодом Тьмы. Не знаю, сработает ли в огне. Срабатывает. Да еще и на огневика перебрасывается. Мрак вперемешку с пламенем рвет мага. Орет он громко, не знаю, выдержит ли доспех.

Но гадать некогда. Пси-хлыст обвивает за глотку всё еще целехонького песочника и вот тут ему приходит конец, через конструкт я впитываю остатки его сил. Ну а затем выпрыгиваю из Занавеса, не забыв уже на воздухе скинуть и доспех.

— Атака! — ору за спину, тыча пальцем в корчащийся силуэт огневика. Корчится, но стоит, ноги держат. Силен засранец. Надо добить, все вместе навалившись.

Тут же вспыхивают громобои и разряжаются стволы огнестрела. Это становится последней каплей. Огневик уже не выдерживает, падает штабелем и вспыхивает как свечка. Победили.

— Шеф, чисто, — довольно докладывает подошедший Студень. А я будто не вижу. Хотя да, я же официально не сканер.

— Вольно, — устало, выдыхаю. — Перегруппироваться, перезарядиться, сейчас поедете отбивать дом. Змейка там уже поди резвится.

— Есть!

— Даня, как ты их всех убил! — пораженно восклицает Светка. — Троих Мастеров!

Студень снисходительно смотрит на блондинку с выражением мудрого самурая. Гвардеец-то уже видел своего шефа в деле, потому глупые вопросы не задает.

— Артефакты, — коротко бросаю Соколовой. Чувствую, эта отмазка мне теперь на все случаи жизни пригодится. Я оборачиваюсь к Студню. — Светлану Дмитриевну с собой заберите, в бой не пускать, беречь пуще глаза своего.

— Есть!

— Как это не пускать⁈ — сразу возмущается девушка. — Я же только что сражалась. Нормально сражалась. Даня, ты, что хочешь меня обидеть? Это я, между прочим, устроила Занавес, в котором ты порвал Мастеров!

— Я больше не буду рядом, и этот фокус не прокатит, — объясняю. — А за тебя убитую мне не хочется извиняться перед Виталием Степановичем, уж извини. Люди не звери, с ними сражаться ты не обучена.

— Постой! Как это не будешь рядом? — Из всего сказанного Светка услышала только своё.

— КЛАЦ! — сверху раздается громкий стук челюстей. Вот и Зубастик долетел.

Взмахивая крыльями, дракончик спускается на тротуар и, глянув на соблазнительные обезьяние туши, всё же топает ко мне. Я, недолго думая, запрыгиваю к нему на подставленную чешуйчатую спину. Кажется, Зубастик даже крякнул подо мной. Чего это? Неужели я набрал столько? Скорее уж отвык дракончик носить наездника. Не практиковались давно. У меня всё дела да дела.

— Вещий, так ты мне ответишь? — обиженно смотрит снизу Соколова. — Мы же «Русичи»! Одна команда!

— Я на индивидуальное задание, — пристраиваюсь поудобнее. — А ты держись Студня, в бои не вступай. Это приказ. Мы же «Русичи». А я командир. Вот и исполняй.

Больше не смотрю на ее надутую моську. Вроде бы всё. Взгляд мой падает на царских охотниках.

— Вы сейчас куда, служилые? — обращаюсь к подчиненным Степана.

— Вам помогли, теперь велено ехать бить приматов, — отвечает командир. — К базе Енеревых и поедем.

— Их дом еще держит оборону?

— Говорят, да.

Хорошо. Значит, Камила пока в безопасности. Всё же магиня с двумя Дарами — лакомый кусок для Странника. Но, видимо, у него свой грандиозный план. Ну и пусть — у меня тоже есть свой.

Зубастик чуть разбегается и взметает вверх, раскрыв крылья. Я крепко сжимаю ногами шею дракончика, пси-командами направляя его прямиком к резиденции Недежке.

План у меня простой — грохнуть гада, что всё это устроил. Простой, но действенный план. Не правда ли?

* * *

Друзья, Дом Вещих справно держит оборону, но лайкобатарея щитов всё же кончается( Кто еще не ставил лайк? Подзарядите артефакт:

Глава 23 —

В гостях у предателя

— Марс, Юпитер, докладываю, — раздается по громкой связи голос царского охотника. — Операцию по поддержке Вещего выполнена. Гвардейцы Вещего отправились к его дому. Сам Вещий улетел на звере. Мы двигаемся к базе Енеревых. Прием.

— Так, Марс, — произносит Степан, задумчиво водя взглядом по пункту управления. Военные диспетчеры шумно работают: ведут переговоры с нарядами на местах, фиксируют местоположение и число бигусов, направляют на зачистку доброотряды и личные составы. — А куда делся Данила?

— Юпитер, не могу знать. Слышал краем уха, что у него индивидуальное задание. Я думал, вы в курсе. Прием.

— Хм, я не в курсе, потому что он сам себе дал это задание, — вздыхает полковник и дает отмашку продолжать двигаться в пункт прибытия. А сам думает:

«Даня, опять ты в самое пекло полез. Хоть бы твои загадочные козыри тебя не подвели».

* * *

— Тихо стало, — замечает Лакомка, оторвавшись от ботанического справочника. Она решила использовать время, чтобы наверстать недостающие знания по земным растениям, в лабораторию ее всё равно сейчас не пустят гвардейцы.

— Да, бомбежка прекратилась, — соглашается Кира, сидевшая на тахте и читавшие отчеты по клиническому исследованию лекарств.

Другие девушки тоже занимаются своими делами: Антонина Павловна проверяет домашнюю работу учеников, София медитирует, Мария Федоровна листает комикс про Илью Муромца. Не исключение и Змейка, которая выходит из бетонной стены вся в крови. На губах Горгоны пляшет довольный оскал.

— Меррртвы все пушки. Хрррустальки мазаки потррратились.

— О, значит, мы скоро сможем выйти, — радуется Лакомка и морщит нос. — Змейка, а могла бы ты помыться, пожалуйста?

— Я — Ма-ать выводка, — фыркает Горгона, но всё же шлепает босыми ступнями в подвальный душ.

Девушки облегченно улыбаются. Впрочем, никто сильно не был встревожен экстремальными обстоятельствами. А всё потому что Лакомка еще в начале посиделок помурлыкала альвийскую песенку, которая успокаивает все тревоги.

— Надеюсь, мелиндо вернется к ужину, — вздыхает Лакомка, перелистывая страницу энциклопедии.

* * *

Облака нависают совсем близко. Кажется, стоит протянуть руку — и коснешься бархатистых барашков. Я уже и подзабыл как классно летать. Эх, всё дела, всё дела.

Зубастик несется стремительно как ветер, паря на воздушных потоках.

Конечно, я придумал рискованный план. Но мне просто надоело упускать «языков». Зябликовы были последней каплей. Хватит позволять этому Страннику водить за нос всю Охранку с царскими охотниками. Стыдно мне за отеческие спецслужбы, ой, как стыдно. Сегодня поймаю Недежку, не дам уйти гаду, а там вытащим за хвосты других его подельников, а может и самого Странника, если он тоже в Царстве тусуется.

Повод атаковать «Хозяев» у меня есть да еще какой! Не я начал этот беспредел. Сами первые напали — сами получат. Да я и без повода бы уже рванулся к Недежке. Слишком высоки ставки. Второе вторжение бигусов стало последней каплей. Всё равно голова Недежки содержит все улики против него самого. Как только вскрою ему щиту, тут и польются доказательства. А значит, закон меня оправдает.

Подлетаю к временной резиденции пермяка. Он обосновался в черте города, но постройка здесь редкая, да и сама вилла стоит на отшибе. Велю Зубастику спуститься на дорогу в километре от забора. А то мало ли какие снаряды ПВО еще выпустят по нам.

— Спасибо за экспресс-рейс, — я спрыгиваю со спины дракончика.

— Клац-клац, — щелкает он челюстями, как гигантский щелкунчик.

— Ну а теперь лети обратно на базу. Передавай «привет» Сереге.

Зубастик взмахивает крыльями и упархивает восвояси, а я шагаю к дому. Иду прямо по средине пустой дороги не таясь. Но никто не едет меня встречать. Вот же растяпы. А я еще ПВО боялся — тут даже за подъездом к дому не следят. Можно было прямо во двор спуститься.

Уже когда я дохожу почти до самых ворот, железные створы наконец распахиваются и навстречу выскакивают три бронемобиля. Джипы окружают меня и резко тормозят. Наружу выскакивает десяток бойцов, из них трое магов без оружия. Ну и всего один Мастер. Похоже, у Недежки практически закончились сильные одаренные. Хотя у пятерки гвардейцев в руках вместо автоматов интересные аналоги громобоев. Может быть, эти парни чего-то и стоят.

— Руки за голову! Падай на колени! — орут бойцы с «калашами».

Я думаю-думаю, да решаю послушаться, только наполовину. Сцепляю пальцы рук за затылком, но на асфальт не падаю. Не хочется, да и лишнее.

— На колени! — повторяют гвардейцы.

— Пыльно здесь, — поясняю. — Можно я постою?

Гвардейцы переглядываются, потом всё же ко мне подходит маг, с его руки свисает медная цепь с треугольными звеньями. Такой же артефакт, кстати, раздобыл и я у ракхасов. С Лакомкой потом выяснили его особенность — блокирует магию, вернее не дает выпустить энергию по каналам и создать технику.

Я не сопротивляюсь. Пускай вяжут.

Мне обматывают руки цепью, застегивают замок, проверяет на прочность, и тогда уже маг резко, без замаха, врезает мне кулаком под дых.

— А теперь не хочешь протереть коленями пыль, а⁈

Наверное, он ожидал, что я свалюсь и закашляюсь, хватая ртом воздух. Но я спокойно произношу, выпрямившись:

— Нет, всё еще не хочу.

Маг удивленно вскидывает брови. Мое лицо невозмутимо. Нет, а что он ожидал? Допустим, я не могу усилиться, но брюшной пресс и без этого у меня железный: мясная диета, протеиновые коктейли, сверхтяжелые тренировки дают своё. А этот выскочка даже не Мастер, да и не каменщик или физик, обладающие сверхсилой.

— Ах ты сопляк! — рычит маг в бешенстве.

— Надо его вести к господину, — вставляет гвардеец возле машины.

— Щас подготовлю и поведем, — процеживает маг. — Точнее, потащим. Идти сам он не сможет.

Он встает напротив, пошире расставляет ноги и пробивает тройку мне в корпус. Тут уже приходится схитрить. Я же не враг себе, правильно? Калечиться не люблю. А посему использую Жору, чтобы выплеснуть энергию в меридианы. Блокираторы тут уже не срабатывают. Не пашут они против Жоры, это я уже выяснил дома.

Мой мышечный каркас достаточно уплотняется, да и кости крепчают. Так что кулаки мага не причиняют мне вреда. Ну а чтобы поумерить ему пыл, я еще успеваю у него энергию забрать через касания, ибо нехрен руки распускать.

— Что за фигня⁈ — устало выдыхает маг, утерев взмокший пот. — Будто по дереву луплю.

— Ну что, подготовил? — презрительно спрашивает гвардеец. — Заканчивай уже. Некогда нам ерундой страдать. Господин его ждет.

Ну, господин — это точно Недежка. Именно потому что гвардеец его упомянул, я и стал терпеть эту клоунаду с «подготовкой». Так бы не сдержался и уже всех положил, но тогда бы пришлось пробиваться с боем, да и Недежка мог бы сбежать. А еще на периметре, наверняка, стоят турели… Слишком много рисков выходит. Нет уж, я хочу лично увидеть хитровывернутые глаза гада.

— Ладно, пошли, — бурчит маг и, схватив за цепь, тянет меня к одной из машин. Заталкивают в салон, с двух сторон подсаживаются маги. Взвывает мотор, и тачки трогаются. За воротами тормозят прямо у крыльца, чуть не наехав на нижние ступеньки.

Меня вытаскивают и ведут в дом. По дороге тот же маг снова пытается влупить со спины пару раз. Но Жора сам уже начеку. Жабун без моего участия еще немного опустошает засранца. Я же, не обращая внимания, обозреваю обстановку виллы. Совсем новая, вон даже свежеположенная паркетная доска все еще пахнет деревом.

Такие домики строит одна из моих стройфирм. Точнее, не моя, а та, куда я инвестировал. Однотипные коробы, красивые, приличные, но уже готовые, а значит, стандартизированные и неоригинальные. Зато их привозят и ставят по заказу буквально за несколько дней. Экспресс-дома расходятся в Будовске, как горячие пирожки, да и будут еще долго продаваться. Дворяне продолжают прибывать сюда на охоту, а жить им где-то ж надо. Старых свободных домов под элиту уже нет, а строить усадьбу классическим методом очень долго. Вот и придумал один ухватистый еврей такие вот конструкторы, очень своевременно придумал. Ну а я стал одни из его инвесторов.

Мы поднимаемся по лестнице. Опустошенный маг хрипит за спиной, как конь. Много сил потратил, бывает.

— Ты бы хоть по утрам пробежку делал, — презрительно бросает ему товарищ.

На втором этаже мы минуем пару дверей и заходим в третью. За ней оказывается кабинет Недежки.

— Притащили, — радостно оскаливается главный «Хозяин» за столом.

— Привели, — поправляю я спокойно.

— Чего он такой свежий? — хмурится Недежка, оглядев мое невозмутимое лицо. — Почему не поколотили?

— Сверч пытался, — кивает гвардеец на опустошенного мага, багрового от тяжелого подъема по двадцати ступенькам. — Видимо, недостаточно хорошо.

— Смотрю, совсем за свою жизнь не боишься, Недежка, — вставляю я, с интересом разглядывая главного прохвоста. — Город наводнен тварями по твоей вине, а ты даже бежать не думаешь?

— Догадался-таки, Вещий, — фыркает Недежка. — А по твоим прогулам в школе и не скажешь, что ты такой умный. — Неплохо-неплохо он меня изучил, даже залез в классный журнал. — Что же до сбежать — я в любой момент могу это сделать, не волнуйся. Но мне надо проследить, чтобы сдохли твои «Мстители», да и неплохо бы прихватить с собой побольше одаренных рабов, особенно с двумя Дарами. В том числе и тебя.

— Ясно, — вздыхаю я, разводя руки в сторону, так что цепи натягиваются и звенят. — Шавка ты, Недежка. Дворовая, продажная. Поманили костью побольше, так ты и продал родное княжество и своих сограждан. Сутулая псина ты. Недалеко от брата ушел.

Лицо дворянина багровеет от злости.

— Врежьте ему! — рявкает Недежка.

— А может, не надо? — с одышкой просит опустошенный маг.

— Лучше сам попробуй, Недежка, — резко я дергаю цепи, так что звенья со звоном рвутся словно нитки. Это приводит врагов в такое удивление, что их на несколько секунд схватывает столбняк. Видимо, люди Недежки уже успели увериться в надежность блокиратора и подобного не ожидали. Ну так вот вам!

— Убейте его!!! — ревет пришедший в себя Недежка. Но поздновато — я уже втыкаю пси-клинок здоровому магу в грудь, опустошенному же просто попутно разбиваю голову хуком.

Высасываю энергию из пронзенного одаренного. Одновременно облачаюсь в доспех Тьмы. К черту конспирацию. В сердце дворянского особняка не стоит шутить. Тем более что на энергетическом уровне Недежка искрится артефактами, как новогодняя елка.

— Ты…ты…три Дара⁈ — охреневшими глазами смотрит на меня дворянин. Он успел вскочить из-за стола, но про доспех как-то забыл. А это уже возможность!

Черные шары летят в гада, но гаснут о вспыхнувшую синюю стену. Ага, артефакты. Знакомо.

Сделать вторую атаку мне уже не дают. В кабинет набегает пятерка гвардейцев со странными версиями громобоев, а также четверо магов. Видимо, гад Недежка всё же нажал тревожную кнопку под столом.

— Огонь! — командует один из магов.

В меня летят десятки молний, огнешаров и прочего магического дерьма. Перед ударом я накрываюсь вторым каменным доспехом, и атаки отбрасывают меня назад, как мячик.

Бедная стена разлетается в хлам. Хрупкий гипсоблок не выдерживает столкновения с каменным панцирем. Я тут же встаю из обломков. Мысли несутся вскачь. Можно, конечно, веселиться с гвардейцами Недежки: убивать, выпивать энергию, снова убивать. Но рискованно, да и в это время сам Недежка же может уйти. А у меня же есть смертельное оружие, но вопрос, смогу ли я его потом выключить? Вернее, «выключить». День всё-таки выдался тяжелым, но вокруг полно живых источников энергии, так что сил должно хватить на этого рогатого черта.

Ладно, решено. Будем пробовать.

На меня несутся бойцы с громобоями. Не останавливаются, чтобы метнуть заряды, а продолжают бежать. Видимо, хотят воткнуть в меня эти штуки. Придется их разочаровать.

«Бехема, паскуда, дождался ты своего!»

Ментальная клетка рушится, и наружу выпускается Демон. Сразу же мое тело испускает эманации ужасы. От их дуновения гвардейцы останавливаются и даже подаются назад. Бледные лица, округлившиеся глаза, шум колотящихся сердец.

«Лю-ю-ди… — Демон в предвкушении созерцает вздрогнувших бойцов. — Жалкие…Сегодня вы познаете высокую честь быть моей пищей»

Демон пытается взять под контроль мое тело. Наглая рожа, на кого полез? Перепончатые пальцы тебе в жо…хм, в одно место. Ничего, конечно, у него не выходит. Я пеленаю тварь ментальными сетями, она, конечно, пытается вырваться, но путы пока держат. Главное, не забывать периодически опутывать новыми сетями.

«Телепат, я — Бехема, я астралорожденный! — гремит Демон. — Узри меня и уступи мне это тело по праву старшинства и превосходства моей расы!»

«Обломайся, — бросаю бесящейся нечисти. — Посмотрим, что ты умеешь и правда ли стоишь звания 'высшего».

Потянуться к его сознанию, выхватить силу, попробовать применить.

Вмиг моя рука в доспехе становится черной и когтистой. Это уже не человеческая рука. А еще чувствую, как на голове сквозь шлем что-то вылезло в двух местах. Может, рога? Проверять некогда. Бехему мне не удержать, если не подпитываться энергией. Я потому и вызвал Демона, потому что здесь полно источников. Как только они иссякнут, надо прекращать вечеринку.

Резко я сигаю к гвардейцам. Прыжок длинный, нечеловеческий. Я даже не заметил, что ноги у меня тоже изменились — почернели, обросли копытами. Плохо. Нельзя упускать метаморфозы, а то и не замечу, как окажусь сожранным Демоном.

«Быть съеденным Бехемой большая честь, между прочим» — услышал высший мои мысли.

Гврадейцы бы могли увернуться, но, видно, эманации их сковали. Ну и понятно, это же не маги, а просто, по сути, мужики с электрическим палками.

Я размахиваюсь когтистой рукой, и сразу двоих разрывает на части. Причем даже пальцем их не коснулся, просто какие-то ментальные когти разделили гвардейцев на куски.

«Таковая сила Бехемы, телепат, — довольно рычит Демон. — Теперь ты видишь, почему должен уступить свое тело мне?»

«Да пошел ты».

Разрубить остатки отряда ничего не стоит. Успеваю и энергии подпитаться, а то высший жрет ее просто уйму. Только заканчиваю с громобойцами, как налетают маги. Огненная волна накрывает меня, но я всё еще в доспехе, да и успеваю взмахнуть когтями, чтоб полоса пламени разделилась на две половины и разлетелась в стороны. А следом скачок к магам. Эманации на них не действуют или, по крайней мере, влияют слабее. Оба вступают в рукопашку, но куда там. Когти разрывают доспехи, как нечего делать. Блин, даже поразительно, насколько Астрал опасен в реальном мире.

«Именно, телепат, — заявляет Демон в моей голове. — Поэтому ты должен отдать свое тело астралорожденному»

Ох, достал.

Перед смертью последнего мага, успеваю обесточить противника. А дальше вперед к Недежке. Благо, что он только-только выбежал в коридор. Сейчас догоним и узнаем, как же тебя нашел Странник.

* * *

Никита Недежка в ужасе смотрел, как умирают его люди. Гвардейцы с громбоями, несколько магов — все исторгали предсмертные крики. А когда Вещий с рогами и когтями поверх каменного панциря вылез из провала в смежной комнате, ноги Недежки сами понесли его в коридор, а затем по лестнице в подвал. Там был артефакт связи со Странником. Стоит его вызвать и он поможет — откроет портал и заберет верного вассала к себе. Ведь так обещал Странник — за службу забрать в иномирье, дать кучу власти, денег, артефактов, рабов и земель. Для Странника человеческие богатства ничто, песчинка в море. Ему подвластны целые государства.

Сзади гремит топот копыт. Это демонский Вещий преследует! Быстрее-быстрее!

Спасительная железная дверь подвала раскрывается. Недежка влетает стрелой в небольшое помещение и подбегает к большому черному шару размером со страусиное яйцо. Касание пальцев пробуждает артефакт, и он вспыхивает красным.

— Слушаю, — раздается скрипучий голос Странника. — Ты уничтожил защитников мешающего мне города?

— Помоги, Великий! На меня напал сильный враг! Мне нужно бежать! — вопит Недежка.

— Я не услышал ответ, — недовольный скрип.

— Нет еще! Нет! Но я обязательно…Только спаси!

— У нас другой уговор, — ворчит невидимый старик. — Сначала с тебя город, потом с меня деньги, власть, земли… Рабы вроде бы еще были и всё. Про спасение не было ни слова.

— Но я…я умру же!

— Не мои проблемы, — артефакт гаснет.

А в следующий миг из груди Недежки выходят черные когти.

— Зачем повернулся спиной, дурак, — раздается насмешливый голос Вещего. — Оу, что тут у нас? Новый артефакт? Ну-ка, поделись инструкцией, как им пользоваться.

Глава 24 —

Справедливо и щедро

Прежде чем Недежка испускает предсмертный вздох, я забираю его память. Всю, целиком. Опять приходится использовать Насос. Очень энергозатратный конструкт, который, учитывая проснувшегося Демона, вдвойне рискованно использовать. И я бы не стал в обычной ситуации. Но к счастью, у Недежки полный накопитель, поэтому есть чем компенсировать затраты. А память гада сейчас самое ценное в этом особняке, и лучше уж брать всё, все воспоминания, чтобы не упустить ничего про иномирян.

— Прощай, Ваше Благородие, — бросаю напоследок, и мертвое тело соскальзывает с моих когтей.

«Не твоих. Когтей Бехемы, телепат!»

«Ну, не суть».

При плотном контакте щит Недежки не вспыхнул. Артефактные зеркала работают только на скоростные атаки, как пули или молнии, например. А доспех кислотника не устоял. Отчасти, потому что я смог вытянуть из него сколько-то энергии, но в большей степени это заслуга всё же когтей.

«Моих когтей, телепат, — не уймется Демон. — Ты снова узрел, насколько я, Бехема, превосхожу род людской в могуществе. Покайся и пойми, что нет у тебя власти надо мной, а лишь ее видимость…»

Высший продолжает талдычить о том, какой он неприкасаемый. Пытаюсь не слушать. Сейчас его всё равно не заткнуть, времени на это просто нет.

Под самовосхваления Демона я достаю телефон из брюк и набираю Степана. Еще стоит не забыть уйти в другую комнату — чтобы черный шар меня не подслушал. Это же артефакт связи, как помнил Недежка. Вроде бы он сейчас выключен, но кто его знает, вдруг в этой штуке предусмотрен режим подслушки.

— Даня, слава богу! Ты все же не помер! — радуется отчим.

— Срочно хватайте Глеба Великопермского.

— Княжича? Блин, ты серьезно? Проблем ведь не оберемся.

— У меня есть доказательства, — бросаю. — Он сообщник Недежки и шпион Странника.

— Жопа бигуса! — ругается Степан. — То-то с самого начала он вставлял нам палки в колеса. Но как его взять? Все наши заняты обезьянами. Можно было бы отозвать с полей пару доброотрядов, но те пошлют меня к чертям. Глеб — сын их сюзерена, а у меня пока нет ордера. Но без людей эту сволочь не взять, он ведь сидит с княжеской дружиной.

Черт! Это проблема! От расстройства у меня даже зачесались фантомные перепонки на пальцах.

Сам я не могу отправиться еще и за Глебом. Рубиться с дружинниками — это уже чрезмерный риск. Кроме того, без постоянной подпитки мне не удержать Демона, и никаких энергопластырей не хватит. Сейчас нужно заняться его ментальным «выключением».

Но и Глеба нельзя не ловить. Кроме прочего, это будет преступная халатность со стороны Степана. Если княжич убежит, то отчиму потом могут и предъявить как служебное неисполнение. Мол, знал, кто устроил диверсию обезьян, и ничего не сделал. Обстоятельства же будут играть последнюю роль и не факт, что сойдут, за оправдание. Кто служил, тот знает. Видишь лазутчика — надо хватать, а то, что у тебя весь полк рубится не на жизнь, а на смерть, — чисто твои служебные проблемы.

— Княжича можно взять без людей, но со служебными полномочиями. В город же приехали агенты Охранки, — вспоминаю я. — Передай им информацию. Скажи, что у нас есть железные сведения о предательстве Глеба, а это так. А там уже пусть они сами думают, что с этим делать: привлекать дворян или сами справятся.

Не всё же самим делать. Пускай хоть раз поработают специалисты, которым платят как раз за поиск врагов государства.

— Да, идея, — соглашается Степан через паузу секунд. — Только не факт, что они успеют.

— Это уже проблема Охранки. Хоть с тебя будут взятки гладки.

— Это-то да… — соглашается полковник. — Ладно, звоню Охранке. Даня, у тебя самого ведь всё в порядке? Не ранен?

«Какая сентиментальная забота, — фырчит Демон. — Одним словом — людишки».

— Живой и целый, па, — успокаиваю Степана, и он, выдохнув, отключается.

Следующий звонок Сереге Сивых:

— Как вы там?

— Только что отбились от бигусов, шеф, — сообщает командир моей гвардии. — Артефакты сильно помогли, сейчас выезжаем к вашему гарему…э-э, я хотел сказать, к вашим женщинам. — Хм, как будто от его исправления что-то изменилось. — Но как докладывают гвардейцы в доме, враги чудесным образом лишились всех орудий и разбежались.

— Значит, Змейка уже поработала, — киваю. Хрустальные шарики пригодились-таки — Она сама-то невредима?

— Все ваши женщины в полном порядке, в том числе сударыня Змейка. Это я уточнил первым делом.

Да хватит их называть моими! Как-то двусмысленно звучит.

«Ого, гарем⁈ Телепат, да ты подвержен греху прелюбодеяния! — злорадствует Демон. — Оказывается, пороки в тебе прямо кипят! А строишь из себя юнца нетронутого, хе-хе!»

Разубеждать астральную тварь — себе дороже. Немного любопытно, взаправду ли он эту ерунду несет. Хотя я больше склоняюсь, что просто пытается манипулировать. Интересно было бы исследовать Демона со стороны коммуникационного взаимодействия. Но да ладно, как уже сказал — плевать, не до этого. Надо дать гвардии распоряжения.

— Серега, проверь усадьбу лично, затем направляй части на помощь остальным «Мстителям». Параллельно срочно шли ко мне группу зачистки.

— А вы где, шеф?

Мм, я разве не сказал?

— В усадьбе Недежки.

— Ого, мощно, шеф, — искренне поражается Серега. — Группа будет через двадцать минут. Если вдруг задержатся из-за тех же бигусов — я позвоню. И, шеф, поздравляю с победой.

— Ага, — сбрасываю звонок.

Так, до прибытия группы хорошо бы разобраться с Демоном…

— Ты еще кто такой, мальчишка? — неожиданно из стены раздается громкий голос, скрипучий, как звук ржавых дверных петель.

Следует заметить, что я всё еще нахожусь по соседству с комнатой с круглым артефактом на постаменте. Голос донесся как раз оттуда. Хм, получается, шар видит сквозь стены? Бедный Недежка даже не знал, что за ним шпионят иномиряне.

— Тебе нужно отдельное приглашение? — продолжает ссыпать вопросами невидимый старик.

Я решаю заглянуть в комнату — хотя бы ради того, чтобы уничтожить артефакт. Слишком уж глазастая штука.

Интересно, а зачем старик меня заманивает? Напакостить хочет?

Одеваю снова доспех Тьмы. Из-за осторожности также далеко не иду, встаю у порога. Шар уже перекрасился в багровый. Перемена цвета означает активацию. На энергетическом уровне тоже видны течения энергия. Но ничего взрывоопасного я не вижу. Артефакт не способен сдетонировать или ударить лазерным лучом, ему просто не хватит энергии.

На всякий случай, окутываю шар облаком Тьмы, чтобы меня не видели с Той стороны. Вообще, в памяти Недежки эта штука является средством связи, но вдруг Странник еще что-то может учудить. Мелкое, не затрачивающее много энергии, но зловредное.

— Здравствуй, дед, — бросаю. — Не расскажешь, чем тебе так сильно помешал мой город?

— Первым всегда говорит старший, — брюзжит старикашка на Той стороне. — Тебя мать совсем не учила манерам?

— Учила-учила, — киваю. — А еще учила, что не стоит манерничать с отморозками и убийцами. В том числе с теми, кто натравливает зверей на невинных людей.

— Больно длинный у тебя язык, мальчик, да еще закрылся шторкой, — зудит Странник, если это он, конечно. Мало ли. Вдруг у него в свите еще есть старперы. — Невинных людей не бывает… Это обобщение. Если доживешь хотя бы до одной сотой моих лет, поймешь. Ладно, не о том речь. Значит, Медвежка умер.

— Недежка? — переспрашиваю.

— Наверное, — отмахивается старик в шаре. — Провалился слабак. Ну да ничего. Всё ровно, мальчик, твой город — и страна тоже — исчезнут. Годом больше, годом меньше — для меня не так важно.

— Как категорично, — замечаю. — И даже самонадеянно для столь преклонных лет.

Старик приходит в раздражение.

— Сколько ты способен прожить, малец? Сто лет? Двести? Я же намного старше! Время не просто не властно надо мной! Я и есть время!

Ого, как мои слова задели старого. Может, Странник, правда, древняя сущность, но, как видно, еще и очень нервная. Либо провал Недежки его задел сильнее, чем он старается показать.

В любом случае, больше нет смысла болтать. Старик не расколется, это видно. Так и будет бросаться помпезными метафорами и угрозами, ну и под шумок пытаться прощупать обстановку в Будовске. А я не считаю себя настолько терпеливым переговорщиком, чтобы переболтать тысячелетнего мага. Да и Демоном надо заняться давно.

— До скорого, дед. Надеюсь скоро увидеться лично и проверить твои слова на деле, — я бросаю сгусток Тьмы в шар, и артефакт разлетается на куски. Потоки энергии в камне сразу гаснут.

Жалко, конечно. Шутка ли — прибор связи с другим миром! Но это правильное решение. Куда такой «мобильник», который может служить шпионским инструментов? Другое дело, что разлетевшиеся осколки — тоже вещь интересная. Иноземные минералы, которые теперь предстоит изучить на предмет возможности созвона с Той Стороной. Ведь шар не представлял из себя прибор из разнородных элементов, нет, это сплошной минерал, а значит магическая функция заключена в структуре и составе материала. Надо изучать и, возможно, будет толк.

Так, Странника послали. Теперь Демон. Только сначала отойдем в другую комнату с мягеньким диваном, на котором можно с комфортом погрузиться в медитацию. Сбросим доспех и прочие энергозатратные техники.

«Телепат, одумайся. Борьба со мной тебе аукнется, — пробуждается Бехема, почуяв моим подготовительные манипуляции. — Лучше заключим сделку…А-а-а!»

Я вцепляюсь в высшего десятками ментальными щупами. Реакция от Демона следует сразу. Ревет и дерется. Бехема не так нынче силен, тем более он астральная тварь, и в реале ему приходится сложнее. Но всё равно это тяжелая борьба. Не смертельная, но трудная. Это как в тренажерном зале поднять пиковый для тебя вес. Ты сможешь его вскинуть, только если выложишься на полную силу. Не жалея себя.

И вот отчаянное сопротивление Демона остается позади. Бехема заперт в ментальной клетке, а я откидываюсь на спинку дивана, взмокший и уставший. И голодный. Много сил потратил. Сейчас бы съел целиком хомуйвола.

Из коридора раздается хлопок двери, скоро в комнату заглядывают мои гвардейцы. Вооруженные до зубов, они забегают в комнату, готовые убить любого. Замечают меня на диване, синхронно дергаются, чуть не спускают курки, но вовремя узнают. На свое счастье. Я-то уже активировал зеркальце в кармане, и мне бы ничего не было от пулек, а вот парням потом бы крепко прилетело. Ментальным ударом, после которого каждый посчитал бы себя пятилетней девочкой.

— Привет, гвардия, — устало киваю бойцам, не вставая с дивана.

— Здравия желаем, шеф, — приветствует командир группы. А бойцы за его спиной недоуменно переглядываются. — Шеф, нам сказали провести зачистку.

— Да, верно, — соглашаюсь. — Молодцы, быстро приехали.

— Эмм, а кого зачищать? Сканеры говорят, в доме никого больше живых нет.

— Ну да, одни мертвецы, — я в свою очередь тоже в растерянности от вопросов. — Их и надо подчистить. В том числе.

Бойцы смотрят на меня как бараны на новые ворота. А я бросаю взгляд на их вооружение — полный боекомплект, даже артефакты прихватили, а снаружи уже и прихваченные пулеметы в окна смотрят. Эх, Серега, не так ты меня понял. Вернее правильно, но по-своему, по-военному. Но я-то имел в виду, что надо зачистить дом в прямом смысле.

— В общем, так, бойцы, — я набираю в грудь воздуха. Долбаная усталость. — У вашего командования произошла неправильная трактовка приказа, но от этого он не перестал быть обязательным к выполнению. Вы же в курсе о моих силах?

— О том, что вы универсал, шеф?

— Универсал? Хм, ну да, пускай универсал. Так вот, вы знаете, что я универсал, а больше никто этого не должен знать. И даже не просто знать, а даже подумать. Поэтому вам нужно зачистить все улики моей универсальности– видеозаписи, разбитая мебель, следы на трупах. Ясен приказ?

— Так точно, шеф.

— Отлично, выполняйте, — я закидываю ноги на диван, чтобы передохнуть после длинной речи, а потом, вспомнив, бросаю в спины уходящим гвардейцам. — Бойцы, а, случайно, у вас с собой нет ноги хомуйвола? Ну или куриной, на худой конец?

Говорят, что нет. Но один гвардеец угощает шоколадным батончиком. Хоть что-то.

Пока валяюсь, звонит Степан.

— Упустили, — голос отчима бурлит, как вулкан. — Охранка лично рванулась в резиденцию Глеба, но того уже след простыл. Правильно сделал, в целом. Его люди не оказали бы сопротивление агентам. Даже княжеские дружинники вряд ли бы подняли оружие на Царскую Охранку. Причем автопарк Глеба весь на месте. Вряд ли сволочь уехала на электричке — народ сразу узнает, княжич как-никак. А значит, скорее всего ушел через…

— «Норы», — заканчиваю предложение. — Странник всё же его забрал, хотя Недежке отказал в помощи. Видимо, княжич — это шестерка покрупнее.

— Охранка скоро прибудет к Недежке, — произносит Степан. — Ты ведь там?

— Ага, а Недежка зачищен, — да, теперь я понимаю Серегу. — Что с «Хозяевами» и бигусами?

— Я и Охранка независимо друг от друга направили приказные директивы «Хозяевым» — прекратить осаду «Мстителей» и ждать у себя следователей. А так как их заступника Глеба больше нет, они убежали в свои резиденции и теперь сидят тише воды, — презрительно фыркает отчим. — Ну а с бигусами пока еще возимся. Но это так, завершающие штрихи. Странник провалился по всем фронтам. «Мстители» выжили, город цел, потери среди мирного населения минимальны.

Я кладу трубку и размышляю. Жалко, что упустили Глеба. Значит, раз Странник его забрал, он знал что-то ценное. Например, о личностях других предателей…Тут меня осеняет мысль совсем другого направления.

— Эй, боец! — окликаю проходящего мимо гвардейца. — Там в подвале на полу валяются черные осколки. Это очень ценный артефакт. Собери их, потом передай мне.

— Будет сделано, — кивает он.

Интриги интригами, клубки клубками, но и о трофеях не стоит забывать. А иначе и не получишь удовольствие от войны с дворянами и иномирскими колдунами.

* * *

— Младший сын Великопермского, значит, — тяжело роняет Царь Борис. — Длинные руки же у этого Иномирянина, раз дотянулись до богатых дворян.

Владислав, конечно, заметил, что Царь упомянул последнее слово в множественном числе.

— Верно. Неизвестно, кого еще купил Иномирянин, — вздыхает глава Охранки. — Возможно, Глеб бы это прояснил, но его мы упустили.

— Не кори себя, Влад, — Царь не выглядит разгневанным, хотя выражение его глаз далеко от радостного. — Всё же твои агенты выявили предательство Глеба.

— Не мои агенты, — вздыхает главный Палач России. — Это Вещий опять сумничал. Его заслуга.

— О, а в докладе ты это не упомянул, — замечает Царь, бросив взгляд на заваленный бумагами стол.

— Такие вещи лучше нигде не упоминать, кроме как устно. Особенно по причине роста числа наших врагов.

— Кхм, согласен, — задумчиво кивает Царь. — Значит, Вещий. А парень всё же непростой, даже для Филинова. Очень непростой.

— Он вряд ли чей-то шпион, — замечает Влад. — Мы всё проверили. Да и слишком сильно выделяется. Про то, что он был полезен нам, молчу.

— Да я и не сомневаюсь, что он не шпион, — Царь Борис оглаживает тяжелые золотые перстни на пальцах. — Я совсем о другом, но неважно. А за полезность дадим ему потомственного.

— Это мы уже обещали, — напоминает Владислав. — За Алабмаш.

— Хм, ну тогда титул? Нет, титул рано пока, — одергивает сам себя Борис. — Стервятники сразу слетятся на парня. Значит, отдадим ему недвижимость этого как его…Недежки. А род предателя уничтожить и придать забвению.

— Уничтожать уже некого. Там мужчин и не осталось, — вставляет Владислав. — Брат предателя погиб на Аномалии. Был еще отец, но он уже постригся в монастырь, видимо, от стыда за сыновей. Есть только женщины с детьми.

Борис тянется за листком, на котором перечислено в столбик имущество рода Недежки.

— Оставим женщинам небольшой земельный надел, — решает Царь и, взяв ручку, чиркает прямо на листке. — Пускай клочок земли их кормит. Парню отдадим пару заводов и особняк в Перми — заслужил! Остальное в казну. Справедливо же?

— Справедливо и щедро, брат, — кивает Владислав.

— То-то же.

Глава 25 —

Выпускной

Время…

Да, время летит незаметно. Вроде бы, вот я учусь в выпускном классе, добываю мясо и скупаю всю недвижку, до которой могу дотянуться, а тут бац, и я уже на пороге выпуска… всё также убиваю зверей и скупаю всю недвижку, до которой могу дотянуться. Но факт — полгода пронеслись как метеор.

Конечно, многое изменилось. Прогресс не стоит на месте, особенно в «Энергосинтезе», особенно с такими спецами, как трехсотлетняя травница и энтузиастка-некромантка. Благодаря инновационным продуктам моя бизнес-империя разрослась. Ну и сам я выполнил план-минимум своего развития. Но обо всем по порядку.

Слияние с Бехемой в достроенном Чертоге Фауста прошло отлично. Сам не ожидал настолько положительного результата. Особенно учитывая, что слияние проходило трудно. Три дня и три ночи я безвылазно сидел в Чертоге и боролся с рвущимся наружу Демоном. Высший чувствовал свой конец и из последних сил пытался его предотвратить. Но я крепко держал черта. Тем временем потоки энергии, аккумулированные рунами на стенах, расщепляли его сущность и синтезировали из нее новые связи внутри моего сознания.

А в конце ослабленный Бехема перешел к уговорам:

— Телепат, одумайся! Мое место не может пустовать. Ведь Астрал — это вечная борьба. Ты заместишь меня в бытии, а это означает боль, муки, сражения.

— Ну и пускай, — равнодушно ответил я, попивая из шейкера протеиновый коктейльчик. Не впроголодь ведь сидел все три дня взаперти. Перед затворничеством, конечно, затарился вкусняшками, в том числе белковыми смесями из рогогорского молока. — Зато будет весело.

Выбора у меня всё равно не было. Демон неубиваем, да и ментальным программам не поддается, его можно только поглотить. Вот я его и поглощал.

Ну, в итоге Бехема исчез, а я оброс рогами, копытами и полуметровыми когтями. К счастью, демонская атрибутика легко убирается. Так что в школе не охренели, когда на следующей неделе я пошел в школу. Да и в целом, внешне никаких изменений не произошло. То же самое и с поверхностным ментальным уровнем. Зато внутрянка… Можно сказать, что в моем духовном ядре произошло расширение программных процессов. Поверх лиловых аспектов телепата у меня появились и демонские пурпурные. Честно, после этого было страшновато ехать в столицу на ранговый экзамен. Пускай на экзамене под кожу не лезут, да и нет у экзаменаторов инструментов выявления демонской атрибутики, не придумали такие еще, но всё равно некомфортно.

Опасения не оправдались. Прошло без эксцессов. Дали Мастера, первый ранг. Сказали, что благодаря грубой силе и таланту тяну даже на второго, но не хватает некоего мастерства и матчасти. Возможно, что так, я ведь самоучка, не знаю большинства терминов. Потом еще был разговор с Владиславом. Главный царский палач сказал, что комиссия была тайной, для всех я — Воин четвертого ранга. Тут, конечно, у меня должны были возникнуть вопросы, и чтобы следовать навязанному сценарию, я их озвучил:

— Почему я должен скрываться, Ваше Высочество?

— Потому что ты потомок опального рода Филиновых, и Царю угодно держать твое происхождение в тайне, — наконец приоткрыл карты Владислав. — Высокий ранг же в столь юном возрасте вызовет еще больший интерес к тебе у дворян.

Тут мы впервые и поговорили по душам с царским братом. Конечно, открыли мне вряд ли даже половину. Но хоть подкинули материала для размышления. А, да, еще официально разрешили посещать усадьбу Филиновых, за что большое спасибо. На том и разошлись.

Такие дела…

Ах да, на следующий еще было награждение в Кремле. Царь-батюшка вручил мне второго Георгия, ну и Жалобную грамоту на потомственного дворянина. Успех? Согласен. Теперь мои дети тоже будут дворянами. А значит, в принципе, можно и жениться. Но этот вопрос пока подождет выпуска.

Конец школы, как-никак. И как раз завтра у нас последний звонок. А мне еще директор оказал честь, так что я буду на самом виду…

* * *

Динь-дон. Динь-дон.

Усаженная на моем плече первоклашка радостно трясет серебряным колокольчиком. А я, придерживая белокурую малышку с белыми бантами, прохаживаюсь вдоль шеренги старшеклассников.

Учебный год заканчивается зимой, поэтому линейка проходит в школьном спортзале.

Кто-то из ребят улыбается, как Лена и Света, а кого-то, например, Катю Фиткину, пробило на слезу. Камила грустно взирает на серебряный колокольчик. Гришка с Адией лучатся улыбками и обручальными кольцами.

Да, было дело. Знатно мы погуляли летом на свадьбе казахов. Этот год вообще выдался богатым на свадьбы. Также поженились и Антон Шереметьев со своей знойной Исабель. На церемонию я приезжал вместе с Лакомкой, и альва, понятно, всех ошеломила. Всё же красотой она на голову превосходила даже расфуфыренных княжон и прочих светских львиц. Мне тогда еще пришлось набить рожи паре распустившим руки дворян. Антон был не в обиде, сказал, что «какая ж свадьба без драки».

Строй старшеклассников закончился. Я проношу звенящую первоклашку мимо учителей. Глядя на меня, Антонина Павловна плачет радостными слезами, а вот директор единственный смотрит волком. Удивительно всё же, что он лично выбрал меня для этой почести.

Когда директор сообщил эту новость, я отнесся с удивлением:

— Вы серьезно? Вы хотите, чтобы именно я сделал последний звонок?

— А кто еще, Вещий⁈ — недовольно выдохнул директор, прямо как паровоз. — Кто еще⁈ Это ведь ты спас школу от орды бигусов! Это ведь твои волкомедведи сторожат периметр во время звериных вторжений! — произносит он всё это с какой-то раздражительностью и ожесточением. — Да и в конце концов, это ведь ты уничтожил Загонщиков и другую организованную преступность в Будовске! Ну и вложил кучу денег во все крупнейшие проекты города, тем самым подняв его благосостояние! Ах да, еще урезонил пермских дворян!

С пермяками да, «Мстители» постарались. Было много разговоров, предупреждений и угроз. До поединков тоже доходило, несмотря на почти военное положение. Но теперь хотя бы пермские дворяне уже не смеют задирать юбки понравившимся простолюдинкам.

— Это приятно слышать… наверно… — немного растерялся я. — Только почему вы так сердито это произносите?

— Да потому что, Вещий, ты злостный прогульщик! — директор не выдержал и аж хлопнул ладонью по столу. — Школьная дисциплина тебе не знакома! Ты даже годовые контрольные прогуливал! Контрольные! Вещий, вот что я тебе скажу: ты — достойный гражданин, честный дворянин, великий филантроп, заслуженный герой с двумя ордерами, но ты — самый худший ученик, который когда-либо у меня был!

— Господин директор, тут же весь вопрос в приоритетах, — пожал я плечами. — Самое важное я сделал, а школа…тут с вами соглашусь, она пошла по остаточному принципу. Что ж, спасибо за честь. До скорого.

Думал, так и закончится наш последний разговор с директором моей школы. Но когда я уже взялся за ручку двери, директор неожиданно произнес мне в спину:

— А всё же ты был прав, Вещий.

Я обернулся с непониманием на лице:

— В чем, господин директор?

— Помнишь самую первую историю? — вздохнул директор. — Свет против тьмы.

Я усмехнулся, вспомнив наш разговор почти годовалой давности. С тех пор мужчина в кресле немного обрюзг, на его висках появилась седина, а правый глаз стал временами дергаться. Мда. Многое за это время произошло в Будовске. Не для всех это вышло бесследно. Много смертельных опасностей пережил город и его жители, но и в то же время жизнь людей значительно улучшилась.

— Помню, господин директор, — кивнул я.

— Похоже, свет действительно побеждает. По крайней мере, в нашем городе, — уронил директор, и я с улыбкой покинул его кабинет.

Последний звонок отзванивает, заканчивается прощальная линейка, и мы с друзьями собираемся в последний раз в манеже Енеревых за школьным забором.

— Сколько домашки мы здесь вместе сделали, — вздыхает Светка, грустно оглядывая парты. — Я за этим столом поняла органическую химию…

— Блондинка поняла химию, — усмехается Гриша. — Да это место — настоящий храм знаний.

— Верно, — соглашается Лена. — Камила, может не будете сносить манеж?

— Не будем, — кивает брюнетка. — Пускай стоит. Гвардейцы спилят замок и уберут охрану. Любой желающий сможет сюда прийти. Возможно, манеж пригодится другим ученикам…

— Или бомжам, — вставляет казах.

— Вряд ли. Ближайшие жилые дома далеко, — отмахиваюсь я. — Сюда никто не забредет. Кроме учеников, которым негде собраться. Давайте посидим в последний раз.

— Хорошая идея, — одобряет Камила.

Мы усаживаемся за парты и трещим о разном. О школе и не только. Словно имитируем старые добрые времена.

— Слышали, Шереметьевы приехали в Будовск? — спрашивает Света.

Замечаю, как щеки у Камилы слегка порозовели.

— Да, — киваю я. — Великопермский разрешил их доброотрядам охотиться.

Хотя у него и выбора не было. После предательства Глеба влияние князя сильно упало, и теперь Охранка диктует ему, кого допускать к «норам».

— Слушай, Даня, а когда мы за ракхасским вождем-то пойдем? — встрепенулся Гришка.

— Наверное уже после поступления, — задумываюсь. — В том мире сейчас идет война между Красными топорами и казидами, и вождя не так уже просто найти. Он куда-то запрятался. Да и опасно сейчас вас вести туда.

— А шастать в одиночку не опасно, да, Вещий? — сразу накидывается Светка.

— Честно? Гораздо меньше, — признаюсь с улыбкой и удостаиваюсь еще одного злого взгляда от блондинки.

— Нужно идти, — вздыхает Камила. — Еще к балу готовиться…

Эх, точно, еще же сегодня танцульки в школе. Выпускной вечер. А я хотел сегодня помедитировать да понатаскать Легион, у Дубного что-то там не получается с огненной техникой. Хотя ладно, всё же выпускаемся один раз в жизни.

— Да, пора, — я встаю первым, а потом и остальные подтягиваются. — Лена, за тобой заеду в шесть.

— Хорошо, Даня, — лучезарно улыбается моя девушка. А почему бы ей не улыбаться? После того как я слился с Бехемой, наша сексуальная жизнь наладилась, и Ленка снова стала веселой и довольной. Эманации ужаса я теперь не испускаю, так что ничего не мешает ей оставаться у меня на ночь. Только вот по-прежнему мою гиперактивность ей тяжело одной вынести. Без Лакомки никуда.

Вернувшись домой, я немного занимаюсь медитациями. Даже успеваю подсобить Дубному, который никак не может осилить Завесу пламени. Сложноватый каст, конечно. Проблема у Ивана даже не сообразительностью, а со скоростью реакции. Мышление у каменщиков всё же не приспособлено к быстрым манипуляциям с огнем. В огненной магии если во время кастования не среагируешь в течение секунды на возникший узел, то всё, пропала техника, заново начинай. Но думаю, Дубный приспособится к двум стихиям.

Ближе к полшестого вечера начинаю готовиться к вечеру. На бал также отправиться Антонина Павловна, но ее отвезет отдельная машина. За последнее время мой автопарк прилично вырос. Обзавелся также и парой «Чаек». А что, могу себе позволить. Многие инвестпроекты уже дали выхлоп — ТРЦ «Гудвин» и санаторий в Алабмаше в том числе. Да и бывшие заводы Недежки приносят свою копейку.

Одевшись в смокинг, выхожу в коридор и едва не натыкаюсь на Софию с Кирой. Девушки с умилением оглядывают меня.

— Наш шеф наконец-то вырос! — улыбается София. — Он закончил школу и стал большим мальчиком!

— Горжусь вами, шеф! — подыгрывает ей Кира. — Ой, а у вас воротник чуть задрался!

— А на рукаве пылинка!

Обе чертовки подходят ко мне и с наигранной материнской нежностью поправляют смокинг, будто я маленький мальчик. Правда, каждая успевает пощупать мой бицепс с неким удивлением.

— Действительно, вырос, — усмехается некромантка после прощупывания.

— Ты сама-то недалеко от меня ушла, — фыркаю я Кире, которая на этой неделе поедет в Пермь на свой выпускной. — Закончили?

— Ох, шеф, а что это за парфюм? — не торопясь уходить, София водит носом рядом с моей шеей. — Просто божественный аромат.

— Не знаю, леди Барбара подарила перед отъездом, — отмахиваюсь я. — Всё, меня не ждите. Буду поздно.

Направляюсь к лестнице, оставив девушек позади.

— Конечно, вам можно, вы ведь теперь взрослый, — доносится вслед вместе с хихиканьем.

На «Майбахе» заезжаю за Леной, которая принарядилась, а в воздухе вокруг нее витает приятный цветочный аромат. Явно также духи леди Смит. Барбара всех моих близких задарила своими эксклюзивными духами.

По дороге в честь выпускного дарю Лене золотой браслет с бриллиантами, от чего она с визгом бросается меня целовать, наплевав на помаду.

Приехав в школу, мы проходим в актовый зал, где убрали все стулья и устроили что-то вроде дискотеки: танцпол, столы с закусками, молодежная группа на сцене. У креветок в кляре и встречаем Гришу с Адией и Свету с младшим братом Славой. Блондинка в белом платье и с диадемой на голове напоминает принцессу из сказок.

— А не знаете, с кем придет Камила? — спрашивает Лена.

— Ого! Вот с кем, — Гриша указывает в сторону входа.

В зал только что вошел Никита Шереметьев с Камилой. Никита — это младший брат Антона. Надо заметить, пара выглядит немного комично. Всё же Никита низковат по сравнению с брюнеткой, а на каблуках она так вообще на голову выше графского сына, хоть он ее и старше лет на пять.

— Неожиданно, — замечает Светка.

Новоприбывшая пара направляется к нам. Камила приветливо машет рукой.

— Ребята, как вам вечер? — брюнетка смотрит в первую очередь на меня.

Я также ощущаю на себе взгляд Антонины Павловны. Наша классная стоит среди учителей, и, надо заметить, пялятся на нее многие парни-старшеклассники. Кажется, они только сейчас прозрели, какая красотка учила их все эти годы. В свою очередь я оцениваю облик Антонины. Как говорится, шикарная женщина всегда шикарна. Особенно в приталенном синем платье с нескромным вырезом на груди.

— Лена, не теряй меня, я скоро, — покидаю компанию друзей и направляюсь к Антонине Павловне. Недолго думая, зову ее на танец. Согласие моей бывшей учительницы не заставляет себя ждать. Ее рука ложится поверх моей, и вот мы уже медленно кружимся в медляке.

— Даня, поздравляю с выпуском! — смущенно произносит бывшая королева пилона.

— Благодарю, Антонина — улыбаюсь.

Учительница кажется задумчивой и взволнованной, будто она на что-то решается. Я тоже молчу: всё же приятно просто танцевать, ни о чем не думая.

В конце танца мы останавливаемся у закусок, и я возвращаюсь к друзьям, а Антонина уходит общаться к учителям. Камила снова часто смотрит на меня, и это, кажется, подмечает даже Никита Шереметьев.

— Интересный вечер, — замечает графский сын или, как правильнее, виконт. — А нынче на выпускных балах разрешены поединки? Всё же это неотъемлемая часть многих празднеств.

— Наш директор это не поощряет, — замечает Света.

— Позволю заметить — ваш бывший директор, сударыня, — усмехается Никита. — Так что, получается, всё в ваших руках. Как считаете, Данила?

Это такой завуалированный вызов что ли? Впрочем, без разницы, отвечу в своей манере.

— Как говорится, какая свадьба без драки, верно? — улыбаюсь. — То же самое можно отнести и к выпускному, Ваше Сиятельство.

— Значит, вы согласны немного развлечься? — с ухмылкой виконт «захлопывает ловушку», как ему кажется. — Чисто ради спортивного интереса.

Виконт явно решил утвердиться в глазах Камилы за мой счет. Немного наивно с его стороны, учитывая, что я побеждал Паскевича, а об этом Никита должен был слышать. Впрочем, это было давненько, многие люди успели забыть.

— Если только вы настаиваете, — пожимаю плечами. Действительно, я не горю желанием, но уж если виконт нарывается, то не будем его огорчать. Терпеть не могу заносчивых типов, даже если это братишка моего друга-графа. — Только давайте за территорией школы. Мне не хочется рушить место, где я учился, да и к тому же прославиться вандалом.

Улыбка застывает на губах Никиты. Ведь это был камень в его огород. Кто тут вандал, как не он.

— Как угодно, — роняет он

А Камила нервно поджимает губы. Не знаю, что она хотела добиться, придя под руку с виконтом, но точно, не того, чтобы стать поводом мордобоя в выпускной вечер.

* * *

Читайте продолжение: https://author.today/reader/330984/3025436

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 7

Content

#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 7

Глава 1 — Иномиряне

Глава 2 — Нежданная охота

Глава 3 — Фолиант тайн

Глава 4 — По ягоды

Глава 5 — Дитя Астрала

Глава 6 — На Кавказ

Глава 7 — Достойный герой

Глава 8 — Алабмаш

Глава 9 — Призвавшая

Глава 10 — Разгадка пурпура

Глава 11 — Повод для повышения

Глава 12 — Возмездная Охота

Глава 13 — За род!!!

Глава 14 — Шаманский артефакт

Глава 15 — На прогулку

Глава 16 — Трофеи шик и блеск

Глава 17 — Подарки

Глава 18 — Награда

Глава 19 — Минер хрусталя

Глава 20 — Расправа над Хозяевами

Глава 21 — Обезьяний коллапс

Глава 22 — На драконьих крылья к главгаду

Глава 23 — В гостях у предателя

Глава 24 — Справедливо и щедро

Глава 25 — Выпускной

Nota bene