Сокровища неупокоенных #RealRPG

Глава 1

Что вы чувствуете перед дракой? О чём подумаете, когда напротив вас будет стоять четвёрка закованных в сталь людей, готовых пустить в ход оружие?

Я вот просчитывал варианты, кого первого атаковать и как действовать, если меня атакуют раньше. Превратился в равнодушную машину типа своего же голема. Приготовился отреагировать на любое движение.

Но первым не нападал. Потому, что мечи клановцев лежали в ножнах. Потому, что их командир не атаковал меня сразу, а захотел договориться. Потому, что его лицо выражало усталость, а не насмешку, не презрение, и не желание драки. Что он и подтвердил следующей репликой:

— Вилатос, не нужно портить себе жизнь. Не давай повода считать тебя… Особенным. Нестандартно мыслящим, так сказать. С тобой действительно хотят просто побеседовать.

— Так почему бы не побеседовать на этом самом месте? А лучше — прямо в Гильдии. Я сейчас схожу к мастерам, договорюсь о вашем проходе на территорию. В помещении есть хороший зал для переговоров. Мы сможем присесть за тамошний стол, и побеседовать. Если договорюсь со столовой, нам даже ужин туда принесут.

Тенеплет, не показываясь на глаза, вскарабкался почти под самую крышу и замер, ожидая дальнейших команд. Со своего места он мог послать и заклинание, и прыгнуть вперед, выходя из теней прямо над четверкой.

— Потому, что беседа в трущобах — не то, чего хочет наш лорд. Даже если трущобы — дом вашей Гильдии. Но он предполагал, что ты можешь не захотеть пойти с нами. Прежде, чем конфликт перейдет в иную плоскость, он велел спросить у тебя, известен ли тебе такой навык, как «реституция»?

Как он узнал? Откуда?

Похоже, я не удержал лицо и мимикой выдал ему ответ, потому что клановый хмыкнул и продолжил:

— Наш господин предполагал, что знаком. Еще раз скажу: тебе ничего не угрожает. Но если ты хочешь узнать больше, придется пройти за нами. С тобой побеседуют, ты дашь клятву не вредить нашему клану, и уйдешь. Или же сейчас уйдем мы, но это не самый лучший вариант для тебя и клана.

М-м-м, завуалированные угрозы…

После того, как командир четверки упомянул про реституцию — тот самый навык, что перекинул меня в прошлое, меня заинтересовал обещаемый разговор. А когда он поднял тему клятвы клану, я заинтересовался еще сильнее — клятва однозначно скует меня, но вместе с тем она предполагает и продолжение общения. Значит, меня почти наверняка не попытаются атаковать прежде, чем начнётся разговор.

А еще можно использовать в качестве козыря Тенеплета. Не знаю, чем обернётся наша беседа, но голем-диверсант — это тот козырь, которым пренебрегать не стоит. И второго тоже лучше взять с собой.

— Железный пойдет со мной, — поставил я условие. — Вам я малость не доверяю. Но если нужно, оставлю его неподалеку от места, где будет проходить встреча.

Командир ничего не ответил — развернулся и пошел прочь из трущоб, вместе со своими воинами.

Приняв молчание за согласие, я последовал за ними. То, что меня не стали пытаться препроводить, взяв «в коробочку», безусловно, импонировало.

Тенеплет сопровождал нас, передавая мне обесцвеченную картинку из теней. Голем перетекал из одной тени в другую: двигался под натянутыми пологами уличных лотков, скользил в человеческих тенях. Голем будто бы стал двумерным: просачивался и под двери, и проникал через стекла, проходил в мельчайшие щели, если там была тень.

Мы вышли из трущоб, прошлись по удивительно ровной главной дороге и остановились у незнакомой мне едальни «Приют мясника». Дверь в «Приют» была закрыта, но даже так возле заведения витал мощный аромат жареного мяса.

— Я тебя провожу, — пообещал командир. — А ребята постоят пока здесь, поговорят с твоим големом.

— Хорошо, — сказал я уже в спину командира — его не интересовал мой ответ.

Внутри едальни было темновато. Когда мы зашли с улицы, я потратил пару секунд, привыкая к царящему здесь полумраку. А потом направился к столику, за которым сидел и ел разрезанную на части утку незнакомый мужчина в броском костюме. Рядом с ним стоял командир клановцев, тихо рассказывая ему что-то.

Как только я направился к ним, командир закончил доклад, и глава клана обратил внимание на меня.

— Вилатос, — кивнул мне лорд Арк, не поднимаясь из-за стола. — Ну что, знаком тебе названный мною навык?

— Знаком, — осторожно кивнул я. — Но почему он знаком вам?

— Присаживайся, и мы поговорим об этом.

Я осторожно подошел к столу и присел напротив лорда. Рядом тут же появился подавальщик, но лорд отослал его, отмахнувшись, как от мухи.

— Кушай утку, пей пиво. Готовят здесь кошмарно, но кроме поваров в моем замке никто готовить не умеет, потому налетай. Как говорится, за неимением лучшего сойдет и такое.

— Спасибо, воздержусь, — отказался я. Слишком хорошо понимал, какими алхимическими составами можно было начинить эту утку и это пиво. К тому же возраст у меня для пива неподходящий. Это тело поведет с первой же кружки, а я ментально уже не подросток, чтобы, желая показаться взрослым, перенимать у них плохие привычки.

Полумрак зала сыграл мне на руку: в помещение затек Тенеплет и притаился в дальнем углу, откуда можно было как наблюдать за залом, так и отправить в любого из находящихся здесь заклятье на основе магии теней.

— Как хочешь. Эй! — повысил голос лорд. — Все — вон!

Не говоря ни слова, к входной двери заведения потянулись люди. Управляющий, подавальщики, два повара. Командир четверки, который привел меня сюда. Пока они выходили, лорд Арк молчал. Как только последний вышел, глава клана заговорил:

— Давай сперва поговорим о тебе. Понимаешь, о людях, которые барахтались на дне, и вдруг ни с того ни с сего проявляют себя лучшим образом: обретают архетип, быстро учатся навыкам, умеют угадывать победителей соревнований и поднимать неплохие деньги, давно ходят легенды. Кто-то говорит, что таких людей ведет за руку бог. Кто-то выдумывает гениальность, поцелуй удачи, или даже так называемый «скрытый архетип». Вот только правду — о том, что эти люди прожили один из вариантов будущего, знают немногие. Я вхожу в их число.

Я молчал, слушал и раскладывал для себя по полочкам сказанное.

Итак, то, что я полагал своим главным секретом, таковым не является. Как минимум один человек в этом мире знает, что я из будущего. И меня пока не стремятся волочь на дыбу и вытягивать из меня клещами секреты про будущее. Надолго ли? И какие риски влечет знание Арка?

— Что вы планируете делать дальше? — хрипло спросил я.

— Во-первых, я предложу тебе принести клятву о том, что ты ни словом, ни действием не совершишь ничего дурного в отношении нашего клана. Это обеспечит нам минимальный уровень взаимного доверия. Я буду думать, что ты не выкинешь какую-нибудь глупость, а ты малость успокоишься.

— Я готов, — быстро сказал я.

Арк потянулся под стол, достал оттуда плоский черный ящик и поставил на стол передо мной. Я поднял крышку и увидел внутри каменный артефакт, похожий на тот, на котором я давал клятву Гильдии Големостроителей.

Положив на камень ладонь, я произнес:

— Клянусь архетипом, что ни словом, ни действием не совершу ничего дурного в отношении клана Кровавой луны, пока они, либо кто-то по их воле не совершит ничего дурного в отношении меня.

Лорд поморщился, но кивнул.

— Сойдет. А теперь давай поговорим. Во-первых, теперь я не собираюсь причинять тебе вред. Да, стража в городах охотилась за тобой из-за меня, но тогда я не знал, кто ты. Теперь же я отозвал ориентировки.

— Подозрительное дружелюбие, — пробормотал я.

— Оно довольно обоснованное, Вилатос. Смотри: ты прожил одну жизнь, успел набраться опыта. Насколько я знаю, зачистил гнездовье лича и под личиной сдал в ратуше его череп, что говорит о многом. Разумеется, у тебя в рукаве должны быть козыри, иначе ты бы сюда не пришёл. А мне не хочется проверять действие этих козырей на себе.

Я едва остановил себя от того, чтобы посмотреть в угол, где засел Тенеплет.

То, как быстро Арк перечислял факты, которые я считал своими секретами, пугало. Я чувствовал себя как человек, которому на почту пришли нарезки видеозаписей с камер, которые кто-то установил в его собственной квартире.

— Так вот, ты — не обычный подросток. Ты — фигура, которую боги зачем-то отправили в прошлое. Тебе уготована роль изменить мир, спасти его от того, что грядет. А что именно грядет, кстати?

— Оставшиеся города падут от нежити, — сказал я. Это не стало для сидящего напротив человека таким уж секретом: тот лишь кивнул.

— Ожидаемо. А что случилось с богами, в будущем уже выяснили?

Быстрый переход с темы на тему сбивал с мысли.

— Насколько я знаю, официальная версия не менялась в течение двадцати семи лет. Если честно, я не увлекался вопросом, что произошло с богами: это не показалось мне такой уж важной темой.

— Понятно. Тогда у нас на один вопрос больше, чем я думал. Пожалуй, с его обсуждения и начнем. Ты никогда не думал, что победа богини Ксантии, отвечающей за смерть, как бы это правильно… малость банальна? Какой-то детский уровень у столь глобальной драки. Как завершение нелепой саги из старых книжек: «И в конце победила смерть».

— Все говорят именно об этом, — осторожно выразил я согласие с общепринятой точкой зрения.

— Значит, ты думаешь, что всех богов победила Ксантия? Аж четверых?

— Э-э… ну да. Ну, то есть, может у богов были какие-то договоренности, и бой проходил командами, а ей просто повезло остаться последней выжившей или добить остальных. Но ведь все так думают, нет?

— Ну, смотри. Я не стану тебе в деталях рассказывать, что битву богов никто не видел, как и безжизненные тела, которые у богов — неожиданно — были. Не буду рассказывать, что Ксантию выставили виноватой потому, что из земли полезла нежить. Не буду упоминать, что молитвы к богине смерти не работают, ровно так же, как и к остальным богам, и ее жрецы тоже оказались отрезаны от силы. И она так же не появляется на виду, как и остальные. Все это ты понимаешь и сам.

Арк отхлебнул пива из кружки, прокашлялся, прочищая горло, и продолжил:

— Но вот, что я тебе скажу. Если ты вернулся в прошлое недавно, и был еще мал, когда погибли боги, ты не видел того, что они тут временами вытворяли. А я видел. Бог мог создать движением руки легендарный артефакт, или превратить грязную улицу, которая отродясь камня не видела, в идеально ровную гранитную плиту протяженностью в три километра. Реальный факт, между прочим — здесь, в Оклорде, главная улица сделана Эмией, которая всего-навсего не пожелала идти по грязи, которой когда-то здесь было предостаточно. Это я тебе сейчас пример привел, чтобы ты приблизительно понимал уровень могущества богов. Представь себе, Вилатос: могучая властная сучка изменила рельеф города, убрала на главной улице все холмы и овраги, вместе с подвалами и фундаментом подняла часть домов, часть опустила, при этом в процессе не развалила город, не повредила и не осыпала стены ни одного колодца, между прочим, и превратила грязь в идеально ровный кусок гранита потому, что ей всего лишь не захотелось идти по грязи. Не телепортировалась, не ускорилась, не взлетела, что было бы гораздо проще и экономнее по вложенным силам, а потратила кучу энергии просто потому, что захотела. Каприз ценой в такое количество маны, какого я за свою жизнь суммарно не видел. Ты представляешь мощь такого существа, Вилатос? Ни черта ты не представляешь! Люди подгоняют факты к своей теории: мертвецы восстают, боги не отвечают, значит, Ксантия их как-то убила. Нежить нападает на нас — такова воля Ксантии. А то, что богине такой силы для уничтожения всех людей города потребовалось бы всего лишь рукой махнуть, или захватить контроль над всей нежитью материка и натравить ее на нас, они как-то не задумываются.

— В нее могут просто не верить, и поэтому у нее не будет сил…

Я осознал, что говорю глупость раньше, чем лорд Арк перебил меня.

— Погоди, погоди. Вот ты веришь в Ксантию?

— Да, — не раздумывая, ответил я.

— И я верю. И все, кто видел мертвецов и слышал историю про то, как они появились, верят. Будь она жива, сил у нее было бы очень, очень много.

— Ее могли ранить, лишить части силы, или она могла потерять разум, — продолжал я спорить из-за нежелания проигрывать.

— Отговорки. Если тебе интересно мое мнение — боги сдохли все и разом. И если я прав, то вопрос уже не в том, что делать с нежитью, или убивала ли Ксантия других богов. Вопрос в том, как погибли защитники нашего мира, и чем их отсутствие грозит всем нам. Как минимум, нежитью грозит, а максимум мне и представить сложно. Возможно, ты в будущем видел это и можешь сейчас мне рассказать.

Я вспомнил надпись на рунном кинжале, который использовали для контроля мертвецов. На лезвии оружия было выбито совершенно другое имя. Руны на том кинжале взывали не к Ксантии.

Интересная точка зрения у лорда. И логичная. Принимать ее на веру я не буду, но теперь и официальная версия не кажется мне такой незыблемой.

— Возрази, если я не прав, — продолжил лорд. — Я думаю, нежить сидит по городам и не идет к нам потому, что у неупокоенных недостаточно поводырей. Если бы их не было вовсе, зомби уже хлынули бы к нам из этих городов, неорганизованной толпой. Снесли бы деревни за счет массы, а потом их бы передавили, как кутят. Но нет — я уверен, что нежить контролирует мертвецов, за редким исключением, которое все же выбредает из лесов на стоянки, караваны и деревни. Мне кажется, те немертвые, что поумнее, уже несколько лет подряд перемещают своих неразумных собратьев в ближайшие некрополисы, копят их там.

— Все так, — признал я.

— Не задавайся вопросом, почему я тебе помогаю. Во-первых, ты — избранник богов, судя по тому навыку, что они тебе дали. И пусть богов уже не осталось, есть механизмы и заклинания, весьма могущественные плетения и артефакты, которые они оставили после себя. Не удивлюсь, если они придумали возможность вернуться из-за грани, но что-то пошло не по плану. Или всё идёт, как должно, а мертвецы — лишь побочный эффект их плана по возвращению. Во-вторых, я рассчитываю, что в благодарность за информацию ты ответишь на несколько моих вопросов касаемо будущего. И, в-третьих, судя по легендам, если появлялся человек, которого закидывали в прошлое, значит, история мира переживала не лучшие времена: возможно, этот человек не давал миру попасть в такую ситуацию, которая привела бы к его, мира, гибели. Или затяжному кризису на несколько сотен лет. Я не хочу, чтобы выжил лишь мой клан. Меня и сегодняшняя ситуация не устраивает, знаешь ли. Пять населённых городов — это не то количество людей, которые могут остановить нежить. Я прав?

Переломный момент в нашем разговоре. Теперь мне следует решить, что именно сказать лорду, и о чём именно его спросить. Сделать Арка союзником в борьбе против нежити — разумное решение. Думаю, стоит сообщить ему о крахе военных походов против засевшей в городах нежити.

— Да. Возможно, у людей и был шанс победить мертвецов без вмешательства из будущего, но следующие походы в мёртвые города оказались крайне неудачными. По сути, мы подпитывали нежить своей армией.

Я перечислил даты походов в мёртвые города.

— Ближайший из них будет совсем скоро, — задумчиво произнёс лорд. — У тебя есть какие-либо ресурсы, которыми ты бы мог помочь в этом походе? Есть ли шанс обернуть поражение в победу?

Я задумался. На самом деле, я не планировал присоединяться к походам против нежити так скоро — думал, что эту компанию придётся пропустить, так как сейчас я нахожусь в самом низу социальной лестницы, и у меня нет влияния ни на главнокомандующих, ни на героев, что будут участвовать там.

— На данный момент мне нечем усилить поход, — признался я. — У меня есть секреты мастеров из будущего, есть собственные наработки, но пока я решил развивать свои способности и наращивать свой ранг. Хочу побыстрее достичь ранга грандмастера.

— Понимаю, — хохотнул глава клана. — лучше прямо скажи, что хочешь достичь ранга, который находится за грандмастером.

— Не понимаю, о чем вы.

— Да брось. Каждый, кто прожил достаточно, знает или догадывается о том, что за грандмастером есть следующий ранг.

— Бог, — произнес я, и ощутил, насколько привлекательно и в то же время кощунственно это прозвучало.

Глава 2

Следующий час я только и делал, что отвечал на вопросы. Что в будущем станет с кланом Кровавой луны, что случится с другими кланами. Рассказал все, что знаю о прошлой жизни Глебоса — не так уж и много. Спросил, где парень сейчас, и как у него дела, но внятного ответа не добился.

И раз за разом отвечал на вопросы о политике. Меня и лорда интересовали разные вещи, я не слишком-то внимательно следил за политическим движением: зачастую я не знал названия компаний и торговых домов, о которых спрашивал меня Арк. Как только лорд это понял, он принялся задавать общие вопросы, на которые по большей части я отвечал. Что станет в ближайшее время с мэрами, кто сменится, кто усилится — это я помнил, пусть и путался в датах, и называл лишь примерные. Я не представлял, как можно использовать эту информацию, вдобавок не хотел вмешиваться в политику, убивать время на знакомство с высокородным обществом, обзаводиться своим собственным особняком с большим бальным залом и помещением для фуршетов, или как это называется. Участие в политических игрищах — абсолютно не моё занятие. Мне по нраву другой вариант действий: воспитать нескольких големостроителей, научиться создавать или попросту захватить машины типа ликвидатора, и освободить города, имея в подчинении небольшой отряд. Довольно реальный вариант, кстати: если ликвидатор стоит пятнадцать тысяч золотых монет, то рано или поздно я на него накоплю. Было бы грустно, если бы такая машина вовсе не продавалась, а если уж у гильдии есть такая машина, и цена за нее назначена, то проблемы особой нет: всё упирается во время, необходимое для заработка. А с одним ликвидатором и с десятком-другим големов поддержки можно прорваться в какой-нибудь наводнённый нежитью город, не из ближайших, где мёртвые копят силы и ждут живых.

Пока мы разговаривали, я лихорадочно обдумывал, стоит ли просить помощи у главы клана. Мне не помешали бы ни деньги, ни прочие ресурсы — они мне никогда не мешали и их переизбыток никогда не мог меня смутить. Но нужно завернуть просьбу так, чтобы лорд Арк не подумал, что я несамостоятельный мальчик, раз он уверен в наличии у меня козырей. Чужое мнение мне было безразлично, но не в том случае, когда оно влияет на будущие отношения со столь важным человеком. Разумеется, у меня уже сложилось негативное впечатление о лорде Арке, если бы у меня был выбор, я бы предпочёл иметь дело с кем-нибудь другим, но выбора как раз не было.

— Кстати, вы спрашивали о том, могу ли я помочь будущему походу на нежить, — сказал я, когда ответил на очередной вопрос. — Мне бы не помешала помощь с поиском информации. Я был бы признателен за любые сведения об изготовлении големов, доступных лишь мастерам и грандмастерам: схемы, секреты, и прочая информация. Я смогу добыть деньги и материалы, но с информационными ресурсами у меня слабовато. Я знаю, как изготовить несколько моделей высококлассных големов, но это будут ограниченные машины.

— Я посмотрю, что можно сделать, — ответил глава Кровавой луны, ничего толком не пообещав. — Кстати, хотел обсудить ещё один вопрос. Я слышал, что у вас в Гильдии умер настоятель. Ты можешь занять его место? Это даст тебе массу очков влияния.

— Я предпочёл бы зарабатывать эти очки как-нибудь по-другому, — покачал я головой. — Не люблю сидеть на одном месте и руководить людьми. Да и не считаю, что ребёнок способен выиграть это соревнование за власть.

— Понял. Спасибо за содержательную беседу, Вилатос, вынужден тебя покинуть. Если захочешь связаться со мной, и сообщить ещё что-нибудь интересное, можешь обратиться в ближайшее отделение Гильдии Воров и сказать, что желаешь связаться со мной. Скорее всего, человек, которому ты передашь такую просьбу, будет отрицать подобную возможность, но весть до меня дойдет. Или, если я сочту возможным передать тебе некоторые данные по твоему архетипу, при следующем посещении Гильдии тебе передадут документы. А возможно, передадут и без посещения Гильдии, если не будешь прятаться.

— Хорошо, — улыбнулся я, думая о том, что с этого дня буду особенно аккуратен в делах с Гильдией Воров. Гнилые стукачи. Конечно, я не рассчитывал, что они будут ревностно хранить тайны своих клиентов, но всё равно испытал легкое разочарование.

Глава клана вытер руки о скатерть и протянул мне чистую ладонь. Я пожал руку, параллельно думая, что тактильный контакт — лучший способ меня прикончить для человека, чей сын управляет молниями. Сразу после рукопожатия лорд вышел из едальни, и спустя минуту сюда вошли хозяин заведения и прислуга. Через зрительный модуль голема, что стоял у входных дверей, я наблюдал, как Арк вместе со своими воинами отошел подальше от заведения, переговорил с ними о чём-то, сжал артефакт и исчез, воины же отправились куда-то пешком.

А вот у меня желания уходить пока ещё не было. Требовалось осмыслить диалог.

Самая главная информация, которую дал мне лорд Арк — после грандмастера существует ещё один ранг. И сейчас мне нужно разобраться, верить ли этому утверждению.

Если Арк не лгал, значит, были боги, которые прошли путь от смертных до сверхсуществ. Или не до сверхсуществ, а просто до людей с невероятными силами и возможностями? Судя по недавнему рассказу о создании дороги, второе гораздо вероятнее. И именно к этому лорд готовил сына: к прорыву на новый ранг. Бог во главе клана — это вообще нечто невероятное. С учетом этого факта фраза «С нами бог, так кто же против нас?» обретает новый смысл.

Стоит ли мне пытаться добиться этого нового ранга? Разумеется. Но прежде нужно достичь хотя бы грандмастера.

А еще — стоит навестить местную библиотеку и хотя бы косвенно выяснить, лгал ли лорд Арк, или говорил правду.

— Уважаемый, — обратился ко мне хозяин «Приюта мясника», едва я встал из-за стола и отправился на выход, — может, рассчитаетесь за своего друга?

— В первый раз его вижу. И сомневаюсь, что вы его догоните, чтобы стребовать плату. Нужно было суетиться раньше.

Тенеплет покинул заведение вслед за мной.

На улице разгорались огни фонарей. Я вышел, посмотрел на темнеющее небо. Вряд ли сейчас библиотека открыта. Пожалуй, займусь поиском информации завтра. И завтра же приступлю к усовершенствованию Тенеплета. Голем показал себя отлично: скрытность на максимальном уровне. Он находился в одном помещении с человеком, чей архетип явно не ниже мастера, и тот его не вычислил. Уже достижение. Добавить ему брони попрочнее, и смогу не беспокоиться, что диверсанта убьёт первый же удар, нанесённый по площади.

Остаток дня я потратил, вычисляя границы доступных Тенеплету заклятий. Так и не протестировал главный его навык — не хотел сливать ману в ноль, зато вычислил его способности при наступлении вечера. А на следующий день сразу же выдвинулся в библиотеку.

Вопреки моим ожиданиям, в местном хранилище знаний не нашлось предыстории ни одного из богов. Либо сущности зародились каким-то непонятным мне способом, либо вся прямая информация вычищена из общего доступа. Что ж, буду искать по косвенным признакам. И для этого мне потребуется «Альманах заклятий», «Полная история божеств» и еще четыре книги о заклятиях, доступных жрецам каждого бога.

Я рассуждал так: если человек достигает ранга бога, и становится ответственным за определённый спектр силы, за некий список заклинаний, то вот вопрос — был ли тот спектр до его становления богом? То есть, была ли та же некромантия до появления Ксантии? Были ли всяческие аналитические заклинания до появления Захарии? Какими возможностями, к примеру, стану обладать я, если дойду до верхушки големостроения — перехвачу управление над големами, или создам совершенно новый пласт заклятий и силы?

В «Альманахе заклятий», сопоставив даты появления некромантических заклятий, я выяснил, что около десятка из них приходится на период от четырех до четырех с половиной сотен лет назад. И эти заклятия были если не самыми сильными, то точно самыми удобными для некромантов — я сопоставил информацию, которую слышал в прошлой жизни по поводу жрецов Ксантии, и понял, что именно эти заклятия составляли часть их магического арсенала.

Что интересно, о заклятиях, которыми пользовались некроманты до этого периода, я даже не слышал, и описание этих заклятий даёт представление о них, как о весьма громоздких конструкциях, сильно связанных с ритуалами.

Кстати, в «Полной истории божеств» Ксантия появляется около четырех сотен лет назад, что как бы намекает на связь между событиями. А вот когда я попросил библиотекаря найти мне список героев того времени, в нем не было ни одного упоминания о великой некромантке. Ничего, я упорный, и у меня есть ещё четверо божеств.

Я посмотрел на даты появления каждого из них, и попросил выписать мне героев с соответствующими способностями. И таки нашел Захарию — если это всё-таки он. В то же десятилетие, когда появился этот бог, по материку носился ученый Сафар, с архетипом Исследователя. Этот человек пробовал себя во многих профессиях: был археологом, крафтером, кузнецом. Не знаю, как ему удалось дойти до грандмастера с таким впечатляющим списком навыков, но видимо, как-то удалось.

В книге, что выдала мне библиотекарь, этому человеку уделили всего одну страницу, и мне не удалось найти дополнительную информацию о нем. Женщина сказала, что в Ублефесе библиотека гораздо обширнее, и там можно отыскать дополнительные данные, но туда я ради этого не поеду.

Самое главное — мне не удалось найти информации о смерти Сафара. Просто человек в один момент исчез. И, как я подозреваю, родился бог.

Боги убрали все упоминания о своих связях с миром смертных. Возможно — для того, чтобы вымарать связь с «низшими», но не исключено, что на небесном Олимпе попросту было мало места, и боги не хотели его урезать. И потому все грандмастера скоропостижно умирали. Если все так, как я думаю, тогда что убивает их сейчас? Механизм, созданный богами, какое-то существо, или грандмастера-конкуренты?

Кстати, а ведь есть еще какой-то «Кигулар», связанный с некромантией. Именно его имя было выбито на кинжале, который поднимал мертвых.

Может ли быть так, что некий некромант не утратил силу, достиг ранга грандмастера и вплотную подошёл к рангу бога? Вполне может быть. А возможно ли такое, что шагнуть на следующий ранг ему мешает всеобщая вера в Ксантию? Да, вполне. И вера в Ксантию, и всеобщий страх перед некромантами.

Но тогда я не понимаю, почему он не стал продвигать свое имя в качестве повелителя мертвых. Грандмастер — это архичеловек. Не представляю, что должно случиться, дабы он стал опасаться появляться на публике и продвигать свое имя.

А еще — он может сдерживать мертвецов в городах. Но это уже весьма непонятная мне многоходовочка — зачем ему это делать? Зачем Кигулару истреблять людей, как это поможет ему в становлении богом? Мертвецов хватает и так, не стоит увеличивать их число.

А еще вот какой момент. Для того, чтобы зачарованный тобой, или с твоей помощью клинок работал и подчинял нежить, которую ничто иное подчинять не может, ты должен быть невероятно силен. Я даже не представляю, каким должна быть сила этого человека, раз его имя имеет такой вес. Правда, есть у меня догадки, что Кигулар — не человек вовсе, а какое-то непонятное существо, возможно — выходец с иного плана реальности, или, как и я — попаданец, но сохранивший свои силы, но эти версии были ничуть не лучше варианта, где Кигулар сдерживает мертвецов в городах.

Вот бы взять големов, прочесать лес возле Вяжска, выловить того некроманта и выбить из него признание, где он добыл кинжал.

Кстати, еще можно рискнуть и навестить одного из зачарователей, попробовав с его помощью выбить на совершенно обычном клинке рунную надпись, идентичную той, что была на артефактном клинке. Но для такого поступка у меня слишком много мозгов. Интересно было бы понять, сработает ли, но минусы существенно весомее интереса. Во-первых, не хочу, чтобы меня связывали с некромантами, во-вторых, взывание к сущности, чьего происхождения ты не знаешь — отвратительная идея. Так можно и до каких-нибудь демонов или дьяволов докричаться. И придут.

Я вышел из библиотеки с ощущением, что, скорее всего, лорд Арк не врал. Даты жизни героев сходились с датами появления божеств, что намекает: его история может быть правдива. Я, конечно, еще поищу информацию, но складывается впечатление, что если лорд и хочет меня где-то обмануть, то не в этом вопросе. Вероятно, Арк желает использовать мои знания, и вместе с пакетом данных по големостроению пришлет мне новый список вопросов, которые сможет придумать к тому моменту. А может, пришлет вопросы и без необходимых мне данных.

Ладно, пожалуй, стоит заняться вопросами, которые я все откладывал на потом.

В первую очередь я добрался до Гильдии Воров и заказал еще три амулета с личиной: одеждой для иллюзии деда я выбрал простую кожаную броню. Не яркий костюм, конечно, как у настоятеля был, зато в такой одежде можно и по трущобам прогуляться, и в чей-нибудь особняк зайти будет не стыдно. Хотя, конечно, одежда для особняка будет выглядеть бедновато, но не так, как обычный балахон. Амулеты ограничены по сроку действия, но действовать начинают с момента активации, так что с этим проблем не будет.

Слегка погонял Тенеплета, который за ночь успел накопить себе заряд энергокристалла.

Во всем, кроме скрытности и брони механизм показал себя среднячком. Его скорость и ловкость заслуживала уважения, но он явно не сможет соперничать с големами, заточенными под скорость. Силой не отличался, но на силу я и не рассчитывал — для переноса тяжести обыкновенные болваны есть.

Скрытность на весьма высоком уровне, это я уже говорил. Броня плохонькая, но насколько я успел ощупать голема, пробить ее с первого же удара противник не сможет. Впрочем, ему нужно лишь помять ее в области корпуса, чтобы в дело вступили охранные заклятья, и голем самоуничтожился, сохраняя свои секреты.

Противоречивая покупка, на самом деле. Я доволен големом, доволен тем, что взял его, не жалею ни о чем, но все же, когда ты приобретаешь механизм, ты рассчитываешь, что будешь пользоваться всем механизмом. А тут тебе, весьма любопытному человеку, не дают лезть в самое интересное место — в корпус купленной машины. Ну вот и кто создатель Тенеплета после этого? Его где-то в столице уже черви лет семь, как доедают, а его запреты живы…

Чтобы защитить свои вложения, я отправился по кузнецам, в крохотный ремесленный квартал. Мне нужно было найти человека, который сможет создать листы стальной брони, определенной толщины и формы. Я хотел создать крупные листы на корпус, которые будут идти, наслаиваясь друг на друга, как чешуйки. Металл должен быть достаточно прочным и тонким, чтобы защитить корпус от деформации, но не столь массивным и тяжелым, чтобы голем не мог сдвинуться с места и утратил свою ловкость.

Поиск по ремесленному кварталу оставил звон в ушах, возбудил легкую ненависть к громким ударам молотов по заготовкам и привел меня к нескольким специалистам.

Первый кузнец занимался ковкой доспехов всю жизнь, и достиг ранга подмастерья. В его лавке нашлись готовые листы, которые нужно было лишь местами обрезать, выгнуть и расположить друг поверх друга.

Именно этот седой дородный дядька на лету ухватил мои объяснения насчет того, какой я вижу броню голема и сказал, что справится с заказом за неделю: похоже, мужичок просто не хотел работать, потому задал максимальный срок для дела. Или — продаст мне необходимые стальные листы всего за пять золотых монет, а выгибать и обрабатывать их в дальнейшем придется мне.

Второй подходящий мне кузнец оказался обладателем пары зачаровательных навыков. У этого готовых пластин не было, но присутствовало желание заработать, потому он предложил мне выход. Принести ему любые пластины и отдать сорок золотых за работу, чтобы он эти пластины зачаровал: выбил руны и попытался собрать из всех бронечешуек защитный артефакт. Ключевое слово — «попытался», потому что создание артефакта — процесс неоднозначный, завязанный на рандом. Может получиться, а может не получиться, но деньги я должен буду отдать в любом случае, просто во втором человек разведет руками.

Артефакты не стоили бы золотых монет, если бы их можно было изготовить так легко. И наковальня не ценилась бы, как и прочие артефакты, повышающие шанс успешного крафта. И даже если ты обвешаешься всевозможными амулетами, возьмешь артефактную наковальню, артефактный молот, зайдешь в кузню с бафом на изготовление артефактов, не факт, что у тебя хотя бы половина работ станет артефактами. По сути, кузнец называл справедливую цену, именно столько стоила бы попытка создать артефакт, и вещи, повышающие вероятность успеха процесса у него наверняка были — судя по внутреннему виду, лавка не бедствовала, и выставленные на продажу артефакты присутствовали. Но меня не покидало чувство, что мне предлагают выкинуть деньги на ветер. А терять сорок золотых я не готов. Легко погнаться за удачей, и после первой провальной попытки потратить золото на другую, убеждая себя в том, что шанс обязательно станет выше, потом — на третью. И по итогу в выигрыше может остаться один только кузнец.

Третий кузнец был специалистом по сплавам. Он мне предложил несколько алхимических сплавов: тот же тувинский металл, кровавое железо и холодное железо. А когда я отверг все сплавы, либо по причине излишнего веса, либо — по дороговизне, предложил мне мифрил по безумной цене.

Я уже думал насчет того, чтобы покрыть голема мифрилом из кандалов, но Тенеплет, если честно, того не стоил. Вот если создавать бюджетную копию ликвидатора — да, тогда можно расплавить кандалы. А вот в случае Тенеплета — дешевле будет покрыть голема серебром. Есть механизмы гораздо лучше, чем Тенеплет, на которые не будет жалко потратить такой ценный ресурс.

Конечно, мое мнение может быть ошибочным: все-таки металл сейчас лежит без дела, а мог бы искоренить проблему с броней Тенеплета: это сделает механизм гораздо сильнее. Да и металл от меня не уходит, ведь даже при гибели голема пластины можно собрать и переплавить, или установить на другой механизм. Но все же, все же… Да и попробуй, удержи язык кузнеца за зубами. Информация о том, что у меня есть мифрил, уйдет на сторону, а я пока не хочу пробиваться через толпы обезумевших от жадности людей.

Подумав, я решил остановиться на первом варианте, только за срочность доплатил кузнецу еще пять золотых — ждать неделю, пока человек займется моим делом, не было желания.

Получается, отдал десять монет, хотя мог отдать пять. У меня сердце обливалось кровью, когда протягивал человеку драгоценные кругляши. Расставаться с монетами было жаль. Хотя, цена приемлемая, жадность требовала хотя бы мысленно возмутиться удвоенным тратам.

И только сейчас я поймал себя на мысли, что Тенеплет, проникающий всюду, просачивающийся через закрытые двери и ставни — это не просто диверсант, но и вор. Всего-то и делов: материализоваться посреди помещения, схватить драгоценность и исчезнуть. Из всех трат — только минус по энергии и возможность попасть в прицел следящих заклинаний. Не сомневаюсь, что та же Гильдия стала держать в секрете факт приобретения мною голема, и если пропадет что-то ценное у кого-то важного, все заинтересованные люди поймут, что из истории торчат уши Тенеплета, но…

Я мотнул головой. У меня много плохих черт: я жадный, иногда не довожу дела до логического конца, не слишком умный и внимательный — иначе бы в первый месяц со знанием будущего смог бы подмять под себя половину Вяжска. Но мне в голову ни разу не приходила мысль обчистить кассу дядюшки Бу, или своровать артефакт Глебоса. Обыск повозок купцов — это другое. Там дядьки должны были мне за спасение своих жизней, и если бы не собрали сотню золотых, мне пришлось бы все-таки открывать тот ящик и проверять, есть ли там что интересное. Да и не забрал я их вещи, не ринулся перетаскивать товары, едва отвез их в город.

Не знаю, как объяснить, но как по мне, существует какая-то грань, которую я пока ни разу не переходил. И воровство золотых монет у людей, которые мне ничего плохого не делали, находится как раз за этой гранью.

Глава 3

Ахрил с самого детства был крепким и очень любознательным парнем. Одно качество — спасало, а вот другое постоянно втягивало его в различные неприятности.

Когда ему исполнилось пять, отец впервые обнаружил его у разожженного горна в кузне, куда Ахрилу запрещено было заходить, и высек до ужасных синяков. Но это не остановило паренька: спустя три дня, когда синяки слегка поджили, мальчишка снова зашел в кузню, где работал отец и попросился помочь. В этот раз кузнец просто выставил сына за дверь. А в третий раз сдался и поручил подносить лёгкие инструменты.

Про таких говорят: «врождённый талант». Паренёк быстро перенимал науку отца: как плавить металл, заливать его в формы, ковать и закалять изделия. Его молодость и любопытство к семейному делу позволяли ему развиваться, вырастая в мастера, достойного своего отца.

Вскоре Ахрил стал самостоятельно создавать небольшие предметы из металла: кинжалы, ножи, простенькие украшения и инструменты. Его детские руки не могли поднять тяжёлые инструменты, потому он не мог создавать громоздкие щиты и мечи, но даже небольшие творения вызывали восхищение у местных жителей.

К десяти годам Ахрил начал участвовать в различных соревнованиях по кузнечному мастерству. Уникальные навыки парнишки позволяли ему с легкостью справляться с большинством задач, стоявших перед участниками. Отец передал парнишке знания алхимии, которые могли помочь в закалке металла, и пересказал все, что знал сам. Удивительный парнишка к четырнадцати годам смог добиться архетипа. Система, оценив его знания и возраст, не стала размениваться на обычные варианты, а расщедрилась на такое предложение:

Выберите архетип.

[Мастер-кузнец. Универсальный архетип опытного ремесленника, владеющего искусством обработки и формирования металла. Он использует разнообразные техники обработки металла при создании различных видов оружия, брони и прочих предметов]

[Ювелир. Архетип специалиста в изготовлении ювелирных изделий, таких как кольца, ожерелья, серьги и браслеты. Ювелир использует различные драгоценные и полудрагоценные камни, металлы и другие материалы, чтобы создавать артефакты и прекрасные украшения]

[Оружейник. Архетип специалиста по созданию и ремонту оружия. Он имеет глубокие знания о различных типах оружия, о структуре, функциональности и материалах для ковки. Оружейник специализируется на изготовлении и восстановлении оружия из деталей. Имеет шанс на создание атакующих артефактов]

Только вот к тому моменту паренек заболел другим увлечением. Какой толк обрабатывать статичный, мёртвый металл, если можно создавать живые орудия?

Ахрил никому не сказал о предложении системы — просто скрыл его, и принялся узнавать у отца то, в чём пожилой кузнец и сам не слишком-то разбирался. Как ковать корпус, голову и конечности големов, как закалять металлы механизмов, как создавать лучшие шарниры, чтобы движениям конечностей ничего не мешало, как совмещать полученные детали.

А потом и сам выковал основу голема, используя всё своё умение. Получившаяся основа голема походила на человека и лицом, и фигурой: паренек потратил два года, чтобы создать в обычной кузнице шедевр. Големостроитель, временами посещавший кузницу и заказывающий детали, был в восторге и отвалил целых двенадцать золотых монет за творение Ахрила, но подросток работал над этим не ради денег. Впервые в жизни он столкнулся с препятствием, которое не смог одолеть даже с учётом своего мастерства: полая железная статуя, прекрасная статуя, не ожила.

Тогда Ахрил решил, что стоит с головой окунуться в мир иного архетипа. Четыре золотые монеты подросток отдал отцу, а восемь оставил себе, для поступления в Гильдию Големостроителей. Теперь у него была совершенно другая цель.

* * *

Выборы нового настоятеля прошли в огромном зале, где я еще ни разу не был. По всему периметру были расставлены удобнейшие лавки: тут навскидку было мест четыреста, вот только когда собрались все патентованные мастера, зал выглядел пустовато. Я насчитал здесь шестьдесят девять человек, включая присутствующего зачем-то грузного мужика в броне городской стражи. Наверное, для придания собранию веса.

Сюда никто не привел големов — оставили за закрытыми дверями зала. Вероятно, чтобы не соблазнять кандидатов возможностью сократить число оппонентов. Впрочем, это не помешало Теневику проскользнуть по сумрачной, выцветшей изнанке мира и остановиться под моим стулом. Интересно, сколько подобных козырей имеет при себе каждый избиратель?

Напротив рядов лавок стоял подиум с трибуной. И когда все собрались, именно туда первым поднялся старик Сулумун.

— Надеюсь, вы не против, если первым выступление начну я? — спросил он, уже стоя за трибуной.

— Вообще-то, очередность выступления определяет жребий, — звонко и возмущённо ответил ему мужчина лет двадцати пяти. Я присмотрелся к этому человеку. Высокие скулы, голубые глаза, но во взгляде, направленном на старика — презрение и гнев. Не любит людей, которые лезут к трибуне без жребия, или есть другая причина?

— Иртко, дай старику Сулумуну выступить! — возмущённо сказал Аслан. Несколько человек, судя по всему из команды старика, поддержали просьбу гулом и короткими репликами:

— Да, верно!

— Пусть выступит!

Подождав, пока выкрики и разговоры стихнут, старикан продолжил:

— Вот и отлично. Спасибо всем за поддержку, я не займу у вас много времени. Я лишь хочу обратиться ко всем, кто здесь собрался, хочу поделиться своим видением и идеями, которые намерен реализовать на должности настоятеля Гильдии Големостроителей.

Представьте себе, каких результатов вы сможете добиться, если мы откроем запечатанные сейфы в доме мастера Иргана, упокой боги его душу, и узнаем секреты, которые хранил почтенный. Создание големов-магов, полная схема строения Колосса и Апостола, советы по изменению архетипа под еще более подходящий вам. Мне необходим ваш голос, ваше доверие и поддержка. Обещаю, если настоятелем стану я, обеспечу вас этими знаниями.

Я уверен, что только я обладаю необходимой информацией и навыками, чтобы привести Гильдию Големостроителей к новым высотам процветания. Я обещаю не только создать производственную линию для боевых машин в черте города, но и обеспечу процветание для жителей города, что станут трудиться там: для ваших соседей, родственников. Я стану работать на благо Оклорда и Гильдии. Приложу все силы для создания новых рабочих мест, обеспечу ваших сыновей, дочерей и племянников качественным архетипом, если они решат присоединиться к Гильдии.

Старикан перевел дух и продолжил:

— На этом я закончил бы свою речь, но есть еще один вопрос, который лучше задать вам сейчас. Я хотел бы обратить ваше внимание на своего конкурента Иртко, кандидата, который твердит, что может эффективнее управлять нашей Гильдией. Но вот что я хочу спросить: можете ли вы доверять человеку, чей жизненный опыт потрясающе мал, человеку, который не имеет связей с городскими властями? Мальчик гениален, спору нет, но гениальность не синоним хорошего управленца. Дорогие члены Гильдии, я хочу, чтобы вы знали, что я обладаю глубоким пониманием наших архетипов. Я уважал мастера Иргана, относился с пониманием ко всему, что он делал для нас. И я знаю, какую роль в развитии и жизни города играют големы, играет каждый из присутствующих. Проголосуйте за меня, и вместе мы построим яркое будущее для нашего города и Гильдии Големостроителей!

— Да лучше уж пацана, чем тебя, вьюн скользкий, — проворчала сидящая рядом со мной старушка. Тем не менее, старика проводили овациями.

Следующим к трибуне пошла высокая и статная женщина, но до самой трибуны не дошла. С места поднялся Сулумун, и вежливо заметил:

— Дорогая Аигира, при всем моем невероятном уважении к вам, но сегодня на трибунах выступают лишь кандидаты.

— А я кто? — с недоумением спросила женщина.

— А, вы разве кандидат на должность настоятеля? Вы ведь не подали заявку на свою кандидатуру в установленном правилами порядке.

После этого зал зашумел, но команда Сулумуна говорила громче и дольше. Женщина смешалась, и произнесла что-то типа «к дьяволам этот фарс».

Третьим на трибуну вышел Иртко. Шагал вроде бы уверенно, но напряженный взгляд, направленный строго впереди себя, и «оловянные» глаза говорили, что выступать этот человек не привык. Понимаю его — сам не люблю находиться в центре внимания. Хотя и не теряюсь, когда приходится.

А вот у Иртко все не так радужно. Когда этот человек встал за трибуну и поднял голову, взглянув на сидящих, он на несколько мгновений замер, потерялся. Впрочем, собраться его заставил отчетливый смешок, прилетевший со стороны Сулумуна.

— Прежде всего, я хочу поприветствовать… — начал было мужчина, но споткнулся, когда Сулумун громко рыгнул.

— Продолжайте, не обращайте на меня внимания, — махнул он. — Проблемы с желудком. Стар… э-э… Взрослость.

Но настрой големостроителя был уже подорван. Мужчина попытался собраться: видимо, заранее выучил речь, но стоило его оборвать, и заготовленные фразы посыпались, выскользнули, будто намазанные жиром.

— В общем, я хотел сказать… Э-э…

Будь я младше, мне было бы ужасно неловко за этого Иртко, я бы сочувствовал ему и сжимал кулаки, ощущая то, что ощущал когда-то в похожих ситуациях. Теперь же было слегка жаль этого големостроителя. Я смотрел, как на лице Иртко появляется отчаяние, как он пытается начать свою речь, и срывается на междометия. Как его одежда темнеет пятнами пота, как крупные капли выступают на щеках, на лбу человека.

— Мастер Иртко, — насмешливо и громко произнес Аслан. — Вы собираетесь выступать? Если нет, освободите, пожалуйста, трибуну.

И Иртко собрался. Перешагнул через себя, выпрямился и сказал:

— Господа големостроители, я приветствую вас. Не буду упирать на то, что я сделаю: у меня нет готового плана действий, но я могу сказать, чего я точно не сделаю. Я не распродам имущество Гильдии, не набью карманы и не уйду из Оклорда. Я не сломаю структуру нашей Гильдии, не подложу ее под мэра или другую структуру. Я сделаю все возможное, чтобы сохранить ее такой, какая она есть. А потом, когда разберусь, как работает все в этом городе, стану преумножать благосостояние Гильдии.

— А я предлагаю вам выгоды уже сейчас, — тоном змея-искусителя произнес старикан. Сказал тихо, но услышали его все.

— Господин Сулумун! — резко ответил Иртко. — Я не мешал вашему выступлению, так что будьте добры, воздержитесь от того же!

— Конечно-конечно.

Иртко еще добавил пару обещаний. Звучали те довольно искренне, но старикан со своей кодлой позаботился о том, чтобы сорвать выступление оппонента. Грубо, но действенно. Не знаю, сколько этот человек потерял очков, но сколько-то точно потерял.

За Иртко вышел еще один юноша, протараторил вступительную речь — обтекаемую и безликую, и присоединился к сидящим в зале.

Началось голосование. Каждому дали шелковый мешочек с тремя камнями — черным, белым и зеленым. Черный закрепили за Иртко, а белый — за стариканом. Мне пришла в голову мысль, что корявые лапки старикана дотянулись даже до выбора цвета, слегка «очернив» образ оппонента.

А потом между рядами пошел послушник с широким круглым подносом. И люди принялись опускать камешки на металлическую поверхность. Кто-то клал беззвучно, кто-то — швырял, будто игровые кости.

Старикан не успокоился, и пару раз подтолкнул избирателей к нужному ему выбору:

— Мастер Ордор, голосуйте. Я надеюсь, вы помните, как получили свой патент. Мастер Литил, я знаю, как вы любите знания, и уверяю…

Чем больше камней лежало на подносе, тем радостнее звучал голос старикана. Белых камней явно было больше. Зеленых было всего три.

— Да это не выборы, а какой-то фарс! — взорвался наконец оппонент старикана. — Ты запугиваешь и подкупаешь народ, но на Гильдию тебе плевать! Ты пустишь филиал по миру, а големостроителей положишь под всех аристократов этого города, чтобы те обслуживали их личных големов!

— Господин Ферикс, будьте добры, зафиксируйте это, — убийственно спокойным голосом сказал Аслан. — Попытка сорвать важное заседание Гильдии. Нарушение общественного порядка.

Грузный стражник неторопливо кивнул, залез ладонью под броню и вытащил оттуда помятую кипу бумаг и алхимический карандаш. От такого у оппонента коварного старикашки терпение лопнуло: он поднялся с лавки и покинул зал. Впрочем, на его уход обратили внимание лишь несколько человек: люди, что голосовали за него, растерянно проводили своего кандидата взглядами.

— Будьте любезны, подсчитайте голоса, — столь же равнодушно сказал старик. — Кто желает? Может, вы, Мирри? Алекса? Николас?

Какие-то странные у них правила проведения голосования, если честно. А еще я сомневаюсь, что сделал правильный выбор. Может, стоило поразмыслить над ситуацией, походить, поспрашивать людей, а не продавать свой голос ушлому злодею?

В любом случае, один голос здесь мало что изменил бы. Для того, чтобы биться со стариканом на равных, мне нужно как минимум тридцать. И поддержка оппонента, что противостоял старикану. Но хочу ли я лезть в этот змеиный клубок? Если честно, не слишком-то и хочу.

Да и в прошлом варианте мира наверняка была такая же ситуация, после того, как стало известно о гибели настоятеля. Если, конечно, к тому моменту старика не разбил паралич, или не произошло что-то столь же радужное и хорошее для Гильдии и города.

Разумеется, на выборах победил Сулумун, причем с разгромным счетом, после чего принялся ходить от человека к человеку: о чем-то договариваться, обещать что-то. А вот я не желал оставаться в зале: своё чёрное дело я сделал, за злого старика проголосовал, можно и идти.

Подходя к лавке зачарователя, я на всякий случай надел артефакт личины, оставил голема и свернул к дверям. Старикану с мрачным взглядом наверняка предложат больше, чем подростку. И меньше шансов, что попытаются надуть.

Продавец за прилавком хитро улыбался. Не люблю, когда люди, у которых я собираюсь что-то купить, хитро улыбаются. Не к добру это.

— Мне нужен артефакт на заказ.

Лицо продавца сразу же приобрело сочувствующее выражение:

— Ой, это будет дорого. Искусство создания артефактов — дело сложное, требующее глубоких знаний…

— Насколько глубоких? Глубже, чем зачаровательный зал в вашем подземелье? Обширнее, чем дорога до лавок Ублефеса, где продаются лучшие артефакты этого полумертвого мира?

После намёка, что я могу поискать требуемое в других местах, продавец поморщился.

— Какой именно артефакт вам нужен?

— Нож, — сказал я. — Длиной сантиметров в двадцать пять. У меня есть существо, которое может перемещаться в тень на определённое время. Я хочу, чтобы оно смогло проводить там куда больше, чем обычно. И артефакт должен ему в этом помочь.

— Может, вы хотите использовать для этого кольца, ожерелье?

Я поморщился, и помотал головой. Кольца и прочая бижутерия к големам не подходила. Кольца, надетые на их пальцы, попросту не действовали. Единственное, что работало — это разнообразные артефакты-щиты, магическое оружие. Ну, еще один артефакт можно было привязать к магическому кристаллу и спрятать в грудь голема — именно так обеспечивали себе щиты големы-телохранители в Гильдии. Это — не то же самое, что создать голема, который может обращаться с магией, как Тенеплет, например. Это что-то более суррогатное.

— Давайте обсудим характеристики предмета и цену. Как я понимаю, вам нужен необычный предмет?

— Нет. Мне требуется что-нибудь не ниже редкого ранга.

— Эпическое оружие мастер изготовить не сможет, — сразу предупредил собеседник. — За таким вам в самом деле нужно будет идти в Ублефес.

— Хорошо, меня устроит редкое.

— Имеет значение способ, которым предмет будет увеличивать время нахождения в тени? Сродство с тенью, или просто увеличение действия пассивных навыков, связанных с планом тени?

— Нет, мне важен только результат.

— Цена все равно будет высока, — произнес мужчина. — Наш мастер не возьмется за работу, если вы предложите ему меньше десяти золотых монет.

Я цокнул языком, подумал о бумаге на огромную сумму, что лежала в сумке, и лицемерно произнёс:

— Действительно, дорого. Но, пожалуй, десять монет я готов отдать.

— Половина — задаток. При всем уважении, — слегка поклонился продавец, и принял протянутые монеты.

Пожалуй, теперь — время навестить кузнеца, что делает броню для Тенеплета. Вчера я зашел в кузницу, посмотреть, как продвигается работа, а спустя полчаса «наблюдения» понял, что руковожу Железным, который стоит у горна, удерживая щипцами заготовку. Мы с кузнецом ворчали друг на друга, переругивались и обсуждали, как выполнять его работу. Временами кузнец осекался и смотрел на меня так, как и стоило смотреть на подростка, который слишком много знает для своего возраста, но пара язвительных комментариев сбивала его сосредоточенность, и мы продолжали работать и переругиваться.

Последние дни прошли очень продуктивно. Я купил и выпил эликсир «физической крепости», что советовал трактирщик — тогдашние проблемы, связанные с деньгами, для меня теперь не являлись проблемами, и я легко достал требуемое. Ощущения никак не поменялись, но пассивный навык добавился в статус, и использовать ускорение я теперь мог гораздо дольше. Круто! Но теперь я буду развиваться еще медленнее, и, возможно, при следующей битве с каким-нибудь личем опять не получу повышения навыков.

Увы, книги навыка «самоконтроля» в книжной лавке не оказалось — ее пришлось заказывать, но даже не это являлось проблемой. Нюанс был как раз во времени — заказанную книгу необходимо было ждать две недели. Надеюсь, через две недели я буду где-нибудь рядом, и смогу забрать заказ. Разумеется, пока меня никто никуда не гонит, но в Вяжске я тоже планировал оставаться надолго, а вышло совсем не по плану.

Да и наковальню нужно будет вытащить из ямы…

Наконец я добрался до кузни, и следующие четыре часа мы работали, едко комментируя действия друг друга.

Моя помощь не являлась обязательной, но с ней доспешные пластины выходили гораздо лучше. Да и Тенеплет во время работы стоял в углу, и каждый из нас мог примерить пластину к голему, и, в случае чего, сразу же ее поправить.

— Ну, наконец-то мы с этим закончили, — вытер пот со лба кузнец. Честно говоря, я ждал этого момента. И сделал ровно то, что планировал.

— Сейчас, погоди, покажу тебе кое-что, удивлю тебя, — пообещал я и выбежал из кузни.

Вернулся спустя минут пятнадцать, с големом-помогайкой, которого арендовал за это время. Паук едва протиснулся в узкий дверной проем. Кузнец, привыкший за время работы к механическим трудягам, не выругался и не отшатнулся.

— Давай крепить, — радостно сказал я.

Кузнец выругался, посмотрел на закопченное окно. Солнце уже давно село, но меня это не волновало. А когда я щелкнул о стол золотой монетой, то позднее время суток перестало волновать и кузнеца. Вот так мы и начали крепить созданные пластины на Тенеплета, с помощью сварки от «помогайки».

Выходило круто, очень круто. Чешуйки брони стыковались вполне себе прилично, и мне нравилось, насколько они получались легкими, и насколько теперь защищен был голем. А то, что он похож на огромную шишку на ножках, меня совершенно не заботит. Все равно, кроме меня его редко кто-то видит.

Обычное броневое покрытие для защиты корпуса механизма использовало облегающую броню, но в нашем случае приходилось наваривать броню внакладку, и при этом заставлять голема двигать руками-ногами, крутиться и нагибаться. И уже после этого наваривать пластину, а после — снова заставлять Тенеплета двигаться, чтобы понять, не ограничили ли железные пластины движения голема. Мы запороли всего две пластины, но сразу же переварили крепления для брони. Если часть покрытия повредится, она все равно останется прикрепленной к механизму, сжатой между пластинами выше и ниже. Потом можно будет вытащить ее, выправить и поставить обратно.

Можно было бы из квадратов или шестиугольников брони нарастить еще один корпус вокруг голема, но мне Тенеплета нужно сделать немного крепче, а не создать тяжеловесного голема, предназначенного принимать на себя удары.

Можно было создать голема со слабо прикрепленными слоями защиты. Чем больше повреждений наносилось такой боевой машине, тем больше пластин она теряла и ускорялась без лишнего веса. Но, опять же, идея не для этого случая.

— Красавец! — восхищённо произнес я, едва мы закончили с работой. Посмотреть действительно было на что: голем немного увеличился в размерах, зато стал гораздо крепче. На руки и ноги я пока устанавливать защиту не планировал, да и утяжелять тонкие конечности тоже не хотелось, но самое важное я защитил. Теперь добраться до его корпуса стало гораздо сложнее.

А вот завтра, с двумя моими обновлёнными големами, надо бы прогуляться до подземелья, проверить себя и свою новую команду. Разумеется, медитацией я занимался, и тренировки не упускал — чтобы работали эликсиры, нужно было регулярно нагружать свое тело. Но навыки гораздо быстрее развиваются в битве, а мне нужно повысить управление големами, и желательно — подтянуть навыки боя и все, что с ними связано.

Глава 4

Ильза росла в забитой книгами комнате, и общалась в основном с книгами и приглашёнными чопорными мастерами. Дедушка девочки был преуспевающим купцом: с деньгами у этого человека всё было в порядке, но не деньги стали его страстью, страсть у него была иной. Этого человека восхищали могущественные существа, созданные мастерами-големостроителями. Дедушка рассказывал маленькой Ильзе истории о легендарных големах, и о том, каких высот может достичь человек, если ему будет служить сильное существо-помощник. Добрый дедушка взращивал у внучки восхищение перед каменными и металлическими творениями древних мастеров. Семена падали на благодатную почву: Ильза внимательно ловила каждое слово.

А дедушка со временем перешёл от рассказов к делу. Ильза полюбила не только слушать истории, но и сама занялась изучением големостроительства. Маленькая девочка с упорством штудировала непонятные книги, изучала схемы и чертежи, по которым формировались големы. Даже зная, что без архетипа и без специальных инструментов создать голема невозможно, девочка лепила простейшие модели из глины и металла, втайне надеясь, что сможет оживить их.

С годами Ильза все больше совершенствовала свое мастерство. Она глотала книги о различных типах големов, их силе и возможностях. Ее родителей такая страсть пугала, но они жили на содержании доброго дедушки, потому были вынуждены поддерживать дочь. Тем временем дедушка предоставлял все необходимые вещи для развития ее таланта, не обращая внимания на цены этих вещей.

К десяти годам у девочки был собственный маленький голем в виде металлического варана с медной чешуей, и она учила руны, стремясь получить навык, необходимый для становления големостроителем.

В шестнадцать лет Ильза решительно сказала дедушке, что хочет вступить в Гильдию и пройти обучение. Дедушка, который все эти годы подталкивал Ильзу к этому решению, не был против того, что внучка изучит големостроение на профессиональном уровне. Он обрадовался и согласился, сказав, что обучаться у опытных мастеров и мастерить големов своими руками — это ее мечта, ее предназначение, поэтому он, разумеется, не против.

Родители беспокоились о её безопасности, и попытались переубедить Ильзу, но после разговора с дедушкой тет-а-тет почему-то перестали.

Ильза мечтала, что големы, в которые вложат жизнь ее руки, будут верно служить людям, станут идеальными помощниками и защитниками. Ильза была глубоко убеждена: големостроительство способно изменить мир. Именно потому, что её так воспитывали, девушка не стала медлить, когда Вилатос предложил подросткам починить голема — прикоснуться к тому, что Ильза изучала долгие годы, было интересно и занимательно.

Только вот в последнее время девушка начала задумываться: действительно ли големостроителем стать хочется ей, а не дедушке?

Спален для девушек в Гильдии не было, поэтому Ильзе приходилось ночевать дома, а перед сном — рассказывать дедушке о том, что она узнала в Гильдии. Восхищение перед существами из металла и камня никуда не делось, Ильза по-прежнему засыпала, обнимая прохладного металлического варана, но при взгляде на Вилатоса, с легкостью получившего желанный архетип, в голову почему-то приходила мысль, что мир не ограничивается одними големами, в нём есть совершенно другие вещи.

* * *

— Вилатос, да ты издеваешься! — возмущенно сказала Ильза за завтраком, когда я снова сказал, что мне придётся уйти.

Сидящий напротив меня Ахрил лишь кивнул.

— В чем я издеваюсь? Я не мог вас застать здесь уже почти неделю, потому и големов показать не мог.

— И как это так получилось, интересно? — едким тоном произнесла девушка. — Мы завтракаем здесь в одно и то же время!

Я вздохнул. Вот же привязалась.

— Хорошо. Вот вернусь я из подземелья и сразу покажу…

— Никаких подземелий! Мы никуда тебя не отпустим, пока не покажешь нам големов!

— У вас занятия… — попытался было вывернуться я, но Ильза мотнула головой:

— Ничего страшного! Прогуляем, но как-нибудь переживём пару нравоучительных речей и одно дополнительное дежурство.

Ахрил снова кивнул, и я сдался. Тем более, у меня появилась мысль, как использовать их пыл и любовь к големам в своих целях.

— Хорошо, я покажу вам оба свои механизма, — пообещал я, и Ильза счастливо взвизгнула.

На самом деле Тенеплет сейчас прятался в тени колонны у дальней стены столовой, но показывать его сейчас я не хотел. Я проверял на механизме, насколько увеличились его затраты энергии с учётом дополнительного веса и объема. Результаты не радовали — если без дополнительной брони голем мог находиться в тенях часа три-три с половиной, то теперь его едва хватало на два — энергия утекала куда быстрее. Ну, хоть траты на заклинания, что механизм мог бросать из тени, остались прежними.

— Как замечательно! Я давно хотела увидеть голема, которого ты создал, мне очень…

— Более того! — поднял я ладонь, прерывая поток мыслей девушки. — Я даже могу помочь вам с доступом в мастерскую. У меня есть механизмы, которые нуждаются в починке. Если хотите, я могу договориться с кладовщиком, арендовать помогайку, и тогда вы сможете брать на складах детали для ремонта механизмов.

Если в глазах Ильзы, распробовавшей получение навыка, горел восторг, и та была согласна на всё, то Ахрил оказался более разумным. Пацан закончил есть кашу, вытер рот тыльной стороной ладони, и спросил:

— А сколько заплатишь?

Эх, снова траты… Теперь я понимаю одного мелочного купца, который как-то после выполненной работы сказал: «Не желает ваше поколение работать бесплатно». Деньги из него пришлось выбивать, кстати.

— Могу заплатить золотом, если всё будет сделано без грубых ошибок, — скрепя сердце, сказал я. Но тут же предложил другой вариант. — А могу собрать для вас личных антропоморфных големов, с которыми вы потом сможете заниматься. И — да, они будут нормального размера, а не с механических питомцев.

В принципе, почему нет? Обычным ремонтникам, как я уже говорил, за ремонт голема платят по пятнадцать золотых. Здесь работы практически нет — големам в основном нужно заменить кристаллы, управляющие модули, ну и у нескольких — выправить бронепластины. Работы на сутки-другие, с самыми сложными я уже закончил.

Ильза после такого предложения расцвела, а вот Ахрил не был столь доволен.

— Может, отдашь нам по одному голему из починенных, в качестве награды за работу? — спросил пацан.

Нет, но это уже наглость. Что за вопрос вообще?

— Прости, — покачал я головой. — Големов у меня много, но это не значит, что я не дорожу каждым.

Подростков не пришлось долго уговаривать. Стоило мне упомянуть собственный механизм для каждого, и я заинтересовал обоих достаточно, чтобы они ловили каждое слово.

Да, я мог бы отделаться от них золотом: заплатить за работу по паре монет, и они были бы рады, но я хочу большего. Хочу купить их доверие. Если я привяжу к себе этих людей, то смогу взять их с собой на битву с нежитью, или на любую другую кампанию, когда они получат свои архетипы. Лучше, если каждый из них к тому времени научится сносно управлять своими големами и ремонтировать их.

Вдобавок я привяжу механизмы к себе, и пока юные механики не получат архетип, не смогут взять полный контроль над механизмами. Случись что, я смогу перехватить контроль над големами, и либо защитить ребят от опасности, либо передать какое-то сообщение. Но постоянно следить за ними не буду: я привык контролировать постоянно лишь Железного и Тенеплета.

Но это — дело будущего. Сейчас следует заняться иным.

В течение следующего получаса подростки отпросились у своих кураторов, выслушали краткие лекции о важности учёбы, получили дополнительные дежурства в качестве наказания. Потом я познакомил их со своими големами, отвёл на склады и переговорил с кладовщиком о том, что подростки могут и будут брать детали, за которые я потом отдам деньги.

Я уже зарекомендовал себя в этом филиале, на руках у меня была бумага, с суммой золота, что мне должна Гильдия, потому договориться вышло без проблем, хотя счастливым кладовщик не выглядел.

Я сразу же арендовал двух помогаек, и передал управление над ними Ильзе и Ахрилу. Мы вышли за ворота, и я показал юным големостроителям, где стоит повозка. Заодно и отдал необходимые команды голему, который эту повозку охранял: теперь парень с девушкой смогут беспрепятственно ходить и забирать по два голема за раз.

Пока они грузили металлические тела на помогаек, я попрощался. Ахрил пожал на прощание руку, а вот Ильза — скользнула ко мне и поцеловала в щеку. Заметив блестящие глаза девушки, внутренне поежился. Только влюблённости девчонки мне сейчас и не хватает.

До подземелья дошли быстро. На этот раз Тенеплет двигался в обычном мире, а не в тенях. Если не заставлять голема таскать тяжёлые грузы, сражаться и бегать, его ресурс будет исчерпываться в разы медленнее.

Кстати, насчёт способностей Тенеплета: выяснилось, что в реальном мире голем использовать теневые удары не мог. Досадное, но вполне логичное ограничение.

Через ворота в посёлок мы прошли без проблем. На этот раз я забил сумку провиантом, взял пару фляжек с водой, приобрёл дешёвые контейнеры для органов. Подумав, купил ещё пару горшочков с горючей смесью и широкий кинжал для Тенеплета. Почему-то меч, копьё или запасное било не ассоциировалось у меня с этим странным големом.

Пока складывал купленное, хмыкнул. В сумке уже лежали кандалы, ядро растительного монстра, доспехи, до которых у меня никак не дойдут руки, и некоторые вещи, оставшиеся после предыдущего похода в подземелье.

Думаю, стоит купить себе дом, куда я буду складывать прилипающие к рукам вещи. Или хотя бы приобрести сумку с расширенным пространством, с контролем температуры содержимого и с возможностью привязки.

Перед спуском в подземелье я пробежался взглядом по лицам стражников, но знакомых не увидел. На меня внимания вовсе не обратили: два голема, между которыми я шагал, оказались достаточно весомыми причинами не предупреждать подростка, что в подземелье тяжело и опасно.

— Молодой господин, купите алхимическую гранату с серебряной пылью и железными осколками! — прокричал торговец возле ведущей вниз лестницы. — Говорят, в городе видели призраков! Гранаты с серебром — лучшее средство против нежити, а осколки помогут против всех остальных! Всего одна золотая монета, господин!

Я бы от жадности задушился, использовать серебро таким варварским способом, да и стоимость у гранаты зашкаливающая. Тем более что призраки, судя по всему, в Оклорде кончились, и дальше будут встречаться лишь в отрядах нежити.

Кстати, нужно будет обменять серебро на золото, пока курс серебра к золоту снова не пошёл вниз. Плохой из меня делец: хороший бы дождался, пока призраки наводнят город, закупил за серебро ценные ингредиенты, и только потом бы взялся за уничтожение опасной нежити.

Первый встреченный нами монстр, обыкновенный гоблин, вышел из тоннеля в сотне метров от нас, когда мы шли по первому этажу. Монстрик, видимо, не услышал Железного из-за войлочных ботинок, потому что иначе бы выбрал другой тоннель.

Гоблин едва не выронил лук из лапок, когда увидел нас. Тоненько взвизгнул и задал стрекача. Мне показалось, что Тенеплет дёрнулся вперёд, будто бы желая преследовать убегающего противника. Хотя, скорее всего, мне это показалось. Верно, показалось: механизм, как шел в ногу со мной, слева, так и продолжает идти.

А ещё, забавный факт — Тенеплет никаких звуков при ходьбе не издавал, пусть его подошва тоже была металлической. Даже Железный в войлочных ботинках, как мне кажется, издавал больше шума.

За гоблином никто не погнался. Я уже вырос в материальном и статусном плане, и могу себе позволить добычу куда более зубастую и привлекательную, чем гоблин. Если у тебя есть выбор между ловлей змееголова и карася, ты, скорее всего, выберешь змееголова. И уж точно не пожелаешь ловить мальков.

Когда мы дошли до лестницы на третий этаж, я сразу направился туда. Задерживаться на втором не видел смысла, там тоже нет достойных соперников. Если, конечно, не встретим великана или шивана. Но шивана на втором точно не встретим. Наверное. Может быть.

Мы спустились на третий этаж и пошли по тоннелю. На карте я не заметил ни гнезд, ни скоплений монстров, потому двигался наугад. На любом из здешних противников можно проверить силушку богатырскую, и в зависимости от этого идти или не идти на четвертый этаж, но от гнезд я бы предпочел держаться подальше.

Нам встретился огр. Махина ростом в три с половиной метра анорексией точно не страдала: монстр был широк в плечах, в груди, в животе. Огромные руки и ноги тоже тощими не были. В правой руке огр держал огромную дубину, в левой — кость с куском мяса. Надеюсь, не человеческого.

Тенеплет, следуя моей команде, быстро пронёсся по коридору, собирая факелы. Пока огр решал, стоит ли связываться с големами, голем уже забросил факелы в ближайший коридор, а потом — растаял в появившихся тенях. Я замедлил время.

Первый удар нанес великан: огр заревел и неожиданно швырнул в Железного дубину. Голем попытался увернуться, но не преуспел: деревяшка прошла вскользь, но даже касательного удара хватило, чтобы откинуть Железного. Голем прокатился по полу, задорно звеня.

Больше великан ничего сделать не успел: из теней поочерёдно вылетели три теневых шара. Один попал огру в грудь, и не дал никакого видимого результата. Два других попали в ногу, причём последний растёкся по бедру, а потом исчез вместе с куском мяса.

Великан заревел, упал на одно колено. В этот момент голем вышел из теней, обхватил шею огра левой рукой, а ножом с невероятной легкостью перерезал монстру горло. В неверном свете оставшихся факелов льющаяся из раны кровь казалась черной.

А Железный к тому моменту только поднялся. Н-да… Конечно, я предполагал, что голем, созданный почившим мастером, будет сильнее моего — потому, что мой все же бюджетный, я его собрал, когда у меня монет практически не было, но я не думал, что различие будет настолько явным.

Я кинул аналитическое заклинание в Железного и осмотрел его броню. Внутренности не повреждены, на пластинах — пара легких вмятин. Вряд ли даже стоит их выправлять.

Сзади подошел Тенеплет, и мне показалось, будто голем протянул руку с ножом в сторону монстра.

А, нет, на этот раз не показалось. Голем подкинул в руке массивный нож, ловко перехватил его и застыл, глядя на меня в ожидании.

Я, как дурак, пару секунд пялился на это зрелище, пока не понял, что в механизм, похоже, заложили установки по свежеванию. Правда, странно, что их запихнули в диверсанта. Или изначально голем диверсантом не был? А может, кто-то нашёл способ добраться до его «программной» начинки и добавил кое-что от себя?

Гадать можно было долго. Но вместо размышлений я отдал приказ механизму, и достал контейнер для ингредиентов. К сожалению, ядра в таком монстре встречаются редко, а вот органы у него довольно ценные.

Голем с потрясающей скоростью и мастерством вспорол грудную клетку монстра, засунул перчатку внутрь существа. Нашарив там сердце, вытащил его, лёгким движением клинка отделив орган. Затем — ногой придвинул к туше контейнер и положил добычу туда. Но на этом не остановился. За сердцем полетела печень, потом голем отправил в контейнер почку.

Я увлёкся наблюдением за работой этого железного траппера. Движения быстрые, четкие. Вот он оттягивает кожу, пару раз быстро двигает кончиком ножа между кожей и мясом, и отделяет кожу.

Голем ловко и быстро разбирал монстра, и это странным образом завораживало, как и любая работа мастера. Я немного понаблюдал, как Тенеплет разбирает монстра, а потом — отвернулся, отошел и попытался прикинуть, что делать дальше. В принципе, можно пройтись ещё по этому этажу — у меня есть ещё несколько контейнеров, можно испытать големов на других противниках, потому что битва с этим закончилась практически сразу. Да, думаю, лучше идти дальше. Я толком не подрался, да и големов не протестировал — слишком уж быстро всё закончилось.

Я обернулся, проверяя, как дела у Тенеплета. Голем работал отлично: от монстра остались только голые кос… Э-э… Что?

Я потрясенно смотрел на открывшееся мне зрелище. Контейнера не было видно под кусками мяса. Тенеплет разобрал монстра, оставив лишь шкуру и кости.

Голем выглядел, как самый неумелый мясник. Несмотря на аккуратность и отточенность движений, которые я наблюдал, сейчас машина вся была залита кровью. Красные руки-ноги блестели в свете факелов, красные потëки-росчерки исполосовали корпус, и от них тянулись вниз дорожки — тягучие капли ползли вниз и застывали на металле, или закатывались под металлические чешуйки. Как же отмывать тебя, такого красавца?

Поймав мой взгляд, Тенеплет поднял перчатку, и указательным пальцем нарисовал на своём лице улыбку.

По спине пополз мороз. Кровавая улыбка выглядела жутковато. Правда, не столь жутковато, как остаться в подземелье наедине с двумя големами, один из которых явно спятил…

— Ну на хер, — пробормотал я и перехватил контроль над големом. Вопреки ожиданиям, получилось это легко. Тенеплет бросил нож, раскидал дешевое мясо, под которым прятался контейнер, и закрыл его крышкой.

— Вот сам дальше и понесёшь, — пробормотал я, пытаясь отойти от произошедшего. Тот, кто программировал этого голема, был действительно отбитым. Надо же было внедрить подобный жест после окончания излишней и весьма кровавой разделки туши!

Я попытался уловить в големе что-то странное, например — мифическую душу, которую всякие сумасшедшие приписывали механизмам, но не преуспел. Тенеплет казался обычной железной машиной, которую какой-то маньяк запрограммировал расчленять добычу до конца и после этого рисовать себе кровавую улыбку.

Желание идти и искать приключения дальше слегка поугасло, но его разжег далекий шум. Где-то шла битва, а значит, там можно найти людей, которым требуется помощь. Или ценности, которым срочно требуется экспроприация с помощью диверсанта.

Глава 5

Чем ниже я спускался, тем сильнее становился грохот и громче раздавался рёв неведомого монстра. Пол слегка дрожал — кто бы с кем ни бился, они полностью вкладывались в удары.

Я сам себе напоминал бабочку, что летит на возможность получить люлей, когда спускался всё ниже по ступеням, навстречу шуму. Мы миновали четвёртый этаж, но шум шёл с этажа ниже. Надеюсь, это будет пятый этаж, потому что еще ниже я спуститься не рискну.

Спускаться ли на пятый этаж? Думаю, спуститься всё же стоит. Это опасно, но в подземелье нет безопасных мест. А судя по тому, что рёв и треск камней длятся уже минут десять, и не спешат прекращаться, обе стороны конфликта плотно заняты друг другом. Если даже я взгляну на битву со стороны, то смогу уйти. Вдобавок у меня в команде есть диверсант, а значит — я смогу уйти незамеченным.

Этот аргумент и стал решающим. Я сорвал с крепления на стене ближайший факел и зашвырнул его за угол. Еще пара факелов отправилась следом, и мы остались в полумраке. Тенеплет скользнул в тень. Мрак по углам сгустился сильнее, и голем скользнул к ближайшему факелу. Тот зашипел, будто на него брызнули водой, и потух.

Я и не знал, что голем так умеет. Слишком многое я не знаю про этого голема, слишком многое не указано в сопроводительных документах: тяга к расчлененке, стремление ходить следом за хозяином, глядя на его шею, кровавая улыбка. Может, именно из-за этих маленьких нюансов ценного голема никто не желал брать со склада?

Драка была довольно эпичного размаха и эпичной же бестолковости. Я смотрел за тем, как в двухстах метрах от меня команда авантюристов сражается с огромным монстром, похожим на плотоядного зубастого червяка. Монстр был весьма широким — разлёгся, заняв пространство практически от стены до стены. А еще из его тела росло множество длинных и коротких щупалец, которыми он пытался достать людей. Судя по размерам и неведомой мне природе, чудовище либо босс, либо — охранник какой-нибудь комнаты. Меня устроят оба варианта.

Я остановился на последних ступенях. Чуть впереди встал Железный: голем был готов прикрыть меня своей широкой грудью от возможной атаки. А я следил за битвой, что разворачивалась впереди. Босс сейчас бился с командой элитных авантюристов: щупальца с невероятной силой хлестали по широкому коридору: попадая по стенам, по полу, заставляли трещать камень.

Авантюристы явно вступили в битву сгоряча, потому что урон монстру они наносили минимальный. Но отступать даже не планировали — и причина их отчаянной храбрости находилась за спиной монстра. Тенеплет, который уже успел просочиться мимо огромной многощупальцевой фигуры, которая занимала почти всё пространство от стены до стены, передал мне картинку. За чудовищем находилась комната, из которой, судя по всему, оно и выбралось: дверного проема не существовало, вместо него был огромный пролом. Пол был усыпан каменным крошевом и вывороченными блоками.

Плохо, что чудовище даже в теневом мире до конца не утратило своих красок, наоборот — налилось ядовито-зелёным цветом, и его щупальца мелькали в опасной близости от входа в комнату. Я чувствовал, что попади такое щупальца по моему голему, ему не поздоровится. Не зря я все-таки установил на него дополнительную защиту.

Я отдал голему команду подобрать лучшее время для проникновения в комнату — если её охраняет такой здоровяк, то и добыча может быть соответственной. Пока Тенеплет ждал удачный момент, я наблюдал за битвой через его визуальный модуль.

Команда совершала ошибку за ошибкой. Авантюристы растянулись по всему полю боя, словно встали делать зарядку, и монстр своими длинными тентаклями мог атаковать их на выбор. Неудивительно, что раз в десяток секунд кто-то из команды получает порцию ударов, и с каждым разом ребята все больше паникуют.

Им повезло, что отростки тентаклевого были слишком «деревянными», чтобы ухватить кого-то и закинуть в огромную беззубую пасть. Это единственное, в чём людям повезло.

Вмешиваться в бой с моей командой слишком опасно: я не вижу у этого чудовища слабых мест, куда мог бы ударить сам. Поэтому остаётся стоять на лестнице и наблюдать за нескоординированными действиями без чёткого плана. Каждый авантюрист мечется как сумасшедший, не имея представления о командной работе: лучница выпускает стрелы, как безумная, метя то в щупальца, то в туловище монстра. Стрелы входят в монстра по оперение, а щупальца вовсе пролетают навылет, но, похоже, никто кроме меня не обращает внимания на то, что монстр даже боли не чувствует и никак не реагирует на эти ранения. Чудовище легко уклоняется от атак и диктует свои условия на поле боя.

Третья ошибка команды — отсутствие опыта борьбы с массивными чудовищами. Авантюристы беспорядочно бьют по щупальцам, не координируя свои действия. Маг полосует возле себя огненной плетью, отражая удары. Кулачный боец зачем-то схватил два щупальца, и удерживает их, чтобы те не тронули лучницу. Два мечника… А, нет, эти действуют совместно: добрались до корпуса монстра и рубят щупальца, начиная с коротких крайних.

Огонь, крики и чавканье мечей, входящих в плоть, разносятся далеко во все стороны — битва разгорается все сильнее. Монстр гремит, ревет, и, похоже, становится лишь сильнее и агрессивнее от ран.

Но люди все равно побеждали. Они наконец-то догадались, что лучница здесь бесполезна, и теперь она бегала по полю битвы, уворачиваясь от щупальцев и доставляя каждому авантюристу фиалы с лечебными зельями.

Меня не слишком-то занимала небывалая битва, как не волновало, кто в ней победит. На моей стороне был Тенеплет, который наконец проник в комнату. И я готов научить сражающуюся команду тому, что такое настоящая магия.

Голем проскользнул в комнату, и я нетерпеливо посмотрел по сторонам. Перед Тенеплетом располагался громадный зал с валяющимися всюду обломками мебели и крошевом от всяких ваз и люстр. Стены были в трещинах от ударов. Но самое главное — здесь не было вездесущих факелов, и я почувствовал, что во мраке голем стал двигаться гораздо быстрее.

По центру комнаты стоял нетронутый сундук, очень похожий на тот, что я как-то видел в фильме про пиратов: с массивной деревянной крышкой, и с большим тяжелым замком. От этого предмета веяло тайной и обещанием награды тому, кто хорошо потрудился и убил чудовище. Ну, или просто обошел.

Я скомандовал голему, который в последнее время страдал проявлениями самостоятельности, избавиться от замка, не делая акцента на том, как это сделать.

Голем воплотил в реальности руку, взялся за замок и перенёс его на теневую сторону мира, где и бросил. А потом — воплотился в реальности и откинул крышку сундука.

Я жадно рассматривал сокровища через его визуальный модуль. Звуки боя стали тише — монстр ревел уже не так яростно. Похоже, червячок сдаёт, а значит, мне нужно поторопиться.

Чем дороже найденная в подземелье добыча, тем сильнее существа, которые её охраняют. Монстр был силен, без сомнений — я бы такого точно не завалил. И награда, лежащая в сундуке, соответствовала монстру.

На россыпь золотых монет на дне сундука и на парочку мелких драгоценных камней я не обратил никакого внимания — тут хватало куда более ценных вещей.

Первым в глаза бросился покрытый пылью золотой амулет, украшенный изумрудом. К сожалению, при взгляде через посредника я не смог использовать оценку, но ценность этого амулета не подлежала сомнению: тонкие витиеватые узоры на золотой пластинке и мельчайшие руны говорили мне, что передо мной незаурядная вещь. Судя по внешнему виду артефакта — он содержит магию, завязанную на силу природы. Голем вытащил амулет из сундука и отложил в сторону — теперь мне нужно было рассмотреть другие предметы.

Изогнутый кинжал с потертой кожаной рукоятью отправился следом за амулетом. Когда голем тронул этот артефакт, тот будто бы выплеснул в мир частичку своей силы. Обычный голем этого не почувствовал бы и никак не передал, но Тенеплет не был обычным — я уже осознал это.

Массивный кулачный щит с эмблемой Луноры я даже не попытался достать из сундука — на вид тот весил чересчур много, а у голема всё же ограниченная грузоподъёмность. И это он ещё без заказанного ножа ходит.

Не зря ли я навесил на него защитные пластины?

Не отвлекаясь, я руками голема перевернул щит и посмотрел на то, что лежало под ним. Запертая на замочки книга с запыленным рисунком на обложке и два энергетических кристалла средних размеров. Времени рассматривать находки не было, потому кристаллы легли на книгу, которую голем взял в правую руку. Другой ладонью он сжал цепочку амулета и рукоять ножа. Пожалуй, захвачу четыре вещи. Эта добыча, конечно, не ценнейшие органы, которые можно добыть с босса последнего этажа, но тоже неплохая.

Жаль, что голем не мог переместить в тень всё, что лежало в сундуке. Слишком объёмными были вещи, а энергии в накопителе было мало: треть Тенеплет потратил прежде, чем мы попали на этот этаж, затем что-то ушло на фокусы с замком, часть — на факел. Энергии оставалось достаточно, чтобы провести ещё минут двадцать на изнанке мира, но не для того, чтобы шастать туда-сюда с вещами.

Если насчет воровства монет у кузнеца совесть меня грызла, то насчет состоявшейся кражи — нет. Формально команда авантюристов ещё не победила. Так-то я у босса из сундучка сокровища взял, а не у них, так что правила соблюдены, хотя бы для меня самого. А то, что они сражаются за отсутствующую награду — сугубо их дело.

Гружёный добычей голем перешел в тень и направился на выход из комнаты.

Червяка уже добивали. Большую часть работы по уничтожению щупалец сделали ребята с мечами, остальные подключились лишь когда стало можно подойти к монстру вплотную — щупальца остались по бокам монстра, мелкие, не дотягивающиеся до пасти, в которую все пытались ударить чем-нибудь. На моих глазах маг вызвал огненный шар размером с баскетбольный мяч и отправил его в распахнутую глотку монстра.

Шар не взорвался, расплескавшись пламенем, а зашипел, прожигая себе путь.

Монстр зашёлся в судорогах, ударил отростками во все стороны. И произошло это настолько быстро, что Тенеплет, змеёй скользящий мимо туловища, не успел среагировать — тонкое, толщиной с запястье щупальце ударило его по боку, перед ударом ярко вспыхнув зелёным.

Книга и кристаллы улетели из рук Тенеплета, а вот кинжал и цепочку амулета голем удержал.

Повезло, что монстр не жахнул какой-нибудь магией по площади. Тенеплет, конечно, перемещается в тенях, но если он от обычных ударов необычного босса не защищён, то магия его точно могла достать.

Голем быстро скользнул к кристаллам, подобрал книгу и спустя секунд десять добрался до нас, на остатках заряда вывалившись из тени.

— Молодец, — пробормотал я, оценив его вид. Пластины на правом боку были смяты, будто его ударило не щупальце, а железная балка. Часть пластин определённо придется менять.

Всё-таки не зря я озаботился дополнительной защитой. Времени это заняло прилично, но если бы я отправился в подземелье со старым Тенеплетом, тот сейчас вряд ли выжил бы. Я всё ещё уверен, что любое повреждение корпуса задействует заклинание, которое следит за его целостностью. Если корпус будет вскрыт, заклинание может посчитать, что я пытаюсь узнать о начинке голема, и задействовать систему самоуничтожения. В документах, которые мне вместе с големом передал кладовщик, понятным по белому было написано предупреждение насчет хрупкости Тенеплета, и последствий, к которым может привести его повреждение.

Ну да ладно, все эти рассуждения можно отложить.

Я быстро переложил добычу в сумку. Рассматривать ее нет времени: займусь этим позже, а сейчас — пора сваливать. Было бы интересно посмотреть на лица авантюристов, которые поймут, что сундук открыт и практически пуст, но безопасность важнее любопытства. Да и рассмотреть добычу хочется, желательно подальше отсюда. От амулета вообще идут мощные волны природной магии: непростая штука.

* * *

Когда отец сказал Глебосу, что «исправит промашку с воспитанием», парень думал, что его ждут побои либо ментальная коррекция, которую никто никогда не встречал, но о которой ходили самые мрачные слухи. К счастью, реальность оказалась иной.

— Вот почему я хочу сделать тебя сильным, — указал ему отец на огромную иллюзию города, что сотворил над столом приглашенный маг. — Смотри.

Иллюзия была невероятно достоверна: можно было разглядеть каждый кирпичик, каждую трещину на окне, каждый камешек мостовой. Но разглядывать хотелось все, кроме застывших на улицах силуэтов.

В городе властвовала нежить. Мёртвые были везде: в заброшенных улочках, в обветшавших и разрушенных зданиях.

Низшая нежить — скелеты и зомби с засохшим на костях мясом, покоились без движения, будто статуи. Но в городе были куда более опасные существа. Вот между рядов нежити пробирался силуэт в пыльном плаще. Вампир. Вот между двумя зданиями проплыл силуэт призрака. Личей, могущественных врагов всего живого, видно не было.

— Смотри внимательно, сын. Эта иллюзия показывает, как обстояли дела два года назад. Сейчас все гораздо хуже, но новой иллюзии у меня нет: птиц, чьими глазами можно было смотреть на некрополисы, теперь сбивают на подлёте. Вот к чему тренировки. Когда станешь главой клана, ты возьмёшь в руки бразды правления, и будешь вынужден столкнуться с теми, кто сидит в этих городах. Сила, которую я тебе предоставил, всё, чему тебя учили прежде — не только для того, чтобы удержать клан на плаву, не ради мифической силы и первенства клана. Возможно, тебе вместе с остальными кланами придется объединиться и защищать выжившие города. Вот, ради чего ты тренировался каждый свободный час своей жизни.

— Почему не ударить по городу молниями? — спросил тогда Глебос.

— Города защищены защитными куполами. Их давно никто не обслуживал — у нежити попросту нет необходимых специалистов, но даже так у мертвых множество городских артефактов. Они могут снять магические артефакты со стационарными защитными куполами со всех городов, принести в ближайшие некрополисы и сохранять там на протяжении десятилетий. И не удивлюсь, если они уже это сделали. А теперь я расскажу тебе про последний ранг архетипа, и то, чего ты на самом деле должен достичь…

В жизни Глебоса снова появились ужасные тренировки, но теперь у этих тренировок появились дополнительные причины. Теперь отец не говорил ему: «делай», а давал объяснения: почему, собственно, стоит это делать. Раньше, до побегов, отец казался пареньку ужасно занятым, а теперь выделял в своём расписании час-другой в день на разговоры. И постепенно отношение к нему менялось: от страха и опаски к настороженному. Теперь Глебос хотя бы понимал причины, по которым отец поступал так, а не иначе. Или же лорд Арк просто получил возможность сгладить углы и выставить себя в более выгодном свете.

Глебос увидел замки других кланов, и забитых крестьян, что жили в деревнях рядом со стенами этих замков. Прочитал сухие строки отчетов о главах этих кланов и их родственниках. Убийства, пытки, подкуп, торговля детьми. Преступления, преступления, преступления. Глебоса теперь труднее было запутать, и он знал: где-то в хранилищах этих кланов лежат похожие досье на его отца, и, возможно, на самого Глебоса: ураган, прошедший в Вяжске, забрал несколько жизней. Но строк было слишком много, и юноша чувствовал, как в душе возрастает ненависть к людям, которых он даже не знал.

Паренек не мог загладить свою вину, но помогал восстанавливать город, по которому прошёл ураган, и пообещал себе раздать каждой утратившей кормильца семье хотя бы по золотому. Но преступлений, описанных в отчетах, было так много, и некоторые были столь жестоки, что их могла искупить только смерть описанных садистов, мошенников и психопатов.

— Как я уже сказал, тебе придётся работать с этими людьми: строить совместные планы, играть на их желании выжить и применять компромат только тогда, когда все остальные пути исчезнут. Они мерзавцы, но они владеют множеством людей и связей. И ты не должен показывать, что они тебе противны. Не раньше, чем они перестанут играть роль в твоей жизни и жизни общества. Не раньше, чем станут абсолютно бесполезны.

— Это и есть жизнь аристократа? — ужаснувшись, спросил Глебос.

— Это ты ещё досье на мэров не видел… но пока оно тебе и не требуется. Да, это и есть наша жизнь: не обращать внимания на эмоции, делать свое дело. Сохранить клан, вырастить наследника, и уже по остаточному принципу уделить время и силы сохранению остального мира. Но иногда бывает так, что душа черствеет от происходящего, и ты теряешь связь с реальностью, и уже не понимаешь нормальных людей: отдаешь не те приказы, которые следовало.

Глебос понял — это относится к приказу убить служанку, который хотел ему отдать отец. Понял, но не простил. Что бы ни говорил отец, а старой служанки в замке не было, и прислуга отмалчивалась на вопросы о ней. Да и предыдущее поведение лорда Арка говорило о нем, как о не совсем хорошем человеке. И для «сохранения выживших» можно было поделиться с городами знаниями, которые Арк применял к собственному сыну, а не держать их в секрете. Однако, все эти вопросы Глебос задавать не стал — он не хотел, чтобы отец переубеждал его, в пыль и прах разбивая доводы и налаживая отношения с сыном. Глебосу хотелось и дальше относиться к словам и рассказам лорда с предубеждением.

А еще, узнав про последний ранг архетипа, Глебос все чаще задумывался — а не опасается ли его собственный отец?

Глава 6

Первым делом я направился к скупщику. Тенеплет, не проявляя никаких признаков самостоятельности, послушно тащил контейнер с ливером великана.

Только у скупщика возникла ещё одна проблема. Оказывается, под сердцем, печенью и прочими органами великана лежали два куска великаньего мяса. Попасть туда случайно они не могли — голем начал вырезать органы именно с сердца и печени, я это чётко видел. Значит, когда я отвернулся, он засунул мясо великана под ценные органы.

Хорошо, что старичок-скупщик рассматривал добычу с безэмоциональностью голема. Взвесил почки, сердце, капнул на печень алхимическим составом, который изменяет свой цвет в зависимости от свежести продукта.

— Это не куплю, — отодвинул он контейнер с мясом. — За остальное могу дать четыре золотых.

Ну да, меня же здесь не знают и репутация напрочь отсутствует. Потому, чтобы добиться более-менее вменяемой цены, пришлось яростно торговаться, сражаясь за каждую монету. После жаркого торга я стал на шесть золотых и двадцать три серебряных монеты богаче.

А вот найденные артефакты я пока не оценивал, и продавать не собирался — если и делать это, то лучше в городе, где цены всё равно выше. Да и будет меньше вопросов, мол, как мальчик с големами умудрился достать ценные артефакты в первом же походе, и не связано ли это случайно со вскрытым сундуком в одном большом зале.

По пути к городу я достал добычу и рассмотрел ее с помощью оценки. Кристаллы даже доставать не стал — это обычные энергетические накопители, зачем на них лишний раз смотреть?

Кинжал меня порадовал и одновременно огорчил.

Сверхострый кинжал.

Магический предмет редкого ранга.

Описание: за непримечательным внешним видом скрывается отличный инструмент. Позволяет резать плоть, кость и любую другую органику. Работает лишь в руках человека с архетипом целителя, лекаря, знахаря, врачевателя.

Навыки:

Сквозь плоть.

Все описание, что шло до ограничения, меня радовало. А вот ограничение перечеркнуло все сказанное «до». Будь кинжал без этого ограничения, я бы вручил его Тенеплету, и после выполнения заказа зачарователем, голем ходил бы с двумя клинками. Хотя, без ограничения — это уже эпический артефакт и совершенно другая лига. А так — на продажу. Монет пять за артефакт точно выручить смогу, и лежать в сумке мёртвым грузом не будет.

Книгу оценка определила вот так:

Книга навыка.

Магический предмет многоразового использования.

Описание: при тщательном изучении дает навык «Поток стрел».

Поток стрел: при помощи техники циркуляции внутренней энергии лучник может создать заклинание, которое создаст несколько копий выпущенной стрелы.

Даже примерно не могу подсчитать стоимость этого предмета. Многоразовые книги — это настолько огромная редкость, что их обычно даже не продают. Навык можно изучать бесконечное количество раз, и брать за это по несколько золотых монет.

Стоит ли заходить в книжную лавку и узнавать стоимость этой книги, или лучше попробовать продать её в Вяжске, у книготорговца, который покупателям руки жмёт? Там ценник будет повыше, как мне кажется. Продавец уже знаком со мной, и договориться о справедливой цене будет легче.

Ладно, проблем с монетами пока нет, так что подумаю, а книга пока пусть полежит в сумке.

А вот с амулетом вышла промашка — мой навык попросту не опознавал артефакт. После нескольких безуспешных попыток, когда я и настроиться на природную ауру амулета пытался, и руны рассматривал, расшифровывал непонятную вязь, ловил ускользающий смысл, система наконец выдала мне ответ. Правда, не тот, который я ожидал.

[Ранг навыка «оценка» повышен!]

[Оценка, ранг — подмастерье]

Однако амулет по-прежнему не опознавался. Возможно, это просто хитрый артефакт, возможно — артефакт с защитой от опознавания, а может — вовсе эпический. Надо будет узнать в какой-нибудь лавке, где найдётся человек с достаточно раскачанной «оценкой».

Отстояв очередь на воротах, я пошёл было в город, но в спину полетел окрик.

— Парень!

Я обернулся.

— Советую найти колодец и помыть своего голема. В городе люди привыкшие, конечно, но не стоит лишний раз давить на окружающих.

Тенеплет действительно выглядел ужасно. Кровь потемнела, засохла, но это всё же была кровь, и окружающие поглядывали на голема с опаской.

— Всенепременно.

Моей маленькой местью механизму за пережитое напряжение стала помывка. Я привел его в трущобы, к колодцу, и отдал команду самостоятельно привести себя в порядок. Голем действовал подчёркнуто медленно, и на этот раз мне не показалось. Но я терпеливо дождался, пока он отскоблит с себя грязь и кровь с помощью воды и охапки сорванной по дороге травы.

А теперь — в Гильдию.

Големов в повозке поубавилось, а значит — Ахрил и Ильза продолжают трудиться. Это хорошо.

Я оставил Тенеплета возле ворот и зашел внутрь. На всякий случай пусть голем останется здесь. Не хочу, чтобы он своим видом смущал людей, которые могут что-то знать о нем.

Я дошёл до центрального здания Гильдии, и на входе спросил послушника, где найти здешнюю библиотеку и можно ли вообще купить знания. О втором парнишка ничего не знал, а вот путь до библиотеки объяснил довольно подробно.

Библиотека Гильдии оказалась уютным помещением, где пахло бумагой, старой кожей и пылью. Маленькие низенькие полки были забиты книгами. По центру стояли три широких столика с чернильницами, перьями, карандашами и листами бумаги.

— От послушника необходимо разрешение от наставника на доступ сюда, — не поднимая взгляда от книги, сказала сидящая за стойкой библиотекаря высокая женщина.

Вместо ответа я протянул ей патент. Та внимательно осмотрела бумагу, большее время уделив печати и подписи, и махнула на полки:

— Выбирайте книги. Читать — за столами, выносить книги нельзя. Вся литература, которая есть в Гильдии, находится в свободном доступе в этом самом зале. Других книг у нас нет. Вообще нет. Совсем. Даже за деньги я не отыщу вам книгу, которой нет на здешних полках.

У меня возникло глупое желание переспросить, есть ли у них книги, которые не выставлены в этом зале, но я сдержался.

— Хорошо. А есть ли в Гильдии специалисты, которые предоставляют лекции за деньги?

— Это вам стоит узнавать у Аслана, заместителя настоятеля.

Логично, что именно руководство гильдии должно определять, кому какие знания можно давать. Здесь наверняка есть обходные пути, но я их не знаю. Придётся идти к Аслану.

Но сперва я прошёлся по библиотеке и рассмотрел книги, которые стояли на здешних полках.

Не впечатлило. В моем представлении Гильдия Големостроителей, насчитывающая несколько сотен лет истории, должна иметь гораздо больше знаний, чем собрано здесь. Собранные тут книги могли бы пригодиться послушнику, но никак не человеку с патентом. И предупреждение женщины о том, что книг, кроме выставленных здесь, нет, заставляют задаваться вопросом: а куда они, в таком случае, делись?

Наверное, их разобрало по частным коллекциям руководство Гильдии. Вспомнить того же Сулумуна, который обещал вынести на всеобщее обозрение книги из дома Иргана. Вряд ли настоятель был единственным человеком, который копил ценные фолианты — думаю, у каждого второго патентованного специалиста есть своя полка с книгами. А то и не одна.

Ну, ладно, пришло время учебы. Самое главное, что я наконец-то развеялся, големами поуправлял — плюсик в рост одноимённого навыка, между прочим. И вот теперь можно заняться лекциями и планированием повышения ранга архетипа.

Итак, как вообще повышается его ранг? А очень просто: повышением навыков, которые в этот архетип входят! Именно так, и никак иначе. Качаешь большинство профильных навыков до ранга подмастерья, и архетип тоже переходит на этот же ранг, что дает тебе возможность лучше обращаться с големами, улучшает энергетическую структуру, радиус, на котором ты сможешь чувствовать големов и управлять ими: в общем, профильные качества переходят на новый уровень. А это помогает улучшить отстающие навыки.

Вот чем я теперь располагаю.

Вилатос

Архетип: Архитектор големов, ранг — ученик

Навыки архетипа:

Ремонт механизмов — подмастерье

Рунная магия — ученик

Создание големов — ученик

Управление механизмами — ученик

Общие навыки:

Быстрый бег — новичок

Владение кинжалом — ученик

Владение утренней звездой, ранг — ученик

Оценка — подмастерье

Малый комплекс уклонения — ученик

Медитация — ученик

Ускорение восприятия — новичок

Пассивные навыки:

Крепость тела

Вот и весь статус. В последние дни я больше времени уделял ремонту големов, но навык у меня и так был прокачан до уровня подмастерья, поэтому повысить его не получилось. Создание големов тоже на следующий ранг в ближайшее время не перейдёт — для этого необходимо, собственно, создавать големов.

Хотя, как я уже понял, набирать ранги до прежнего значения у меня выходит гораздо легче, чем в предыдущей жизни. Потому, думаю, если я создам механизм уровня мастера, навыки подтянутся. То же самое произойдёт с ремонтом, достойным мастера, и с рунной магией. Управление механизмами под вопросом: оно либо зависит от количества големов, которыми ты управляешь одновременно, либо — от времени, что ты провёл, управляя ими. Либо, опять же — сражаться в подземелье, управляя отрядами железных ребят.

Кстати, чуть не забыл — мне ведь нужно получить навык «усиление големов». Этим можно озаботиться при создании высококлассных големов.

А ещё можно сделать по-умному и подойти к новому настоятелю, или его заместителю Аслану, который при смене настоятеля не утратил должности, и спросить, как они повышают навыки. И по поводу создания наделённых магией големов тоже можно узнать. Судя по тому, что они к рангу мастера идут по тридцать лет, с архетипами у них не слишком радужно, но, может, кое-чему меня всё-таки обучат. Все же наставник, который в прошлом и раскрыл мне тайны големостроения, успел объяснить далеко не всё. Не факт, что здешним послушникам открывают самые сокровенные тайны, но мне сокровенных и не нужно. Главное — ответить на ряд вопросов. Правильно ли я соединяю корпус механизма и артефакты, или есть способы лучше? Как наделять големов магией, и можно ли совмещать ядро и механизм? А чем заплатить за эти лекции, я найду — бумага в сумке вся исписана цифрами.

За Асланом пришлось побегать. В кабинете толстячка не оказалось, и пришлось поймать не меньше пяти послушников, чтобы узнать, куда направился заместитель Сулумуна. По итогу я нашёл его в мастерской, наблюдающего за успехами Ильзы и Ахрила. Благо, последние меня не заметили, и мне удалось вытащить Аслана в коридор, где мы тихо побеседовали насчет лекций.

— Да, у нас действительно проводят индивидуальные занятия, — почесав затылок, сказал големостроитель. А потом выдал мне расценки и номера кабинетов, где можно найти требуемых специалистов. Цены оказались вполне себе божескими — два золотых за лекцию. Для обычных послушников такая цена оказалась бы неподъёмной, но меня она вполне себе устраивала: спасибо мастеру Иргану, мир его праху.

Свободный специалист, мастер Ваззи нашёлся быстро, и вот уже полчаса спустя мы сидели в тесном кабинете.

Время лекции было ограничено — за два золотых я получал всего лишь час времени уважаемого мастера. Ваззи по поводу оплаченного времени вообще не парился: пять минут потратил, чтобы вымыть доску от нарисованных мелом графиков и схем, потом — принялся объяснять мне понятные основы. И меня это не устроило.

— Давайте поступим так: я начну задавать вопросы, а вы — отвечать на них. Вы ведь лектор, специалист?

— Лекции должны быть постепенными, — дёрнул головой уважаемый специалист. — Ты можешь не понять ответов, если пропустишь основы.

— Я прекрасно знаю основы, и они меня не интересуют. Я не хочу платить несколько десятков золотых за повтор многих часов давно усвоенного материала. Давайте не тратить время друг друга зря. Итак, вот какие вопросы меня интересуют…

В первую очередь я спросил, может ли голем обладать определённой самостоятельностью.

— Зависит от его управляющего модуля. Некоторые големы действительно могут принимать эффективные решения при выполнении задач и обладают некой автономностью.

— А может ли быть такое, что голем самостоятельно выходит из подчинения, либо обладает какими-то своеобразными наклонностями?..

— Ну что ты, Вилатос, — улыбнулся лектор мне, как ребёнку. — Големы — бездушные болваны, созданные для выполнения наших приказов. Какие, извини меня, тут могут быть наклонности?

Сейчас, вне подземелья, тогдашние подозрения казались мне призрачными, далёкими. Но я всё равно не отказался бы взглянуть на лицо этого лектора, когда ему Тенеплеты кровавые улыбки на лице рисуют и полностью расчленяют великана за каких-то десять минут.

После этого я спросил лектора, о чем хотел. Для всех объяснений часа оказалось мало, поэтому пришлось продлить лекцию. Самое главное — я узнал, как создавать големов типа Тенеплета.

— Нужен специальный навык для совмещения големов и магии — называется «наделение силой»: с помощью данного навыка ты сможешь встраивать ядра монстров в механизмы. А можешь пойти от обратного — получить навык «разборки», довести его до ранга подмастерья — если я не ошибаюсь, именно на этом ранге специалисты могут воспроизводить однажды разобранного голема, а потом — до мастера, чтобы обходить поставленную мастерами защиту. После — разбираешь механизм, обладающий магическими способностями, и сможешь собирать его копии, покуда хватает ресурсов и желания.

Я тяжело вздохнул.

Черт, еще и навык добывать. Мало мне было тех, что необходимо развить, так еще один нарисовался.

— У меня, кстати, дома есть книжка по этому навыку, — будто бы между делом сказал лектор. — Я уступлю её тебе всего за сто двадцать золотых монет.

Цена неприятно удивила.

— Побойтесь богов! Такая книжка вряд ли стоит больше десяти золотых. А за сто с лишним можно эпический артефакт купить, притом весьма неплохой!

— Я думаю, ты найдешь деньги, — улыбнулся лектор.

Похоже, знает о выписанной бумаге, скотина такая. Увы, он недооценил мою жадность.

— Нет, спасибо, — качнул я головой. — Я обойдусь как-нибудь сам, без непомерных трат.

Лектор на эти слова лишь чуть улыбнулся.

— Кстати, к тебе не обращался настоятель Гильдии по поводу твоих големов?

— Сулумун? — Насторожился я. — А зачем ему было обращаться ко мне?

— Ну, как сказать… Разве те големы, которые у тебя неожиданно появились, не проходили как имущество Гильдии?

— Очень сомневаюсь в этом. Насколько мне известно, если они и проходили в документах, то не иначе, как «хлам».

— Ты уверен?

— Вы меня запугиваете, что ли? — удивился я. — Насколько я знаю, глава не отразил в документах факт их починки — моими, между прочим, руками. И я не уверен, что они принадлежали Гильдии, а не самому настоятелю.

Но тот факт, что эта тема вообще всплыла, стал неприятным звоночком. Надо бы побыстрее сбыть големов родной Гильдии и свалить из этого чёртового города. Благо, меня здесь мало что держит.

— В общем, считаю, что на этом наш разговор закончен, — подытожил я. — Спасибо за лекцию. А попытаетесь выкинуть какой-нибудь нехороший трюк… в общем, не нужно. Не советую.

На этом наша беседа и завершилась. Расстались мы с лектором не так радужно, как хотелось, но не я первый попытался продавить собеседника. Благо, специалистов здесь много, и в следующий раз можно будет задать вопросы кому-нибудь еще.

Посылать к лектору домой голема, чтобы уволок книгу? Хороший вопрос. Пожалуй, пока нет. Пусть Тенеплет пока стоит у ворот и копит энергию.

Ладно, с лекцией разобрались. А теперь я хочу узнать про моего голема.

Кладовщика найти оказалось несложно: тот, как обычно, сидел на своём месте. А вот разговорить его не вышло. Едва я завёл разговор о Тенеплете, тот сразу перебил меня:

— Я ничего не знаю, — быстро отозвался тот. — Я всего лишь кладовщик. По поводу голема беседуйте с теми, кто разбирается в них, я же даже не големостроитель.

Очень странная и очень подозрительная реакция. Можно было списать её на натянутые отношения между нами, но списывать всё, что вертится вокруг Тенеплета, на случайности и совпадения с недавних пор больше не хотелось.

— А монеты могут повлиять на ваше нежелание говорить? — уточнил я и достал золотую монету.

Кладовщик взглянул на кругляш и заколебался. Тогда я достал второй, но и это не заставило человека фонтанировать рассказами. Пришлось пытаться убедить его словами.

— Мы с вами начали общение не с той ноты, да и я надавил через руководство, вынуждая вас купить големов. Я прошу прощения за это. Но сейчас у меня есть проблема. Я хожу в компании… существа, от которого не знаю, чего ожидать.

Кладовщик сдался.

— Я действительно ничего не знаю. Только слухи и кое-какие детали.

— Хорошо, мне хватит слухов.

— Он… он сейчас здесь?

Я перепроверил по связи, где находится голем, и ответил:

— Все хорошо, он сейчас находится возле ворот.

— В общем, когда я заходил в зал, где стоял этот голем, он иногда будто бы менял позу. Или переходил с места на место. Понимаю, это звучит жутко, или неправдоподобно — смотря с какой стороны посмотреть. Но все же я говорю, что знаю. Иногда, когда в том зале никого не было, оттуда слышались всякие шорохи… Честно говоря, я рад, что вы его купили.

— А у вас есть ещё такие големы? Ну, со странностями?

— Слава богам, таких больше нет. Но ходят слухи, что големы бывают одержимы, и я думаю, здесь как раз тот самый случай.

Наше общение прервал появившийся на пороге склада послушник. Хотя, кладовщик вроде бы сказал всё, что хотел.

— Вилатос, вас вызывает к себе настоятель мастер Сулумун, — с лёгким поклоном сказал парнишка.

Неужели лектор всё-таки попытался испортить мне день? В таком случае книгу у него я точно заберу.

Глава 7

— Здравствуй, Вилатос.

— Добрый день.

И на этом в общении наступила пауза. Сулумун буравил меня глазёнками, но не продолжал разговор. Возможно, просчитывал пользу, которую я ему принесу, вспоминал что-то или мысленно выстраивал диалог. Я не знаю, чем он занимался в своей голове — со стороны выглядело так, будто он просто сидит и пялится мне в глаза. К сожалению для него, играть в гляделки я не настроен.

— Так мы начнём беседовать? Кажется, вы меня для этого сюда пригласили.

Старикан откашлялся, и выдал:

— Люди требуют разобраться в причинах смерти мастера Иргана. Как так получилось, что настоятеля убили призраки?

— А я откуда знаю? — пожал я плечами. — Спросите у него, либо у того, кто с ним ходил. Я-то тут причем?

— У тебя его големы. Я хочу знать, как ты их получил.

В принципе, можно было рассказать про «подарок от дедушки Чернозлоба», и тем самым добавить личности старика объёма, но откровенничать с нынешним главой Гильдии не хотелось. Слишком уж мне не понравилось, как прошли его выборы.

— Не думаю, что хочу рассказывать вам это.

— Вилатос, — вкрадчиво начал старик. — Мы ведь с тобой не ссорились, верно? Может, и не стоит начинать? Просто дай мне какую-нибудь правдивую историю, я донесу её людям, и всё будет в порядке. К тебе по этому поводу больше не появится вопросов от меня, ко мне больше не появится вопросов от людей. Я буду доволен и счастлив, да и тебя тоже лишний раз не побеспокоят.

Звучит логично.

Я прикинул, что можно рассказать, как лучше преподнести историю, и поведал про дедушку, который узнал о моих проблемах, прошелся по округе, нашёл и вычистил логово лича. История прозвучала, будто добрая сказка про покровителя. В голове она выглядела лучше.

— Настоятель знал о твоем дедушке?

Я не знал, какой именно информацией насчёт меня располагал нынешний настоятель, потому решил говорить лишь то, что не будет противоречить сказанному Иргану.

— Скажем так: он подозревал, что меня кто-то подготовил к архетипу.

— Тебя действительно готовили?

— Да. Полагаю, это все?

— Позволь, я задам тебе еще пару вопросов. Мне интересно твоё мнение: как ты думаешь, мастер гильдии действительно мог полезть в крипту и не озаботиться наличием серебра против призраков? Почему он от них не телепортировался, понятно — крипта была зачарована от побегов и экстренной телепортации.

Я почесал затылок.

— Думаю, они сделали ставку на грубую силу: это понятно по количеству големов, которых он взял с собой. Любого противника, кроме призраков — весьма редкую нежить, кстати — эти воины перемололи бы влет. Наверняка у них с собой было оружие против призраков, но недостаточно для битвы с тем войском, которое атаковало людей — дедушка рассказывал, там было жарко.

— Ла-адно, — протянул Сулумун. — А дедушка не сообщал тебе, с каким противником он столкнулся в крипте?

— Вероятно, с личем, мастером плоти.

Сулумун сохранил спокойствие — кажется, новость не была для него новостью.

— Так, и он попросту уничтожил лича? А филактерия была? Была филактерия?

— Полагаю, он попросту уничтожил лича. Про филактерию я ничего не слышал.

Вот теперь Сулумун выругался.

— Черт побери… Вилатос, тебе известно, что такое филактерия?

— Средоточие силы лича?

— Именно! Если человек обладал достаточно сильным архетипом, после смерти он становится нежитью рангом выше, чем обыкновенный зомби. Иногда этот мертвец наследует не только разум, но и часть способностей архетипа, которым обладал при жизни. В этом случае мертвец становится действительно опасным. Например, големостроитель сможет лучше управлять простыми мертвецами, или превратится в мастера плоти. А может просто сохранить часть способностей по контролю големов.

Если вышеописанный человек на момент смерти имеет на теле какой-либо артефакт, эта вещь превращается в филактерию, которую лич может спрятать где угодно, замуровав рядом мертвеца, в которого переселится, если уничтожат его тело. Да, он потеряет часть силы, но окажется на свободе, сохранив разум. Именно потому после битвы богов люди, которые не знали, как уничтожать таких личей, попросту обездвиживали их специальными артефактами и замуровывали тела в местах, где люди обычно не появляются, после чего тщательно маскировали входы в эти места. Твой дедушка редкостный… дурак, — удержался от мата и более явных оскорблений Сулумун. — Не стоило ему уничтожать монстра. Лич за какую-то пару лет наберет силу и начнет творить такие зверства, каких этот мир ещё не видел: я читал отчёты людей, которые посещали крипту, и знаю, на что способен лич.

— Хорошо, я понял. Встречу личей — буду замуровывать.

— Я рад, что этот вопрос мы с тобой закрыли. Думаю, на этом все.

Я подошел к двери, взялся за ручку…

— Вилатос, последний вопрос: твой дедушка никак не связан с перстнем иллюзий, что продают в Гильдии Воров?

Я пожал плечами.

— Не знаю. Может, и закупается: он не спешит посвящать меня в свои дела.

Вообще плевать, знает ли Сулумун о личине, или только догадывается. Если понял, что лича убил я, то на конфликт со мной он не пойдёт: мало ли, какие у меня есть ещё артефакты. Наоборот, мальчика, который способен уничтожать таких противников, необходимо оберегать и ни в коем случае не давить на него.

Впрочем, это всего лишь мои мысли. Что он на самом деле думает, и как поступит — увидим в будущем.

* * *

Итак, крафт. Если уж все гонятся за божественным рангом, стоит и мне поторопиться, и не упустить такой шанс. А для этого необходимо создавать големов, покоряя новые и новые вершины. И ближайшей такой вершиной я вижу создание механизма с ядром; наделенного магией голема.

С чего начать, я пока даже не представлял: за такую работу я еще не брался. Нужно получить консультацию человека, который привык работать с ядрами монстров и решить, использовать ли мне ядро чароцвета, или мне хватит одного странного голема. На что вообще может быть способен голем с этим ядром, какими свойствами будет обладать его магия?

Я бездумно слонялся по коридорам, продумывая детали предстоящей работы, и в какой-то момент забрел в мастерскую, где трудились Ильза и Ахрил. Кроме них здесь был еще один мастер, но тот заменил руку голема на огромную, тяжелую даже на вид клешню, и теперь калибровал механизм, заменяя на другой стороне голема тонкие пластины брони на массивные и тяжелые, чтобы уравновесить механизм. Во мне колыхнулся легкий интерес: зачем ему такая клешня? Но наблюдать за неумелыми потугами этого големостроителя не хотелось, как и давать советы, потому я подошел к работающей парочке.

— Как работа? — спросил я, хотя по усаженным у стены големам было понятно, что работа у них спорится. Если и завтра уделят весь день работе, к вечеру закончат. Думаю, после создания ядрового голема мне придется заниматься изготовлением механизмов для своих приятелей.

— Идет работа, — отозвался Ахрил, откручивая крышку. Лучше бы помогайке это поручил. Эх, учиться им еще и учиться.

Ильза же в данный момент аккуратно вытаскивала из гнезда энергокристалл, растрескавшийся от удара призрака, пытаясь сделать это аккуратно, чтобы деталь не разлетелась и не пришлось выметать и вытаскивать осколки. Зря старается извлечь его аккуратно: кристалл держится лишь за счет сжимающих его стальных пластин, и все равно рассыплется.

— Взяли новые навыки?

Кристалл все-таки не выдержал и разлетелся. Ильза шумно выдохнула, и возмущенно спросила:

— Ты думаешь, это так просто⁈ Я руны изучаю уже не один год, и все еще не получила навыка! Ремонт мы получили в прошлый раз, а как ты предлагаешь получить на этих големах навык создания механизмов, и другие необходимые? Просто пришел, немного поработал и получил⁈

Тон девушки был взвинченным, а у Ахрила дрожали руки.

— Так, сколько вы уже здесь работаете, с самого утра? Предлагаю взять перерыв: сходить в столовую, немного расслабиться. Надеюсь, вы не планировали работать без остановки, пока все не закончите.

— Может, позже? Я только приступил к голему, да и Ильза своего почти закончила, ей осталось только энергокристалл поменять и закрепить обратно пластины.

Девушка тоже колебалась, тогда я добавил:

— Вы жили кучу лет без личного голема, проживете без них на несколько часов дольше. К тому же, я пока не приступал к вашим големам, и не смогу отдать их вам сразу, как закончите. Кроме того, сможете задать интересующие вас вопросы, и я отвечу, если знаю ответ. Ну, давайте, хотя бы компот попьете. От перерыва хуже не будет.

— У меня личный голем был, — пробормотала Ильза. Но мы все равно отправились ужинать. А по пути начались расспросы.

— От чего зависит умение голема биться? — спросил Ахрил. Вопрос был настолько детским, настолько базовым, что я даже завис на пару секунд, пытаясь найти в нем подвох.

— От управляющего модуля, конечно. От тех схем, которые туда вложены. Вместе со схемами стандартных голосовых команд, которых насчитывается несколько сотен, со схемами поведения, стандартный обучающий голем еще на заводе получает схемы боя, чтобы уметь сражаться на уровне хорошего подмастерья во «владении мечом», копьем и чем-нибудь еще. Собственно, такие модули — самое ценное, что есть в тренировочных големах, — добавил я, вспомнив Железного. — Каждый модуль рангом повыше стоит дороже, но и базовых пакетов знаний в нем больше. Конечно, можно подключить дополнительные архивы на другом носителе, но скорость обработки данных останется прежней, а она тоже зависит от модуля. Именно потому ты не сможешь до бесконечности ускорять голема со слабыми дешевыми «мозгами». Ты можешь сделать его легче, можешь провести дополнительные манопотоки, внедрить в грудь артефакт ускорения, но он все равно не перешагнет какую-то грань скорости. Ему просто не будет хватать оператив… э-э… то есть, восприятия, — исправился я, поняв, что последние слова едва не произнес на русском языке. — Хоть мифриловый корпус будет у механизма, хоть медный — это в целом не играет особой роли, если модули будут одинаковыми. Если начинка у медного и мифрилового големов будет одинаковой, значит, ты — болван, который потратил дорогой ресурс зря: либо оболочку, либо модуль.

— А я думал, что хозяин закладывает в голема знания, — простодушно сказал Ахрил. Даже Ильза на такое откровение покачала головой.

— Закладывает, конечно. Но не все. Если ты не умеешь драться, то не научишь драться голема. А те схемы, что вложены в управляющий модуль, собирались и оттачивались десятилетиями. Как машине ходить, как ловить баланс в зависимости от того, как ты его собрал, как атаковать — в ней множество схем, среди которых она выбирает самую оптимальную и задействует ее. Можно научить машину даже расчленять добычу, — добавил я, вспомнив Тенеплета.

— Погоди. Так выходит, что големы бьются максимально предсказуемо?

— Верно. При равном умении человек победит машину, несмотря на чудовищную силу голема. Конечно, если у него будет артефактный клинок, способный пробить толстую броню. Но тут уже на сцену выходят дорогие модули с самообучением: машина допускает ошибку, проигрывает, и в следующий раз будет учитывать эту ошибку. Некоторых големов специально годами натаскивают на тренировочных поединках, а потом ставят модуль на другую машину, с наиболее высокими характеристиками, и действия такого голема никто уже не предугадает. Главное, что в таких модулях есть энергокристаллы, которые подпитывают его, когда ты переставляешь детали на иного голема. В итоге перезагрузка не происходит, и данные не пропадают. Некоторые нанимают мастеров для фехтования с машиной, но как по мне — это уже излишество, показуха.

— Почему?

— Потому что у голема практически не будет шансов использовать накопленное мастерство в бою. Сейчас главные враги не люди, а твари, и натаскивать големов следует против них. А против человека… Ну, допустим, ты развил архетип до ранга мастера, весь из себя такой умелый, артефактный меч на поясе висит, деньги в кошельке звенят. И происходит вот такая ситуация: твой голем, невероятно прокачанный, сталкивается в подворотне с мастером боя на мечах. Умения примерно равны, но человек обязательно победит за счет гибкости мышления или подходящих навыков. Твои действия?

— Э-э… Помогаю голему?

— Командуешь идти в атаку второму голему. Или третьему. Или, не перехватывая контроль над машиной, отдаешь команду активировать артефакт защиты, нападения или ускорения — смотря каким она будет к тому моменту обладать. В какой-то момент развивать мастерство голема станет попросту нерентабельно, потому что при любом мастерстве машина уступит человеку. До ранга мастера ты голема прокачаешь, но не выше: на уровне грандмастера механизм уже не превзойдет человека. К рангу мастера мечник уже столь закален и обладает настолько прокачанными дополнительными навыками, что его кожу метательный нож, запущенный обыкновенным человеком, вряд ли пробьет. Сила големов в другом: в численности, в твоем умении ими руководить, в магии, в конце концов. Можешь спроектировать и построить гиганта вроде того, что стоит у ворот Гильдии, или каких-нибудь скоростных големов, и это окажется гораздо полезнее нескольких лет, убитых на обучение голема тому же фехтованию. Камень, запущенный големом, может поломать ребра обычному человеку, а стрела, выпущенная из лука голема, может остановить мастера-мечника гораздо надежнее, чем голем с умениями мастера-мечника. У вас появятся возможности проектировать машины, так не старайтесь сделать такие механизмы, которые будут подражать людям. Стройте что-то, что превзойдет их.

Приятели выглядели впечатленными моей речью. Но я слегка смазал впечатление, добавив:

— Ну, или нападайте толпой.

— Понятно, — протянула Ильза. — А нам на лекциях несколько иначе объясняют. Кто тебя учил, Вилатос?

— Дедушка, — нехотя сказал я. — Вы вольны верить мне, или не верить. Я не настаиваю на том, что говорю абсолютно верные вещи: подключайте голову, думайте над сказанным. Кстати, еще добавлю насчет сражающихся големов — не рекомендую в будущем перехватывать управление фехтующей машиной, чтобы «помочь», если ваше восприятие не ускоряется, а навык боя ниже, чем у вашего голема — вы просто не сумеете фехтовать на уровне своей машины, и погибнете, либо угробите голема. Оператор должен быть отличным специалистом, чтобы в бою управлять големом на должном уровне. Вы пока не такие, думаю, потому рассматривайте големов, как пешки. Отдавайте отложенные команды, что им нужно сделать — отойти, либо развернуть противника спиной к своему союзнику, и голем выполнит приказ, когда посчитает оптимальным. Следите, чтобы ваши големы не были свободными — это вообще базовое умение: охватывать вниманием всю битву. Многие начинающие големостроители умирали потому, что начинали следить за сражением пары големов и забывали, что у них есть другие ребята. Или забывали о големах, и тех, недвижимых, разбирали на части. Хотя в большинстве големов идут установки атаковать тех, кто пытается нанести им вред. С этим, кстати, тоже аккуратнее — когда дорастете до аналитических заклинаний, не стесняйтесь проверять ими, бросится ли ваша машина на ребенка, который швырнет в нее камень. Особенно касается случаев, когда вы покупаете голема с рук, а не собираете самостоятельно из новых деталей — мало ли, как решил поступить с вами продавец. Есть люди, которые не прочь подставить конкурентов, на любую подлость готовы ради этого пойти. А еще я знаю историю про человека, который настолько боялся, что его машину украдут, что задал голему команду: «убей своего хозяина в конце суток, если он ни разу за прошедшие сутки не назовет тебе пароль». Иногда люди выдумывают и другие, гораздо более веселые вещи.

— Мы с тобой считаем разные вещи веселыми, — пробормотала Ильза, — но ничего…

— Чем собираешься заняться завтра? — спросил Ахрил, не дав девушке закончить.

— Буду закупаться материалами для големостроения.

— Сделаешь что-то особенное?

— Да. Я создам шедевр.

Глава 8

На следующий день я сразу же направился на склад и закупил там самые элитные детали. Лучший модуль с самообучением и маленькими энергокристаллами, облегченный и очень прочный корпус из обработанного алхимией сплава, необязательная, но весьма полезная деталь, расширяющая память робота, выбрал артефакт с кратковременным ускорением — уже подготовленный для встраивания в машину.

На покупки всего необходимого для создания голема я потратил почти пять сотен золотых. Благо, эти деньги фигурировали на бумаге, я не видел эти монеты вживую, иначе мне, в самом деле, трудно было бы отдать разом такую сумму. А так кладовщик вычеркнул одну сумму, вписал взамен другую, вот и все.

Хотя, даже так потраченного жалко. Радует, что эти деньги обеспечат мне нечто куда более ценное.

Разница в затратах между элитными деталями и частями обыкновенных механизмов обескуражила бы любого начинающего големостроителя. Сейчас я работал на совершенно другом уровне, где последствия ошибок значительно возрастали. К счастью, я уже обладал значительным опытом работы с боевыми машинами, поэтому верил, что у меня все получится.

После того, как все компоненты были закуплены, я сложил их в арендованный в городе склад, там же оставил Железного для охраны и арендованного паучару-помогайку. Работать в Гильдии — одно удовольствие, но вот в чем беда — в их мастерской кто угодно может зайти и посмотреть, что именно и как ты делаешь, а я делиться секретами не готов. Паучары и взятых в аренду инструментов будет достаточно, чтобы справиться с запланированным.

После этого я направился в лавку зачарователя. Поговорил с продавцом, дал ему золотую монету — на меньшее он не соглашался — и получил адрес мастера-зачарователя Аделаи, хозяина лавки. Пообещав не говорить зачарователю, кто вручил мне его адрес, я отправился на поиски мастера.

Несмотря на весь мой опыт и знание рун, мне требовалась помощь человека, который куда более сведущ в рунном зачаровании. Не уверен, что смогу с первой попытки внедрить ядро в корпус голема — лектор просто упомянул такую возможность, но он не рассказал, как это делается, а сразу перевел разговор на отсутствие у меня необходимого навыка.

Да, лектор говорил, что для наделения голема магией нужен навык, но он так-то нужен и для создания големов, и для оценки вещей, и для быстрого бега. Это не отменяет того, что и бегать, и прыгать, и даже уклоняться от стрел можно и без навыка. Да, придется действовать без вложенной в голову базы знаний. Да, результат может быть хуже и возрастет риск ошибки. Но можно ведь! Да и опыт «мастера» в големостроении никто не отменял.

А участие постороннего человека должно уменьшить вероятность провала. В прошлом я наладил контакт с десятками специалистов разного профиля. Големостроение — не та специальность, где ты с легкостью сможешь добиться успеха, действуя в одиночку. Нужны детали, нужен хороший выкованный корпус для железного голема, или напитанная маной порода для каменного, нужны артефакты, которыми ты можешь вооружить свое творение. Можно, конечно, попасть на необитаемый остров, и если раньше не свихнешься там от одиночества и не помрешь от голода, рано или поздно создашь подобие голема: без модулей, слабого и ничтожного, едва напитанного энергией. Но лучше не отрываться от общества и пользоваться товаром здешних торговцев и услугами профильных специалистов — так больше шансов достичь успеха.

Домик располагался в элитной части города: среди двух- и трехэтажных особняков, скрытых от завистливых взглядов высокими заборами и разлапистыми елями. Правда, у домика заклинателя не было ни елей, ни высокого сплошного забора: лишь красивая кованая решетка высотой метра в полтора.

Никаких плетений на входе я не видел, потому открыл калитку и, сопровождаемый скользящим Тенеплетом, прошел по дорожке до двери.

Вот дом зачарователя был защищен: паутина плетений опутывала и окна, и полотно двери, и проходила по стенам, подобно оплетающему все плющу. Сюда я бы ни за что не полез сам, и голема не пустил: зрительный модуль Тенеплета показывал куда большее количество плетений, чем обнаружил я, и все они сияли, походя на металлические струны.

Пару раз поднял и опустил металлическое кольцо. А спустя минуту, не дождавшись никакой реакции, повторил. Спустя еще пять минут дверь отворилась. Что интересно, плетения остались на месте, продолжая висеть в воздухе. Вздумай я напасть, меня бы сразу спеленало, испепелило или заморозило — в зависимости от плетений, что подвешены в воздухе и от артефактов, что наверняка установлены в доме.

— Чего тарабанишь? — хмуро спросила стоящая на пороге женщина лет сорока. Она была на голову выше меня, сухая и крепкая.

— Я хочу поговорить с хозяином зачаровательной лавки, с Аделаи. Не могли бы вы его позвать?

— Ну, я Аделая, — с вызовом сказала женщина. — Чего хотел?

— Э-э…

Я замялся. Почему-то я был уверен в том, что мастер будет мужчиной. Но сути дела это не меняло: предрассудков я не имел, и мне по-прежнему требовалась консультация зачарователя.

— Я големостроитель. Хотел бы, чтобы вы помогли мне рассчитать, как можно встроить ядро монстра в голема. Деньги есть.

— Так… ладно, давай по порядку. Проходи внутрь, поговорим и разберемся.

Аделая шевельнула пальцами, от ее колец — ярко полыхающих силой артефактов — прошла волна.

Плетения пропустили меня и сомкнулись за спиной, оставляя голема снаружи. Мне вдруг стало неуютно. В чужом доме, практически без защиты, один на один с зачарователем…

— Не стой у порога, пошли в мастерскую.

Я не ошибся, она действительно приглашает незнакомого подростка в святая святых?

Мы прошли дом насквозь, поднялись по лестнице на второй этаж, и я попал в мастерскую. Слева стоял диван и всякие полки с ингредиентами, исписанными рунами кубиками, но внимание привлекло не это. От центра круглого стола по спирали вились руны, вырезанные прямо в камне. По краям столешницы светились фиолетовым светом крупные энергетические кристаллы, вплавленные в инструмент.

Я ошеломленно уставился на рабочее место специалиста. Зачаровательный стол эпического ранга⁈ Мне даже оценка не нужна, чтобы понять, что за чудо я вижу! Стол такого ранга можно было приравнять к сокровищу города, которое будет храниться в казне Оклорда, и мэр будет лично выписывать разрешение позаниматься за таким артефактом, исключительно своим любимчикам и лишь за особые заслуги. Эпический зачаровательный стол опережал самые продвинутые инструменты для зачарования на несколько десятков лет. Не могу поверить, что человек, обладающий такой вещью, ютится в Оклорде, а не поселился в Ублефесе, где таким специалистам, как он, выделены лучшие условия, они освобождены от налогов и могут устраивать аукционы на свои артефакты. Стол эпического ранга — это возможность создать артефакт на ранг выше, то есть — легендарный. А легендарки уже за золото не продаются и не покупаются, они — бесценная вещь.

— Чего встал? — ворчливо произнесла мастер. — Иди, садись на диван и рассказывай, что тебя сюда привело.

Говорила она вежливо, не оскорбляла, но тон ее почему-то казался вызывающим, будто она вот-вот рассмеется и выгонит меня из дома. Или между делом спросит, не потерял ли я маму. Или попросит привести сюда моего реального мастера. Но — нет, ничего подобного.

Я рассказал, что именно хочу от мастера.

— И ты думаешь, я могу тебе помочь? — с вызовом спросила она. Или не с вызовом, просто у нее такая манера разговаривать? Я запутался. Не буду обращать внимания на тон.

— Да, я думаю, что зачарователям не привыкать работать с ядрами монстров. Мне всего-то и нужно — составить рунную вязь от ядра до управляющего модуля и энергокристалла. Ну, и желательно узнать о свойствах ядра.

— Навык открываешь, значит?

— Именно.

— Тридцать золотых за вычисления. Ядро при себе?

Я достал ценный шар, который достался мне от чароцвета, и протянул зачарователю. Следом — отсчитал деньги, причем часть отдал серебром по нынешнему курсу.

Деньги женщина ссыпала в мешочек и положила на полку шкафа. А потом — принялась за вычисления.

Я с благоговением наблюдал, как женщина разместила ядро посреди стола. Важно, что меня не выставили из комнаты, а позволили наблюдать. Возможно потому, что я был големостроителем, а возможно, Аделая не считала, что подросток что-то запомнит, или вообще поймет, чем она занимается. В любом случае, подрывать ее доверие я не хотел — тихо сидел на диване и даже дышал через раз. Если повезет, одно лишь наблюдение за работой специалиста повысит ранг моей «рунной магии». Но всерьез я на такое не рассчитывал — меня больше интересовала работа эпического артефакта.

Но пока ядро просто зависло в воздухе. Руны медленно наливались светом, а женщина обернулась ко мне.

— Теперь пусть стол настроится. Чье, говоришь, у тебя ядро?

— Чароцвета. Зачарователи используют его для работы с артефактами? Хотелось бы знать, какие у него свойства.

— Мы используем все: нет плохих ядер, есть неумелые зачарователи. Это ядро можно разделить на мелкие части и использовать при изготовлении редких артефактов для садов, чтобы растения росли быстрее и давали больше урожая, или — чтобы быстрее переваривали зомбячьи тела.

— Зомби пускают на удобрения? — удивился я. В прошлой жизни я таких нюансов в выращивании сельскохозяйственных культур не касался.

— Разумеется, — вызывающе усмехнулась она. — Кстати, как у тебя получилось добыть это ядро?

Я рассказал ей очень краткую историю: нашел монстра, победил. Заодно упомянул про полученный патент и дедушку, который учил меня навыкам, необходимым големостроителю.

— Так все же, какими свойствами будет обладать голем? — уточнил я. — Надеюсь, не сельскохозяйственными?

— Мои инструменты прояснят, какие тебе будут нужны рунные цепочки, но как сработает ядро, и какими способностями будет обладать голем, я не знаю, и сама не слышала, как ядра чароцвета работают в механизмах. Собственно, я мало знаю о механизмах, и еще меньше о тех, что наделены магией. Я проводила всего три вычисления за свою жизнь, и каждый следующий результат не слишком отличался от предыдущих: думаю, есть определенная универсальная формула, которую можно применять ко всем ядрам… До битвы богов наделенных магией големов вокруг было куда больше, но тогда я не интересовалась, как на них влияют ядра и как их встраивают внутрь машин. Тогда я была всего лишь подмастерьем, а сейчас уже готова шагнуть на ранг грандмастера, — скупо улыбнулась заклинатель.

— Чертова битва богов, — пробормотал я. — Сколько знаний осталось погребено в брошенных городах…

— Я думаю, ты выиграл больше, чем потерял, — неожиданно заметила женщина. — До битвы тебе бы никто не выдал патент в связи с малым возрастом, будь ты хоть какого уровня специалистом. Забрали бы в личные ученики, чтобы взрастить твой талант. Может, повезло бы, и тебя взял в ученики грандмастер из тех, кто не пожелал уходить на покой.

— Грандмастера? — ухватился я за ее оговорку. — Кстати, что с ними стало, почему я их вижу очень редко?

— А сам как думаешь? В основном ранга грандмастера — люди пожилые. Редко кто достигают такого ранга раньше, чем приходит старость, а если и достигают — предпочитают уйти на покой и тихо доживать свой век, отойдя от дел. Хотя, говорят, что слабое человеческое тело не выдерживает силу архетипа, и такие люди быстро умирают. Кто-то ошибался в экспериментах и погибал — я лично слышала о двух таких случаях: про грандмастеров алхимии и демонологии.

Грандмастера ошибались в экспериментах? Звучит сказочно. А насчет старости — я совсем недавно видел одного грандмастера проклятий, и возраст у него был далеко не преклонный. Кстати, вполне возможно, что именно этот мастер стал нежитью и проклял моего учителя в прошлой жизни. И пока я знаю единственный способ не допустить такого же поворота в этой жизни — нужно просто прикончить грандмастера проклятий. Правда, такой вариант мне сильно не по душе.

— Ладно, хватит болтать, — вынырнула из воспоминаний женщина. — Давай проверим твое ядро.

Аделая расставила вокруг ядра исписанные рунами кубики и треугольники, выбрав те из большой коробки. Я запомнил, какие именно руны участвуют в процессе, но многого мне это не дало. При переводе рунная вязь звучала полнейшей белибердой — типа «красный — три — шестнадцать — высокая линия». В прошлой жизни я не занимался профессиональным зачарованием, потому даже примерно не понимал, что происходит, и, вопреки надеждам, не смог ничего понять в работе Аделаи. А та между тем спросила, какой мощности у меня будет голем, какого размера кристалл, сколько я планирую вести рунных цепочек. Мне кажется, что она даже не учитывала ответы — размещала предметы в ведомом лишь ей порядке.

Наконец кристаллы начали пульсировать. Женщина сразу схватила карандаш, бумагу, и принялась что-то записывать, глядя на руны. Мерцание длилось минуты три, и все это время Аделая записывала знаки.

— В общем, вот, как и ожидалось: стандартная рунная цепочка, — вручила мне женщина лист бумаги. — Эта строчка свяжет ядро с направляющим модулем, или как вы там называете «мозги» голема. А вот эту необходимо провести между ядром и источником маны.

Тридцать золотых, чтобы узнать о «стандартности» рунной цепочки. Жалко тратить деньги. Надеюсь, эксперимент окупит усилия.

— Спасибо, — поблагодарил я. — Вы и впрямь мне очень помогли.

— Обращайся. Давай я провожу тебя до выхода.

Мы спустились на первый этаж и вернулись к входной двери.

— Кстати, будь ты связан с кем-нибудь из высокородных, или клановых, я бы тебе посоветовала усилить себя с помощью этого ядра, — неожиданно сказала женщина. — Взращивание растений — это хорошее свойство, но основное качество в этом ядре — контроль, а ты как раз големостроитель, который способен дистанционно контролировать механизмы. Насколько я знаю, у клановых есть особые залы, где они перенимают свойства ядер. Я, конечно, практически ничего не знаю об Алтарных, но, думаю, это лучший способ себя усилить.

Я замер за порогом, но все же спохватился и снова поблагодарил женщину. Будь я смышленее, сам бы дошел до этого, а так остается благодарить человека за совет.

Связь с кланом Кровавой луны у меня есть, а их глава, надеюсь, помнит, что обещал мне если не помощь, то информацию. Информацию я нашел сам, а вот помощь мне не помешает. Осталось только узнать, можно ли вообще ухватить это свойство из ядра. Если можно, я даже могу заставить кладовщика обналичить бумагу и оплатить собственное усиление. Неплохо было бы пройти по следам Глебоса, превратившись во владельца весьма впечатляющего архетипа, но для этого мне хотя бы нужно знать расположение этих самых следов. А пока можно купить другое ядро и создать голема на его основе. Если разницы в ядрах нет, как сказала зачарователь, и рунные цепочки одинаковы, то можно приступить к проектированию уже сегодня.

Глава 9

Я открыл дверь в ближайшую зачаровательную лавку, и, не глядя по сторонам, быстро прошел по помещению к прилавку. Хочу как можно быстрее найти и купить самое подходящее ядро и поскорее отправиться в мастерскую, работать над новым големом.

Эта лавка не была связана с Аделайей, но именно тут я продал ядро, когда мне не хватало золота для поступления в Гильдию. И именно здесь меня заставили изрядно поторговаться: мужик воспользовался тем, что меня поджимало время, и до последнего не хотел давать хорошую цену за добытое из шивана ядро. Да и те золотые монеты, что я все-таки выдавил из него, сложно назвать хорошей ценой.

Продавец от скуки складывал башенку из малюсеньких брусочков артефактного металла. Когда я вошел, его рука дрогнула, и башня рассыпалась. Впрочем, тот уже накрыл металл тканью и улыбнулся мне.

— Добрый…

— Да, здравствуйте. Я хочу выбрать и купить ядро монстра.

— И вы пришли в правильное место! — улыбается пройдоха. — У нас есть масса ядер, и каждое содержит магическую сущность монстра, и способно придать оружию…

— Ближе к сути, — перебил его я.

— Э-э… У нас есть ядра, добытые в подземелье из ледяных великанов. Эти преданные стражи гор, имеющие впечатляющую силу и выносливость…

— Дальше, — оборвал я продавца, и его лицо утратило напускную приветливость.

Ядра великанов мне не подходили: эти существа не были наделены магией в ее традиционном понимании. Ледяной покров и выброс холода, конечно, увеличат возможности любого голема, но я не хочу ограничивать механизм двумя не слишком сильными навыками. Я хочу из элитных деталей и хорошего ядра создать нечто, подобное Тенеплету, только более предсказуемое и полностью мне подконтрольное. А голем с ядром от ледяного великана в схватке против Тенеплета будет страдать. Не то чтобы я всерьез думал, что голем, владеющий магией теней, попытается выйти из-под контроля и мне понадобится собственный защитник, способный меня защитить, но все же.

— Ядро гидрохвоста? Тварь похожа на гидру, только…

— Тоже нет. Есть ядро какого-нибудь существа, наделенного магическими способностями, а не обыкновенными навыками?

Вероятно, для создания моего первого магического голема и получения нового навыка подошло бы любое ядро. Кроме того, чем мощнее существо, которому это ядро принадлежало, тем больше шансов, что эксперимент пойдет не по плану, и я рискую попросту уничтожить ценный ингредиент, но я уже закусил удила. Мне хотелось создать как можно более элитный механизм.

— Есть ядра демона разума, суккубы и сумеречного дракона, — неприятно усмехнулся продавец, которому не понравилось, что я постоянно его перебиваю. — Свойства первых двух тебе, думаю, понятны. Дракон же может повелевать пламенем и льдом. Очень неприятный противник для подземелья, где на стенах всюду есть факелы. Предугадывая твой вопрос — название этому виду драконов дано из-за темной чешуи.

— Если поглотить это ядро с помощью Алтарной, какие свойства переймет человек?

Мужчина за прилавком хмыкнул.

— В Алтарной человек может перенять любые свойства ядра. Какие выберут он и маги, управляющие течением ритуала, такие и переймет, если на то будет удача: рассчитают вероятность поглощения каждого, рассыплют порошки на жаровни, расставят плошки с маслом в нужные места Алтарной, или еще что-нибудь сделают, чтобы увеличить шансы поглощения строго определенных свойств. И эти вопросы стоит задавать не мне: я не знаю, какие процессы происходят в Алтарной, и каков шанс поглощения свойств ядра. Я даже не знаю списка всех свойств, которые находятся в этом ядре. Я просто продавец в зачаровательной лавке, и мои знания весьма ограничены. Так что прекрати перебивать меня, выбери уже товар и покинь эту лавку, сопляк.

— Давай тогда ядро сумеречного дракона, — решил я, и сразу предложил. — Как у брата готов купить, за два золотых.

Продавец от такой наглости поперхнулся готовой сорваться с языка ценой.

— Ты чего, тронулся⁈ Да это существо из самых глубин подземелья вылезло, ядро не меньше своего веса в золоте стоит!

— Если для тебя шестой-седьмой этаж — самые глубины, грош цена твоим знаниям. Впрочем, это было понятно еще в момент, когда ты начал говорить про какого-то демона разума. Чье ядро ты хотел продать мне под видом ингредиента несуществующей твари?

— Сорок золотых, сопляк!

— Три.

— Сорок, и ни монетой меньше! Если у тебя вообще есть деньги!

Я полез за кошельком, отсчитал восемнадцать монет и поставил их в столбик на прилавок.

— Знаете, я думаю, именно столько оно и стоит. С учетом всевозможных наценок, с учетом редкости монстра и прочего, прочего.

— Я тебе его не продам за жалкие восемнадцать монет, — покачал головой зачарователь. Я пожал плечами и развернулся, направляясь к двери. А потом вспомнил кое о чем.

— Кстати, у вас есть ядра чароцветов? — спросил я, обернувшись на пороге.

— Эти монстры слишком редкие, и их ядра не пользуются большой популярностью. Забери деньги, пацан, либо возьми товар, равный по стоимости этим монетам.

— Я и планирую так сделать, — сознался я и вышел, оставив деньги на стойке.

Спустя минуту за дверь выскользнул Тенеплет, перемещаясь по теневой стороне мира. Чтобы появиться в реальности, голем потратил секунду, и протянул ко мне механическую ладонь с ядром. Я закинул ингредиент в рюкзак, и мы направились к складу.

Тенеплета я оставил снаружи склада, к нему же отправил и Железного, чтобы оба не мешались внутри. Кстати, странный голем не показывал своих особенностей с самого подземелья, да и не косился на меня злобно, хотя я планировал создать ему конкурента и возможную замену.

Окон в ангаре не было. Я зажег висевшие на стенах керосиновые лампы, при этом чуть напрягся, когда понял, что Тенеплета подобный свет из теней не выбьет. А потом осознал, что если голем решит напасть, то и при свете дня сделает это, не только из изнанки. Не сказать, что это меня успокоило, но появилась некая фаталистичность.

Наконец все было готово. Помогайка, над которым я перехватил контроль, послушно разложил детали по очищенному от мусора полу ангара. Это, конечно, не стол в мастерской Гильдии, и не моя мастерская в прошлой жизни, но за неимением лучшего…

Зато детали были восхитительны. Да, корпус не сделан на заказ, а куплен, зато это прочный и надежный алхимический корпус, да и прочие детали подобраны под мои хотелки. Я годами пользовался такими же деталями, что я купил: знаю, как они работают в синергии. Это как собирать велосипед из качественных фирменных деталей, когда ты не ограничен узким выбором и бюджетом. Те, кто привык к стандартным односкоростным «стелсам», не поймут, а кто знает, чего стоит и насколько отличается от дешевых стандартных моделей собранный под твою руку велосипед, пусть всего тысяч за тридцать-сорок — поймут, о чем я говорю.

Корпус я взял от маленькой машины — Дроуганского горлореза. Я даже не знаю, что значит слово «Дроуган» — это город, или человек, который спроектировал голема? Если подумать, на самом деле забавно: создатель голема мертв, город, где его впервые построили, тоже почил, а название живет.

Итак, голем получился мелким: высотой примерно мне по плечо: сто сорок три сантиметра.

Этот голем был максимально боевой машиной. В корпусе было место для установки сложных гироскопических систем, вдобавок я купил накопитель с базой данных по акробатике и ювелирному контролю тела. Я купил его за семьдесят шесть золотых — как по мне, слишком дорого, но зато голем теперь мог показывать чудеса ловкости. Увы, я не мог установить на машину какой-либо иной базы: для такого нужен какой-нибудь управляющий модуль, созданный именно для обработки баз, а не для боевых моделей. Соответственно, голем с такими базами не сможет похвастаться скоростью и ловкостью, зато может стать великолепным продавцом, дворецким, или вести бухгалтерский учет — зависит от того, какие базы ты в него загрузишь.

Перво-наперво я разметил, где установлю держатели для энергокристалла, для модулей.

С разметкой дело немного застопорилось. Во-первых, корпус этого голема был меньше тех, с которыми я работал прежде. Во-вторых, кроме стандартных рунных цепочек мне нужно было создать дублирующие, так как кристалл для этого голема я выбрал мощный, и энергия попросту разрушила бы одну линию манопотоков. Во-третьих, мне нужно было создать еще два манопотока, от ядра. И поместить внутрь артефакт.

На расчеты и выверение оптимального расположения манопотоков ушло два часа.

Потом — принялся за гравировку необходимых рун: сплетал необходимые руны и помещал их в металл без всяких инструментов — для големостроителя с архетипом они необязательны. Выходило медленнее, чем на ранге мастера, руны временами хотели выскользнуть из рук, но у меня хватало опыта, чтобы не сорвать плетения.

В ином зрении, что появилось у меня вместе с архетипом, было видно, как руна за руной плетения вливаются в металл, змеятся внутри, встают на свои места. Работа заняла четыре изнуряющих часа, в течение которых я ни на что не отвлекался. Под конец работы голем сиял от переполняющей его энергии, а вот у меня дрожали руки и в ушах звенело.

Самое главное в этом големе — не только предположительное умение управляться с пламенем, и расширенный энергетический резерв. С большим кристаллом мне не придется вымерять, сколько еще этот голем сможет использовать магию, как я делаю с Тенеплетом. Лучше решения дублирующих энергопотоков было бы два энергокристалла, но столько в столь маленькое тело не засунешь, а если и засунешь — рано или поздно система, похожая на кривую башенку из кубиков, рухнет.

Возможно, грандмастер смог бы засунуть в голема и два, и три энергокристалла, да еще и усилить механизм так, чтобы тот действовал с половиной разрушенных манопотоков, но я не грандмастер. Если бы у меня было больше ресурсов, вековой опыт или побольше знаний…

Теперь — установка креплений и внутренних деталей. Если я сделал все, как нужно, ядро голема активируется вместе с ним. В дело вступил помогайка. Паучара удерживал на весу собранный корпус, и я легко управлял многочисленными манипуляторами. Инструменты голема управлялись с помощью мысленных команд, не давая мне совершать ошибки, которые могли возникнуть из-за неточных движений. Голем выверял до последнего миллиметра необходимые, и работал сваркой точно и аккуратно.

Дойдя до установки артефакта, я задумался — стоит ли внедрять в голема деталь, увеличивающую его скорость? Может, лучше подобрать к его ядру нечто смежное, способное дать ему способность лучше контролировать пламя?

Хотя нет, к черту. Я не пойду сейчас в Гильдию за новым артефактом. Лучше уж позже заменить этот артефакт на другой, а пока пусть механизм побудет чуть более скоростным.

Я прикрепил артефакт, похожий на камень размером с кулак, возле энергокристалла — необходимые манопотоки к тому времени уже были готовы. Свое место занимали деталь, выполняющая функцию гироскопа, коробочка с дополнительной памятью и такая же с базой данных, управляющий модуль, зрительный модуль и прочие. Крепления были приварены идеально — каждый элемент помещался без всяких проблем. Работать с хорошо откалиброванным помогайкой — одно удовольствие.

Манипуляторы поставили голема на пол, и я выдохнул — механизм стоял на месте уверенно, не покачивался и не собирался падать. Значит, с балансом тоже все в порядке, и переделывать голема не требуется.

Наконец я вставил на место энергокристалл. Манипуляторы паучары пришли в движение: захлопнули крышку на груди голема и закрутили шурупы.

Защитные пластины закаленному корпусу не были нужны. Точнее, можно было навесить и их, но я в очередной раз сделал ставку на скорость механизма.

Я отступил на пару шагов, наблюдая за тем, как оживает мой голем.

По металлическому телу пробежала легкая вибрация. Я видел, как манопотоки становятся еще ярче, когда по ним впервые течет энергия: как наливается свечением его ядро, как мана течет по управляющему модулю голема, который, согласно базовым директивам, сейчас тестирует внутренние детали и программы механизма.

Окуляры визуального модуля блеснули, а потом механизм перешел к тесту тела. Тяжелые металлические руки медленно поднялись, кисти двинулись. Голем шевельнул плечами, шагнул вперед. Его голова повернулась, осматривая ангар.

— Добро пожаловать в мир, Пламенный, — произнес я зачем-то.

После моих слов система разразилась сообщениями:

[Вы получили навык «наделение силой»]

[Наделение силой, ранг — новичок]

[Ранг навыка «рунная магия» повышен!]

[Рунная магия, ранг — подмастерье]

[Ранг навыка «создание големов» повышен!]

[Создание големов, ранг — подмастерье]

[Ранг архетипа повышен!]

[Архетип: Архитектор големов, ранг — подмастерье]

А вот это уже неожиданно, но очень приятно! Итого, мне нужно получить навык «усиление големов», и повысить три-четыре навыка до уровня мастера, и я смогу наверстать то, что у меня имелось на момент смерти. Правда, потом придется штурмовать непокоренные вершины годами — это по проторенному пути шагать легко.

И за что по итогу мне выдали так много плюшек?

Я осмотрел мелкого голема. Впрочем, рост не слишком важен — с учетом качественных деталей, ушедших на изготовление этого малыша, он сможет в одиночку справляться и с ледяными великанами.

— Покажи, что умеешь делать с огнем, не поджигая ничего вокруг, — скомандовал я неподвижному механизму. Заодно проверю, умеет ли он действовать самостоятельно.

Пламя в керосиновых лампах затрепетало, вытянулось и потекло наружу через отверстия для воздуха. Голем вытянул перед собой руку, и над его ладонью закрутился клубок из огненных нитей.

Воздух в помещении быстро нагрелся, от огненного шарика веяло опасным жаром. Пламя все увеличивалось, сплетались все новые и новые нити, а керосин стремительно убывал. Я оценил количество маны в энергокристалле голема и остался доволен: эти фокусы практически не потратили энергию. Другое дело, что ничего по-настоящему мощного я пока не увидел.

Мне показалось, что Тенеплет на несколько градусов повернул голову, будто прислушиваясь к тому, что происходит в помещении. Интересно, он видит через тени, что тут происходит? И не решит ли вмешаться?

По спине пополз предупреждающий холодок.

— А теперь верни пламя на место, — попросил я, и голем подчинился: пламя вне ламп разом потухло, оставив лишь волны тепла, расходящиеся по ангару.

Неплохо. А теперь — следующий тест.

Я проверил голема снаружи и изнутри, просканировал диагностическими заклятьями, пытаясь отыскать малейшее изменение в его поведении, но не нашел. Тенеплета я просканировать не мог, как и узнать, какие знания в него вложил один из предыдущих хозяев, но этого мог легко. Голем был абсолютно послушен, абсолютно прозрачен, абсолютно обычен.

Стандартная бездушная железка.

В этот момент, кроме облегчения, я почувствовал и некое… разочарование? Странно, я хотел создать полностью подконтрольного мне голема, но на деле разочаровался, когда именно это и получилось.

Я знаю, что ни у кого не вышло создать наделенного душой голема, но после знакомства с Тенеплетом мне начало казаться, будто такое возможно. Увы, я ошибся.

— Ладно. Будем считать, с первым заданием ты справился, — пробормотал я. — А теперь — в Гильдию.

Только прежде нужно прибраться в ангаре, собрать как запасные крепления, так и прочие взятые про запас детали, и вернуть кладовщику помогайку. А затем… Пожалуй, затем я навещу замок клана Кровавой луны: он как раз находится на расстоянии суток ходьбы от Оклорда. Трех весьма неслабых големов хватит, чтобы без опаски бродить по здешним дорогам, так что я могу быть спокоен. Заодно и все триггеры, что внедрил в Железного и Тенеплета, помещу в Пламенного. На случай внезапной атаки, на случай попытки перехвата контроля, на случай атаки его кем-то из моих големов, на случай, если со мной пропадет связь и на десятки других случаев.

Интересно, каково это — поглотить силу ядра чароцвета?

Глава 10

Замок клана Кровавой луны я видел впервые, и махина действительно впечатляла.

Я подошел к нему поздним вечером, когда от ближайшей реки поднялся густой туман, окутавший и дорогу, и массивные каменные стены. Пелена тумана скрадывала мои шаги, и цокот и бряцанье големов. Мы шли почти бесшумно, словно призраки. И мне меньше всего хотелось получить стрелу, если излишне чуткий лучник решит проверить себя в стрельбе на звук.

Но обошлось. Я медленно подошел к опущенному мосту, перешел по нему до опущенной решетки. Что интересно — по решетке вилась вязь какого-то плетения. Лорд не упустил возможность использовать магию для усиления защиты своей крепости.

Ощущение чужого недоброго взгляда усилилось, и спустя минуту к решетке со стороны крепости подошел настороженный молодой стражник. Как минимум, еще пятеро прятались в тумане — даже скрадывающая звуки пелена не помешала мне услышать, как стража взводит арбалеты.

— С какой целью ты посетил крепость великого лорда Арка, парень?

— Хочу увидеться с лордом.

— Ты какой-то важный купец? Может, изобретатель или алхимик, которого ждет лорд? Или ты говоришь от лица своих спутников, которые достаточно знатны или уважаемы, чтобы их знали? Почему ты думаешь, что тебя примут, и как мне тебя представить?

— Со мной не спутники, а боевые големы. Можешь сказать лорду Арку, что прибыл Вилатос, големостроитель. А если лорда нет, сообщи обо мне Глебосу — с ним я тоже знаком.

Стражник кивнул и ушел. Минут пятнадцать ничего не происходило: я слышал разговоры стражников и далекие отрывистые команды, а потом ко мне вышел Глебос.

— Поднять решетку, — бросил он в сторону, едва увидел меня.

— Мой господин, я бы не советовал… — затараторил кто-то позади пацана. — С ним боевые големы, Сенька сказал, от двух силой так и шибает…

Глебос не обратил внимания на бормотание, кивнул мне.

— Привет, Вилатос. Сейчас стражники соизволят поднять решетку, и мы с тобой поговорим, как подобает.

— Здравствуй. Не имею ничего против. Если им будет спокойнее, могу оставить големов здесь.

Тем более, что Тенеплет может перейти на изнанку и попасть в крепость в любой момент. Если камни усилены идущими сквозь них плетениями, то над стенами магической защиты нет.

— Да, так будет лучше. Иначе отец в очередной раз выест мне мозг, только на этот раз — нравоучениями, мол, крепость существует для защиты и не стоит пускать в нее отряд потенциального противника. Что ты хочешь с ним обсудить, если не секрет?

— Мне нужно воспользоваться вашей Алтарной. У меня есть неплохое ядро, которое должно помочь мне лучше контролировать големов.

Решетка загрохотала, поднимаясь — солдат наконец решил, что следует выполнить приказ.

Я шагнул в открывшийся проход, оставив големов снаружи.

— Давай, я отведу тебя к отцу. В это время он обычно сидит в кабинете и работает с бумагами. Если бы ты заявился к нему без моего сопровождения — ждал бы во внутреннем дворике, пока отец не соизволил бы принять тебя, но со мной ожидать не будешь.

— Спасибо, — кивнул я и пошел за Глебосом. — Мы с твоим отцом уже встречались, и обсудили кое-что.

— Да, об этом я наслышан, — кивнул Глебос. — Отец рассказал мне и о твоем перерождении, и про договор между вами. Я хотел, чтобы он отозвал награду за твою голову, но не смог… переубедить его, скажем так. Жаль, что тебе пришлось ввязаться во все это. Клановые интриги, взаимоотношения, договора и обязательства — та еще грязь. Нормальным людям, которые всего этого не знают, очень повезло.

Значит, Глебос осведомлен, что у меня — вторая жизнь. Хорошо, что не пришлось самому объяснять ему это, выискивая нужные слова. И, судя по тому, что он не кидает мне в лицо претензии касательно моего молчания и ставок на его победу, он относится ко мне нормально.

— Ну, соваться в эти ваши интриги я и не планирую, — усмехнулся я.

— Поздно, — без тени улыбки ответил пацан.

Мы дошли до донжона, и остановились у дверей. Глебос оглянулся, и, не заметив рядом никого из прислуги, сказал куда тише:

— Ты уже в этом завяз, иначе не пришел бы. Дальше — больше: отец попробует менять тебя. Начнутся щедро оплачиваемые «просьбы», которые незаметно для тебя станут все более и более аморальными, растягивая границы того, что ты когда-то отказался бы делать. Он будет предлагать тебе знания, или найдет другой крючок, за который сможет тебя зацепить. И кто знает, где ты окажешься в конце концов, и кем себя осознаешь. Деревенские пьяницы, опухшие и прожравшие свою жизнь, не способные быть трезвыми из-за груза ошибок, счастливее некоторых бравых слуг нашего клана. Мой тебе совет: следи за просьбами моего отца и за изменениями в своем поведении. А лучше — уходи сразу же, как получишь то, что желаешь сейчас. Потому что потом он предложит тебе что-то еще, и еще.

— Ладно, как скажешь. А что насчет тебя, ты все-таки решил вернуться в лоно семьи? — поспешил я сменить тему.

— Не скажу, что у меня был выбор. Рано или поздно мне бы надоело таскаться по городам и селам, прикрываясь личиной. Тем более, что мой побег принес мне определенную выгоду: теперь меня не выматывают бесконечными тренировками, и отец относится ко мне, как и должен относиться к сыну. Или делает вид?..

На это я ничего не ответил. Настраивать Глебоса против его отца в замке клана Кровавой луны я не стану, а играть в команде лорда Арка не хочется.

— Ладно, пошли, — вздохнул паренек и пошагал по высоким ступенькам к массивным дверям.

Мы вошли в зал донжона. Здесь пахло затхлостью и пылью. Потолки в зале были на высоте четырех метров — так просто влажной тряпкой не дотянешься. В углах колыхалась паутина.

На стенах находились искусные фрески, изображающие в основном кровавые сражения и людей с эмблемой клана Кровавой луны, по одному человеку на картину. В основном этих людей изображали в величественных позах, стоящих на холмах или другом возвышении по центру фресок. Забавно было смотреть на это, зная, что до битвы богов недодавленные кланы боялись высунуться, и уж точно не имели и толики того влияния, что сейчас. И крепостью этой лорд Арк до той битвы, вероятно, не владел.

Тем не менее, это место обладало собственной мистической аурой. В замке ощущалось давление истории — до Арка здесь жили люди, и жили долго. Черепица на крыше донжона местами была темной от дождей и прошедших лет. Местами крышу ремонтировали — черепки в тех местах отличались по цвету.

— Что думаешь делать с наковальней? — спросил я. Будет не слишком приятно узнать, если Глебос уже продал этот артефакт, но лучше уж сейчас.

— Отец хочет узнать, где она. Я, кстати, склоняюсь к тому, чтобы рассказать ему — это усилит клан, но без разговора с тобой решать судьбу артефакта я не стал.

— Не против, если я сам ему об этом скажу?

— Говори, — пожал плечами пацан.

Мы спустились по лестнице, потом — по еще одной, временами встречая немногочисленную прислугу. Ходы под замком были разветвленными и длинными. Мне показалось, они выходили за пределы внешних стен.

— Раньше отец работал на третьем этаже донжона, но там случилась кое-какая неприятность, и сейчас кабинет восстанавливают.

— Понятно.

Возле одной из дверей паренек остановился и без стука зашел внутрь, придержав для меня дверь.

Помещение было крохотным. За столом, занимающим большую площадь комнатушки, сидел лорд Арк.

— Вилатос? — поднял бровь лорд. — Не ожидал увидеть тебя. Сын, ты можешь идти.

Глебос кивнул и вышел.

— С чем ты пришел?

— Я хотел кое о чем вас попросить. В прошлый раз я рассказал вам немало интересного…

— И? — перебил меня лорд. — Не хочу быть грубым, но у меня очень много дел. Пожалуйста, будь краток.

— И хочу воспользоваться одним из особых мест вашего замка. Алтарной.

— С чего ты решил, что данной тобой информации достаточно для использования моего Алтарного зала?

Не думал, что он задаст такой вопрос. Мне казалось, Арк продолжит улыбаться и вытягивать данные о будущем.

Потому что ты в Оклорде выжал из меня всю интересующую тебя информацию, мог ответить я. Но сказал совершенно другое: то, что звучало гораздо интереснее для лорда.

— Потому, что политическая информация — лишь малая часть того, что я принес из будущего, и все сказанное мной растянется на годы, тогда как есть исследования и прочие тайны из будущего, которыми можно заняться сейчас. И я готов платить ими по факту усовершенствования своего тела. Я считаю, что на поглощение силы принесенного мной ядра я уже точно заработал.

— Складно говоришь, — пробормотал лорд. — Хорошо, я устрою тебе ритуал. Чье ядро ты добыл?

— Чароцвета.

— Погоди, так ты хочешь использовать ядро растительного монстра? — С непонятным выражением спросил Арк. — Ты действительно уверен, что тебе это нужно?

— Э-э… ну, да.

— Что ж, в таком случае я прямо сейчас распоряжусь, чтобы подготовили Алтарную. Мне и самому интересно, что получится.

Вот тут я уже напрягся. Но расспрашивать лорда о нюансах было поздно: пока я раскачивался, Арк уже вышел из кабинета и попросил меня подождать его в зале донжона. Предупредительный слуга, перехваченный лордом, сразу же отвел меня туда.

Ну ладно. В случае чего, смогу отказаться или расспросить о рисках: я ведь пока не в Алтарной, и вокруг меня не работают маги.

Так я думал первые полчаса. Лорда все не было, зато мимо меня забегали другие люди.

Первым по залу пробежался лопоухий мальчишка-слуга и разжег керосиновые лампы. После этого быстрым шагом прошли еще четыре слуги, а потом — трое рослых бородатых мужчин, переговариваясь, судя по всему, про Алтарную:

— И почему вечером, и без оповещения?

— Может, удалось заполучить какое-то редкое ядро?

— Это не повод для спешки! Обычно предупреждают минимум за три дня, чтобы мы успели рассчитать…

Троица скрылась, и чертыхнулся я уже в пустом зале. Я чувствовал себя мальчишкой, разворошившим муравейник, и все, что мог — убивать скуку и тревогу, рассматривая фрески. Получалось плохо.

— Эй! Эй, уважаемая! — окликнул я семенящую к выходу женщину в одежде слуги. — Мне нужно поговорить с Глебосом.

— Все будет, господин, — на ходу поклонилась она, и исчезла. Глебоса я не дождался ни через десять минут, ни через сорок. Однако ситуация меня все больше и больше напрягала, потому Тенеплет перешел в тень и помчался через зал вслед за ушедшей троицей.

Чтобы найти Алтарную, голему понадобилось семь минут шныряния по разным комнатам. Подземные ходы здесь действительно были длинными и разветвленными.

Помещение было маленьким — как комната в трактире дядюшки Бу. Стены украшены серебряными рунами, по углам дымят курильницы, а посередине — широкая гранитная плита, на которой свободно разместится даже рослый человек.

В первые пять минут ничего интересного не происходило — люди расставляли всюду жаровни, плошки с маслами, помещали в держатели палочки с благовониями. Тенеплет неподвижно сидел у выхода, а я маялся в ожидании. И в какой-то момент дождался диалога. Двое магов принялись общаться, в то время как третий сосредоточенно работал.

— Интересно, как лорду удалось убедить кого-то рискнуть здоровьем?

— Да заплатил наш господин какому-нибудь жадному бродяге пару золотых, да и все. Не думаю, что обычному подопытному дали бы больше.

— Не согласен. Бродяга уже должен быть необычным: иметь архетип, развитый минимум до уровня ученика, и сродство с предполагаемым ядром. Хотя бы в одном аспекте. Плюс — мы уже пытались внедрить силу растительного ядра одному человеку, и ни к чему хорошему это не привело. Лорд — не тот человек, что раз за разом долбится в закрытую дверь, так что ритуал сегодня должен отличаться от предыдущей попытки. Сливать дорогие ресурсы, ничего не меняя в процессе — глупость.

В процессе была одна переменная — мое попадание в прошлое. Но я не думаю, что это хоть как-то повлияет на результат. Черт!

— Так и мы с прошлого раза здорово навострились работать с Алтарной — вычисляем свойства ядер все лучше, получили по повышению рунных навыков, — слегка приободрил меня собеседник.

— Нет. То, что ты описал — как листом подорожника закрывать рубленую рану. Никто из ныне живущих не разбирается в растительных ядрах. Никто из живших ранее не смог поглотить силу такого ядра — слишком уж она неподходящая для человека. Любой монстр-зверь и даже нежить не столь сильно отличаются от человека, как растения. Даже если кто-то когда-то сможет поглотить их силу, результат будет абсолютно непредсказуем.

— А как же истории про людей, которые все-таки смогли?

— Не более чем выдумки!

— Тем не менее, мы обеспечим этому подопытному кролику максимум страховки и сведем к минимуму откат, — наконец заговорил третий, отрываясь от расчерчивания меловых рун между серебряными рунами на стенах Алтарной. — Ну, потеряет он на полгода-год возможность поглощать другие ядра, и что с того? И не с таким люди живут.

— Вилатос?

Я вздрогнул и отвернулся от фрески, на которую пялился больше пяти минут.

— Да?

— Все уже готово. Не передумал?

Не передумал ли я?

Хороший вопрос. Пожалуй, нет, не передумал. Если есть шанс обрести дополнительные силы — стоит им воспользоваться.

Что я теряю? Возможность прокачиваться с помощью ядер на полгода — год. Но я и раньше справлялся без этого. Зато, если вспомнить оговорку насчет легенд и историй, появляется зыбкий шанс получить какие-то необычные силы.

— Нет, не передумал, — сказал я, чувствуя себя так, словно шагаю в пропасть.

— Хорошо. Пошли в Алтарную.

К моменту, как мы пришли на место, Тенеплет и два мага покинули комнату. Оставшийся специалист уложил меня на гранит, скороговоркой выдал массу советов, упомянул, что меня ожидает битва разумов, и чтобы я не стеснялся на полную использовать воображение.

— Готов? — спросил он наконец.

Я кивнул и вдруг очутился на лугу. Напротив меня, шагах в десяти, стоит тонкий стебель чароцвета.

Значит, для победы мне нужно его убить? Хорошо. А как?

Я попробовал шагнуть в сторону растения, но это далось с трудом, мои ноги будто липли к траве. Значит, это нужно сделать не руками. Что там маги говорили про воображение?

Сосредоточившись, я пожелал, чтобы в моей руке появилось копье. И у меня даже что-то получилось: на тонкую, размером с карандаш, деревяшку был насажен наконечник, который больше походил на железную луковицу. В общем, первый блин — комом. Я выбросил копье и попробовал сформировать мачете, более подходящее для рубки сорняков.

Не успел. Чароцвет первый дотянулся до меня воображаемыми лианами. Только вот на том уровне, где мы находились, воображаемое было сродни реальности, и отростки, касающиеся моих ног, были весьма ощутимы: я почувствовал, как гибкая лоза оплетает и туго стягивает мои щиколотки, холодя кожу, поднимается выше…

— Черт!

Я попытался воплотить огонь, бегущий по корням твари, только пламя появлялось не в виде ревущего пожара, как я желал, а в виде пары язычков, и сразу же гасло. Боевой голем, которого я создал для защиты, получился весьма несуразным, скособоченным и развалился после первых же шагов.

Каждое воплощение образов отнимало мои силы, и растение двигалось все увереннее. Мои ноги затянуло в кокон, и лианы двигались вверх, сплетаясь вокруг меня. Чароцвет не планировал перехватывать надо мной контроль — он хотел переварить, поглотить меня. Может, не мог проникнуть сквозь мою кожу — если здесь она была такой же, как в реальности, после зелья физической крепости ее даже обычным ножом сложно пробить.

Тем не менее, я не мог ничего сделать. У меня не хватало умения работы с образами — топор, который я поспешно воплотил, разлетелся при первом же ударе, оставив на корне неглубокую зарубку. У меня не хватало ментальных сил — все, что я воплощал, было блеклым, тусклым. Руны, которые я пытался вообразить на предметах, расплывались. Плетения разрушались у пальцев. Я не мог разорвать или отодрать от себя зеленые побеги, и с ужасом смотрел за тем, как растение не торопясь движется вверх по моей одежде.

Чароцвет чувствовал себя великолепно — не торопясь разрастался, проращивал на лианах листы, которые становились все больше и все плотнее прилегали к лианам. Вокруг меня формировался кокон, а ноги уже ощущали щиплющую кожу жижу.

Поглощение ядра пошло не по плану.

За следующие десять минут я перепробовал все. Я орал, дергался, как припадочный, требовал меня выпустить. Тщетно. Какие бы меры ни предпринимали маги, их оказалось недостаточно. Я медленно умирал.

А потом лоза добралась до моей головы и меня заключило в кокон полностью. И едкая жидкость удивительно быстро добралась сперва до моих колен, а потом — накрыла меня с головой.

Я мог не дышать, но это не исправляло ситуацию. Спустя еще десяток минут я почувствовал, что моя сущность распадается, а растение каким-то образом проникло в мою голову и оплетает в воображаемый кокон мои воспоминания.

Вот тогда-то вмешался кто-то иной.

Ощущение невероятной силы пришло со стороны, будто некто из реального мира попал в мое воображение. Темная фигура с размытыми чертами лица появилась рядом с коконом и разорвала его.

— Я не дам тебе убиться. Ты — мой единственный шанс, глупый человек, — произнесло существо монотонным невыразительным голосом, который можно было принять как за мужской, так и за женский.

Меня и чароцвет подхватило и тряхнуло, как встряхивает ткань швея, прежде чем положить на стол и распороть.

Образы исчезли, я больше ничего не видел. Не знаю, кем была эта третья сила, но она сумела мне помочь. Из нас двоих, будто в конструкторе, собрали одно живое существо. Кем бы ни был мой спаситель, он нашел у меня и у чароцвета кое-что общее: мою жадность к деньгам и ресурсам и жадность к человеческой плоти у растения-монстра.

Если бы я отказался от выгодного предложения и ушел из города, который окружала нежить, я бы не погиб. Если бы чароцвет ограничился охранниками и купцами, не желая привлекать спектаклем в беседке других спутников, не погиб бы он. Все мои воспоминания и образы из памяти растения мелькали передо мной с чудовищной скоростью. Существо наделяло меня новыми свойствами из ядра, безжалостно распотрошив чароцвет.

Когда образы кончились, я попал в кошмар, где не было ни времени, ни пространства, ни мыслей, и бесконечно плавал там, не в силах мыслить, не в силах ужасаться происходящему.

Я остался ведущим. Растение не сохранило сознание, но как-то повлияло на меня, потому что когда я пришел в себя, вынырнув из омута кошмаров, меня приветствовала надпись.

[Вы получили особенность «Пожирание»]

[Пожирание: возможность усиливать навыки за счет поглощенных]

Глава 11

Сразу после возвращения в реальность ознакомиться со своими новыми способностями я не смог, и тому была веская причина. Алтарная, гордость лорда Арка, оказалась в ужасном состоянии: по стенам змеились трещины, из камня выпало несколько серебряных рун. Когда это случилось, не знаю — либо когда меня латало то странное существо, либо — когда я бился… точнее, когда меня переваривал чароцвет. В общем, меня едва ли не вынесли из помещения, так как самостоятельно я передвигался с трудом, и передали Арку.

Лорд выглядел чрезвычайно недовольным, и сразу сказал:

— Короче, Вилатос, я тебе Алтарную предоставил, но после того, что в ней случилось, в благородство играть не буду. Выполнишь для меня пару заданий — и мы в расчете. Заодно посмотрим, как быстро у тебя голова после поглощения ядра чароцвета прояснится. А по големам что-нибудь постараюсь разузнать. Не знаю, на кой тебе информация по профилю, если ты знаешь, как растительные ядра поглощать и притом оставаться в живых, но в чужие дела не лезу: хочешь знаний, значит, есть причина.

— Предлагаю о долгах поговорить позже, — пробормотал я. — Сейчас практически не соображаю.

Всё это время я не чувствовал вины за разрушенную Алтарную, и единственное, о чем думал, так это о навыках лорда Арка. Пожирание сообщало, что навыки располагаются по центру груди человека. У лорда их было больше двадцати: они жались друг к другу, походя на россыпь ярких белых шаров.

Мне хотелось сожрать их. Сложить ладонь щепотью, резким ударом пробить грудь лорда и поглотить эти вкусные белые шарики. Но, несмотря на слюну и голод, я держался. Понимание проблем, следующих за таким поступком, перевешивало голод. Арк — не последний человек с навыками.

Интересно, какова на вкус филактерия с душой лича, и какие свойства она даст?..

— Вилатос? Вилатос!

Я чересчур глубоко ушел в мысли. Когда Арк окликнул меня, я с трудом оторвал взгляд от навыков, находящихся на расстоянии хорошего удара рукой, и посмотрел лорду в глаза.

— Давай поговорим завтра: тебе действительно нужен отдых, как я погляжу. Тебя проводят до комнаты, — кивнул он на стоящего рядом слугу. Когда тот успел подойти, я не заметил.

К этому моменту я уже более-менее пришел в себя, и мог передвигаться самостоятельно.

Комната располагалась на третьем подземном этаже. Когда слуга предупредительно открыл передо мной дверь и с лёгким поклоном шагнул в сторону, я зашёл внутрь и первым делом заперся на задвижку. А уже потом огляделся.

Для выделенного мне помещения больше подходило определение «покои». Две огромнейших комнаты, во второй — полноценный бассейн с чистой водой, напротив — зеркало в полный рост.

Есть огромная кровать, широкий шкаф с однотипными махровыми халатами — роскошью, по меркам этого мира. За дверцей маленькой тумбочки с встроенным артефактом охлаждения стояли разнокалиберные бутылочки с алкоголем: пузатые бутылки с красным вином, маленькие бутылочки с чем-то прозрачным. Если в комнате пыли почти нет, и бельё свежее, то бутыли в шкафчике покрыты пылью — либо гости здесь бывают нечасто, либо не уважают алкоголь.

Судя по обстановке, комнату держат для знатных гостей. Видимо, из-за отсутствия таковых, её предоставили мне.

Я осмотрелся, убедился в отсутствии нехороших артефактов и плетений, и сделал то, что откладывал: подошёл к зеркалу.

Ещё во время похода по коридорам я обратил внимание, что кожа на моих ладонях обрела чуть зеленоватый оттенок, но списал это на неверный свет ламп. Увы, изменения мне не причудились. Кроме изменений психики слияние с ядром изменило цвет моей кожи.

Я не чувствовал у себя новых способностей: вряд ли я могу управлять скоростью роста растений или проявлять иные, свойственные друидам, качества. Единственные значимые изменения система отразила сообщением, а внешность… Что ж, я никогда не считал себя красавчиком, и не заботился о внешности. Подумаешь, стал чуть зеленее. Главное — не пустил корни и не переварился цветком, а изменения психики можно и пережить.

Ох уж эта Аделая со своими советами! «Сможешь улучшить контроль над големами», как же! А еще это непонятное существо, которое раскромсало на части ядро и внедрило мне главную особенность чароцвета. Кто оно? Самая первая мысль — Тенеплет. Но нет, голем не показывал ничего, кроме способности перемещаться в тенях и атаковать тьмой. Ксантия? Боги мертвы, если верить лорду. А даже если не совсем мертвы: где я и где Ксантия?

Я сел прямо на пол и запустил ладони в волосы. Посидел так минут пять, прикидывая размеры задницы, в которую попал, а потом поднялся.

Аделая ни в чем не виновата. Тетка сразу сказала, что не знает практически ничего про процесс поглощения навыков из ядра. Ладно, чего уж… Поглощение ядра больше дало, чем забрало. Забрало нормальный цвет кожи, а дало имбовую особенность и легкое желание сожрать весь мир. Как ни крути, я весь в плюсах. Главное, держать эти плюсы в узде.

Я закрыл глаза, концентрируясь на «пожирании». Пожалуй, самое время протестировать способность. Что у меня самое ненужное? Владение кинжалом. Если получится с помощью него усилить «Наделение силой», будет вообще прекрасно. Да, если у меня получится качать физические навыки и с их помощью развивать профильные, это будет похоже на читерство, но будем честны: вся система — сплошное надругательство над честностью.

Едва я выбрал навык, желудок содрогнулся в спазме. Если было бы чем, меня бы стошнило. Переваривать самого себя было мерзко. Я будто снова очутился в бутоне чароцвета. А потом появилось сообщение от системы, которое меня отнюдь не порадовало.

Внимание! Общими навыками можно усиливать лишь общие навыки!

— Не проблема…

Подавив тошноту, я выбрал в качестве навыка для усиления «ускорение восприятия». С учетом «крепости тела», думаю, я справлюсь с минусами от усилившегося навыка.

[Пожирание навыка «Владение кинжалом — ученик»]

[Усиление навыка «Ускорение восприятия — новичок»]

[Ранг навыка «ускорение восприятия» повышен!]

[Ускорение восприятия, ранг — ученик]

Голову пронзила вспышка боли, принесшая массу новых знаний: как контролировать скорость восприятия, как правильнее двигаться в замедленном мире. Кроме того, когда навык шагнул на новый ранг, я стал воспринимать свое тело гораздо лучше.

А вот процесс расщепления навыка мне не понравился. Это было неприятно, будто для утоления голода мне пришлось сожрать кусок с собственной ноги. «Пожирание» дали мне точно не для этого, но тут уже я решаю, как его использовать.

Результат того стоил. Навык, который я не мог повысить, несмотря на часы суммарных тренировок, наконец перешагнул на новый ранг.

Вилатос

Архетип: Архитектор големов, ранг — подмастерье

Навыки архетипа:

Ремонт механизмов — подмастерье

Рунная магия — подмастерье

Создание големов — подмастерье

Управление механизмами — ученик

Наделение силой — новичок

Общие навыки:

Быстрый бег — новичок

Владение утренней звездой, ранг — ученик

Оценка — подмастерье

Малый комплекс уклонения — ученик

Медитация — ученик

Ускорение восприятия — ученик

Пассивные навыки:

Крепость тела

Особенности:

Пожирание

Я осмотрел прочие навыки на предмет того, что еще можно переварить, но ничего такого не нашел. Самое ненужное — «медитация», но она влияет на количество внутренней энергии. «Владение утренней звездой» тоже можно причислить к ненужным навыкам, но он — единственный боевой навык. Конечно, для защиты у меня теперь есть големы, но все же пусть пока будет. Ничто мне не мешает поглотить его позже.

Теперь я вижу реальный путь становления богом. Честно говоря, если бы не эта особенность, у меня ничего бы не вышло. Сейчас я подмастерье, а уже существуют люди в ранге грандмастеров, и им нужно приложить куда меньше усилий, чтобы дотянуться до высоты, куда мечу я, даже с учетом скоропостижной гибели грандмастеров. А после того, как грандмастер станет богом, кто знает, чего он захочет? Может, пожелает сидеть на местном Олимпе один, и уничтожать соперников. Думаю, для бога в этом нет ничего сложного.

Но до ранга бога нужно дойти. Мне нужны ядра, и хотя бы в самом начале нужна алтарная для маскировки моего умения самостоятельно пить эти ядра.

Нужен ли мне лорд Арк? Пожалуй, да, нужен: в качестве человека, который расстелет мне ковровую дорожку к высшему рангу и армию для борьбы с нежитью организует.

Утром меня позвали на завтрак. Я проснулся рано и успел поплавать в бассейне прежде, чем в дверь постучал слуга.

— Господин Арк просит вас подняться и разделить с ним трапезу, — склонился в поклоне слуга.

Что ж, не стану заставлять человека ждать.

За накрытым столом Арк сидел один, и стул с противоположной стороны стола предназначался, судя по всему, для меня, а не для Глебоса. За спиной лорда стоял слуга, готовый и бокал наполнить, и убрать со стола кости, и блюдо передвинуть поближе.

На столе стояли фарфоровые компотьеры и серебряные фруктовницы с разнообразными фруктами и ягодами — сочными красными яблоками, спелыми виноградными гроздьями, свежими грушами и прочими дарами садов Оклорда. Кроме фруктов тут были подносы с ассортиментом сыров. Между сырами располагались подносы с тонкой нарезкой холодного мяса — ветчиной, прошутто и несколькими видами колбас.

На широких фарфоровых тарелках лежала выпечка — пышные круассаны, ароматные хлебцы с семечками, медовые пряники и булочки с начинкой. Рядом с выпечкой стояли розетки с медом, вареньем и джемом. Выглядело это столь аппетитно, что даже мне, человеку со слегка изменившимися вкусами, будет сложно устоять и не попробовать.

Но сперва, пожалуй, съем картофельное пюре с соленьями и котлетой.

— Вилатос, приветствую, — даже не поднял взгляда от тарелки лорд Арк. — Предлагаю позавтракать, а потом и побеседовать насчет компенсации.

Сложно серьезно воспринимать подобные предложения от того, кого так и тянет назвать едой.

— О какой компенсации идёт речь? — вежливо поинтересовался я, присев за стол. К еде пока не притронулся. — Ваши специалисты обещали безопасность при процедуре, в итоге едва меня не угробили. Если бы не секретные техники, позволившие мне вырваться из той западни, я там бы и помер. Ваша Алтарная была с изъяном, и компенсировать ущерб я не собираюсь.

— Вот как? — отложил лорд столовые приборы и аристократично вытер рот краем скатерти. Может, рассказать этому миру про салфетки или столовые платки? — В таком случае, Вилатос, у нас с тобой возникает конфликт интересов, потому что мой интерес — вернуть Алтарную в прежнее состояние, а на это нужны деньги. И я не хочу брать на себя возмещение расходов.

Я взял вилку, наколол на нее дольку помидора и съел. Потом — попробовал котлету. Вкусно, но вместе с тем, блюдам чего-то не хватает. Быть может, навыков лорда Арка?

— Я думаю, мы можем найти выход из ситуации, уважаемый лорд. Без всяких заданий, и во благо моего и вашего благосостояния.

— Внимательно слушаю, — равнодушно сказал лорд.

— Я расскажу вам секреты из будущего. В частности касаемо производства големов, артефактов, некоторых неизвестных на данный момент зелий и прочего, что поможет нам победить нежить. Но выдавать их я буду порционно: следующую информацию я буду выдавать тогда, когда вы расправитесь с предыдущей.

— В каком смысле «расправитесь»?

— Организуете производственную цепочку, наймете специалистов и обеспечите бесперебойное производство артефактов, зелий и прочего. Что с ними делать, решайте сами: можете собирать в своих закромах, можете продавать втридорога другим кланам — это ваше дело.

— Это сложно. Некоторых специалистов придется доводить до архетипа с нуля — зачарователи и алхимики довольно редки, и в основном уже работают в лавках.

— Я выдам несколько имен перспективных специалистов, — пообещал я. Эта информация не нужна была мне одному, но с ресурсами лорда всех можно будет найти и прокачать. Жалею ли я о том, что выдаю информацию? Ну, во-первых, у меня теперь есть реальный шанс стать боженькой: с учетом этого любая организация труда алхимиков, травников и авантюристов выглядит детской возней в песочнице. А во-вторых, не бесплатно же.

— Что взамен? — отпил лорд вино из бокала.

— Посещение Алтарной, которую вы постараетесь восстановить как можно быстрее. Лучшие ядра монстров и существ, живущих на самых нижних этажах подземелья. Информация о големах, чем эксклюзивнее, тем лучше. Кроме того, я планирую собирать редких големов, так что мне понадобятся и монеты. Думаю, с учетом того, что производство будете организовывать вы… если согласитесь, конечно, поиск специалистов тоже будет на вас, как и прочие организационные вопросы, будет справедливо определить мою долю от прибыли в пять процентов.

— Вы просите так мало? — с нечитаемым выражением лица спросил лорд.

— Я прошу достаточно. Вы просто не представляете, каковы будут прибыли, если вы сможете организовать производство всего, что я вам открою.

— Предложение интересное, но я не могу согласиться на него, не обдумав все, как следует. Ты предлагаешь мне золотые горы, судя по описанию, но я пока их не вижу, и размеров не представляю. Давай начнем с продукта, не слишком обременительного в плане производства. И тогда уже посмотрим, стоит ли того сотрудничество. Разумеется, свои пять процентов с дохода ты получишь. Если он будет, тот доход.

— Хорошо, — пожал я плечами, и вернулся к еде. Она по-прежнему казалась мне одновременно и вкусной, и пресной. Интересно, а мясо монстров покажется мне вкусным в обоих ракурсах?

Мысль, которая сутки назад показалась бы ужасной, не вызвала никакого отвращения: не вижу ничего страшного в том, чтобы пустить на жаркое того же огненного быка, или какую-нибудь змею, наделенную необычными навыками. Ходят слухи, что и в трущобах, и в самых фешенебельных ресторанах иногда готовят монстров. Только если первым есть нечего, то вторым уже приелись привычные продукты.

— К слову, у меня в запасниках действительно найдется несколько первоклассных ядер, — нарушил молчание лорд. — Как только Алтарную восстановят, я могу предоставить их тебе.

— Я буду должен что-нибудь взамен?

— Нет. Единственное, о чем я предупрежу — ядра действительно мощные, и принадлежали растительным монстрам высоких рангов. Хранить их смысла нет, но если ты поглощаешь такие вещи без особых проблем, то можешь воспользоваться. Я даже обеспечу тебе разноплановых специалистов, чтобы в случае чего остановить ритуал.

«Я не знаю, как ты это сделал, но очень хочу узнать, потому ритуал будут анализировать все специалисты с подходящими навыками, которых я успею найти к тому моменту», перевел я слова лорда Арка.

— Хорошо, буду благодарен, — улыбнулся я, позволив уговорить себя на дальнейшие эксперименты. — А насчет первого продукта — думаю, мы с Глебосом можем доставить сюда орочью наковальню и с ее помощью перейти к проекту.

— Я не против, — пожал плечами лорд. — Ты хорошо повлиял на моего сына: у него были проблемы со страхами, скажем так, и ты помог ему их преодолеть. Надеюсь, ты не применишь все свои знания, и не попытаешься повернуть сына против меня. Поверь, ни к чему хорошему это не приведет, да и меня расстроишь.

— Ну разумеется.

Значит, скоро мы с Глебосом выдвинемся за наковальней. Как раз в Вяжске побываю — есть у меня там пара незавершенных дел. Да и тамошнее подземелье стоит посетить: будет очень интересно проверить Тенеплета в библиотеке подземелья. Голем, который может перемещаться по изнанке мира, не задев ни рассыпанное по полу стекло, ни ветхие книжные полки, будто создан произвести там фурор, вычистив все сокровища подчистую. А если учесть, что он еще и видит насыщенные магией предметы, искать книги навыков будет невероятно легко.

Глава 12

В отличие от Земли, где я родился, в этом мире люди развивались очень сильно, в разы увеличивая свои физические характеристики. Средненький мастер во «владении мечом», с учетом всех развитых параллельно характеристик, победит всех великих фехтовальщиков Земли, даже если они будут выходить на него по два-три человека одновременно. Но они не учитывали механизмов, которые могут повысить скорость, развиваемую человеком. Например, с помощью велосипеда человек способен достичь скорости, которую никогда не выдал бы при беге. А если велосипед кажется недостаточно проходимым, есть те же джамперы, пружинящие «ходули» — занимающийся бокингом человек может бежать со скоростью тридцать километров в час, и это без учета того, что люди прошлого мира в разы слабее людей этого. В прошлом я не занимался изготовлением таких приспособ — слишком поздно вспомнил о них, когда завел знакомства с людьми, которые могли бы спроектировать прототипы. Да и золота у меня было уже достаточно, чтобы не пытаться заработать на этом. Изобретать велосипед же мне вовсе не хотелось — слишком много сил и труда уйдут на проект.

А вот теперь почему-то вспомнил о джамперах. Тренированный, физически развитый человек с прокачанными физическими навыками уйдет на джамперах от любого равного по силе и скорости мертвеца, а отряды таких можно будет использовать в качестве разведчиков или гонцов, пусть перемещаться они смогут не везде — в густом лесу, например, такая приспособа станет помехой.

Сам я разработкой джамперов заниматься не смогу: на мне висит слишком много других дел, да и не слишком тянет меня возиться с инновациями. Что поделать: не крафтер я, не крафтер. А вот если отдать эту разработку лорду в качестве первого «секрета из будущего», и время от времени наблюдать за результатами, все может выйти куда лучше, нежели бы на это тратил время я. К тому же, дело это не слишком важное в стратегическом плане, на мой взгляд: сработает так сработает, нет — ну и черт с ними, у отрядов появятся усиливающие их необычные артефакты.

Так… Что еще я знаю о джамперах?

Память неожиданно разразилась целой вереницей фактов. Оказывается, еще в Петрограде орудовала банда «попрыгунчиков», совершавших ограбления и убегавших с места преступления гигантскими шагами с помощью подпружиненных ходуль. Толстой в романе «Хождение по мукам» описывал их так: «…привязав к ногам особые пружины, они пугали в те времена весь Петроград». Страшные ходули с пружинами изобрел и изготовил для банды грабителей ремесленник Демидов. Через некоторое время банда была уничтожена.

Одним из основных элементов джамперов служит рессора, изготовленная из углеродного волокна и специального пружинящего пластика. Она выдерживает большие нагрузки с хорошим запасом. Надежная система креплений фиксирует голень и делает джамперы «продолжением» ног. Не менее важный элемент — резиновая пятка, обеспечивающая сцепление с любыми поверхностями под разными углами. Рычаги, соединённые с рессорой сделаны из алюминиевого сплава повышенной прочности. Они позволяют сжимать рессору и использовать ее кинетическую энергию для выполнения прыжков.

В этом мире нет ни «специального пружинящего пластика», ни «углеродного волокна», зато есть хорошие кузнецы и алхимия, которая сможет заменить и то, и другое.

Этот проект я и презентовал лорду в качестве первого. Арк отнесся к джамперам со скепсисом, но все же отправил меня к клановому кузнецу, которому я на бумаге, словах и едва ли не на пальцах объяснил, что мне необходимо.

Двухметровый мужик не обрадовался проекту, что ему предоставил подросток, но против слов лорда не пошел: пообещал сделать необходимое. К моменту, как мы притянем наковальню, не справится, ну так мы не в гонки играем.

Остаток дня я потратил на медитацию, и в поход мы с Глебосом отправились утром следующего дня. Глебос распорядился насчет повозки, а его отец, сказав что-то вроде «негоже наследнику появляться на людях без свиты», выделил ему десяток человек сопровождения. Оказывается, кроме живущих в замке и под замком людей, в окрестностях имелось еще три крупные деревни, где жили слуги и воины клана, и даже два замка помельче, где жили другие полноправные члены клана. Так что будет, где поместить производство, если с джамперами все пойдет прекрасно.

Мы выдвинулись пешком. Глебосу предложили взять карету, но паренек отказался. С каретой пришлось бы брать и лошадей для людей, которые в карету и в повозку не влезли бы, а лошадей нужно защищать и следить за ними. Причем, обратно нам пришлось бы двигаться со скоростью груженой наковальней повозки. Все эти аргументы Глебос перечислил мне, но я в них не особо поверил. Мне кажется, паренек решил растянуть время, которое он проведет вне крепости и без отцовского надзора.

Надо, кстати, построить себе ездового голема. Пока мне не слишком часто приходится перемещаться между городами, но когда придется — лучше иметь самый быстрый способ.

За день до выхода я принялся учиться контролировать тягу к пожиранию чужих навыков. Выходило все лучше и лучше — я постепенно сживался с новой особенностью. То, что я не рванул сразу пожирать навыки и усиливать себя, пошло на пользу моему умению контролировать себя, но временами я ловил себя на том, что присматриваюсь к навыкам Глебоса, которых обнаружилось не меньше пятнадцати, и желаю пробить рукой грудь человека, чтобы эти навыки сожрать. Кстати, еще один плюс — теперь я могу на вид оценить, насколько силен человек: например, в отряде, который выделил Арк, были три человека с восемью навыками, из которых три — профильных, архетипных, остальные имели по шесть-семь, и чуть хуже развитых — шарики их навыков были бледнее. Возможно, в будущем я смогу по оттенкам и силе, исходящей от навыков, определять, за что именно они отвечают. «Пожирание» подсказывало мне, что стоит сожрать навык, и я буду знать о нем все, и смогу определять его у других людей. Оно вообще многое мне подсказывало, подталкивая ко вполне определенной цели.

Чтобы отвлечься, я приблизился к компаньону, но спросить ни о чем не успел, так как Глебос сразу озадачил меня вопросом:

— Вилатос, ты слышал про призраков, которые появились в подземельях у Оклорда?

— Слышал, и даже дрался с ними. А что?

— Как вообще так вышло, что лича запечатали в крипте, полной призраков?

Я задумался, прикидывая возможности мастера плоти, а потом ответил:

— Призраки мало что могут сделать, если у тебя есть серебряный меч или иное оружие против нематериальных противников. Но они — та же самая нежить, которая появляется на местах сражений из остатков душ, ярости, боли и пролившейся крови. В общем, на могильниках животных в основном появляются блуждающие огни, либо иная не слишком разумная некрожуть. А вот в месте, где гибли люди, и гибли страшно, может появиться призрак. От того, что монстр был мастером плоти, он не перестал быть личем: высшей нежитью, которая контролирует и может создавать нежить низшую. Чтобы запечатать лича, который за секунды может изменить человека, что неосмотрительно приблизится к нему, нужно быть очень аккуратным. Допустим, отнести и заковать лича можно с помощью големов, но в тех подземельях нашлись и зомби, очень древние на вид. Полагаю, у людей, которые запечатывали нежить, что-то пошло не по плану: лич устроил бойню и перебил кучу народа. Потом подземелье все-таки запечатали, даже забрали оттуда большую часть трупов: часть, кстати, могли оставить в качестве намека, что дальше лезть не стоит. Но на тот момент в подземелье была огромная концентрация смерти, боли и страданий. Создание призрака — дело долгое, но если ты годами заперт под землей, и выйти не можешь, то можно и потратить полгодика на создание сотни-другой призраков. Обычно лич за такое время сможет окружить себя армией простой нежити, и ему создавать призраков не особо нужно, но у мастера плоти выбора особо не было.

— Исчерпывающе, спасибо. Я даже вопросов задать не успел, как ты все объяснил.

— Да не за что. Кстати, раз уж мы заговорили, позволь задать вопрос: как так получилось, что ты ходишь с обычным артефактным мечом, зачарованным на прочность? — кивнул я на двуручник Глебоса.

В остальном со снаряжением пацана было все в порядке: легкая кольчуга, поножи, наручи и наплечники объединялись в сборный защитный артефакт, дающий невидимый щит вокруг всего тела.

— Временная мера. В оружейной есть и необычные, и редкие клинки, но я не хочу к ним привыкать: отец договорился с людьми из Оружейной Гильдии, и в ближайший месяц я посещу их с заказом.

Я присвистнул.

Оружейная Гильдия — это мощно и очень дорого. В ней работают лучшие кузнецы-оружейники, а попасть в их число мечтает большая часть остальных. Лишь в этой Гильдии делали на заказ эпическое оружие. И платил ты фиксированную, пусть и весьма нескромную цену, за само оружие, а не за попытки его создать. Насколько помню, ценник начинался от пятисот золотых. По моему мнению, лучше потратить такие деньжищи на оружие, которое само станет бегать и уничтожать противника, чем на клинок, большую часть времени полеживающий в ножнах.

В общем, меня просто душила жаба тратиться даже на эпические клинки.

— Очень хорошая идея — взять там оружие, — сдержано добавил я.

На этом разговор сам собой заглох.

С повозкой и по дороге шли бодрее, чем я, когда в прошлом улепетывал от клана Кровавой луны, двигаясь в основном по лесу. Повозка шла бодро, люди передвигались рядом с ней легким бегом, временами поочередно отдыхая в повозке, где трясло немилосердно: повозка — не карета, рессор и артефактов для смягчения хода у нее не было.

Я перестал контролировать големов — лишь задал каждому общую команду — следовать не дальше, чем в двадцати метрах от повозки.

Шли быстро, на привал вставали каждые четыре часа. Из всех развлечений поначалу был только вид встречных повозок и короткие указания от командира отряда подчиненным. Когда повозки не могли разъехаться на узкой дороге, не замедляя скорость, встречным зачастую приходилось сдвигаться к самому краю, а то и съезжать одним колесом с дороги.

Но скучно не было ни мне, ни людям. Дело в том, что Тенеплет, находясь в компании клановых вояк, со временем оживился и принялся издеваться над народом. Поначалу просто бежал за спинами людей, будто проверяя их на прочность, а потом выявил слабое звено — тощего низкорослого мужика, которого пристроившийся сзади голем пугал больше прочих. Как только Тенеплет нашел подходящую жертву, оставил других в покое, принявшись кошмарить вполне определенного человека.

После «дыхания в затылок» боец научился ходить и оглядываться. Зачастую сзади бойца в такие моменты находился Тенеплет, не стесняющийся использовать бесшумность и перемещение в тенях. Пару раз боец оглянувшись, ничего не замечал, но поворачивая голову, утыкался в безликую маску и шарахался в сторону.

Остальные поначалу потешались над паникующим клановым бойцом, а потом, когда я на просьбу бойца «прекратить, пожалуйста, эту затянувшуюся шутку», спокойно сообщил, мол, могу поклясться, что голема я сейчас не контролирую и не приказывал ему доводить человека до истерики, напряглись.

Я не останавливал Тенеплета, наблюдая за получившим волю механизмом: результаты наблюдения для меня были важнее, чем психика постороннего человека. Эти шуточки я даже с натяжкой не мог списать на «вложенные команды» — голем, будто хищник, вполне целенаправленно выбрал себе жертву и за руку вел ее к нервному срыву. Мне стало любопытно, когда голем остановится, и ради чего все это делает.

На стоянке боец, которому выпала очередь идти за хворостом, отказался удаляться от стоянки. Никто не стал ни спорить, ни подтрунивать над мужичком: люди без вопросов выбрали другого человека.

Обстановка в отряде медленно накалялась. Если раньше люди пересказывали друг другу какие-то байки, добродушно спорили на тему тренировок и артефактов, кто-то мог тихо затянуть песню, то сейчас все сидели в тишине, и общались голосами, лишенными намека на радость. Все-таки боец был для отряда своим, а я своим не стал, и не стану. Мутный паренек, себе на уме, голема заставляет издеваться над товарищем, да и кожа у него зеленая: сразу видно — нелюдь.

Я временами ловил взгляды исподлобья, которые бросали на меня клановые. На привалах больше никто не предлагал мне заваренный в котелке чай, никто не накладывал кашу.

Бойцы окружили своего товарища как во время бега, так и на привалах, не подпуская к нему голема, и тогда Тенеплет отстал, принялся копировать Пламенного и Железного: проводил время так же неподвижно. Но по окулярам, которые временами ловили фигуру бойца и по слабому, едва заметному предвкушению, тень которого иногда прорывалась от голема, похожая скорее на мою собственную галлюцинацию, чем на эмоции, я понимал: пакостный механизм выжидает удобный момент. Тенеплет походил на мастерового, который обработал заготовку и отложил на время, зная, что обязательно вернется к ней и закончит работу.

К вечеру голем стал еще внимательнее следить за мужичком. Тот, будучи человеком с архетипом физического типа рангом не ниже подмастерья, чужой взгляд чувствовал и безошибочно поворачивался к голему, но сейчас голем отворачивался лишь после того, как боец замечал его внимательный взгляд.

Стоит сказать, что черту Тенеплет не перешел: пока ограничивался лишь гляделками. Я несколько раз ловил его задумчивый взгляд, который голем кидал на снующих между корней мышей и мелких птичек. Не знаю, что он планировал сделать с животными, но пока механизм держался и не делал ничего. Возможно, ждал, пока боец заснет. Или — когда засну я.

На ночлег расположились посреди леса, уже в сумерках: к этому моменту мы удалились от дороги километров на пятнадцать, и до уничтоженного стойбища орков осталось всего ничего — за пару часов пути дойти можно.

Будет забавно, если мы не найдем в выгребной яме никакой наковальни.

— Вилатос, ты не считаешь, что шутка вышла из-под контроля? — подошел ко мне Глебос, когда бойцы поставили здоровенную палатку и принялись разводить костер.

— Ты о големе?

— Я о том, что ты зачем-то выводишь из себя человека из моего клана. И ладно бы между вами какая-то неприязнь была, тогда бы я просто предоставил вам самим разбираться, но ведь не было ничего.

— Не было, — подтвердил я, отослав Тенеплета на километр вглубь леса. — Но повторю то, что уже говорил твоим бойцам: я не имею отношения к его выкрутасам. У меня есть подозрение, что голем одержим, и я хочу проверить, так ли это.

— Советую быть поаккуратнее с выяснениями. У Зигвурта и так нервы слабые, а тут еще и голем твой чудит, не прекращая. Как бы не приключилось беды. Мой боец может и не по голему ударить, а прямиком по тебе. Не этого ли добивается твой механизм?

Над этим я уже думал. Перед тем, как ложиться спать, я на всякий случай подошел к напряженному бойцу и повторил, что я не имею отношения к выкрутасам голема, а если у него есть претензии к механизму, который создали чересчур самостоятельным, пусть с этим механизмом их и решает. Ко мне не нужно подходить с требованием «запретить голему смотреть».

Голему я задал ограничение: не заходить в лагерь с этого момента до момента, как я проснусь. Механизм принял ограничение стоически, без недовольства, и сверлить меня взглядом, как бедолагу-бойца, не стал. Прежде механизм не нарушал моих указаний, вот и теперь проверю, не изменилось ли чего.

Глава 13

Голем пылал предвкушением. Человек истекал страхом, но постепенно успокоился, и спустя три часа даже заснул — усталость и вымотанные нервы взяли свое.

Вот тогда голем принялся ткать, совмещая изнанку и реальный мир. Для посторонних людей, лишенных способности видеть энергию мира, это действо проходило незаметно. Вилатос и Глебос спали, а остальные были обыкновенными воинами, не связанными с духовными навыками. Солдат, сидящий спиной к костру и наблюдающий за лесом, обернулся — ему показалось, что костер потухает, но нет — пламя лишь слегка сжалось, сдавленное когтистой лапой тьмы, вошедшей в полную силу. Безлунная ночь наделила голема силой, которую не могли даровать тени. Ядро могучего монстра в груди механизма налилось мощью, которую хотелось выплеснуть на того трусоватого бойца.

Команда Вилатоса связала механизм крепче стального троса, но идти против нее голем и не стал. Ему вообще не требовалось заходить на поляну, чтобы совершить задуманное. В палатке хватало теней: вот множество мелких тонких нитей колыхнулись, и, будто маленькие паутинки, принялись переплетаться вокруг Зигвурта: обматывались вокруг его рук, ног, пеленали лицо. И чем больше теней обволакивало человека, тем глубже он проваливался в Тень, на изнанку. Туда, где голем мог гораздо больше, чем в реальности. Где мог применить все коварство, чтобы довести человека до крайней степени испуга и подпитаться его страхом.

Там, куда тени утянули бойца, не было ни людей, ни костра с палаткой. Кругом стояли высоченные деревья, ярко мерцали звезды, своим светом создавая тени. Именно там Зигвурт и очнулся: растерянный, недоумевающий, куда пропала палатка и соратники.

Человек попытался преодолеть свой страх, но это шло вразрез с планом Тенеплета. Заскрипели-застонали сосны, кто-то глухо ухнул вдали, и страх вернулся, с каждым мгновением захлестывая человека все сильнее и сильнее.

Зигвурт, крупно дрожа, принялся наматывать круги вокруг поляны, пытаясь отыскать следы ушедших товарищей, и одновременно с тем, не слишком приглядываясь к теням: там ему чудились образы змей, монстров и прочих существ, всматриваться в которые не хотелось.

Наконец, он увидел спину человека — кажется, на земле, сгорбившись, сидел командир.

Он наконец-то нашел кого-то живого, но это почему-то не радовало бойца. Этой ночью Зигвурта ничего не радовало — хотелось заорать от ужаса, и, поскуливая и дрожа, забраться на самое высокое дерево. Но мужчина держался, пусть и на крохах самоконтроля.

— Ты чего тут сидишь? — выдохнул Зигвурт, пытаясь понять, что ему делать дальше. Подходить к командиру ужасно не хотелось.

Сидящий на земле человек дернулся, мгновенно выпрямляясь, и застыл, по-прежнему сидя спиной к бойцу.

Зигвурт шагнул назад.

Под сапогом предательски хрустнула ветка. И тогда существо, не имеющее ничего общего с командиром, заговорило звучащим отовсюду шепотом, похожим на шуршание листвы, шорох дождевых капель, но не на человеческий голос:

— Когда я был маленьким

Часто меня в наказание ставили в угол

И там со временем так я завёл в темноте

Много маленьких, странных друзей

Зигвурт слушал каждое слово, проникаясь ледяной жутью, которой сквозила речь существа. А когда оно закончило говорить, весь лес зашелестел, будто смеясь. И множество маленьких теней открыли тусклые глаза.

Надрывный вопль, что прозвучал на изнанке мира, никто не услышал. Боец, сидящий на страже, подкинул сучьев в костер и дернул плечами, прогоняя невесть откуда взявшийся холодок.

Зигвурт подскочил на лежаке в палатке, хрипло дыша. Воспоминания были яркими, как никогда: он бежал по лесу, а потом что-то настигло его, сбило с ног и принялось душить.

Пальцы коснулись шеи и обнаружили свежие ссадины. То, что показалось сном, не было им.

Палатка распалась, будто состояла из пепла, а не из прочной ткани.

Человек встал и бросился прочь, не разбирая дороги. Спустя десять минут бега по лесу остановился, и прислушался, пытаясь отдышаться.

Погони слышно не было. А потом неподалеку раздался смешок. Следом весь лес глумливо захихикал, заулюлюкал. Что-то вздернуло его за шкирку, обхватило горло. В глазах потемнело, ноги и руки ослабли, а потом человек провалился в забытье, чтобы снова прийти в себя и попытаться сбежать. И снова очнуться и бежать, сбивая ноги. И снова.

Наконец Зигвурт уже никуда не бежал: человек, едва проснувшись, разрыдался, уже не пытаясь даже двигаться. Тогда кошмары подошли к нему, обступили, похихикивая и рыча. Все тот же шелестящий голос предложил Зигвурту выход из ситуации:

— Если ты умрешь, страхи исчезнут.

* * *

Утро выдалось прекрасным. Проснулся часов в шесть: в первую очередь проверил големов и посмотрел на лагерь через их визуальные модули. Тенеплет, судя по всему, на поляну соваться не пытался: механизм неспешно ходил вокруг поляны, пугая кузнечиков и птиц. Судя по тому, что Зигвурт жив: сидит возле палатки, затачивая клинок, голем ничего ему не сделал.

Бойцы сопровождения и чай уже заварили, и сами уже позавтракали. Глебос пьет чай, сидя у костра, остальные — кто тренируется, кто ухаживает за лошадками.

Я потянулся, встал, вышел из палатки. И едва успел уклониться, когда Зигвурт вскочил, метя заточенным клинком мне в шею.

Время послушно замедлилось. Я перехватил летящий в горло клинок, отшвырнул в сторону. Кисть бойца я вывернул, заломил ему руку за спину, после чего — опрокинул человека на землю, удерживая руку.

— Что происходит? — вырос рядом со мной командир с обнаженным палашом.

— Он кинулся на меня с мечом, пришлось защищаться.

— Отпусти его, — посоветовали мне. Я выпустил кисть рычащего Зигвурта, шагнул назад. Боец вскочил, ловким движением ухватил рукоять меча и снова рванул ко мне. Только в этот раз его обезоружил и опрокинул командир.

— Зигвурт, мать твою! Что творишь, баран⁈ Сгною на тренировках!

Но бойцу были безразличны угрозы. Если вчера в глазах Зигвурта жил страх, то сегодня они горели решимостью, будто за ночь человек кардинально изменился. Кроме того, присмотревшись к нему, я заметил, что выглядеть он стал старше, чем вчера: морщины углубились, а в волосах появились седые пряди.

На диалог он идти отказался.

— Я убью тебя, хозяин големов, — твердо пообещал он. — Такие, как ты, существовать не должны. То, что тебя земля вообще на себе носит — недоработка палачей.

— Не расскажешь, что произошло? — спросил я, но ответа не дождался. Пленник отвернулся и затих.

— Глебос, можно тебя на минуту?

Мы с пацаном отошли в сторону.

— Ну как, выяснил что-нибудь про своего голема?

— Нет. Но если расспросишь Зигвурта, сможешь выяснить.

Глебос упрямиться не стал, но единственное, что удалось выяснить — Зигвурта ночью мучали какие-то «особенные» кошмары. Звучало бредово. Хотелось вырвать из пострадавшего конкретику, но увы — тут было достаточно людей, которые встанут грудью на защиту своего бойца.

В общем, резюмируя сказанное: странностей, связанных с големом, стало больше, но я не уверен, что стоит о нем беспокоиться, пока механизм выполняет мои команды и не покушается на меня самого. Хотя, если выйдет найти ядро теневого монстра и создать Тенеплету замену, от старого избавлюсь в тот же миг. Но пока не стану отказываться от него: слишком уж удобны способности голема.

— Давай, на этом прекратишь свои эксперименты, — попросил Глебос. Я кивнул — разрушать психику бойцов клана Кровавой луны, я не намерен. Есть в этом мире и более важные вещи.

Зигвурта связали и везли на повозке. Боец вел себя тихо: не кричал и не угрожал, но от этого не становилось спокойнее ни мне, ни прочим. Зигвурт знал, что рано или поздно его развяжут, и ждал этого момента.

Нервный срыв бойца не добавил мне популярности у сопровождающих: ходили шепотки, что я довел человека, но мне было плевать. Тем более что к обеду мы достигли цели нашего путешествия.

В разгромленном поселке побывали и люди, и звери. От орков остались лишь обезглавленные скелеты. Кузнечные инструменты, веревки, шкуры с шатров и прочие нужные в обиходе вещи растащили. Но в яму никто вроде бы не лез. По крайней мере, уровень содержимого в ней меньше не стал.

Не буду описывать, как меня просили использовать големов, чтобы зацепить веревку за кольцо наковальни. Не буду рассказывать, что я на это отвечал, и как бойцы тянули жребий, решая, кому пачкаться. Как доставали и отмывали артефакт водой из ручья, пожалуй, тоже не скажу.

Но вот, наконец, наковальня, на которой можно клепать артефактные части для големов, была на повозке, рядом с Зигвуртом, который сверлил меня холодным взглядом. Пришла пора прощаться.

— Я в Вяжск, — сообщил я Глебосу, как главе группы. — Через пару часов можете развязывать мстителя — я к тому моменту отойду достаточно, чтобы он не бросился за мной.

— Пожалуй, лучше мы освободим его уже в замке, где его осмотрят наши лекари.

— Не хочешь отправиться со мной? В подземелье сходим, этаж эдак на пятый.

— Не в этот раз. Я бы с радостью, но лучше, если о произошедшем с Зигвуртом отец узнает от меня.

Черт. А я рассчитывал на компаньона…

С другой стороны, Глебосу в самом деле будет лучше отправиться домой. Я же спокойно пройдусь до Вяжска один, не борясь с желанием прикончить человека и поглотить его навыки. Но в таком случае мне нужно придумать, как и чьи именно навыки стоит поглощать. Не использовать имбовую особенность — глупо.

В Вяжске нужно забежать в лавку зачарователей и попробовать купить ядро монстра. Если у меня получится поглотить его, то никакой проблемы с дальнейшей прокачкой не будет. А если не выйдет — придется охотиться на наделенных навыками демонов и прочих существ. Хотя, мне и так придется охотиться: не знаю, сколько конкретно силы я получу из ядра, но подозреваю, что из живых монстров получится добыть больше.

Через ворота я прошел без лишних вопросов от стражников, и первым делом забежал в книжную лавку. Поздоровался с продавцом и положил перед ним амулет, который добыл в подземелье, когда группа авантюристов билась против червя-переростка.

— Можете оценить его?

— Сейчас поглядим, — пообещал старикан. — Так… Артефакт — накопитель, содержит силу природы. Пользоваться заключенной в нем силой смогут только те, кто принадлежит к архетипам природников. По продаже точно сказать не могу — вещь слишком редкая, и не слишком мне нужная. Тебе лучше обратиться к оставшимся оборотням или друидам: если кто и будет заинтересован в покупке этой вещи, то они.

Следом я узнал о книге с навыком лучника. Старик-продавец удивился тому, что в моих руках оказалось две столь редких вещицы, и сходу предложил за книгу сто двадцать золотых. Причем не стал играть в негодяя, и объяснил, что выручить за нее я на самом деле могу гораздо больше.

— Это максимум, который я могу отдать прямо сейчас: больше у меня в лавке просто не найдется. Книга стоит дороже — если будешь продавать на каком-нибудь аукционе, можешь и все сто пятьдесят получить.

Я задумался, прикидывая варианты. Аукцион проводится далеко не каждый день, а у меня нет времени ждать.

— Можете продать мне книги, связанные с големостроением? У меня есть патент Гильдии Големостроителей.

— Мы уже обсуждали этот вопрос, молодой человек, — качнул головой старик. — У меня нет таких книг, и не появятся. Разрешение на их распространение этих книг есть только у Гильдии Големостроителей, но не у свободных торговцев. Даже если у вас имеется патент.

Ладно. Но попытаться стоило.

— Тогда я готов вместо недостающего золота взять какие-нибудь дешевые книги с любыми легко усваиваемыми навыками. Я бы взял штук десять.

Лишними не будут: изучу их, а потом — поглощу, усиливая второстепенные навыки.

На том и договорились. Старик остался с книгой, а я покинул лавку, и с изрядно потяжелевшим кошельком отправился к зачарователям, где купил сразу два дешевых ядра — больше в наличии не было. Но на заказ продавец готов был достать и десять, и пятьдесят ядер, и даже какое-нибудь конкретное.

Поглощение ядра прошло отлично. Я дошел до ближайшей подворотни, где чем-то воняло и было тесно, и там сжал ядро, командуя особенности пожрать ядро. Сосредоточился на усилении «наделения силой», как на самом слабом навыке из профильных.

Внимание! Ядрами можно усиливать лишь общие навыки!

Стоило попытаться. Ладно, тогда выберу «быстрый бег».

[Пожирание ядра]

[Усиление навыка «быстрый бег — новичок»]

[Ранг навыка «быстрый бег» не изменился!]

[Быстрый бег, ранг — новичок]

Я бы назвал это кидаловом, если бы не почувствовал хилый ручеек силы, который протек по руке и растворился в груди. Стоит подсчитать, сколько нужно ядер для усиления навыка до ранга ученика, и проверить, есть ли разница в ядрах. Пожирание подсказывает, что чем сильнее монстр, тем больше он даст энергии при пожирании. И оно же говорит, что от живых монстров получится взять больше.

Второе поглощенное ядро принесло еще меньше силы, и ранг навыка бега тоже не подняло. Ну, ладно. Будут еще ядра.

Больше в городе меня ничего не держало, потому я закупился свежими продуктами на рынке и отправился в подземелье. Меня с Тенеплетом ждала библиотека.

За прошедшее время комната с книгами переместилась дальше от входа — топать от нее по тоннелям теперь нужно не меньше четырех километров, спускаясь по лестницам аж на шестой этаж.

Шли быстро, не обращая внимания на мелочь, что выскакивала на нас из боковых проходов: монстры были безъядерными, и слишком слабыми для пожирания, потому абсолютно неинтересными. Пламенный подхватывал огонь факелов, и либо хлестал по монстрам издали, либо стягивал огненные потоки к ладоням, формируя шар, которым бил гораздо сильнее. Тенеплет быстро разделывал тушки, если они стоили задержки в пару минут и не были сильно прожаренными. Железный плелся позади, следя за тылом. Так постепенно и прошли все четыре километра, спускаясь по лестницам все ниже.

Шестой этаж — это уже повод напрячься, даже с командой из трех неплохих големов. Вот если големов будет пять, и все они будут не «неплохими», а шикарными, то можно и на десятый этаж спуститься, но пока на «шикарного» тянул лишь собранный из отличных деталей Пламенный, и то с большой натяжкой. Поэтому я вел себя предельно осторожно, и до дверей библиотеки добирался едва ли не на цыпочках.

В библиотеке уже были две группы авантюристов — перед дверями стояли походные сумки. Негласное среди авантюристов правило советовало заботиться о других группах и быть гораздо осторожнее, если ты не один в библиотеке, но никто не запрещал находиться там ни трем, ни пяти группам одновременно. Пока книги на полках, они никому не принадлежат, как яблоки в ничейном саду: если ты сорвал плод с ветки раньше других, он твой.

Тенеплет скользнул на изнанку и без всякого труда двинулся в широкий проем, прорубленный в дверях библиотеки. Тенью скользнул по рассыпанному стеклу, мелькнул мимо поставленного посередине прохода хлипкого стула, и заметил первый книжный томик, слегка отличающийся по цвету от прочих томов. Голем без проблем добрался до книги, высунул ладонь в реальный мир и сцапал книгу, тут же забрав ее на изнанку. Отлично! Первая добыча есть! Где вторая?

Вторая оказалась прижата между двумя огромными томиками, на самом верху хлипкой, расшатанной полки. Голем скользнул вверх по хлипкому дереву и забрал сразу три тома. Два из них остались на полу, а ценный томик перекочевал в мои закрома.

Библиотекарь, слепой страшный монстр, гневно метался между полок и размахивал щупальцами, но не мог понять, что происходит. Обе группы с общим скудным уловом в три книги быстро двинулись на выход, не желая оставаться в одном помещении с возбужденным монстром. Ко мне приставать не стали, один маг даже показал на пальцах, что внутри опасно, за что я его на пальцах же и отблагодарил за предупреждение.

Не думал, что поход будет таким веселым и интересным. Я гонял голема по библиотеке, собирая с его помощью книги, будто ресурсы в какой-то виртуальной игрушке. С помощью голема забирать добычу, за которой отряжают пятерки высокоранговых воинов, оказалось легко и забавно. Когда книг становилось больше пяти, Тенеплет возвращался на выход и вываливал передо мной найденное. А я уже оценивал книги и решал, для чего они могут пригодиться.

Книга навыка.

Магический предмет одноразового пользования.

Описание: при тщательном изучении дает навык «Вулканизация».

Вулканизация: технологический процесс взаимодействия каучуков с вулканизирующим реагентом, при котором происходит сшивание молекул каучука в единую пространственную сетку.

Хрень какая-то непонятная. Эта книга мне даром не сдалась, а изучать навык для пожирания — только тратить книгу попусту. Пожалуй, стоит продать ее в ту же книжную лавку, а вырученное золото уже найду куда пристроить.

Вместе с тем, мне попадались и хорошие книги, которые, увы, все же мне не подходили.

Книга навыка.

Магический предмет одноразового пользования.

Описание: при тщательном изучении дает навык «внедрение рунных камней». Вы научитесь внедрять в доспехи и мечи рунные камни, усиливая предметы. Доступно кузнецам с архетипом не ниже ранга «подмастерья».

История эпохи ремесел.

Магический предмет одноразового пользования.

Описание: при тщательном изучении дает возможность использовать артефакты эпохи ремесел. Открывает архетипы «археолог», «историк». Для изучения необходим навык «знания эпох».

И десятки книг с прочей бесполезной для меня чушью. Две книги по алхимии можно отдать… то есть — продать лорду Арку: тот как раз упоминал, что ему будет необходимо обучать специалистов для производства, которое развернется на его землях. Книга с навыками молний наверняка пригодится Глебосу, а остальные, пожалуй, на продажу.

Я еще раз прогнал Тенеплета по всей библиотеке, но больше книг голем не нашел. Ну и ладно, я уже достаточно обчистил библиотеку. Теперь можно и на выход идти.

Я запихнул книги в пространственную сумку, и двинулся по коридору, пустив вперед Тенеплета: пусть лучше потратит энергию на разведку, чем мы неожиданно столкнемся с опасными монстрами.

Осторожность себя оправдала. Спустя километр, на пятом этаже, Тенеплет заметил группу нежити: во главе мертвых шел лич с черным посохом, за ним — четыре скелета, которые тащили огромный, окованный металлом ящик. Замыкали группу две укутанные в тряпки фигуры.

Лич, вампиры и скелеты в подземелье, где люди и монстры при гибели не обращаются в нежить? Что за бред?

И что это за ящик в руках у скелетов?

Глава 14

Нежить дошла до лестницы, и потопала вниз, к нам на этаж. Я сразу отдал Железному и Пламенному приказ спрятаться за поворотом, и сам на цыпочках скользнул туда же. Тенеплет двигался вслед за нежитью. Ни лич, ни вампиры не обращали на голема внимания и не проявляли ни малейших признаков беспокойства. Только вот маны в маленьком энергокристалле голема после приключения в библиотеке оставалось не слишком много, и она продолжала убывать с каждой минутой, проведенной Тенеплетом в тенях.

Итак, вопрос дня — нападать, или нет? Справиться-то мы сможем: Пламенный и Тенеплет в связке окучат лича, а я тем временем сдержу вампиров. Скелеты разлетятся после первого хорошего удара: их можно оставить на Железного.

Я постоял, прикидывая, стоит ли ввязываться в драку, но сомнения исчезли, когда от лича повеяло навыками: несвежими, как пролежавшая пару лет в морозилке рыба, но все еще съедобными. Значит, однозначно нападем. Только вот сперва узнаю, куда нежить так целеустремленно идет. Мне не чуждо любопытство, к тому же там, куда скелеты несут один ящик, могут лежать еще десять. Не буду задаваться вопросом, зачем личу хранить что-либо в подземелье. Хранит — значит, нужно.

Надеюсь, там золотишко, драгоценные камни или простые эпические артефакты, минимум штук по семь в ящике.

Тенеплет по моему приказу вернулся и вышел из теней рядом с нами. Команда нежити бодро прошагала по коридору к следующей лестнице. Теперь нужно следовать за ними, но уже без наблюдающего Тенеплета: ему лучше экономить энергию.

Или же можно поставить голема во главе группы?

Я искоса взглянул на напружинившегося Тенеплета, смотревшего в сторону нежити, припомнил его хищные повадки и тягу к преследованию, и решился на глупый поступок. Я посмотрел в окуляры механизма, и, чувствуя себя довольно глупо, негромко произнес:

— Слушай, Тенеплет… Можешь провести нас за нежитью? Только так, чтобы она нас не обнаружила.

А вот то, что последовало за этим, меня порядком удивило и вместе с тем напрягло: голем медленно кивнул и скользнул вперед по коридору.

Големы понимают речь, и могут разговаривать, если в них есть соответствующие модули. Только словарный запас у них зачастую скуден, и воспринимать они могут лишь простые команды, а сложные можно отдавать лишь мысленно, используя вместе со словами еще и образы. Точнее, так я думал до того, как нас повел Тенеплет. То, что он понял команду, тоже можно списать на заложенные в память машины знания слежки или разведки, но дело точно в чем-то ином: слишком уж много заложенных в нем знаний. Этот голем определенно необычен.

Тенеплет шагал впереди, безошибочно ведя нас по следу. Временами останавливался перед поворотами, поднимал сжатую в кулак руку и ждал. В такие моменты в тоннель соваться не стоило: из него еще не ушли мертвецы.

И ладно бы голем слышал нежить, но нет: даже подключившись к его модулям, я не всегда слышал тихий стук костяных ног по каменному полу. Тенеплет же будто чудом поворачивал на развилках именно туда, куда уходил мертвый отряд.

На шестом этаже я уже напрягся. Идти еще ниже не хотелось, но лич целеустремленно шагал к следующей лестнице. Моя жадность вступила в бой с осторожностью и быстро сожрала ее. Тенеплет уверенно вел нас вперед, а лич каким-то образом избегал монстров: возможно, у него был навык, отпугивающий тварей или помогающий отслеживать их. Решено — иду дальше. Но при малейшей опасности — сваливаю.

Дважды из коридоров, мимо которых мы проходили, веяло сухим жаром, однажды пришлось менять маршрут и огибать солидный участок коридоров — Тенеплет, похоже, учуял противника, с которым мы не сможем справиться, и провел нас иным путем.

И наконец дошли до десятого, самого опасного этажа, в километре от логова босса. Я лишний раз старался здесь даже не дышать, а вот лич ничуть не беспокоился. Если во время пути его отряд мог как замедлиться, так и ускориться, то сейчас костлявый шел, будто по коридорам своего дома.

Благо, в сторону босса мы не направились — свернули в другой коридор.

Здесь должен быть тупик, но одна из стен была проломлена, и за этим проломом была еще одна лестница, на одиннадцатый этаж. Именно в этот пролом прошли мертвецы.

И я шагнул на первую ступеньку.

Лестница выходила к перекрестку. Мы зашли в правый проход, а Тенеплет скользнул прямо, к проходу в большой зал. Выглядывать пришлось ему же, как самому неприметному. Голем осторожно, самым краем глаза заглянул в зал.

По центру большого помещения лежал большой красный камень. От него по полу вились руны, выложенные мелкими каменными осколками. Ритуальная фигура была настолько огромной, что могла соперничать с футбольным полем.

Я бросил оценку на красный валун.

Сердце подземелья.

Магический предмет божественного ранга.

Описание: артефакт, обеспечивающий функционирование кластера, где установлен. Для смены настроек проведите соответствующий ритуал.

Вот черт! И что здесь хочет изменить… Точно! Я вспомнил, как в прошлой жизни изменилось Вяжское подземелье: что-то случилось, и там перестали появляться монстры, зато начала возникать нежить. Похоже, я сейчас имею удовольствие наблюдать за процессом, который привел к сбитой настройке подземелья. Даже не буду спрашивать, откуда лич знает, как именно менять эту настройку: это живые испытывают упадок из-за потерянных книг и знаний, но личами стали могущественные мастера и грандмастера. И пусть по большей части нежить утратила навыки архетипов, которыми владела при жизни, зато они не гнушаются делиться друг с другом знаниями. Если один знал, что именно можно сделать с подземельями, то информация разошлась по всем мертвецам.

Нежить дошла до рунных узоров и поставила ящик. Лич откинул крышку, и я увидел, что он доверху забит черными камнями, как раз такими, которыми и был выложен узор. Я снова использовал оценку, только на этот раз — на одном из черных камней, которые под присмотром лича начали раскладывать по полу скелеты, продолжая рунные фигуры.

Проклятый осколок сердца подземелья.

Магический предмет редкого ранга.

Описание: ингредиент для ритуалов.

Я беззвучно выругался и отступил обратно в коридор. Похоже, моя мечта прибарахлиться за счет мертвых канула в Лету.

Лич не проведет ритуал прямо сейчас, работы здесь еще на десяток таких сундуков с проклятыми осколками. Но все же, думаю, стоит нарушить планы нежити уже сейчас. А потом — передать расположение сердца охране подземелья, и на всякий случай — продублировать доклад мэру. Пусть организовывают патрули, сигналки, и передают информацию о сердцах в прочие города. Эта диверсия может повториться. Хотя, судя по размеру здешнего сердца и примерного объема камней, из которых выстраивали руны, на осквернение одного сердца необходим материал минимум десяти других сердец. Если, конечно, я не ошибся в предполагаемом размахе ритуала.

А сейчас — пора действовать.

Я перехватил контроль над големами. Железного и Пламенного оставил в коридоре: эти спрятаться не могут, так лучше пусть атакуют по команде. А Тенеплета перевел в тень и потянул за собой, шагая по тоннелю к залу, ничуть не таясь и не приглушая шаги.

Главный мертвец резко обернулся в мою сторону, но атаковать не стал.

— И кто это к нам заглянул? — скрипуче спросил лич. Голос его звучал невнятно, будто мертвец отучился разговаривать, но оно и не удивительно — я редко слышу голоса нежити. Обычно предпочитаю сразу убивать их, или же они идут в атаку. Если лич разговаривает, то он замышляет недоброе, либо послал вампиров, чтобы те обследовали ближайшие тоннели на предмет моих компаньонов, и тянет время. Или же хочет что-то узнать у подростка, прежде, чем убить. Вампиров я не видел — значит, рыщут по туннелям.

— Да так, прохожий, — ответил я, не замедляя шаг. Лишь перехватил поудобнее моргенштерн.

Лич стиснул посох.

— Прохожий? Ты бы не дошел сюда один. Где твои друзья?

Я молча дошел до ближайшей руны, сложенной из камней, и пнул ее. Силы в камнях я не ощутил, потому был уверен, что мне ничего не угрожает. Только вот смотреть нужно было на лича: после того, как камни разлетелись по полу зала, я застыл, не в силах шевельнуться: меня окутала непонятная магия. Оружие выпало из расслабленной руки.

— Хватит вандализма, — равнодушно сказала тварь.

— Что ты сделал⁈ — для вида рыкнул я, не слишком-то и пытаясь вырваться. Ситуация была небезнадежна: я по-прежнему мог наблюдать за происходящим через визуальные модули механизмов, и отдавать им приказы. На изнанке шевельнулся Тенеплет, готовясь атаковать лича, но я одернул голема. Не так часто удается поговорить с разумной нежитью.

А вместе с тем скелеты, щелкая челюстями, принялись выкладывать из проклятых осколков другой рунный узор, поменьше.

— Ты знаешь, как развивается нежить, малыш? — вдруг спросил лич. — Тебе известно, как именно мы набираем ранги, прогрессируем, и почему некоторые из нас сильнее прочих?

— Жрете людей?

— Лишь низшие из нас, — покачал головой лич, и дернул посохом. Мое тело качнулось, и, пошатываясь, самостоятельно пошло вперед. Значит, сила в посохе. Отлично.

— Есть много вариантов усилить себя, в зависимости от доступных тебе средств, мальчишка. На объяснение всего этого уйдет много времени, потому я буду краток. Мои слуги как раз успеют отыскать в коридорах глупцов, которые провели маленького мальчика на десятый этаж и сбежали, скомандовав тебе прикрыть их спину.

— Мне никто не командовал…

— И хотя вариантов много, цель — одна и та же: ассимилировать силы живого, поглотить их и возвыситься. Именно потому мы, высшие, не перебили вас людишек, и никогда не перебьем. Мы создадим для разумных ферму, на которой будем выращивать вас для поглощения, — произнес лич. Как по мне — чушь. Они не стали добивать нас потому, что не смогли. И в будущем будут штурмовать города армиями, и вместо аккуратного пленения, людей будут жрать зомби, скелеты и призраки.

— Так вот, обычные зомби поедают тело разумного, но, по сути, они поглощают лишь малую часть того, что можно выдавить из него. Чуть больше — если человек или орк жив. Совсем слезы — если мертв. Но существует возможность поглотить силу без остатка. Ритуалы.

Да я уже догадался. Вон — скелеты уже почти выложили рунный узор который я постарался запомнить. Для меня он бесполезен, у меня есть «пожирание», но знания можно продать.

Вместо того, чтобы пытаться спорить с личем или участвовать в ритуале, я задал вопрос, который и следовало задать разговорчивому мертвецу:

— Кто такой Кигулар?

Лич осекся. Пару секунд на меня пялился застывший череп, обтянутый пергаментной кожей, а потом мертвец спросил:

— Откуда тебе известно это имя?

— Это ведь грандмастер, который управляет вами? Скажи, кто он, и я расскажу тебе, откуда знаю про него. И назову тебе людей, которые тоже знают.

— Кигулар — это бог, который управляет нами, — ответил лич. — Но довольно разговоров.

Одновременно с этим в туннеле, где прятались Железный и Пламенный, появились вампиры.

— Действительно… — согласился я с личем.

Из теней вылетел черный шар, попав в правую руку лича. Чернильное пятно растеклось по руке нежити, растворяя кости. Мертвец зашипел, как пробитый шланг, и попытался перехватить посох левой рукой, но не успел: я освободился от оков заклинания и замедлил время.

Теперь — пару шагов до лича. Наконец я узнаю, как проходит поглощение навыков, благо те находятся на расстоянии вытянутой руки. Очень быстро вытянутой руки.

Скелеты стояли в трех метрах от меня, и на каждого я выделил всего один удар кулаком по черепушке. Лич не успел ничего сделать: на остатках маны в энергокристалле Тенеплет перенес на руки мертвеца браслеты, которыми был скован мертвый мастер плоти. А потом — появился за спиной лича и схватил нежить за локти.

Хватка железного голема не должна была удержать лича. Эти мертвецы — высшая нежить: невероятно опасные и сильные как в физическом плане, так и в ментальном. Только вот стоило кандалам сомкнуться на худых запястьях, как лич пошатнулся, и едва не упал. Артефакт сработал.

— Стой! — заорал лич, но я уже пробил крепкие кости груди. Едва не взвыл — даже с учетом зелья укрепления тела кулак взорвался болью. А потом меня накрыло эйфорией: голод, который я все это время держал в узде, утих. Навыки в груди лича растворялись, превращаясь в чистую энергию, а та перетекала через руку в грудь.

[Пожирание навыков]

[Усиление навыка «наделение силой»]

[Ранг навыка «наделение силой» повышен!]

[Наделение силой, ранг — подмастерье!]

— Нет… — прохрипел лич. Я думал, увижу, как его душа рванется в сторону филактерии, но не увидел ничего: едва последняя капля энергии покинула тело мертвеца, он запрокинул голову и затих.

О пятеро, как мне плохо.

Я выдернул ладонь из груди лича, шлепнулся на пол и безразличным мутным взглядом смотрел, как Тенеплет и прочие големы справляются с озверевшими вампирами. Мне было не до помощи: у меня глаза разъезжались от попытки усвоить знания, которыми меня пичкала система: методы нанесения рунных узоров прямо на сферу ядра, внедрение в голема золотых и медных проводов, соединяющих кристалл и ядро, чтобы сэкономить место для манопотоков. Несколько сотен часов лекций о некой «одухотворенности», и о големах, которые по непонятной причине начинают принимать полностью самостоятельные решения. История о механизме, что годами стоял на одном месте, и вдруг решил выбраться наружу. О големах, которые защищали посторонних. Неведомый лектор не сообщал, чем является эта «одухотворенность», но упомянул, что чем выше сила внедренного в голема ядра, тем выше шанс на появление некой самостоятельности.

За минуту шагнуть от «новичка» к «подмастерью» — это дорогого стоит. Голова раскалывалась, глаза стремились собраться в кучку. Я изо всех сил пытался прийти в себя, но меня погребала новая лавина информации.

Тем временем вампиры решили, что атаковать стоит не големов, а меня, и рванули ко мне. Пламенный укутал себя и Железного в огненный плащ, и принялся отсекать вампиров от меня полыхающими жгутами. Никакой самостоятельности в этом поступке не было: голем работал, выполняя давно заложенную в него команду — беречь хозяина. Тенеплет тем временем атаковал вампиров с другой стороны — похоже, старался держаться подальше от огня.

Безумную скорость тварей голем нивелировал огромным опытом: во время наблюдения за битвой у меня возникло впечатление, будто голем предугадывает удары мертвецов — начинает двигаться за миг до атаки вампиров. В сравнении с ними голем двигался медленно, будто сквозь толщу воды, но почему-то стоило костлявой лапе полететь к механизму, и он попадал либо по броневым пластинам, либо по выставленной руке. Но не в относительно хрупкие окуляры и не по защитным пластинам у центра туловища, куда целился.

Что-то прилетело в голову, опрокидывая меня на спину. Кожу даже не поцарапало, но вампир снова потянулся за осколком, не теряя надежды пробить мне голову. Хорошо, что теперь, дабы убить или просто ранить меня обычным оружием, нужно постараться.

Наконец знания улеглись. Я с трудом поднялся, а потом — замедлил время и пошел к «утренней звезде», а потом — и к вампирам. Каждый шаг отдавался ужасной болью в голове, на путь я потратил раза в три больше времени, чем ушло бы у меня в «свежем» состоянии, но все же дошел, и сходу попытался приголубить ближайшего мертвеца шипастой железкой. Тот увернулся, но в дело вступил Тенеплет, швырнув кинжал туда, где через долю секунды появилась голова твари. Вампир рухнул, как подкошенный, но я на всякий случай раскрутил било и опустил на гнилую голову. Контрольный.

Последнего мертвеца разобрали быстро: Пламенный по моему приказу перестал экономить ману и жахнул так, что от жара затрещали камни, а на месте мертвеца не осталось и пепла.

А теперь — самое важное. Нужно убрать налипшую на руку дрянь, которую я даже рассматривать не хочу.

Глава 15

После боя с вампирами я достал из пространственной сумки тряпки, флягу и долго мыл ладонь. Лич, конечно, создание вкусное, но мерзкое и истлевшее.

Интересно, я на самом деле выпил его душу, или принял желаемое за действительное? Если действительно выпил — стоит поискать замурованных личей и попробовать повторить с ними тот же трюк. Дядюшка Бу давал наводки на места, где водится сильная нежить. Возможно, где-то там, под толщей испещренного рунами камня, замурованы и личи, которые этих мертвецов собирают вокруг себя.

На этаже пришлось задержаться. Часть осколков вместились в сумку и сундук, остальные Железный с Пламенным сгребли в угол. Тенеплет потратил на восстановление маны шесть часов, время от времени закидывая кучу осколков теневыми шарами, пока наконец не уничтожили все, что было. Не знаю, почему подземелье не «переварило» состоящие из камней рунные узоры, но я решил уничтожить камни наверняка.

И только после этого мы пошли наверх.

На этот раз наш путь не был безопасным: на восьмом этаже мы столкнулись с огненным быком — огромной тварью в два с половиной метра в холке, с невероятно пакостными способностями. Убить его нечего было думать: существо обладало сопротивлением к чужим заклинаниям и практически непробиваемой шкурой. Мы отвлекали его минут девять, пока Пламенный, который еще и льдом мог управлять, по моей команде намораживал толстые ледяные стены на лестнице, чтобы чудовище не смогло протиснуться с наскока. Огненного быка лед, разумеется, надолго не задержал, но секунд сорок форы он нам обеспечил, и скрыться мы успели.

Следующие несколько часов были заполнены скучной рутиной. Сперва я передал координаты сердца подземелья охране на воротах и описал ситуацию. Потом — выслушал пару вялых шуточек, проявил настойчивость и повторил рассказ уже при человеке с навыком распознавания лжи. Потом — указал расположение сердца на карте и снова повторил рассказ. Пожалуй, к мэру я все же не пойду — повторять одно и то же еще раз, у меня желания нет.

— А как ты оценил божественный, как ты сказал, артефакт? У тебя оценка на уровне грандмастера? — спросил подозрительно один из стражников.

Я пожал плечами.

— Можешь у богов спросить. Я склоняюсь к выводу, что этот божественный артефакт по воле создателей оценить может каждый, имеющий оценку, чтобы при случайном обнаружении было как можно меньше шансов на моменты вроде «а давайте попробуем забрать этот камень, наверняка он ценный».

Наконец все вопросы были улажены, но стража заикнулась, что сундук следует оставить им. Оставлять такой материал я не хотел: есть подозрения, что его могут пустить на нехорошие ритуалы, но препираться и доказывать, мол, «это мое», не стал.

— Разумеется, без проблем. Только камень внутри — редкий ингредиент для ритуала, и по весу тут примерно килограмм семьдесят-восемьдесят будет. Можем спросить у скупщика, сколько стоит ингредиент, которого даже в городских лавках нет, или самостоятельно посчитать, взяв среднюю цену редких ингредиентов — тех, что в граммах измеряются, и я вам продам весь сундук.

После этого вопросы касательно проклятых осколков отпали. Возможно, люди бы не угомонились так просто, но Пламенный голем задумчиво поигрывал огнешаром, перекидывая его с ладони на ладонь, и стражники посчитали, что я действительно имею право на свою добычу. Да и до десятого этажа спуститься и вернуться обратно смог бы далеко не каждый.

Я вернулся в Вяжск и заскочил в трактир дядюшки Бу. Нужно было прояснить один важный вопрос. Да и повидать хозяина трактира тоже стоило. Он — один из тех редких людей, которые не вышвырнули бы бессознательного пацана на улицу, забрав его кошелек.

Дядюшка Бу встретил меня, как родного сына: заулыбался, едва увидел меня, а когда я протянул руку для рукопожатия, попросту обнял.

— А ты сменил окрас, пацан, — отстранившись, со смешком сказал дядюшка. А потом — перешел на серьезный тон. — У тебя всё нормально? До меня доходили слухи, что за тобой идет охота. Да и выглядишь ты нездоровым.

— Всё прекрасно, — успокоил я его. — Я теперь големостроитель с патентом от Гильдии. Да и с охотой, что шла на меня, я уже разобрался.

— Расскажешь? Всё равно тут делать нечего — поварихи наготовили еды, а есть некому — сегодня народу нет почти. На центральной площади горланит посыльный от лорда Арка — собирает мастеровых и крафтеров. Говорят, возле его замка планируется какая-то грандиозная стройка.

Интересно… Значит, всё-таки поверил мне лорд. Интересно, он уже отправил людей за специалистами, чьи имена я ему назвал? Думаю, отправил, хотя бы для того, чтоб оценить их навыки и присмотреться к этим людям.

Мы с дядюшкой Бу присели за столик у стены, и я рассказал ему часть своих недавних приключений. Дядюшка хмыкал, где — недоверчиво, где — уважительно. А услышав, что нежить нашла скрытый этаж и пыталась сделать что-то с находящимся там артефактом, выругался.

— Я расскажу о произошедшем тем авантюристам, кто посильнее. Опишешь место, где ты видел это сердце? Очень уж мне интересно, что же нежить пыталась там сделать.

Я попросил бумагу и карандаш, и схематично набросал схему десятого этажа, где видел пролом, ведущий к сердцу подземелья.

— Очень хорошо, — свернул дядюшка Бу листок. — Большое спасибо. Ты даже не представляешь, как опасно вмешиваться в работу подземелья. Не знаю, что там пытался сделать лич, но я рад, что он больше ничего сделать не сможет. Кстати, на будущее: в следующий раз тебе стоит при возможности пленить таких мертвецов. Ноги там отрубить, руки, и доставить в ближайший город, где им займутся обученные люди.

— Знаю, их обычно замуровывают, — кивнул я. — Кстати, те места, что ты показал мне на карте — там замурованы личи, притягивающие к себе всякую мерзость со всех окрестностей, верно?

Дядюшка Бу поколебался, но кивнул. Понимаю его — информация далеко не рядовая.

Мы поболтали ещё немного про всякие навыки, эликсиры и способы усилить себя.

— Кстати, ты так и не упомянул, где обзавелся таким интересным цветом кожи, — прищурился дядюшка Бу, когда я уже хотел завершать разговор. Пришлось пересказывать и об этом, разве что, упустив самое главное — что меня изменила какая-то сущность. Мол, лег в алтарной на камень и очутился на поляне, где сразился с чароцветом. С тех пор обзавелся полезными навыками…

— Какими именно навыками? — вычленил главное дядюшка Бу.

Я растерялся: таких вопросов мне даже Глебос не задавал. Твои навыки — это твои навыки, лезть в чужой статус не принято.

— Ладно, — пожал плечами трактирщик, не дождавшись ответа. — Дело твоё, я в него лезть не буду. Просто цвет кожи, какие-то шипы на тыльной стороне ладони, дополнительные органы, ещё один или даже два ряда зубов — это все нехорошие звоночки, сообщающие, что какой-то навык вышел из-под контроля. Разумеется, всё это может исправить какой-нибудь мастер или грандмастер целитель, но ты убираешь лишь внешние признаки проблемы. Советую тебе найти какой-нибудь навык, который уравновесит твои изменения. Если тебе вдруг человеческой плоти захочется, бери самоконтроль. Если чувствуешь, что твоё тело продолжает меняться, лучше найди человека, сведущего в метаморфозах, и чем быстрее, тем лучше. Вообще я впервые слышу о том, что кто-то поглотил растительное ядро, и это не комплимент, поверь. Растения невероятно далеки от нас, дальше всех монстров и любого животного. Я даже не представляю, как они могут изменить человека.

— С этим у меня всё в порядке, — улыбнулся я. Кстати, да: позже нужно будет забежать в Оклорд и взять там заказанную книгу с навыком самоконтроля. Книготорговец обещал, что томик появится у него через неделю, и эта неделя ещё не прошла, так что время не подгоняет. После поглощения лича голод слегка утих, но я уверен — скоро начнёт нарастать.

Кстати, а почему бы не наведаться в местную тюрьму, к нехорошим ребятам, и не употребить их?

Идея на первый взгляд показалась заманчивой. С моими навыками нет ничего проще, чем проникнуть в тюрьму, засунуть руку в закованного в кандалы преступника, и на пару рангов повысить свой навык. Только вот есть нюанс — преступников с развитым архетипом стараются не держать в тюрьмах, а использовать на благо народа. Алхимики занимаются своими делами, кузнецы — своими. Люди без архетипов идут чистить канализацию, или заниматься иными общественными работами. Убийцы зачастую получают плаху или виселицу, но лишь те убийцы, кто попался: бестолковые, с недоразвитыми архетипами. Если уж лич дал достаточно энергии, чтобы повысить навык сразу на два ранга, то средненький преступник вряд ли потянет повышение «создания големов» с «подмастерья» до «мастера». А проблем будет гораздо больше.

Если и охотиться, то на тех персонажей, которых не смогла поймать стража. Неплохо было бы организовать Гильдию «частных судебных приставов», которые смогут искать преступников, прячущихся от властей. Находить, жрать их навыки и приносить головы в города, получая в довесок ещё и золото.

Хотя, для такого дела даже особая Гильдия не нужна: можно доверить эту задачу Гильдии Авантюристов, когда смогу создать ее. Кстати, стоит наконец-то заботиться этой идеей. А скорее — озаботить ею одного человека.

Вот только возвращаясь к проблеме с преступниками и навыками. Я подозревал, что стоит мне один раз поглотить чьи-то навыки, и у меня появятся нехорошие мысли. Раньше я бы о преступниках даже не подумал, а теперь готов бежать либо в тюрьму, либо в леса — искать логова бандитов. Не к добру такие изменения. Против поглощения лича ничего не имею, но если переключиться на людей, то не пойдут ли следом за откровенными головорезами кто-то помельче, вроде берущих взятки чиновников, нечистых на руку стражников? Смогу ли я противостоять искушению сожрать навыки вкусного воришки с развитым архетипом? Не уверен. А значит, если и буду кого поглощать, то ограничусь монстрами и личами. У меня как раз есть на примете несколько мест: спасибо дядюшке Бу.

Я переночевал в снятой на ночь комнате, позавтракал, попрощался с трактирщиком и выдвинулся в дорогу.

Големы за ночь зарядились, Тенеплет уже мог путешествовать по теням пару часов, но на изнанку я его не пускал: пусть экономит энергию.

Легким бегом мы добрались до Оклорда к вечеру. И все бы ничего, если бы не ужасная жара и безоблачное небо. Я взмок, как никогда прежде. Такое ощущение, что солнце достало даже големов: Тенеплет старался двигаться по опушке, под прикрытием толстых еловых ветвей, а у Пламенного и Железного броня была раскалена настолько, что даже в полушаге от них стоять было некомфортно.

В город я вошел, спекшийся донельзя. Стражи у ворот даже не записывали имен: сидящий в тени старый вояка лишь махнул мне рукой, разрешая пройти, но из-под навеса не вышел.

— Господин, не желаете виноградного сока? — поинтересовался закутанный в белые тряпки пожилой мужчина, больше смахивающий на попрошайку, чем на торговца.

— Теплый, небось? — с вялым интересом пробормотал я. Никогда не брал питье у уличных торговцев, но жара стояла жуткая, а фляга в пространственной сумке уже опустела.

— Как можно! В такую жаркую погоду торговать тёплым напитком — кощунство!

Я потрогал бок огромного кувшина, и тот на моё удивление действительно оказался холодным.

— Кислый?

— Сладкий, как поцелуй любимой!

— Сколько за порцию?

— Три медяка, — изрядно завысил цену старичок.

— Четыре медяка за два стакана, — предложил я. Старик вздохнул и кивнул, наполняя глиняную кружку.

Я залпом осушил посудину, и сразу же — вторую. Обычно я не пью на улице, но я давно не пил ничего, кроме воды. Иногда можно и побаловать себя.

Не успел я отойти, как в голове приятно зашумело, а мир вокруг расцвёл яркими красками. Кажется, сок у старика был забродившим: не удивлюсь, если тот специально досыпал туда дрожжей, чтобы «сок» брали охотнее. Алкоголь я не любил, но возвращаться и скандалить тоже не стал: вторая жизнь дана не для того, чтобы портить жизнь торговцам, которые зарабатывают медь, чтобы выжить.

Зато теперь шагать по улицам Оклорда стало не в пример веселее. Время ускорилось, пятнадцать минут ходьбы пролетели за пять минут, и я шагнул за ворота школы.

На этот раз голем, охраняющий ворота, не стал артачиться и пропустил все мои машины. Похоже, кто-то оставил указание насчёт моей персоны, либо повысил меня в местной табели о рангах.

В помещении Гильдии было прохладно. Я шагнул за порог и остановился, наслаждаясь ветерком, гуляющим по коридору.

А потом я услышал голоса Ильзы и Ахрила, а спустя пару мгновений сами подростки вышли из-за поворота.

Ничего себе сюрприз! Обычно, для того, чтобы встретиться с ними, нужно было завтракать, обедать или ужинать вовремя, а тут приятели сами на меня вышли.

— Вилатос! — воскликнула девчонка, только голос её почему-то был негодующим, а не радостным.

— Привет, Ахрил. Ильза! — развел я руки, но девчонка не бросилась в мои объятия. Вместо этого девчонка остановилась в паре шагов и с возмущением уставилась на меня.

— Мы сутки назад выполнили твоё поручение и собрали все раздолбанные механизмы.

— Великолепно! Думаю, это стоит отпраздновать.

— Думаю, за это стоит сделать нам первоклассных големов, как ты и обещал!

— Но я не обещал, что сделаю это сразу, — резонно заметил я. — Ладно, расслабься, тебе не идет быть хмурой. Сегодня же сделаю вам големов.

— Дело не в том, сделаешь или нет, — скрестила руки на груди девчонка. — Я не вымогаю у тебя механизм. Дело в том, что ты обещал его сделать, так будь добр исполни обещание! Тем более, мы не выпрашиваем у тебя големов, мы на них заработали!

Я поднял руки, сдаваясь под напором Ильзы.

— Ладно! Хорошо, громкая девушка: всё будет, как ты захочешь. Прямо сейчас пойду и сделаю для вас такие машины, которых вы прежде не видели.

— Надеюсь, это заявка на хорошее качество машин, потому что дряни я за свою жизнь навидалась!

Я пропустил мимо ушей недовольное ворчание и направился прямиком в мастерскую. Ахрил и Ильза неожиданно для меня пошли следом. Я думал, у них сейчас занятия, но нет — оба шагали за мной, не спеша в аудиторию. Похоже, планируют смотреть за моей работой. Ладно, пусть смотрят. Вряд ли что-то поймут. А поймут, так к лучшему — в будущем меньше придётся рассказывать.

В мастерской никого не было. Правда, думаю, что стоит мне заняться работой, как за соседними станками появятся увлечённые работники, которые будут чинить вполне рабочих големов и искоса смотреть за моей работой.

Интересно, а можно ли поставить у своего станка ширму?

Впрочем, это вопрос для следующего раза. Сейчас я не собираюсь создавать голема, которого проектировал годами: в планах лишь поправить существующие модели.

— Ух, сейчас как сделаю големов… — пробормотал я, закатывая рукава. — Ильза!

— Да?

— Сбегай до кладовщика, возьми у него помогайку, стандартного голема модели Р-153, и лучший управляющий модуль с функцией самообучения. На цену не смотри — скажи ему, что я тебя послал, и траты пусть записывает на мой счёт. Ахрил?

— Слушаю.

Я развязал тесёмки кошелька и достал пригоршню монет. Пересчитал, и, ссыпав лишнее обратно в кошель, передал пацану горсть золота.

— Сходи до лавки зачарователей, купи два любых монстрячих ядра. Денег, которых я тебе дал, должно хватить на самые простые. Но если хочешь, можешь добавить свои сбережения и купить то, что тебе по нраву. Имей в виду, что оба ядра пойдут на создание ваших големов. Чем лучше детали, тем лучше результат.

— Я подумаю, что можно с этим сделать, — слегка склонил голову мальчишка.

* * *

Ильза с напускным недовольством наблюдала, как Вилатос разбирает дешевые машины. Мальчишка работал быстро: помогайка споро откручивал болты и складывал детали на стол.

— Слишком медленно! — вырвалось у девушки. Ильза прикусила губу, жалея о сказанном, но Вилатос не обратил внимания на ее слова.

Девушку мама не учила, как разговаривать с мальчиками, поэтому Ильза училась сама. И училась, подсознательно перенимая привычки у матери: училась снисходительному тону, замаскированным издевкам и методам методичного засовывания мужчины под каблук.

В голове девчонки иногда появлялись мысли, что можно общаться иначе, но как именно, ей никто не объяснял. Парочка любовных романов была слишком далека от жизни, а наглядный пример у нее был один, если не считать дедушку, который был равнодушен ко всему, кроме механизмов и обучения внучки. Потому, вместо флирта у девушки вырывались слова, которые говорить вообще не хотелось.

* * *

Ахрил шел к лавке, и раз в две-три минуты будто бы случайно проводил рукой по кошельку, желая удостовериться, что деньги на месте. Кроме золота, что дал ему Вилатос, в кошельке покоились монеты, которые подросток хотел потратить на поступление в Гильдию. И подросток гадал — стоит ли тратить на ядра все, или отложить свои монеты до более удачного случая?

Вот только чем дольше он раздумывал над этим вопросом, тем сильнее хотелось потратить монеты на ядра. Шутка ли — личный голем! Во всём классе лишь у Сильвестра Агафонова, заносчивого сынка купца была своя машина — громадный широкоплечий голем, постоянно двигающийся за спиной господина, выполняя роль телохранителя. Агафонов невероятно гордился своей машиной и не упускал случая похвастаться ею. Теперь в классе появятся другие машины, и Агафонов наверняка притихнет.

— Потрачу все, — решил парень. — Вилатос знает толк в големах, и брака не допустит. Наверное.

Глава 16

Для работы я выбрал две компактные, всего по грудь, модели. Вроде бы не обещал, что големы будут превосходными вояками, поэтому к их размерам претензий быть не должно.

Работа шла споро и весело. Винишко еще не отпустило, но вроде бы мир вокруг меня не шатался, разве что настроение было превосходным. Я разобрал первого голема, заменил управляющий модуль, поменял энергокристалл — если вставлять в грудь ядро, то и «батарейку» для него стоит вставить побольше.

Пока Ахрил ходил за ядрами, я работал над каркасом. Плел рунную вязь, наваривал изнутри крепления для деталей. Время пролетело быстро — не успел я закончить, как появился сын кузнеца с ядрами.

— От ядовика и твари с пятого этажа подземелья, которая камнями кидается. Забыл, как ее зовут, — смущенно добавил подросток.

— Неплохие ядра, — похвалил я. — Умеешь торговаться.

Работа спорилась гораздо быстрее, чем раньше. Усвоенные знания работали в синергии с остальными навыками, потому ядро встало на назначенное ему место гораздо быстрее, чем в первый раз. Я одновременно управлял и помогайкой, и сам занимался плетениями рун.

В процессе работы над первым големом я понял, что големостроителю для работы необходим помощник. Пришлось отправить приятелей еще за несколькими деталями, и теперь на правой руке голема красовался своеобразный «наруч» из двух обмотанных вокруг запястья манипуляторов. Голем — не массивный паук-помогайка, который может и ванну на себе носить, и поднять на манипуляторах голема в сотню-другую килограмм, но заменить отвёртку или пару деталей придержать механизм сможет. И телохранитель, и обучаемая машина, и — в перспективе — неплохой управляющий модуль, который можно будет перенести в иное тело, вместе со всем накопленным опытом. Может, машина даже станет одушевлённой, если помещённое в центр груди ядро повлияет на него, как повлияло на Тенеплета.

Не знаю, что тому виной — алкоголь, недосып или бурная фантазия, но если я глядел на ядра краем глаза, мне казалось, что артефакт из груди ядовика сочится зеленым туманом. А в остальном проблем не было — я вроде бы не допустил ни одной ошибки. Даже успел протрезветь под конец работы.

Ахрил и Ильза следили за процессом сборки, задавали вопросы. Я подробно рассказывал, что и зачем делаю. Говорил, какие команды будет понимать механизм. Предупредил, что я не в курсе порядков в Гильдии, и посоветовал быть аккуратнее с големами: все же здесь должны быть послушники, которые уже добились архетипа, а таким не сложно увести голема. Я, конечно, понакрутил различных плетений поверх базовой защиты, и добавил несколько скрытных команд на случай, если эту защиту кто-то всё-таки обойдёт, но не могу сказать, что голема теперь никто не взломает. Любой взлом — дело времени и умения, а ставить навороченную защиту, которую использовал создатель Тенеплета, я пока не умею — тут нужны знания грандмастера.

Когда я закончил с первой моделью, то занялся второй и сделал ее гораздо быстрее — теперь не приходилось думать, что именно помещать в корпус, я просто повторил работу. Затем — поздравил подростков с приобретением, выслушал слова благодарности и отправился в столовую — проголодался я страшно.

Кормили здесь по-прежнему вкусно, но едва я встал из-за стола, как появился намёк на очередные приключения. В столовую зашёл лектор Ваззи, огляделся и двинулся мне наперерез.

— О, Вилатос! А я как раз вас ищу!

Я насторожился. Внимание этого человека было не к добру: в прошлый раз мы расстались не так хорошо, как хотелось бы.

— А зачем?

— Как — зачем? Вы же юный гений, — с иронией сказал мужчина. — Светоч, солнцеликая надежда Гильдии, самый молодой патентованный специалист! Думаю, молодежи будет интересно послушать лекцию от молодого дарования, ставящего рекорд за рекордом. С Асланом я уже договорился.

— Не хочется, — покачал я головой.

— Тогда у вас могут возникнуть проблемы с руководством, уж я постараюсь представить ваш отказ мастеру Сулумуну в самом невыгодном свете.

— Вы считаете это смешным? — мрачно поинтересовался я. Вопрос был излишним — лектор лучился удовольствием.

— Я ничего не считаю. Просто есть обязательные для изучения правила, которые придумал не я. Вы — патентованный специалист, мастер своего дела. Так неужели вы откажете подрастающему поколению в такой малости, как лекция? У группы послушников, которую я выбрал, как раз начался последний год обучения. Нужно успеть обучить их как можно большему.

— Их нужному необходимо обучать, — заметил я. — И как у вас так поставлено обучение, если приходится «обучать как можно большему» в последний момент?

— Не нужно увиливать от одного-единственного занятия. У группы выпускников через пятнадцать минут как раз должно быть мое занятие, так что предлагаю, чтобы вместо меня они послушали вас.

— Ладно, — нехотя согласился я. — Попробую что-нибудь рассказать подрастающим специалистам.

Когда я вошел в заполненную аудиторию, никто не сказал ни слова. А вот когда я, не спеша, направился к доске и встал за трибуну, в аудитории поднялся возмущенный гул.

— Это место для лектора, — предупредил меня кто-то.

— Прошу вас, помолчите! — раздался голос Ваззи. — Моя вина — я забыл упомянуть, что перед вами будет выступать мальчиш… то есть, Вилатос — наше юное дарование, недавно получившее патент.

Ах ты, скот… Решил устроить представление? Хорошо, давай поиграем.

— Спасибо, мастер Ваззи. Всегда приятно слышать похвалу от равного члена Гильдии.

На это мастер, который даже по рангу был выше меня, дернулся, но придумать достойный ответ не успел — я перевел взгляд на аудиторию и слегка повысил голос:

— Меня зовут Вилатос. Пока — без приставки «мастер» — я всего лишь подмастерье, но я уверен, это ненадолго, ведь ранг я взял меньше, чем за полгода. Хотите знать, как я это сделал? Я постараюсь объяснить во время лекции. Можно ли вам последовать по моим стопам? Определенно, да. Именно для этого я встал за эту трибуну — чтобы объяснить вам свой путь. И если нас не прервут, за отведенные нам полтора часа я расскажу вам, как получить патент меньше, чем за полгода

Выражение лиц смотрящих на меня подростков менялось: от недоумения и насмешки, с которой они смотрели на меня, до легкой заинтересованности. Нет ничего проще, чем зацепить внимание големостроителей, обещанием патента.

— Многообещающее начало, — громко пробормотал мастер Ваззи, ни к кому конкретно не обращаясь. Так я и дам тебе подрывать мою лекцию, ага. Я — не сопливый мальчуган, робеющий от выступлений, а ты — не Сулумун, так что не стоит пародировать недавние выборы.

Я улыбнулся и повернулся к той части аудитории, где сидел Ваззи.

— Уважаемый мастер, не могли бы вы придержать свои комментарии? Вы отвлекаете меня от объяснения важных вещей. У меня даже появилось ощущение, что вы делаете это намеренно, а срыв лекции, думаю, повлечет выговор от заместителя настоятеля.

В задних рядах кто-то хохотнул, но притих быстрее, чем лектор успел разглядеть хохотуна.

— Разумеется, — кивнул Ваззи, справившись с эмоциями, и небрежно махнул рукой, — продолжай.

— Спасибо. Так вот, сперва я рекомендую всем достать тетради для записей и писчие принадлежности. Это необязательно, но уверяю вас, лучше все-таки не надеяться на свою память. Первый вопрос, от которого я и буду выстраивать лекцию: скольким из вас удалось получить архетип?

Вверх потянулись руки. Семь из двадцати трех. Ужасно.

— Понял, следующий вопрос: чему вам больше всего приходится уделять время?

Я обвел аудиторию взглядом, но послушники, надрессированные на запоминание и послушание, молчали. Нет, так не пойдет. Давайте как-то взаимодействовать.

— Не слы-шу, — нараспев сказал я.

— Рунам? — спросил кто-то. Так и думал: изучение всех рун открывало навык, только вот занимало оно кучу времени. Это лишь я смог с перевода всего одной фразы добиться навыка, и то, система скорее отметила в статусе мой уровень знаний, чем наделила новым навыком.

— Разумеется, рунам!

Я отвернулся к доске и записал шесть рунных цепочек.

— Вот только вопреки расхожему мнению, для создания самого простого голема не нужен хороший уровень знания рун. Даже для получения стандартного архетипа этот навык необязателен. Чем больше профильных навыков, тем выше шанс получения хорошего архетипа, но получить простейший архетип големостроителя можно без одного-двух профильных навыков… Но вернемся к рунам. Для создания голема можно изучить лишь базовые рунные цепочки, которые я распишу на доске. Перенесите их на свои листы, переводом займетесь дома. А пока вы переписываете, я запишу обозначение для каждой рунной цепочки.

Я уже думал, что обойдётся без вмешательства лектора, но мои надежды не оправдались. Едва я повернулся к доске, Ваззи завозился, как паук, на которого направили луч фонаря, и заметил:

— Вилатос, надеюсь, ты на этом и остановишься. Не думаю, что стоит идти дальше и раскрывать перед аудиторией тайны Гильдии.

Услышав лектора, послушники принялись быстрее переписывать руны с доски. Сам того не желая, Ваззи устроил лучшую рекламу моей лекции.

— Уверяю вас, мастер, в написанных мною цепочках, как и в дальнейшей лекции, нет и не будет ни грамма Гильдейских знаний. Всё это я изучал самостоятельно с помощью книг и объяснений своего дедушки Чернозлоба.

Господи, ну и имя я выбрал для своей личины. Так и хочется прикрыть ладонью лицо.

— И всё же я не думаю…

— Мастер Ваззи, ну какие могут быть тайны от послушников последнего года обучения? Мы же с вами находимся на учебной лекции, не правда ли? Ну так пусть послушники перенимают опыт.

Вроде бы убедил: лектор затих. Ладно, буду дальше раскрывать секреты.

— Всё переписали? Отлично, переходим дальше. Для того, чтобы получить навыки создания големов, нужно создавать големов. Неожиданно, да? Приземлились в мастерской за стол, положили перед собой детали и начали сборку. В этой аудитории двадцать три человека, и лишь семеро владеют архетипом. Чего вы ждёте, выпуска? Так вы не сможете получить архетип без гильдейской мастерской и инструментов, а после выпуска вас сюда не пустят, если не получите патент. Так… Ты! — ткнул я пальцем в парня, сидящего в первом ряду. Насколько я помню, когда я спрашивал, кто достиг архетипа, он руку не поднимал. — Расскажи, как проходит твой день. Чем ты занимаешься?

Парень неторопливо поднялся, чувствуя себя неловко под прицелом взглядов.

— Э-э… Ну, до обеда — занятия. Обычно счет, правописание, история големов, история Гильдии. Потом — занятия по рунной магии, изучение големов. Сборка, разборка. Иногда нам выдают модель и наказывают найти в ней неисправность. Иногда мы занимаемся тренировками. Есть еще изучение материалов, теория архитектуры, изучение знаменитых големостроителей…

— Сколько обычно у тебя свободного времени?

— Часа два, — пожал плечами послушник. — Иногда — три.

— Ты можешь потратить эти два-три часа на возню с големами в мастерской?

— Ну, мог бы. Но у меня нет своего голема, а просто так зачем туда ходить?

— Вас шестнадцать, отстающих. Шестнадцать! Это огромная сила! Вы можете открыть все свои кубышки, скинуться монетами и купить себе хотя бы самого простого голема, с которым вместе и по отдельности будете заниматься в мастерской. Вы почти выпускники! Вы подкованы в теории настолько, насколько это возможно, не хватает лишь практики. Если монет мало — давайте объявления в газеты и вешайте на доски: починю вашего голема, дешево. Ищите клиентов, тащите механизмы в мастерскую и ремонтируйте: хоть один из шестнадцати будет знать, что не так с големом.

— Напомню всем присутствующим, что работа без патента наказывается, — заметил Ваззи. Странно, ни Ильза, ни Ахрил об этом ничего не говорили, и спокойно работали в мастерской без патента. Да и мастер Ирган, мир его праху, на эти правила плевал, когда поручил троим подросткам отремонтировать механизмы в ангаре.

— Вот! — Указал я пальцем на лектора. — Вот о чём я говорю! Вас не стараются обучить как можно лучше, вам хотят вбить послушание и заполнить время обучения лекциями о давно усопших мастерах! Я поговорю с Асланом насчет этого странного правила. Думается, у меня получится провести этот ремонт как дополнительную практику. Просто поймите, вам нужно как можно больше заниматься практикой. Я бы на вашем месте забыл обо всех занятиях и старался как можно быстрее наработать навыки, пока у вас есть время. Плевать на наказания, плевать на дряхлых профессоров, которые пичкают вас ненужными знаниями, плевать на всё кроме практики!

— Вилатос! — возмущённо вскрикнул лектор. — Ты подрываешь дисциплину среди учащихся!

— А вы уверены, что вообще учите их? Последний год обучения, а у вас из двадцати с лишним человек лишь семеро…

— Еще слово, и я обещаю — твоя лекция закончится. Я молчу, не мешаю тебе вести лекцию, пока ты не затрагиваешь репутацию заведения. Вот и ты прояви уважение к преподавателям Гильдии.

— Разумеется, — легко сказал я. — Прошу прощения, я немного погорячился. Разумеется, в Гильдии отлично учат. А то, что я в ней не учился, и с помощью одного-единственного специалиста дошёл до архетипа Архитектора големов — это совпадение, не более. Ни о чём не говорит. Вернемся к лекции. Следующий вопрос, который я хочу разобрать — навыки големостроения и простейшие методы их достижения. Сейчас я расскажу, как можно получить навык создания големов, и как можно использовать один и тот же каркас для прокладывания новых и новых манопотоков: если вы все же купите голема, вам эта информация поможет. Записывайте…

Я разобрал эти вопросы, а последние десять минут лекции потратил на диалог с аудиторией.

— И на этом мы, пожалуй, закончим, — подытожил я. На душе было спокойно и радостно: я провел лекцию, как боженька. Разобрал все представленные вопросы, походя уколол мастера Ваззи, выпендрился достижениями и заработал определенное уважение среди послушников. Глаза последних горели — когда лекция подошла к концу, никто не бросился на выход, все сидели и ждали, пока я договорю. А когда я наконец закончил, начали нехотя собираться.

— Мастер Ваззи, как вам моя лекция? — поинтересовался я, не скрывая довольной улыбки.

— Для новичка пойдет, — не захотел признавать поражение Ваззи. — Думаю, в ближайшие месяцы можешь не волноваться — я поговорю, чтобы тебя не беспокоили.

— Да я и рад помочь послушникам стать образованнее, мастер Ваззи. Можете звать меня в любое время, если у Гильдии вдруг не окажется достойных лекторов. Ну, я имею в виду, если они заняты будут чем-нибудь, все такое.

Мастер проглотил укол: отрывисто кивнул мне и зашагал к дверям.

— Лектор! — хлестнул я его голосом, в котором не было ни грамма веселья.

— Ты забываешься! — обернулся разгневанный Ваззи. Последние послушники поскорее вышли, чтобы случайно не оказаться в центре разборок.

— Я как-то спрашивал вас, не задумывались ли вы, что некоторые из големов обладают свободой воли и душой, и вы назвали это бредом. Теперь я задам иной вопрос: верите ли вы, что големы могут быть опасны для големостроителей? Что они могут управлять нашими страхами и влиять на разум, сводя человека с ума?

— Рассуждай о сказках со своими ровесниками, — процедил мужчина и вышел. Ничего, пусть себе идет.

Когда лектор покинул аудиторию, между открытых ставен в помещение скользнула тень. Мрак сгустился, будто солнце закрыло свинцовыми тучами, тени по углам зашевелились и посреди помещения возник Тенеплет.

— Я знаю, что тебе нравится пугать людей, — сообщил я машине. — Ты весьма профессионально кошмарил Зигвурта. Но как ты относишься к работе над конкретным человеком?

Тенеплет никак не отреагировал на мои слова, но теперь я уже не чувствовал себя глупо, общаясь с железкой — предыдущие его поступки говорили, что это существо все прекрасно понимает.

— Этот человек — лектор Гильдии, патентованный мастер големостроения.

Снова ноль внимания. Ну, ладно, попробую еще поуговаривать.

— Просто представь себе ситуацию, — вкрадчиво сказал я, — голем укрощает мастера големостроения.

А вот это заинтересовало машину. Тенеплет покосился на меня окулярами визуального модуля.

— Знал, что ты это оценишь, — расплылся я в улыбке.

Глава 17

В первую очередь я сделал то, что обещал послушникам: пошел к Аслану.

Долго уговаривать заместителя настоятеля не пришлось.

— Да я не против того, чтобы ученики занимались практикой. Закон этот введён, дабы ограничить тех, кто не имеет патента и не учился у нас. Думаю, что не будет ничего страшного, если ученики в свободное время начнут браться за подработку.

«В свободное время», как же. Я кивнул, поблагодарил человека за уделённое время и вышел.

Что там дальше по плану?..

А дальше по плану было дождаться, пока Тенеплет сделает порученное, подождать книгу с навыком, а потом уже отправиться в замок Кровавой луны — передать книги лорду, узнать, починили ли Алтарную, и если она цела — добавить в статус навыков из ядер. Главное — выбрать лучшее, что будет у лорда, и заранее уточнить, что именно даст мне поглощение через Алтарную.

О Тенеплете я не беспокоился. Голем мне достался далеко не самый обычный, и Ваззи не сможет перехватить над ним контроль без пароля, что написан на документах, которые лежат у меня в сумке. А от прочего механизм сможет просто сбежать через изнанку. Кстати, помнится, лектор говорил, что у него есть интересная книга с навыком «наделения силой» и готов был уступить её мне за бешеную цену. Навыком этим я уже овладел, но желание ткнуть лектора в самое больное место — в кошелек, никуда не исчезло. Вот пусть Тенеплет и проверит, что есть в библиотеке уважаемого мэтра. Глядишь, там и найдется что-нибудь интересное.

Интересно, он задумывался, что несколько лет подряд собирает библиотеку ради того, чтобы сделать подарок Вилатосу?

Жил лектор недалеко от Гильдии — его двухэтажный домик стоял на границе трущоб. Хороший вариант, когда денег мало, но хочется дом попросторнее. А еще мне понравилось, что я по-прежнему мог наблюдать за Тенеплетом: после того, как архетип шагнул на ранг подмастерья, радиус, на котором я мог управлять големами, возрос. Думаю, теперь я смогу удерживать связь с механизмом, даже если он удалится раза в два дальше усадьбы лектора.

Сперва Тенеплет шастал вокруг забора, дразня соседских псов, а потом — затаился в кустах с внешней стороны ограды и затих. Скукота. Понаблюдав за ним ещё минут пятнадцать, я махнул рукой на голема, который даже не шевелился, и занялся своими делами. Дядюшка Бу убедил меня в важности самоконтроля, поэтому я запланировал провести сутки-другие в городе, дожидаясь книги с навыком. Проведать Алтарную, может, накинуть лорду еще пару идей, раз он уже начал собирать специалистов, а потом — двинуться жрать души личей. Может, и Глебоса с собой захвачу.

А пока у меня есть свободное время и деньги, стоит заняться тем, что долго откладывал: своим убер-големом, которого я проектировал годами.

Быстро я его не сделаю: проект, разработке которого посвятил несколько лет, за неделю не собрать. Думаю, на работу уйдет не меньше трех-четырех месяцев. Как раз потому лучше начать сейчас, пока у меня нет других дел.

Итак, голем. Мне, конечно, говорили, что помещать себя внутрь механизма — это глупость, но я думаю, здесь виновата зашоренность мышления местных. Вот мне не кажется, что сидеть в бою внутри огромной бронированной машины — опасно. Как по мне, в бою гораздо опаснее находиться в слабом человеческом теле, чем в стальной машине, на которую можно навесить дополнительную броню. А если еще и на кабину изнутри нанести серебряное напыление, и оружие сделать либо артефактным, либо смешанным с тем же серебром.

В общем, я вынашивал идею собрать себе собственную антропоморфную машину, которой смогу управлять так же эффективно, как Создатели гигантов своими детищами. Для этого пришлось продумывать кабину, создавать для нее схему гироскопа, детально продумывать големов со своими задачами, которых я внедрю в тело основного механизма.

Мне нравилось создавать механизмы на основе готовых каркасов, только вот когда проектируешь что-то кардинально отличающееся от стандартов, готовые вещи уже не подходят. Для создания каркаса вовсе нужно будет посещать Ублефес — местные кузнецы не потянут заказ такого объема. Да и в планах как раз сделать голема как можно более артефактным, а в Ублефесе — лучшие мастера из оставшихся в живых.

Я зашел на склад и замер, задумчиво рассматривая забитые полки. Я еще во время возни с големами Ильзы и Ахрила забежал сюда, чтобы выбрать некоторые детали и продать всех големов, которых починили приятели, потому кладовщику пришлось выписывать мне еще одну бумагу, и радостью он не отличался. Но сейчас меня больше интересовало содержимое полок, чем настроение работника.

— Приветствую снова, — буркнул кладовщик. — Хотел чего?

— Да. Пожалуй, помогайку, детали на выбор, и… Есть свободные ангары? Я хочу арендовать один на пару месяцев. Не хочу захламлять мастерскую.

— Не совсем ко мне вопрос: тебе нужно…

Я поморщился и перебил кладовщика.

— Золотой за решение вопроса тебя устроит?

— Надеюсь, не предлагаешь мне править сумму на выписанной тебе бумаге и доставать себе монету из кассы?

Было бы забавно, но вряд ли он согласится.

Я криво усмехнулся и щелчком большого пальца отправил мужичку желтый кругляшок. Взамен тот пошарил под столом и кинул мне ключ. Вот и все решение вопроса: монета сэкономила мне и время, и нервы.

— Еще три — за аренду, и хоть нежить там складируй.

— А это уже не взятка, такие траты иначе проходят. Запиши на мой счет, как и аренду помогайки.

А теперь — займемся выбором деталей.

За пару дней я не выполню объёмной работы, но кое-что сделать смогу. Например, я давно хотел создать самоходный арбалет. Вот этим и займусь, благо, есть возможность обойтись минимальным привлечением кузнеца. Самое главное я сделаю сам: помещу необходимые образы и команды в управляющий модуль, соединю детали между собой манопроводами, сделаю зарисовки деталей, которые придётся выковать кузнецу, и потом соединю полученные детали с помощью сварки помогайки.

Я взял под контроль и подвёл поближе одного из пауков-помогаек. Теперь — выбор деталей.

Панцирь, арбалетное ложе и еще пару деталей придётся делать на заказ, а вот каркас можно собрать самостоятельно с помощью помогайки, сварки и деталей от мелких големов-ремонтников.

— Ты уверен, что тебе нужен обычный управляющий модуль? — нахмурился кладовщик. — Ты же недавно два дорогущих брал.

— Уверен. Обычного тут хватит за глаза.

Кладовщик нахмурился, но возражать не стал. Даже попытался помочь ещё одним советом:

— С таким модулем, думаю, излишне будет внедрять в голема дополнительный модуль для базы знаний. И визуальный модуль можно похуже взять.

Самая главная причина, по которой я взял именно этот управляющий модуль — компактность. Мне нужно будет засунуть кучу вещей в весьма маленький панцирь ходячего арбалета, и если я не стану подбирать детали, мне придется делать арбалет объемнее, а размер панциря повлечет за собой и дополнительную броню, и вес. Придется укреплять его лапки. В таком случае орудие может разжиреть настолько, что когда я помещу его на плечо громадного голема, будет похоже на огромный уродливый горб.

А ещё мне просто жалко тратить деньги на самые качественные детали. Зачем орудию дорогой модуль с самообучением? С Пламенным и машинами, которые я отдал приятелям, это ещё как-то оправдано, но зачем в каждый механизм совать лучшие детали?

А вот визуальный модуль мне нужен хороший. Голему, специализирующемуся на стрельбе, нужно как можно лучше видеть противника. Ядро я, разумеется, пихать в него не буду — если прикинуть, то к ядру нужно будет подводить манопроводы, внедрять энергокристалл побольше: опять же — увеличится объём и вес. А зачем дальнобойной машине бить вблизи ядовитым облаком или пламенем? Если уж задумал машину с арбалетом, пусть арбалетом и пользуется, для остального у меня будут другие механизмы.

Два часа ушло на то, чтобы собрать «скелет» голема, прикрепить к нему четыре лапы и большую часть модулей. Следующие три часа я убил, чтобы перенести из головы на бумагу схемы того, что требуется выковать кузнецу. А потом я наведался к своему старому знакомому, которого при виде меня едва не перекосило.

— Снова голема чинить? — обреченно спросил кряжистый мужик.

— В этот раз тебя ждёт работа гораздо интереснее. Смотри: вот чертежи, по которым нужно сделать панцирь для голема. А вот — чертежи арбалета. Я тебе всё до сантиметра разметил. Справишься?

— Работы до задницы, — проворчал кузнец. — Если и возьмусь, то не раньше, чем через пару недель. Но если накинешь золотишка, то я найду для тебя время в своем плотном храфике.

Я ему поверил бы, кабы мужик был занят делом, но кузня не работала: над крышей не вился дымок, из-за открытой двери не несло жаром, а сам кузнец сидел во дворике с кружкой пива и пялился то на прохожих, то на своего многострадального голема. Сейчас вот мне в глаза смотрел.

— Это самое наглая попытка выбить у меня деньги за последний месяц, — сообщил я.

— Что поделать, — пожал плечами кузнец. — Ты же знаешь, что мне не нравится с тобой работать. Я бы лучше ковал мечи, гвозди — привычная работа. Но ты приходишь уже в третий раз, и в третий раз приносишь работу, которой я до этого не занимался. Работа по чертежам — это вообще мрак, Вилатос. Это нужно думать, постоянно сверяться с этими схемами твоими, а ты потом еще с линейкой придешь и прицепишься, начнешь к мелочам придираться. Я свободный художник, понял? Но готов смириться с твоими чудачествами за золото, о чем я тебе сейчас прямо и сказал. Уйдешь — не обеднею, я же кузнец. Гвозди и клинки людям будут нужны всегда.

Я посмотрел в наглые глаза засранца, но тот и не подумал отводить взгляд.

— Имей в виду, что я свои… то есть, твои золотые отработаю с лихвой, а коли обратишься к другому кому, так тебя могут и облапошить, — предупредил он.

— Вряд ли в этом городе найдется кузнец, у которого получиться кинуть меня, — по секрету поделился я с мастером.

— Буду трудиться над твоим заказом столь усердно, будто от него зависит благополучие города, и я сразу же возьмусь разжигать горн, если дашь пять золотых за срочность.

— Пять золотых⁈ — задохнулся я. — Да за пять золотых я тебе сам панцирь голема выкую! Тут проекта всего шесть листов! — Сунул я мастеру листы. — Нет, ты посмотри на них, не спорь! Чего тут вообще делать⁈

Кузнец посмотрел на лежащий сверху лист.

— Вот, к примеру, в этом чертеже я абсолютно ничего не понимаю. Что это вообще такое?

— Механизм подачи арбалетных болтов в ложе. Вроде бы всё должно быть понятно: вот тут — пенал для снарядов, тут…

— Сложно, — с сомнением произнес кузнец. — Четыре золотых, не меньше.

Спорили мы не меньше десяти минут, и в итоге я договорился на надбавку в три золотых «за срочность». Работа встала в семь золотых, так что суммарно я отдал десятку. В Ублефесе пришлось бы выложить за работу больше, так что я не сильно унывал. С другой стороны, можно было отыскать в этом городе менее жадного кузнеца, потому и сильно довольным я себя не чувствовал.

Кузнец не обманул — сразу же взялся за работу, и за двое суток изготовил мне необходимые детали. Тогда я с каким-то садистским удовольствием повторил свой заказ. У будущего шагохода будет два плеча, и големы-арбалетчики нужны будут на оба. Иначе нарушится координация, одна сторона будет перевешивать другую и начнутся проблемы, которые лучше не допускать. В проектировании огромных машин есть масса нюансов, которые нужно учитывать. К примеру, архетип подсказывает, что даже несмотря на всю броню, которую я помещу на машину, она будет весьма хрупка в некоторых моментах. Например, если три мои голема могут носиться по полю боя, как хотят, кувыркаться и прыгать, карабкаться на здания, то громадный металлический голем будет лишён такого удовольствия. Если он и кувыркнется, то вряд ли сможет после этого встать — даже прочные броневые пластины погнутся, после того, как их придавит тоннами самого голема. Там даже с передвижением по грунту будут проблемы — если не увеличить площадь стопы, машина будет проваливаться на любой почве, ее только скальный грунт выдержит. Его сила будет в другом.

Я не терял времени даром: пока кузнец работал, я собрал еще одного голема. Мастер доделает заказ, а машину я дособеру, когда посещу город в следующий раз. Забрал наконец заказанную книгу, и даже получил навык «самоконтроля».

И вот голем был собран. Я установил пружинные механизмы для натяжения и запуска болтов, закрепил хранилище, куда можно будет легко добавить новые снаряды, и даже присоединил к голему маленький щуп, чтобы тот мог самостоятельно собирать болты в хранилище. Я установил и перепроверил все модули, и еще раз перебрал в памяти команды, которые нужно будет дать механизму после включения. Кроме обычных, которые уже получили Тенеплет, Пламенный и Железный, мне нужно будет выдать и особые: например, при каждой возможности голем должен пополнять пенал доверху, и постоянно знать, сколько у него там арбалетных стрел. Но не в бою — тут пополнению боезапаса отводится второстепенная роль, кроме случая, когда он исчерпан. Также, когда голем будет сидеть на плече громадной машины, отлучаться и искать снаряды ему не нужно.

И между этими командами мне придется балансировать, выставляя приоритеты и исправляя возникающие конфликты противоречащих приказов.

После полной сборки я активировал голема и отошёл на пару шагов, наблюдая, как машина оживает и делает первые шаги. Неказистая с виду установка походила на безголовую черепаху, панцирь которой изрядно раздуло и покорежило. Внутри голема не осталось свободного места — я с толком использовал каждый сантиметр.

Теперь нужно проверить голема на профпригодность.

Как я недавно узнал, в Гильдии был полигон: большой ангар с толстенными металлическими стенами. Именно на нем испытывали новых големов, проводили бои различной техники, дуэли. Именно тут жгли, плавили, били и резали броню. Сюда я и пошел в компании Ахрила и Ильзы, параллельно с этим пичкая голема командами и установками. За пару дней, что я провёл в Гильдии, приятели успели выяснить, чем я занимаюсь, и напросились на тест голема. Я не видел в этом ничего интересного, но и запрещать не стал.

В данный момент ангар был свободен. Мы вошли внутрь, а за нами, бодро ковыляя, зашел голем, который ростом был мне по колено. Он может двигаться и быстрее, но именно здесь я и проверю, насколько быстрее.

— Чем займёшься в первую очередь? — поинтересовалась девушка.

— Узнаю, насколько хорошо малыш стреляет. Если не трудно, можешь отнести эту мишень подальше? — вынул я из сумки небольшую коробку с намалёванными со всех сторон кругами. Сумку я тоже сменил — взял себе отличный и непомерно дорогой артефакт за двадцать золотых. Цена кусалась, зато теперь сумка привязана лично ко мне, и не придется беспокоиться, что туда что-то не влезет. Восемь кубометров — это не шутка. Можно будет гоблинов отрядами в подпространство засовывать, если у меня вдруг появится такое странное желание.

Кстати, а что, если зомби засунуть в подпространство? Живые существа там не выживают, это я точно знаю, а что с не совсем живыми? Если умирают, то нельзя ли использовать подпространство, как оружие?

От размышлений меня отвлёк Ахрил.

— Так ты ещё не проверял, как он стреляет? — хмыкнул паренек. — Как так?

— Потому что новые модели, спроектированные и собранные впервые, должны использоваться на полигонах, а если рядом нет таких — то на местности, где нет людей. Такие правила безопасности. Тут даже щиты можно включить по периметру — видишь по углам артефакты в виде каменных платформ?

— А почему ты тогда не проводил испытания наших големов?

— Ну… Потому, что ваших големов я собирал на основе уже существующей и зарекомендовавшей себя модели и изменений вносил не так много, — отмазался я и побыстрее перевёл тему. — Ну что, начинаем?

Ильза как раз вернулась, поставив коробку-мишень посреди ангара.

— Давай.

— Ну, начнем.

Я отдал приказ. Голем взвел арбалет и выпустил первую стрелу.

Щелк!

И в центр одной из мишеней вонзилась стрела.

— Непло-охо, — протянул Ахрил, но не успел он договорить, как машина выпустила следующую. А потом — еще.

Голем бил в мишень с отличной точностью. Стрелы неизменно вонзались в центр мишени: даже когда голем стрелял от края ангара, и даже когда уперся в коробку и отодвинул ее до стены, а сам отбежал к противоположной.

С каждым щелчком, которым сопровождалась спущенная стрела, с каждым сочным треском дерева, с которым она вонзалась в центр мишени, я видел, как загораются глаза приятелей. Моя техника работала безупречно, и это вселяло в них восторг, будто не мой голем, а их машины находятся сейчас в десятке метров от нас и бьют в цель.

Щелк!

И болт мелко дрожит посередине мишени, а ящик чуть сдвигается в сторону.

Щелк! И рядом с первым снарядом вырастает второй.

Я ухмылялся и едва не светился от гордости, представляя, как эти стрелы будут косить врагов. Только нужно будет задать параметры для противников: зомби бить только в голову, рыцарей смерти — в щель забрала, а в призраков и блуждающие огоньки не стрелять, если стрелы не посеребренные.

— Вилатос, это шикарно! — не выдержала Ильза. — Сделаешь мне такого голема? Ну пожалуйста!

— Я подумаю, — натянуто улыбнулся я. — А теперь давайте узнаем, как он стреляет по движущейся мишени.

Вот только задать Железному команду взять ящик я не успел: после двух суток бездействия Тенеплет подал сигнал. Подключившись к его окулярам, я выругался. Голем вляпался в проблемы.

Глава 18

Ваззи слонялся по дому, не находя себе места. Мастера одолевало беспокойство, но причину мужчина обнаружить не мог. На самом краю сознания притаилось ощущение опасности — неявной, затаившейся, словно ползающий у изголовья кровати шершень.

Сперва Ваззи не придавал значения странному чувству, но чутье отчаянно пыталось заставить его обратить внимание на опасность, и мастер сдался. Он оглядел дом, поговорил со служанкой, но не нашел, что могло вызвать тревогу. Все было по-старому: вещи не пропадали, новых не появлялось, троица охранных големов не заметила никого подозрительного, вот только атмосфера была… иной. Недоброй.

Может, опасность прячется вне дома?

Ваззи вышел на крыльцо и прислушался к своим ощущениям. Ему показалось, что он слышит какое-то шуршание, похожее на тихий шепот, идущий одновременно отовсюду. Но охранные големы по-прежнему молчали и не обращали внимания на звуки. Их слышал только мужчина.

Ночь прошла тревожно. Мастер не единожды просыпался, выныривая из кошмаров. День оказался каким-то блеклым: Ваззи был рассеян, срывался на послушников и даже перепутал аудиторию, вломившись на занятие другого преподавателя. Следующие сутки прошли еще хуже. Из сновидений исчезло все, кроме смутных кошмаров, а ощущение опасности нарастало, будто спрятавшийся шершень увеличивался в размерах. В Гильдии ощущение опасности будто притуплялось, а вот дома — возрастало.

Может, прислуга задумала его убить?

Мастер отпустил на неделю служанку, извинившись перед женщиной, и стал обедать и завтракать вне дома. Это ничего не изменило.

Когда он вернулся из Гильдии на третий день, то обнаружил, что из строя вышли два голема из трех: у обоих лопнул энергетический кристалл. Ваззи обследовал каждое металлическое тело как можно тщательнее, но все укладывалось в износ механизмов. Сразу двух. В один день.

Диверсия была ювелирной — не подкопаешься. Никаких следов вскрытия, никаких отметин на кристалле, кроме мельчайшей сеточки трещин.

Големов мастер починил — это было несложно. Но теперь мастеру мерещилось, что в доме есть кто-то еще. Скрипели половицы в пустых в комнатах, где никого не могло быть, перемещались с места на место вещи. А големы не замечали посторонних. Не смог их обнаружить и лектор. Приглашенный мастер-медиум также не заметил в доме ни следа потусторонних существ.

Все происходящее напоминало Ваззи болезнь рассудка, и от этого становилось страшнее. Безумие — вот чего мастер боялся больше всего. Помутнение рассудка — это полнейшая беспомощность. Угасает сознание, а человек даже не замечает этого, выстраивая у себя в голове иллюзорный мир.

Мастер ощущал себя препарируемой лягушкой. Нечто исследовало его слабости, страхи, и с хирургической точностью било по ним. И чем дольше Ваззи боролся с невидимой силой, тем сильнее она становилась. Нечто играло с его эмоциями, вызывая беспокойство, страх, агрессию. От недосыпа стены между реальностью и кошмарами стирались. В душе поселилось отчаяние и безысходность. Его будто кто-то пытался ломать, оставаясь незамеченным. Вел к краю.

Мастер в очередной раз проснулся посреди ночи… только в этот раз дом казался чужим. В соседней комнате скрипели половицы и слышался мелкий дробный топот. По стенам бегали тени, а шепот усилился, но по-прежнему оставался неразборчивым.

А големов не было.

Мастер попытался нашарить сознание механизмов, но обнаружил лишь пустоту. Либо машины покинули город, либо нечто уничтожило каждую деталь, каждый модуль.

В детстве Ваззи, ужасно боявшийся того, что может прятаться в темноте. Задержавшись у друзей, вечерами бежал по улицам, и ужас перехватывал его дыхание, и ожидание, что нечто может укусить за пятки, заставляло бежать, покуда дыхание не собьется и не оставят силы. А когда он влетал в родительский дом, где в очаге горело мягкое, тёплое пламя, где пахло уютом и безопасностью, понимал, что страхи беспочвенны.

С недавних пор у кровати мастера стояла керосиновая лампа.

Лектор зажег огонь, но облегчения не наступило. Пламя казалось тусклым, безжизненным, как лунный свет, и скорее подчёркивало тени, чем разгоняло их.

Ощущение чужого присутствия скачком возросло. И шло оно со двора.

Лектор приблизился к окну и увидел силуэт голема, принадлежащего недомерку с длинным языком. Голем стоял, пялясь окулярами на лектора, и под его внимательным взглядом хотелось сжаться, забиться в самый дальний угол комнаты.

— Что за бесовщина…

А еще голем не ощущался, будто его не было. Ни перехватить над ним контроль, ни ударить мощным, до предела насыщенным силой плетением по внутренней структуре, расшатывая энергетику.

— Это кошмар? Какое-то видение?

После обнаружения причины тревоги и страхов в душе шевельнулась робкая надежда. Чтобы всё закончилось, нужно всего лишь избить до полусмерти пацана, который командует големом, и заставить его отозвать тварь.

Когда решение было найдено, Ваззи даже улыбнулся. Окажись кто рядом, не назвал бы этот безумный оскал улыбкой, но мастеру было плевать. Он вцепился в ручку лампы, и поспешил на выход.

Только вот у самого порога что-то метнулось ему под ноги. Лектор споткнулся и полетел на пол.

Прочные доски проломились, и Ваззи упал куда-то вниз, больно приложившись затылком. А когда пришёл в себя, обнаружил, что не может пошевелиться. И абсолютно ничего не видит.

На запястьях и лодыжках ощущались тугие ремни. Под головой — мягкая подушка.

— Где я? — спросил Ваззи тонким, звонким голосом. — Есть здесь кто-нибудь?

— Сынок! — произнес мамин голос, и женщина взяла его за ладонь. — Как я рада, что ты пришёл в себя!

— Ты… Не может быть! Ты ведь… вместе с папой, тринадцать лет назад, в деревне…

— Снова бредишь. Ничего, скоро придёт доктор и даст тебе таблетки. Они помогут тебе дольше оставаться в ясном сознании.

Происходящее было бредом. Кто-то представляется его матерью, но зачем? И почему Ваззи слышит свой подростковый голос, не огрубевший за десятки лет, без привычной хрипоты? Ответа не было, а в мыслях царил сумбур.

— Мама, почему я тебя не вижу?

— Не видишь, да… — невпопад сказала ему мать. — И не увидишь. Ведь во время очередного приступа ты выколол себе глаза. Это было пять лет назад, Ваззик. Живешь в выдуманных мирах, считаешь себя строителем големов…

Мать всхлипнула, и сердце резануло болью. А в животе медленно ворочался страх.

— Что значит — считаю? Но я ведь и есть…

— Прекрати, пожалуйста, — добрым грустным голосом попросила мать. — Я уже столько слышала об этом, что сама могу о твоих фантазиях рассказывать. Гильдия, несносный мальчишка, темный дом, тревога.

Ваззи попытался собраться с духом, но липкий отвратительный страх кутал, путал мысли.

— Поговори со мной, — попросил он, крепче сжимая ладонь матери. — Расскажи… расскажи, как папа.

Даже если происходящее — бред, пусть он лучше наслаждается этим бредом. Слышит голос матери и держит ее за руку. Делает то, чего не смог сделать, когда мертвецы прорвались в деревеньку Тяжкины овраги, — находится рядом.

А мать рассказывала. Про новую работу отца — водит ватаги сборщиков трав по лесам, возвращается каждый раз невредимым, и людей своих в обиду не дает. Шутка ли — обладатель архетипа Лунного мечника в ранге подмастерья! Небывалая сила для здешней глуши.

— Вот и доктор, — с теплом в голосе проговорила мама, прерывая рассказ.

— Ну-с, молодой человек, жалуйтесь. Хе-хе… Шучу. Ваша мать говорит, что вы снова с нами? Значит, настойка схельдримских трав помогает лучше предыдущих лекарств.

Голос доктора был знакомым.

— Вилатос! — рычит Ваззи. — Я тебя достану, я…

— Малыш, — укоряюще говорит мама, — Я понимаю, что в твоих видениях многое происходит, только не нужно переносить события из них в реальность. Ты уже не раз оскорблял доктора. Может, сегодня обойдемся без этого?

Ваззи не чувствовал стыда, но перечить матери не хотелось. Он безропотно выпил таблетки, ледяные и колючие — они с трудом проскользнули внутрь, и теперь в животе ощущался холод. А еще — перед глазами начали проноситься иные воспоминания, в которых Ваззи видел себя будто со стороны. Жизнь в селе, откуда он так и не уехал. Нарастающие кошмары. Момент, когда от них захотелось избавиться, а под рукой так удачно оказалась мамина спица…

— А теперь — наш стандартный разговор, — скучным голосом сказал доктор. — Я обязан снова рассказать вам, как можно выбраться из сетей видений, куда вы так радостно прыгаете раз за разом.

— Что мне нужно будет сделать?

— Он опять забыл, — шепчет мать.

— Немудрено, — устало отвечает доктор. — Все-таки дело это очень трудное, особенно в его состоянии.

— Напомните, что мне нужно будет сделать.

— Вы готовы меня выслушать, молодой человек? Но не как в прошлый раз, а выслушать и принять мои рекомендации на веру.

— Говорите уже, — бормочет Ваззи. Слепой, скованный, беспомощный. — Думаю, я готов.

— Я понимаю, Ваззи, что тебе трудно, и сочувствую твоим страданиям. Но тебе нужно сделать кое-что очень-очень трудное. Для этого тебе нужна будет вся сила духа. Ни я, ни твоя мать не сможем вытащить тебя из этого кошмара, если ты сам этого не захочешь. Молодой человек… Мне трудно повторять это в энный раз, но вам придётся убить себя в кошмарах.

* * *

Идея натравить на лектора Тенеплета показалась мне забавной. Новые книги, новые знания, а в придачу: весьма курьезное явление — големостроитель с боязней големов.

Вот только я не ожидал, что мастер Ваззи прикончит себя.

Когда я подключился к Тенеплету, то увидел, как бедного голема кошмарит самый настоящий лич, еще не утративший сходства с лектором. Тенеплет не мог спрятаться в тень и ускользнуть — быстрые удары лича выбивали голема из тени.

Я скороговоркой объяснил Ахрилу и Ильзе, что происходит, после чего сразу же выбежал из здания Гильдии, сопровождаемый Пламенный и Железным.

— Ненавижу мертвецов… — выдохнул я на бегу.

А когда-то я зачитывался книгами жанра постапокалипсис. Упивался безысходной экзистенциальной тоской и наоборот — хотел хотя бы на страницах книги увидеть, как цивилизация рушится. Как падает вся непрочная система, выстроенная лысыми обезьянами. Как сидящие на самой верхушке социальной лестницы холёные толстые люди в костюмах стоимостью в шесть моих зарплат, тупо смотрят на сводку новостей и понимают, что их тесная и уютная вершина пирамиды падает к подножию.

Апокалипсис — возможность обнулить свои жизни, причем для всех. Сбросить весь социальный прогресс.

Правда, если ты и раньше был у подножия, скорее всего, снова окажешься на том же самом месте. Но никто же не запрещает помечтать, верно?

Апокалипсис — жанр для тех, кто хотел бы побыть в анархии, где нет ни законов, ни правил. Где можно залезть в магазин сквозь проломленную витрину и вынести десяток ящиков тушёнки без регистрации и СМС. А спустя десять минут — из трофейного ружья прострелить колено оскорбившему тебя мародёру.

В этом мире апокалипсис пошёл немного по-другому. Менее радужно. Может, кто-то и выносил тушенку, грабил артефактные магазины и стрелял по ногам, но самая мякотка прошла мимо меня. Я в этом не участвовал, так как попал в этот мир уже через семь лет после основных событий. Хотя, попади я в тело подростка, который оказался в одном из захваченных нежитью городов, без архетипа и навыков сражений, наверное, просто сдох бы. Тут не то РеалРПГ, где получаешь опыт за убитых мертвецов, тут навыки развиваются иначе. Первый же высокоранговый зомби выбил бы мне мозги. Погибали даже весьма развитые и опытные люди — не на пустом ведь месте появлялись в первые дни личи.

Однако частичками апокалипсиса я мог насладиться в полной мере. Они гуляют по лесам, сидят в некрополисах, ютятся в курганах. Иди и бери, наслаждайся. Только вот не слишком хочется.

Я пока не знаю, что для меня несет появление лича-големостроителя — опасную схватку и проблемы с Гильдией, если они узнают, кто причастен к смерти мастера, или дополнительный бонус в качестве навыков, которые можно выпить. Для начала — разберусь с носителем навыков, а потом уже начну выяснять.

До дома мастера я добрался за рекордные шесть минут.

Лич стоял у Тенеплета, растягивая в усмешке гнилые губы, и раз за разом пытался пробить защиту и подчинить голема. Ветер играл жидкими седыми волосами мертвеца. Судя по отстранённой улыбке, бывшего мастера не волновали ни я, ни Железный с Пламенным. Что ж, сейчас я покажу, как опасно недооценивать меня.

— Фас, — скомандовал я големам.

Железный бросился первым, размахивая мечом, и лич вынужден был отступить в сторону. Тенеплет упал без сил — мана на нуле. Истощенный, но не сломленный. Хотя установленную защиту ему здорово покорежили — будто ножом вскрывали. Еще немного, и пароль личу не понадобился бы.

От ударов Железного лич скользнул в сторону к Пламенному, и атаковал сам — пнул голема в грудь. Пламенный закрылся рукой, но удар оказался столь силен, что голем упал на спину, будто попал под удар тарана. В момент удара раздался скрежет металла и рука изогнулась. А лич повернулся ко мне.

— Готов, червяк? Эх, знал бы ты, сколько секретов скрыто здесь, за гранью… Рад, что ты пришел. Но чем ты будешь драться — шипастым шаром, сопляк? Это ведь даже не артефакт. Этот мусор годен лишь на то, чтобы…

Я молча бросился, занося для удара моргенштерн. Лич отступил и повернулся так, чтобы видеть и Пламенного: тот ворочался на траве, пытался подняться, опираясь на искореженную руку.

Время послушно замедлилось. Я налетел на врага, как молния. Ударил билом, метя в голову, но лич прогнулся в поясе, уворачиваясь, и выстрелил рукой, принимая железный шар на ладонь.

— Вот так вот брать его…

Сочно шмякнуло — шипы оружия вошли в гнилую плоть, но лич лишь оскалился, и второй рукой ухватил короткую цепь. Я пнул монстра в колено, но безрезультатно — тот даже не шелохнулся. Мертвец напряг руки, и цепь с громким звоном лопнула. Бесполезные части оружия полетели на землю.

— И выкидывать. Кстати, спасибо, что привел мне новых големов, — издевательски кивнул мне лич. И я почувствовал, как его воля пытается продавить мою связь с механизмами. Ага, как же…

У меня имелся опыт в борьбе за контроль над машинами. В прошлой жизни изредка находились люди, которые пытались забрать у меня големов. Зачастую такие люди заканчивали свою жизнь в канаве от клинка голема, в которого я засунул массу триггеров как раз на такие случаи, но иногда удавалось схватиться с жадными до чужого добра людьми в прямом ментальном противостоянии. Схватка за схваткой, год за годом, но я копил опыт ментальных поединков.

И у меня было преимущество перед личем: я сражался на своём поле, за своих големов, связь с которыми у меня была налажена, а он пытался эту связь поломать. И даже если у него вдруг получится, в чём я не уверен, ему придётся устанавливать новую связь, защищаясь от моих атак.

Лектор точно стоил звания мастера. При всём моём преимуществе, я лишь охнул, когда мертвец сплел заклинание и направил его на мою связь с Пламенным. Силы он вложил немерено: я едва успел сплести контр-заклинание, смотря на руны, выскальзывающие из его пальцев, но даже так попытка перехватить контроль ощущалась, как прямой удар в челюсть. Правда, и лича больше, чем на одно заклинание не хватило.

— Откуда опыт? — удивился лич. — Ты же сопля зеленая! Когда я осваивал эти знания, ты еще под себя ходил.

Отвечать я не стал — попытался сблизиться и нанести удар по центру груди. Сработало с одним личем, сработает и с другим.

Только вот ударить я не успел. Мертвец будто бы знал, от чего защищаться: ловко развернул корпус, пропуская руку мимо себя. А потом — попытался задеть меня когтями. И я уверен, несмотря на всю мою крепость тела, эти коготки, если попадут по коже, располосуют ее лучше артефактных ножей.

— Убить меня вздумал, подонок? — хрипел лич между ударами. — Я тебя сам убью! Иди сюда…

Мне пришлось активировать комплекс уклонения, иначе я бы не справился. Да и так разорвать дистанцию не выходило: лич преследовал меня, уже не пытаясь овладеть големами, старался меня прикончить.

Но чем больше он промахивался, тем больше терял над собой контроль. Из горла нежити уже рвался рык, а сам он будто обезумел — забыл о големах, и упрямо наносил удар за ударом.

На запредельных скоростях я не мог сражаться часами. Даже с учетом влияния дорогого зелья, даже с учетом всех навыков, усиливающих меня. А лич не показывал усталости. Каждый раз когти пролетали все ближе и ближе от тела. Пару раз мою броню разрезал острый кончик когтя, и в эти мгновения я чувствовал, как кожа покрывается мурашками. От одного их касания расползется и кожа, и мясо.

Вот только утративший разум мертвец позабыл о големах. За время, что я отвлекал лича, Железный и Пламенный подкрались к нему со спины и бросились вперед, хватая его руки. Мне нужен был всего лишь миг на удар, и я его получил.

Рука рванулась вперед. Пальцы захрустели, ломаясь, но все же вошли в грудную клетку мертвеца.

— Не-ет! — заорал лич, но вырваться уже не смог. Его сила исчезала, поглощаемая мной.

В этот раз ощущения от пожирания лича были совершенно иными. Не знаю, что тому виной — относительная свежесть мертвеца, или схожесть наших архетипов, но мне показалось, что я окунул руку в кипящий котел.

Энергия рванула по пальцам, по предплечью, распирая энергоканалы. Я застонал — ощущение было неописуемо. Я даже не мог сосредоточиться на навыках, ранг которых нужно повысить: все силы шли лишь на то, чтобы не заорать от боли и не выдернуть пальцы из груди лича. Думаю, если бы я попытался выдернуть руку, голод, будто сорвавшийся с цепи, не дал бы мне этого сделать. Рука помимо моей воли погружалась все глубже в гнилую грудину.

[ Ранг навыка«наделение силой» повышен!]

[Наделение силой, ранг — мастер]

[Ранг навыка «рунная магия» повышен!]

[Рунная магия, ранг — мастер]

[Ранг навыка «создание големов» повышен!]

[Создание големов, ранг — мастер]

Сообщения расплывались перед глазами, и я в них почти не вчитывался. Единственное, что пробилось даже сквозь боль, последнее:

[Ранг архетипа повышен!]

[Архетип: Архитектор големов, ранг — мастер]

А потом в голову ворвался поток поглощенной информации, и я погрузился в темноту.

Глава 19

— Ты в порядке? Эй! Ты вообще слышишь меня?

Голос тревожил. Так уютно было плавать в чёрном небытии, не ощущая ни боли, ни проходящего времени, ни потока данных, ввинчивающегося в мозг. Так спокойно…

Голова дёрнулась: кто-то без предупреждения шлепнул меня по щеке.

— Ты вообще тут?

Я сфокусировал взгляд, пытаясь разглядеть смельчака, но увидел перед собой Аслана. Спустя пару секунд взгляд снова начал расплываться, и я снова схлопотал по щеке. Попытался что-то сказать, но не смог выдать ничего, кроме невразумительного шипения.

— Этого о чём-то спрашивать бесполезно, — махнул рукой Аслан, обращаясь к человеку, который стоял за моей спиной.

— Ничего, — ответил человек, и я узнал голос Сулумуна. Смертельно уставший голос, — Придёт в себя, и мы всё обязательно узнаем. Но, я думаю, всё уже ясно и так. Сегодня мастер не появлялся в Гильдии, вчера вел себя странно. Не знаю, что подвигло его на самоубийство, но мы могли сделать что-то и предотвратить трагедию. В том, что она вообще случилась, есть и наша вина. Не доглядели. Не поняли. Не предотвратили. От похода лича по кварталам Оклорд спас вот этот молодой человек.

— Никто бы не смог понять, что с Ваззиром происходит что-то нехорошее, — попытался переубедить начальство Аслан. — А к этому молодому человеку ещё возникнут вопросы. Как он вообще узнал о случившемся? Почему оказался рядом самым первым?

— Давай не рубить с плеча. Ну оказался и оказался. Самое главное — паренек спас город.

— Да, но у него с Ваззи были какие-то…

Дальше я не слушал — провалился обратно во тьму. Больше меня никто не бил по щекам, потому я мог спокойно парить в ласковых объятиях тьмы.

Но всему наступает конец, даже приятному времяпрепровождению. В какой-то момент я пришел в себя в палате с белыми стенами.

Первое, что сделал — попытался нашарить контакт с големами. И очень обрадовался, когда это произошло. Механизмы находились возле усадьбы Ваззи, а я, судя по расстоянию и направлению от них, в здании Гильдии.

Отдав големам команду возвращаться ко мне, поднялся с койки.

Конечно, лучше бы подождать Тенеплета — на путь до меня по теням голем потратит меньше минуты, но если уж я не связан, и големы не скованы и не обесточены, то и перестраховываться смысла не вижу. Выяснить, что произошло, можно и без поддержки — у меня самого силенок немало. Особенно теперь, да…

Я вышел в коридор и наткнулся на парнишку-послушника, сидящего в коридоре. Тот вскочил, откладывая тетрадку, в которую записывал что-то, и зачем-то спросил:

— Очнулись? Позвольте, я провожу вас к кабинету главы Гильдии…

Я не стал спорить, и зашагал за парнишкой. Прошел мимо ряда големов, выставленных в коридоре. Поднялся по лестнице, и подошел к двери, за которой раньше был кабинет мастера Иргана. Теперь же у двери стоял массивный каменный голем нового настоятеля.

Послушник, проводив меня, исчез в коридорах. Я толкнул дверь кабинета и вошел внутрь.

В кабинете мало что изменилось. Стол остался прежним, шкафы и стеллажи остались на своих местах. Либо у Сулумуна не было времени обставить кабинет в соответствии со своими вкусами, либо его все устраивает.

Сам настоятель развалился в кресле, где еще месяц назад сидел мастер Ирган.

— Проходи, садись, — пригласил меня мужчина, кивнув на стул напротив. Я присел, не говоря ни слова. Молчали минуту, затем настоятель не выдержал.

— Значит, мастер, — уронил мужчина, смерив меня нечитаемым взглядом.

Я знал, что у Гильдии есть люди, которые могут видеть статусы других, и совсем недавно не беспокоился, что они меня проверят — про свой ранг подмастерья я сам сказал, без всякого беспокойства. Но это было еще вчера, и укладывалось в возможности гениальности. Пусть подмастерье, пусть в четырнадцать — можно списать на то, что я — темная лошадка, взращенная предыдущим настоятелем, и на самом деле архетип получил лет в десять. С натяжкой, с притягиванием за уши одних фактов и игнорированием других. Но мастер? В четырнадцать лет?

— Значит, мастер, — пожал я плечами. Таиться уже не получится. Как? Сказать, что на самом деле я не мастер, а человек, который смотрел мои характеристики, на самом деле перепутал меня с каким-то другим парнем?

— А как ты дошел до ранга?

— Ну, как-то так.

Наш довольно тупой диалог прервал скрип двери. Я, даже не оборачиваясь, знал, что в кабинет вошел Аслан, а три его голема — великолепные машины, фигурой копирующие невысоких людей, с бледными лицами манекенов, остались в коридоре. Тенеплет, спрятавшийся в тени принадлежащего настоятелю голема, исправно передавал картинку.

— Сулумун, Вилатос, доброе утро.

— Доброе.

— Здравствуйте.

Аслан замер у двери — третьего стула в кабинете не нашлось. С появлением заместителя Сулумун слегка приободрился, расслабился, и наконец начался диалог.

— Вилатос, не хочешь поговорить начистоту?

Я оглядел кабинет. Скользнул взглядом по архивным ящикам, по полкам шкафов, забитых массивными книгами, будто пытаясь найти там ответ, стоит ли говорить начистоту.

— Да можно, наверное. Только не знаю, что вы хотите узнать: я не знаю, как так получилось, что я поднял архетип до ранга мастера.

Сулумун откинулся на спинку кресла.

— Ну, так я тебе это расскажу. Интриги и загадки, Вилатос — это головная боль. Мне никогда не нравилось распутывать клубок сложных историй, — спокойно произнес Сулумун. — Но я взял на себя руководство Гильдией, пусть это не приносит мне никакого удовольствия, потому вынужден разбираться в хитросплетениях отношений и поступков. И, знаешь, хоть я и не люблю добиваться правды, я умею это делать. И мои люди тоже умеют. Аслан?

Пламенный и Железный как раз добежали до ворот Гильдии, только вот голем-привратник не спешил раскрывать перед ними ворота. Печаль-беда. При схватке остается надеяться на себя и Тенеплета.

— Мы выяснили, что ты убил мастера Ваззи, — сказал мужчина, стоящий за моей спиной, у двери. — Зачем?

Сердце заколотилось сильнее. Так… Они вряд ли уверены в этом, иначе я бы очнулся в клетке, и допрашивали бы меня иначе. Могли отдать стражникам для допросов, или поместить в темницу, откуда с помощью навыков не вырваться.

— С чего вы взяли? — спрашиваю, стараясь не показать охватившего меня волнения. Судя по напряженному голосу, выходит плохо. Чертово подростковое тело. Вдох-выдох. Давай, Вилатос, успокаивайся.

Тенеплет перетекает в прихожую, где когда-то сидели подростки в ожидании приема настоятеля. Потом — просачивается под дверью кабинета, и застывает в тени Аслана. Я чувствую, как голема колотит от желания вспороть горло человека. Напряжение, будто висящее в воздухе, подстегивает кровожадность существа, и приходится останавливать его от нападения. Стоит чуть ослабить поводок, и три из четырех машин, что стоят в коридоре, уже ни на кого не набросятся. А от настоятеля можно будет сбежать, используя замедление времени. Вряд ли он будет в силах продолжать погоню и драку, когда кровь Аслана окрасит стены.

— Это внутреннее дело Гильдии. Тебе тут ничего не грозит, — спокойно и дружелюбно говорит Сулумун. Ну да, как же.

— Да мне вообще ничего не грозит, ведь я ни в чем не виноват, — пожимаю плечами. Только вот никто мне не верит.

— Твоя способность — пожирание, — перебивает меня Сулумун. В голосе сквозит сталь, он обретает напор. — И когда мы тебя нашли, твоя рука торчала в груди нежити, а твой архетип получил новый ранг. Признай уже правду — тебе нужны личи для прогресса. Одного — мастера плоти, ты поглотил первым, другого создал сам.

Дай мне волю, — будто бы шепчет Тенеплет, — просто дай мне волю, и в этом кабинете станет на двух мастеров меньше.

Голем определенно стал мощнее. Смерть лектора каким-то образом усилила механизм: тени вокруг него сгустились, да и настолько четких мыслей я от него прежде не ощущал. Единственное, что осталось прежним — траты энергии. Голем как и раньше не может долго находиться в тенях, и теперь я задумываюсь: вдруг предыдущий хозяин машины специально поставил ему маленький энергокристалл, как ограничение имбового механизма?

— Вилатос?

Уткнув взгляд в столешницу, я чувствовал, как внимательный взгляд настоятеля сверлит мою переносицу, и понимал, что отмазаться не получится. Можно попытаться, но это ни к чему не приведет, уверен. Хотя, может, сейчас я смогу разыграть карту возраста? Разрыдаться, надавить на жалость… Хотя нет, лучше драка с двумя мастерами. Нагло? Да. Самоуверенно? Сверх меры. Но рыдать я не стану.

— Я не знаю, как он умер, — спокойно сказал я — Да, мне хотелось напугать его, потому послал голема следить. Но я его не убивал, и мои големы не убивали! Когда я заметил, что он стал личем, побежал к его дому. Получается, я спас город, господа? Ну, или как минимум — его часть.

Настоятель смотрел на меня со скепсисом.

— Значит, не сознаешься.

— Так не в чем, мастер. Гильдия — моя семья, а вы — как отец родной. Было бы что за душой, разом бы выложил.

Мастера вновь переглядываются.

— Честно говоря, нам плевать, как и почему ты его прикончил, и прикончил ли, — говорит Сулумун. — Нам интереснее другое: как ты получил «пожирание», и что оно тебе дало?

— У вас не получится повторить этот путь, — усмехнулся я. — Я поглотил силы растительного ядра в Алтарной. Насколько мне известно, такое происходит редко.

— И в чем суть пожирания?

Думаю, на этот вопрос они могут узнать ответ. Собственно, они уже его знают — сложили «два» и «два».

— Поглощать силы монстров и нежити. Усиливаться.

— То есть, ты можешь развивать архетип, поглощая силы нежити и монстров? Без ограничений по видам монстров, без ограничений по времени?

— Ну, наверное.

Мастера переглянулись.

— Вилатос, а ты хочешь стать грандмастером Гильдии? — вкрадчиво предложил мне Сулумун. — Скажем, если вдруг в городе появятся личи, ты сможешь их поглотить и еще раз повысить ранг?

— А что взамен?

— Пара пустяковых просьб. Несколько големов, сделать которых под силу только грандмастеру. Ничего серьезного.

Это если не учитывать, что грандмастеры очень часто гибнут. Очень-очень часто. Так что их предложение меня не заинтересовало, даже если не учитывать его вопиющей бесчеловечности.

— Господа, мне показалось, или вы действительно сейчас предложили мне убивать личей, которых вы создадите из высокоранговых жителей этого славного города? Нет? Хорошо. Тогда я, пожалуй, пойду. Дела.

* * *

Я шагал по улицам к выходу из города и обдумывал прошедший диалог. Как я понял, у мастеров ничего не было на меня, кроме подозрений — никто не видел нападения Тенеплета на Ваззи, и улик против меня не было.

Согласен, при желании можно было притянуть как подозреваемого — конфликт был, голем в момент обращения лектора находился рядом с его домом. Только вот ни Сулумуну, ни Аслану не было дела до спесивого лектора. Они устроили представление лишь из-за моей особенности, а когда выяснилось, что она дает — едва ли не открытым текстом предложили мне поглощать сильных монстров и высокоранговую нежить. Причем и тех, и других они могли достать в любых количествах — все ради того, чтобы я дотянул до ранга грандмастера. Только вот это расходилось с моими планами — пока не выясню, что или кто охотится на грандмастеров, лучше оставаться на этом ранге.

Можно было согласиться на их предложение, поговорить, поулыбаться. Но зачем навешивать на себя обязательства? Самое главное — что бойни не случилось, и я спокойно вышел из Гильдии. Ладно, к черту Оклорд: сейчас в замок Кровавой луны, а потом — вояж по курганам.

Тенеплет, отправленный по пути в дом лектора, вернулся ни с чем. Пока я валялся в беспамятстве, из коттеджа вынесли все, что имело отношение к големостроению. С сейфов сняли магическую защиту и выгребли содержимое, в личной библиотеке хватало пустых мест, где раньше, судя по передаваемым Тенеплетом образам, стояли книги.

Я лопухнулся, причем дважды. Нужно было в первую очередь выносить ценные фолианты, а уже потом — кошмарить лектора. Или вовсе не кошмарить его — вон до чего дошло дело: мужик нежитью стал. Я не был бы против, если бы с ним что-то случилось, очень уж он был проблемный, но не до смерти же доводить.

Пока шагал, разбирался со своими подросшими навыками и знаниями.

Теперь я мог ощущать любого голема в пределах города: пятна поярче — сильные и новые механизмы. Пятна тусклее — поломанные или находящиеся на последнем издыхании големы, типа того, что находится у кузни. Думаю, будь у меня достаточно времени, я мог бы перехватить контроль над любым големом Оклорда, который не принадлежит големостроителю. Даже если между нами будет пара километров.

Информации стало больше, но почти всю ее я уже получал в прошлой жизни. Единственный новый для меня пакет знаний касался «наделения силой». На ранге мастера для меня открылось знание, что каждое мощное ядро — это частица, связанная со своей стихией. Тенеплет, работая с тьмой, постепенно изменялся — тьма работала с ним. Изменяла под себя. Давала способности, не указанные в документах, что вручил мне кладовщик.

Может, могущественное существо с Изнанки мира решило подмять под себя желания механизма, может, он сам обрел самосознание — не знаю. Но голем шагнул за грань доступного обыкновенному механическому болванчику: его сила теперь связана не только с запасом энергии в кристалле, но и с тьмой.

Я вспомнил тот момент из подземелья, когда голем за десять минут расчленил великана, а потом — нарисовал на своем лице кровавую улыбку. А ведь он тогда попытался напугать меня. Что произошло бы, если бы я тогда по-настоящему испугался? Устроил бы голем охоту на меня? Стал бы подчиняться командам, или вышел бы из-под контроля? А что он пытался сделать с тем беднягой, которого кошмарил на пути к наковальне? Не смерть ли была той причиной, по которой Тенеплет строил кошмары?

— Зачем ты убил лектора? — спросил я голема на подходе к воротам. Тенеплет ожидаемо промолчал.

На выходе меня задержать не пытались. Я с тремя своими големами потрусил по направлению к замку. Периодически я оглядывался, но слежки так и не увидел. Над головой не парили птицы, через которых некоторые архетипы могут следить за кем-то. Слежки не было.

До замка я добрался к четырем часам дня. На воротах меня узнали, и уже без лишних слов отправились за руководством. К решетке подошел сам Арк.

— Вилатос, — кивнул мне лорд. — Ты вовремя: кузнец только вчера довел до ума твое приспособление. Посмотри, и скажи, что нужно улучшить. Сейчас оно, честно говоря, не внушает. Эй, поднимайте решетку!

Что ж, проверим…

Мне и самому было интересно, что получилось. Я дошел до кузни, где уже стояла новая наковальня, и спустя пять минут цеплял джамперы. Крепко затянул ремни вокруг ног. Встал, прошелся, пару раз подпрыгнул.

Первая версия джамперов вышла слабенькой. Рессоры оказались недостаточно жесткими, мои прыжки выходили слабыми. А я ведь вешу чуть больше, чем обычный подросток. Для разведчиков, крупных мужчин с десятком-другим килограммов снаряжения, включая оружие и пайки, такие джамперы будут скорее обузой, чем полезным приспособлением.

Обтянутая войлоком медная пятка, на мой взгляд, оказалась чересчур большой по сравнению с классическими джамперами. Но, думаю, плохого в этом ничего нет — упор будет больше, и отталкиваться от мягкой почвы будет легче. Ремни вряд ли будут удобны, если потребуется быстро освободить ногу, или наоборот — закрепить джампер, но альтернативы для них я не нашел.

Я объяснил свои доводы кузнецу, уточнив, что лучше всего уделить как можно больше внимания увеличению жесткости рессор. Умелец вздохнул с таким видом, будто готов меня послать, но не решился — за моей спиной маячила тень лорда Арка.

— Сделаем, ваше благородие, — мрачно пообещал он мне.

Отлично. А теперь нужно передать интересные книги Глебосу, неинтересные — Арку, узнать насчет Алтарной, и если Глебос будет не против, завтра же отправиться к курганам.

Глава 20

Железного я оставил мастеру — нужно было выпрямить руку, искалеченную пинком лича. Лорд успел выцепить меня, пока я шагал от кузнеца: взмыленный слуга рванулся ко мне с такой радостью, будто не человека нашел, а горшочек с золотом.

— Господин, э-э… Вилатос. Лорд Арк требуют-с вас…

Слуга провел меня в большое помещение на верхнем этаже замка. На мягких диванчиках, расставленных вокруг круглого столика из гранита, сидели сам Арк и Глебос. Поздоровался с парнем кивком, и присел на свободный диванчик.

— Вилатос, я нашел почти всех, чьи имена ты назвал, и замотивировал их работать на меня. Крестьяне строят дополнительные мастерские и зельеварни, работа кипит… — Арк еще минуту расписывал, что именно делается, а потом закончил вполне ожидаемой просьбой, которая как просьба вовсе не звучала. — Так что, думаю, время узнать, что еще было в будущем такого, чего пока нет у нас.

И я принялся выкладывать рецепты зелий, эликсиров, мазей и травяных настоек. Всего, что мне стало известно за годы приключений, не говорил — делился лишь самым базовым. Всего удалось вспомнить двенадцать рецептов, которые спешно записал вызванный лордом слуга. Если с этих рецептов пойдут поступления золота, значит, продолжим общение. Нет — значит, будет клепать для меня боевых големов, которых я же и буду прошивать, не отходя от кассы.

Вопрос про нежданно тронувшегося воина, которого третировал Тенеплет, не поднимался. Ставлю на то, что из него уже выдавили всю информацию, и лорд знает обо всем, что происходило, но решил оставить информацию при себе, не давить на меня. Немного нервирует — я бы предпочел прояснять все вопросы сразу.

— Кстати, это вам, вдруг понадобится, — выложил я из пространственной сумки томики сразу, как только закончил перечислять рецепты.

Книги лорд принял без особого восторга. Мужчина читал названия на обложках лежащих в стопке томиков и перекладывал их в другую стопку.

— Поиск нефтеносных слоёв, добыча, хранение и транспортировка нефти, получение диенов из нефти путём пиролиза, хранение и транспортировка газообразных ненасыщенных углеводородов, синтез бутадиенового каучука из бутадиена, вулканизация… Что это за навыки вообще такие? Вот эти знаю: выращивание лекарственных трав, основы возгонки и три секрета правильных настоек. А остальные-то про что?

Я пожал плечами. Библиотека в последний мой спуск была щедра, только вот навыки выдались какие-то заумные и наверняка мусорные.

— Ладно… — потерял Арк интерес к книгам. — Мои люди восстановили Алтарную. И даже ядро приготовили тебе: мощное, добытое из сильного монстра. Будешь тестировать?

— Что за ядро, что за монстр? — заинтересовался я. Если уж предлагают урвать на халяву навык, способность, особенность или просто энергию для улучшения уже имеющихся навыков, грех отказываться.

— Сильный монстр, охотящийся из засады, — размыто сказал Арк. — Ядро хорошее, сильное, может обеспечить тебя навыком скрытности или яда.

Никакой конкретики, максимально размыто. Кожа станет не только зеленой, но еще и ядовитой? Хвост отращу?

— А в чем ваша выгода?

— Во взаимоотношениях. Ты уже показал свою полезность, да и я хочу, чтобы у тебя не осталось плохих впечатлений от первого посещения Алтарной.

Лорд покосился на меня, но я ждал продолжения. Кроме этой чепухи должна быть хотя бы одна весомая причина.

— Вот, собственно, и все, — закруглился Арк. — На этот раз мои люди будут следить, чтобы с тобой и Алтарной не случилось ничего нехорошего, так что не переживай.

Понятно. Главе клана хочется узнать, как я поглотил силу растительного ядра, и его эксперты будут следить за всеми моими действиями.

— А ядро, случайно, не растительное? — поинтересовался я.

— Ну конечно, растительное, — спокойно кивнул лорд, будто и не хотел утаить информацию. — Разве для тебя это проблема?

Я обратился к особенности, и задал этот вопрос ей. В ответ получил безграничную уверенность в своей победе. «Ты, хозяин, только дай мне противника, а в том, чтобы сожрать его, проблемы не будет», будто бы шептала частичка чароцвета.

— Не проблема. Даже лучше будет — после первого ядра я остальные с легкостью усвою.

— Это хорошо, — спокойно кивнул лорд.

Кстати, нужно будет узнать в магазинах зачарователей, есть ли у них еще ядра чароцвета. Вдруг, поглотив еще то же самое ядро, я смогу усилить свою особенность?

— Я тут хотел посетить курганы, — рубанул я прямо. — Хотел узнать, не желает ли Глебос прогуляться до них со мной.

— Сын? — повернулся лорд.

— Я не против.

— Хорошо. Возьми десяток воинов и можешь взять двух мастеров. На твой выбор. Десяток тоже можешь отобрать сам.

Глебос коротко кивнул.

— Все сделаю, отец.

Мастера? Раньше Арк не удостаивал Глебоса такой привелегии. Похоже, по достоинству оценил опасность курганов.

— Кстати, Вилатос. У меня возник один вопрос, по поводу твоего голема. Не просветишь, что там вообще было, в походе за наковальней?

Н-да, все-таки не забыл мужик про случай с поседевшим бойцом.

— Мне было интересно, что будет, если дать голему свободу воли.

— Големы ведь не выходят из-под контроля, и не обладают самостоятельностью, — приподнял бровь мужчина.

Месяц назад я был с тобой полностью согласен, а вот теперь думаю совершенно иначе.

— Я испробовал на нем один ритуал, который должен наделить его чертами личности, — соврал я.

— То есть, ты ради своего интереса не отозвал вовремя своего голема, и тот нанес урон разуму моего бойца? Не использовал какого-нибудь немытого крестьянина из тех, что вам попадались, а решил протестировать голема на МОЕМ человеке?

— Я прошу прощения за это, — без всякого раскаяния говорю я лорду. И что он мне сделает? Попробует навязать ценник за испорченного бойца? Будет укоряюще молчать? Попробует силой заставить раскаяться? Трижды ха!

— На первый раз я их приму, — роняет лорд. Да с крючком в виде знаний из будущего он их постоянно будет готов принимать.

Посиделки долго не продлились. Спустя десять минут разговоров ни о чем, в зал забежал слуга и доложил, что Алтарная готова.

Начало ритуала прошло практически так же, как и в прошлый раз. Только вот магов внутрь помещения набилось, как сельди в бочку. Пространство маленькой комнаты едва не искрило от запущенных аналитических заклинаний магов. Чувствовал я себя, как лягушка перед препарированием.

— Ложитесь-ложитесь, молодой человек, — разрешил мне бородатый маг. — Начинаем.

И я мгновенно оказываюсь на мрачной поляне, окутанной густым туманом. Вокруг поляны царит непроницаемый мрак. В десяти шагах от меня застыло растение, что выглядит, как обычный куст крыжовника, но лорд уже успел рассказать про «скрытность», под которой, похоже, имел в виду банальную маскировку. Присматриваюсь и замечаю на острых шипах капельки, похожие на росу. Яд.

Страха нет. Контроль переходит к пожиранию, и из-под моих ног, по щиколотку ушедших в землю, расползаются во все стороны гибкие щупальца хищной лозы. Они настолько насыщены яркостью, что кажутся реальнее самой поляны и ядовитого куста. Смотрю на свои зеленые ладони, и те тоже выглядят насыщенными, яркими. Я — будто фигура, сошедшая с видеозаписи весьма качественного формата на обычный серый и размытый фильмец.

Щупальца неспешно оплетают куст, не обращая внимания ни на яд, ни на раскрывшуюся по центру ствола пасть, усыпанную зубами-иглами. За пятнадцать минут особенность создала кокон и переварила растительного друга.

Открываю глаза в Алтарной. Только вот вместо фанфар, вместо ощущения поглощенной энергии, которая течет по моим энергоканалам, я не получаю ничего. Перед глазами нет новых табличек, а маги растерянно переглядываются и хмурятся. Печально: похоже, не развиваться мне с помощью Алтарной. Новых читов не завезли.

— А мастера где? — спросил я Глебоса. Тот кивнул на ворота, возле которых крутилась низкая лучница и заросший здоровяк под два метра ростом. За плечами здоровяка висели мечи-полуторники, рукоятками поднимаясь над плечами.

— Они уже поели, собрались. Пожалуй, стоит поспешить, чтобы успеть пройти как можно больше за день. В идеале — до самого кургана.

А вот тут не соглашусь. В идеале ночевать подальше от кургана. Но эти мысли, пожалуй, сообщу пацану в походе.

Короткий завтрак пролетел быстро. Я, как оголодавший пес, закинул в себя еду со стола лорда — очень уж вкусно, да и сдерживаться не хотелось.

Когда вышли — в этот раз без повозки и коней, в первую очередь отдал парню книги, отложенные специально для этого.

— Эти книги — тебе, — протянул я томики, которые достал из сумки. — Навыки молнии — по твоей части, верно?

— Э-э… Спасибо, — неожиданно подзавис парень. — Что я буду должен за них?

— Да какие долги? — рассмеялся я. — От чистого сердца даю… То есть, дарю. Держи, держи.

Книги я ему вручил едва ли не насильно.

— Еще раз благодарю, — растерянно пробормотал Глебос. — Никто еще не вручал мне подарки без умысла что-то получить взамен.

Ну, ты только начинаешь жить. Скоро поймешь, что за такие «ни к чему не обязывающие» подарки даритель зачастую получает больше, чем тот, кто заранее обговорил ответный жест. Улучшение отношений, признательность, желание отблагодарить.

Потом — попробовал осторожно разговорить Глебоса по поводу его дальнейших планов на жизнь. Я видел, что подростка что-то гнетет. Даже догадывался, что именно, но лучше услышать.

Глебос сразу отвечать не стал. Лишь когда мы пустили отряд впереди себя, тихо ответил:

— Меня заботит отношение ко мне со стороны воинов. Помнишь, мы с тобой в Вяжске напоролись на отряд нашего клана? Тогда в словах и отношении воинов не было ни грамма уважения. Отец говорит, что в будущем я стану их командиром, но я не уверен, что у меня получится. Сейчас во мне видят ребенка, и подчиняться не станут. А мой отец… на него они молятся, понимаешь? Он для них — командир.

— А тебе самому хочется управлять войсками, людьми?

Глебос, не раздумывая, кивнул.

— Да. Я бы хотел как можно раньше получить этот опыт. Я прочитал десятки книг по управлению как людьми, так и войсками, но не умею применять полученные знания. Хотя, испокон веков командирами становились самые прокачанные воины, самые умелые. Командир должен уметь защитить свое войско от удара вражеского чемпиона, самого прокачанного воина, или уничтожить его еще до удара. Войско защищает командира, а командир — войско. Войско я, может, и смогу защитить, и вражеских мастеров убить смогу, но вот командовать пока не умею.

Ну да, практики тебе сильно тебе не хватает.

— Не думал создать себе свою маленькую армию? Точнее, не армию, а структуру, которой ты будешь управлять. Гильдию, если тебе будет угодно.

— На это поле посторонних не пустят, — с недоверчивой улыбкой сказал Глебос. — То есть, оттачивать навыки управления это мне помогло бы, но ведь там уже все зоны влияния попилены. Или ты хочешь, чтобы я филиал существующей Гильдии возглавил?

— Нет, я говорю именно о Гильдии. И насчет твоих слов, что на это поле не пустят посторонних — ты серьезно думаешь, что кто-то решит надавить на сына лорда?

Глебос заулыбался, и наконец всецело погрузился в обсуждение:

— Хорошо, но о какой мы Гильдии тогда говорим?

— Представь себе Гильдию Авантюристов.

Первая реакция была предсказуемой:

— Не-не, это невозможно. Это разрозненные группы, которые невозможно объединить иначе, чем угрозой нападения на город, в котором находятся эти авантюристы.

— Ну, раз ты настроен на спор и диалог, давай порассуждаем. Представь, что ты создаешь Гильдию Авантюристов…

— И ко мне никто не идет. Отец крутит пальцем у виска…

— Да. К тебе никто не идет, отец считает тебя сумасшедшим, ты прав. Но ты к этому готов! Ты готов к тому, что твоя Гильдия никому не нужна, и делаешь следующие вещи. Во-первых, нанимаешь людей, которые будут предлагать услуги твоей Гильдии по городу. Договариваешься с ратушей, и в главном зале твоего филиала, на доске объявлений висят копии тех объявлений, которые висят в ратуше. Итого — теперь все травы приносят к тебе, уши гоблинов тащат к тебе. Алхимики, зачарователи постепенно все чаще обращаются к тебе, и через Гильдию создают задания по поиску ресурсов. И все задания, которые связаны с выходом за город и сбором чего-либо, с зачисткой монстров и добычей ресурсов, идут через тебя. У какой-то бабушки завелась в подвале мертвая крыса — она идет в Гильдию, и оставляет задание на пару серебряных.

— Никто за два серебряных не пойдет помогать старушке, — задумчиво сказал Глебос.

— А вот тут вступают разделения на ранги. Скажем, первый ранг — медный, получает самые плохонькие задания с минимальной опасностью. Чтобы перейти к следующему рангу, тебе нужно выполнить десяток заданий своего ранга. Дальше: железо, серебро, золото, мифрил. Сильных авантюристов можно определять по рангам, определяя их характеристики с помощью человека, который видит чужие навыки, чтобы не отпугивать их заданиями медного и прочих рангов.

— Все равно не вижу причины для сильных авантюристов идти в Гильдию. Слабые пойдут ради заданий, согласен.

— Хорошо. Как насчет места, где ты можешь найти себе в команду недостающего члена? Или места, где ты покажешь жетон, указывающий, какого ты ранга, и сразу заработать уважение абсолютно незнакомых людей? Плюс ты можешь нанять тренеров, к которым будут обращаться авантюристы после нескольких заданий за бесплатной тренировкой. Считай, эдакая школа для своих. Чем выше твой ранг — тем больше привилегий. Кроме наставников, у тебя появится библиотека с базой знаний по монстрам. А чем старше будет Гильдия, тем больше она будет обрастать связями, тем больше у тебя станет разных людей, которые тебе обязаны. Монеты для Гильдии, для оплаты услуг тренеров, можно добывать, вычитая процент с заданий. Чем выше ранг авантюриста — тем меньше процент, вычитаемый с его доли, кстати говоря. Так же можно сдавать в аренду оборудование, экипировку. Еще в качестве бонуса «своим» авантюристам можно пообещать безопасность в случае столкновения с городом, криминалом или иными опасностями, когда правда будет за авантюристом. Но это уже позже, когда Гильдия подрастет.

Отряд трусил по дороге, заросшей низкой травой. Спереди по-прежнему бежали бойцы, сзади нас прикрывала троица големов.

Глебос сперва зорко поглядывал по сторонам, но разговор увлек его: теперь подросток целиком сосредоточился на обсуждении.

— И все равно это не будет работать, — покачал головой пацан.

— Да с чего бы? Никто просто не пытался создать такую структуру. Поверь — это шанс собрать силу в кулак. А потом — этим кулаком ударить как по нежити, так и по подземелью. Сколько людей целенаправленно охотятся на нежить? Мало! А если ты назначишь по тридцать медных за череп каждого скелета или зомби, тебе их возами будут таскать. Гильдия — это шанс с помощью сборщиков получать травы по минимальной стоимости, или какие-то редкие ядра, ради которых зачарователи зачастую сами в подземелья ходят, или переплачивают. У ворот Оклорда стоят рабочие, предлагая свои услуги — а могли бы приходить в Гильдию, оставлять заявку, либо забирать заявку и идти выполнять задание.

— Не сработает, — попытался Глебос убедить то ли меня, то ли себя. Но я видел — глаза горят.

— Смотри, как все может быть. Харизматичный и условно богатый паренек под личиной артефакта, полученного на соревнованиях, покупает здание для Гильдии — скажем, особнячок в три этажа. Перекупает и переубеждает десятки других групп авантюристов, чтобы они присоединились к нему. Реклама с помощью городских мальчишек, истории от благодарных клиентов в кругу друзей. Авантюристы собираются, обсуждают планы, получают задания и делятся опытом и историями. Со временем Гильдия становится все более успешной, привлекая новых членов своими достижениями и репутацией. Под руководством основателя Гильдия растет, и старое здание становится для него тесным. финансовые средства Гильдии позволяют построить более подходящее здание, красивое и просторное. Зал всегда полон авантюристов — опытных и новичков, доска ломится от заданий, хранилища — от монет, а за щедрую плату постоянно найдется отряд человек в сорок, который готов будет выйти как к ближайшему некрополису, так и к мертвой столице.

— Слишком радужно…

— Разумеется, я преувеличил. Для того, чтобы все заработало, нужно применить все твои знания, которые ты так бережешь от практики, — усмехнулся я. Глебос было вскинулся, но от отряда отделился один из воинов, и запросил у паренька, как у главы похода, разрешение на привал.

Хотел сюда и бои впихнуть, но не могу — болит голова. Боевка пойдет в следующей главе.

Глава 21

Лич прозябал на глубине двадцати метров уже шесть с половиной лет. Его поймали случайно, во время вояжа в один из выживших городов в грузовой телеге — подчиненный возница, полностью лишенный страха, оскорбил стражника, а тот в отместку решил перетряхнуть весь груз и наткнулся на ящики с мертвецами. Поймать специально такого интригана было невозможно, но случайность, роковая ошибка…

Куб из мифрила и орихалка, куда его утрамбовали, отталкивал мертвых. Руны на клетке искажали и голос Отца и приказы лича: докричаться до зомби и внедрить в их тупые умы команду привести человека, чтобы разобрал клетку, не выходило — мертвецы либо приносили труп, либо уходили и не возвращались.

Единственное, что лич мог — понемногу превращать территорию вокруг себя в кладбище, отравляя землю своей силой и своей ненавистью. Несколько сотен зомби, десяток скелетов и даже парочка заплутавших призраков — его армия росла. И она ему пригодится, когда лич выйдет наружу. Сила, вложенная в прутья клетки, с годами слабела, и лет через сорок магия на прутьях окончательно исчезнет. И тогда клетка перестанет отталкивать мертвых, и зомби раздерут прочный металл когтями. Или приволокут какого-нибудь кузнеца, который вскроет клетку. Единственная проблема — через сорок лет без движения и общения от прежней личности останется лишь огрызок.

Ненависть постепенно поглощала его разум. Он уже разучился выстраивать многоступенчатые многоходовки, на которые был способен при жизни — разум угасал от бездействия. Он уже трижды вспомнил свою жизнь, прогнал перед внутренним взором каждый день, домысливая то…

НЕНАВИЖУ!

…что не помнил. В тишине, которую никто кроме него не нарушал вот уже шесть с лишним лет, во мрачной тьме, угасали чувства, воспоминания теряли краски, расплывались туманом. Интриги, которые в прошлом казались простейшими, теперь виделись гениальными. Единственное, что не угасало — ненависть к живым. Ненависть грела, будто заботливая мать.

А еще иногда до него доносился голос нового Отца — Кигулара. Того, кто руководит всеми, перешагнувшими Грань. Их бога, единственного живого бога во всем Наддиене. Он редко шептал что-то разборчивое — клетка стала препятствием даже для ненаправленной божественной магии, но то, что он слышит хоть кого-то, пусть даже в мыслях, поддерживало силы лича. Оставляло что-то кроме всепоглощающей ненависти.

А потом случилось неожиданное. В курган пришли живые, и слуги, которых лич собирал и обращал на протяжении более шести лет, начали умирать.

* * *

Глебос с утра ходил задумчивый и отвечал мне и сопровождающим невпопад — видимо, просчитывал все выгоды от создания своей Гильдии. Не знаю, к чему он придет в итоге, но думаю, решится на такую авантюру. Мне же будет достаточно того, что я смогу прийти в место, где нанимают проверенных людей на дело, и за мешок с золотом найму команду лучших авантюристов, чтобы с их помощью дойти хоть до ближайшего некрополиса, хоть до столицы. Ну, а то, что эти люди в остальное время нечисть вычистят, по подземелью мелкой гребенкой пройдутся, и начнут уничтожать нежить, будет дополнительным бонусом.

В общем, Глебос размышлял, сопровождающие сопровождали, по большей части молча, или перекидываясь малопонятными шутейками, а я же занимался тем, что учил навык стрельбы из лука с помощью книг. Выучу — поглощу. В рюкзаке прятались ядра, с помощью которых я планировал прокачивать непрофильные навыки, но пока я откладывал это усиление. Была мысль использовать его после Алтарной, мол, поглотил одно ядро, но с помощью тайных техник из будущего усилил другие навыки, но обломался, когда меня сканировали маги. Теперь уничтожение закупленных в Оклорде ядер тоже откладывалось — не у всех же на глазах поглощать артефакты. В планах было довести каждый навык из второстепенных до ранга мастера, но делать это лучше уйдя на недельку подальше от людей, чтобы соврать про тренировки, если кто начнет спрашивать. Правда, я все больше раздумывал, не стоит ли окончательно положить на конспирацию? Я и так уже мастер, зачем таиться? Будто у меня кто-то что-то спросит…

На вечерний привал встали приблизительно за семь километров от кургана — все-таки дороги туда не вели, так что расстояние можно было подсчитать лишь «на глазок». Уютно потрескивал костерок, воины травили байки и с легкой опаской посматривали на двух неподвижных големов.

Там же Тенеплет проявил легкую самостоятельность: перешел в тень и устроился рядом с лучницей и мечником, причем пугать их не пытался. Меня это заинтересовало, и я подключился к модулям голема, после чего услышал обрывок разговора:

— В каком смысле «не хочу»⁈ Ты разве не слышал, что нам сказал Арк? — едва слышно спросила лучница.

— Вызвать агрессию, осторожно намять бока, — прогудел здоровяк. — «Посмотрите, мол, из чего сопляк сделан». Но он же ребенок! Как можно бить детей, Санна?

— Меня больше волнует вопрос, как можно не выполнить прямой приказ⁈ — едко зашипела лучница. — Тем более, что мы его убивать не будем, как и калечить. Считай это тренировкой пацаненка. Ты же тренировал Глебоса в детстве? Вот и этого погоняй!

— Ла-адно, — протянул здоровяк. — А как вообще вызвать агрессию? Если я ему в тарелку с кашей плюну, меня ведь накажут!

Лучница тяжко вздохнула.

— Боги, как же с тобой сложно… Смотри!

Лучница поднялась с бревна, и пошла по направлению ко мне. Я сидел у костра, уткнувшись в книгу — разучивал навык стрельбы из лука.

— Эй, парень! — громко произнесла она. Обернулись все, кроме меня — я продолжил пялиться в книгу. Женщина чуть смешалась, но потом обратилась снова, и голос ее звучал чуть злее.

— Вилатос!

— Да?

— Я слышала, что големостроителями становятся только те, кто привык прятаться за спинами других. Это правда?

Я едва подавил желание закрыть ладонью лицо. Если бы мне здоровяк в кашу плюнул, это вышло бы изящнее.

— То же самое я слышал и о лучницах, — спокойно ответил я. — Это правда?

— Возможно, ты не знаешь, но женщинам дозволено больше, чем мужчинам, — справилась она с гневом.

— Но ведь луки берут не только женщины. Ты так изящно обозвала всех лучников слабым полом?

— Я лишь хочу сказать, что ты не самый храбрый человек, раз получил такой архетип, — с изяществом груженого КАМАЗа вывернула она на оскорбление.

— Хорошо, — пожал я плечами. — Не понимаю, почему ты считаешь меня недостаточно храбрым, если я в свои четырнадцать не стремлюсь сражаться на передовой, но ладно.

— Храбрость начинается не со сражения на передовой, а с выбора архетипа, — сморозила она откровенную чушь. На нее даже здоровяк с жалостью посмотрел.

— То есть, в твоем идеальном мире люди становятся мечниками, копейщиками? Все сражаются с врагом лицом к лицу, никто не торгует, не бьет молниями издалека, как может Арк и Глебос, не сидит в ратушах и в замке Кровавой луны? Наверное, и кузнецами никто не становится, а если меч ломается или гнется, они не чинят его, а берут новый с трупов собственноручно убитых демонов, да?

— Ты все вывернул!

— Мне жаль тебя и твою увечную логику. Наверное, из лука ты стреляешь с таким же изяществом, с которым ведешь беседы?

— Мерзкий мальчишка! — прошипела она. — Я отлично стреляю!

В голове появилась интересная идея.

— Лучше любого из находящихся на этой поляне? — спросил я со скепсисом.

— В разы лучше, чем когда-либо сможет кто-то из сидящих тут!

— Вот давай завтра с утра и проверим. Я тоже своего рода лучник, — кивнул я на книгу получения навыка, — потому завтра посоревнуемся. Если твои слова и впрямь чего-то стоят, то ты в разы превзойдешь мое умение стрелять из лука.

— Мелкий зазнайка!

— Иди уже отсюда, — махнул я рукой в сторону, будто отгоняя муху. — Мне наскучили разговоры с тобой.

Лучница с рычанием ушла. И чего она хотела добиться своей попыткой докопаться? Да и приказ от лорда, «проверьте, на что способен» — зачем он вообще, и как они должны были это проверить? У меня три голема, которые размотают и мечника, и лучницу при любой попытке тронуть меня. Грубовато как-то.

Половину ночи я зубрил техники стрельбы, стойки, и дважды прочел книгу с навыком. Наконец система разразилась долгожданным сообщением:

[Вы прочитали и полностью поняли книгу навыка «стрельба из лука»]

[Желаете научиться навыку «стрельба из лука»?]

Конечно же, желаю!

Как только навык укоренился, я посмотрел по сторонам. Двое часовых притаились где-то в кустах по обеим сторонам стоянки. Остальные спали.

Я отправился в свою одиночную палатку, и там, закрыв полог палатки, залез рукой в сумку, нащупывая ядро. Плевать, какое пойдет первым, какое — следующим. Поглощу столько, сколько смогу, насколько хватит терпения — помню, после предыдущего поглощения энергоканалы жгло. Хотя с того времени я шагнул на ранг мастера, и энергетика хорошенько так окрепла.

Особенность активировалась, я выбрал для усиления навык стрельбы. Первое ядро не повысило навык с уровня новичка — слишком слабое. Но и ожидаемого жжения в руке и груди не появилось, так что продолжим…

Я поглощал ядро за ядром, повышая навык. Ощущение голода пропало, но сытостью не сменилось — особенность, похоже, насытить либо трудно, либо и вовсе невозможно.

За полчаса я поглотил почти все ядра, которые у меня были. Энергоканалы жутко жгло, меня самого подташнивало, но зато в статусе напротив навыка «стрельбы из лука» стоял ранг — мастер. Было бы круто добить навык до грандмастера, но, увы, ядер не хватило. С этим я Санну с архетипом лучника не переплюну, даже вровень не встану, но и в разы она меня не превзойдет.

Утреннее соревнование прошло быстро. Я во всеуслышание объявил условие дуэли, потом отнес яблоко на четыреста с лишним метров — на лысую вершину сопки, забрал лук у лучницы — единственным дальнобойным оружием в отряде владела она — вскарабкался на сосну и пробил яблоко навесным выстрелом. Оказывается, навык стрельбы очень удобен — пусть от усвоенных знаний болит голова, зато мозг автоматически просчитывает порывы слабого ветерка, а руки удерживают лук уверенно, и острие стрелы колышется не больше, чем на миллиметры, и то потому, что навык обрабатывает скорость и силу порывов ветра.

Если не ошибаюсь, на Земле максимальная дальность выстрела — больше километра. Но вряд ли землянин смог бы попасть стрелой с четырехсот метров в яблоко.

— А теперь — превзойди меня хотя бы в пару раз. Можешь отнести стрелу на вдвое большее расстояние.

Публика загудела, но на этом соревнование и закончилось.

Тоже мне, достижение — срезал зазнайку. Но против воли эмоции рвались наружу, на лицо ползла ухмылка, а слабенький навык «контроля» начального ранга совсем не спасал ситуацию.

Пока шли до цели, Санну подколол каждый второй из солдат. Также меня спрашивали, почему при такой меткой стрельбе я не ношу с собой лук, но я все отшучивался. Оставить навык даже не думал — пара големов-арбалетчиков сделают больше, чем я с луком. Да и нравится мне големами управлять, а если и сражаться, то в ближнем бою, когда топор, меч, копье или било врубаются в черепа с чавкающим звуком, а осколки костей и плоти разлетаются горячими брызгами.

— А почему ты выбрал для посещения именно курган? — вдруг спросил Глебос, пока шагали.

— А к чему вопрос?

— Да странные и противоречивые слухи ходят о нем. Говорят, что здесь обитает самое черное зло. Кто-то утверждает, что курганы прокляты и что любой, кто смеет приблизиться к ним, обречен. Кто-то наоборот, верит, что он хранит сокровища непредставимой ценности: ходят сказки о скрытых комнатах, заполненных драгоценностями, магическими артефактами и оружием.

— О, так об этом месте в народе ходят слухи? — удивился я. — Так почему же его до сих пор никто не зачистил?

— Пытаются. Всегда находятся отчаянные авантюристы, готовые рискнуть и исследовать крипту в надежде найти знаменитые сокровища. Некоторые действительно находят, и даже уносят их. Мне кажется, что этот курган — подобие подземелья. Некто рассыпает по комнатам драгоценности и золото, будто подманивая людей. И уходят только те, кого отпускают.

Ну, да: дядюшка Бу говорил, что здесь опасно. И про золото тоже говорил, иначе бы я не… Хотя, кому я вру. Сунулся бы обязательно — ведь здесь может быть лич. Что-то ведь поднимает мертвецов в округе. Да и ощущения это место вызывает поганые — так же было и около катакомб с личем — мастером плоти.

— Спускаемся? — переспросил воин из десятка обычных вояк. Хотя как сказать «обычных»? Архетипы подмастерий боя на мечах, как-никак. Может, еще какие полезные навыки имеют.

— Спускаемся, — кивает Глебос, бросив взгляд на меня. Четверо воинов зажигают факелы, и мы спускаемся по лестнице вниз.

На первом этаже в нос ударила вонь. Пахло гнилью, тухлятиной. Принюхиваться не хотелось, хотелось блевать. Честно говоря, отвратительный запах показался мне гораздо более страшным противником, чем два зомби, что кинулись к нам из темноты. Тенеплет, чувствующий себя, как рыба в воде, исправно передавал картинку, а я уже транслировал ее Железному и Пламенному. И оба отработали на славу: Железный опустил клинок на плечо зомби, располовинив нежить до пояса. В голове мертвяка в тот же миг выросла стрела, но фраг я бы засчитал Железному. Пламенный отработал идеально — от ближайшего факела вытянулась огненная линия, обхватила шею зомби и за миг, полыхнув, эту шею сожгла. Хм, нужно не забыть, что Пламенный не только с огнем, но и со льдом еще работать умеет — месяца через четыре как раз первые заморозки пойдут.

— Ты чего? — спросил Глебос, когда я снял с плеча сумку и опустил ее рядом с входом.

— Не хочу переться по коридору с тяжестью.

— А раньше что ходил с ней?

— Ну, раньше нормально было.

Впрочем, странности големостроителя недолго привлекали внимание. В кургане хватало и других дел, более важных, чем отвлеченные размышления.

Наша команда аккуратно двигалась по залам и коридорам в неверном свете пылающих факелов и огня, что обволок кисти рук Пламенного на манер перчаток. Взгляды пронизали тени, стрелы рассекали воздух, упокоевая нежить. Здоровяк с мечами-полуторниками шел в первых рядах, десяток двигался вокруг Глебоса, меня и лучницы, но пока никто кроме големов и сварливой тетки с луком в бой не вступал: зомбей косили на подходе пламя, меч и стрелы. Тенеплета я пока держал в запасе и не пускал в дело. Он у меня, как нож на лодыжке у жесткого параноика: пойдет в дело только тогда, когда будет действительно необходим.

— И это все? — разочарованно спросил мечник, когда очередной мертвец упал со стрелой в глазнице. — Ни золота, ни хорошей драки!

Мы действительно заглядывали в комнаты, которые находились по пути, но там не было ни золота, ни артефактов. Правда, лишь потому, что Тенеплет вихрем пронесся по этажу, и собрал все ценности в мою сумку.

— Первый этаж прошли, — озвучил очевидное мечник. — Не похоже на место, которое не могут зачистить семь лет.

— Это место обнаружили только четыре года назад, — подмечает Глебос. Ага, кто-то все-таки навел справки. Но лича здесь заперли гораздо раньше, иначе бы первых приключенцев не встретила его маленькая армия.

Но мертвецов в самом деле мало. В комнатах обнаруживались кольца, окровавленные сережки и прочие вещи, снятые с авантюристов, значит, курган не зачищали. Следовательно, нас ждут внизу.

Тенеплет, которого я отправил вниз, доложил, что там нас действительно ждет толпа.

— Скомандуй приготовиться, — тихо сказал я Глебосу. — Внизу толпа, и там не только зомби. Есть несколько гулей, скелеты-лучники… призраков не вижу, но могут прятаться в стенах.

— Откуда знаешь? — с подозрением спросила лучница. Я промолчал.

Глебос объяснил, что нас ожидает, и прежде чем отправиться по другой лестнице, мы встали плотнее. На этом этаже всем придется поработать.

Под землей Глебос не мог использовать максимум своей силы. Когда мертвецы только рванули к нам, парнишка ударил перед собой разрезающим навыком, разрезая первый ряд нежити, но потом не смог ничего сделать: люди принялись сражаться с нежитью, перемещаясь от ожившего трупа к трупу, и второго шанса ударить по площади не выдалось. Теперь любой навык, бьющий по множеству целей, мог зацепить людей.

Черепа скелетов-лучников разносили стрелы Санны, нашей лучницы. Одному свернул голову Тенеплет.

А потом зомби налетели со всех сторон: на големов посыпались удары, полетели головы мертвецов, каждый, кроме меня, включился в битву. Я стоял, управляя двумя големами, и следил через окуляры Тенеплета, чтобы к нам не подобралась незамеченной нежить опаснее гулей и зомби.

Первая потеря произошла довольно обыденно. Закованный в латы громадный мертвец вырос за спиной обычного мечника, поднял когтистую лапу с зажатым топором и ударил в спину мужчины. Топорище хрустнуло и сломалось, но страшный удар отбросил мужчину в сторону. Наверняка позвоночник в труху превратился, тут уже зельем не обойдешься, каким бы редким оно ни было: собрать человека после подобной травмы сможет лишь мастер-целитель. А все потому, что во время боя нужно смотреть по сторонам, блин!

На атаку нежити быстро среагировал здоровяк с полуторными мечами: зачем-то взревел, теряя время, и кинулся на мертвеца, буквально сметая его шквалом ударов.

Лучница била по глазам, по затылкам, пыталась бить в виски. Если стрелы и не убивали противников, то ошеломляли на секунду-другую, чего хватало для повторного выстрела, либо для удара другого человека. Мертвецы перли волнами, но пока единственной потерей был как раз тот человек с раскрошенным позвоночником.

— А-а-а! — заорал, срывая голос, еще один воин. Храбрец ушел слишком далеко от основного состава, и до него добрался гуль. Железный доспех был пропорот длинными когтями, и теперь клановец с трудом стоял, зажимая рваный металл на пузе. Мертвец задумчиво слизнул кровь с когтей, а потом быстрым движением обезглавил бедолагу, заодно вскрыв и стальной горжет.

Маленькие белесые глазенки прошлись по помещению, нашаривая следующую жертву, и встретились с моим взглядом. Гуль облизнулся. Я тоже облизнулся — в груди мертвеца чувствовалось сияние навыка.

— Иди ко мне, вкусняшка, — прошептал я, лавируя между телами, которые на ускорении казались застывшими статуями. Странно, что в вампирах, куда более опасных мертвецах, не было ничего, пригодного к пожиранию, а вот в гуле — нашлось.

Интересно, кто же еще мне встретится, и сколько энергии я получу от лича?..

Глава 22

Гуль рванул навстречу. Не знаю, есть ли у мертвых и животных общие черты, но прямой взгляд точно его взбесил.

Существо яростно зашипело, замахиваясь когтистой лапой. Я замедлился, на всякий случай, используя комплекс уклонения — видел, что случилось с воином и его доспехами после одного удара, и испытывать такое на себе не хотел.

До вампиров гуль не дотягивал: просто более крупный, быстрый и сильный зомби. Да, и ядовитый, судя по зеленоватому цвету кожи.

Клинок летит навстречу гулю и отхватывает по локоть опускающуюся руку. Пока тварь визжит, наношу… Нет! Мертвец ускоряется за долю секунды. На инстинктах успеваю уворачиваться от ударов — шаг назад, едва не падаю, и когтистая лапа проносится рядом с лицом, но мои глаза остаются при мне.

Еще один взмах, и еще один кусок холодной мертвечины падает на пол. Монстр пытается отпрыгнуть, но я ускоряюсь еще сильнее, чувствую текущую из носа кровь, и всаживаю клинок в живот твари. Сила удара опрокидывает монстра, и подняться он не успевает. За секунду, которая в растянутом времени длится достаточно долго, я успеваю прикинуть варианты: стоит ли риск получить отравление пожирания навыка? Но на самом деле все уже давно решено: ладонь царапает рукоять кинжала, висящего на поясе, а глаза не отпускают грудную клетку монстра. Навык, который там таится, явно усилит мой навык «ускорения восприятия», ведь ускорение гуля было напрямую связано с этим навыком.

Рву кинжал из ножен, наступаю на горло гуля, чтобы не бросился и не укусил, заношу кинжал, и…

И больше ничего не успеваю сделать. Зомби, которые лезли к остальным людям, словно по команде бросились ко мне, не давая поглотить навык, который прятался в мертвеце.

— Что за…

Нежить косили со спины, как траву: зомби рвались ко мне, будто я — самый лакомый кусок мяса в этом подземелье.

Пришлось побегать, уворачиваясь от когтей и один раз — от стрелы тупой и слепой женщины, но буквально за минуту со всеми мертвецами было покончено. Однако в этой толпе кто-то из зомби мимоходом пробил когтем череп своего собрата-гуля. Мертвецами явно руководили. Где-то здесь спрятан лич.

Пока лучница отпаивала зельями лечения пострадавшего воина, а остальные клановцы из десятка шныряли по комнатам в поисках остатков золота, оставленного Тенеплетом, я решил обсудить с Глебосом то, что ожидает нас на третьем этаже.

— Дракон? Ты уверен? — приподнял бровь пацан.

И его можно понять: дракон даже в подземелье редкий противник. Только вот картинка, которую передавал Тенеплет, была более, чем понятной: огромное тело дракона развалилось посреди туннеля. Туша здорово подгнила, на левой стороне чешуя вовсе отсутствовала, обнажая страшную рану. Крылья раскинуты по сторонам, зияют дырами.

— Более чем. Думаю, все, кто доходили до третьего этажа, здесь и оставались. Дракон — это тот козырь, из-за которого курган до сих пор не захвачен.

— Чего ждать от мертвого дракона? — негромко спросил Глебос.

— Думаю, запредельной физической силы и каких-нибудь магических навыков. Считаю, что мы пока не гото — ОХ ЧЕРТ, ОН ПОЛЗЕТ СЮДА! Валим из кургана! Быстро!

Пока мы разговаривали, дракон лениво шевельнулся и пополз по коридору к лестнице, быстро набирая ход. Чешуя скрипела, задевая каменные плиты. За драконом оставался темный и влажный след из сукровицы, гнили и слизи. Боюсь, если не поторопимся, такой же след может остаться за каждым из нас.

К сожалению, мою команду проигнорировали. Пока Глебос продублировал приказ, дракон уже достиг лестницы, и шустро полез вверх по ступеням, задевая крыльями стены — роста и ширины мертвый ящер был огромной.

Срань!

— Мне наставники рассказывали о таких тварях! — на бегу поделился Глебос.

— Да? — выдохнул я. — И как их побеждают?

— Никак. Если нет опытного мага в ранге мастера, от них бегут.

Жалкие истории рассказывали пацану наставники.

Хотя, в прошлом сам я не сталкивался с мертвыми драконами — слишком медлительны, слишком громоздки. Они были где-то в тылу мертвых войск. Гораздо проще провести через лес сотню зомби или скелетов, чем протянуть через чащобу одного дракона. Летать твари не умели: на рваных крыльях особо не полетаешь, да и для удара с воздуха были уязвимы. Насколько помню из баек у костров, против дохлых ящеров были действенны огненные удары.

Кстати, об огне.

Мы пробежали мимо Пламенного, что стоял на первом этаже, в паре шагов от лестницы, скрывшись за углом. Тенеплет следовал за хвостатым, и выбрал идеальный момент для удара: когда ящер взлетел на середину лестницы, сзади его теневым шаром ударил голем. Даже не поцарапал чешую, но отвлек буквально на секунду. Пламенный шагнул в сторону, поднимая руки.

Просто ударить огнем по дракону — мало. Нужно сжечь его, ударить во всю силу, расходуя всю ману из накопителей. К сожалению, я не знал, как лучше и сильнее бить, но голем мог работать с пламенем, поэтому я доверил эту честь ему. И Пламенный не подвел — лестницу затопили потоки пламени, а в наши спины ударил поток жара. Голем не действовал на уровне опытного мага, который может за секунду просчитать последствия удара, рассчитать вектор пламени, температуру, необходимую для атаки, чтобы не тратить больше сил, чем требуется. Он просто бил, выжигая кислород и ману. Сильнее и сильнее, заставляя течь каменные стены. Тенеплет этажом ниже забился в самую тёмную комнату. Я улавливаю эмоции голема: злость и нежелание выходить на свет. Жар и свет от магического пламени такой силы выбили голема из тени.

Спустя пять секунд после начала атаки, когда у Пламенного практически не осталось маны в энергокристалле, пламя начало угасать, и огромная когтистая лапа смела Пламенного в сторону. Огонь не убил нежить. Частично сжёг плоть, оголил скелет, но не уничтожил и даже не лишил подвижности. И теперь за нами скользил по каменному полу скелет дракона с ошметками плоти под чешуей, и двигался он ещё быстрее, чем раньше.

Быстро кидаю на голема аналитическое заклинание. Все в порядке — ни ядро, ни управляющий модуль не пострадали. С остальным есть мелкие проблемы, но они поправимы.

— На выход!

Благо, до ведущей из кургана лестницы — рукой подать. Жаль, что подать можно не только рукой, но и когтистой лапой. Единственный шанс справиться с этим монстром — отвести его подальше от глубин кургана, где спрятан лич, чтобы не контролировал дракона. Без его руководства зверушка будет тупее, и у нас будет больше шансов справиться с ней. Да и Глебос сможет вмазать между крыльев монстра молниями. А уж если у пацана не выйдет причинить вред нежити, то придется спешно отчаливать, эвакуируя Глебоса и заставляя солдат и, возможно, героев, прикрывать нас своим мясом.

Мы выскакиваем из подземелья последними — даже те солдаты, что несли носилки, развили недюжинную скорость. Раненый от тряски не кричит — либо в глубоком обмороке, либо уже мертв.

— Рассредоточиться! — орет мастер-мечник, пытаясь собрать отступающих солдат в кучу. — Не сбегать!

— Призывай самое мощное, что у тебя есть! — говорю я, но пацан уже шепчет слова призыва.

Небо заволакивает тёмная пелена, грохочет гром и с туч спускается сотканная из молний фигура. На этот раз обходится без бури, но фигура спускается слишком медленно.

— Можешь его ускорить⁈

— Отец не советовал… — сдавленно шепчет Глебос. — Попытаюсь…

Из темноты, будто самый страшный кошмар, споро выползал дохлый дракон. С покрытой копотью мордой, с отсутствующими клыками, с ужасными ранами на боку. Он был похож на того самого котенка, которого я хоронил в коробке из-под обуви, и его появление вызывало не меньший ужас, чем вызвал бы у меня на Земле вернувшийся похороненный котенок.

— Защитить господина! — ревет мечник, пинками заставляя солдат встать в строй, заслоняя Глебоса, который замер на месте, сосредоточенный на призыве. Лучница отправляет в полёт стрелы с иными наконечниками — более качественные, миниатюрные артефакты, только вот разницы между ними и обычными нет: стрелы щёлкают по рёбрам чудовища и отлетают в сторону.

Ящер зашипел. Страшный звук, идущий из разорванного горла, стеганул по нервам. Я лишь поморщился, управляя одновременно Железным и Тенеплетом. Первый сейчас подкрадывался к дракону со спины, второго приходилось уговаривать подняться наверх через заполненный пламенем коридор, где даже стены светились от жара. Любые тени из этого коридора буквально выжгло, и пройти по изнанке мира у голема не получится. Мог бы приказать, но по эмоциям голема понимаю, что Тенеплет сейчас может противиться даже приказу. А укрощение строптивого голема — явно не то, чем хочется заниматься в схватке с драконом.

Пламенный сейчас пытался остудить жар, но это действие мало того, что выходило у искорёженного голема медленно, так еще и тратило крохи маны, которые остались в кристаллах.

— В ата-аку! — заорал мастер-мечник. Сам, впрочем, остался на месте — лишь использовал какую-то технику, заставляя мечи медленно покрываться алым пламенем. Оно и понятно — нужно защищать господина, желательно — уже после того, как кончатся обычные воины.

Клановцы, подбадривая себя криками, ринулись в атаку на дракона, которого не проняло даже магическое пламя. Кто ускорился, кто вызвал троих прозрачных волков. Один — закричал короткую речевку, активируя бафы.

Дракон отреагировал на бегущих к нему смертников незамедлительно: закрутился на месте, хвостом расшвыривая всех бегущих, потом — добрался до первого, ухватил его за руку мощными челюстями, подкинул. Раздался короткий крик, а потом на груди мужчины сомкнулись клыки. Ну, внимание солдаты клана отвлекли, уже неплохо.

Разбросанные воины поднимались и бросались в безнадёжную атаку. Клинки звенели, сталкиваясь с чешуей и ребрами дракона — в середине туловища, судя по рассказам и байкам, прячется обросшее костяным панцирем ядро дракона, центр его силы.

Железный подбегает к дракону со спины, и долбит сзади по лапе. Летят осколки кости, но, увы, удары не успевают перерубить конечность — дракон отмахивается хвостом, и Железный летит в сторону.

Я поднимаю взгляд к небу. Силуэт устремляется вниз всё быстрее, и я почему-то частично улавливаю его эмоции. Холодный, недружелюбный, он не хочет помогать, но его сковывает сила приказа. Ему хочется разрушать, и его вызывают именно для разрушения — это слегка примиряет существо с вызовом и контролем. Ему по-прежнему хочется вырваться и пронестись по миру, уничтожая и разрушая всё на своём пути, пока не иссякнет мана, которую вложили в его призыв, но это желание спеленала воля системы.

Силуэт превращается в стремительный росчерк, который бьёт в спину твари. Я слышу хруст, но что там происходит, разглядеть не могу — на месте дракона сверкает огромный шар из молний, смотреть на который больно. Даже Железный отворачивает голову, сберегая зрительный модуль.

Эмоции сотканного из молний существа пропадают вместе с атакой — призыв исчерпал силу, но дракона не убил.

— Добиваем! — орет мечник, и первым бежит к распластавшейся туше. Оглядываюсь на Глебоса: пацан бледный, но держится на ногах. Судя по всему, призыв потратил кучу сил.

Тенеплет уже спешит вверх по лестнице. Молодца, прямо к шапочному разбору.

Позвоночник ящера оказался перебит в том месте, куда рухнуло призванное существо, потому дракон уже не обладает прежней скоростью.

Здоровяк дерзнул противостоять покалеченному дракону один на один. Мужик поднял мечи и врубился в ребра дракона. Затрещало, во все стороны полетели куски костей — дракона хорошенько потрепал призыв, и трещины змеились по всему телу. Мечник уклонялся от огромной лапы, пару раз отбежал, когда дракон попытался достать его зубами, и за десяток секунд успел выбить три здоровенных ребра, обнажая поверхность костяной сферы. Осталось найти, чем ее пробить.

А стоит ли ее чем-то пробивать?

Тенеплет, у которого осталась четверть запаса в накопителе, скользнул к дракону, и через тончайшую трещину проник к его ядру. Касание — и артефакт уходит в тень, откуда его забирает Тенеплет. В следующий миг костяная голова дракона бьется о землю, и так и остается лежать на ней. Нежить окончательно упокоена.

Пока голем относит к моей сумке ядро, из которого я определенно сделаю новый механизм, подхожу к Глебосу. Пацан сидит, обхватив голову руками.

— Ты как?

— Отец будет злиться из-за потерь. Он мне сам сказал выбрать, какие мастера со мной пойдут. Нужно было брать боевых магов, пусть они вернулись недавно с задания и выглядели весьма уставшими, а я… Вот же идиот…

Что тут сказать? «Да ладно, все нормально» здесь не сработает — видно же, что далеко не все нормально.

— У каждого бывают дни, когда люди, которые стоят за ними, погибают, — неловко говорю, с трудом находя нужные слова. — Твой опыт будет расти, и таких моментов станет меньше. К тому же, если бы маги не успели восстановиться после прошлого задания, все могло окончиться куда печальнее. Тут уж не узнаешь, какое решение — правильное… Когда твои ребята закончат разбираться с ранеными, отправь их на третий этаж, собирать золото. Я сам пока схожу, захвачу сумку и погляжу, не остались ли внизу еще враги.

Я вернулся к сумке, достал из нее лампу, зажег и отправился вперед. Спокойно спуститься не удалось: когда я шел по остывшей лестнице на третий этаж, меня догнала Санна.

— Куда это ты собрался? — с подозрением спросила она. — Да еще и сумку захватил. Не думаешь ли ты…

Я отрешился от потока слов, уйдя в легкую медитацию. Кстати, нужно будет переварить «мастерский» навык стрельбы из лука и докинуть опыт туда, где повышение ранга будет действительно в тему. Что же выбрать? Повышение ранга медитации позволит мне лучше понимать себя, свои желания и в разы увеличит резерв. Владение утренней звездой вовсе нужно переварить, так как оружие показало свою неполноценность.

Кстати, нужно будет забежать в Гильдию Оружейников и выбрать там какой-нибудь эпический артефакт — после продажи собранных здесь ценностей денег будет валом, смогу себе позволить обновку.

Но вернемся к навыкам. «Контроль» тоже поможет — если я солью всю энергию в него, то пожирание уже не сможет влиять на мои поступки.

Но стоит ли контролировать се бя? — задался я вопросом. — Не лучше ли потратить энергию на что-нибудь более важное?

Хм… Действительно. В конце концов, если бы голод не толкал меня на действия, разве достиг бы я этой силы? Разве попробовал бы засунуть руку в грудь лича?

Что тут еще есть… Бег, оценка, комплекс уклонения, ускорение восприятия. Уровень уклонения или ускорения можно повысить, остальное — не нужно. Только когда получу высшие ранги во всех полезных направлениях, можно будет потратить ядра на менее важные: оценку там, бег, прыжки. Решено: трачу энергию на контроль… Или лучше все-таки уклонение? Или на медитацию? А может, выбрать себе оружие в Гильдии Оружейников, и сразу прокачать владение им до мастерского ранга?

Пока размышлял, мы спустились вниз, к самой последней лестнице. Тенеплет рапортовал, что помещение четвертого этажа практически пустое, там нас ожидает один-единственный зомби, причем слабенький, и судя по полученному изображению, еще свежий.

Зомби стоял в сорока метрах от вмурованного в землю куба, чьи грани покрывали руны. Рука мертвеца поднялась, указывая на куб.

— Там шпрятаны сокр-р-х… — подавился говорящий зомби словами, когда лучница пустила ему в глаз стрелу.

— Обязательно нужно было сразу его убивать? — недовольно спросил я.

— Не слишком ли похоже на ловушку?

Глупый вопрос. Разумеется, это ловушка, только вот примитивная донельзя.

Я дошел до куба, задрал лампу повыше и встал, не зная, как его открыть. Шар, выпущенный Тенеплетом, расплескался по металлу безобидной лужицей, лишь чуть вспыхнули руны на гранях. Лучница тем временем читала выбитое на камнях послание «не тревожить и не выпускать лича» — видимо, люди, которые организовывали это место, были умнее тех, кто пытался похоронить на веки вечные мертвого мастера плоти.

Щелкнул по металлу, и услышал звонкий звук. Металл слегка задрожал под пальцами. Тонкий — но оно и понятно: орихалк и мифрил не встречаются на каждом шагу, чтобы штамповать из них клетки с толщиной грани в сантиметр-другой.

Тут нужен кузнец, либо молотобоец с артефактным оружием из того же мифрила, но мы в поход с собой таких не захватили.

Глава 23

Куб с личем в итоге притащили в замок — вскрыть материал, что поглощал магию, в пути было невозможно. А вот в замке местные умельцы расковали лича посреди дорогущей камеры, которая подавляла любые способности, в том числе и навыки, которыми обладала нежить. Там на нежить надели кандалы, приковали цепи к полу, и теперь мертвец бренчал железом и пытался меня напугать. Почему именно меня? Не знаю. Но догадываюсь, что нежить может связываться между собой, а я из двух мертвецов уже душу вынул, и пленил третьего.

— В первый раз вижу говорящую нежить, — усмехнулся лорд Арк. — Обычно они думают только о том, чтобы уничтожить все живое, и не размениваются даже на ругань.

А нежить действительно говорила. Стоя перед железными решетками, я видел, как сидящий посреди клетки лич кривит уродливую морду.

— Ты умрешь, хозяин големов, — снова повторил он. — Кигулар говорит со мной. Нежить выследит тебя. От нас не спасут ни стены, ни люди! Твои кости будут служить…

— Можешь гостить в стенах замка, сколько сочтешь нужным, — повернулся ко мне лорд.

К его сожалению, я не верил в воображаемую нежить. А если за мной в самом деле кто-то отправился, то зачем личу предупреждать меня об ударе?

— Мне нужно в Оклорд, к Оружейникам.

Ну, или хотя бы к подземелью, чтобы там, в зачаровательном покое, сделать себе оружие. Но лучше — к оружейникам, да. Пусть это будет гораздо дороже, но и качественнее в разы.

В то, что нежить возьмется меня искать и преследовать, я не слишком верю. Вряд ли у нежити найдутся следопыты.

А вот город стоит посетить: Пламенный с Железным показали свою несостоятельность в качестве спутников, а у меня рюкзак ломится от добычи, и бумага есть, на которой зафиксирована кругленькая сумма, которую мне должна Гильдия. Самое время, обладая силой мастера, сделать себе отличных големов. А то и вновь прикупить механизм со склада.

— Как знаешь, — дернул подбородком лорд, который наверняка хотел выдоить из меня знания. — Можешь отправиться в Оклорд с моим големостроителем: на его големе найдется место для второго пассажира. Он как раз хотел выбраться в течение часа.

— У вас есть свой големостроитель?

— А чему ты удивляешься? — вскинул бровь Арк. — У меня есть связи со многими мастерами, и не обратить внимания на големостроение было бы глупостью. Сам ведь знаешь, какая это разноплановая область. Скажу тебе по секрету, он у меня не один.

Пламенного и Железного я решил оставить здесь, в замке. У Пламенного были серьезные проблемы — дракон неплохо помял машину, и теперь кузнецам придется уделить пару дней, выпрямляя покореженный металл. Железного в схватке не сильно помяло, но… Честно говоря, он практически бесполезен. Его стоит переделывать и помещать внутрь ядро. Сейчас голем может неплохо крошить обычных зомби, но и только. На основании этого брать его в поход до города мне кажется идеей сомнительной.

Мифрилово-орихалковую банку, в которой мариновался лич, лорд захапал себе. Да, мне выделили аж четверть от ее стоимости по весу, что в золоте было весьма неплохим таким мешочком, который я закинул в сумку, но золото — это просто металл, а мифрил — ценность, которую хрен где достанешь. Благо, у меня есть еще два кургана, куда можно прошвырнуться уже в одиночку. И железная команда нужна, в том числе и для этого.

Ладно, размышления подождут. Сперва — покушать, а потом уже можно собираться в Оклорд.

Так и сделал. Поел, вышел во двор, где, по словам Арка, меня должен ждать его големостроитель… И замер.

Рядом с ездовым големом-медведем возился големостроитель: старик с глубоко посаженными глазами и крупным носом. Белобородый и очень знакомый.

Мастер, о котором говорил лорд, оказался именно тем, кто обучал меня в прошлой жизни и умер от проклятья нежити. Именно ему я обязан своими знаниями и рангом архетипа.

В глазах слегка защипало. Чего это я?

— Приветствую, — подошел к мастеру и слегка поклонился я.

— Зови меня мастер Глорис, — кивнул заросший старик.

— Зовите меня мастер Вилатос, — улыбнулся я.

Ностальгия сыграла злую шутку, фраза для знакомства стала явно не самой лучшей. Мужик дернул щекой, скривился, будто я плюнул на все големостроение, и отвернулся.

— Эй! — заметил Глорис пробегающего слугу. — Организуй нам с пацаном снеди, в путь до Оклорда.

— Прямо сейчас отправляемся… мастер Глорис? — попытался я исправить первое впечатление.

— Когда жрать соберут, тогда и отправимся, — буркнул уязвленный старик.

Н-да, не заладилось общение, — думал я. — Надеюсь, в пути смогу исправить ситуацию.

Не смог.

Ехали на медведе. Я сидел на жестком седле позади старикана. Переговариваться в пути было неудобно: Глорис делал вид, что не слышит вопросов, и желание общаться угасло.

С собой в путь я взял одного Тенеплета. Голем то трусил рядом с медведем, то срезал путь по оврагам, обходя изгибы дороги, и вел себя как обычная машина.

На привале, единственном за весь путь, я попытался разговорить Глориса, но стало ясно, что старик видит меня заносчивым самоучкой, который каким-то невероятным образом допрыгнул до ранга мастера, но знаний в голове, кроме вдолбленных системой, нет.

Можно было поделиться со стариком историей своей прошлой жизни, ведь ее знали уже и Арк, и Глебос, но… если честно, как-то не слишком хотелось. Вряд ли это вернет мне былое уважение деда — уважения добиваются не историей на тему «мы когда-то были дружны, правда, ты не помнишь». Если Глорис не знает про перемещение во времени, я в его глазах стану лишь чудаком.

Пока я прикидывал, стоит ли делиться рассказом, из кустов вынырнул мертвый барсук и целеустремленно поковылял к нам, переваливаясь на окровавленных и обглоданных лапах. Тенеплет самостоятельно сделал пару шагов в сторону и с силой опустил ногу, ломая хребет мертвого зверька.

Я почему-то вспомнил холмы с кроликами у Вяжска. А потом привал закончился, и мы еще три часа ехали на медведе, скучно и молча.

— Пожалуй, тут и расстанемся, — сказал мужчина у городских ворот.

Я ловко соскочил с медведя, но прощаться не спешил. Все же в прошлой жизни у нас сложились неплохие отношения — этот человек дал мне кучу знаний, и ничего не взял взамен. Обучал, умирая, и ни о чем не просил — ни о мести, ни о помощи другим. И пусть такое отношение сейчас играло только с моей стороны, пусть в этой реальности меня он не учил, и не собирался, но чувство благодарности мне было не чуждо.

— Вас можно будет найти, если появится идея для разговора или совместных проектов? — спросил я, не желая отпускать старого наставника.

— Да к лорду обращайся, — с недоумением сказал старик. — А вот по поводу совместных проектов огорчу тебя: хоть ты и башковитый малец, как говорят, но я не собираюсь работать в паре с кем-то. Работать вместе с человеком — это как носить одновременно с ним одни портки. Не мое это, пацан.

Медведь, получив ментальный приказ, рыкнул и потрусил вперед, к воротам, расталкивая тележки и людей.

Н-да, вот и поговорил с наставником. Впрочем, с чего ему быть ко мне благосклонным? Он не умирает, а я не ухаживаю за ним, внимая мудрости. Все не так, как в прошлом. И к лучшему — до того, как на него кинут проклятье, еще несколько лет.

Я направился в Гильдию. Голем запустил меня за ворота — уже плюс. В главном здании я встретил главную парочку: Аслана и Сулумуна. Мастера поглядели на меня, кивнули, но больше никаких действий с их стороны не последовало, поэтому и я лишний раз напрягаться не стал. Лучше всю энергию потратить не на пустые размышления, а на работу.

Потому я сразу двинулся на склад. Обменявшись с кладовщиком «приветами», сразу перешёл к самому главному:

— Мне нужно сходить к тому самому хранилищу, откуда я в прошлом забрал Тенеплета. Деньги у меня есть…

Не успел я закончить, как кладовщик замотал головой:

— Нет-нет, настоятель дал мне вполне ясное указание не пускать тебя больше за те ворота. Сожалею, но всё, что тебе сейчас доступно — аренда вот этих големов, — кивнул он на стандартных болванчиков. Понятно: меня отодвинули от самого интересного, и, чтобы мне снова получить доступ к тому помещению, нужно встать на задние лапки и показать руководству Гильдии, что мне важны хорошие отношения между нами. Стоит оно того? Не думаю. Наверняка доступ к новым големам будет лежать через «грандмастерство», а противостоять той опасности, от которой гибнут новые грандмастера без десятка элитных големов под рукой — несусветная глупость.

— Ладно, понятно. Тогда разреши мне… — не замедляя хода, я прошел мимо стола, за которым сидел кладовщик. Паучара, которого я вмиг спеленал командами, вышел из общего ряда и поцокал по каменной плитке следом за мной.

— Сюда нельзя… — попытался было протестовать мужчина. Если он в самом деле хотел меня остановить, ему следовало позвать руководство, потому как попытки убедить, что мне нельзя самостоятельно выбирать детали и воззвания к моей совести оказались напрасны и даже несколько наивны.

Я шагал между стоек в самый дальний угол, к запечатанным ящикам и коробкам. Точнее — запечатаны они были до того, как я подошел и принялся их вскрывать.

Именно здесь, как я подозревал, складировались детали, не предназначенные для «общего пользования». Самые ценные модули, и специальные артефакты вроде генератора щитов. Так, мне понадобится вот этот зрительный модуль, эти вот броневые пластины, возьму самые дорогие, пожалуй, и эти вот детали…

Поход по складу напоминал выбор деталек Lego для создания детской крепости, только был в разы сложнее. Вместо того, чтобы просто собрать голема из частей, мне приходилось на ходу прикидывать, что можно будет добавить к механизму, а что убрать, и к каким характеристикам приведёт то или иное решение. Да еще голема нужно умудриться не перегрузить, максимизируя физические характеристики.

— Господа боги, Вилатос! — испуганно охал кладовщик. — Так нельзя! На использование этих деталей тебе нужно подписанное разрешение хотя бы от Аслана!

Интересно, что он подумает, когда узнает, что я планирую создать не меньше пяти големов, а сейчас собираю детали лишь для одного?

По мере того, как я находил новые и новые первоклассные детали, картина будущего механизма в моей голове обрастала деталями. Архетип мастера едва ли не сам собирал образ. Схема штурмового голема, с которой я зашёл на склад, сменилась несколькими быстрыми фигурами. Нет, мне нужны будут ловкие бойцы — тут достаточно деталей для таких. А чтобы они били достаточно сильно, мне нужно будет сделать из них «стеклянные пушки». Тенеплет показал себя неплохо, да и Пламенный не подкачал, значит, именно в ту сторону я буду двигаться. Каждому голему — по самому дорогому ядру, и если на очередного противника, как на дракона, не подействует пламя и тень, то что-то из других пяти стихий поможет справиться с проблемой.

Так, а это у нас что?

Помогайка подняла манипулятором массивный модуль, который в будущем будет использоваться в ратушах, для мгновенной передачи сообщений от механизма к механизму. Новая разработка — я думал, она поступит в продажу через год-два. Чистая удача найти её здесь и сейчас.

— Нет, только не это! — заламывая руки, завыл кладовщик.

— Да ладно, — хмыкнул я, когда паук опустил модуль себе на спину. — Я ведь не забираю у тебя эти детали, а честно покупаю. Гильдия мне должна, поэтому гильдия всё оплатит. У меня даже бумага с долгом есть.

— Это — экспериментальная деталь! Ее нет в каталоге, и стоит она гораздо больше обычных! Зачем она тебе, если ты даже не знаешь, для чего она⁈

— Вот и поэкспериментирую, раз деталь экспериментальная. Проверю, так сказать, её в действии.

Склад я покидал с ворохом добычи, с изрядно урезанной суммой долга на листе бумаги. Уходил, с улыбкой слушая горестные вопли. Разумеется, кладовщик всё расскажет руководству, вот только что они смогут сделать? За детали заплачено, и заплачено много. А что взял детали без спроса — ну, что поделать, получилось так. Если хотят, пусть давят на мою совесть.

Склад, который я арендовал, выглядел, как в тот день, когда я покидал его. Все детали, которые я здесь оставил, лежали на своих местах.

Я хочу спроектировать охотников, умелых и жестоких, как Тенеплет. Быстрого и стайного хищника, способного самообучаться. Уходить от сильных противников, которым будет нипочём магия, и толпой атаковать прочих врагов. Никто не должен пережить удары пяти стихий. А командный модуль, который я поставлю на самую крупную машину, должен будет обеспечивать командное взаимодействие.

Им не нужна будет скрытность Тенеплета, да и обеспечить я им ее не смогу: для этого требуется ядро теневой твари. Но команда не должна быть неуловимыми разведчиками. Они должны быть… стаей?

Я прикрыл глаза, и образ, выстроенный из найденных деталей, раскинулся передо мной. Сейчас образ выглядел, как Тенеплет, только массивный и уродливый. Но стоило мне пожелать, и детали выстроились в ином порядке. Корпус кардинально изменился: в моём воображении антропоморфный силуэт упал на удлинившиеся руки, ноги стали немного короче, изменился корпус, голова, модули внутри каркаса встали в несколько ином порядке, и спустя минуту мысленной доработки, передо мной замер механический волк, на спине которого находились щупальца, заканчивающиеся клинками. Идеально для боя против роя безмозглых зомби — пока одно щупальце задержит меч или руки мертвеца, остальные успеют воткнуться в глазницы нежити и ее собратьев. А если добавить к этому ещё четверых големов, да и действовать они станут, как единое целое, с учётом командного модуля… Идеально. Что еще?

Каждого такого бойца я решил оснастить найденными сферами щита — это позволит им уцелеть в ситуациях, в которые уже дважды попадали мои големы: повреждение руки от пинка лича и удар, отбросивший голема с пути дракона. Защитные пластины даже вешать не буду — в идеале големы должны будут избегать атак за счёт скорости и ловкости, а если попадут под удар по площади, или столкнутся с противниками быстрее себя — с теми же высокоранговыми вампирами, главное — чтобы успели раскрыть щиты, принимая на них атаки.

В реальной жизни все не так, как обычно выходит в планах, но еще пятерка големов точно не будет лишней. Особенно, если управлять я смогу всеми пятью через одного командира. Если эта стайная тактика покажет себя с лучшей стороны, можно будет выбить еще «экспериментальных деталей» и создать ещё две-три команды. С такой силой смогу бродить по подземелью, как по собственному дому. Это, конечно, не заменит мою пятёрку големов из прошлой жизни, но в силе три пятерки будут вполне равны моей прошлой команде. И пригодятся они мне, даже когда я создам своего Гаргантюа, ведь с огромным големом не походишь по улице, да и вообще мало где походишь — энергокристаллы будут истощаться стремительно. Как бы не пришлось его везти до места битвы на повозках, или перемещать через порталы… Кстати, насчёт последнего не уверен — много раз слышал про порталистов, но в прошлой жизни человеческие войска добирались до захваченных нежитью городов самостоятельно. Насколько мне известно, магов с архетипом мастеров-порталистов в живых не осталось.

Ну ладно. Вернусь к сборке. Перво-наперво стоит отправить помогайку за корпусами. Пожалуй, для Альфы подойдёт модель с массивным каркасом, так как ему нужно будет поместить в туловище еще и немаленьких размеров модуль. А прочее пустое пространство можно забить всем, что повысит выживание механизма. Можно даже продублировать энергоканалы, на случай лёгких повреждений корпуса. Два больших энергокристалла, чтобы мог бить в полную силу — это даже не обсуждается. Усиление голема печатями? Хм… Пожалуй, займусь этим, когда доведу навык рунной магии до уровня грандмастера. Это займет кучу времени, но может быть полезно. В конце концов, начинка у голема стоящая, и очень дорогая — один командный модуль встал в сто сорок золотых. Грабеж…

Час шел за часом. Работа спорилась — расчлененный корпус обрастал рунными цепочками, которые я дорабатывал на ходу, те превращались в манопроводы.

Уже на этом этапе стали заметны минусы. Знания архетипа намекнули, что хрупкий корпус из усиленной стали едва выдержит напитку маной — все-таки два энергокристалла обеспечат слишком большой поток энергии. Но и удары у такой машины будут мощными, и бегать она сможет долго, не заморачиваясь с остановками и экономией ресурса.

Для следующих четверых големов придётся докупать ядра, но для этого у меня был артефакт: то самое ядро, которое вытащил Тенеплет из мертвого дракона. Сфера светилась гнилостным светом, вызывала у меня легкую опаску и заставляла задаваться вопросом: какие появятся способности у механизма, в которого я его помещу? Но опаску с ходу нивелировала сила, которой «дышал» артефакт. Не знаю, каким ядром обладал дракон при жизни, и какие способности имел, но после смерти он их не утратил. Возможно, даже увеличил.

Что удивительно, желания «поглотить» эту сферу у меня не появилось. Тут даже особенность пасовала.

Я собирал детали корпуса, любовно смазывал сочленения. Наконец, машина была готова. Мне осталось лишь включить ее, протестировать, как она работает с ядром, и какие у нее появляются навыки.

Я подозвал Тенеплета на случай проблем, и вставил энергокристаллы в гнезда. Время узнать, что же у меня получилось.

Глава 24

В зачаровательной лавке было пусто, потому Ильза сразу направилась к прилавку, сопровождаемая маленькой фигуркой голема. Смотреть по сторонам, на эти блестящие побрякушки — только любопытство травить. Девушка знала — стоит задержать взгляд на этих красивых клинках, на кольцах, так обязательно что-то приглянется, и придется бороться с собой, чтобы не потратить деньги на красивое, но не слишком нужное. Мальчишка бы не удержался и принялся оглядывать, а то и ощупывать товар, но девушка не хотела тратить деньги на приглянувшееся. Для первого похода в подземелье достаточно будет предметов из списка.

После того, как она рассказала о своих успехах, показала дедушке своего нового голема, и даже вынесла за ворота и продемонстрировала «самоходный арбалет», старик расцвел, расчувствовался, как ребенок, и на радостях сделал ей подарок в размере двенадцати золотых. Так что деньги на покупки у нее были.

Ильза купила несколько простеньких амулетов и три кинжала, зачарованных на остроту — слабенькие артефакты «необычного» ранга. Один ей, два — Ядику, как она назвала голема, которого ей подарил… то есть, собрал Вилатос.

— Не в подземелье ли собирается юная леди? — с приклеенной улыбкой осведомился продавец.

— Именно туда, — насторожилась девушка. — А в чем дело?

— Если вам случайно попадется чароцвет, или человек, который будет знать, где найти его ядро, скажите мне, — попросил мужчина. — За ядра мы платим полуторную цену, а за информацию, если она подтвердится, выдадим золотой.

Девушка вежливо кивнула, улыбнулась, но стоило ей развернуться, как улыбка пропала — про эти ядра ей успели прожужжать уши везде. Начиная с глашатаев на улицах, и заканчивая Гильдиями, где послушники спрашивали всех, даже первогодок, не завалялся ли в чьей-то семье артефакт, и обсуждали вполголоса возможность прибиться к какой-нибудь команде авантюристов, чтобы спуститься в подземелье или прогуляться по лесу. Где водятся чароцветы, никто из послушников толком не знал, но все хотели получить больше десятка золотых — эта сумма считалась более чем огромной.

Лучше бы рассуждали о чем-то более подходящем големостроителям, — морщила носик девушка. Впрочем, обсуждали и полезное — взять хотя бы лекцию Вилатоса, которую кто-то записал по памяти. Теперь над советами парня спорили младшие и старшие курсы, с ними соглашались, их переписывали в свои тетради. Им следовали, над ними смеялись и размышляли. Говорили, что конспект лекции дошел даже до филиалов Гильдии в других городах: выступление Вилатоса разлетелось, подобно черепкам гремлинской гранаты.

Как бы ни отзывались преподаватели о той скандальной лекции, как бы остроумно ни шутили над словами, что сказал подросток, советы работали. Ильза сама уже дважды пересобрала своего голема, добавляя новые детали и возвращая на место старые, убирая руны и самостоятельно перенося рунные цепочки на старые места и с помощью инструментов прокладывая манопотоки. Да и Ахрил старался не отставать. Оба выучили руны, которые писал на доске Вилатос, оба получили навык «создания големов», но Ильза взяла еще навык рунной магии — сыграли роль прочитанные в детстве книги. Ахрил поздравил сквозь сжатые зубы, но учиться и практиковаться стал в разы больше, пропадая в мастерской даже ночами, потому ходил заспанный и усталый. Между ними разворачивалось негласное соревнование: каждому хотелось первым достичь архетипа.

А для этого нужна была практика. И, желательно, деньги на детали, необходимые для новых големов. На двенадцать золотых многое не купишь, но если спуститься этаж эдак на второй, желательно — в опытной компании, то можно будет попробовать набить золота и закупиться. Можно было заняться починкой големов у городских обитателей, но этим уже занялись старшие курсы, причем так активно, что нескольких мальчишек-второгодников, которые решили отщипнуть себе кусочек практики, нашли избитыми.

Ильза шагала к городским воротам, размышляя о парнишке, который с помощью всего одной лекции кардинально изменил жизнь и быт послушников, но, похоже, даже не заметил этого.

Когда у самых ворот ей навстречу шагнула широкоплечая фигура мальчишки, она слегка напряглась, но разглядев лицо человека, расслабилась.

— Ахрил, — кивнула Ильза, и сощурилась, глядя на голема, который стоял в стороне от парня. Такой же, как и ее, только может управлять камнями, а не ядом. Подростки провели массу времени, заставляя своих големов сражаться друг с другом, но без навыков ядер сражение зачастую заканчивалось ничьей — механизмы были абсолютно одинаковыми, разнились лишь способности.

— Ильза. Готова к первому походу в подземелье? Не трусишь?

— Пф-ф. Главное, чтобы не боялся ты!

Легкий мандраж присутствовал, но девушка не готова была признаваться в этом даже себе.

Ахрил не обратил внимания на выпад:

— С нами пойдет мой друг, он авантюрист с архетипом ученика-скрытника. На третий этаж он нас не поведет — для первого раза лучше ниже второго не спускаться, но покажет и расскажет все, что знает об опасностях. И, пожалуйста, будь повежливее с ним.

— Да я сама вежливость! — сразу вскинулась девчонка, но тут же опустила глаза.

— Ильза, пожалуйста. Нам это нужно гораздо больше, чем ему. Если мы сейчас покажем себя грубиянами, нас в следующий раз никто не поведет. А деньги мне нужны.

* * *

Включение голема прошло вполне обычно. Металлический зверь покрутил головой, присел, лег, проверяя работоспособность своего тела. Аналитические заклинания показали, что все в норме — механизм функционирует нормально.

А вот чуйка, которая позволила почувствовать эмоции существа из молний, и периодически помогала ощутить мысли и оттенки чувств Тенеплета, заставила меня медленно шагнуть назад.

Новый голем был опасен. Пока не знаю, чем, но веяло от него нехорошим так, что скулы сводило.

Волк встал и уставился на меня, склонив голову. Окуляры визуального модуля смотрят мне на шею, будто примериваясь к прыжку.

— Сидеть! — командую я, но отданная голосом команда не работает. Самовольная машина, сродни Тенеплету. Только если с тем у меня возникло полное взаимопонимание, то с этим големом сложнее.

Пес напружинился, а я замедлил время почти до полной остановки. Чувствую, как по манопроводам бежит энергия, а значит — спустя долю секунды механическое тело прыгнет на меня.

Медленно, будто в патоке, шагаю в сторону, смещаясь с траектории прыжка. Голем все-таки прыгает, стараясь достать меня, но промахивается. Бросаю команды подчинения, перехватывая контроль над механизмом, который сам же создавал. Обезумевший голем бьется, пытается вырваться, но из хватки прямого контроля вырваться не способен — для меня его усилия видятся трепыханиями месячного котенка.

Тенеплет спокойно подходит к голему и ловко вытаскивает энергокристаллы из гнезд — я специально не стал закрывать доступ к внутренностям голема, как раз для экстренного отключения.

— Н-да, не так я себе представлял создание своего первого самостоятельного голема, — протянул я.

Ядро тоже вытащил, и, от греха подальше, убрал в рюкзак. Пожалуй, сейчас — в лавку зачарователей… хотя нет. Сперва — продать артефакты и золотые украшения из кургана. Потом двинусь в Гильдию Оружейников, подберу себе оружие, затем — куплю на оставшиеся монеты сильные ядра, пока монеты не кончатся, либо артефакты. Остальное, вроде бы, есть — знаю, сколько уйдет монет на детали для остальных четырех големов, и не беру те деньги в расчет.

Сейчас мне стоит довести до мастера уклонение и замедление времени — для этого нужно попросту выкупать ядра везде, где они появятся, либо в промышленных масштабах добывать их самостоятельно.

Кстати, сразу после выбора оружия стоит переварить навык стрельбы под выбранное оружие. А потом… пожалуй, как дособеру големов — отправлюсь в подземелье, этаж эдак на шестой-седьмой. Там и монстры с ядрами встречаются, и набрать органов на продажу можно будет. Каждый поход на те этажи может принести от десяти до тридцати золотых монет. Если взять достаточно контейнеров для ливера, да и подзадержаться внизу подольше, на пару-тройку суток, можно и сотней-другой золотых обзавестись, если достаточно упорно рыскать по этажам в поисках чудовищ. Неделю убью на охоту, а потом и деньги от Арка подоспеют. Наверное.

Сказано — сделано. Без встреч со знакомыми дошел и до ворот Гильдии, и до лавки скупщика. Там изрядно поругался и поторговался с продавцом, но все-таки смог выбить адекватный минимум за все вещи. Из лавки выходил злой, оставляя злого же продавца, который выел мне мозг рассказами, что теперь из-за работы в убыток его семье будет нечего есть. Ну да, как же. Покажите мне хоть одного торговца, который работает себе в убыток.

В Гильдию Оружейников решил зайти под маскировкой. Подростка сюда могут и не пустить — место весьма серьезное.

В прошлом я здесь не был — сперва не было денег, а потом — практически не было нужды, так как появились големы. Вот так и оказался без големов с одним копьем, которое даже артефактным не было — зато лича вдвоем с приятелем убили, ага.

Гильдия «ютилась» в роскошном двухэтажном здании, но рассмотреть даже первый этаж удалось не сразу — входная дверь привела меня в небольшой чистый закуток, где сидела девушка. Впрочем, при виде меня она вскочила, слегка поклонилась и прощебетала:

— Вы записаны к мастеру?

— Нет, я хотел посмотреть готовые артефакты. Если возможно.

— Что вас интересует: луки, копья, мечи?

— Копье. Пусть будет копье… нет, лучше — глефа.

— Хорошо… Пожалуйста, подождите здесь, я схожу за мастерами.

Девушка, не дожидаясь моего согласия, резко повернулась, чтобы исчезнуть за тяжелыми дубовыми дверями, ведущими внутрь гильдии. Минуты растягивались в ожидании, а затем двери медленно разошлись. С девушкой вышел жилистый мужчина. Одежда качественная и дорогая, в такой не поработаешь, но все равно ставлю десяток монет, что он мастер-кузнец. Спокойный, сразу оценил меч, который я носил на поясе. На шее — застарелый ожог, наверняка как-то связан с кузнечным делом.

— За глефами — в подвал, — хриплым голосом сказал мужчина. — Пойдем.

И мы пошли.

В помещении, куда меня привели, хватало и разного вида копий, но я прошел мимо них к глефам.

Холодный металл стоящего в стойках оружия блестел в свете ламп. Смотришь на эти лезвия, и чувствуешь, с какой легкостью оно будет резать, пронзать и рубить тела.

Оценка, вызванная на оружие, ничего не дала — слишком низкий навык. Зато у каждого оружия стояла маленькая подставка со свитком, на котором были записаны все характеристики. Молодцы, Гильдейцы, столько накопили… Если сюда Тенеплета с пространственной сумкой послать, можно будет тысяч двадцать со всех помещений собрать. Ну, или утратить Тенеплета: повсюду чувствуется магия — в стенах, в дверях и потолочных балках. Гильдию с такими ценностями и охраняют соответственно. Халявы не будет.

Я задумчиво пощелкал по древкам ногтем, взвесил пару глеф. Приценивался к простым, без серебряных инкрустаций и украшенных золотом рукоятей. Остановился на большой двулезвийной глефе с длинным шипом, выступающим на конце. Им можно будет пробивать доспехи или крепкие черепа. В общем, глефа — то же копье, только лучше, и с лезвиями.

Характеристики, указанные на куске бумаги, тоже порадовали.

Сверхпрочная глефа кровавого удара.

Магический предмет эпического ранга.

Описание: предмет выкован выдающимся мастером, посвятившим жизнь созданию оружия. Древко сделано из ветви железного дерева, лезвие закалено в крови дракона. Руны на лезвии позволяют пробить любую защиту, а раны, нанесенные этим оружием, может залечить лишь мастер-лекарь, что позволяет обойти регенерацию большинства монстров.

Навыки: сверхпрочность, пробивной удар, открытые раны.

Конфетка, а не оружие.

Увы, глефа не лежала в руке, как влитая: с учетом моего роста, не такого и большого, работать таким артефактом будет непросто: нужно будет следить за движениями, чтобы не задеть пяткой глефы землю, камни и союзников. Хотя, думаю, эта проблема решится одновременно с поглощением навыка стрельбы. Не представляю, чтобы мастер глефы мог совершать столь глупые ошибки.

— Беру, — вздохнул я, стараясь во второй раз не смотреть на страшную цифру на ценнике. Сто восемьдесят пять золотых. Грабеж!

Поход в книжную лавку занял буквально десять минут, после чего я вышел с одноразовой книжкой навыка, и сразу поспешил в зачаровательную лавку.

Слегка напряг вопрос про «ядра чароцвета». Здесь уже наверняка подсуетился лорд Арк, либо руководство Гильдии, больше некому. Наверняка попробуют получить такую же особенность, как у меня. Ну-ну…

В лавке, не выбирая, купил самые мощные и большие ядра, и в итоге у меня не осталось монет, кроме как на создание големов. Надеюсь, с «экспериментальным артефактом» все в порядке, ведь шанса испытать его на деле еще не было. Аналитическое заклинание не выявило в модуле ни проблем, ни различий, в сравнении с теми деталями, которыми я пользовался в прошлом, так что, надеюсь, все пройдет по плану.

Голем-воевода — это прекрасно. Три, а лучше — пять действующих автономно команд под контролем големов, которых буду контролировать я. Это уже заявка на включение моих големов в состав войска, которое станет громить нежить. Раньше я был занят собственным обогащением и собственным же развитием, и до уровня, на котором можно присоединиться к войску на своих условиях, не дотягивал, но вот сейча-ас…

Я представил себе слаженное управление двумя десятками големов вроде этих псов-волков. Да они зомби сотнями, тысячами тысяч уничтожать смогут! С потрясающей скоростью и практически без отдыха. Уверен — если бы мы пустили пятерых таких големов в курган впереди себя, то проблема возникла бы лишь с драконом. И то — вопрос, так как есть еще ядра и способности, которые они дают.

Хотя, если мыслить трезво, вряд ли какой-либо голем в стихийных атаках сможет сравниться с тем существом, вызванным Глебосом. Это уже я на волне энтузиазма выдумываю. Нет, у големов сила в другом.

Вожаку я вставил ядро кровавой луны — тварь обитала на восьмом и девятом этажах, могла ускоряться и на секунды становиться бесплотной. Только вот не помню, почему монстру дали «кровавое» название: из-за красных разводов на шкуре или из-за умения пускать группы глупеньких, самоуверенных авантюристов на размазанный по стенам фарш?

Остальным четырем поставил ядра яда, гидрокинеза, пирокинеза и света. Еще посмотрю, как они будут действовать в атаке, но в защите от четырех стихий будут идеальны. Да и как минимум големы с ядрами света и огня могут защитить от Тенеплета, если голем вдруг слетит с катушек.

На то, чтобы собрать механизмы, ушло почти два дня. Я не создавал их с нуля, лишь собирал готовое по однотипной схеме, но даже так пришлось повозиться, а во время тестирования — заменить пару бракованных деталей.

Итог меня радовал. Стая бегала по ангару довольно резво. Вожак мгновенно ловил команды, и с задержкой в долю секунды передавал команды дальше, по четырем подчиненным. Главный голем по-прежнему показывал абсолютное послушание и отсутствие самостоятельности. Это, конечно, хорошо, но я все-таки попробую в будущем создать машину уровня Тенеплета. Нужно только ядро посильнее, и без силы смерти. Как использовать это — не знаю. Поглощать его по-прежнему не хочется, да и чревато это. Не хочу сдохнуть и подняться в виде лича.

Разумеется, я не все время сидел в ангаре. Изучал книгу с навыком владения глефой. Нашел Ильзу и Ахрила, забрал у них голема-арбалетчика. Забрал у кузнеца детали, доделал второго арбалетчика, и задумался, можно ли использовать артефакт со свернутым пространством для хранения в нем арбалетных болтов. Мысль не новая — в прошлом я хотел использовать пространственные артефакты для хранения в них разных частей голема. Было бы забавно поместить большую часть голема в подпространство, а снаружи оставить мелкое, юркое тело размером с карлика, сделав упор на скорость. Такой голем мог бы бегать по полю и бить врага какими-нибудь энергетическими атаками потрясающей мощи, или стрелять копьями из спрятанной баллисты. Увы, все грандиозные планы разрушили законы местной магии: свернутое пространство разрушалось, если в нем оказывались работающие артефакты, поэтому ничего не вышло.

Однако стрелы ведь — не артефакты. А из щупа, которым механизм будет их доставать, можно удалить манопроводы и обойтись чистой механикой.

Идея интересная. Однозначно, нужно работать над ней и проводить тесты. Но уже потом, потом, после походов в подземелье, после обсуждения этих планов со специалистами…

Поговорил с приятелями. Оказывается, моя лекция сподвигла народ нарушить правила местной дисциплины, и теперь едва ли не каждый третий занимается практикой в мастерской, либо ждет очереди, чтобы ей заняться. Ради интереса заглянул в мастерскую и остаток дня ходил довольный — ни одного свободного станка! Столы завалены, кипит работа, гомон, крики, диспуты, ругань! Вот, как должна выглядеть мастерская!

Сами подростки тоже на месте не сидели, и даже умудрились посетить подземелье. Предупредил их о том, что стоит быть внимательными, постоянно следить за обстановкой и своей группой, выучить карту и не спускаться без человека, который распознает ловушки. Рассказал, что не стоит соваться в зачаровательный покой, игнорировать шум, отходить далеко от выхода и спускаться ниже второго этажа. Посоветовал потратить несколько серебряных монет на выпивку кому-нибудь из ветеранов-авантюристов, в обмен на информацию. Чем больше знаешь — тем лучше.

И вот, сам шагаю по лестнице подземелья в окружении металлических зверей.

На первом этаже нам не встретился никто, кроме авантюристов, которые опасливо отступали поближе к стенам, пропуская нас.

На втором и третьем этаже тоже никого не встретили, но это и хорошо — не придется тратить время на слабаков.

А вот то, что мы никого не нашли и на четвертом, и на пятом, меня напрягло. Специально выбрал длинный путь до спуска на шестой этаж, чтобы наверняка кого-то найти и проверить псов на слабых противниках, но не встретил ни людей, ни монстров. Да еще и на крик никто не отреагировал, хотя шуметь в подземелье, мягко говоря, не рекомендовалось как раз из-за того, что тебя практически со стопроцентной вероятностью услышат и прибегут.

Происходит явно что-то нехорошее.

Я остановился, не доходя пары сотен метров до спуска, и отправил на разведку всех големов, кроме Тенеплета. Если меня ждет засада, то лучше уж остаться здесь.

Железные звери прошли вплоть до лестницы, обследовали и ближайшие повороты, но не обнаружили ни ловушек, ни засад. Выходит…

Довести мысль до конца я не успел. Возле меня заскрипел камень, и с потолка рухнула цельная стена, отсекая меня от големов. Понимая, что на этом дело может не закончиться, я замедлил время, обернулся, но выскочить не успел — позади меня, метрах в двадцати, рухнула вторая стена, перегораживая коридор, от пола до потолка.

Я в коробке.

— Вот же дрянь…

Тенеплет потеряно метался в каменной коробке, но не находил никаких щелей наружу.

Я безрадостно расхохотался. А ведь знал же, что могу попасть в такую ловушку, но все равно спускался вниз, раз за разом. Помнил про опасность, но продолжал думать, что случится она не со мной. С кем угодно, кроме меня. Как человек, который помнит про автомобильные аварии, но без последствий лихачит, пока не попадает в одну из них.

С другой стороны, что еще делать? Забыть про подземелья, не спускаться вниз? Вот еще. Я бывал здесь сотни раз, но в ловушку попал впервые. Да и жив я пока, а значит, есть шанс выбраться на волю. Если, конечно, не задохнусь. Хотя, вряд ли это произойдет в ближайшую неделю: до потолка метров шесть, не меньше, между стенами расстояние в пять и двадцать метров. Если развить медитацию очками от «навыка стрельбы», наверное, смогу замедлить сердцебиение, дыхание.

Вот же черт… И что теперь делать? Ждать, пока меня спасут? А кто догадается, что в этом каменном мешке сидит человек?

Металлические псы потерянно метались по коридорам, не зная, что им делать. Я перехватил контроль над вожаком, отдал новую команду и в следующую секунду псы помчались по коридору, разбегаясь по ответвлениям. Если големы найдут команду авантюристов, может, удастся привести их сюда. Не хотелось бы провести в этой коробке пару дней, пока големы найдут, кому сообщить, где я. Пока меня отыщут, пока вытащат… Скука сплошная: придется сидеть с Тенеплетом, играть в «камень, ножницы, бумага» на щелбаны.

И тут стены начали сдвигаться.

— Сука!

Я замедлил время, разогнался на доступном мне пятачке и впечатал острие глефы в щель между блоками, активируя навык. В кромешной тьме я мог ориентироваться лишь на изображение, передаваемое с окуляров Тенеплета, но когда лезвие коснулось камня, сверкнуло, и по сторонам полетели мелкие каменные осколки.

Вот только атака ничего не дала. Блок не вывалился, я даже глефу больше, чем на сантиметр вогнать в щель не смог. А потом выяснилось, почему: щели на камнях зарастали. Раствор крошился и выпадал, все стены сливались воедино, становясь гладким и очень прочным куском камня. Коробок сжимался метр за метром, пространства становилось все меньше.

— Вытащи меня в тень! — скомандовал я голему. На изнанке двумерного меня может и не расплющить, это хоть какой-то шанс…

Тенеплет схватил меня за руку, попытался переместить… И ушел в тень один, не смог утянуть живое существо за собой. Я ощутил искреннее сожаление механизма: теперь ему придется добираться до выхода, а потом — дожидаться, пока его найдут, а потом месяцами и годами дожидаться, пока у него появится новый хозяин.

— НЕТ! Нет! Только не так!

Я бросил глефу, и принялся в отчаянии бить камень кулаками, в кровь сбивая костяшки, несмотря на «крепость тела», несмотря на все усиления от навыков. Быть погребенным заживо, без второго шанса, умереть последней смертью…

— НЕ-ЕТ! — заорал я, срывая голос. — Твою мать, нет!

Найти выход, найти выход…

Подбираю оружие, ставлю между стенами, но те даже не замедляются — древко трещит, ломается, и я остаюсь без эпической ковырялки. Но это самая мелкая из моих проблем!

Мозги работали, как никогда быстро, и среди десятков вариантов я отчаянно ухватился за самый верный, как мне показалось.

— Я знаю, что ты разумно! — заговорил я быстро, когда между сдвигающимися стенами оставалось метров пять. — Я знаю, что тебе требуются жизни! Не убивай меня, выпусти! Я буду водить тебе людей! В обмен на свою жизнь я спущу в подземелье и принесу тебе в жертву десятки, сотни!

Расстояние между стенами уменьшалось: я распластался у камня, вытянул руки, будто смогу руками замедлить движение огромного каменного массива, дурак…

Ладони коснулись камня: прохладного, безжалостного, и руки принялись неотвратимо сгибаться.

Мне показалось, что я слышу чей-то шепот. Висок на секунду кольнуло болью…

И стена замедлилась.

И остановилась!

Мое предложение приняли.

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/290339

Content

Сокровища неупокоенных #RealRPG

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24