Zang

Кровавые тени войны

Пролог

Стоя в первых рядах элиты Конохагакуре но Сато и отстраненно слушая речь Хатаке Сакумо перед монолитом с выбитыми на камне именами новых погибших в только что завершившейся мировой войне, Орочимару лишь изображал скорбное выражение лица, необходимое для подобного мероприятия, но в мыслях был в своей лаборатории, пропуская внешний шум мимо ушей. Это не первая подобная церемония и точно не последняя, чтобы обнаружить для себя что-то новое. Зачем устраивать подобный фарс, отнимая время у живых, когда мертвым уже все равно? Теряя в многочисленных конфликтах все новых знакомых и в некоторых случаях, даже редких друзей, змеиный саннин постепенно черствел и наполнялся холодным равнодушием к потерям, предпочитая сосредоточиться на собственной работе, чем создавать эмоциональные связи с людьми, что уже завтра могут оказаться мертвыми, чтобы там не проповедовал сенсей про Волю Огня и единство жителей селения. Орочимару отлично понимал, что не стоит ожидать от простых бойцов невозможного, так как не обладая должной силой для гарантированного выживания в большинстве передряг, подобные личности тратят большую часть собственного времени в тренировках, нежели в попытках повысить и так невысокий уровень образования, а специалистов уровня Тсунаде вообще можно пересчитать по пальцам даже в Великом Селении.

Во всей Конохе, едва ли найдется два десятка ниндзя, преимущественно из ирьёнинов, что могли пробудить интерес ученого и это делало для Орочимару общение с серой массой очень скучным делом, несмотря на попытки многих обратить на себя внимание элитного шиноби. О чем можно общаться с людьми, интеллект которых не позволяет понять, о чем он вообще говорит? Тем ценнее обнаружить в серой грязи чистейший алмаз.

Орочимару скосил взгляд вправо, на клан повелителей теней, среди которых возвышалась на голову с лишним внушительная фигура аловолосого парня, облаченного в черные траурные одежды без своей привычной формы, в которой он привык видеть коллегу.

Ученик Сарутоби действительно мог назвать Рью Нара коллегой, чья острота разума не уступала змеиному саннину, несмотря на молодость и в отличие от давней напарницы, парень вовсе не боялся лично запачкать руки, если того требовала необходимость. А некоторые идеи, которыми буквально фонтанировал во время совместной работы Рью-кун, заставляли Орочимару надолго задумываться и изменять собственные планы по многим запланированным экспериментам, не говоря о чрезвычайно интересных образцах для исследования, что удавалось достать коллеге.

Умений ученого уже хватило, чтобы провести некоторые улучшения мышечного корсета собственного тела, после работы с Рью-куном над рукой Райкаге и Орочимару с предвкушением ожидал момента, когда коллега разберется с накопившимися делами и можно будет продолжить совместную работу. Тем более, что в этот раз у него имеется, чем удивить молодого Нара — тщательное исследование процессов регенерации джашиниста позволило продвинуться в вопросе клонирования органов и мышечных тканей.

Конечно, до выращивания полноценного тела из нескольких клеток еще далеко, но если немного переделать Чикатсу Сайсей но Дзюцу (Техника лечебной регенерации жизненной силы), вопрос получения полностью родных тканей на замену поврежденным или постаревшим окажется полностью решен. По теоретическим расчётам Орочимару, подобным образом можно будет заменить около девяноста процентов человеческого тела, эффективно проведя омоложение и увеличивая средний срок жизни на пару-тройку десятков лет. Ирьенин первой степени способен без проблем определить, насколько подобная стратегия воплотима в жизнь.

Пока что змеиный саннин находился на пике формы, но еще несколько лет и для нахождения на вершине пищевой цепочки придется прилагать куда больше усилий, что ученого не устраивало. Конечно, джонин продолжал исследовать пару способов, при получении положительных результатов, позволивших бы решить проблему возраста на некоторое время, но невозможность просчитать возможные побочные явления без личных практических экспериментов, заставляли проявлять осторожность, прежде чем решаться на радикальные шаги. Постепенная замена тела выглядела куда более привлекательным способом, особенно с привлечением ирьенина первой степени.

Едва дождавшись, пока церемония закончится и опустив цветок к подножию памятника, Орочимару вежливо кивнул на прощание бывшим напарникам и поспешил нагнать молодого коллегу в окружении соклановцев.

— Орочимару-сан, — вежливо поклонились Нара во главе с правящей семьёй, заметив его приближение.

— Приветствую, — так же поклонился саннин и без дополнительных расшаркиваний, перешел к сути, — я украду у вас Рью-куна, обсудить пару вопросов?

Шенесу Нара удивленно вздернул бровь, но пожал плечами и вопросительно взглянул на племянника.

— Я догоню вас, — помахал тот родным и кивнул Орочимару.

— Не здесь — слишком много любопытных ушей, — покачал головой саннин, покосившись на часть присутствовавших шиноби, что вовсе не спешили так быстро покидать кладбище — профессиональная привычка собирать информацию.

— Обычное место?

— Пожалуй, — согласился на предложение джонин, спиной чувствуя пылающий взгляд одной особы.

Вот еще одна проблема — профессиональная ревность Тсунаде заставляла ее конфликтовать с наступающим на пятки дарованием, обладавшим куда более положительной репутацией среди сообщества ирьёнинов и столь прямое доказательство общения бывшего напарника и друга с соперником, наверняка обеспечит возмущенное негодование с ее стороны. А ведь насколько проще было бы занять положение куратора Рью-куна и получить дополнительный плюс к репутации, возможность работать вместе с равным специалистом и даже обмениваться знаниями, вместо скандальных слухов и уязвленной гордости. Впрочем, змеиный саннин слишком хорошо знал подругу, чтобы всерьез рассматривать подобный вариант. Ее потеря, а он намеревался получить от плодотворного сотрудничества куда больше, чем могли предположить окружающие.

Короткий шуншин и вот он спрыгивает с крыши здания напротив любимой кафешки, а спустя секунду, рядом приземлился и Рью. Кивнув стоявшей за прилавком хозяйке, Орочимару жестом показал два обычных заказа — они бывали здесь достаточно часто, чтобы небольшой обслуживающий персонал выучил вкусы двух элитных шиноби. Любимый столик в углу оказался свободен и саннин направился прямиком к нему, почти сразу шлепнул на дерево бумажную печать, создавшую круг воздушного барьера, не дававшего посторонним не только услышать лишнего, но и четко увидеть движения губ, в том числе и с помощью додзюцу — даже в родном селении, шиноби предпочитал проявлять осторожность при обсуждении даже безопасных проектов. Сотрудничество с Данзо и постоянное наблюдение в течение этого времени, оставили свой отпечаток.

— Итак, Орочимару-сан, я внимательно слушаю, — кивнул Нара, как только поднос с чайником, чашками и большой тарелкой кремовых пирожных оказался на столе.

— В прошлый раз, наша работа оказалась приостановлена внезапно и на самом интересном месте, — с наслаждением пригубил крепкий жасминовый чай Орочимару, — и мне не терпится возобновить сотрудничество — все же, несмотря на получение очень интересных данных при самостоятельном исследовании руки Третьего Райкаге, делать это совместно с ирьёнином первой степени намного результативно.

— Орочимару-сан, с момента официального окончания войны прошла всего неделя, — закатив глаза, вздохнул юный гений, — я еще даже не успел разобрать с накопившимися делами дома и в клане, не говоря уж о чем-то на стороне.

— Ку-ку-ку, я согласен подождать, если согласуем конкретную дату, — пожал плечами саннин, хитро усмехнувшись, — но думаю и в твоих интересах долго не тянуть — я весьма продвинулся в исследовании клонирования и есть, что показать…

— Клонировании? — оживился собеседник, ожидаемо заглотив наживку с крючком, — как насчет четверга? За пять дней я как раз разберусь с основными делами и можно будет сосредоточиться на военных трофеях. К тому же, некоторые мои проекты тоже дали плоды…

— Случайно, это не связано с постепенным изменением чакры близких тебе женщин? — понимающе хмыкнул Орочимару и пояснил на удивленный взгляд Нара, — У меня имеется хороший знакомый в барьерной команде, чьей задачей является постоянная проверка сигнатур чакры всей политической верхушки Конохи в целях безопасности, за пределами клановых земель, естественно.

— Похоже, кто-то не умеет держать язык за зубами, когда за болтовню его могут и укоротить, — недовольно фыркнул аловолосый джонин.

— Он слишком мне обязан, чтобы промолчать, только доложив начальству, ку-ку-ку, — ничуть не смутился саннин, — так что?

— Это личная разработка и очень ценная, — после недолгого молчания, вздохнул Рью, — подробности я раскрою только в лаборатории, но говорю сразу — если Орочимару-сан захочет ее получить, то это будет очень дорого.

— Я подумаю, что можно предложить в обмен, — не моргнул и глазом джонин, — с нетерпением жду четверга.

— Тогда до встречи, Орочимару-сан, — отставив в сторону почти пустую чашку, кивнул Нара и прихватив с тарелки пару пирожных, удалился, не забыв похвалить кулинарные навыки хозяйки.

Смотря в спину коллеги, саннин расплылся в предвкушающей улыбке.

— Ку-ку-ку, похоже, меня ждут интересные времена.

Принять предложение Рью-куна оказалось самым удачным решением за последние пару десятков лет, даже если кому-то подобное сотрудничество как кость в горле.

Глава 1

Не люблю похоронные мероприятия, как бы их не обставляли — суть от этого не меняется и в памяти всплывают мертвые лица тех, кого спасать было уже поздно или не удалось. Как бы не была закалена психика даже у сверх ценичных и зачерствевших ирьёнинов, но мы продолжали оставаться людьми со своими чувствами и отнюдь не железными нервами, так что ночные кошмары нет-нет, да случались, а подобные мероприятия навевали соответствующее настроение. Вот только, короткая беседа с Орочимару заставила свернуть мысли совсем в другом направлении.

То, что кто-то вне клана смог отследить результаты работы Сейши но Ибуки (Дыхание Юности) на моих женщинах, вовсе не являлось такой шокирующей новостью — в конце концов, от бьякугана мало что может укрыться, да и сенсоры Анбу не зря свой хлеб едят, запоминая сигнатуры источников более-менее значимых людей, не говоря про свой круг общения. Так что много кто знал об изменениях от печати, другое дело, что у нас тут общество ниндзя, где принято параноидально охранять собственные секреты даже от самых близких родственников и даже родным детям не всегда открывают доступ ко всем личным техникам. Есть общая информация о показываемых посторонним ниндзюцу, а есть те же клановые методики тренировки управления тенью, за попытку получить или даже обменять которые могут и прирезать. Разработки по усилению ирьёнинов относятся к той же категории. Обществом подобное положение дел воспринимается как должное.

Даже Шенесу ни о чем меня не спрашивал, несмотря на то, что клоны не один раз обновляли образцы чакры для Саи и остальных в управляющем кубе, чтобы защита клана продолжала воспринимать их за своих. И тут, в нарушение всяческих правил приличия, фактически, нарушая негласное табу, Орочимару в лоб поинтересовался моей разработкой, о которой совершенно ничего не известно посторонним, включая и название, а не предпочел действовать легкими намеками, показывая свою заинтересованность, как это сделал бы обычный ниндзя, оставляя простор для маневра обеим сторонам.

Полагаю, постоянно занятый работой в лаборатории или на миссиях, змеиный саннин просто поставил свой интерес выше правил общества. Учитывая, что он общался больше всего именно со мной и куда меньше с бывшими напарниками, это очень ограниченный круг общения и навыки социализации джонина очевидно, ухудшались.

Впрочем, несмотря на собственное удивление поднятой саннином темы, я вполне предполагал возможность выхода Сейши но Ибуки (Дыхание Юности) за пределы семьи — очень ограниченному кругу лиц, способному держать язык за зубами и достаточно сильному, чтобы отбиться от большинства врагов, не дав попасть печати в руки врага, даже если сомневался в способности кого-либо, кроме Узумаки разобраться в работе и скопировать. Орочимару был идеальной кандидатурой не только по обозначенным параметрам, но и в отношении оплаты — у саннина имелось, что предложить в обмен, интересное мне, исключая банальные деньги. Четверг обещает быть интересным!

Неспешно наслаждаясь утащенными из кафешки пирожными, пожалуй, вкуснейшими в Конохе, я воспользовался верхними путями и за несколько минут нагнал родных, что прогулочным шагом двигались в сторону клановой территории. Большая часть соклановцев уже разбежалась — кто по делам, а кто и в попадавшиеся на пути забегаловки, намереваясь помянуть ушедших бутылочкой рисового сакэ, осталась лишь правящая семья с парой старейшин.

Хотя, судя по тоскливым лицам Шенесу и Шикаку, они тоже предпочли бы откочевать от сборища наших женщин, что-то активно обсуждавших между собой. Впрочем, я не сомневался, что очень скоро, главы кланов сойдутся на свой междусобойчик, так называемое обсуждение совместной политики союза, а на самом деле, просто повод отдохнуть в мужской компании, подальше от испытующих взглядов своих половинок.

— Поговорил с Орочимару-сан? — лениво вздернул бровь дядя, едва я тихо присоединился к их компании.

— Поговорил, — кивнул ему, не вдаваясь в детали, — в четверг буду целый день занят и скорее всего, какое-то время после.

— Понятно, — хмыкнул Шенесу, — тогда зайди ко мне через часик — кое-что обсудить надо.

— Почему через часик? Пусть женщины общаются, а мы займемся делами, — подмигнул ему с Шикаку.

Бросив быстрый взгляд на тетю, активно спорившую о чем-то со старейшиной, глава клана оживился и кивнул.

— Давно стоило оставить женщин сплетничать, а самим двинуться вперед, — тихо пробормотал Шикаку, вздохнув.

Как и я, двоюродный брат не любил толпы людей, предпочитая избегать присутствия на большинстве общественных мероприятий, но Шенесу норовил отправить наследника вместо себя туда, где представитель Нара должен был просто присутствовать, без принятия каких-либо важных решений, готовя сына к политической жизни.

Не став терять времени, я нагнал в несколько шагов восемь куноичи разного возраста с двумя мелкими дополнениями, путавшимися под ногами.

— Дамы, мы двинемся вперед, так как дел полно, а вы можете развеяться и пройти по магазинам в чисто женской компании, — вклинился в разговор, не особо вслушиваясь, что они там обсуждали.

— Рью, ты уже поговорил с Орочимару-сан? — обернулась Линли.

— Да, потом все расскажу, — помахал жене рукой и достал из внутреннего кармана небольшой свиток, — вот вам немного денег на расходы, — передал его стоявшей рядом ма.

— Может с нами пройдётесь? Вам ведь тоже отдыхать надо, а не все время с делах? — наивно предложила Хитоми, сложив руки на очень здорово выделявшемся животе.

— С кучей женщин? По магазинам? Лучше я поработаю! — хохотнул в ответ, не обращая внимание на тычок локтем под ребра от Саи.

— Идите уже, — закатила глаза Сецура, — но чтобы на напивались до заплетающихся ног на этих ваших «делах».

— Мы постараемся, — помахал я сильной половине Нара, и ретировался на крышу ближайшего здания, лишь на секунду опередив Шенесу с сыном.

— Проблемные женщины, у нас действительно дела, — едва слышно пробурчал дядя, стремительно перепрыгивая с крыши на крышу.

Я лишь закатил глаза, воздержавшись от комментариев, несмотря на то, что слышал, как главы трех кланов договаривались до церемонии прощания об обычных посиделках. Шикаку быстренько свинтил по пути, наверняка намереваясь выцепить напарников, а добрались до кланового квартала за несколько минут.

— Ну что там за дела срочные образовались? — развалившись на удобном диванчике в кабинете главы Нара, спросил его.

Порывшись в ящике стола, Шенесу выложил перед собой горку очень знакомых свитков — я такие клепал десятками на фронте.

— Пленные? — вздернул брови и едва сдерживая вздох — еще не успел разобраться с теми, что мне отдавали на хранение и лечение раньше.

— Нет, здесь тела погибших из союза четверых — Нара, Яманака, Хьюга и Акамичи, — мрачно покачал головой дядя, — если получится воскресить хотя бы половину, то это будет настоящее чудо.

Нахмурившись, я понимающе кивнул на его слова — очень многие из четырех кланов носят на себе мою Ияку Фуин, что увеличивает выживаемость носителя даже при получении смертельных ран и если ниндзя все же не дожил до получения помощи, то вернуть к жизни такого пациента будет очень проблемно, если вообще возможно.

— Ладно, я посмотрю, что можно сделать, но ничего не обещаю — даже у меня имеются пределы, — помахал рукой на его слова.

— Даже несколько вернувшихся к жизни — уже отличное достижение, — вздохнул дядя, устало помассировав переносицу.

В такие моменты было хорошо заметно, насколько давит на него пост главы и ответственность за благополучие соклановцев, добавляя годов и морщин, хотя возраст еще не такой и большой для пользователя чакры.

— Сколько там всего? — поднявшись, я взял с полки шкафа, находившегося справа от дивана, моток веревки и быстро связал свитки в одну пачку, не желая тащить их в руках.

— Если честно, я не считал другие, но наших тридцать восемь тел, — пожав плечами, признался Шенесу, но учитывая малочисленность Нара, точно больше.

— То есть, около двух сотен или даже больше, — закатил я глаза, — как будто у меня и без этого дел не выше крыше, как же проблемно…

— Я не требую воскрешать всех сразу, Рью-кун, — дядя достал пачку сигарет и затянулся, ароматным дымом трав, наверняка из Кусы, если судить по знакомой упаковке, — работай в своем темпе и если в течение года сможешь разобраться с погибшими, не думаю, что союзники станут предъявлять претензии, скорее, можешь рассчитывать на значительную награду.

— Главное, чтобы не объявили мертвыми не безнадежные случаи, а то люди потом замаются доказывать, что они это они, при наличии надгробной плиты со своим именем и пометкой в личном деле «мертв», — усмехнулся, возвращаясь на диван бросая поклажу рядом.

— Я потому и тяну с большими клановыми похоронами, — лениво выдохнул пару дымных колец Шенесу, — как и остальные главы союза, можешь не волноваться на этот счет.

Заметив, что я не собираюсь уходить, он вопросительно вздернул бровь.

— Ты что-то еще хотел?

— Да, не так давно у меня состоялся обстоятельный разговор с Тсуме-чан, в том числе и на политические темы, — кивнул ему, — завершившийся весьма интересным предложением — Инузука желают войти в наш союз младшим партнером, на первых порах, пока не наберут достаточно веса для равных условий.

— О⁈ Это весьма интересное предложение, — немного оживился глава Нара, — вы обсуждали конкретные условия?

— Естественно нет, — фыркнул — как будто у меня имеются такие полномочия в клане, как наследника третей очереди, — только пообещал, что замолвлю словечко перед тобой, а там сами обсуждайте кто и на каких условиях.

— Ты хоть знаешь, насколько это проблемно — интегрировать в союз даже относительно небольшой клан? — обмяк в кресле дядя, — Я пахал как раб почти полгода с Хьюга, а теперь еще и Инузука.

— Подключай Шикаку — сможет получить уникальный опыт от процесса, — без сомнений бросил под колеса бюрократической волокиты брата, радуясь, что на меня это уже не свалить.

— Главное, чтобы он не успел сбежать на длительную миссию, как только об этом услышит, — пробормотал Шенесу, задумчиво потирая шрам на лице и пыхая сигареткой, после чего повернулся ко мне, — можешь передать Тсуме-сан, что союз не возражает присоединению Инузука и устрой нам встречу где-то через полторы недельки — я как раз разберусь с текучкой и смогу заняться ей.

— Без проблем, — кивнул ему, довольный, что не пришлось взваливать на себя еще и эту ношу, — тогда я пошел.

— Да-да, я тебя не задерживаю, — тоскливо вздохнул Шенесу, смотря на приличную стопку документации на столе.

Махнув на прощание родственнику, я прихватил вязанку свитков и поспешил покинуть кабинет, пока дядя не нашел мне еще работы, чтобы жизнь медом не казалась, и направился домой. Пока женская часть семьи не вернулась, у меня имелась возможность спокойно поработать несколько часов, ни на что не отвлекаясь.

Отсутствуя больше полугода с этой войной, я твердо решил, как можно больше времени уделить семье и детям, откладывая не критические задачи на будущее или применяя клонов и в основном, используя ночные часы, благо, несколько недель мог спасть всего по паре часов в сутки и этого хватало для нормального функционирования. Зато, с полным взятием на себя тренировок Кацуми с Анко, девочки начали выкладываться на все двести процентов, показывая отличные темпы развития и мне даже приходилось немного их притормаживать, отвлекая на обычные прогулки, походы в кондитерские, на горячие источники или просто по магазинам, чтобы дать отдохнуть.

Если подобный энтузиазм у малявок скоро не остынет, то через годик только по физическим параметрам, они обгонят свежих генинов, не упоминая вариативность навыков. На семейном совете было решено, что через год отдавать их в академию шиноби не имеет особого смысла — кроме социализации, ничему новому там не научат, а кучу времени придется потерять. Проще поступить, как и со мной — отправить на последний год обучения, чтобы познакомить со сверстниками и продемонстрировать силу подрастающего поколения Нара, после чего взять их в ученицы, добавив кого-нибудь из союзных кланов в команду. Не думаю, что Сакумо решит отказать мне в подобной просьбе.

Глава 2

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Клан Нара. Рью Нара

Неспеша двигаясь по главной улице и отвечая на приветствия попадавшихся по пути соклановцав, я невольно сравнивал прошлое возвращение с войны и разницу видел невооруженным взглядом — тогда квартал напоминал начавший умирать город, где оставалась лишь половина населения и имелось много заброшенных домов, оставшихся без хозяев. Сейчас же, несмотря на потери, по улицам носятся стайки ребятни пяти-шести лет, гуляют мамаши с более младшими детьми, а мужики занимаются ремонтом там, где это требуется, под присмотром прекрасного пола.

Да, потери имеются и довольно приличные, некоторые дома оставлены, но не в таком количестве, как после второй мировой. Выжившие генины подросли, заматерели и успели завести свою семью, а беременные женщины стали вовсе не редкостью. Пусть эта война началась раньше ожидаемого срока, оказалась очень кровавой и скоротечной на одном фронте, но устранение руководство Третьего Хокаге с его группой поддержки и налаживание работы медицинской службы, дало ощутимые результаты в куда меньших потерях клановых ниндзя.

Хатаке оказался куда лучшим правителем и командующим, не спеша отправлять лучшие войска на убой, а генины и вообще провели все время боевых действий в тылу, ради чего поспешная смена Хокаге и планировалась. Шенесу уже давал мне просмотреть отчеты Нара по завершению боевых действий и несмотря на более чем значительное количество раненых разной тяжести — чуть больше трех сотен — убитых оказалось всего шестьдесят восемь человек. Если получится вернуть к жизни хоть кого-то из свитков, то эта цифра окажется еще меньше. Конечно, Нара в основном брали на себя функцию поддержки или командования, нежели функции взлома вражеских порядком или принятия главного удара, но данные от союзников в процентном соотношении от общего числа лишь на четверть значительней по потерям, чем наши. Не в последнюю очередь, благодаря предоставляемым мною услугам, что очень ласкало чувство собственной значительности.

Недавно, клан заключил с селением договор на увеличение поставок производимых лекарств, значительного количества фуин — большая часть запасов оказалась потрачена и требовалось их восстанавливать до уровня, минимально необходимого при выполнении среднего количества миссий — позволяя еще больше повысить общий уровень благосостояния соклановцев, получивших свою долю с репараций двух великих селений. Подозреваю, это приведёт к новому буму рождаемости, на радость дяде и прибавит работы мне, если не смогу обучить мелкотню из клиники. Точнее, если старейшины не зарубят подобную инициативу на корню — юные ирьёнины сейчас буквально валятся с ног, ассистируя моим клонам и более опытным коллегам из союза, что перешли к нам работать из главного госпиталя и занимались восстановлением многочисленных раненых. Своих. До посторонних очередь дойдет месяца через два-три, но не сомневаюсь, что полгода клиника будет работать в полностью загруженном режиме — очередь имеется на три месяца вперед и продолжает расти, особенно, с недавно введенными, кредитными способами оплаты медицинских услуг.

От мысли, что давняя задумка и значительные вложения средств не только себя оправдали, но и значительно снизили общую нагрузку на меня — позволяя брать на себя только самые сложные случаи — настроение стремительно поползло вверх и в дом я вошел, мурлыкая себе под нос всплывшую в памяти мелодию.

Естественно, женская часть семьи вернуться не успела и ощущая тянущую пустоту в желудке, мне пришлось соорудить себе несколько массивных бутербродов из ломтей ветчины и попавшейся под руку зелени с овощами, прежде чем отправиться к обычному рабочему месту. Дожевывая последний кусок и на ходу запивая из чашки ароматным чаем, я спустился в подвал, где работа продолжала кипеть.

Один каге буншин расположился за столом и со скоростью печатного станка, клепал различные фуин на продажу, чакрой выжигая рисунки на больших листах бумаги и стопками по десятку упаковывая полученные прямоугольники. Должным образом обработанные трофеи с войны позволяли не беспокоиться о закупке материала ближайшие год-два. С другой стороны большого помещения, трое клонов использовали нанесенную на камень пола Чикатсу Сайсей но Дзюцу (Техника лечебной регенерации жизненной силы), чтобы обрабатывать распечатываемые из свитков тела пленников и своих ниндзя, преимущественно куноичи, которые соратники вручали мне еще во время войны. Последними пришлось заняться в срочном порядке, потому что порог фуин лавки уже обивали джонины с крупными суммами рё в карманах, интересовавшиеся, когда можно оплатить затребованные услуги.

Услышав звук открывшейся и закрывшейся двери, копии дружно отвлеклись от работы.

— Босс, все уже закончилось? — спросил один из троицы.

— Угу, ничего нового — пафосные речи и приличествующие моменту, тоскливые физиономии вокруг, — вздохнул я и сделал короткий выброс чакры, позволяя им усвоить новую информацию.

Результатом стал строенный недовольный фырк.

— Еще работа! Да мы с нынешней не справимся еще где-то неделю, если будем работать в текущем темпе! — воскликнул второй Каге Буншин.

— А заплатят наверняка меньше, хотя возиться точно придется дольше, — пробурчал сосед, не отрываясь от затягивания глубокой раны в боку темнокожей куноичи в центре комплекса печатей, — если вообще выйдет толк.

— Нужно постараться вытянуть — чем больше у Конохи окажется опытных ниндзя, тем больше окажется преимущество во время следующей заварушки, — пожал я плечами, полностью согласный с копиями, — против кого бы не пришлось воевать.

Несмотря на выполнение самых первых стадий плана по обнаружению и уничтожению черной хрени, да финала которого еще как минимум десятилетие с хвостиком в худшем случае, я все же надеялся не допустить объединения биджу в десятихвостого и воскрешения Учиха Мадары, не говоря уж про богиню Кагуя, но вместе с тем, не исключал вариант начала следующей мировой войны раньше канонного срока и в этом случае, каждый боец для Конохагакуре будет на счету. Клановый — тем более.

— Кстати, босс, там надзирающий за шизикам из лаборатории связывался, сообщил, что от Хисато прибыла посылочка с подарком, — на мгновение повернулся ко мне сидящий за столом.

— Посылочка? — удивленно вздернул я брови.

Я не получал от него некоторое время отчета, исключительно подпитывая чакрой, но Кагуя должен в этот момент воевать за трон главы клана и уж тем более, не возиться с отправкой мне подарков.

— Закинутого плитой перемещения с помощью клона теней, — пояснил каге буншин.

— Хорошо, проверю, — кивнул ему и выложив связку свитков с телами погибших на полку стеллажа рядом с начерченными на полу комплексами печатей, решил не откладывать проверку в долгий ящик.

Активация печати перемещения, шаг вперед и вот я стою в приемной комнате, освещаемой символами на стенах и потолке, слегка морщась от неприятного чувства, впрочем, быстро прошедшего. Когда я спустился с платформы, скрипнула дверь и проем высунулась голова клона в моей обычной домашней одежде, созданный не так давно.

— О Босс, ты быстро! — воскликнул он, распахивая дверь полностью.

— Решил не откладывать на потом, — помахал ему рукой, — что там у тебя?

— Хисато переслал нам свиток с телом убитого Кагуя для дальнейших экспериментов, — нормальным голосом сообщил клон и стоило мне приблизиться, тихо прошептал, бросив быстрый взгляд через плечо в глубину зала лаборатории, — похоже, от части «ученых» нам придется избавиться в ближайшее время, как ты и предполагал — длительное существование в закрытом помещении и с учетом уже проведенных экспериментов, не пошло стабильности сознания на пользу.

Я быстро кивнул, показав, что принял к сведению — собственно, без получения воспоминаний обитателей лаборатории, скорее даже, опасных для моей психики — оценить адекватность двойником можно было только со стороны и при постоянном контакте, для чего у меня не имелось времени лично, отсюда и поставленный в лабораторию наблюдатель по возвращению с фронта.

— Тело джонина Кагуя пригодится если не мне, — свое есть, уже завершившее трансформацию скелета и хрящей, продолжая очень медленно преобразовывать связки и остальной организм, — то в подарок или на обмен Орочимару точно.

— Это уже тебе решать, Босс, — пожал плечами каге буншин, ведя меня к отдельному помещению хранилища, где располагались различные реагенты, запасные приборы, медикаменты, материалы и подопытные в свитках, — мое дело получить и передать.

— Хорошо, как дела с ведением журналов экспериментов и личных дневников? — поинтересовался у наблюдателя.

Предполагая подобный финал, я еще перед возвращением на фронт, обязал «ученых» не только тщательно заполнять журналы проводимых исследований, но и вести дневники, где записывать все возникшие и проверенные идеи — пусть самих клонов придется стереть, но их знания не должны пропасть ни в коем случае. Они и раньше вели записи, но в более беспорядочной форме, нежели вынужденные сейчас.

— Ругаются на разведение канцелярщины и потерю ценного времени, вместо того, чтобы заниматься работой, — ухмыльнулся двойник, — но требования выполняют, на ходу выжигая на бумаге иероглифы чакрой.

— Экономят время, — понимающе покивал.

Все же, они функционируют на моей чакре и перенимают все знания с умениями, включая и подобные методы экономии времени.

Добравшись до склада, каге буншин касанием деактивировал фуин-замок на монолитной металлической двери, сплошь покрытой светящимися символами — к безопасности особо ценного имущества я относился серьезно, предпочтя перестраховаться, несмотря на всю защиту базы — и пройдя внутрь, провел к стеллажу слева, взяв с полки два свитка и передав мне.

— Один с телом киринина, а второй с чем и зачем? — удивленно вздернул бровь.

— А второй с каге буншином, что заявился во время войны в лабораторию и потребовал себя запечатать для последующей передаче тебе, — пожал плечами двойник, — парни убрали свиток с ним сюда, но просто не сочли нужным упомянуть в прошлый раз, пока я не провел ревизию запасов.

— Ладно, потом разберусь, — махнул рукой, убирая свитки в подсумок на бедре и выходя в общую залу, где были слышны тихо переругивавшиеся голоса «ученых».

— Что с ними делать? — тихо спросил каге буншин, бросая взгляд в глубину зала на мелькавшие между оборудованием фигуры в лабораторных халатах.

— Как закончат с журналами — запечатывай, — подумав несколько мгновений, решил я, — с результатами последних исследований я ознакомлюсь потом, когда появится больше свободного времени.

— А такое у нас когда-нибудь бывает? — насмешливо-понимающе усмехнулся клон.

— Редко, но это не означает, что нельзя надеяться, — отзеркалил усмешку и похлопал себя рукой по груди, — если что срочное — пиши в двойной блокнот, я почти всегда держу его при себе.

— Понял, Босс, по завершению операции доложусь, — отсалютовал он, — а пока пойду приглядывать за шизиками, чтобы ничего не откололи.

Проводив его взглядом, я покачал головой — все же, подобное долговременное использование клонов пусть и дает огромное преимущество в плане временных затрат, но не без своих рисков — и направился к комнате телепортации. Когда клоны будут запечатаны, процесс утилизации довольно прост — надо запечатать их в еще один свиток и уничтожить на достаточно большом расстоянии, чтобы крохи уцелевшей инь-чакры растворились в окружающем мире раньше, чем смогли вернуться к родному источнику. Но это дело будущего, сейчас же стоит проверить свои записи по Сейши но Ибуки (Дыхание Юности) и решить, в каком виде представлять Орочимару. Потому что, надстройка кейракукей для получения большего запаса чакры, это одно, а привитие подобия кеккай генкая Узумаки с увеличением срока жизни, это уже совсем другой уровень.

Глава 3

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Квартал клана Нара. Личный тренировочный полигон. Рью Нара

Несмотря на большую загруженность работай с утра до вечера, я обязательно выделял пару часов на совместную тренировку Анко с Кацуми, сверх клановых тренировок, не только уделяя внимание физической подготовке и различным дисциплинам шиноби, что можно отрабатывать в столь нежном возрасте, но и решил постепенно приучать их к работе в команде. До академии и выпуска осталось не так много времени и если личинки куноичи привыкнут действовать самостоятельно и подстраиваясь под напарников, подобные навыки очень пригодятся в жизни после выпуска из академии. Как правило, именно на синхронизацию работы трех генинов уходит львиная доля времени наставника, вместо обучению чего-нибудь более полезного. А при получении жилета чунина, умение работы в команде вообще является жизненно необходимыми навыками, обеспечивая выживание против более сильного врага.

Конечно, я этот период проскочил очень быстро, предпочитая выполнять редкие миссии в одиночестве, но здесь у меня не реинкарнаторы, готовые пахать с раннего утра до поздней ночи, не обращая внимание на боль и кровавые мозоли, а обычные клановые детки. Даже с моей помощью, девочкам придется сильно потрудиться, чтобы приблизиться к темпу роста того же Хатаке Какаши. Безусловно, отличный талант имеется у обеих, но называть их гениями я поостерегусь.

— Время! — пару раз хлопнув ладонями, привлек я внимание занимавшихся тренировкой контроля чакры учениц и сигнализируя окончание этой части урока, — Итак, красавицы, сегодня мы немного изменим порядок тренировки.

Пока резервы относительно небольшие, управление дается намного легче, так что девочки не только давно научились держать листики, ходить по вертикальным поверхностям и бегать по воде, но и уже перешли на тренировки, что даются кандидатам на обучение в ирьёнины, не всегда подвластные даже опытным генинам. В этом отношении безусловно лидировала Анко-чан, обладая меньшим запасом, чем подруга-соперница, но тренировка с нитями чакры давала ей солидную фору по контролю. Пока Кацуми перемещала всего два клочка бумаги по всему телу и старалась добавить третий, младшая Митараши перешла уже на шестой, очень быстро научившись использовать основные тенкецу в разных местах, а не только из рук.

Должен признаться, подобный упор на контроль я делал не только из практических соображений, но и из сентиментальных — несмотря на то, что девочки не стремились пойти по моим стопам ирьёнина или мастера печатей, лишь ожидаемо мечтая швыряться крутыми техниками направо и налево, я не оставлял надежды вбить в их головы хотя бы основы этих направлений немного позднее, когда повзрослеют. Может быть, имея отцом и учителем ирьенина первой степени, хотя бы одна из парочки решит продолжить обучение по собственному желанию, знать хоть немного фуиндзюцу полезно всем.

— О, будем делать что-то новенькое? — с видимым облегчением стряхнула с себя бумажки дочь, повернувшись ко мне.

— Вместо того, чтобы сражаться друг против друга, вы будете совместно нападать на меня.

— Эээ⁈.. — разнеслось почти синхронно по полигону.

— Па, ты слишком большой, чтобы из этого вышло что-то путное, — поджала губки доча и уперла руки в бока.

На вытянувшиеся личики девочек я лишь усмехнулся и сложил ручную печать, создавая каге буншина примерно с таким же количеством чакры, что и у них. А в следующую секунду, он окутался небольшим дымком и превратился в мою точную копию лет четырнадцать назад.

— Естественно, противником будет моя версия такого же возраста, с ограниченным количеством чакры, примерно такой же скоростью и силой, какая была в семь лет, — похлопал я клона по плечу и задумчиво потерев подбородок, добавил, — пожалуй, тайдзюцу стоит ограничить стандартным академическим стилем.

Учитывая мое мастерство в Узу Кен, даже численное преимущество девочкам не поможет, а вот базовый стиль всех генинов я знаю не настолько хорошо, но в тоже время на достаточном уровне, чтобы использовать без проблем.

— Какие условия? — переглянувшись с подругой, повернулась ко мне младшая Митараши.

— Пока используйте только тайдзюцу, — тут же поставил условие.

Еще мне не хватало, чтобы совсем не умея действовать сообща, они взялись применять оружие или техники, поранив друг дружку.

— Пока? — очень знакомо вздернула бровь Кацуми, сложив руки на груди.

— Как только привыкните к присутствию рядом напарницы и необходимости координировать свои действия, чтобы не задеть друг дружку, разрешу использовать весь арсенал, — отметающе помахал рукой в ответ, — сейчас, ваша задача заключается в нанесении одного единственного удара, что развеет каге буншин.

К сожалению, имеющиеся защитные костюмы рассчитаны на подростков и взрослых, несмотря на возможность подгонки размеров, а делать отдельно детские будет слишком долго и бессмысленно — через два-три года девочки все равно такие перерастут.

— Ну ладно, пусть будет тайдзюцу, — пожала плечиками доча и состроив хитрющую физиономию, повернулась к подруге, протянув сжатый кулачок, — давай покажем папе, что он себя переоценил, решив выйти против таких сильных куноичи.

— Покажем! — прищурила глазки Анко, стукнувшись с ней своим кулачком.

— Кстати, а какая награда в случае победы? — внезапно повернулась ко мне Кацуми.

— Две порции мороженного, — ответил, едва удержавшись от закатывания глаз, — но только при победе.

— Да, мороженное! С клубничным сиропом! — расплылась в довольной улыбке малявка.

Впрочем, Анко от нее не отставала — сладким их женщины баловали довольно редко, так что подобная награда вызвала волну энтузиазма, и я мог быть спокоен, что мелюзга выложится на полную, с такой-то наградой.

— У вас пара минут на обсуждение плана и начинаем, — бросил я взгляд на наручные часы.

— Плана?

Но долго дочь в недоумении не прибывала — схватив за рукав тренировочного костюма, Анко-чан оттащила ее в сторону, где они и принялись оживленно шушукаться. Я принципиально не прислушивался.

— Мы готовы! — даже раньше обозначенного срока, внезапно объявила Кацуми.

Весьма напряженные, подруги вернулись и встали в стойки на расстоянии четырех метров от клона, ускоряя циркуляцию чакры по телу и усиливая мышцы. Молодцы!

— Я готов, босс, — кивнул мне каге буншин.

Переместившись в позицию судьи, я рубанул рукой сверху вниз и тут же отскочил назад.

— Хаджиме!

Еще до того момента, как закончил произносить традиционную команду, малявки синхронно рванули вперед, мгновенно преодолев разделявшее с противником расстояние. Анко ушла в сторону и атаковала подсечкой с левой стороны, а Кацуми зашла справа, предпочтя прямые удары руками. Довольно простенькая тактика, использующая численное превосходство — зажать в клещи и синхронно атаковать по двум уровням, раздергмвая внимание. Тем не менее, не теряющая свою актуальность даже у джонинов и включенная в теоретическую клановую подготовку начальных этапов — Анко-чан не только внимательно слушала учителей и запомнила, но и смогла реализовать на практике.

Правда, тайминг немного подкачал, так как доча вырвалась чуточку вперед и это позволило каге буншину сместиться ей навстречу, пропустив кулак возле уха и перехватив конечность, придать дополнительного ускорения прямо на наносившую удар Митараши младшую. Ученица среагировала весьма достойно — чуть придержав удар по ногам, она плавным движением скользнула в сторону, избегая столкновение с напарницей и продолжила атаку в одиночку, сосредотачивая внимание на себе и не дав каге буншину ударить Кацуми вдогонку.

Несмотря на некоторую растерянность, доча быстро восстановила равновесие и вместо того, чтобы сразу броситься на помощь напарнице, начала кружить, заходя противнику за спину. Правда, ей пришлось на середине маневра прерваться и рвануть вперед — Анко-чан слишком сильно провалилась на очередном ударе и получила прямой тычок открытой ладонью в грудь, полетев на землю. Естественно, против девочек с их довольно хрупкими детскими косточками, напитанными чакрой или нет, наносить полноценные удары кулаками не имело смысла, только дополнительная работа мне и боль им.

Ученица не растерялась и сгруппировавшись, перекатилась через спину, толчком ноги себе добавив дополнительного ускорения, чтобы уйти от последовавшего пинка, а дальше клону пришлось перевести внимание на налетевшую с другой стороны Кацуми, весьма технично обрушившую на него град ударов, используя для этого все конечности. В отличие от начала драки, она уже не стремилась решить все одним мощным ударом, а перешла на быстрые экономные выпады с обманками, заставляя клона немного напрячься, уворачиваясь и отводя атаки.

Анко вернулась в строй через секунду, тоже не торопясь и действуя осторожно. Вместо того, чтобы лезть в плотный контакт, как более физически развитая напарница, она делала быстрые наскоки то с одной стороны, то с другой, сбивая врага с ритма, а еще не гнушалась подлых приемов, неожиданно швырнув клону в глаза горсть песка, подобранную ранее при перекате. Пусть каге буншин на такое не попался, вовремя заметив опасность и повернув голову, но заминка позволила Кацуми-чан, словно только этого и ждавшей, прицельно ударить носком сандаля в пах, на что я только довольно покивал — уязвимые точки на то и уязвимые, чтобы по ним стараться попасть.

Отлично! Правда, этому их не учил, значит, кто-то из женщин постарался.

Обычно, когда девочки тренируются вместе, я запрещаю бить по местам, опасным попаданием даже с их невеликими силами, вроде глаз или горла, но сейчас очевидно, что подобные ограничения не имеют смысла, даже если в условиях схватки об этом ничего не сказано. Ниндзя должен знать, когда стоит поменять правила в свою пользу, а не следовать чужим и кланы предпочитают это вбивать детишкам с самого раннего возраста, развивая сообразительность и заставляя выходить за навязанные рамки.

Удар достиг цели и каге буншин развеялся небольшими клубами дыма, возвращая мне крохи чакры с воспоминаниями. Он вполне мог увернуться или пропустить мимо, уйдя перекатом, вот только, условие было использовать равную с противницами скорость, не больше и в этом случае, Кацуми все равно задевала ударом. Заслуженная победа, даже если клон слегка поддавался в очерченных рамках, оставаясь в защитной позиции и почти не атакуя, но усердие и энтузиазм следует поощрять. В следующий раз, малявки так легко не победят, если не покажут что-нибудь для себя новенькое и неожиданное.

— Да! Мы победили! Мороженное! — принялись скакать и обниматься ученицы, вызвав у меня улыбку.

— Поздравляю, поход за мороженным вы заслужили, — похлопал я пару раз.

— Грандиозная победа, — мяукнула сидевшая в стороне пантера, минут десять назад закончившая свою битву с моим каге буншином и наблюдавшая за работой подруг.

В отличие от девочек, Ньярла особых поблажек не получала, вымахав до вполне приличных размеров — мне по пояс в сидячем положении — и способная составить конкуренцию среднему чунину по физическим параметрам. Добавить сюда приличный запас чакры и различные семейные приемчики, которым недавно начала обучать ее мать, и кошечка превращалась в серьезную угрозу даже опытным ниндзя, особенно, если нападать будет из засады.

Тоже, еще один повод для волнения — вернувшись последний раз, Ньярла сообщила, что срок ее испытания, и моего как ее призывателя, получил конкретную дату от босса пантер. У меня имеется всего семь месяцев, чтобы вбить в эту хитрюшку как можно больше навыков и знаний. Ведь на кону стоит возможность стать полноценным призывателем пантер разных крупных пород кошачьих. Как рассказывала Мито-чан, специализация возможных призывов имелась очень широкая, от огромных боевиков, способных размерами сравниться с самыми крупными от договоров троицы саннинов, до размером с обычную кошку, но не менее смертоносных, заточенных на тихие убийства, не упоминая специалистов по ниндзюцу.

— Па, где наше мороженное? — требовательно отвлекла меня от размышлений Кацуми.

— Я тоже буду! — подскочила развалившаяся до этого на земле Ньярла.

— Тогда приводим себя в порядок и на выход, — взмахнул я в сторону дома, снимая с полигона барьер и добавил, — у вас десять минут, иначе за мороженным пойду один.

— Эй, так не честно!

— Моя награда — мои правила, — широко улыбнулся малявкам.

Ах, одна из прелестей быть учителем — возможность гонять мелкоту по своему желанию.

Глава 4

Мизу но Куни. Остров Костей. Владения клана Кагуя. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

Закончив серию интенсивных упражнений для разогрева мышц и заканчивавших получпсовую разминку, Хисато смахнул со лба тыльной стороной руки несколько капель выступившего пота, после чего принял у Сихо мокрую тряпку и быстро протер обнаженный торс. Несмотря на пасмурную погоду и весьма прохладный день, он занимался в одних штанах и именно в таком виде намеревался заявиться на последний бой за звание главы клана.

Все равно, нужды скрывать свои манипуляции с Шикотсумьяку (Мертвенный костяной пульс) больше нет — за прошедшие бои, противник увидел достаточно моих возможностей, чтобы не обмануться, впрочем, как и я его, а вот превратить еще один комплект качественной одежки в лохмотья очень не хочется. Ввиду общей бедности Страны Воды, местная ткань по комфорту уступала из более развитой Страны Огня, даже если эта ткань делалась для знати и богатых, а торговля в последнее время сильно сократилась, ввиду опасности.

Приведя себя в относительный порядок, когда не несет потом на несколько метров, канпеки нингё благодарно кивнул куноичи и скосив взгляд, полюбовался на выглядывавшую из окна мордочку ее дочери, что взяла за правило наблюдать за утренними тренировками. Имея за спиной опыт Основы по обращению с детьми, наладить с ней доброжелательные отношения оказалось проще простого, особенно на фоне биологического отца, имевшего привычку колотить родных за любую «провинность» и просто по настроению, лишь иногда обставляя это дело тренировками, хотя обучением там и не пахло. Чуточку тепла, участия и возможности нормально жить без страха — удивительно мало, для получения верности.

Вообще, живя в поселении некоторое время и с помощью теневого шпиона вызнавая внутреннюю подноготную Кагуя, Хисато хотелось хвататься за голову — если кардинально не менять сложившуюся ситуацию уже сейчас, то само существование клана под вопросом уже в ближайшие пять-десять лет и умостив свою задницу на трон главы, канпеки нингё придется пахать как рабу на галерах, чтобы хоть как-то поправить положение и иметь в будущей Киригакуре хоть какую-то силу за спиной, а не жалкие остатки некогда грозного клана.

Ладно текущее поколение, их можно только убить, нежели как-то перевоспитать, но на количество детей у Кагуя нельзя смотреть без слез — всего девять-десять процентов от общего населения, хотя должно быть в несколько раз больше! Учитывая, что сношались идиоты не меньше обычного для типичных ниндзя, не утруждая себя всякими предохранениями, сам собой напрашивался очевидный вывод — феноменально высокая смертность маленьких детей, не обладавших живучестью взрослых. С этим тоже придется что-то делать, а на весь клан имеется только один единственный ирьёнин третьей степени — пожилая женщина, не пробудившая кеккей генкай и вообще непонятно как дожившая до такого возраста, не обладая большой силой.

Теории теориями, а сам Хисато не далее, как позавчера вломил идиоту, что почти забил до смерти парнишку лет десяти за какой-то проступок, и никто из окружавших даже не почесался хоть что-то сделать против обладателя кеккей генкая. Сила решает все. Собственно, данный инцидент заставил канпеки нингё задуматься — а так ли уж разумен его план внедрения в Кровавый Туман с высоким статусом, когда рост личной силы способен привести к не менее подходящему результату и без огромного багажа маньяков за спиной, что необходимо тянуть за собой и приводить в относительно цивилизованный вид. Если это вообще возможно без вырезания под корень большей части населения. Но это дело будущего, сейчас же необходимо выиграть последний бой.

— Я пошел, — махнув рукой домашним, к которым за прошедшее время даже немного привязался, Хисато развернулся и не торопясь двинулся к главной площади на территории клана, по совместительству, игравшей роль дуэльной площадки.

Не обращая внимание на любопытные и предвкушающие взгляды, приправленные толикой страха от остальных жителей кланового поселения, устремившихся туда же, канпеки нингё принялся наращивать на тело костяную броню, как снаружи, так и внутри. Используя опыт проведенных боев, он вполне смог модифицировать и улучшить подкожные слои в сторону большей функциональности, практически сведя на нет различные недочеты, вроде заметности со стороны или уменьшения подвижности и гибкости тела в ущерб защите.

Пусть каге буншин из лаборатории и разработали наиболее оптимальный вариант расположения защитных пластин, со стороны всех нюансов не понять и необходимо подгонять теоретическую часть уже конкретно под свое тело и испытывая различные изменения в настоящем бою. Борьба за место главы клана такую возможность дала и имея возможность ознакомиться с жалкими поделками соклановцев на этом поприще, он мог с уверенностью утверждать, что стал настоящим мастером в деле создания подкожной брони.

К месту сражения канпеки нингё подошел уже настоящим костяным рыцарем, с разогнанной до предела циркуляцией чакры по каналам кейракукей и готовый убивать. Ледоколом раздвигая собравшуюся толпу, джонин вышел на пустое пространство, где находился только один из старейшин, после чего скрестил руки на груди и принялся сверлить взглядом, наполненным убийственным намерением, только подходившего соперника.

Сорокалетний мужчина, чьи волосы только начали слегка седеть, двигался с вальяжной ленцой опытного бойца и кривой ухмылкой, что сделала бы честь любому маньяку, вот только холодные серые глаза смотрели цепко и серьезно, осматривая каждый сантиметр брони. В отличие первых противников, этот Кагуя вовсе не отметал фактор дополнительной защиты и соответствующе подготовился — кроме выпиравших костяных пластин под легкой рубашкой, он держал на плече большой костяной молот, подходящий для крошения камня.

Нехотя, Хисато добавил этому претенденту несколько очков уважения — наблюдая прошлые битвы, во время которых мало кому удавалось пробиться сквозь броню с простыми ударами копий, Дензиро подготовился соответствующе, учтя и небольшое снижение скорости, неизбежное при увеличении веса тела. Вот только, он не знал о паре небольших печатей на внутренних сторонах каждой пластины, что должны были изрядно снизить эффективность ударного оружия. Если с прошлыми соперниками канпеки нингё еще мог позволить себе некоторую небрежность, то в данном случае, в финал вышел самый матерый, опытный и куда менее кровожадный, способный мыслить четко и холодно, когда это требовалось, ветеран Кагуя, тянувший на твердый А-ранг. Относиться к нему стоило с соответствующей опаской.

— Икимори против Дензиро, финальный бой за место главы клана Кагуя, — объявил старейшина, едва претенденты остановились напротив друг друга, — хаджиме!

И сразу же после отмашки поспешил убраться подальше — в некоторых случаях, прилетало и ему, если находился слишком близко к схватившимся Кагуя. Зрители тоже предпочли держать дистанцию в сотни три-четыре к центру площади — все ожидали смертельного и разрушительного поединка.

Не успел еще отзвучать крик старейшины, имя которого канпеки нингё так и не удосужился выучить, как ветеран на очень приличной скорости рванул вперед, оставляя за собой фонтаны земли с клубами пыли и занося для размашистого удара молот. Чего-то подобного Хисато ожидал — какой бы ни был опытный шиноби, обладатели Шикотсумьяку предпочитали простую как лом тактику сближения и сокрушения врага — но ничего не имел против, так как физически, преимущество имелось на его стороне. Рванув навстречу Дензиро и до предела напитывая мышцы чакрой, канпеки нингё вырастил из правой перчатки ряд шипов на манер кастета, а из левой круглый щит.

Встретившись посередине, Хисато нырнул вниз и благодаря под правильным углом подставленному щиту, пропустил мощный удар над головой и вписал правой в живот, без удивления ощутив вместо живой плоти, сопротивление кости. Старший Кагуя не растерялся и обрушил вниз локоть с мгновенно выросшим сквозь рубашку шипом на плечо молодого соперника, но ничего, кроме костяного стука не добился. Хисато не стался в долгу, сделав мощный выпад в колено и следом нацелившись в защищенное горло.

Некоторое время стоял лишь громкий треск столкновения кости с костью, во все стороны летели осколки острые осколки и подрагивала земля, вздымая клубы пыли, пока джонины обменивались стремительными ударами, метя в потенциально уязвимые точки защит или прощупывая таковые, потому что типичные для обычного ниндзя оказались надежно прикрыты у обоих. Зрелище месива конечностей и выскакивавших из тел в совершенно неожиданных местах шипов, от скорости возникновения покрытых собственной кровью, могло вызвать лишь отвращение у нормальных шиноби, но толпа вокруг неистово ревела, приветствуя классический для клана бой. Вот только ни один из противников не обращал на это внимания.

Старший шиноби пытался использовать заранее заготовленный молот, но примерно равная скорость движений противников не давала должным образом использовать столь громоздкое оружие без печальных для владельца последствий. В конце концов, Кагуя просто впитал его, вырастив себе дополнительные костяные щитки на руках и ногах. Постепенно, с каждой секундой, внешняя броня ветерана менялась, становясь похожей на защиту самого Хисато и показывая, что конкретно этот противник не гнушался учиться прямо во время битвы. Конечно, сейчас это было грубое подобие, но клон не сомневался, что только дай время и опытный джонин сможет сделать полную копию использованных им решений.

Только, канпеки нингё не собирался этого времени давать, вполне прощупав врага — по его оружию заструилась молния и Дензиро пришлось срочно отступать, чтобы уберечь потроха от контакта с погрузившимися на пару миллиметров в защиту шипами. Быстрый и мощный удар коленом заставил его отшатнуться на пару шагов, но никак не повредил. Тем не менее, этого времени хватило ветерану, чтобы отступить на десяток метров, одновременно складывая несколько очень знакомых печатей.

— Катон: Гокакью но Дзюцу (Высвобождение огня: Техника великого огненного шара)!

Прямо под удивленным взглядом широко раскрытых глаз канпеки нингё, Дензиро вполне мастерски выдохнул трехметровый шар огня. Туманник и рукопашник!!!

— Что за⁉.. — противостоять огню костяная броня вовсе не рассчитана!

Никак не ожидая подобного хода от тупоголового Кагуя, что принципиально использовали только техники на основе Шикотсумьяку, фирменного ниндзюцу Учиха, Хисато успел лишь растянуть щит на левой руке до ростового варианта и впечатав его в землю, скорчиться позади, когда ниндзюцу достигло цели и взорвалось.

Щит с честью выдержал первый напор, напитываемый чакрой до предела, вот только, ушедшие в почву и использованные в качестве якоря, три коротких шипа оказались куда менее надежными и лишь сыграли роль плуга, оставляя за собой глубокие борозды в утрамбованной до каменной твердости земле площади. Не ожидавший подобного, молодой Кагуя чуть не упал, но все же смог удержать равновесие, проскользив назад несколько метров, вот только, сквозь начавшее рассеиваться облако огня, пролетело что-то огромное и с силой врезавшись в щит, все же сбило с ног. Огромная глыба земли придавила канпеки нингё и если бы не крепчайшая костяная броня, вполне могла бы поломать кости. Ветеран смог использовать еще и дотон, что в принципе понятно, учитывая кеккей генкай, но где презрение Кагуя к ниндзюцу, чего Хисато уже успел накушаться⁈

Почувствовав еще один всплеск чакры со стороны врага, он решил, что дальше сдерживаться не имеет смысла — Кагуя попался слишком не стандартный и в качестве разнообразия компетентный. Небольшой выброс на голом контроле и канпеки нингё провалился под землю, быстро перемещаясь на несколько десятков метров в сторону.

Еще толком не успев вынырнуть на поверхность, шиноби принялся молниеносно складывать ручные печати, по окончании короткой серии, впечатав ладони перед собой.

— Котсу но Одори (Танец Костей)!

Глава 5

Кагуя, не обладавший даром сенсора и слишком занятый бомбардированием вырываемыми из земли глыбами того места, где еще несколько мгновений был противник, пропустил момент атаки, несмотря на то, что успел заметить согнутую фигуру Хисато. Выстрелившая из земли костяная колонна, толще тела взрослого мужчины и заостренная на конце, просто смела ветерана с ног и подбросила в воздух с ясно различимым хрустом и крошевом осколков. Несмотря на неожиданную атаку, Дензиро не долго оставался растерянным и уже в тот момент, когда снизу выстрелила следующая колонна, успел сгруппироваться и подставить неповрежденный бок, частично смягчив удар за счет своевременного смещения в сторону. Тем не менее, костяная броня его трещала от каждой новой колонны и находясь в воздухе, опытный джонин не имел должной точки опоры, чтобы вовремя уклоняться. Техника закончилась на десятой колонне, потратив солидный кусок от резерва Хисато, но впервые за битву, соперник за титул главы получил повреждения большие, чем царапины на броне и выглядел весьма потрепанным. Тем не менее, на землю он приземлился без проблем и твердо держался на ногах, несмотря на яростно-болезненную гримасу на лице и пятно крови на левом боку.

Толпа оглушительно ревела, отвлекая не успевшего к подобному привыкнуть клона, потому момент, когда выражение лица противника изменилось на решительное, пропустил. Зато, он не пропустил стремительное сложение Дензиро десятка с лишним ручных печатей.

— Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра)! — взревел ветеран, даже заглушая окружающих зрителей.

А в следующий момент, Хисато даже остановил свой рывок вперед, с отвисшей челюстью наблюдая, как вокруг врага вспучилась и начала буквально течь кость, стремительно формируя огромную фигуру.

— Что?!! Это как⁈ — подобного в оригинале не упоминалось!

Спустя пару секунд, на месте потрепанного шиноби стояла массивная четырехметровая горилла с зубастой пастью на пол вытянутой морды и огнями чакры в глазницах. Всю ее поверхность, за исключением морды, покрывали острейшие костяные лезвия, имитируя шерсть, а длинный хвост венчала шипастая булава с человеческую голову. Но что больше всего поразило канпеки нингё не сам факт создания подобного монстра — при желании, он и сам мог такого сотворить — а тот факт, что создание из кости вело себя как натуральное живое существо, со свободными движениями тела и перекатывавшимися под шкурой мышцами, а не твердый конструкт, как и положено исходному материалу.

Натурально взревев и еще больше вогнав в ступор разум клона, пытавшийся найти произошедшему рациональное объяснение, монстр с места прыгнул вперед, с легкостью преодолев несколько десятков метров и показав еще большую проворность, нежели джонин до этого.

Непосредственная угроза собственной жизни заставила молодого шиноби отмереть и сделав прыжок назад, судорожно сложить пару печатей.

— Джигоку но Кучи (Пасть Геенны)!

Предельно простая и быстрая техника дотона, но в сочетании с кеккей генкаем, весьма смертоносная почти для любого шиноби. В том месте, где должна была приземлиться горилла, разверзлась широкая яма, на дне которой выросли заостренные колья. Прямо на них и рухнула тварь, вот только, вопреки ожиданиям Хисато, послышался громкий хруст, а затем она принялась выбираться наверх, просто переламывая колья под собой, словно сухие ветки, показывая чудовищную силу и крепость.

— Вот дерьмо! — прошептал немного спавший с лица канпеки нингё, но упрямо сжал зубы, намереваясь выиграть бой, несмотря на разом увеличившуюся в несколько раз сложность.

Пока имелось несколько мгновений форы, шиноби разорвал дистанцию под улюлюканье и ор неистовствавшей толпы идиотов, на ходу складывая новую цепочку ручных печатей, на этот раз весьма медленно и стараясь не ошибиться — недавно завершив разработку этой техники, он не успел ее как следует отработать, не в последнюю очередь из-за очень значительных затрат на применение и крайней заметности даже с приличного расстояния.

— Хиден: Нобу но Бара Фирудо (Секретная техника: Поле диких роз)!

Создать нечто масштабное и площадное, Хисато сподвигли записки Основы о еще, может быть, не рожденном Кимимаро Кагуе. Когда знаешь о конечном результате, вполне возможно наметить путь, которым следует идти к намеченной цели, что уже намного проще, чем начинать с голого листа. Тем более, когда имеются техники, позволяющие передвигаться сквозь землю и дерево.

К тому моменту, как горилла выбралась из ямы, не имея достаточно надежной опоры, чтобы просто выпрыгнуть со дна, площадь натурально задрожала, пока вверх вздымались сотни массивных столбов по два метра в обхвате, отгораживая обширный кусок земли стеной из кости на пару десятков метров вверх и устраивая натуральный лабиринт внутри, когда ничего не видно дальше нескольких метров. Истратив огромную прорву чакры и почти опустошив резерв, Хисато оперся о ближайшую колонну, немного переводя дух, а после нырнул в нее, скрывшись из виду зрителей.

Тем временем, оказавшись в весьма ограниченном пространстве, Кагуя, превратившийся в гориллу, попробовал выбраться на оперативный простор наиболее простым способом — по появившимся колоннам. Вот только, быстро обнаружил суть вражеской техники — на каждое касание, из гладкой поверхности словно из пушки выстреливал алмазно-твердый шип и несмотря на неспособность повредить шкуру, за исключением ломания нескольких лезвий на шкуре, он отбросил массивную тушу назад… На другой столб, откуда выскочило уже несколько шипов, обеспечивая больше ускорение. Очень скоро, горилла напоминала своеобразный мячик для пинг-понга огромных размеров, с ревом летая по лабиринту. Не то, чтобы монстр не пытался сопротивляться, пытаясь цепляться за любую поверхность и крошить колонны взмахами лап ии хвоста, но результат неизменно оказывался одинаковым.

Хисато, отслеживавший работу хидзюцу, что способна уничтожить целую армию и при нужде проводивший корректировку, чтобы жертва не вылетела за пределы огороженной площади, медленно наполнялся раздражением и чуточкой отчаяния — действие киндзюцу Дензиро пока не спешило заканчиваться, несмотря на очевидно проигрышное положение и приличные затраты чакры на поддержание. Кроме цены своего создания, Хиден: Нобу но Бара Фирудо (Секретная техника: Поле диких роз) так же требовала чакры на свою работу, хоть и гораздо меньше, чем можно было подумать, смотря со стороны и этой самой чакры с каждой секундой становилось все меньше. На следующую ступень активации у канпеки нингё просто не оставалось запасов, как и на длительную работу, необходимую для победы, как стало понятно спустя минуту.

Скрипнув зубами, клон потянулся под одежду и коснулся печати на животе, сформировав с толикой чакры соответствующий посыл.

— '«Босс, у меня тут ситуация образовалась и не помешает небольшая поддержка.»

И до того, как запрошенная помощь пришла, использовал технику Яманака, чтобы отрезать неизбежный поток воспоминаний Основы от своего сознания и сразу перевести в долгосрочную память — контролировать две техники одновременно проще, чем удержать одну, переваривая новые ощущения, впечатления и знания. Учитывая активную личную жизнь Босса, более чем обоснованная предосторожность.

Спустя несколько секунд, ворота распахнулись и в почти опустошенную кейракукей хлынул поток новой, более плотной, мощной и такой родной чакры, что Хисато не удержался и на несколько мгновений прикрыл в наслаждении глаза, полностью отрешившись от окружающего мира и ослабив контроль над хидзюцу. Этого ослабления интенсивности обрушивавшихся ударов хватило ветерану, чтобы нанести по колонне сокрушительный удар сцепленными в замок руками, разрушая ее, но и только.

Тем временем, один из идиотов, лишившихся прямого зрелища, решился приблизиться к стене из колонн и даже прикоснуться к одной с вполне закономерным результатом — выстреливший шип пробил ладонь и шею шиноби насквозь, буквально обезглавливая, после чего втянулся обратно. Больше подобных проверок не последовало, показав наличие минимального инстинкта самосохранения у членов Кагуя, а также степень жопы, в которую угодил Дензиро, запретная там техника или нет. Непрестанный рев и звуки непрерывных ударов кость о кость все сказали наиболее опытным, заставив слегка спасть с лица. Старейшина, занимавший позицию судьи в этом бою, даже не пытался узнать, что происходит внутри.

Немного привыкнув к стремительно начавшему восстанавливаться резерву и потоку чакры, что изливалась из печати, канпеки нингё злобно ухмыльнулся и медленно сложил пять ручных печатей.

— Дайники (Вторая Фаза).

В тот же момент, ситуация поменялась. До этого яростный рев гориллы, сменил свою тональность — шипы все так же продолжали лупить по монстру, вот только, бегавшие по ним разряды райтона обеспечивали куда лучшую пробиваемость и кончики на толщину пары пальцев погружались в костяную плоть, оставляя круглые раны. Ничего особого даже десятками для подобного гиганта, но когда счет шел на сотни и тысячи ударов… Очень скоро, туда-сюда летал уже изрядно обтесанный кусок кости и финал боя неожиданно приблизился к завершению. Без защиты своей техники, старший Кагуя не прожил бы в костяном лесу и пары секунд.

— Я сдаюсь! — истошный вопль от джонина не стал неожиданностью для Хисато в тот самый момент, как кусочки кости осыпались с соперника, сигнализируя окончание киндзюцу.

Он едва успел сдержать реакцию колонны, в которую впечатался теперь уже проигравший шиноби. Снаружи тоже услышали данный вопль, по опознав джонина голосу и не зная, как реагировать, ждали явления победителя. Насмешливо фыркнув, канпеки нингё перекрыл печать со своей стороны и выбравшись из безопасности колонны, занялся обратной трансформацией всей массы в костей в свою чакру, благо, процесс был давно отработан, пусть и не для подобного масштаба.

Костяной лес начал постепенно уменьшаться и спустя несколько минут, взглядам остальных Кагуя предстала в хлам перемолотая и разрушенная площадь, гордо стоявший победитель и пластом лежавшая тушка побежденного кандидата, не подававшая очевидных признаков жизни.

Обладая возможностями сенсора, канпеки нингё ощущал, что ветеран полностью пуст, с истощением чакры, но вполне жив и даже в сознании, несмотря на неподвижность, а вполне вероятные переломы и раны заживут уже через несколько дней, потому подошел к нему и подняв за шкирку как нашкодившего котенка, широко ухмыльнулся заостренными зубами на яростный взгляд.

— Ты должен мне жизнь и в качестве платы, я возьму знание этого Киндзюцу, — негромко произнес он и дождавшись утвердительного кивка джонина, понимавшего, когда следует отступить, уронил его в пыль, повернувшись к приблизившемуся старейшине.

— Победитель финального боя — Икимори Кагуя, — объявил он, цепким взглядом окинув пышущего энергией джонина и повернувшись к толпе, — приветствуйте сильнейшего! Нового главу клана Кагуя! Очень скоро, мы вновь отправимся на войну!

— Глава! Глава! Глава! — орали в исступлении однообразно перекошенные рожи со сверкающими лысинам меж дурацких косичек бантами, — Война! Война! Война!

Более благоразумные члены клана кучковались на некотором отдалении или спешно удалялись, узнав главное, но было таких весьма мало. Победно вскинув руки и смотря на беснующийся зверинец перед собой, Хисато не испытывал особой радости, прекрасно понимая, что потребуется огромная выдержка, чтобы в ближайшее время просто не перебить этот кровожадный сброд. Мысль собрать более-менее адекватных куноичи и буквально вытрахать новый клан Кагуя, зачистив всех остальных под ноль, нет-нет, да посещавшая в последние дни, выглядела все более привлекательной.

Глава 6

Огромная гора дел, что навалилась на меня при возвращении, уменьшалась очень медленно, несмотря на все усилия и щедрое использование каге буншинов. Особенно, когда нельзя было погрузиться в работу с раннего утра и до позднего вечера — приходилось составлять расписание, выделяя время на семью с близкими женщинами, что видели меня очень редко за прошедшие пол года с лишним и закономерно соскучились. А ведь имелись еще друзья, коллеги, ученицы и хорошие знакомые, которым непременно хотелось пообщаться и узнать, как дела.

Да я и сам не стремился ограничивать социальные контакты в это время, узнавая о том или другом шиноби, выживание или гибель которых имели для меня значение — далеко не всех записывали на монументе. Такой почести удостоивались видные личности, вроде токубецу джонинов и джонинов, а чунинов, как основных рабочих лошадок, редко когда упоминали по именам, особенно, если за ними не стояло кланов.

Собственно, именно благодаря поддерживанию контактов с коллегами, я узнал, что несмотря на увеличенное обеспечение ирьёнинов, мои комплексы печатей и проведенную Сенджу Тсунаде реорганизацию Ирьё-хан (медицинские бригады), главный госпиталь и все его отделения буквально захлебывались в огромном потоке раненых. Ситуация сложилась даже хуже, чем после прошлой мировой войны, когда качество медицинской помощи оставляло желать лучшего. Теперь Конохагакуре страдала от излишней эффективности своих ирьёнинов на поле боя — ниндзя, которым удалось сохранить жизнь и вытащить с порога смерти, нуждались в качественном лечении и длительном восстановлении. Естественно, даже с расширенной программой обучения ирьёнинов, персонала и помещений не хватало.

Дошло до того, что мне приходили запросы на восстановление в должности главврача одного из отделений на выбор, за подписью самой принцессы Сенджу, несмотря на наши крайне натянутые личные отношения с ее стороны. Естественно, я отказывался, так как мне хватало курирования собственной клиники.

Собственно, как рассказывал Шенесу, возвращаясь с регулярных собраний Совета, сложившееся положение с ранеными отражалось и на бюджете селения — слишком многим бойцам, оказавшимся не пригодными для дальнейшей службы без получения качественной медицинской помощи, приходилось назначать хотя бы минимальное денежное содержание, чтобы калеки смогли дожить до момента получения этой самой помощи и другого варианта не имелось — после войны был на счету каждый чунин. Скопившихся и продолжавших приходить миссий имелось буквально больше, чем активных бойцов, способных взяться за их выполнение.

Даже по самым примерным подсчетам знакомых коллег из главного госпиталя, очередь пациентов оказалась расписана на ближайший год, если не больше. Стоит ли удивляться тому, что застрявшие на больничном ниндзя, имевшие кое-какие запасы на чёрный день, предпочли искать помощь на стороне, чем ожидать своей очереди демонову кучу времени, теряя форму, стабильный доход и прозябая на крохотное пособие.

Собственно, я и сам немало поспособствовал подобному положению дел, не ленясь навестить клоном семейных знакомых и прямо предлагая воспользоваться услугами клиники в кредит или взять денег на лечение у меня без всяких процентов — с постоянным притоком финансов от Акиры и собственными контрактами на поставку от селения, я мог себе позволить куда более значительные траты, чем нескольких миллионов рё. Даже с учетом постоянной поддержки приютов, ставшей влетать в копеечку после войны, за счет увеличения количества проживавших там сирот примерно в полтора-два раза. По самым последним подсчётам, мое состояние насчитывало около сорока миллионов на виду и больше двухсот пятидесяти с учетом всех клонов, выводя в сотню наиболее богатых людей в Хо но Куни. С конца списка. Сидеть на золоте как сыч не имело смысла, ведь семья с любовницами были обеспечены на десятилетия вперед, даже если не следить за расходами, так почему не помочь хорошим людям?

Дни пролетали мимо почти мгновенно и не успел оглянуться, как наступил четверг, на который договаривался встретиться со змеиным саннином. Позавтракав рано утром с Саей, я собрал множество подготовленных папок с записями по тем или иным экспериментам, включая и Сейши но Ибуки (Дыхание Юности), которые планировал показать/обменять с коллегой, прихватил к ним свитки с материалами и поспешил к официальной лаборатории ученого, где проходили все наши встречи и совместные работы. Я не сомневался, что Орочи проводил многие свои исследования вдали от любопытных глаз, вот только, без постоянных инспекций стариков и нормальной фуин защитой от меня, все больше времени проводил именно в ней, если судить по докладу приставленного теневого шпиона.

Небо только начало светлеть и улицы Конохи казались непривычно пустынными для меня, выбиравшегося из кланового квартала куда позже. Вдалеке слышались лишь шаги патрулей полиции, что заканчивали ночную смену, сдавая пост коллегам и по крышам изредка проносились такие же ранние пташки или возвращавшиеся с миссий ниндзя. До начала рабочего дня оставалось еще около двух часов, но я не сомневался, что змеиный саннин уже не спал, с головой погрузившись в работу.

Добравшись до отдельного одноэтажного здания на окраине деревни, я постучал в металлическую дверь и уже через десяток мгновений она распахнулась, а на пороге стоял саннин, улыбавшийся своей фирменной улыбкой.

— Ты весьма рано, Рью-кун, — довольно кивнул он, прикипев взглядом к пакету с бумагами.

— Думаю, Орочимару-сан встал еще раньше, — усмехнулся я в ответ.

— Я еще не ложился со вчерашнего дня, — безразлично пожал плечами коллега и посторонился, давая мне пройти, — не вижу смысла тратить больше двенадцати часов в неделю на сон, когда столько всего необходимо сделать, тем более, когда имеются очень полезные техники, уменьшающие данную потребность организма.

— Тем не менее, не рекомендуется использовать их постоянно во избежание негативных последствий, — резонно заметил я, прекрасно зная, куда следует идти в логове ученого, — значительное понижение когнитивных способностей отрицательно сказывается на результатах работы — проверено на себе.

То, что коллега добрался в библиотеке главного госпиталя до подобных техник и вовсю начал ими пользоваться, меня ничуть не удивило, скорее, удивило бы, не используй их.

— К сожалению, в сутках всего двадцать четыре часа, а практика в госпитале отнимает прилично времени и приходится чем-то жертвовать, — скривился Орочимару в ответ, — пусть работа с коллегами дает мне очень многое, но вот времени на собственные исследования практически не остается, если тратить больше на сон.

— Могу поделиться собственной разработкой — требуется всего три-четыре часа сна в сутки и кристально ясное сознание гарантировано, — скосив взгляд на коллегу, предложил ему, — тело получает полноценный отдых.

— Побочные эффекты? — с видимым интересом спросил ученый.

— Чуть более крепкий сон и необходимость раз в месяц полноценного девятичасового сна, — сообщил ему,

За разговором, мы прошли широкий коридор и спустились вниз по лестнице, оказавшись в небольшом холле, из которого вели четыре двери. На мой вопросительный взгляд, хозяин кивнул на дальнюю, за которой находился обширный зал с оборудованием, предназначенным как раз для поддержания функциональности различных органов вне тела и частично распотрошенных подопытных.

— Цена вопроса? — после нескольких секунд обдумывания моего предложения, вопросительно вздернул бровь Орочимару.

— На твое усмотрение, — отмахнулся я, открывая дверь и входя в лабораторию.

— Ку-ку-ку… я подумаю.

Быстро обведя помещение залом, я отметил, что колбы, ранее стоявшие пустыми, оказались заполнены питательным раствором и в каждой плавали вполне узнаваемы куски мышц или органы. Но это я отметил мельком, почти сразу прикипев взглядом к дальней колбе, в которой плавал не полный скелет без черепа — только основные кости, без кистей и ступней — детского размера с частичным набором органов и скудным мышечным каркасом, что удерживал эти самые органы в правильном положении. Явно искусственные сосуды все это соединяли в грубую кровеносную систему, обеспечивавшую питание.

— Это? — повернулся я к коллеге.

— Это моя попытка собрать полноценное тело из клонированных частей, — покачал головой саннин, тяжело вздохнув, — как можно заметить, не законченная и скорее всего — провальная.

— О? По какой причине? — вздернул я брови.

— Слишком много требуется работы для такого составления тела с нуля, даже если использовать каге буншинов, тем более, у меня до сих пор не получилось воссоздать головной мозг, а без этого, вся работа обречена на провал, — пожал плечами коллега и добавил, — не говоря о том, что у подобного тела не будет кейракукей даже в зачаточном состоянии и ее тоже придется проращивать с нуля.

Я понятливо покивал, полностью понимая проблемы ученого — учитывая затраченные усилия, здесь работы на годы вперед, даже если использовать каге буншин и то, нет гарантии, что эксперимент увенчается успехом.

— А что насчет метода клонирования органов? — свернул я разговор на интересовавшую меня тему, пробежав взглядом по ряду заполненных колб размером меньше.

— Не клонирования, а скорее, формирования с нуля из доступной клеточной массы, — буквально засветился довольством змеиный саннин, — снять предел деления нескольких клеток не составило труда…

Тут он меня не удивил — подобная техника мне попадалась в архивах, но практического применения не нашла — деление происходит хаотично и направить его очень сложно.

— … как потом и вернуть естественный ограничитель, получив достаточно биомассы, которую потом не составило труда преобразовать в полноценный орган или мышцу, используя Чикатсу Сайсей но Дзюцу (Техника лечебной регенерации жизненной силы).

Я мигом просек ход мыслей коллеги — если можно изменить волосы на клеточном уровне, восстановив пациенту кусок отсутствовавшей плоти, то почему нельзя подобным же образом сформировать сердце, селезенку или какую-нибудь другую часть тела? Тем более, хороший ирьёнин знает строение человеческого тела почти досконально. Что самое главное — подобный метод сравнительно не сложен, при наличии соответствующего комплекса печатей и недорогого оборудования, на корню решая проблему совместимости с организмом, учитывая, что взяты родственные пациенту клетки.

— Весьма элегантное решение, Орочимару-сан, — покачал я головой, — вторую степень давали и за меньшее.

— Это тупиковое направление исследований, так что не вижу препятствий для разглашения информации коллегам в госпитале, — безразлично пожал плечами змеиный саннин, — можно сказать, что проведенная работа позволила мне сделать шаг в другом, намного более перспективном направлении.

Поманив меня за собой, ученый обошел большую колбу со скелетом и указал на самую последнюю, что стояла за ней, скрытая от наших глаз. Мне по грудь, но не размер привлек мое внимание, а ее содержимое — уродливый зародыш ребенка, где-то трех или четырех месяцев от зачатия. Как ирьёнин, неоднократно сопровождавший беременность многих куноичи, я прекрасно знал все стадии развития плода в утробе матери. Результат трудов коллеги развивался неправильно, мутировав довольно сильно от эталона, но даже подобный результат превышал все, чего добился я на этом поприще. Пусть, шизики из лаборатории занимались этим направлением довольно короткое время, отложив проект в сторону ввиду сложности, когда имелись более важные приоритеты, но обрывочные знания другого мира обеспечивали преимущество перед ученым, что работал в большинстве случаев по наитию и не опираясь на опыт тысяч ученых прошлого в виде всестороннего образования.

— Как⁈ — повернулся к коллеге.

Глава 7

— Признаться, сперва я рассчитывал вырастить из клеток полноценное тело, вроде органов, только целиком, — саннин пожал плечами на мой вопрос, — но спустя множество неудачных попыток, пришлось признать идею слишком амбициозной и неосуществимой с текущими возможностями, так что, для получения хоть каких-то идей, сперва пришлось заняться доскональным изучением природного воспроизводства человека и изучить соответствующую литературу в библиотеке главного госпиталя.

Я на это только покивал — несмотря на отличное знание человеческого тела, очень немногие ирьёнины задаются вопросом зачатия и тех процессов, что происходят с момента оплодотворения. Тем более, сомневаюсь, что Орочимару раньше вообще задумывался в подобном направлении, больше занятый идеей продления жизни, чем ее возникновения даже с практической точки зрения, не говоря уж о заведении потомства. Ха-ха, даже одна мысль о том, что змеиный саннин захочет стать отцом, вызывает смех. Нервный. Несмотря на то, что коллега моими усилиями удержался от совсем скользкой дорожки, это вовсе не значит, что он является человеком, для даже которого мораль ниндзя что-то значит.

— Более-менее изучив теорию процесса и учитывая наличие большого количества материалов для опытов, перейти к практике не составило труда, — развернувшись, Орочимару подошел к одному из полностью забытых свитками и папками шкафов и некоторое время копался на полке, пока не достал стопку подшитых листов, протянув ее мне, — думаю, будет быстрее прочитать ход работ, чем рассказывать подробно каждый этап.

Кивнув, я отложил собственную ношу на ближайший стол, где имелось расчищенное место и не теряя времени, погрузился в отчеты, очень быстро пробегая взглядом по столбцам мелких, элегантно выведенных иероглифов. Это было действительно быстрее, чем слушать даже краткую выжимку — коллега отлично документировал не только собственные действия с результатом, но делал пометки, позволяя понять, каким образом он пришел к той или иной идее. Сказалось продолжительное сотрудничество, когда необходимо, чтобы и другой человек мог усвоить изложенную информацию без провалов в логических цепочках, которые может восстановить только автор.

Только пролистав десяток листов, я уже удивленно вскинул брови — этот гений местного разлива без всяких предпосылок, применил корректировку генетического материала и искусственное оплодотворение на яйцеклетках пленной куноичи, принявшись выращивать зародыши в колбах и внимательно отслеживая проходившие процессы, сравнивая с эталоном клеток донора. Полагаю, то, что он предпочел делать это исключительно в искусственных условиях, а не с кучей пленниц, уже показывает соблюдение некоторых границ. Или, зная его предпочтение к экономии ресурсов, возиться с беременностью женщин требовало слишком много хлопот, учитывая массовость эксперимента — более трех десятков оплодотворенных яйцеклеток. Не то, чтобы многочисленность наблюдаемых объектов не требовалась — лишь пятьдесят процентов достигли месячного возраста и от остававшегося количества, один экземпляр перевалил за пять месяцев, демонстрируя значительные отклонения в развитии. Процедура питания и стимуляции зародышей не была достаточно отработана, ведя к значительным потерям, чем дольше продолжался эксперимент и даже коррекция ирьёдзюцу приносила лишь частичные плоды.

Тем не менее, свою службу даже такие зародыши сослужили, позволив понять, что подобным образом можно получить новое поколение — ирьёнины давно научились определять степень родства по крови — но никак не точных клонов шиноби, предоставившего генетический материал, несмотря на проводившуюся корректировку. Ну а техническое оплодотворение местные освоили чуть ли не со времен появления чакры и зарождения моей профессии — кража кеккей генкай разных кланов всегда стояла на первом месте при захвате пленных теми, кто подобными преимуществами не обладал. Правда, отпрыски подобных попыток жили не долго, уничтожаемые охотничьими кланами родных кланов.

Тщательно обдумав неудачу, Орочимару принялся экспериментировать с материалом для оплодотворения, желая максимально ослабить влияние генов матери и усилить гены отца до полной идентичности, но не сильно в этом преуспел. Больше двух трети подшитых листов лабораторного журнала описывались разные подходы, пока Орочимару не осенила мысль использовать для оплодотворения ядра взрослых клеток донора, содержавшие полную генетическую информацию. И неожиданно, данный подход оказался верным направлением, несмотря на первые провалы.

Собственно, продемонстрированный мне живой экземпляр представлял собой именно клона, генетическая структура которого на восемьдесят процентов совпадала с донором и несмотря на очевидные отклонения в развитии, это был несомненный успех. Учитывая, что я не помнил, как к проблеме клонирования подошли в другом мире и понятия не имел, с какой стороны подступиться к проблеме, столь масштабные эксперименты коллеги экономили мне огромное количество времени и сил.

— Очень занимательно и полезно, — с глубоким удовлетворением закончив читать последний лист, я отдал отчет Орочимару.

— Исследования пока в самом начале и впереди еще долгий процесс обкатки подобного метода выращивания клонов, — покачал головой ученый, принимая листы и убирая их обратно, — даже по самым примерным и оптимистическим расчётам, полноценного и здорового клона получится вырастить только лет через пять-семь.

— Думаю, что моя помощь позволит сократить данный срок, — ухмыльнулся я, уперев руки в бока, — почему бы не использовать фуиндзюцу для более плотного контроля и корректировки развития?

С моим мастерством в фуиндзюцу и ирьёниндзюцу, сделать необходимый комплекс печатей можно в течение полугода или около того, плюс еще пару месяцев на отработку и шлифовку процесса. Может быть, добавить стимулирования более быстрого развития — в конце концов, мне необходимо новое тело, для переселения души, но никак не выращивание полноценного человека, похожего на меня как две капли воды — но это уже проблема будущего.

— Помощь специалиста твоего уровня точно пригодится, — медленно кивнул Орочимару, облизнув губы, а его взгляд в очередной раз вильнул к принесенному мной пакету, — собственно, у меня имеется еще некоторое количество проектов, которым я хотел бы поделиться, в частности, по добытым на войне трофеям, но там успехи куда скромнее и едва ли позволят тебе узнать что-то новое для себя, Рью-кун, так что с удовольствием ознакомлюсь уже с твоими достижениями.

— Полагаю, сейчас действительно моя очередь, — кивнул ему, доставая пару толстых подшивок листов, с весьма говорящим заголовков, к которому коллега сразу прикипел взглядом.

— Сейши но Ибуки (Дыхание Юности), — прочитал змеиный саннин, бросая на меня острый взгляд и едва не капая слюной, — полагаю, это то, о чем я спрашивал?

— Да, это та сама печать, над которой я работал больше пяти лет, исключительно для личного пользования в кругу семьи и само ее существование не должно выйти за пределы этих стен, — предельно серьезно ответил коллеге, — не говоря о принципах работы и конечном результате.

— Не волнуйся, Рью-кун, я умею хранить тайны и ценю оказанное доверие, — не менее серьезно кивнул Орочимару, прежде чем приступить к изучению документации.

Собственно, я взял с собой не полную инструкцию нанесения Сейши но Ибуки, а только достаточно краткое описание протекания процессов, побочных эффектов, необходимых препаратов, вносимых изменений в кейракукей, общее влияние на организм и тому подобные вещи, иначе, двумя журналами на несколько десятков листов дело не ограничилось бы. Но для Орочимару хватило и этого — по мере чтения, я не пропустил, как руки саннина несколько раз вздрагивали, а глаза расширялись, свидетельствуя о крайне сильных эмоциях обычно хладнокровного шиноби. Но это оказались только цветочки — добравшись до середины второго журнала, коллега отреагировал куда более бурно.

— Что⁈ Придание чакре свойств кеккай генкай Узумаки⁈ Получение долголетия?!!

Я едва удержался от закатывания глаз — кто бы сомневался, что Орочимару больше всего заинтересует именно последнее?

— Именно, — кивнул в ответ и посоветовал, — прежде чем задавать вопросы, рекомендую закончить.

Шиноби потребовалось несколько мгновений, чтобы взять себя в руки, после чего он возобновил чтение, продолжив листать подшивку с еще большей скоростью, пока не остановился на последнем листе.

— Ку-ку-ку, как интересно, — подняв на меня взгляд, облизнулся Орочимару, — я многого ожидал от нашего сотрудничества, но это превзошло самые смелые мои ожидания, Рью-кун и теперь понятна такая секретность — даже союзники не упустят возможности получить эту печать любым способом, если узнают о всех преимуществах, даруемых пользователю, не говоря о врагах.

— Именно, если информация о Сейши но Ибуки распространится, то другие деревни устроят на меня настоящую облаву не считаясь с потерями, чтобы устранить или выбить знания, — тяжело вздохнул я, складывая руки на груди и прислоняясь к краю стола бедром.

— Я ценю оказанное доверие, Рью-кун, — понимающе кивнул коллега и поспешил перевести тему, — но Узумаки обладают кеккей генкаем? Впервые об этом слышу!

— Энергетический кеккей генкай, что как раз и дает им большую часть преимуществ, но считаются просто хорошей наследственностью, вроде преимуществ Сенджу, а вовсе не талант в фуиндзюцу, как принято считать среди Узумаки, — пожал я плечами, — не то, чтобы среди них имелся достаточной квалификации ирьёнин, чтобы это определить.

— Думаю, термины особого значения не имеют, главное — результат, — согласился саннин и внезапно подался вперед, сверля меня пристальным взглядом, — полагаю, факт разглашения столь подробной информации по Сейши но Ибуки (Дыхание Юности) означает, что ты не только совершаешь обмен знаниями, но и вовсе не против поделиться самой печатью?

— У нас полноценное сотрудничество, Орочимару-сан, — прищурился я, — а исследования по выращиванию клонов или точных копий тел интересуют меня не меньше, чем тебя — получение Сейши но Ибуки.

— Ку-ку-ку, я думаю, мы договоримся о цене, Рью-кун, — искривил губы в усмешке саннин, — в конце концов, не в моих интересах обманывать столь продуктивного коллегу.

— Собственно, мне необходимо будет подготовить некоторые препараты и провести обследование Орочимару-сан, так как печать необходимо подстраивать под каждого конкретного ниндзя, но кроме преимуществ, не стоит забывать и про побочные эффекты, которые действующему бойцу скрыть куда сложней, чем вышедшим в отставку женщинам, что лишь иногда покидают клановый квартал.

— Я подумаю над этим вопросом, Рью-кун, — задумчиво потер подбородок старший коллега, — но оставим эту тему на будущее — чем предлагаешь заняться сегодня?

— Думаю, стоит продолжить исследование руки Райкаге, как самого перспективного трофея, — я достал свиток и кинул его шиноби, — в отличие от чакры псевдо джинчурики, которую еще необходимо найти, куда приспособить, это прямой путь усиления.

Что является главной целью любого ниндзя, и мы вовсе не исключение, несмотря на вхождение в двадцатку сильнейших людей элементальных стран.

— Ку-ку-ку, полностью поддерживаю и у меня уже имеются некоторые результаты!

Глава 8

Мизу но Куни. Основной остров. База повстанцев. Канпеки нингё монах Ишигава

К удивлению монаха, по возвращению к уже знакомой точке базирования повстанцев, его почти сразу же отправили с приличным сопровождением к одиному из основных лагерей, стоило только Иробу переговорить со старейшиной Теруми, что ждала в таверне. Очевидно, весть о их возвращении дошла много раньше и этому не стоило особо удивляться — наверняка, в портовых городах основной территории Мизу но Куни полно соглядатаев, докладывавших кланам, несмотря на контроль подобных городов лояльными гарнизонами Киригакуре.

В отличие от Мизукаге, силы которого не гнушались вырезанием целых поселений, если обнаруживали хоть малейшую связь мирного населения с бунтовщиками, главы кланов в некоторой степени урезонивали своих бойцов, не проводя акты массового геноцида, что позволяло иметь свои уши во многих важных точках, через которые шли потоки людей и товаров. Точнее, так можно было подумать, если смотреть на ситуацию со стороны, но канпеки нингё испытывал на этот счет значительные сомнения — являясь продуктом воспитания Кровавого Тумана, клановые не сильно отличались от менее знатных своих товарищей — что частично подтвердилось по прибытии к большой подземной базе. Как ему сообщили весьма вежливые сопровождавшие, вторую по величине из нескольких имевшихся.

Оказавшись внутри весьма качественного маскировочного барьера, скрывавшего разветвленную сеть туннелей и залов под небольшим лагерем наверху, Ишигава почуял своими сенсорными способностями куда меньшее количество бойцов, чем ожидал — всего чуть больше тысячи, большую часть которых представляли чунины и генины. Лишь два ниндзя из этого количества демонстрировали планку А-ранга по резервам. Даже если в другой базе будет раза в полтора-два больше народу и еще какое-то количество раскидано по стране, это мало для полноценной войны с великим селением, пусть сильно обескровленным, благодаря расколу. По самым последним сообщениям разведывательной сети Нара, под рукой Третьего Мизукаге имелось под восемь тысяч бойцов, хоть и распределенных по солидной территории, а не сконцентрированных в одной точке. А ведь имеются еще остатки Мечников, джинчурики и сам Каге, а у повстанцев Ишигава пока не почувствовал даже единственного бойца эС-ранга. Похоже, он слегка переоценил военный потенциал кланов и добавление в уравнение монахов Великого Храма Воды, только уравняет силы, если опасения окажутся не беспочвенными. Конечно, имелись еще Кагуя, представлявшие из себя весьма грозную силу и теперь под управлением Хисато, следовало еще посмотреть, насколько он сможет эту банду кровожадных идиотов контролировать и интегрировать с остальными силами кланами.

Несмотря на присутствие сопровождавших, патрульные команды все равно остановили группу с Ишигавой за пару сотен метров от лагеря и только после обмены паролями и знаками, наличие которых монах смог определить только по чуть изменившимся положениям рук некоторых ниндзя, пустили дальше.

Вторая проверка прошла у входа в сам лагерь и канпеки нингё готов был поспорить на все свои сбережения, что один из дежуривших на стенах чунинов являлся сенсором, проверявшим источники возвратившихся бойцов. Тем не менее, их впустили без проблем и расположение войск кланов на первый взгляд ничем не отличалось от таковых у Конохи — грубые коробки зданий, возведенных дотоном, отдыхающие и болтающие между собой ниндзя, справа небольшой тренировочный полигон с грубыми манекенами из дерева. Разве что, это была только видимая часть и едва ли седьмая от всего количества базировавшихся здесь сил.

— Уважаемый сохэй, — повернулся к нему лидер команды сопровождения, отвлекая от осмотра, — наша задача исполнена и дальше вручаем вас Хисуши, он проводит дальше.

Джонин сделал быстрый жест в сторону чунина, принадлежавшего к охране лагеря

— Сохэй Ишигава, прошу следовать за мной, командир вас ожидает, — слегка склонил голову в приветствии тот и не дожидаясь ответа, быстрым шагом двинулся к одному из зданий в центре.

Кивнув на прощание туманникам, в обществе которых провел несколько часов, Ишигава поспешил следом за проводником и за счет широкого шага, очень быстро нагнал черноволосого парня, не выглядевшего старше пятнадцати. Поглядывая по сторонам, он отметил, что бойцов подобного возраста среди ниндзя хватает и имелись даже моложе — равные вчерашние выпускникам академии в Конохе, тем не менее, державшиеся весьма уверенно со старшими коллегами. По вбитым в подкорку повадкам даже таких юных туманников, монах определил, что за плечами у них имеется немало боев и трупов. Необходимость использования даже детей, когда речь идет о борьбе на выживание — печальная истина этого мира. Кто не приспособился к бросаемым судьбой вызовам, кормит червей. Несмотря на причины образования селений ниндзя, текущие пользователи чакры не далеко ушли от времен клановых войн.

Занятый собственными мыслями, Ишигава очень скоро оказался у порога кабинета. Чунин на сколько мгновений заскочил внутрь, плотно прикрыв за собой каменную дверь, из-за чего канпеки нингё услышал лишь неразборчивое бурчание, после чего выглянул наружу и поманил за собой, освобождая проход. Войдя в просто обставленное помещение, главной деталью которого являлся массивный каменный стол, монах окинул взглядом сидевшего за ним мужчину — одного из тех самых двух ниндзя А-класса. Довольно высокий даже сидя, на вид лет тридцати, со стоящими торчком синими волосами и повязанном на лбу хитай-те. Суровое выражение лица, с которым он изучал посетителя, могло бы нервировать менее стойкого человека, но не произвело особого впечатления на Ишигаву, узнавшего этого шиноби из Книги Розыска Конохи — Ао из Чигири но Сато. Еще один ниндзя висел на потолке у дальней стены, думая, что неплохого гендзюцу окажется достаточно для сокрытия от обнаружения. Канпеки нингё предпочел проигнорировать джонина, явно исполнявшего роль охраны для начальства.

— Сохэй Ишигава, приветствую в моем лагере, — прервал несколько затянувшееся молчание джонин, не обращая внимание на облегченный вздох чунина и тут же продолжил, не давая времени на ответ, — у меня имеется доклад, что кроме статуса представителя Великого Храма Воды, ты являешься ирьёнином?

— Эта информация верна, — подтвердил канпеки нингё, еле удержавшись от закатывания глаз.

Ну конечно, о нем собрали информацию и ведущие войну повстанцы не откажут заполучить еще одного ирьёнина в свои ряды, пусть и обладающего определенным статусом.

— Буду прям — у нас не хватает ирьёнинов и даже один дополнительный человек позволит спасти больше жизней, — подался вперед туманник, смотря монаху прямо в глаза, а лицо его казалось, приобрело еще более суровое выражение, — мы можем расчитывать на подобную помощь от союзников?

Мысленно поаплодировав подобному ходу Ао, из которого для него имелся только один выход, Ишигава задался вопросом, не эта ли хитрожопость с прямотой прущего на красную тряпку быка, позволили бесклановому шиноби занять место командира второй по численности базы повстанцев? Очень сомнительно, чтобы кланы терпели бы на подобной должности кого-то заурядного, даже обладающего достаточной силой.

— Насколько опытны ваши ирьёнины? — не стал сразу соглашаться канпеки нингё, задав встречный вопрос.

— В основном четвертой степени и четверо третьей, — после небольшой паузы, ответил туманник, едва заметно поморщившись.

Ишигава кивнул — Кровавый Туман никогда не славился своими медиками, являясь полными аутсайдерами среди Великой Пятерки в этом направлении, благодаря доктрине силы и даже кланы не могли взять из воздуха обученный персонал, кроме того, что уже имелся к этому времени и решился пойти против законной власти. Добавить к этому прилично длящуюся гражданскую войну с неизбежными потерями среди ирьёнинов, так как их убивают при первой же возможности и картина складывалась весьма мрачная.

— Годы назад, до ухода в Великий Храм Воды, у меня имелась подтвержденная третья степень ирьёнина, — спокойно произнес Ишигава, — но с тех пор я давно вырос до второй, пусть никогда не сдавал экзамены по всем правилам и подчиняться куда менее опытным коллегам не собираюсь.

Пусть практики в храме имелось намного меньше, чем у Основы — получаемый с чакрой опыт требовалось только усвоить и немного отработать — но она все же имелась после брутальных тренировок наиболее опытных братьев, и настоятель был прекрасно осведомлен о возможностях Ишигавы, так что он вовсе не набивал себе цену, а сообщал от том, что окружающие и так знали.

Услышав последние слова, лицо Ао мгновенно просветлело, а на губах заиграла улыбка человека, что неожиданно нашел огромный драгоценный камень, выбирая симпатичный камешек в гальке.

— Да кого сейчас волнует звание⁉ — воскликнул шиноби, взмахнув рукой, — Если уважаемый сохэй подтвердит свои слова делом, то бригада Ирье-хан базы будет в полном вашем распоряжении!

— В таком случае, я согласен на ваше предложение, Ао-сан, — слегка склонил голову канпеки нингё, — и как только размещусь на новом месте, готов приступить к работе.

В конце концов, чем больше повстанцев доживет до финального сражения с силами Мизукаге, тем больше имеется шансов выжить у братьев, что ввяжутся в эту войну. Несмотря на слегка негативное отношение к кирининам, передавшееся от Основы, простая логика подсказывала, что дальнейшее ослабление Киригакуре не в интересах грядущих глобальных событий. Даже если много чего успело поменяться от предначертанного.

— Хисуши-кун покажет свободную комнату и проводит вас к лазарету, — кивнул джонин и выметающе помахал рукой, — если не имеется еще каких-либо вопросов, то я вас не задерживаю.

— Всего хорошего, — слегка склонил голову монах и оперев посох на плечо, сложил ладони перед собой, после чего, развернувшись, последовал за успевшим выскользнуть из кабинета чунином.

* * *

Как только монах с чунином скрылись за дверью и звук их шагов затих в коридоре, лицо командира базы вновь приняло суровое и сосредоточенное выражение, без следа довольной улыбки.

— Сухаши, кроме уже известного, что-нибудь про этого монаха нашли? — спросил он остававшегося в кабинете ниндзя.

Упомянутый мужчина примерно того же возраста, что и начальник, отменил гендзюцу и спрыгнул на пол, сразу усевшись на край стола. Нашивка на рукаве вполне стандартной формы Киригакуре позволяла понять, что он принадлежит к клану повелителей льда.

— Ничего, по крайней мере, пока, — развел руками Юки, — слишком мало прошло времени, а сеть осведомителей в других странах у нас изрядно сократилась усилиями Мизукаге.

— Я не люблю, когда у меня на базе находится сильный шиноби, мотивы и прошлое которого неизвестно, — нахмурился Ао, зыркнув на подчиненного, — нужно будет приставить к нему наблюдателя через некоторое время, чтобы как раз успел расслабиться.

— Прослежу, — кивнул джонин, — а что касается остального — он монах уже больше шести лет и точно не появлялся в Книге Розыска Киригакуре или других селений, если судить по имеющимся навыкам и лицу.

— Не показатель — Иробу-кун вполне мог увидеть только вершину айсберга, а не истинные возможности этого сохэя, — фыркнул командир, — изменить черты лица для ирьёнина второй степени — не проблема.

— В тоже время, какая Великая Деревня оставит такого сильного шиноби и ирьёнина без соответствующей награды за голову? — риторически вопросил Юки, закатив глаза, — Может быть, Ишигава-сан смог дорасти до нынешнего уровня уже в Храме Воды, но одно я знаю точно — оставил он мир шиноби по собственной воле, а не по чьему-то приказу, иначе у нас давно имелся бы хоть один шпион среди них.

Проклятые монахи каким-то образом мгновенно вычисляли не искренних послушников и выпроваживали из храма, хорошенько поколотив.

— Пфф… — Ао проворчал что-то неразборчивое, но спорить с данным утверждением не стал, прекрасно зная ситуацию.

Данная информация в Киригакуре не скрывалась и о постоянных неудачах знали все джонины, которые хоть что-то из себя представляли.

— Даже если ты ему не доверяешь, хороший ирьёнин нам всегда пригодится, — вздохнул Сухаши, — присматривать за нашим гостем отправлю Исани-чан, так что можешь спать спокойно.

— До тех пор, пока не заявятся остальные монахи, добавляя новой головной боли, — был ему ответ.

— Раз ничего не можешь сделать — просто расслабься, Ао, иначе перегоришь, — хмыкнул Юки и помахав рукой, выскользнул из кабинета.

Посмотрев ему вслед, джонин скривился и с силой потерев лицо, вернулся к работе с документами, на время выбросив неоднозначного союзника из головы.

Глава 9

Мизу но Куни. Основной остров. База повстанцев. Канпеки нингё монах Ишигава

Учитывая, на базе какой деревни он находился, повстанцы они там или нет, Ишигаве стоило бы ожидать, что просто так заселиться и взяться за работу у него не получится. Не прошло и трех дней с момента, когда канпеки нингё взял на себя руководство над местным лазаретом, оказавшись наиболее опытным ирьёнином среди откровенно не блиставших талантами коллег, как местные решили проверить его на прочность, несмотря на статус посла и союзника.

Ишигава сомневался, что к этому как-то причастен командир базы — Ао производил впечатление серьезного, разбирающегося в политике человека — вот только, это не помешало второму сильнейшему шиноби заявиться к нему прямо во время проводимой операции и вызвать на бой. Типичное поведение среднего туманника, не отягощенного излишним разумом и предпочитавшего решать все проблемы силой… или притворявшегося таковым.

В любом случае, под десятками оценивающих взглядов, монаху не оставалось ничего другого, как принять вызов, назвав конкретное время «тренировки» — местные ценили силу и в некоторой степени происхождение, так что отказ означал уравнивание его до уровня стандартного отношения к ирьёнинам, со всеми вытекающими последствиями. Вот только в отличие от Ирьё-ха повстанцев, почти целиком состоявшее из клановых, у монаха подобной сдерживающей черты не имелось и даже статус представителя Великого Храма Воды не производил на окружающих должного впечатления. Монахи с ниндзя не контактировали в обычной жизни, не говоря уж о поле брани и в большинстве своем, понятия не имели, что дорожные посохи служат не только статусным предметом, но и смертоносным оружием в руках владельцев.

Ишигава намеревался наглядно продемонстрировать опасность недооценки противника и силу человека, посвятившего самосовершенствованию тела и духа огромное количество времени.

Подойдя в назначенное время к тренировочному полигону на поверхности базы, где должен пройти бой, Ишигава удивленно вздернул бровь, обнаружив огромное количество зрителей, собравшихся вокруг, но потом просто пожал плечами — слухи в среде ниндзя разлетаются быстрее молнии, а с обычными развлечениями на военной базе туго.

Заслышав тихий перезвон колец от посоха, туманники перед ним поспешно расступались, освобождая дорогу к свободному пространству, в центре которого стоял высокий шиноби в стандартном жилете джонина на голое тело и свободных штанах, несмотря на довольно прохладную погоду. Здоровенный меч, больше похожий на шпалу, был закинут кири-нином на плечо и не доставлял видимых неудобств, несмотря на то, что должен прилично весить. Слегка зеленоватая кожа, такого же цвета волосы и щели жабр на плечах, выдавали в нем выходца из немногочисленного клана Хошигаки. В Бинго Бук он не имел своей страницы, но примерный арсенал этого персонажа канпеки нингё представлял, вопрос стоял только в том, насколько хорошо шиноби владел своим мечом.

— А я уж решил, что испугаешься столкнуться с настоящим шиноби в бою, бодзу, — оскалился в наглой усмешке Тахиро Хошигаки, демонстрируя треугольные зубы, смахивавшие на акульи, а вовсе не сточенные, как принято у Семи Мечников.

— Данный бой выгоден и мне, — негромко заметил Ишигава, останавливаясь в паре десятков шагов от противника, — достаточно как следует отколотить самого сильного заводилу и остальные уже несколько раз подумают, прежде чем решатся доставить беспокойство.

Толпа вокруг недовольно загудела, но Ишигава предпочел это проигнорировать, отслеживая реакцию бойца напротив. А Хошигаки только шире растянул рот в оскале и одной рукой снял меч с плеча, показательно рубанув наискосок перед собой.

— Ха, а ты мне нравишься, бодзу! — воскликнул шиноби, весь напрягаясь.

Быстрый взгляд в сторону и между ними встал невысокий ниндзя с нашивкой Юки на плече жакета и знакомой для Ишигавы сигнатурой чакры — именно он висел под потолком в кабинете Ао.

— Это тренировочный бой, значит площадными техниками не швыряться, головы не рубить и добивающие удары не наносить, все остальное разрешено, победитель — последний оставшийся на ногах, — быстро пробубнил он и рубанул рукой, — хаджиме!

Еще до того, как судья успел убраться в сторону, освобождая место боя, Хошигаки рванул вперед, замахиваясь своей оглоблей в горизонтальном ударе. Чего-то подобного Ишигава ожидал, поэтому, перехватив посох двумя руками и напитав чакрой, с гулом рассекаемого воздуха, крутанул его, нижней частью врезал по оружию оппонента и заставил изменить траекторию удара, уйдя вверх. Туманник попытался скорректировать свою шпалу, но приданная инерция тяжелого куска металла оказалась слишком сильной, чтобы исправить положение, даже перехватив рукоять второй рукой.

Канпеки нингё чуть пригнулся и меч просвистел всего в паре сантиметров над лысой головой, а оголовье переправленного посоха уже устремилось к груди врага. Хошигаки отреагировал почти мгновенно, мощным рывком оружия на себя, подставляя его под удар и тут же уходя назад от следующего, последовавшего молниеносно и нацеленного в пах шиноби. Звон столкновения металла о металл еще звенел, а двое уже разошлись в разные стороны, удостоив друг друга уважительными взглядами. Привыкшие к физическому доминированию над врагами, они столкнулись с равным по силе противником.

Поняв, что с наскока бой не закончить, туманник перестал ухмыляться и стал действовать более осторожно, перейдя на быстрые выпады заостренным концом клинка и короткие рубящие удары, не вкладываясь в них весом всего тела, что значительно увеличило контролируемость оружия. Ишигава хладнокровно парировал каждый, отводя в сторону или жестко блокируя посохом, терпеливо ожидая шанса и совершая редкие, но молниеносные выпады по уязвимым точкам и заставляя туманника опасливо отступать. Хошигаки отлично владел своим громоздким мечом, отдаленно похожим на Кубикиричо — очевидно, с надеждой выбиться в члены Кири но Шинобигатана Шичинин Шу (Семь Шиноби-Мечников Тумана) и прицелом на конкретный Великий Меч — и несмотря на все усилия канпеки нингё, находил недочеты в его защите и даже несколько раз рассекал ткань одежды, на какие-то пару волосков не доставая до кожи. Сосредоточенно отбиваясь, Ишигава едва заметно поморщился — тот самый момент, когда жалеешь о излишнем сосредоточении на духовных техниках, вместо того, чтобы вместе с братьями дополнительно потренироваться в бокудзюцу. Благодаря опыту Основы, он гораздо лучше владел мечом, способный предугадывать большую часть движений противника, вот только монахам подобное вооружение не полагается и его уровень владения посохом оказался недостаточным, чтобы превзойти опытного джонина, сосредоточенного на ближнем бою. Еще хорошо, что Акиру как следует подучила любовница, а с его воспоминаниями много почерпнул и он, добавляя к обучению храмовых специалистов.

Непрерывный звон разносился над тренировочной площадкой, пока бойцы обменивались стремительными ударами, большую часть которых зрители даже не успевали отслеживать. Утоптанная сотнями ног до каменного состояния, земля вздрагивала от мощных ударов и промахов, а в воздух подымались облака пыли, быстро сметаемые в сторону ударными волнами разошедшихся бойцов. Зрители уже не галдели, а замерли практически не дыша, впитывая демонстрацию владения холодным оружием, пока не раздался глухой звук удара металла о плоть и Хошигаки не отлетел назад с коротким вскриков. К чести джонина, он не выронил оружие из рук и ловко извернувшись, превратил падение в перекативание, оказавшись на ногах раньше, чем канпеки нингё успел закрепить успех, рванув вперед. Точнее, нижний конец посоха приземлился на то место, где еще мгновение назад находился противник, но встречный взмах на уровне шеи заставил монаха отпрянуть назад.

— Хех… похоже, ты чего-то стоишь, бодзу, — хмыкнул Тахиро, украдкой потирая левый бок, куда пришлось попадание, — но не думай, что небольшая ошибка позволит просто так выиграть!

Ишигава ничего не ответил на браваду туманника, но отметил, что «первая кровь» не в его пользу, заставила шиноби заколебаться. Этим следовало воспользоваться, и монах прыгнул вперед, ускоряя циркуляцию чакры по телу — если по силе они оказались примерно равны и преимущества с недостатками используемого оружия уравнивали друг друга, то вот в скорости можно было потягаться, выйдя на максимум.

К удивлению монаха, джонин тоже ускорился, показав, что до этого момента продолжал сдерживаться, несмотря на такую напряженную схватку и заставив воспринимать себя еще более серьезно. Именно поэтому, момент, когда Хошигаки решил поднять ставки и вместе с физическим натиском, использовать ниндзюцу, не застал канпеки нингё врасплох — находясь на столь близком расстоянии, он на самой грани чувствительности засек сосредоточивание чакры в тенкецу, расположенной во рту противника. Небольшой наклон головы и короткая струя воды пролетела совсем рядом, лишь стесав крохотный клочок кожи с мочки правого уха Ишигавы. Что там говорить, если Основа сам использовал подобный прием, а клан, заточенный на суйтон не меньше Узумаки, по определению должен знать подобные уловки.

Тем не менее, едва заметная заминка в десятую долю мгновения, вызванная необходимостью рассредоточения внимания, позволила канпеки нингё привести в действие уже собственный план. Посох воткнулся в землю, получая дополнительную точку опоры и вздрогнул от жесткого блока, отозвавшись неприятным скрежетом металла о металл и снопом искр, но данный маневр позволил Ишигаве высвободить левую руку и сжав в кулак, резко дернуть на себя. Проявившиеся нити чакры, тянувшиеся к левой ноге противника, выставленной чуть вперед, напряглись.

— Блин! — вырвалось у туманника, когда потерявшая опору нога поехала вперед, заставив потерять равновесие.

Несмотря на неожиданность, Тахиро отреагировал очень быстро и вспышкой чакры оборвал тянувшиеся к обуви голубоватые нити, восстанавливая контакт ноги с поверхностью, все же не сев на шпагат, но и только. Ишигава не упустил своего шанса — быстрый и мощный пинок по нижней части посоха придал древку сильное ускорение, буквально выстреливая снизу-вверх, прямо в нижнюю сторону бедра оказавшейся впереди ноги. А свободная рука монаха змеей выстрелила вперед, прямо за лезвие придерживая оружие противника и на мгновение задерживая на месте, успешно исключив возможность блока. Разогнанный металл встретился с плотью, с различимым хрустом ломая кость и туманник со вскриком боли полетел на землю, лицом прямо на еще один мощный пинок, что отшвырнул его на несколько метров назад и выбил сознание.

Всего одна ошибка и бой оказался законченным раньше, чем зрители успели осознать произошедшие изменения. Собственно, в поединке равных джонинов именно так все и происходит — первый ниндзя, допустивший серьезную ошибку, теряет жизнь, так как противник слишком опытен, чтобы не воспользоваться этим по полной программе. Это только генины и чунины могут сражаться по десятку минут, прежде чем определится победитель, так как упускают множество возможностей в силу недостаточного опыта.

— Победитель — сохэй Ишигава, — поспешил объявить победителя Юки, как только убедился, что джонин не поднимается.

— Надеюсь, больше подобных проверок не предвидится? — негромко спросил упомянутый монах у судьи.

— Это личная инициатива Тахиро-куна, — пожал плечами он и бросил быстрый взгляд на хранивших молчание зрителей, — но не думаю, что с этим будут какие-то проблемы.

— Отлично, — кивнул ему Ишигава и развернувшись, направился ко входу в подземную часть базы, не обращая внимание на опасливые взгляды расступавшихся туманников.

Сперва следовало поменять посеченную Хошигаки одежду, а потом вернуться к своим прямым обязанностям ирьёнина… тем более, когда сам только что прибавил работы коллегам.

Глава 10

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Рью Нара

Орочимару действительно добился очень неплохих результатов по исследованию нервных тканей Райкаге — тех, что не оказались повреждены ядом — пусть не на моем уровне, но прогресс в обучении виден невооруженным взглядом. Похоже, совет поработать в госпитале, саннин воспринял во всей серьезностью. Об этом говорил и тот факт, что во время совместной работы, он иногда упоминал того и иного коллегу, общение с которыми натолкнуло его на новые идеи.

Нет, Орочимару продолжал оставаться одиночкой, но подталкиваемый собственными амбициями и моими усилиями, немного социализировался, став похожим в повседневной жизни на просто увлеченного ученого, а не готового слететь с катушек безумного гения, что у него проскакивало иногда в начале нашего знакомства. Полагаю, отсутствие тлетворного влияния Шимуры Данзо, огромное финансирование именно тех проектов, что привлекают самого саннина и отсутствие необходимости держать отчет за каждый потраченный рё, с постоянным давлением сверху предоставить полезные результаты, очень положительно влияет на нервы.

В записях о прошлой жизни, именно после третьей Мировой Войны Шиноби коллега покатился по наклонной, нарушая даже те эфемерные границы здравого смысла и морали, что имелись раньше, чего я не наблюдал сейчас и очень надеялся, что не увижу в ближайшие годы — слишком уж сотрудничество с ученым являлось выгодным для многих моих целей. Если пристально посмотреть, не так мы с Орочимару и различались сутью, просто, вместо основной цели выучить все дзюцу мира, у меня, это охота на черную хрень с целью предотвратить воскрешение богини Кагуя и наступление полного Пэ всему миру использующих чакру людей. Что несколько более реально выполнить в ближайшие пару десятилетий, но вместе с тем, и намного более опасно. А увеличивать свою силу и жить как можно дольше, это стандартные стремления любого ниндзя, чья перспектива выйти в отставку по старости откровенно мизерная.

Возвращаясь к лабораторной работе, несмотря на полную сосредоточенность на совместном исследовании конечности Райкаге в ущерб почти всему остальному и уже затраченному времени на фронте, плюс самостоятельные усилия Орочимару хотя бы приблизиться к качеству эталона, у нас ушло больше двух недель напряженной работы с применением кучи каге буншинов, чтобы вывести комплекс необходимых техник по улучшению нервной системы.

Несмотря на образованность и опыт Орочимару, он все же не дотягивал до моего уровня в ирьёдзюцу и приходилось уделять время, чтобы подтянуть коллегу хотя бы в отношении массового преобразования и реструктуризации клеток, но даже так, перспективы открывались откровенно радужные, пусть шлифовкой придется заниматься еще не один месяц! Скорость реакции, в теории сравнимая с таковой у активировавшего шаринган с тремя томое Учиха и сокращение отклика тела на нервные сигналы мозга, превышающие таковые даже у лучших из лучших? Ха, да коллеги из главного госпиталя изойдут слюнями, если об этом узнают! Пусть речь идет буквально о десятых и сотых долях секунды, но на нашем уровне, это очень существенная разница, способная спасти жизнь и обеспечить победу.

Конечно, нельзя сказать, что мы до всего дошли сами, особенно учитывая столь короткий срок, когда другие ирьёнины ведут подобные исследования годами, добиваясь куда меньших результатов. У меня имелся монументальный труд Хиши Хьюга по улучшению нервной системы, которым я поделился с Орочимару и уже на основе этого фундамента, мы выстраивали собственную работу, сэкономив буквально девяносто пять процентов времени и получив возможность сделать гигантский скачок вперед.

Пожалуй, единственный минус, это слишком малый образец для изучения и вследствие этого, невозможность исследования такой важной части нервной системы, как спинной мозг, но приходилось довольствоваться имеющимся. Естественно, простое изучение мертвой поврежденной плоти едва ли обеспечит получение полноты картины, так что использовав собственный опыт в «оживлении» и первоклассное лабораторное оборудование Орочимару, я сперва восстановил те участки плоти, что еще можно было восстановить, а потом вернул конечности подобие жизни. Это намного облегчило отслеживание прохождения импульсов по нервам к мышцам — имитировать такие сигналы умеет даже ирьёнин третьей степени и в библиотеке главного госпиталя имеется несколько ирьёдзюцу, ориентированных на нарушение работы нервной системы живого врага. На мертвом это проделать еще легче, пока ткани сохранили подвижность и не окоченели, начав отмирать.

Совместное исследование руки Третьего Райкаге не являлось единственной нашей работой в это время, хотя безусловно имело приоритет. Отработка технологии выращивания клонов требовала тщательной шлифовки и подгонки не только в плане контроля за непрерывно протекающими процессами, но и в плане питания — грубое подобие питательной смести в системе поддержки, которое удалось получить Орочимару, ни в какое сравнение не идет с тем, что получает настоящий ребенок из организма матери через плаценту и околоплодные воды, отсюда и столь высокая смертность образцов, неправильное развитие и возникновение мутаций, несмотря на попытки корректирования ирьёдзюцу. Собственно, как наиболее вовлеченный в тему не только из-за опыта работы в госпитале, но и в силу необходимости неоднократно сопровождать беременность любимых женщин, я прекрасно знал, где в библиотеке можно было взять некоторые наработки коллег, связанные как раз с проблемой повышения качества питания развивающегося плода или поддержания жизни наполовину сформировавшегося — случаи, когда куноичи ходит на миссии начальные сроки беременности вовсе не такие редкие, как и смертельные исходы для них. Меня в главный госпиталь уже не пустят без некоторых услуг, а вот Орочимару подобных проблем был лишен и скопировал необходимую литературу без проблем уже на следующий день, позволив нам превратить несколько здоровых бидонов крови забитого скота с некоторыми добавками в куда более полезный суррогат.

Комплексом печатей наблюдения и коррекции развития я собирался заняться позднее, когда обкатка новых условий для роста зародышей покажет себя в положительном ключе — почти наверняка, придется решить все другие сопутствующие проблемы выращивания клонов, пока не замеченные. Может быть, даже заказать более специализированное оборудование по новым чертежам и чтобы корпус можно было использовать для нанесения фуин. Обычный металл и стекло не слишком для этого подходят. Собственно, часть оборудования в лаборатории коллеги была выполнена именно под его индивидуальные запросы, а довольно примитивные компьютеры облегчали контроль и снятие показателей.

К сожалению, всему когда-то приходит конец, так и я не смог слишком долго отвлекаться исключительно на лабораторную работу — другие дела требовали моего личного внимания, даже несмотря на наличие каге буншинов. Разговор Инузука Тсуме с Шенесу прошел с моим посредничеством, но без прямого присутствия и договаривающиеся стороны пришли к устраивающему всех соглашению, а взаимная интеграция интересов/сотрудничество кланов в финансовом плане оказалось переложено на очень недовольного Шикаку, пойманного до того, как успел смыться на очередную миссию с командой. Естественно, в политическом плане это не могло пройти незамеченным, заставив Сарутоби прекратить давление на собачников, но такой уж сенсационной новостью не стало — все заинтересованные лица были осведомлены о моих весьма теплых отношениях с бывшей сокомандницей и ее родней, о предоставлении персональной медицинской помощи и весьма приличным скидкам в лавке печатей. Нажим со стороны большого клана лишь быстрее толкнул Инузука в объятья Союза Четверых, превратившегося в Союз Четверых с половинкой, как приватно пошутил дядя.

Не сказать, что Сарутоби этому обрадовались, но имея двух шиноби эС-класса, богатство торгового клана, приличное количество активных бойцов и поддержку малых кланов, их положение на политическом олимпе Конохагакуре но Сато несколько превосходило наше — титул Третьего Хокаге имел значительный вес даже после отставки, а многочисленные личные связи старика Хирузена никуда не делись, как бы того не хотелось окружающим. На самом деле, после войны, репутация Профессора среди Сейки Бутай (Постоянные войска) даже улучшилась, благодаря весьма впечатляющим битвам со старшим Эй и тому факту, что он единственный мог сражаться с последним на равных, в то время, как Джирайя оказался очень серьезно ранен с одного удара. Тот момент, когда можно пожалеть, что моей битвы с этим монстром никто не видел, зная лишь о результате.

Впрочем, это были вполне обычные дела, разбавляемые мирной жизнью и всем, из этого вытекающим — жены с ма вытаскивали меня в гости к тем или иным друзьям и знакомым, что пережили войну, заставляя социализироваться и оценить всю иронию сложившейся ситуации. Но как это бывает, не обошлось и без неожиданностей — в последний из вечеров, когда я возвращался из лаборатории Орочимару далеко за двенадцать, около входа в квартал Нара меня поджидала неожиданная гостья — Узумаки Кушина.

— Кушина-чан⁈ Что ты здесь так поздно делаешь? — неподдельно удивился, хотя и почувствовал ее заранее.

Младшая Узумаки никогда не появлялась у меня дома и если требовалась встреча, просто передавала запечатанную фуин записку кому-нибудь из клановых дежурных или через призывы Мито, если требовалось соблюдение секретности. А тут вдруг осталась дожидаться лично до ночи, наверняка узнав от чунинов, что я еще не вернулся. Есть от чего начать беспокоиться.

— Рью-кун, мне необходимо с тобой поговорить, — закусив губу и нервно комкая руками простое зеленое платье, тихо произнесла куноичи.

— Все, что в моих силах, но думаю, лучше это обсуждать не на улице, — вздохнул я и обняв Кушину за плечи, повел ко входу в квартал.

Постовые лениво отсалютовали и распахнули прикрытые в ночное время ворота, понимающе ухмыльнувшись, на что я лишь закатил глаза, практически излучая то самое слово, что неотъемлемой частью Нара. Идя к дому и украдкой бросая взгляды на спутницу, я отметил в свете еле тлевших фонарей, что девушка явно плакала, чем-то сильно расстроенная, но с расспросами решил повременить.

Окна в доме уже не горели, указывая на то, что родные уже отправились спать, так что в прихожей никто нас не встречал. Выдав гостье тапочки и тихо проведя на кухню, провожаемый только чуть приоткрывшей щёлочку глаза Ньярлой, что ночевала в гостиной, я усадил Кушину за стол и с помощью фуин вскипятив за несколько секунд воду, заварил ароматный чай, играя радушного хозяина. Через несколько минут поставив на стол чашки с ароматным напитком и вазочку со сладостями, я уселся напротив нее.

— Ну, Куши-чан, что такого случилось, чтобы довести тебя до слез? — мягко кивнул ей, всем видом показывая готовность слушать.

Шмыгнув носом, куноичи вежливо пригубила из чашки и отставив ее в сторону, подняла на меня взгляд покрасневших глаз.

— Рью-кун, ко мне сегодня пришел Фугаку-сан и сообщил, что Ми… Микото-чан мертва! — выдавила из себя младшая Узумаки, всхлипывая.

Что⁈ Почему я об этом ничего не слышал⁈

Глава 11

Микото Учиха не только являлась довольно сильным джонином, несмотря на молодость, с пробужденным до трех томое шаринганом и приличным послужным списком за спиной, но и женой будущего главы большого клана, клана основателей Конохагакуре но Сато. Ее смерть не должна остаться незамеченной, в отличие от простых членов клана, не имевших большой значимости для Сейки Бутай и уж тем более, пройти мимо внимания главных сплетников, вроде женщин Нара… Если только распространение этой информации не блокировали сознательно сами Учиха.

— Довольно неожиданно услышать о смерти Микото, — вскинул я брови и положив локти на стол, чуть подался вперед, — но можно немного больше подробностей, Кушина-чан?

— К-как расказал мне Фугаку-сан, — слегка замялась девушка, украдкой утерев уголки глаз и шмыгнув носом, — Ми-чан участвовала в последнем натиске на территории Кумогакуре…

Слушая рассказ младшей Узумаки и мысленно дополняя отсутствовавшие детали, я едва удерживался от желания впечатать ладонь в лицо от… недальновидности принятых Учиха решений, обусловленных политическими раскладами селения и повлекших за собой смертельные последствия для подруги Кушины. Но обо всем по порядку.

Участвуя в продвижении на территорию Страны Молнии, двум командам Микото-чан не повезло наткнуться на известного мечника А-ранга, Исори Катуиши по прозвищу Райтонингу Содо (Меч Молнии). Наткнуться на шиноби подобной силы без подготовки и серьезной поддержками, только силами двух джонинов и шести чунинов? Удивительно, как они там все не полегли. Тем не менее, Микото оказалась смертельно ранена и лишь огромными усилиями телохранителей из клана, куноичи успели запечатать и обеспечить отступление двух чунинов со свитком к основным силам, задержав кумовца на некоторое время и заплатив за это собственными жизнями. Свиток благополучно доставили в штаб и позднее передали в клан вместе с телами других погибших Учиха.

Казалось бы, следующий логический шаг — привлечь ирьенина первой степени в моем или Тсунаде лице для полноценного восстановления куноичи от смертельных ран, благо, джонин и жена будущего главы клана, не какой-то там чунин. Вот только, старейшины Учиха подобным образом не считали, не желая оказаться должными прямым соперникам на политическом фронте и несмотря на все категорические возражения Фугаку, постановив использовать собственных ирьенинов в попытке восстановления куноичи. Ирьёнинов, самые опытные из малого числа которых имели всего третью степень и не могли задействовать Чикатсу Сайсей но Дзюцу (Техника лечебной регенерации жизненной силы) главного госпиталя, ввиду крайней загруженности комплексов печатей другими пациентами круглые сутки. Чтобы попасть вне очереди, требуется получить согласие Тсунаде Сенджу, а «унижаться», выпрашивая у соперников разрешение, Учиха посчитали выше своего достоинства. Старые пеньки у обладателей шарингана ничуть не лучше перебитых у Хьюга и продолжают мыслить временами войн кланов, тем более, что большая часть из них росла как раз в это время или с родителями, заставшими ушедшую эру.

Естественно, попытка вытянуть Микото с того света провалилась, ввиду низкой квалификации трех ирьёнинов и обширности ран — после извлечения из свитка, куноичи умерла очень быстро, зато, Учиха никому не оказались должны, и репутация великого клана не пострадала. Фугаку, находившийся рядом во время операции, сообразил запечатать тело жены почти сразу, после получения печальных новостей и помня про лучшую подругу Микото, а также, с кем она связана, пошел изливать душу в надежде, что Кушина не оставит ее без помощи и отдаст Рью Нара на воскрешение.

Почему Учиха не поступили подобным образом сразу или просто не арендовали комплекс печатей в клинике Нара за круглую сумму, значительно повышая шансы благополучного для всех исхода операции, я могу только гадать. Подозреваю, посещение Кушины является собственной инициативой Фугаку и не согласовано со старейшинами клана. Или причина подобных действий гораздо проще? Достаточно лишь вспомнить, при каких обстоятельствах эволюционирует шаринган, и ситуация приобретает куда более понятную мотивацию со стороны старейшин, тем более, Тодороки-сан вполне мог продавить лечение Микото у меня, но… почему-то не стал этого делать. Если куноичи вполне можно воскресить при любом развитии событий, но при этом получить намного более сильного наследника главы клана, то почему бы этого не сделать? Безжалостно по отношению к Фугаку, вынужденному наблюдать агонию и смерть любимой, но вполне изящно и в духе Учиха.

— Рью-кун, ты поможешь Ми-чан? — вырвала меня из размышлений девушка, после выслушивания короткого рассказа.

— Конечно, Куши-чан, могла бы даже не спрашивать, — кивнул ей в ответ, тяжело вздохнув и не став посвящать в грязную подноготную произошедшего, даже если окажется верен первый вариант, а не второй, что маловероятно.

Не сейчас, когда джинчурики на эмоциях и вполне может пойти выражать свое недовольство нескольким идиотам, что решили использовать жизнь ее подруги в своих целях. А вот когда успокоится, тогда можно будет поговорить, потому что Мито ее оберегала от таких вот сторон клановой политики, хотя отправка маленькой девочки в чужую деревню стать носительницей сильнейшего биджу и живым оружием, тот еще дерьмовый поступок со стороны Узукаге, пусть и продиктованный обстоятельствами, учитывая, что это его родственница и поспешность подобного жеста в глобальной политике.

— Спасибо, Рью-кун! — с радостью воскликнула куноичи, чуть улыбнувшись, но тут же убавила в громкости на моё предупреждающее шиканье — в доме все спят, — Микото моя первая и единственная настоящая подруга, потерять ее…

Шмыгнув носом, Кушина чуть приподняла подол платья и извлекла свиток из подсумка на внутренней стороне бедра, протянув мне. Приняв его, я только кивнул, опознав старую работу мастеров Узумаки, куда лучше качеством, чем мои поделки. В данном случае, качество означает долговечность и этот свиток протянет еще пару десятков лет, если не больше. Во многих семьях, изделия аловолосых мастеров давно пробрели статус семейных реликвий.

— Займусь завтра, как только отдохну и оглянуться не успеешь, как Микото-чан вновь пригласит на чай, — подмигнул ей, убрав свиток во внутренний карман одежды.

— Хорошо, я завтра к вечеру за-а-айду, — кивнула красавица, неожиданно широко зевнув в процессе и изящно прикрыв рот ладошкой.

— Похоже, кому-то пора отдыхать, — усмехнулся я, вставая из-за стола и протягивая подруге руку, — пойдем, провожу.

— Тебе вовсе не обязательно это делать, — фыркнула Узумаки, тем не менее, принимая руку.

Так же тихо, как и пришли, мы выбрались на улицу и неспешно двинулись к выходу из кланового квартала. Выбросив из головы все мысли, я просто наслаждался прогулкой с красивой девушкой под руку, ночным небом над головой и тишиной, такой редкой в обычно оживленной Конохе. Когда я последний раз так расслаблялся? Чунины у ворот понимающе усмехнулись, бросая взгляды на прижавшуюся ко мне Кушину, но промолчали. Правильно сделали.

Ночная Коноха, еле освещаемая притушенными фонарями и взошедшим серпом луны, имела свое неповторимое очарование, лишь слегка нарушаемое мягкими шагами патрульных Учиха на соседних улицах или мелькавшими на крышах темными силуэтами Анбу. На мой вкус, прогулка до квартала Сенджу закончилась очень быстро и если бы не куча работы, запланированная на завтра, к которой прибавилась еще одна, я бы предложил аловолосой куноичи продолжить, а не исчезнуть, одарив на прощание поцелуем и пожеланием сладких снов.

В последнее время, я совсем не уделял внимания младшей Узумаки, больше сосредоточенный на семье и сам себе твердо пообещал, что приглашу Кушину на нормальное свидание в ближайшие же несколько дней, высвободив окно в плотно забитом расписании.

Домой я вернулся парой шуншинов, не видя смысла растрачивать больше времени, что планировал использовать для сна, но ночь небольших сюрпризов не закончилась, — не успел я переобуться в прихожей и тихо проскользнуть в кухню, чтобы прибраться за недавней гостьей, как в дверном проеме появилась соблазнительная фигура первой жены в полупрозрачной сорочке до колен.

— Рью, кто это приходил? — щуря глаза на свет от лампы, сонно спросила она, явно только проснувшись.

— Кушина-чан, — ответил ей, споласкивая чашки в раковине и убирая в сушилку, — Микото Учиха скончалась от ран, полученных на войне, и она приходила просить за подругу.

— Э?.. — удивленно вздернула бровь Линли, озадаченная постановкой вопроса, — Когда это случилось⁈

— Сегодня и не бери в голову — здесь замешана внутренняя политика Учиха, — отмахнулся я, — завтра могу рассказать, если будет желание.

Как бывшая джонин Сенджу, она имела доступ к клановой библиотеке и много о чем имела представление, включая и особенности развитие шарингана исторических врагов — Нидайме Хокаге оставил после себя весьма обширную базу знаний для потомков и видел Учиха, как источник будущих неприятностей для Конохагакуре но Сато.

— Ловлю на слове, — немного оживилась куноичи, при намёке на свежую сплетню, пусть и весьма деликатного содержания, что нельзя распространить в массы.

— Пойдем уже спать, — закатил я глаза, выключателем потушив свет на кухне и за талию увлекая женщину в сторону спальни.

— Только спать? — тихонько промурлыкала мне на ухо куноичи, прижимаясь к боку своими впечатляющими достоинствами, — У меня имеется более интересная идея.

От её теплого дыхания у меня пробежали мурашки по коже, а мысли повернули во вполне определенную сторону. Момент лени и нерешительности задавили мгновенно проснувшиеся инстинкты. Сон? К биджу сон, когда у меня такая красавица под боком!

— Мне нравится ход твоих мыслей, — промурлыкал в ответ, поворачиваясь и вжимая куноичи в себя одной рукой, а другую опустив на такие аппетитные округлости ниже пояса.

Линли привстала на носочки, обвив мою шею руками и рывком наклонила к себе, впившись поцелуем. Не желая уступать, я жадно ответил на поцелуй и спустя несколько секунд включился в борьбу языков, чувствуя, как внутри разрастается пламя желания и кровь приливает туда, куда ей и положено. Почувствовал это не только я.

— Кто-то явно соскучился, — отстранившись, чтобы чуть отдышаться и бросив взгляд вниз, усмехнулась Линли.

В неверном свете луны из окна, что скрадывал наличие тонкой ткани, она выглядела в этот момент невыразимо прекрасной и очень желанной.

— Нядоело! Сколько можно ходить туда-сюда, еще нячать миловаться над самым ухом, мешая спать честным кошачьим! — внезапно раздался раздраженный голос с дивана и на нас уставилась пара прищуренных желтых глаз, — Идите облизываться в спальню и барьер поставить не забудьте, чтобы не перебудить весь дом! Ня!

Жена замерла на мгновенье, а потом неожиданно прыснула колокольчиками тихого смеха.

— Вот приглашу какого-нибудь кота ночью, и тогда посмотрим, кто будет нясмехаться! — продолжила ворчать кошечка, возмущенно отвернувшись.

— Прости, Ньярла, не будем больше тебе мешать, — не удержался я от улыбки, — и спасибо за напоминание.

— Поспать нормально дайте, а благодарность оставьте себе, — фыркнула призыв и улеглась обратно клубочком, больше не обращая на нас внимания.

Подхватив продолжавшую улыбаться красавицу на руки, я ретировался в спальню и ногой закрыв дверь, импульсом чакры активировал кеккай, нанесенный на стены помещения. Хитоми до разрешения от бремени ночевала в отдельной комнате, и никто нам не мог помешать продолжить начатое в гостиной. Одежда полетела в разные стороны и вот я навис на такой соблазнительной красавицей, но внезапно, изящная ручка уперлась мне в грудь.

— Подожди Рью-кун, Цуми-чан сегодня рано легла, — прошептала жена на мой вопросительный взгляд.

— И конечно, ринется нас будить с утра пораньше, — закатил глаза, но кивнул.

Достав из печати неприкосновенного запаса на руке большой спальник, я кинул его на пол — очень удобно, когда следы ночных развлечений можно просто убрать обратно, переместившись на чистую постель, а воздух проветрить за пару секунд — и рывком перекатился сверху с пискнувшей красавицей так, что она оказалась сверху.

— Продолжим!

Глава 12

Прошелестела деревом дверь, вырывая меня из глубин сна и заставляя на одних инстинктах распечатать в правую ладонь сенбон, но шлепанье босых ножек по полу и громкое восклицание тоненьким голоском…

— Па, Ма, вставайте!

…позволило расслабиться, прекращая стимуляцию выработки адреналина и ускорение работы сердца. Кацуми с разбегу прыгнула, рассчитывая приземлиться сверху на постель и нас обоих в ней, как делала уже не один десяток раз, но… Как всегда, я среагировал быстрее, убрав железку обратно и выстрелив правой рукой вверх. Из тенкецу вырвались золотые цепи и мгновенно спеленали девочку в плотный кокон, под задорный визг несколько раз каруселью крутанув по комнате. Бросив быстрый взгляд на наручные часы, лежавшие сбоку от подушки, я на мгновение прикрыл глаза — пол шестого и на улице еще только начала рассеиваться ночная тьма — давя проснувшееся раздражение. Мы легли только час с хвостиком назад и если я еще мог привести себя в порядок без особых усилий, ирьёдзюцу прогоняя навалившуюся усталость, то слегка открывшийся глаз жены, с удобством расположившейся головой на моем плече, не сулил дочери ничего хорошего. Даже учитывая непоседливость Цуми-чан, это слишком рано. Мы рассчитывали на семь или около того.

— Золотце, почему ты поднялась так рано? — слегка хрипло пробормотала Линли, давя зевок, — За окном еще темно, и порядочные девочки должны спать у себя, а не будить усталых родителей.

— Я поставила будильник, — невинно похлопав глазками, заявила шкода.

— Рью, займись, — вздохнула жена и перевернулась на другой бок, забирая с собой большую часть одеяла.

Несмотря на то, что я более-менее проснулся и отогнал усталость медицинской чакрой, подниматься настолько рано не имелось ни малейшего желания, скорее, хотелось последовать примеру Линли и подавить подушку часов до девяти. Работая с Орочимару и стараясь не забрасывать все остальные дела, я спал по минимуму и это постепенно скажется даже на самом выносливом человеке.

— Ну, раз не поспала нормально у себя, поспишь с нами, — вздохнул я, укладывая сверток с девочкой себе под бок, несмотря на протестующий писк.

— Я не хочу! Па! Выпусти! Так не честно!

— Хочешь, я же знаю, — тихо фыркнул и потянувшись, зарылся пальцами в копну волос малышки, аккурато массируя скальп.

— Эй, я не хочу спа-аааах, — на середине слова, доча широко зевнула.

Я еле сдержал довольную ухмылку, развеяв кокон цепей и продолжив массаж — даже без применения чакры, существует множество способов, как быстро утихомирить ребенка, а уж с использованием… Через пару минут, Кацуми уже сладко сопела, уткнувшись мне в бок. Распечатав одеяло, я тщательно укутал нас и быстро погрузился в сон.

Меня пробудило ощущение чужого взгляда, но не чувствуя опасности, я позволил себе несколько секунд понежиться в сонной неге, лишь после этого слегка раскрыл левый глаз и скосил взгляд на виновника — Линли. Куноичи лежала на боку и подперев голову рукой, буквально излучала лицом довольство с умилением. Проследив за ее взглядом, я обнаружил то, что сам ощущал с момента пробуждения, но машинально игнорировал — в какой-то момент, Кацуми-чан переползла на меня и вольготно раскинулась на груди, сопя в обе дырочки с весьма довольной моськой.

— Можно уже начать беспокоиться, что мое законное место монополизировала конкурентка? — с усмешкой поинтересовалась куноичи.

— Перед подобной милотой я бессилен, — показательно развел руки, широко улыбаясь.

— Даже если и бессилен, пора вставать — Сая заглядывала пару минут назад сообщить, что завтрак почти готов, — пожала плечом жена, от чего ее верхние округлости натянули ткань ночнушки, обрисовываясь настолько соблазнительно, что мне стоило больших трудов отвести взгляд, несмотря на вчерашние активности и брать под контроль естественную реакцию организма.

Судя по чуть дрогнувшим уголкам рта чертовки, это не прошло незамеченным, и она слегка пошевелилась, принимая более соблазнительную позу. Бросив очень многообещающий взгляд на Линли, я постарался отвлечься и с силой потерев лицо, чтобы прогнать остатки сонливости, спросил:

— Сколько времени?

— Почти десять — кто-то очень хорошо разоспался, несмотря на первоначальные возражения, — фыркнула рыжеволосая красавица, протянув руку и нежно погладив по щеке спавшую дочь.

— Хмм… самое время вставать, — тихо хмыкнув, согласился с ней и спустя пару мгновений, смотря в безмятежное личико мелкой шкоды, спавшей без задних ног и расплылся в предвкушающей улыбке, намекающе поиграв бровями, — самое время для небольшой мести, — и показательно пошевелил пальцами по обе стороны от дочки.

— О боги, какой ты еще мальчишка, Рью-кун, — жена со вздохом прикрыла глаза рукой, тем не менее, расплывшаяся на губах улыбка показала ее истинные чувства.

Более ничем не сдерживаемый, я атаковал бока Кацуми и последовавший взвизг с верещанием, перешедшим в хохот, показался музыкой для моих ушей. Доча из положения лежа буквально взвилась в воздух, стараясь избавиться от щекотки, но от меня никто так просто еще не уходил!

— Ииии-ахахаха! Па! Ахахаха! Хва-ахаха-атит! Ахахаха!

Малявка брыкалась, вырывалась, лягалась и ужом изворачивалась, но уйти от сладкой мести не могла. Помучив ее минуту, я все же сжалился и выпустил из объятий, но Цуми-чан недолго радовалась новоявленной свободе, тяжело отдуваясь и сверля меня подозрительным взглядом — сделав пару шагов назад, она наткнулась спиной на жену, что неслышно поднялась и переместилась на траекторию стратегического отступления. Почувствовав ладони, сомкнувшиеся на плечах словно клещи и смотря на мою широкую улыбку, на лице дочки проступило обреченное понимание, что еще ничего не закончилось.

Раунд два!

— Нет! Мама! Я сдаюсь! Не надо! Иии! Ахахаха!

На визги и писки Кацуми даже подтянулись остальные обитатели дома, заинтересованно заглядывая в приоткрытую дверь и широко улыбаясь на происходившее дурачество. Воспользовавшись моментом, пока все внимание было сосредоточено на Цуми-чан, я привел себя в более презентабельный вид, накинув легкую рубашку с коротким рукавом и штаны до середины голени. Пусть на улице похолодало, знаменуя приближавшуюся зиму, но печати поддерживали в доме комфортную температуру и по деревянному полу можно было ходить босым без проблем даже обычным людям. Даже в зимний сезон, градусник на улице никогда не показывал меньше семи-девяти градусов в самые холодные дни, не говоря уж про снег.

— Заканчивайте дурачиться, завтрак готов и остывает, — помахала мне Сая, закатив глаза, но она тоже улыбалась.

— Идем, — помахал ей и смилостивившись, одним движением выхватил дочь из плена жены.

— Ну вот, испортил мне все развлечение, — надулась куноичи, складывая руки под грудью, но глаза ее смеялись.

— Про-протестую, к союзникам применять пытки запрещено! — вяло простонала Цуми-чан, обвиснув в моей руке мокрой тряпкой и жадно втягивая воздух, — Мой животик!

Приподняв, я чмокнул дочь в макушку и усадил на сгиб локтя, отправившись за остальным женским контингентом на кухню.

— Ты развлекаешься, устраивая родителям ранние побудки, так почему мама с папой тоже не могут устроить себе небольшое развлечение, защекотав одну маленькую девочку? — легонько щелкнув по носу и улыбаясь, спросил я очень знакомо надувшуюся Кацуми.

— Каждый раз? — опасливо спросила она, удостоив подозрительным взглядом из-под челки.

— Кто знает, — хитро усмехнулся я в ответ.

— Па-а-ап!

Игнорируя тычки маленьких кулачков, я усадил дочь на подготовленный стул и занял место во главе стола. Сегодня ма порадовала нас огромным омлетом с многочисленными кусочками жареного бекона и широкими ломтями белого хлеба. Весьма необычное и дорогое по очевидным причинам, начало дня для местных, но на протяжении многих лет, я разнообразил семейную кулинарную книгу рецептами, привычными по прошлой жизни. Так сказать, щепотка ностальгии.

Как только Линли в приличном виде заняла свое место, я помог разложить порции с большой сковороды и не обращая внимание на остальных, с удовольствием приступил к смакованию.

— Итадакимас.

К сожалению, как бы мне не хотелось оттянуть наслаждение, но все когда-нибудь заканчивается и сразу после сытного завтрака, мне пришлось заняться делами. Отправив пару каге буншинов в клинику и лавку, я уведомил женщин не беспокоить зря в течение ближайших часов и спустился в подвал, прихватив свиток с телом Учиха. Вовсе не радостный, предстоящей работе.

Учитывая обещание Куши-чан, сегодня ее подруга стала первой в очереди на воскрешение. Над Нара клоны закончили творить свою «магию» всего пару дней назад, оказавшись бессильными только в семи случаях из тридцати восьми, а сейчас на очереди стояли Яманака, как наименее многочисленные из трех союзников. Которые могут подождать. Обрабатывая за день три-четыре павших ниндзя и весьма уставая при этом, несмотря на набитую руку, работы впереди имелось еще очень много и добавление к имевшейся горе вовсе не радовало, несмотря на все обстоятельства.

Возиться каждый день с кровью, грязью, дерьмом и месивом из мяса с осколками костей, промывание, зашивание и сращивание которых, вовсе не прибавляли хорошего настроения. Даже если я и понимал, что все это необходимо не только для усиления Нара, но и ради уменьшения горя неплохих людей, потерявших близких или семью, некоторых из которых я знал лично. Постепенно, мертвые тела сливались в одну бесконечную вереницу, не вызывая сочувствия и оставляя после себя вязкое равнодушие, даже если после работы вновь становились живыми.

— Блин, да я просто в конец задолбался длительной монотонной работой и морально устал, — признался себе, почти с отвращением смотря на свитки с телами, лежавшие неподалеку от нанесенного на пол комплекса печатей, проверкой которого занимался.

Мне просто необходимо нормально отдохнуть несколько недель, может быть на море или горячие источники, чтобы можно было расслабиться, но к сожалению, данное желание невыполнимо в ближайшие пару месяцев. Слишком много работы, требующей моего внимания. Ровно так, как было и после прошлой войны.

Задумчиво поскребя подбородок, я начал перебирать возможные варианты и спустя несколько минут, остановился на единственном шансе вырваться из селения на короткое время — воспользоваться грядущим сорокалетним юбилеем Саи и прихватить ее с собой отдохнуть вдали от Конохи, оставив на хозяйстве жен.

Вздохнув, я задумался — когда исключительно Саей я в последний раз проводил время за каким-нибудь делом или просто вместе, не считая приемов пищи? Даже мой последний день рожденья пришелся на конец войны и без всякого отмечания, несмотря то, что стукнуло полноценный двадцатник. А ведь это очень значительная дата для любого ниндзя — половины или даже больше моего выпускного класса уже нет в живых. Было бы очень неплохо взять билеты на какой-нибудь курорт и выбросить все заботы из головы, просто наслаждаясь спокойными деньками. Пожалуй, так и поступлю, даже если дядя и остальные будут против. Замотался!

С силой потерев лицо и постаравшись настроиться на позитивный лад данным самому себе обещанием, насколько это было возможно, я создал трех клонов и достав тело Микото Учиха из свитка, расположил его в центре Чикатсу Сайсей но Дзюцу (Техника лечебной регенерации жизненной силы), с небольшим облегчением отметив, что необходимая очистка оказалась коллегами уже проведена, избавив меня от необходимости вымывать дерьмо из разорванных/разрезанных кишок. Такие попадались в половине случаев. Учитывая, что это прямой путь к заражению крови, каждый раз приходилось долго и муторно чистить, иначе вся работа насмарку.

Отвлеченные мысли не помешали мне быстро и досконально изучить тело куноичи Учиха, сразу определив причину, почему коллеги облажались — Микото вскрыли как мясник порося, практически перерубив позвоночник и с таким уже не справится никакая печать, позволив только поддержать жизнь на очень короткое время. Почистить внутренности и кое-как срастить, запихнув их обратно ирьёнины успели, но на что-то большее у них просто не хватило времени. Судя по состоянию мозга, время у меня еще имелось, так что первым делом я занялся наладкой кровеносной системы в обход поврежденных участков тела и органов, чтобы запустить работу сердца и легких, после чего заняться разрубленной печенью и остальным, что попалось на пути меча облачника. Ничего нового и даже грудь оставляет желать лучшего, сильно уступая достоинствам жен.

Глава 13

Закончить с Учиха удалось только к обеду, восстанавливая куноичи по полной программе, в отличие от обычной практики, когда я решал главные проблемы, послужившие причиной смерти и наиболее серьезные ранения, превращавшие ниндзя в калеку, а всякую мелочь оставлял на естественное излечение с течением времени, чтобы уменьшить собственную работу. Будить полностью здоровую Микото я не стал, запаковав обратно в тот же свиток, в котором она и попала ко мне.

Конечно, можно было бы лично обеспечить благодарность сильной куноичи, джонина Учиха и жены будущего главы клана, намекнуть о планах старейшин обладателей шарингана, получив значительные политические дивиденды в будущем, но после недолгих размышлений, я от подобного плана отказался. Причина довольно проста — Микото и так узнает, кому обязана жизнью, но при этом я не окажусь втянут во внутренние политические дела Основателей, кроме благодарности отдельных влиятельных личностей, заполучив еще и недовольство стариков, обладавших немалой властью.

К тому же, еще не ясно, как отреагирует на подобное вмешательство Тодороки-сан, вовсе не утративший влияния на политической арене Конохагакуре, несмотря на подготовку приемника и планы скоро передать бразды правления кланом. У меня и так слишком много забот, чтобы тратить время на политику — овчинка выделки не стоит.

Пообедав с семьей, я начал собираться к посещению дома Узумаки, предварительно отправив весточку с Ньярлой о намерении, с указанием времени, чтобы застать их на месте. Относительно недавно, каге буншинами закончилась инвентаризацию пленников и отложенные в сторону тюремные свитки с куноичи только и ждали своего времени для передачи Мито-чан, а я исходил слюнями на обещанные знания мастеров печатей. Конечно, получить секреты из хранилищ нечего было и мечтать, но даже те, что имелись в общем доступе библиотек Узушио, могли занять меня на долгие годы вперед, являясь не менее ценными. Клан аловолосых мастеров печатей накапливал знания в этой области столетиями и сомневаюсь, что даже самые древние представители Узумаки знали все. Слишком необъятное поле для развития и изучения, но мне хватит и небольших кусочков — домашняя библиотека фуин была давно изучена вдоль и поперек.

Перевязав почти два десятка свитков бечёвкой и упаковав их в бумагу, я поспешил к кварталу Сенджу, кивками отвечая на приветствия попадавшихся на пути Нара. Серия из четырех шуншинов от ворот, и я появился на крыше здания напротив входа в квартал Основателей. Стоявшие в карауле чунины даже не повели и бровью, лишь вежливо поздоровавшись, когда я прошел на охраняемую территорию — практически каждый знал меня в лицо, а почувствовать колоссальные запасы чакры бойца эС-ранга могли и простые ниндзя без дара к сенсорике, особенно, без стандартной экипировки и когда я не считал нужным скрываться.

Правда, спокойную прогулку по зеленым аллеям в сторону дома Узумаки прервал один небольшой инцидент — навстречу попалась Сенджу Тсунаде собственной персоной. Заметив меня, куноичи нахмурилась, но к счастью, резким кивком все и ограничилось. Склонив голову в приветствии, я тоже предпочел проигнорировать ее, пройдя дальше, но что-то в ощущении чакры саннина меня зацепило, беспокоя.

Лишь по прошествии нескольких секунд, пришло понимание, заставив в изумлении встать столбом — ощущаемая необычность/двойственность характерна для женщин на самой ранней стадии развития плода! Принцесса Сенджу оказалась беременна, несмотря на диагнастированную стерильность! Что за⁉ Являясь частым гостем Основателей, я прекрасно знал, что Тсунаде много лет пыталась преодолеть свою проблему, но несмотря на все усилия гения медицины и ирьёнина первой степени, всё оставалось тщетным, добавив еще одну причину к покиданию Конохи… До этого момента.

Преодолев удивление и желание оглянуться на куноичи, я продолжил путь, но вспыхнувшее профессиональное любопытство не давало покоя. Как ей удалось преодолеть стерильность⁈ Что за способ использовался? Сомневаюсь, что столь гордая куноичи захотела использовать чужую яйцеклетку для оплодотворения, иначе родила бы намного раньше. А то, что Тсунаде сможет проделать необходимые манипуляции, у меня не имелось ни малейших сомнений — это уровень опытного ирьёнина третьей степени.

Прикидывая возможные варианты и тут же отбрасывая их — если сам о них подумал, то и саннин должна додуматься — я добрался до дома, на крыльце которого уже ждали две аловолосые красавицы. Полагаю, Мито узнала о моем приближении заранее.

— Привет, — махнул рукой, ускоряя шаг и взлетая по ступенькам на крыльцо.

— Рью-кун, ты уже закончил⁈ — взволнованно воскликнула младшая Узумаки, коротко обнимая меня, — С Микото-чан все в порядке? Она жива? Я очень волновала все это время, даттебане!

— Куши-чан, следи за языком, ты уже не маленькая девочка, — тут же прилетел ей подзатыльник от старшей куноичи, затем повернувшейся с улыбкой ко мне, — здравствуй, Рью-кун.

— Все в порядке с твоей подругой, жива и здорова, — не обращая внимания на процесс воспитания, кивнул девушке, достав необходимый свиток и вручив в руки, — две недели на полноценное восстановление и никакого использования чакры, не говоря уж о больших физических нагрузках, а там уж свои ирьёнины пусть решают.

— Я передам! — просияла улыбкой подруга и развернувшись, скрылась в доме, не обращая внимания на усталый вздох родственницы.

— Спасибо Рью-ку, эта девчонка со вчерашнего дня сама не своя и даже не спала ночью из-за нервов, предпочтя поработать над фуиндзюцу, — осуждающе покачала головой старшая Узумаки, поблагодарив за убежавшую куноичи.

— Как будто я буду за это винить! — закатил глаза и слегка вздернув левую бровь, чуть развел руки для объятий.

Мито слегка мотнула головой, и я понятливо кивнул — значит каге буншин, а настоящая находится с кланом. Не имеет значения — зная куноичи, для обмена все давно подготовлено.

— Проходи, Рью, чай как раз недавно заварился, и я с утра испекла печенье, — поманила за собой старшая куноичи.

Кто я такой, чтобы отказываться от предложенного угощения, тем более, когда за плечами хозяйки десятилетий опыта и мало кто может похвастаться подобными навыками! Вынужден признать, что даже Сая готовит хуже, а уж в умении заваривать чай Мито не имеется равных. Последовав за хозяйкой, я разулся и еще в коридоре учуял пряный аромат выпечки, выбивавший слюну, даже несмотря на то, что недавно плотно пообедал.

— Итак, я полагаю, доставка Микото-чан — не единственная цель твоего появления в этом доме? — поинтересовалась Узумаки, когда мы устроились в креслах и ароматный напиток оказался разлит по чашкам.

С удовольствием отпив чаю и зажевав несколькими рассыпчатыми печенюшками в форме цветов, присыпанными сахарной пудрой и корицей, я кивнул, еле удерживая голос ровным и спокойным, чтобы не выдать предвкушения:

— Совмещаю пару дел, чтобы не сильно выбиться из расписания — сама знаешь, сколько дел сейчас имеется для ирьёнина первой степени, даже если не приходится работать в главном госпитале. Приходится пахать с раннего утра до позднего вечера, чтобы со всем разобраться хотя бы в ближайшие пару-тройку месяцев.

Прям завидую Орочимару, что отправлял укрепленного клона в госпиталь и дальше занимался исключительно своими делами.

— Тсунаде-чан уже приходила жаловаться на нескончаемый поток пациентов, которому конца и края не видится, несмотря на популярность твоей клиники и куда более редкие обращения Союза Пяти, — понимающе кивнула Мито, лишь для виду пригубив чашку, — цена собственной успешности, которую ей придется заплатить.

Хех… неплохая ирония — саннин сама вводит изменения, которые только прибавляют ей работы. Но думаю, старшая Узумаки недоговаривает о причине посещения принцессы, учитывая ее положение, вот только, несмотря на жгучее желание утолить собственное любопытство, я проглотил так и просившийся на язык вопрос — еще будет шанс, когда наличие живота уже не скрыть одеждой — и заговорил совсем о другом.

— Касательно прозвучавшего прошлый раз предложения — я подготовил триста восемь пленниц.

Развернув до этого лежавший на полу сверток, я поставил на стол перевязанные свитки, слегка усмехнувшись на вздернутые в удивлении точеные брови хозяйки. Похоже, Мито не ожидала, что смогу собрать такое количество на обмен. Собственно, осталось у меня около сотни шиноби и всего шесть самых красивых куноичи Кумогакуре.

— Этим девочкам очень повезло, что угодили к тебе, — усмехнулась старшая Узумаки, прекрасно осведомленная, какая судьба поджидает большинство пленниц, попавших в руки куче озлобленных мужиков во время войны, — состояние?

— Все серьёзные раны залечены, а с остальным справятся даже ирьёнины Узумаки и соответствующие печати, — ответил, пригубив чай.

— Пойдет, — кивнула красавица, — ты свою часть договора выполнил.

Изящно поднявшись из кресла, Узумаки взяла тюремные свитки и удалилась вглубь дома, вернувшись спустя пару минут всего с одним свитком.

— Думаю, ты найдешь внутри много чего интересного, — понимающе улыбнулась Мито, передавая оплату, — это лишь первая часть, а вторая будет после того, как в Узушиогакуре изучат пленных куноичи и их состояние.

Убрав свиток во внутренний карман жилета, натянутого по прохладной погоде поверх простой рубашки, я мыслями был уже дома, не став изучать содержимое на месте только потому, что это не прилично. Зная Мито-чан, каких-нибудь простеньких вещей там точно не окажется.

— Не возражаю, — отсалютовал ей чашкой, — сомневаюсь, что найдется свободное время, чтобы освоить хоть это.

Выделить еще больше каге буншинов на постоянной основе я просто не в состоянии — слишком значительная нагрузка получается.

Закончив с делами, мы перешли на обсуждение последних сплетен, циркулировавших по Конохе, иногда перемежая историями о прошедшей войне с моей стороны, пока не послышались звуки шагов и в гостиную не спустились две молодые куноичи. Кушина аккуратно придерживала подругу под локоть, явно выделив одежду из своих запасов.

— Добрый день, Узумаки-сама, Нара-сама, — сразу проявила манеры Учиха.

— Нара-сама? — фыркнула аловолосая куноичи, — Это же Рью, зачем разводить церемонии, если можно просто сказать спасибо…

Ответный взгляд Микото без активации шарингана пробирал до печёнки, заставив куноичи замолчать.

— Рью-сама, прошу принять мою огромную благодарность за помощь, — найдя меня взглядом, Микото мягко отстранила Узумаки, выпрямилась и отвесила глубокий поклон, — клан Учиха не забывает долги.

— Кого стоит благодарить Микото-чан, так это Кушину, — протестующе помахал я рукой, — именно она просила за лучшую подругу.

— Как я могла оставить Микото-чан в таком состоянии, — широко улыбаясь, сграбастала девушку в объятья упомянутая куноичи, — иначе мне пришлось бы похищать милашку Итачи-чан, чем оставлять с проглотившим кол Фугаку.

— Он не проглотил кол, Куши-чан, а ведет себя при посторонних сообразно статусу будущего главы клана, — тяжело вздохнула Учиха, явно озвучивая это не в первый раз, — с семьей Фугаку куда более расслабленный и приятный в общении.

— Не заметила, — упрямо вздернула нос и отвернулась джинчурики, — я крёстная Тачи-куна и должна считаться семьей!

— Мы об этом уже не раз говорили, — успокаивающе похлопала ее по плечу Микото и повернулась к нам, склонив голову, — прошу прощения, но мне следует как можно скорее вернуться в клан.

— Не переживай, девочка, мы все понимаем, — помахала рукой Мито, — Кушина тебя проводит.

— Конечно, ба, — твёрдо кивнула молодая куноичи.

Проводив их взглядом, я допил чай, налил себе еще и хрустя печеньками, продолжил болтать с Узумаки, только через двадцать минут засобиравшись домой.

— Я пришлю весточку, когда она появится, — напутствовала Мито, провожая меня на улицу.

— Жду, — кивнул ей и скорым шагом направился на выход из квартала Сенджу.

Награда ждала хотя бы поверхностного изучения. К тому же, у меня появилось и дополнительное задание — если старшая Узумаки не появится в ближайшую неделю-две, придется вновь следить за защитой Храма Масок.

Глава 14

Хо но Куни. Недалеко от поместья семьи Икидзуму. Канпеки нингё Хироши

Контракт охраны жирного борова закончился, и последняя часть оплаты оказалась получена без проблем, но Хироши не спешил радоваться, так как последствия хитрости бывшего нанимателя вышли отряду боком. Защита идущего каравана, совсем не сравнится со сражением на подготовленной территории, к чему он готовил своих парней, а регулярные силы Кумогакуре куда опасней банды, не доверяющих друг другу нукенинов — других наемников гребанные уроды проредили на две трети и даже его люди не избежали потерь.

Кроме ранения четырех чунинов, включая Дайске и Такеду, еще двоих облачники смогли убить, несмотря на все предпринимаемые джонинами усилия, фактически, превращая отряд в команду, так как в строю оставались только три человека, остальным же требовалось время и квалифицированная помощь для полноценного восстановления. Помощь, которую он не мог им предоставить по созданной «легенде» и простой причине отсутствия должного контроля чакры для серьезных операций. Большую часть своего времени, канпеки нингё просвещал наращиванию резерва, тренировке тела и шлифовке владения мечом, а не навыкам ирьёнина. Небольшие, пусть и смертельные раны еще туда-сюда, а вот обширные только затянуть, но никак не восстановить отсутствующую плоть до здорового состояния. Пропускаемая через лезвие чакра райтона не только режет тела намного лучше, но еще и прожаривает края ран, создавая дополнительные проблемы даже хорошим ирьёнинам.

Единственный плюс в сложившийся ситуации — в отряд попросилась куноичи из приданной толпы нукенинов, чудом пережившая мясорубку миссии. Более-менее изучив ее за время совместной работы и подняв контакты среди посредников, Хироши с радостью ухватился за возможность получить еще одного компетентного чунина, не являвшуюся очередной продажной тварью, за сотню рё готовой удавить и мать родную, несмотря на статус нукенина Суны. Женщина повидала всякого дерьма, но сохранила внутренний стержень.

Вот только, даже пополнение не сказалось на морали подчиненных, получивших свою долю, но имевших обоснованные сомнения относительно судьбы отряда, так и своей собственной — раненых на миссии, коллеги обычно оставляли без гроша в кармане, если раньше не втыкали нож в спину для сокращения претендентов на гонорар. Причем, такое бывало и в устоявшихся группах. Именно поэтому, отдалившись от поместья аристократа на весьма значительное расстояние и убедившись в отсутствии хвоста и посторонних рядом, канпеки нингё остановил телегу с осликом — на чем-то же нужно перемещать раненых — в стороне от дороги для установки лагеря и проведения совещания. Зажечь костер, поставить кипятиться в походном котелке воду для чая не заняло много времени, как и расстелить циновки вокруг, позволив раненым расположиться на них с большим удобством, чем на твердых досках повозки.

— Так что будем делать, босс? — спросил командира ронин, украдкой отхлебывая из фляжки что-то спиртное, — Отряд сейчас в плачевном состоянии и едва ли кто захочет нанять нас с кучей раненых.

Четверо забинтованных чунинов, устроившихся вокруг небольшого костра быстро переглянулись и решительно кивнув, слово взял Такеши, как наиболее старший и сильный, помахав здоровой рукой.

— Командир, мы с парнями посовещались и решили, что полученной платы от борова и общих сбережений хватит, чтобы приобрести небольшой домик и прожить не шикуя год-два. Полноценно восстановиться из четверых сможет только Дайске, в лучшем случае — через несколько месяцев и не имеет смысла тянуть вас на дно вместе с кучкой инвалидов.

Канпеки нингё открыл рот, чтобы возразить, но его перебили.

— Хироши-сама, вы слишком много для нас сделали, чтобы требовать большего, не имея возможности отплатить службой, — со вздохом подтвердил Дайске, — век наемника не долог и нам повезло остаться в живых, когда многие сложили голову.

Его товарищи кивнули, подтверждая сказанное. Хироши глубоко вздохнул и потер переносицу — пусть продемонстрированная верность подчиненных его немного тронула, учитывая царившие среди нукенинов нравы, но в уже составленных планах на будущее, отставки половины боевой силы вовсе не предполагалось.

— Прежде чем принимать настолько важные решения за спиной командира, неплохо было бы сперва послушать о моих грядущих планах, — канпеки нингё обвел ниндзя раздраженным взглядом, заставив заговорщиков смущенно опустить головы, — и бросать вас я вовсе не намерен!

— О?.. У тебя имеется план, как выбраться из текущей ситуации? — встрепенулся Акаши, — Даже если у тебя имеется знакомый ирьёнин, на лечение парней все равно потребуется больше денег, чем у нас всех имеется на руках.

Как правило, беглым ирьёнинам не составляло проблемы найти себе покровителя среди знатных лиц, готовых очень хорошо платить за услуги, что доступны довольно малому количеству людей, избегая участи заточенных только на сражения нукенинов и контакты между этими двумя группами случались очень редко, не говоря уж о предоставлении услуг последним.

— Почти — посещая двор Дайме с Икидзуму, я завел полезное знакомство с одним влиятельным человеком, что вовсе не прочь заполучить опытный отряд ниндзя, — сообщил подчиненным клон и бросил насмешливый взгляд на самурая, — Акаши-кун должен его помнить — точнее, его охранницу, на которую пускал слюни.

— Подожди, ты говоришь про того ряженного пижона? — нахмурился названный, принимая от куноичи, взявшей на себя заварку чая, полную чашку горячего напитка, — Едва ли ему на службе нужны калеки.

От прямоты мужчины, чунины слегка поморщились, но возражать не стали, с надеждой посмотрев на командира.

— Спасибо, Камико-чан, — улыбнулся канпеки нингё, принимая свою чашку и обратил взгляд на подчиненного, — этот пижон не только является весьма богатым и влиятельным человеком при дворе, но еще и отличным ирьёнином, чьими услугами не брезгуют и высшие чиновники, о чем ты бы знал, если бы соизволил оторваться от наблюдения за прелестями его охранницы и прислушаться к сплетниками.

— Эй, такие формы не каждый день увидишь, — без тени смущения воскликнул мужчина, — к тому же, на эту куноичи запал боров и необходимо было следить, чтобы она не размазала его по полу.

Покачав головой, Хироши отпил горячего напитка и продолжил:

— Из этих двоих, несмотря на внешнюю безобидность, следить следовало именно за Акирой-сан.

— Он же ирьёнин, — удивленно вскинул брови Акаши, разделявший мнение о слабости избравших данный путь развития с большинством ниндзя.

— Который равен мне по силе или даже сильнее, — вздохнул канпеки нингё.

— Э⁈..

— Командир, так что там с наймом и нашим состоянием? — не утерпел Такеда, влезая в разговор старших товарищей.

— Кроме неплохих условий найма на длительный срок, Акира-сан так же предоставляет профессиональные услуги всем ниндзя, что на него работают, — расслабленно помахал рукой Хироши, — пусть это не бесплатно, но многие наемники-ветераны воспользовались шансом вернуться из вынужденной отставки по инвалидности.

— Так это про него ходят слухи о возможности подписать шикарный контракт, о котором ниндзя в селениях остается только мечтать⁈ — воскликнула куноичи, внимательно следившая за разговором.

— Ну, с оплатой не все так радужно, — потер щетинистый подбородок джонин, — но получение квалифицированной медицинской помощи с последующим восстановлением после ранения гарантировано и в нашей ситуации, приглашение Акиры-сан как нельзя кстати.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой, — задумчиво поскреб затылок самурай.

— Ну, судя по слухам, кого попало он не нанимает и очень негативно смотрит на нарушение контракта, — пожал плечами канпеки нингё, — несколько идиотов послужили вполне наглядным примером остальным, но не будем о них — для отряда подобное предложение является единственным шансом на выживание.

— Если все действительно настолько хорошо, то почему нет? — осторожно развел руками Такеда, стараясь не потревожить левый бок.

— Вы? — обвел взглядом остальных подчиненных Хироши.

— Не превратиться в калеку? Я только за!

— Согласен!

— Поддерживаю!

— Куда ты, туда и я, — отмахнулся Акаши и сделал большой глоток из фляжки.

— Значит решено, — довольно кивнул джонин, — после обеда выдвигаемся к столице.

Пусть понесенные потери огорчали, но на новом месте появится возможность не только пристроить своих людей на тепленькое местечко, но и получить возможность дальше расти в силе с помощью коллеги.

Тсучи но Куни. Недалеко от Ивагакуре но Сато. Курозецу

Очередное возвращение в убежище старого Учиха встретило порождение Кагуи тихой паникой — насколько это вообще можно было назвать паникой по отношению к безликим белым фигурам, столпившимся вокруг сидения Мадары и шепотом общавшихся между собой.

— Что происходит? — подал голос Курозецу, привлекая к себе внимание обитателей пещеры.

— Мадара-сама… Он… — повернулись к нему широзецу.

Но древний манипулятор уже сам видел неподвижно застывшего с опущенной головой шиноби, без малейшей искры жизни. Один из величайших ниндзя последнего столетия ушел из жизни тихо и совершенно незаметно для окружающего мира.

— Старый хрыч наконец откинул копыта…

Когда-то это должно было произойти и теперь, вытягивать белых зецу из статуи больше не получится, здорово ограничивая возможности расширения помощников в выполнении Плана, пока риннеган не станет доступен. Курозецу на мгновенье испытал укол сожаления — горделивым Учиха оказалось очень просто манипулировать и подталкивать в нужную сторону, но сентиментальное чувство очень быстро прошло, уступив место прагматичности.

— Где «преемник» Мадары? — обратился он к ближайшему зецу.

Пришло время привести в исполнение следующий пункт плана.

— На территории Казе но Куни, охотится на какого-то нукенина, — после переглядывания белых фигур, ответил один из них.

— Пусть кто-нибудь сообщит Такехиро о смерти наставника и необходимости вернуться, — приказало порождение богини, — пора пересадить Мангёко Шаринган, чтобы усилить его.

Конечно, молодой идиот еще не эволюционировал свой шаринган, чтобы получить Вечный Мангёко Шаринган при пересадке и может быть, смерть старика послужит необходимым стимулом, но Курозецу не слишком на это рассчитывал — люди всегда показывали себя с худшей стороны, не оправдывая ожидания даже в самых элементарных вещах. К счастью, клетки Хаширамы позволяют делать многое, в том числе восстановить Мангеко Шаринган от слепоты при постоянном использовании, достаточно лишь на день пересадить широзецу, эффективно сводя на нет минус додзюцу на этой стадии развития. Небольшая цена, чтобы усилить главную пешку.

Темп роста силы нового Учиха не устраивал Курозецу и замена додзюцу позволит это в какой-то мере исправить, но по сравнению с монстрами, что продолжают коптить небо, несмотря на все его усилия, вроде Третьего Райкаге или Третьего Хокаге, парень не имеет ни единого шанса в прямом противостоянии. Древнее существо радовал только тот факт, что до последней стадии плана еще много времени, за которые парень должен значительно вырасти и может быть, выдержать пересадку клеток Хаширамы Сенджу, сравнявшись мощью хотя бы с первой десяткой высшей лиги мира шиноби.

А до этого момента, Курозецу придется приложить все усилия, чтобы старые легенды окончили свой жизненный путь, уступив дорогу более молодому и слабому поколению. Если получится, ещё одна мировая война смотрится очень заманчиво, но он не испытывал большой надежды на успех — в последние годы, как будто пошла полоса неудач, нарушая идеально выверенные планы.

Глава 15

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Территория клана Нара. Рью Нара

Пусть Мито-чан пока заплатила мне не так много за пленниц, как изначально надеялся, но то, что толстые учебники Узушиогакуре оказались настоящим водопадом новой информации по фуиндзюцу, у меня не имелось никаких сомнений. Причем, подобранные очень точно в соответствии с моими интересами.

Самый первый, который я прочитал от корки до корки, это «Стихии и работа с ними» авторства Азусу Узумаки — учебник, подробно разбирающий процессы Сейшитсухенка и возможности их использовать в применяемых печатях, начиная с использования элементальных кеккай и заканчивая имитациями ниндзюцу на фуинной основе.

Кроме того, что изложенные теории преобразования чакры дали мне немного более глубокое понимание в стихийных ниндзюцу, не говоря о новых и более эффективных способах тренировки основных элементов, нежели имевшаяся у Нара клановая библиотека — демоновы монополисты выменивали знания у разных кланов сотни лет! — я уже видел несколько путей улучшить собственные свитки запечатывания ниндзюцу, позволившие не только увеличить общую долговечность после заполнения, но и превысить лимит мощности. Конечно, требовались длительные исследования с помощью каге буншинов, чтобы не подорваться случайно, но потенциал! Потенциал какой!

Не удивительно, что в изначальной истории для уничтожения острова аловолосых живчиков потребовались силы сразу двух великих селений с поддержкой джинчурики и бойцов уровня Каге, когда другие малые селения без проблем сотрутся с лица земли десятикратно меньшими войсками, хотя количество населения и Сейки Бутай в сравнении с той же Кусагакуре но Сато различаются не сильно.

Учебник «Пространство и время» за авторством Иниро Узумаки, заставил меня задуматься о тщетности человека объять необъятное — несмотря на то, что даже по меркам Узумаки я приближался к званию мастера, имея за плечами огромный пласт знаний за плечами, но понял где-то треть от общего объема информации. Не в последнюю очередь из-за своеобразной (оригинал был написан более двух сотен лет назад) речи автора и многочисленных отсылок к другим его работам, доступа к которым у меня не имелось. Почти высшая математика, ошметки воспоминаний о которой еще оставались у меня в памяти, тем не менее, кроме уязвленной гордости и опускания самомнения на землю — чего и добивалась Мито-чан, скорее всего — этот учебник давал возможность переработать кое-какие фуин, применявшиеся в сокрытии имеющихся баз, в сторону большей эффективности.

Сейчас, вспоминая тот самый подвал под домом Узумаки, где происходило перезапечатывание девятихвостого лиса, я понимал значение некоторых символов на стенах, прямо указывавших не только на ограничение пространства барьером, но и что-то связанное со временем. Если подумать, то перемещение Кьюби, сильнейшего из биджу, в новый сосуд из старого, заняло очень мало времени, сравнивая со временем, которое понадобилось обладателю Риннегана перезапечатать однохвостого или двухвостого биджу в статую без намерения оставить джинчурики в живых. Объемы чакры просто несопоставимы и без применения соответствующих фуин дело точно не обошлось. Жаль, расспрашивать старшую Узумаки на эту тему бесполезно — просто так про клановые секреты не расскажет. Остается ждать, что будет во второй части оплаты за пленниц.

Третий и последний учебник Узумаки, находившийся в свитке, имени и названия не имел, являясь скорее толстой рабочей тетрадью. Тем не менее, практическая ценность его как бы не превышала первые два, вместе взятые — неизвестный автор подробно и обстоятельно рассказывал о создании постоянных барьеров, завязанных на накопители чакры, с многочисленными примерами, небольшими нюансами, прямо влияющими на прочность и стойкость без дополнительных затрат, способность распознавать типы использованных атак и подстраивание под них. Самые сложные варианты даже предусматривали ответные удары по нападавшим. У меня в библиотеке имелась соответствующая литература, доставшаяся как от отца, так и от Мито-чан, но уровнем ниже.

Мастер, написавший учебник, даже затронул такую важную тему, как слабость всех кеккай — соотношение расхода чакры на защиту по отношению к использованной в атаке. Рано или поздно, любой барьер можно проломить, вопрос только в затраченных усилиях. Узумаки тоже используют для постоянной защиты своего селения огромную стену, основательно укрепленную фуиндзюцу, а не обходятся одним только защитным кеккаем, несмотря на большое количество обладателей объемных резервов чакры, потому что затраты будут излишне большие в пассивном состоянии.

Подобную защиту на большой площади имеет смысл использовать только во время битвы. Собственно, все клановые защиты сделаны мной по подобному принципу — якоря вставляются в материальную основу, пассивно укрепляя ее и основная функция активируется только при срабатывании сенсорной части, определяющей наличие атаки, иначе, тот же клан Хатаке не смог бы позволить себе постоянно восполнять расход чакры в накопителе, ввиду малого количества активных ниндзя.

Неизвестный автор предложил несколько изящных и требовательных к мастерству способов, как увеличить соотношение затрат, в совокупности, приблизившись к двух ста процентам эффективности. Разница в тридцать-сорок процентов, если брать за эталон мои текущие работы, это очень прилично! Внимательно изучая и заучивая каждый иероглиф работы мастера фуиндзюцу, я разве что слюной не капал, представляя, насколько расширятся мои возможности, когда полученную информацию получится полностью использовать на практике. Демоновому Третьему Райкаге придется приложить больше усилий, чтобы пробить и разрушить мои барьеры!

Единственный минус в водопаде новых знаний, который пролился на меня — кроме желания получить больше, естественно — это необходимость затраты многих рабочих часов на переработку и улучшение всех техник, что я машинально использовал/рисовал. Преодолевать наработанные рефлексы, даже если они в голове, будет той еще проблемой.

Нудной и монотонной работой мне пришлось заниматься лично, так как предельный лимит безопасного использования каге буншинов оказался давно достигнут. Все канпеки нингё даже разработали отдельную систему, по которой принимали от меня чакру только по определенным дням недели каждый и короткого импульса через печать, подтверждающего готовность к приему, так как переработка всей новой информации с помощью техники Яманака занимала больше десятка минут.

Раздавшийся в дверь подвала стук заставил меня остановить тонкую кисть, которой аккуратно вырисовал очередной символ сложной печати, и нахмуриться — всем родным я сообщил не беспокоить зря, пока работаю внизу. Короткий импульс и барьер на помещении вырубается вместе с фуин-замком, позволяя определить, что с той стороны стоит Линли.

— Открыто, — крикнул ей, тяжело вздохнув и отложив кисть, предварительно промыв в баночке с водой — по пустякам жена беспокоить не будет и едва ли получится сразу вернуться к работе.

— Рью-кун, прости, что побеспокоила, — в приоткрывшейся двери появилась рыжая голова куноичи, — но тебе Анбу принес послание.

— Вот дерьмо биджу! — не удержался от ругательства.

Если это большое начальство, то точно припашут, так как на простых собраниях Совета отдувается исключительно дядя или двоюродный брат, без моего участия. Взяв свиток из рук куноичи, я сломал печать и быстро пробежал взглядом короткий столбец иероглифов — если коротко, «Рью Нара предписывалось явиться в зал Совета Конохи». Взглянув на часы и обозначенное время прибытия, одобрительно кивнул — оставалось чуть больше получаса времени, за которое вполне можно было привести себя в порядок. Появиться перед Хокаге и главами кланов, перемазанным чернилами, в рабочей одежде и грязной головой не мог позволить себе даже Джирайя, известный наплевательским отношением к формальностям.

— Вызывают? — обеспокоенно спросила Линли.

— Да, дорогая, — чмокнув жену в губы, я сунул свиток в карман и рванул наверх по лестнице.

Быстро взять чистую одежду с большим полотенцем из комнаты, затем прямиком в ванную, отмахнувшись от вопросов остальных обитателей дома и через двадцать минут чистый до скрипа кожи, я выбросом чакры стряхнул с тела всю воду и одевшись, устремился к выходу.

— Потом расскажу, — пообещав на любопытные и встревоженные взгляды семьи, выбежал на улицу.

Правда, почти сразу наткнулся на Шенесу с сыном при полном параде, поджидавших меня чуть поодаль от дома за беседой с пожилым соклановцем.

— Тоже вызвали? — спросил у дяди, подходя поближе и приветствуя всех коротким кивком.

— Именно, — подтвердил он.

— Ладно, не буду вас задерживать, Шенесу-сама, — сразу откланялся ветеран, — мой вопрос можно обсудить в следующий раз.

— Хорошо, Тоиширо-сан.

— А ты? — перевел я взгляд на Шикаку.

— Только ото-сан, а я попался под руку, — уныло вздохнул двоюродный брат, — опять на этих проблемных собраниях присутствовать!

— Лучше ты, чем я, — хмыкнул без тени сожаления, проигнорировав гневный взгляд.

— Так, ребята, языком почешите потом, — ухватил нас за плечи и потащил к выходу из квартала старший шиноби, — а сейчас нам необходимо ускориться, чтобы не оказаться опоздавшими.

— Проблемно, — синхронно вздохнул я с Шикаку.

Прыгая по плоским крышам к центру деревни, я так же отметил чакру других глав кланов, двигавшихся в ту же сторону.

— Какие мысли по поводу экстренного собрания? — спросил у родственников, спустя минуту бега.

— Если, кроме глав кланов, пригласили и единственного практикующего мастера печатей, то список возможных вариантов сильно сокращается, — закатил глаза Шикаку.

Мы с дядей понимающе переглянулись — на ум сразу пришел мой пленник из Ивагакуре, но так как его существование держалось в секрете от большинства Сейки Бутай, пришлось промолчать. Это не остановило сразу всплывшие опасения по поводу нового носителя джинчурики, но я усилием воли сосредоточился на здесь и сейчас.

— Еще работы подкинут, — тяжело вздохнул я, — как будто мне делать нечего.

Один только приоритетный и огромный заказ от Анбу на пополнение наборов стандартных печатей сжирал треть чакры каждый день, и я закрыл только две пятых от общего объема за все прошедшее время, не упоминая остального.

Шикаку сочувствующе взглянул на меня, но затем просто пожал плечами:

— Лучше ты, чем я.

Засранец!

Здороваясь с попавшимися на пути коллегами, мы добрались до башни Хокаге и неспешно поднялись к большому залу. Я быстро огляделся, занимая свое место за плечом дяди — почти все главы вместе с командирами подразделений Анбу уже присутствовали, кроме Сенджу и Абураме, а вот Тсунаде, как главу главного госпиталя, и остальных элитных бойцов не пригласили, не упоминая гражданских. Дипломатический вопрос?

Пока присутствовавшие тихо переговаривались, подтянулись последние из состава Совета — Тока-сан пришла одна, без Мито Узумаки, что тоже показатель — и сразу за ними Хатаки Какаши с охраной. Правитель Конохи занял своё место и двери закрылись масочниками снаружи, а по стенам пробежало едва заметное сияние, заставив слегка приподнять бровь. Даже без активации защиты, зал должен обеспечивать невозможность прослушки.

— Собрание объявляю открытым, — произнес Каге, заглушая все шепотки и сосредотачивая внимание присутствовавших на себе.

— Хокаге-сама, в чем причина столь поспешного вызова? — спросил не слишком довольный Хирузен, доставая свою трубку и закуривая.

— Завтра прибывает посольство из Такигакуре и думаю, всем понятно, что союзники от нас собираются потребовать, — обведя присутствующих ниндзя взглядом, ответил Хатаке.

Поимка Нанаби! Я подавил облегченный вздох, хотя перспектива снова выйти против летающего кошмара откровенно не радовала.

— Не успели мы толком отойти от военных действий, как теперь еще и поимка семихвостого биджу потребует выделить хоть кого-то, — недовольно фыркнул Инода Яманака, — просто прекрасно!

— Нам необходимо выработать стратегию, которой мы будем придерживаться с союзниками, — покачал головой Хокаге, — с учетом текущих возможностей, естественно.

Глава 16

— Поимка сильного биджу — очень сложное занятие, особенно, когда под рукой не имеется никого с мощью и возможностями уровня Шодай Хокаге, — задумчиво потерев подбородок, холодно заявил глава Учиха и кивнул мне, добавив, — даже с силой Рью-доно.

Я ответил кивком, показывая, что не задет подобной оценкой — шиноби должен был лично застать многочисленные подвиги основателя Конохагакуре, чтобы с уверенность это утверждать и чёртов Хаширама действительно являлся настоящим монстром из монстров, до которого мне пока далеко.

— Чтобы с гарантией поймать семихвостого биджу, даже по самым примерным прикидкам, Конохе придется выделить не меньше сотни джонинов или опытных членов Анбу в сопровождение единственного имеющегося мастера фуиндзюцу, — нахмурился командующий упомянутого подразделения, — учитывая продемонстрированную мощь джинчурики, это самый минимум, либо сопровождение из пары бойцов эС-класса с риском большим ранения или смерти.

— Последнее исключено, — даже не раздумывая, сразу отмел идею Хокаге.

— Может быть попросить о помощи Мито-сама? — неуверенно высказалась Тсуме.

— Удачи ее убедить, — насмешливо хмыкнула старушка Сенджу, всем своим видом показывая невероятную сложность подобной затеи.

Более старшее поколение молчаливо ее поддержало, прекрасно зная характер старшей Узумаки.

— Полет Нанаби является самой проблемной способностью из всех девяти биджу, — степенно произнес Сарутоби, пыхнув ароматный клуб дыма, — получение преимущества при атаках с высоты и возможность побега при ухудшении ситуации только увеличивают риск миссии поимки, и никто из наших сильнейших ниндзя не обладает возможностью преследования в небесах, за одним исключением.

Косой взгляд на Тодороки ясно показал, на кого намекал бывший Хокаге и судя по легкому прищуру Учиха, ему это не очень понравилось.

— Клан Учиха является держателем контракта призыва воронов, — с каменной физиономией произнес обладатель шарингана и тут же открестился от привлечения подчиненных, — но на текущий момент, все его подписавшие являются чунинами, использовать которых в подобной миссии не имеет смысла.

В Конохе жило достаточно контрактов, чтобы иметь представление о нюансах сотрудничества с призывами даже тем, у кого их не имелось и присутствовавшим на собрании не надо было разжевывать, что ниндзя с резервами чунина не сможет призвать что-то достаточно большое для воздушного боя с биджу, не говоря уж о боссе.

— Если я не ошибаюсь, в составе Анбу Не имелся пользователь Инку Ниндзюцу (Чернильные Техники), которые в некоторой степени могут заменить использование летающих призывов, — обратился к другому Учиха дядя, меняя тему.

Заинтересованные взгляды скрестились на начавшем седеть джонине.

— К сожалению, использовавший этот стиль шиноби пал на войне, — пожал плечами тот, — и пока, из новых рекрутов никто не показал достаточного таланта художника со склонностью к фуин, чтобы приступить к обучению, может быть Рью-доно попро…

— Нет, можно даже не пытаться — я занимаюсь черчением печатей и смогу изобразить что-то отдаленно похожее на животное с большим трудом и вовсе не за секунды, — фыркнув, сразу прервал обладателя шарингана.

Не улыбалось еще и эту проблему взваливать на себя, особенно с полным отсутствием таланта к рисованию чего-то живого! Мне пожалуйста копировать линии и конкретные символы, выстраивая чёткую структуру, даже если со стороны это кажется мешаниной.

Больше предложений не последовало, но и так было ясно, что никто не в восторге отправлять своих людей на убой, неся еще большие потери без прямой выгоды.

— А так ли нам необходимо помогать Такигакуре? — негромко спросил глава Мейдо в воцарившейся тишине зала, сложив руки на груди и откинувшись на спинку стула, — Джинчурики Нанаби потерял контроль исключительно из-за плохого обучения в родном селении, к тому же, сражаясь в выгодной ситуации против более слабого противника. Почему за ошибки главы Водопада должна расплачиваться Коноха? Я еще понимаю, отойди семихвостый нам. Не проще ли дать союзникам инструменты — дорогостоящие, хочу заметить — и позволить заниматься возвращением сбежавшей собственности самостоятельно? Один раз Коноха им уже предоставила хвостатого зверя, но никто не давал гарантии делать это бесконечно.

Я был полностью согласен с коллегой, не имея ни малейшего желания рисковать собственной шкурой и вновь попадать под массированную бомбардировку биджудамами. Одного раза хватило. Тем более, у меня в записях чётко написано о скатывании Такигакуре но Сато до откровенно жалкого уровня без нормальных джонинов как раз после третьей мировой войны и смерти прошлого главы примерно в момент получения нового джинчурики. Скорее всего, поимка Нанаби обошлась им слишком дорого и в оригинальной истории Коноха тоже не помогла.

— Это негативно скажется на отношениях с союзником, — заметил Хьюга Хизаши.

— Мы победили два великих селения, взяли штурмом и разрушили малые — Водопад не посмеет открыто выразить недовольство, — нахмурившись, прогудел глава Акамичи, треснув кулаком по массивному столу, — у Ивагакуре на них очень большой зуб и без нашей защиты, Оноки быстро воспользуется моментом, чтобы напомнить о себе.

— Откровенно говоря, лишние потери нам совсем не к чему, — согласно кивнул Хокаге, подавшись вперед и устремляя взгляд на меня, — Рью-кун, ты испытал на себе мощь Нанаби и мне необходимо знать, насколько эффективными окажутся свитки Конго Фуса (Адамантовые запечатывающие цепи) против биджу?

Я задумался, припомнив ощущение от вырвавшегося из печати монстра, прикинул максимальный резерв свитка из доступных материалов высокого качества и неопределенно пожал плечами:

— Если таки-нинам удастся застать биджу врасплох, то использование десятка свитков одновременно должно хватить на несколько минут, единственный удержит не больше семи-восьми секунд, помешав использовать крылья, — как показала битва с Роуши, против настороженного и мобильного противника, результативность цепей оставляет желать лучшего из-за ограниченной дистанции применения, — но расстояние эффективного применения около тридцати метров, что против летающего врага довольно мало.

— Сравнивая с размерам хвостатых зверей, подобравшийся не такое расстояние шиноби практически гарантированно превращается в суицидника, если не имеет силы пережить несколько сокрушительных ударов от цели, — постучал трубкой по столу Хирузен, — и лучше водопадников об этом предупредить заранее.

Хех, пожалуй, пожилой шиноби среди присутствующих сталкивался с наибольшим числом джинчурики за свою жизнь и знал, о чем говорил.

— Кстати, а Такигакуре вообще имеет своего пользователя фуиндзюцу и подходящую печать, чтобы суметь запечатать биджу? — не удержался от так и просившегося на язык вопроса.

— Дазиро-сан? — повернулся Хокаге к командующему Анбу Не.

— Сожалею, Хокаге-сама, но подобной информации у меня нет, — покачал головой шиноби.

А то все обсуждают, какой должна быть помощь со стороны Конохи, а тут вдруг окажется, что у союзников вообще нет возможности создать джинчурики без посторонней помощи, как и у большинства других малых селений.

Почти невольно, взгляды всех в зале скрестились на Третьем Хокаге — старик не раз встречался с их лидерами лично — как наиболее осведомленном о постоянных союзниках Конохи и их возможностях.

— Насколько я знаю, Хисен-сан ни разу не упоминал о наличии специалиста подобного уровня, предпочитая проводить закупки большинства стандартных печатей у нас, — отрицательно помахал рукой Сарутоби, — конечно, если за последние пару-тройку лет ничего не изменилось.

— Мастера печатей на дороге не валяются, — насмешливо фыркнул Хизаши.

— То есть, учитывая требования Такигакуре но Сато сразу после смерти их джинчурики, которые едва ли изменились за прошедшее время, нам нужно найти, поймать, запечатать и передать биджу им, — в отвращении скривилась Тсуме, а сарказм в ее голосе можно было черпать ложками, — предлагаю просто передать им десяток-другой свитков Конго Фуса и на этом умыть руки, а вот если захотят большего — договариваться отдельно и без всяких поблажек, на наших условиях.

Смотря на лица высшего руководства селения, я с удовольствием отметил, что противников предложения почти не имелось, не считая нахмурившегося Сарутоби, набивавшего следующую трубку. Но ветеран промолчал, лишь отрицательно покачав головой на вопросительный взгляд главы Юрин.

— Кто считает так же? — просто спросил Сакумо, состроив задумчивую физиономию.

Руки поднял весь Совет без исключения.

— Я принял решение — как союзник, Коноха обеспечит передачу пятнадцати свитков для поимки Нанаби безвозмездно, а условия поиска, получения подходящей печати и процесса запечатывания будут обсуждаться как для отдельных миссий по соответствующим ценам, конкретные детали уточним с посольством, — объявил лидер Конохагакуре и повернулся ко мне, — Рью-кун, сколько времени займет создание требуемого количества свитков Адамантовых Запечатывающих Цепей?

— Если на время отложить заказ Анбу, то около трех недель, — почти сразу ответил ему, накинув себе чуть больше срока производства, — слишком затраты по чакре значительны.

— Официальная миссия от моего офиса будет завтра, — кивнул Хатаке и отрицательно помахал рукой, — Анбу должны пополнить запасы печатей в первую очередь, а Такигакуре может подождать.

— Понял Хокаге-сама.

Против такого расклада я ничего не имел против.

— Собрание окончено, все свободны.

Только и дожидавшиеся роспуска, ниндзя поднялись со своих мест и потянулись к выходу из зала со своими спутниками, тихо обсуждая между собой последствия подобного политического хода. По сути, никого не интересовали проблемы малой деревни, чья поддержка и так обходилась бюджету Конохи в немалую сумму рё, чтобы вкладываться еще и людскими ресурсами.

— Очередное скучное собрание, — вздохнул брат, все время простоявший истуканом рядом и кажется, даже задремавший с открытыми глазами.

— Сакумо-сан решил проявить осторожность, чтобы не потерять политических очков, если его решение главы кланов воспримут в штыки, — пожал плечами в ответ Шенесу, — а так, будущие претензии Такигакуре подрезали единогласно.

— Шенесу дело говорит, — прогудел Чоджи, успевший достать бумажный пакет с сушеным мясом и с аппетитом уплетавший закуску, — учитывая, каким образом Хатаке возвели на престол, это дальновидное решение, прямо показывающее, что интересы кланов учитывают, пусть и не в ущерб Конохе.

— Если бы еще собрания не тянулись так долго, — вздохнул Чоза, сопровождавший отца.

— Радуйтесь, что для вас работа закончена, — скривился глава Яманака на молодую команду Ино-Ши-Чо, — а меня дома ждет еще куча документации.

Трое шиноби переглянулись и мудро решили смыться, пока их не припахали.

Попрощавшись с союзниками, мы с дядей нигде не стали задерживаться, а по крышам устремились домой. Шенесу знаком показал следовать за ним, явно желая обсудить что-то важное, если судить по нахмуренному лицу и в защищенном месте. Добравшись до дома главы и закрывшись в кабинете с активированными барьерами, старший шиноби устало опустился в кресло.

— Итак, я слушаю, — заняв место напротив, вопросительно вздернул бровь.

— Пусть сегодня Хокаге обсуждал вопрос по поводу Нанаби, — начал он, подперев подбородок рукой, — но рано и поздно, речь зайдет и о джинчурики в подземельях Анбу — никто не позволит оставить подобное оружие просто гнить в камере.

— То, что Йонби захотят перезапечатать в носителя, верного Конохе, можно даже не гадать, — лениво помахал я, вытягивая ноги и обмякая в кресле, — до конца года, скорее всего.

— То, что из Узумаки нежного возраста получится отличный джинчурики, знают все главы кланов — далеко за примером ходить не надо, — устало потер висок дядя, — я хочу услышать твои мысли по этому поводу.

— Однозначно нет, я не желаю своим детям подобной судьбы, — решительно рубанул перед собой ладонью, скривившись в недовольной гримасе.

— Может оказаться так, что другого выхода не будет и придется выбирать меньшее из двух зол, — вздохнул он, посмотрев мне прямо в глаза, — если носителем биджу станет член Нара, то я еще смогу побороться, чтобы ребенок остался в семье.

— Химавари, — моментально понял, на что он намекал.

— Да, хоть Кейко-сан с дочерью проживают на территории Нара, но не принадлежат к клану и это открывает простор для политических маневров, — скривившись, подтвердил Шенесу, — из которых мы не выйдем победителями даже с поддержкой остальных — джинчурики является слишком жирным кушем, чтобы позволить оставить в семье обычной куноичи.

И Кейко скорее всего согласится, с детства воспитанная и выросшая на пропаганде Воли Огня, в отличие от клановых детей, которым прививаются несколько другие ценности.

— Что ты предлагаешь?

— Кейко-сан становится твоей официальной любовницей и вступает в клан вместе с дочерью с соответствующими документами, — внезапно ухмыльнулся дядя, — будешь у нас как настоящий аристократ.

Я закатил глаза — кто бы сомневался, что он такому развитию событий будет только рад!

— Оформляй, — только и оставалось, что махнуть рукой.

Все, кому надо и так в курсе.

Глава 17

Мизу но Куни. Остров Костей. Владения клана Кагуя. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

Благодаря памяти Основы, Хисато вполне разбирался в деле управления кланом и готовился применить имеющиеся знания на практике, но и тут у Кагуя оказалось не все, как у нормальных людей — единственной статьей дохода кровожадных придурков были отчисления с выполненных миссий. Никаких других источников дохода, вроде небольших предприятий, какой-нибудь торговли или тому подобного, чем обычно занимались члены клана, не имевшие таланта к стезе ниндзя или просто желания посвящать себя кровавому ремеслу, у них не оказалось.

Учитывая полным ходом идущую гражданскую войну, этот ручеек оказался надежно перекрыт и в связи с выборами нового главы, часть бойцов даже не промышляла пиратством, из-за чего казна показывала дно. Судя по куцым бумагам прошлого главы, полученным канпеки нингё от пары старейшин — Рисуши и Тайки — Кагуя никогда не купались в деньгах, скорее, были самыми нищими из всех кланов Киригакуре, устраняя критический недостаток финансов грубой силой.

Самая натуральная банда, которую терпели только из-за большого военного потенциала и суицидальных наклонностей во время выполнения миссий — из обладателей Шикотсумьяку (Мертвый костяной пульс) выходили отличные мясные щиты. Тем не менее, полученные знания о ведении дел банды не наполняли казну клана и имевшихся средств должно было хватить только на три недели закупки провизии — основная статья расходов вместе с закупкой одежды. Все остальное производилось с помощью костей, не уступавших по твердости высококачественной стали. Как вообще редкие купцы имели смелось вести дела с кровожадными отморозками, которым зарубить человека проще, чем высморкаться и примерно на том же уровне по моральной дилемме, Хисато решительно не понимал.

Плачевное финансовое состояние вмешалось в заранее выстроенный, черновой план действий, который он намеревался привести в исполнение сразу после получения лидерства в клане и канпеки нингё очевидного, немедленного решения не видел. Кроме совершения пиратского набега на торговые корабли, конечно, как предлагали советники, но капитаны стремились обходить Остров Костей по широкой дуге, наученные горьким опытом более рисковых коллег и разовое вливание денег от добычи лишь отсрочит неизбежное на короткий срок. Выбрав нового главу, отморозки ожидали возвращения к старой жизни и если он не сможет оправдать ожиданий, то скоро может состояться выборы нового, что уже случалось пару раз в течение жизни самых старых бойцов клана.

Пару дней поломав голову, Хисато так не до чего и не додумался, кроме присоединения к повстанцам и выдаивания необходимых финансов уже из них, но на переговоры требовалось достаточно много времени, не говоря уж о вовсе не быстром налаживании контактов. Именно поэтому, канпеки нингё прибег к помощи теневого клона, отправив его к Основе за помощью — десяток миллионов рё позволит Кагуя протянуть около года, но не будет значительной нагрузкой для финансов Рью.

Пополнение бюджета и последующая закупка продовольствия с переносом партии в свитках, позволили Хисато не только успокоить начавших волноваться подчиненных, притушив обильной жратвой страсть Кагуя к насилию, но и провести под шумок несколько изменений в клане, даже заслужив одобрительные ворчания со стороны общества — был создан отдельный квартал на отшибе деревни, куда родители могли сдать своих детей до двенадцати лет, избавляясь от необходимости возиться с их воспитанием и кормежкой. Туда же отправились и беспризорники не старше указанного возраста, хотя подобных во владениях Кагуя имелось довольно мало по очевидным причинам. Убрав детей из зоны доступа смертельно опасных идиотов и обеспечив их стабильным питанием под надзором наиболее адекватных ниндзя, не имевших кеккей генкая и большой склонности к беспричинному насилию, канпеки нингё вздохнул с облегчением.

Пусть общая среда воспитания неизбежно будет сказываться на будущем поколении, но отсутствие необходимости сражаться за свой кусок хлеба и опасаться нападения за любой косой взгляд, вместе с нормальным домом и привитием железной дисциплины за получаемые блага, позволят вырастить из этих маленьких Кагуя более достойных членов общества, на которых новый глава клана уже сможет опереться и доверить спину. С оглядкой. В качестве контроля, Хисато планировал лично наведываться в приют с регулярными проверками и изредка проводить тренировки, чтобы постоянно ненавязчиво напоминать подрастающим убийцам, кому они обязаны наступившими улучшениями в своем существовании.

Вся возня со зверенышами получилась скорее своеобразным отдыхом для канпеки нингё — несколько воспитательных затрещин, способных проломить голову обычному взрослому, кулек редчайших для местных детей сладостей за примерное поведение, несколько показательных приемов обращения с кунаями в придачу к титулу сильнейшего и вот, на тебя уже смотрят с опасливым обожанием. В отличие от взрослых.

Хисато пришлось приложить немало усилий, чтобы подмять под себя наиболее авторитетных — сильных и кровожадных — шиноби, и уже с их помощью угомонить требовавший немедленной войны клан. Идиоты игнорировали тот факт, что переть против тысяч ниндзя Киригакуре и обученного джинчурики в одиночку является настоящем самоубийством, чего он не собирался допускать. В качестве временной отдушки для бойцов, канпеки нингё организовал несколько вылазок под своим руководством на небольшие аванпосты Кровавого Тумана, рассчитывая не только дать «дозу» подчиненным, но и как следует разграбить склады для последующей военной компании в составе коалиции кланов.

По информации от Ишигавы, повстанцы испытывали определенные проблемы со сбором дополнительных припасов для монахов, так что даже в случае получения от них денежной поддержки для клана, прокорм придется добывать самим. Кагуя ни секунды не сомневался, что в толпе соратников подопечные голодными не останутся — всегда можно отобрать у более слабого, наплевав на последствия — но ради избавления себя от головной боли, предпочитал подготовиться.

Достать нормальные продуктовые пайки в разоренной войной стране — задача очень непростая, особенно, когда имеются куда более богатые и менее безумные конкуренты, так что Кагуя даже не пытался наладить связи с местными крупными торгашами, предпочтя обратить взгляд за границу, на куда более обширную и плодородную территорию — Страну Огня. Тем более, имеющиеся связи позволяли провернуть закупку без лишнего шума и не привлекая внимания Конохи, как и было заявлено старейшинам при обсуждении планов — Акира наладил производство и продажу пайков на фронты во время войны, принявшись активно искать, куда бы пристроить излишек товара с закономерным уменьшением спроса в мирное время. Хисато собирался ему в этом помочь, организовав стабильный канал сбыта через надежных посредников. Ирония ситуации немало позабавила всех, связанных комплексом фуин Таничи но Зентай (Единое Целое) — взять у себя денег, чтобы потом купить у себя же товаров для стимулирования бизнеса.

Впрочем, несмотря на многочисленные минусы положения, канпеки нингё обнаружил один огромный плюс, свалившийся на него довольно неожиданно и послуживший непрестанным источником хорошего настроения — джонин, проигравший битву за пост главы клана, передал свиток с описанием Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра) и Хисато на несколько дней просто пропал, изучая необычную технику с посильной помощью создателя. При тесном общении, Дензиро оказался мужиком куда более вменяемым, чем можно было ожидать, но гениально-безумным с необычной для Кагуя стороны — он создавал свои собственные техники, вместо банального заучивания старых. Как будто бешенный энтузиазм, для большинства соклановцев выливавшийся в кровавые бойни, у него пошел именно по созидательному направлению.

Монсута но Шитсуген требовала почти запредельного для Кагуя контроля чакры и у Хисато ушло немало времени, чтобы сперва изучить, а затем и выучить технику, только при непосредственном применении обнаружив «крохотную» особенность, от которой чуть сердце не проломило грудную клетку — его киндзюцу задействовало не только Шикотсумьяку с обычной чарой, но и некоторое количество природной чакры, решая вопрос ориентирования в пространстве при применении техники и давая бешеную прочность с пластичностью «плоти» гориллы. Хисато не понимал, как джонин до сих пор оставался живым, оказавшись не осведомленным о таком смертельно важном нюансе в силу недостатка информации, но после приступа паники и внимательного изучения, обнаружил, что нейтральная чакра втягивалась в технику не через тело, а напрямую из окружающего мира.

Тонюсенький ручеек, по сравнению с затратами шиноби, но именно этот ручеек возводил это киндзюцу на вершину техник мира шиноби. Доведись Основе столкнуться с Дензиро лично, без дополнительной подготовки перед боем и Хисато получавшаяся картина очень не нравилась. По чистому потенциалу, Облик Монстра выигрывал даже у Конструкта Голиафа, а затрат на использование требовал как бы не в пару раз меньше. Собственно, в момент применения техники, по чистой боевой мощи, канпеки нингё твердо поднимался на уровень эС-класса, хотя до этого еле-еле дотягивал до нижней планки.

Восхищаясь творением Кагуя, по сути, действовавшего на одной голой интуиции и ощущениях при изобретении с отработкой Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра), канпеки нингё корил себя за узкомыслие, мысленно приписывая большинству коллег, не видевших дальше собственного носа, но и сам попал в подобную ловушку слишком большого количества знаний, иногда вредных — да, природная чакра очень опасна для тела ниндзя и почти не поддается контролю без помощи призывов с так называемыми мудрецами, но почему не использовать для нее более подходящий медиум, вместо слабой плоти?

Конечно, без условно живой кости Шикотсумьяку это становится невозможно применить на практике, но при желании, всегда можно использовать пленников или даже остатки клонов Орочимару и экспериментальным образом вычислить наиболее идеальное соотношение чакры для входа ниндзя в режим мудреца и проводить смешение в отдельной фуин на каком-нибудь носителе, из которого потом перекачивать смесь чакры в предварительно опустошенную кейракукей. В конце концов, такое решение лежало на поверхности и Основу извиняет только крайняя занятость. Да, Хисато не обманывался в легкости отработки подобного варианта достижения режима мудреца — исследования займут годы, если не десятилетие, прежде чем получится что-то годное к использованию, но время пока терпит и каге буншин в помощь.

Столь неожиданное использование кеккей генкай Кагуя, вдохновило и подожгло интерес канпеки нингё не по-детски, заставив тратить почти все свободное время на различные эксперименты с Шикотсумьяку (Мертвый костяной пульс) и довольно скоро, шиноби заметил одну его особенность — физическое воплощение чакры из тела пользователя — очень похожую на другой кеккей генкай, Мокутон (Стихия Дерева). Конечно, различия имелись, но не такие большие, чтобы отказаться от дальнейшего исследования и первое, что он запросил у Основы, это свиток с Мокутон: Моку Буншин но Дзюцу (Стихия Дерева: Техника Древесного Клонирования). Несмотря на принадлежность клану Сенджу, данная техника имелась в свободном доступе библиотеки Мито Узумаки с кучей других техник Хаширамы, и некоторые даже в общественной библиотеке для джонинов, потому что для всех, не обладавших Стихией Дерева, практической ценности эти свитки не несли. Только историческую. До сего момента.

Глава 18

Мизу но Куни. Остров Костей. Владения клана Кагуя. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

Самый главный навык лидера любой организации, маленькой или большой — умение делегировать большую часть работы компетентным подчиненным. К сожалению, подавляющая часть подчиненных Хисато хорошо умели только убивать и угрожать, а хоть как-то доверять он мог только одному единственному человеку в клане — куноичи, мужа которой прикончил в поединке. Очень короткий список для главы и недостаточный, чтобы отправить на закупку продовольствия в соседнюю страну, в которой к выходцам из Киригакуре но Сато относятся с огромным подозрением, если не враждебностью.

Как бы не хотелось канпеки нингё держать руку на пульсе, но продуктовая проблема требовала немедленного решения и надолго ее откладывать не получалось. Оставив подробные инструкции старейшинам и припахав Дензиро присматривать за приютом для детей за денежку малую просто на всякий случай, Кагуя отобрал трех джонинов наиболее непримечательного вида, заставив одеться в стандартную форму, избавившись от дурацкой прически под предлогом инфильтрации на враждебную территорию и утром покинул клановый остров, решив не возиться с наймом корабля.

Четырем джонинам с приличным резервом чакры проще было по водной глади добраться до продолговатого полуострова Страны Лапши, продолжив дальнейший путь по суше, чем терять лишнее время, перебираясь на соседний остров с портом и там отыскивать попутного торговца. Своего города с портом на Острове Костей не имелось. На довольно большом клочке суши вообще не имелось поселений или даже захудалых деревенек, кроме поместья клана. Длительное соседство с кровожадными Кагуя отрицательно сказывается на здоровье слабого человека, хотя земля вполне пригодна для ведения сельского хозяйства.

За несколько часов добравшись до границы Хо но Куни, Хисато повел команду в обход расположений дозорных пунктов, держа последние на самой границе чувствительности сенсорики — у большинства Хьюга среднее расстояние действия бьякугана будет около восьми километров — воспользовавшись тем фактом, что недавняя война заставила Коноху изрядно сократить количество патрульных на малозначительных направлениях, вроде территории малых стран с отсутствием значительного контингента ниндзя. Устраивать сражение со своими, подставляя под кости готовых к драке Кагуя, он вовсе не желал, тем более, где-то в этом направлении отправились отбывать сторожевую миссию ученицы Основы.

Прекрасно разбираясь в географии страны, канпеки нингё направился не по прямой к Кейши, а составил маршрут по малозаселенным местам, стремясь привлекать как можно меньше лишнего внимания, из-за чего, только к глубокой ночи команда приблизилась к точке назначения. Через Таничи но Зентай, Акира оказался заранее оповещен о времени прибытия коллеги и для меньшего привлечения внимания, место встречи выбрали не в огромном городе — который посещают не только обычные ниндзя Листа, но и масочники из обоих подразделений Анбу — а в предместьях, где находились склады с товаром.

Остановившись за несколько километров от предприятия, принадлежавшего другому канпеки нингё, Хисато повернулся к джонинам и принялся инструктировать по поводу поведения:

— Значит так, ваша задача — стоять у меня за спиной и грозно выглядеть, молча! Это миссия сопровождения и охраны, так что без прямой опасности, ничего предпринимать не надо, о нашем прибытии оповещены! Мы придем, отдадим деньги и получим партию пайков для клана, после чего отправимся в обратный путь. Всё ясно?

Кагуя переглянулись между собой в тусклом свете полумесяца и утвердительно кивнули.

— Контакт проверенный? — спросил самый опытный из троицы.

— Проверенный и накладок случиться не должно, — утвердительно кивнул глава клана, добавив, — разве что вмешается третья сторона, что маловероятно.

Убедившись, что больше вопросов от подчиненных не последует, канпеки нингё развернулся и неспешно двинулся к засечённой ранее чакре, так похожей на свою собственную. Неслышной тенью выбравшись из небольшой рощицы и обходя по полям многочисленные домики крестьян, что снабжают столицу едой, он через пару минут остановился около высокого забора, огораживавшего значительную территорию с комплексом зданий и одним прыжком оказался на его вершине, четко выделяясь в свете нескольких ярких фонарей, освещавших периметр. Охрана из шести ниндзя показала профессионализм, оказавшись осведомлена о приближении посторонних заранее, но хоронясь в малозаметных укрытиях, никаких враждебных действий предпринимать не спешила, очевидно, предупрежденная. Лишь один чунин побежал докладывать начальству о четырех чужаках. Спустя несколько секунд, во дворе появился Акира, приглащающе махнувший рукой и Хисато спрыгнул во двор в сопровождении джонинов. С другой стороны, присоединилась настороженная охрана хозяина из двух команд.

— Икимори-сан, приветствую, — улыбнулся ирьёнин/торговец/аристократ и просто хороший человек, одетый в довольно непримечательные одежды типичного столичного горожанина, — рад видеть тебя в добром здравии.

— Акира-сан, это взаимно, — слегка склонил голову Хисато, еще не привыкший отзываться на чужое имя, и сразу перешел к делу, — мой заказ готов?

Сейчас было не время и не место для досужей болтовни, когда через чакру общаться гораздо быстрее и результативней. Троица джонинов Кагуя так же не внушала доверия — примеры поведения членов этого клана имелись в архивах Нара и достаточно сказать, что отморозки предпочитали брать силой все, что приглянулось, не гнушаясь резать торговцев и всех свидетелей, если рядом не имелось никого из Тумана, способного их одернуть. Собственно, именно поэтому всем пограничникам Листа спущено негласное указание резать Кагуя при обнаружении в одиночку, в отличие от других ниндзя из соседних элементальных стран и руководство Киригакуре молча принимало подобное отношение, не поднимая дипломатические скандалы по неоднократным зачисткам «потерявшихся».

— Естественно! Если с оплатой нет проблем… — с намеком протянул торговец, бросив быстрый взгляд на Кагуя.

— Вся сумма, — достал из подсумка свиток Хисато и кинул его собрату, не обращая внимания на напрягшихся вокруг ниндзя.

Развернув его и прикоснувшись к печати, Акира удовлетворенно кивнул, играя на публику.

— Все в порядке, — он повернул голову к одному из своих джонинов, — Тадао-сан?

В коренастый шиноби покопался в на поясном кармане и в обратную сторону полетел уже другой свиток. Процедура проверки повторилась и Хисато довольно кивнул — в печати оказались многочисленные короба с сухими пайками, а во второй рядом — бумажный сверток от Основы, как и договаривались.

— Приятно иметь дело с честным торговцем, — усмехнулся глава Кагуя, пряча ценный свиток во внутренний карман джонинского жилета, — надеюсь на дальнейшее плодотворное сотрудничество.

— Несомненно, Икимори-сан, я всегда рад видеть постоянных покупателей, — слегка склонился в поклоне торговец.

На этом сделка завершилась и четверо Кагуя покинули огороженную территорию таким же способом, как и проникли. Несколько минут команда кири-нинов сосредоточенно двигалась прочь от столицы в стороне от всех дорог, несмотря на то, что пришлось снизить скорость в пролесках — луну затянули легкие облака, ухудшая видимость еще больше — пока один джонин не прервал молчание.

— Икимори-сама, этот торговец далеко не простой человек и несмотря на простую одежду, повадки у него как у матерого бойца, — опять заговорил старший, — такой может послужить достойной целью, — вылезший оскал треугольных зубов все сказал Хисато о энтузиазме подчиненного пустить кровь.

— Боюсь, это та цель, об которую ты обломаешь зубы по самые гланды, Шинсу-сан, — едва подавив усталый вздох, ответил он, — Акира не только шиноби на уровне твердого А-ранга, пусть не появлялся на страницах Книги Розыска, но еще и является хорошим ирьёнином, так что достаточно пропустить лишь легкое касание, чтобы получить смертельное повреждение.

Канпеки нингё надеялся, что раскрытой информации окажется достаточно, чтобы притушить кровожадность подчиненных, но буквально шибанувшее от троицы убийственное намерение указало на обратный эффект. Хисато в раздражении скрипнул зубами, на несколько мгновений забыв, с кем общался. Остановившись, Хисато развернулся к подчиненным.

— Я запрещаю пытаться убить этого шиноби, — холодно процедил канпеки нингё, — последующие поставки пищи в клан завязаны на Акиру-сан и если мне придется искать других торговцев, условия которых точно окажутся хуже, виновники будут мечтать о смерти! Это понятно⁈

Он шибанул уже своим убийственным намерением, с легкостью перекрыв троицу и заставив опытных бойцов спасть с лица. Забавный факт — переданная Ишигавой техника развития души делала испускаемое «давление» куда более мощным, чем у обычных ниндзя, какой бы силой последние не обладали.

— Да, глава! — почти синхронно ответили джонины, склонившись в поклоне, а на лицах промелькнули выражения удивления пополам со страхом и уважением.

Проняло даже таких кровожадных ублюдков, имевших за плечами немаленькую гору трупов.

— Отлично.

Проведя внушение, Хисато посчитал инцидент исчерпанным, и команда продолжила путь, возвращаясь практически по пройденному немного ранее маршруту. Лишь два раза Кагуя приходилось отклоняться в сторону, чтобы обойти по широкой дуге вставших на ночлег коноховцев — генины с наставником — и патрульных Анбу. Не привыкшие к лесной местности и передвижению в полной темноте, джонины ощутимо замедлились, но продолжали упрямо прорываться вперед за куда более быстрым главой, покрыв себя костяной броней и оставляя весьма заметные следы поврежденной растительности. Выбравшись к рассвету из гигантского леса в более холмисто-равнинную местность, Кагуя вздохнули с облегчением и прибавили скорости, стремясь скорее покинуть враждебную территорию.

Небольшая накладка произошла уже по приближении к островам Мизу но Куни, когда они слегка промахнулись мимо Костяного острова из-за очень быстро сменившейся погоды — поднявшийся ветер с волнами и начавшийся ливень сильно ухудшили видимость — и продолжили бежать дальше, пока не наткнулись на еще один остров, ближе к основному. Местность находилась под контролем гарнизона Киригакуре, расположившегося в городке неподалеку и патрульной команде сильно не повезло оказаться слишком бдительной, обнаружив четверых Кагуя. Собственно, только обнаружить чунины и успели. Джонины их буквально разорвали на куски за десяток секунд.

Канпеки нингё на туманников было плевать, так что не обратив особого внимания на бойню и определившись с местоположением, он отдал команду возвращаться, уже через час добравшись до дома. Каждый из шиноби получил пачку денег — гонорар, поделённых на троих за выполнение миссии сопровождения Б-ранга — а сам Хисато пополнил склад припасов и с облегчением занял кабинет главы, выслушав короткий отчет от старейшин. Может быть, Кагуя и являлись кровожадными идиотами, но небольшое административное здание обставили весьма удобной мебелью, пусть и потрепанной на данный момент, явно ограбив какого-то богача.

Решив вопрос с пропитанием подчиненных на ближайший год и обеспечением грядущей военной компании клана, глава собирался вплотную заняться налаживанием контактов с сопротивлением и переговорами о вступлении в гражданскую войну на стороне кланов, но это дела грядущих дней, а пока… еле сдерживая нетерпение, Хисато активировал защитный барьер на кабинете и достал сверток от Основы. Два свитка, что обнаружились внутри, заставили канпеки нингё расплыться в широкой улыбке — Мокутон: Моку Буншин но Дзюцу (Техника Древесного Клонирования) и Мокутон: Мокурью но Дзюцу (Стихия Дерева: Техника Древесного Дракона)! Если получится их переработать хотя бычастично на Шикотсумьяку с добавлением природной чакры во время создания, как Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра), это будет настоящий прорыв!

Глава 19

Развернув первый свиток, Хисато с интересом погрузился в чтение. Основа никогда не интересовался техниками мокутона по очевидной причине, и даже в далеком будущем не планировал приобрести данный кеккей генкай, несмотря на теоретическую возможность — слишком ненадежный способ усиления, главный плюс которого он и так уже имел, благодаря наследству с Узумаки. Сравнивая Моку Буншин но Дзюцу с другими известными ему клонами элементальной и не элементальной природы, канпеки нингё только и оставалось качать головой в удивлении — по сложности и многогранности техники, первый выигрывал вне всяких сомнений!

Три ручных печати, что требовались для создания, представляли собой лишь костыль для пользователя, который обязан знать, каким образом должна концентрироваться и выходить наружу чакра, чтобы получить удачную копию. К счастью, Шодай Хокаге описал весь процесс, как он его ощущал, так что у Кагуя имелись направление в котором следовало работать с базовой функцией, а доскональное знание принципов работы Каге Буншин но Дзюцу, позволяло понимать, какая именно часть техники ответственна за ментальный матрицу клона и на что обратить внимание при переделывании, заменив дерево на кость. Конечно, необходимость использовать конкретную кость скелета, из которой придется выращивать Котсу Буншин но Дзюцу (Техника Костяного Клонирования), добавит сложности, но тем интереснее добиться успеха!

Выучив содержимое свитка, глава Кагуя вытащил из стола кипу бумажных свитков с писчими принадлежностями и вдохновенно принялся за работу. Даже посещения Сихо, приносившей обед и ужин, почти проскочили мимо внимания и очнулся он от захватившего приступа энтузиазма только глубокой ночью, через час обещавшей подойти к рассвету.

Со вздохом отложив в сторону костяную палочку, которой настрочил метровые полотна разных идей и возможных вариантов исполнения техники, Хисато потянулся и смачно похрустел суставами, разминаясь. Несколько прогонов чакры по телу смыли усталость и освежили находившиеся в неподвижности мышцы не оставив и следа о многочасовом бдении над столом, а руки так и тянулись сложить печати, но обведя взглядом кабинет, он покачал головой и решил перебазироваться в личный подземный полигон работы Узумаки, оставшийся у кровожадных идиотов с более-менее нормальных времен и нуждавшийся лишь в небольшом техническом обслуживании. Вытаскивать неудачные творения на улицу для ликвидации шиноби не сильно хотелось, проще использовать в качестве тренировочных манекенов.

Длинный спуск вниз находился за «секретной» каменной дверью в подвале. Несколько прошлых глав со старейшинами и понятия не имели о существовании чего-то подобного, но знакомый с типовой работой мастеров печатей и являясь хорошим сенсором, Хисато быстро обнаружил неладное при тщательном обследовании резиденции главы Кагуя. Очевидно, со смертью одного из кровожадных маньяков, информация о полигоне потерялась.

Узкая винтовая лестница вела примерно на двести метров в глубину, заканчиваясь в коротком коридоре с парой небольших помещений по бокам и выводившем к огромному квадратному залу, двести на двести метров и высотой с десяток. Чакра в накопителе, поддерживавшем все это великолепие, должна была иссякнуть даже в пассивном режиме работы года через три-четыре, так что прикинув примерный объем — почти недельных его усилий не хватило заполнить и четверти — канпеки нингё пришел к выводу, что Кагуя капитально облажались около полутора веков назад. Понятно, что никаких записей об этом в куцых архивах — один большой шкаф!!! — не оказалось. Интересоваться стародавними слухами и приданиями у подчиненных шиноби посчитал напрасной тратой времени, так как немногочисленные, самые старшие члены клана едва перевалили за пятьдесят и не относились к верхушке власти.

Первые попытки создать клонов потерпели сокрушительные неудачи — вырастали просто кости, даже издали не напоминавшие человеческую фигуру и уж точно не способные двигаться после разрыва контакта, хотя использованную чакру в себе держали… короткое время. Некоторое время еще поэкспериментировав, Хисато вынужден был признать полный провал возможности использовать технику тем же способом, что и у других, требовавших применения Шикотсумьяку (Мертвый костяной пульс).

Это сразу вычеркивало вариант с автоматическим смешением чакры для кеккей генкая, хотя шиноби и подозревал об этом с самого начала, но идея требовала проверки. Почти наверняка, подобно Мокутон: Моку Буншин но Дзюцу (Стихия Дерева: Техника Древесного Клонирования), Шикотсумьяку: Котсу Буншин но Дзюцу (Мертвый костяной пульс: Техника Костяного Клонирования) требовал для своего создания некоторое количество природной чакры и достаточно освоившись с запретной техникой Дензиро, канпеки нинге начал испытывать варианты с добавлением к оригинальным ручным печатям дополнительные, стараясь воспроизвести еле уловимый эффект поглощения из киндзюцу.

Учитывая, что Хисато не мог почувствовать результат усилий (это только непосредственно в теле, инородную энергию можно было отследить, но не в отсекаемом от кейракукей чакро конструкте) ориентируясь лишь на внешние признаки — кость скорее становилась твердо-хрупкой по достижении значительной концентрации, чем превращалась в камень или не изменялась при недостаточной.

Часы монотонных повторений и отсутствие видимых результатов несколько притушили первоначальный энтузиазм, но он не спешил расстраиваться, прекрасно помня, сколько потребовалось затратить совокупного времени на эксперименты и шлифовку других оригинальных ниндзюцу Основы, учитывая задействованных каге буншинов. Не имея возможности применять откровенно читерские особенности клонов и учитывая потенциальную опасность экспериментов без должной осмотрительности, джонин готовился к долгой работе. Что вызывало у Хисато особенное раздражение, это невозможность поглощения получаемых результатов для экономии чакры, как это происходило при создании и отработке Котсу но Одори (Танец Костей)! О резерве Основы всем канпеки приходилось только мечтать и это тоже вносило свои ограничения, особенно находясь на условно враждебной территории.

* * *

Дни тянулись за днями, лидер клана связался через посланника с активным кеккей генкай — ради снятия подозрений в происках Мизукаге — с повстанцами и вел активную переписку о присоединении к войне с Киригакуре, не гнушаясь угрозами сделать подобное предложение противоположной стороне — как и ожидалось от выстраиваемого образа цивилизованного отморозка Кагуя — если его требования не окажутся принятыми, использовал каждую свободную минутку для экспериментов, увеличивая количество гротескных статуй, постепенно приобретавших что-то похожее на конечности и строил опять начавших ворчать на проводимые изменения и недобро поглядывать подчиненных, пока одним непримечательным вечером не случился прорыв.

Внутри канпеки нингё как будто что-то щелкнуло и сместилось, а выращиваемая кость потекла и выросла в точную копию шиноби. После разрыва контакта с создателем, костяная статуя налилась цветом, становясь неотличимой от человека и ощущаясь сенсорикой так же.

— Э? Получилось⁈ — воскликнул котсу буншин, осматривая собственные руки и тело с радостно-удивленной улыбкой.

— Похоже на то! — расплылся в улыбке Хисато.

Неожиданно, его повело в сторону и пришлось приложить некоторые усилия, чтобы удержаться на ногах, когда мир совершил попытку уйти в сторону.

— Босс⁈ — обеспокоенно воскликнул клон и поспешил поддержать создателя под локоть, — Что случилось?

— Угх, в голову как будто ваты набили, — встряхнул упомянутой частью тела канпеки нингё, прижимая свободную руку ко лбу.

— Похоже на признаки истощения чакры, но резерв еще достаточно полон, чтобы исключить эту версию, — пробормотал двойник, на одном желании выращивая из своей ноги костяной стул и усаживая на него создателя, — простое создание клона не должно вызывать подобного эффекта и стоит провести полное обследование тела на всякий случай.

— Мне уже лучше, — помахал рукой шиноби, — и немедленно займусь этим, когда приду в себя.

Странное состояние стремительно отступало, уже через минуту ничем не напоминая о неожиданно навалившейся слабости. Проведя полное обследование тела, Кагуя не обнаружил никакой явной причины, озадаченно скребя затылок. Повторное применение Шикотсумьяку: Котсу Буншин но Дзюцу не вызвало рецидива, оставив шиноби в непонятках, но некоторое время поломав мозги и ничего путного не надумав, он просто отбросил случившееся в сторону и вернулся к непосредственной задаче — выяснению возможностей новой техники.

В отличие от оригинала, клоны не могли свободно перемещаться сквозь землю и растительность, чего стоило ожидать, но в отношении костяного леса, создаваемого площадной техникой, подобных ограничений не существовало. Более того, они могли брать хидзюцу под полный контроль, избавляя Хисато от необходимости личного присутствия и одновременно увеличивая смертоносность техники без использования элементальной чакры. Выращиваемая Котсу Буншин кость была на порядок тверже и крепче варианта без природой чакры, повреждая Монсута но Шитсуген куда результативнее.

Клон так же мог простым волевым усилием превращать любую часть своего тела в частокол костей, выполняя все клановые ниндзюцу быстрее и эффективнее, и не разрушался от мощных ударов, заращивая полученные повреждения путем траты имевшегося запаса чакры. Чтобы повредить его, следовало очень постараться, потому что обычное металлическое оружие никакого эффекта не давало, кроме почти незаметных царапин, быстро затупляясь при нескольких ударах.

Способность определять положение каждого клона оказалась не завязана на сенсорику — Шодай Хокаге просто упомянул эту особенность без разъяснения механики — и даже выбравшись за радиус чувствительности канпеки нинге, эта связь продолжала действовать без помех, порождая странное ощущение чего-то родственного. Больше всего, это походило на действие компаса, нацеленного на определенную сторону света независимо от смены положения, только этот внутренний компас мог указывать много целей. Чего Хисато не стал проверять, так это возможность передачи воспоминаний при касании, опасаясь получить вливание в кейракукей природной чакры. Чего сделать не получилось, так это превратить котсу буншин в зерно, чтобы использовать для шпионажа — изначальная плотность кости этого не позволяла или Хисато что-то делал не так. А может, это просто одна из особенностей мокутона.

В любом случае, Кагуя получил нормального клона, способного выдержать много повреждений и которого никто не заподозрит в фальшивости даже при пристальном осмотре, а сам шиноби получил возможность свалить назойливые административные задачи на копию и обрел больше свободного времени для самосовершенствования, ничем при этом не пожертвовав. Если бы еще освоить передачу информации на расстоянии, как умел делать со своим моку буншином Хаширама… но канпеки нингё не собирался останавливаться на достигнутом. Практика показала, что по сути своей, Шикотсумьяку не сильно отличается от Мокутона, если добавить природную чакру и пусть возможность манипулировать растениями, выращивая целые леса, выглядит очень внушительно и Хисато никогда не обретет подобной масштабности со своим кеккей генкаем, вынужденный использовать собственный скелет в качестве катализатора, остальным ниндзя остается только мечтать даже о более урезанной копии и шиноби остался полностью довольным открывшимися перспективами. В конце концов, при завершении полной интеграции Мертвого Костяного Пульса, Основа сможет продемонстрировать куда более впечатляющие результаты применения новых техник, чем канпеки нингё и может быть, достигнуть в будущем уровня Хаширамы Сенджу. С грядущими испытаниями, даже эта планка может оказаться меньше необходимого для их выживания.

Глава 20

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Территория клана Нара. Рью Нара

Кто бы мог подумать, что интерес к занимательной технике может привести к такому ошеломительному результату⁉ Нащупать ниточку к использованию природной чакры без помощи призыва, найти новое направление развития Шикотсумьяку (Мертвый Костяной Пульс) на основе полученной информации, уловить схожесть с Мокутоном и использовав дзюцу, бесполезные для не обладавших стихией дерева, сотворить свой вариант, получив результат ничуть не хуже… Да только эти достижения оправдали все затраченные на клона усилия и ведь это только начало!

Я почти начал завидовать, представляя, сколько удовольствия получит клон, создавая что-то новое и разрушительное. Благодаря более плотной чакре и огромному резерву, такие техники в моих руках обретут новый уровень силы, вот только в данный момент, кеккей генкай еще не закончил менять мое тело, с каждым днем замедляясь все больше и больше. Процесс подходил к логическому завершению и очень скоро — примерно через месяцев семь-восемь — я не сильно буду отличаться от среднего Кагуя, пробудившего Шикотсумьяку. Точнее, с добавлением всех преимуществ, что имелись у меня ранее и никуда не денутся после полной интеграции второго улучшенного генома. Клан кровожадных ублюдков окажется жалкими подражателями! Прям так и напрашивается лозунг — сделаем Кагуя снова великими! Стать новым Хаширама Сенджу, это клон хватанул с запасом, но вспоминая предполагаемые способности богини и джинчурики Джуби, даже четверо бессмертных Хокаге не вывозили, что уж с моей предполагаемой силой.

Тем не менее, на данный момент контроль над выращиваемыми костями у меня имеется намного хуже, чем у Хисато и до тех пор, пока не вырастет до должного уровня, я не рискну разучивать новые техники с применением природной чакры. За это время, канпеки нингё должен если не прочно взобраться на планку бойца эС-ранга, то очень близко к ней подойти, становясь вторым клоном, кроме Расы, что может привлечь внимание Курозецу и на кого можно будет положиться в будущем замесе. Несмотря на все мои усилия, обнаружить черную хрень даже косвенными методами почти невозможно, не говоря о прямых и остаётся только ловля на живца.

К сожалению, мои собственные исследования встали на паузу — запечатанные лабораторные клоны прошли утилизирование, отправившись в другое измерение, откуда чакра уж точно не сможет вернуться, принеся с собой опыт годов не самых гуманных исследований и создать им замену у меня не имелось физической возможности, так как буквально каждая капля чакры шла в дело каждый день и подобная практика грозила продлиться в ближайшую пару месяцев. С дополнительными запросами от Хокаге, мне пришлось пару раз тянуть чакру с наиболее самостоятельных канпеки нинге, чтобы иметь возможность отдохнуть без подступавшего чакроистощения.

Как будто этого было мало, появившаяся пару недель назад делегация от Такигакуре, такое ощущение, что прописалась в Конохе, осаждая Сакумо и квартал Нара в попытке получить преференции — у союзников действительно не оказалось не только надлежащего специалиста для запечатывания биджу, но и соответствующей печати, способной удержать семихвостого. Прошлый джинчурики носил на себе работу Узумаки, документацию на которую аловолосые мастера не передавали. Собственно, почти по всем предоставленных пунктам требований главы Такигакуре, Сакумо отказал, мотивируя тем, что селение и так получило солидную материальную компенсацию, не понеся крупных потерь во время войны только благодаря усилиям ирьё-хан Конохи и долг союзникам уже выплачен. Естественно, посольство с подобной трактовкой оказалось не согласно.

На получение бесплатных свитков Конго Фуса (Адамантовые запечатывающие цепи) прибывшие джонины согласились, вот только, оплачивать даже часть желаемого по полному прейскуранту отказались, сперва надоедая на аудиенциях у лидера селения, а следом пытаясь выловить мастера печатей. Даже учитывая мой почти затворнический образ жизни, водопадники умудрились достать до самых печёнок и не имейся предупреждения дяди о недопустимости рукоприкладства, уже надавал бы по шеям наглецам. Ненавижу политику!

Больше всего бесило, что Такигакуре вполне может потянуть оплату двух высших миссий эС-ранга, но очевидно, что Хисен требовал от своих подчиненных вывернуться наизнанку и заставить Конохагакуре покрыть расходы из собственного бюджета. Мужика я прекрасно понимал — в дополнение к необходимости задействовать кучу народу, большая часть которого погибнет при подавлении и удержании Нанаби, в дополнение выложить еще и кругленькую сумму, для малого селения будет очень болезненно, но входить в положение и работать бесплатно или за копейки решительно не желал. Таки-нины пробовали подкатить к Сенджу, помня, от кого перепал прошлый подарок, вот только, нарвались на раздраженную и усталую Тсунаде на сносях, чуть их не прибившую и только оперативное вмешательство оказавшихся рядом Анбу ограничило дело синяками с несколькими переломами. Куноичи даже не отругали за побои дипломатов. Хатаке предлагали выдворить водопадников, много кого доставших, но мужик был вынужден держать лицо перед союзниками, балансировавшими на грани приличия и пока, слишком далеко не переступившими.

Кстати о клане — Шенесу долго не ждал и оформил все необходимые документы на принятие в клан Кейко с дочерью уже на следующий день, предоставив информацию в канцелярию Хокаге, но на фоне остальных событий, прошло это практически незаметно, разве что немного позубоскалили сплетницы Нара, но и то, относительно умеренно — дескать, до загулов отца мне далеко и вообще, веду себя более чем прилично по отношению к партнершам. Ко мне и так отношение среди своих постепенно становилось благоговейным, несмотря на имевшиеся недостатки, а недавнее воскрешение более чем трех десятков павших Нара вообще возвело на пьедестал почета, хоть я и стремился данную тенденцию купировать в зародыше, общаясь со всеми на равных.

Хватало и того, что меня всячески ставили в пример подраставшему поколению клановые учителя, расписывая известные «подвиги» и всячески культивируя образ успешного и сильного шиноби, на которого стоит равняться. Причем, с полного попустительства, точнее, подстрекательства Шенесу и мужской части старейшин, делали особый акцент на многоженстве, стремясь добиться стремительного роста численности клана при новом поколении. Как обстояла ситуация сейчас, в большинстве семей Нара имелось по одному ребёнку, и ленивые мужья не стремились заводить второго, третьего и так далее. Моя двойка с третей на подходе являлась скорее исключением, чем правилом.

Собственно, на создание культа сильнее всего реагировали Сая с Линли на пару, грудью встав на защиту от восхищенных взглядов одиноких куноичи, получивших назад члена семьи, а Акико Митараши принялась еще активней строить глазки, углядев для себя с Анко возможный вариант оказаться в клане не на птичьих правах и даже решилась посоветоваться на этот счет с дядей. Чертов сводник оказался только «за» еще больше увеличить семью своего единственного бойца эС-ранга, «обеспечивая будущее Нара» и если бы не бдительность Сецуры, побежал бы оформлять документы, прибавив мне головной боли. Мало ему оказалось скандала ма со старейшиной Нарисой по поводу посещения мной клановых вдов и чуть не перешедшего в драку, вскоре после прошлого экзамена на чунина, так нет, не успокаивается!

Думаю, появись такая возможность, Шенесу попробовал бы захапать и Кушину, пристроив ко мне еще одной любовницей. Несмотря на свои вечные стоны о проблемных женщинах, шиноби удивительно последовательно делал всё, чтобы навлечь на свою голову гнев последних, продолжая гнуть линию, что избрал с того самого момента, как я выбился в элиту Конохи.

* * *

Несмотря на очень плотное расписание, иногда я лично посещал клановую клинику для работы, а не отправлял отдуваться каге буншина. Одним таким особым случаем стал визит коллеги, явившегося на плановый осмотр додзюцу.

— Прошу прощения за беспокойство, Рью-сан, — слегка склонил голову Учиха, появляясь на пороге моего рабочего кабинета в назначенное время.

— Проходите, Аруяма-сан, — вежливо ответил небольшим поклоном сидя, откладывая в сторону наполовину заполненную анкету лечения прошлого пациента и бросая взгляд на настенные часы.

Джонин дисциплинированно пришел на прием минута в минуту.

— Как себя ведет шаринган после прошлой процедуры? — спросил у устроившегося напротив шиноби, открывая защищенный фуиндзюцу ящик стола с особыми делами и доставая оттуда папку Учиха.

— Несмотря на относительно активное использование Мангёко шарингана за последний месяц, скорость деградации зрения заметно снизилась, — скупо, но тепло улыбнулся мужчина и протянул мне записи со временем использования додзюцу за указанный отрезок времени и отдельно отмеченными пиковыми нагрузками применения завязанных на глаза ниндзюцу, — принятые меры действуют!

Быстро накидав график и внимательно сравнив с прошлым, я отметил увеличение нагрузки — очевидно, коллега перестал осторожничать в использовании додзюцу, ощутив разницу после первого укрепления чакроканалов и татуировки лечебных печатей в глазницах. Довольно неприятная и сложная процедура для обоих, тем не менее, необходимая для достижения максимального результата.

— Собственно, принятые меры и были на это направлены, — понимающе кивнул.

Положив бумаги на стол, я встал со стула и подойдя к шиноби, приступил к прямому обследованию Шосен Дзюцу проблемных органов. Немедленное воздействие на повреждаемые ткани лечебной чакрой сказалось плодотворно и мне потребовался всего час, чтобы вернуть прежнюю четкость зрения коллеге и позаботиться о всех новых трещинах в пронизывавших шаринган каналах чакры, между делом отметив некоторое изменение. Плотность ткани глазных яблок увеличилась и додзюцу продолжало медленно изменяться, развиваться и эволюционировать.

Никакого сравнения с огромным рывком от трех томое — уж у меня имелась возможность сравнить с шаринганом Микото — но прокачиваемые объемы чакры при использовании специфических ниндзюцу, очевидно, как-то влияли на данный процесс, заставляя пораженно качать головой. Нормальные глаза так себя не ведут! Некоторые улучшенные геномы совершенно точно имеют прямое внеземное происхождение и являются настоящими аномалиями, создать которые у обычных людей без соответствующего наследия просто невозможно даже гениям из гениев ирьёдзюцу. И это утверждаю я, ирьёнин, пересадивший себе чужой кеккай генкай и находившийся в шаге от его полной интеграции!

— Тенденция явно положительная, — одобрительно покивал и убрал руки, не показывая коллеге бурливших внутри эмоций, — но еще больше укрепить стенки родных чакроканалов уже невозможно, и пора приступать следующему этапу запланированных мер.

— Выращиванию новых? — Проморгавшись, спросил Аруяма и тут же недовольно скривился, — Сам понимаешь, что в данный момент я не могу отказаться от выполнения миссий на целых два с лишним месяца.

— Естественно, — понимающе хмыкнул, возвращаясь на свой стул.

Сама операция занимает не так много времени — несколько часов, но вот укрепление новых каналов происходит не так быстро и требует большой осторожности при прогонке по ним чакры, особенно, в такой нежной и сложной области, как органы зрения. В озвученный срок необходимо как минимум не активировать шаринган и еще около месяца сверху проводить укрепляющие процедуры, не используя затратные ниндзюцу. Учитывая серьезную нехватку ниндзя для выполнения накопившейся горы миссий, глава Учиха не даст бойцу эС-ранга столько бездельничать.

— Полагаю, возможность продолжить появится только через полгода, — задумчиво потер подбородок шиноби, что-то прикидывая, — а до этого момента остается только проходить регулярные сеансы лечения.

— Это можно оформить по обычному прейскуранту клиники, — пожал я плечами, не слишком довольный откладыванием работы и соответственно, получением оговоренной оплаты.

— Никаких проблем, — понимающе кивнул Учиха и поднялся на ноги, — все хорошего.

Ответив поклоном, я проводил джонина взглядом. Собственно, вся эта возня не стоит ради пары огненных техник, но столь близкое знакомство с шаринганом имеет свою цель — вытянув у Микото эту особую чакру, поступавшую в додзюцу, у меня появилась возможность искусственным способом провести эволюцию пока нетронутого трофея с пешки Корня и получить шаринган с тремя томое или чем ками не шутит — Мангёко. Даже небольшая возможность удачного эксперимента стоит затраты нескольких часов в месяц.

Глава 21

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Башня Хокаге. Рью Нара

— Рью Нара, мне назначено, — остановившись перед столом секретарши/куноичи, работавшей с какими-то документами, я представился и отвесил вежливый кивок, хотя в первом не имелось нужды, так как строгие клановые одежды оставляли мало места для маскировки и гривой алых волос в Конохе могли похвастаться не многие.

— Подождите момент, Нара-сама, — профессионально улыбнулась девушка, цепким взглядом быстро осмотрев мою фигуру.

Вовсе не с целью оценить, а профессионально — на наличие скрытого оружия, хотя наверняка отлично понимала бесполезность этого дела по отношению к мастеру печатей и одному из сильнейших бойцов селения, но рефлексы…

— Хокаге-сама, к вам Рью Нара, — нажав на небольшую кнопочку, наклонилась и проговорила она во вмонтированный в стол микрофон, — впустить?

— Да, Тая-чан, можешь пропустить, — раздался знакомый голос из системы коммуникации.

Отпустив кнопку, куноичи подняла на меня взгляд и молча повела рукой в сторону двери. Кивнув, я прошел мимо нее и не обращая внимания на пристальное внимание пары Анбу на потолке, вошел внутрь. Смена владельца никак не отразилась на внешнем облике помещения, разве что чуть прибавилось зелени на паре подоконников, а сам Четвертый Хокаге мужественно сражался с самым грозным врагом всех больших и не очень начальников — документооборотом. И не похоже, что должен был победить в ближайшие… несколько месяцев — стопки по обе стороны большого стола внушали уважение своей высотой. Утомленное и немного радостное выражение лица Хатаке при моем появлении прямо указывало на поиск любой возможности взять перерыв в монотонной работе.

— Приветствую, Хокаге-сама, — склонился я в поклоне согласно этикету.

Раз уж Хокаге запросил меня вполне официально, то стоит соблюдать хотя бы необходимый минимум вежливости, особенно при четырех охранниках, один из которых точно принадлежал клану Хьюга. Источник чакры шапочно знакомого джонина я отлично чувствовал, несмотря на защитную экипировку и активное подавление с его стороны.

— Без официоза, Рью-кун, — слегка поморщившись, помахал рукой Белый Клык Конохи, откладывая в сторону изучавшиеся до сего момента бумаги, — мне хватает этого от подчиненных.

— Хорошо, Сакумо-сан, — пожал я плечами и оценив стульчик для посетителей, нитями чакры взял у стенки удобное кресло и установил его напротив стола хозяина кабинета, с удовольствием на в него усевшись, — что от меня потребовалось для вызова в столь формальном виде?

— Политика и Такигакуре но Сато! — сказал как выплюнул мужчина, — Дипломаты частью вернулись домой для консультации с Хисеном по сложившейся ситуации и получили одобрение на заказ миссий.

Я понимающе кивнул — из-за моего статуса, даже Хокаге обязан был обсудить в личной встрече моменты, касавшиеся предоставления союзникам фуин для удержания биджу. Не поступить так и это тоже самое, что попытаться приказать Учихам предоставить кому-нибудь сильное ниндзюцу из библиотеки клана за банальные деньги. Возможно, но очень недальновидно и лучше договориться полюбовно, не говоря о том, что раскрывать сведения о некоторых вариантах печатей не выгодно самой Конохе, даже если это для союзников. Суть политики такова, что сегодня они могут быть надежными союзниками, а завтра уже врагами, что знают слишком много. Маловероятно, но Хатаке обязан учитывать все варианты, когда дело касается безопасности селения.

— Что требуется от меня? — просто спросил его.

— Наиболее простая фуин, ничего общего с имеющейся у Кушины-чан, что справится с задачей удержания и позволит использовать силу биджу, — сделав паузу, чтобы устало размять шею рукой, Сакумо уточнил, — предоставлять документацию на нее не требуется, это разовая миссия по запечатыванию и в случае необходимости осмотра джинчурики с консультацией, пусть платят деньги.

Хех, не стоило посольству действовать ему на нервы — то, что оплата будет по максимальному тарифу за все, можно было даже не упоминать. То, что я вырву свой куш из бюджета надоедливых союзников, только поднимало настроение, пусть небольшое увеличение золота в закромах уже не имело значения, на фоне того потока, что шел от многочисленного бизнеса канпеки нингё. Закупка дорогостоящего оборудования, обустройство баз со всем не обходимым, постоянные расходники на фуиндзюцу и поддержание клана костяных идиотов не отжирали даже четверти чистого дохода, по финансам я мог сравниться со средним кланом. Анбу Не имело много статей расхода, чтобы иметь возможность содержать сотни активных ниндзя не в реестре Сейки Бутай и одновременно тренировать не менее многочисленное пополнение, так что даже часть их финансовых потоков сделала меня очень богатым, а Акира данное богатство умудрился еще и преумножить.

— Сосуд? — вопросительно вздернул бровь.

— Сосуд предоставит Такигакуре но Сато, а подойдет ребенок или нет — тебе предстоит решить на месте, с дипломатами этот момент обговорен, — положив локти на стол, Хокаге чуть подался вперед, твердо смотря мне в глаза, — и имей ввиду, что твоя безопасность для Листа имеет первоочередное значение, даже если миссия окончится провалом! Поэтому, зря не риской и до полного подавления Нанаби, держись в стороне — пусть водопадники сами справляются или терпят неудачу.

— Время выполнения?

— С этим уже сложнее — Такигакуре наняла разведчика Хьюга, чтобы обнаружить новое логово семихвостого биджу, так как сами с задачей не справились, — развел руками Сакумо, — так что, как только цель окажется найдена и Скрытый Водопад соберёт силы, к нам будет отправлен вестник, но точно не раньше месяца.

— Приемлемо, — согласно кивнул Каге.

Лучше пораньше разобраться с обязательной миссией, чтобы не пропустить юбилей Саи, до которого осталось рукой подать.

— В качестве охраны с тобой отправится Орочимару, так что при любом развитии событий, вдвоем шанс на отступление будет больше.

— Не слишком ли расточительное использование ресурсов по нынешнему времени? — удивленно спросил у хозяина кабинета, прекрасно зная, что сейчас каждый сильный боец необходим в поле, уменьшать горы самых срочных заказов, что скопились во время войны, несмотря на все усилия команд генинов и срочно пополнять истощившуюся казну.

— Ситуация Конохи не настолько плачевная, — хмыкнул Хатаке, подмигнув.

— Тогда, если это все…

— Я тебя не задерживаю, Рью, — вздохнул Хокаге, с грустью взглянув на гору бумаги на столе.

Кивнув, я встал и убрав кресло на место, собрался уже покинуть кабинет, но внезапно, дверь открылась и внутрь продефилировала на каблуках секретарша, неся еще одну стопку бумаги, высотой сантиметров пятнадцать. Лицо Сакумо на несколько мгновений приняло страдальческое выражение, но потом он взял себя в руки и возложил новые документы поверх других, эффективно преодолев планку выше своей головы. Подождав, пока куноичи выйдет, я обернулся к Хокаге.

— Сакумо-сан, не сочти за бестактность, но почему бы не использовать для разбора всей этой груды макулатуры каге буншинов? — задал давно интересовавший вопрос, — Даже если оставлять важные вопросы себе, типичные отчеты, запросы, предложения и тому подобные бумаги вполне можно отработать клонами, если не имеется возможности перекинуть их на секретариат.

Он на пару мгновений замер, лицо внезапно просветлело, но потом стремительно потемнело.

— Вот сссучный старикашка! — внезапно выругался Хокаге, полыхнув убийственным намерением, — Так вот как он справлялся с таким количеством работы, имея время для поддержания себя в форме, не говоря уж про семью!

Хех, небольшая месть Хирузена приемнику, выпершему из кресла, а учитывая, что Хатаке точно сменил телохранителей Анбу, они ничего подсказать не могли и ему пришлось вкалывать по старинке, буквально утопая в работе. Похоже, начавшаяся война позволила Широй Киба выгадать немного отдыха, свалив часть обязанностей на подчиненных, вот только расплата не заставила себя ждать.

— Видя перед глазами твой пример, я должен был догадаться о подобном способе облегчить себе жизнь, — Сакумо с силой потер рукой лицо, — но закостенелость мышления не позволила даже задуматься в эту строну… старею.

— Лучше поздно, чем никогда, — усмехнулся я, наблюдая, как Сакумо скрестил руки в знакомой ручной печати и четверо появившихся клонов стремительно начали разбирать документы, в то время, как их создатель облегченно откинулся на спинку кресла, — кстати, как там поживает Какаши-кун? Давно его не видел.

— Растет парень, — расплылся в широкой улыбке гордый отец, — завершит текущую миссию С-ранга и можно будет давать чунина!

Я понятливо покивал — парнишке уже одиннадцать лет исполнилось и учитывая опыт за плечами с куда большей силой, чем у всех клановых сверстников или даже более старших ниндзя, самое время для повышения и никто не сможет обвинить Хокаге в фаворитизме, потому что куча выполненных миссий говорит сама за себя. Эх, одиннадцать лет, хотя казалось, что мелкий только недавно стал генином… да что я говорю, когда Хане уже скоро будет три года и Итачи лишь на пару месяцев отстает! А мои девочки в мгновенье ока достигли возраста, когда детей отправляют в Академию шиноби. Как летит время.

— Поздравляю, растет достойный наследник клана Хатаке, — сверкнул я улыбкой, — и у меня будет для Какаши-куна достойный подарок к моменту получения жилета.

Все же, сейчас пацан стал весьма желанной целью не только для затаивших зуб на Белого Клыка Конохи, но и Кумогакуре но Сато, с разгромом проигравшей войну и наверняка имевшей планы хоть как-то отыграться в схватке «плащей и кинжалов» разведок. Убийство сына Четвертого Хокаге в качестве мести, вполне соответствует мышлению облачников, дополнительно выполняя задачу ослабления врага и лишая будущего поколения Конохи талантливого бойца, способного взобраться на вершину. Кацуми и Анко вполне подпадают под эти критерии, так что я задумывался над соответствующей страховкой для детей, кроме доступных мне на этот момент, и до тех пор, пока они сами не смогут защититься от убийц, решив использовать проверенное решение, которым сам пользовался не раз, но по другому поводу — свиток призыва. Точнее, обратный призыв в заранее подготовленное место при получении критического ранения. Пока у меня имелись лишь наметки соответствующей печати, что должна диагностировать состояние тела и посылать сигнал на эвакуацию, перемещая пользователя, но необходимые части уже имелись, оставалось лишь скомпоновать их в единое целое и отработать. Думаю, за месяц вполне можно управиться, даже без использования каге буншинов. Сакумо точно будет очень рад подобному подарку, что обеспечит его сыну возможность выбраться из безнадежной ситуации.

— Спасибо, Рью-кун, я пришлю сообщение, когда Какаши-кун вернется, — благодарно кивнул Четвертый Хокаге.

Поняв намек, я удалился из кабинета и обмениваясь короткими кивками с попадавшимися на пути джонинами и не обращая внимание на остальных, выбрался на улицу. Кроме посещения Хокаге, у меня была запланирована на сегодня еще одна встреча, куда более интересная. Вскочив на крышу ближайшего к площади дома, я верхними путями направился к официальной лаборатории Орочимару, гадая о причине, побудившей ученого отправить мне приглашение до обычной встречи раз в месяц.

Выбравшись в более безлюдную часть Конохи, я уже через пару минут остановился возле входа в нужное здание и с импульсом чакры, без труда распахнув дверь. На ней установлена запирающая фуин, что распознает мою чакру, беспрепятственно давая пройти и одновременно сообщая хозяину о госте — саннину надоело каждый раз играть роль привратника, и он использовал свои знания по фуиндзюцу, чтобы эту проблему решить.

Двигаясь знакомым маршрутом — коридор, лестница, холл — я спустился в лабораторию, быстро обнаружив шиноби склонившимся над одним из столов, заваленных кучей документов.

— Орочимару-сан, — привлек внимание коллеги, прежде чем подойти поближе, — в чем причина подобной спешки новой встречи?

— О, Рью-кун, ты уже здесь, — воскликнул шиноби, поворачиваясь в мою сторону, — недавняя миссия оказалась очень удачной в плане интересных образцов и не только, так что я поспешил поделиться добычей с единственным коллегой и напарником, ку-ку-ку.

Мой взгляд почти сразу прикипел к нескольким пробиркам, до этого момента укрытых от взгляда телом саннина, но некая неправильность в фигуре Орочимару заставила меня проявить больше внимания к ученому — на его боку висел прямой меч в простых ножнах, зеленоватая гарда которого привлекала внимание. Кусанаги?

Глава 22

— М?.. — заметил мой интерес коллега, широко улыбнувшись и похлопав по ножнам, — Как я упомянул, очень успешная миссия, во время которой удалось получить и этого красавца по наводке моего призыва.

— Я так понимаю, это вовсе не обычный меч, — вопросительно вздернул я бровь и добавил, — сомневаюсь, что даже самые лучшие изделия из Страны Железа привлекут твое внимание.

Не говоря о том, что особое чувство чакры от этого меча указывало на уникальность, недоступную поставляемому в Коноху «ширпотребу», независимо от цены. Потому что действительно уникальные экземпляры купить за деньги уже невозможно и семь мечников Киригакуре тому хороший пример, хотя не все из них можно назвать стоящими громкого звания Великие. Проработав бок обок с саннином довольно долгое время, я успел достаточно изучить его требовательную натуру, в том числе и к качеству используемых инструментов.

— Ку-ку-ку… твоя катана произвела на меня большое впечатление, особенно против джинчурики и показала необходимость достойного оружия, если придется сражаться вблизи с противником, покрытым высоко-коррозийной чакрой, — покачал головой Орочимару, извлекая меч из ножен и демонстрируя мне идеальной формы лезвие, отливавшее зеленью, — для Кусанаги но Цуруги (Скашивающий Траву Меч)чакра биджу не проблема, а способность мгновенно выращивать или укорачивать лезвие и простой царапиной отравлять смертельным ядом, весьма хорошо вписывается в мой стиль боя.

Кроме похвальбы такой ценной добычей, шиноби весьма интенсивно следил за моей реакцией, точнее, внешне он был сама благожелательность и если бы не дар сенсора, позволивший отследить на столько близком расстоянии слегка изменившуюся интенсивность токов чакры в теле, я бы пропустил подобный нюанс. Кто бы сомневался, что коллега пусть и доверяет мне до определенного предела, но будет устраивать проверки даже со своими, просто из вбитой в подкорку каждого ниндзя подозрительности. Кому, как не Орочимару знать природу людей и на что способны пылающие жаждой силы любой ценой. Не то, чтобы я от него сильно отличался, не доверяя всё даже самым близким.

Не обращая внимание на изучающий взгляд коллеги, понимающе кивнул, демонстрируя лишь вежливый интерес, а сам вспомнил о еще нескольких способностях клинка, о которых скромно (предусмотрительно) умолчал шиноби — уж насколько хороша Самехада, но она может получать повреждения и не обладает способностью летать или самостоятельно возвращаться к владельцу, превращаясь в маленькую змею. Самих воспоминаний в памяти не осталось, но детальное описание в дневниках указывает, что данное оружие произвело на меня соответствующее впечатление. К сожалению, так как нахождение Кусанаги до появления у змеиного саннина в сюжете не указывалось, тратить время на чрезвычайно сложные поиски я посчитал слишком нерациональным в плане выхлопа, когда остро стоял вопрос о увеличении собственной силы ради выживания.

— Ха, довольно неплохой меч и скоро тебе представится отличная возможность испытать его в экстремальных условиях, — хмыкнул, не делая даже попытки прикоснуться к великолепному творению неизвестного кузнеца.

Орочимару почти незаметно прищурился, буквально улыбаясь одними глазами — он так делал только при хорошем настроении — и убрал цуруги в ножны. Похоже, моя реакция коллегу удовлетворила.

— Знаю — соответствующее послание доставил Анбу несколько часов назад, — саннин немного раздраженно закатил глаза, — не то, чтобы я возражал работать с тобой, Рью-кун, но добавление к той горе миссий, которую на меня сбросила администрация Хокаге, еще одной, при этом весьма опасной, вовсе не добавляет энтузиазма.

Как и подавляющее большинство остававшихся в строю высококвалифицированных бойцов Конохагакуре но Сато, он постоянно пропадал на важных миссиях почти без отдыха, иначе наши встречи для продвижения различных интересных исследовательских проектов случались бы намного чаще, чем по утвержденному расписанию.

— Я тоже завален работой и охотиться на биджу вовсе не тянет, — пришла моя очередь закатывать глаза, — но сам понимаешь — это политический заказ и отказаться возможности нет.

— Ладно, оставим эту раздражающую тему, — взмахнул рукой коллега и повернулся к колбам на столе, — куда интереснее моя другая добыча.

— Это? — я подался вперед, смотря на заключенную в сосудах кровь и кусочки плоти с обрывками человеческой кожи.

На первый взгляд, они ничем не выделялись от других таких же образцов, что во множестве хранились в свитках у Орочимару, но зная его, даже генетический материал носителей редкого кеккей генкая не вызвал бы подобного энтузиазма.

— Во время последнего задания, мне повезло наткнуться на весьма интересный клан странствующих ниндзя, о котором раньше слышать не доводилось, — начал рассказывать саннин, — в плане умений они не представляли из себя ничего особого — в большинстве своем джонины средней планки Конохи — за исключением огромного резерва чакры, но очень быстро поддавшись гневу при получении первых ранений, начали превращаться в весьма мощных и безумных монстров разного вида, демонстрировавших устойчивость к большинству повреждений, увеличение физических характеристик в разы, необычные ниндзюцу разрушительной силы без применения ручных печатей и способности к сенсорике.

— Весьма определенный список способностей, — заинтересованно потерев подбородок, пробормотал я и взяв в руку флакон с кровью, использовал Шосен Дзюцу, — что-то мне напоминающий.

— Очень напоминающий возможности Джирайи во время применения режима Мудреца, за исключением безумия, — насмешливо ухмыльнулся Орочимару, — особенно в плане уродливого превращения.

Тут уже и я не сдержал ухмылки, припомнив изменённое лицо жабьего саннина, служившее предметом постоянных шуток и подколок со стороны бывших напарников, но это не помешало мне провести тщательное обследование крови и получить весьма неожиданные результаты — это кровь человека, но с определенными отклонениями, которых не имелось даже у ниндзя, унаследовавших физический улучшенный геном, вроде Кагуя. Чтобы выделить конкретные отличия, придется задействовать соответствующее оборудование, так как техника ирьенинов не предназначена для высокоточного химического анализа, но уже сейчас я мог с уверенность сказать, что содержавшиеся в крови остатки чакры имели примесь природной. Благодаря Хисато, недавно столкнувшимся с использованием её в техниках, пусть и через медиум кости, а не собственное тело, определить наличие получилось сразу.

— Весьма необычные образцы, содержащие намеки на природную чакру, — поставив на стол колбу, повернулся я к коллеге, — не знаю, как это можно использовать, но уже тот факт, что множество ниндзя способны её использовать для усиления, наводит на очень интересные мысли.

У меня не имелось записей, где именно Орочимару брал генетический материал джуиндзюцу для своих подопытных, но совершенно очевидно, что источник передо мной.

— Самое главное — ни один из странствующих ниндзя не демонстрировал признаки окаменения, о чем предупреждал Джирайя, хотя их запасы чакры постоянно росли, очевидно, смешиваясь с впитываемой природной чакрой, — с энтузиазмом воскликнул джонин, буквально пожирая взглядом образцы, — подумать только, какие-то необразованные идиоты способны применять сендзюцу без смертельного исхода…

Я более чем уверен, что он пробовал стать сеннином у своего призыва, следуя по пятам за гораздо менее талантливым товарищем, но потерпел неудачу, что должно жечь гордость змеиного саннина не по-детски. Отсюда и подобная реакция — получив в свои руки возможность достичь цели другим путем, коллега не упустит свой шанс отыграться.

— Кеккей генкай?

— Вполне вероятно, потому что другого варианта я не вижу, — покачал головой Орочимару, усилием воли беря чувства под контроль, — но такая сила досталась им не без побочных эффектов — гротескные мутации с потерей разума могут служить своеобразным предохраняющим механизмом излишнего насыщения природной чакрой, в то время, как другие пользователи просто превратятся в камень, если преодолеют безопасную планку.

— Вскрытие покажет, — пожал я плечами, полностью равнодушный к судьбе левых людей со склонность к разрушению.

Еще одни Кагуя, выигравшие в генетической лотерее, биджу их побери, но так и не раскрывшие весь потенциал кеккей генкая, довольствуясь только базовыми способностями.

— С этим будут некоторые проблемы, Рью-кун, — раздраженно хмыкнул учёный.

— Ты не поймал ни одного образца? — вполне искренне удивился на его ответ.

Чтобы саннин упустил подобный кладезь ценных знаний? Да никогда! А уж с его силой, сомневаюсь, что какие-то свободные ниндзя имеют шанс устоять даже превосходя количеством.

— Больше десятка подобных монстров способны доставить проблемы даже мне и на преобразованную плоть плохо действует даже смертельный яд, так что пришлось отступить, получив немного образцов, — поморщившись, пожал плечами Орочимару, — для выслеживания и захвата подопытного в спокойном состоянии не имелось возможности, так как поджимали сроки выполнения миссии, но я оставил пару призывов в качестве наблюдателей и едва появится достаточно свободного времени, займусь этим кланом плотнее.

Мда… неудачно, но хоть имеется возможность этих гавриков отследить, не профукав столь ценный ресурс.

— Если они способны использовать природную чакру в любой момент, то удержать в плену такого шиноби весьма сложно, либо держать в бессознательном состоянии, лишив возможности к сопротивлению, — в задумчивости подергав за прядь волос, упавших на лицо, кивнул коллеге, — в принципе, и для таких можно сделать камеру на принципе удержания джинчурики, немного изменив печати, но процесс исследования это затянет точно, не говоря о рисках, вот если на добровольных началах…

Язык у Орочимару подвешен — дай ками каждому, а включаемая по желанию очень впечатляющая харизма, мало кого оставит равнодушным, так что не думаю, что для него станет большой проблемой переманить в Коноху хотя бы одного ниндзя из клана, даже если до этого сошелся в битве. Добавить сюда мои возможности в фуиндзюцу, с помощью которых можно уменьшить или решить проблему минусов природного кеккей генкая и всем будет выгоднее сотрудничать, чем пытаться силой получить желаемое.

— Хмм… я подумаю, что можно сделать, Рью-кун, — сразу уловил мой посыл саннин и прищурившись, спросил, — и как понимаю — в исследованиях ты намереваешься участвовать полностью, а не только в качестве консультанта.

Я одарил его соответствующим взглядом — да кто откажется от возможности применять природную чакру без обычных рисков, даже если имеются не смертельные побочные эффекты, почти наверняка решаемые или уменьшаемые! — и даже не удостоил ответа на провокационный вопрос.

— Ку-ку-ку… не надо на меня так смотреть, Рью-кун, — усмехнулся Орочимару своей фирменной улыбочкой, успокаивающе подняв руки, — я понял и буду держать тебя в курсе событий, но это все планы на несколько месяцев вперед, когда схлынет накал послевоенного времени, а пока…

Он взял со стола и протянул мне по одной колбе с плотью и кровью.

— … у меня достаточно образцов для исследования и другой взгляд будет не лишним.

Еще бы время на это найти! Но образцы я взял и запечатал в один из свитков, что постоянно таскал с собой даже в официальных клановых одеждах. Выдастся свободная минутка и можно утолить любопытство, предвкушая возможность обследовать живой экземпляр неизвестного кеккей генкая.

Глава 23

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Рью Нара

Работать и общаться с змеиным саннином всегда было настоящим удовольствием, как бывает только с человеком, что находится на равном уровне интеллекта и развития, полностью разделяя твои интересы, идеи, в отличие от подавляющего большинства Сейки Бутай (постоянные войска) Конохи, найти с которыми общие темы для разговора мне весьма сложно, за исключением типичного обсуждения циркулировавших в нашей среде слухов. Как постоянный объект последних, я старался меньше углубляться в это мутное болото, оставив женщинам вылавливание полезных крупиц информации, но простую жизнь других ниндзя понимал, не ставя в вину — обычный люд существует сегодняшним днем, не смотря далеко вперед, ведь уже завтра на миссии может не повезти и получение теоретических знаний вместо дополнительных тренировок не поможет избежать клинка нукенина, став калекой или навсегда улегшись в землю.

Пожалуй, общество ирьёнинов наиболее близко к моим интересам, хоть и них имеет свои заморочки — некоторые идеи просто опасно поднимать из-за сложившихся стереотипов и скрытной природы ниндзя, неизменно накладывавшей отпечаток, а видимые успехи и проработка новых идей всегда ведёт к появлению большого количества завистников, неминуемо начинавших интриговать против выделившегося из серой массы «умника». Люди везде одинаковы, владеют они чакрой или нет.

Все это уже проходилось при службе в госпитале, хоть я и пытался пропускать данные нюансы мимо сознания, больше сосредоточенный на получении знаний и защищенный клановым статусом. Тем не менее, равное общение, когда душой отдыхаешь в обществе себе подобного и не приходится особо следить за высказываемым мнением по тем или иным темам, всегда оставляло меня в приподнятом настроении и способствовало повышению работоспособности, когда возникавшие проблемы решались намного быстрее, не вызывая желания все бросить и сжечь.

Благодаря этому, переработка функций свитка призыва, двойную печать которого я стремился связать с диагностической частью с Ияку Фуин, чтобы не плодить повторяющиеся функции, что уже нанесенные на далеко не бесконечную в плане места кожу шиноби, продвигалась семимильными шагами, одновременно позволяя мне получить больше опыта в создании комплексных фуиндзюцу. Слава Ками, Узумаки сотни лет улучшали свое искусство и выстроенная ими система обучения уже тяготела к общей стандартизации, облегчая подсоединение новых «схем» к уже созданным, но оставляя очень большое пространство для воображения мастера и здорово в этом отношении смахивала на сборку конструктора, где «начинка» может быть какой угодно, но «крепления» подходят друг к другу.

Казалось бы, откуда проблемы, ведь готовый пример имеется, бери да копируй с небольшой поправкой по необходимой задаче, но не все так просто. В отличие от классического свитка призыва, который в действие приводится с одной стороны человеком, куда и притягивается в одностороннем порядке подписавший, здесь «курок» находится на контракторе, без непосредственного участия призывателя. Необходимо направить мгновенный импульс, имитируя участие последнего для механического запуска процесса перемещения смертельно раненного ниндзя и уже после этого, срабатывает основная функция, что в несколько раз увеличивает сложность печати.

Да, у меня имелся комплекс печатей Таначи но Зентай (Единое Целое) для связи с копиями и перекачивания чакры в обе стороны, использовавший одинаковые принципы работы с пространством и пожалуй, способный функционировать даже через пространственные барьеры соседних измерений, не говоря про подавляющее большинство созданных человеком, но встраивать его большую часть в создаваемую фуин только из-за необходимости отправить простой импульс активации, это заколачивание гвоздей микроскопом и создание себе лишней головной боли, когда дело дойдет до введения в эксплуатацию. По очевидным причинам — чем сложнее, фуин, тем дольше создание и больше затраты. Первое правило хорошего мастера печатей — не усложняй там, где этого не требуется.

После однообразного клепания сотен и тысяч простых печатей на продажу, пусть и с помощью каге буншинов, кропотливая и заставлявшая активно шевелить мозгами работа внушала большой энтузиазм, несмотря на откровенно неприятные эстетически испытания с подопытными. Использованные для отработки свинки — именно на этих животных оказалось легче всего наносить фуин, когда брать пленных ниндзя просто не имело смысла — регулярно превращались в кровавый фарш ошметков и только возведенные барьеры с отработанной системой утилизации внутри, позволяли не отвлекаться от работы, на ходу ища ошибки и внося изменения в те участки, что срабатывали неправильно.

Более-менее работоспособную версию нового комплекса печатей, остававшегося пока безымянным, я получил уже через несколько дней напряженной работы, выкраивая в своем плотном расписании небольшие отрезки времени и иногда полностью жертвуя сном. Так как масштаб испытания проводились только в пределах подвала, на расстоянии нескольких метров, в то время, как предполагаемое расстояние будет составлять десятки, сотни и тысячи километров до Конохи — в зависимости от параметров взятой миссии, способной завести на край мира — для преодоления которых потребуется не только идеальная калибровка запуска печати, но и большой запас чакры, чтобы вытянуть целиком, не по частям, до готовой версии еще далеко.

Собственно, единственное, что оказалось просто и не потребовало от меня значительных умственных усилий — сделать автоматическое запечатывания перемещенного тела. Все сделано до меня и Фуунюо но Дзюцу (Заключающая Техника) как раз предназначена для помещения в свиток объектов на определенном объёме пространства, когда перетаскивать и перекладывать груз на нарисованную на бумаге печать неудобно. У меня в библиотеке уже имелась соответствующая версия техники. Дорисовать к ней стандартную сенсорную печать с функцией оповещения не составило труда. В конце концов, никакой ирьенин не будет караулить сутки напролет, в ожидании, когда случится срабатывание и придется спасать смертельно раненого шиноби. А так, использование свитка не только решит вопрос со своевременной транспортировкой в соответствующие учреждения для родных, но и выиграет для пациента лишнее время для оказания немедленной помощи.

Заняться дальнейшими испытаниями новой фуин уже на значительных расстояниях я планировал позднее, когда разберусь с тем валом дел, что требовал моего немедленного внимания. В обширный список входило не только внимание семье и родственникам — не забыл я и обещания одной аловолосой особе со вспыльчивым темпераментом, несмотря на то, что примерная дата свидания оказалась далеко позади. Да, джинчурики является последним аргументом селения и соответствующе оберегается, но при той загруженности даже бойцов Анбу — не говоря про всех остальных — что имелась сейчас в функционирующих силах Конохи, Кушина не вылезала с миссий подобно Орочимару и уматывалась в хлам, надежно отсекая мысли о романтике. Первая возможность цивилизованно провести время вдвоем вне её дома — покувыркаться в кровати мы успевали достаточно — подвернулась только спустя три недели, когда куноичи получила пару дней отдыха и успела выспаться.

Одев штаны и рубашку по последней моде столицы, выгодно подчеркивавшие фигуру, но не липнувшие к телу, чтобы мешать свободе движений, я перед зеркалом зачесал гриву алых волос до лопаток назад и стянул в тугой хвост на затылке, перехватив металлическим зажимом. Еще раз осмотрев себя, сверкнув белоснежной улыбкой и убедившись, что выгляжу неотразимо, довольно кивнул себе и взглянул на часы — до двух часов оставалось двадцать минут, но чему я научился за две жизни, так это необходимости являться на свидания раньше партнерши. Цветы, небольшой подарок и все остальное для проведения досуга на природе, давно находились в свитке/печати на руке, и я стремительно покинул дом, уже через пару минут стремительного перемещения по крышам, заходя в квартал Сенджу и следуя по много раз хоженой дороге.

Окна комнаты Кушины выходили как раз на нужную сторону, чтобы заранее заметить мое приближение, так что я не стал даже подниматься на крыльцо, устроившись на скамеечке в саду и отлично ощущая, как ускорил метания знакомый источник чакры, слегка улыбнулся и приготовился к ожиданию. Против ожидания, не долго — куноичи оказалась готова даже раньше назначенного времени, выпорхнув на улицу без пяти минут. Простенькое желтое платье с открытыми плечами, серьги с изумрудами, что подарил год назад, заплетенные в косу волосы, сандалики на босу ногу и неизменный подсумок на бедре… девушка выглядела чудо как хорошо! Легкий налет макияжа, почти незаметный даже внимательному взгляду, только дополнял картину, и я на какое-то время застыл на месте, пожирая красавицу взглядом. Только когда на щёки Кушины начал наползать румянец, и она не характерно потупилась в смущении, опомнился и поспешил навстречу, жестом фокусника достав из печати на руке букет алых роз.

— Восхитительно выглядишь, Кушина-чан, — произнес в общем-то банальный, но от того не менее искренний комплимент, вручая цветы.

Небольшое предварительное стимулирование растений с использованием подкормки вызвало шикарный аромат в дополнение к отличному внешнему виду, пришедшихся куноичи по душе, судя по глубокому вдоху и легкой улыбке.

— Спасибо, Рью-кун, ты тоже отлично выглядишь, — прошлась по мне оценивающим взглядом девушка, удовлетворенно кивнув, — что у нас сегодня будет?

Как-то так вышло, что именно я предлагал, где и как проходили наши свидания, таская по различным уютным кафешкам с отличной едой — консультация Акамичи всегда в точку — и интересным местам селения с ближайшей округой.

— Пикник на природе — в лесу Нара имеется много чудесных мест, а погода как раз располагает для неспешной прогулки, — ответил ей.

Несмотря на приближавшуюся зиму, день действительно выдался очень удачный — ни одного облачка на небе, довольно тепло, чтобы не замерзнуть в легкой одежде даже обычным людям, сухо и почти нет ветра. Обычно, в это время года часто идут дожди или просто пасмурно, а под ногами грязь. Не преграда для ниндзя, но явно не та погода, когда хочется выбраться на природу и мокнуть насквозь о не просохшую зелень от вчерашнего ливня.

— Тогда чего мы ждем, даттебане! — воскликнула куноичи и с энтузиазмом ухватив меня за руку, потянула к выходу из квартала.

Лес Нара находился за стенами Конохагакуре но Сато, так что выбравшись из застроенного центра мимо общественных тренировочных полигонов, мы сделали небольшой крюк, и вышли к малым воротам, через которые покинули селение без всяких проблем, благодаря вполне для стражей Анбу узнаваемой внешности. На самом деле, Сенджу находились ближе к нужному участку лесного массива ближе, чем мой клан, застолбивший землю почти в самом центре Конохи. Многие годы собирая медицинские травы, коренья и прочие дары природы, Нара уже протоптали вполне широкую и удобную дорожку, по которой мы и неторопливо шагали, наслаждаясь трелями птиц и шелестом листвы. Несмотря на то, что большая часть Страны Огня покрыта лесом, ниндзя некогда любоваться окружающими красотами, вечно приходится куда-то торопиться и почти машинально высматривать опасность, а вот так наслаждаться выдается очень редко, почему я и выбрал подобный способ отдыха, ведя Кушину на одну укромную полянку, где в данный момент цвели какие-то поздние мелкие цветы белого цвета.

— Здесь здорово и так спокойно, — вздохнула Узумаки, осматриваясь вокруг, — никакого сравнения с парками Конохи, где даже вечером много народу.

— Именно поэтому миссии собирательства от клана пользуются большой популярностью у мужской части клана, — хмыкнул я и принялся устраиваться.

Предварительно установив невидимый барьер, конечно, скрывший от внешнего мира — нам же не требуются любопытные взгляды случайных Нара. Большое покрывало полетело на плотный ковер травы, следом корзинка с плотными закусками, несколько бутылочек вкусных настоек, коробки с пирожными. Все оказалось готово для проведения прекрасного дня с переходом в вечер. Спальные принадлежности в свитке тоже имелись. Рядом с прекрасной девушкой, что еще надо?

Глава 24

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Квартал Сенджу. Узумаки Мито

Слегка поморщившись от ощущения переноса, Мито Узумаки довольно кивнула, увидев так хорошо знакомые стены гостиной собственного дома в Конохагакуре и повернулась к большой серо-коричневой кошечке с толстым слоем шерсти и очаровательными кисточками на кончиках ушей.

— Спасибо, Шуя-чан, — чуть наклонившись, погладила куноичи призыв по голове, добившись короткого урчания.

— Рыбка, — прищурившись, напомнила названная.

— Конечно, я не забыла, — едва заметно вздохнула Мито и распечатала из всегда носимого с собой свитка, специального выделенного под награды, здоровенную треску почти метр длинной.

Рыбина не успела упасть на пол, как кошка рванула вперед со скоростью, которой позавидовали бы и чунины, ухватила добычу в воздухе и в тот же момент, исчезла в клубах дыма, возвращаясь в измерение призыва. Пусть соглашаясь работать перевозчиком чаще многих других, доступных для вызова аловолосой красавице, конкретно эта кошечка очень не любила находиться в Стране Огня дольше необходимого из-за толстой шубы, быстро делавшей пребывание весьма некомфортным даже в зимнее время.

— С возвращением, — появился из кухни каге буншин Узумаки.

— Что-то срочное? — озвучила оригинал дежурный с тех пор, как начала жить на две стороны, вопрос.

— Всё, как и месяц назад, — покачала головой вторая Мито, — ничего важно не происходило, кроме посольства от Такигакуре, требовавшего от Хокаге поймать им упущенного семихвостого биджу бесплатно.

— Пфф… а больше они ничего не хотят⁈ — против воли фыркнула Узумаки, одновременно испытав небольшое облегчение от возможности избежать получения новых воспоминаний за упомянутый отрезок времени.

Несмотря на применение соответствующей печати, уменьшавшей нагрузку на разум при развеивании клона-долгожителя, ничего приятного не имелось в обладании сразу двумя комплектами воспоминаний за один отрезок времени. Мито лишь догадывалась, как Рью-кун мог постоянно использовать большое количество клонов на долговременной основе и не ощущать никаких негативных эффектов от этого — единственные, кто работал с разумом в Конохе, это Яманака, но она обоснованно сомневалась, что блондины допустили даже союзников до чего-то серьезного из клановой библиотеки. Или мозги Нара и не такое переварят, что не доступно Узумаки?

— Кушина на миссии? — отбросив досужие мысли, спросила куноичи.

Уж почувствовать девушку в доме не составит проблемы и полному бездарю в сенсорике, а она могла ощутить джинчурики и за несколько кварталов по негативным эмоциям от Кьюби.

— Кушина-чан на свидании с Рью-куном.

Прозвучавший ответ заставил Мито задуматься — в свете последних изменений в Узушиогакуре, связь Кушины с молодым мастером печатей уже не виделась настолько положительной, как казалось ранее. Привязанность может оказаться слишком сильной, чтобы принять правильное для клана решение. Естественно, никто не будет неволить девушку — пытаться указывать без последствий джинчурики сильнейшего биджу могут только идиоты или очень самоуверенные люди, что является почти одним и тем же — потому что тогда придется забыть о своём джинчурики лиса на ближайшие полтора десятка лет, как как она не собиралась вновь взваливать на себя подобную ношу. Оставалась надежда на родственную связь и подробное разъяснение позиции Узумаки от нового Узукаге без всяких прикрас.

Пусть и с некоторым трудом, но ей удалось вбить в упрямую голову Кушины необходимость разбираться в хитросплетениях подводных течений Конохи и борьбы за место под солнцем основных участников, как и общую картину отношений разных селений ниндзя, поддерживаемых собственными странами. Для относительно независимой — благодаря родственным связям — джинчурики, стать пешкой в руках имеющих власть является непозволительной роскошью. Мито этот этап прошла благополучно благодаря личной силе и мужу, но после ее окончательного возвращения на остров, у подопечной окажется куда меньше возможностей, чтобы окоротить глав кланов и Хокаге, при самом неприятном развитии событий.

Размышления о том, что может и не может произойти, вырвали из уст опытной куноичи тяжелый вздох — принятое Хирузеном решение о предательстве давнего союзника создало очень много сложностей не только для Листа, но и Водоворота, потерявшего столетиями поддерживавшиеся торговые связи и очень немалое влияние в мире, не говоря об огромных богатствах, что хранились во внешнем мире с верными людьми или вложенные в различный бизнес. Пусть полного уничтожения удалось избежать, благодаря своевременно доведенной информации, но исчезновение острова на долгие годы не прошло даром.

Как показала практика, абсолютно верных людей не бывает, даже если имеются кровные связи, а без надежного способа связи и отсылки подкреплений, враги имеют безусловное преимущество в деле зачистки следов Узушио. С появлением плит перемещения, у Узумаки только год с лишним ушел на выяснение судьбы большинства активов и последующей зачистки предателей, решивших, что можно не только продать врагу остававшихся вне Узушио членов клана из простых людей, но и присвоить себе чужое имущество. На фоне напряженных отношений в мире и новой масштабной войны, многое удалось сделать незаметно и спихнуть на происки «врагов».

А ведь что стоило обезьянышу просто предупредить заранее о сговоре Киригакуре но Сато с Кумогакуре но Сато для уничтожения Узушио, честно сообщив, что при вырисовывавшемся раскладе четверо на двух, у Конохи просто не будет сил для достаточной помощи союзнику, без немедленного поражения воспользовавшимися отводом большей части войск Ивагакуре и Сунагакуре. Да, последние сражались и между собой, воюя на два фронта, но Великие Селения на то и великие, что умеют ставить приоритеты. Да, результат скорее всего, почти не изменился, разве что в большую сторону урону врагам, но сколько можно было бы сохранить жизней, не успев в спешке эвакуировать всю широко разбросанную по миру кровь клана! Обычные мирные жители, никогда не державшие в руках оружие, мало что могли сделать против развернутой врагами охоты, и разведчики множество раз находили руины там, где раньше жили отдельные семьи Узумаки. Отношение в клане к смерти отличается от общепринятого в мире, покровитель Шинигами тому свидетель, но это не значит, что убийство родных будет проигнорировано и не отомщено.

Мито так же отдавала себе отчет в том, что старики в руководстве Узушио вполне могли принять решение об эвакуации острова до момента неминуемого нападения без применения прощального подарка против облачников и туманников, оставив Коноху один на один с четырьмя армиями просто ради гарантированного выживания клана и с этой стороны, действия Сарутоби имели под собой веские основания, но история высечена в неуничтожимом камне и сейчас не имеет смысла гадать, как повернулась бы ситуация.

Тем не менее, получив доступ к документам о истинном положении дел не так давно и осознав истинный масштаб урона вековым усилиям Водоворота по увеличению влияния на мировом уровне, не говоря о сопутствующих смертях, что нанесло предательство союзников, Мито пожалела об упущенном шансе задать трепку хитрожопым ученикам Хаши-куна, как только полноценно восстановилась от извлечения и перезапечатывания Кьюби. Лист и сам многое потерял, лишившись поддержки мастеров печатей — потери от двух последних масштабных войн наверняка оказались бы куда менее серьезными. Даже при всём старании, один Рью Нара не способен заменить пару десятков мастеров, что работали в квартале Узумаки, подмяв под себя только торговлю наиболее элитному сегменту Сейки Бутай, что достаточно богаты для закупки качественными печатями по очень значительным ценам, вроде джонинов или пользовались финансовой поддержкой клана, а остальное отдав на откуп местным «специалистам».

— Чаю? — отвлек от тяжелых мыслей каге буншин с понимающей улыбкой, — Кушина-чан скоро будет.

На границе чувствительности действительно появилась упомянутая личность, излучавшая буквально море позитива и счастья, даже несколько заглушавшие удерживавшегося в печати биджу.

— Пожалуй, — согласилась куноичи, отметив поставленный на столик сервиз на двух персон, небольшие вазочки с вареньем, конфетами и печеньем.

Копия так же не забыла достать свиток для собственного запечатывания и спустя несколько секунд, в гостиной сидела одна Мито Узумаки, медленно потягивая из кружки ароматный напиток.

Хлопнула входная дверь и в коридоре показалась слегка растрепанная джинчурки, тепло улыбавшаяся уголками губ и буквально сиявшая изнутри. Чем она занималась совсем недавно, можно было даже не гадать и старшей Узумаки даже стало немного жаль, что придется нарушить внутреннюю гармонию подопечной, заставив совершить очень тяжелый выбор, о котором она все равно будет жалеть, какую бы сторону не решила занять.

— Мито-ба-чан⁉ — удивленно воскликнула куноичи, почти на рефлексах бросив опасливый взгляд в окно, за которым уже давно потемнело, — Ты меня ждешь?

Да, она являлась уже взрослой девушкой, прошедшим тяжелую войну полноценным джонином, и сама могла решать, где и с кем проводить свободное время, но давние привычки очень тяжело изживаются, особенно, когда родственница и не думает прекращать поучать по любому поводу и без, пользуясь подавляющим превосходством в силе, опыте и возрасте.

— Жду, — подтвердила старшая Узумаки, отставив в сторону чашку и усилием воли подавив желание подтрунить над ней — не время, — тебе передали письма из Узушио.

Кушина на мгновение замерла, а после чуть не засверкала глазами в приступе энтузиазма.

— Мама с папой⁈ — воскликнула она, прижимая руки к груди и почти нависнув над родственницей, мгновенно переместившись несколько метров.

Пусть связь через призывов не являлась постоянной и уж точно не афишировалась для широкой общественности Конохи, но Мито вовсе не была против, чтобы очень юная подопечная получала весточки из дома, уменьшая сердечную боль от расставания с семьей и писала в ответ хотя бы несколько раз в год, поставив условием полную секретность даже от лучшей подруги, не говоря об остальных знакомых и товарищах. Сейчас, данное решение могло сыграть решающую роль.

— От них и не только, — легкое движение и в руке старшей куноичи появилась пара свитков, один из которых был запечатан узнаваемой печатью Узукаге, которые она протянула девушке, — жду тебя здесь.

Официальное послание чуть притушило радость Кушины, но это не помешало ей резким движением выхватить свитки и умчаться к себе в комнату. Проводив джинчурики пристальным взглядом, вдова первого Хокаге принялась считать про себя три минуты, спокойно продолжив пить чай — зная подопечную как облупленную, она могла просчитать дальнейшее развитие событий без особых проблем. Ровно через три минуты, раздался топот ног и Кушина влетела в гостиную с развевавшейся гривой волос, разделившейся на девять частей.

— Ба-чан! — потрясая свитком со взломанной восковой печатью, воскликнула она, — Что это такое⁈

Еще недавно светившиеся счастьем глаза были широко раскрыты, лицо побледнело, а между нахмуренными бровями образовалась складка.

— Послание главы Узумаки члену клана, — хладнокровно ответила Узумаки Мито, изящно приподняв брови, — которым ты по-прежнему являешься и никогда не переставала быть, несмотря на уникальные обстоятельства.

— Но… но это же предательство Конохи, даттебане! — уже более тихо пробормотала джинчурики.

— Можно ли назвать предательством соблюдение интересов клана, если бывший союзник первым разорвал все соглашения? — покачала головой старшая куноичи.

Глава 25

Закусив губу, Кушина опустила взгляд. Приказ на возвращение в клан свалился как снег на голову и сейчас куноичи находилась в полном раздрае чувств. С одной стороны, это была возможность впервые за много лет вернуться домой, наконец обнять родителей, братьев и младших сестер, что родились за время ее отсутствия, ведь фотографиями не заменить живое общение. К тому же, несмотря на годы, проведенные здесь и все усилия ба-чан с Рью-куном, Коноха так и не стала для нее настоящим домом, а негативная слава джинчурики только усиливала барьер, что отделал от обычных ниндзя и всего одна настоящая подруга тому подтверждение.

С другой стороны, большую часть своей жизни младшая Узумаки провела именно в Конохе, знала много людей и пользовалась заслуженным уважением со стороны прошедших с ней войну коллег, а в далеком будущем должны была унаследовать место в совете после Мито, хоть и не придавала этому большого значения. В Узушиогакуре же она будет еще одной куноичи, не доказывавшей свою силу в бою на протяжении последних лет, не имевшей заслуженную репутацию и известной лишь в качестве Силы Человеческого Жертвоприношения, призванной сдерживать Кьюби. Кушина была вовсе не уверена, что сможет пройти уже проделанный путь повторно, несмотря на поддержку семьи, почти забытой за прошедшие годы.

— Едва ли Коноха так просто отпустит джинчурики, если я подчинюсь и самовольно покину селение, — вздохнула аловолосая девушка и плюхнулась в кресло напротив старшей родственницы, — меня тут же объявят нукенином и начнут охоту.

— После предательского разрыва союза, мало кого волнует мнение коноховцев, особенно, ничем не подкрепленное, — пренебрежительно фыркнула Мито и пояснила на вопросительный взгляд подопечной, — Хаширама-кун в своем великодушии не удосужился документально оформить, какой деревне какой биджу принадлежит, когда раздавал их как пирожки и учитывая мой статус представительницы Узушио, который никто не отменял, официально, клан Узумаки не возражал о нахождении своего имущества у союзников — ведь это я спеленала и запечатала в себе девятихвостого лиса во время сражения патриархов Сенджу и Учиха, пусть и в интересах Конохи, а не кто-то другой.

— Ничего себе интерпретация, — озадаченно поскребла затылок Кушина, на мгновение забыв мысли, что тяготили ее мгновение назад, — но ты же жена первого Хокаге и принадлежишь к клану Сенджу.

— Если бы все оказалось так просто! Как ты думаешь, почему мой официальный титул — принцесса Узумаки, а не принцесса Сенджу и главой клана Основателей сейчас является Тока-чан, несмотря на то, что она не проходила соответствующего обучения и намного слабее в бою? — изящно вздернула бровь женщина.

— Я не знаю, — не постеснялась прямо признаться Кушина, с интересом подаваясь вперед.

Несмотря на некоторое отвращение к «грязному белью» под ковёрной возни, любопытство и сплетни оставались ее слабой стороной, как и почти у каждой женщины.

— Клановая политика во всей красе — Тобирама опасался не только Учих, но и активно старался ограничить мое влияние на свой клан, сделав все, чтобы я формально не могла унаследовать власть, в отличие от детей, а Хаширама-кун был слишком далек от понимания настоящей политики, действуя из лучших побуждений и просто не задумывался о таких нюансах, многое оставив брату на откуп, — Мито эмоционально взмахнула руками и сморщила носик, как будто учуяла нечто отвратительное, — даже место в Совете Конохагакуре принадлежит мне исключительно из-за огромной личной силы, почти равной Богу Шиноби и в качестве реверанса в сторону союзников.

— Э?..

— По логике вещей, именно я должна править в клане после смерти второго брата Сенджу, — с ноткой горечи искривила губы в сардонической усмешке хозяйка дома, — но даже этот дом принадлежит клану Узумаки как союзникам, но земля под ним арендована, личные дома и лавки других членов клана не в счет.

— Гах, как все сложно! — воскликнула джинчурики, обмякнув в кресле и яростно дернув за кончик не расплетенной после свидания косы, перекинутой через плечо.

— Добро пожаловать в большую политику кланов, не сильно изменившуюся после образования селений ниндзя, когда даже очень близкие союзники вынуждены оглядываться через плечо — Узумаки почти заплатили за свою беспечность непомерную цену, — тяжело вздохнула Мито, — что касается объявления нукенином, то не посмеют — по условиям договора, подписанного Третьим Хокаге, Кушина Узумаки не является ниндзя Конохи.

— Договор, по которому я попала сюда? — недоуменно нахмурившись, спросила названная куноичи.

— Да, и в нем черным по белому прописано то, что клан обязуется предоставить своего члена с особой чакрой в роли представителя клана и для удержания Кьюби, но нет ни слова о прямом переходе этого ниндзя в Сейки Бутай союзника, как и множества других Узумаки, что жили и работали здесь, — Мито покачала головой и вздохнула, — все в рамках союзного соглашения, заключенного в момент основания Листа, когда именно Узумаки выступили гарантом мира между давними врагами.

Переговоры о новой джинчурики начались очень своевременно для «союзников» — как раз в тот самый момент, когда разведка Анбу должна была доложить о подозрительных шевелениях Кумо с Кири. Несмотря на множество «уступок», на которые пошли дипломаты Листа для обретения желаемого, в случае уничтожения Узушио, договор стоил бы меньше бумаги, на которой оказался написан и Сарутоби Хирузен явно рассчитывал получить очень многое, кроме ослабления сразу двух вражеских селений. Но сейчас, когда Узушиогакуре уцелела, новый Хокаге не сможет просто так проигнорировать официальный документ — стоит всем неприглядным обстоятельствам выплыть наружу и даже сильнейшее селение долго не сможет оправиться от подобного удара по ранее безупречной репутации, а враги не упустят шанса еще больше раздуть скандал и отжать клиентов.

— Но ба-чан, почему ты об этом ничего не говорила?

Раньше не задумывавшаяся о подобных нюансах отношений с союзниками и подоплеки собственного пребывания в селении, Кушина оказалась растеряна и подавлена. Несмотря на умение разбираться в хитросплетениях политики на базовом уровне, что необходим для наследницы клана, характер куноичи был слишком прямолинеен, чтобы иметь терпение для чего-то большего. Она предпочитала решать все проблемы методом кулака, когда это было возможно или только в случае провала включала мозги.

— Потому что после прибытия тебе предстояло жить в Конохагакуре еще долгие годы, если не всю жизнь и выкладывать полный расклад маленькой девочке, чтобы она после этого воспринимала всех вокруг врагами, не имело смысла, — просто ответила старшая куноичи, чуть смягчив выражение лица, — судьба джинчурики сама по себе не завидная, а лишнее знание только сделало бы все хуже.

Скривившись, Кушина нехотя кивнула, признавая правоту собеседницы — зная то, что узнала сейчас, она вела бы себя совсем по-другому, не говоря о том, что имея надежду вернуться, будет очень тяжело её лишиться. Некоторое время, женщины просто молчали, думая каждая о своем и потягивая из кружек ароматный напиток. Мито специально заварила чай с травками, оказывавшими успокаивающее воздействие — как раз для тяжелого разговора.

— А что будешь делать ты? — нарушила тишину младшая Узумаки, поднимая взгляд на собеседницу.

— Естественно, вернусь в клан, независимо от твоего решения, — невозмутимо ответила вдова первого Хокаге, — отдав Листу долгие годы жизни и потеряв всех детей раньше срока, меня здесь мало что держит.

— Как будто так просто сделать выбор, даттебане, — в кружку проворчала девушка, — а как же Тсунаде?

— Естественно, подчиниться или нет, это только твое решение, и никто указывать тебе не будет, даже я, но у каждого решения имеются свои последствия, — чуточку мрачно заявила старшая куноичи, но развивать тему не стала, ответив на вопрос, — у Тсунаде-чан давно своя жизнь и отношения между нами далеко не радужные, а со скорым становлением матерью, на вечно ворчливую бабку и вовсе не останется времени.

— Тсудане-сан беременна? — изумилась Кушина, даже на мгновение позабыв о своих проблемах, — О кого и когда успела⁈

— Если не заметила, Куши-чан, то у нее уже выделяется растущий живот, — насмешливо хмыкнула старшая куноичи, — а от кого — можешь поинтересоваться сама.

— Нет уж, спасибо, обойдусь, — замотала головой джинчурики.

Принцесса Сенджу была на ножах с Рью-куном и подобное отношение частично перешло на нее, так что лишний раз попадаться на глаза, тем более с деликатными вопросами, было чревато насмешками и издевками. Учитывая имевшуюся разницу в силе, даже вспыльчивый характер Кушины не мешал осознать, что ей подотрут пол без использования силы биджу, перейди разборки из словесных в физические.

— Возвращаясь к нашему разговору — твое исчезновение особо не повлияет на Конохагакуре в плане боеспособности, если беспокоишься за подругу и соратников, ведь сейчас селение на пике силы со времен правления Хаширамы-куна и такого количества бойцов эС-класса не имелось даже тогда, — отставив пустую чашку в сторону, Мито прямо посмотрела на подопечную, — к тому же, в подвалах Анбу сейчас обитает джинчурики Ивагакуре и не думаю, что у Хокаге имеются планы вернуть его на родину.

Закусив губу, Кушина отвела взгляд, понимая, на что намекает собеседница — будет произведено перезапечатывание биджу и в ближайшем будущем у Листа появится новый джинчурики.

— Но в Узушио не будет Рью-куна, знаешь ли! — раздраженно выпалила куноичи.

— Ну вот мы и добрались до основной причины твоей нерешительности, — понимающе улыбнулась Мито, до этого старательно избегавшая упоминания юноши, — вот только Рью-кун подписал контракт призыва с пантерами и по окончании испытательного срока, сможет без проблем посещать Узушио.

Девушка слегка порозовела, но возражать не стала.

— Узукаге не обозначил сроков, — предпочла она уйти от обсуждения дел амурных.

— Потому что без твоего согласия и участия, не имеет смысла разрабатывать план эвакуации, — пожала плечами старшая Узумаки.

— Сколько у меня имеется времени? — закусила губу девушка.

— Никто тебя не особо торопит, так что думай, решай, — слегка улыбнулась старшая Узумаки, — но дольше пары месяцев оставаться в Конохе я не собираюсь, к тому же…

— К тому же… что? — нахмурилась джинчурики, с подозрением взглянув на собеседницу.

— … по завершении этой эпопеи, для тебя всё может изменится к лучшему, — решила прямо намекнуть подопечной Мито, с удовольствием наблюдая усиленную работу мысли, отражавшуюся на лице девушки сменой одного выражения за другим.

— Узукаге задумал какую-то интригу с Конохой и меня используют в качестве разменной монеты, — подозрительно прищурившись, выдала Кушина после минутного молчания.

— Ну что ты, Куши-чан, ты семья и очень ценный член клана, а не разменная монета, — слегка возмущенно покачала головой хозяйка дома, — разве разменной монете позволят что-то решать, напрямую влияя на политику целого клана.

— И почему меня не покидает ощущение, — тяжело вздохнув, подняла взор к потолку девушка, — что меня где-то дурят.

— Иногда, ощущение — это всего лишь ощущение.

Поставив точку в разговоре, Мито подхватила поднос с посудой и удалилась на кухню, оставив подопечную сидеть в глубокой задумчивости.

Глава 26

Хо но Куни. Предместья столицы Хо но Куни. Канпеки нингё Хироши

Пусть добираться через пол страны с кучей раненых в телеге означало плестись неимоверно медленно даже для самого слабого ниндзя, но не быстрый, выносливый ослик справился со своей задачей и отряд наемников-калек наконец добрался до предместий столицы, где находилась база военных сил довольно знаменитого аристократа. Нет, при желании, канпеки нингё мог взять нару не способных самостоятельно передвигаться подчиненных на закорки, нагрузить остальных на здоровых и за сутки добраться до цели. Вот только, за время службы у ниндзя накопилось внушительное количество персонального имущества/трофеев, которое жаба давила просто бросить или продать за бесценок в ближайшем городке или деревне.

Никто из отряда не обладал достаточным богатством, что покупать свитки для переноски вещей, намного подскочивших с исчезновением Узумаки в цене за пределами Великих Селений, имевших своих мастеров. Собственным умением в этом направлении искусства ниндзя, Хироши светить не собирался даже перед полностью преданными людьми — слишком уж редко можно встретить специалиста среди нукенинов. Такие личности очень быстро находят себе покровителей, не смешиваясь с основной толпой наемной швали, да и одинаковость умений канпеки нингё может навести на соответствующие подозрения наблюдательного человека, учитывая, что персональная сила не даст долго находиться в безвестности. Лучше не рисковать, давая зацепки.

Неспешное передвижение по укатанным до каменного состояния дорогам с частыми остановками, отличная погода и доступность отличного питания в часто попадавшихся населенных пунктах позволили не только обеспечить раненым должный комфорт, не только избежав ухудшения состояния и поставив на длинный пусть выздоровления, но и дав время на отдых. После череды постоянных боев с кумовцами, отряд в этом отчаянно нуждался. Хироши вполне отдавал себе отчет, что несмотря на проведение постоянных тренировок и случавшихся нападений на охраняемого, подчиненные за прошедшие годы здорово расслабились на тепленьком местечке, отучившись постоянно жить на острие куная и закономерно за это поплатились, когда преимущества оказались на стороне врага. В отличие от молодых чунинов, два самых опытных бойца отряда обладали куда большим жизненным опытом и не попали в подобную ловушку, постоянно находясь настороже даже в защищенном месте и поэтому, не получили во время недавних сражений ничего серьёзнее нескольких царапин.

Канпеки нингеё надеялся, что общество более закаленных коллег пойдет подчиненным только на пользу, а система миссий, почти полностью скопированная Акирой с селений ниндзя, заставит конкурировать и держаться в тонусе ради получения стабильного заработка, даже если они решать остаться вместе. Естественно, сам джонин не собирался надолго задерживаться в гостях у клона — исключительно на время, которое потребуется упомянутому для проведения всех новых улучшений от Основы, что не в состоянии выполнить сам Хироши и привыканию к новым возможностям тела. Годы в спокойной обстановке не прошли даром, и он достиг поставленной почти сразу после «создания» цели — подтянуть резерв до уровня крепкого ниндзя А-ранга, не забывая о физическом развитии. Собственно, канпеки нингё в текущий момент соответствовал данному рангу по всем параметрам, кроме славы в среде наёмников и пользующихся их услугами клиентов, но последнее достигается исключительно с помощью выполненных миссий. Чем он и собирался заняться в скорости, сперва работая на Акиру, а потом и набрав собственную клиентскую базу среди двора Дайме. Несколько своевременных знакомств с помощью коллеги помогут построить достаточно заметную карьеру, чтобы иметь шанс привлечь внимание Курозецу.

Благодаря общим воспоминаниям через Таначи но Зентай (Единое Целое), джонин не только сносно ориентировался в окрестностях столицы, но и отлично знал, где находилась база наемников. Несмотря на то, что её было не так просто найти даже тем, кто знал, что она там имеется — несколько мастеров иллюзий относительно недавно навели площадное гендзюцу с помощью связанных свитков работы Узумаки (недавно появившихся на черном рынке), превратившее местность в еще одни владения зажиточного крестьянина. Пара подземных ходов позволяли наемникам возвращаться и уходить не привлекая внимания обычных людей, оказавшихся поблизости. То, что Акира выкупил довольно большой земельный участок, только способствовало этому. Естественно, против внимательных наблюдателей или обладателей додзюцу это сильно не поможет, но на это имеется два сенсора на постоянном дежурстве с задачей подобных личностей поблизости отслеживать.

— Что-то не похоже на оживленную базу наёмников богатого аристократа, — недоверчиво хмыкнул Араши, разглядывая несколько видневшихся издалека хозяйственных строений вокруг двухэтажного деревянного дома, огороженных низеньким забором и раскинувшимся вокруг огородами с садом.

Типичная картина для пригорода, снабжавшего Кейши свежей сельскохозяйственной продукцией, мимо подобных хозяйств отряд двигался почти три с лишним последних часа и лишь с десяток минут назад вдалеке то тут, то там стал появляться огороженные поместья аристократов и дворян. На этом фоне, находившийся в стороне от цели на несколько сотен метров комплекс зданий с вывеской горячих источников, вопросов не вызывал.

— Думаю, приблизившись, все станет ясно, — пожал плечами Хироши, решив не трепать зря языком, ведь спутники сами скоро все увидят, — ведь расположение мне дали верное.

— Ну-ну… — хмыкнул ронин, но замолчал.

Сам канпеки нингё не сомневался, что проблем не будет — Акира уже давно получил сообщение о вероятной дате его прибытия и собирался в этот день лично посетить базу, под предлогом исцеления накопившихся раненых. Собственно, приближение незваных гостей не осталось незамеченным хозяевами, так как видимость с главной дороги имелась отличная в обе стороны и по бокам двигавшегося отряда очень скоро появилось сопровождение, скрытно двигавшееся под землей. Даже с возможностями сенсора, засечь их оказалось далеко не просто, свидетельствуя о большом опыте ниндзя, наверняка из Ивы. Только когда стало окончательно понятно, что запряженная осликом телега двигается прямо к сокрытой территории, а не просто следует дальше, перед джонином шуншином появились два шиноби в стандартной черной экипировке.

— Стоять, — поднял ладонь перед собой невысокий боец с перечеркнутым хитай-те Суны на шее и металлическим веером на поясе, — кто вы такие и что здесь делаете?

— Я Хироши и это мой наемный отряд, — выступил вперед канпеки нингё, — здесь по приглашению о работе Акиры-доно, сделанному около года назад на приеме у Дайме страны Огня.

— Наемный отряд калек, скорее, — тихо фыркнул более молодой черноволосый боец с удивительно невзрачным лицом, но поймав прищуренный взгляд от напарника, согнал улыбку с лица и сделал вид, что нем как рыба.

— Это легко проверить, — коротко кивнул нукенин Песка.

Не дожидаясь приказа, болтливый джонин с пустой хитай-те исчез в небольших клубах дыма и буквально через минуту вернулся так же шуншином.

— Босс подтвердил сказанное и на вид, это тот самый шиноби, — доложил он старшему, — приказано принять и расположить по отработанной схеме, проверку босс проведет сам.

— Прошу следовать за мной и воздержаться от применения чакры до того момента, как подпишите официальный контракт найма, Хироши-сан, — невозмутимо произнес суновец и не дожидаясь ответа, зашагал вперед по дороге.

— Без проблем, — подтвердив согласие следовать озвученным правилам, Хироши последовал за ним, сделав знак своим сохранять спокойствие.

Свернув к крестьянскому хозяйству, отряд через пару минут пересек границу действия гендзюцу, наличие которой определил только Акаши и взору наемников предстал настоящий городской квартал, утопавший в зелени и с десяток тренировочных полигонов, вместо пустого поля.

— Вот это я понимаю удобства на уровне, — пробормотал самурай, явно удивленный тем, что удалось увидеть через широко распахнутые ворота и поверх мощного забора.

Несмотря на разгар дня, оказавшись на огороженной территории, Хироши несколько удивился количеству ниндзя, что просто прогуливались, общались компаниями, резались в какую-то игру, отдыхая под тенью деревьев на небольших лавочках или же оттачивали навыки на полосах препятствий, видневшихся за зданиями. Конечно, он не очень тщательно изучал воспоминания коллеги — куда важнее было усвоить новые знания и навыки от нескольких источников — но если около трех десятков бойцов просто расслабляются на виду, не считая тренирующихся и несущих охранную службу, то дела с персоналом у Акиры обстоят очень неплохо. Анбу Не в худшие свои годы столько не насчитывал, если верить изъятым у Данзо отчетам, что уже говорит о многом.

Собственно, не успел сопровождающий заняться размещением новоприбывших ниндзя, как из здания госпиталя появился аристократ собственной персоной, облаченный в костюм ирьёнина и с двумя куноичи за спиной. Только теперь почувствовав собрата, Хироши вопросительно вскинул брови — экранировка фуиндзюцу хоть и стала возможной, благодаря выходу Узумаки (как ходили слухи) на черный рынок, но по-прежнему оставалась безбожно дорогой. Впрочем, имея память Основы, трудно этим удивить, а вот тем, что Акира уже сейчас почти дорос до нижней планки эС-ранга по объему запасов чакры и наверняка не отставал по физическим, учитывая выбранное направление развития… Собственными ощущениями определить данный нюанс труднее, чем со стороны.

— Приветствую, Хироши-сан, — упомянутый шиноби сократил расстояние в пару сотен метров очень быстро, оставив позади охрану и даже не использовав ниндзюцу, чем только подтвердил догадки канпеки нингё, — я смотрю, прошлая миссия закончилась не очень удачно?

— Акира-сан, благодарю за приглашение, пришедшееся как раз к месту, — вежливо отвесил поклон наемник и слегка скривившись, ответил, — могло быть хуже, но продлевать срок найма я не стал, учитывая состояние подчиненных.

Жест на телегу был весьма красноречив.

— Ну ничего, раз до этого момента не померли, то скоро я поставлю твоих молодцов в строй, — улыбнулся ирьёнин и развернулся к суновцу, — Ризу-сан, все в порядке, размещай пополнение, ознакомь с правилами и распорядком, после чего ко мне на подписание бумаг.

— Будет сделано, Акира-сама, — отрывисто кивнул упомянутый шиноби.

На лица раненых чунинов отряда, напряженно прислушивавшихся к разговору с новым работодателем, медленно наползали облегченные улыбки, сменяя настороженную сосредоточенность и Хироши буквально чувствовал, как уходит напряжение парней, ощущавших себя бесполезными в последние дни. Ронин одобрительно хмыкнул и убрал руку от рукояти меча, до этого момента готовый выхватить оружие и прорубаться сквозь врагов при малейшем признаке опасности. До самого последнего момента, никто из подчиненных канпеки нингё не верил в слишком щедрое предложение, подозревая подвох.

Дело собрата не расходилось со словом и уже через несколько дней, все раненые оказались здоровыми и принялись восстанавливать физическую форму, а Хироши довелось на собственной шкуре попробовать достижения собрата в плане развития и результат оказался предсказуемым — поражение — хотя противоположной стороне пришлось для этого здорово выложиться. Зная стили друг друга и имея за плечами весьма солидный совокупный опыт, позволявший заранее предугадывать следующий ход оппонента, все решили физические характеристики и скорость реакции. Наблюдавшие схватку — в некотором роде показательную и необходимую для обоих клонов — нукенины и свободные ниндзя, что не находились на миссиях, остались в полном восторге и преисполнившись еще большим уважения к работодателю. Славы перепало и самому Хироши — среди наемников, имелись те, что находились на уровне Акаши, являясь по силе полноценными джонинами, но никто из них не мог похвастаться наградой в Книге Розыска больше Б-ранга.

Собственно, это была лишь первая тренировка из многих, лишь малая часть из которых случалась на публике — что может быть естественнее общения двух почти равных шиноби, использующих друг друга для оттачивания навыков? Под таким соусом, можно провернуть многое, не привлекая лишнего внимания, что и требовалось клонам.

Глава 27

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Рью Нара

Поисковая команда с Хьюга оказалась довольно эффективной и спустя две недели поиска, обнаружила предполагаемое место обитания Нанаби, запустив маховик событий. Только получив сообщение о выполнении миссии, с возвращавшимися бойцами, в Коноху поспешила и дипломатическая делегация Такигакуре но Сато, принявшись настойчиво стучать в двери кабинета Хокаге, чтобы оплаченную миссию эС-ранга приняли в работу немедленно. Естественно, далеко не радостный возвращению назойливых гостей, Сакумо сразу напряг подчиненных и вечером того же дня, ко мне в дом постучался масочник, вручив свиток с официальной печатью, где предписывалось явиться пред очи правителя селения к восьми утра следующего дня в полном обмундировании и готовым приступить к заданию поимки семихвостого биджу.

К счастью, несмотря на загруженность, я успел порыться у себя в библиотеке и найти подходящую для этой цели фуин — во время изучения Печать Четырёх Символов (Шишо Фуин) на животе Кушины, успел наклепать не только разные варианты на ее основе, но и несколько совершенно новых со схожим принципом действия, хорошо помня, с кем придется столкнуться носителям, но и принимая во внимание удобство тюрьмы, чтобы уменьшить негативное отношение пленников. Тетсу но Ори (Железная Клетка) нуждалась лишь в незначительной доработке, чтобы малолетний джинчурики мог получать бонусы от присутствия биджу до полного формирования кейракукей без негативных последствий и при этом не подвергался опасности потерять контроль при лавинообразном использовании силы пленника на максимальную мощность в семь хвостов, как это получилось с прошлым сосудом. Моя чакра сама по себе обладала свойствами подавления за счет плотности и сделать так, чтобы в печати имелся некоторый запас, использовавшийся в качестве предохранителя, когда предел прочности окажется преодолен, не составило большого труда.

После получения послания, я перешерстил имевшиеся записи о важных личностях и найдя досье на Фуу-чан, остался недовольным участью бедной девушки, выбранной на роль сосуда главой Такигакуре но Сато. У джинчурики и так жизнь не самая легкая, а окончить ее бесславно и так рано никому не пожелаешь. Многого я сделать не мог, но пожертвовав двумя часами сна, внес в Тетсу но Ори дополнительные функции маячка на основе резонанса парных свитков, позволявшего отследить цель на определенном расстоянии. Оставлять без наблюдения хотя бы ближайших сосудов я все равно не собирался. Пусть это еще больше увеличивало сложность разросшегося комплекса фуин, делая невозможным прямое перенесение на ручные печати, в отличие от той же Печать Четырёх Символов, но гравировка на сантиметровом листе чистого чакрометалла решила данную проблему. То, что стоимость прямоугольника пятьдесят на двадцать пять сантиметров составляла больше, чем мне обещали заплатить за использование этой самой фуин, никакого значения не имело.

Поднявшись в шесть утра и позавтракав с заранее предупрежденной Саей, я достал из закромов вещи, что были отложены как раз на чрезвычайный случай, одев не только обычное обмундирование, постоянно использовавшееся в поле, но и панцирь брони, что был полностью покрыт вязью гравировок, как внутри, так и снаружи, сияя чакрой. Прототип, создававшийся мной еще до войны, когда обучал команду девчонок и так никогда не доведенный до задумывавшегося эталона, тем не менее, способный выдержать удар Расенганом и Чидори в упор, отлично защищая верхнюю часть туловища. Дополнительный вес на этом фоне являлся приемлемой ценой и при моей силе, скорость не снижал, лишь самую малость сковывая движения.

Только на сбор различных расходников ушло около полутора часов, хвативших бы на двух биджу или маленькую армию ниндзя, но интуиция отчетливо сигнализировала, что простой прогулки не будет, особенно против противника, имевшего подавляющее воздушное превосходство — единственная встреча с Нанаби оставила после себя неизгладимые впечатления и пока я не научусь летать не хуже, лучше проявлять крайнюю осторожность. Убрать в свиток артефактную плитку металла было невозможно, так что пришлось брать ранец, куда ее и складывать, предварительно зафиксировав креплениями, чтобы при беге тяжелая болванка не дубасила по спине.

Попрощавшись с ма и к тому времени поднявшейся семьей, я поспешил к башне Хокаге, предпочтя явиться ранее назначенного срока — зная змеиного саннина, он поступит так же, несмотря на то, что наверняка не в восторге от назначения моим телохранителем с неопределенными временными параметрами выполнения. Я оказался прав — прямо около входа в башню стоял издалека узнаваемый джонин в форме, отпугивая сновавших туда-сюда по дела коноховцев своим недовольным видом.

— Приветствую, Орочимару-сан, — обозначил я вежливый кивок коллеге.

— Наконец-то, — проворчал шиноби, кивая в ответ, — если мне придется терпеть присутствие водопадников в одиночку, то боюсь, только отравлением дело не закончится.

— Тогда не будем терять времени.

Про себя хмыкнув — наверняка испытываемые чувства ученого в большей степени относились к необходимости выступать через день после возвращения с прошлого задания — но не став ничего говорить, потому что отдельные личности из союзного селения действительно заслуживали хорошего пинка под зад, если не большего, я первым вошел в башню и направился к лестнице на верхние этажи, привычно игнорируя поклоны попадавшихся навстречу незнакомых чунинов и кивнув нескольким постоянным работникам канцелярии, с кем доводилось общаться ранее.

В приемной на третьем этаже стол секретарши оказался пуст, а на диванчика терпеливо ожидали четверо ниндзя с хитай-те Такигакуре, с одним из которых мне довелось общаться куда дольше желаемого — Юдзо Уэмацу, старейшина селения и ничуть не менее приятный тип, чем наши бывшие старейшины. Такой же наглый и уверенный в собственной значимости. Конечно, то, что он смог прожить половину столетия и являлся довольно сильным бойцом Б-ранга, имевшим в Книге Розыска неплохую награду от Ивагакуре, активно поучаствовав в двух последних мировых войнах, достойно гордости, но мы тоже здесь не пальцем деланные.

При нашем появлении, водопадники поднялись и отвесили вежливые поклоны.

— Орочимару-сан, Нара-сан, приветствую, — расплылся в улыбке и прищурился старейшина, сделав шаг навстречу, став при этом похож на старую лису, — благодарю, что согласились помочь Такигакуре но Сато.

В голосе его слегка проскальзывали нотки насмешки — именно Уэмацу с небольшой группой поддержки пытался выбить у меня бесплатно дополнительные свитки Конго Фуса и фуин для запечатывания биджу, а сейчас мне придется по указке Хокаге точно так же использовать Тетсу но Ори (Железная Клетка) на безвозмездной основе, получив деньги только за миссию запечатывания и просто ради собственной безопасности, подготовить куда больше расходников, чем хотел получить этот шиноби, больше теряя, чем приобретая.

— Уэмацу-сан, — нейтрально кивнул ему, хотя внутренне усмехнулся.

Идиот не понимает, что я в совокупности получу куда больше, чем может показаться со стороны, пусть для этого и придется подождать, а золото — не такая большая плата.

— Хм… — Орочимару лишь слегка кивнул и отошел в сторону, прислонившись к стене с недовольным видом.

— Нара-сан, хочу поинтересоваться, — начал водопадник, с улыбкой потерев ладони, но его прервала распахнувшаяся дверь в кабинет лидера Конохи.

— Хокаге-сама вас примет, — сообщила появившаяся на пороге куноичи и переместилась к своему рабочему место, — проходите.

Обойдя шиноби, я быстрым шагом оказался внутри кабинета перед Сакумо. На столе у него красовалось всего несколько свитков и совсем небольшая стопочка бумаг — никакого сравнения с тем, что тут творилось ранее — да и сам он выглядел куда менее измотанным. Вот что лишняя пара рук делает! Если хватает резерва, то Каге Буншин является самой настоящей палочкой выручалочкой не только в поле, но и в повседневной жизни.

— Рью-сан, Орочимару-сан, Уэмацу-сан, приветствую, — кивнул лидер селения после чего устремил взгляд уже конкретно на водопадника, суть посуровев, — Уэмацу-сан, мой подчиненный готов взяться за запечатывание Нанаби согласно условиям оплаченной миссии, но я подчеркиваю — поимка и удержание в течение процесса исключительно на ниндзя Такигакуре, как и обеспечение безопасности мастера фуиндзюцу.

— А Орочимару-сан разве не… — удивленно вдернул брови старейшина союзников.

— Орочимару-сан придан в качестве подстраховки, — не меняя тона ответил Хатаке, — и будет вмешиваться в исключительных случаях, когда вашей охраны может оказаться недостаточно.

Он не говорил в прямую о возможных попытках помешать запечатыванию в самый неожиданный момент со стороны «нукенинов» определенной принадлежности, но в кабинете собрались повидавшие виды, разумные люди, понимавшие, к кому относится данный намек и вовсе не исключавшие возможность саботажа.

— Хисен-сама примет все необходимые меры, чтобы этого не произошло, — так же серьезно ответил Юдзо, на мгновение избавившись от этого своего пройдошистой полу улыбочки, — а фуин для создания джинчурики?

Хокаге кинул на меня вопросительный взгляд, и я утвердительно кивнул, повернувшись к водопаднику.

— Для запечатывания Нанаби, я использую собственную наработку Тетсу но Ори (Железная Клетка).

— И насколько надежна эта Тетсу но Ори? — вопросительно вскинул бровь старейшина.

Очевидно, старик стремился прояснить все имевшиеся вопросы в присутствии Хокаге, до того, как мы окажемся в поле, потому что там я мог с чистой совестью послать всех интересовавшихся в густой лес, и никто мне ничего не сделает.

— Железная Клетка сделана на основе соответствующей печати Узумаки и предназначена как раз для удержания биджу мощи Нанаби, — пояснил ему, — с функцией блокирования критических выбросов силы пленника в кейракукей избранного сосуда без желания последнего.

Уэмацу еще больше сощурился.

— А документация на печать…

— … останется у меня, — скучающим тоном оборвал шиноби, — так как это личная разработка, выполненная именно под текущую миссию и распространением ее я заниматься не намерен.

Уж о количестве нукенинов, выходящих из Скрытого Водопада я знал не понаслышке — пусть они гордились большим количеством джонинов в своем селении, но и предателей у них имелось куда больше в количественном соотношении, не говоря о процентном, чем даже в отдельных великих селениях. Имелась слишком большая возможность утечки бумаг к заинтересованным лицам.

— Хокаге-доно, данная печать будет использована для создания джинчурики Такигакуре, — нахмурился Юдзо, — как мы сможем контролировать обучение использования чакры биджу, если не будем знать принципов работы Тетсу но Ори?

— Прошлая печать так же была предоставлена вам через посредников от мастеров клана Узумаки и точно так же без единого листка документации, — лениво фыркнув и закатив глаза, вмешался Орочимару до того, как это успел сделать Сакумо, — не говоря о том, что Такигакуре но Сато не обладает знатоками фуиндзюцу должного опыта, чтобы разобраться в записях на минимальном уровне, даже если бы их вам предоставили.

К вящему недовольству водопадника, достойного ответа у него не нашлось.

— О покупке требуемой информации по печати Хисену-доно придется договариваться с Рью Нара в частном порядке, — поставил точку в поднятом вопросе Хокаге, как и отрезке времени, которое был готов уделить союзникам, — если на этом все, то я вас не задерживаю.

Метнув мне свиток с официальной печатью текущей миссии, он взял из небольшой стопочки верхний лист и демонстративно сосредоточился на нем. Посольству водопадников не оставалось ничего другого, кроме как отвесить уважительный поклон и удалиться, а за ними последовали и мы.

Едва позади закрылась дверь, как Уэмацу повернулся по мне со своей улыбочкой, потирая ладони, словно какой-то торгаш.

— Нара-сан, как и было оговорено ранее с Хокаге-доно, сперва нам придется направиться в сторону Такигакуре но Сато для обследования предполагаемых сосудов и выбора наиболее подходящего, — если старейшины и испытывал недовольство от столь резкого окончания визита, внешне он этого никак не показал, — мне сообщили, что опыт в этом вопросе у вас имеется опыт?

— Имеется, — односложно ответил ему, не уточняя, — полагаюсь на вас в определении целей, как заказчика миссии, Уэмацу-сан.

Глава 28

Сразу по завершению аудиенции у Хокаге, водопадники забрали еще одну команду сопровождения из гостиницы, выделенной как раз для важных гостей селения и незамедлительно выдвинулись в путь, со старта взяв приличную скорость — все семь ниндзя являлись опытными джонинами. Тем не менее, отряд двигался относительно медленно — вызвав у меня с Орочимару глухое раздражение — выбрав расчищенные дороги, вместо того, что срезать расстояние напрямую к цели, так как бойцы Такигакуре не обладали достаточным опытом передвижения по лесной местности для развития максимальной скорости.

Мало того, из-за наличия рядом посторонних, приходилось молча бежать, изредка перекидываясь между собой скупыми фразами, несмотря на то, что тем для обсуждения у меня с коллегой имелось с вагон и маленькую тележку, не прибавляя хорошего настроения. На этом фоне, попытки Уэмацу или кого-то из его спутников наладить вежливый разговор с нами был как горох об стенку, а Орочимару вообще одаривал таким взглядом, что шиноби осекались на полуслове. Нет, окажись я на их месте, то тоже попытался бы наладить знакомство сразу с двумя ресурсными союзными бойцами эС-ранга, в надежде получить какие-нибудь преференции от подобного знакомства, но учитывая более раннее поведение на грани приличий дипломатической миссии Скрытого Водопада, необходимо трезво оценивать, что шансы у таких попыток — мизерные.

Даже не следуя по прямой, наш отряд к обеду пересек совместную границу двух стран и через пару часов остановился около места для стоянки рядом с родником, очевидно, использовавшейся местными шиноби на постоянной основе, если учесть вытоптанную до каменного состояния площадку без единой травинки, подготовленный очаг в центре с несколькими булыжниками вокруг и выложенный камнем подход к воде.

— Орочимару-сан, Нара-сан, провести вас непосредственно к селению я не имею права, даже учитывая наш союз с Конохой, — обернулся к нам старейшина с легким поклоном и выражением сожаления, которому на этой хитрой физиономии не поверил бы и младенец, — так что прошу подождать здесь, пока не соберут для проверки всех кандидатов на роль сосуда для биджу.

— Мы понимаем, Уэмацу-сан, — кивнув, ответил ему за двоих.

Усевшись на камни, мы подождали, пока водопадники исчезнут вдали и убедившись в отсутствии наблюдателя рядом — троица ниндзя, державшаяся на расстоянии нескольких километров, очевидно, оставленная в качестве страховки, не в счет — и только после этого заговорили.

— Вся эта миссия — сплошная потеря времени, — проворчал Орочимару, выпуская несколько небольших зеленых змеек из рукава, — и имеется у меня ощущение, что быстро запечатать биджу и отправиться обратно не получится, а торчать здесь придется куда дольше пары дней.

Проследив, как призывы быстро скрылись в густой траве, исчезнув даже для моих чувств, я пожал плечами.

— Было бы наивно ожидать, что Нанаби, имеющий возможность в любой момент взмыть в воздух и проведший последние пару-тройку десятков лет запечатанным, будет долгое время оставаться на одном месте, особенно, если засечет рядом копошение бойцов Такигакуре но Сато, — задумчиво потерев подбородок, обтянутый матерчатой маской, предположил, — как минимум месяц или даже два, если Хисен не захочет подвергать своих людей излишним рискам.

— Лучше бы твой прогноз не сбылся, Рью-кун, — недовольно искривил тонкие губы коллега, — такой срок болтаться в чистом поле — мало удовольствия, не говоря о том, что у меня дома куча дел.

— Ладно с делами — у меня их не меньше, — печально вздохнул, переведя взгляд на начавшееся опускаться солнце в окружении перистых облаков, ряской затянувших все небо, — а вот пропустить скорые роды Хитоми-чан не хотелось бы — срок подходит как раз через полторы-две недели…

— О?.. — удивленно вздернул брови Орочимару с едва заметной усмешкой, — Хитоми-сан, это Хьюга, которая вторая официальная жена?

Причем, не только моя, но и у двоюродного брата жена должна разрешиться от бремени буквально на днях.

— Она самая, — кивнул в ответ, закатив глаза и уже зная, что последует дальше.

Несмотря на нелюдимый характер и избегание любых компаний не интересных людей — когда это было возможно, то есть практически всегда — змеиный саннин оказывался в курсе последних новостей Конохи даже раньше, чем главные сплетницы Нара и не удержался от соответствующих подколок, едва стало известно о регистрации Кейко в официальном статусе любовницы и принятии с дочерью в клан. Я подозревал, что для сбора информации он использовал призыв, потому что в ином случае, необходимо иметь массу общительных приятелей, что будут постоянно снабжать свежими сплетнями. Угу, так и вижу Орочимару, активно треплющего языком в окружении многочисленных поклонниц и почитателей. Не ре-аль-но!

— Ку-ку-ку… смотри Рью-кун, как бы семейные дела не заняли все твое время, не оставив ничего на работу или науку, если будешь такими темпами собирать вокруг себя женщин и непременно делать им детей, — насмешливо рассмеялся коллега.

— К счастью, использование каге буншин позволяет контролировать использование личного времени куда эффективней, — отмахнулся от него и сам пошел в атаку, — на самом деле, я больше удивлен, что при том количестве поклонниц, что годами пытаются обратить на себя внимание, у Орочимару-сана до сих пор нет никаких отпрысков на стороне.

— Почему же нет, есть, — спокойно произнес джонин и лишь в чуть прищуренных глазах виднелась насмешка.

Шта?!! Только надетая маска не позволила мне натурально отвесить челюсть. Орочимару стал отцом⁈ Он же женат на науке и даже в молодости по девкам не ходил, не говоря про текущее время, если верить бывшим напарникам! Нет, что у коллеги имеется некоторый интерес к женщинам, вычеркивая возможность игры за другую команду, я заметил по очень редким взглядам на особо выдающихся статями куноичи, но… когда успел⁈ С кем, если ничего вообще на эту тему не ходило в народе, а сплетники Конохи ни за что не пропустили бы мимо внимания появление саннина со спутницей на людях. Да и вообще, подобные вещи в среде шиноби не долго держатся в секрете, если есть постоянные отношения, и я тому прямой пример. На известных людей всегда нацелено внимание, а уж бьякуган является прекрасным инструментом для шпионажа, если владелец знаком с отслеживаемой кейракукей.

Задумавшись, я сразу отмел вариант, что потомство Орочимару находится вне стен Конохи — слишком он подозрительный и осторожный, чтобы оставить ребенка с мамой без личного пригляда, даже если имеется охрана из призывов. То, что последние есть, я даже не сомневался. Следовательно, это кто-то в селении и можно сразу отмести в сторону всех фанаток, учитывая презрительное отношение шиноби к ним. А больше никого рядом с Орочимару я и не видел…

Внезапно, меня будто молния прострелила мысль, заставив выпалить очень подходящий вариант на основе того, что я уже знал:

— Тсунаде Сенджу?!!

Она как раз беременна, несмотря на широко известный диагноз бесплодия и варианты отцовства весьма скудные.

— Кха-кха… что⁈ — подавился воздухом змеиный, потеряв свой спокойный вид и смешно выпучив глаза, — Ты так лучше не шути, Рью-кун!!! И причем тут Тсунаде⁈

— Ну так она беременная уже несколько месяцев и это заметно, если взять труд приглядеться, несмотря на свободные одежды, — пожал я плечами, мысленно отметая предположение.

Судя по реакции коллеги, данный вариант ему может привидеться только в кошмаре и едва ли является реальностью, значит, у него кто-то другой.

— Она решила проблему с бесплодием? — пришел черед уже саннина отвесить челюсть.

— Говорю, что сам видел, — развел руками, — но как можно догадаться, подробности не выспрашивал.

— Это то понятно, — хмыкнул коллега, восстанавливая самообладание, — но кунай мимо цели и можешь гадать дальше.

— Да уж по реакции понял, — закатил я глаза, — тогда…

На ум внезапно пришла любимая кафешка Орочимару с изумительными пирожными и пирогами, а также стройная и очень милая официантка, которой постоянно улыбался шиноби, одетая весьма скромно, в отличие от другой девушки, что там работала в другие смены. Пару раз сидя за столиком с коллегой, я видел ее с маленькой девочкой лет полутора-двух, цеплявшейся за подол длинного платья, причем последняя неотрывно наблюдала за Орочимару. Задумчиво потерев подбородок, я вспомнил легкую бледность, если внимательно присмотреться, наводящую на соответствующие мысли, но которую спокойно можно принять за последствия слабого здоровья ребенка.

И чем дольше я обдумывал данный вариант, тем больше утверждался в мысли, что в этот раз не промахнулся в своем предположении — спрятать на самом виду, что может быть надежней⁈ А ведь все окружающие ниндзя настолько привыкли к тому, что джонин всеми силами избегает внимания женщин, сосредоточившись на работе, что слова «семья» и «дети» с ним совсем не ассоциируются и скорее, вызовут диссонанс при использовании совместно. Собственно, даже у меня, который знает коллегу в течение нескольких лет тесного общения, от подобного лишь начали хрустеть сложившиеся стереотипы, несмотря на прямое подтверждение от него лично.

— Пусть и очень поздно, но поздравляю с рождением дочери, Орочимару-сан, — не став уточнять пришедшие на ум догадки, кивнул ему и расплылся в ехидной улыбке, — добро пожаловать в ряды отцов, которым рано или поздно придется выдавать своих кровиночек замуж, до этого кунаями отгоняя табуны ухажеров.

Улыбка коллеги застыла, а от него внезапно полыхнуло мощнейшим убийственным намерением, показывая, что шпилька достигла цели.

— Вот умеешь же ты испортить настроение, Рью-кун, — вздохнул джонин, покачав головой.

— Ладно, пошутили и хватит — ты не стал бы так прямо говорить о наличии ребенка, не имей это под собой какой-то подоплеки, — посерьёзнел я, пристально взглянув на коллегу, — в чем дело?

— Если меня прикончат, всего лишь хочу, чтобы кто-то позаботился о дочке, ведь у нее за спиной клана не имеется, — поморщившись, вздохнул Орочимару и пояснил на мой вопросительный взгляд, — на прошлой миссии меня очень неприятно подловили с помощью пары старых свитков фуиндзюцу Узумаки и имели весьма немаленькие шансы прикончить, если бы не напарники.

Ого! Чтобы подловить кого-то уровня саннина, нужно здорово постараться, а уж учитывая его живучесть, это становится очень сложной задачей, но в месте с тем, у меня самого имеются подобные печать

— Хорошо, можешь на меня положиться, — не раздумывая и мгновения, согласился на просьбу, — и просто в качестве проверки правильности моей догадки — кафешка?

— Все верно, — подтвердил Орочимару.

Дальше мы замолчали, думая каждый о своем. Но как успел измениться Орочимару за время нашего с ним знакомства — зная его предполагаемую историю, трудно поверить, что маньяк, любитель мальчиков Учиха, и психопат от науки когда-нибудь станет отцом естественным способом, а не вырастит наследника в колбе. Я перевел разговор с личной темы на нейтральную — прогресс коллеги в деле клонирования до самого момента возвращения водопадников. Вернулся старейшина уже с двумя джонинами из сопровождения и каждый из них держал в руках ребенка не старше года. Кто-то там в Такигакуре оказался достаточно умным, чтобы из усыпить. Интересно, как мелких перетаскивали через туннель, заполненный водой? Или имеется и более удобный ход?

— Прошу, Нара-сан, это отобранные Хисеном-доно лично, — он с поклоном протянул мне первого младенца.

Проверить троицу Шосен но Дзюцу не составило особого труда и я с уверенностью ткнул в обладательницу зеленого чубчика, сопевшую в обе дырки.

— Эта наиболее соответствует всем требованиям.

Прости девочка, но тут даже не в канве истории дело — другие дети просто не переживут запечатывание, в отличие от тебя.

— Благодарю, Нара-сан, — поклонился Уэмацу, прижимая к себе маленькое тельце в пижамке и сделал знак подчиненным отнести остальных обратно, — необходимый отряд подготавливается и выход запланирован на завтра…

Старейшина не договорил, поскольку вдалеке прочертив белый след дыма, сверкнула вспышка.

— Нара-сан, Орочимару-сан, прошу меня простить, но я должен выяснить, что случилось, — бросил он нам и умчался со своими подчинёнными в направлении, откуда была запущена сигнальная ракета, оставив нас в некотором недоумении.

Спустя десяток минут, джонин Такигакуре принес весть о том, что биджу снялся со своего места и нырнув в облака, умчался в неизвестном направлении.

Вот дерьмо!

Глава 29

Мизу но Куни. Главный остров Мизу но Куни. Место встречи с представителями кланов Киригакуре но Сато. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

С удобством устроившись на костяном стуле, установленном посреди равнинной местности, просматривавшейся со всех сторон и командой поддержки из джонинов за спиной, Хисато предавался меланхоличным размышлениям, ожидая представителей противоположной стороны. Длительный обмен посланиями принес свои плоды, несмотря на то, что он ожидал личной встречи куда раньше. Репутация клана Кагуя, чудовищная даже по меркам Кровавого Тумана, ожидаемо стала препятствием даже в первом налаживании контакта, несмотря на то, что он отлично знал, где именно искать повстанцев. Ублюдочные ледышки, попавшиеся первыми в охране периметра, просто изрешетили первого посланца, как только заметили характерную прическу чунина, не позволив и заговорить.

Джонин предчувствовал нечто подобно и отправил в самоубийственную миссию одного из самых мерзких отбросов, что находились под его началом. Тем не менее, под присмотром теневого шпиона, слегка поврежденное послание оказалось в руках людей, принимавших решения на достаточно высоком уровне, чтобы костяного клона, успешно изображавшего из себя настоящего кланового бойца со всеми атрибутами и отправленного через несколько дней следом, не стали сразу атаковать. Может быть, повлияла угроза при смерти второго посланника столкнуться с тремя сотнями разъярённых Кагуя, прямо прописанная в самом начале свитка? Прямой шантаж угрозой перейти на сторону врага или начать немедленные боевые действия, если возможность провести переговоры окажется не предоставлена — поведение как раз в духе кровожадных маньяков, пусть и под командованием более умного главы, чем были прошлые.

Хисато даже немного сожалел, что Шикотсумьяку: Котсу Буншин но Дзюцу (Мертвый костяной пульс: Техника Костяного Клонирования), отправленный в качестве проверки, не получил возможности пройти проверку боем — отправлять послание за посланием, используя уже членов клана с кеккей генкаем, изрядно действовало на нервы. Канпеки нингё предпочел бы единственный раз увидеться с главами других кланов, договориться обо всех нюансах сотрудничества против сил Мизукаге и вернуться к экспериментам, попутно проводя медленную и почти незаметную для многих подчиненных, реформацию Кагуя. Вот только, Икимори Кагуя мало кто знал даже в собственном клане и неожиданное восхождение по ступеням власти не изменило этого факта. Пока повстанцы уточнили, кто именно с ними ведет переписку и существует ли такой человек, нашли джонинов, способных подтвердить предоставленную информацию и провести дальнейшие проверки, которые показали, что этот шиноби не принадлежит к лагерю Мизукаге… много времени оказалось потрачено зря.

— Икимори-доно, может быть, стоило взять больше бойцов, — подал голос Дензиро, вырывая клона из размышлений, — вдруг встреча окажется ловушкой, а нас всего четверо.

— Даже если они приведут несколько сотен, без действительно сильных ниндзя А-ранга и выше, мы всех положим без особых проблем, — безразлично пожал плечами глава Кагуя и не думая волноваться.

Как за время личного общения узнал Хисато, второй по силе шиноби в клане отличался не только нормально работающими мозгами, но и здоровой долей осторожности, что было странно видеть среди кровожадных маньяков.

— Больше веселья достанется нам! — с энтузиазмом воскликнул второй джонин рядом, впечатывая внушительных размеров кулак в ладонь.

Тагаро воплощал в себе все «положительные» качества клана, без воображения используя кеккей генкай, но благодаря отменным физическим качествам и таланту в тайдзюцу, держась не так далеко позади Дензиро в негласном списке сильнейших Кагуя. Данный индивидуум в решении своих проблем всегда предпочитал использовать силу и очень не любил пользоваться тем серым веществом, что находилось в его черепной коробке, являясь весьма неплохим исполнителем, если размер «кулаков» приказывавшего оказывался больше и задание не слишком сложное.

— Если эти трусы вообще появятся, — отозвался последний джонин из команды, цепким взглядом оглядываясь по сторонам.

Киято Кагуя являлся для канпеки нингё некоторой загадкой — молчаливый, спокойный, этот шиноби не участвовал в процессе выбора нового главы, но все опрошенные видные фигуры клана сходились на то, что дорогу ему лучше не переходить, иначе имеется риск однажды исчезнуть без следа, как происходило со всеми, кто решал проверить Киято на зуб, будь то соклановцы или соратники из Киригакуре до начала восстания. Совершенно очевидно, что данный боец специализировался на действительно незаметным устранении целей, а не в жалком посмешище, что практиковала большая часть туманников, называя Бесшумным Убийством, хотя накатывающие на тебя клубы тумана не заметит только слепой и при владении дотоном или футоном, обломать таких «тихушников» достаточно просто.

— Они уже здесь, — цыкнул языком Хисато, одним плавным движением поднявшись на ноги и повернулся в ту сторону, где уже некоторое время ощущал медленно приближавшиеся источники чакры, хотя на первый взгляд, равнина была пуста как и десять минут раньше.

Быстро преобразовав стул в костяное копье, он размахнулся и с такой силой метнул снаряд, что загудел вспоротый воздух. Спустя пару мгновений, снаряд как в воду канул из вида, но оглушительный треск столкновения с чем-то твердым дал понять, что Кагуя не промахнулся — картинка в сотне с лишним метров пошла рябью, открывая вид на ледяную стену, в самом центре которой торчало отправленное копье. От места попадания по льду медленно змеились трещины и осыпалась окрошка. Хмыкнув, клон щелкнул пальцами и в то же мгновение, кость взорвалась, разнося и так разрушавшуюся стену на куски и бомбардируя окружающую территорию осколками. Скрывавшиеся за ней повстанцы прыснули во все стороны, чтобы уйти из зоны поражения и почти у все это получилось, а пара более медленных ниндзя воспользовались кунаями, чтобы обезопасить себя. Вот только у Кагуя и не имелось намерения как-то вредить переговорщикам, иначе подобных снарядов оказалось отправлено не в единственном экземпляре, а всего лишь заставить относиться к себе с должным уважением с самого начала — не имеет значения, повстанцы это или оставшиеся верными селению, для воспитанных в Кровавом Тумане сила является главным фактором в любых переговорах и никуда от данного факта не денешься.

— Неплохая гендзюцу на местности, — отметил Дензиро, быстро покрываясь броней, очень похожей на ту, что использовал сам Хисато.

У мужика хватило наглости не только скопировать, но еще и подойти с уточнением по поводу того, как выполнен тот или иной сегмент изнутри, когда самостоятельно понять не получилось. Так к клона появился первый подчиненный, заинтересованный качественно выполнять все распоряжения.

— Типичный Кагуя — бьёт первым, даже если сам же назначил встречу, — разнесся по округе усиленный чакрой глубокий и мощный мужской голос.

Удивительно знакомый для Хисато, пусть лично он такой и не слышал.

— Я назначал встречу на равных условиях и если вы не способны этого понять, то не ждите теплого приема, — вложил в ответ Хисато всю испытываемую скуку от сидения на одном месте больше получаса, — к тому же, если столь слабенькое приветствие представляет для грозных повстанцев серьезную угрозу, то стоит ли с вами вообще разговаривать, старейшина Такадо Юки?

То, что на встречу придут те же самые личности, что не так давно встречали Ишигаву, канпеки нингё вовсе не ожидал, переписываясь с главой клана Хошигаки, но не удивился. Гонять глав, занятых стратегическим планированием войны, никто не станет, достаточно отправить человека, что имеет необходимую компетенцию в принятии решений от лица всех повстанцев и обеспечить нормальную охрану. А другая сторона вовсе не поскупилась на охрану — две команды, четверо шиноби превосходили на голову стандартных джонинов, в то время, как еще два ниндзя оказались на уровне А-ранга, не меньше. Одного из них он неплохо знал по докладам разведки Конохи — Хошигаки Кисаме, только недавно начавший зарабатывать славу на международном уровне своим владением мечом и сильнейшими клановыми техниками суйтона. Очень приличный результат в пятнадцать лет и учитывая знания будущего, у нынешней Киригакуре имеется большой шанс получить в свои ряды лет через пять элитного шиноби, если парень не пойдет по наклонной. Слишком все изменилось за последние годы, чтобы знать наверняка.

Но не перечисленные ниндзя привлекли основное внимание канпеки нингё, а последняя куноичи, обладавшая запасом чакры, что превышал всех в делегации. Нахмуренная девчонка с гривой роскошных рыжих волос, только начавшая взрослеть — тринадцать или четырнадцать лет — и заметно выделяться в нужных местах, несмотря на чуть округлое лицо, еще не принявшее точеные черты взрослой женщины. В отличие от остальных туманников, она не носила стандартную форму ниндзя с панцирем брони, а оказалась одета в весьма вызывающего вида платье, не скрывавшего крепкие ножки в сеточных чулках. Хисато досталась от Основы слабость к рыжим, но даже не внешний вид заставлял обратить на нее внимание, а интуиция, настойчиво сигнализировавшая от том, что она среди туманников самая опасная. Имевшаяся информация о Мей Теруми это только подтверждала — против Кагуя Футтон (Высвобождение Пара) будет наиболее результативна, в отличие от Йотон (Высвобождение Лавы), которым знамениты Теруми или Хьёотон (Высвобождение Льда) Юки.

— А вдруг бы вы оказались прихвостнями Мизукаге, — недовольно хмыкнула вторая старейшина, стряхнув с головы ледяную крошку и без опаски приблизившись к Хисато вместе с коллегой.

Определив, что им попались действительно Кагуя, туманники несколько расслабились, хотя руки продолжали держать на оружии. Клон тоже сделал знак своим не накалять обстановку, частично открыв лица из сформированной брони, но держаться настороже, просто на всякий случай.

— Ну и сдохли бы с гарантией, — закатил глаза Дензиро, освобождая голову от костяного шлема, — босс в одиночку вас всех уработает не напрягаясь, не учитывая наше участие в веселье.

— Дензиро Кагуя, — вздернул брови старик Юки, осмотрев четверку шиноби и показательно проигнорировав слова последнего, — я ожидал увидеть на месте главы клана именно тебя, а не почти никому неизвестного джонина.

— Я проиграл этому малоизвестному джонину в финале турнира, — пожал плечами Кагуя, — потому и знаю, о чем говорю.

— Всех? — оскорбленно нахмурился и шагнул вперед Хошигаки, — Подобное самомнение может привести в могилу, старик.

— Действительно всех, кроме разве что этой красавицы — она среди вас наиболее опасна, — показательно закатив глаза, подтвердил клон, но сразу же перевел тему на цель встречи, не обращая внимание на то, что Мей довольно выпятила грудь и чуть покраснела от гордости, проигнорировав строгий взгляд своей старейшины, — но мы собрались здесь вовсе не силой мериться, а обсудить вступление клана Кагуя в войну.

— Действительно, — кашлянул в кулак Такадо, — что клан Кагуя хочет за предоставление военной помощи?

— Того же, чего и всегда — денег и пайков, — не стал ходить вокруг да около клон, — три сотни бойцов первой линии стоят прилично.

— У повстанцев не настолько хорошее финансовое положение, — поджала губы Теруми.

— Но Кагуя вам нужны, — понимающе кивнул Хисато, — стандартная стоимость миссии Б-ранга за каждого в пару месяцев, питание на вас и припасы на месяц вперед клану.

— Куда⁈ У нас столько нет! С-ранг за двоих на этот срок и только питание!

— Кланы продолжают выполнять миссии и имеют поддержку части двора Дайме! Не жмитесь!

Уже только по упрямым лицам старейшин, канпеки нингё понял, что переговоры будут долгими, даже если официальный договор повстанцы подпишут. Другого выхода у них просто нет.

Глава 30

Недалеко от совместной границы Страны Ветра со Страной Клыка. «Наследник» Мадары Учиха Тахиро

Учиха с гордой усмешкой и толикой презрения смотрел, как команда нукенинов стремительно — по их мнению — несется в сторону избранной им позиции, стараясь скрываться за крупными камнями и использовать складки местности в качестве защиты от ниндзюцу, не желая повторить участь идиота, грудью влетевшего в огненный шар несколькими мгновениями раньше. Простого применения Катон: Гокакью но Дзюцу оказалось достаточно, чтобы внушить предателям немного уважения, несмотря на то, что сперва пять чунинов под командой джонина сочли его легкой добычей. Тахиро посчитал бы себя оскорбленным, не воспринимай этих ниндзя с самого начала полным мусором, недостойным использования даже первой стадии шарингана. Промелькнувшую мысль, что и сам очень недавно обладал подобным званием, не сильно отличаясь в умениях и только наставничество Мадары-сама с последним подарком смогли изменить ситуацию, парень очень быстро задавил.

Надменно хмыкнув, Учиха с легкостью поймал один за другим три куная, нацеленные в наиболее уязвимые точки на теле и отправил снаряды обратно с большей скоростью. Один нукенин успел нырнуть вниз, пропуская кунай в миллиметрах от головы и потеряв клок волос, а вот его напарники настолько хорошей реакцией не обладали и полетели на землю, со стонами боли сжимая рукояти погрузившихся в тело снарядов. С постоянными тренировками на пределе сил и новообретенными способностями Мангекьё Шарингана, обеспечившими взрывной рост, он уже не считал чунинов за противников, поэтому убедившись в том, что они ничего нового в плане ниндзюцу не смогут показать, если вообще знают достойные техники, Учиха перестал сдерживаться, мгновенно сложив несколько ручных печатей и выдохнув ослепительный поток огня:

— Катон: Гоука Меккяку (Стихия Огня: Великое Огненное Испепеление).

Огромный вал огня быстро накрыл врагов и пронесся дальше, оставляя за собой только пепел и раскаленный камень, местами растрескавшийся и потекший от бешенного жара.

— Пфф… и это все? — недовольно фыркнул обладатель додзюцу, осматривая пекло перед собой — была небольшая надежда, что джонин уцелеет, но судя по всему, надежда напрасная.

Развернувшись и сделав пару шагов от место бойни, Тахиро обратил внимание на едва заметный треск позади, и лишь отменная реакция позволила шиноби отскочить в сторону, избегая выскочивших из земли заостренных каменных кольев, сошедшихся именно в том месте, где он еще недавно находился.

— Сдохни, ублюдок!

Вылетевший из-под земли бывший джонин Ивагакуре, руки которого оказались покрыты толстой коркой камня, принявшего форму лезвий, не стал неожиданностью для активированного секунду назад шарингана, и парень изящно уклонился от первых двух взмахов, без труда разорвав дистанцию и плюнув прямо в лицо врагу огненным сгустком. Не для того, чтобы лишить зрения — даже паршивый джонин на такое не попадется — а чтобы выгадать мгновение для активации козыря, испробовать который на нормальном живом противнике Учиха хотел с момента получения додзюцу Мадары-сенсея.

— Узри всю мою мощь, червь! — парень величественно взмахнул рукой, подавая мощный поток чакры в глаза.

Нукенин, рукой отмахнувшийся от сгустка огня и рванувший вперед, только и смог, что широко распахнуть глаза на огромного, темно-синего скелета из чакры, что возник перед ним. Ничего больше он сделать не успел — костлявая рука сомкнулась вокруг бойца и сдавила с отчетливо прозвучавшим хрустом костей.

Отбросив в сторону месиво из камня, костей и окровавленной плоти, еще секунду назад бывшее живым человеком, Тахиро бросил косой взгляд туда, где предположительно находился постоянный наблюдатель, неотступно следовавший по пятам вне убежища. Чёрный Зецу, на полном серьёзе называвший себя Волей Мадары и его уродцы… Ха, может быть он сначала и верил подобному утверждению, видя отношение древнего Учиха, но с получением совершенной формы додзюцу, позволявшей еще лучше распознавать чакру, начали появляться обоснованные сомнения — ничего общего с легендой клана черная тварь не имела. К тому же, с момента смерти Мадары, Докузецу (Злой язык) начал вести себя слишком нагло, высказываться не очень лестно о Мудреце Шести Путей, предке клана Учиха, командовать с полной уверенностью в собственной правоте, а ведь своим наследником избрал Мадара именно его — Тахиро Учиха, а не какую-то черную хрень, даже не являвшуюся человеком, как и остальные обитатели убежища!

Парень не являлся наивным ребенком, а происхождение из семьи старейшины клана позволило получить опыт интриг с раннего возраста и хорошо понимать, что клятвенные заявления в верности не являются истиной в последней инстанции, чтобы кто не говорил, ведь слова — это просто слова. Каждое живое и разумное существо имеет собственные интересы и стремления, очень часто остающиеся полным секретом для окружающих до определенного момента, когда обычно бывает уже поздно что-то изменить. Наличие общих целей вовсе не является гарантией от предательского удара в спину. Проверено на собственном опыте. Да, чувства внутри говорили, что всем Зецу можно доверять, но именно это заставило Тахиро насторожиться и незаметно начать искать подвох — он никогда не был доверчивым человеком, предпочитая не доверять спину даже напарникам и рассчитывать исключительно на собственные силы, благодаря этому выжив там, где многие сложили голову.

Чудесное спасение самим Мадарой Учиха от ниндзя Ивагакуре лишь слегка поколебали внутренние установки, но подозрительность никуда не исчезла, пусть и приходилось бороться самому с собой. Он не собирался отказываться от плана Муген Цукуёми (Бесконечное Чтение Луны), так как это позволит последний раз увидеть погибшую Изуру-чан, пусть и заплатив страшную цену, вот только Курозецу не стоит думать, что Тахиро Учиха будет вечно довольствоваться второстепенной ролью!

Недалеко от совместной границы Страны Ветра со Страной Клыка. Место битвы Тахиро Учиха. «Воля» Мадары

Надежно скрытый расстоянием и густой тенью каменной гряды, Курозецу довольно кивнул, наблюдая, как юный Учиха играет с нукенинами, даже не воспринимая две команды как достойных врагов. Несмотря на первоначальные сомнения о способностях избранной марионетки для выполнения Плана, бывший чунин Конохи развивался стремительными темпами и в рекордные сроки, стал по силе полноценным джонином из великого селения, а с пересадкой шарингана Мадары и периода адаптации к новому додзюцу, разом вошел в высшую лигу, подскочив до планки А-ранга. Да, юноше не хватало опыта многочисленных битв, через которые прошли другие ниндзя, прежде чем получить свою страницу в Книге Розыска, но именно для этого Белому Зецу приходилось подыскивать достойных, но в то же время не очень опасных целей, попутно позволяя нарабатывать подопечному славу на международном уровне и копить финансы для планируемой организации наемников.

— Сила Мангекьё Шаринган действительно впечатляет, — звонко присвистнул высунувшийся из земли рядом Спиральный Зецу, смотря на огромный конструкт из чакры, с легкостью сокрушивший нукенина, — если парень продолжит в том же духе, скоро можно будет не опасаться, что его прикончит первый попавшийся серьезный противник и немного ослабить наблюдение.

— Мадара рос в силе намного быстрее, как и многие Учиха того времени, — холодно ответил Курозецу, — измельчали потомки Мудреца Шести Путей…

— Буу… нашел с кем сравнивать! — легкомысленно помахал рукой другой Зецу, — Во время непрекращающейся войны с равным противником, выживают только сильнейшие, а Тахиро-кун рос в куда более благополучной среде, чтобы иметь шанс раскрыть весь свой потенциал.

— Довольно пустой болтовни! Ты не появился бы здесь без достойной причины, так что докладывай.

— Кроме работы, нужно иногда и расслабляться, — пожал плечами Спиральный Зецу, но под косым взглядом желтых глаз показательно вздохнул и подобрался, изображая серьёзность, — Конохагакуре но Сато наконец отправила элитных бойцов на помощь Такигакуре но Сато для запечатывания семихвостого биджу.

— Кого? — заинтересованно повернул голову сын Кагуи, отвлекаясь от подопечного Учиха.

— Орочимару и Рью Нара, поимка, охрана и силовая поддержка будет на Водопаде.

— Этого следовало ожидать — наиболее опытный мастер печатей имеется у Листа только один и со змеиным саннином он уже работал в паре во время недавней войны, — задумчиво потер подбородок чисто человеческим жестом Курозецу.

— Согласно оставленным инструкциям, я отослал пару клонов спугнуть Нанаби и предупредил Широзецу, — добавил докладчик.

— Отлично, пусть охотничья команда побегает за биджу еще три-четыре недели — этого времени мне хватит, чтобы донести новости в нужные уши и обеспечить подготовку неприятного сюрприза для них, — пустое черное пространство на месте лица фигуры неожиданно прорезала щель с оскаленными зубами, — самое время пустить немного крови зазнавшимся людишкам и сократить количество элитных бойцов Листа.

Мало того, что третья мировая война пошла вовсе не так, как он рассчитывал, разбившись на несколько локальных конфликтов, почти не влиявших друг на друга, так еще и Коноха не понесла действительно невосполнимых потерь среди элиты, в отличие от других великих селений, хотя Курозецу предпринимал несколько попыток это исправить во время боевых действий и каждый раз терпел неудачу. Клоны из клеток Хаширамы до сих пор пытались выяснить, что именно послужило причиной провалов, кроме удачного стечения обстоятельств и критической недооценки избранных целей, но пока результата получить не удалось. Конечно, интеллект помощников оставлял желать лучшего, благодаря их природе, но у воли Мадары не имелось лишнего времени, чтобы заниматься этим самому, когда множество других, более важных задач требовали его внимания.

— С этим имеется небольшая проблема — потревоженный биджу далеко не безопасен и еще раз спугнуть Нанаби отосланных клонов хватит, но потом придется посылать новых, — печально вздохнул другой Зецу, — а у нас и так в последнее время значительно увеличились потери и Мадары теперь нет.

Со смертью Мадары, извлечение новых людей из Демонической Статуи Внешнего Пути стало куда более трудным, длительным и затратным занятием, так как древний шиноби имел прямой контакт с пустой оболочкой десятихвостого и очень значительные запасы чакры, чего у древнего существа не имелось, как и Риннегана, чтобы такую связь установить.

— Я займусь этим позже, — процедил Широзецу, откладывая проблему на потом.

Без доступа к мощной чакре хвостатых, нечего было и мечтать увеличить количество клонов хотя бы до сотни, если получится извлечь пару-тройку в год, уже будет хорошо. Оставалось только ждать того момента, как будет пойман Ичиби.

— А что насчет Тахиро-куна? — чуть склонил голову Спиральный Зецу, показывая заинтересованность, — Кто будет следить за ним, если ты займешься другими делами?

— Пусть этим займется Широзецу, как только освободится, — отмахнулся он, — а пока сам последи.

Погрузившись в землю, Черный Зецу устремился в сторону Ивагакуре — пусть Ооноки слишком упрям, чтобы поддаваться внушениям, но не дать Такигакуре вновь получить джинчурики и в его интересах тоже, а значит, достаточно только довести соответствующую информацию и подготовить сюрприз-другой дополнительно.

Глава 31

Конохагакуре но Сато. Квартал Сенджу. Дом Узумаки Мито. Узумаки Кушина

— Почему все так сложно! — простонала куноичи, устало падая на кровать лицом вниз и застывая в позе морской звезды.

Поставленный Мито ультиматум все время оставался на задворках сознания и неминуемо всплывал в мыслях в более-менее свободные моменты, заставляя терять концентрацию, когда этого делать не стоило, из-за чего джинчурики недавно совершила несколько серьезных ошибок, стоивших бы жизни менее сильным бойцам. Повезло, что команда поддержки не пострадала, занятая охраной клиента и нападавшие сосредоточились на более близкой угрозе, но всегда везти не может и ей необходимо что-то решать.

Прошедшая пара недель вообще оказалась для Кушины сплошной нервотрепкой на фоне выполняемых миссий, которые никто не отменял из-за внутренних переживаний. Какой бы вариант не выбрала куноичи, чем-то неизбежно придется пожертвовать — на разных часах весов оказалась семья, что по-прежнему ее любит, и налаженная личная жизнь с годами тяжелой работы, чтобы вписаться в местное общество. Одна мысль, что больше не потребуется отправлять редкие письма и еще более редких каге буншинов в свитках через призывы, чтобы иметь возможность держать хоть какой-то контакт с родителями, братьями и сестрами, заставляла чаще биться сердце и расплываться на губах глупой улыбке.

Хмыкнув, девушка перевернулась на правый бок и мечтательно закатила глаза.

Больше не будет косых опасливых взглядов идиотов, не различающих содержимое и сосуд, приторных улыбок тех, кто просто хочет использовать ее силу, попыток пробить стену отчуждения одногодок, окружавшую с самого детства. Останется только Кушина Узумаки, еще одна из множества таких же девушек клана Узумаки, поддерживаемая родными и друзьями. Очень соблазнительная возможность, о которой она мечтала многие годы, чувствуя холодные, оценивающие взгляды старшего поколения Конохи. Неизбежная цена — отказ от всего, чего удалось добиться с таким трудом за годы жизни и имеется у куноичи сейчас, включая личную жизнь.

— Ненавижу политику и выбор без выбора! — мрачные мысли, как и мгновенные скачки настроения стали постоянными спутниками молодой джинчурики, особенно при просчете последствий.

Казалось бы, выбери отказ выполнять приказ главы клана и сохранение текущей ситуации в неизменном виде. Если бы! Джинчурики не являлась наивной дурочкой, чтобы верить в то, что все останется как прежде. Даже если текущий Узукаге просто исключит ее из клана — нового она совсем не знала, в отличие от старого, стоявшего у власти еще с самого начала клановых войн и реакцию которого на «предательство» не составляло труда предсказать — что автоматом ставит крест на общении с любым Узумаки, а не объявит награду за голову, возвращение Мито домой надежно обрежет ту ниточку доставки через призыв, что имелась у нее сейчас.

К сожалению, исправить ситуацию своими силами не представлялось возможным в ближайшее время — обычные парные свитки не работали между измерениями и за прошедшее время у куноичи не получилось добиться улучшения их работы, несмотря на десятки каге буншинов, посаженных за работу. Основным направлением искусства фуиндзюцу Кушина выбрала барьеры, помня о девятихвостом лисе и изучая остальное по случаю, о чем в данный момент сильно жалела. Возможно, Рью-кун поможет решить эту проблему или даст свои наработки, если таковые имеются…

— Нужно поговорить обо всем с Рью-куном, — потерев ладонью лицо, приняла решение Кушина, — иначе я так и буду находиться в подвешенном состоянии, а он точно может что-то придумать.

Усилием воли отогнав усталость, молодая Узумаки подскочила с кровати и быстро скинув домашнюю одежду, задержалась перед большим зеркалом, с удовольствием оценив точеную фигуру, которую портили лишь недавние шрамы на плече и правом боку, после чего порылась в шкафу, достав наряд традиционного кимоно с оранжевым водоворотом на плече, более подходящий для визита в другой клан, нежели свободные майка и штаны. Дом стоял пустым — Мито-ба-чан зачастила к Токе-сан, обсуждая с подругой какие-то свои дела — так что задавать вопросы о необычном внешнем виде оказалось некому, чему Кушина была рада.

Спустя несколько минут путешествия по крышам, Узумаки спрыгнула недалеко от ворот в квартал Нара и приблизилась к стоявшим в карауле охранникам, стараясь не обращать внимания на складные стулья, зонтики от дождя с солнцем и небольшой столик, на котором расположились стаканы из-под какого-то напитка. Чувства подсказывали, что часть картины расслабления главных лентяев Конохагакуре являлась талантливым гендзюцу, но вот какая именно часть…

— Добрый день, я к Рью Нара, — слегка склонив голову, куноичи одарила чунинов тяжелым взглядом и придавила чакрой, слегка ослабив контроль.

Уж ее объем резерва невозможно спутать к кем-нибудь другим даже не имевшим дар сенсора.

— Д-добрый день, проходите пожалуйста, Узумаки-сама, — нервно сглотнули и подскочили на ноги караульные, бросившись распахивать ворота, вместо того, чтобы открыть дверь в них.

Уверенно пройдя на территорию Нара и следуя знакомым маршрутом, Кушина постепенно замедлила шаг, отстраненно отвечая кивками на приветствия попадавшихся Нара, провожавших ее любопытными взглядами. Источником появившейся неуверенности послужило то, что она уже побывала в нужном доме, но при совсем иных обстоятельствах, не встретившись с остальными обитателями, чего явно не получится избежать сейчас. Куноичи отдавала себе отчет, что у Рью-куна имеются другие женщины, кроме нее — собственно, данный факт служил постоянным источником небольшого раздражения, не настолько сильного, чтобы это негативно сказалось на выстраиваемых отношениях — но вот напрямую общаться с ними не доводилось. Предсказать, чем обернется такая встреча, Кушина не могла — разум твердил, что ничего страшного не произойдет, но нервы оказались натянуты посильнее, чем перед важной миссией.

Она разговаривала на тему гарема гения Нара с Мито, вполне понимая предпосылки сложившейся ситуации и сознательно ничего не захотела менять — не только из-за возникших чувств к человеку, что был рядом с детства, всегда поддерживая, но и потому, что являясь джинчурики девятихвостого биджу, выбор возможных партнеров в Конохе стремился к нулю. Как показал неприятный опыт с Минато Намиказе, только равный во всем партнер может обеспечить взаимность отношений без дополнительной подоплеки, а таких шиноби, близких к ее возрасту, можно пересчитать по пальцам одной руки и часть из них не подходит по политическим соображениям, как недавно пошедший в гору сын Третьего Хокаге или просто не нравится, вроде вечно высокомерных Учиха. Рью Нара обладал всеми качествами, что привлекали Кушину в партнере и оценивая холодным разумом, являлся очень значительной политической фигурой, чтобы оказать давление даже на лидера Конохи, если в этом возникнет необходимость. Очень значительное качество для джинчурики, которых многие влиятельные ниндзя считают не личностью, а оружием в руках селения.

За размышлениями, Кушина дошла до нужного дома и остановилась перед калиткой, профессиональным взглядом определив наличие стационарного защитного барьера, установленного в режим оповещения. Учитывая, кто здесь живет, трудно ожидать иного. Очевидно, в прошлый раз Рью-кун его отключал.

Простого прикосновения достаточно, чтобы сигнал о госте ушел обладателю ключа и спустя минуту, дверь распахнулась и на улице показалась Сая Нара. С мамой Рью-куна куноичи сталкивалась несколько раз, но не общалась. Выпрямившись и быстро окинув себя взглядом на предмет приличного вида, Узумаки взяла волю в кулак и вежливо улыбнулась подошедшей ближе женщине, совсем не выглядевшей на свой возраст. Вот что значит — талантливый ирьенин в семье.

— Добрый день, Нара-сан.

— Узумаки-сан? — окинула ее внимательным взглядом Сая, — Добрый день, ты к Рью?

— Да, не могли бы вы его позвать?

— Его сейчас нет дома, — сожалеюще покачала головой старшая куноичи.

Тлевшая внутри надежда, что вот сейчас Рью-кун обо всем узнает и походя решит возникшую проблему, оказалась затушена ушатом холодной воды реальности.

— А… а когда он должен вернуться? — тяжело сглотнув, тихо спросила Кушина, — Мне очень нужно с ним поговорить.

— Мы и сами не знаем — по идее, запечатывание биджу для Такигакуре не должно занять много времени, если его нашли, но последнее послание пару дней назад упоминало о возникших осложнениях и когда получится вернуться, неизвестно, — обеспокоенно всплеснула руками Нара, — может бы, я смогу чем-нибудь помочь?

Джинчурики припомнила мельком проскользнувшие мимо внимания слухи, что Водопад все же купил помощь Конохи с вырвавшимся на свободу биджу и укорила себя за неспособность сложить два и два — понятно кого должен отправить Хокаге для выполнения подобной миссии, если мастер фуиндзюцу должного уровня и силы в селении всего один, не считая ба-чан, давно вышедшую в отставку.

— Нет, но спасибо за предложение, — отрицательно помахала руками Узумаки и закусив губу, спросила, стараясь не сорваться на нервную трещотку, — могу я передать Рью через вас свиток, если пересечься в ближайшее время у нас не получится?

Просто исчезать без единого слова она не собиралась, прекрасно понимая, что любимый имеет право знать предпосылки случившегося и чем руководствовалась, принимая решение. Решение, которое придется принимать самой.

— Конечно, Кушина-чан, — слегка улыбнулась женщина, — и как только сын вернётся, попрошу его незамедлительно навестить тебя.

— Спасибо.

Отвесив поклон на прощание, молодая Узумаки развернулась и стараясь не показать на лице бушевавшие внутри эмоции, степенным шагом покинула территорию квартала Нара, бесцельно принявшись бродить по оживленным улицам Конохи, пока не добралась до небольшого парка неподалеку, где слышались звуки взрывов с соседних тренировочных полигонов, устроившись на лавочке в скрытом зеленью от чужих глаз уголке, где иногда любила отдыхать. Мысли всполошёнными птицами метались в голове, и девушка на мгновение зажмурилась и с силой потерла лицо ладонями, стараясь успокоиться и не поддаться отчаянию.

Время еще оставалось, пусть и не настолько много, как хотелось бы. Если в ближайшее время Рью не появится в селении и вопрос со связью останется не решенным, Кушина не сможет разом отказаться от всякой надежды увидеться с родителями. У гения Нара хотя бы имеется призыв, и теоретическая возможность переместиться в Узушиогакуре, чтобы встретиться вновь. Тот самый момент, когда жизненно необходимо с кем-нибудь посоветоваться по поводу действительно важного вопроса, но за исключением отсутствовавшего в селении парня, кандидатов больше нет. Нервный смешок вырвался у куноичи сам собой.

— Хорошо же я прожила годы в Конохагакуре, даттебане, — тихо прошептала девушка, утерев слезинки, так и норовившие сорваться из уголков глаз, — если не могу полностью доверять лучшей и единственной подруге или Сакумо-сенсею, так стоит ли так держаться за такую жизнь?

Кушина внезапно почувствовала себя очень одиноко, на пасмурная погода и начавший моросить дождик только добавляли атмосферы к настроению. Но долго жалеть себя куноичи не собиралась, как и мокнуть, так что встряхнувшись и усилием воли взяв себя в руки, поднялась и направилась в сторону квартала Сенджу. Десять дней — именно столько она готова ждать, после этого придется делать выбор и не в пользу Листа.

Глава 32

Таки но Куни. Горная местность недалеко от границы с Тэцу но Куни. Отряд по поимке биджу. Рью Нара

Когда я предполагал, что текущая миссия может оказаться длительной и раздражающей, я и не предполагал, насколько окажусь прав! Гоняться за чертовым Нанаби по всей стране и даже в некоторых моментах за пределами, когда биджу перекочёвывал в Хо но Куни, Куса но Куни и даже Тэцу но Куни, выматывало не физически, но морально. Слишком большая мобильность, слишком легко исчезнуть из зоны обнаружения бьякугана, слишком просто обосноваться в такой местности, где даже ниндзя испытывают определенные трудности с проходимостью, не говоря уж о совершенно разной погоде, способной поменяться на противоположную буквально в течение пары часов, и все это на сравнительно небольшой территории. Для кого-то нашего с Орочимару уровня, это не большая проблема, но для задействованных Такигакуре но Сато полутора сотен с лишним джонинов, требуется уже соответствующее снабжение, чтобы поддерживать боеспособность на должном уровне.

А ведь имелся еще и куда более хрупкий ребёнок, таскаемый с собой. Если бы не использованное мной фуиндзюцу на переносной коробке, то девочку могли и угробить. Не знаю, кто поручил ее безопасность идиотам, не имевшим и малейшего представления о том, как стоит обращаться с маленьким ребенком в пути, но Фуу пару дней провела с температурой после переохлаждения, прежде чем я заметил неладное и отобрав ее у команды дуболомов, подлечил и передал взрослой куноичи, имевшей за плечами должный опыт.

Коллега буквально извёлся от потерянного зря времени, не стесняясь пускать в ход свой острый язык даже по самому незначительному поводу, из-за чего союзники старались к нему не приближаться без веской причины. Не сказать, что я был лучше, пусть и старался отмалчиваться — за месяц с хвостиком можно было разобраться со столькими делами, но вместо этого, с каждым днем отсутствия в Конохи, они только продолжали копиться. Из личных новостей, тоже пропущенных во имя работы — Хитоми благополучно родила мне дочь, как и вторая Хьюга сына двоюродному брату, что довелось узнать из редких посланий из дома и вовсе не прибавило положительных эмоций. Единственной отдушиной в непрестанной погоне за сраным биджу являлась возможность беседы с Орочимару на множество интересных нам тем и обеспечение конфиденциальности не стало проблемой даже с множеством водопадников неподалеку — спустя неделю, на какие-то нормы приличия мы просто наплевали, использовав соответствующую печать, что искажала воздух на расстоянии пары метров от места нанесения и отрезала распространение звука наружу, но не внутрь. Да, джонины союзников смотрели косо, но предъявить претензии никто не решился.

Естественно, постоянное ускользание цели не только вызывало раздражение, но и включало режим подозрительности — Нанаби совершенно точно не мог обнаружить передовых шиноби, двигавшихся под землей, не обладая должной стихией, как и обычными чувствами превысить радиус обнаружения бьякугана, но кроме следов действия разрушительной чакры, лучшие следопыты водопадников ничего не обнаруживали. То же самое можно было сказать и про мои чувства, когда удавалось приблизиться к биджу, хотя там мог все подчистить пассивный фон. Даже призывы не могли сказать ничего конкретного и после нескольких попыток определить внешнее влияние, старейшина союзников оставил попытки поймать диверсантов, тем более, что три последних раза, Хьюга пристально наблюдал за целью и не смог засечь других источников чакры рядом с семихвостым.

Последний раз, биджу обнаружили в заснеженных горах, недалеко от границы с Тэцу но Куни и вместо того, чтобы рваться к бижду не жалея сил, было принято решение ограничиться наблюдением и лишь при длительном нахождении на одном месте, приступать к операции по поимке и запечатыванию Нанаби в сосуд. Людям требовался отдых.

— Нара-доно, Орочимару-доно, — предельно вежливо обратился к нам Юдзо Уэмацу, останавливаясь за границей работы печати, — семихвостый биджу уже четвертый день находится на одном месте, и я принял решение начать операцию.

— Наконец-то! — подскочил на ноги саннин, бросая на меня быстрый взгляд, — Может, хоть в этот раз все пройдет, как положено!

Импульсом чакры остановив работу печати и позволив союзнику нормально нас разглядеть, я поднялся с каменного сидения перед небольшим костерком и согласно кивнул:

— Мы готовы и можем выдвигаться на позиции, Уэмацу-сан, если ваши люди тоже готовы.

— Я уже провел инструктаж, — слегка поморщился старейшина, не испытывавший удовольствия от сложившейся ситуации и постоянных провалов, — и бойцы ждут только отмашки.

— Состояние сосуда? — не мог не уточнить у него.

— Девочка здорова, накормлена и в данный момент усыплена ирьёнином, — сообщил водопадник.

— Отлично, — подхватив с земли и закинув на плечи цельнометаллическую плиту, с помощью которой собирался проводить запечатывание, я последовал за джонином к уже собравшимся ниндзя.

К счастью, после трех провальных попыток, не зашедших дальше первой стадии плана, все отлично знали свои роли и еще раз устраивать совещание не требовалось, так что отряд тут же снялся с места. До наблюдательного пункта, устроенного командой Конохи, отвечавшей за поиск и наблюдение цели, мы добрались за десяток минут, игнорируя свинцовые тучи над головой, не прекращавшийся в горах холодный ветер и редкий снежок, вполне способный превратиться в ближайшее время в снежный буран, как бывало уже не раз.

— Нанаби на месте и пока не собирается никуда улетать, — доложил нам джонин Хьюга, уже поджидавший у входа во временное убежище и сразу показывая на грубой карте нахождение цели с несколькими заметными ориентирами.

Он не прекращал использовать додзюцу, отслеживая окружающую обстановку и было хорошо заметно, что откровенно устал это делать на протяжении продолжительного времени — страшно вздувшиеся на висках вены, отливавшие синевой, на то прямо указывали. По-хорошему, мужику бы смену вызвать еще пару недель назад, но это же новая миссия и необходимо деньги платить, чего водопадники делать не хотят.

— Отлично, Джинширо, еще несколько минут и можешь отдыхать, — ободряюще похлопал я мужика по плечу и посоветовал, — но лучше с парнями сразу отступай, как план перейдет в активную фазу.

То, что семихвостый просто так даст себя запечатать, я не верил и лучше уйти из зоны поражения заранее.

— Так и сделаю, Нара-доно, — кивнул Хьюга.

— Загонная команда, у вас пять минут до начала, команда сосуда готовится, остальные — в охранение, — тем временем, принялся отдавать команды старейшина Такигакуре но Сато и затем повернулся в нашу сторону, — Хьюга-сан, полагаюсь на вас в деле определения второй фазы.

— Слежу, Уэмацу-сан, — устало отозвался джонин, повернувшись в сторону десяти водопадников, ушедших под землю.

Выбранный план был прост как пробка — один шиноби со свитком Конго Фуса (Адамантовые запечатывающие цепи) подбирается незаметно и используя момент неожиданности, блокирует возможность полета, а остальные активируют все свитки разом, чтобы иметь возможность удержать биджу до моего прибытия и проведения запечатывания, остальной отряд стоит в охранении, чтобы исключить возможность саботажа посторонних и далее берет на себя защиту с сопровождением новой джинчурики до селения. Ничего сложного, главное — время каждой стадии.

Даже без указаний соратника, я на границе чувствительности ощущал огромную массу «тяжелой» чакры и знал, куда двигаться, но вот на этом фоне совершенно не ощущал приближавшихся людей, в отличие от возможностей додзюцу, да и сам на дистанции броска куная должен был напрочь «ослепнуть» в отношении сенсорики, так что во время процесса, нормальная охрана действительно требовалась.

— Время, — взмахнул рукой Хьюга и тут же с облегчением деактивировал бьякуган.

Не теряя времени, я рванул вперед на очень значительной скорости, за мной следом Орочимару с командой Такигакуре, несшей спавшую малышку. Через пару минут, вдали раздался возмущенный рев и находившееся до этого в спокойном состоянии, облако чакры начало бурлить, перескакивая с одного каменного выступа на другой по горной гряде, возносившейся все выше, я крошил камень под ногами и уже видел место, где устроил себе лежбище Нанаби, а также отсветы золотого с красным на нависавших скалах. Ветер свистел в ушах, капюшон слетел на спину и хвост волос развевался сзади, а отдававшийся в ушах пульс начал стучать набатом, когда всю округу накрыла жажда убийства и я рвался к самому центру этого ощущения, слыша грохот крошащегося камня и крики людей, что удерживали чудовище, но и сами гибли от движения массивного тела, пусть даже скованного на время.

Резкий удар кулаком по попавшемуся на пути обломку, использованному как трамплин после нескольких длинных скачков и перелетев гребень, я выскочил на относительно ровное плато, закрытое со всех сторон скалами. Длинной не больше пяти сотен метров и шириной раза в два меньше, этот клочок даже имел зелёную растительность с несколькими хилыми деревцами. Неплохое, а даже живописное место, если бы не огромный, похожий на рыцаря жук с шестью огромными крыльями и хвостом, что громогласно ревел и несмотря на многочисленные спутанные конечности, пытался раздавить мельтешивших внизу ниндзя, что один за другим использовали свитки, добавляя к имеющимся золотым цепям, новые.

Близость к разъяренному биджу оглушала в сенсорном ощущении, но усилием воли отстранившись от урагана чакры рядом, я рванул перед, оказавшись сбоку от Нанаби, но вне непосредственной досягаемости, с силой топнул по земле, возводя небольшой постамент перед собой. скинув с плеч рюкзак, я вытащил артефактную плиту и уложил на камень, краем глаза отслеживая обстановку и начав накачивать ее чакрой. Символы и иероглифы постепенно начали зажигаться и когда через несколько секунд позади оказался Орочимару, почти все было готово к началу.

— Девочка, — рявкнул я на подоспевших водопадников.

Куночи осторожно передала мне обмякшее тельце, тем не менее, подававшее признаки жизни, несмотря на бешеную гонку, и я уложил ребенка в самой центр плиты. К сожалению, биджу являлся существом разумным, несмотря на желания многих и очень быстро обнаружил очень даже понятные приготовления рядом с собой стянутый со всех сторон десятками и сотнями Конго Фуса (Адамантовые запечатывающие цепи). Нанаби был слишком огромным, чтобы даже с таким количеством оказаться плотно спеленутым в кокон и усердно работая шестью лапами с зазубренными серпами на концах, разрывал, лопал цепи. Одна из освободившихся лап дернулась, обретая свободу и устремилась в нашу сторону, распрямляясь. Он очевидно не доставал, но резкий поворот туловищем и раздавив оказавшегося слишком близко водопадника, биджу решил эту проблему, сосредоточив все внимание на нашей группе.

— Приступай, — гаркнул Орочимару, скользнув вперед и одним движением доставая Кусанаги.

Меч вырос и воткнулся в почти накрывшую нас массивную конечность, заставив саннина проскользить назад, ногами вспахивая землю, но страшный удар остановить. Перед торчавшими из шлема жвалами жука начала стягиваться в темный клубок чакра, но я уже начал действовать, доверившись напарнику. Сосредоточившись на плите, начал вливать огромный поток чакры, что дало артефакту необходимое питание и возможность автоматически использовать печать Тетсу но Ори (Железная Клетка), имея в своей досягаемости цель и сосуд — спящую малышку пронзили без всякого вреда сотни угольно-черных лент и рванули дальше, впиваясь в плоть биджу, начиная пеленать и качать чакру.

— Рааа!.. — оглушил меня рев боли гиганта, а у Фуу из ушей начала сочиться кровь.

Очевидно, процесс оказался не безболезненным, заставив прервать формирование биджудамы с относительно небольшим взрывом, тем не менее, вполне способным повредить ребенку, так что оторвав одну руку от металла плиты, я выпустил из нее поток чакры, формируя вокруг барьер и мельком порадовался, что учел подобный нюанс в работе артефакта, чтобы не образовалось конфликта энергий. В следующий момент, взрывная волна накрыла, сдувая и перепахивая землю вокруг, но оставляя не тронутым крохотный квадратик вокруг.

Беспокойство за коллегу заставило меня на мгновение отвлечься, но увидев массивные пурпурные кольца неподалеку, что выдержали атаку, вздохнул с облегчением. Но не успел я перевести дух и заняться ребенком, как раздался хрустальный звон, сигнализируя разрушение кеккая и на мою спину с плечом обрушились страшные удары, чуть не снесшие с ног, если бы не крепление чакрой, под скрежет разрываемого металла брони и вспышки ослепительной боли.

— Я же сказал, что мы еще встретимся, Мизу но Сейрей, — произнес позади смутно знакомый голос под какофонию взрывов вокруг.

Глава 33

Автоматическим ответом на сильнейшую боль, в кровь впрыснулся боевой коктейль стимулирующих веществ вместе с огромным количеством адреналина, по вискам ударил зашедшийся бешенным ритмом пульс, а мир вокруг замедлился словно в киселе и обрел знакомую четкость. С трудом проигнорировав сильнейшую боль в правом плече и спине прямо напротив середины позвоночника, куда пришелся первый сокрушительный удар, разорвавший укрепленную печатями броню и одежду, но лишь треснувший напитанные чакрой костяные пластины под кожей — очевидно, в моем наклонном положении, нападавшему показалось не надежным бить в шею, выбрав вариант сделать полностью не боеспособным или хотя бы калекой — я на предельной скорости развернулся, одновременно ударяя локтем левой руки для назад и выращивая на нем острое костяное лезвие, окутанное райтоном, нацеливаясь прямо в сердце оказавшегося позади нападавшего. Слетевший с головы капюшон позволил увидеть боковым зрением непроизвольно активировавшегося шарингана высокую фигуру в черной маске и перечеркнутым хитай-те водопада — Какузу!

*Ту-дун!*

Не успела еще правая рука, буквально оторванная в плечевом суставе, отлететь в сторону, а фонтан крови из безобразной раны хлынуть полноводной рекой, как кость пронзила грудь древнего шиноби в том месте, где полу ослеплённые чувства смутно подсказывали мне наличие плотного сгустка чакры — одного из трех, оказавшихся в нем. Несмотря на впечатляющую скорость реакции, нукенин Водопада лишь частично успел среагировать на молниеносную контратаку. Раздался хруст и с гримасой боли на лице, заметной даже сквозь маску, он отшатнулся назад и снялся с наконечника за долю мгновения до того, как последний расцвел шипастым цветком во все стороны. С досадой отметив, что после уничтожения одной маски из пяти, руки его все так же продолжали оставаться покрыты черной кожей с каплями крови, свидетельствуя о продолжавшемся применении Дотон: Дому (Стихия Земли: Земляное Копьё), что сделала врага еще более смертоносным в ближнем бою, в дополнение к возможностям киндзюцу, а я получил краткую передышку и сосредоточиться не только на враге перед собой.

*Ту-дун!*

Краем глаза отметив движение, с тенью удивления обнаружил, что довольно пустынное плато вокруг неожиданно стало многолюдным — из земли полезли ниндзя в приличном количестве, гремя взрывами и швыряясь глыбами камня, косвенно продемонстрировав, кого следует винить в засаде — и атаковали находившихся поблизости водопадников, сразу прикончив как минимум двух джонинов. Почувствовав слабину в работе печати, лишившейся подпитки чакры от меня, Нанаби начал усиленно вырываться из пут, попутно обрушивая сокрушительные удары свободной лапой на бешено шипевшую гигантскую змею в зоне досягаемости, пытавшуюся его обвить и обездвижить, внося еще больший хаос. Четкий план создания джинчурики летел в тартарары, а эти волочи наверняка сидели под самым логовом биджу, выгадывая лучший момент и таким образом избежали обнаружения сенсорикой с Бьякуганом до начала запечатывания! Хорошо спланированная операция, в свете которой постоянное перемещение биджу воспринимается уже по-другому, но мне от этого не легче! Теперь голова будет болеть, как удалось столь филигранно всё рассчитать и подготовить — предатели, халатность или что-то иное?

*Ту-дун!*

Сам факт успешной засады вызвал вспышку паники и мысли лихорадочно понеслись в голове, но я мгновенно вернул контроль, ирьёдзюцу подавив участок мозга, отвечавший за эмоции и начал холодно просчитывать следующий шаг, несмотря на то, что ситуация выглядела откровенно аховой. Стоило признать, что все мои сюрпризы, обычно используемые для получения преимущества над врагами и требовавшие предварительной подготовки, оказались нейтрализованы. Не получилось даже укрепить тело до предела, благодаря чему враг в первую же секунду нанес страшную рану, лишив правой руки, так как удар пришелся прямо в плечевой сустав, а не кость и лишь чудом не парализовал нижнюю часть тела повреждением спинного мозга. Интуиция сигнализировала сматываться, наплевав на миссию, но даже быстрое визуальное считывание ситуации вокруг позволило понять, что ублюдки подготовились знатно и не намерены никого выпускать из котла, независимо от того, кто перебьёт основной охотничий отряд — вырвавшийся биджу или они сами. Тем более, в такой близости к нукенину эС-ранга, вариантов действий у меня оставалось немного и следовало поддержать дистанцию, так как с одной рукой я не боец в тайдзюцу, да и доступ к ниндзюцу изрядно порезался.

*Ту-дун!*

— Что за⁉ — не сдержал удивления нукенин, — Откуда у тебя взялся Шикотсумьяку (Мертвый костяной пульс)?!!

Кто бы сомневался, что древний монстр сразу срисует кеккей генкай Кагуя, наверняка не раз виденный им в действии.

— Печати позволяют делать многое, — криво ухмыльнулся в ответ, желая направить мысли врага по ложному направлению и стараясь выиграть хоть чуть-чуть времени на восстановление.

*Ту-дун!*

Повинуясь моему контролю, кость с локтя отвалилась, сделав свое дело и впитывать ее обратно не стоило драгоценного времени, как и дальнейшего неудобства в движении, тем более сейчас, когда стал калекой. Молниеносно прикоснувшись здоровой рукой к паре свитков на поясе, я активировал их и одновременно с этим, не отрывая взгляда от удивленного Какузу, остановил кровь и парой нитей чакры ухватил и подтянул к плечу утерянную конечность, зафиксировав на месте Мертвенным Костяным Пульсом. После этого пришла очередь отключить болевые рецепторы, посылавшие волны сигналов в мозг от поврежденных областей тела, несмотря на активировавшуюся и начавшую работать Ияку Фуин (Печать Последнего Шанса) — химический коктейль в крови позволял временно игнорировать боль, без влияния на боеспособность.

*Ту-дун!*

К сожалению, древний шиноби оправился очень быстро и дальше болтать не стал, направив на меня волну темных нитей, вырвавшихся из швов на его теле, но сверху стремительно обрушилось металлическое лезвие меча, отрубая физическое воплощение мерзкого киндзюцу почти у источника — если бы не небольшой шаг назад нукенина, Орочимару вполне мог развалить врага на две части. Не то, чтобы это позволило победить Какузу.

— Рью, статус? — воскликнул коллега, на секунду отвлекшись от бушевавшего неподалеку биджу и очевидно, отметив кровавые ошметки на моей спине.

— Ограниченно боеспособен, — односложно отозвался я, отправив информационный импульс чакры паре каге буншинов, появившихся рядом в редких клубах дыма — сейчас безопасность сосуда прежде всего, иначе вся миссия окажется провальной — и тут же рванул в сторону, рассредоточивая внимание врагов.

*Ту-дун!*

Мгновенная заминка дорого стоила коллеге — мощный взрыв снес его с призыва, отбрасывая в сторону и дальше от меня.

— Твоя голова — моя! — рванул за ним какой-то шиноби с перечеркнутым хитай-те Ивагакуре во главе двух команд, очевидно, пришедших по душу элитного джонина.

*Ту-дун!*

Не успел я среагировать на неожиданное исчезновение союзника, впрочем, не слишком беспокоясь за него — змеиного саннина таким не убить — как с двух сторон накатили гигантские волны огня и ветра, стремясь уничтожить всех, кто оказался на их пути, включая и малолетнюю джинчурки, в которую продолжила затягиваться сила семихвостого, благодаря возобновившейся подпитке от одного клона. Второй в это время стал спиной к собрату и несколькими молниеносными ручными печатями, возвел мощный защитный барьер вокруг небольшого пятачка с установленным артефактом, активно мониторя потоки чакры, выходившие и входившие сквозь прозрачные стенки. Я и биджу могли сквозь него атаковать, но вот у других ниндзя такое уже не получится.

*Ту-дун!*

К сожалению, мгновенная реакция каге буншинов означала, что на меня защита не распространилась и ощущая накатывавший жар огня, я здоровой рукой распечатал Самоходу из еще одного свитка и держа ее перед собой, рванул прямо сквозь технику, проделав здоровенную дыру, пусть это стоило подпаленной одежды и части волос, не закрытых капюшоном. Несмотря на аховую ситуацию, я не забывал на бегу латать поврежденную конечность, просто чтобы не кровоточила и держалась сама по себе, сожалея о том, что большего сделать невозможно без применения тяжелой артиллерии. В скоростном бою не получится урвать и минуты, необходимой ирьёнину моего уровня для правильного соединения нервов, волокон, артерий и тому подобного, не упоминая восстановления каналов чакры.

*Ту-дун!*

Вырвавшись с другой стороны волны жара, я приземлился прямо перед огромной фигурой из массы нитей с керамической маской в подобии лица. Похоже, тварь вовсе не ожидала моего появления поблизости и это решило ее участь, несмотря на попытку в лобовую атаковать киндзюцу — стремительный рывок, взмах довольно заурчавшим мечом, что превратил смертоносные нити в мокрую лапшу и Самехада с глухим ударом врезалась в источник дотона, как раз формировавшего какое-то новое ниндзюцу. Сила удара оказалась такова, что порождение нукенина Такигакуре впечаталось в землю, создав под собой небольшой кратер.

*Ту-дун!*

Для верности с силой опустив ногу на не подававшую признаков жизни маску, чтобы уж точно уничтожить сердце, так как сенсорика работала буквально на расстоянии вытянутой руки и не далее, я периферийным зрением шарингана уловил яркую вспышку сквозь поднятые тучи пыли и тут же повернулся в ту сторону, заслоняясь мечом и принимая устойчивое положение. Как показала следующая секунда, весьма вовремя — ударивший столб райтона оказался настолько широким и мощным, что меня протащило назад несколько десятков метров, вспахивая ногами землю, несмотря на торможение чакрой. Демонов Какузу явно соответствующе подготовился к новой встрече, найдя сильных и талантливых в техниках ниндзя для восполнения своих стихий! Бросив взгляд в сторону места, где находился барьер, сейчас скрывшийся в огненном торнадо, я с облегчением вздохнул, отметив наличие черных лент, продолжавших свое дело и косвенно демонстрировавших безопасность джинчурики.

*Ту-дун!*

Только через долю мгновения до меня дошло, что эти ленты тянутся как-то уж слишком близко в моем направлении для спокойствия, а сверху неожиданно потемнело. Терять время, задирая голову я не стал и сразу рванул в сторону с выбросом чакры из ног, разминувшись со стрекозиным крыло гигантских размеров буквально на пару метров, но это не спасло меня от ощутимо вздрогнувшей под ногами земли и града острых осколков, брызнувших от удара биджу, с легкостью дробивших огромные каменные глыбы вокруг. Совершенно рефлекторно взмахнув Самехадой и срезав часть «хвоста» под громогласный рев Нанаби, я в несколько стремительных прыжков переместился на сравнительно безопасное расстояние, чтобы не попасть под раздачу от пары гигантов, в большинстве своем, занятых друг другом. К хаосу боя присоединилось еще некоторое количество водопадников, скорее всего, предупрежденных Хьюга о сработавшей засаде, но я сомневался, что это позволит повернуть ситуацию на сто восемьдесят градусов, но хоть не будут всякие идиоты мешаться под ногами. Увернувшись от налетевшего сбоку нукенина и мощным пинком отбросив в сторону под хруст ребер, недовольно скривился, выискивая взглядом врага, которого не стоило выпускать из виду.

*Ту-дун!*

Небольшой заминки хватило древнему шиноби, чтобы куда-то деться и удалось найти только пару звериного вида масок, готовивших очередные техники. Отмахнувшись мечом от куда менее убойных, чем использовались ранее, но более быстрых ниндзюцу футона и райтона от масок, я шаринганом просканировал поле боя, подмечая мельчайшие детали и был вынужден констатировать, что потерял Какузу из виду.

Вот дерьмо, без сенсорики я словно слепой и даже шаринган с таким количеством чакры вокруг не помощник!

Глава 34

Старый шиноби не владел гендзюцу на должном уровне, чтобы одурачить меня даже в пылу боя, не говоря о том, что о прямом воздействии всегда предупредит фуин на скальпе, так что вариант оставался только один — враг ушел в землю и оставаясь на месте, я только окончательно предоставлю инициативу противоположной стороне. Как хорошо, что на охоту за биджу у меня хватило соображения явиться экипированным по самую макушку, без необходимость вообще использовать руки — сейчас возможность нестандартных ходов позволит выиграть так необходимое время. Закинув Самехаду на спину и легка присев, чтобы не травмировать суставы ног, я отправил два коротких импульса печатям, выгравированным на нижней стороны сандалий и в следующее мгновение, взмыл в воздух, словно от мощнейшего удара от земли, лишь хекнув от внезапной нагрузки.

Еще в самом начале полета, сработала следующая печать на поясе, уменьшая вес тела и давая взмыть гораздо выше, чем позволила бы имевшаяся масса тела, а третья на поясе зафиксировала в вертикальном положении без необходимости отвлекаться на удержание равновесия. Всего лишь переработка уже использовавшихся ранее фуин в гораздо более удобном и доступном формате применения, благодаря чему я оказался вне зоны действия вражеских ниндзюцу и получил возможность полноценно заняться восстановлением работоспособности правой руки. Господствующая высота позволила так же быстро окинуть взглядом все поле боя, пока терял приданное ускорение, на мгновение зависнув в высшей точке и затем начал медленно опускаться вниз.

Почти подо мной, Нанаби медленно, но верно терял силу от продолжавших свое дело черных лент, пусть пока и отбивался от босса змеиного призыва, высвободив еще одну лапу и крыло от цепей. В стороне от него, Орочимару призвал еще пятерых белых гигантов и методично давил разнообразными ниндзюцу два десятка камнезадых, не подпуская близко представителей Бакхацу Бутай Ивагакуре, которые действовали по стандартной тактике — под прикрытием подчиненных подобраться поближе и мощными сконцентрированными взрывами накрыть врага.

Против целей, превышавших размерами трехэтажный дом и с крепкой шкурой, покрытой чешуей, это работало куда менее эффективно, чем против людей. По самым примерным прикидкам, коллега должен был разобраться со своими врагами в течение трех-четырех минут, что уже указывало на уровень другой стороны.

Сражения поменьше между остатками сил засады и уцелевшими джонинами Такигакуре с постепенно подтягивавшимися подкреплениями, переместились к другой стороне плато, но несмотря на полуторное численное преимущество, союзники проигрывали — Ооноки расщедрился на выделение в засаду больше одного серьезного бойца, и специалист дотона, имевший преимущество в местности и прикрытие напарников, отрывался по полной, разверзая и схлопывая пропасти, обрушивая окружающие скалы и буквально втаптывая водопадников в землю, несмотря на множество ниндзюцу, летевших в ответ. Б, может быть нижняя планка А-ранга. Сомневаюсь, что дотонщик сможет долго продолжать в подобном темпе, но здесь счет идет на минуты и целью является задержка остального отряда, а не полное уничтожение наличных сил Такигакуре. Лишь бы оказалось провалено запечатывание хвостатого зверя.

Переведя взгляд на почти прозрачный купол, под которым скрывались каге буншины вместе с Фуу, я почувствовал укол беспокойства — две команды ивагакуре пытались разными способами прорваться сквозь защиту, в том числе, буквально вынимая почву из-под ног, но клон пока держался, сохраняя горизонтальное положение, даже когда неподалеку прилетел удар крылом от биджу и грохнулся массивный змей. Занимайся вскрытием одни только «нукенины» и можно было бы полностью сосредоточиться на Какузу, но к сожалению, потеряв возможность атаковать меня, его твари переключились на цель в зоне досягаемости, показав наличие определенного разума или контроля со стороны главного сердца. Как бы сам древний шиноби не решил присоединиться.

Расстояние больше полутора сотен метров препятствовало для моего непосредственного вмешательства и еще секунд пятнадцать спуска потребуется, чтобы достать врагов самыми дальнобойными ниндзюцу в моем порезанном на данный момент арсенале с некоторыми шансами попасть, но преимущество в высоте диктует свои правила — не прекращая лечение раны, нитями чакры из тенкецу на груди, я вытащил из подсумка свиток с необходимой маркировкой и распечатал его содержимое. Три сотни стальных игл с ладонь длинной, единой пачкой возникли в воздухе и начали падать, но я успел подхватить их нитями и с силой швырнуть вниз, превращая в смертоносный дождь, прибытие которого враги вовсе не ожидали, особенно, с продолжавшейся мелкой моросью, послужившей отличной маскировкой.

Ни о какой точности подобной атаки даже речи не шло, так что накрыть всех не получилось, но четверо ивовцев оказались превращены в ежиков набравшими скорость иглами и скончались мгновенно — упав с такой высоты, снаряд с легкостью пробьет кость черепа даже у опытного пользователя чакры — еще один шиноби успел отпрыгнуть в сторону, вовремя среагировав, а масочные твари оказались слишком крепкими, чтобы пострадать от обычных метательных снарядов.

Неожиданная атака сработала, как и рассчитывалось, но в тоже время, перевела внимание находившихся внизу врагов на меня. Как и рассчитывал. Ивовцы просто порскнули в разные стороны, разрывая дистанцию, а вот маски поступили довольно неожиданно — замерев на пару мгновений, они рванули друг к другу и слились в намного более массивную тварь из извивающихся нитей, которая затем с силой вбила сформировавшуюся руку в камень и вырвала впечатляющий кусок в несколько тонн.

Под моим удивленным взглядом, она прокрутилась вокруг своей оси, набирая скорость и швырнула импровизированный снаряд в мою сторону! Описав дугу, первая атака ушла в «молоко», но за ней последовала вторая глыба с небольшой коррекцией, просвистевшая в нескольких метрах, а затем и третья, чтобы не оказаться задетым которой, мне пришлось поджать ноги. Легкое касание камня, и я оказался на несколько метров выше, уходя от четвертого и пятого снарядов.

Не то, чтобы это отвлекало меня от главной задачи, но вот раздражение на Какузу увеличилось еще больше. На такой высоте могут работать только исключительно сильнейшие пользователи ниндзюцу, благодаря общей масштабности применяемых техник, которые не каждый еще знает, а тут какая-то хрень на голой силе, не тратя даже мизера чакры, сделала то, что и у меня не получится без серьезных дополнительных усилий. Несмотря на летящую прямо в меня глыбу, я непроизвольно расплылся в улыбке и выставил ладонью вперед левую руку — вырвавшаяся из центра ладони золотая цепь с легкостью обвилась вокруг снаряда и позволила подправить траекторию полета, превращая попадание в промах и за счет импульса огромной массы, опять изменить собственное положение в воздухе, пропуская следующие атаки мимо.

Двое выживших дотонщиков попробовали повторить прием союзной твари с помощью ниндзюцу, но их силенок хватило преодолеть только две трети расстояния, несмотря на куда менее серьезные снаряды. Впрочем, становление очевидной целью, отвлекало внимание от каге буншинов, занятых запечатыванием биджу, так что не велика цена немного напрячься. Тетсу но Ори (Железная Клетка) требовалось еще как минимум четыре минуты и на это время необходимо обеспечить полную безопасность сосуда, пусть даже таким образом. Но долго оставаться пассивным в мои намерения не входило.

Поведя правым плечом и пару раз сжав кулак до этого висевшей плетью руки, я пустил по восстановленным главным каналам кейракукей небольшой ручеек чакры, постепенно увеличивая напор до максимально возможного и лишь убедившись в надежности проделанной работы, удовлетворенно кивнул. Небольшое разделение внимания вовсе не означало, что я прекратил отслеживать общую ситуацию на поле боя, так что появление Какузу засек в тот же момент, как он вынырнул из земли неподалёку от защитного барьера.

Вынырнул не один, так как почти одновременно, с его спины спрыгнули еще две твари, стремительно выращивая из нитей киндзюцу подобия тел и позволив мне прийти к неприятному выводу — довольно долгое отсутствие, по меркам скоростей бойцов эС-ранга, древний шиноби восстанавливал собственную боевую мощь за счет уже павших джонинов, то есть, занимался тем же, чем и я. Очевидно, нукенин Такигакуре здраво оценивал собственные шансы, если придется сражаться не в полную силу.

— Хех… теперь можно и повоевать, — с энтузиазмом похрустев шеей, я отменил уменьшающую вес печать и увлекаемый вновь заработавшей гравитацией, все быстрее полетел вниз, складывая ручные печати и твердо намереваясь задать реликту прошлой эпохи хорошую трепку с гарантированно летальным исходом.

Вот только, Какузу к подобному желанию остался глух и вместо того, чтобы полностью сосредоточиться на приближавшейся угрозе в моем лице, атаковал клонов — огромная колонна камня стремительно выросла из плато и с гулким звоном ударила по барьеру, стремясь сбросить в разверзшуюся с другой стороны пропасть в сотню метров глубиной и четверть этого расстояния шириной. Ответственному за защиту каге буншину пришлось еще больше увеличить объём прозрачного куба, чтобы не лишиться точек контакта с землей, благодаря которым он удерживался на месте — от напора камень уже крошился и грозил рассыпаться щебнем.

Наиболее подходящей тактикой в таком случае служило смещение точки фокуса и перемещение вслед за ней кеккая, что клон и сделал, рванув на еще целый участок плато рядом. Именно так он избегал полного разрушения земли под ногами от дотонщиков. К сожалению, подобный маневр делал группу ближе к схватке биджу с призывом — старый ниндзя знал свое дело.

Несмотря на очевидное беспокойство за артефакт и крошечную Фуу, не обладавшую крепостью тела даже обычного генина и являвшуюся наиболее уязвимой целью на поле боя, мне пришлось сосредоточиться на непосредственной опасности — бывший водопадник использовал против меня в качестве заслона четверых тварей, вовсе не стоявших на месте. Настоящие волны комбинированных ниндзюцу из парных стихий грозили накрыть сразу по приземлению или даже в воздухе и в этот раз отмахаться Самехадой не получится, слишком уж площадные атаки. Вал раздутого в огромное торнадо огня и следам за ним, наэлектризованное цунами из собранной вокруг воды, способной снести чисто набранной массой. Вот только я тоже так могу!

— Суйтой: Суиро Саме Одори но Дзюцу (Высвобождение воды: Техника Танцующей Акульей Тюрьмы)!

Летевшие вниз вместе со мной капли дождя начали стремительно собираться со всех сторон, превращаясь в огромный пузырь воды и продолжая стремительно расти каждое мгновение. Падать оставалось еще около сорока метров падения, но я уже завис на месте в самом центре техники, пока вода растекалась во все стороны, принимая форму сплющенной сферы и опять начал медленно подниматься вверх. А в следующее мгновение, огненный вал врезался в огромную массу воды и во все стороны повалили клубы обжигающего пара, но даже это не остановило рост ниндзюцу, благодаря просто отличной погоде и постоянной подпитке чакры с моей стороны. В чем я был полностью уверен, так это в собственных запасах чакры!

Глава 35

Таки но Куни. Горная местность недалеко от границы с Тэцу но Куни. За несколько мгновений до начала запечатывания семихвостого биджу. Команда Зецу. Черный Зецу

— Ты уверен, что этот наемник справиться? — обеспокоенно прошептал Белый Зецу, осторожно выглядывая из-за острого края большого каменного осколка на разбуженного ниндзя Водопада хвостатого зверя внизу, — Компания здесь подобралась далеко не слабая — куча джонинов и сразу два эС-ранга Конохи!

Наблюдательный пункт был выбрал Курозецу в некотором удалении от плато, на вершине крутой скалы — чтобы отголоски битвы с Нанаби случайно не задели — но и вместе с тем, чтобы иметь возможность непосредственно наблюдать прогресс битвы.

— Хватит беспокоиться, — раздраженно одернул спутника «Воля Мадары», наслушавшийся за последние пол часа разных вариаций того, что может пойти не так и начавший размышлять, верно ли поступил, решив привлечь подобного помощника, — эти идиоты и не подозревают, что здесь их давно ждут, ты сам готов действовать?

— Да, готов я, готов, — беззаботно отмахнулся Белый Зецу, — под прикрытием боя, клоны проведут всю необходимую подготовку.

Поспособствовать организации довольно сложной операции заняло достаточно времени, но он надеялся, что вложенные усилия окупятся, проредив сильных ниндзя с двух сторон. Пусть Ооноки плохо поддавался внешнему влиянию, но в преклонном возрасте не утратил политического чутья и остроты ума, понимая необходимость сорвать процесс создания нового джинчурики Такигакуре ради интересов Ивагакуре и не поскупился на выделение соответствующих сил, вычеркнутых из реестра действующих сил селения задним числом. Никаких эС и А-рангов, естественно, но пара Б-шек и команда из Бакхацу Бутай способны доставить немало хлопот даже более сильным врагам, а протолкнуть через одного слабохарактерного советника идею нанять Какузу для создания впечатления о личной мести нукенина родному селению, была подхвачена Тсучикаге с большим энтузиазмом. Конечно, никто из соседей Ивагакуре не поверит этому, зная о излюбленной тактике данного Великого Селения использовать «нукенинов», но внешние приличия окажутся соблюдены.

В любом случае, Черный Зецу понимал, что против полутора сотен джонинов и элитных бойцов этого окажется мало для нанесения поражения, но фактор неожиданности должен был сыграть свою роль, а истинной целью служило прерывание запечатывания — семихвостый обладал достаточной мощью и мобильностью, чтобы убить даже очень сильных шиноби. То, что удастся достигнуть неожиданным нападением, будет просто приятным бонусом, к тому же — это не единственный сюрприз, заготовленный на сегодня.

— О, началось! — оживленно воскликнул Широзецу, вырывая его из размышлений и заставив обратить внимание на происходившее внизу.

Как и ожидалось, запечатывание проводил Рью Нара с помощью какого-то артефакта — более конкретно разглядеть с такого расстояния не получалось — и у биджу, буквально замотанного в кокон из золотых цепей, не имелось и шанса избежать темных лент. Курозецу заинтересованно подался вперед — момент раскрытия засады стремительно приближался и угол обзора оказался достаточным, чтобы отследить поднятие древнего шиноби из камня прямо позади стенки барьера юного гения из Конохи и последовавшую сокрушительную атаку, достигшую цели. Имея представление о возможностях нукенина эС-класса, он надеялся, что хоть одного элитного ниндзя удастся в первые мгновения вывести из строя и тут же добить.

— Да! Какузу его достал! — с энтузиазмом воскликнул белый получеловек, наблюдая, как Мизу но Сейрей бросило вперед и полетела вниз оторванная правая рука, но тут же поумерил радость, когда покалеченный шиноби вовсе не стал беспомощным, не показав какого-либо эффекта от смертоносного удара в позвоночник, а мгновенно удачно контратаковал каким-то скрытым клинковым оружием из-под одежды, — Что! Как⁈

— Это ирьёнин первой степени, — хмыкнул Черный Зецу, прищурив желтые глаза на развернувшуюся внизу стремительную битву, — не стоит ожидать мгновенной смерти подобного специалиста.

Пусть он и имел небольшую надежду избавиться хотя бы от одной крупной занозы, но предпочитал ожидать худшего, когда дело касалось людей.

— Для однорукого, этот Нара слишком бодрый, — пробурчал сосед, обманутый в лучших чувствах.

Словно в насмешку, обсуждаемый шиноби прикрепил утерянную конечность обратно, пока не восстановившую подвижность, но оба наблюдателя не сомневались, что счет идет на секунды.

— Довольно! — посмотрел на него Курозецу, — Ты добрался до сосуда и его охранников?

— Только до ирьёнина и большинства ниндзя Такигакуре, установленный кеккай мешает проникновению спор и клоны с ивовцами не могут пробиться сквозь него самостоятельно, — помотал головой человек, вытащенный из Демонической Статуи Внешнего Пути, — мне задействовать их сейчас?

— Ещё рано, — отрицательно покачал головой организатор засады, бросив взгляд на стремительно отступившего Какузу, пока враг сосредоточился на сражении с оставшимися масками, — вот когда наемник выполнит то, за что ему заплатили огромные деньги и займется личной местью…

— Понял-понял, — покивал Широзецу, не отрывая взгляда от боя и тут же широко распахнул единственный глаз, — о, он отрубил крыло у семихвостого!

— Нам нужно его получить! — поколебалось спокойствие «Воли» Мадары, — Задействуй клонов под землей, но доставь его мне!

Пусть в конечности биджу не содержится всей силы, но даже малая часть сможет здорово облегчить жизнь в получении новых искусственных людей или послужить запасным вариантом на тот случай, если до нового джинчурики добраться будет невозможно — проклятые Узумаки заставляли на ходу менять давно продуманные и выверенные планы, хватаясь за любую возможность подстелить соломки на непредвиденный случай. Если бы так можно было поступить с уже недоступным двухвостым… Он в ярости сжал кулаки — бесполезные людишки из двух Великих Селений уже давно должны были избавиться от этого ненавистного клана потомков Мудреца Шести Путей, но не смогли добраться даже до стен Узушиогакуре, в большинстве своем, померев от ответного удара мастеров фуиндзюцу. Зависший в воздухе ниндзя с обгоревшими алыми волосами олицетворял собой то, что всей душой ненавидел Курозецу в людях — непредсказуемость и способность выкручиваться из любых ситуаций, ломая даже самые продуманные планы.

То, что Узумаки олицетворяли данные качества целым кланом, только увеличивало чувство ненависти и желание увидеть каждого его представителя мертвым. Пусть порождение Кагуи никому из соратников об этом не говорил, но даже текущая операция в большинстве своем имела целью не препятствие созданию нового джинчурики, а именно устранение Рью Нара — единственного с кровью проклятого клана, элитного бойца Конохагакуре и чьё дальнейшее усиление можно было остановить. О том, чтобы взяться за устранение Нагато Узумаки, обладателя легендарного додюцу или монструозной Мито Узумаки, которую уважал сам Мадара, без организации сильных нукенинов за плечами, не могло идти и речи!

— Ха-ха, мне удалось стащить его! — радостно воскликнул Широзецу, поворачиваясь к командиру, — Докузецу (злой язык), крыло у нас и скоро будет здесь!

— Отлично, хоть что-то прошло удачно, — удовлетворенно кивнул названный, не обращая внимание на нелицеприятное прозвище — сил бороться с этим уже не имелось, — необходимо запечатать крыло, пока чакра не начала уходить.

Как создания, полностью состоящие из чакры, биджу не имели настоящей телесной формы и отделенные части существовали только до тех пор, пока в них имелась родная чакра, с полным исчерпанием начиная разрушаться и таять, ничего после себя не оставляя. Даже те следы, что можно было заметить на некоторых хвостатых, вроде отсеченного рога восьмихвостого, скорее являясь данью памяти о прошлых битвах, сознательно оставляемые тварями, чем чем-то неизменным.

— Я займусь этим, босс, — залихватски козырнул Белый Зецу, сверкнув белозубой улыбкой на половину лица и погрузив руку в свою грудь, без проблем достал из тела свиток с узнаваемым знаком спирали.

То, что Курозецу ненавидел мастеров печатей, вовсе не означало, что он отказывался воспользоваться плодами их трудов, когда того требовала ситуация. Единственная проблема заключалась в том, что пользоваться чакрой и даруемыми ей способностями он мог только беря под полный контроль тело ниндзя или в объединении с другими Зецу, предпочитая второй вариант — не надо было подавлять волю жертвы. Мать знала, что делала, создавая его таким! Подобная особенность позволяла использовать любой существующий кеккей генкай, не останавливаясь на чем-то одном.

Спустя пару десятков секунд, пара похожих на создателя клонов вынырнула из камня, вытащив за собой часть большого полупрозрачного крыла. Проследив за тем, как добычу убирают в свиток, Черный Зецу удовлетворенно кивнул и отвернулся от только набиравшей обороты битвы, устремив взгляд в сторону Тэцу но Куни.

— Похоже, последние участники скоро прибудут и настанет время для небольшой подтасовки карт для наших игроков.

Недалеко от границы Тэцу но Куни с Таки но Куни. Патруль самураев. Миура Анджин

Простая патрульная миссия по заснеженным горам, сотни которых Миуре уже довелось выполнить за полтора десятилетия службы. Скука, холод и пронизывающий ветер, от которого не спасала никакая одежда. В этот неприветливый край забредали только одобренные сегунатом торговцы и редкие бандиты, что охотились на последних. Последние попались самураю больше полугода назад. Ничего не предвещало отход от обыденности, когда морщась от мелких капель дождя со снежинками, к нему подбежал сенсор.

— Капитан, я ощущаю, что в том направлении происходит большая битва с применением чакры, — немного нервно доложил бледный боец, тиская рукоять висевшего на поясе меча, — и это не обычные разборки нукенинов, решивших попытать удачи в наших краях, а…

— Говори же, Такада, — нахмурился Миура, нахмурившись на замявшегося подчиненного.

— Там сражаются очень серьезные шиноби, чьи запасы чакры даже превышают ваши, капитан, — глубоко вздохнув, выдал сенсор, — а еще ощущается очень тяжелая чакра, едва ли принадлежащая человеку.

При последних словах, Анджин почувствовал небольшую дрожь холодка, пробежавшего по спине — о биджу и сосудах для них в Тецу но Куни только слышали, но мало кто сталкивался. Два десятка подчиненных обладали куда меньшим опытом, чем он сам, потому не догадались, о чем же шла речь и нарушая субординацию, загомонили, обсуждая полученную информацию, но готовые последовать за лидером. Решение о дальнейших действиях должен был принять сам Миура. Всего на мгновение, самурай допустил слабость, подумав просто продолжить патрулирование по обычному маршруту и предоставить ниндзя самим разбираться между собой, но воспоминания о уничтоженной нукенинами два года назад деревне сами собой всплыли в памяти, и он стиснул зубы.

— Ито, доложи начальству о происходящем, — повернулся капитан к самому резвому из подчиненных, — остальные за мной и оружие извлечь — необходимо проверить, что устроили ниндзя на нашей границе.

— Капитан Миура, вы уверены? — с легким страхом спросил сенсор, — Может дождемся подкрепления и уже тогда выдвинемся?

— Такада, именно для таких вот случаев и существуют патрульные отряды, чья задача не только обнаружить, но и задержать, — вздохнув, покачал головой главный самурай, — если потребуется, то и своими телами, забрав с собой врага.

Этого оказалось достаточно, чтобы подчиненный взял себя в руки и патруль сегуната поспешил в сторону отдаленных звуков взрывов и рева.

Глава 36

Несмотря на силу комбинированного ниндзюцу и огромную массу испарявшейся воды, я не стал дожидаться, пока огненный шторм угаснет сам собой и двинул пузырь навстречу, постоянно восстанавливая влагу из атмосферы — пар далеко не уходил, почти тут же превращаясь в дождь вместе с тем, что падал с небес и содержа в себе крохотную частицу родной чакры, с лёгкостью попадал под контроль техники. К тому времени, как подоспела наэлектризованная стена воды от второй пары масок, собравшаяся вокруг меня масса оказалась слишком большой, чтобы как-то повлиять в прямом столкновении, и я почувствовал лишь небольшое покалывание кожи, но и только. Суйтон: Суиро Саме Одори но Дзюцу может и выглядит громоздкой, но только из-за размера — начавшие стремительно отступать, твари просто не успели уйти прежде, чем толща воды накрыла их, ограничивая движения и высасывая чакру. Отлично!

Еще в первый раз столкнувшись с применением Какузу Джионгу (Страх Земного Гнева), эффективно делавших его единым в пяти местах и с возможностью применения всех пяти стихий, я задумался, как можно подобное киндзюцу победить без использования Бьякуго но Ин (Печать Силы Сотни), запас в которой предназначен для совсем уж крайних случаев и собирается годами, не так, чтобы уж быстро. Преимущество в количестве всегда будет на стороне противника, добавить сюда как минимум не уступающий объемом источник, в зависимости от того, какой использовался донор и вырисовывается весьма сложная картина — как бы я не напрягался, даже используя Голиафа, не факт, что нукенин к этому не подготовился и в очередной раз сможет сбежать с новым знанием моих приемов, чтобы в следующий раз подготовиться получше. Гад прожил до столь значительного возраста не потому, что недооценивал цели, которые продемонстрировали свою силу. Единственный вариант, напрашивавшийся сам собой — использовать масштабное ниндзюцу, которое накроет все маски сразу и сможет их удержать до момента уничтожения. Под поставленную задачу как нельзя лучше подошли техники от родственников с острова, хоть и требуя наличие больших объемов воды неподалеку.

Как только твари оказались на самом краю накатившего пузыря, я быстро сложил шесть ручных печатей и увеличил поток чакры, действуя в соответствии с планом:

— Вторая фаза: Давление Глубины (Дайники: Букаса Атсурёки).

Полностью соответствуя названию, ниндзюцу почти на треть объема ужалось, взамен значительно увеличив свою плотность и делая движения попавших в Танцующую Акулью Тюрьму словно в замедленном фильме. Даже усилия использовать нити киндзюцу, чтобы вцепиться в камень под ногами и таким образом выбраться из зоны поражения, выглядели откровенно жалкими, разве что водяная маска пыталась взять под контроль окружавшую ее массу, но с очень скромным успехом, чтобы повлиять на результат. Тут поможет разве что дотон, чтобы уйти под землю, но вот беда, она находится в главном теле. Несмотря на внутреннее злорадство, я не переставал двигать массу воды дальше, в сторону древнего шиноби, чтобы прекратить взлом защитного барьера и готовить следующую технику.

— Суйтон: Кууфуку Саме но Пакку (Высвобождение воды: Стая Голодных Акул)!

Собравшиеся передо мной конструкты морских хищниц, отличавшихся более темным цветом тела, чем окружающая среда, благодаря чему их можно было отслеживать в толще воды, на приличной скорости рванули к копошившимся маскам — плотность не ограничивала их движения. Несколько секунд, которые им понадобились для преодоления пяти десятков метров, твари заметили и осознали опасность, среагировав с удивительной слаженностью — нити киндзюцу с трудом протянулись друг навстречу другу, сплетаясь и подтягивая за собой источники в единую массу, что поглотила в себе сердца, скрывая от урона. Куча акул налетела и начала стремительно рвать на части копошащееся гнездо червей вокруг твердого панциря, как это стало выглядеть со стороны, не обращая внимания на попытки обвить и раздавить. Может быть в обычной воде подобная тактика и сработала бы, но не в этом случае, когда чакра из них высасывалась масштабным ниндзюцу, не позволяя действовать с прежней резвостью. Запретная или нет, а чакра все равно необходима для нормальной работы и если ее становится меньше, то и результат окажется соответствующим. На вскидку, примерно тридцати секунд будет достаточно для полного уничтожения.

Слишком увлекшись предвкушением уничтожения львиной части сил Какузу и на мгновение забыв, что в бою подобного уровня лучше контролировать все вокруг, я упустил из виду самого древнего монстра, тем более, что видимость окружающего мира здорово ухудшилась моими же усилиями. Расплата последовала незамедлительно — стремительно рассекая воду, из земли недалеко от меня буквально выстрелила вверх каменная стена, не отличавшаяся большой толщиной, но вот шириной перекрывшая с запасом весь пузырь.

— Дерьмо!

Прежде чем я смог хоть как-то воспрепятствовать произошедшему, Суйтон: Суиро Саме Одори но Дзюцу оказалась перерезана на две части, эффективно обрубая мой контроль на меньшей! Вода расплескалась во все стороны, треская и разбивая напором стену, но ущерб уже оказался нанесен — без сильнейшего давления и высасывания чакры, маски не только смогли уничтожить терзавших их акул, но и сбежать из разрушившейся ловушки, отступая единой массой куда резвее, чем по отдельности. Даже поспешив накатиться тюрьмой акул следом, я не успевал воспрепятствовать объединению всех пяти сердец в основном теле Какузу, стоявшего немного поодаль. А в следующее мгновение успев заметить, как враг сложил несколько ручных печатей и впечатал ладони в камень, мне пришлось дать задний ход — под ногами начала разрастаться глубокая пропасть и в отличие от барьера, я не мог удержать весь объем воды только за счет цепляния за один край. Тяжесть техники тоже сыграла не в мою пользу, и чтобы не оказаться похороненным, пришлось срочно отсекать большую часть. Получившийся расширение воды вытолкнуло едва ли четверть остававшегося объема ниндзюцу за пределы поражения Какузу.

Точнее, заставив прокатиться куда дальше запланированного и на секунду потерять ориентацию. Оглядевшись по сторонам, я только и мог, что стиснуть зубы, когда огромный клубок тел босса змей и семихвостого биджу, шипевших и ревевших настолько громко, что пробивалось даже ко мне, всей своей массой налетели на изрядно уменьшившийся пузырь воды, подминая под себя. Да чтоб вас!

Несмотря на огромную плотность и лишь чуть меньший размер, техника оказалась плохой защитой, и только своевременная реакция с манипуляцией суйтоном, помогли мне выстрелить из воды за мгновение до того, как тела гигантов сыграли роль катка. Тем не менее, исчезновение контроля за техникой привело к очевидным последствиям — хлынувшая во все стороны вода остановила их и придала мне дополнительного ускорения. Парой мощных гребков оказавшись на гребне хлынувшей во все стороны волны, я создал и отшвырнул в сторону каге буншина с единственной задачей, сам принялся складывать цепочку печатей, с помощью шарингана, быстро обнаружив Какузу.

— Суйтон: Дайбакуфу но Дзюцу (Стихия Воды: Техника Великого Водопада)!

Собрав воду под ногами, и так имевшую неплохое ускорение, в один стремительный, мощный и вращавшийся поток высотой с десяток метров, крошивший камни и сметавший все на своем пути, который я направил прямо поверх пропасти во врага и уже летевшие мне навстречу элементальные ниндзюцу. Кто бы сомневался, что он не будет терять время зря, но на другое я и не рассчитывал, больше желая отвлечь внимание и перекрыть обзор — позади клон должен был отступить за битву биджу и совершить предварительную подготовку к применению очередной козырной карты, мне же необходимо было подобраться на достаточное расстояние, чтобы ею воспользоваться.

Столкнувшиеся техники воды, ветра и огня взаимно аннулировались, заволакивая округу густым паром, чего мне и требовалось, чтобы уравняться в количестве — небольшое усилие и рядом в редких облачках дыма появились еще две копии, стремительно несшиеся в перед, складывая руками фигуры.

— Райтон: Бакенэко но Дзюцу (Высвобождение молнии: Техника Демонического Кота).

Вперед унеслись три кота из молнии, способные не только перетянуть на себя часть внимания Какузу, но и не слиться в первые же секунды атаки, а следом устремились и мы, но немного по другой траектории, не намереваясь перепрыгивать широкий проем в земле, а обойти стороной. Смертоносный поток молний, ударивший сквозь завесу туда, где как раз должен был находиться я, продолжай двигаться с прежней скоростью, послужил лишним напоминанием об опытности врага. Ниндзюцу попало в цель, задев сразу всех котов, но только увеличило в размерах и прибавило прыти — против самой стремительной стихии, нет ничего лучше, чем быть неуязвимым, особенно, когда у врага этой неуязвимости нет. Неожиданный рывок вперед позволил котам уйти от столба воды, последовавшего сквозь туман с очень небольшим запозданием и с мощным прыжком, они скрылись из виду на другой стороне пролома.

В тот момент, когда мощный порыв ветра со стороны врага восстановил видимость, я подкинул одного клона, позволяя атаковать ниндзюцу сверху, собираясь обрушить на группу врагов целый дождь из райтон-сенбонов, а сам рванул за вторым, складывая большую цепочку печатей. Откуда-то сбоку стремительно выскочил шиноби ивагакуре, занося обнаженный меч для удара, но он безбожно тормозил для тех скоростей, на которых велась битва, так что мне не пришлось даже вмешиваться — каге буншин походя отбил нападение кунаем и следом быстрым уколом пробил горло, оставив идиота захлебываться в собственной крови.

Первыми до группы древнего шиноби добрались коты, избегая выраставших из земли кольев и сразу бросились в атаку, на личном опыте выяснив, что нити киндзюцу просто поджаривались от контакта с чистой молнией, когда сработала стандартная атака масок на ближней дистанции. Более-менее отбилась только имеющая футон — оказывается, владение сердца стихией даровало не только способность применять соответствующие ниндюцу, но и не особо умело напитывать оружие — создав из своего тела подобие меча и покрыв режущей аурой, повредившей конструкта. Какузу среагировал очень быстро, пока мои создания трепали его тварей, стремясь добраться до единственного уязвимого места — впитав маску воздуха, пока остальные отбивались единым фронтом и даже не складывая печатей, рубанул рукой, отправляя почти незаметное серповидное лезвие. Несмотря на скорость выбранного целью кота, чисто у него увернуться не получилось, потеряв отсечённой правую заднюю лапу, но тут же ее восстановив.

Пока бакенэко отвлекали врага, пользуясь сравнительной физической неуязвимостью и слабость к райтону киндзюцу нукенина Такигакуре, сверху посыпались сверкающие иглы, усиливая конструкты при попадании и доставляя немало неприятных мгновений врагам. Причинить серьезный урон им не получилось, но даже секундное отвлечение на защиту нитями предоставило отличную возможность не только нам подобраться поближе, но и демоническим кискам совместно достать огненное сердцу, пусть и ценой уничтожения одного из них Какузу. Правда, молния из нарушенного ниндзюцу не развеялась бесследно, а притянулась к наиболее близким источникам похожей чакры, разом увеличив оставшихся конструктов до трехметровых размеров и подарив по второму хвосту. Размер не только влиял на размер доступного резерва, но и позволил сопротивляться природной слабости — древний шиноби убедился на этом самостоятельно, когда второго кота не получилось развались с такой же легкостью, что и первого, лишь распороть половину бока, что на боеспособностью не сильно повлияло. Видя, насколько неудобными противниками оказались бакенэко для врага, оставалось только усмехаться — привык старик, что в рукопашную с ним мало кто сравнится, а тут карта легла другой стороной.

Выигранные несколько секунд дали мне возможность, не только подобраться на необходимое расстояние, но и почти закончить подготовку, скрывая за клоном приготовления, и я расплылся в кровожадной улыбке, буквально чувствуя, как вверху начала собираться природная молния, готовая излиться на землю смертоносным потоком.

— КИРИ-гах.

Глава 37

В тот самый миг, когда техника находилась на последней стадии активации, и я предвкушал неминуемую победу над Какузу или хотя бы уменьшение его боевого потенциала, какая-то белесая хрень на моем теле стремительно вспучилась и пошла расти бешеными темпами, обволакивая и фиксируя конечности. Уже летя на землю в обездвиженном состоянии и со сбитой концентрацией в результате нарушения циркуляции в керакукей внезапным всасыванием чакры, не позволившей завершить Кирин, с одного взгляда на белую массу и образовавшиеся на ней три головы с зелеными волосами, скалившихся наполовину обезображенными лицами, меня молнией прострелила мысль — Широзецу! Чёрная тварь, без которой недочеловеки и шагу не сделают, выбрала меня целью для устранения, подгадав наиболее важный момент! В месте с этим, пришло простое понимание, пробрав до самой печёнки и холодного пота — меня сейчас будут убивать, беспомощного и скованного, с гарантией. Потом сожрав труп или прибрав для дальнейшего использования!

Не сумев сохранить в полной мере воспоминания прошлого мира, я успел очень основательно записать мельчайшие детали, еще остававшиеся в памяти, которые касались главных врагов и их возможностей, а недавнее изучение принадлежавших первому Хокаге ниндзюцу мокутона позволили понять, что дело мое швах и если в следующую пару секунд не избавиться от гротескных подобий мокутона, то дальше можно и не рыпаться. Как назло, никаких уязвимостей этой хрени не приходило на ум и даже боевой коктейль в крови начинал не справляться с притуплением эмоций, мешая мыслить рационально и отстраненно.

Естественно, первая реакция применить свою недюжинную физическую силу, напитав мышцы рук-ног по максимуму, провалилась с треском, так как масса бесформенных тел оказалась весьма упругой и немного растягивалась, но рваться вовсе не собиралась. Кроме того, сволочи здорово нарушили мой контроль и даже постепенно росли, еще больше распространяясь по телу, что делало данную затею еще более сложной. Следующим очевидным решением было применение фуиндзюцу для запечатывания — какие бы не были эти уродцы всасывателями чакры, но даже Самехаду можно запечатать и у меня имелись соответствующие свитки, но вот с доступностью существовала огромная проблема, так как все карманы униформы и подсумки так же оказались покрыты телами клонов, не говоря о том, что руками действовать было затруднительно. Хрен там с нормальным запечатыванием, но даже печать хранилища на руке оказалась вне белой массы и использовать ее для этой цели не представлялось возможным, так вступать в контакт с тем участком открытой кожи твари вовсе не спешили, очевидно, осведомленные о моих способностях. Что самое странное, это полное игнорирование великого меча у меня на спине — к нему просто не прикасались, оставляя широкую полосу свободной, но толку мне от этого не имелось вообще, разве что отпустить Самехаду.

— Босс! — заметил мое состояние бежавший впереди каге буншин, но прийти на помощь у него не получилось, так как пришлось прикрываться барьером от тарана суйтон техники, что все же успела выпустить одна маска в нашу сторону.

Почти вписавшись в землю носом, я титаническим усилием выпрямил полусогнутые руки и приземлился на ладони, воспользовавшись набранной инерцией, чтобы перекувыркнуться и приземлиться на ноги, только сейчас заметив, что одновременно с неожиданным нападением Широзецу, вокруг повылезали из земли нукенины Ивагакуре совершенно одинакового вида и в меня уже летели метательные снаряды с враплениями заостренных каменных кольев.

Проклятье!

Благодаря их относительно небольшой скорости, у меня получилось вовремя отреагировать и увернуться, воспользовавшись налипшими хренями в качестве защиты. Не от всех — часть увязла в массе Зецу, часть простых ниндзюцу ушла в защищенную мечом спину, рассыпавшись крошкой, несколько железок отскочило от почти целой металлической брони, пара лезвий оставили пару не опасных царапин на шее и скуле, полностью защищенными внутренними костяными пластинами, но один кунай вонзился в икру левой ноги, еще один в бедро немного выше колена и сразу три сенбона пробили кисть и запястье многострадальной правой руки. Боль от полученных ранений не помешала мне быстро крутануться на месте, защищаясь от второй волны от нескольких запоздавших врагов, на этот раз без опасных попаданий и одновременно с этим, преобразовав чакру в тенкецу в стихийную и тут же выпустив ее наружу в попытках поджарить прилипших уродцев. Молнии забегали по клонам мокутона, но кроме подергиваний и вырвавшихся стонов троицы, более значительного результата получить не удалось, а на хоть сколько-то длительное воздействие, наверняка возымевшее бы действие, у меня не имелось времени.

— Босс! — встревоженный возглас клона лишь на мгновение опередил задрожавшую под ногами землю и взмывшие по сторонам массивные скальные образования, устремившиеся навстречу друг другу.

Подобное я уже видел во время второй мировой войны. Кто бы сомневался, что старый ублюдок позаимствует что-то разрушительное из арсенала соседей!

— Дотон: Сандо но Дзюцу! — донесся хриплый голос Какузу.

Несмотря на прямую угрозу оказаться в качестве сопутствующего урона, никто из нукенинов и не подумал отступать, подтвердив мое предположение, что никакие это не люди, а присланные на убой мокутонные клоны, просто принявшие чужой облик, на что Широзецу вполне способен. Тот момент, когда стоит пожалеть о недостаточном владении Шикотсумьяку (Мертвый Костяной Пульс), существующем словно для таких вот ситуаций. Полагаю, время перейти к крайним мерам, о которых раньше и не думал, раз все остальные способы выбраться из сложившейся ситуации мне обрезали, эффективно лишив имевшихся сильных сторон. Потребуется лишь доля секунды…

— Каймон (Врата Начала)!

Небольшое воздействие с помощью ирьёдзюцу на особую тенкецу в левом полушарии мозга, убрали защитную функцию при перенапряжении мышц тела, позволив использовать их на все сто процентов. Первые врата открыты.

— Кюмон (Врата Исцеления)!

Другая тенкецу в правом полушарии наполнила тело энергией, смывая усталось интенсивного боя и наполняя ощущением силы. Все торчавшие из тела снаряды оказались выдавлены и у меня хватило контроля чакры перекрыть кровотечение. Вторые врата открыты.

— Сеймон (Врата Жизни)!

Следующая тенкецу в верхней части спинного мозга поддалась уже труднее, ускоряя ток крови, давая возможность двигаться с большей скоростью и заставляя кожу краснеть. Третьи врата открыты.

— Вот дерьмо! — успел воскликнуть один из трех клонов, оценив произошедшие изменения.

— Шомон (Врата Боли)!

Четвертая тенкецу в середине позвоночника сопротивлялась дольше всего, пусть счет шел на десятые доли секунды, но и она поддалась, выводя тело на предел возможностей и значительно увеличивая силу со скоростью, а я буквально почувствовал, как мышцы начали получать микроповреждения. Чувство могущества полностью заглушало боль, но Ияку Фуин вышла на полную мощность в попытке нейтрализовать получаемый вред. Четвертые врата открыты.

Мой предел в технике Хачимон (Восемь Врат), который можно достигнуть без соответствующих многолетних тренировок, исключительно медицинским способом, но даже ради такого достижения, пришлось несколько раз консультироваться у главного эксперта Конохи — Майто Дая, достойно отплатив хорошему мужику за помощь. Кто бы мог подумать, что мимолетный интерес, о котором уже успел подзабыть, однажды спасет мне жизнь…

Резкое движение руками и клона Широзецу с треском разрывает, отлетая ошметками в стороны. Не теряя времени, я ухватился за других и с легкостью отодрал от себя, окончательно освобождая ноги и тело, дополнительным бонусом использовав тела в качестве щита, приняв град дальнобойных атак и тут же пройдясь ими по врагам, подобравшимся на ближнюю дистанцию. Несмотря на свою крепость, от могучих ударов клоны-паразиты разлетались на части, одновременно выводя из строя цели путем несовместимых с жизнью травм. Впрочем, дольше секунды я на них не потратил, лишь убедившись, что немедленная опасность ликвидирована. Без всякого указания понимая меня с полувзгляда, каге буншин рванул назад, бросая подпитку кеккая и выхватил у меня с пояса свиток для пленников, на лету запечатав части уничтоженных Белых Зецу и одного переломанного нукенина для будущего изучения.

Забросив его на плечо целой руки, я дал деру, наверное, почти достигнув скорости Третьего Райкаге, оставляя за собой взлетавший в воздух щебень от дробившегося под ногами камня плато. Даже так, выскользнуть из ловушки смертельного ниндзюцу получилось лишь в последний момент и волна воздуха, резко выдавленного между скальных массивов с грохотом столкнувшихся за спиной, бросила вперед, чуть не сбив на землю. Вспахав ногами несколько десятков метров и защитившись быстрыми ударами от брызнувших во все стороны осколков, вполне сошедших бы за атакующее ниндзюцу, я развернулся, готовый отражать новое нападение, если бы «нукенины» смогли последовать следом, но врагов в непосредственной близости не оказалось, лишь в нескольких сотнях метров в стороне продолжали сражаться гиганты, перемалывая окружающую местность и где-то в километре с лишним бушевали среди взрывов уменьшившиеся в количестве змеи Орочимару.

С некоторым трудом закрыв Хачимон в обратном порядке и поморщившись от накатившей боли ранений с общей усталостью, оценил последствия — четыре секунды применения, благодаря крепости шиноби эС-ранга с выносливостью Узумаки, оказались довольно щадящими в плане последствий, и я попрежнему оставался боеспособным, с двумя пятыми резерва чакры. В этом отношении врата не настолько опасны, как для более слабых ниндзя, вот только использовать их очень рекомендуется в совершенно здоровом состоянии по очевидным причинам, в отличие от текущей ситуации и изначально не такие серьезные ранения для ирьёнина моего уровня, стали немного более проблематичны, несмотря на работу печати. Создав и развеяв клона для оповещения остальных каге буншинов о ситуации, пришло время о них позаботиться.

В три руки, мы управились с пробитой в двух местах ногой секунды за четыре и занялись рукой на ходу, сразу же рванув в обход сомкнувшихся скал, откуда продолжали раздаваться звуки битвы и рева, похожего на звук разрядов. Несмотря на меньшинство, котики держались, а еще через две секунды, откуда-то с другой стороны глыбы дотон ниндзюцу донесся знакомый голос, заставив меня начать мстительно ухмыляться — в отличие от других техник подобного уровня, активация именно этой стоит довольно мало чакры после предварительной подготовки и доступна даже клону.

— КИРИН!

В небесах полыхнуло и в следующее мгновение на сетчатке глаз отпечатался столб электричества в форме дракона, что обрушился вниз в том самом месте, где должен был находиться древний шиноби с группой поддержки. Грохот мощнейшего разряда заставил меня на некоторое время потерять слух, но готовый к подобному — пару раз проводились испытания в безлюдной местности — я продолжил нестись, вот только каге буншин этого не выдержал, развеявшись и чуть увеличив запас чакры, но это оказалось несущественно, так как в поле зрения наконец появился большой оплавленный кратер от применения ниндзюцу эС-ранга. Котиков моих нигде не оказалось, полагаю, их просто размыло потоком натуральной молнии, несмотря на возможность поглощения, а вот нукенин…

Шаринган быстро отследил очень основательно подпаленную фигуру Какузу, стремительно улепетывавшего с места битвы и судя по тому, что он не уходил под землю, земляное сердце оказалось уничтожено вместе с большинством остальных и сердце молнии каким-то чудом уцелело и воскресило поджаренный труп гада, позволив отступить. Я рванул в погоню, намеренный в этот раз окончательно его упокоить, но огромный костер чакры, внезапно зажегшийся в ощущениях начавшей отходить сенсорики, заставил на мгновение замереть и быстро взобраться несколькими прыжками на искусственную глыбу и взглянуть в ту сторону.

Даже с такого большого расстояния, я узнал лиса из Такигукуре, окруженного ореолом чакры, сражавшегося с нукенинами Ивагакуре и бойцами во вполне узнаваемых доспехах, вооруженных мечами. Самураи Страны Железа⁈

Глава 38

Бросив быстрый взгляд в сторону продолжавшихся взрывов вокруг гигантских змей и мелькание фигур ниндзя — битва сбавляла обороты по мере уничтожения врагов, но Орочимару пока сдерживали — я секунду поколебался и, скрипнув зубами, создал единственного каге буншина с половиной остававшейся чакры, отправив вслед за Какузу, сам же поспешил к значительно ужавшемуся защитному барьеру, походя прикончив пару нукенинов, что не оставили попыток пробиться сквозь него. Пусть шанс добить этого живучего таракана невелик, погоня не даст нукенину быстро восстановиться и вернуться в бой. Опять.

Как бы не хотелось прибить гада, доставившего столько неприятностей, но выполнение миссии прежде всего и выгаданного времени хватит с лихвой, а там, на двоих шиноби эС-ранга, и сам старик не полезет — поостережётся. В этот раз, я не забуду о нем и как только появится хоть немного свободного времени, устрою настоящую охоту, тем более, когда вскрылось, что его использует для своих делишек Курозецу, пусть и сто процентов втемную. Сам факт того, что эта пакость решилась на прямое вмешательство в самый напряженный момент битвы, а засада оказалась устроена со знанием многих моих сильных сторон, уже заставляли звучать в голове тревожные звоночки. Очевидная причина напрашивалась сама собой — устранение неудобных игроков на международной арене, одновременно ослабляя набравшую силу Коноху путем выцеливания элиты вооруженных сил, и сегодня имелись очень неплохие шансы навсегда уложить меня в землю, а может и Орочимару тоже, при некоторой удаче. Если бы не припасенные козыри… Неудивительно, что даже с подавленными эмоциями, вся спина покрылась холодным потом.

Тем не менее, я настороженно отслеживал шаринганом мельчайшую деталь на поле боя, готовый к новому нападению и так же уделяя внимание присутствию на поле боя самураев. Самураев, ввязавшихся в битву с ниндзя Такигакуре и нукенинами, что уже осложняло ситуацию на порядок, переводя на международный уровень с внутреннего дела союзников. Именно поэтому, в данный момент я предпочел вообще рядом не отсвечивать, охраняя артефакт и юную джинчурики, нежели спешить на помощь водопадникам — представление той вони до небес, что наверняка поднимется по дипломатическим каналам, немного отвлекало от ощущения поднимавшейся изнутри тихой паники по поводу вмешательства Зецу.

— Босс, у меня кончается чакра, — привлек внимание из-за спины голос клона, — семихвостый оказался слишком объемным для такого типа запечатывания.

Бросив быстрый взгляд через плечо и поморщившись от невозможности оценить ситуацию сенсорикой, опять наглухо заблокированной вблизи сильно ослабевшего биджу, я сделал быстрый жест в сторону второго клона, державшего барьер.

— Передай ему большую часть резерва, но защиту держи до завершения процесса, — после чего вернулся к настороженному наблюдению.

Даже использование дорогущей плиты чакрометалла со сложной печатью не заменит применение целого бога в качестве инструмента или полностью оборудованного зала, направленного на безопасное перезапечатывание. Затраты огромного количества чакры для работы Тетсу но Ори (Железная Клетка) является не такой серьезной ценой, особенно с относительно быстрым процессом.

— Понял, босс, — коротко кивнул двойник, положив свободную руку на плечо соседа.

Судя по тому, что семена никак себя не проявили под кеккаем, хотя цель самая «мягкая» и важная для такого типа засад, пробиться сквозь него не получилось и лучше вообще не давать подобной возможности, потому что я готов биться об заклад, что Широзецу продолжал находиться неподалеку и внимательно наблюдать, даже если и не планировал больше вмешиваться. Не то, чтобы он оставался единственной опасностью поблизости.

Только из-за крайней настороженности получилось уловить звук лопнувшей струны, сперва в единичном случае, но потом эти приняло множественный характер — сковывавшие биджу золотые цепи начали тускнеть и лопаться, исчерпав вложенный запас чакры и постепенно освобождая прижатые к телу хвосты с лапами. Не сразу, это был постепенный процесс, тем не менее, протекавший очень стремительно.

— Вот дерьмо! — рванув в сторону сражавшихся гигантов, правой складывая одноручные печати, а левой вытаскивая из подсумка на поясе пару свитков, я всё равно не успел вовремя.

Получивший гораздо большую свободу, Нанаби смог зафиксировать тремя свободными лапами извивавшееся тело босса змей, подмять под себя и обрушивая страшные удары парой хвостов, глубоко впиться жвалами, проламывая чешую и разрывая шкуру. Из огромной раны рекой хлынула кровь и это оказалось последней каплей для Манды, продержавшегося удивительно долго.

— Орочимару, ты мне с-с-сильно задолжал! — оглушительно прошипел он и исчез в густых клубах дыма, оставив меня один на один с гигантским рассерженным жуком.

Жуком, что избавился от серьёзной помехи и немедленно найдя взглядом источник выкачивавших из него силу чёрных лент, начал концентрировать биджудаму перед мордой, совершенно не обращая на меня внимания! Выругавшись, я швырнул вперед активированные свитки Конго Фуса (Адамантовые Запечатывающие Цепи) и ухватившись за рукоятку, вытащил Самехаду из-за спины и одним движением высвободив от бинтов с помощью ловкого применения чакры, со всей доступной силой швырнул прямо в стремительно увеличивавшийся черный шар.

Великий меч просвистел, рассекая воздух, почти сотню с лишним метров и попал прямо в цель, не только мгновенно высосав концентрировавшуюся силу биджу, но и удачно вписавшись в забрало шлема, причинив хвостатому изрядную боль, о чем свидетельствовал оглушающий рев и мотание головой. Естественно, из-за своей необычной формы, Самехада не могла вонзиться в псевдо плоть огромного монстра и быстро отлетела в сторону, вот только, даже короткое прикосновение позволило ей высосать очень приличный кусок резерва Нанаби, из-за чего последний даже потерял в цвете.

Это не помешало ему совершить стремительный рывок вперед в последней отчаянной атаке на джинчурики, не обращая внимания на начавшие действовать свитки и десятки золотых цепей, обвившиеся вокруг огромной туши. Вот только, одной волей создав хилого клона для поимки меча за тканевую ленту, я уже закончил серию печатей, вбухивая почти всю имевшуюся чакру.

— Конго Фуса: Гориате но Коучикубутсу (Адамантовые Запечатывающие Цепи: Конструкт Голиафа)!

Из большей части тенкецу тела вырвались темно-синие цепи чакры и сплелись между собой, формируя вокруг меня верхнюю часть туловища фигуры, похожей на самурая в доспехах, почти четырех метров в высоту, а в следующий момент, биджу пошел на таран, врезавшись шлемо-головой прямо в выставленный щит. Страшный удар буквально вмял конструкта в плато на метр и протащил назад, а вместе с ним и меня, застонавшего от обрушившейся натуги. Вспахав тонкий слой земли и покрошив немало камня, со звоном лопнувшего стекла ломая выраставшие из низа конструкта копья, мне все же удалось остановить отчаянный рывок семихвостого через три с лишним десятка метров. Обладай он всей полнотой движений, я бы остерегся вставать на пути — разница в размерах с массой слишком большая и получи Нанаби возможность полноценно двигаться, а не подтягиваться на двух правых лапах, волоча тело и отталкиваясь тремя крыльями — оказавшуюся на пути «букашку» просто смяло бы.

Вонзившиеся в щит огромные жвала с силой сжались, и я почувствовал, как стремительно утекает чакра на сохранение целостности, а обрушившиеся с левой стороны удары только ухудшали ситуацию и вместо того, чтобы вступить в заведомо проигрышное противостояние, я просто позволил части конструкта детонировать, разбрасывая нас в разные стороны. Точнее, это я отлетел еще на десяток с лишним метров назад, а биджу лишь встал на дыбы и рухнул назад, поднимая тучи пыли и панцирем дробя камень под собой. Сотни угольно-черных лент делали свое дело, и он слабел с каждой секундой, оставаясь смертельно опасным до всего в зоне досягаемости.

Немного неожиданно для меня, гигантский жук взревел, принявшись извиваться телом и пытаясь развернуться, махая всеми свободными конечностями и явно стараясь достать до чего-то позади себя, причинившего ему боль. Сперва я настороженно на это смотрел, но потом обнаружил маневрировавшего с другой стороны последнего каге буншина, что атаковал гиганта со спины, раскручивая и швыряя Самехаду за бинты, а затем так же возвращая обратно без необходимости лично прикасаться к рукоятке. Подобная стратегия приносила ощутимые плоды — семихвостый еще больше терял цвет и начал становиться прозрачным.

— Продолжай! — крикнул ему и бросился вперед, ухватив руками конструкта промелькнувшее передо мной крыло и не дав биджу полноценно развернуться.

Новый удар Самехадой, меня смело сильнейшим взмахом хвоста, отправляя в полет, но дело оказалось сделано — клон бросил великий меч на спину гиганта, и в следующий момент вся его гигантская туша начала ужиматься и утекать по лентам прямо к маленькой фигурке Фуу, неподвижно лежавшей на металлической плите. Что было дальше, я видеть не мог, приземлившись на землю довольно далеко от барьера, но прекрасно знал в теории — как только черные ленты полностью втянутся в ее тело, на животе девочки закончит формироваться точно такого же цвета печать, обозначая завершение процесса запечатывания и как только полноценно сформируется кейракукей, Тетсу но Ори (Железная Клетка) пропадет из виду, оставляя после себя лишь чистую кожу. Наконец-то основная часть миссии выполнена.

Поднявшись и быстро осмотревшись по сторонам, я убедился, что за время короткой стычки новых врагов в округе не добавилось, нукенины, самураи и водопадники продолжали сражаться, а вот Орочимару уже закончил со своими противниками и в сопровождении трех уцелевших призывов, спешил ко мне, окруженный очень знакомым конструктом из чакры, пусть и несколько ближе цветом к фиолетовому. Хех, освоил-таки!

— Рью-кун, я вижу, ты уже закончил со своими, — устало ухмыльнулся коллега, добравшись за несколько секунд до барьера.

Окинув взглядом соратника, я отметил общий потрепанный вид и бледность большую, чем обычно.

— Пришлось напрячься, — устало кивнул в ответ, втягивая остатки чакры из конструкта и осторожно принимая в руки новую джинчурики.

Поверхностное обследование показало, что за исключением повреждения барабанных перепонок, девочка здорова и как только пройдет адаптационный период к чакре семихвостого биджу, ее здоровью будут завидовать. Несколько секунд всей работы.

— Я бы освободился раньше, если бы не эти белые твари, — поморщился змеиный саннин, — пришлось дважды применять Технику Подмены Тела, прежде чем удалось от них избавиться.

Значит, Широзецу решил поохотиться и на него тоже, наверняка проявившись в самый неудобный момент… Теперь понятно, почему Орочимару так долго возился с отрядом Ивагакуре, хотя при поддержке призывов должен был разобраться гораздо быстрее.

— Тоже самое, — ответил на его молчаливый вопрос, перехватив Фуу в правую руку и принимая левой у подоспевшего клона довольно урчавшую Самехаду, с облегчением ощутил, как в почти пустой резерв хлынула чакра, — потом обсудим.

Копии добавили свою лепту, совместными усилиями доведя меня до четверти объёма.

— Хорошо, — кивнул и обратил внимание на звуки битвы шиноби, — там кто?

— Подоспели самураи и если не хотим ввязываться в солидный дипломатический конфликт, лучше оставить их водопадникам.

Покривившись, Орочимару согласно кивнул.

— Миссия выполнена, отступаем, — я громогласно гаркнул усиленным чакрой голосом и развернувшись, припустил туда, где была разбита стоянка отряда, стараясь не потревожить ребёнка.

Союзников я предупредил, а там уж пусть сами водопадники решают, как поступать — за вмешательство в разборки с самураями нам не заплатили, в отличие от доставки заказчику джинчурики в целости и сохранности.

Глава 39

Отступление на подготовленную позицию прошло без дальнейших происшествий и весьма вовремя, так как вернувшей чувствительность сенсорикой я засек приближение как минимум сотни источников чакры не меньше чунина со стороны Страны Железа — скорее всего, подкрепление к тем патрульным, что налетели на водопадников. Кстати, союзники тоже не стали задерживаться и спустя пару минут последовали за нами, очевидно, посчитав защиту новой джинчурики более приоритетной, чем добивание врагов. Тем более, ниндзя Такигакуре здорово потрепало неожиданное нападение и усилия биджу, от начального числа осталось дай Ками половина, что очень чувствительно для малой деревни.

Команда Хьюга и еще одна от водопадников, их прикрывавшая, в бою не участвовали и избежали общего месива, отслеживая наше приближение в режиме реального времени, так что девочку у меня очень быстро забрали, да и не старался я заделаться нянькой — меня волновали куда больше другие заботы. После того, как перекинулись парой слов с соратниками, Орочимару сразу же оттащил меня в сторону, желая обсудить нюансы прошедшей битвы. После постановки соответствующего барьера, естественно.

— Сегодня мне удалось избежать смерти большой ценой, хотя у врагов не имелось никого, действительно опасного — эти белые твари связали движения в самый неудобный момент, — мрачно заявил коллега, — до этого, мне не приходилось сталкиваться с подобным, тебе что-нибудь о них известно?

Хех, самый подходящий момент, чтобы нацелить змеиного саннина на Широзецу! Из-за подозрений о продолжавшемся наблюдении, большую часть информацию раскрывать нельзя, но в оригинальной истории, он весьма далеко продвинулся в исследовании клеток Хаширамы Сенджу, даже не имея солидной финансовой поддержки и этим можно воспользоваться. Особенно, если вспомнить, кто у него напарник по команде — Тсунаде на кровавую пену изойдет, но приложит все усилия, чтобы покарать того, кто решил воспользоваться останками деда в своих целях, а сохранивший силу и влияние клан в этом поможет.

— Тоже самое и со мной — Какузу оказался весьма близок к получению награды за мою голову, — кивнул ему, — что касается подобных техник — учитывая внешний вид, это какая-то техника клонов и раньше с подобным сталкиваться не приходилось, но пара весьма тревожащих мыслей на этот счет имеется.

— О? — заинтересованно вздернул бровь ученый, подавшись вперед.

Вместо того, чтобы прямо отвечать, я достал первый попавшийся свиток из кармана и на чистой стороне быстро набросал несколько иероглифов, используя метод выжигания чакрой.

«Органические клоны, недоделки, возникшие буквально из ниоткуда и не подлежащие обнаружению до самого момента нападения, хотя совершенно ясно, что это закладки, сработавшие по сигналу от пользователя. Мне довелось ознакомиться со свитком одной техники, принцип действия которой полностью одинаков с перечисленным выше — Семя-Передатчик (Соощинки) у Мокутон: Моку Буншин но Дзюцу (Стихия Дерева: Техника Древесного Клонирования), пусть и очевидно, что применивший ее не достиг высот оригинала».

— Мокутон (Стихия Дерева)⁈ — одними губами изумленно произнес Орочимару.

«Я успел запечатать часть уничтоженной твари и тело одного из нескольких удивительно одинаковых внешне и чакрой нукенинов Ивагакуре, что напали на меня одновременно с первыми, так что проверить не составит труда».

Он понимающе кивнул и нахмурился, подозрительно осмотрев себя и меня. Очевидно, что являясь учеником Третьего Хокаге, у коллеги имелся доступ к Фууин но Що (Свиток Печатей), где в том числе записаны и техники Мокутона.

Я подтверждающе кивнул и продолжил строчить, уверенный, что изображение споры передавать не могут, в отличие от колебаний звука и ощущения чакры.

«Велика вероятность, что за нами до сих пор следят и сработали не все закладки, так что перед возвращением, следует озаботиться уничтожением всей одежды и чисткой тела, запасная униформа у меня имеется».

— Стоит этим заняться после завершения миссии Такигакуре, — согласился Орочимару, недовольно поморщившись, — как и немного отдохнуть для восстановления чакры.

Здравая мысль, учитывая его резерв на самом дне. Мне тоже не хотелось заниматься уничтожением вещей, на которые потратил немало времени и сил, не говоря о различных расходниках, так и оставшихся не использованными, но даже если спор на нас нет, душевное спокойствие дороже. Силы Водопада как раз подтягивались к стоянке, таща на руках своего старейшину, выглядевшего куда старше, чем еще пару часов назад. Полагаю, последствия применения Воды Героев. Сняв кеккай, мы подошли к нему.

— Орочимару-сама, Нара-Сама, прошу прощения, что мои люди не справились с задачей охранения, — чувствующий себя откровенно неважно и поддерживаемый подчиненными, Юдзо Уэмацу с усилием выпрямился и глубоко склонил голову, — от имени Такигакуре но Сато, благодарю вас за выполнение возложенной миссии в столь сложных условиях.

— Как мы могли провалить миссию, за выполнение которой поручился Хокаге? — ответил я до того, как коллега успел выдать что-нибудь язвительное в своем стиле.

— Как наша джинчурики? — решил не продолжать расшаркивания союзник, перейдя к сути.

— Спит, здорова, с Тетсу но Ори (Железная Клетка) никаких проблем, работает в штатном режиме, даже без сформированной кейракукей, вырваться у биджу не получится, — лаконично доложил ему.

— В таком случае, как только отряд вернется в то место, где был произведен выбор будущего сосуда, я готов засчитать выполнение миссии, — тяжело вздохнув, подвел итог разговору старейшина Водопада.

Еле удержавшись от насмешливого фырканья — старый лис решил использовать наше присутствие как дополнительную охрану, даже если это не входило в обговоренные условия — я согласно кивнул, не имея сил спорить. Впереди итак куча мороки с безопасным возвращением, как и неминуемым докладом Хокаге, о котором даже думать не хотелось — дурно пахнущей субстанции должно вылезти по самую шею, но при очевидных негативных для меня фактах, произошедшее нападение позволит обыграть ситуацию в свою пользу, задействовав все агентурные силы великой деревни против Широзецу.

Конохагакуре но Сато. Квартал Сенджу. Дом женщин Узумаки. Клон Узумаки Мито.

Машинально оглядев себя в зеркало перед выходом, каге буншин удовлетворенно кивнула — не зря Оригинал принаряжалась в лучшие клановые одежды и наносила легчайший макияж, лишь подчёркивавший природную красоту, перед её созданием и независимо от возраста, шиноби точно не отведут взглядов, не упоминая о зависти женщин к во всем превосходящей конкурентке. Когда впереди предстоит весьма напряженная встреча, во многом, способная изменить лик элементальных стран, то пригодится преимущество в любой мелочи, даже если это собственная внешность, чем куноичи научилась пользоваться давным-давно и за годы жизни отточила до совершенства. Даже если потребуется сражаться, в чем она сильно сомневалась, укрепляющая печать позволит разобраться с большинством идиотов, решивших проверить на прочность легенду прошлого поколения, восстановившую свою форму до пика. В подсумке на поясе лежали настоящие, не клонированные свитки, что требовалось использовать сообразно ситуации, но тут уж все зависело непосредственно от реакции Сакумо Хатаке.

Сверкнув зеркалу идеальной улыбкой и заправив за ухо прядь непослушных волос, незаметно выбившихся из прически, старшая Узумаки покинула дом и активировала защитный барьер, сквозь который не пробиться обычным шиноби и даже Рью придется очень здорово потрудиться, чтобы добиться успеха. Мастер печатей давала три недели, не меньше. Правда, в этом не имелось смысла, ведь внутри не осталось ничего ценного — кроме мебели и каких-то мелочей, Оригинал давно все упаковала и отправила в Узушиогакуре призывом, включая и содержимое Храма Масок, как бы не коробил её данный факт. Кушина только день назад получила две недели отпуска и в текущий момент уже находилась дома, с родителями и семьей — персональный свиток призыва для незаметного вытаскивания джинчурики из селения в точку эвакуации, давно был готов и использовать его не составило труда, перемещая подопечную к расположению особой плиты, установленной кланом и учитывавшей особенности сосуда сильнейшего биджу при пересечении границы измерений.

Неспешно шагая по дорожке, ведущей прочь из владений союзников, Узумаки приветливо кивала попадавшимся навстречу Сенджу разного возраста и предавалась чувству ностальгии, зная, что еще не скоро, а может быть и никогда вновь не увидит место, в котором прожила большую часть своей жизни и считала вторым домом. Пусть далеко не все случившиеся здесь значимые события можно назвать радостными, но она стояла у истоков великих изменений, рядом с титанами мира элементальных стран и до сих пор жива, в отличие от очень многих соратников и врагов. Немного жаль оставлять союзников, с которыми прошла столь длинную дорогу, но Тока-чан поняла и приняла план действий нового главы Узумаки, помня о совершённом руководством Конохагакуре но Сато предательстве, повлекшим за собой огромные потери для клана мастеров фуиндзюцу и фактическим односторонним разрывом всех соглашений, но предпочла дистанцироваться, выбрав тактику неосведомленности и полностью переложив ответственность на Оригинал. Она понимала подругу — свой клан прежде всего — и не просила поддержки, тем более, что Сенджу и так будет нанесен косвенный удар по репутации. Необходимая стратегия по минимизации ущерба уже была разработана и лишь ждала своего часа, ведь никто не сможет обвинить, что Узумаки подставляют союзников.

Оказавшись за воротами поместья, Мито была не в настроении терпеть шумную толпу на улицах селения и поэтому сразу же использовала пару шуншинов, чтобы оказаться рядом с башней правителя, величественно проследовав ко входу и собирая на себе шлейф восхищенных, завистливых и опасливых взглядов от окружавших ниндзя. На третьем этаже, она остановилась перед столом секретарши, смерив последнюю строгим взором.

— Мито Узумаки, мне назначено, девочка.

— Х-хокаге-сама примет вас, Узумаки-сама, — нажав на кнопку и что-то быстро прошептав в скрытый микрофон, нервно кивнула куноичи.

Узумаки не прислушивалась, уверенно пройдя к двери и распахнув ее раньше, чем это успел сделать охранник Анбу.

— Приветствую, Хокаге-доно, — войдя в кабинет и остановившись в центре, слегка кивнула она лидеру Листа.

— И я приветствую вас, Мито-сама, — степенно ответил шиноби, откладывая в сторону несколько листов и полностью сосредотачиваясь на посетительнице, — признаться, когда подчиненные сообщили мне о официальном запросе на аудиенцию от самой Узумаки Мито, это вызвало некоторое недоумение — обычно вы заглядываете без спроса, не утруждаясь подобными церемониями.

На последних словах шиноби обаятельно усмехнулся, демонстрируя, почему на протяжении десятка лет уверенно держит второе место в списке наиболее популярных свободных мужчин Конохагакуре но Сато, уступая только Орочимару.

— Будь это только моя прихоть и можешь не сомневаться, что так бы и поступила, Сакумо-кун, — позволила себе небольшую фамильярность Узумаки, — но к сожалению, клановые дела требуют должных церемоний.

— Клановые? — недоуменно моргнул Хатаке, но тут же подобрался, — Я внимательно слушаю.

— Решением нового главы клана Узумаки, из Конохагакуре но Сато отзываются последние члены, которые еще находились на территории бывших союзников, согласно заключенным соглашениям, поименно — Узумаки Кушина, Узумаки Мито.

— Что⁈

Глава 40

В другой ситуации куноичи получила бы истинное наслаждение от возможности полюбоваться глубоко изумленным лицом Четвертого Хокаге — подобные личности редко теряют самообладание и тем ценнее подобные моменты для долгоживущих — но всему своё время. Сейчас было время для серьезного разговора.

— Кхем… я не ослышался, Мито-сама? Ладно в отношении вас, но отзыв Узумаки Кушины? — очень быстро пришел в себя шиноби, — Боюсь, Узукаге не имеет должных полномочий, чтобы принимать решения по куноичи, что состоит в Сейки Бутай Конохагакуре но Сато и даже заключенные союзные договоры здесь не помогут, не говоря о целом ряде других проблем, что возникнут при выходе джинчурики за пределы стен селения без моего одобрения.

Она подавила вздох — все можно было сделать куда изящнее и мягче, принимая во внимание, что Сакумо не участвовал в предательстких планах Сарутоби. К сожалению, Узукаге настоял на жестком варианте, желая показать, что Узушио не собирается молча проглатывать обиду, и так как вариант вооруженных действий виделся нежелательным, лучше уколоть там, где больно и обозначить угрозу. С силой биджу вынуждены считаться все.

— Боюсь, Хокаге-доно, вы не дали себе труда изучить все важные документы, заключенные предшественником на этом посту, иначе сейчас не задавали подобных вопросов, — холодно улыбнулась куноичи и достала из подсумка нужный свиток, скрепленный личными печатями двух лидеров, его одобривших, — но сэкономлю наше время — это один из четырех подписанных экземпляров документа, по два каждой стороне, которые регулируют отношения между Листом и Водоворотом по отношению куноичи Узумаки Кушины, будущей джинчурики Кьюби, в том числе и после момента обретения данного статуса.

Упавший с потолка боец Анбу в маске собаки осторожно забрал протянутый свиток, проверил на предмет ловушек и только после этого передал лидеру, встав сбоку от последнего. Развернув бумагу, Хатаке погрузился в чтение довольно длинного текста и чем дальше он читал, тем больше хмурился, недовольный содержимым. Наконец отложив его в сторону, он с силой потер лицо и удостоил терпеливо ожидавшую куноичи тяжелым взглядом.

— С первого взгляда подписи с печатями истинные, но вот по содержимому у меня имеются огромные сомнения, — выдал Хокаге свой вердикт и несколько замялся в подборе слов, — слишком уж он…

— Односторонний, — слегка усмехнувшись, подсказала Узумаки.

— … односторонний в пользу Узушиогакуре, что может отозвать свою куноичи в любой момент, — коротко кивнул мужчина, — совсем не похоже на железную дипломатическую хватку Сарутоби Хирузена.

— Хо-хо-хо, у обезьяны просто не оставалось выбора, — прикрыв рот тыльной стороной ладони, показательно рассмеялась Мито, заставив окружающих передернуться от сквозившего в голосе льда, — когда моё стремительное старение и неминуемое высвобождение Девятихвостого Лиса стало очевидным, выход из положения обсуждался не раз, и одним из основных вариантов было возвращение сосуда в Узушиогакуре, где клан займется дальнейшей проблемой удержания биджу, но Сарутоби настоял на предоставлении Листу следующего сосуда…

Являясь непосредственным наблюдателем переговоров, Узумаки отлично помнила тот день и как Третий Хокаге вертелся, словно уж на сковородке и призывал на помощь всё своё красноречие, чтобы получить желаемое от союзников, не считаясь с желанием ослабевшей джинчурики вернуться на родину к концу жизни.

— … не просто члена клана, а ребенка с уникальной чакрой из правящей семьи, отлично подходившего для подавления силы Кьюби, с готовностью согласившись на все выставленные кланом Узумаки условия, — каге буншин еле сдержала до сих пор ощущавшуюся горечь, — скорее всего, он уже тогда знал о грядущих планах двух Великих Селений и не рассчитывал подчиняться заключённому документу.

Обладая чувством справедливости, больше подходившем самураю, Сакумо не сдержал гримасы, восприняв обвинение близко к сердцу, пусть и являлся лишь невольным соучастником истинных виновников предательства.

— Тем не менее, каждое Великое Селение обладает одним или двумя джинчурики и сам факт изымания Девятихвостого Лиса серьезно ослабит Коноху, послужив очень значимым поводом для объявления войны, — показательно вздохнул шиноби, делая быстрый знак подчиненному, — политическая ситуация сейчас не самая стабильная и я просто не могу допустить подобного развития событий. Почему бы Узумаки просто не перезапечатать принадлежащего нам хвостатого в какого-нибудь подходящего носителя из селения и уже после этого отзывать Кушину-чан, особенно, когда это не приведёт к смертельному исходу?

Прекрасно ощущая негативные эмоции, направленные на нее от всех без исключения шиноби вокруг, куноичи проигнорировала исчезновение из кабинета одного телохранителя, почти наверняка отправленного собирать силы для задержания Кушины. Увы для коноховцев, подобные меры давно запоздали.

— Боюсь, Хокаге-доно, вы не понимаете один небольшой нюанс — пойманный лично мной во время битвы Мадары с Хаширамой, Девятихвостый Лис никогда не принадлежал Конохагакуре но Сато и находился здесь исключительно из-за обеспечения гаранта союзных договоров, — буквально процедила Мито, смотря прямо в глаза Белому Клыку, — принимая во внимание односторонний разрыв последних, в плане решений о своих ниндзя, Узушиокаге не считает разумным принимать во внимание мнение предателей.

— Это следует воспринимать как угрозу? — быстрым движением поднявшись на ноги и подхватив рукой прислоненный к столу фамильный меч, спросил шиноби.

— Это следует воспринимать как факт, и Узумаки имели множество возможностей заставить Лист заплатить за коварный удар в спину после стольких лет поддержки, — закатила глаза куноичи, обозначив готовность к битве и перестав скрывать колоссальный резерв чакры, — За то, что с отзывом Кушины-чан клан тянул до захвата в плен другого джинчурики, а диверсионные отряды бушевали только на территории Каминари но Куни и Мизу но Куни, вам следует поблагодарить нашу давнюю дружбу с Сенджу — вы забыли, что у каждого действия имеются последствия!

Несмотря на очевидную враждебность коноховцев, никто не решился сделать первый шаг — помимо практически гарантированной смерти всех присутствовавших в кабинете в первые же секунды битвы кроме Сакумо, сражение с сильнейшей куноичи эС-ранга прямо посреди населенного города сулило огромные разрушения, и никто не хотел стать причиной еще больших потерь гражданских, чем давнее нападение Ивагакуре. А то, что они неизбежно будут, можно было не сомневаться — пусть это предпочитали не вспоминать, но на пике формы Узумаки Мито могла сравниться по мощи с Хаширамой Сенджу и задать трепку его брату.

— Мито-сама, не стоит судить всю Коноху по действиям Сарутоби Хирузена, отстраненного от власти не без вашей помощи, — попытался сгладить ситуацию Четвертый Хокаге, — перед второй мировой войной образовалась очень сложная ситуация, из которой с потерями вышли все.

— Сложная?!!

Вспомнив тот пожар чувств и неудержимого бешенства, бушевавший внутри после наглядного подтверждения подлого предательства давних союзников, с легкостью перечеркнувших все те жертвы и большую часть жизни, которые ей пришлось положить на алтарь ради интересов клана, красивое лицо Мито перекосило в лютой гримасе ненависти. Чувства лишь уменьшились со временем, но не исчезли, и слова Хокаге оказались отличным топливом на тлевшие угли. Сильнейшее давление Убийственного Намерения хлынуло во все стороны, и еще сохранявшие маскировку бойцы Анбу рухнули со стен и потолка на пол, задыхаясь и скребя руками грудь, в попытках сделать вздох, а Сакумо ухватился за рукоять меча, сильно побледнев.

— Сложная — это когда союзники на равных решают, каким образом стоит выбираться из образовавшейся ситуации, учитывая интересы обеих сторон! Вот только действия Конохи невозможно квалифицировать иначе, чем намеренным предательством с целью извлечения собственной выгоды! Прекрасно зная о планах нападения на Узушиогакуре двумя Великими Селениями, Сарутоби Хирузен не сделал даже попытки предупредить давнего союзника, во всем полагавшегося на него в плане разведки, а сразу списал со счетов и принялся строить различные планы, чтобы извлечь максимальную выгоду из уничтожения Водоворота! Самое мирное селение ниндзя, пропагандирующее Волю Огня⁈ Ха, лишь очень хорошо маскирующаяся гиена, ничем не лучше остальных!

Давно просившаяся на язык гневная тирада позволила Узумаки взять под контроль взрывной темперамент, еле удержавшись от атаки шиноби, замершего напротив в защитной стойке. Несмотря на желание выплеснуть чувства и пойти в разнос, следовало придерживаться плана, и даже небольшой провал в контроле можно обернуть себе на пользу, но сперва… Ощущая, как к башне Хокаге начали стремительно приближаться источники эмоций со всей округи, куноичи досадливо цыкнула и одним усилием воли возвела кеккай с внутренней стороны кабинета, вложив двадцатую часть резерва, почти равную запасам Хатаке.

— Теперь нам некоторое время не помешают, — довольно кивнула женщина и перевела взгляд на Четвертого Хокаге.

— Судя по тому, что я еще не сражаюсь за собственную жизнь, в планах на сегодня лишь разговоры? — слегка нервно усмехнувшись, спросил лидер Листа, стоя наизготовке с обнаженным мечом, покрытым белой чакрой.

Его охранники только начали приходить в себя.

— Будь на твоем месте Хирузен и я могла не сдержаться, — слегка помедлив, пожала плечами Узумаки, с удовлетворением отметив первые попытки пробить барьер снаружи, — Возвращаясь к поднятой теме — предательство Третьего Хокаге с командой причинило Водовороту огромный ущерб, материальный, людской, репутационный. Несмотря на своевременное получение информации о планах нападения Киригакуре с Кумогакуре из другого источника, работа целых поколений пошла прахом из-за жадного ублюдка, решившего урвать кусок пирога и в итоге, лишившегося гораздо большего! — Вспомнив длинный доклад о полных потерях Узушио, материальных и нематериальных, куноичи недовольно поморщилась, — Но не надо думать, что мы не в курсе о поддержке планов предателя многими кланами Конохи, обладавшими собственной разведывательной сетью — Сарутоби, Хьюга, Учиха, Нара, Абураме, Шимура, Юрин…

— Хатаке в этом не участвовали, — с мрачной гримасой открестился Сакумо, наверняка начавший понимать, какую мощную кибакуфуду оставил ему предшественник, не уведомив о нюансах многих решений, принятых за годы правления и скорее всего, избирательно подчистив архивы.

Он еще не знал, что несмотря на блокирование взгляда, куноичи специально оставила барьеру возможность пропускать звуки изнутри в одностороннем порядке, и самые первые из подобравшихся к окнам башни ниндзя отлично слышали происходившее в кабинете правителя. Очень скоро, слухи об истинном положении дел и настоящей причине ухода Узумаки из Конохи, пойдут гулять в народ.

— Знаю, но семь из четырнадцати кланов решили половить рыбку в мутной воде, хотя достаточно было бы одного раннего предупреждения, чтобы не разрывать многолетний союз и дать Узушиогакуре больше времени подготовиться, — развела руками Узумаки, — они забыли, что во времена клановых войн за подобный удар в спину объявляли кровными врагами, вырезая до последнего младенца, и можешь не сомневаться, что многие из старших поколений Узушио пылают жаждой мести, несмотря на желание Узукаге до подобного не доводить.

— Тогда чего желает Узукаге? — ухватился Хатаке за предоставленную ниточку надежды, — Едва ли вражды еще и с Конохой в то время, как Узушиогакуре воюет с Киригакуре и Кумогакуре?

Доклады о действиях неизвестных на территории Каминари но Куни давно оказались на столе Хокаге и получить подобные уже у себя под носом Сакумо не желал. Не восстановившись толком от прошлой войны, он просто не мог позволить селению увязнуть в новом конфликте, особенно со сложным противником, имевшим на своей стороне инициативу — даже Суна могла задуматься о переделе сфер влияния, несмотря на большую выгоду от текущего союза, а Ооноки точно не упустит шанс одернуть постоянного победителя.

— Узукаге официально подтверждает полный разрыв всех имевшихся договоренностей и только из уважения к Сенджу, всегда державшим слово, наши новые отношения начнутся с чистого листа — с этого момента, Конохе не будет предоставляться военной или любой иной помощи, включая торговую, а враждебные действия в адрес членов клана приведут к разгоранию конфликта…

— Мито-сан, — попытался вклиниться Сакумо.

— … и можете быть уверены, замолчать правду о том, как Коноха поступает с самыми близкими союзниками, больше не получится — времена безоговорочного доверия прошли! — проигнорировав его, покачала головой Мито и достав еще два свитка, кинула их на стол, — В то же время, Водоворот готов в разговору и если будет принято решение о возобновлении торговых отношений с Узушиогакуре, все виновные в предательстве обязаны выплатить часть понесенного ущерба.

Кинув на них быстрый взгляд и определив, что один представляет собой парный для связи, Сакумо кивнул. Дествующий даже через барьер измерений, этот свиток готовился Мито на маловероятный случай отказа Кушины, но пригодился здесь и сейчас. Не удостоив Сакумо прощания, каге буншин активировала листок с печатью в кармашке клановых одежд и в следующий миг появилась очень далеко от Страны Огня. Миссия выполнена, даже если для оставленного селения всё только начинается.

Хокаге еще не знал, что прошедший агрессивный разговор почти мгновенно станет достоянием общественности, а репутация Сарутоби Хирузена, начавшая стремительно расти после окончания военных действий, вновь рухнет вниз, поставив крест на планах возвращения к власти, как и планировали Узумаки. Простым бойцам причины исчезновения из селения лавок мастеров печатей никто не объяснял — не до полоскания собственного грязного белья было при подготовке к войне и во время идущих боевых действий — да и малая часть кланов оставалась в неведении, так что Совет Джонинов принялся задавать верхушке Конохи весьма неудобные вопросы при поддержке не участвовавших в заговоре. На этом фоне, исчезновение джинчурики прошло почти незаметно, а Водоворот получил третьего биджу, сильнейшего из девяти, обеспечив серьёзную стратегическую безопасность наравне с Пятью Великими Селениями.

Глава 41

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Башня Хокаге. Четвертый Хокаге Хатаке Сакумо

Белый Клык Конохи подавил желание потереть лицо и широко зевнуть, чувствуя, как усталость дает о себе знать. Не столько физическая, с чем пока проблем не имелось, несмотря на значительный для ниндзя возраст, сколько ментальная — последние двадцать четыре часа дались ему очень непросто. Как он был наивен, когда думал, что наибольшая из его проблем заключалась в законном «похищении» Узумаки Кушины и необходимости предпринимать какие-то ответные действия, включая объявление ученицы нукенином и назначении награды. Пусть титул и обязывал его к определенным действиям в интересах селения, но как нормальный человек, он был способен взглянуть на ситуацию объективно и понять желание вернуться к родным, покинув город, где очень многие смотрели на куноичи с недоверием и подозрением — судьба джинчурики никогда не была легкой.

Первый звоночек прозвенел, когда представители Совета Джонинов запросили срочной аудиенции спустя три часа после инцидента с Мито-сама — как выяснилось, когда в народ ушли подробные слухи о причинах переполоха и простыми разъяснениями, кто, почему, зачем и за что. Он готов был поклясться, что упомянутая куноичи так же приложила свою руку к запускам слухов, так как распространяемая версия включала в себя и те детали, что упоминались до постановки барьера, очень «удачно» пропускавшего звуки наружу. Был еще один вариант источника информации, но в предательство выбранных собственноручно охранников Анбу Хатаке не верил.

Не успел Хокаге уговорить обладавших немалым влиянием ниндзя немного подождать до момента собрания Совета, где планировалось разъяснение и обсуждение произошедшее, как прозвенел второй звоночек — перед башней начал собираться недовольный и даже разозленный народ в большинстве своем представленный без клановыми бойцами Сейки Бутай (Постоянные Силы) с требованием разъяснения ситуации лидерами селения. Хатаке их реакцию очень хорошо понимал — во время союза с Узушиогакуре но Сато, в селении работало приличное количество мастеров фуиндзюцу из клана аловолосых и различные печати были по карману даже отдельным генинам, закрывшим пару простых миссий, не говоря о ком рангом и заработком выше.

Внезапное исчезновение всех лавок с высококачественным продуктом по сносным ценам, ударило по возможности рядового бойца очень сильно упростить себе жизнь в поле, и он был готов спорить, что это одна из многих причин огромных потерь во второй мировой войне — просто невозможность соратникам доставить тяжело раненого до лазарета в свитке повлияет на выживаемость в худшую сторону. Шиноби лично знал много подобных случаев среди сложившихся команд. Свои «специалисты» Листа могли делать базовые вещи куда худшего качества, но и только. Когда Рью открыл свою лавку, ее ассортимент оказался скуднее, меньше и в несколько раз дороже, эффективно отрезав возможность постоянно закупаться расходниками у подавляющего большинства чунинов и ниже, не имевших за спиной поддержки клана, не в укор самостоятельно поднявшему отрасль парню сказано. Двойной удар по деньгам и шансу выживания во время миссий оказался очень чувствительным, а слухи дали вполне четкое и понятное представление, кто в этом виноват. Даже если прошло много времени, изобилие трудно забыть! О чем говорить, если за установку защиты клановой территории ему самому пришлось заплатить куда больше, чем это стоило десяток лет назад с имевшейся конкуренцией между мастерами!

Сакумо пришлось приложить немало усилий, выступив с длинной речью и пообещав во всём разобраться, чтобы успокоить заполнивших площадь подчиненных и не допустить дальнейшего накаления обстановки, грозившей вылиться в потасовки с клановыми ниндзя. Один из плюсов репутации справедливого человека, держащего слово — готовность людей прислушиваться к сказанному. К сожалению, в отношении глав кланов это работает куда слабее и последующий Совет об этом в очередной раз напомнил, превратившись в настоящий балаган, где степенные шиноби орали друг на друга хуже базарных торговок и хватались за оружие. Согласившиеся с планами Сарутоби во главе с ним самим против всех остальных, после того, как информация о претензиях Узумаки и наступивших последствиях оказались донесены. Правда, не насчёт самого факта произошедшего предательства — главы кланов отлично понимали, что это уже не изменить и придется работать с имевшимся раскладом — а принятия настолько важных решений без них, эффективно исключив из цепочки управления Конохой, как и весь Совет Джонинов, тоже имевший право голоса. Неизбежно вытаскивались из-под полы давние обиды и претензии, вспоминались совершенные соперниками ошибки и лишь присутствие многочисленного контингента Анбу в зале удерживало сборище разъяренных ниндзя в рамках приличий. Продолжалось все это до глубокой ночи, стоив всем немало нервов и окончательно втоптав репутацию Третьего Хокаге в грязь, что изрядно успокоило Сакумо насчет попыток соперника вернуться к власти на пике набранной после войны популярности. Взявшим на себя слишком много кланам назначили выплату очень кругленького штрафа в казну и урезанием на треть получаемых квот миссий сроком на три года в пользу остальных.

На следующее утро, Хатаке удалось направить собрание полного состава Совета в новое русло обсуждения вариантов мер Конохи в ответ на действия бывших союзников и как выбираться из той репутационной ямы, в которую опустили селение, но все опять скатилось к жарким спорам без конкретных предложений.

— … этого нельзя отставлять без ответа! — грохнул по столу глава Юрин, высказывая точку зрения понятно кого, — Биджу является стратегическим ресурсом Конохи и независимо от заключенных соглашений, нельзя допускать, чтобы какой-то мелкий клан имел наглость решать, где будет находиться джинчурики Кьюби!

— То есть, давайте наплюём на соглашения, заключённые с прошлыми союзниками, еще больше разрушая старательно культивировавшийся образ надежного соседа? — тут же саркастично фыркнула Инузука и оскалившись, скосила недобрый взгляд на мрачно пыхтевшего трубкой Хирузена, — Сунагакуре и Такигакуре точно по достоинству оценят подобный ход! Это только Киригакуре и Ивагакуре могут позволить себе наплевать на международное мнение — их репутация от подобного хода не сильно пострадает, а мы получаем огромное количество миссий именно за счет положительной репутации!

— Мы вполне можем донести свою версию событий, — равнодушно пожал плечами Фугаку Учиха, совсем недавно принявший бразды правления, — кому больше веры — какому-то клану, что еле избежал уничтожения или слову Конохи?

— Ке-ке, Узумаки может и исчезли на время с политической арены Элементальных Стран, но можете не сомневаться — часть контактов с аристократией, чтобы быть услышанными, у них осталась, — старчески рассмеялась глава Сенджу, — к тому же, собственным бойцам тоже предлагаешь поведать проредактированную версию?

Обладатель шарингана поморщился, но спорить не стал — с многочисленными промахами Третьего Хокаге за последние годы правления, венцом которых стало предательство Данзо, попытка посеять сомнения в правдивости ушедших в народ слухов, будет выглядеть тем, чем и является на самом деле, только еще больше уверив простых ниндзя в утверждениях Узумаки. Это не говоря о том, что шпионы других скрытых селений наверняка уже строчат доклады начальству и удержать молнию в бутылке не получится — тоже Облако с удовольствием подхватит версию, выставляющую Конохагакуре в неприглядном виде, желая хоть так отыграться за поражение.

— Если мы так просто отпустим собственного джинчурки, над нами будут смеяться всем миром! — воскликнул джонин Канзаки, чей голос очень часто склонялся в сторону Сарутоби, — Великие Селения и меньшие оскорбления смывали кровью наглецов, мы должны заставить их заплатить за подобную наглость, Хокаге-сама!

Хатаке предпочел стойко проигнорировать очередной призыв к войне от сторонников прошлого Хокаге, мечтая только о том, чтобы этот день поскорее окончился.

— Да, давайте пойдем войной на клан, который не смогли уничтожить сразу два Великих Селения на пике силы и скрывающийся целым островом непонятно где, — тяжело вздохнул Шенесу, устало потерев лоб, — лучшим вариантом будет тихо признать ошибку и вновь наладить нормальные отношения, тем более, способ связаться нам оставили.

Пусть решение оставить Узушио на растерзание врагам как способ отвлечь внимание от Листа, получив с первых хоть шерсти клок, принималось с холодным разумом и просчитав наиболее вероятные развития событий, Нара больше не собирался недооценивать мастеров фуиндзюцу, принимая во внимание то, что они успели показать во время последних двух войн. Аргумент «война все спишет», который использовал Сарутоби для того, чтобы перетянуть на свою сторону большинство имевших разведку кланов и надавив остаться в стороне на Хьюга, единственных сомневавшихся в целесообразности подобного, себя не оправдал.

— Джинчурики-джинчурики… забрали и ладно! — с тоской на лице пробурчал Акамичи, заглушая своим басом многих коллег, — Как будто Коноха весь срок своего существования не обходилась без них, а вот доступность печатей повышала боеспособность простых ниндзя очень даже значительно.

— Нам необходимо показать Узумаки, что давить на Коноху не может никто, тем более, всего один клан, слишком много о себе возомнивший, — хладнокровно произнес Абураме, поправив темные очки, — иначе это может дать идеи остальным, и мы получим дополнительные проблемы в будущем.

— Да-да, особенно после сокрушительного поражения Кумогакуре лишь частью имевшихся военных сил, — насмешливо фыркнул Хьюга и обвел вопросительным взглядом наиболее агрессивных соратников, — мне вот интересно, как сторонники конфликта будут аргументировать Сейки Бутай начало новой войны так скоро после недавно закончившейся, да еще и против союзника, которого предали? Узумаки уже выиграли в информационной стороне конфликта, чтобы мы не предприняли! Представляю, какой будет удар простым бойцам в моральном плане от такого решения или толпу вчера у башни вы не заметили? Может быть, я пропустил превращение Листа во второй Кровавый Туман?

— Есть вещи, которые нельзя проща…

— Не трать дыхание, мальчик, я лучше тебя знаю о таких вещах, пережив эпоху клановых войн, — повелительно взмахнула рукой Сенджу, обрывая главу Юрин, — и по тем меркам, которых до сих пор придерживаются Узумаки, в большинстве своем родившиеся именно до основания селений, нам лишь слегка погрозили пальчиком больше так не делать, а ведь Мито-сама вполне могла оставить в центре селения мешок взрывных печатей с отложенным срабатыванием или чего-нибудь подобного и спокойно исчезнуть, вместо того, чтобы устраивать небольшой скандал на публику.

В зале повисла тяжелая тишина и наиболее впечатлительные ниндзя передёрнулись, представив подобный исход событий.

— Не рекомендую прямое столкновение и хочу добавить, что Узумаки отлично знают все военные доктрины, применяемые нашими силами, стандартные тактики команд, возможности каждого клана, не упоминая о том, что защита стен, многих клановых кварталов и сенсорный барьер так же ставились ими, — напомнил командующий Анбу то, о чем знали все присутствовавшие, — пусть количественное преимущество на нашей стороне, но при тактике быстрых неожиданных ударов элитными силами, продемонстрированными против Кумогакуре, это не будет иметь значения, а перехватывание инициативы невозможно без длительной подготовки и разведки.

В конце концов, Узушиогакуре давно ни с кем не воевала, чтобы иметь хоть какое-то представление о полных боевых возможностях мастеров печатей.

Глава 42

— Командующий верно говорит — не стоит совершать действий, которые впоследствии могут обернутся нам боком — сейчас первоочередная стратегия селения, это восстановиться после войны, а не раскачивать внутреннюю обстановку, — дипломатично поддержал анбушника Яманака и многозначительно взглянул на молчавшего Сакумо, — давайте будем помнить, что три пятых Сейки Бутай составляют обычные ниндзя, вчера наглядно продемонстрировавшие отношение к вскрывшейся правде и я думаю, объявление Узумаки врагами с нулевыми шансами на возобновление торговли, позволит поднявшемуся недовольству перейти уже на текущего Хокаге.

Слегка нахмурив брови на безжалостную прямолинейность слов блондина, Белый Клык не мог не признать их правдивость. Пока всё можно было свалить на предшественника, его положение оставалось крепким, но непопулярные решения вполне могут это изменить и в отличие от Сарутоби, у Хатаке не имеется за спиной влиятельного клана и команды эС-ранговых учеников подпереть зашатавшийся трон. Сенджу точно оскорбятся, если он пойдет по пути противостояния бывших союзников и вполне возможно, Союз Нара присоединится. Не то, чтобы шиноби так держался за принесшую одну головную боль должность, но как показала история, отдавать власть в руки представителя большого клана чревато негативными последствиями для всей Конохи.

— Тем не менее, несмотря на всю легитимность на бумаге действий Узумаки по отзыву своих куноичи, один непреложный факт от этого не изменится — наличие джинчурики является непременным атрибутом всех Великих Селений практически со времён основания, — наконец нарушил молчание Сарутоби, явно недовольный в каком направлении движется обсуждение, — Коноха этого атрибута только что лишилась и это даст нашим конкурентам пусть не прямое военное, но значительное политическое преимущество среди разбирающихся заказчиков.

Проще говоря, самых состоятельных и приносящих селениям солидную часть дохода.

— Сунагакуре точно не согласится с подобным утверждением, — закатила глаза Инузука.

По данным разведки, главы кланов отлично знали, что Ичиби томился запечатанным в горшок уже в течение нескольких лет, после потери контроля и смерти последнего носителя.

— Тем не менее, биджу у них есть, — недовольно дернул уголком рта бывший Хокаге.

— Как удачно совпало, что Узумаки вернули Кушину только после того, как у нас появился еще один биджу, — поведала Совету Тока Сенджу с весьма скучающим выражением лица, — осталось только провести извлечение из прошлого сосуда и запечатывание в принадлежащего местному клану ребенка, чтобы обеспечить настоящую лояльность Конохе, а не совершать идиотскую ошибку, привлекая специфического кандидата со стороны и потом ожидать, что никто этим не воспользуется.

Сакумо еле удержал нейтральное выражение лица и просившиеся на язык ругательства, отлично понимая к чему приведёт неожиданное разглашение весьма чувствительной информации — решение по Узумаки быстро отодвинут на задний план перед реальной возможностью усилить собственный клан гарантированным кандидатом в эС-ранг через полтора-два десятка лет. Если раньше о пленнике знало ограниченное количество лиц, предупрежденных хранить молчание, и он мог самолично принять решение о кандидатуре нового сосуда для Йонби, руководствуясь исключительно интересами селения, то теперь сделать это стало намного труднее. Можно было не сомневаться, что Узумаки Мито и тут приложила свою руку — специфические возможности бывшей носительницы девятихвостого не являлись большим секретом среди высших эшелонов власти Листа. Он мимоходом позволил себе задуматься, насколько оказались продуманы все ходы мастеров печатей, направленные на единственную цель — сделать похищение девятихвостого наименее важной из событий Конохи. Единственный плюс — кислое лицо главы Сарутоби, получившего огромную шпильку в мягкое место.

На несколько секунд в зале установилась мертвая тишина — ниндзя переваривали новые данные — но затем поднялся настоящий хаос, многие даже подскочили на ноги в порыве чувств.

— У нас имеется новый биджу⁈

— Хокаге-сама, почему об этом не оповестили Совет!

— Из какого он селения?

— Так значит, захват Ниби был произведён нашими силами? Зачем подобный успех скрывать?

— Который из биджу?

— Это почти наверняка Йонби — Ивагакуре потеряла своего джинчурики совсем недавно, как раз в битве против Рью Нара, имевшего возможность захватить врага подобного уровня!

С некоторым удовлетворением отметив удивленные лица даже Союза Нара, за исключением упомянутого главы клана, сохранявшего каменное спокойствие, Сакумо похлопал ладонью по столу, желая успокоить подчиненных, но на это обратили внимание лишь стоявшие рядом телохранители Анбу.

— Клан Юрин готов предоставить своих кандидатов на роль сосуда для биджу!

— Мечтайте! Ваша компания один раз уже выбрала так, что джинчурики без особого без труда увели союзники!

— Додзюцу Учиха обладает достаточной силой, чтобы будущий джинчурики не имел очевидных слабых мест.

— Ха, как будто вы единственные, кто может справиться с данной задачей!

— Только еще больше неуравновешенных Учиха нам и не хватает!

— Имеешь что-то против, Сенджу?

— Лучше всего использовать ребенка из приюта, не имеющего посторонних привязанностей и обеспечить соответствующее воспитание, прививая верность дому.

— Наши иллюзии действуют даже на хвостатых зверей, так что наиболее подходящий кандидат очевиден!

— Да что вы говорите!

— …

— Тишина в зале! — добавив чакры в голосовые связки, оглушительно гаркнул Сакумо и с силой грохнул по столу кулаком, заставив массивный кусок дерева вздрогнуть.

Только после этого ниндзя замолкли и принялись возвращаться на свои места, обмениваясь грозными взглядами с соперниками. Было очевидно, что это лишь вынужденная пауза и многие готовы бороться за возникший перед носом «кусок мяса» намного более активно, чем за нанесенное Узумаки оскорбление — речь зашла о прямой выгоде, в то время, как ранее разговор шел об ослаблении конкурента.

— Хочу напомнить уважаемым членам Совета, что собрание посвящено совсем другим вопросам, нежели выбор сосуда для перезапечатывания трофейного биджу, — убедившись, что привлек внимание, ледяным тоном произнес Четвертый Хокаге.

— Тем не менее, Хокаге-сама, раз уж информация оказалась частично разглашена, в интересах Совета узнать все обстоятельства, — пыхнул трубкой Сарутоби, взяв на себя труд высказать мнение большинства коллег.

Мгновенно просчитав возможные варианты, Хатаке выбрал единственный, который позволил бы отвести от себя большую часть жара:

— Во время прошедшей войны, Рью Нара победил в бою и взял в плен джинчурики Йонби, Роуши из Ивагакуре но Сато. В целях безопасности селения, пленник удерживается в тюрьме Анбу до того момента, как Рью-кун примет решение о его дальнейшей судьбе.

— Дальнейшей судьбе? — удивленно вскинул брови Джирайя, до этого предпочитавший не лезть в политические склоки и тихо что-то строчить в записной книжке, — Хокаге-сама, что это значит?

— Это значит, что Рью Нара лично принимает решение о судьбе пленника и находящегося внутри него биджу, в соответствии с соглашением от образования Конохи о праве клановых бойцов на захваченную добычу, — ответил шиноби, наблюдая, как вытягивается лицо главы Нара, сразу всё понявшего, — не говоря о том, что как единственный мастер печатей должного уровня, именно он и будет заниматься перезапечатыванием Йонби в новый сосуд.

Взгляды скрестились на Шенесу и если члены Союза Пятерых вид имели довольный, за исключением упомянутого шиноби, то вот большинство других глав новость вовсе не обрадовала.

— Хокаге-сама, при всем уважении, но стоит ли оставлять судьбу стратегического оружия Конохи в руках одного человека, даже если именно он захватил его? — поправив очки, произнес Абураме, — Может быть в этом случае стоит сделать исключение в законе?

— Исключения? Законы исполняются или нет, и я готов пересмотреть конкретно этот, если кланы двумя третями поддержат данное начинание, — закатив глаза, предложил Сакумо, отлично понимая нереальность подобного развития событий даже ради шанса заполучить джинчурики.

Как и ожидалось, ответом послужила тишина и он воспользовался моментом, поспешив привести собрание к логическому финалу, ведь, если дать волю подчиненным, споры и пререкания будут продолжаться глубоко за полночь, а количество требующих внимания документов на столе в кабинете Хокаге только будет продолжать увеличиваться, независимо от чрезвычайности ситуации.

— В таком случае, продолжим — выслушав прозвучавшие мнения и принимая во внимания все заключенные между Конохагакуре но Сато и Узушиогакуре но Сато соглашения, а также сложившиеся обстоятельства, я принял решение объявить право клана Узумаки на отзыв членов клана со службы Сейки Бутай законными и не требующими немедленной кары, — все равно в данный момент это невозможно и вызовет настоящий раскол внутри селения, — Вместе с тем, соглашения с Узушиогакуре разорваны с двух сторон и данное селение следует считать нейтрально-конкурентным, к членам относясь при встрече с должной настороженностью, а Анбу Не поручается проведение соответствующих разведывательных мероприятий для определения степени предполагаемой угрозы, особое внимание уделив способу перемещения боевых групп и возможных источников снабжения.

— Будет выполнено, Хокаге-сама, — кивнул джонин Яшидару Учиха, руководивший озвученной организацией.

— Хокаге-сама…

— Я не закончил, — вскинул руку Хатаке, прерывая возражения, — так же следует создать комиссию, задачей которой будет выявление всех слабых точек фуин-защиты Конохи, которыми могут воспользоваться Узумаки для незаметного проникновения, с последующим привлечением Рью Нара для их устранения.

— Рью-кун очень обрадуется тому объему работы, что на него свалится, — фыркнул Чёджи, — в дополнение к тому, что уже имеется.

Не все главы приняли озвученное решение, но понимая тщетность дальнейших споров, решили промолчать, в большинстве своем.

— А как же репутационные потери на международной арене? — нахмурился Фугаку.

— До тех пор, пока Узумаки действуют на уровне слухов и не привлекают имеющиеся связи с документальным подтверждением, это наше внутреннее дело и дальше голословных обвинений со стороны конкурентов, дело не зайдет, — пожал плечами Хокаге, — да, небольшой урон репутации неизбежен, но Коноха только что выиграла третью мировую войну подряд и нескольких посольств будет достаточно, чтобы сгладить впечатление у союзников и успокоить возможные сомнения.

Видя, что больше никто не стремится задавать вопросы, Сакумо удовлетворенно кивнул…

— На этом текущее собрание объявляю завершенным.

…и поспешил удалиться из зала под охраной Анбу.

Пол дня угроблено на бессмысленные препирательства и ему придется задержаться до глубокого вечера, разбирая скопившуюся работу, но лучше тишина, чем дрязги кланов, постоянно перетягивавших одеяло на себя при каждом удобном случае. Оставив секретарше указание не беспокоить по пустякам, шиноби с облегчением скрылся в кабинете и до захода солнца работал без помех, пока не раздался писк связи.

— Хокаге-сама, к вам Хьюга Джинширо, — раздался из динамика голос куноичи.

У Сакумо ушло несколько секунд, чтобы вспомнить данного джонина и какая ему была поручена миссия.

— Запусти его, Ирио-чан.

В приоткрывшуюся дверь проскользнул упомянутый боец, весьма потрепанного вида. Простительно, учитывая время выполнения миссии и возникшие сложности, вынудившие команду находиться долгое время вне цивилизации, передвигаясь по дикой местности. Вот только, он оказался один, заставив испытать укол беспокойства.

— Хокаге-сама, миссия прошла удачно и без потерь, семихвостый биджу успешно запечатан, — отвесил уважительный поклон Хьюга и предвосхищая вопрос начальства, добавил, — я взял на себя смелость доставить отчеты Орочимар-сан и Рью-сан, отправив их на заслуженный отдых после напряженной битвы.

— Отлично, Джинширо-сан, — кивнул Сакумо джонину, — можете оставить отчеты и тоже идти отдыхать, благодарю за службу.

— Благодарю, Хокаге-сама, — не стал возражать клановый боец и оставив свитки на столе, покинул кабинет.

Решив отвлечься от монотонной работы, Хатаке отложил в сторону свидетельства завершения миссий и взялся за отчет, внимательно прочитав каждый. Затем еще раз перечитав и еще, пока прочитанное окончательно не уложилось в голове многотонной глыбой.

— Что за время такое⁉ — почти простонал он, спрятав лицо в ладонях.

— Хокаге-сама? — раздался обеспокоенный голос охранника.

— Я в порядке, — отмахнулся лидер Конохи и взяв себя в руки, скомандовал, — Рью и Орочимару ко мне, немедленно!

Глава 43

Таки но Куни. Недалеко от Такигакуре но Сато. Рью Нара и Ко

Возвращение к селению нанимателя прошло спокойно и без неожиданных проблем, за исключением необходимости подлатать перед выдвижением несколько совсем тяжелых союзников, не способных долго пережить взятый темп движения. Полудохлый старейшина Водопада держался исключительно на гордости и силе воли, поддерживаемый с двух сторон подчиненными, но задерживаться даже на короткий отдых отказывался наотрез, спеша доставить новую джинчурики под защиту куда более значительных сил.

В том самом месте, очевидно, постоянно используемом для ведения дел с посторонними, он подписал выполнение миссий и после короткой благодарности, Юдзо Уэмацу увел изрядно потрепанный отряд домой, а мы с Орочимару и командой Хьюга обустроили стоянку, выставив барьер и позволили себе несколько часов отдыха с небольшой трапезой для подкрепления сил. Коллеге это время требовалось, чтобы восстановить часть резерва и не стать обузой в случае, если на нас опять нападут.

Так же, я поделился с соратниками особенностями прошедшего боя и примененных неизвестными врагами ниндзюцу клонов, которые не смог засечь бьякуган — это было необходимо для проведения процедур, предназначенных для удаления любых посторонних частиц на теле, включая и неактивные споры. За время пути, я продумал все необходимые нюансы кеккая и оставалось только проверить теоретические выкладки на практике.

К счастью, все джонины являлись опытными бойцами и имели в запасе несколько комплектов одежды по свиткам хранения, исключая содержимое многочисленных свитков, по определению не подпадавших под подозрение, не став возражать против уничтожения всех вещей, особенно после моего обещания возместить всё потерянное в денежном эквиваленте. Естественно, дезинфекция проводилась скрытно от любопытных взглядов — пусть союзники выказывали нам всяческое уважение, но пару наблюдателей на значительном расстоянии оставили просто на всякий случай, демонстрируя бдительность — и конечно, из-за новизны, процесс необходимо было дорабатывать, так как при протискивании сквозь установленный барьер, по телу как будто наждачкой прошли, сняв верхний слой кожи и стесав некоторую часть волос. Ничего смертельного, но неприятно. Потом всё внутри было уничтожено срабатыванием десятка особо усиленных кибакуфуд, гарантированно избавившись в воцарившемся огненном аду от предположительно имевшихся спор.

Благодаря Самехаде, резерв у меня оказался заполнен почти целиком даже после столь интенсивной битвы и в отличие от змеиного саннина, давить подушку не тянуло, так что я знался куда более насущным делом, проведя полную диагностику организма. Короткое использование Хачимона оставило после себя ряд проблем, с которыми не полностью справилась Ияку Фуин, несмотря на непрерывную работу по текущий момент. Особое внимание пришлось уделить наспех залеченным ранам, после чего я взялся за полноценное восстановление кейракукей, создав пару клонов и завершив раньше, чем соратники отдохнули. Предварительно извлеченные из свитка со всеми предосторожностями вместе с остальным содержимым — нити чакры в такой ситуации просто незаменимы — и оставленные в стороне чистые листы бумаги с карандашами, позволили занять оставшееся время привала, подготовив подробный отчет по выполненной миссии. Посмотрев на меня, Хьюга тоже решил последовать разумному примеру и разобраться с обязательной писаниной до возвращения в селение. Проснувшийся Орочимару добавил несколько деталей по своим противникам, таким образом увильнув от неприятной обязанности.

Более-менее отдохнув, мы поспешили покинуть территорию Таки но Куни и не жалея чакры, на предельной скорости направились домой — длительное метание по дикой местности при оставляющей желать лучшего погоде, «радовавшей» нас не только дождем, но и снегом, являвшимся большой редкостью в Стране Огня, порядком достало и хотелось уже вкусить удобств цивилизации. От прессованных плиток рационов воротило всех.

Благодаря взятому темпу, отряд пересек границу уже через пару часов и к глубокому вечеру добрался до Конохи, успев до закрытия главных ворот. Обычная процедура возвращавшихся с миссий ниндзя прошла очень быстро благодаря моему с коллегой присутствию, и мы оказались внутри.

— Орочимару-сама, Рью-сама, было приятно с вами работать, — остановившись через несколько метров от ворот, Хьюга Джинширо повернулся к нам и вежливо поклонился, а за ним повторили два других джонина, ощутимо робевших в нашем присутствии, — я все равно буду сдавать отчет по миссии Хокаге, так что могу передать и ваш.

— Благодарю, Джинширо-сан, это будет очень кстати, — кивнул на его предложение и передал свитки.

— Приятного отдыха, — шиноби махнул на прощание рукой и одним прыжком заскочив на крышу ближайшего дома, поскакал в направлении центра селения, товарищи следом за ним.

— Ку-ку, это было интересное приключение, — проводив команду Хьюга взглядом, произнес Орочимару, — но будем надеяться, следующие совместные миссии окажутся куда менее… интенсивными.

— Я тоже на это надеюсь, — согласился с ним и спросил по весьма важной теме, — кстати, оповещать Тунаде будем сейчас или после проведения всесторонних анализов добытого материала?

Узнай блондинка о появлении подобия мокутона Хаширамы не от нас, а от Хокаге, отношения с коллегой испортятся окончательно и бесповоротно, чего хотелось бы избежать.

— Я возьму это на себя, — пообещал змеиный саннин, понимающе прищурившись — кто бы сомневался, что он поймет подоплеку ситуации, — а там можно попробовать привлечь ее к исследованиям.

— Благодарю — учитывая ее положение, приближаться с подобными новостями к принцессе Сенджу может оказаться для меня чреватым, — хмыкнул в ответ.

— Тсунаде не настолько плохо себя контролирует, несмотря на беременность, — закатил глаза ученый.

Судя по слухам, даже в ранней стадии характер у нее стал еще тяжелее, так что чур меня послужить вестником плохих новостей.

— Как только обсудишь с ней время и место совместной работы — присылай призыв, — попросил его, затем устало вздохнул и помассировал шею, — сейчас же я намерен нормально выспаться и отдохнуть.

— Не только ты, Рью-кун, — ухмыльнулся Орочимару и использовав шуншин, скрылся в направлении своего дома, только подтверждая тот факт, что миссия далась ему тяжело — обычно первой остановкой была лаборатория.

Пожав плечами, я сделал прыжок на ближайшую крышу и устремился в сторону квартала Нара, мечтая сейчас только о горячей воде и чистой постели. Тем не менее, это не помешало мне заметить, что для столь позднего часа, главная улица селения оказалась куда оживлённее обычного — народ что-то весьма оживленно обсуждал и в некоторых случаях, спорил на повышенных тонах. Мне стало немного интересно, но желание оказаться побыстрее дома выиграло с разгромным счетом, тем более, мои женщины наверняка полностью в курсе последних сплетен и потом расскажут во всех подробностях.

Через пару минут стремительного бега, я спрыгнул на дорогу и кивнув на приветствие дежуривших на воротах чунинов, неожиданно бдительных, проскользнул на территорию клана, с удивлением отметив, что режим работы стационарной защиты оказался повышен с пассивно-поискового — использовавшегося для экономии чакры — на первую стадию активного. Что такого угрожающего клану могло случиться за время моего отсутствия, вынудив Шенесу вмешаться в настроенное управление? Попадавшиеся навстречу редкие Нара, еще не отправившиеся на боковую, не выглядели особо обеспокоенными, и я отложил этот вопрос на будущее.

При пересечении границы участка, сигнал отправился другим держателям ключа, так что не успел я преодолеть сад, как дверь дома распахнулась и наружу выскочили Линли с ма. Ускорившись, я мгновенно оказался рядом, схватил их в охапку и закружил до того, как красавицы успели среагировать, проигнорировав рефлекторные удары.

— Я наконец-то дома!

Уткнувшись в распущенные волосы и вдыхая такой родной запах, я почувствовал, как напряженную внутри пружину начало потихоньку отпускать.

— Рью-кун, — воскликнула жена, незаметно убирая сенбон обратно в рукав, — не надо так пугать!

— Как будто здесь может появиться кто-то посторонний, — закатил я глаза, ставя женщин на землю, но не торопясь выпускать из объятий.

— Живой и целый, — с видимым облегчением произнесла Сая, быстро меня осматривая на предмет ранений.

Как будто ирьенин первой степени позволит себе показаться на людях в подобном состоянии, но полагаю, это рефлекс у всех мам, куноичи они там или нет. Об отрубленной руке и других повреждениях я решил твердо умолчать при рассказе о ходе миссии.

— Кроме очевидного, ты столько пропустил мимо, пока находился вне селения! — оживленно воскликнула жена, — Вчера чуть до бунта бесклановых не дошло! Хорошо, что Хокаге удалось успокоить ветеранов.

— Что? — полезли у меня глаза на лоб от услышанного.

— Да и полагаю, послание от Кушины-чан, стремившейся повидаться несколько раз за последний месяц, с этим связано, — утвердительно кивнула Сая, — она оставила для тебя пару свитков.

— Стоп, что там с бунтом связано? — нахмурился я в недоумении.

— Ты еще не слышал? — оживилась Линли и начала объяснять, — Вчера от административного здания так полыхнуло Убийственным Намерением, что накрыло пол Конохи…

Вот только дослушать мне оказалось не суждено — из шуншина прямо возле калитки вышел чунин Нара, еще недавно стоявший на воротах с весьма напряженным лицом.

— Рью-сама, вас срочно требует Хокаге! — крикнул он, — Там перед входом в квартал целая команда Анбу дожидается!

Хах… Сакумо до сих пор на рабочем месте и успел прочитать отчеты? Хотя, какой другой реакции я ожидал, учитывая ловушку нукенинов Ивагакуре и подозрения на кражу Кеккей Генкая Первого Хокаге?

— Успел отдохнуть, называется, — проворчал, с сожалеющим вздохом отпустив женщин, — я скоро вернусь и тогда все мне подробно расскажите.

Использовав шуншин, чтобы быстро добраться по пустынным улицам до ворот поместья Нара, молча кивнул бойцам в масках и стартовал в направлении башни Хокаге на почти предельной скорости, сразу оставив Анбу позади. Преодолев больше половины селения за пару минут, я пересек площадь и вместо того, чтобы воспользоваться все еще открытой дверью на первом этаже, в пару прыжков оказался на самом верху и проник в кабинет лидера Конохи через раскрытое окно, проигнорировав напрягшихся на потолке охранников.

— Хокаге-сама, Рью Нара по вашему вызову прибыл, — опустившись с подоконника на пол, отвесил вежливый поклон старшему товарищу и спросил уже более свободно, окинув его быстрым взглядом, — чем могу помочь?

Сакумо выглядел весьма измотанным и уставшим.

— Рью-кун, ты знал о замысле Узумаки? — после непродолжительного молчания, вдруг спросил шиноби.

— Замысле Узумаки? — недоуменно вскинул брови, смотря на него.

— Значит, они даже тебе не сообщили, — устало потер лоб Хатаке, пару секунд пристально всмотревшись в мое лицо, чем вызвал еще больше недоумения, — ладно, об этом потом, сперва я хотел бы узнать…

Его слова прервала распахнувшаяся дверь, почти слетевшая с петель от мощного удара и в кабинет влетела принцесса Сенджу. Предельно разозленная Тсунаде Сенджу, сразу сфокусировавшаяся на мне, от чего я совершенно рефлекторно сместился за кресло Хокаге, фоном регистрируя проскользнувшего следом Орочимару.

— Рью Нара, где останки клонов⁉

Глава 44

Как же напряжно!

— Такие вопросы мне могут задавать только жёны и родные, а не люди, с которыми у меня напряженные отношения, — хмыкнул в ответ, предусмотрительно оставляя на линии атаки лидера селения.

Ёще не хватало сражаться с беременными женщинами огромной силы! Проиграешь, даже если удастся отбиться.

— Сенджу-сан, подобное поведение неприемлемо даже от наследницы клана Основателей Конохи, — произнес ледяным тоном подобравшийся Хатаке до того, как я получил ответ от сжавшей кулаки и набычившейся блондинки, — и я не вижу ни единой причины прерывать важную беседу с подчиненным, только ради решения ваших личных вопросов!

— Личных вопросов⁈ — вскипела Тсунаде, переведя убийственный взгляд на Хокаге, — Подозрения в краже кеккей генкая Первого Хокаге касаются не только клана Сенджу и меня лично, но и всей Конохагакуре!

— Пока не подтвержденные необходимыми проверками и не дающие права врываться в мой кабинет без приглашения, — твердо парировал он и переведя взгляд на уже заметно выделявшийся живот женщины, несколько смягчился, добавив, — даже принимая во внимание ваше положение.

Полагаю, на этой стадии беременности, хоть сколько-то наблюдательные ниндзя всё поняли, очень быстро пустив слухи об излечении бесплодности саннина.

— Тсунаде-чан, возьми себя в руки, — неожиданно мягко произнес Орочимару, скользнув к напарнице и осторожно приобняв за плечи, — Рью никуда не денется после общения с Хокаге и тогда уже можно будет обо всем нормально договориться, не переходя на угрозы применения физической расправы.

Было хорошо заметно, что куноичи очень трудно себя сдержать, но присутствие рядом сразу трех шиноби, что могут сравниться с ней в силе и вовсе не одобрявших продемонстрированное поведение, послужили довольно отрезвляюще и спустя пару секунд напряженного ожидания, Тсунаде прикрыла глаза и глубоко вдохнула, наверняка беря под контроль гормоны, а ее поза стала более расслабленной.

— Прошу прощения за столь недостойное поведение, Хокаге-сан, Нара-сан, — слегка поклонилась она в нашу сторону, — полученные новости слишком сильно вывели меня из равновесия, заставив действовать без оглядки на всякие приличия.

— Понимаю, Сенджу-сан, — ровно кивнул Сакумо, принимая извинения, — но сейчас прошу покинуть кабинет и не тратить мое время, а личные вопросы с Рью Нара вы сможете обсудить позднее.

— Несомненно, Хокаге-сан, — согласилась она, бросив на меня пристальный взгляд, после чего развернулась и быстро вышла из кабинета.

Хокаге посмотрел на заглянувшую в дверной проем секретаршу, только беспомощно пожавшую плечами и устало вздохнул, жестом показав обеспечить нам приватность. Убедившись, что непосредственная опасность миновала, я выбрался из-за своего укрытия и присел на удобный диванчик для посетителей — явно наша беседа будет не из коротких.

— Беременность повлияла на вспыльчивость и характер Тсу-чан не в лучшую сторону, — счел нужным оправдаться за подругу Орочимару, когда дверь оказалась захлопнута.

Собственно, гормональная перестройка в организме женщин вовсе не новость среди ниндзя — Вторым Хокаге даже было выпущено распоряжение на ограничение выполнения миссий боевого направления для беременных куноичи при сроке больше трех месяцев, так как это будет опасно в первую очередь для них самих и напарников. Хотя, я знаю о случаях нарушения во время прошлой войны.

— Я не собираюсь больше поднимать вопрос по поводу произошедшего, Орочимару-сан, — покачал головой Сакумо и бросил быстрый взгляд в мою сторону, — Сейчас меня больше интересует засада Ивагакуре с привлечением наемников эС-ранга, как и все подробности битвы каждого из вас — информация об отправке на охоту за биджу не циркулировала дальше довольно узкого круга лиц и тот факт, что миссия настолько затянулась, а в момент запечатывания, произошло качественно подготовленное нападение «нукенинов» Ивагакуре, — произнес он с явным сарказмом, — внушает мне сильное беспокойство.

Я понимающе кивнул — не зная возможностей Зецу, первое, что может прийти на ум разумному человеку, это предательство среди своих, очень быстро сливших информацию противнику или действия высоко забравшихся шпионов, что тоже не принесет успокоение хорошему лидеру.

— Предатели могут оказаться и на стороне союзников, — хмыкнул Орочимару, — скорее, это наиболее вероятное объяснение.

— Возможно, но у Ивы не имеется пользователей бьякугана, чтобы заранее найти расположение семихвостого, да и использование техник, очень похожих на Мокутон… — скривился Сакумо и махнул мне рукой, — начнем с самого начала.

Рассказ, вместе с моими «подозрениями» по поводу части совершенно одинаковых нападавших нукенинов, занял не так много времени — всего пол часа с дополнениями от Орочимару, но хозяин кабинета к его завершению вид приобрёл очень хмурый и обеспокоенный.

— Здесь замешана не только Ивагакуре, но и кто-то еще, воспользовавшийся интересами наших конкурентов, не обладавших ранее подобными возможностями, иначе война шла бы по совсем другому сценарию, — с силой потерев висок, произнес шиноби, — меня очень беспокоит тот факт, что Джинширо не смог засечь участников засады, даже учитывая наличие биджу, как и полная неожиданность нападения для вас обоих.

Все джонины обладают навыками чувствовать постороннюю чакру, тем более, при настолько близком контакте, даже если не обладают полноценными навыками сенсора.

— Клонов я почувствовал только в момент непосредственной активации техники, когда они начали расти и выкачивать из меня чакру, — с недовольной гримасой признал коллега, — как и избежали внимания специализирующегося на обнаружении призыва.

На мгновение, из его рукава показалась голова небольшой белоснежной змейки, иллюстрируя сказанное, после чего скрылась обратно.

— Мне нужно больше информации, так что поручаю вам провести все возможные исследования взятых трофеев в ближайшие сутки и информацию мне на стол по завершении, — голос Хакаке приобрел командные нотки, — разрешаю привлечение Тсунаде Сенджу, если это не пойдет в ущерб делу, но на ваше усмотрение.

Хорошо хоть не немедленно — понимает мужик, что нам необходимо немного отдохнуть после напряженной миссии.

— Будет сделано, Хокаге-сан, — кивнул Орочимару, — а с Тсунаде я договорюсь.

Я утвердительно кивнул на вопросительный взгляд шиноби — пусть лучше он этим сразу займется, так как влезать в клановую политику не хочется, а к этому неминуемо приведет отказ и эскалация выяснения отношений до уровня глав, так как кланы даже подозрения на кражу кеккей генкая воспринимают очень серьезно. Пусть и не до уровня клановых войн, когда вырезали целые деревни за одно только сотрудничество с ворами, не говоря про уничтожение последних под корень, если хватало сил.

— В таком случае, можете отдыхать, Орочимару-сан, — вежливо разрешил коллеге удалиться Сакумо, — а с Рью-куном мне необходимо обсудить еще несколько вопросов по его основному виду деятельности.

Саннин понимающе кивнул и отвесив небольшой поклон, покинул кабинет, а я кинул вопросительный взгляд на начальство.

— Не буду рассказывать всё, что произошло в последние пару дней, сам узнаешь из сплетен очень быстро, — откинулся в кресле шиноби, — но суть такова — Узумаки забрали из Конохи своих последних членов и подтвердили окончательный разрыв отношений, оставив нас без джинчурики, а информация о твоем пленнике выплыла наружу.

— Да чтоб!.. — совершенно непроизвольно вырвалось у меня, как только информация дошла до мозга.

Так вот что значили слова Саи о Кушине и послании от нее! И первые мысли, что пришли в голову — родственнички меня здорово подставили! Одни только близкие отношения с Узумаки должны вызвать подозрения в моей благонадежности и только длительное отсутствие на важной миссии, санкционированной на самом верху, гарантировало отсутствие неприятных вопросов. Конечно, статус единственного мастера фуиндзюцу, огромная личная сила и сразу пять кланов за спиной сгладят последствия, но удар по репутации будет в любом случае.

А следом пришло понимание, что это только начало — дважды пролетев мимо, кланы будут сражаться за право получить влияние на следующего джинчурики и как единственный специалист, способный провести перезапечатывание биджу, я окажусь в самом центре политического шторма и хорошо, если удастся отбить младших детей от участи сосудов.

— Решение о следующем носителе Йонби будешь принимать лично ты, как захвативший Роуши в бою, — полюбовавшись на мою вытянувшуюся физиономию, сообщил Хокаге с мрачной усмешкой, — на фоне нестабильной внутренней ситуации, мы не можем позволить возникновение разногласий.

— Каким образом? — не удержался я от вопроса, ведь изначально, Сакумо полностью брал ответственность на себя, планируя привлекать меня исключительно по технической части.

— Право клановых бойцов на добычу, — просто ответил он.

Это… могло сработать. Вот только, подобным ходом засранец и собственную жопу надёжно прикрыл, переложив всю ответственность на Нара, лишь бы не принимать решение, которое большая часть кланов воспримет в штыки.

— Что требуется от меня? — задавив поднявшееся изнутри возмущение, спросил у него.

— Как можно более скорое создание джинчурики и очень желательно, в подходящего для этого ребенка, — с намеком посмотрел Сакумо, давая понять, что это не обсуждается.

— Если биджу будет заключен в члена Нара, то и речи не может идти, чтобы джинчурки жил и воспитывался где-то в другом месте, вдали от семьи, — выставил я свои условия, лихорадочно размышляя, каким образом, если не избежать жопы, то ослабить давление на клан со стороны очень недовольных конкурентов.

Чертовы Узумаки! Такую кучу мне навалили, когда все шло очень даже неплохо! При следующей встрече с Мито, нужно будет задать ей несколько неприятных вопросов и в зависимости от ответов, пересматривать своё отношение к родственничкам.

— Пока я остаюсь Хокаге, вопрос принадлежности нового джинчурики даже не будет подниматься, — устало вздохнул шиноби, сочувственно на меня смотря.

Я же сдержал желание недовольно поморщится — несмотря на свою честь и репутацию, Белый Клык Конохи вполне мог играть в политические игры не хуже остальных клановых коллег и подобное обещание вынудит Шенесу поддерживать текущего правителя селения, даже если это в какой-то момент окажется не выгодно. Но в подобные игры может играть не только он и у меня уже имеются наметки, полученные в недавней войне, что позволят откупиться от самых проблемных игроков на политическом поле Конохагакуре но Сато — псевдо джинчурики. Да, они не настолько сильные, как оригинал, но это уже гарантия будущей силы ребенка, что отлично продемонстрировали Кин-Гин Кьёдай и в тоже время, отличная маскировка для истинного джинчурики. Те же Учиха или Сарутоби не будут сильно давить в отношении контроля за «оружием селения», если у самих будет копия, а Союзу Нара подобный ход позволит избежать прочного становления в лагерь соратников Хатаке. Только необходимо подробно обсудить вопрос с Шенесу, прежде чем приступать к выполнению плана. Выкачать из Роуши по хвосту чакры не так сложно.

Глава 45

— Хорошо, я займусь этим и у Конохи скоро будет новый джинчурики, — нехотя согласился, но сразу выставил условие, — но не раньше, чем разберусь со скопившейся работой по печатям — даже без необходимости сохранять жизнь Роуши, потребуется некоторое время, чтобы подготовить соответствующий комплекс фуин для безопасного извлечения и запечатывания.

— Разве ты не можешь воспользоваться своим артефактом, как против семихвостого? — недоуменно нахмурился Сакумо.

— Для этого, Йонби сперва придется выпустить, а потом удерживать на месте до завершения процесса, — хмыкнул в ответ, — нам же не надо, чтобы вся округа узнала по появлении биджу?

— Очень желательно вообще никого не оповещать, — кивнул шиноби.

— Вот для того, чтобы все прошло тихо и без внешний проявлений, как при перезапечатывании Кьюби в Кушину, и нужна серьезная подготовка, а это время. Я планировал воспользоваться подвалом Мито-сан, но теперь придется отдуваться самому.

А еще, пока я буду решать личные дела и изображать бурную подготовку, каге буншин будут делать накопители для сцеживаемой силы хвостатого зверя, которая пойдет на псевдо-джинчурики. Одну из имевшихся печатей тоже придется дорабатывать с учетом отсутствия сознания биджу, что является той еще задачкой.

— У тебя нет доступа к дому Узумаки? — прямо поинтересовался Сакумо, очевидно, на что-то рассчитывая.

— Только гостевой и с их отзывом, едва ли это изменилось, — пожал я плечами, — без хозяев дальше крыльца пройти не получится.

Можно не сомневаться, что Мито-чан сделала всё, чтобы коноховцы не получили доступ к дому без значительных усилий и точно не оставила внутри ничего ценного — это вполне в характере старшей Узумаки.

— Жаль, ну да ладно, — досадливой поморщился хозяин кабинета и сменил тему, — в связи с окончательным разрывом отношений с Узушиогакуре но Сато, скоро будет создана отдельная комиссия для перепроверке всех фуиндзюцу, задействованных в защите селения с целью выявления уязвимых мест, которыми могут воспользоваться Узумаки для проведения диверсий или незаметного внедрения шпионов и твое участие является обязательным.

— А у нас имеется кто-то еще с необходимого уровня знаниями фуиндзюцу? — саркастично фыркнул я, уже предчувствуя всю глубину задницы, куда намеревался запихнуть меня Хатаке.

— Равный тебе? Нет. Но в Анбу есть пара человек, что способны взять на себя более простую часть работы, если их немного подучить.

Я ничего не сказал, лишь одарив шиноби напротив весьма выразительным взглядом, впрочем, оказавшись проигнорированным. Ну-ну, я тоже так умею, особенно в отношении вещей, меня категорически не устраивавших. Он бы еще предложил привлечь Джирайю с блондинчиком для полного комплекта.

— В интересах Конохи все обнаруженные уязвимости устранить в кратчайшие сроки, так что в дополнение к имеющейся работе, у тебя очень скоро появится много новой, — продолжил Хатаке.

— Это работа на годы и годы, если не десятилетие, в зависимости от того, что потребуется изменять или переделывать, — закатил я глаза, очертив примерное время, необходимое на выполнение глобальных хотелок начальства, — при этом понадобится вся документация по использованным фуиндзюцу.

Такая обязана иметься в архивах — Мито-чан использовала планы создателей защиты, чтобы восстановить повреждения стены, оставленные нападением Бакхацу Бутай Ивагакуре. А вот имеется ли документация по последующим модификациям, уже большой вопрос.

— Десятилетие? — удивленно вскинул брови Хатаке, очевидно, ожидавший совсем другие сроки.

— Я один и до мастерства Мито мне пока далеко, — пожал плечами, ничуть от данного факта не переживая, — в любом случае, более точно можно будет сказать только после оценки объемов работ, как и их примерную стоимость.

Теперь пришла очередь недовольно морщиться уже Сакумо, прекрасно понимавшего, что я не постесняюсь выставить полную цену и даже с обязательной скидкой, сумма получится для бюджета селения очень значительная.

— Тогда подождем окончания работы комиссии, — устало кивнул он и взглянув за окно, взмахнул рукой, выгоняя, — других срочных вопросов у меня пока нет и жду от вас результатов исследования трофеев.

— Понял, Хокаге-сан, — поднявшись на ноги, я отвесил дежурный поклон и поспешил покинуть кабинет.

На этот раз не через окно, а как цивилизованный человек, через дверь. Причина этому была проста — два саннина поджидали меня в прихожей, что-то тихо обсуждая на диванчике для посетителей. Стол секретарши оказался пуст и в помещении присутствовал лишь единственный охранник Анбу на потолке.

— Рью-кун, наконец-то ты освободился, — сверкнул мне улыбкой Орочимару, не обращая внимание на пасмурное выражения лица подруги.

— У Хокаге неожиданно оказалось солидное количество тем, которые требовалось со мной обсудить, — раздраженно дернул уголком рта, показывая, что некоторым из них оказался вовсе не рад.

— У нас тоже найдется что обсудить, — поднявшись на ноги, понимающе хмыкнул коллега, не став любопытствовать.

Кто бы сомневался. Не став обсуждать весьма деликатные вещи прямо перед кабинетом Хокаге и в присутствии постороннего лица, мы покинули почти безлюдную башню и переместились в более подходящее место — парк неподалеку, естественно, озаботившись конфиденциальностью с помощью барьеров.

— Нара-сан, еще раз прошу прощение за своё поведение, — с каменным лицом слегка поклонилась куноичи, — и прошу включить меня в вашу команду по исследованию трофеев с недавнего боя.

Э?.. Я бросил быстрый вопросительный взгляд на Орочимару.

— Когда Цу-чан услышала про возможное использование Мокутона, команда Анбу как раз подоспела с вызовом к Хокаге, и она сразу рванула к башне, полная намерения выбить останки и даже не удосужившись меня дослушать, — развел руками змеиный саннин, насмешливо улыбнувшись Сенджу.

И учитывая недавнее поведение куноичи, ученый решил переложить окончательное решение на меня, таким образом снимая всю ответственность в случае отказа, но в то же время и давая возможность наладить далеко не дружественные отношения.

— Орочи! — гневно зыркнула на товарища ирьёнин, но сдержалась от рукоприкладства, полностью сосредоточив внимание на мне.

— Вообще, я изначально планировал привлечь представителя от Сенджу, так как возможное хищение кеккей генкая трудно назвать не стоящим внимания вопросом и для сравнения с полученными трофеями неизбежно понадобится образец тканей Первого Хокаге, — ответил куноичи, напряженно ожидавшей ответа, — если этим представителем будет Тсунаде-сан, я возражать не стану, несмотря на наши прошлые… разногласия.

— Благодарю за оказанное доверие, Нара-сан, — отрывисто кивнула куноичи, — материал для сравнения я предоставлю.

Кто бы сомневался! Для этого даже не понадобится вскрывать могилу, так как в хранилище главного госпиталя имеется пробирка с кровью Хаширамы Сенджу, чего вполне достаточно. Несмотря на категорию ниндзюцу, весь арсенал Мокутона создается из тела пользователя и отследить совпадения с оригиналом вполне возможно. Точно так же, как по исследованию костей Кагуя, созданных с помощью чакры, можно определить конкретного пользователя из десятков других. Если имеется соответствующее образование и опыт, естественно.

— Но независимо от полученного результата, трофеи являются моей собственностью и о их передаче Сенджу не может быть и речи, — решил предупредить Тсунаде, чтобы потом не начались хождения вокруг да около.

Ей это очень не понравилось, судя по выражению лица, но на обострение ирьёнин пойти не решилась.

— Как представитель клана Сенджу, я заявляю об отказе каких-либо претензий на добычу Рью Нара, — официально ответила саннин.

— Вот и отлично, — расплылся в довольной улыбке Орочимару, до этого предпочитавший молчать, — осталось только решить время, к которому следует собраться у меня для начала работы.

Место не требовало обсуждения просто потому, что полноценная лаборатория с первоклассным оборудованием имелась только у одного из трех присутствовавших. Санкционированная селением, естественно, а не секретная, куда посторонних не пригласишь. Та, что находилась в главном госпитале не выдерживала никакого сравнения, несмотря на положительные тенденции последних лет в отношении медицины, да и безопасность оставляет желать лучшего, учитывая, что ей могут воспользоваться все ирьёнины начиная с третьей степени.

— Тогда завтра в одиннадцать, — предложил коллегам.

— Время ничем не хуже другого, — пожал плечами ученый.

Тсунаде просто отрывисто кивнула. Собственно, на этом разговор завершился и попрощавшись с саннинами, я поспешил домой, желая поскорее завершить этот длинный день. Появившись в селении уже несколько часов назад, так до сих пор и не увидел родившуюся дочь!

Несколько минут стремительного бега по опустевшим улицам, сменившиеся сторожа у ворот и вот я снова дома. Несмотря на поздний час, женщины дожидались меня в гостиной полным составом, естественно, уложив самых маленьких спать.

— Рью-кун, ты наконец вернулся! — подскочили с дивана Линли с Хитоми и заключили меня в объятья с двух сторон.

— Наш Хокаге трудоголик и того же требует от других, — насмешливо фыркнул и чмокнул жен в макушки, — как вы тут без меня?

— Кроме последних событий в селении, у нас все спокойно, — подняла голову с груди Хьюга, чтобы взглянуть мне в глаза с улыбкой, — разве что новое прибавление в семействе шумит, как и положено младенцам.

На мгновение я потерялся в ее глазах, порядком отвыкнув видеть стройной, а тут еще и значительное увеличение в верхних размерах красавицы очень отвлекало после долгого воздержания.

— Ты уже решила, какое дадим имя? — спросил у нее, крепче прижимая к себе.

— Таюми-чан, в честь моей бабушки, — сразу же ответила жена.

— Отличное имя, — согласился с ней.

— Кхм… — напомнила о себе бывшая Сенджу, — Рью-кун, ты голоден?

— Что-нибудь перекусить точно не откажусь, — ответил,

— Тогда мы сейчас все подготовим, — кивнула Хитоми и жены убежали на кухню, оставив меня наедине с ма, терпеливо пережидавшей нежности.

— Рью-кун, вот что оставила для тебя Кушина-чан, — вынув свитки из подсумка на поясе, протянула их Сая.

— Потом прочитаю — все уже закончилось, так что подождут, — со вздохом на них посмотрев, решил я.

Внезапно, раздался быстрый топот лап и по лестнице в гостиную слетела приличных размеров пантера, достававшая мне головой до середины бедра.

— Рью-кун, ты няконец-то вернулся! — воскликнула Ньярла, принявшись тереться о ноги словно большая домашняя кошка.

— И тебе привет, — не удержался от улыбки, с наслаждением запуская руку в густой и мягкий мех.

— Ты чуть не пропустил мое испытание взросления! — воскликнула она и после небольшой паузы добавила, — И тебе тут передали послание от родни две недели назад с наказом вручить, как только появишься в селении.

— Послание? — сразу насторожился, кидая вопросительный взгляд на отрицательно замотавшую головой ма, — От кого?

— От Мито Узумаки.

Глава 46

Первой мыслью промелькнуло вообще проигнорировать послание — слишком большая плюха неприятного вещества обрушилась на меня в результате выкрутасов Узумаки, но потом здравый смысл возобладал, и я кивнул кошечке. Обрубить концы с родственниками можно в любой момент, но вот отыграть всё назад уже просто так не получится.

— Смотри как я умею, — довольно промурчала Ньярла и широко раскрыв пасть, выплюнула наружу совершенно сухой чехол.

— Спасибо, Ньярла-чан, — погладил я призыв по голове, убирая послание в один из подсумков и обратив внимание на вторую часть ею сказанного, спросил, — когда у тебя должно пройти испытание?

— Ма похвасталась всем, что я очень быстро достигла необходимой планки силы, и глава назначил испытание через три дня, — гордо выпятив грудь, заявила пантера, а хвост ее задрался и распушился трубой.

Вместе с прищуренными глазками, зрелище оказалось настолько уморительным, что мне пришлось приложить изрядное усилие, чтобы не заулыбаться, а Сая вообще отвернулась, зажимая рот и только слегка вздрогнувшие плечи выдали ее усилия сдержать смех. Тот самый момент, когда жалеешь, что под рукой нет даже того допотопного фотоаппарата, что в ходу на местном рынке «высокотехнологичных» товаров.

— Ты же сможешь меня вытащить к вам, — скорее утвердительно произнёс, чем спросил.

Даже с её идеальным сокрытием чакры, я мог с уверенность утверждать, что и среднему джонину придется сильно попотеть, отбиваясь, если пантера решит устроить охоту на него без всяких засад. Очень значительный прогресс для довольно короткого времени, что она провела связанная контрактом. Естественно, моя чакра сыграла тут огромную роль, но и проводимые тренировки повлияли на развитие не меньше.

— Проще, чем рыбку слопать! — немного надменно фыркнула Ньярла, закатив глаза.

У меня переняла жест, паршивка!

— Рью, стол накрыт, — выглянула их кухни бывшая Хьюга, вытирая руки о полотенце.

— Спасибо Хитоми-чан, сейчас буду, — кивнул жене и отложил все остальное на потом.

Жены расстарались и вместо простого перекуса устроили целое праздничное пиршество с тортиком и парой бутылочек наливки, явно желая отметить не только мое возвращение, но рождение нового члена семьи. Солидная порция рыбки досталась и призыву. Несмотря на то, что я планировал использовать часть ночи на собственные дела и уделить семье необходимое внимание уже в последующие дни, пришлось планы менять на ходу и пуститься в повествование о собственных приключениях за последние полгода в проредактированном варианте, развлекая трех красавиц. Судя по бросаемым украдкой красноречивым взглядам, кто-то из жен планировали заняться уже моим развлечением несколько позднее и судя по всему, между собой пока не договорились, кто именно проведет рядом текущую ночь.

Чувство долга пыталось бороться с начавшим просыпаться предвкушением, изрядно стимулированным долгим воздержанием походной жизни, но почти мгновенно проиграло, и я выбросил все сторонние мысли из головы, просто наслаждаясь спокойствием дома, кулинарными изысками, казавшимися манной небесной после пресных плиток сух пайков, приятной компанией и намёками на дальнейший постельный досуг. Уловив, к чему всё идет, под предлогом позднего времени Сая деликатно удалилась в свою комнату раньше, чем трапеза подошла к завершению, прихватив ворчавшую Ньярлу и в спальню меня вели красавицы с каждой стороны.

— У нас для тебя небольшой сюрприз, — опередив меня со второй женой и развернувшись перед уже разложенной на полу постелью, улыбнулась Линли, парой движений ослабив завязки на платье и позволив ткани соскользнуть вниз.

Под требовательным взглядом рыжеволосой куноичи, подобным же образом поступила и явно стеснявшаяся Хитоми-чан, чуть не заставив захлебнуться слюной — полупрозрачные комплекты на них не столько скрывали, сколько подчеркивали все прелести подтянутых тел, а контраст черной ткани белья с белой кожей только акцентировал внимание. В штанах мгновенно стало тесно, а в голове билась только одна мысль — тройничок⁈ Собственно, несмотря на количество жен и любовниц, я предпочитал разграничивать интимные отношения, сосредотачиваясь только на одной партнерше за раз и от греха подальше, даже намеков не делать в сторону… разнообразия, не зная, как отреагируют жены. Меня и так все устраивало, но если инициатива идет с их стороны, то почему бы и нет?

Пока я переваривал неожиданный ход, меня взяли в клещи, прижимаясь приятными выпуклостями, и рыжая красавица взяла инициативу в свои руки… буквально, расшнуровав завязки на штанах. Не собираясь просто так упускать ведущую роль, я одним импульсом убрал всю одежду в печати на теле и подхватив жён под аппетитные попки, направился к постели. Впереди ждала жаркая ночь и стоило доказать, что даже при численном превосходстве, Рью Нара не сдается!

Медленно открыв глаза от слабого покалывания часов на запястье и тут же запустив одну небольшую ирьёнинскую технику, мигом прогнавшую сонливость и взбодрившую тело, я скосил глаза вбок сперва в одну сторону, а затем в другую — от устроившиеся на плечах рыжей и черноволосой голов жён доносилось едва слышное дыхание, а сенсорика показывала медленное движение чакры, соответствующее глубокому сну. Несмотря на то, что заснул почти одновременно с куноичи, то есть два часа назад, я предварительно поставил будильник на шесть утра, когда даже доча не поднимается и будет немного времени сесть и подумать в тишине. Небольшое усилие и каге буншин, беззвучно появившийся недалеко на полу, поменялся со мной местами Каварими но Дзюцу (Техника Подмены Тела) без малейших внешних признаков, а я быстро и тихо покинул спальню, одевшись уже в коридоре.

Пройдя по тихому и темному дому, я спустился в подвал, где активировал защиту и принялся за то, что и собирался сделать ранее — ознакомиться с посланиями Узумаки. Собственно, на меня вчера женщины вывалили все подробности инцидента с Мито-чан и очень быстро распространившиеся по селению слухи, включая и темы, обсуждавшиеся на двух экстренных собраниях Совета Конохагакуре но Сато, так как Шенесу-джи-сан особо не стремился скрывать от жены причины «проблемного» настроения, а что знает одна Нара, то знают все в клане. Теперь время осведомиться о провернутой операции Узушиогакуре с другой стороны, прежде чем выносить какой-то вердикт и начал я со свитка Кушины, по словам ма, искавшей встречи со мной намного раньше.

Первый свиток от нее был обычным для хранения и содержал в себе написанные мной методички к тем фуиндзюцу, что мы успешно использовали во время войны для воздушного удара, а вот второй уже был непосредственно посланием и первое, что бросилось в глаза — слегка выделявшиеся на бумаге пятнышки. Текст Кушина явно писала в расстроенных чувствах. Быстро пробежав взглядом полотно иероглифов, написанных знакомым почерком, мне оставалось только вздохнуть и покачать головой — между выбором навсегда потерять семью с одной стороны и не таким уж любимым домом, из которого должен исчезнуть самый главный твой человек из очень короткого списка что-то значащих, не знаю, какой из вариантов выбрал бы сам.

Мою гордость кольнуло тем, что она так просто отказалась от сложившихся отношений, но упомянутая возможность довольно скоро увидеться через призывы, пусть перед этим и придется заслужить доверие не только Ньярлы, а ещё какого-то количества других больших кошек, вносила в этот момент ясность. Как-то не получалось осудить Кушину-чан за сделанный выбор, пусть и принесший мне множество сложностей. Надеюсь, наконец увидев родных и оказавшись в месте, где понимают различие между сосудом и пленником, даже если многие будут чувствовать совершенно монструозную чакру Кьюби, она получила свой кусочек счастья.

А вот послание от старшей Узумаки разительно отличалось и не только метровой длинной свитка, полностью исписанного мелким плотным текстом — лаконичное, сухое и по делу, больше смахивая на подробный доклад после миссии. Мито не просила прощения за произошедшее, фактически, здорово меня подставив, а просто констатировала факт, что являясь членом клана, проигнорировать приказ Узукаге не могла. Не имела права. Несмотря на это, бывшая джинчурики подробно расписала каждый свой ход подготовки весьма заковыристого плана, про финал которого я уже узнал. Тем не менее, читать про использование верных людей именно тогда, когда требовалось запустить в толпу слухи и добиться закономерных волнений от бойцов, осознавших, что значительное ухудшение уровня экипировки произошло из-за амбиций одной старой обезьяны, не упоминая о смертях многих товарищей, ставших жертвами подобных изменений прямо перед началом войны, было весьма интересно. Вероятная реакция того или иного главы клана на разглашение важной информации и интриги других коллег за спиной, дальнейшее развитие сложившейся ситуации, как повлияет на Совет разглашение пленного джинчурики Ивагакуре сразу после исчезновения, действия Четвёртого Хокаге по стабилизации обстановки, путем отрезания для кланов возможности бороться за будущего джинчурики, и кто от этого выиграет больше всех — всё было предсказано весьма подробно, различаясь лишь в малозначительных деталях.

Сперва я не мог понять смысл так подробно расписывать реализованный план, но потом до меня дошло — это самый настоящий урок! Урок политики, манипулирования действиями людей посредством вовремя вброшенной информации, а также планирование многоходовых комбинаций для достижения сразу нескольких целей, способствующих наступлению строго определенного финала! Проще говоря, именно по тем областям, где я хромаю, имея лишь клановое воспитание, но не обширный опыт применения полученных знаний. Даже возможность создать своего джинчурики для Нара являлась одной из таких дополнительных целей и Мито-чан считала это небольшой компенсацией за причиненные мне и клану неудобства. С точки зрения обычного ниндзя, не имевшего моих знаний, это действительно был шикарный задел на получение бойца в элите селения через полтора-два десятка лет и с точки зрения Узумаки, это не такой уж большой срок. Стоящее вложение при всех негативных сторонах, вот только я считал совершенно иначе, но кому об этом расскажешь?

Так же Мито упомянула и причину, по которой пришлось разыграть весь спектакль, что заставила меня серьёзно задуматься — а так ли я хорошо знаю данный клан? Да, довольно простые, не любящие лишних церемоний, горой стоящие за семью и склонные к чрезмерным проявлениям эмоций, но… Постоянно общаясь всего с двумя представителями, вынужденных из-за своего статуса сосредоточиться на контроле своих эмоций, я как-то забыл, что типичный представитель Узумаки подобным качеством вовсе не отличается и первейшая реакция на любую серьёзную угрозу или значительное оскорбление, является мгновенное применение насилия. Очень, кстати, показательно в Кушине ранних лет.

Прошлое правления Узушиогакуре, толком не осознавшее, что с основанием Великих Селений масштаб действий поменялся, и ранее неприступная защита окажется не такой надежной, сменилось на более прогрессивное, но это не означает, что основное население поменялось. Население, большей частью воспитанное на логике и принципах клановых войн, отлично помнившее уничтожение наглецов, посмевших похитить женщин Узумаки и жаждавшее крови новых врагов, посмевших поставить под угрозу уничтожения их дом и семью. Если в первые годы приходилось выживать в изменившихся условиях, то с решением насущных проблем и внутренних распрей, взор Узушиогакуре обратился на Киригакуре и Кумогакуре. Рейды по тылам и кража биджу слегка притушили пламя ненависти, но оставалась еще Коноха, фигурально выражаясь, ударившая в спину, просто наплевав на пол века тесного союза. Не устрой Узукаге показательной порки с обнародованием грязного белья Хирузена, и сотни бойцов взяли бы вопрос возмездия в свои руки, пусть даже и ценой смерти со всеми вытекающими последствиями. Вертикаль власти в Узушиогакуре куда менее жесткая — семья.

Полагаю, альтернатива лишиться джинчурики — куда менее значительная цена, чем сотни неплохих ниндзя во врагах, по разрушительности сравнимых с Бакхацу Бутай Ивагакуре, и перспектива полноценной войны с кланом, готовым применять любые средства ради возможности отомстить. Я как никто другой понимал, на что способно фуиндзюцу.

Глава 47

Недалеко от границы Таки но Куни и Тсучи но Куни. Какузу

На предельной скорости несясь по каменистой местности и используя попадавшиеся на пути булыжники в качестве укрытий и неустанно следующего по пятам преследователя, старый шиноби меланхолично размышлял, что еще никогда не опускаться до роли беспомощной жертвы, преследуемой по пятам неутомимым охотником. Разное случалось — задания проваливались, приходилось отступать, жертвуя сердцами, играть в прятки с преследователями или просто бежать, со всем тщанием заметая следы, но еще никто не наступал на пятки нукенину так, как Рью Нара. Точнее, его каге буншин с огромным запасом чакры, что вовсе не делало ситуацию легче.

Какузу уже все перепробовал, чтобы избавиться от назойливого преследователя — пытался сойтись в рукопашную, чтобы использовать очевидную слабость техники, устраивал разные ловушки, практически опустошив имевшиеся с собой запасы расходников и делал засады в самых неожиданных местах, подавляя чакру до минимума, но все оказалось напрасным. Раздражающий коноховец держался на расстоянии и предпочитал осыпать простыми, но смертоносными ниндзюцу, словно заранее предвидя действия жертвы. Нукенин Такигакуре даже начал подозревать Нара в наличии таланта сенсора или использовании какую-то специализированной фуиндзюцу в качестве замены, настолько паршивец чуял подвох и мог точно определить его положение. Вынужденный отчаянно спасать собственную шкуру, даже после знаменитого сражения с Хаширамой Сенджу, Какузу не находился в столь беспомощном и вызывающем ярость положении. А ведь начиналось все так хорошо!

Первый раз столкнувшись с Мизу но Сейрей в бою и поклявшись отомстить за испытанное унижение, Какузу долго готовился, пристально изучал все слухи о возможностях цели, не гнушаясь даже покупать информацию за деньги, чего в принципе никогда не делал раньше и разрабатывал тактики с учетом полученных данных к лично увиденному. Как раз очень кстати подвернулась начавшаяся третья мировая война, способная без проблем списать потери даже сильнейших бойцов, но Нара оказался буквально неуловим в поле, а нападать посреди заполненного коноховцами лагеря нукенин не стремился.

Так и не успев подловить цель — совсем бросать зарабатывание денег ради охоты он не собирался — водопадник отложил месть на неопределенное время, тем более, что награда за голову парня продолжала расти, грея сердце старого шиноби, как внезапно подвернулся неофициальный заказ от Ивагакуре, не только суливший приличный заработок, но и исполнение личного желания. Тот факт, что после отбытия первого связного, с ним связался второй, предложив немного подправить параметры плана, его ничуть не смутил — до тех пор, пока клиенты готовы платить деньги за одно и тоже, даже облегчая работу, нукенин не имел ничего против. То, что вместе с Мизу но Сейрей будет Орочимару с кучей джонинов Такигакуре в качестве поддержки, тоже играло свою роль.

К сожалению, несмотря на идеально подготовленную и задействованную засаду, избавиться от наибольшей угрозы первым ударом не получилось, хотя сам Какузу был полностью уверен, что парень не сможет мгновенно оправиться от ударов в критические точки тела, оставаясь всего лишь человеком, и станет легкой добычей, но реальность в очередной раз продемонстрировала наемнику всю ошибочность ожиданий, а последовавший бой расставил всё по своим местам. Этот враг оказался Какузу не по зубам даже с помощью сюрпризов временных союзников, заставив развернуться и со всей стремительностью делать ноги при первой возможности. К сожалению, с погоней на хвосте.

Напряженное преследование с петлянием и прятками продолжалось уже почти целые сутки. Перепробовав всевозможные варианты из богатого жизненного опыта с нулевым результатом, нукенин плюнул на надежду уничтожить преследователя или дождаться естественного истощения резерва, затраченного на создание каге буншина, и принялся целенаправленно двигаться к ближайшему пограничному посту Ивагакуре но Сато, надеясь восстановить хотя бы пару сердец за счет мусора. Да, качество у чунинов оставляет желать лучшего, и поспешная интеграция в Джионгу (Страх Земного Гнева) не позволит использовать их потенциал на полную мощность, но другого выхода у нукенина не имелось. Если все продолжится подобным образом, то вполне вероятно окончательное уничтожение, ведь даже его силы не являются бесконечными, несмотря на избавление от многих слабостей, присущих человеку. Бросить на преследователя пару «кукол» заслона, а самому затеряться в толще земли, где станет бесполезна даже сенсорика — наиболее привлекательный план, работавший и против самых талантливых дотонщиков, ведь дышать необходимо всем, кроме него.

Поддерживая максимально возможную на сложной местности скорость и пользуясь нитями как конечностями для резких разворотов с рывками в сторону, Какузу несколько раз чуть не попадал под дальнобойные суйтон ниндзюцу, изредка огрызаясь единственной доступной стихией, чтобы заставить преследователя держаться подальше, пока не заметил явные признаки ивовцев поблизости. Возведенные дотоном здания на вершине большого холма трудно не заметить. Явный пост Ивагакуре, служащий предупреждением, нежели скрытый и предназначенный для наблюдения. Рванув прямо к нему, нукенин без удивления обнаружил сразу двух чунинов, что вынырнули перед ним из земли метров за сто до здания.

— Стоять, это террито… — начал парень чуть старше, выхватив кунай и встав в защитную стойку, но договорить не успел.

Какузу отделил от тела обе руки и отправил их вперед на скорости, что и джонин среагирует с трудом. Постовые и пикнуть не успели, как оказались со свернутыми шеями, умерев почти мгновенно. Рванув тела к себе и не обращая внимание на еще команду ивовцев, что выскочили наружу, нукенин Такигакуре одновременными ударами вскрыл грудные клетки умерших в фонтанах крови и вонзив нити, выдрал еще бившиеся сердца, интегрируя в киндзюцу и ощущая, как свежая чакра пополняет порядком истощившийся резерв чакры. Но долго наслаждаться ощущением вновь увеличившейся силы ему не получилось, так как постовые не стояли столбами, увидев смерть товарищей, а стремительно атаковали метательными снарядами и ниндзюцу. Старый наёмник предпочел не вступать в бой, а продолжить бегство, благо, опередить каких-то чунинов не составило труда, но среди врагов должен был иметься хотя бы один джонин, если не больше и не стоило дожидаться его появления. Оставив за собой одно сердце в форме чудовища, что должно было сдержать не только преследователя, но и ивовцев, в идеале стравив между собой, он нырнул в землю и начал стремительно погружаться всё глубже, чувствуя облегчение. Несмотря на множество близких моментов, удалось уйти.

Недалеко от поста на границе Тсучи но Куни и Таки но Куни. Каге буншин Рью Нара

Увидев, как скользкий словно угорь нукенин скрылся в земле, каге буншин в бешенстве выругался, понимая, что дальнейшее преследование обречено на провал — передвигаться внизу с такой же скоростью, что и опытный пользователь дотона у него не получится, а вот устроить международный инцидент очень даже получится, если дать возможность ивовцем его опознать. Почти сутки преследования, когда осталось додавить совсем чуть-чуть, коту под хвост! Пусть Основа и не ожидал, что удастся убить старика даже в таком ослабленном виде, но все равно обидно! Досадливо сплюнув, каге буншин развеялся со спокойной совестью, надеясь, что довольно небольшого количества чакры хватит дотянуться воспоминаниями до Конохи.

Территория Тсучи но Куни. Сангаку но Хакаба (Кладбище Гор). Один из секретных входов в убежище Мадары.

Только убедившись, что все ниндзя и самураи покинули место запечатывания биджу, слившиеся Зецу спустились со своего наблюдательного пункта и принялись за уничтожение всех следов применения Мокутона, что еще оставались в относительно целом состоянии. Путем пожирания.

— Засада провалена, — заметил своей второй половине Широзецу между перерывами поглощения тел.

— Я знаю.

— Биджу снова запечатан и ни одна из главных целей не уничтожена.

— Я знаю.

Нырнув в каменные обломки и вытащив на свет кровавое месиво из мяса и костей, почти сразу превратившееся в белесую аморфную массу мертвого клона, они сожрали всё без остатка и продолжили поиски.

— Коноховцы уничтожили все мои споры и больше собирать информацию не получится, как и использовать для отслеживания их передвижений, — прервал молчание болтун, когда неприятная работа оказалась закончена и настала пора возвращаться домой с помощью Кагэро (Позёмка), используя водные жилы глубоко под землей.

— Не трудно было догадаться о подобном развитии событий, — хладнокровно ответил Курозецу, двигаясь в сторону бывшего убежища Мадары и нынешней базы, начавшей формироваться организации.

— Нара захватил останки клонов и вполне способен опознать, что для их создания использовались клетки Хаширамы Сенджу, — попытался зайти с другой стороны Белый Зецу, желая хоть немного поколебать спокойствие соседа, чисто из спортивного интереса и желания почесать языком.

— Не имеет значения, даже если определят, — помахал чёрной рукой тот, выныривая в начале сети огромных пещер.

— Для того, чей план полностью провалился, ты выглядишь удивительно спокойным, — хмыкнул недочеловек, скосив желтый глаз на соседа по единому телу.

— Я привык, что почти любой план, в котором задействованы люди, не идет по первоначальной задумке или полностью проваливается из-за исполнителей, так что некомпетентность ниндзя не стала большим сюрпризом, как и повышенная живучесть главной цели, — пожал плечами Широзецу и добавил с нотками довольства, — даже случившийся провал не только позволил собрать больше информации о Нара, но и полностью окупился взятой добычей.

— Один хвост Нанаби? И что ты с ним собираешься делать? — заинтересованно спросил Широзецу, — Долго свиток удерживать его не сможет, несмотря на качество работы Узумаки.

— Помещу в статую, — ответил «помощник» Мадары, ступив уже на выровненный пол жилых помещений.

Навстречу им попалось несколько других Зецу, выглядевших на огромных пространствах пещер очень одиноко, с энтузиазмом приветствовавших пару, но все они оказались проигнорированы на пути к квадратному колодцу, служившему вместилищем для Гедо Мазо (Демоническая Статуя Внешнего Пути) и неразумного клона Хаширамы Сенджу в виде цветущего дерева.

— Но ты же говорил, что нельзя заключать в статую беспорядочно, а следует начинать с Однохвостого и последовательно запихивать остальных биджу, — удивился сосед.

— Речь идет про биджу как целых существ, что ранее составляли Десятихвостого, но никак не о небольшой частичке их силы, — отрицательно покачал головой Широзецу, — чакра из хвоста поможет мне достать новых Зецу из Гедо Мазо.

— Да, новые братья необходимо — слишком многие погибли, а Мадара-сама с нами больше нет, — согласился Широзецу.

Оказавшись рядом с огромной статуей, Черный Зецу достал свиток и достал крыло Нанаби, положив на землю. В пару прыжков оказавшись на лепестках огромного цветка, он прикоснулся к колену статуи и через пару мгновений из её приоткрытого рта вырвались черно-синие цепи и затянули отрубленный хвост биджу внутрь.

— Этого хватит на десятка два-три, — удовлетворенно пробормотал нелюдь.

Учитывая только самое начало активной фазы Плана, пригодится любая помощь.

Глава 48

Хо но Куни. Конохагакуре но Сато. Поместье Нара. Рью Нара

Оставив вопрос с отношением к Узумаки на более позднее время, так как определить сейчас все последствия для меня от их действий не представлялось возможным, я обратил внимание на куда более интересные вещи — в самом конце свитка имелась печать хранилища с припиской о второй части оплаты по заключенному ранее соглашению. В ней лежали два учебника с значком водоворота, на весьма злободневные, но от этого не менее важные темы в фуиндзюцу — зашифровка и сокрытие создаваемых печатей. Пусть я владел данными навыками на начальном уровне, кое-что почерпнув из готовых работ родственников, а кое-что додумав самостоятельно в ходе экспериментов, но это был именно что уровень ученика для нормального мастера искусства и при должном усердии с приличными затратами по времени, знающий ниндзя вполне мог расколоть и повторить некоторую часть моих работ даже не являясь Узумаки. Можно было не сомневаться, что у Анбу Конохи, подобные люди в ограниченном количестве имеются — иначе поддерживать и модифицировать сенсорный барьер или различные защиты важных помещений у них не имелось бы возможности. Конечно, подготовленные бывшими союзниками специалисты весьма далеки от моего уровня и наверняка заточены под конкретные задачи в весьма узких рамках, но самообучение и обмен информацией никто не отменял.

Как бы не хотелось мне погрузиться в новые знания, но утро вступало в свои права и дом постепенно просыпался, делая невозможным дальнейшее отсиживание в подвале. Пришедшие воспоминания от оставленного в спальне клона об этом ясно сигнализировали — Линли специально стукнула его по плечу, чтобы проверить, кто находится рядом. Со вздохом отложив учебники на полочку к другим, так же дожидавшимся появления у меня свободного времени — в чем откровенно начал сомневаться, прикидывая ту гору работы, что намеревался свалить на меня Хокаге в дополнение к имевшейся — я покинул своё убежище и почти мгновенно подвергся атаке.

— Папа, ты наконец-то вернулся! — маленькой ракетой врезалась в меня доча на входе в гостиную.

— Привет, золотце, папа вернулся и в ближайшие дни будет находиться дома, — подхватив, я чмокнул Цуми-чан в щеку и под довольный визг, закружил вокруг себя.

— Рью-кун, ты опять занялся работой, вместо того, чтобы нормально выспаться? — обречённо закатила глаза рыжая красавица, расставляя на большой стол тарелки для завтрака, — Устрой себе хотя бы пару дней передышки и полежи на солнышке, как это делают всё остальные мужчины Нара!

— Что поделаешь — единственный мастер фуиндзюцу на селение всегда нарасхват и никуда от этого не деться, — пожал я плечами и уселся на свое место во главе стола, приземлив довольную дочку на колени.

— Ты еще и клановый боец эС-ранга, который имеет право распоряжаться личным временем самостоятельно, — проворчала, выглянула из кухни Сая, явно слышав наш разговор и спешившая вставить несколько рё, — кто бы что себе не думал по этому поводу.

— Не волнуйся ма, в ближайшую неделю я разберусь с самыми срочными делами и устрою небольшой отпуск, — пообещал ей и предложил, — как раз отметим твой скорый юбилей и после посетим какой-нибудь курорт Страны Ветра.

В это время года местные пляжи хоть и принимали посетителей, но сезон вовсе не располагал для загорания и купания в холодной морской воде, а вот у соседей шел самый пик, благодаря более жаркой погоде даже в это время года — специально клоном узнавал у торговцев, продававших путевки на курорты. Естественно, я не собирался оставлять такой явный след для недоброжелателей, а намеревался снять домик на побережье уже непосредственно прибыв на место.

— Все вместе? — заинтересованно осведомилась Линли.

— Сразу всей семьёй слишком опасно, даже если использовать маскировку, — отрицательно покачал я головой, — так что сперва на недельку выеду я с ма, потом возьму тебя с этой егозой, а через некоторое время второй заход с Хитоми и Кейко.

Наличие маленьких детей только усложнит задачу, но в случае непредвиденных ситуаций, одного или двух я сумею защитить и вытащить в любом случае, а вот с большим числом уже будут проблемы.

— Ура, мы едем на море! — радостно соскочила с колен дочь и принялась метеорчиком носиться по гостиной, пока женщины накрывали на стол.

А вообще, чтобы в будущем не напрягаться по поводу отдыха, следует найти небольшой необитаемый остров в тропических широтах одного из южных океанов и на нем обустроить все удобства, чтобы избежать подобных проблем в дальнейшем. Естественно, океан Кайджу отпадает по очевидным причинам, а вот Нанмен вполне подходит. При использовании плит телепортации, до секрета которых вполне можно допустить семью, проблема расстояния решается очень просто.

— Что за шум с утра пораньше? — со второго этажа спустились две упомянутые куноичи с детьми на руках.

— Рью-кун собирается вывезти нас на отдых, — довольно сообщила рыжая красавица, — пусть это и сопряжено с некоторыми сложностями.

— О? А это не опасно в текущей ситуации? — слегка нахмурилась джонин в отставке.

— Если частями с соблюдением мер предосторожности, то вполне возможно, — пожала плечами Сая,

— Па! — маленькая Химавари вывернулась из объятий матери и уверенно потопала ко мне, протягивая ручки.

Расплывшись в улыбке, я подскочил и подхватил обрадовавшуюся малявку на руки, после чего одарил вторую жену и любовницу короткими поцелуями, внутренне сетуя, насколько быстро движется время. Дочь вроде бы только недавно родилась, а уже идет второй год и на свет появилась еще одна, не упоминая отпрысков, находившихся в Стране Демонов.

— Таюми, поздоровайся с папой, — продемонстрировала мне спеленутое прибавление в семействе бывшая Хьюга.

Младенец как младенец, слегка сморщенный и страшненький, но два отличительных признака сразу привлекли мое внимание — редкий пушок алых волос и такие же белые как у матери глаза. Доча все же унаследовала бьякуган.

— Такая же красавица, что и мать, — улыбнулся ей.

— Так, все за стол — у Рью сегодня важная встреча, так что не задерживаем завтрак, — на правах хозяйки дома, поторопила всех ма.

— Действительно стоит поторопиться, — я кивнул, взглянув на настенные часы, показывавшие первые минуты одиннадцати — на еду оставалось всего ничего, а потом мне следует собираться и выдвигаться.

Опустив дочь в специальный стульчик, в котором раньше кушала Кацуми и перешедший по наследству, я вернулся во главу стола.

— Итадакимасу (смиренно принимаю)!

В назначенное время я прибыл к лаборатории Орочимару, а там, сложив руки на груди и нетерпеливо притаптывая, принцесса Сенджу, полностью в облачении ирьёнина, уже ждала у входа.

— Доброе утро, Сенджу-сан, — с легким поклоном обратился к ней.

— Ну наконец-то, мы уже заждались! — хмыкнула ирьёнин и не дожидаясь моего ответа, распахнула дверь и скрылась внутри.

Взглянув на наручные часы и убедившись, что до одиннадцати оставалось еще пару минут, я пожал плечами и двинулся следом знакомым маршрутом, перед этим закрыв за собой дверь и активировав фуин-замок.

— Приветствую, Рью-кун, — обернулся от оборудования коллега, не обращая внимание на недовольно нахмурившуюся подругу, — как всегда пунктуален, что не может не радовать.

— Орочимару-сан, — поприветствовал шиноби и снял с плеча чехол, поставив у стены, — я вижу, все уже готово?

— Кое-кто решил примчаться в шесть утра в мой дом и настоять на предварительной подготовке, — покосился саннин на единственную куноичи в нашей компании, — так что мы ожидали только тебя.

— Хватит пустой болтовни! — скривилась Сенджу, — Языками почесать сможете после работы!

Шиноби только развел руками, словно показывая, с чем ему приходится иметь дело. Вздохнув, я молча достал свиток с трофеями и передав его коллеге, последовал в небольшую комнатку с шкафчиками, где хранились костюмы ирьёнина моего размера вместе с перчатками и маской — учитывая частоту посещений лаборатории коллеги, я счел слишком неудобным каждый раз таскать комплект с собой и просто реквизировал пару вешалок там, где он хранил и свои вещи.

К тому времени, как я надел поверх одежды форму и вернулся обратно, саннины уже выложили останки клона на стерильный металлический стол и взяв образцы, проводили очистку от различных примесей, стремясь получить днк-основу для сравнения. С кровью это получилось бы намного быстрее, но как раз последней в массе не оказалось, что усложнило процесс на порядок и судя по дисплею громоздкой машины неподалеку, подобная работа с исходным материалом Хаширамы Сенджу уже была проведена.

— Рью-кун, займись пока извлечением образца чакры — у Тсунаде-чан имеется образец деда, так что сравнить сможем и по этому параметру.

— Сделаю, — кивнул ему и в стопке подготовленных печатей уже готовую, шлепнул ее на голову бывшего клона, коротким импульсом активировав.

Ничего нового придумывать не надо — подобные фуин я давно использовал, чтобы удалить при пересадке органов всю родную чакру, для возможности сравнения, необходимо лишь поменять направленность работы пары штрихов и вот имеется слабый источник чакры для сравнения. Закончив с этим, я присоединился к коллегам, чтобы иметь для сравнения сразу три варианта, вместо двух.

Через пару часов монотонного выполнения нескольких этапов, мы получили три пробирки с очищенными образцами и загрузили их в машину, сгрудившись около примитивного монитора. Напряженное ожидание продлилось не долго и после трех коротких звуковых сигналов, компьютер выдал результат.

— Девяносто семь с половиной процентов совпадения! — с вытянувшимся лицом, произнесла Тсунаде, — Пусть имеется небольшое изменение, но несомненно, этот клон создан из клеток моего деда!

Куноичи до хруста суставов стиснула кулаки, а хлынувшее убийственное намерение заставило меня недовольно поморщиться.

— Тсунаде-чан, не стоит так реагировать — настолько сильно волноваться вредно для ребёнка, — успокаивающе положил руку ей на плечо Орочимару.

Он подобрал правильные слова, так как она мгновенно взяла себя в руки и осторожно погладила округлившийся живот.

— Прошу прощения, — глубоко вздохнув, покачала головой Сенджу, — я до последнего момента хотела верить, что ваши предположения являются ошибкой и останки деда никто не осквернял.

— Извинения принимаются, но стоит так же сравнить и чакру, — кивнул коллега и обернулся ко мне, вопросительно приподняв бровь, — если у Рью-куна все готово, конечно.

— Все готово, — отойдя к дожидавшемуся своего часа чехлу, я извлек из него большой свиток и раскатал по ближайшему свободному столу, открывая взгляду парную печать с пустым пространством в центре, — нужен только второй образец для сравнения.

— Вот, — достала из кармашка и протянула мне зеленый кристалл на верёвочке Тсунаде, — в нем хранится концентрированная чакра деда.

Э?.. Знаменитое Шодай Хокаге Кубикаразу (Ожерелье Первого Хокаге), стоящее баснословных денег? На вид — ничего особого, хоть я и ощущал от него специфическую чакру.

Поместив кристалл и настроенную на отдачу печать на свои места, я активировал комплекс сенсорных фуин. Пары секунд работы оказалось достаточно, чтобы узнать главное.

— Ну! — поторопила внучка Первого.

— Совпадение примерно в шестьдесят пять процентов и «плотность» чакры неизвестного пользователя ощутимо ниже, ответил ей.

— Значит, кто-то все же умудрился клонировать мокутон, пусть и в несколько ущербном виде, — резюмировал Орочимару то, что и так поняли остальные в лаборатории.

Факт кражи кеккей генкая подтвержден, осталось только придумать, каким образом можно направить Коноху во главе с Сенджу по следам Зецу.

Глава 49

— Первое, что тебе следует сделать — провести вскрытие могилы деда и оценить состояние тела, — задумчиво потерев подбородок, предложил Орочимару, — сам факт кражи генетического материала с кладбища Конохи внушает беспокойство и учитывая круглосуточную работу сенсорного барьера, не выявившего воров, к выяснению всех обстоятельств нужно привлекать специалистов Анбу, а не действовать исключительно силами клана.

Достаточно хорошо зная коллегу, я мог определить, что практическое подтверждение ранних выкладок не оставило его равнодушным. Да, саннин не слишком любил кланы и старое начальство, но сейчас, когда внутри этих стен появилась своя семья, необходимость в безопасности дома вышла на совершенно другой уровень, когда лично будешь впрягаться в работу, чтобы родным действительно ничего не угрожало, хотя я не сомневался, что куча призывов круглосуточно несут дежурство рядом с малышкой и матерью.

— Я лично доложу Хокаге и настою на тщательной проверке, — твердо кивнула Тсунаде, — а Сенджу точно не останутся в стороне при поиске ублюдков, посмевших оскорбить клан кражей кеккей генкая Первого Хокаге!

— Хочу заметить, что сенсорный барьер отслеживает только чакру, не физическое перемещение отдельных людей и вполне поддается обману, как доказали не так давно туманники, охотившиеся за Хатаке, — решил напомнить соратникам очевидное, — а кладбище охраняется не сильнее, чем другие общественные места, потому что туда постоянно забегают ниндзя проверить могилы друзей-родных, независимо от времени суток и просто так мародерствовать не получится, не говоря о фуин-защите мемориалов бывших Хокаге, так что пробраться и уйти незамеченным очень даже возможно.

Если посмотреть со стороны, не владея всей информацией, то чем дальше, тем больше всплывает косяков Анбу и Корня, вроде бы ответственных за безопасность Конохи от внешних угроз, но занимавшихся чем угодно, только не тем, чем следует и порождая новые вопросы к почившему Шимуре.

— Анбу предстоят жаркие деньки, учитывая последние провалы, — словно вторя моим мыслям, хмыкнул ученый, но тут же состроил серьёзное выражение лица, словив косой взгляд бывшей напарницы.

— Нара-сан, я могу рассчитывать на вашу помощь с фуиндзюцу? — повернулась куноичи ко мне, — Так же клан в моем лице готов выкупить все взятые трофеи, связанные с мокутоном.

Я едва удержался от закатывания глаз — ну конечно, с полным исчезновением мастеров Узумаки, к кому еще им обращаться, когда понадобится безопасно снять защиту без срабатывания и уничтожения окружающей территории? Раньше этим могла заняться по-родственному Мито-чан, но сейчас такой возможности не имеется.

— Как только получу официальный запрос от Хокаге, — сообщил ей, ведь это уже касается селения, а не только одного клана, — что касается трофея — договаривайтесь с главой Нара.

Судя по поджатым губам, ирьёнину не понравилась вторая часть моего ответа, но учитывая наши натянутые отношения, лично торговаться я не собирался, а Шенесу-джи-сан наверняка сможет получить больше выгоды или воспользоваться моментом, чтобы разрулить ситуацию с будущим джинчурики.

— Хорошо, наша глава обсудит этот вопрос, — выдавила из себя куноичи и повернулась к Орочимару, — полагаю, здесь мы закончили?

— Не совсем, — влез я до того, как коллега успел что-нибудь ответить и пояснил на пару вопросительных взглядов, — у меня имеется еще одно тело, на первый взгляд ничем не примечательное, но нуждающееся в тщательной проверке.

Не дожидаясь вопросов, я достал свиток и распечатал на другой стол убитого нукенина Ивагакуре.

— А, один из одинаковых ивовцев! — Орочимару мигом вспомнил мои слова после боя и связал их с трупом, — Кстати, у меня подобные среди нападавших тоже имелись, только в пылу боя было не до замечания подобных странностей, а потом необходимо было спешить на помощь и как-то не догадался запечатать одного из убитых, позволив призывам попировать.

— О чем речь? — недоуменно спросила куноичи.

Прояснение подробностей много времени не заняло и Тсунаде тут же взялась за исследование, закончив буквально за пару минут.

— Шиноби как шиноби, — пожала она плечами, — ничего необычного, кроме разве что отличного здоровья без следов давних боевых ран, что для подобного возраста не очень характерно.

Хмм, значит, техника копирует не полностью организм оригинала, а только внешний вид с днк и чакрой, что приводит к небольшим отклонениям конечного результата в сторону идеальной копии, без залеченных травм и прочих следов профессиональной деятельности наёмника.

— Я пришел к подобному выводу, — согласился с ней, не обращая внимания на явные сомнения коллеги в моей компетенции, — но…

Вместо того, чтобы что-то доказывать без наглядных доказательств, просто опустил на трофей еще одну печать, высасывавшую чакру и подождал, пока она завершит свою работу под скептическим и заинтересованным взглядами. Несколько минут напряженного ожидания и мертвый нукенин на металлическом столе внезапно поплыл, сбрасывая трансформацию и превращаясь в белесую пародию на человека, уже вполне нам знакомую. Можно не сомневаться, что проведя еще одну проверку днк, результат окажется точно таким же, что и раньше.

— Вот срань Шинигами! — пораженно воскликнула куноичи, даже делая шаг назад.

— Значит, кроме невидимости для сенсоров, включая додзюцу Хьюга, они способны еще и полностью копировать человека? Прямо мечта шпиона и кошмар для внутренней безопасности селения! — задумчиво прищурился Орочимару и повернулся к подруге, — Тсу-чан, клоны Хаширамы-доно могли подобное вытворять?

— Н-нет, ничего подобного припомнить я не могу — только обращать клоны семенами, с помощью которых можно отслеживать врага, но не подобное копирование человека вплоть до чакры и тела, — отрицательно помотала головой принцесса Сенджу.

— Значит неизвестный не только смог частично позаимствовать силу мокутона, но и провести соответствующие исследования, чтобы использовать даже такой вариант, возможно, добавив что-то своё и разработав похожие техники, — раздраженно потер лоб коллега, — это говорит либо о значительной технической базе, либо особых способностях, многократно облегчивших данную задачу.

— Едва ли это происки конкурентов — не использовать подобный козырь в войне очень недальновидно, а уж какой удар получит Коноха по репутации, если кеккей генкай Первого Хокаге окажется в руках врагов, можно даже не упоминать, — поспешил вставить свои пять рё в обсуждение, — скорее всего, это работа отдельной группы лиц, преследующих какие-то свои цели.

— Связанные с биджу, — согласно кивнул Орочимару.

Тут и идиот до подобного додумался бы — обладание мокутоном, что с относительной легкостью может подавить хвостатых зверей и прямое препятствие созданию джинчурики как бы намекают.

— Меня больше всего волнует трудность в обнаружении техник сенсоров и додзюцу, что сразу исключает результативность использования большей часть поисковых команд Конохи, — нахмурилась саннин, — никаких слухов о мокутоне до этого момента не ходило, так что со скрытностью у ублюдков всё хорошо и насколько результативными будут розыски, сказать трудно.

— Нужно было сперва проверить трансформированный труп у нинкенов Инузука, — досадливо цыкнул на мысль, только сейчас пришедшую в голову, — вдруг запах как-то отличается от человека.

— С точным копированием внутренних органов и потовые выделения не будут отличаться от оригинала, — закусив губу, покачала головой Тсунаде.

— Следует так же инициировать проверку архивов Анбу — вполне возможно, похожие ситуации попадались оперативникам на миссиях, но оказались приняты за случайность или просто похоронены в отчетах из-за невозможности получения каких-то конкретных результатов проверок, — предположил коллега, — отслеживание подобных вмешательств поможет нам лучше понять мотивацию неизвестных, а там и до предсказывания действий недалеко.

— Как вариант, побочной целью так же стоит уничтожение элиты Конохи, потому что при всем совершенстве подобного копирования, я вижу один явный недостаток клонов, который невозможно исправить никакими ухищрениями, — решил выдать немного имевшейся информации, до которой могли додуматься и остальные, — сигнатуру чакры можно скопировать полностью, но вот объем резерва будет только тот, который может вложить создатель клона и почти наверняка, для копирования требуется тесный контакт с целью.

Тот факт, что высокоуровневые ниндзя из профессиональной осторожности не дадут прикасаться к себе просто так даже проверенным товарищам и сперва необходимо этого самого ниндзя вывести из строя, даже не стоил упоминания.

— Возможно, но подобные недостатки никак не позволят разыскать привившего себе мокутон врага и учитывая, что никто из здесь присутствующих не является специалистом по преследованию и розыску, предлагаю этот вопрос оставить в компетенции Джохобу (Разведывательный отдел) Конохагакуре, — вполне резонно предложил Орочимару, — а нам следует сосредоточиться на более детальном изучении попавших в руки образцов, чтобы найти способ обнаружения таких трансформированных шпионов.

Может быть, коллега и смог убедить Тсунаде в собственной обеспокоенности защитой селения, но я готов был биться от заклад, что внутри он предвкушающе потирает руки — как же, возможность изучить не только оригинальные клетки Хаширамы Сенджу, но и работу неизвестного ученого, что приживил их себе или вырастил функционирующего биологического клона. Имея меня перед глазами как удачный эксперимент в этом направлении, у Орочимару наверняка зудела исследовательская жилка, а тут такой удобный повод утолить любопытство под предлогом заботы о безопасности Конохи, что никто не подкопается и даже имеется шанс получить денег за работу от номинального начальства, не гарантируя какие-либо результаты.

— К сожалению, не могу к вам присоединиться, — с видимой внутренней борьбой покачала головой Тсунаде, — текущий пост не позволит мне отвлечься на более длительное время, но буду очень благодарна, если продолжишь держать в курсе хода работ.

— Если возьмешь на себя объяснения с Хокаге, несомненно, — заверил ее змеиный саннин и теперь уже вопросительно посмотрел на меня.

— Смогу участвовать только урывками, когда появится свободное время, — с сожалением открестился от полноценного участия, — Сакумо-сан хочет навалить на меня всю работу по модификации всей созданной Узумаки защиты в Конохе в дополнение.

То, что Орочимару найдет способ отслеживать «невидимых» врагов, у меня сомнений не имелось, так что оставалось лишь держать руку на пульсе событий и временами подкидывать возникшие идеи, хотя я и сам пока не особо понимал, каким образом можно это сделать даже с помощью фуин. Может быть, по мере изучения подобные идеи и возникнут. Собственно, стратегия ловли на живца и была использована скорее, как самый реальный и единственный доступный вариант, но с радостью использую и другие, если появится возможность.

— Понимаю, — коллега сочувственно покивал, прикидывая обозначенные масштабы.

Собственно, на этом моё сотрудничество с двумя саннинами закончилось. Все главные вопросы оказались оговорены и каждый разбежался по своим делам, условившись держать остальных в курсе. Я не сомневался, что будет собираться Совет Конохагакуре, приниматься меры безопасности, задействоваться ресурс селения на поиски нового врага, но у меня в данный момент имелись другие задачи, вроде джинчурики Ивагакуре в подвале штаба Анбу, которого неплохо бы переместить к себе для откачивания чакры биджу, предварительно устроив место содержания и куча всего другого, требовавшего внимания, включая семью и детей. Прямо хоть разорвись, даже несмотря на использование каге буншинов!

Глава 50

Мизу но Куни. Остров Костей. Владения клана Кагуя. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

После заключения союза с повстанцами, Хисато вздохнул с облегчением — едва сдерживаемой агрессии подчиненных нашёлся выход и Кагуя дрались за право быть отправленными на войну с набором каждой новой команды. К сожалению, выпнуть зарабатывать деньги со жратвой сразу всех или хотя бы половину имевшихся кровожадных идиотов не получилось — клановые представители стояли насмерть, продавливая условия постепенного вывода Кагуя в поле, аргументирую весьма плачевным финансовым положением и возможностью растянуть выплаты небольшими частями, облегчая нагрузку на ограниченный бюджет. Зная от собрата внутреннюю кухню союзничков и о идущей переброске сил Великого Храма Воды, канпеки нингё даже не стал особо давить, конечно по мерка Кагуя, и дал добро на выпуск двух команд в неделю с последующим увеличением количества в два раза. За полтора-два месяца в войну должен включиться весь клан.

Естественно, наиболее разумных подчиненных, не стремившихся погибнуть в бешеном угаре битвы, он собирался попридержать дома и если отправлять на войну, то только под личным командованием, сберегая для будущей реформации клана. Клон вовсе не являлся наивным идиотом и прекрасно понимал, что его ниндзя будут бросать в самую мясорубку, сберегая жизни остальных и донесения о первых потерях это только подтверждали. Нет, едва ли повстанцы били в спину — не тот для этого момент, когда впереди маячила главная битва с силами лоялистов Киригакуре при поддержке джинчурики и как минимум двумя бойцами эС-ранга — но существует множество способов косвенного сокращения неугодных без личного пачканья рук, как успешно доказал Сарутоби Хирузен. Не стоит думать, что старейшины и главы, варившиеся в смертоносном котле Кровавого Тумана десятилетиями, не обладают подобными навыками. Скорее, могут дать урок старой обезьяне, а война всё спишет.

Теруми, Хошигаки и остальные могли считать себя очень хитрыми, но их действия вполне соответствовали ожиданиям и расчетам канпеки нингё. По самым оптимистичным прогнозам, должно погибнуть около двух третей бойцов клана, изрядно облегчив управление оставшимися. Не договороспособное, слишком упрямое и закостеневшее в своей тупой кровожадности, старшее поколение должно уйти, желательно с пользой для него и даже слишком медленное вступление в войну позволяло клону выделить в куче дерьма более-менее полезные булыжники. Да, не способные на большее, чем простое «забивание гвоздей» по указке начальства, но даже такому Хисато был сильно рад, а ведь имелась ещё возможность наткнуться на драгоценные камни вроде Дензиро и Киято.

Сильное ослабление боеспособности Кагуя тоже несло в себе определенную опасность уже от соратников-соперников, что могут поддаться искушению вовсе избавиться от нестабильных элементов Киригакуре сразу после войны и поэтому он предпринял несколько шагов, направленных на укрепление положения клана. Первый уже начал приносить плоды — нормальное обучение молодняка, как пробудившего кеккей генкай, так и нет, благо, Шикотсумьяку: Котцу Буншин но Дзюцу (Мёртвенный Костяной Пульс: Техника Костяного Клонирования) подходил для этого как нельзя лучше, позволило выделить отдельных личностей, что обещали в будущем вырасти настоящей опорой нового клана, зубами выгрызая знания, гарантирующие повышенные шансы выживания в дальнейшем с личной верностью понятно кому. Конечно, несмотря на райские по меркам Кагуя условия новой жизни, насаждение железной дисциплины понравилось далеко не всем детям, успевшим впитать жестокость клана и неминуемо ставшим выстраивать новую иерархию уже внутри приюта. Даже жестких наказаний оказалось недостаточно для выбивания из почти пустых голов этого пережитка прошлого, но стоило вышвырнуть всего двух особо непонятливых идиотов из приюта обратно в суровую жизнь банды, чтобы остальные стали как шёлковые, усвоив простую истину — единственным авторитетом является глава Кагуя и тот, на кого он укажет.

Второй шаг находился в процессе исполнения — после длительных размышлений и проверок приближённых шиноби теневым шпионом, Хисато решился на повышение их силы путем совместных тренировок и помощью в освоении новых ниндзюцу кеккей генкая, помня о том, что короля играет свита, несмотря на весь риск подобного. Имелся вовсе не маленький шанс того, что «ученички» однажды решат занять его место, но несколько нюансов психологии Кагуя весьма ограничивали способы, которыми это можно было сделать — личная битва один на один перед всем кланом, чтобы силой доказать право властвовать над остальными или турнир при неожиданной кончине главы, так что пока канпеки нингё демонстрировал несомненное превосходство над выбранными джонинами в «тренировочных» боях, опасность оставалась минимальной. Необходимо только развиваться быстрее возможных конкурентов и потихоньку тянуть их за собой.

Тихое устранение не котировалось среди кровожадных отморозков, благодаря чему Киято вовсе исключался из списка конкурентов, запятнав себя «недостойным» поведением. Его боялись и избегали, но не уважали. Строго говоря, он оказался самым опасным, опередив даже Дензиро со старейшинами и в тоже время с наименьшей мотивацией на предательство, в отличие от других соклановцев. Проведя настоящее расследование прошлого данного подчиненного, Хисато получил стойкое подозрение, что джонин обладал весьма приемлемыми моральными качествами — ни разу не оказался замечен за насилием над детьми, слабаками или не заслужившими того женщинами, успешно женат, имеется маленький сын и в семье доброжелателен — и устраивал регулярный террор Кагуя исключительно ради своей с родными спокойной жизни. Подавляющее большинство убитых им «товарищей» были теми ещё мразями.

Благодаря многолетней безжалостной политике выбраковки слабых и доминировании личностей, взобравшихся на вершину по трупам конкурентов, Кровавый Туман больше других Великих Селений ценил личную силу и даже небольшой клан мог давить на более многочисленных соседей, если имел на своей стороне бойца эС-класса, а они — нет. За известными примерами далеко ходить не надо, пусть и в Конохе — Хатаке Сакумо или Шимура Данзо, вполне успешно проводивших свою политику в отличие от тех же Инузука или Абураме, пусть и с некоторыми оговорками или Союз Нара, вошедший в силу с возвышением Основы. Канпеки нингё намеревался продемонстрировать союзникам в грядущей войне не только собственную силу, продолжавшую стремительно расти и уже вышедшую на требуемую планку элиты, но и потенциал подчиненных, в паре случаев, имевших за душой награды твердых А-рангов в Книге Розыска и с достаточной поддержкой, способных замахнуться на большее. Повстанцы двадцать раз задумаются о возможных потерях и оценят все риски, прежде чем решатся действовать против подобной команды с поддержкой от остальных Кагуя. Пусть они и сражаются против общего врага, сплоченные угрозой полного уничтожения, но следует помнить, что конфликт клановых интересов никуда не денется и каждый будет тянуть одеяло на себя, не желая жертвовать теми бойцам, что переживут мясорубку войны. Проще будет бросить небольшой кусок общего пирога и дальше игнорировать кровожадных отморозков, не очень то и сильно отличавшихся от основного контингента Киригакуре но Сато.

Когда пришло сообщение о намерении повстанцев дать силам Мизукаге финальный бой и настала пора выдвигаться с остатками еще не задействованных бойцов, оставив буквально десяток на защите поместья, канпеки нингё с удивлением отметил, что подчиненных в многочисленных стычках выжило куда больше ожидаемого — двести девятнадцать из выведенных в поле трех сотен. Явная работа собрата, обещавшего по возможности присматривать за ними и живучести самих Кагуя, даже не проявивших Шикотсумьяку. В любом случае, это количество скоро еще больше сократится.

— Каширо, Киято — возьмите по тройке бойцов и зачистите посты на берегу до нашего подхода, чтобы ни одна сволочь не ушла! — скомандовал подчиненным Хисато, когда впереди показался берег основного острова Мизу но Куни.

Посты располагались здесь не потому что рядом находились какие-то важные населенные пункты или торговый порт, а исключительно для наблюдения за отморозками Кагуя, если последним вдруг взбредёт в голову устроить очередную бойню мирного населения там, где это не выгодно Киригакуре или еще чего «умного» до начала гражданской войны. После — чтобы предупредить нападение с этой стороны толпы опаснейших ниндзя, рано или поздно обязанных присоединиться к общему веселью. Из-за их наличия, ему пришлось отправлять войска скрытно, по кружному маршруту для исключения перехвата, сейчас же скрываться больше не имело смысла. Конечно, позиции имели приличную маскировку, в том числе и фуиндзюцу, но с помощью теневого шпиона, канпеки нингё давно вычислил входы и выходы, заранее поделившись этой информацией с подчиненными.

— Будет выполнено, глава! — без лишних слов, джонины знаками показали выбранным соратникам следовать за ними и на предельной скорости рванули вперед, разбрызгивая во все стороны морскую воду.

Остальной отряд, имевший в своем составе половину чунинов, не способных передвигаться настолько быстро, продолжил следовать с прежней скоростью и когда приблизился к каменистому побережью, все уже оказалось закончено — две команды вытащили из-под земли порубленные тела лоялистов, даже не оказавших достойного сопротивления, если судить по почти чистым кимоно Кагуя и несколько разочарованным выражениям лиц.

— Молодцы, — кивнул им и повел вновь соединившийся отряд из двух десятков ниндзя к раскрытой союзниками точке сбора войск повстанцев.

Оттуда было совсем недалеко до главного торгового хаба Страны Воды, уступавшего только столице и служившего источником обеспечения скрытого селения большей частью провизии — Мизукаге просто физически не мог допустить захвата города или прилегавших территорий с деревнями, иначе Киригакуре не сможет прокормить своё население даже в течение месяца. Можно сколько угодно с презрением относиться к простолюдинам, но голодные бунты к которым вполне могут присоединиться выходцы из народа, являются весьма реальной угрозой даже для ниндзя. Пусть собранные силы должны были скрываться иллюзиями и барьерами, но руководство союзников вполне здраво рассуждало о неизбежном просачивании к врагам информации про затеваемую масштабную операцию, не важно от удачливых разведчиков или скрытых предателей — с участившейся активность боевых действий в последнее время, Каге должен был готовиться к чему-то подобному, и повстанцы дали ему причину.

Пусть Мизу но Куни занимала весьма значительную территорию, большая часть которой приходилась на главный остров, но все равно, расстояния не шли ни в какое сравнение с другими элементальными или даже малыми странами, так что спустя несколько часов выхода на сушу, Хисато подвел отряд к первой зоне патрулирования военного лагеря союзников. Наткнувшаяся на них команда Юки проводила сквозь защитную зону к стенам после демонстрации применения кеккей генкая в качестве пароля и уже оттуда вытянувший короткую соломинку неудачник показал дорогу к участку на отшибе с несколькими грубыми строениями из кости с уже расположившимися там бойцами Кагуя.

— Когда придёт время для военного совета, за вами явится гонец, — коротко сообщил хмурый чунин и поклонившись, поспешил удалиться, кидая нервные взгляды по сторонам, словно опасался немедленного нападения.

Хех… иногда репутация работает на тебя.

Глава 51

— Икимори-сама, наконец-то вы здесь! — раздался знакомый голос, не успел канпеки нингё как следует осмотреться по сторонам.

Оглянувшись, он заметил вынырнувшего из здания соратника, номинально, представлявшего для остальных волю главы, но по факту, поставленного сглаживать возникавшие острые углы с другими кланами. Отправлять бешеных отморозков совсем без надзора Хисато откровенно опасался — с них станется начать бойню с союзниками от какой-то надуманной обиды — и поэтому с предпоследней партией воевать ушел Дензиро, являвшийся после него вторым по силе и авторитету среди Кагуя. Благодаря трусоватому характеру, он с большей вероятностью уцелеет в безнадежной мясорубке и зная соратников как облупленных, способен дать по зубам в случае необходимости, благо продемонстрированная сила, еще больше увеличившаяся со времён турнира за место главы, должна заставить задуматься о цене непослушания даже самых тупых и упрямых. Идеальный пастух для стада баранов.

— Дензиро-сан, — кивнул приблизившемуся шиноби, — давно вас перевели сюда?

— Всего пару дней назад, — отрицательно покачал головой подчиненный, — лагерь только вчера закончили возводить, а нас отправили сюда, чтобы не возникло лишних конфликтов.

— Понятно, — вздохнул клон и махнул рукой на ниндзя за спиной, что не теряли время зря и уже общались с другими соклановцами, подтянувшимися на шум, — надо разместить остальных.

— Шу-кун займется, — сделал он знак находившемуся неподалеку чунину, очевидно, исполнявшему роль помощника, — а вы?

Любимая фишка находившихся на вершине силы клана — делегировать большую часть работы первым попавшимся под руку, но тут джонин должен был выбрать более-менее компетентного парня.

— Как будто я сам себе не сделаю дом, — надменно фыркнул глава, вовсе не желая делить примитивный барак с кучкой потных и страшных мужиков.

Тем более, что не так давно Основа передал свиток с Мокутон: Шичуро но Дзюцу (Стихия Дерева: Техника Четырёхколонной Тюрьмы) и производной от нее Шичука но Дзюцу (Техника Четырёхколонного Дома), что оказались записаны в исторической хронике о возведении Конохагакуре но Сато, а переработанная на своё наследие крови версия даже не требовала применения природной чакры, отличаясь от оригинала в сторону большей надежности, что для Кагуя шло только в плюс. Оглядевшись по сторонам и определив участок, вполне подходящий для строительства, Хисато разогнал по сторонам мешавших ниндзя и быстро сложил четыре печати, затем впечатав руки в землю. Исключительно с практической точки зрения — рвать штаны или портить сандалии выстрелившей костью не хотелось.

— Шикотсумьяку: Шичука но Дзюцу (Мёртвенный Костяной Пульс: Техника Четырёхколонного Дома)!

Через пару мгновений, прямо перед ним из земли воздвигся небольшой одноэтажный домик в пару комнат с удобствами и прихожей, выполненный из кости в классическом стиле Мизу но Куни — походная вариация, так как двухэтажная махина на несколько человек сейчас не требовалась. Учитывая игнорирование большей частью Кагуя с пробужденным кеккей генкаем элементальных ниндзюцу, данная техника придется очень кстати для улучшения качества жизни не только в походе, но и дома. Не все ниндзя обладали приемлемыми инженерными навыками, чтобы суметь построить себе что-то сильно отличное от костяных коробок, и убогая застройка кланового поместья с несколькими исключениями это только подтверждала. Заинтересованно-удивленные взгляды подчиненных прямо говорил о том, что вложенные усилия оценили по достоинству.

— Босс, если дом выглядит столь же хорошо внутри, как и снаружи, то парни с радостью отдадут разумную сумму за подобную технику! — воскликнул Дензиро, — Да и я не откажусь!

— Кто бы сомневался, — выдал саркастичную усмешку клон и предложил более приемлемый вариант, — поднимаясь на небольшое крыльцо и отодвигая в сторону входную дверь, — данную технику получат в награду наиболее проявившие себя в грядущей битве с силами Мизукаге.

Удивительно, но обожающие устраивать кровавую резню варвары тоже предпочитают жить хотя бы с минимальным комфортом и не откажутся обеспечить подобные условия во время миссий, даже если это привлечёт внимание — даже лучше, ведь драка придет к ним сама.

— Как насчет выдачи уже отличившимся, Икимори-сама? — немедленно предложил джонин, потирая руки.

— Уж кто-кто, а ты бы молчал, — закатив глаза, фыркнул глава клана к расстройству подчиненного.

Зная расположение комнат, он прошел в небольшой кабинет и устроился за столом, распечатав из пары свитков все донесения и другие документы, связанные с присоединением Кагуя к активным боевым действия, что регулярно пересылал с гонцами шиноби перед ним. К сожалению, даже руководство примитивной бандой убийц, мало заботившихся об организации и отчётности, не избавляло от необходимости ведения бумажной работы, которую нельзя было свалить на других — даже старейшины забивали на свои прямые обязанности, если могли избежать ответственности.

— Докладывай, Дензиро-сан, — махнул рукой усевшемуся напротив подчиненному Хисато, — что изменилось со времени последнего отчета, действия союзников, наши потери и всё остальное.

Не то, чтобы Кагуя использовали как-то по-другому, нежели в качестве мясного щита/мясорубки врага и уж тем более не допускали до отчетов разведки, но находясь в окружении множества ниндзя, пусть даже настроенных настороженно, можно оказаться в курсе важной информации просто растопырив уши — сплетни в нашей среде распространяются очень быстро, несмотря на многочисленные усилия любого руководства, а болтуны найдутся всегда.

— Хотя Кагуя довелось поучаствовать в более чем трех десятках стычек, потери за последнюю неделю получились относительно легкие — всего два чунина, один из которых не пробудил кеккей генкай, — кивнув, выпрямился на стуле джонин, — раненых чуть больше двух десятков, из которых только один не сможет вернуться в строй в ближайшие несколько дней.

Хисато кивнул — чтобы удержать Кагуя в постели на относительно долгий срок, это должны быть очень тяжелые или смертельные для обычного бойца ранения, ведь с врожденной регенерацией пробудивших Шикотсумьяку, только потерям конечностей или обширным внутренним повреждениям уделялось какое-то внимание от малочисленных ирьёнинов клана. Остальное проходило само.

— Что слышно по финальному сражению? — спросил он, ничуть не огорчившись потерям.

— Официального объявления войскам никто не делал, но ходят упорные слухи, что командование рассчитывает выдвинуться через три дня и только ждет стягивания большей части всех сил Мизукаге в одном месте, — пожал плечами Дензиро, — судя по количеству народа в лагере, кланы действительно готовы к последнему рывку, особенно с поддержкой монахов.

Участие в гражданской войне Великого Храма Воды уже ни для кого не являлось секретом — трудно не заметить настоящую толпу бритых подтянутых мужиков в соответствующих одеждах. Как стало понятно из воспоминаний собрата, поддерживавшего связь со своими, у повстанцев просто не получилось достать необходимого количества одежды для минимальной маскировки новых союзников, тем более, даже с многочисленными акциями отвлечения лоялистов, массовую переправку бойцов на кораблях долго скрывать все равно не получилось, и соглядатаи Киригакуре оставались в неведении не дольше пары недель. Кстати, положение данного лагеря оказалось выбрано вовсе не случайно, а с тем расчетом, чтобы враг не смог перенацелиться, сперва выдвинув войска к Храму и затем уже приняв решающий бой с повстанцами.

— Кто бы мог подумать, что демоновы бритые пацифисты способны так ловко управляться своими посохами или другим простым оружием, — хмыкнул подчиненный, явно успев уже если не лично оценить способности обитателей Храма, то подбить кого из других Кагуя, — я думал, что кроме как побираться и дурить крестьян своими «мистическими» фокусами, они ни на что особо не способны.

Хисато даже не стал это признание как-либо комментировать, прекрасно понимая, что даже джонины клана не блещут широким кругозором, интересуясь только весьма узким диапазоном вещей, куда редкие слухи о почитателях богов не входят совершенно, не упоминая более низших званий, озабоченных лишь собственным выживанием и ростом силы.

— Что-нибудь известно о планах на джинчурики Киригакуре? — спросил канпеки нингё, весьма озабоченный данным вопросом.

Про «неожиданно» нашедшийся схрон Узумаки ему было известно, но вот имелись ли в нем вполне конкретные фуин на подавление джинчурики или мощные барьеры — об этом уже никто не говорил. С постоянным выставлением Кагуя на передний край, вероятность получить прямой удар биджудамы с вполне известными результатами имелось очень большая и Хисато сомневался в собственной способности блокировать такой удар больше одного раза даже с использованием природной чакры, а мгновенно терять весь наличный состав бойцов клана в его планы не входило.

— К сожалению, ничего конкретного узнать не вышло, но один из наших слышал, как разговорчивый ледышка обмолвился, что кланы сформировали отдельный отряд, задачей которого является сдерживание носителя Шестихвостого Биджу, — сообщил джонин и недовольно скривился, — насколько он окажется эффективен и имеются ли какие-то способы гарантированно нейтрализовать джинчурики — никто не обсуждает, как будто воды в рот набрали, Икимори-сама.

Глава Кагуя досадливо щёлкнул языком, сделав в памяти заметку разузнать этот вопрос непосредственно у руководства повстанцев, когда придет время обсуждать план битвы. Оставалось лишь пожалеть, что единственный теневой шпион остался в клановых владениях с парой костяных клонов на случай, если придется защищаться о врагов, воспользовавшихся отсутствием почти всех серьёзных бойцов — Котцу Буншин не переняли сенсорные способности даже в ослабленном виде, а единственный на весь клан средненький талант отправился на фронт, являясь одним из наиболее тупоголовых и воинственных чунинов.

У него имелось стойкое ощущение, что вынудив коллег заключить договор с помощью шантажа и вымогательства, ожидать равноправного отношения по всем аспектам не стоит и сейчас способности к проникновению куда угодно пришлись бы очень кстати для добычи необходимой информации или выяснения послевоенных планов «союзников». Запросить ещё одного от Основы канпеки нингё как-то не сообразил, больше занятый другими делами. Оставалось надеяться на Ишигаву, находившегося на куда более доверенном положении представителя Великого Храма Воды.

— Что-то ещё?

— Да вроде все, глава, про остальные новости я уже сообщал в докладах, — развел руками джонин.

— А ты что скажешь, Исару-кун? — слегка повернул голову шиноби и к удивлению собеседника, устремив взгляд в верхний правый угол комнаты.

Совершенно пустой угол, но в следующее мгновение по нему прошла рябь и с прекращением действия иллюзии, стало возможным заметить зависшую на потолке вверх ногами фигуру в стандартной форме ниндзя и темной матерчатой маской на лице. Дензиро рефлекторно выпустил из рук костяные шипы, явно не ожидая присутствия кого-либо еще в кабинете, но успокоился по взмаху руки начальства.

— Кланы планируют как следует проредить наши ряды о врага, но о полном уничтожении речи не идёт — Киригакуре и так окажется слишком ослаблена гражданской войной, чтобы позволить потерять столь сильных бойцов переднего плана как Какуя даже с неприятными «особенностями» клана, — тихо произнес чунин, спрыгивая на пол и становясь на одно колено перед Хисато, — поведение главы признано вменяемым и если за Вашей спиной окажется куда меньшая сила нежели сейчас, кланы готовы договариваться.

Глава 52

— Приятно узнать, что лидеры повстанцев трезво оценивают текущую ситуацию и строят планы на будущее Киригакуре после победы, пусть и исходя из собственных интересов, — довольно кивнул подчиненному Хисато, — ты хорошо потрудился Исару-кун!

Еще один самородок, что удалось найти среди самого низа социального положения клана — парень четырнадцати лет не пробудил наследие крови, не обладал значительным резервом или отличными боевыми навыками, что прямо влияло на отношение соклановцев, но при этим имел идеальный контроль чакры и весьма большой талант к гендзюцу. Собственно, именно благодаря этим талантам он и дожил до текущего возраста, просто скрываясь от взглядов наиболее агрессивных Кагуя буквально на ровном месте.

В любой другой деревне подобного таланта с руками оторвали бы Анбу, натренировав отличного убийцу или не менее отличного шпиона, так как даже с неплохим талантом к сенсорике самого клона, Исару оказался способен избегать внимания до расстояния в несколько метров, но среди любителей кровавой бойни шансы шиноби выбиться в люди оказались равны нулю до момента становления лидером Хисато, мигом оценившего потенциальный актив для реформированного клана. Позже выясненная предрасположенность к дотону только увеличила ценность парня. А самое главное, заслужить его верность оказалось до безобразности просто — обеспечить безопасности младшего брата в приюте, нормальная оплата требуемых услуг, редкие тренировки один на один с Котцу Буншин, сдержанная похвала и избавление от придурка-отца, что нещадно колотил отпрыска за «позор» семьи, в течение нескольких поколений производившей бойцов с Шикотсумьяку.

Конечно, против додзюцу одним контролем с качественными иллюзиями не скрыться — это не теневой шпион — но в том и дело, что Туман не обладал ни одним додзюцу, чтобы с легкостью вычислить начинающего талантливого шпиона, позволяя собирать важную информацию намного свободнее, чем смог бы даже самый неприметный член Кагуя. Конечно, канпеки нингё не собирался отправлять чунина следить за собраниями глав кланов, прекрасно понимая уровень опасности и не желая терять талантливого подчиненного, но даже из личных разговоров клановых джонинов можно выловить очень много интересного.

— Другие кланы собирались играть в свои обычные игры? — нахмурился Дензиро, не став комментировать появление чунина, — Глава, нам необходимо как следует их проучить, напомнив про мощь Кагуя и отвадив даже мысли в этом направлении!

Хисато едва удержал нейтральное выражение лица — несмотря на слегка осторожный характер джонина и более трезвый взгляд на собственные силы, он не так далеко ушел от типичного взгляда клана на различные вызовы, в том числе и политические, когда применение силы допустимо лишь при отсутствии других вариантов. Не говоря о том, что цели канпеки нингё полностью совпадали с целями так называемых союзников. Подчиненным знать об этом вовсе не обязательно.

— Перед скорым выступлением устраивать с ними разборки не имеет смысла, а вот во время скорой битвы стоит показать, что клан Кагуя по-прежнему способен дать фору по мощи любому другому клану, — хмыкнул Хисато, — тогда они поостерегутся нас задевать.

— Если Икимори-сама со всеми своими учениками продемонстрирует настоящие возможности под взглядами тысяч, то несомненно, это произведет нужное впечатление, — еще ниже склонил голову чунин, — сейчас повстанцы думают, что клан имеет всего трех бойцов А-ранга, не отличаясь от тех же Хошигаки, но никак не ожидают столкнуться с полноценным эС-овиком и двумя бойцами, вплотную подобравшимися к нижней планке элиты, если не преодолевшими её на данный момент.

Прямая лесть с предложением в духе Кагуя немного успокоили возмущение подчиненного.

— А пацан дело говорит, Икимори-сама, — расплылся в кровожадной улыбке джонин, — если нам ещё удастся убить остатки сохранивших верность Кири но Шинобигатана Шичинин Шуу (Семь ниндзя-мечников Тумана) или самого Мизукаге, едва ли кто из кланов решится на прямое противостояние, а удары в спину нам не страшны!

Хисато закатил глаза на хвастовство шиноби, что освоил нормальную костяную броню относительно недавно, но возражать не стал.

— Думаю, уничтожение большого количества врагов тоже сработает подобным образом, — вздохнув, кивнул подчиненному канпеки нингё и отдал приказ, — доведи до наших информацию о награде наиболее отличившимся в виде моих личных техник и подбери такие команды, чтобы бойцы могли хоть немного работать сообща, прикрывая друг друга.

— А что насчет «союзников»? — с сомнением спросил Дензиро.

— Просто порекомендуй наиболее разумным не подставлять им спину, но без конкретики, — отрицательно покачал головой глава клана, — а остальных и предупреждать бессмысленно, даже вредно — еще устроят бойню в лагере и нам придется спасаться бегством или принимать смертельный бой, даже не увидев настоящих врагов.

Недовольно поморщившись, джонин понимающе кивнул.

— Тогда, больше тебя не задерживаю, — помахал рукой клон.

Подскочив на ноги, шиноби на прощание отвесил уважительный поклон и выбежал из кабинета, оставив начальство наедине со шпионом.

— Исару-кун, твоя задача остаётся прежней — сбор информации, что повлияет на благополучие клана или может представлять для меня некоторый интерес, — повернулся Хисато ко второму шиноби, что замер на полу неподвижной статуей в ожидании указаний, — но чрезмерно рисковать не стоит — твои услуги будут ещё более востребованы в будущем, так что на первом месте ставишь собственную безопасность и лишь затем поставленную задачу.

— Будет исполнено, Икимори-сама и если возможно — один вопрос, — приподнял голову парень.

— Слушаю, — вздернул бровь хозяин кабинета.

— Каким образом удалось меня обнаружить?

— Скрылся ты отлично, можешь не сомневаться, — слегка усмехнулся канпеки нингё, — но не учел одной небольшой особенности — это дом полностью сделан из моей кости и весь пропитан чакрой, так что при передвижении по потолку, обнаружить воздействие чужой чакры не составило труда, вот если бы просто шел по полу…

— Спасибо за урок, сенсей, — опять склонил голову Исару, покрылся рябью и исчез из виду.

Хмыкнув, клон подождал, пока ощущение давления на кость в кабинете удалится и взялся за отчёты, что необходимо было изучить — личное участие в боевых действиях вовсе не означало, что управление кланом следовало полностью скидывать на остававшегося дома старейшину. Он ещё не сошел с ума доверять Кагуя, пусть немного более разумному, чем остальные.

Два дня пролетели очень быстро, а на третий за Хисато прибежал посланец, зовя на совет повстанцев. Следуя за чунином на другую сторону большого лагеря, канпеки нингё даже мог бы поверить в то, что коллеги действительно ждали его, желая обсудить общую стратегию для войск, если бы не отслеживал, как одни и те же мощные источники чакры регулярно стягиваются и исчезают от его чувств в одном конкретном месте. Собственно, и сегодня главы кланов оказались в штабе на час с лишним раньше, а тот факт, что его позвали лишь сейчас, подтверждает — всё важное уже обсудили и до Кагуя доведут исключительно результат без возможности внести свою лепту, может быть, разыграв соответствующую сценку, чтобы не нагнетать обстановку. Клону оставалось решить — подыгрывать, изображая хитрого, но недалекого боевика или заставить воспринимать себя более серьёзно?

Ловя со всех сторон опасливые взгляды от ниндзя на камон клана, нашитый на спину ниндзя, он добрался до круглого здания, словно специально возведенного в стиле главной резиденции Мизукаге и без препятствий вошел через главный ход, не обращая внимания на державших руки у оружия охранников — изредка выбираясь в лагерь, чтобы своими глазами оценить собранную мощь, он привык к подобной реакции со стороны посторонних. Репутация Кагуя была вполне заслужена.

Проводник довел его до самого зала совещаний и слегка поклонившись, быстро ретировался. Не став ждать, пока чунины по обе стороны от каменной двери потрудятся её распахнуть, Хисато мощным толчком пихнул створки, ударившиеся о стену и вошел внутрь, быстрым взглядом осмотрев расположившихся за круглым столом лидеров восстания: Ро Хошигаки, даже в сидячем положении синей и клыкастой глыбой возвышавшийся над соседями; щуплый, но оттого не менее опасный Атариру Юки; слегка подернутые сединой огненно-рыжие волосы Шисару Теруми не нуждались в представлении, а присутствие Маиро Хозуки стало небольшим сюрпризом, учитывая верность по-прежнему занимавшего пост Мангецу Хозуки, но клон вполне справедливо рассудил, что разногласия могут иметься и в кланах, тем более, что последний не принадлежал к правящей семье клана.

Куда больше Кагуя удивило наличие единственной женщины за столом — Ринго Амеюри, чья слава разнеслась за пределы Мизу но Куни еще до начала гражданской войны и если верить слухам, прочился пост среди семи ниндзя-мечников Тумана. Собственно, единственная ниндзя эС-ранга на стороне повстанцев, если не припрятан кто-то ещё. Хотя откуда им взяться, если Сакумо и Основа очень хорошо потрудились, вырезав большую часть прошлого состава мечников и эффективно лишив Киригакуре но Сато львиной части элитных ниндзя, а те, кто должен таковыми стать в будущем, пока просто не выросли и уже едва ли смогут войти в состав организации.

Кроме перечисленных, в помещении так же стояли у стен старейшины из разных кланов, часть из которых он знал по имени, явно голосов не имевших, а единственный свободный стул оказался между Хозуки и Хошигаки, очевидно, как наиболее сильных в ближнем бою, просто на всякий случай. Несмотря на пристальные взгляды сильных ниндзя, Хисато невозмутимо прошествовал к зарезервированному месту и критически осмотрев предложенный предмет мебели, отстранил его в сторону, предпочтя вырастить куда более удобный стул с помощью кеккей генкая и усевшись на него, нагло ухмыльнуться заостренными зубами опасливо покосившимся соседям.

— Последний глава клана наконец присоединился к совещанию и полагаю, мы можем начинать обсуждение стратегии на грядущую битву, — взял слово ветеран Теруми, — в данный наличные момент силы Мизукаге выступили из селения и двигаются в сторону Генусари, в соответствии с планом, мы должны встретить их вот на этой равнине…

Лежавшая на столе подробная карта главного острова Мизу но Куни позволяла шиноби одновременно со своими словами переставлять черные и красные флажки, обозначая разные армии и отряды, но если сперва Хисато слушал внимательно, то потом начал отвлекаться и даже с тоской ковырять в зубах выращенным костяным сенбоном когда стало окончательно ясно — Кагуя планируют использовать в качестве мясного щита для взлома вражеских построений с вполне очевидным результатом, маскируя это потоком слов, а в остальном ему скармливают лишь наметки плана, вообще не упоминая отдельный отряд, что должен взять на себя джинчурки. Нет, окружающие выступали с предложениями, получали общее одобрение или инициативы рубились, но имея реальный опыт подобных собраний от Основы, канпеки нингё за милю чуял фальшь.

— Основные детали плана мы обсудили и корректировку в зависимости от изменения ситуации придется проводить уже в процессе битвы, для чего некоторой части джонинов будут выданы рации, — через пару часов подвел итог глава Теруми, — если у кого-то имеются предложения или возражения…

Только этого и дожидавшийся, клон мгновенно поднял в руках тройку и двойку, заслужив недоуменные взгляды коллег.

— Икимори Кагуя, у вас имеются возражения? — вскинул бровь пожилой шиноби, заправив за ухо упавшую на лицо прядь длинных рыжих волос.

— За постановку даю два балла из пяти — не оригинально, а за игру участников — три, — широко ухмыльнувшись, заявил глава Кагуя, — хороших актеров из вас не выйдет, только зря время потратили.

От его слов физиономии большинства ниндзя перекосило, а Амеюри громогласно заржала.

— Я же говорила, что этот Кагуя будет поумнее остальных! — с превосходством заявила миниатюрная куноичи, — И с ним можно договариваться.

— В общем, для первого удара я выделю в отряд сотню с лишним бойцов, но в остальной клан под моим руководством будет сражаться рядом с остальными кланами, допустим, на левом фланге, — выражением лица демонстрируя, насколько его достали окружающие идиоты, выдвинул ультиматум Хисато, — либо Кагуя будут действовать полностью автономно.

— Точнее, в первый ряд пойдут те, кто вообще не станет подчиняться приказам и не имеет понятия о тактике, а остальные дрессировке всё же поддались, — тихо пробурчал Юки.

— Полностью верно, Юки-сан, — хмыкнул канпеки нингё и не подумав обижаться на ехидство, — так мы договорились?

— Договорились, — без долгого размышления кивнул и к нему толкнул небольшую папку, сразу пояснив, — детали плана.

— Давно бы так, а не время впустую тратить, — проворчал Кагуя, забирая папочку.

Глава 53

До присоединения монахов Великого Храма Воды, повстанцы ощутимо проигрывали силам лоялистов в количестве, даже если и превосходили в качестве, но теперь, с добавлением головорезов Кагуя, ситуация кардинально изменилась и стороны оказались равны. Больше не имелось нужды раздергивать войска противника и только потом атаковать, действовать наскоками в наиболее слабых местах и стремительно отступать, как только на горизонте появлялась угроза прибытия многочисленного подкрепления с элитным бойцом.

Кланы приобрели солидные шансы на победу в прямой конфронтации с силами Ашита Каратачи, даже при наличии у противоположной стороны джинчурики, пары носителей Великих Мечей и сильного бойца эС-ранга. Амеюри и сильнейший монах с поддержкой десятка А-шек возьмут последних на себя, а отдельный отряд должен взять на себя Утакату, заблокировав с помощью печатей или даже запечатав. Вынудив принять битву на выгодной повстанцам территории и одновременно поманив возможностью разом уничтожить всех, кто противостоит власти Мизукаге — главная проблема которого состояла в обнаружении и навязывании врагу боя — они рассчитывали подвести итог длившейся гражданской войне раньше, чем Мизу но Куни окончательно утратит свои позиции на международной арене, и соседи соблазнятся еще больше ослабить конкурента, если не низвести до уровня второстепенных стран.

Быстро пробежав несколько листов, исписанных мелким почерком, Хисато понимающе покивал — план повстанцев с включением Кагуя был довольно прост и в тоже время опирался на имеющиеся преимущества. Обладавшие лавовым кеккей генкаем, Теруми вполне могли заблокировать первый удар джинчурики, не позволив уничтожить войско, а дальше уже должен был действовать авангард, вскрыв порядки лоялистов и позволив остальным сблизиться достаточно, чтобы применение биджудамы в толпу могло задеть и большое количество своих. Учитывая почти гарантированную смерть тех ниндзя, на кого выпадет данная задача, не удивительно, что главы хотели использовать безбашенных Кагуя и поберечь собственных подчиненных.

Не обладая полководческими талантами Нара, возможностью использовать мгновенную связь с помощью техник Яманака или видеть на дальние расстояния как Хьюга, туманники поставили все на стремительную атаку в лоб, не придумывая какие-то обходные маневры и заумные стратегии, а больше распределяли кто работает при поддержке кого, стремясь умножить имеющиеся преимущества на тактическом уровне и Хисато не мог не признать, что такой подход имел определенные плюсы. Обладавшие огромными резервами и предрасположенностью к суйтону, Хошигаки служили на суше отличным источником воды для Юки с куда более смертоносным кеккей генкаем, но не способных похвастаться значительными запасами чакры. Добавить к паре специалиста-контактника и подобная тройка сможет разобраться с большим количеством чунинов почти равной силы, но не обладавших подобной родословной, из которых и состояли преимущественно войска Каратачи. В подобную схему очень органично вписывались Кагуя, пусть и все из них были способны действовать с оглядкой на соратников.

— Пойдет, — через пару минут поднял взгляд на коллег Хисато, — до выдвижения я подготовлю список бойцов в авангард и можете рассчитывать на еще одного элитного бойца.

— Тебя что ли? — насмешливо фыркнула Ринго, единственная из присутствовавших ниндзя не относившаяся к нему с опаской, как к готовой в любой момент взорваться кибакуфуде.

Что, учитывая общую кровожадность и жестокость туманников, говорило само за себя.

— О?.. Не веришь? — нахмурил брови канпеки нингё и оскалился в кровожадной усмешке, откровенно нарываясь, — Могу продемонстрировать на практике, малявка!

— Малявка⁈ — лицо подскочившей миниатюрной куноичи исказилось в гримасе бешенства и окружающих накрыла тяжелая волна убийственного намерения, — Я тебе сейчас покажу малявку, укоротив на голову!!!

Неплохая демонстрация, но Кагуя не повел и бровью, имея воспоминания о более впечатляющих ниндзя даже из убитых Основой мечников, не говоря уж о настоящих монстрах. Амеюри еще не вышла на свой пик и тем более, не владела Великим Мечом, значительно увеличивавшим боевые способности владельца.

— Приберегите силы для врагов, — поморщившись, треснул кулаком по столу Теруми и остальные главы его тут же поддержали, заставив Амеюри с недовольным лицом сесть на место, продолжая свирепым взглядом сверлить наглого Кагуя и крепко сжимать рукояти пары мечей, висевших на поясе, — личные разногласия сможете решить и после победы, если останется кому этим заниматься.

— Пфф… грядущая битва всё расставит по своим местам, — легкомысленно помахал рукой Хисато, продолжая отыгрывать выбранную роль отморозка, — и если больше ничего важного обсуждать не требуется, то я пошёл.

Конечно, игнорирование элементарных правил вежливости в кругу равных не добавит союзников, но именно подобного поведения все ожидали от Кагуя и клон не спешил их разочаровывать, вполне справедливо полагая, что прямая демонстрация силы послужит лучшей рекомендацией.

— Сбор и выдвижение запланированы на шесть вечера, так что желательно предоставить список бойцов до этого времени, — бросил в спину канпеки нингё Шисару.

— Сделаю, — махнул рукой Кагуя, перед тем как покинуть зал совещания, даже не соизволив обернуться.

— Что себе позволяет этот тупой варвар! — яростно воскликнула единственная девушка за столом, едва дверь закрыли и Кагуя удалился на достаточное расстояние, чтобы не услышать происходившего в помещении, — Да я за меньшее оскорбление вспарывала живот, и он не окажется исключением!

— Спокойнее, Амеюри-сан, — устало вздохнул Атариру Юки, — учитывая нравы Кагуя, презрительное отношение к женщинам практически гарантировано, какой бы шиноби не стал главой.

— Его заявление о собственной силе заставляет заподозрить пустое бахвальство и набивание цены, — покачал головой глава Хошигаку, — я не принижаю опасность Шикотсумьяку, но когда в последний раз банда кровожадных идиотов могла похвастаться наличием в своих рядах шиноби подобной силы? Особенно с постепенной деградацией каждого нового поколения?

Кланы Киригакуре всегда пристально следили за конкурентами, не брезгуя при случае подставить подножку упавшему, но в отношении Кагуя не приходилось прилагать особых усилий, чтобы вычислить происходившие в их обществе процессы, несмотря на удаленное положение поместья — даже обычные бойцы могли заметить постепенное превращение клана в обычную банду с каждым новым поколением, если жили достаточно долго.

— Гиши-сан? — повернулся Хозуки к пожилому шиноби у стены.

— Запас чакры этого Кагуя не уступает Ринго-сама, — склонил голову сенсор.

— Че! — недовольно отвернулась куноичи, — Пусть только останется жив — мои мечи как следуют напьются крови!

— Если этот Икимори Кагуя хочет поставить на кон свою голову, не обладая заявленной силой, то кто мы такие, чтобы ему запрещать? — пожал плечами Юки, подводя итог обсуждению, — И так и так, мы в любом случае окажемся в выигрыше, а о других проблемах можно будет подумать потом.

Только покинув собрание, Хисато обратил внимание на один немаловажный факт — несмотря на присутствие всех фигур, что решали текущую стратегию повстанцев, в зале не оказалось представителя Храма и сильнейшего бойца, хотя этих союзников уж точно обязаны были пригласить на совет — еще один камешек в чашу весов, что устроенное представление оказалось устроено исключительно ради него. Впрочем, задумываться об этом не имело смысла — при очередном сеансе связи, воспоминания Ишигавы должны пролить свет на этот вопрос, сейчас же имелась более насущная задача по выбору кровожадных идиотов, что наиболее сильно мешают преобразованию клана.

Учитывая почти гарантированную смерть передового отряда, призванного собственными жизнями оплатить время, необходимое для подтягивания остальных сил повстанцев, канпеки нингё принялся ломать голову, каким образом завлечь подчиненных и не раскрыть желание от них избавиться — даже идиоты почуют подвох, задав всего пару уточняющих вопросов — но реальность оказалась куда неожиданней. Едва разлетелся слух о том, что идет набор в передовой отряд, раньше остальных планируемый добраться до вражеских рядов в грядущей битве, как Кагуя принялись осаждать своего главу, желая первыми застолбить место в ограниченном списке. Ни один из кровожадных маньяков не дал себе труд задуматься, а сможет ли он добраться до врага, когда впереди будет целое войско с несколькими элитными бойцами включая джинчурики, полностью сосредоточенные на нем? Тем лучше для Хисато и уже спустя пол часа список с сотней шиноби отправился союзникам.

До сбора оставалось еще несколько часов, так что канпеки нингё ненадолго скрылся от подчиненных в доме, решив подстраховаться и отправить сообщение Основе — пусть собственный резерв у него значительно подрос с момента вселения в тело, а недавние интенсивные тренировки с экспериментами позволили подтянуть контроль и окончательно освоиться с наследием крови, но дополнительная чакра в битве не помешает, особенно более плотная и мощная. Да, благодаря новым техникам Шикотсумьяку Хисато способен задать жару многим эС-кам, но выдержать продолжительный бой, когда чакра утекает стремительной рекой? Едва ли. Выжить выживет, но необходимо еще показать окружающим, что с ним необходимо считаться и достигнутой силы для пускания пыли в глаза уже не хватит. В конце концов, времени на развитие у него имелось куда меньше, чем у троицы собратьев, пусть стартовые условия оказались немного лучше.

Ответ от Основы пришел куда быстрее, чем рассчитывал Кагуя, так что рассортировав полученные воспоминания, он расплылся в кровожадной улыбке ничуть не хуже самых безбашенных подчиненных — Рью специально планировал оставить половину собственного запаса и с самого начала столкновения армий, подпитывать обоих идеальных марионеток! Единоразовое перекачивание большого объема может быть заметно сенсорам даже во время битвы, а вот небольшой постоянный ручеёк, растворяющийся в похожей чакре окажется куда менее заметен и в длительной перспективе более полезен.

Чувствуя нервное предвкушение, Хисато провел оставшееся время строя тех подчиненных, что должны были сражаться под его номинальным командованием в составе общего войска, согласно плану — в основном, угрожая оставить на охранной службе ближайшие месяцы, если не станут работать совместно с напарниками и отвешивая профилактических лещей особо непонятливым. Собственно, прозвучавший сигнал привел лагерь повстанцев в движение и прервал воспитательную работу к вящему облегчению большинства бойцов Кагуя. Махнув рукой, глава отправил жертвенную сотню к воротам — они выступали первыми — а остальную сотню с лишним повел к скоплению Юки и Хошигаки, ведь впереди еще оставалось утверждение команд.

Несмотря на большую мобильность ниндзя и вообще пользователей чакры, распределение с организацией походного ордера для четырех с лишним тысяч человек заняли значительное количество времени и армия смогла выдвинуться только под вечер. В принципе, не отклоняясь от рассчитанного — план подразумевал передвижение под покровом ночи во вполне определенную точку, несколько часов отдыха и затем дальнейшее следование к месту встречи с армией Мизукаге. По сравнению с остальными элементальными странами, Страна Воды обладала куда меньшей территорией.

Глава 54

Путешествуя в компании — и под наблюдением — глав кланов, Хисато имел непосредственный доступ к докладам разведки, поэтому, когда через три часа движения начали поступать сведения о столкновении с точно такими же передовыми командами сил Мизукаге, хотя по всем расчётам, враг должен был находиться на значительном расстоянии. Очевидно лоялисты двигались намного быстрее, чем рассчитывал штаб, беря среднюю скорость чунина и планировали перехватить повстанцев раньше рассчитанного, избегая навязывания выбранного места для битвы. Пусть ценой стала некоторая усталость сил — момент выдвижения вражеской армии из селения не отслеживался соглядатаями безошибочно, так что вариант ошибки исключался — но равное положение обоих сторон без возможности заранее подготовить местность того стоило.

В отличие от удивленных соратников, не рассчитывавших на значительное изменение ситуации и после остановки армии, столкнувшихся в жарком споре о немедленных действиях, канпеки не стал мешкать — ведь счет шел на минуты, потом времени уже не будет — и принялся готовиться к битве, предварительно отдав соответствующие приказы подчиненным. После отправки предупреждения Основе по Таначи но Зинтай (Единое Целое) и получив подпитку более мощной чакрой, тем не менее, отлично смешивавшейся и усиливавшей его собственную без проблем с контролем, Кагуя создал двух Котцу Буншин с очень приличным резервом, один из которых пошел на броню с прицелом на дальнейшее использование, второй же должен был взять на себя руководство клановыми силами с целью сберечь хотя бы часть бойцов — сам он не рассчитывал отсидеться в толпе, а намеревался рвануть в самую гущу сражения, нарабатывая репутацию на заявленный ранг.

— Кагуя-сан, засечены основные силы Киригакуре и до предполагаемого контакта десять минут, — лавируя между создававшими костяные брони Кагуя, подскочил к Хисато чунин с нашивками клана Теруми, совершенно не обращая внимание на маниакальные ухмылки окружавших, — главы собирают передовой отряд и ждут только вас!

— Слышали парни⁉ Силы Мизукаге на подходе, и счастливчики смогут утроить им бойню раньше остальных, — взревел канпеки нингё к вящей радости угодивших в список самоубийц, — оставьте и нам хоть немного!

— Да! Устроим бойню!!!

— Выпустим слабакам кишки!

— Наконец-то кровавая баня!!

— Я уже стал ждать, когда можно будет по-настоящему насладиться битвой!

— Уооо!.. Мои клинки жаждут крови!!!

— Глава выбил нам возможность стать первыми, кто доберется до врагов! Покажем всем на что способны Кагуя!!!

Рев сотни луженых глоток и ударившее по округе убийственное намерение матерых убийц заставило находившихся поблизости соратников шарахнуться в сторону, с опаской оглядываясь на Кагуя.

— Заткнулись и последовали вот за этим парнем! — усиливая голос чакрой и с легкостью перекрыв устроенный шум, почти прорычал Хисато, придерживая за локоть побледневшего и начавшего обильно потеть чунина, — Дадите союзникам с барьерной командой защитить отряд от первого удара и дальше устраивайте резню в свое удовольствие!

Развернув и придав ускорение посланнику сильным шлепком по спине, он с удовлетворением проследил, как костяные гиганты, в которых превратились подчинённые, умчались следом. Немного подучив их защите и еще больше увеличив выживаемость Кагуя, чтобы кто-то всё же смог добраться до вражеских рядов в том случае, если биджудама джинчурики окажется сильнее рассчитываемого, глава взмахом руки подозвал собственную команду для короткого инструктажа.

— Тагаро, оставляю с тобой клона и вашей главной задачей будет взятие на себя по-настоящему сильных врагов, — кивнул он джонину и повернулся к следующему, — Каширо, тоже самое плюс на тебе обеспечение видимости нашим бойцам вместе с союзниками, и зачистка специалистов ниндзюцу.

К сожалению, почти не обладая элемантальными ниндзюцу и сенсорикой, это был единственный недостаток, снижавший боевую эффективность Кагуя делавший нахождение рядом с ними обычных бойцов чрезвычайно опасным — не имея возможности определить в тумане принадлежность к врагам, они просто косили всех, кто попадался под руку, иногда убивая и соклановцев. Отвратительная репутация заработана в том числе и подобным поведением, так что другие главы заранее озаботились направить сомнительных союзников на врага, выделив больше десятка редких специалистов футона.

— Понял, Икимори-сама!

— Дензиро — на тебе общее управление нашими силами и эвакуация в тыл выживших павших, — кивнул самому близкому помощнику и бросил взгляд на тихушника, — Киято, поступай по ситуации.

— А вы, глава? — вопросительно вздёрнул бровь последний.

— Я? Я покажу остальным хлюпикам на что способен Кагуя эС-ранга, — скупо улыбнувшись заострившимися зубами, с чувством произнес канпеки нингё, без всякого давления убийственного намерения заставив даже матёрых головорезов поёжиться.

Очень кстати над импровизированной стоянкой разнесся сигнал к продолжению движения — очевидно, отряд самоубийц уже отправился выполнять задачу отвлечения внимания врага — так что махнув рукой подчиненным и проследив, чтобы никто из Кагуя, буквально вибрировавших в предвкушении бойни, не ринулся тихой сапой впереди войска, Хисато вернулся к основному ударному кулаку вокруг глав кланов и сильнейших бойцов. Среди них затесался и собрат, сопровождавший Ацуши — сильнейшего из представителей Великого Храма Воды и по правде говоря, канпеки нингё предвкушали увидеть, на что способны в битве монахи, достигшие вершин в духовных практиках, не направленных на изгнание демонов. К сожалению, Основа потерял большинство воспоминаний из прошлого мира, что касались возможностей представителя из Храма Огня до момента записи, а Ишигава до сих пор не получил доступ к закрытой части библиотеки и едва ли получит в ближайшие несколько лет — не достиг нужного уровня развития духа даже если и заслужил.

— Очень скоро Кагуя, представится возможность доказать собственную силу, — Амеюри переместилась поближе во время стремительного бега и оскалилась на канпеки нингё треугольными зубами, — будет очень печально выяснить о твоей смерти до момента, как лично смогу надрать задницу.

— Моя задница прикрыта таким слоем крепкой кости, что очень многие обломают зубы, — показательно закатив глаза не остался в долгу Хисато, в доспехах, но пока без глухого шлема на голове, — в отличие от чей-то прикрытой тряпочками.

— Че, посмотрим, обладаешь ли ты чем-то еще, кроме наглости и длинного языка, — скривилась в свирепой гримасе куноичи, — а такая консерва вскрывается на раз-два и кроме как ограничивать движения, ни на что не способна!

Кагуя коротко хохотнул, но ничего говорить не стал и закрылся шлемом к ощутимому разочарованию Ринго, тем более, что впереди наконец-то появилась в пределах чувствительности сенсорики основная часть вражеской армия и стоило сосредоточиться на более важных делах, чем болтовня с психованной куноичи. Передовой отряд как раз уже прорвался сквозь внешнее охранение и стремительно сближался с силами Мизукаге. Даже на фоне такой массы народу, раскочегаренный джинчурики ощущался очень отчетливо и Хисато отчетливо отследил момент, когда в ход пошел тяжелый калибр. Спустя несколько секунд, впереди рвануло так, что пропустить это оказалось невозможно даже на приличном расстоянии. Облака ночного неба на мгновение осветились и даже продавились вверх под пошедшей волной воздуха, заставив клона испытать сомнения в судьбе самоубийц, но спустя считанные мгновения после вспышки, «засвеченные» источники чакры появились вновь, по-прежнему двигаясь вперед, пусть и слегка сократившись. Принятые меры защиты оказались достаточными и Кагуя очень скоро должны были ворваться во вражеские порядки, сея вокруг смерть и хаос.

— Вперед, вперед, предельная скорость! — заорал усиленным чакрой голосом глава Теруми, — Пока джинчурики вновь не получил возможность для масштабного удара!

Вторя его словам, состоявшее исключительно из джонинов и равных им в случае монахов, ядро армии повстанцев прекратило ровняться на чунинов и рвануло перед, перестраиваясь в наконечник стрелы для всей остальной армии. С легкостью поддерживая взятый темп даже с дополнительной нагрузкой костяной брони, канпеки нингё прищурил глаза, взглянув на ослепительных ракет, взмывших в воздух десятками и осветивших равнину, где должно было случиться финальное сражение в гражданской войне, так же отметив отсутствие тумана. Со стороны Мизукаге, это был довольно мудрый ход — в ночное время, да еще в тумане, основная масса войск из чунинов и генинов окажется куда худшими бойцами, чем при нормальной видимости. Нормальных специалистов Бесшумного Убийства в Киригакуре не так много, и они наверняка локально себя проявят, но в столкновении армий, особого влияния не окажут, учитывая подготовленные контрмеры.

Стремительно сокращая расстояние с новой скоростью, туманники даже не обращали особого внимания на изредка попадавшихся им на пути ниндзя из внешнего охранения — бросок метательного оружий или ледяной сенбон быстро прерывали жизнь оказавшихся слишком близко чунинов. В отряде имелись сенсоры, так что Хисато без удивления отметил, что Шисару нацелился на наиболее грозных противников в центре вражеского построения, массовку отставляя подчиненным. Пусть поредев, Кагуя выполнили свое предназначение и уже устроили бойню — до двигавшихся ниндзя начали долетать крики боли и страха, а спустя несколько напряженных мгновений стало возможно увидеть мясорубку костяных монстров, ощетинившихся во все стороны лезвиями и шипами, собственными глазами. Но надо отдать должное лоялистам — несмотря на приличные потери, рассредоточенные войска держали остальной строй, готовясь встретить остальную армию и навстречу ядру повстанцев уже летели многочисленные водяные ниндзюцу с куда более редкими из остальных стихий.

Успевший как следует раскочегарить циркуляцию чакры и выйти на пик физических возможностей, Хисато тихо фыркнул и еще больше ускорившись, первым ушел в сторону, выбрав целью державшуюся вместе группу джонинов с поддержкой мяса, складывая ручные печати. Благодаря массе и крепости костяной брони, самостоятельно закрывавшей в нужные моменты уязвимые отверстия, он просто прошел сквозь несколько техник, чуть-чуть сбавив в скорости. Зато, это позволило выиграть на неожиданности — закончив последнюю ручную печать, канпеки нингё впечатал ладони в землю, используя клона как проводника.

— Хиден: Нобу но Бара Фуридо (Секретная Техника: Поле Диких Роз)!

Используя технику в клане, Хисато показал впечатляющее зрелище, но с поддержкой мощной чакры основы, конечный результат оказался куда более впечатляющим и стремительным — на протяжении нескольких сотен метров впереди, практически посреди десятой части армии Мизукаге, из земли густо вознеслись костяные столбы, расцветая во все стороны острейшими шипами и пробивая насквозь оказавшихся рядом ниндзя как энтомолог булавкой насекомых. Сразу две трети резерва Кагуя ухнули в атаку, но в сравнении с действиями соратников, пускавших волны магмы, нараставших кристаллов льда и просто водяных техник, смотрелось это куда величественней и масштабней, не говоря о результативности — коснувшиеся кости туманники продолжали умирать. Порядком прореженные к этому моменту, соклановцы восторженно взревели и поймав второе дыхание с новой силой принялись шинковать всех вокруг, не обращая внимание на раны.

Естественно, подобная заявка не могла остаться без ответа и к канпеки нингё рванули куда более серьезные противники, чем попавшая под удар массовка, но уничтожив всех в непосредственной близи, он получил необходимое время и рванув перед, погрузился в ближайший костяной столб прямо на виду у двух подоспевших команд разъяренных джонинов. Один из которых отличался весьма характерной внешностью и мечом.

Глава 55

Джинпачи Мунаши трудно было не узнать, благодаря закрытому повязкой левому глазу, длинным волосам с бородой и массивному мечу странной формы на плече, названному Шибуки (Всплеск) и отличавшемуся изрядной разрушительной мощью, благодаря способности производить или использовать заранее подготовленные взрывные печати в ближнем бою. Хисато обладал всю информацией из отчетов разведывательной сети Нара в дополнение к тому, что указывалось в Книге Розыска и способности наиболее выдающихся противников из лоялистов не являлись секретом, как и внешность. Хотя, он с удовольствием поменял бы данного врага на Мангецу, так как очень скоро стало понятно, что Мунаши очень даже способен справиться с обычными техниками Шикотсумьяку — без малейшего опасения, джонин рванул к месту, где исчез в костяном столбе канпеки нингё и обрушил туда свой меч, вызывая мощнейший взрыв. Во все стороны брызнули осколки кости и если бы не феноменальная скорость передвижения Кагуя по созданной технике кеккай генкая, у киринина вполне имелись неплохие шансы его задеть и нанести некоторый вред, возможно, заставив покинуть укрытие.

Стремительно переместившись по разветвленной подземной системе Нобу но Бара Фуридо, Хисато оказался на некотором расстоянии от края превращенной в смертельную ловушку территории, выплыл на самом верху одной из колонн и почти машинально создал под ногами площадку, чтобы выгадать секунды для пополнения резерва и одновременно с удобством обозреть всё поле боя, пока не обращая внимания на мечника, принявшегося с остервенением сносить костяной лес. До выбранной позиции ему так скоро не добраться.

Первый масштабный удар со стороны повстанцев изрядно поколебал ряды врагов и этого оказалось достаточно, чтобы подоспевшая следом за ударным отрядом повстанцев армия получила солидное преимущество в первые секунды столкновения, мудро огибая самый центр битвы, где столкнули главы кланов с лучшими бойцами против всей элиты Киригакуре, среди которых глава Кагуя без удивления обнаружил и второго действующего члена Кири но Шинобигатана Шичинин Шу. Оказывавшиеся рядом редкие неудачники с обеих сторон просто стирались многочисленными ниндзюцу и весьма умелым применением великого меча Хирамекарей и пусть повстанцы пока держались, но канпеки нингё отчетливо видел, что это ненадолго.

Выпустивший уже третий хвост и пока не сдерживаемый отрядом фуиндзюцу, Утаката оказался весьма грозным противником, прорываясь сквозь любые техники на голой мощи покрова биджу и лишь своевременные вмешательства Ацуши не позволяли последнему открыть счет смертей — монах создавал вокруг себя десятки огромных кулаков из духовной силы простым жестом свободной руки и с огромной силой обрушивал на потерявшего человеческий облик шиноби, к вящему недовольству последнего или умело задействовал посох, держа на расстоянии.

В тоже время, одна Ринго не могла сдерживать сразу двух элитных бойцов в лице Мизукаге и Мангецу, несмотря на поддержку сразу двух команд джонинов А-ранга. Еще четверых повстанцев, включая двух молодых и заметных личностей с которыми Хисато уже довелось повстречаться ранее, оттеснила в сторону свита Каратачи, давя числом и умением. Вмешайся в схватку еще один мечник и для повстанцев ситуация окажется откровенно блеклой, даже несмотря на первоначальный успех.

Естественно, канпеки нингё не собирался этого допускать — после короткого импульса чакры, броня «стекла» с него и рядом сформировался клон, принявшись стремительно складывать ручные печати одновременно с оригиналом.

— Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра)!

— Киндзюцу: Монсута но Шитсуген (Запретная техника: Облик Монстра)!

Использовав технику, оба превратились в здоровенных костяных горилл, разница заключалась лишь в размерах — Коцу Буншин чуть-чуть не доставал до четырех метров, а использовавший чакру Основы, Хисато перемахнул пять, став по настоящему огромным. В принципе, подобный эффект был ожидаем, но долго раздумывать над этим Кагуя не стал, а ухватил за хвост свернувшегося в клубок двойника и пару раз мощно крутанув вокруг себя, выпустил в сторону ближайшей костяной колонны, в которую тот и нырнул, исчезнув без малейшего следа. А спустя короткий момент, звуки разрушаемого взрывами «леса» сменились на гулкий «бум» со вздрогнувшей землей и оглушительным ревом конструкта, доставленного до адресата. Джинпачи найдется чем заняться в ближайшее время.

Точно такая же горилла, но размерами скромнее, схватилась с не менее массивным призывным крабом, указывая где в конкретный момент находился Дензиро, уже пробившийся на подмогу остаткам передового отряда Кагуя. Повстанцы постепенно продавливали в некоторых местах ряды врага, пусть и многочисленного, но слабого индивидуально и в текущий момент, следовало поддержать первоначальный порыв, связав козырные карты лоялистов, так что Хисато погрузился в колонну и не обращая внимание на вопли последних жертв хидзюцу, переместился как можно ближе к битве с Каге и мощно оттолкнувшись, смертоносным снарядом полетел перед и перед приземлением среди врагов, свернулся в шар подражая вполне определенной технике Акамичи. Покатившийся огромный костяной валун, ощетинившийся острейшими лезвиями во все стороны и оставлявший после себя только широкий кровавый след, мигом привлек внимание оказавшихся рядом ниндзя, а следом и атаки от части специалистов ниндзюцу, но благодаря массе и набранному ускорению, Кагуя их просто проигнорировал, расплескав даже массивного водяного дракона, в сравнении выглядевшего не так и впечатляющего.

Всего пару секунд спустя, он вырвался на пустое пространство, отделявшее сражение элиты от остальной битвы и затормозив на четырех лапах, быстрым взглядом вокруг оценил ситуацию и мощным прыжком из такого положения рванул к находившейся совсем недалеко клановой молодежи — находившегося с ними джонина Юки уже вывели из строя, и оставшаяся троица на пределе сил отбивалась от десятка врагов, методично их давивших.

Налетевший Хисато, несмотря на свои размеры, оказался для последних полной неожиданностью и это позволило разом убить двух джонинов, просто опустив на них огромные ладони и прихлопнув словно насекомых, а шипастый шар на конце хвоста с едва слышным хрустом смел еще одного туманника, гарантированно выводя из строя.

— Что за хрень! — воскликнул Кисаме, даже на мгновение отвлекшись от наседавших противников, впрочем, отреагировавших не лучше.

Мей просто выдохнула в возникшую неподалеку гигантскую фигуру поток едкого тумана, одновременно в несколько прыжков разрывая дистанцию. Кагуя сместился в сторону, чтобы не попасть под атаку, способную причинить вред даже в таком состоянии.

— Казо! — отреагировала быстрее всех невысокая коренастая куноичи, отличавшаяся от остальных одетых в форму и броню товарищей только повязанным на голове синим платком, метнув сразу два куная с обмотанными вокруг рукоятей кибакуфуду, тут же принявшись складывать ручные печати.

Лояльные Мизукаге ниндзя отличались опытом, потому начали действовать почти сразу, несмотря на неприглядную смерть соратников, частью переориентировавшись на новую угрозу — мечники бесстрашно бросившись в рукопашную с поддержкой дальнобойного специалиста, пока оставшаяся троица отгоняла израненных клановых — но несмотря на всю свою скорость, лишь один из них мог с натяжкой претендовать на нижнюю планку А-ранга, в то время, как Хисато продолжал двигаться с той же стремительностью, что и без использования хидзюцу, но благодаря размерам, имел подавляющее преимущество в досягаемости и игнорировании получаемого вреда. Ударившие железки даже не породили небольших трещин на живой кости. Несколько едва различимых для окружавших движений лап гориллы и число врагов сократилось еще на двух ниндзя, поломанными куклами отлетевших в сторону. Хлестнувшие тугие плети воды и врезавшийся стремительный поток лишь обломали несколько лезвий на шкуре, но не заставили гиганта даже пошатнуться.

Вместо того, чтобы лично гоняться за ниндзюшниками и терять драгоценные секунды, Кагуя направил в их строну лапы и отправил в полет настоящий дождь из костяных лезвий, действуя по площади, чтобы при попытке увернуться, они не ушли от ответа и даже воздвигнутая в последний миг водяная стена не дала достаточным препятствием. Туманники получили от полуметровых снарядов значительные ранения, пусть и не смертельные. Оказавшись без немедленной поддержки, наседавшие на союзников враги мигом сменили роли и уже им пришлось отчаянно отбиваться от двух Хошигаки и куноичи с двумя кеккей генкаями. Результат был очевиден и канпеки нингё счел свою задачу по поддержке выполненной, развернувшись, чтобы броситься в гущу более серьезного боя, но ему пришлось спешно поднимать передние лапы для защиты от многометрового конструкта из чакры в форме меча, стремительным горизонтальным ударом стремившегося рассечь хидзюцу пополам — Мангецу Хозуки мгновенно отреагировал на вмешательство дополнительного фактора и поспешил от него избавиться. В отличие от попыток ранее, эта атака смогла нанести повреждения Монсута но Шитсуген, оставив в кости след в несколько десятков сантиметров глубиной, но принимая во внимание размеры, это выглядело несерьёзной царапиной, очень быстро затянувшейся.

— Хах, ты первый Кагуя, что смог что-то противопоставить Хирамекарей с этой странной техникой, — мягким голосом признал лидер уменьшившихся Семи Мечников Киригакуре, остановившийся в нескольких десятках метров от гориллы, — кто бы мог подумать, что в рядах варваров появится кто-то подобной силы…

Не успела завершиться фраза, как молодой Хозуки сорвался с места и за доли мгновения оказался рядом с Хисато, нанося удар великим мечом, принявшем форму огромного молота. Канпеки нингё оказался удивлен продемонстрированной скоростью на уровне лучших мира шиноби, но имея весь опыт Основы, смог вовремя среагировать, выставив переднюю лапу и без колебаний приняв атаку.

*Бумм*

Земля вздрогнула с глухим звуком, разнесшимся по округе при столкновении и даже имея четыре точки опоры вместе с хвостом, он все равно отъехал назад на несколько метров, пока переданная молотом инерция не погасилась, но несмотря на впечатляющее зрелище, нанесенный урон оказался практически нулевым, в отличие от самой первой атаки. Контратака от Кагуя последовала немедленно, лишь самую малость уступая в скорости и теперь уже Хозуки пришлось избегать словно молоты опускавшихся кулаков гориллы и хлестких, словно удар кнута, ударов костяным шаром на хвосте с разных стороны. Кроша все на своем пути и сотрясая землю. Один из таких даже умудрился чиркнуть торчавшим лезвием по врагу, но прошел через тело, обратившееся в воду, практически без сопротивления. Несмотря на поднявшуюся пыль, Хисато ни на мгновение не терял из виду шиноби, прозванного Киджин но Сайрай (Второе Пришествие Демона) и только увеличивал напор, не желая давать противнику ни мгновения передышки и на полную используя все преимущества текущей формы, просто игнорируя внешние повреждения.

Изворачиваясь, отступая и перекатываясь с грацией кошки, Мангецу вовсю использовал Великий Меч, перенаправляя опасные удары, иногда лупя в ответ и запуская с пальца настоящий шторм водяных пуль, лишь выбивавших крохотные кусочки кости со шкуры. Отделявшиеся от него в подходящие моменты водяные клоны пытались перевести внимание на себя, сбить с толку, остановить и причинить вред более масштабными ниндзюцу, но даже полностью незаметное использование каварими с копиями по позволяло юному гению Киригакуре ускользнуть. Продемонстрированное искусство использования Хирамекарей как вместе, так и раздельно, позволило Хисато понять, почему данного шиноби так превозносили даже враги — Хозуки оказался почти на уровне Сакумо Хатаке, имевшего в запасе не одно десятилетие на отточку навыков.

Стремительно метаясь по полю боя и выходя за границы пустоты, вокруг главной битвы, пара шиноби сносили всех на своем пути, не разбирая друзей и врагов, один раз чуть не стоптав сцепившихся в клинче Каратачи с Ринго и лишь спустя пару минут киринину удалось отбросить Кагуя назад, неожиданно разделив меч и провести две одновременные атаки, влупив массивный молот в бок горилле.

— Икимори Кагуя, да? — отступив на небольшое расстояние и бурно дыша, сплюнул Киджин но Сайрай, пока противник восстанавливал равновесие, — Ты самый сложный из всех противников, что попадались до этого, но не думай, что только размера с силой хватит меня одолеть.

Он стремительно сложил одной рукой несколько печатей.

— Суйтон: Татэ Эбоши (Высвобождение воды: Закопанная шляпа ворона-птенца)!

Глава 56

К ставшей прозрачной фигуре туманника начала стремительно стекаться со всех сторон вода — в результате обильного применения суйтона с обеих сторон, равнинная местность с несколькими холмами и зеленой растительностью, очень быстро превратилась чуть ли не в болото и только проходимость ниндзя позволяла продолжать сражение с прежней интенсивностью — собираясь в нечто бесформенное, но Хисато не собирался просто так ждать завершения техники врага и бросился вперед, молотом обрушивая сцепленные в замок лапы на Хозуки. Обрушил и вынужден был отойти на пару шагов назад, потому что вода не расплескалась и удивительно упруго спружинила, возвращая примененное усилие обратно.

Отправив в продолжавшую расти желейную гору несколько десятков костяных лезвий, Кагуя с некоторым удивлением наблюдал, как они погрузились примерно на половину длинны, но затем оказались вытолкнуты обратно с не меньшей силой, не причинив ему особого вреда, но задев нескольких ниндзя, имевших несчастье оказаться неподалеку. А ниндзюцу всё продолжало увеличиваться с каждой каплей воды, очень быстро перегнав по величине костяной конструкт.

— Теперь поиграем по моим правилам, Кагуя, — голос Мангецу приобрел нечеловеческие нотки, благодаря толще измененной воды вокруг шиноби доносясь с искажением.

Неожиданно сформировавшись из толщи тела водяного конструкта, кнуты молниеносно хлестнули по горилле и в этот раз сила ударов оказалась достаточной, чтобы не только пообломать множество лезвий на выставленных щитом лапах, но и породить трещины на плоти, впрочем, быстро заросшие. Канпеки нингё не придал этому особого внимания — поступавшая стабильным потоком от Основы чакра позволяла игнорировать возросшие затраты — и отступил, отбившись еще от нескольких ударов, чтобы урвать несколько мгновений на анализ вражеской техники.

Использовать сенсорное чувство на активном поле боя и тем более в таком виде требовало изрядной концентрации, но тем не менее, Хисато почти мгновенно определил, что настоящим источником подпитки Татэ Эбоши являлся вовсе не сам противник, а находившийся в его руке Хирамекарей и неизвестно, насколько в последнем велик запас чакры, что практически уравняло двух врагов. Кроме одной небольшой особенности — вырастя почти в два раза больше далеко не маленькой Монсута но Шитсуген, Хозуки продолжал оставаться на месте, не сделав попытку последовать за Кагуя и продолжить атаку щупальцами.

Отметив этот момент, Кагуя сформировал длинное копье и с безопасной дистанции со всей силы швырнул во врага, желая проверить пределы прочности техники. Издав гулкий «бум» преодоления звукового порога, кость вошла в упругую массу на две трети длинны, но все же не смогла достать до создателя и даже последующая детонация с полетом во все стороны осколков ни к чему не привела — Хозуки без проблем удержал и вытолкнул мусор наружу, выстрелив в ответ несколькими водяными стрелами, очень похожими на Мидзудэппоу но Дзюцу (Техника Водяного Пистолета) по своей стремительности с поправкой на размер, но по-прежнему не сдвинулся с места. Убедившись в этом, канпеки нингё сразу пришла в голову мысль, что это больше защитное ниндзюцу, призванное противостоять гигантским призывам и им подобным, чем для активной охоты за подвижными целями и соответственно, этим можно воспользоваться.

Бросив быстрый взгляд вокруг, он отметил расположение основных игроков и не теряя ни мгновения, развернулся и рванул в сторону Мизукаге, наседавшего на Амеюри с несколько поредевшей поддержкой клановых бойцов, виртуозно используя против парных мечей эбонитово-чёрную нагинату и выполняемые одной рукой ниндзюцу суйтон и футон. Последняя стихия очень сильно помогала против молний, из-за чего Каратачи уже успел нанести куноичи несколько небольших ран и там помощь требовалась больше, чем державшимся против джинчурики монахам.

Естественно, огромная туша гориллы, что серой кометой пронеслась по полю, разбрызгивая во все стороны воду с грязью и давя на своем пути не успевших убраться в кровавую кашу, не имела никаких шансов на скрытное приближение к Мизукаге, кроме стремительного сражения с куноичи, успевавшего еще и контролировать окружающую обстановку. С мощным рыком, Хино отшвырнул от себя легкую противницу и повернувшись, полоснул перед собой оружием, отправляя в нового врага воздушное лезвие, а следом ему пришлось уходить вбок, пропуская мимо себя поток магмы и быстрым жестом возводить толстенную водяную стену, останавливая сразу два ниндзюцу той же стихи от клановых бойцов. Под этой защитой, он успел выплюнуть следом три массивных водяных снаряда прежде, чем Амеюри успела вернуться и вновь связать ближним боем.

Стремясь как можно быстрее добраться до врага, Хисато не сделал даже попытки увернуться, несмотря на внушительную мощь использованных Каге ниндзюцу и лишь чуть повернулся, выставляя вперед правое плечо с лапой в качестве щита и не прогадал, несмотря на более серьезные последствия, чем несколькими мгновениями ранее — едва заметное лезвие глубоко врубилось в костяную плоть, но недостаточно для выведения конечности из строя, а снаряды лишь немного замедлили. Тем не менее, этой заминки Хино хватило на маневрирование таким образом, чтобы союзница оказалась на пути Кагуя и воспрепятствовала немедленной атаке. Ему пришлось совершить пару шагов в сторону и только после этого обрушить удар на шиноби. Удар, который отвела в сторону нагината, пусть и с видимым усилием для владельца, а Ринго не успела воспользоваться моментом, потому что мгновением раньше пропустила выпад пяткой оружия, подсекший ей ногу.

Даже с добавлением еще одного гигантского противника, Мизукаге продолжал ужом вертеться и менять позицию, успевая не только защищаться и уходить от контактников, но и не давать зацепить себя сразу трем специалистам ниндзюцу, стремившимся зайти со спины и боков. Стремительные выпады нагинаты заставляли даже безбашенную Амеюри проявлять осторожность, потому что враг владел ей настолько виртуозно, что мог без проблем отбивать сразу два меча, вычисляя малейшие шероховатости в защите и контратакуя в доли мгновения. Тем не менее, даже столь могучий боец не мог долго выдержать взятого темпа без ошибок и выстреливший сбоку шипастый шар оказался в опасной близи от бока Мизукаге, лишь в последний момент умудрившегося сместиться вдоль лезвия меча и вспарывая одежду, подставить древко.

Сокрушительный удар буквально снес шиноби с ног и только благодаря отменной реакции, он смог не только смягчить импульс, избегая серьёзных повреждений, но и оттолкнуться нагинатой, чтобы с грацией кошки безопасно приземлиться во вполне определенном месте и вне досягаемости поддержки. Тем не менее, далось это ему очень непросто и в одном месте традиционные одежды правителя Киригакуре оказались окрашены кровью. Ничего значительного для элиты, что он и продемонстрировал в следующую секунду, с помощью размытых для взгляда окружающих ручных печатей использовав множество воды вокруг для ниндзюцу — перед Каратачи стремительно выросла огромная туша шестиглавой гидры.

Хисато пришлось очень постараться, чтобы ударившие со скоростью змеи не поймали в пасть вовсе не ожидавшую подобного союзницу, так же показав и весьма солидную устойчивость техники к чисто физическому урону — сокрушительные встречные удары лап и хвоста лишь остановили часть атак, но не расплескали каплями по округе, как он невольно ожидал. Пятясь назад под градом выпадов, канпеки нингё уже не смог последовать вслед за Амеюри, что стремительно обогнула гидру и вновь сцепилась с врагом, успевшим за это время отправить еще пару техник в других повстанцев и вывести из строя главу Юки прямым попаданием. Хино прямо демонстрировал, почему его считали одним из самых сильных бойцов эС-ранга в Тумане, но даже для него последние несколько секунд дались тяжело, что и показало следующее действие.

— Мангецу! — громогласно взревел Мизукаге, — Займи этого костяного урода!

Только вырастив костяные лезвия, Кагуя смог отрубить головы водяной гидры, пусть и выраставшие заново, но стремительно тратившие массу и вложенную чакру, уменьшая конструкт в объеме и силе. До конца Хисато от него избавиться не успел — неожиданно обрушившийся на спину гигантский меч из чакры толкнул его вперед. Техника Каге обладала каким-то разумом, потому что выстреливавшие удары голов прекратились в тот же момент и шеи скользнули вокруг, беря гориллу в захват и не давая свободно двигаться.

— Здесь, Каратачи-сама! — с весьма раздраженным выражением лица, Хозуки стремительно приблизился к зафиксированному Хисато и с размаху обрушил сформированный Хирамекарей молот на то место, где у костяного конструкта затягивался след от первого удара.

Очевидно, туманнику пришлось развеять масштабную технику, чтобы вовремя поспеть на помощь.

Несмотря на незавидное положение в котом оказался, Кагуя вовсе не собирался так просто сдаваться — из спины гориллы выскочили длинные шипы прямо навстречу удару и пусть ломались, но сперва замедлили, а затем и вовсе остановили молот, не позволив нанести еще большие повреждения, почти одновременно с этим, лезвия на передних лапал тоже принялись стремительно расти в сторону неподвижных шей гидры и пронзив их, увеличились в ширине, рассекая упругую воду и давая себе свободу. Получив возможность вновь двигаться, канпеки нингё согнулся, сворачиваясь в здоровенный костяной шар и рванул вперед, буквально стесывая гидру и прокатываясь сквозь нее. Мангецу ударил следом, но кроме нескольких обломков со шкуры, особого успеха не добился.

— Стой и прими бой, ублюдок! — яростно оскалившись, закричал Хозуки, спеша следом за ним, как только понял, что противник вовсе не собирается возвращаться, а следует к продолжавшему сражаться Мизукаге.

Мощный поток воды от Каратачи буквально смыл его в сторону и Хисато пришлось вновь вернуться к нормальному способу передвижения, чтобы удержаться на месте, но даже это было ему на руку — каждая секунда, во время которой лидер Тумана был вынужден сражаться на пределе сил, приближал победу, ведь и у него резерв не бесконечных, хоть и большой.

В этот самый момент, поле боя в центре битвы вновь изменилось — издалека раздался оглушительный взрыв и спустя пару секунд чьё-то подкопчённое тело, оставлявшее за собой дым горевшей одежды пролетело неподалеку и пропахало целую траншею в размякшей земле, а следом за ним огромными прыжками приблизилась вторая горилла, чуть меньше размерами со знакомым мечом странной формы в лапище.

— Вот дерьмо, Джинпачи! — дернулся лидер Кири но Шинобигатана Шичинин Шу, с первого взгляда узнав бездыханно замершую фигуру на земле, продолжавшую чадить дымком.

— Босс, я завалил Джинпачи Мунаши! — басовито прогудел на всё поле битвы клон, изрядно побитый и в саже, но сохранявший боеспособность даже без постоянной подпитки чакрой.

Естественно, подобное заявление не осталось без внимания сражавшихся армий, придав заряд сил повстанцам и еще больше поколебав стойкость лоялистов. Словно этого оказалось мало для последних, отряд подавления наконец пробился сквозь вражеские ряды и для выпустившего пять хвостов джинчурики настали тяжелые времена — десятки кинутых в воздух печатей выпустили множество золотых цепей, рванувших к цели и заставили Утакату проявлять чудеса ловкости, чтобы от них увернуться, одновременно отбиваясь от монахов. Повстанцы разом получили значительное преимущество.

Глава 57

Мизу но Куни. Поле битвы между повстанцами и лоялистами. Канпеки нингё Ишигава

Начало сражения у собрата получилось просто шикарным как по зрелищности, так и по эффекту на лоялистов, что позволило ударному отряду пройти сквозь треть войска как нож сквозь масло прямо к самым опасным бойцам во главе с Мизукаге, окончательно разметав центральные порядки войска вслед за устроенной Кагуя кровавой бойней и к большому удивлению Ишигава, какая-то часть облачённых в костяные доспехи берсерков до сих пор продолжала сражаться, кося чунинов и генинов как траву, несмотря на подавляющее меньшинство.

Как-то так получилось, что лучший боец Великого Храма Воды почти сразу наскочил на выпустившего два хвоста джинчурики и в стремительной атаке смог оттеснить в сторону от сопровождения и других элитных ниндзя Киригакуре. Не колеблясь ни секунды, канпеки нингё последовал за ним и в первую минуту стремительными ударами посоха вывел из строя еще остававшихся поблизости туманников, что могли оказать поддержку до того момента, как несколько специалистов ниндзюцу Теруми мощными площадными атаками зачистили местность поблизости, на короткое время отогнав остальное войско лоялистов.

Конечно, вокруг Мизукаге собрались далеко не слабаки и некоторые джонины могли вполне успешно сопротивляться первому натиску монаха, но исключительная скорость и физическая мощь вместе с отличным владением посохом, позволили Ишигаве преодолеть сопротивление врагов с незначительными ранениями, тем более, что не он один занимался зачисткой возможных помех — лучшие клановые ниндзя так же выкладывались на полную и несли потери от превосходящего противника, пока не подоспели остальные войска и не завертелась настоящая мясорубка. Потеряв из виду собрата, канпеки нингё полностью сосредоточился на здесь и сейчас, пока последний туманник не упал с раздробленной головой, и никто больше не стремился на него наброситься с кровожадным выражением лица или атаковать с расстояния.

Вокруг по-прежнему кипела схватка, но секунды передышки позволили Ишигаве затянуть полученные раны и оценить ситуацию — ударный отряд пока держался, несмотря на несколько неравные силы, но Ринго с клановыми мощно давили два эС-овика с поддержкой, так что первым порывом монаха было броситься на помощь, но несущуюся сквозь сражавшихся гигантскую костяную гориллу трудно было не заметить даже с распространением тумана из нескольких источников и посчитав это достаточным подкреплением, он рванул на помощь соратнику из храма, с некоторым трудом блокировавшего уже треххвостого джинчурики. Необходимо было плотно занять последнего до прибытия фуинщиков, да и чувствительность к духовным техникам канпеки нингё оставляла желать лучшего и следовало подобраться на более близкое расстояние, чтобы лучше ощутить действия Ацуши.

Бросившись к новой цели, Ишигава подгадал тот момент, когда полностью окутанный покровом шиноби получил очередную оплеуху от светившейся конечности и перехватив посох за нижнюю часть, со всей силы врезал по вытянутой морде джинчурики заискрившимся набалдашником с кольцами, отправив в короткий полет до следующей оплеухи, сбившей на землю. Удар оказался настолько удачным, что Утаката еще несколько секунд приходил в себя, пропуская атаки, еще больше впечатывавшие в поверхность. А сам канпеки нингё поспешно отступил к соратнику, чтобы не оказаться с ним один на один.

— Прикрывай и отвлекай, — отрывисто бросил Ацуши, полностью сосредоточенный на враге.

— Понял.

Оказавшись так близко к монаху, Ишигава внезапно понял, что он не материализует свои конструкты из ничего, а просто в придает видимость и способность воздействовать на физический мир своей духовной энергии, принявшей определенную форму вокруг. Именно поэтому собрат двигается немного медленнее и вступает в рукопашную только когда не остается другого выхода — концентрация на поддержку техники требуется значительная. Как он это делал, учитывая трудности формирования по сравнению с чакрой, оставалось открытым вопросом, но духовная сила при этом тратилась в довольно мало количестве, перетекая из одного состояния в другое, но не выходя из-под контроля пользователя с исчезновением конечностей.

С разъяренным ревом, джинчурики поднялся на лапы в образовавшейся яме и хвостами отбив несколько атак, выскочил наружу и выбрасывая за собой комья травяного покрова, устремился к паре доставивших ему столько хлопот монахов. Не видя другого выхода, канпеки нингё рванул навстречу, держа перед собой в защитном положении оружия и готовый ко всему.

Носитель шестихвостого не успел приблизиться до дистанции рукопашной, но его правая лапа из покрова биджу внезапно удлинилась и в десятки раз увеличилась в размерах, желая сграбастать клона когтями. Мощный взмах окутанного молниями посоха отвел её в сторону, но сила в ней оказалась такова, что Ишигаву отбросило на пару метров назад и тут же ему пришлось смещаться в сторону, чтобы уйти от последовавшего выпада хвостами, поочередно вонзившими в землю в том месте, где он находился еще мгновение назад.

Прилетевшая сбоку гигантская светившаяся раскрытая ладонь смела джинчурики в сторону прямо на такой же духовный кулак, но туманник очень быстро пришел в себя и оттолкнувшись от земли удлинившимися задними конечностями, ушел от двойной атаки и бросился к Ацуши. В раскрытой пасти у него начал концентрироваться сгусток багровой чакры ещё больше оглушив сенсорное чутьё. Утаката уже не первый раз пытался воспользоваться самым разрушительным оружием в своем арсенале или хотя бы его бледным подобием, желая избавиться от настырного врага.

До предела напрягая накачанные чакрой мышцы, канпеки нингё бросился следом и успел достать кончик одного из хвостов, пробив покров насквозь и глубоко погрузив оружие в землю. Джинчурики, в тот самый момент напружинившийся и оттолкнувшийся, шлепнулся обратно на землю и клацнул пастью, закусив собственной атакой, что не прибавило ему здоровья — получившийся подрыв не только стер несколько десятков метров почвы перед ним, но и отбросил назад, прямо под мощный удар окутанного молнией кулака монаха, а затем сверху на ошеломленного туманника приземлился и духовный конструкт второго монаха.

К чести Утакаты, оправился он мгновенно и с волной разрушительной силы биджу во все стороны, выпустил четвертый хвост, отбросив последовавшие атаки и избавившись от ограничившего его подвижность посоха вместе с владельцем. Ишигава отлетел назад и лишь своевременный выброс гигантского количества чакры в противовес площадной атаке носителя биджу, позволил обойтись лишь небольшими ожогами на коже и поврежденной одеждой — в подобной концентрации сила биджу работала не хуже кислоты. Сам же джинчурики с бешеным рёвом рванул вслед за монахом, очевидно, решив сперва разобраться с более слабым врагом.

Хладнокровно приземлившись на ноги и выпустив нити чакры, канпеки нингё зацепил и дернул на себя отлетевший посох, в последний момент успев поставить его перед собой и блокируя стремительную атаку… Точнее, приняв костедробильный удар лапы на жесткий блок и отъехав назад, оставляя за собой две борозды вспаханной почвы, несмотря на все усилия удержаться на месте — с новым хвостом сила Утакаты еще больше выросла, а скорость сравнялась.

Металл оружия пока держался, благодаря напитке райтона, но канпеки нингё начал испытывать обоснованные опасения, что это ненадолго — без укрепления печатями, даже чакропроводящий металл может не выдержать схватку против подобного противника. Мысли о том, что сам он далеко не на нужном уровне для сражения подобного уровня, несмотря на все тренировки и использованные Основой при создании медицинские техники, Ишигава старался от себя гнать, помогая коллеге из Великого Храма Воды удерживать внимание джинчурики до подхода специализированного отряда и не давая использовать масштабные атаки. Да, повстанцы вполне заслуженно считали его бойцом А-ранга, но именно кратковременный бой отлично показал — пытаться прыгнуть выше головы раньше времени не стоит.

Изученные в храмовой библиотеке техники представляли большой интерес для остальных и оказались в данном случае полностью бесполезными — хвостатые не являются настоящими демонами или духами, несмотря на ходившие в селениях слухи и изгнать их из родного мира не представлялось возможным, а для применения мощных подавляющих ритуалов требовалось куда больше участников и уж точно не во время текущего боя. Ирьёдзюцу тоже совершенно не котировалось против джинчурики, как и ниндзюцу, когда просто не успеть применить что-то мощное, способное пробить покров против чрезвычайно мобильной цели. Пока Ишигаву спасало отличное бокудзюцу, исключительно хорошо развитое тело и поток более мощной чакры из Таначи но Зентай (Единое Целое), позволявшие действовать на самом пределе текущих физических возможностей, но напряженные мышцы уже приходилось подлечивать преобразованной внутри медицинской чакрой и так долго без ошибок продолжаться не могло. Бой на текущих скоростях сколько-то длительное время могли поддерживать только элитные бойцы, либо использовавшие особые техники, доступа к которым у него не имелось как по легенде, так и по наследию крови. Тот самый момент, когда можно позавидовать другим идеальным марионеткам о лучших стартовых кондициях.

Соратник мягко вышвырнул Ишигаву в сторону прямо из-под серии выпадов хвостами, вполне способных проплавить его насквозь, судя по глубоким следам, оставленным в пострадавшей почве. Канпеки нингё поморщился, и использовал посох, чтобы изменить траекторию полета в сторону от врага, удачно приземлившись на ноги и молниеносно складывая несколько ручных печатей — с направленного вперед посоха ударил поток молний, ударив прямо в очередной раз сбитого на землю Утакату, но все чего он смог добиться, пробив покров, это болезненного рыка. А затем джинчурики выпустил пятый хвост и монаху пришлось окончательно уйти в оборону, подстраиваясь под действия напарника, потому что и туманник превзошел его по всем физическим параметрам и одного бокудзюцу стало отчаянно не хватать. Даже редкие концентрированные ниндзюцу райтона уже покров не пробивали. Ацуши начал светиться видимым обычному глазу светом, настолько вокруг него увеличилась концентрация духовной силы, а вместе с ней и мощь воплощаемых конструктов, но носитель шестихвостого биджу мог активно сопротивляться, оказываясь все ближе и ближе.

Появление неподалеку клона Кагуя, убившего одного из мечников и почти сразу за этим, прибытия отряда подавления, Ишигава воспринял со вздохом облегчения. В последние мгновения сражения получив несколько значительных ранений и едва сумев уйти от действовавшего больше как зверь джинчурики, канпеки нингё стал обдумывать применение козырей Основы, потому что всерьёз опасался за собственную жизнь, благодаря едкой силе биджу просто не успевая залечивать повреждения, но с применением фуиндзюцу ситуация стремительно поменялась и шансы повстанцев разобраться с оружием массового поражения значительно возросли. Необходимость сдерживать смертельные удары очень сильно ограничивала монахов — никто из верхушки вынужденных союзников не хотел появления в центре сражения полностью свободного биджу со смертью Утакаты.

Глава 58

Мизу но Куни. Поле битвы между повстанцами и лоялистами. Канпеки нингё Хисато (Икимори) Кагуя

— Займи мечника, — на мгновение приостановив атаки, прогудел в ответ Хисато, кровожадно оскалившись в сторону Каратачи.

Ещё несколько минут интенсивного напора и последний должен был совершить хоть одну ошибку, а уж он не упустит момента этим воспользоваться!

— Мангецу, ко мне! — мгновенно отреагировал Мизукаге и в очередной раз отбившись нагинатой от куноичи, рванул в сторону соратника.

Джонин, не будь дураком, поступил точно так же, даже позволив клону задеть себя шипастым шаром и избежав повреждений за счет превращения части тела в воду, чтобы сэкономить драгоценные моменты.

— Не уйдешь! — задорно проорала Ринго с зубастой ухмылкой во все лицо и бросилась в погоню, несмотря на порванную и окровавленную в некоторых местах одежду, полностью подтвердив все слухи о собственной безбашенности в кровавом угаре.

Этим следовало воспользоваться, но не дав окружающим и тени подозрения в наличии действий Хисато корыстного интереса, пусть мало кто мог предъявить претензии в Тумане по этому поводу, ведь всё решала личная сила. Даже в самый разгар сражения он ни на секунду не забывал о том, что будет после завершения гражданской войны и в этом отношении, куноичи являлась ему прямой конкуренткой в борьбе за место под солнцем в селении. Пусть никто из остальных кланов Киригакуре пока не имел элитного бойца, но с такой союзницей, они вполне могут оттеснить его от раздела пирога, оставив только крошки. Даже некоторая сложность выстоять в одиночку не смущала — джинчурики почти задавили монахи с поддержкой фуин-отряда, так что канпеки нингё вполне устраивал вариант немного потянуть время и уже совместно с Ацуши-сан добить проблемных противников. Даже один убитый ниндзя-мечник на счету подтверждал притязания Хисато на эС-ранг и автоматом делал кандидатом на пост Мизукаге, не то чтобы они особо стремился, толком не разобравшись с делами клана. Исключение из очень короткого списка Амеюри по причине серьезного ранения было бы только плюсом для него, но не смерть — ему не хотелось отдуваться за весь Туман, как единственному элитному бойцу до взросления молодёжи.

Стремительно рванув за союзницей, но больше в качестве поддержки и прикрытия, Кагуя не надеялся предотвратить воссоединение врагов — слишком уж быстры ублюдки, не уступая физическим возможностям киндзюцу. Через пару секунд его расчёт полностью оправдался и уже канпеки нингё пришлось отбивать совместный натиск элитных туманников, почти смявших переоценившую себя Амеюри синхронной контратакой. Правая лапа оказалась перерублена пополам чакровым мечом, а шипастый шар с хвоста отсечён мощным рубящим ударом нагинаты, но глава Кагуя успел оградить полетевшую на землю куноичи от смертельных повреждений и даже отшвырнул в сторону поддержки, не питая иллюзий о скором возвращении Ринго в бой — если выживет с пробитой грудной клеткой, то уже будет хорошо.

— Босс!

Гигантским прыжком рядом с Хисато оказался клон и обрушил сцепленные в замок лапы с частоколом торчащих во все стороны костей на туманников, заставив отступить, иначе они оказались бы раздавлены вложенной в удар массой тела конструкта или нашинкованы на части. Одновременно, от группы поддержки ударило несколько водяных ниндзюцу и дождь из лавовых капель, что позволило канпеки нингё отделаться легким испугом. Раздраженно рыкнув, он направил чакру в места повреждений и прямо на глазах врагов, вырастил новые конечности. Тем не менее, образовавшаяся заминка сыграла на руку элитным бойцами — пока Мизукаге закрывался водяной стеной, Хозуки за его спиной вел ответный огонь Мидзудэппоу но Дзюцу, заставив клановых бойцов отступить, а затем стремительно сложив уже знакомые печати.

— Суйтон: Татэ Эбоши (Высвобождение воды: Закопанная шляпа ворона-птенца)!

Ниндзюцу суйтона сполна обеспечили Хозуки материалом для повторного применения козыря, но несмотря на невозможность атаковать пару, оказавшуюся в центре водяной горы и необходимость самим разорвать дистанцию под непрерывными ударами сформированных врагом кнутов, канпеки нингё довольно лыбился — у Хино оставалось чакры в резерве на уровне среднего джонина, а у второго туманника где-то около трети, несмотря на запасы в Великом Мече. Имея в распоряжении запасы Основы, он мог позволить себе куда более значительные траты, чтобы загнать врагов в ловушку и Мангецу как раз подобный шанс и невольно предоставил!

— Хиден: Нобу но Бара Фуридо (Секретная Техника: Поле Диких Роз)! — впечатал Кагуя передние лапы в землю, опустошая три четвертых резерва и концентрируя область действия, а не масштаб.

Пусть техника туманника обладала немалой силой и упругостью, но остановить стремительно выраставшие костяные со всех сторон колонны остановить не смогла и Хисато с мрачным удовлетворением отметил понимающее выражение лиц пары бойцов за мгновение до того, как их скрыла масса кости. Вот только сам он еще не закончил.

— Дайники (Вторая Фаза)!

В следующее мгновение по костям побежала молния, сжирая почти всю остававшуюся чакру и оставляя вместо себя тяжелое ощущение усталости, но раздавшийся протяжный вопль боли, длившийся долгих несколько секунд, поставил точку в жизни Хозуки Мангецу, лидера Семи Мечников Киригакуре — Суйка но Дзюцу (Техника Гидрификации) оказалась слишком уязвима для подобной формы атаки, пусть ради результативности и потребовалось вложить в преобразование чакры раза в два больше, чем имелось у среднего джонина.

Следовало так же проконтролировать уничтожение Каратачи, каким-то чудом остававшегося живым даже после применения второй фазы хиден и крушившего оружием колонны вокруг себя, правда, его источник почти не чувствовался, но Кагуя слишком вымотался за время интенсивного боя, чтобы сделать это лично и просто махнул лапой клону. Последний кивнул и погрузился в ближайшую колонну раза в два шире гориллы, не торопясь переместившись к центру техники. Дождаться возможности для удара в спину Мизукаге не составило труда — даже бойцу его уровня не увернуться от стремительно росших со всех сторон шипов, особенно с небольшой помощью от конструкта. Стремительно прилетевший в туманника костяной шар не достал до тела, блокированный окутанным ветром оружием, но даже этой небольшой заминки хватило клону, чтобы прыгнуть на Мизукаге и массивной тушей снести прямо на стену смерти, несмотря на вонзившееся прямо в грудь лезвие.

— Угх! Будь ты проклят! — только и успел прошептать шиноби, пронзенный насквозь в десятках мест и истекающий кровью, с ненавистью взглянув на своего убийцу, но даже выносливость элитного шиноби позволила прожить с такими ранениями всего пару секунд, — Кха.

Мизукаге, Хино Каратачи умер.

Несколько секунд посмотрев на труп сильнейшего ниндзя Тумана, клон кивнул и стащил его с шипов. Найти последний великий меч не составило особого труда, помня, где находился в момент уничтожения источник Хозуки и он отправился к тому месту, где замер создатель. Хироши, наблюдавший за кончиной самых грозных врагов от начала до конца через хидзюцу, освободил для конструкта прямой проход, одновременно отслеживая действия находившихся неподалеку союзников из ударного отряда. Тех, что еще оставались в строю. Как только бездыханное тело Мизукаге и Хирамекарей оказались на виду, повстанцы разразились радостными криками, почти не заметными среди звуков масштабной битвы, но канпеки нингё не собирался оставлять это без внимания, тем более, Утакату наконец подавили и вернули в человеческий облик, отрезав от силы шестихвостого биджу, и пора было заканчивать бойню.

— Я, Икимори Кагуя, убил Хино Каратачи, Джинпачи Мунаши и Мангецу Хозуки! Лидеры Киригакуре мертвы! — громогласно взревела огромная горилла, заглушая всё вокруг, — Сдавайтесь или разделите их участь!

Постепенно, сражение вокруг стало затихать и взгляды слышавших рёв ниндзя принялись искать источник столь невероятного заявления, замирая на вздернутом лапой вверх окровавленном теле в характерной одежде, сохранившей узнаваемые цвета, несмотря на полученные повреждения.

— Отомстим за Мизукаге-сама! — заорал какой-то джонин и бросился в отчаянную атаку на находившихся неподалеку повстанцев.

— Смерть предателям! — вторил ему кто-то из лоялистов, и схватка начала разгораться по новой, но далеко не все из вражеского войска имели мужество продолжать сопротивление, когда впереди маячили только поражение и в лучшем случае смерть.

— Бежим! — генины мгновенно поддались панике, тем более, что мяса вырезали больше всех за время, прошедшее от столкновения двух армий.

За ними рванули и некоторые чунины, обладавшие менее сильной волей или просто сильнее желавшие жить. Дух лоялистов оказался полностью подорван, а вместе с ним и боеспособность. Несмотря на отчаянное сопротивление отдельных очагов сопротивления, силы повстанцев медленно и верно перемалывали врагов, заставляя колебавшихся делать ноги. Битва за будущее Киригакуре но Сато оказалась выиграна. Естественно, просто так отпускать врагов никто не собирался, учитывая царившие в Тумане нравы, и клановые бойцы бросались в погоню за беглецами, как только разбирались с текущими противниками.

— Сдавшимся генинам будет обеспечена жизнь и здоровье, — оглушительно проревел Хисато, понимая, что необходимо принимать меры по сохранению популяции ниндзя Тумана, иначе селение может превратиться в малое, учитывая просто зверские потери в гражданской войне, — Дензиро, организуй принятие сдачи, а кто решит пойти поперек моего слова, будут иметь дело со мной!

— Да, глава! — махнул издалека лапой упомянутый боец, сразу принявшись отдавать приказы находившимся рядом Кагуя.

К счастью, несмотря на недовольные гримасы многих шиноби, никто из союзников не решился перечить и падавшую на землю или поднимавшую руки вверх молодежь в большей части игнорировали, переключаясь на более зубастые цели. Бойцы Великого Храма Воды не следовали их примеру, а принялись собираться вокруг сильнейших своих представителей, с недоверием и настороженностью поглядывая на ниндзя. У них были на это очень даже значительные причины — мужчин в большинстве случаев убивали, а вот женщин и девушек ждала куда более печальная участь и над окровавленной равниной уже раздавались первые отчаянные крики насилуемых. Тех, кто вовремя не успел покончить с жизнью или просто смалодушничал.

— Лови молодых девушек-чунинов, — приглушенно пророкотал клону Хисато, уже немного восстановившись от огромных расходов чакры благодаря печати, — сила клана нуждается в восстановлении.

Смотря по сторонам с высоты, глава Кагуя уже определил, что из авангарда не осталось в живых никого, а остальных наберется едва ли сотня, но Дензиро с еще одним клоном остались в живых, доломав вызванного краба и наверняка поспособствовав выживанию как можно большего количества своих. Тем не менее, такие потери изрядно сократят мощь клана и оставшихся дома женщин будет недостаточно для быстрого восстановления, даже если заставить всех способных рожать через год и пленницы несомненно пригодятся. То, что какая-то часть из них не выживет из-за малого количества ирьёнинов, не обладая регенеративными способностями даже не пробудивших Шикотсумьяку Кагуя, его особо не волновало. Это туманники, у которых даже генины запачкались по локоть в крови, не говоря про ниндзя рангом выше, причем большая часть этой крови принадлежала обычным людям или своим.

Получив у клона трофеи, Хисато поковылял в сторону глав кланов, еще остававшихся в строю и не принявших участие в общей забаве добивания врага. Хошигаки и Юки, изрядно пораненные, но крепко стоявшие на ногах в окружении немногочисленных подчиненных с опаской бросали взгляды на конструкт, а вот Теруми и Хозуки он не заметил и отдавали распоряжения мельком виденные ранее старейшины. Убиты, либо сильно ранены, что не сильно важно.

— Самое время поговорить о будущем Киригакуре, — пророкотал глава Кагуя, подходя ближе к джонинам, но и не думая отменять Монсута но Шитсуген.

Глава 59

Мизу но Куни. Поле битвы между повстанцами и лоялистами. Глава клана Юки, Атариру Юки

Задирая голову, чтобы посмотреть в тлеющие угольками глаза пятиметровой гориллы, в которую обратился глава Кагуя и старясь не обращать внимание на еще три таких же в отдалении, Атариру вовсе не испытывал ликования от долгожданной победы над силами Мизукаге. Внутри поднималась волна раздражения вперемешку с холодком страха и горечи — да, кланы добились поражения Катарачи, но действительно выиграл именно этот шиноби, что находился прямо передним ним, буквально излучая мощь даже после битвы с тремя ниндзя эС-ранга, которых в итоге он и прикончил. Икимори Кагуя делом подтвердил своё недавнее бахвальство и прямо заявил о принадлежности к числу настоящих монстров на уровне сильнейших бойцов мира.

Вспоминая собственное недоверие и насмешку, Юки оставалось только сожалеть о собственной недальновидности и недостатке информации о новом игроке. Причем, Икимори-сан совершенно не скрывал собственные намерения и даже пойдя на поводу у совета кланов, на самом деле лишь использовал их в той же мере, что и они его, вот только имелось единственное отличие — Кагуя прекрасно осознавал, что зачистка старшего поколения берсерков вовсе не означает ослабление клана. Целых два бойца эС-ранга! Да с такой силой будь их всего пара десятков — все равно получится иметь огромное влияние на политическую ситуацию в Киригакуре! А у вынужденного союза четырех основных кланов имеется только Ринго Амеюри. Куноичи, что не прошла проверку решающей битвой и получила тяжелые ранения от которых не оправится в ближайшее время со всеми вытекающими последствиями.

Презрительное отношение к долгое время деградировавшим берсеркерам сыграло свою роль и Атариру проморгал появление действительно серьезного соперника, весьма умело воспользовавшегося ситуацией в свою пользу. А то, что этот Кагуя являлся не только очень серьезным бойцом, но также умеющим думать наперед человеком, прямо указывало недавнее заявление о неприкосновенности сдавшихся генинов — даже с огромными потерями этого слоя Сейки Бутай примерно полторы тысячи человек будут бесконечно ему благодарны, избежав участи большей части проигравших. Это будущее поколение, часть из которых поднимется в звании спустя пару лет и образует мощный блок поддержки для Икимори в дополнение к личной силе. Идеальная почва для заявки на лидерство селения и самое главное, конкурентов у него не имеется. Амеюри не скоро на ноги поднимется, как доложили стабилизировавшие куноичи ирьёнины — Тсунаде Сенджу среди них не имеется. Что уж говорить о вероятности стать новой Мизукаге? С Кагуя придётся договариваться и чем раньше, тем лучше.

Бросив быстрый взгляд в неверном мерцании осветительных ракет на сохранявшего каменное выражение лица коллегу, убравшего руку подальше от рукояти массивного меча, Юки тихо выдохнул — Хошигаки без сомнения думал точно также, а старейшины Теруми и Хозу вообще старались держать руки на виду, чтобы ненароком не спровоцировать союзника после горячки боя. О конечном результате противостояния сомневаться не приходилось — Кагуя самолично зачистил больше десятой части вражеского войска и перебил львиную долю сильнейших бойцов.

— Прежде чем что-то обсуждать, сперва стоит занять Киригакуре, Икимори-доно, — слегка склонив голову, произнес Юки, желая отсрочить проведение переговоров.

— Как будто кто-то сможет нам помешать, — прогудел Кагуя, смотря сверху вниз.

К вящему облегчению окружающих, спустя несколько секунд он начал стремительно уменьшаться и очень скоро перед Юки встал закованный в костяную броню шиноби, а не устрашающий монстр огромной силы.

— Проблема состоит не только в этом, — закатил глаза Ро, — с завершением гражданской войны в Мизу но Куни, наши силы здорово подорваны, и та же Суна вполне может попытаться отыграться за действия прошлого Мизукаге с поддержкой Конохагакуре за спиной.

Юки едва удержался от того чтобы недовольно скривиться — Хошигаки стремился переключить внимание Кагуя на внешнюю угрозу и намекнуть на необходимость совместных действий против возможного врага, но подобный подход мог сработать только против обычного туповато-кровожадного Кагуя, интересовавшегося исключительно возможностью устроить очередную резню и доказать собственное превосходство над окружающими. Причислять Ишигаву к подобным индивидуумам вовсе не стоило.

— Вот для этого Туману и нужен действительно сильный Мизукаге вроде меня, — ухмыльнулся Кагуя, скосив взгляд на брошенные рядом трофеи упомянутых бойцов, — чтобы сперва задумались — а стоит ли вообще что-нибудь начинать?

Еще один рычаг давления — едва ли кланам будет позволено решать, кто будет новыми владельцами Великих Мечей.

— Мы это понимаем Кагуя-доно и готовы к переговорам как цивилизованные люди, но сейчас несколько не то время, чтобы обсуждать действительно важные вопросы, — с поклоном выступил вперёд Гиши Хозуки и показательно повертел головой вокруг на еще продолжавшиеся кое-где вокруг схватки, больше различимые на слух в предрассветных сумерках.

— Сейчас гораздо важнее заняться уменьшением потерь среди раненых и пленниками, — согласно кивнул Юки, — а так же не дать сбежавшим сторонникам Третьего Мизукаге вернуться в селение и лишить нас остатков казны.

— Если у Каратачи вообще что-то осталось от финансов, учитывая то количество миссий, что еще продолжали заказывать, — насмешливо фыркнул Хошигаки, немного разряжая напряженную атмосферу.

Впрочем, туманникам пришлось прерваться — к месту сбора наиболее влиятельных повстанцев приблизилась группа монахов во главе с Ацуши, за прошедшее время успешно поспособствовавшего пленению джинчурки.

— Надеюсь, я не особо помешал? — сложил перед собой ладони сохэй, слегка поклонившись.

— Для оказавших огромную поддержку союзников у нас всегда найдется время, Ацуши-доно, — уважительно поклонился в ответ Атариру.

Несмотря на продемонстрированную вежливость, шиноби испытывал к выходцам из Великого Храма Воды лишь опаску — маятник судьбы мог качнуться в другую сторону и вполне возможно, монахи выбрать сторону Мизукаге с катастрофическими последствиями для повстанцев, руководствуясь какими-то своими принципами. Ниндзя Киригакуре давно знали, что храмы далеко не так безобидны, как может показаться со стороны, но финальная битва только утвердила в истинности подобных знаний, потому что Юки готов был поставить на кон любую сумму денег — им продемонстрировали лишь часть наличных сил.

— В таком случае, как предводитель сил Великого Храма Воды я уполномочен заявить — союзный договор исполнен полностью и дальше шиноби придется действовать самостоятельно, — прищурился монах, — надеюсь, новые лидеры Тумана окажутся более щепетильны в отношении простых людей Мизу но Куни, чем покойный Мизукаге.

Пронзительный взгляд фиолетовых глаз, будто сиявших внутренним светом и смотревших прямо в душу, оказалось очень непросто выдержать, но Юки справился, ощущая, как по спине побежал холодный пот.

— Можешь в этом не сомневаться, я лично займусь сменой официальной политики Киригакуре насчет допустимых во время миссий жертв обычных людей, — спокойно кивнул Кагуя, как будто совсем не ощущая давление завуалированной угрозы, — достаточно ненужных смертей, что ослабляют страну и делают нас посмешищем в глазах соседей.

— Разумный Кагуя? — удивленно вздернул брови Ацуши, — Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь стану свидетелем подобного чуда — воистину наступают другие времена!

— Ха-ха, ниндзя Киригакуре понимают исключительно язык силы, — рассмеялся шиноби и многозначительно скосил взгляд на глав кланов со старейшинами, — думаю, что коллеги проявят разумность в этом вопросе, ведь необходимая сила у меня как раз имеется…

Монах так же повернул голову к клановым. Атариру подавил желание сглотнуть вдруг ставшую вязкой слюну и сделать шаг назад, оказавшись на острие пристального внимания сразу двух бойцов эС-ранга. Как будто было мало схлестнуться с Каратачи несколько десятков минут назад.

— Думаю, политику воспитания новых поколений Киригакуре давно стоило поменять в сторону меньшей жесткости, и повстанцы боролись в том числе за более стабильную ситуацию в стране, — дипломатично ответил шиноби в глубине души сетуя, что стал слишком стар для всего этого дерьма и стоит поскорее передать бразды правления старшему сыну.

— Великий Храм вместе с Дайме-сама заинтересованы в мире внутри страны, так что несколько наблюдателей будут наблюдать за ситуацией в первое время, — удовлетворил ответ главного монаха, после чего он кивнул Кагуя, — я рад, что душа будущего правителя Тумана не отягощена массовыми убийствами невинных — поразительное достижение для выходца из безумного клана.

И прежде чем Ишимори успел как-то ответить на столь неоднозначное заявление, Ацуши развернулся и направился к своим бойцам. Юки удивленно посмотрел на озадаченного будущего Каге — обычно выходцам из Кагуя все равно кого убивать, лишь бы текла кровь и не имело значения кто уж там попадется под руку, а тут из самого кровавого клана попался заслуживший даже одобрение монахов. В голову невольно полезли мысли, что Туман не даром заслужил приставку Кровавый чуть ли не с самого начала собственного существования, и никто из Мизукаге не стремился этого изменить, скорее добавляли к дурной славе и безжалостно относились не только к врагам, но и собственным людям. Похоже, такая тенденция скоро изменится и не сказать, чтобы он имел что-то против — обладатели ледяного кеккей генкая всегда отличались сдержанностью не только в эмоциях, но и поведении, чего не скажешь многих других.

Кланы подняли восстание против Каратачи с поддержкой очень многих выходцев из народа не только из-за многочисленных провалов последнего, но именно по той простой причине, что ниндзя устали чувствовать себя расходным материалом как при атаке Узумаки с тысячами погибших и буквально выживать в постоянной грызне между своими за лучший кусок. Может быть, имея во главе действительно сильнейшего бойца, ситуацию получится переломить, построив более современную систему. Не сделаться вторыми листовикаму, упаси боги, но остановить постоянную междоусобную грызню и обратить затрачиваемые силы вовне. Да, кланам придется поступиться какими-то привилегиями и немного урезать аппетиты чтобы остаться у власти, но по завершению гражданской войны, это пришлось бы делать в любом случае — простое игнорирование чаяний простецов приведёт к новому витку войны несколькими годами позже, только в этот раз кланы начнут вырезать под корень. Тенденция к тому уже прослеживалась аналитиками Юки на протяжении последних лет, но остальные просто не желали слушать, пока Хино не принялся закручивать гайки.

— Ну, значит все остальные получили по заслугам, — пожал плечами Кагуя и повернулся к клановым бойцам, — ладно, хватит сопли жевать — Киригакуре сама себя не захватит, так что следует сформировать полевой лазарет для всех раненых и место содержания пленных, а наиболее боеспособных выделить в армию, что сможет преодолеть предстоящий путь и зачистить остатки сил Катарачи в городских боях.

Вздохнув, глава Юки кивнул — пусть битва завершена, но до отдыха еще далеко.

Глава 60

Страна Огня. Конохагакуре но Сато. Квартал Нара. Рью Нара

Вздохнув с облегчением, я откинулся на спинку стула и вытер выступившие на лбу капельки пота — перекачка чакры широким потоком через Таначи но Зентай (Единое Целое) сразу двум реципиентам далась не так легко, как рассчитывал сначала. Демоновы клоны тратились вообще без оглядки на собственный резерв и если бы битва продлилась на несколько минут дольше, пришлось бы распаковывать каге буншина для экстренного восстановления. Вместе с тем, я не мог не признать, что результат более чем стоил того — пропихнуть канпеки нингё в кандидаты на пост Мизукаге дорогого стоит!

Благодаря тому, что гражданская война началась в Киригакуре но Сато на несколько лет раньше, старые кандидаты оказались большей частью зачищены, а новые еще не успели вырасти и набрать силу, как Теруми Мей или Хошигаки Кисаме. Ринго Амеюри имеет некоторую славу как кандидат в мечники, но по факту, не показала требуемую для Каге силу и не наберёт должной поддержки среди большинства ниндзя Тумана. Кланам придется поддержать кандидатуру Хисато даже с репутацией Кагуя, тем более, что он продемонстрировал некоторое здравомыслие — других просто нет.

Только от того факта, что удалось провернуть подобную комбинацию, пусть и большей частью случайно, довольная улыбка так и просилась на лицо, но я ни минуты не забывал о том, что в оригинальной истории и у марионетки Курозецу получилось стать теневым лидером Киригакуре, взяв под контроль Мизукаге. Вполне вероятно, что ослабленное гражданской войной селение покажется чернильной твари подходящей целью и в этот раз. В последнее время клановая разведка приносит слухи из определенных кругов о появлении какого-то сильного наёмника в маске с удовольствием берущего миссии, где имеются шансы встретить камнежопых в качестве противников. Почерк похож на описание действий второго варианта Акацуки из моих записей, так что вероятность объявления нового «наследника Мадары» очень велика. Если таланты этого Учиха весьма высоки в гендзюцу, Хисато окажется в зоне риска — Кагуя никогда не славились сопротивляемостью иллюзиям, скорее наоборот, из-за возвеличивания Шикотсумьяку и боевой мощи, большей частью игнорировали остальные направления развития ниндзя и придется напрячься созданием нормальной защиты на разум. Благо, с умением манипулировать собственными костями, нанести печать на внутренней стороне черепа не составит труда.

Тем не менее, несмотря на солидные риски и сложности для канпеки нигнё, власть над целым Великим Селением откроет мне невиданные до этого момента возможности — Туман ценит силу превыше всего, и действительно сильный лидер может позволить себе многое, о чем Хокаге остаётся только мечтать. Даже если не получится заранее разобраться с чёрной хренью, Коноха уже встала на след настоящего врага мира шиноби, а при подключении второго селения, так свободно Зецу действовать уже не получится. Чтобы там не думал себе этот уродец, а выиграть противостояние с настоящей армией без применения Демонической Статуи, заполненной хотя бы частью биджу, у него не получится! Как только начнется настоящая охота на джинчурики, собрать совет Пяти получится намного легче, а там уж и скармливаемые мной разрозненные крохи информации можно будет собрать в единое целое, когда трое из пяти лидеров окажутся на одной волне. Ивагакуре и Кумогакуре ничего не останется, как поддержать остальных, чтобы не остаться на обочине истории.

Встряхнув головой, я вынырнул из мыслей о будущем — канпеки нингё еще не стал Мизукаге и впереди напряженные недели лавирования в непростой политической ситуации, где может понадобиться моя помощь как ресурсами, так и шпионами, прежде чем удастся взять власть — и сосредоточился на непосредственно полученных от битвы бонусах. Куча тел сильных бойцов, что под шумок утащить легче легкого, целых два эС-овика послужат отличным материалом для будущих экспериментов с наследием крови, а обкатка нового арсенала не на полигоне против манекенов позволила получить ценный опыт из первых рук. Модифицированные с природной чакрой техники Шикотсумьяку прошли проверку на пять балов, показав все преимущества против даже сильных противников, не имевших доступ к последней. Не уровень Хаширамы Сенджу, но потенциал взобраться на подобный уровень у меня безусловно имеется. Коцу Буншин вообще превзошли всякие ожидания в аспекте стабильности на голову превзойдя Каге Буншин, постоянно тративших на своё существование чакры в разы больше. Как только послевоенная кутерьма пойдет на спад, необходимо будет вплотную заняться освоением кеккей генкай Кагуя и начать использовать подобных клонов в долгосрочной перспективе там, где не требуется передача всей информации и достаточно обычных отчетов. В ту же Страну Демонов на охрану детей или работу в лабораторию больше подойдет костяной клон.

Бросив взгляд на наручные часы, устало вздохнул — к сожалению, заварушка в Мизу но Куни потребовала непрерывного бодрствования всю ночь и время на сон оказалось упущено, а запланированные на сегодня дела никуда не делись. До подъёма семьи оставалось буквально полтора часа, так что я быстро перекусил сухпайком и потратил час на медитацию, восстановив некоторую часть резерва, сделал быструю зарядку и взбодрил организм ирьёдзюцу, а затем пошел проведать важного пленника.

Не далее, как четыре дня назад мой подвал обзавелся дополнительным помещением, из-за чего пришлось перестраивать всю защиту и только потом приниматься за нанесение комплекса подавляющих печатей. Позавчера работа оказалась завершена и тюремную камеру высшего класса заняла тушка джинчурики Ивагакуре, подсаженный на внутривенное питание. Несмотря на полную уверенность в собственной работе, я не рискнул держать его в сознании во время длительного процесса перекачки чакры четыреххвостого биджу.

Мазнув кровью по фуин-замку на двери вместе с импульсом чакры и подождав, пока проявившиеся символы изменятся, расползясь по краям, я вошел внутрь и не обращая внимания на замотанную в цепи фигуру, лежавшую по центру помещения, подошел к небольшому кубу из чакрометалла на постаменте, светившемуся багровыми иероглифами. Положив на него руку, удовлетворенно кивнул — до полного заполнения оставалось около суток и потом накопитель придется менять на новый. Каждый такой куб способен удерживать объем примерно равный одному хвосту разрушительной чакры Йонби, обойдясь мне в весьма значительную сумму, но результат того стоил. Удовлетворенно кивнув, я проверил состояние спящего пленника и не обнаружив значительных отклонений от нормы, покинул камеру, размышляя над ситуацией.

Как следует изучив печать и даже подобрав ключик к её ослаблению для последующего извлечения биджу, мне оставалось решить, что выгоднее в долгосрочной перспективе — позаботиться о выживании Йотон но Роуши, грубо говоря, перевербовав в свою команду или позволить шиноби умереть и потом использовать тело эС-рангового бойца для создания новой идеальной марионетки? В навыках ивовца я убедился лично и если позволить мужику дожить до начала большого замеса, такой союзник точно пригодится, вопрос только в мотивации и верности. При всех очевидных преимуществах клона, ему придётся до подобного уровня расти несколько лет. Я склонялся ко второму варианту исключительно из-за большой мороки с первым. Чего-чего, а проблем у меня хватало и без этого.

Пока что дядя успешно отбивался от натиска своры кланов, что не теряли надежду заполучить себе джинчурики или хотя бы обеспечить нейтралитет подобной фигуры в будущем, использовав носителем подходящего ребенка из приютов. Причём, не участвовали в этом цирке только Инузука и Акамичи с Яманака по очевидным причинам, но долго так продолжаться не могло, если Нара не хотели настроить против себя большую часть коллег и объединив единой целью. Как раз три накопителя вместе с услугой по созданию псевдо джинчурики должны стать предметом торга между главами. Я был вовсе не против отдать четыреххвостого кому-нибудь другому, спасая дочь от незавидной участи, но с политической точки зрения, это совершенно идиотский поступок, объяснить который соклановцам и союзникам без разглашения очень многих нюансов, которых даже мертвым знать не стоит, просто не получится.

К счастью для нас, поднявшийся из-за доклада Тсунаде переполох среди высших эшелонов власти Конохи не позволял полностью сосредоточить внимание на Нара — угроза безопасности селения была воспринята очень серьёзно и все отделы Анбу стояли на ушах, не только перерывая архивы миссий в поисках возможных зацепок, но и разрабатывая новую систему охраны с учётом полученных вводных. Отдельная команда была отправлена на место боя для сбора дополнительных улик, но вернулась с нулевым результатом — кто-то тщательно зачистил местность от тел, не поленившись извлечь даже погребённых в толще камня врагов. Естественно, Совет это вовсе не успокоило. Не успокоило настолько, что в Конохе объявили режим повышенной бдительности и для понимающего человека, селение напоминало разворошённый муравейник. Даже дипломатические дела оказались отложены в сторону на небольшой срок, несмотря на гневное послание из Страны Железа, грозившее разрастись в международный дипломатический скандал не только для Такигакуре но Сато, но и Листа, тоже участвовавшего в злополучной миссии.

Словно мстя за свалившуюся на него гору работы и несмотря на огромное сопротивление с моей стороны — какая дипломатия при личном расписании, забитом вперёд чуть ли не поминутно⁈ — Сакумо об этом вовсе не забыл и в приказном порядке утвердил меня в качестве главы посольской миссии в Сунагакуре, целью которой было успокоить заволновавшегося союзника и дать пояснения недавним слухам. Моя кандидатура была признана более подходящей, чем Орочимару из-за произведенного на Казекаге впечатления, к облегчению не менее занятого коллеги. По плану выход завтра, около трех дней в Песке и затем обратно. Назначению обрадовался только Шенесу-джи-сан — престиж клана и все дела, кого попало на такую должность не поставят, но если честно, мне стало глубоко побоку и долгожданного отдыха дожидался словно манны небесной. Впрочем, свою месть я тоже запланировал — консультационные услуги, не входившие в список льготных для селения, обойдутся Хокаге на четверть дороже первоначальной цены.

Поднявшись из подвала, я по-быстрому заскочил в ванную провести необходимые процедуры и освежиться, а на выходе почти столкнулся с ма, подскочившей ровно в пол седьмого утра, когда только начало светать.

— Рью? — заспанно поморгала она пару раз, а затем подозрительно прищурилась, пронзив испытующим взглядом, — Ты опять не спал всю ночь со своей работой⁈

— Пару часов, — пожав плечами, сознался, предусмотрительно не упоминая о какой именно ночи идет речь, — с применением ирьёдзюцу мне хватает.

— Даже в твоём возрасте сон очень важен, — она недовольно поджала губы, складывая руки на груди и затем устало вздохнула, покачав головой, — иногда я думаю, что лучше бы ты больше походил на настоящего Нара, а не выжимал себя до последней капельки каждый день.

Угу, и благополучно сдох где-нибудь во второй или третьей мировой войне, не имея сил ни на что повлиять. Естественно, вслух этого не высказал и никак не показал на лице, но Сая знала меня как облупленного, так что потянулась и отвесила символический подзатыльник.

— Прямо хоть хватай за ухо и в кроватку укладывай с бутылочкой молока, а ведь взрослый мужик уже с женами и детьми, — хмыкнула куноичи и прикрыла ладошкой неожиданно вырвавшийся зевок.

— Во время отдыха высплюсь, там у меня будет целых три недели как следует отдохнуть, — отмахнулся и перевёл тему, — ладно, не буду тебе мешать, пойду чайку сделаю крепкого.

И быстренько исчез в кухне, пока опять не начали чехвостить — готовить чай, потому что впереди длинный и загруженный день. Жизнь идёт и тебя не ждёт.

Глава 61

Тсучи но Куни. Пещера Мадары. Курозецу

— Опять эти проклятые Узумаки! — кулак Курозецу врезался в стену убежища, заставив камень пойти трещинами, — Сколько раз они будут переходить мне дорогу просто одним фактом своего существования⁉

В связи с загруженностью организации ловушки для элитных бойцов Конохи, он несколько забросил разведывательную сеть, а туповатые помощники не сообразили сразу доложить о разразившемся в селении скандале и исчезновении джинчурики девятихвостого лиса! Уже третий биджу оказался вне его зоны досягаемости, ставя весь план возрождения Матери под угрозу! Похоже, придется передать контроль над разведкой под начало более разумных созданий статуи — пока что Спиральный и Белый Зецу являлись наиболее надежными в этом плане и несмотря на определенные минусы характера, не подводили настоящего лидера.

— До завершающей стадии Плана еще годы, если не десятилетия, — легкомысленно пожал плечами Широзецу, говоря об охоте на биджу, — и за это время можно не только дождаться промашки мастеров печатей, но и найти способ добраться до Узушиогакуре так что не стоит беситься, а то удар хватит.

— Меня не может хватить удар, — фыркнул «воля Мадары» восстанавливая самообладания после внезапной вспышки ярости, — что-нибудь еще?

— Среди высшего руководства Конохагакуре ходят слухи, что судьбу Роуши будет решать клан Нара, — поскребя затылок, сообщил мокутонный человек.

— Не имеет значения — найти нового джинчурики не составит труда, — отмахнулся Черный Зецу, — главное, чтобы эти демоновы Узумаки вновь не вмешались.

— Едва ли они решатся спереть у Конохи и этого носителя биджу, — покачал головой Белый Зецу и продолжил, — так же в Мизу но Куни наконец завершилась гражданская война.

— Кто победил?

— Повстанцы с помощью монахов из Великого Храма Воды.

— Неприятно, но ничего непоправимого, — помахал рукой черный человек, — что насчет кандидатов в нашу будущую организацию охотников?

— После смерти двух мечников и Мизукаге от рук главы Кагуя, часть войска лоялистов разбежалась, так что имеется не маленький шанс в их выживании.

— Отправь на их поиски нескольких новичков, — отдал приказ Курозецу после непродолжительной паузы, — после сокрушительного поражения самое время воспользоваться ситуацией и привлечь туманников на нашу сторону до того, как у них получится обрести почву под ногами.

Предварительная обработка джонинов позволит провернуть это без лишних сложностей, сыграв на чисто человеческих пороках.

— Да, Хао Исаки покинул Кумогакуре и спустя несколько дней был объявлен нукенином, — вспомнив еще одну новость, с энтузиазмом врезал по ладони Широзецу, — последний раз его видели недалеко от границы Шимо но Куни.

Зецу наблюдали за этим шиноби А-ранга уже некоторое время как за потенциальным рекрутом — ветеран двух последних войн в открытую выражал несогласие с избранной Райкаге политикой, призывая к смене курса селения и нацелившись через несколько лет достигнуть необходимого уровня силы и стать следующим лидером, но из-за незыблемости власти Эй-старшего, просто назначившего сына следующим Каге, лишь еще больше разочаровался. Легчайшее внешнее влияние только поспособствовало ускорению процесса, толкнув на начало пути отступника.

— Отлично, хоть что-то идет по плану! — расплылся в довольной улыбке Черный Зецу, — Пусть шиноби еще немного побегает, вкусив желаемой свободы нукенина, а уж потом рыбку можно будет подсекать предложив вкусную наживку.

Его собеседник удивленно вздернул единственную бровь.

— Не знал, что ты что-то заешь про рыба…

— Эй, Курозецу, где ты⁈ — разнесся по убежищу знакомый голос.

— О, наконец-то он появился, — саркастично фыркнул «воля Мадары», — не прошло и месяца!

Сообщение о необходимости возвращения на базу было отправлено «наследнику» практически сразу после неудачной засады, но шиноби предпочел его проигнорировать и задержаться на неделю с лишним, хотя не выполнял в тот момент никакой миссии. Гордость Учиха во всей красе, которую придется слегка уменьшить, чтобы подопытный не решил брыкаться в самый ответственный момент, поведя собственную игру. Прикидывая возможные варианты, Широзецу покинул с подчиненным огромное помещение со статуей и направился к более обжитой части руин.

— Ну вот он я, — даже не проявив элементарной вежливости, недовольно фыркнул Тодороки, как только в его поле зрения показалась пара разноцветных Зецу, — что такого срочного случилось для прерывания моей тренировки⁈

— Ты заработал себе какую-никакую репутацию и пришла пора начать следующую фазу Плана, — не стал разводить политесы черный не человек, пропустив грубость мимо ушей, — несмотря на всю твою силу, идти против сразу всех Великих Селений можно только при наличии серьёзной организации за спиной.

— Значит, эту самую серьёзную организацию мне и предстоит собрать, — понимающе кивнул Учиха.

— Именно и я подготовил список возможных кандидатов на первое время, — погрузив конечность в свою грудь, Курозецу достал свиток и кинул его подопечному, — которых вполне можно заменить на более подходящих позднее.

Естественно, содержал он далеко не идеальных кандидатов, прошедших предварительную обработку, а всего лишь подходящих людей, что немного слабее самого Учихи и в случае возникновения разногласий, не способны доставить больших проблем — пусть парень испытает несколько провалов и поубавит гонору, получив силу практически не прилагая особых усилий. Вербовать эгоистичных людей, каковыми в большинстве являются нукенины, это не клонами безотказными командовать — к каждому свой подход с должной мотивацией требуется. А вот после нескольких провалов можно будет привести пару достойных кандидатов и показать Учиха, чего он действительно стоит сам по себе без чужой помощи. То, что напротив каждого имени имелась приписка с местом, где нукенина видели в последний раз уже было некоторым послаблением, чтобы не порушить веру в собственные силы.

— Б-ранг? Зачем нам подобные слабаки? — воскликнул Тодороки, быстро пробежав взглядом развернутый свиток и скривившись в презрительной гримасе, — Опытным джинчурики такие на один зуб окажутся.

— Потому что А-ранги и выше не так-то просто заинтересовать вступлением в какую-то мутную компанию под руководством не особо известного шиноби, что слабее их, — безжалостно потоптался на любимой мозоли обладателей шарингана мокутонный человек, — и потребуется годами нарабатывать репутацию создаваемой организации, чтобы завлечь в наши ряды действительно сильных ниндзя.

Учиха скрипнул зубами, но отрицать прозвучавшую правду не стал — до А-ранга он действительно пока не дотягивал, хоть и мог справиться со стоявшими на ступеньку ниже в Книге Розыска.

— Я соглашусь на предложенных кандидатов, только если они пройдут мою проверку, — надменно вскинув голову, заявил Тодороки.

— Ты у нас наследник Мадары, вот и решай, кто подходит, — просто пожал плечами Курозецу, — только имей ввиду, что люди очень неохотно принимают предложения от сперва на них напавших.

— Учту, — фыркнул Учиха, заканчивая разговор и высокомерно вздернув голову, поспешил удалиться от пары Зецу.

— Думаешь, он кого-то всё же сможет завербовать? — скептически спросил белый, взглядом единственного глаза проводив фигуру обладателя шарингана.

— С подобным отношением — разве что идиотов или куноичи, попавшихся на смазливое лицо, — пренебрежительно помахал рукой тот, — но всё же пошли кого-нибудь присмотреть за парнем, чтобы случайно не убили, когда нарвётся.

— Сделаю, — понимающе кивнул Широзецу.

— Вмешательство только в самом крайнем случае, когда появится угроза смерти — позволим Тодороки-кун немного самостоятельности до получения первых шишек.

Океан Кайджу. Бухта безымянного острова на юге от Багрового острова. Палатка на пляже. Капитан Дайтаро Оно

Совершенно отвратные погодные условия при пересечении Пояса Бурь причинили значительный ущерб оснастке корабля, хоть и повлияли на ходовые возможности незначительно, в отличие от боевых, так что найденная бухта оказалась подходящим местом для спуска якоря и организации постоянной стоянки с ремонтом. Дайтаро не собирался двигаться дальше до тех пор, пока боеспособность не окажется на должном уровне — даже одной встречи с местным морским монстром оказалось достаточно, чтобы начать испытывать здоровые опасения за безопасность судна.

Запертые в тесных каютах на протяжении пары месяцев и вынужденные бороться со стихией на протяжении последних двух недель, люди тоже нуждались в нормальном отдыхе. Оно наслаждался каждой минутой нахождения на твердой земле и возможностью питаться не запасенными сухими пайками, а добытыми в местном леске дичью и фруктами. Расслабленное состояние капитана вовсе не означало, что он забыл о изначальной причине авантюрного путешествия — спустя некоторое время после остановки, пара небольших катеров была отправлена на обследование близлежащих вод, обнаружив кроме нескольких небольших и мелких островов еще и солидные куски земли со следами деятельности человека.

Капитан специально запретил подчиненным привлекать внимание местных, приближаясь и высаживаясь, приказав лишь составить примерную карту — для нормальной разведки у него имелись соответствующие специалисты, прекрасно разбиравшиеся на что обращать внимание и как не выдать собственной чужеродности в другом обществе. В конце концов, именно от того, насколько развиты и милитаризованы местные люди и зависят дальнейшие планы.

Наблюдатели, посаженные на самом высоком месте острова и отлично просматривавшие окрестности в подзорную трубу, ранее уже доложили о приближении катера, так что Дайтаро выбрался из палатки и не спеша прошелся по чистому песку, решив ждать скорого возвращения шпионов на улице, тем более, что несмотря на время года, погода стояла просто отличная. Через несколько минут послышалось глухое рычание мотора и в бухту на полной скорости вошло судно, последовав к небольшому причалу, возведенному из не ошкуренного бревна.

— Капитан Оно, разведка по вашему приказу произведена, — вскоре вытянулся перед Дейтаро подчиненный и командир небольшого отряда специалистов.

— Что ты обнаружил, Кутари-сан? — сразу перешел к делу капитан.

— Местные хоть и общаются на очень похожем языке с некоторыми поправками на обособленное развитие, находятся на более низком уровне развития, — свирепо оскалился пожилой, но еще крепкий мужичина, — феодальный строй государства не только на обнаруженных больших островах, но и материке дальше по курсу, если верить слухам! Имеется небольшое вкрапление техники, но исключительно мирного назначения и в большинстве случаев, местные крестьяне используют животную силу в качестве транспорта, а встреченные корабли все построены из дерева и применяют для движения паруса.

Оно удивленно вскинул брови, но сдержал вспышку радости, продолжив расспросы подчиненного:

— Что по поводу военных сил и оружия?

— Дайме Страны Моря, что к северо-западу отсюда, содержит около тысячи бойцов в личной гвардии, но вооружены они исключительно мечами с доспехами и луками, никаких следов огнестрельного оружия, — доложил Кутари, — подобная же ситуация и у основных игроков — удалось уточнить у подвыпившего матроса с пришвартованного в порту торговца.

— Значит, противопоставить вооружению Империи им будет просто нечего, — задумчиво потер подбородок капитан.

— Ходят слухи о каких-то мистических воинах — ниндзя, способных на различные невероятные трюки и крайне смертоносных в бою, но никто из крестьян их воочию не видел и конкретно никакие способности не знает, — пожал плечами шпион, — я считаю это байками, вроде слухов о колдунах и магах у нас, либо какая-то организация убийц старается придать ореол таинственности своим членам, играя на страхе простого люда, как не раз было в истории.

— Ты хорошо постарался, Кутари, — в приподнятом настроении кивнул капитан.

Уже собранные сведения с лихвой окупят затраты на предпринятый авантюрный поход и если можно покорить аборигенов, расширив территорию Империи без затяжной и затратной войны с соседями, Сенат точно поддержит планы Императора, а он получит заслуженную награду и повышение. Необходимо только вернуться.

Эпилог

Другое измерение. Остров Узушио. Узушиогакуре но Сато. Узукаге Тэтсуя Узумаки

Остановившись на краю каменной площадки, в середине которой имелось идеально ровное кубическое пространство с установленной стеллой из чакропроводящего металла, покрытые плотным полотном тускло мерцавших иероглифов и символов, Тэтсуя в очередной раз подивился мастерству соединивших ранее не соединяемое мастеров фуиндзюцу клана, не только проделавших титаническую теоретическую работу, но воплотивших её на практике. Ромбом расположенные на территории Узушио шесть резонирующих между собой якорей, благодаря которым остров не только смог полностью переместиться в другое измерение, но и продолжал оставаться единым монолитом без катастрофических последствий включая наличие воздуха в течение долгого срока.

Пусть на питание всей системы уходило просто немыслимое количество чакры — треть от вырабатываемого кланом, где лепту вносили даже гражданские, но это малая цена за сохранение более чем десяти тысяч жизней Узумаки перед лицом превосходящих сил. Как бы новый Узукаге не относился к промахам своего предшественника, оказавшегося не способным приспособиться под новые реалии скрытых селений и чуть за это не заплатившего высшую цену, единственное правильное решение с лихвой искупало большую часть минусов.

Много размышляя на тему причин и следствий, потянувших за собой всё произошедшее, он пришел к простому выводу — за годы мира под «неприступной» защитой фуиндзюцу и полностью уверовав в собственной безопасность, клан расслабился, разленился и разжирел на том, чего добилось старшее поколение. Несмотря на большой срок жизни, прошедшие клановые войны ветераны постепенно отходили вот дел кроме совсем уж монстров, а каждое последующее поколение Узумаки хоть и развивалось как ниндзя по традиции и из желания жить дольше, но без реальной угрозы получалось это спустя рукава, реализовываясь далеко не сто процентов потенциала.

Да, часть молодежи проходила практику в Листе в соответствии с заключенным союзным соглашением, но по большему счету подобные назначения воспринимались шиноби как возможность хорошенько погулять по бабам, и они вытягивали большую часть миссий лишь благодаря отличным природным данным с массивным резервом, а вовсе не личным умениям. Излишняя сосредоточенность на фуиндзюцу сыграла свою роль, как и постепенно росшая самоуверенность в собственной силе, и это несмотря на постепенное объединение других кланов.

Самой большой ошибкой прошлого руководства Тэтсуя считал категорический отказ послам от Юки и нескольких малых кланов, как раз и предлагавших объединение. Как будто нельзя было увеличить территорию острова в два-три раза с помощью дотона. Прекрасно помня то время и резко негативную реакцию совета старейшин на предложение последовать примеру тех же кланов из Мизу но Куни и Каминари но Куни, можно было считать тот момент поворотным когда Узумаки самостоятельно подписали себе смертельный приговор, несмотря на последовавший союз с Конохой.

Узушиогакуре постепенно превратилось из гиганта политической и военной силы региона во второсортное селение просто за счет многократного усиления всех остальных, но Узукаге продолжал действовать по-прежнему, начисто игнорируя новый расклад. Стоит ли удивляться, что отрастившие зубы соседи решили распотрошить сокровищницу без должной защиты и даже недавние союзники оказались далеко не так надежны?

Перечитывая старые доклады, Тетсуя только недовольно кривился — всего тридцать семь процентов личного состава Сейки Бутай имели хоть какой-то опыт боев вне тренировочных полигонов и эта цифра постепенно уменьшалась, когда ветераны выходили в отставку или избирали другие виды деятельности. Причем, Узукаге никак этому не препятствовал — клан превращался в ремесленников и торгашей, на караваны которых редко рисковали нападать бандиты и нукенины исключительно из-за заработанной ранее репутации.

Обычных миссий не имелось вовсе — не то географическое положение и территории, да и печатями можно заработать намного больше, благодаря созданной монополии на качественный товар. Какой уж тут опыт для ниндзя? Конечно, еще имелись элитные бойцы в количестве равном или даже превосходящем Великие Селения, но большая часть из них не выходила в поле более половины столетия. Пожалуй, если бы не произошло того нападения, стоило устроить нечто подобное, пока Узумаки окончательно не потеряли способности себя защитить — просвистевшая мимо смерть стала настоящим подарком, несмотря на многочисленные проблемы, позволив немного расшевелить заросших тиной стариков и дать дорогу молодым.

Несмотря на сопротивление очень многих родственников, Тэтсуя с кучкой одинаково считавших сторонников всегда продвигал более активное участие в мировой политике, соблюдение стандартов боеспособности и содержание своей разведывательной сети, вместо надежны на союзников. Продолжать вести изоляционную политику становилось просто опасно! В первую еще мировую войну получилось отсидеться, а вот перед второй — уже нет, полностью подтверждая его слова на советах. Скорее всего, именно поэтому шапка следующего Каге перешла к нему — единственному, кто видел дальше собственного носа и не принимал иллюзию прошлой славы за действительность.

Пришлось хорошо потрудиться последние годы, прежде чем удалось остановить дальнейшую деградацию и поставить клан на военные рельсы, а организация действий в тылу врага позволила хоть как-то исправить ситуацию и дать войскам возможность получить необходимый опыт, успокоив наиболее кровожадных личностей, требовавших немедленной мести. Узумаки получили мощный стимул очнуться ото сна и начать действовать. Причем, касалось это не только действующих ниндзя, но и простых жителей Узушио — ушедшие на покой старики вновь вставали в строй, восстанавливая потерянную форму и передавая молодняку необходимые в большом мире умениям, с учетом текущих нужд клана печати коллективно совершенствовались, решая поставленные руководством задачи, а многие личные знания наконец стали доступны всем желающим. Ремесленники без дополнительных указок искали способы обеспечить большую выживаемость и смертоносность Сейки Бутай, фермеры изобретали новые методики выращивания большего количества еды на имевшихся посевных площадях, и многие дети из простых семей выбирали стезю войны, поступая в Академию Шиноби.

Годами готовясь к возвращению в большой мир, Узушиогакуре но Сато не только значительно прибавила в населении и военной силе, в этот раз готовая к отпору любым силам, но и заполучила трех биджу, что заставит задуматься перед нападением даже отморозков из Страны Воды. Можно не сомневаться, что вновь вписаться в мировую торговлю получится не сразу, будут провокации и проверки на прочность даже от бывших союзников, не говоря про всех остальных, но Тетсуя был готов к новым вызовам и не собирался позволять клану вновь погрязнуть в трясине благополучия!

— Узукаге-сама, активация комплекса произведена, — доложила подчиненная, отвлекая главу клана от размышлений.

— Отлично, Кэзуми-сан, что насчет отклика от нацеливающих артефактов? — повернулся он к главе отдела безопасности, краем глаза отметив увеличившуюся интенсивность свечения гравировки на металле стеллы.

— Сигнал отправлен, ждем ответа, — ответила куноичи.

С использованием якорей, остров можно было вернуть только на то же самое место, откуда он и исчез, что категорически не устраивало Каге — слишком уязвимая позиция, пусть и недалеко от пересечения основных торговых маршрутов. Выход был найден созданием еще одного якоря, но с другой стороны, чтобы имелась возможность нацелиться. С появлением телепортационных плит вопрос расположения уже не стоял настолько остро и стоило выбрать наиболее выгодное место в плане безопасности, создав для интересующихся обманку в каком-нибудь другом месте на континенте. А что может быть надежнее, чем затеряться в безбрежной водной глади? После продолжительных дебатов выбор пал на океан Нанмен, как наиболее безлюдный и подходящий по климату.

— Есть контакт! — внезапно воскликнул один из мастеров печати.

Но Узукаге и сам увидел, как с кончика стеллы вверх взмыл широкий луч чакры, исчезая на полпути к серому вечернему небу, а в других местах вверх ударили еще пять таких же.

— Быстрее, запускайте процесс переноса, — рванула к подчиненным Кэзуми, — у маяка запасов чакры хватит лишь на ограниченное время!

— Уже!

Вокруг стеллы воздух буквально заискрился от того количества чакры, что перекачивалась из подземных накопителей, заставив Тетсуя прищурить глаза и даже отступить на пару шагов назад.

Юго-Западная часть Океана Нанмен

Под затянутым тучами небом прямо на ровной как стол воде, удерживаемой барьером, стояла небольшая металлическая стелла, как две капли воды похожая на установленные на Узушио, разве что бивший вверх луч оказался не столь интенсивным и обрывался в десятке метров над поверхностью. Установивший и активировавший жизненно важный артефакт, клановый ниндзя стремительно отступал и не собирался останавливаться в ближайшее время вместо контроля процесса по одной простой причине — никто не мог полностью просчитать последствий возвращения.

В следующее мгновение воду продавило вниз под стеллой огромной ямой, и масса земли будто проявилась из бледной тени в этом месте, заставив океан взорваться — огромные пласты воды оказались смещены в сторону, запуская во все стороны цунами на десятки метров вверх, но не прошло и несколько секунд, как с переместившегося острова порскнули сотни ниндзя и буйство стихий оказалось быстро успокоено. Клан Узумаки впечатляюще вернулся в мир, но никто посторонний этого не заметил.

Content

Zang
Кровавые тени войны

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Эпилог