Франковски Лео

Блистательный рыцарь

Блистательный воин

The Radiant Warrior

Франковски Лео

Frankowski Leo

1

ПРОЛОГ

Она разгрузила временную канистру, посмотрела на нового подчиненного, прибывшего

с отбытием начальника который отправился на два с половиной миллиона лет вперед. Один

контакт каждые пятьдесят лет только на несколько секунд. Жизнь та еще сука.

Новоприбывший превратился в мужчину двадцати семи лет. Ростом почти в четыре фута

и темно-коричневой кожей. Он также был голым, так как одежда не будет изобретена

еще несколько миллионов лет.

Она выключила стазисное поле.

Он посмотрел на сталактиты, свисающие с потолка пещеры над его головой

и с недоумением взглянул на нее.

- Сюрприз, сукин сын! - крикнула она. Добро пожаловать в два с половиной миллиона

лет до нашей эры! Добро пожаловать в век беготни от леопардов, поедания личинок и дрожания

на дереве всю ночь, ублюдок, потому что это ты во всем виноват!

- Что? Где я?

- Это

восточная Африка, счастливчик, но самая веселая часть не в этом!

Ты в Антропологическом корпусе и тебе доверили захватывающую работу по отслеживанию

миграции древних людей!

- Должно быть это какая то шутка! И ты самая грубая и уродливая женщина которую

я когда либо видел!

- Смотри за своим языком пьяница! Я твой босс и останусь им еще на следующие

пятьдесят лет. И если ты считаешь что я уродина, просто подожди, пока не увидишь себя

в зеркале.

- Что здесь происходит? Какая то бессмыслица! Я сидел в Польше двадцатого века

и заполнял бумаги, когда пришли контроллеры и вот я проснулся здесь. Я выгляжу также

как и ты?

- Да, только без висячих сисек, урод.

- Но … почему?

- В твоем

файле сказано, что это наказание за грубую некомпетентность.

Вы не проинформировали подчиненную о правилах обеспечения безопасности. В результате

она оставила дверь открытой. И двоюродный брат начальника отправился в тринадцатый век

в Польшу, за девять лет до монгольского нашествия! Начальник обнаружил его только через

десять лет во время сражения. Человек был там десять лет, прежде чем его обнаружили!

И он ничего не смог сделать чтобы не нарушить причинно-следственную связь. Если

вы напортачили, не уходите от ответственности!

- Но… без уведомления, без суда и следствия?

- Мальчик ты сел в глубокую лужу говна вместе с этой семьей начальника!

- А что ты здесь делаешь?

- Не узнаешь меня? Полагаю, что должна быть сломлена, но это не так, ублюдок.

Я та женщина, которою ты не соизволил проинформировать, говнюк! Я пробыла в этой

паршивой дыре пятьдесят лет из-за тебя, и пробуду еще пятьдесят, чтобы отправить тебя

обратно!

2

- Нет никакой причины быть такой мстительной, мадам. Тем более сейчас мы в одной

лодке.

- Лодка не может быть такой плохой, Ублюдок! Мы в середине безветренной кровавой

пустыни где нет еды, кроме червяков и падали! Это еще ничего если не считать что вокруг

племя у которого мозгов меньше чем у дебила, и никто не знает больше сорока слов. И да, я мстительная! И собираюсь остаться такой ближайшие пятьдесят лет!

Он перевернулся и застонал.

Она на него посмотрела.

- Ну, через пятьдесят лет, когда я отправлюсь домой, пришлют нового болвана, и ты, еще на пятьдесят лет, станешь его боссом.

Он застонал опять.

3

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Моё имя Петр Кульчинский. Я счетовод. Меня научил моему ремеслу господин, которому я служу, пан Конрад Старгард.

Он прекрасный правитель, любимый своими людьми за огромный ум, тело и душу.

Его ученость широко известна среди людей и не пройдет и полдня как он создаст

какое-то полезное устройство, продемонстрирует новый прием или споет несколько новых

песен. Он построил большие мельницы и эффективные фабрики для своего господина, графа

Ламберта, и на своих собственных землях, подаренных ему за эти заслуги, он, всего

за несколько месяцев, возвел огромные здания. Наша церковь Христа-Плотника в Трех Стенах

известна как самая большая в Польше. Пан Конрад говорит, что скоро мы будем производить

железо и сталь в огромных количествах, а также делать раствор, называемый цементом.

Он очень высок и вынужден пригибать голову, чтобы пройти через дверной проем

обычной высоты. Он распорядился, чтобы в домах в поселении Три Стены, двери сделали

настолько высокими, чтобы он мог пройти в них с шлемом на голове. Он утверждает, что следующее поколение детей, по крайней мере, некоторые из них, будут такими же

высокими как и он, потому что будут правильно питаться. Плотники сделали как он велел, хоть

и смеялись над тем, что любой ребенок может вырасти до его роста.

Его доблесть в бою выше, чем у прочих и, не далее как три дня назад, в Испытании боем, он победил одного из величайших чемпионов Польши, крестоносца сэра Адольфа.

Он не просто легко уничтожил Рыцаря Креста - он играл с ним, когда сделал это: сначала

выбросив свой щит, затем - меч и выиграл битву голыми руками, чтобы показать, что Бог

действительно на его стороне.

И он святой человек, добрый к нуждающимся и всегда готовый помочь бедным, старым

и угнетенным. Причиной Испытания, о котором я упомянул, явилось то, что из сострадания

к сотне прусских рабов, он победил в честном бою семерых крестоносцев, убив пятерых

и смертельно ранив шестого, которого, затем, сам же и спас, применив свое хирургическое

искусство. Он встретил этот караван рабов, когда совершал путешествие на большое

расстояние, чтобы за огромную сумму выкупить случайного знакомого и тем самым, спасти его

от повешения.

И он был благословлен Богом. На Испытании, после того, как он так легко победил

своего противника, он был предательски атакован четырьмя другими крестоносцами. Своими

собственными глазами я видел четыре золотые стрелы, упавшие с неба и убившие тех, кто посмел поднять руку на Помазанника Божьего.

И все же он мой враг.

Никогда бы я не смог причинить зла моему господину и даже подумать о том, чтобы

причинить зло своими словами или делами. Но с тех пор, как я был маленьким ребенком, я люблю Кристину.

Прежде чем я решился признаться в моей любви к ней, она была выбрана графом

Ламбертом одной из "дам в ожидании". Я не мог ничего поделать, пока она согревала постель

графа Ламберта и его рыцарей, потому что она пошла на это добровольно. Тем не менее, я утешал себя, что это обычай и лорд, как только одна из его дам забеременеет, выдаст ее замуж

за одного из крестьян своей деревни. Мой отец пообещал поговорить с графом Ламбертом

и родителями Кристины, когда наступит время и, я думал, что спустя какое-то время, в один

прекрасный день любовь будет на моей стороне.

4

Но однажды в Окойтц пришел пан Конрад. Он пришел откуда-то с востока - хотя

это тайна, откуда именно, так как священник взял с него клятву, что он не расскажет о своем

происхождении.

Я был среди тех, кого он учил математике, он также заплатил священнику за обучение

нас письму. Он дал мне ответственную должность, хранителя записей его таверны, литейной

и, наконец, города, которого он строил в Трех Стенах. Все это заставило меня еще больше

желать руки Кристины.

Затем граф Ламберт отправил мою возлюбленную, вместе с четырьмя другими дамами, с паном Конрадом на обширные земли, которыми его наградил.

Пан Конрад придавал большую важность выбору всех пяти дам и, по его мнению, ни одна из них не только не может быть принуждена к замужеству, но и даже сильно

приветствуется, чтобы каждая могла выйти замуж по своему собственному выбору или, даже, не выйти вовсе.

Моя возлюбленная Кристина никогда не относилась ко мне благосклонно.

Она относилась ко мне холодно, даже когда наши обязанности вынуждали нас работать вместе: она управляла кухней, кормившей девятьсот людей пана Конрада, а я должен отчитываться

за каждый потраченный пенни.

Долгими одинокими ночами я убеждал себя, что моя любимая придет ко мне.

Тем не менее, я не вижу способа, как бы это могло случиться.

Сегодня в Окойтце, городе графа Ламберта, Анастасия - одна из дам пана Конрада, вышла замуж за замечательного молодого рыцаря - пана Владимира. Это была прекрасная

церемония, с паном Корадом, передавшим невесту, и плачущими дамами. Но лицо Кристины

выражало мысли, что она не выйдет замуж за кого-то меньше, чем истинный опоясанный

рыцарь.

И этим рыцарем будет пан Конрад…

Я пока еще надеюсь…

5

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Вечером, после Испытания боем, я был зол, обнаружив, что мои верные плотники были

так уверены, что я проиграю и буду убит, что сделали мне прекрасный гроб, а мои любимые

каменщики вырубили мне чудесное надгробие. Теперь они хотят, чтобы я сказал им, что им

делать с проклятыми вещами! Я долго разглагольствовал об их неверии. Затем я отказался

от своих первых трех мыслях о том, где эти вещи должны быть использованы, поскольку

мужчина, проигравший битву, не заслуживает каких-либо особых привилегий от меня.

Гроб был действительно красивым прямоугольным ящиком и ничто не напоминало

в нем его назначение, поэтому я приказал отвести его в Три Стены, чтобы использовать его

для хранения одежды.

Мы выбросили надгробие и значительное время спустя я обнаружил, что его используют

как стол. Мое имя все еще оставалось высеченным на нем. Хотел бы я разбить эту чертову

штуку…

Меня также раздражало то обстоятельство, что большинство моих рабочих сделало

ставки против меня – на пана Адольфа. Один из них объяснил, что с их точки зрения это было

разумным шагом. В конце концов, если бы я выиграл, их будущее было бы безопасным, но если бы я проиграл, им бы потребовался каждый пенни, чтобы выжить!

Все это оставило неприятный осадок…

Я поговорил с епископом Вроцлава, перед тем, как он вернулся к себе в собор. На самом

деле, он сидел на коне, когда дал мне аудиенцию.

- Ваше преосвященство, в моем городе проживает более девятисот человек и нет

постоянного священника. Но я хочу не любого священника. Я хочу человека, который будет

в состоянии руководить системой школ. Возможно мне будет получить такого?

- Как интересно, сын мой, но буквально три дня назад я получил письмо от отличного

молодого ученого, ищущего подобную позицию. Я напишу ему немедленно по возвращении

во Вроцлав. Да! Будет отлично получить в епархию умного итальянца.

Он позволил мне поцеловать свое кольцо и уехал, прежде чем я успел ответить.

Я должен ждать чьего-то приезда из Италии?! Это может занять год!

Пан Стефан и его отец, барон, уезжали в то же время. Начиная с прошлой зимы, когда

случился конфликт из-за ночных дежурств, между нами постоянно возникали разногласия.

С того момента и до сих пор, происходящие события только еще больше усиливали неприязнь

между нами и, в конце концов, этот человек стал моим заклятым врагом. Что бы я ни делал, это только разжигало его ненависть и я дал себе слово не оставлять его за своей спиной.

Уезжая, он затаил на меня обиду.

- Это еще не конец, Конрад! - крикнул он.

6

Рождество в Окойтце было таким же шумным, как и год назад. Кроме людей графа

Ламберта, были еще мои люди и рабочие с ткацкой фабрики и церковь уже не могла вместить

всех нас. Мы убрали красильные чаны, стиральные баки и другое оборудование с первого этажа

ткацкой фабрики и провели праздник там.

Наряду с графом Ламбертом, я, пан Владимир, два его брата и две сестры, а также

все их мужья, жены и родители сидели за высоким столом вместе со священником и его

красивой женой. В дополнение к ним присутствовали четыре моих леди и шесть дам графа

Ламберта (он пытался уменьшить их число). Таким образом, двадцать четыре дворянина были

в распоряжении крестьян и рабочих, чтобы выплеснуть на них свою агрессию, копившуюся

целый год. Вам могло бы показаться, что шутки могли бы распределиться равномерно по всем

дворянам, но, на самом деле, графу Ламберту и мне досталась большая их часть.

По-крайней мере, в этом году я знал чего ожидать и психологически подготовил себя

к тому, чтобы быть клоуном. Короля Рождества выбирали раздавая булочки с горошиной

в одной из них. К счастью или нет, горошина досталась одному из моих верхолазов - рабочему, который забирался на огромные деревья и спиливал их верхушки, чтобы можно было повалить

дерево. Все верхолазы были экставертированными мужланами и я не пытался быть с ними

вежливыми.

Королевой Рождества стала одна из ткачих - удивительно привлекательная молодая

женщина, которая, по-крайней мере, выглядела соответствующе.

Не буду утомлять вас описанием творившейся буффонады. Граф Ламберт и я

при первой же возможности удалились в свои покои.

- Черт! Становится все хуже и хуже с каждым годом! - сказал граф Ламберт, снимая

метровый гульфика, который его заставили надеть. Он наполнил два серебряных кубка

из кувшина на буфете и передал один мне.

- Не могу себе представить, как может стать еще хуже в следующем году, мой господин.

Я снял шляпу волшебника, которую мне дали и сделал большой глоток. Мне просто

необходимо было выпить, хотя вино было отвратительного качества. Отсутствие стеклянной

бутылки и хорошей пробки довольно быстро разрушало средневековое вино. Большинство вина

выпивалось в тот же год, когда было изготовлено и никто не хранил вино старого урожая, поэтому оно не получало выдержки.

- Просто подождите. В некоторых вопросах крестьяне могут быть очень творческими.

Но ничего с этим не поделаешь. Обычай есть обычай.

Он сел на сундук рядом со столом и указал мне на место напротив. Шахматная доска

уже нас ждала.

- Тем не менее, мой господин, это означает окончание вполне неплохого года.

Я взял по пешке с каждой стороны доски, спрятал их в кулаках и предложил ему

выбирать.

- Да, это так! Подумать только! Год назад в этот день мы впервые встретились. Можно

сказать, что это годовщина. Год назад, вчера, ты убил разбойника пана Рейнбурга, который

грабил мои земли и убивал моих людей. И три дня назад на моем турнирном поле ты убил

пана Адольфа. Если считать твою стычку на дороге с крестоносцами, получается три поединка

за год!

Он выбрал черные и начал разыгрывать комбинацию Дракон, которую я имел

неосторожность ему показать.

7

- Более того, мой господин, все зависит от того, что считать поединком. С того момента, как я здесь, я был вовлечен еще в четыре различных акта насилия.

Было не так много вариантов, которыми я мог ответить на его начало и я выбрал один

из стандартных.

Видя, что его брови поднялись при слове "четыре", я сказал:

- Имела место быть стычка с паном Адольфом, когда он ударил меня по голове. Потом, однажды ночью в Кракове, лодочник Тадаос убил трех воров, которые пытались убить его.

Вы знаете о встрече на дороге с разгневанным кредитором, а также о битве с бандой

пана Рейнбурга. В стычке с гильдией сводников в Цешине я убил трех отморозков, а в схватке

с чертовыми педофилами, пан Владимир и я убили или покалечили шестерых из семи

крестоносцев.

- Я думаю,можно не считать инцидент на пароме в Кракове прошлым летом, который

начался с того, что мне попали камнем в голову и закончился прежде чем я снова был

в состоянии нормально соображать. Убийство жертвы бешенства также не было поединком.

Он так напугал меня, что я просто убил его. Это было обычным убийством.

Дебют был разыгран и граф Ламберт перешел от Сицилийской обороны в среднюю

центральную позицию.

- Тот последний, которого вы назвали "жертвой бешенства" был вампиром. Он должен

был быть убит. Вы поступили правильно, пан Конрад. Но думаю, что за год вы успели

поучаствовать не менее чем в десяти поединках. Вы также забыли упомянуть вашу драку

с паном Стефаном. Вы понимаете, что я не имел возможности всерьез использовать свой меч

уже в течение четырех лет? И это при том, что треть своего времени я провожу в дороге.

- Это так, мой господин, но вы всегда путешествуете в компании десятка закованных

в латы рыцарей.

И что, дьявол его разбери, мне теперь делать с этим чертовым слоном?

- Собачья кровь, но вы правы! Отныне я буду путешествовать одетым в простую одежду

и в одиночку! Пусть остальные следуют в часе позади меня! Это поможет мне получить

свою порцию развлечений.

- Мой господин, я сказал это только для того, чтобы отвлечь вас от шахмат. Мне

ни в коем случае не хотелось бы вашей смерти.

Я был заперт в углах, где не мог маневрировать.

- Ну да, шахматы! Я знаю! Я заполню две сумки серебром и постараюсь скрыть

этот факт. Слухи об этом распространятся как стая испуганных кроликов!

Он взял моего королевского слона.

- Пожалуйста, мой господин. Ваша жизнь важна для меня.

В ответ я взял его коня.

- Ну, спасибо. Трогательное чувство. Но мужчина нуждается в тренировке, не так ли?

Он взял моего коня своей пешкой! Что за черт?.. О, нет!

Не стоило продолжать разговаривать на эту тему.

8

- Вы никогда не рассказывали мне, как дела с вашими ульями, мой господин.

Я сделал рокировку, хотя знал, что уже слишком поздно.

- Что? О, замечательно! Двадцать девять ульев заселили пчелы. Мы собрали мед только

из шести из них, но подумать только! Добавим к этому двадцать девять ульев диких пчел, про которых вы сказали и двадцать три оставшихся и получим пятьдесят два новых улья

в следующем году, а общее число ульев будет равно семидесяти пяти! Каждый мой вассал

будет иметь как минимум дюжину ульев следующим летом! Через несколько лет, мед потечет

из наших носов!

Он продолжил свою беспощадную атаку.

Последнее сравнение смутило меня, потому что мое мышление слишком образное, впрочем, как и у большинства инженеров. Я представляю себе то, что говорят люди.

Воображение нарисовало мне образ графа Ламберта, слизывающего мед, который вытекает

у него из носа и фильтруется через его усы. Иногда мне хочется стать тупым…

- Я хочу чтобы мои люди сделали то же самое. Но я получил свою землю прошлым

летом и было уже слишком поздно делать что-то в том сезоне. Сейчас у меня есть всего восемь

ульев.

Я сделал попытку поставить вилку его королю и ладье, но он это увидел и заблокировал.

- Как жаль! Может быть, стоило собрать мед с одного из моих ульев и отправить

его вам?

С невинным видом он передвинул пешку.

- Не стоит беспокоиться, мой господин. Вы же знаете мои правила. Я всегда ем то же, что и мои люди. Если разделить мед с одного улья между девятьюстами людьми, то хватит

только на один медовый пряник для каждого. Через несколько лет у нас будет достаточно меда

чтобы сварить медовуху.

Я вынужден был разменять слона на две пешки.

- Медовуха! Я слышал о ней. Мой дедушка говорил, что любил ее. Но кто может

позволить себе пить ее сейчас, мед же так редок? Я сомневаюсь, что кто-нибудь до сих пор

помнит способ ее приготовления. Вот ты, например, знаешь?

Он взял мою королевскую ладью едва взглянув на доску.

- Может так случиться, что я смогу сделать несколько бочек медовухи. Ее достаточно

просто сделать и, по правде говоря, мой господин, она лучше чем то, что вы пьете. Я расскажу

твоим людям, когда придет время.

В современной Польше производство любого алкоголя нелегально без государственной

лицензии. В Америке, где я учился в колледже, любой взрослый может изготовить до двухсот

литров вина или пива в год, что в действительности очень много. Одному из моих соседей

по общежитию было больше двадцати одного года и, исключительно из интереса

и для изучения древних технологий, мы приготовили семь пластиковых контейнеров медовухи.

Медовуха это, пожалуй, самый дешевый напиток, который можно сделать и потом выпить.

Купив мед, из расчета два доллара на галлон, мы получили напиток двенадцатиградусной

крепости.

- Пан Конрад, я знаю, что я говорил это много раз раньше, и вы всегда доказывали, что я

ошибаюсь. Но что если вы умрете? Что если не останется никого, кто бы знал, как это сделать?

Моя позиция была отвратительна. Я ясно видел мат в пять ходов, а граф Лаберт, я думаю, знал еще более короткий способ закончить дело. Отдавая должное его мастерству, я признал поражение и он тут же начал готовить доску к следующей игре, предоставив мне

возможность, на этот раз, играть черными.

9

- Как скажете, мой господин. Разбавьте мед водой в отношении три к одному, если

вы хотите сладкое вино, или от четырех до шести к одному, если вы хотите сухое вино

для жарких летних дней. Кипятите его некоторое время и снимайте поднимающуюся пену.

Если вы хотите, можете попробовать добавить специй. Вы получите удовольствие, экспериментируя с ними. Неплохо подходят лимоны, но я не думаю, что вы сможете найти их

здесь. Однако, можно попробовать заменить их шиповником. Или, например яблоки.

Если заменить воду яблочным соком и использовать меньше меда, можно получить

замечательный напиток. Все, что только пожелаете. Изготовление вина это своего рода

искусство.

Единственно важной вещью является то, что необходимо использовать винные дрожжи, а не пивные. Пусть торговцы приведут немного молодого вина из Венгрии. Скажите им, что к тому моменту, когда они доставят вино сюда, оно еще должно бродить. Положите

немного винного осадка в медовуху после того, как она остынет.

Получившийся напиток можно пить в течение нескольких недель или даже больше, если

вы сделаете так, что к нему не будет поступать воздух. Всегда сохраняйте немного дрожжей

от последнее партии для новых. Всегда разливайте напиток в новые бочки и держите его

подальше от пивоварни и пекарни.

Однажды у меня был стекольный завод и я мог бы сделать блокировку паром.

Но, в любом случае, у нас не было хорошей пробки. Ближайшие пробковые деревья росли

в Испании и, готов поспорить, испанцы не знали, что им с ними делать. Сифон? Ближайшие

каучуковые деревья росли в долине Амазонки!

- И это все?! Гораздо проще, чем производство стали! Ты так многому нас научил.

Мельницы, фабрики, замечательная охота! Я говорил, что когда возвращался от тебя, думал

устроить "монгольскую охоту" на всех моих землях и, таким образом, очистить их от волков

и медведей, которые убивают моих людей?

- Нет, мой господин.

Граф Ламберт слишком хорошо разобрался в современном подходе к игре в шахматы, поэтому в этот раз я решил использовать старую атакующую тактику "каменная стена".

- Ну да, ты понимаешь, основная проблема заключается в том, что мои земли слишком

велики и если крестьяне будут загонять зверей больше одного дня, то нам будет сложно

защитить их в ночное время. Охотиться нужно будет осенью, когда звери толще и меха лучше.

- Да, никто не знает, как защититься от ночного нападения волков.

- Я нашел простое решение этой проблемы. Будет не одна большая охота, а много

маленьких! Я разделю мои земли на много маленьких "охотничьих районов" каждый

из которых будет иметь такие размеры, что человек сможет пройти от его границы до центра

меньше, чем за один день.

Он ответил на "каменную стену" стандартным образом. Он ничего не забывает!

10

- Интересно, мой господин, но что может остановить животных от перехода из одного

района в другой между охотами? Вы вычистите один район, но они заселят его снова, прежде, чем вы вычистите следующий.

Я сделал фианкетто слона на фланге ферзя.

(Примечание: В шахматах fianchetto (Italian: [fiaŋˈkɛtto] "little flank") - прием игры, при котором слон становится во второй ряд, прямо перед конем. Пешка коня, перед этим

выдвигается на одну или две клетки вперед)

- Не заселят, если мы сделаем все в один день! Я думаю у меня достаточно крестьян

чтобы сделать это и, если господа устанут от охоты, почему бы крестьянам не помочь им?

Кроме того, я думаю, что многие рыцари придут из соседних областей, если мы их пригласим.

Он снова ударил в центр моей позиции.

- Звучит здорово, мой господин. Можете рассчитывать на мою помощь.

Я сделал рокировку.

- Более того, пан Конрад. Я рассчитываю на ваше руководство. Я хочу, чтобы вы все это

организовали.

- Как скажете, мой господин. Но Вы уверены, что я лучший человек, чтобы сделать

эту работу? Я действительно мало знаю об охоте. Я не знаю границ ваших земель. И я не знаю

каким рыцарям и баронам какие части вашей земли принадлежат. Я даже не знаю окружающих

графов, за исключением вашего брата.

- Это очень хорошая должность, пан Конрад. Как егермейстер, ты мог бы претендовать

на определенную часть добычи. Например, на все оленьи шкуры.

- Спасибо, мой господин. Еще раз повторю: я сделаю все, что вы хотите, но не думаю, что я лучший человек для этой работы.

- Я уже уже сказал, что хочу, чтобы этим человеком был ты!

Я вздохнул. Когда граф Ламберт что-то хочет, он это получает. Поэтому лучше будет

смириться с неизбежным.

- Как скажете, мой господин, и благодарю Вас. Не возражаете, если я назначу

заместителей, чтобы помочь мне?

- Нет, конечно. Кто эти люди?

- Я думаю сначала я спрошу пана Миеско. Если он не согласится, то, возможно, пан Владимир.

- Великолепно! Сообщите мне, когда все решится. Можете не торопиться и, если нужно, заниматься подготовкой хоть всю зиму.

- Спасибо, мой господин. Другим вопросом является вторая мельница, на которой

планировалось молот зерно. Я не могу не заметить, что работа замедляется. Вы знаете, почему

так происходит?

Я снова был заперт в углах.

- Я приказал сделать это, потому что не знаю, что делать с преступниками, если не будет

зерна, которое они могли бы молоть. Если преступников не было, мои крестьяне должны были

крутить ручную мельницу по-очереди. В конечно счете, всем известно, что зерно должно быть

перемолото. Это заставляло их искать любые правонарушения. Это также давало мне форму

наказания, не жестокого по сути, но очень утомительного. Сколько, по-вашему, мужчин готовы

отправить соседа на порку, а не на мельницу? Да это же смешно!

(Примечание: В одной из предыдущих книг было сказано, что граф Ламберт в качестве

наказания для своих крестьян, назначал их крутить ручную мельницу для перемалывания зерна) В результате, было очень мало реальных преступников и люди любили меня. Но если

не нужно молоть зерно, то что мне тогда делать?

11

- Понимаю, мой господин. Вы нуждаетесь в работе, которая была неприятной, но необходимой и должна была бы делаться некоторое время несколькими мужчинами.

- Да. У вас есть какие-то соображения на этот счет?

- Возможно, мой господин. Знаете ли Вы, что именно здесь находится одно из самых

больших месторождений угля в мире?

- Уголь? Здесь?

- Много угля, мой господин. Он залегает почти на всем пути из Кракова во Вроцлав.

Я не знаю, насколько толст пласт, который расположен здесь, но он точно один из самых

толстых в мире - больше двух дюжин ярдов в толщину в большинстве мест. Я думаю, глубина

его залегания не меньше чем восемь дюжин ярдов. Но большинство фермеров считают, что работать в шахте неприятно.

- Да! Это может сработать! Впахивать весь день в холоде, темноте и сырости! Ведь

шахты холодные, влажные и сырые, так?

- Именно так, мой господин.

- Да, мне кажется это решит проблему. Но что мы будем делать со всем этим углем?

- Для начала - топить дома! А чуть позже, я покажу вам много способов как его можно

использовать.

- Это не сработает, пан Конрад. Я знаю человека, который пытался сжечь уголь в своем

очаге. Вонь была такая сильная, что он и его семья должны были выбежать зимой на улицу!

После чего, в доме воняло в течение нескольких лет!

- Вы правы, мой господин, но это если огонь открытый. Нужно делать

специальные печи. Я надеюсь мы наделаем пузатых печей невысокого качества по цене, доступной для крестьян.

- Отлично! Мы избавимся от длительных прогулок за дровами и крестьяне смогут

использовать уголь. Сможете показать моим людям, как его добывать?

Одну за другой, он взял мою ладью и коня. Все, что я смог взять в ответ был слон.

- Конечно, мой господин.

- Тогда решено. Работа на мукомольной мельнице будет ускорена. Она будет построена

к весне, так что ваши планы должны быть готовы после весеннего сева.

- Еще одна вещь, которую я хотел бы обсудить с тобой. Мне нравится тот кузнец, что ты

послал мне. Я не думаю, что он также хорош, как Илья, но он не злит меня настолько, чтобы я

хотел его убить дважды в день. Что ты скажешь, если я отдам тебе Илью за нового кузнеца?

Я потерял ферзя.

Отлично, мой господин, если только они сами не против.

- Так и есть. Они сами сообщили мне об этом. Они также сказали, что оба хотели бы, чтобы жена Ильи осталась здесь, но я не вижу, как мы можем решить данный вопрос - Церковь

будет недовольна и это будет не слишком хорошо для меня.

- Церковь недовольна, потому что вы живете отдельно от жены, мой господин.

Почему вы не можете предоставить такую же привилегию Илье?

- Почему?! Потому что я дворянин, а он - простолюдин. Простолюдинам не хватает

мозгов, чтобы управлять своей жизнью должным образом. Вот почему они служат нам, а мы -

управляем. Я, возможно, не образец супружеской верности, но до сих пор, моя жена не вышла

замуж за другого и я не взял другую жену. То, что предлагают эти кузнецы никак не меньше, как если бы один залез в постель другому! Это напрямую противоречит законам Церкви.

Без влияния Церкви и христианской морали мы придем к хаосу! Церковь должна быть

сохранена, а ее законы должны соблюдаться!

- Думаю что вы правы, мой господин. Еще несколько голодных ртов?

Я потерял моего последнего коня и моя позиция стала безнадежной, после чего

я опрокинул моего короля. Я проиграл две партии из двух. Черт! Когда мы только начинали

играть год назад, я бы выиграл первые две дюжины игр.

- Хорошо. Тогда может быть появимся на празднике?

12

Как раз начали дарить подарки, когда мы вернулись. Ставка, которую я выиграл, выжив

на моем Испытании боем, содержала изрядное количество ювелирных изделий, что сделало

выбор подарков довольно простым делом. Я начал с дворян, которые были наименее важны

для меня: сестер пана Владимира и их мужей, которые приехали из Гнезно. Я никогда

не встречался с ними до этого и, скорее всего, не увижу их снова, так что небольшой подарок

был весьма кстати. Я достал мешочек моих наименее ценных ювелирных изделий

и, вывалив его на поднос, предложил каждому выбрать то, что он или она хочет. Они были

в восторге.

В то время как я перемещался по своему списку гостей, я периодически отмечал

для себя, когда кучка становилась маленькой и добавлял еще один мешочек драгоценностей, лучших, чем прежние, но никто кроме меня не знал об этом. Мои дамы были ближе к концу

списка и, после того как Анастасия сделала свой выбор, я добавил к нему кошелек серебра, в котором отказал ей несколько дней тому назад.

- Я слышал ты ведешь себя правильно, дочь!

Толпа поддержала сказанное мною.

Ходили слухи, что она больше не крестьянка и что она прогнала пана Владимира

из постели, как только я удочерил ее.

Священника графа Ламберта, отца Иоанна и его великолепную французскую жену

я приберег на конец. Леди Францин была самой красивой женщиной, которую я видел в этом

столетии. Она выбрала тяжелый золотой кулон на цепочке с какими-то зеленым камнем в нем.

Возможно это был изумруд, но кто знает? Он выглядел как стекло и был гладкий, так как

гранение еще не было изобретено.

- Отец Иоанн, в прошлом году я не знал местных обычаев и не понимал, что я должен

подарить тебе подарок, так что я мало что мог сделать для тебя в то время. В этом году

я обратил внимание, что мебель вашего алтаря можно было бы слегка улучшить. Это подойдет?

Я преподнес в подарок одну из самых странных вещей, которую нашел в вещах убитого

мною крестоносца: большой и богато инкрустированный стеклянный бокал.

Реакция толпы удивила меня.

Золотые и серебряные ювелирные изделия воспринимались людьми спокойно, а кусок

стекла вызвал целый хор "охов" и "ахов".

Отец Иоанн встал.

- В прошлом году я подарил вам несколько моих резных изделий. В это Рождество

я не ожидал увидеть вас живым! По правде говоря, мне нечего подарить вам взамен!

Толпа засмеялась.

- Ну, так легко ты не отделаешься, - сказал я, - Мы только что построили большую

церковь в Трех Стенах в которой нет резьбы. Я возьму тебя в долю!

Толпу обрадовало мое предложение.

Другие дворяне раздали свои подарки.

Я собрал довольно большую коллекцию красиво расшитой одежды, а пан Владимир

и его братья купили мне вскладчину великолепный позолоченный кинжал, инкрустированный

различными видами камней.

Графа Ламберта публично назначил меня своим егермейстером, дав мне работу, которую я не хотел. Я любезно принял подарок.

13

После того, как поздравления закончились, я снова встал.

- Я возвращаюсь в Три Стены после свадьбы. Меня не будет здесь в сочельник, когда

дарят подарки простолюдинам, поэтому я должен сделать подарок жителям Окойтца прямо

сейчас. Принесите его!

Четверо мужчин прикатили две тяжелые бочки.

(Примечание: Двенадцатая ночь после рождества Христова и канун Крещениея)

- В прошлом году Илья пообещал сделать каждому из вас набор дверных петель.

Он работал над моими проектами целый год и теперь я краду его у вас!

Илья удивился. Он впервые услышал от меня о своем переезде на постоянное

жительство в Три стены.

- В этих бочках находятся бронзовые петли и защелки на дверь каждого простолюдина

в Окойтце. Вам больше не нужно закрывать двери ставя их на место!

Это взорвало праздник!

Когда шум немного прекратился, я сказал: "Более того, я собираюсь быть достаточно

грубым, чтобы намекнуть, что я тоже хочу свой подарок! Помните те семена, которые я дал вам

в прошлое Рождество? Так вот, я хочу их обратно! "

- Если вы не можете отдать их мне все, то дайте хотя бы четверть! И мне очень хочется, чтобы вы вернули их мне в пакетах, в которых получили, чтобы я знал, где что есть!

Они смеялись и приветствовали, так что я рассчитывал вырастить арбуз

в следующем году.

Праздник пошел на спад, и я уже засобирался в дорогу, когда граф Ламберт

полушутя сказал: "Вы подарили священнику великолепный бокал, а я получил только

эту золотую цепочку?"

Я был ошарашен. Цепь весила, по меньшей мере, полкило и стоила восемь тысяч

американских долларов!

- Я не понял, что вы хотели бокал, мой господин. Но я дам вам обещание. Через четыре

года я преподнесу Вам в подарок сотню стеклянных бокалов и достаточно стекла, чтобы

каждый ваш подданный, простолюдин и любой, кто угодно, мог поднять бокал в Вашу честь!

Теперь была его очередь выглядеть растерянным.

14

ГЛАВА ВТОРАЯ

На следующий день у нас была прекрасная свадьба. Все прошло замечательно, церковь

была переполнена и я подвел невесту к сияющему пану Владимиру.

Как отец невесты я заплатил за свадебный пир, который проходил на суконной фабрике

за неимением другого достаточно большого места. Ламберт сделал мне хорошую скидку на еду

и питье, так как если бы не было свадьбы, он все равно бы должен был устроить пир в этот

день, по случаю Рождества.

Свадебное путешествие было не в местных обычаях, поэтому следующим утром

мы выехали в Три Стены, вместе с паном Владимиром и его новой женой.

Мы прибыли к пану Мешко, который уже ждал нас.

После того как рабочие разместились в сенях самого большого амбара пана Мешко, мы отправились обедать в усадьбу. Так как, после того, как мы все расселись, остались

незанятыми еще семь мест, то с разрешения пана Мешко, я пригласил моего управляющего, двух мастеров с женами и моего счетовода - Петра.

Люди были поражены оказанной им честью, и не произнесли ни слова пока ужин

не начался, хотя Петр не отрывал взгляда от Кристины, которая сидела напротив. Бедный

мальчик был поражен.

Я рассказал пану Мешко о планах графа Ламберта насчет Великой охоты. Я также

сказал ему, что в действительности не хотел участвовать в этом, но граф Ламбер все равно

настоял.

- То, что мне предстоит организовать является достаточным основанием просить Вас

о помощи. Как вы смотрите на то, чтобы стать моим заместителем? Граф Ламберт сказал, что мы могли бы взять в качестве награды практически все, что нам захочется. Вам это

интересно?

- Почему бы и нет. Даже небольшой доли, полученной со всех земель графа Ламберта, будет более чем достаточно! Вспомните, сколько было получено с одной только вашей земли!

Но есть некоторые детали, которые необходимо обсудить…

Мы разговорились друг с другом, в то время как пани Ричеза и Кристина оставались

сидеть между нами. Эти две прекрасные и понимающие женщины посмотрели друг на друга

и встали, позволив мне и пану Мешко сесть рядом друг с другом. Общение не прервалось

и ни слова не было сказано, насчет нового порядка расположения за столом.

Мы договорились, что пан Мешко полностью возьмет на себя организацию проекта, кроме фактического его руководства. Он предложил разделить все земли графа Ламберта

на восемь или девять районов охоты и назначить старшего егеря в каждом из них. Старший

егерь будет ответственен за поиск или строительство здания, если не будет найдено ничего

подходящего, организацию охоты и питание людей. В награду они получат все оленьи шкуры, добытые в их районах.

Участвующие крестьяне получат четверть мяса, а дворяне - еще одну четверть.

Владельцы земли имеют право на половину мяса, в соответствие с частью их территории, на которой будет проводиться охота. Пан Мешко заберет все шкуры, за исключением волчьих, которые достанутся мне. Кроме того, любой пойманный зубр, должен быть доставлен мне.

Они были под угрозой исчезновения и я собрался приручить их.

15

- Пан Конрад, вы берете короткий конец палки! - сказал пан Мешко.

(Примечание: "брать короткий конец палки" - ставить себя в заведомо невыгодное

положение"). Интересно, что он использовал выражение, которое продержалось до наших дней.

Местным обычаем этих в большинстве своем неграмотных людей было то, что они

подсчитывали долги, делая зарубки на палке. Если я одолжу тебе три свиньи, мы сделаем

три зарубки на деревянной палке. Потом мы поломаем палку вдоль пополам, так, чтобы каждый

из нас имел отметки. Если затем отдельные части палки собирались вместе, то становилось

очевидно, если кто-либо пытался делать отметки дальше! Дерево никогда не раскалывается

на две абсолютно одинаковые части и как кредитор я бы получил большую часть палки.

Вы, как заемщик, получили бы меньшую ее часть.

- Я доволен сделкой.

- Как бы то ни было, пан Конрад, волчьи шкуры стоят немного. В половине случаев, их сжигают вместе с волком! Другие шкуры стоят в тысячу раз дороже.

- Отлично. Вы будете делать всю работу и нести все расходы. Я счастлив просто потому, что не буду заниматься проектом. Только не забудьте, что все самки и молодняк полезных

видов должен выжить также, как шестая часть самцов.

- Вы объяснили это более чем понятно. Но вы получите подарок и я беру это на себя.

- Я сказал, что я доволен. Просто не создайте мне лишних проблем, хорошо?

- Не беспокойтесь. Но я не думаю, что сложности или затраты будут большими. Я всего

лишь должен написать несколько дюжин писем. Мне не будет ничего стоить отправить их

каждому помещику в округе или, по крайней мере, отдать их людям, приезжающим сюда

ежемесячно, чтобы доставить еду для Вашего города в Трех Стенах.

- Что? Я думал вы поставляете нам еду.

- Я. Вы просили меня снабжать ваш город едой по договорным ценам. Не думаете же вы, что сотня моих фермеров может накормить почти тысячу людей у вас в долине! Я назвал ваши

потребности и цены моим знакомым и они привозят излишки своего зерна сюда, чтобы ваши

люди могли их забрать. Я заплатил платил другим столько же, сколько получал от вас и не

получал на этом аморальной прибыли. Я предлагал им разумные цены на корм для их вьючных

животных и хранения в моих амбарах, но не можете же вы меня обвинять в этом.

Я был удивлен, но не имел реальных причин жаловаться. В действительности я получал

то, о чем мы договаривались.

- Нет, нет, пан Мешко, я не жалуюсь. Я просто никогда не думал об этом. Хочу

поблагодарить Вас за организацию моего снабжения без ненужных деталей. Надеюсь, это будет

прецедентом для Великой Охоты.

16

Ужин продолжался все время, пока мы разговаривали. Пани Ричеза, жена пана Мешко, является самой доброй женщиной, которую только можно себе представить. Со всей теплотой

и заботой, она вовлекала моих неловких спутников в разговор. К тому времени, когда я

вернулся, все они шумно обсуждали последние события. Вскоре она позвала музыкантов

и мы начали танцевать.

Я заметил, что Петр Кульчижинский пригласил Кристину на вальс, но она ему отказала.

Вскоре, он вышел на улицу и пани Ричеза пошла вслед за ним.

Через некоторое время она вернулась и подошла ко мне.

- Бедный мальчик! Он действительно любит Кристину.

- Я знаю. Мне больно видеть его страдания. Но она даже не смотрит на него.

И он замечательный ребенок! При соответствующем образовании он мог бы получить

Нобелевскую премию.

- А что это такое?

- Там, откуда я родом, есть ежегодная награда, которую получают те, кто, как считается, внес наибольший вклад в изучение окружающего нас мира, а также наибольший вклад

в литературу, медицину и борьбу за мир. Получить одну из этих наград является большой

честью, большей, чем даже быть секретарем Организации Объединенных Наций. Кроме того, предусмотрен хороший денежный приз. Я думаю, что при соответствующем обучении Петр

мог бы выиграть приз в области математики.

- Ваша родина, должно быть, прекрасна!

- Там есть как много хорошего, так и много плохого - об этом можно долго рассказывать.

- Тем не менее, Вы пришли сюда.

- Это было не совсем добровольное решение. Тем не менее, я не могу сказать, что я

сожалею об этом. Думаю, я нашел свой дом здесь.

- Дом с Кристиной?

- Нет. Пожалуйста, поймите - мне нравится Кристина. Она красивая и умная девушка, разбирающаяся во всем, что соответствует ее уму. И, я надеюсь, Вас не оскорбит сказанное

мною - замечательная любовница. Но черт, ей пятнадцать, а мне тридцать один! У меня

семнадцать лет формального образования, а у нее - около трех месяцев! Мы слишком разные, чтобы думать о женитьбе. Брак должен быть между равными. Я был бы рад, если бы Кристина

и Петр поженились.

- А они знают Ваше мнение насчет этого?

- Я думаю да. Я старался поступать так, чтобы это было все очевидно.

- Но вы не говорили с ними об этом, - сказала она.

- Нет… я думаю нет. Иногда трудно…

- Не возражаете, если я скажу им это?

- Возражаю?! Я был бы у вас в неоплатном долгу!

- Тогда я подумаю, что могу сделать.

Она попыталась, но ничего не получилось.

17

На следующий день мы вернулись в Три Стены и уже день спустя снова приступили

к работе. Крестьяне не работают две недели до и после Рождества, но большинство людей

в Трех Стенах раньше были горожанами. Горожане работают всегда, когда есть работа, а нам еще многое необходимо было сделать.

Зима - лучшее время для заготовки леса, потому что дерево сухое и его легче перевозить

по снегу. Кроме того, вершины елей представляли собой пожалуй единственный корм

для скота, которые можно было добыть снаружи.

Кроме шести дюжин баранов, оставшихся после осенней охоты, у нас в долине жили

тысяча овец.

Меня сильно дискредитировало то, что я не знал, сколько баранов необходимо, чтобы

делать ягнят, но я не беспокоился об этом. Мне удалось вспомнить, что овца имеет

пятимесячный период беременности. Любая купленная овца будет беременна к декабрю. Овцы

становятся взрослыми за шесть месяцев. Таким образом, в следующем году мы будем иметь

достаточно баранов. Я думаю…

В конце концов, у меня был один баран в другом, гораздо меньшем стаде. И если бы

он умер от истощения до следующего брачного сезона, я вынужден был бы срочно покупать

еще одного.

Лесопилка должна была работать всю зиму, впрочем как и шестьдесят женщин, ходящих

взад-вперед на огромных качелях. Основные деревянные здания были уже построены, но мы нуждались в пиломатериалах для мебели… грузовых контейнеров, бочек и тому

подобного.

Возведение некоторых зданий продолжалось. Так, основанием коксовых печей служил

сухой песчаник, поэтому не приходилось беспокоиться относительно застывания раствора.

Но укладка фундамента была сложным делом.

Огромной проблемой было отсутствие искусственного освещения. К Рождеству

продолжительность светлого времени суток уменьшилась до шести часов. Большинство

американцев не представляют как далеко находится Северная Европа. Южная Польша

расположена севернее, чем озеро Верхнее, а наше побережье севернее, чем побережье

Гудзонского залива. Высокая широта означает большую вариацию длины дня в течение года.

Конечно же, горные работы продолжались непрерывно, поскольку в шахте всегда было

темно. Также, там было достаточно тепло и все стремились получить работу по добыче угля.

Я надеюсь, что граф Ламберт не узнает об этом.

Но даже когда погода была хорошей, что было нечасто, должно было сильно повезти, чтобы мы смогли отработать семь часов.

18

Ну что ж, если вы не можете потратить - инвестируйте!

Я организовал школу для взрослых. Школа для детей уже была и в ней преподавали

две женщины пани Ричезы. Так что, как только заканчивались уроки для детей, начинались

уроки для взрослых. Большинство моих людей не умели читать, писать или выполнять простые

арифметические действия.

К весне они смогут всему этому научиться.

И это не такое большое достижение, как могло было показаться, поскольку польский

язык проще для изучения, чем английский. Произношение польских буков практически

соответствует их написанию, в отличие от почти что случайного характера в английском.

Каждая буква представляет собой отдельный звук и нет непроизносимых букв. В свое время

для меня стало настоящим кошмаром научиться английскому произношению.

Многие американцы, используют программы проверки орфографии на своих

персональных компьютерах, в связи с тем, что англоговорящие люди редко могут говорить

на их собственном языке. Когда я вернулся в Польшу после обучения в колледже, ни один

из моих польских друзей не поверил мне. Они думали, что сказанное мною - одна

из американских шуток!

Было достаточно людей, кто бы мог научить арифметике и чтению.

Кроме того, следовало научить людей оказанию первой помощи, а Петра - математике.

Также, у меня оставалось достаточно времени для себя, что было просто прекрасно.

Я мог закрыть дверь моего нового офиса, сесть на мое кресло, положить мои ноги на мой

замечательный новый стол и хорошенько подумать.

В основном о стандартах.

Меры весов и расстояний Средневековья можно было представить себе в виде больших

подмножеств случайных величин. Длина измерялась в футах, ярдах, локтях, пролетах, ладонях, пальцах, милях и днях. Мало того, что не было правил перевода между данными единицами, но и их размер изменялся от места к месту. Цешинский ярд не был равен краковскому ярду, который, в свою очередь, не был равен вроцлавскому ярду.

Использование единиц измерения могло варьироваться также от товара к товару.

Так, например, при продаже бархата измерения проводили в тройских ярдах, которые были

короче всех, вышеперечисленных. И это была не разница в несколько процентов. Вроцлавский

ярд был в полтора раза длиннее краковского.

С весами все было еще хуже. Например, сыр, пшеница и овес продавались четвертями.

Четвертями чего, спросите вы? Почему четверть сыра, пшеницы или овса! Там не могло быть

какого-то "целого" или "половины". Но четверть пшеницы была в пять раз больше, чем четверть сыра, которая весила около ста килограммов. А четверть овса была больше, чем обе предыдущие вместе взятые. И, конечно же, четверть в одном городе была не равна

четверти в других городах.

Пинта молока весит фунт, но выбрать молоко в качестве стандарта является едва ли

не самым худшим решением. Удельный вес молока может изменяться, по крайней мере, на пять

процентов в зависимости от его жирности. И, так как оно быстро портится, нет возможности

где-либо хранить стандартную банку молока. Но это, похоже, не беспокоит никого, кроме меня.

Конечно, если купец продавал товар, используя меньшие меры веса, он может быть повешен, но он уже никогда не пожалуется вам на это.

19

Церковь работала над реформой календаря столетие, и в этом плане в Польше все было

нормально. По крайней мере, все договорились, когда и в каком году было воскресенье.

Так, например, как говорит мой друг, купец Борис Новацек, в Италии возможно, что ты выедешь из Венеции в 1232 году, приедешь во Флоренцию в 1233, а затем окажешься

в Милане в 1231. Некоторые люди отмечали Новый Год в Рождество, некоторые - неделей

после него, а другие - первого марта. Для последних, декабрь действительно был десятым

месяцем в году.

Мы также имели свой стандарт ярда. Если бы у меня был выбор, я бы предпочел

использовать метр, но мой сеньор четко приказал мне использовать его ярд, равный расстоянию

от его кончиков пальцев вытянутой руки до кончика носа. Данное расстояние было короче, чем метр и немного длиннее, чем американский ярд.

И еще у нас двенадцатеричная система нумерации. Данное решение было принято мною

спонтанно, но вскоре я увидел все преимущества двенадцатеричной системы. Так как

двенадцать имеет больше делителей, чем десять, вы будете реже сталкиваться

с необходимостью повторения десятичных разрядом. Часто будет требоваться меньше знаков

для выражения больших чисел, и выполнение математических операций станет более легким

делом.

Начиная с прошлой зимы, я аккуратно записал каждую константу, которую только смог

вспомнить и уже имел несколько страниц таких записей. Расстояние от Земли до Луны

и до Солнца. Удельный вес алюминия и сколько сантиметров в американском ярде и тому

подобные вещи. Инженер нуждается в тысяче чисел и, те, что я не смог вспомнить, я смог

вывести.

Играя с числами и константами, я с удовольствием обнаружил, что тысяча (то есть, 1728

в десятеричной системе) наших ярдов почти равна американской миле! Американская миля

почти равна старой римской миле, которая все еще кое-где использовалась.

Так, дюжина ярдов составляет дюжиярд. Двенадцать дюжиярдов составляют твемилю, а двенадцать твемиль - милю.

Если же спускаться вниз, одна двенадцатая ярда представляла собой твелиярд, который

был равен двенадцати миле или дюжемиле, а каждый из миле, в свою очередь представлял

собой примерно полмиллиметра.

Другой приятной неожиданностью было то, что кубический ярд холодной воды был

примерно равен по весу американской тонне, а тысяча кубических ярдов или кубический

твелиярд весил чуть больше американского фунта. Это давало нам стандарты веса и объема.

У нас была тонна, фунт и пинта, последняя из которых представляла собой объем фунта

холодной воды.

Через несколько дней я пришел к законченной системе мер и весов, полностью

основанной на нашем ярде или, в случае моих стандартах электричества, на числах Авогадро.

Так, например, наш ампер был связан с количеством протекающих электронов.

Средневековый день был разделен на двенадцать часов, также, как и ночь. Но день

измеряли от восхода и до заката и это означало, что дневной час в середине лета был в три раза

длиннее, чем в Рождество. Все это делало почасовую оплату несколько глупой. Большинство

мужчин нанимались на день, при этом зимой им платили вдвое меньше, чем летом.

20

Мы нуждались в часах, но, когда я попробовал их сделать, то был раздражен, от того, что не смог вспомнить, как работает регулятор хода.

Дедушкины часы имеют отвес, заводимый руками, который управляет серией передач.

Скорость поворота контролируется и замедляется маятником. Регулятор хода связан

с маятником при помощи зубчатой передачи. Необходимо также придать немного энергии

маятнику, чтобы компенсировать потери на трение. Но я не смог нарисовать ни одной схемы, которая, по моему мнению, могла бы работать.

Я много обдумывал эту схему в течение трех дней, а затем придумал новую. На быстром

конце зубчатой передачи я расположил большой барабан с зигзагообразной канавкой по кругу.

Небольшое колесо, прикрепленное к маятнику, двигалось туда-сюда по канавке.

Шестерни были расположены в ряд, что означало, что маятник не качался из стороны

в сторону. Он качался вперед и назад. Кроме того, он его звук был похож не на тик-так-тик, а скорее на фумп-фумп-фумп. Но никто здесь никогда не видел дедушкиных часов

и я не услышал ни одной шутки, относительно моей конструкции.

Я также

предложил

новую

систему

времени.

Мы

начали

использовать

двенадцатичасовой день, основанный на двенадцатеричном стандарте, а не обычном

двадцатичетырехчасовой. Часы должны были сбрасываться время от времени, так что за точку

отсчета мы выбрали рассвет, что соответствовало девяти утра на современных часах. В дни

равноденствия, в три часа был полдень и в этот момент большая стрелка была вверху, а в шесть

часов - закат. Полночь выпадала на девять часов и в этот момент большая стрелка была внизу.

(Примечание: Т.е. фактически, циферблат часов был такой же, но время, по нашим

представлениям, текло в два раза медленнее)

Часы имели четыре стрелки, каждая из которых двигалась в двенадцать раз быстрее, чем предыдущая. Большая стрелка показывала часы, длинная - дозминуты, волнистая - минуты

и, наконец, тонкая длинная стрелка показывала твиминуты. Или, можно сказать, что толстая

стрелка обращалась один раз за день, а тонкая – за одну минуту. Просто необходимо помнить, что наш час равнялся ста двадцати стандартным минутам, а наша минута - пятидесяти

стандартным секундам.

Когда я сделал часы, отлив их части на медеплавильном заводе, я собрал их в гроб, который плотники сделали для меня. Я не пытался сделать часы небольшими, так что гроб был

подходящим местом для их размещения, хотя мне и не хотелось смотреть на него в своей

спальне. Так или иначе, кроме того мне нужен был шкаф и комод.

Еще около недели заняла НЛЗ (что означает "нежная, любящая забота" на красочном

слэнге американских инженеров) по доведению работоспособности до приемлемого уровня.

В действительности, погрешность точности хода составляла примерно один процент, но меня

это устраивало. Часы необходимо было ежедневно смазывать (кажется, для этого лучше всего

подходил гусиный жир) и так же часто поднимать веса, но, черт возьми, они работали!

Я поставил часы в столовой у южной стены, так, чтобы толстая стрелка, на которой, кстати, было маленькое солнце, двигалась вслед за солнцем. Людям оказалось совсем несложно

понять это и разобраться в принципах стандарта времени. Я просто сказал, что нам следует

начинать работать, когда большая стрелка здесь, садится обедать, когда она тут и заканчивать

работать, когда она там. Кристина проконтролировала, чтобы работники кухни подавали пищу

по часам и это стало новым правилом. Есть преимущества в том, чтобы быть средневековым

лордом! Никаких комитетов!

21

Наша система измерения углов естественно вытекала из этих часов. Представьте

горизонтальную линию, проведенную через мост из рук и вы сможете назвать угол так, как будто это было время, показываемое большой стрелкой. Угол в три часа соответствовал бы

прямому углу, а все остальные углы измерялись бы по часовой стрелке, а не против часовой -

так, как это делается сейчас.

Я также разработал календарь с четырьмя тринадцатинедельными кварталами и совсем

без месяцев. Первый день Нового года приходился на день зимнего солнцестояния и не был

днем недели. Скажем, была суббота, Первый день Нового года, воскресенье. В високосные

годы было два новогодних дня. Значит, каждый год мы имели один и тот же календарь, что позволяло избежать значительной путаницы. Но я решил составить таблицы, потому что

решил, что не могу просто так бросить эту идею.

Я смог разработать систему мер и весов, потому что их уже и так было такое количество, так что еще одна не имела никакого значения.

Я смог разработать новые часы, потому что никто до этого никто не видел их –

ни в Польше, ни где-либо еще.

Но церковь веками возилась с календарем и потребуется еще кто-то с гораздо большим

влиянием, чтобы "протолкнуть" новую систему.

Может быть, это станет возможным, когда я разобью монголов.

В конце января я совершил мою ежемесячную поездку в Окойтц. Это было частью моей

договоренности с графом Ламбертом.

Я добрался туда рано утром, так как моя кобыла Анна может за полчаса проехать

больше, чем крестьянская семья пройдет за два дня.

Когда я въехал во внутренний двор замка, там царил переполох, а граф Ламберт махнул

рукой в сторону одной из крестьянских хижин у внешней стены.

- У нас тут небольшие проблемы, сэр Конрад. Вы должны посмотреть на это.

Крестьянская семья лежала во внутреннем дворе на обычных соломенных матрасах.

Все они были мертвы, без каких либо видимых причин. Мужчина, его жена и четверо детей

лежали мирно, как будто спали, а их тела были холодными и жесткими. Могло показаться, что они задохнулись от дыма, но крестьянские хижины имели соломенные крыши

и негерметичные стены, так что эта версия выглядела неправдоподобной. Было не особенно

холодно, так что я не думаю, что они могли замерзнуть.

Отравление? Я однажды видел женщину, отравившуюся трупным ядом и там не было

ничего похожего на такую вот мирную смерть. Там повсюду была рвота!

Какая-то разновидность болезни? Но я никогда не слышал о такой болезни, чтобы

человек даже не знал, что он умирает.

Я вышел и сказал:

- Я озадачен, мой господин. Все что приходит в голову, что это какая-то разновидность

болезни. После того, как позаботятся об умерших, сожгите серу в том месте, где они умерли.

Чтобы исключить возможность отравления, уничтожьте все их запасы продуктов. Я бы также

предложил сжечь все их личные вещи. И разогрейте вашу сауну. После того, как будет сделано

все, что необходимо и они будут похоронены, каждый, кто касался их тел должен тщательно

очистить себя. Но все это обычные предосторожности. В действительности я не знаю, что убило их.

Так как я касался трупов, я нагнулся и вымыл руки снегом.

- Все будет сделано так, как ты сказал, пан Конрад.

Граф Ламберт кивнул одному из своих людей и тот ушел, чтобы передать распоряжения.

22

- Было много разговоров о колдовстве в последнее время. Не думаешь ли ты… ?

- Нет, мой господин, не думаю. Любые так называемые "ведьмы" просто

куча сумасшедших старух. Если бы они правильно питались, они выглядели бы не такими

старыми.

- Но все знают о ведьмах!

- Скажите мне, мой господин, почему тогда каждая ведьма, о которой вы узнаете, оказывается бедной несчастной старой каргой? Если они действительно имеют магическую

силу, то почему бы им не превратить себя в красивых богатых молодых женщин?

- В ваших словах есть смысл. Я буду внимательно следить за красивыми молодыми

бабушками, которые к тому же еще и богаты.

- Хорошо, мой господин. Кто были эти люди?

- Вы не узнали их? Это семья Янины.

Янина была одной из девушек, которых я взял с собой из Окойтца в Три Стены.

Она была управляющей складом и моим близким другом.

- Боже мой. Будет тяжело сказать ей об этом. Вся ее семья!

- Не вся. Ее младшую сестру, Котчу, позвала поужинать и переночевать одна из семей.

Бедный ребенок в очень плохом состоянии.

Я помнил этого ребенка. Прошлой зимой она подружилась с Анной и они вместе таскали

бревна по снегу.

- Мой господин, возможно, ей стоило бы поехать со мной в Три Стены. Она могла бы

жить с Яниной.

- Хорошая мысль. Мы поговорим об этом с ребенком после похорон.

Я так никогда и не понял, что убило этих людей.

23

ИНТЕРЛЮДИЯ ПЕРВАЯ

Я нажал кнопку СТОП.

- Так что же убило их, Том?

- Не знаю. Могу проверить это, если вы хотите.

Он повернулся к клавиатуре и начал печатать.

- При всей нашей технологии, почему никто не разработал некоторые интеллектуальные

программы? Все это не должно быть таким сложным. Тогда бы вам не пришлось использовать

эту тупую клавиатуру, - сказал я.

- Такие программы были разработаны. Но я запрещаю ими пользоваться. Машинный

интеллект дегуманизирует людей, которые его используют. Я же хочу жить в мире людей.

- Ты не преувеличиваешь?

- Я так не думаю. Тебе понравился балет, который они поставили вчера вечером?

- Конечно. Это было здорово! Но какое отношение это имеет к компьютерам?

- Непосредственное. Все это шоу можно было бы смоделировать с помощью компьютера

и показать в одном из наших голотанков (Примечание: Голографический театр) со такой

степенью точности, что вы не смогли бы сказать реально оно или нет. Разве это было бы

то же самое?

- Хм… Не думаю, что это было бы то же самое, но не могу объяснить почему так

считаю.

- Тогда скажу я. Суть балета или любого другого вида искусства заключается в том, что его создают люди. Когда вы наблюдаете за танцорами, вы ставите себя на их место, представляя себе, что они думают и чувствуют. Запись или передача данного представления

не является хорошим решением, потому что вы дистанцируетесь от людей, создающих это.

Компьютер, показывающий то же самое представление, абсолютно ничего не стоит.

- Но если ты не знаешь?

- Вас можно было бы обмануть. Но вы бы рассердились, когда бы узнали. Но вернемся

к погибшей семье. Причиной их смерти была плесень на луке. Токсин 8771 из плесени 15395, вымершей в 1462 году. Она была действительно опасной, но не очень долго. Убийство

собственного носителя или людей, которые выращивают вашего носителя, а также плохая

экология не очень хорошо способствовали ее выживанию.

Он нажал кнопку СТАРТ.

24

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Мои ежемесячные визиты в Окойтц использовались для надзора за ведущимся там

строительством, но более там нечего было делать. Суконная фабрика была закрыта до весны.

Без стекла или прилично искусственного света, единственным способом, как вы могли работать

внутри помещения было сидеть непосредственно у открытого окна, что было немного

некомфортно в такую погоду. Но даже в этом случае вы могли работать только шесть часов

в день в хорошую погоду.

Я проверил водяную мельницу, которая пилила дерево, работающие молоты и выполнил

все необходимые виды работ. Там были тысячи тонн воды, и если она замерзнет, мельница

может быть повреждена. Я проверил все емкости, но везде по-прежнему была вода.

Стенки мельницы были полярда толщиной даже в самой тонкой их части, а много

древесины является хорошим изолятором, даже если она мокрая. Мельница вращалась

даже тогда, когда не использовалась, и мои расчеты показывали, что выделяемой энергии будет

достаточно, чтобы вода оставалась достаточно теплой даже в самую плохую погоду.

Но теоретические расчеты часто далеки от реальности! Теперь я был спокоен.

Велись работы на зерновой мельнице, но она была проще, чем водяная, которую

мы построили прошлым летом и Витольд, плотник, не нуждался в какой либо помощи с моей

стороны.

Постепенно продолжалась заготовка леса и большая часть очищаемой земли отдавалась

под выпас овец. Граф Ламберт покупал шерсть, чтобы поддерживать работу своей мельницы, но он думал, что это глупо. Они использовали стальные пилы, которые я показал как сделать

кузнецам из Цешина, но они не нуждались в моей помощи.

Так что я принял сауну, чтобы убедиться, что ко мне не прилипла никакая зараза

и, затем, пошел посмотреть на Котчу.

Я попал в положение приемного родителя сестры Янины. Янина жила в моем доме, я спал с ней какое-то время и, я думаю, наши отношения были естественными.

Котча молчала все время в течение мессы и погребальной церемонии. Мир может

казаться очень жестоким, особенно когда вам девять лет. После того, как ее семью похоронили, она захотела поговорить с Анной.

Моя кобыла не была обычной лошадью. Она была где-то создана какой-то развитой

цивилизацией с использованием биоинженерии. Или, возможно, я должен сказать "когда-то", потому что Анна сказала что цивилизация находилась в далеком прошлом и использовала

машины времени, принцип работы которых она не понимала.

Конечно, она не могла говорить, но она могла обозначать вещи. Она была умна

по-своему и являлась полноправным членом моей общины. Ей платили также, как и всем, но она не тратила многое из того, что получала. Большинство взрослых не могли в это

поверить, но у девятилетней девочки не существовало подобных проблем и они были

хорошими друзьями.

25

- Котча, как насчет того, чтобы поехать в Три Стены со мной и с Анной?

- Где я буду там жить?

- В моем доме с твоей сестрой, со мной и с Анной.

- Анна живет в вашем доме?

- Некоторую часть времени и это больше апартаменты, чем дом. У Анны также есть

стойло в сарае, но большую часть времени она спит в гостиной.

- Могу я спать с Анной?

- Если тебе захочется. Или ты могла бы спать со своей сестрой, или, даже, иметь

собственную комнату, кроме случаев, когда у нас будут гости. Ты могла бы хорошо заботиться

об Анне. Она получает хороший уход в сарае, но я всегда считал, что она заслуживает

особого ухода.

Анна кивнула головой - да. Затем она постучала правым передним копытом и поскребла

по земле слева от себя. Это был наш код.

- Хочешь сказать, что ты готова платить за это? - спросил я Анну - Имеешь в виду, что хочешь нанять Котчу?

- Да.

- Что ты думаешь на этот счет, Котча? Хотела бы ты получить эту работу?

- Да!

- Хорошо. Пенни в неделю достаточно для вас обеих?

- Да и да.

- Раз уж вы двое договорились, то можете начать прямо сейчас. Давай Анне хороший

уход. Если вам что-либо понадобится, я буду в замке. Котча, помни, что теперь ты часть моей

семьи. Ты всегда можешь прийти ко мне со своими проблемами.

Дать ей возможность что-то делать было, пожалуй, наилучшим решением, которое

только можно предложить для ребенка. Физическая активность обычно лучшая терапия для тех, чья проблема не имеет подходящего решения. Ничто в мире не сможет вернуть ее семью назад

и лучшей вещью, которую можно сделать, является просто забыть.

К тому же, это было довольно смешно. Господи! Было достаточно странно, когда

мои слуги получили собственных слуг. Но теперь персональную прислугу получила

моя лошадь!

26

Вернувшись в замок, я спросил графа Ламберта, нельзя ли мне уехать пораньше, так как

для меня не было работы. Но у него были другие идеи.

Он усадил меня и протянул мне бокал вина.

- Пан Конрад, прошлым летом ты говорил о различных типах летательных машин, а также о том, что большинство из них слишком сложны, чтобы их построить. Но у меня

в голове все время крутится "воздушный шар" про который ты упомянул. Я не вижу причин, почему бы мы не смогли бы его сделать. У нас есть достаточное количество хорошей льняной

ткани, веревки и почти баррель льняного масла (Примечание: Баррель - 141,8 литра). Есть куча

плетенных корзин, про которые ты говорил и кроме того, у меня есть большой бронзовый

светильник, который можно использовать для поддержания огня. Моя жена купила его, но я

никогда им не пользовался. Что ты думаешь насчет всего этого?

Господи. Очередная причуда. Я уже вижу это. Теперь, когда каждый рыцарь в Польше

запускает змеев, граф Ламберт должен был затмить их всех со своим воздушным шаром.

Но запускать змеев, по крайней мере, безопасно. Но никто не может сказать, куда приземлится

воздушный шар и его пилот запросто может утонуть, если раньше не выпадет.

- Мой господин, такого рода вещи опасны. Вы не можете контролировать воздушный

шар. Вы полетите туда, куда понесет вас ветер, а ветер может быть очень силен! В конечном

итоге, Вы можете оказаться в Балтийском море!

- Ну и что с того? Ты один из тех, кого не так давно считали потерявшим все шансы.

Разве не так мы думали в прошлом месяце?

- Граф Ламберт, Ваша поддержка значит все для меня и моих проектов. Без этого, я никогда не смогу сделать все достаточно хорошо, чтобы через восемь лет сразиться

с монголами.

- Это трогательно, но уже не соответствует действительности. Может быть, так было

год назад, но теперь у вас есть поддержка герцога Генриха. Подозреваю, что если бы я умер, он просто бы передал все мои земли тебе, оставив мою жену сидеть на наших землях

в Венгрии. Разве мне не достаточно сказать, что я хочу этот воздушный шар?

Я выдохнул. Когда граф Ламберт что-то хотел, он это получал. Идти против него

все равно, что писать против ветра.

- Как скажете, мой господин. Вы хотите, чтобы я создал воздушный шар?

- Конечно! О чем, по-твоему, я говорю?! Небольшой - достаточный, чтобы поднять меня

одного над холмами и деревьями!

- Даже такой шар будет достаточно велик, мой господин.

- И что из этого? Чертежную доску, которая у меня была, ты найдешь установленной

в твоей старой комнате вместе с пергаментом, ручками, светильниками и тому подобными

вещами. Я пошлю девку, чтобы позвать тебя на ужин. Возьми одну на ночь по вкусу, но ты можешь захотеть попробовать Наташу. Она очень умелая. Ну? Приступай!

Я пошел в мою комнату и принялся за работу. Очевидно, мне не разрешат покинуть

Окойтц, пока я не закончу набор чертежей.

27

Я потратил несколько часов на арифметические вычисления и решил, что если

я смогу разогреть сферу воздуха сорок ярдов в диаметре на пятьдесят градусов теплее, чем окружающая среда, то я смогу поднять около пятисот фунтов. Насколько оправдано было

ожидать, что воздух нагреется на пятьдесят градусов Цельсия? Будет ли граф Ламберт

с неизвестным шаром, сделанным из неопределенных и непонятно сколько весящих материалов

весить меньше, чем пятьсот фунтов? Я не имел ни малейшего представления об этом. Я даже

не был уверен в удельном весе воздуха. Никто до этого не просил меня спроектировать

воздушный шар.

Все, что я мог сделать, это внести некоторое количество разумно звучащих инженерных

предложений, которые мои разноцветные американские друзья называли ДДЗ: Догадки Дикой

Задницы.

Меня позвала на ужин привлекательная и веселая девушка, которая сказала, что ее

зовут Наташа. В очередной раз склонившись перед неизбежным, я пригласил ее присоединится

ко мне за ужином.

Когда я сел рядом с графом Ламбертом и другой девушкой, мне сказали, что Котча

на кухне и что я хочу с ней сделать?

Я сказал графу Ламберту, что она присоединится к моему дому и будет правильно, если она будет есть за одним столом со мной. Он благосклонно кивнул. Возможно, он был рад

избежать необходимости предложить ей что-то, что он должен был сделать, если бы я

не захотел взять ее или, возможно, он понял, что я в состоянии сделать предложение

достаточно деликатно, чтобы не задеть чувства девочки.

Но, в любом случае, взъерошенная маленькая девятилетняя девочка с широко

открытыми глазами села между мною и графом Ламбертом. Вскоре он обнял ее. Люди

в тринадцатом веке касались друг друга гораздо больше, чем в двадцатом. Это были отеческие

ласки - графу Ламберту были не интересны девушки, пока они не вырастали.

Это был приятный ужин. Несмотря на то, что нас за столом было всего пятеро, нам прислуживали четыре служанки и, кроме того, играло трое музыкантов. В средневековой

Польше почти все было дорого, за исключением людей. Вы могли иметь столько слуг, сколько

могли прокормить. Любой крестьянин был счастлив, если получал работу слуги. Работа была

легкой и она хорошо кормила и одевала тебя, так как почти что не было дворян, которые

хотели бы видеть вокруг себя оборванных или голодающих людей.

Граф Ламберт получал своих служанок осуществляя таким образом свое "право

господина". Живя отдельно от жены, он просил симпатичных девушек в его городе стать его

служанками. Это было эфемизмом, так как они, как правило, беременели в течение шести

месяцев. Затем он находил для каждой из них подходящего мужа, оплачивал свадьбу

и небольшое приданное, а также регулярно вместе со всеми другими счастливыми людьми

ходил в церковь.

Музыканты не имели такого высокого статуса, какой они имеют в современном мире.

Они просто создавали фон во время разговора.

28

- Понимаете, я никогда раньше не проектировал воздушный шар? Я не могу обещать, что первый же из них будет работать. Мы должны будем построить один и посмотреть, что получится.

- Разумно, пан Конрад. Но у вас было время подумать над этим. Скажите мне, на что

будет похож первый воздушный шар.

- Это мешок из ткани, сделанный из такого же тонкого материала из которого мы делали

змеев. Он выглядит как шар сверху и как конус снизу, - объяснял я, жестикулируя, - по обычаям

моего народа, их ярко окрашивают, но это зависит от вашего решения. Он должен быть

четырнадцать ярдов в ширину и двенадцать ярдов в высоту. Он должен быть крепким, но как

можно более легким. Я думаю, чтобы его запустить, вы должны будете найти три больших

дерева в вашем лесу, которые растут треугольником и, срезав вершины, использовать их

для поддержки шара, пока воздух внутри не нагреется. Запускать шар можно только в мертвый

штиль, такой, какой бывает перед рассветом.

- Выглядит достаточно просто. Я это сделаю. Вы же нарисуете чертежи, прежде чем

уедете?

- Да, мой господин. Будет не слишком нагло, если я попрошу Вас привязать шар

для безопасности? Привяжете его к дереву длинной веревкой?

- Сначала - конечно. Потом - посмотрим…

- Граф Ламберт, еще раз говорю вам - эти вещи не поддаются контролю. Вы никогда

не знаете, где спуститесь вниз. Вы действительно хотите упасть в выгребную яму Фредерика

Второго?

- Ха! That would stuper his mundi, wouldn't it!

Я стиснул свои зубы, но это было единственное, что я мог сделать.

Я приютил Котчу с несколькими дамами графа Ламберта, которые были всего лишь

на пять лет старше, чем она и получил около часа для черчения, прежде чем пойти спать.

Такие вещи "часто идут вкривь и вкось" в Окойтце. Наташа совсем сошла с ума.

Господи, что за энергичная молодая особа! Мы рано ушли спать, но в действительности спали

очень мало. Все же здорово.

(Примечание: "часто идут вкривь и вкось" / "gang aft agley" - отсылка к повести Джона

Стэйнбека "О мышах и людях" / "Of Mice and Men" ставшей знаковым и цитируемым

произведением американской литературы, а также, возможно, к стихотворению Роберта Бернса

"К полевой мыши, разоренной моим плугом" / "To A Mouse, on Turning Her Up in Her Nest, with the Plough")

29

Я продолжил чертить на следующее утро, но чтобы сделать точный чертеж

с измерениями, в одно лицо необходимо ужасно большое количество математических

вычислений. И все это требовало длительного времени и делалось без калькулятора таблиц

или чего-либо еще, а только лишь моей головой и гусиным пером.

Была сделана уже половина работы, когда я обнаружил, что выполнял все расчеты

в десятичной системе, а не в двенадцатеричной, которой научил всех остальных. Я всегда

испытывал проблемы, думая в двенадцатеричной системе и, ведя этот дневник, иногда я не был

уверен в себе, когда я говорю в двенадцатеричной, а когда - в десятичной системе. Таким

образом, что касается воздушного шара, я завершил расчеты в десятичной системе, а затем

перевел их в двенадцатеричную.

И это все были детальные чертежи. Как делать стежки, как прикрепить веревки

к корзине, объяснение важности наличия мешков с песком.

Я закончил работу только к полудню следующего дня.

Наташа оставалась со мной, стремясь выполнять мои поручения, но оставаясь такой же

радостной, если я ее игнорировал. Я начал понимать, что в этой прелестной маленькой головке

скрывался довольно хороший ум.

После обеда я объяснил мои рисунки графу Ламберту, поскольку он не умел читать.

- Отлично, пан Конрад! Я думаю мы сможем быстро сделать это. Ты, кажется, увлекся

Наташей. Веришь ли, но всего неделю назад она была невинна?

- В это трудно поверить, мой господин. Она удивительно… искусна.

- Тем не менее, это так. Я могу это засвидетельствовать, так как лично освободил ее

от этого недостатка. Она талантлива от природы. Смотри, я задержал тебя полдня дольше, чем мы договаривались. Что скажешь насчет того, чтобы я отдал тебе ее в качестве

компенсации?

- Вы собираетесь отдать ее мне?

- Если только ты сам захочешь. Говорю же, она здесь еще только неделю. Ее можно

использовать еще месяцы и месяцы.

Так или иначе, она, вероятно, будет намного более счастлива и здорова в Трех Стенах, чем в Окойтце.

- Я беру ее, мой господин.

Так что я отправился назад в Три Стены с Котчей в седле передо мной, Наташей

в дамском седле позади меня и кучей волчьих шкур, разбросанных вокруг нас.

Анна даже не заметила лишний вес.

30

По прибытии в Три Стены, я взял на себя неприятную обязанность сообщить Янине

о смерти ее семьи. Это остановило домашнее хозяйство на несколько дней. Но жизнь

продолжается, а эти люди уже умерли. Такое случалось постоянно.

Котча взялась за свою работу по ухаживанию за Анной со всей серьезностью и, иногда, тяжело было вытащить из конюшни в школу.

Наташа… Наташа была замечательной. Наташа была моей секретаршей, но также вела

наши записи и банк. Кроме того, расчет заработной платы занимал большую часть ее времени.

Наташа стала моим личным помощником, прежде чем я понял, что нуждаюсь в таком человеке.

Но она также была вполне способна часами сидеть за шитьем или вязанием, не издавая

при этом не звука и не вторгаясь в происходящее. Потом, когда мне нужно было кого-то

послать передать поручение, что случалось довольно часто в безтелефонные времена, она стремилась все бросить и отдать необходимые распоряжения. И она всегда делала свою

работу максимально компетентно. В ней не было ничего глупого. Просто полное…

соответствие.

Было так легко воспринимать ее как должное, что часто я забывал, что она в комнате.

Иногда, я забывал отпустить ее на ночь. Однажды, я занимался любовью с Явальдой

и в середине полового акта обнаружил, что кто-то еще есть в комнате, после чего, мне ничего

не оставалось, как пригласить ее.

Все говорили, что она удивительная, интересная и очень приятная молодая женщина.

И страшно далекая от Кристины, которая злилась все больше и больше.

31

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Пан Конрад составил таблицу для организации работы своих людей в Трех Стенах.

Это была диаграмма, показывающая, кто и на кого работал, которая делала детской игрой

понимание того, к кому необходимо было обращаться за нужной вещью. Данная диаграмма

была установлена на стене в столовой, где каждый мог ее видеть. Кроме того, имя каждого

взрослого в городе было написано на маленьком кусочке дерева, который можно было

перемещать по диаграмме. Потребовалось время, чтобы мы поняли, что это значит. Это было

место, где человек может подняться! Еще один его подарок для нас.

Это также определяло статус и оплату каждого человека, и я был удивлен, обнаружив

себя почти что вверху списка, прямо под паном Конрадом и равным бригадирам и моей любви, Кристине. Теперь я получал три пенса в день - замечательную сумму, так как моя еда, жилье, одежда, лошадь и все расходы выплачивались в дополнение к этому. Мой доход был почти

в пять раз выше, чем у моего отца и мне почти ничего не стоило отвести его в гостиницу, что я и сделал.

Таверна "Розовый Дракон" была замечательным местом, где все было спланировано

паном Конрадом. Общая комната была хорошо освещенной, чистой и всегда полной хорошего

настроения и с хорошим пивом по разумным ценам. Все официантки были очень красивы

и нескромно одеты с высокими каблуками и ажурными чулками. Они носили шляпу с ушами

кролика и своего рода набедренную повязку с кроличьим хвостом. И все!

Когда на улице было холодно, трактирщик зажигал огонь в двух больших жаровнях, чтобы официанткам было тепло, но они были раздеты. Их тела и грудь были обнажены.

Это привлекало мужчин, но большинство женщин держалось подальше, опасаясь конкуренции.

Большинство людей в Трех Стенах были из Цешина, кроме прусов, которые были

еще детьми. Большинство приближенных пана Конрада были в основном из Окойтца, моего родного города, но они редко приходили в таверну. Я обычно пил с Ильей, старшиной

кузнецов.

- Разве ты не должен быть со своей семьей, Илья? - приятно поговорить на равных

с кем-то, с кем ты раньше работал. Это дает реальное ощущение прогресса – Я точно помню, что ты обещал проводить полчаса в день с ними, когда пан Конрад предоставил тебе место

в общежитии для холостяков.

- Я провел с нею всю ночь прошлое воскресенье. Это целых четыре часа, так что

я свободен на неделю. Если тебе это не нравится, то я затолкаю одну из твоих бухгалтерских

книг тебе в задницу.

- Мои желания вряд ли имеют значения. Что делать, если это не понравится вашей жене?

- Тогда я засуну одну из них в ее задницу! Смотри! Я никогда не хотел жениться, но граф Ламберт сказал мне сделать это. Ты знаешь этого человека! Можно ли с ним спорить?!

- Это сложный вопрос…

- Граф Ламберт не любит свою жену, так что она остается в Венгрии, а он заваливает

в свою кровать половину девушек в Силезии! А я?! Все, чего мне когда-либо хотелось –

это чтобы меня оставили в покое! А вместо этого мне навязали дуру со сворой ревущих

спиногрызов! Пан Конрад не хочет жениться, так разве кто-то заставляет его идти к алтарю

с этой оторвой, которая тебе нравиться?

- И я молю бога, чтобы этого никогда не случилось.

32

- Ты больше, чем дурак! Ты тупой маленький мальчик, возомнивший, что он понимает

мир! Ты думаешь, что можешь жениться на своей принцессе и "жить долго и счастливо".

Так бывает только в сказках, но не в реальной жизни. Во-первых, она никогда не будет твоей.

Она хочет получить себе полного рыцаря, как сделала ее подруга Анастасия. Во-вторых, если бы ты действительно заполучил ее, она бы сделала твою жизнь несчастной, также, как это делала каждая женщина с каждым мужчиной с тех самых пор, когда Адам был

настолько глуп, чтобы захотеть перекусить после обеда.

- Может это настоящая любовь, мой друг. Предположим…

Но я увидел, что он больше не слушает. Он смотрел на что-то за моим правым плечом.

Я повернулся посмотреть на это и был шокирован. Никто другой в этом месте, кроме меня

и Ильи, не знал ее, потому что мы были единственными людьми из Окойтца. Но абсолютно

прекрасная и почти голая официантка, облокотившаяся на стол позади нас была Францин -

жена священника, отца Иоанна из Окойтца!

- Что же нам делать? – шепнул я Илье.

Тяжело было отвести от нее глаза.

- Я думаю мы не должны ничего делать, кроме, может быть, того, что поменять стол –

это то, что она ждет от нас! - прошептал он, даже не глядя на меня, - Это не наше дело. То, что

делает она и священник - это их проблемы.

- Но что скажет пан Конрад?

- Он будет сам отвечать за все, что скажет. Ты хочешь иметь ее кровь на своих руках?

Все идет к этому!

Она вернулась к бару и я сказал:

- Разве в таверне нет правила, чтобы каждая официантка была настоящей

девственницей? Но она была замужем в течение многих лет!

- Я ничего не знаю. Я ничего не видел. Я ничего не слышал, - пробормотал Илья.

Вскоре наша официантка сдала смену, и наш столик стала обслуживать Францин.

Я не знал, что сказать и просто молчал. Илья сделал вид, что никогда не видел ее раньше

и сунул несколько пенсов в ее набедренную повязку.

Она вела себя так, как будто не узнала его, хотя, разумеется, это было не так. Они жили

в одной деревне в течение многих лет!

В благодарность, она обняла его и ее великолепные груди оказались по обе стороны

от его волосатых щек. Я онемел от изумления. Также, она прижалась ко мне, хотя я и не дал ей

чаевых, и затем ушла к другим столикам.

Илья отказался обсуждать эту тему.

33

Мы оставались до закрытия, а затем оба вернулись следующей ночью, чтобы

обнаружить, что Францин снова обслуживает наш столик. Я уверен, что ни один из нас ни с кем

ни о чем не обмолвился словом, но я думаю что-то обязательно должно было случиться, поскольку той ночью в воздухе таверны витало дурное предчувствие, как перед началом

шторма или сражения.

Сейчас она называла себя Мария, но не могло быть никакой ошибки насчет нее или ее

явного французского акцента.

Дело уже шло к закрытию, когда муж Францин пришел в таверну.

Он был в своей обычной одежде священника, но она была вся в снегу. На нем не было

одета шляпа и, по-видимому, уже долгое время поскольку его волосы и брови были покрыты

инеем. Его глаза были красными, как у сумасшедшего или у того, кто не спал много дней.

Пугающая картина! Трудно было поверить, что это тот тихий человек, который научил меня

письму.

Илья и я замерли, но другие двадцать с чем-то человек поначалу не обратили на него

внимания.

- Женщина, иди домой!

- Нет!

- Ты моя жена!

Отец Иоанн схватил ее за руку, но она выдернула ее обратно.

- Отойди от меня! Я не твоя жена!

Я увидел, как отец Иоанн достал нож.

- Женщина!

В это время, все мужчины в таверне вскочили на ноги и готовы были прийти ей

на помощь, но на это уже не оставалось времени. Все произошло слишком быстро!

Будучи меньше всех остальных и стоя за спинами большинства из них, я не мог увидеть, что произошло. Я только услышал крик, грохот и глухой звук тела, упавшего на пол.

34

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Кристина и жена трактирщика разбудили меня, поскольку возникли какие-то

неприятности в трактире.

Я позвал пана Владимира, Тадаоса и Анну. Чтобы ни случилось, я хотел иметь

некоторую поддержку. Так как пан Владимир только что принял караул у Тадаоса, они оба

были в доспехах, и моя просьба не создала им проблем. Они были готовы раньше, чем я и мы

вчетвером, сопровождаемые толпой зевак, пошли по снегу в гостиницу, оставив Кристину

и Анастасию охранять закрытые ворота.

Трактирщик никому не позволял уйти и что-либо трогать. Францин, почти голая, съежилась в углу. Я был шокирован, увидев ее. Я не знал, что она покинула Окойтц. И как

могла замужняя женщина получить работу официанткой в гостинице? Тем не менее, она была

в этой одежде или том, что от нее осталось. Она смотрела на меня, но я не мог видеть ее глаз.

Тело лежало на полу… лицом вниз. На нем была одежда священника и, также, была

видна кровь, натекшая под голову.

Я повернулся к трактирщику.

- Что, черт возьми, случилось?

- Мой господин, вскоре после того, как он вошел, я услышал крик, и она попыталась

убежать. Он вытащил нож, а она ударила его табуреткой по голове. Я удивлен, что это

убило его, но это так. Я бы врезал ему сам, но мне не представилось шанса.

Я кивнул и перевернул тело. Лоб был продавлен, а на лице были потеки крови. Через

несколько мгновений, я узнал священника графа Ламберта.

Я сел за стол, все еще не совсем проснувшись. Быть лордом также означает, что ты

должен быть в равной степени полицейским, судьей, присяжным, а иногда даже и палачом.

Я заметил, что Наташа пришла вместе со мной.

- Наташа, узнай имя у каждого и отправь их по домам. Пани Францин, идите сюда.

Мы должны поговорить. Кто-нибудь, принесите нам пива.

Кофе был бы более предпочтителен, но у меня не было ничего, что содержало бы

кофеин.

Комната вскоре опустела, а тело отнесли в церковь. В любом случае, наступило время

закрытия таверны.

Францин подошла, пошатываясь. Ее длинные черные волосы были растрепаны, а на лице

были слезы. Они бежали по ее щекам и падали на ее обнаженные груди.

- Что все это значит, миледи? – спросил я.

По моему жесту, Наташа начала делать заметки на бересте. В дальнейшем, если это

будет необходимо, она сделает хорошую копию на пергаменте, который стоил дорого.

- О чем это Вы? Полагаю о том, что я совершила убийство.

Она говорила с сильным французским акцентом. Ее большие глаза были все еще полны

слез. Ее маленькие соски были влажными и возбужденными.

Я дал ей свой носовой платок.

- Убийство? Я в этом не уверен. Они сказали, что ты попыталась уйти, а он достал

оружие. Это не убийство. Непредумышленное убийство в худшем случае. Я все еще не уверен, что здесь произошло преступление. Но для начала, объясни, что ты здесь делаешь? И почему ты

работаешь официанткой?

Она попыталась вытереть слезы, но они продолжали идти. Она даже вытерла подбородок

и грудь.

- Я пришла сюда, чтобы заработать деньги. Франция далеко и для путешествия туда

необходимы деньги. А хорошо известно, что женщина может заработать больше, чем где бы

то еще, работая официанткой в вашей таверне.

Даже в ее эмоциональном состоянии она все еще оставалась рациональной. За этим

красивым личиком был сильный характер.

35

- Но официантки должны быть девственницами. Жена хозяина таверны должна была

тебя проверить.

- Она проверила. Я подошла.

Она была одновременно горда и стыдилась говорить это.

И она начала успокаиваться.

- Но ты же была жената в течение многих лет!

- Была ли я жената? Некоторые так говорили!

Я увидел, как она старательно сдерживает гнев.

- Ты имеешь ввиду, что вы никогда?..

- Я имею ввиду, что он не мог!

Она снова начала плакать.

Какая ужасная ситуация! Я попытался представить как это могло происходить у них: быть рядом с потрясающее красивой женщиной каждую ночь в течение многих лет и быть

физически не в состоянии утолить ее желания. И она, не в состоянии действовать свободно, будучи публичной фигурой в маленьком городке, но постоянно знающая, что любой из тысяч

мужчин был бы рад ее получить.

И в течение всего этого, лицемерно претендуя на то, чтобы быть примером

для подражания всей общины. Это привело бы к безумию и более сильного человека чем я.

- Итак, ты его бросила. Ты рассказала ему, куда пошла?

- Мы поругались.

- Вы поругались. Он тебя ударил?

- Мы ругались и кричали. У него не хватило мужества, чтобы меня ударить. Я сказала, что собираюсь вернуться во Францию и начала действовать. Но на запад шел только торговый

караван. Он остановился у пана Мешко и, таким образом, я оказалась здесь.

Мое решение было очевидным.

- Боюсь, тебе придется задержаться здесь некоторое время. Не думаю, что было

совершено преступление. Ты всего лишь себя защищала и не думала о том, что удар мог его

убить. Я не думаю, что у отца Иоанна было право заставлять вернуться тебя назад, потому что

я не думаю, что он был твоим мужем. Замужество должно быть подтверждено.

С другой стороны, человек мертв и граф Ламберт имеет право на Высокий суд.

Я сообщу ему как обстоят дела и посмотрим, что он скажет. Не думаю, что он захочет тебе

навредить - это не в его характере. Но до тех пор, пока я не узнаю его решения, ты должна

оставаться в Трех Стенах. Я не буду сажать тебя под замок, но тебе запрещено выходить

за пределы ворот.

- Могу я продолжить работать?

- Если хочешь. Или я могу где-то найти тебе комнату. Можешь присоединиться к моей

семье, если хочешь.

В Трех Стенах не было тюрьмы. И, на самом деле, было очень мало тюрем во всей

средневековой Польше. Тюремное заклю чение не считалось наказанием, так как в этом случае, многие использовали бы эту возможность, чтобы сидеть, ничего не делать и получать еду.

Человек может быть заключен в тюрьму, если судебное разбирательство не может быть

проведено немедленно, но человек может быть опасен или попытаться убежать. Я видел

множество подобных ситуаций, которые происходили здесь.

- Я буду работать. Через несколько месяцев у меня будет достаточно денег на дорогу

домой.

- Как хочешь. Сейчас тебе нужно поспать. Завтра я поеду в Окойтц. Я сообщу тебе

о решении графа Ламберта как можно скорее.

Официантки проживали вместе в нашей таверне. Она не останется одна.

- Спасибо, мой господин.

Она встала и ушла.

Она все еще немного шаталась, но ее спина была прямой.

Мне понравилось, как она сказала "мой господин"…

36

На следующее утро я позвал каждого из свидетелей и услышал по существу ту же самую

историю от каждого из них. Хозяин таверны сказал правду.

Наташа вела заметки и пока что ее почерк был не настолько привлекателен, как сама

Наташа, но не было никаких вопросов к точности или разборчивости. Я поднял ее на уровень

в статусе и оплате труда. Это все еще было на ступеньку ниже, чем у остальных главных

девушек, но только лишь с целью оставить мотивацию для дальнейшего развития.

Еще до полудня я прибыл в Окойтц, где обнаружил, что главный этаж ткацкой фабрики

был превращен в фабрику по производству воздушных шаров.

Граф Ламберт был сюзерен более чем ста рыцарей, но большинство из них зимой

оставались дома. У него было более чем достаточно ткачих для его фабрики, но они также

отправились домой и по весне будут заменены новыми. Но, помимо этого, непосредственно

в городе жили восемьдесят крестьянских семей, которых и заставили делать шар.

Когда я туда добрался, была закончена плетеная корзина и установлено бронзовое

блюдце. Это был поднос с красивой гравировкой имеющий два ярда в поперечнике, наподобие

тех, на которых выносят главное блюдо на большом празднике. Теперь в нем было пробито

тысяча отверстий, чтобы обеспечить лучший поток воздуха через огонь.

Если бы я знал насколько прекрасно блюдо, то я бы создал другую сетку для огня

и предложил бы ее в обмен. Но такова жизнь с ее многочисленными упущенными

возможностями.

Внутри здания, три десятка дам всех возрастов сшивали вместе длинные матерчатые

лоскуты. Они сидели в большом кругу вокруг стола на козлах с законченным верхом

воздушного шара, который был смят в центре. Граф Ламберт решил, что она раскрасит

свой шар в бело-красные цвета семьи Пястов, которые, позднее, стали цветами всей Польши.

Графа Ламберта я нашел в замке.

- Пан Конрад, вы приехали раньше в этом месяце. Я не ожидал вас увидеть раньше

следующей недели.

- Возникли некоторые проблемы, мой господин. Ваш священник умер.

- Собачья кровь! Что случилось?

Я все ему рассказал.

- Как видите, мой господин, я не думаю, что произошло преступление, но право

на Высокий суд остается за вами.

- Обычно, мне приходиться признать твою правоту, и не думаю, что я смог бы заставить

себя повесить такую прекрасную женщину, даже если бы она была бы виновата. Но в этом

случае ты ошибся. Жена священника убила священника. Ну, хорошо, возможно, как ты

говоришь, она не была его женой, но это не нам решать. Это дело не в нашей юрисдикции.

Это дело церковных, а не гражданских законов, поэтому и решать его будет церковный суд.

О, нет! Если церковь будет такой же неуклюжей при решении данного вопроса, как это

было в случае суда инквизиции надо мной, то у бедной Францин может уйти много времени, чтобы добраться до Франции.

- Что я должен делать, мой господин?

- Ну… раз уж ты здесь, то мог бы потратить день или два для того, чтобы

проконтролировать, как выполняются работы. Когда вернешься в Три Стены, необходимо

подробно записать события и направить их епископу во Вроцлав. Спроси у пана Мешко как все

сделать правильно. Раньше он был клерком.

- Не торопитесь возвращаться, пока вопрос не будет решен. Последнее, что мне нужно, так это еще больше проблем с церковью! И, да! Раз уж вы здесь, напишите от меня запрос

епископу, чтобы он прислал другого священника. Раньше это для меня делал отец Иоанн.

А теперь, когда его нет, этого не сможет сделать никто, кроме тебя.

- Буду рад помочь, мой господин. Но, прежде чем уйти, я хочу спросить, разве одна

из учительниц пани Ричезы не находиться здесь, в Окойтце?

- Да, совсем о ней забыл. Никогда не думал, что буду использовать женщину для такого

рода вещей, но предполагаю, что, в крайнем случае, придется это сделать. Не то чтобы я хотел

ущипнуть эту старую ведьму. Так пани Францин сейчас является одной из ваших официанток?!

Возможно, стоит съездить в Три Стены, чтобы это увидеть!

37

Следующим утром, я остановился, чтобы увидеть пана Мешко.

Он был удивлен, услышав о смерти отца Иоанна. Он даже не знал, что пани Францин

останавливалась в его поместье вместе с караваном. После небольшого обсуждения, мы решили, что ему лучше поехать вместе со мной в Три Стены, чтобы самому описать суть

произошедшего.

Пани Ричеза поехала с нами, взяв с собой ее четвертого, самого маленького ребенка.

- Старшему уже двенадцать, - сказала она, - Ему пришло время самому попробовать

поуправлять поместьем.

Пройдет два года и ребенок сможет жениться. История Средневековья это, в большинстве своем, история детей.

Пан Мешко работал три дня и составил отдельные показания от каждого из свидетелей, включающих владельца таверны, его жену, священника, который осматривал тело, мои

и, конечно, пани Францин.

- Если ты хочешь, чтоб дело продвигалось быстро, то лучше дать им всю информацию

на как можно большем количестве листов пергамента, - сказал пан Мешко.

Совсем как в современные времена. Затопите их бумагой!

Это была первая поездка пани Ричезы в Три Стены и ее сильно впечатлила сантехника, кухня и ванные комнаты. Ее отзывы о таверне были не столь благоприятны, хотя, конечно, она

остановилась не в ней, а в моих покоях для знатных гостей.

Пани Ричеза и пани Францин провели много времени вместе, разговаривая.

Когда бумаги был подготовлены, я подумал, что лучше было бы самому доставить их

во Вроцлав. Анна могла довести меня во Вроцлав за один день, в то время как, путешествие

с караваном заняло бы неделю и, кроме того, в это время года, могло пройти до месяца, прежде чем мы бы дождались каравана, идущего в нужном нам направлении.

С другой стороны, мы тратили огромные деньги, чтобы обеспечивать медеплавильный

завод медью из Венгрии. В двадцатом веке, Польша являлась одним из основных мировых

экспортеров меди, и я примерно представлял, где были расположены шахты – в полудне пути

к западу от Вроцлава, около Легницы. Я хотел оценить данную территорию и посмотреть, кто ей владеет. Возможно, у меня получилось бы недорого ее купить.

Кроме того, я никогда не был в средневековом Вроцлаве и испытывал небольшое

сожаление по поводу этого. Несмотря на возражения всех остальных, я поехал один.

Анна может мчаться как ветер и, выехав на заре, она неслась галопом весь день почти

без остановки, пока мы не добрались до Вроцлава на закате.

Пригороды города были обычные и неопрятные, но его центр был построен на острове

Тумский в центре реки Одер. Он был хорошо укреплен крепкой кирпичной стеной как против

наводнений, так и против любых захватчиков. Над ним возвышались башни столетнего собора

и громада замка Пястов.

Охранник на мосту вскочил и отдал честь, когда я подъехал. Думаю, до этого он никогда

не видел пластинчатый доспех, но он узнал плащ из волчьей шкуры, который я носил, поскольку я дал точно такие же герцогу Хенрику Бородатому и его сыну, принцу Хенрику

Благочестивому. Вроцлав был средоточием силы Хенриков и их фамильным местом в течение

многих веков.

Охранник указал мне направление в резиденцию епископа, разговаривая с довольно

сильным немецким акцентом. На службе у герцога было много немцев, отчасти потому, что немецкие законы первородства оставляли безземельными многих младших сыновей

рыцарей, толкая их к найму у иностранцев, а также потому, что жена, мать и бабушка по линии

отца были немками.

У немецких князей было также много принцесс для того, чтобы их выдавать замуж, как и младших сыновей, а концентрация богатства по праву первородства всегда приводила

к тому, что они могли себе позволить колоссально большое приданое. Это был довольно

странный вид вторжения, но все же это было вторжение.

Швейцар у двери резиденции позволили мне войти и вызвал камергера. Этот достойный

человек, услышав, что речь идет о вопросе, имеющем юридическое значение, проводил меня

к секретарю епископа.

38

- А, знаменитый пан Конрад Старгард! Пожалуйста, проходите. Епископ нездоров, но, без сомнения, я бы мог организовать аудиенцию в течение недели или двух.

Я отлично почувствовал, что за небольшую мзду секретарь мог бы немедленно

организовать аудиенцию с епископом, но, к счастью, я вообще не хотел видеть старого

хвастуна.

- Как печально! Ведь я с нетерпением ожидал возможности выразить мое почтение

Его Преосвященству. Пожалуйста, передайте ему этот пакет. Речь идет о смерти одного из его

священников.

- Что это?

- Речь идет о кровавой смерти в результате насилия одного из членов семьи священника.

Возможно, мне не стоило говорить об этом, опасаясь вызвать сплетни в церкви.

Мужчина посмотрел на печати, скрепляющие пакет документов. Пан Мешко настоял

на том, чтобы поставить свою личную печать, личную печать кольцом, которую я сделал

для себя, а также мою печать как егермейстера, которую я дал ему, как знак своей власти.

Если под рукой был еще десяток печатей, то он использовал бы и их, только лишь

для того, чтобы заставить послание выглядеть более значимым. Также, он написал полное имя

и титул епископа на внешней стороне, наряду с надписями жирными буквами "персонально"

и "конфиденциально" под ними. Пану Мешко также понравилась предложенная мною фраза

"Только для глаз Его Преосвященства" и он незамедлительно написал и ее тоже.

Все это значило, что секретарь не посмеет его открыть, но, кроме того, не посмеет

задержать решение данного вопроса, надеясь получить от меня небольшую взятку.

- Вы можете полностью мне доверять! Я посвящен во все тайны епископа.

- Я в этом не сомневаюсь. Но все написано в этих документах. Уверен, что Его

Преосвященство захочет увидеть их без промедления.

- Ну… может быть я мог бы устроить короткую встречу.

- Нет, нет. Не думаю, что стоит беспокоить Его Преосвященство, когда он нездоров.

Я буду молиться за Его скорейшее выздоровление.

Я поднялся, намереваясь уйти.

- Но конечно…

- Более ни слова. Я не имею права беспокоить такого важного служителя церкви, как Его Преосвященство. Как только он почувствует себя лучше, я всегда буду к его услугам.

Я остановлюсь в замке Пястов.

И я ушел, посмеиваясь.

Хотел получить от меня взятку? Теперь пусть умрет от любопытства, пока епископ

соизволит сообщить ему о сути дела. Более того, я был уверен, что секретарь будет стремиться

как можно скорее доставить сообщение адресату, чтобы удовлетворить свое собственное

любопытство.

39

ГЛАВА ПЯТАЯ

В замке был обед, когда я прибыл. Меня усадили за один из низких столов, но герцог

заметил меня и пригласил сесть рядом с собой за высокий стол, который был почти на полярда

выше, чем другие. Высотой, примерно, с барную стойку.

Чтобы сделать это, он вынужден был попросить барона сесть за стол пониже; тот, в свою

очередь, сделал то же самое с рыцарем, а тот – с каким-то помещиком. Кроме того, каждый

из этих достойных господ взял с собой свою жену или подругу, но никто, казалось, не возражал. Видимо такое происходило постоянно.

- Отлично, мой мальчик. Что привело вас во Вроцлав в такую погоду?

- Две вещи, Ваша светлость. На моей земле был убит священник и епископ должен быть

проинформирован об этом.

Герцог захотел услышать больше, поэтому я коротко рассказал ему о смерти

отца Иоанна.

- Ха! Это собьет спесь с епископа. Теперь расскажите всю историю подробно и так, чтобы это все услышали!

Никто не посмел возразить герцогу. Прямые приказы есть прямые приказы, а пани

Францин скоро возвращается во Францию, так что ей не будет стыдно за огласку.

Толпа тут же затихла и я сказал громким голосом:

- Вы знаете, Ваша светлость, что пани Францин была внучкой епископа Франции. Она

была хорошо воспитана и имела все основания на хорошее замужество, будучи одной из самых

красивых женщин, которую я когда-либо видел. Но когда там были приняты григорианские

реформы, запрещающие брак для духовенства, то варварские законы этой страны в один

момент поставили ее вне закона! Лучшее, что она смогла сделать – это выйти замуж за бедного

молодого священника из Польши, где григорианские реформы не были одобрены. Если бы

не приданое, я бы никогда не услышал об этом.

Как уже было сказано, они прошли через юридические и церковные церемонии брака, но был ли это действительно брак или нет, еще предстоит выяснить. Пани Францин и отец

Иоанн приехали в Польшу и жили несколько лет как муж и жена, как это каждый мог видеть, но была одна проблема.

- Проще говоря, отец Иоанн был физически не способен быть с женщиной – у него

"не стоял". Они жили в этой ужасной ситуации в течение многих лет, но однажды они

поссорились. Она знала, что на самом деле они не жената – для этого брак должен быть

официально оформлен. Она покинула его и пришла работать в мою таверну в Трех Стенах, чтобы заработать деньги на дорогу во Францию. Многие из вас знают, что девушка должна

быть девственницей, чтобы работать в моей таверне официанткой. Я содержу таверну, а не публичный дом и жена трактирщика физически проверяет наличие девственной плевры.

Пани Францин прошла проверку. Отец Иоанн нашел ее, попытался забрать в Окойтц и достал

нож, когда она отказалась с ним поехать. Она ударила его табуретом в порядке самозащиты, так как ее униформа предполагала, что она будет ходить почти раздетой и с нею не было

никакого оружия, которым она могла бы защитить себя. К удивлению всех, этот удар убил его.

Я приехал во Вроцлав, чтобы доставить доказательства того, что было мною сказано, епископу.

Реакция толпы была неоднозначной. Некоторые, во главе с принцем Хенриком, были

шокированы, но большинство сочувствовали пани Францин, а половина из них разделяла

презрение герцога к духовенству и находила историю забавной.

- Богатенький мальчик! И теперь почти что голая жена священника обслуживает

простолюдинов в таверне!

- Это ее выбор, Ваша светлость. Знакомы ли Вы с тавернами Розовый Дракон?

- Да, я останавливался в одной из них в Кракове. Пришлось воспользоваться своим

служебным положением, чтобы попасть туда, настолько много было людей. Когда ты

собираешься построить такую же здесь во Вроцлаве?

- С вашего разрешения, Ваша светлость, этой весной.

- Разрешения?! Мальчик, я тебе приказываю! Просто выбери место и я тебе обещаю, что ты его получишь. Какие налоги ты платишь в Кракове?

40

- Одну шестую всей прибыли, которую делю между городским советом и епископом

Кракова.

- Этим городом управляю я и ты будешь платить мне. Если люди епископа начнут

создавать тебе неприятности, отправляй их ко мне.

- Хорошо, Ваша светлость.

- Пошлешь сюда пани Францин, когда построишь здесь таверну?

- Если Вы этого хотите, Ваша светлость, я передам ей, что Вы хотели бы ее здесь видеть.

Понимаете, она не давала мне клятвы, и я не могу заставить ее приехать. Но пока не решены

юридические вопросы я запретил ей покидать Три Стены.

- Не беспокойся об этом, мой мальчик. Я отвечу за все. Епископ вряд ли будет

возражать, если ты будешь выполнять мои приказы. Таверна была вторым вопросом, которой

ты хотел со мной обсудить?

- Нет, Ваша светлость. Второй вопрос будет касаться чего-то гораздо более выгодного.

Но я думаю, нам об этом стоит поговорить наедине.

- Как скажешь, мой мальчик. Найди меня сегодня вечером после праздника.

После ужина из семи блюд, который, на мой вкус, был немного переперчен, нас

в течение часа развлекала компания клоунов и жонглеров, но их номера были чересчур

грубыми для меня. В завершении своего выступления они показали номер, где "двухчеловечная

лошадь" гадит на полированный каменный пол перед столом герцога.

Он счел это изумительным и громко им аплодировал. Человек, который должен был

убрать лошадиные экскременты, выглядел не таким веселым.

За клоунами вышли несколько танцоров, танцевавших в основном вальсы и мазурку, отдавая дань моде, которую я случайно начал. По крайней мере, это выглядело лучше, чем те панковатые вещи, которые они танцевали до этого.

Я продемонстрировал польку, все еще оставаясь одетым в пластинчатые доспехи, когда

увидел, что герцог ушел. Вскоре после этого, я раскланялся и был препровожден в покои

герцога.

Я остановился в дверном проеме и спросил: "Ваша светлость, вы действительно

говорили серьезно прошлый раз о том, что нет необходимости оказывать формальные знаки

внимания, когда мы разговариваем с глазу на глаз?"

- Что? Конечно, нет! Я хочу, чтобы ты пресмыкался передо мной и чтобы я мог проявить

великодушие и сказать тебе этого не делать. А сейчас поклонитесь и давайте с этим покончим!

- Да, Ваша светлость.

Я отвесил ему глубочайший поклон.

- Самонадеянный ребенок! Черт побери, сядь уже, наконец, и скажи, о чем ты хотел

поговорить со мной.

- Да, Ваша светлость.

Я сел и он толкнул свою золотую чашу с вином в мою сторону. Это была та же самая

из которой он пил. Предлагая ее мне, он оказывал мне большую честь, поскольку местные

обычаи были тем, чем они были. Я сделал из нее большой глоток. Не сделать это значило бы

нанести герцогу оскорбление. Я просто надеялся, что он не плевал в нее.

- О чем ты хотел поговорить?

- Вы знаете о том, что я прибыл из будущего, Ваша светлость.

- Конечно. Я говорил тебе, что общался с твоим священником. Так что?

- В двадцатом веке, Польша является одним из крупнейших в мире экспортеров меди, в то время как сейчас вся медь для моих изделий из латуни покупается в Венгрии и мы

являемся одним из крупнейших в мире импортеров меди. Множество польских денег уходят

в Венгрию и делают богатым короля Эндрю.

- Хах. Эндрю был не слишком вежлив со мной в последнее время. Итак, где же эта руда?

- Возможно, в пятнадцати милях от Легнице. Мне нужно будет найти точное место

и выяснить, кому принадлежит эта земля.

- Второе ты уже сделал, мой мальчик. Земля на сорок миль вокруг Легнице принадлежит

моей семье на протяжении веков. Итак, у меня есть медь. Что ты за нее хочешь?

41

- Ну… я мог бы взять землю в аренду, Ваша светлость, и, что если я буду платить Вам

шестую часть прибыли?

- Шестую часть?! Я получу только одну шестую часть за то, что у меня уже есть? Я дам

тебе третью часть за то, что ты найдешь руду и запустишь ее плавку.

- Но, Ваша светлость, затраты на создание эффективной шахты, заводов и других зданий

будут очень большими. Они потребуют сотен тысяч пенсов. Если я заплачу за это…

- Кто говорит, что вы? Это будет моя земля и мои фабрики и шахты. Я просто хочу, чтобы ты запустил их для меня также, как ты построил эти ткацкие фабрики для графа

Ламберта. Они разбогател на них, ну или мог бы разбогатеть, если бы его венгерская жена

не выгребала половину зарабатываемых им денег.

- Интересно, Ваша светлость. Я всегда удивлялся, почему граф Ламберт всегда

так страстно стремиться торговаться или делать ставки тканью, но не деньгами.

- Ну что ж, теперь вы это знаете. Ну что, мы договорились?

- У меня будет полный контроль над всеми операциями?

- Черт, конечно! Ты думаешь я горю желанием пачкать мои руки коммерцией? Делай

все, как тебе хочется, и я оставлю тебя в покое сразу же, как только ты получишь хорошую

прибыль после первого года.

- Будут ли о рабочих также хорошо заботиться как в Трех Стенах? Они будут давать

клятву верности мне?

- Это пустая трата денег, но я отвечу "да" на твой первый вопрос. И ты получишь

большинство из них, если они дали клятву кому-то еще, так что я отвечу "да" и на твой второй

вопрос. Что еще ты хочешь украсть у старика?

- Тарифы, Ваша светлость. Будет большое количество перевозок. Мы будем брать кокс

в Трех Стенах, перевозить его на мулах и барже, затем снова на мулах к шахте, выплавлять там

медь и затем везти медь обратно в Цешин. Вдоль этого маршрута расположено одиннадцать

пунктов сбора дорожной пошлины. С этим можно что-то сделать?

- Достаточно. Это будут мой кокс и моя медь. Ты должен будешь сообщить мне, если

какой-либо мелкий барон попытается обложить их налогом. Если и после этого он будет

создавать тебе проблемы, принеси мне его голову! Все остальное можете выбросить. Не хочу

видеть идиотов у себя на службе.

- Спасибо, Ваша светлость. Я считаю, что мы заключили соглашение.

- Решено. Все запиши и принеси мне завтра. Не хочу больше ходить вокруг да около, а хочу, чтобы это было обязательством для обеих сторон. Конечно, учитывая то, как ты

ввязываешься в драки, эта договоренность может пережить вас. Вы использовали один из твоих

приемов дзюдо, чтобы сломать руку тому крестоносцу на поединке?

- Похоже на то, Ваша светлость. Это называется каратэ. У меня не было выбора. Он был

действительно лучшим бойцом, чем я. Мой меч застрял в его щите и я не мог его вытащить.

У меня не было ничего, кроме моих голых рук, чтобы сражаться с ним!

- Ха! Я думал, что ты просто с ним играл! Но тогда почему ты выбросил свой щит?

- Опять же, Ваша светлость, я вынужден был это сделать. Тот первый удар по голове, который он мне нанес, убил бы меня без этих новых пластинчатых доспехов. А так, его удар

развернул и зажал мой шлем. Я мог смотреть только лишь через мое правое плечо. И, в любом

случае, я не мог использовать свой щит. Я даже не мог его видеть! К счастью, однажды

я изучил стиль боя на мечах, в котором не используется щит, а только меч. Этот вид спорта

в мое время называется фехтованием, поскольку в целях безопасности бойцы обычно

сражаются стоя по различные стороны сетки (Примечание: Здесь имеют место быть

особенности английского словообразования: fencing - фехтование, fence - сетка). Я использовал

эту технику против него.

- Хах! И вы победили его новой тактикой!

- Не совсем, Ваша светлость. Он все еще был лучше, чем я. Я победил его в основном

потому, что десять из двенадцати смертельных ударов, которые он мне нанес, не причинили

мне вреда. Пана Адольфа победила броня, которую я ношу.

- Интересно. Можете сделать такую же броню для моих людей?

42

- Да, я собираюсь, Ваша светлость. Но эта броня стоила мне одиннадцать тысяч пенсов –

в десять раз больше, чем стоит кольчуга. Через несколько лет, у меня будут машины, которые

позволят мне производить и продавать такую броню по пятьсот пенсов и я смогу делать ее

тысячами.

- Хорошо. Я хочу один комплект брони для меня, а еще один – для моего сына.

- Хорошо, Ваша светлость. Нет никаких причин, почему бы мы не могли бы сделать еще

несколько комплектов вручную. Я сделаю два комплекта в подарок для вас и вашего сына, но прошу понять, что они должны точно соответствовать вашему телу. Пластины

не растягиваются как кольчуга. Каждый из вас должен будет провести немного времени в Трех

Стенах, пока они не будут сделаны.

- Я в любом случае хотел к тебе приехать, как для того, чтобы увидеть те новые чудеса, которые ты там делаешь, так и для того, чтобы полюбоваться на сиськи пани Францин!

По весне жди меня в гости.

- Прекрасно, Ваша светлость. С нетерпением буду ждать Вашего визита. Обязательно

возьмите с собой оружейника, чтобы мы могли показать ему, как правильно обслуживать

доспех.

Я покинул его покои в радостном возбуждении. Если я был прав, пани Францин

получила защитника, приближенного к королю, и теперь могла не беспокоиться о проблемах

с законом. Герцог был законом. Если она ему понравиться, она будет в безопасности, в независимости от того, будет церковный суд или его не будет. Старый мужчина является

идеальным защитником для молодой женщины. Он имеет богатство и власть, чтобы ее хорошо

содержать, но не имеет возможности сделать ее беременной. Немногие современные девушки

это понимают, но их предки были мудрее.

Что было еще более важно для меня, герцог собирался профинансировать все работы

связанные с добычей и переработкой меди! О, я должен был убедиться, что он получит

хорошую прибыль на вложенные им деньги, но если дела пойдут туго, то он понятие не имеет, что может сделать современный инженер, креативно подойдя к учету.

Кроме всего прочего, я ведь лично обучал моих бухгалтеров!

Я пришел в выделенную мне кастеляном комнату, которая была довольно приятна, и сказал слуге, что я хочу стол, четыре лампы, пергамент, чернила и перо. После того, как все

было доставлено, я сказал, что хочу на ночь приятную молодую девушку, после чего

отпустил его.

Оказалось, что дама будет стоить дополнительных денег, если только я не захочу одну

из дворянок, которая подкупила его, чтобы он предложил ее мне. Он был полностью

откровенен со мной и спросив его, я выяснил, что он слышал, что я волшебник, который так

или иначе знает обо всем. Он знал, что он не мог солгать, поэтому решил, что его лучшим

шансом выжить было говорить абсолютную неприкрытую правду. Есть определенные

преимущества в том, чтобы иметь странную репутацию.

За ужином не было никого, кого бы я нашел достаточно привлекательным и счел

оправданным сталкиваться с такими сложностями и, кроме того, ни одна из дам не была

незамужней. Последней вещью, которая бы мне была бы нужна, был бы взбешенный муж, вызывающий меня на дуэль. Когда я спросил про других дам, которые мог бы получить, то мне

сказали, что их стоимость была пенни или два.

Я дал ему четыре, сказав, что хочу какую-нибудь молодую, привлекательную, активную

и послушную. Я хочу ее в течение часа и если она не окажется на должном уровне, я выну его

из кожи. Думаю у меня было какое-то маниакальное настроение. Обычно, я не говорю людям

такие вещи, но когда все идет прекрасно, меня охватывает сильное возбуждение.

Он сказал, что сделает все, что может, но что он должен сказать даме, которая его

подкупила?

- Просто скажи ей, что в прошлом году я убил шестнадцать человек и не хочу нести

ответственность за чьих-то ревнивых мужей.

- Все будет сделано так, как Вы сказали, мой господин.

И он ушел.

43

Я был близок к завершению контракта с герцогом, когда он вернулся с двумя молодыми

девушками.

- Я не был уверен в ваших вкусах, мой господин.

- Пускай останется рыженькая, - сказал я, поднимая глаза.

Я дал блондинке пенс за беспокойство и отпустил ее вместе со слугой.

Я сказал рыженькой раздеться и лечь в кровать, а сам вернулся к написанию контракта

с герцогом. После того, как я закончил, я потушил три лампы из четырех, разделся

и присоединился к ней.

Я начинаю думать, что граф Ламберт был прав. Самый простой способ командовать

подчиненными - это отдавать приказы и ожидать, что они будут исполнены.

Утром герцог прочитал договор и сказал, что он со всем согласен и передал его своему

секретарю, чтобы тот сделал несколько чистовых копий.

Я зашел на кухню замка, упаковал обед, достаточный для шести человек и был рад

увидеть, что слуга Анны был готов к исполнению поручений.

- Там не было уздечки, мой господин, и вы не носите шпоры! – сказал он, подавая мне

мое новое здоровенное копье и щит.

- Анна не любит уздечку и шпоры. Скажи слугам герцога, что я могу вернуться, а могу

и не вернуться сегодня к вечеру.

Я выехал с острова через южный мост так, чтобы оказаться на западном берегу Одера.

Река замерзла, но речной лед может быть коварен, особенно, когда ты едешь верхом. Анна

может делать удивительные вещи, но я не хочу рисковать утонуть безо всякой на то причины.

Дорога до Легнице заняла около часа. Оттуда мы поехали на северо-восток, пока

не натолкнулись на реку, после чего поехали вверх по течению реки, пока не достигли места, где она сильно поворачивала на восток.

Я был на шахтах один раз, и они были недалеко от реки, думаю, что на этом ее повороте.

Конечно, это было в двадцатом веке, когда большинство лесов было уже срублено, а в этом

месте была застроенная промышленная зона. И реки поменяли русло.

Уже смеркалось, когда я подумал, что мы приехали в нужное место. Мы не видели

никаких признаков жилья уже в течение нескольких часов и Анна сказала, что она никого

не чувствует. К счастью, я взял с собой мой старый спальный мешок и у меня был небольшой

опыт зимнего кэмпинга.

Анна сказала, что на свежем воздухе она чувствует себя просто отлично и у нее тут есть

много еды.

44

Спать в пластинчатых доспехах не так уж и плохо. Похоже на то, как ты лежишь

в анатомическом кресле и, по крайней мере, ветки и камни на земле уже тебя не беспокоят.

Единственной проблемой было то, что я закрыл забрало, чтобы держать мое лицо в тепле, и когда я проснулся, внутри моего шлема было полдюйма инея.

Мне пришлось снять шлем (что было вовсе не легким делом), чтобы счистить иней.

Но даже после этого, на шлеме осталось достаточное его количество, чтобы, когда он

разогрелся днем, мне за шиворот побежала вода.

Утром я обнаружил, что Анна съела большую часть орешника среднего размера!

Это удивило меня и мы поговорили об этом. Кажется, она могла есть любую

органическую пищу. Если она могла выбирать, она предпочитала зеленую траву, потом зерно, но, в крайнем случае, дерево тоже было неплохо.

Орешник был лучше, чем сосна, а фруктовые деревья так вообще вкусными.

Ей не нравился уголь, поскольку он отдавал серой, но кокс был вполне сносным на вкус.

- Анна, ты не перестаешь меня удивлять. Можешь мне как-то помочь найти место, где мы должны поставить шахту? Мы ищем медную руду. Нужно найти сульфид меди, который

выглядит как черный, тяжелый камень.

Она сказала, что чувствует как что-то воняет где-то недалеко и ушла искать.

К тому времени, когда она вернулась, я закончил есть и упаковал мои вещи.

Я ее оседал и мы пошли посмотреть на то, что она нашла.

Там действительно были тяжелые черные камни и, как сказала Анна, они пахли серой, хотя я ничего не чувствовал. Мы потратили все утро и набрали около шести десятков фунтов

этих камней. Анна разгребала снег, а я использовал мой старый лагерный топор, чтобы

выковырять их из земли.

После обеда я загрузил их в мой рюкзак и сказал Анне, чтобы она ехала во Вроцлав.

Ей не требовалось идти точно по следу. Если она когда-либо где-нибудь была, она всегда

могла указать туда направление от того места, где мы находились.

Мы добрались во Вроцлав достаточно рано, чтобы перед ужином я успел принять ванну

и в этот раз, мне не нужно было танцевать в доспехах.

Герцог был обижен на меня, поскольку я не спросил разрешения на то, чтобы уехать, но он повеселел, когда я показал ему руду, которую привез в рюкзаке.

В ту же ночь мы подписали и скрепили печатью оба экземпляра нашего контракта.

- Еще одна вещь, мой мальчик. Я сказал, что я дам тебе двести тысяч пенсов, а ты сказал

мне, что все равно не сможешь начать раньше поздней весны. Для меня это скудное время года.

Большинство своих налогов я получаю сразу же, после сбора урожая, так что я заплачу тебе

сейчас. Можешь забрать деньги у казначея после того, когда от меня выйдешь.

- Ваша светлость, могу ли я выехать утром?

- Конечно. Я приеду к тебе с визитом во время весеннего сева. В любом случае, все остальные слишком заняты, чтобы со мной разговаривать.

Как и было приказано, рыженькая ждала меня в моей комнате.

45

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Даже нагруженная рудой и всеми этими деньгами, Анна доставила нас в Три Стены

к закату, что было очень хорошо, потому что последние три мили началась сильная метель.

Снег не прекращался в течение трех дней и к тому времени мы были полностью

похоронены. Прошло шесть недель, прежде чем кто-либо смог приехать или уехать.

Конечно же, работа выполнялась как обычно и мы имели достаточно запасов, так что все было

неплохо. Но не было способа, которым я мог бы добраться до Окойтца, чтобы совершить

мой ежемесячный визит к графу Ламберту.

Однажды, после того, как мы были засыпаны снегом уже месяц, я услышал снаружи

шум. Я выбежал на задний балкон, чтобы посмотреть, что произошло и увидел, что все смотрят

наверх над моей головой. Чтобы это увидеть, я должен был бежать на передний балкон.

Граф Ламберт летел на воздушном шаре!

Он имел красно-белые вертикальные полосы и огромного белого орла Пястов

на красном щите, размещенном на его боку (Примечание: Пяст (польск. Piast) — легендарный

предок династии польских королей Пястов). Судя по размеру корзины, шар был намного

больше, чем ему следовало бы быть.

Я помахал ему и, думаю, он помахал мне в ответ. Но я ничего не мог сделать.

В конце концов, в Три Стены попал торговец и сказал нам, что снег действительно

глубок только последнюю милю. Сгорая от стыда, я поехал к своему сеньору.

Я нашел его в его покоях с сетчатой шиной на его ноге.

- Пан Конрад, где ты был?

- Я был занесен снегом, мой господин. Что случилось с Вашей ногой?

- Обычная история. Я сломал мою ногу, упав с неба! Точнее сказать, когда меня после

этого потащило вперед. Говорю вам, я пролетел полпути до Киева!

- Что случилось, мой господин? Я думал, Вы собираетесь привязать воздушный шар.

- Я это сделал, но он порвал трос, как будто это была нитка. Разумеется, это был

второй шар.

- Второй шар, мой господин?

- Первый шар не был достаточно силен, чтобы поднять меня с достаточным запасом

угля. С одним мною и горящим огнем, но не смог подняться от земли. Ну что же, ты предупредил, что такое может случиться, поэтому я сделал второй шар по твоим чертежам, но в два раза больше.

- В два раза больше, мой господин? Вы имеете в виду в два раза большего объема?

- Предполагаю, что так. Мы просто взяли все размеры, которые ты представил

и удвоили их. Потребовалось чертовски много ткани, но у нас ее было достаточно.

- Да, мой господин. Я предполагаю, что потребовалось в четыре раза больше ткани и шар

получился в восемь раз большего объема. Вероятно, он имел подъемную силу в десять раз

больше, чем первый.

- Думаю, да. Он просто оборвал веревку и полетел как испуганная птица! Думаю, вначале меня понесло на юг, по-крайней мере, думаю, что видел Три Стены. Оттуда вещи

выглядят по-другому!

- Мы видели вас, мой господин.

- Замечательно! Вы видели мой гордый герб Пястов? Несомненно, что некоторые

из моих предков несли его с большей честью, но никто из них еще не нес его выше! Думаю, множество людей видели его хорошо, потому что, я думаю, ветер переменился, и я уверен, что видел Вавельский Замок. Это была еще одна странная вещь. Я видел, как ветер качает

деревья, но я сам не чувствовал никакого ветра! Я был в мертвом штиле всю дорогу! Но все же, я двигался! Можете объяснить мне эту странную вещь?

46

- Конечно, мой господин. Вы путешествовали с ветром. Вы чувствуете ветер, только

если он двигается со скоростью, отличной от вашей.

- Не вижу в этом смысла, но если тебя это не беспокоит, то и я тоже не буду

беспокоиться. Я попытался приземлиться в Вавеле, но не смог заставить шар сесть! Я перестал

поддерживать огонь, но кафедральная башня на Вавельском Холме промелькнула мимо до того, как я начал снижаться. Потом я оказался над другим лесом и был вынужден быстро развести

мой огонь. Говорю вам, я уже почти коснулся верхушек деревьев, когда снова начал

подниматься. Поднявшись, я продолжил свой полет на изрядной высоте. Так я и летел дальше, поднимаясь и опускаясь, пока у меня не закончился уголь. Потом я приземлился и остался

на месте. Как вы можете видеть, приземление вышло… сложным.

Он показал на свою сломанную ногу.

- Мой господин, почему вы не выбрасывали мешки с песком в самом конце?

- Потому что у меня их не было. Я знаю, что ты сказал мне их взять с собой, но я подумал, что будет лучше взять такое же количество древесного угля. В конце концов, я всегда могу выкинуть уголь точно также, как и песок. А если нужно, уголь можно

использовать, чтобы подняться выше. Но, в конечном счете, я не смог найти достаточно

большого поля, чтобы приземлиться. Большая часть местности представляет собой лес.

Так не кажется, когда путешествуешь по дорогам, но это так!

- По крайней мере, вы остались живы, мой господин и получили приключение, о котором только может мечтать большинство мужчин.

- У меня было даже более захватывающее приключение чем то, о котором ты знаешь, пан Конрад. Когда я упал и лежал там беспомощный и одинокий, толпа чертовых крестьян

хотела сжечь меня как ведьму! Они все квакали на этом наполовину понятном русинском

языке. Если бы их староста не увидел крест Пястов на моем великолепном шаре, то думаю

я уже был бы мертв. Как бы то ни было, он отвез меня домой и через три дня с десяток моих

людей меня забрали. Но моего любимого шара больше нет. Крестьяне разорвали его в клочья.

Держу пари, что у каждого крестьянина в Красной Русе теперь есть красно-белый плащ!

- Небольшая потеря, мой господин. Уверен, вы бы не стали использовать его заново.

- Почему бы и нет?! Я попытаюсь это сделать в следующий раз.

- В следующий раз Вы можете приземлиться в середину Балтийского моря!

- Хорошо, и что из этого? Как вы считаете, любой здравомыслящий человек захочет

умереть или стать старым? Если ты хочешь подумать о чем-то пугающем, то подумай о том, что ты можешь стать морщинистым и больным калекой у которого все время что-то болит!

Такова старость и я не хочу это испытать! Смерть в Балтийском море была бы славной смертью

и прославила бы меня, как будто бы я погиб в бою.

Я попытался зайти с другой стороны.

- Через восемь лет начнется одна из самых больших войн в истории. Вы что, хотите ее

пропустить?

- Имеешь в виду монголов? Конечно же, нет!

- В таком

случае, Вам придется постараться остаться в живых, или ваша

преждевременная смерть не позволит принять в ней участие. Таковы правила. Что если Вы

смогли бы хорошо послужить своему герцогу в этой войне? Что если бы Вы поднялись бы

в воздух, точно бы увидели, где находится враг и могли бы сообщать его светлости о каждом

перемещении врага?

- Клянусь Богом! Я немедленно должен начать строить другой воздушный шар!

- Не шар, мой господин. Шар может улететь с поля боя и тем самым выставить Вас

на посмешище. Некоторые даже могут сказать, что Вы сбежали.

- Мы могли бы привязать его.

- А что если битва изменит свое местоположение как это иногда случается? В любом

случае, вы видели, что случилось с вашим последним тросом.

- И что же ты тогда предлагаешь?

- Мы пройдем весь путь и построим самолет! Самолет может лететь вверх или вниз

по вашему желанию. Вы сможете лететь в любом направлении, каком захотите и сможете

обогнать ветер!

47

- Но ты сказал, что самолеты слишком сложны для нас в постройке!

- Да, конечно же, их нелегко построить. Это займет годы, но подумайте о том призе, который мы получим. Летать, как птицы"

- Если люди могут это сделать, мы это сделаем, пан Конрад! Когда мы начнем?

- Думаю, мы должны будем построить целый город, посвященный полетам. Нам

понадобятся лучшие плотники и швеи, которых мы только сможем найти в Польше. А чтобы

в будущем иметь пилотов и конструкторов, мы должны начать работать с мальчиками.

Мы начнем работать с десяти - двенадцатилетними мальчиками и для начала построим

небольшую модель самолета.

Мы должны будем попробовать множество вещей, и мы сэкономим время, если сначала

построим модель. По мере того, как мальчики будут расти, будут расти и их модели и через

несколько лет мы построим полноразмерный самолет.

- Но почему мальчики? Почему не взрослые?

Правда заключалась в том, что наблюдение за сотней мальчишек будет держать графа

Ламберта занятым и в безопасности, но я не могу ему этого сказать.

- Умы молодых людей свободны от предрассудков. Предстоит сделать больше работы, чем Вы и я успеем сделать за свою жизнь. Нам потребуется помощь. Но откуда мы ее можем

получить? Вы себе можете представить толпу крестьян, пытающихся научиться летать?

Торговцев? Священников? Это смехотворно! А дворяне слишком заняты своими собственными

делами, чтобы тратить на это свою энергию.

А мальчики могут, особенно, если мы возьмем их в новый город подальше от их

родителей и других отвлекающих факторов. Было бы лучше, если бы мы ограничились

сыновьями знати, поскольку нам будут нужны взрослые чтобы выполнять столярную работу

и делать другие вещи, не говоря уже о том, чтобы готовить пищу и заниматься уборкой.

Было бы лучше, если мальчики будут иметь некоторую власть над простыми рабочими.

- Ты прав, пан Конрад! Какой из мальчишек не подпрыгнет от радости, если ему

представиться такая возможность?

- Я побеспокоюсь о проектировании предприятий. Вы должны будете выбрать землю.

Нам понадобиться около одной квадратной мили, большая часть которой должна быть

абсолютно ровной, но с одним большим холмом на ней. У Вас есть такое место на вашей земле?

- Несколько. Но я думаю о старой гробнице. По крайней мере, они говорят, что это

гробница, но, насколько я знаю, это может быть и просто холм. Знаешь гробницу Крака около

Кракова? Она представляет собой то же самое, только больше по размеру. Также, она покрыта

деревьями, но этот вопрос можно быстро решить!

- Прекрасно, мой господин. Это далеко отсюда?

- Около трех миль. Один из моих рыцарей покажет тебе, где это. Спланируй все так, чтобы быть готовым к этому сразу после весеннего сева. Тогда я смогу дать тебе для этого

тысячу рабочих.

- Тысячу, мой господин?

- Две тысячи, если сможешь их использовать. Я заставлю каждого из моих рыцарей

послать мне десяток крестьян на два месяца. Я смогу заплатить им одеждой. Так или иначе, но этого будет достаточно для начала. Мы назовем город Орлиное Гнездо!

- Да, мой господин.

Чем больше я думал об этом проекте по дороге в Три Стены, тем больше он мне

нравился. Конечно же, в обозримом будущем мы не будем иметь достаточное количество

самолетов, но будет здорово иметь кучу ярких детей, которые, в дальнейшем, сформируют

инженерную школу! Они будут моими будущими инженерами! Кроме того, граф Ламберт

получит что-то, на что он сможет потратить свою свободную энергию.

Соответствовать нескольким десяткам молодых людей умотает любого мужчину!

С другой стороны, это означало жуткую занятость весной и летом. В одно и то же время, когда

крестьяне были свободны между севом и началом сбора урожая, мне необходимо

было выполнить два проекта. Когда ситуация становится слишком сложной, нужно

использовать магическое слово СЭПП: Сделай Это Проще, Придурок! (Примечание: В оригинале KISS (поцелуй): Keep It Simple, Stupid!)

48

Делай то, что ты делал до этого. Первые строения, которые необходимы - это жилища –

такие же, как в Трех Стенах. Я бы начал с того, что заказал бы такие же инструменты, которые я сделал прошлым летом лишь с небольшими изменениями там, где накопленный опыт

уже показал нам лучший способ. Но только теперь я закажу два комплекта: один для графа

Ламберта, а другой – для герцога. Я пойду к тем же мастерам и потребую те же цены.

Жилые дома будут такими же, как в Трех Стенах, за исключением того, что я

расположу их в виде полых квадратов вместо прямых линий, как в Трех Стенах, поскольку они

будут стоять на открытом пространстве, а не в каньоне, со всех сторон защищенном скалами.

Но потребуется спроектировать все сложные части: кухни и ванные комнаты. К тому же, мои

люди уже имели опыт их изготовления и монтажа.

Я смогу объединить вместе две команды опытных плотников и каменщиков и на этапе

строительства сделать их лидерами, временно привлекая крестьян для выполнения тяжелой

работы.

Прямо сейчас мне очень хотелось направиться в Цешин и начать заказывать вещи, но все

мои рисунки и записи были в Трех Стенах. Моя голова была занята моими новыми планами

и я не задержался там надолго. На закате следующего дня я снова был в пути и через час

разговаривал с братьями Краковски.

За год произошла существенная разница в них самих и в их медном производстве.

Двенадцать месяцев назад они были на грани смерти от голода и каждый из них в течение зимы

потерял ребенка. Теперь же они были уверенные и зажиточные граждане. Они и их семьи были

здоровы, и в каждой из них добавилось по одному члену и планировалось, что они будут

увеличиваться и в дальнейшем.

Их фабрика процветала, имея более пятидесяти рабочих и двенадцати разливочных

печей. Они должны были выполнить заказы на латунные детали для двадцати трех ветряных

мельниц, а также большое количество других вещей.

Я сказал им, что теперь у них есть заказ еще на четыре ветряные мельницы, а также

то, что данная работа имеет приоритет над всеми остальными. Также, мне необходимо

в двойном количестве все то сантехническое оборудование, что мы использовали в Трех Стенах

и некоторые другие вещи, кроме этих.

Они расстроились из-за необходимости задержки заказов другим покупателям, но когда

я сказал, что половина этих вещей предназначалась графу Ламберту, а оставшаяся часть -

герцогу Хенрику, то они успокоились. Никто не будет сильно настаивать, рискуя спорить

с герцогом. Это вредно для здоровья!

Наконец, я рассказал им о медной шахте, которую обнаружил. Это вызвало их интерес!

Они все были недовольны ценами, которые вынуждены были платить и мысль о том, чтобы

добывать и плавить собственную медь их заинтересовала.

Том сказал, что когда он путешествовал, он в течение года работал как плавильщик, так что я попросил его контролировать работы летом следующего года. Это означало, что ему

придется оставить свою жену на несколько месяцев, пока не будут построены дома, но это их

не беспокоило. И это несмотря на то, что они были молодоженами. Я намекнул, что если дела

в Легнице пойдут хорошо, мы переместим латунный завод из Цешина туда, чтобы сократить

транспортные затраты.

Мы немного поговорили о целом городе, занимающимся добычей, плавкой, литьем, а также обработкой латуни и меди и мог видеть огонь в их глазах.

Я дал Тому половину руды, которую привез, чем мгновенно поверг его в депрессию.

Это был не тот тип медной руды, которую он когда-либо видел. Руда к которой он привык была

красноватая и немного тяжелее.

Я сказал, что такая руда должна быть прогрета на открытом огне, прежде чем она может

быть использована в плавке, и он сказал, что попробует это сделать. Но я видел, что у него

остаются серьезные сомнения по поводу проекта.

Я сделаю так, что он поверит. Надеюсь…

49

Я был рад, что Тадеуш вернулся в Цешин, успешно организовав в Кракове таверну

Розовый Дракон. Она уже окупила стоимость своего строительства и приносила хорошую

прибыль.

Он был абсолютно доволен тем, что сам герцог попросил создать таверну Розовый

Дракон во Вроцлаве и поклялся, что сделает ее в этом городе в течение недели, независимо

от того, какая будет погода.

Я дал ему рекомендательное письмо к герцогу, скрепив его моей большой печаткой.

Также я сказал ему о том, что к концу лета нужна еще одна маленькая таверна у медной шахты

недалеко от Легнице.

Затем я потратил два дня, торгуясь с кузнецами и плотниками, чтобы получить

необходимые мне инструменты. Имя герцога произвело впечатление на каждого, и я получил

то, что заказал в течение двух дней, тогда как прошлым летом у меня это заняло два месяца.

Я также встретился с торговцев тканями, с которым мы заключили контракт прошлым

летом. Мы согласовали поставку двух тысяч ярдов ткани согласно заключенному ранее

соглашению. Он не был счастлив относительно этой сделки, поскольку цена на ткань упала

относительно той, что была прописана в соглашении, и он потеряет деньги выполняя

соглашение. Я не позволил ему уклониться от выполнения соглашения. Никогда не советовал

ему быть капиталистом!

Затем я вернулся назад в Три Стены, где людям до сих пор было не до конца понятно, что происходит. Мне потребовался день, чтобы поговорить с моими бригадирами и определить, кто должен будет пойти и делать работу.

И кроме всего этого, продолжалась работа в Трех Стенах и мы должны согласовать

график, чтобы работа продолжала выполняться и дальше, несмотря на то, что мы теряли

две трети наших лучших рабочих и должны были нанять кучу новичков.

Большинство из тех, кто поедет в Орлиное Гнездо потом вернуться, но те, кто уйдет

в Медногорск уйдут насовсем.

Я чудесно провел время!

Я получил эскизы новых зданий в течение четырех дней в основном благодаря помощи

пана Владимира. Он стал хорошим чертежником и я почти сделал из него инженера. Но оценив

количество дерева, которое мы должны будем распилить за несколько месяцев я понял, что потребуется три наших балансирных пилы, чтобы выполнить работу для каждого из новых

мест строительства.

Качество работы, выпускаемой медеплавильным заводом неуклонно повышалось.

Пришло время, чтобы попробовать изготовить паровую лесопилку.

Мы отливали трубы. Сделать цилиндрический котел будет не слишком сложно.

Мы обрабатывали подшипники и втулки. Сделать цилиндры, поршни и втулки будет

не намного сложнее. Мы делали водные клапаны высокого давления. Сделать паровые клапаны

вполне нам по силам.

Единственной сдерживающей причиной было проблема крепления заглушки

к цилиндру. Я не видел другого способа это сделать, кроме как использовать стальные винты.

То небольшое количество винтов, которые нам удалось сделать до этого, были изготовлены

вручную, были дорогими и не слишком аккуратными.

Мне нужен был токарно-винторезный станок, чтобы аккуратно нарезать винты и сделать

хорошие краны и штампы. А токарно-винторезный станок должен иметь аккуратные винты, чтобы изготовить достаточное количество инструментов. Я должен был иметь винты, чтобы

изготовить винты!

Я отложил проблему в сторону, надеясь, что мое подсознание что-нибудь придумает

и продолжил работу над оставшейся частью двигателя.

Мы были вынуждены распиливать огромные бревна в два и три ярда толщиной, так что

циркулярная пила должна была бы быть шесть ярдов в диаметре. Изготовление такой пилы

было за пределами наших технических возможностей.

50

Возможно, мы могли сделать большую ленточную пилу, но такое лезвие должно было

быть очень гибким, а я сомневался в качестве нашей стали. Я набросал схему достаточно

большой ленточной пилы, и она получилась огромной, сложной для перемещения, изготовления и также очень дорогой. Сделай это проще!

Затем я взял одну из наших четырехярдовых продольных пил и начертил трехярдовый

цилиндр на каждом ее конце. Поочередно прикладывая усилия к штокам на концах цилиндра

мы сможем перемещать полотно пилы туда и обратно. Я установил цилиндры горизонтально, так что машину нужно было разместить в яме. Управляемый вручную шнек проталкивал

бревно на лезвие, а простейший механизм удерживал бревно под нужным углом.

Мне потребовался день, чтобы сделать чертежи цилиндрического котла, манометра

и предохранительного клапана и, наконец, поместил все эти вещи на колеса. Потребуется

с десяток мулов, чтобы переместить их, но, по крайней мере, не потребуется разбирать все это, чтобы сдвинуть с места. В течение пяти дней у меня был полный комплект чертежей всего

устройства.

Первый паровой двигатель в мире!

Но я так и не выяснил, как сделать хорошую резьбу. Наконец, я просто разработал

простой токарно-винторезный станок, хотя все еще не видел, как можно его построить. К этому

времени мы в значительной степени распространили технику из медеплавильного завода в Трех

Стенах, в комплекте со свиньями в больших клетках для хомяков, поворачивающих токарные

станки, так что я просто дал чертежи Илье и приказал ему сделать мне один станок

(Примечание: Не понял смысл предложения. Скорее всего, предложение содержит какое-то

идиоматическое выражение).

Илья отлично выполнял работу в кузнице, но у него не было опыта машинной обработки

как у братьев Краковски. Я дал ему этот сложный проект, поскольку братья Краковски были

достаточно рассудительны, чтобы задавать вопросы, пока что-то не становилось им понятным, а у меня не было ответов на их вопросы.

С другой стороны, Илья никогда не был рассудителен. Его эго было таково, что он

никогда не признавал, что есть что-то, что он не может понять. Он был воинственным, нетерпимым, упрям, но он не был тупым.

Токарный станок будет самым сложным оборудованием из всех, которые у нас имелись

на текущий момент, но я дал ему это задание так, как будто я просил ручку для топора.

Я просто объяснил, что необходимо сделать и почему и попросил его сделать это как можно

быстрее. Он несколько мгновений пристально смотрел на чертежи, а затем сказал, что если

я хочу это идиотскую вещь, то он ее сделает.

В течение следующих пяти недель было очень трудно что-либо получить из кузницы, а ремонтные работы он выполнял с большой неохотой. В конце концов, чтобы обеспечить

инструментами плотников и каменщиков, я вынужден был вмешаться и разделить кузнецов

на плавильщиков и группу мехобработки.

В какой-то момент я шел по заводу и увидел, что Илья тщательно обертывал ярко-красную женскую ленту вокруг гладкого латунного прутка и тщательно отмечал на прутке

места где ее касался верх ленты. Я не сказал ни слова.

В другой раз я видел, как он намеренно сыпал песок на набор крутящихся шестерней

в то время как на другой машине один из его помощников крутил железную гайку взад и вперед

на длинном латунном винте.

Гайка состояла из двух частей, которые затем были соединены вместе и это все, тоже

было посыпано мелким песком. Помощник сказал, что он выполнял эту скучную работу уже

в течение двух недель, но я не хотел вмешиваться. Если Илья решил, как ему нужно делать

свою работу то что ж, замечательно. Если он "упадет на свою задницу", то унизительный опыт

поможет ему лучше ладить с собой.

51

Но Илья сделал это! Токарный станок работал лучше, чем я ожидал, а эго Ильи было

так велико, что он даже не принял за это похвалу. Он сделал вид, что он может делать такие

вещи каждый день. Так что, я поставил его во главе изготовления паровых лесопилок

и сказал ему, чтобы в этот раз он возился не так долго.

Большинство современных заводов строится на плоской земле. Мое оборудование

по погрузке материалов было ограничено мужчинами с тачками, а уголь добывался из шахты

несколькими сотнями ярдов выше дна долины. Я использовал склоны стен долины, чтобы

им помочь.

Вытаскиваемый из туннеля уголь сваливался в кучу почти у самого выхода. Ниже этого

места была площадь для очистки и сортировки, а еще ниже располагались верхушки коксовых

печей. Я построил верх доменной печи ниже, чем верх коксовой - примерно на уровне с входом

в пещеру мальчиков, откуда добывали железную руду. Конечно, все еще нужно было

использовать тачки, но, по крайней мере, нам не приходилось их толкать в гору.

Илья был настроен скептически, относительно того, чтобы использовать что-либо кроме

древесного угля для изготовления железа, но я его заставил и с нашим коксом и железной рудой

он, в конце концов, начал изготавливать приличное кованное железо. Он все еще настаивал

на том, что древесный уголь был лучше, чем кокс, особенно для процесса цементирования

при изготовлении стали, но, в конечном счете, он использовал очень мало древесного угля.

Каменщики были заняты сборкой доменной печи, когда погода испортилась.

Они всю зиму нарезали для нее блоки песчаника, а мы были хорошо обеспечены коксом

и железной рудой.

Через пять дней устойчивого горения, мы сделали нашу первую плавку, пробив

глиняную пробку длинным железным прутом и отскочив в сторону, наблюдая за тем, как расплескивается поток расплавленного железа. После этого, мы выполняли плавки четыре

раза в день.

Инженеры-химики часто называют себя "ведерными химиками" в отличие

от "пробирочных химиков" которые работают в лабораториях, поскольку они часто делают

свои эксперименты с большим количеством химикатов. Скорость реакции, а также, иногда, конечные продукты могу значительно изменяться в зависимости от используемого количества

химикатов, так что эти люди все перемешивают ведрами.

Я был во всех отношениях "ведерным химиком". Я получил доменную печь посредством

строительства полноценной доменной печи и месяцами экспериментировал с требуемыми

количествами кокса, руды и извести. То небольшое количество железа, которое мы получили

в эти первые месяцы было просто сброшено в кучу для последующей очистки, поскольку оно

немного стоило в его нынешнем состоянии.

Просто не было никакого способа вести дела в меньших масштабах не имея какого-либо

способа для измерения температуры. Изящество пришлось заменить грубой силой.

Нужно ли нам больше воздуха в печи? Мы не знали. Построим побольше мехов, поставим побольше людей и посмотрим, что произойдет.

Все, что мы сначала могли сделать с чугуном, так это залить его в длинные впадины

в песке, но мы всегда могли его снова расплавить, снова бросив его в печь. Я заставил приехать

Михаила Краковски и организовать для нас операции по литью.

Он использовал ту систему, с который был знаком, разливая расплав в глиняные формы, а не в песчаные, которые применяются в современных литейных цехах. Но это заработало

и я не видел необходимости что-либо менять. Во всяком случае, используя глину, он получил

гораздо более лучшую поверхность, которую я когда-либо видел в случае использования песка.

Так что, вонь и грязь доменной печи была добавлена к зловонию из коксовых печей.

Домницу, которую мы построили вплотную к доменной печи, была гораздо менее

экспериментальной. Она производила кованное железо тем же самым способом, который Илья

использовал в Окойтце, просто в значительно большем количестве. Одна из первых паровых

машин, построенная после паровых пил, был паровой молот, который превращал литые

железные блюмсы, взятые из печи, в железные прутья. Он работал на избыточном тепле, создаваемом самой печью, а трубчатый котел был размещен на дымоходе.

52

Илья гордился этой домницей и использовал ее со всей возможной эффективностью.

Но он ненавидел доменную печь.

Он видел возможность лишь очень ограниченного использования чугуна, который

изготавливался при гораздо более высокой температуре, содержал намного больше примесей

и был таким хрупким, что должен был быть сразу отлит в своей окончательной форме, поскольку вы не могли согнуть его, не рискуя его сломать. Какой смысл в железке, если вы

не можете ее ударить?

В конце концов, я вынужден был поставить другого человека управлять доменной

печью, поскольку Илья считал, что она попусту расходует руду и кокс.

Но чугун является полезным материалам. В скором времени мы изготовим из него набор

таких товаров, как горшки, кастрюли, сковородки и прочую кухонную утварь в таком

количестве, которым сможет гордиться даже моя бабушка.

И чугун является лучшим материалом для создания станин больших машин. Он жесткий, стабильный в размерах и имеет волокнистую структуру, которая поглощает вибрации. Если вы

посмотрите на чугун под микроскопом, то он выглядит как куча игл, но у нас не было

микроскопа.

Кроме того, чугун является исходным материалом для изготовления большого

количества стали, а мы собираемся получать ее в большом количестве, чтобы победить

монголов. Но попробуйте в этом убедить Илью!

53

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

В двадцатом веке есть много расовых стереотипов и большинство из них носят

унизительный характер. Понимаете, о чем я говорю.

Все англичане - жесткие, формальные и высокомерные. Все французы - пьяницы, одержимые внебрачным сексом. Все немцы - поджигатели войны, тратящие все свое свободное

время на изготовление смехотворно сложных игрушек. Все негры - ленивые преступники.

Все американцы - громкие богатые хамы. Все евреи - хитрые мошенники. Поляки же все всегда

делают наоборот.

Всем известно, что большинство таких заявлений - ерунда. Люди в любой группе

различаются. Некоторые из них добрые и мудрые, другие - плохие и глупые, а большинство

из них заурядные.

И все же, во многих стереотипах есть доля правды. Англичане более формальны, чем большинство других людей. Потребление вина на душу населения во Франции пугает

настолько, что любой человек из другой страны, который выпивал бы как средний француз, считался бы алкоголиком. И, так уж исторически сложилось, что немцы начинали очень много

войн, потерпев поражение в большинстве из них.

Я не собираюсь соглашаться с тем, что поляки все делают наоборот, но я соглашусь, что они смотрят на вещи под другим углом, чем большинство других народов. Так, например, обычный поляк не испытывает никаких трудностей с таким понятием как квадратный корень

из минус единицы - такой вещью, которая может вызвать кататонию у логичного во всем

англичанина.

Указанная частная теория регулярно используется при проектировании электрических

приборов, а также в Америке, где существует тенденция, что различные национальности

тяготеют к определенным специальностям - так половина инженеров-электриков там польского

происхождения. Аналогично, многие архитекторы и конструкторы - итальянцы, а арабы

начинают доминировать в рыночной торговле.

Это не значит, что какая-либо из этих национальностей заставляет другие уйти из своей

зоны компетенции. Это значит, что отдельные люди стремятся работать там, где они хороши.

Все, что я пытаюсь сделать, так это объяснить, почему я построил высокую дымовую трубу

боком (Примечание: Не факт, что я правильно перевел данное предложение, т.к. автор часто

использует речевые обороты, содержащие внутренние смысловые противоречия).

Полагаю, что могу утверждать, что структурные ограничения на доступные материалы

и отсутствие определенных типов машин требовали строительства вентиляционной трубы

на другой стороне горы, но этого так и не произошло.

Кроме производства чугуна, кованого железа и извести для цемента, я хотел производить

кирпичи, плитку и глиняные трубы. Однажды я прочитал про древнее китайское изобретение, называемое "горном дракона" - длинной печи для обжига, построенной на склоне горы.

Мы заполнили печь необожженными изделиями и разожгли костер в ее нижней части.

Остальная часть печи функционировала как дымоход и кирпичи, расположенные дальше, прогревались и сушили, как и те, которые были расположены внизу у огня. Затем, мы зажгли

еще один костер выше по печи. Воздух, поднимающийся вверх по печи, был разогрет

от горячих кирпичей в ее низу, и требовалось меньше топлива, чтобы обжечь кирпичи, расположенные выше. По мере того, как время шло, мы разжигали новые костры все выше

и выше, позволяя старым гаснуть.

Потребовалась неделя, чтобы обжечь все кирпичи в печи, после чего, мы взяли все

обожженные кирпичи и положили новые на их место. Система имела много общего

с современной системой обратной продувки.

Скоро, мы добавили вторую печь рядом с первой и с этого момента могли работать

непрерывно.

54

Один из рабочих коксовой печи поругался со своей женой из-за зловония, которое

в течение всего дня создавала его работа. Он предложил мне построить дымоходы так, чтобы

отвести дым коксовых печей в "горны дракона" и, таким образом, убрать его из долины.

Он принес с собой комплект чертежей, показывающих, как это может быть сделано. Сделав

небольшие изменения, мы попробовали это сделать и это сработало. Вонь уменьшилась

и долина стала гораздо более пригодным местом для жизни. Кроме того, дым содержал

изрядное количество несгоревших газов, которые дожигались в "горнах дракона"

и, в результате, уменьшился расход топлива.

С течением времени, мы делали "горны дракона" все длиннее и длиннее, пока они

не достигли вершин самых высоких гор. Тогда мы построили вверху дымовую трубу и все

вредные выбросы вылетали в нее.

Я сделал мужчину почетным гостем на следующих вечерних субботних танцах, публично дал ему триста пенсов в качестве награды и как можно скорее после этого дал ему

повышение. В результате я получил целую коллекцию самых странных предложений, каких

себе только можно себе представить. Я хотел поощрить рабочих думать, но не ожидал такого

обилия тупых идей.

В конечном счете, я вынужден был разработать систему фильтрации высказываемых

предложений, а также платить дополнительные бонусы бригадирам за их оценку.

Но система работала. Мало того, что это привело к большому количеству полезных

устройств, но также выделило работников, которым было бы выгодно дать дополнительную

инженерную подготовку. С течением времени я должен был делать все меньше и меньше работ

по проектированию собственными руками. Это было хорошо, поскольку работа по управлению

занимала все больше и больше моего времени.

В конце концов, нас уведомили, что герцог прибудет следующим утром, так что

я приказал оркестру быть готовыми. Они собрали или сделали семь медных инструментов –

в основном, трубы, а я научил их нескольким фанфарам.

То есть я насвистел мелодии, а они придумали, как сыграть их на трубе. Их жены

изобразили импровизацию на несколько безвкусные концертные костюмы и они представляли

собой весьма впечатляющее зрелище, вместе с барабанщиками, наигрывающими тему Звездных

Войн с балкона в то время, как герцог въезжал в город.

Герцог Хенрик приехал со своим сыном, оружейником и двадцатью мужчинами.

Поскольку я обещал им два комплекта пластинчатых доспехов, я приказал девушкам сделать

каждому из них костюм пергаментной брони, точно такой же, как и для меня.

За несколько месяцев до этого, на моем Испытании боем, мой шлем развернули ударом

и он застрял под правым углом относительно того места, где он должен был быть, так, что я мог

смотреть только через свое правое плечо. Это чуть не стоило мне жизни. Естественно, я переработал шлем. Вместо связанных друг с другом половинок, которые разделялись

посередине и требовали помощи, чтобы их надеть, новая версия выглядела как шлем "Дарта

Вейдера", нижний край которого был вписан в кольцо вокруг воротника.

Отдельная часть, называемая "бородой", устанавливалась в передней половине

и прикрывала нижнюю часть моего лица. Две легкоудаляемые булавки соединяли "бороду"

с остальной частью шлема, а козырек мог быть легко опущен на глаза, но за счет

существенного ограничения видимости. Большим преимуществом было то, что ты мог одеть

и снять его самостоятельно, даже если он был согнут.

Естественно, его светлость и принц получили новые модели шлемов.

Также, я приказал кузнецам сделать большую часть подготовительной работы, заранее

изготовив каждую из частей, но не задав конкретных размеров, так что их нужно было только

обрезать снизу, закончить и собрать. Но даже в этом случае, все мастера должны были работать

десять дней, так что я отпустил их только в субботу, опасаясь, чтобы наши высокие гости

не заскучали.

55

Как оказалось, мне не стоило беспокоиться о том, что герцогу пришлось задержаться

на два дня дольше, чем сначала планировалось. Он был сильно впечатлен сантехникой в наших

ванных. Он потребовал, чтобы я повторил такую же систему в замке Пястов во Вроцлаве

и Вавельском замке в Кракове. Я сказал ему, что это будет дорого, но, казалось, это

не волновало его. Если он что-то хотел, он это получал. Он даже не торгуясь оплатил счет.

Я показал ему планы того, что начал называть Медногорском и, казалось, он остался

доволен.

- Просто заставь это работать, мой мальчик!

Нам повезло в том, что Илья только что закончил работать над первой паровой

лесопилкой или же, я не думаю, что я смог бы получить его для работы над броней для герцога

и принца. Балансирная лесопилка все еще использовалась, так что я показал ее моим гостям

в первую очередь. Они в течение получаса смотрели на то, как шестьдесят женщин ходят взад

и вперед и огромные бревна распиливаются на доски.

Они были изрядно впечатлены. Затем мы продемонстрировали новую паровую

лесопилку, которая работала более чем вдвое быстрее, чем балансирная лесопилка и требовала

только одного оператора. Они были поражены.

- Чертов парень! Эта штука имеет силу двухсот женщин!

Название единицы привязалось само собой. Одно время я думал о том, чтобы

использовать "свиную силу" также, как американцы используют "лошадиную силу", так как большая часть наших ранних машин приводилась в действие свиньями в клетках

для хомяков.

Но после заявления герцога мощность всех наших паровые двигателей была выражена

в "женских силах", а операторы стали говорить о том, сколько женщин они заменяют.

Я попытался это остановить, но не смог. Лучшее, что я мог сделать, так это переопределить ее

так, чтобы она могла соответствовать нашей системе мер и весов.

У меня было несколько девушек, обученных подавать еду, в случае, если герцог этого

потребует. К счастью он подумал, что принимать пищу в столовой является интересным

нововведением. Это было хорошо, поскольку после этого, если кто-либо из знатных господ

во время посещения комментировал наш странный способ еды, то достаточно было сказать, что герцогу он понравился и это решало вопрос. Я не видел смысла платить слугам.

На самом деле, герцог проводил большую часть своих трапез в гостинице.

Я показал им разливку доменной печи ночью, когда брызги раскаленного добела железа

производят наибольшее впечатление.

Герцог заказал двадцать часов, а также две из наших больших кухонных печи, но большую часть времени он проводил в таверне Розовый Дракон. После первой ночи

он потребовал и, конечно же, получил исключительное обслуживание от пани Францин.

Трактирщик был не дурак и кто бы не высказывал претензия относительно исчезновения самой

красивой официантки в Польше у него всегда хватало ума, чтобы держать язык за зубами.

56

Лучшее время дня, чтобы принять душ было сразу после завтрака, когда большая часть

мужчина была на работе, а вода была горячая после приготовления завтрака. Место было почти

пусто за исключением некоторых женщин из второй смены, а они были, как правило, моложе

чем те, что работали с утра. Я как раз раздумывал над тем, не пригласить ли мне одну

из блондинок присоединится к моему хозяйству, когда вошел принц Хенрик.

- Доброе утро, мой господин, - я поклонился.

Это был первый раз, когда я видел принца обнаженным, и я не мог не заметить, что было

что-то не то с его левой ногой. Потребовалось время, чтобы я понял, что на его ноге было шесть

пальцев.

- Странно выглядит, не так ли, пан Конрад, - пошевелил он своей левой ногой, -

Так случается в моей семье. У моего деда было то же самое. Вам не нужно выглядеть таким

смущенным. Я живу с этим всю мою жизнь.

- Да, мой господин. Простите за мой взгляд, - я взял жидкое мыло местного производства

и нанес его на мочалку из тыквы.

- Ничего страшного. Этот твой горячий душ чудесная вещь, но что они могут сделать, чтобы победить татар, которые, как ты говоришь, собираются к нам вторгнуться?

- Мой господин, непосредственно - почти что ничего. Косвенно - совсем немного.

Эти души, канализация, лучшая еда и одежда являются частью программы, чтобы сохранить

здоровье моих рабочих. Я не хочу тратить годы на обучение работника, только для того, чтобы он умер от чего-то, что может быть легко предотвращено. Кроме того, требуется много

денег, чтобы обучить и оснастить армию, достаточно большую, чтобы победить монголов.

Продавая сантехнику и другие потребительские товары я могу зарабатывать деньги. Я никогда

не смогу их продать людям, если не продемонстрирую им, как они работают и где же в таком

случае это делать, если не здесь?

- Интересно. Эти доспехи, которые ты сделал для моего отца и для меня выглядят очень

эффективным, но их изготовление потребовало усилий всех твоих кузнецов в течение недели

только для того, чтобы сделать два комплекта.

- Все гораздо хуже, мой господин. Они потратили кучу времени на подготовительную

работу. Но через несколько лет у меня будут прокатные станы для листового металла, штамповочные прессы и я смогу изготавливать доспехи десятками. Мы сможем производить

доспехи быстро и дешево.

- А медные рудники, разработку которых ты начинаешь для моего отца?

- Мой господин, медь необходима для большого количества вещей, кроме ветряных

мельниц и сантехники. Сейчас эти вещи зарабатывают деньги, но тот же самый станок, который

используется для того, чтобы просверлить центр втулки, может быть использован

для изготовления пушки.

- А чем может быть канон, помимо закона церкви? (Примечание: Здесь имеет место быть

созвучие написания и звучания английских слов: "canon" - правило, предписание, церковный

закон и "cannon" - орудие, пушка)

- Это инструмент войны, мой господин. Одна такая, по размерам меньше, чем человек, может убить десять человек за один раз. Я надеюсь, что начну работать над ними в следующем

году.

- Это звучит бесчестно и ужасно. Трудно поверить, что эта вещь будет использоваться

в цивилизованном бою.

- Верно, мой господин. Они ужасны и я молю Бога, чтобы они никогда

не использовались против христиан. Но вы и остальные дворяне должны понять, что монголы

не являются

ни цивилизованными,

а также

не имеют

понятие

о чести.

Они лгут,

они обманывают и они воруют. Они будут делать все, что угодно до тех пор, пока это приносит

победу. Одной из их любимых тактик является захват вражеских пленных, особенно женщин, детей и стариков и размещении их перед своими войсками, чтобы обеспечить им защиту.

Столкнувшись с этим, вы должны будете выбирать между тем, чтобы дать им возможность

наступать без потерь или убийством своих собственных подданных. Когда вы сталкиваетесь

с таким врагом, не может быть и речи, чтобы сражаться с ним как с почетным противником.

Вы должны уничтожать их любым возможным способом.

57

- Трудно поверить, что какие-то люди могут быть насколько мерзкие.

- Вы должны в это поверить, если вы хотите выжить, мой господин. Они мерзкие.

Они едят все, что угодно, включая крыс, собак и их пленников. Я знаю про случай, когда они

лишились снабжения и ели собственных союзников. Также, они никогда не моются.

Их обычаем является одеть новую одежду внешней стороной и позволить ей выгнивать

изнутри.

- Да, пан Конрад, я слышал, что их запах можно почувствовать за многие мили. Полагаю, что тебе придется строить эти пушки и, несомненно, другие дьявольские устройства.

Но не ожидайте, что мне это понравиться. С другой стороны эта новая церковь, которую

ты построил - она замечательная! Как ты установил такие огромные бревна?

- Это была довольно трудная работа, мой господин. Видите ли…

Герцог Хенрик и пани Францин очень хорошо поладили и из-за нее он задержался на два

дня дольше, чем планировал.

Она уехала вместе с ним и по слухам, он платил ей два десятка пенсов в день

за те услуги, что она ему оказывала. Это было в шесть раз больше, чем получали мои лучшие

люди, но никто не потребовал повышения из-за этого.

58

Однако, как только герцог уехал, я получил крупный митинг протеста от женщин

Трех Стен. Они все видели пробы паровой лесопилки и были настроены против нее. Прошлым

летом они энергично возражали против того, чтобы пилить дрова. Теперь они были еще более

против того, чтобы потерять их работу. И вместе с ними были их мужья.

Я снова и снова слушал о том, как они не смогут выжить без той оплаты, которую они

получали за полдня своей работы. Затем я встал и прервал последнюю женщину, которая

непрерывно повторяла одно и то же.

- Хорошо, дамы. Я выслушал все, что вы хотели сказать. Теперь послушайте меня вы.

Вы говорите, что вы не можете выжить без половинной платы, которую получаете

за распиловку древесины. Собачья кровь! Вы и ваши мужья можете достаточно хорошо жить

не получая вообще никакой оплаты!

Вы все голодали в Цешине до того, как я привел вас сюда и если бы вы ушли

или если бы я вас выгнал, то вы все вернулись бы назад и продолжили там голодать! Я бы мог

перестать вам платить вообще и вы остались бы и продолжали работать здесь. Вы сделали бы

это потому, что это лучшее, что когда либо с вами случалось!

Кто платит за всю еду, которую вы едите в таком количестве, что некоторые из вас

становятся слишком толстыми? Я плачу! Кто дает вам одежду, которую вы носите? Я даю!

Кто дает вам крышу над головой? Я даю! Кто построил церковь, в которую вы ходите? Я!

Я даже плачу священнику!

И что я за это получаю? Я получаю вашу преданность? Нет! Все, что я получаю это ваши

жалобы! Что бы сделал граф Ламберт, если бы его люди собрались, как это сделали вы и начали

бы жаловаться? Он выпорол бы половину из вас, и вы это знаете! Что бы сделал герцог?

Он повесил бы всех вас! Но вы думаете, что если я для вас хороший, то вы можете уйти и быть

плохим для меня. Не можете!

Вы жалуетесь на то, что потеряете свою работу из-за новой паровой лесопилки. Да, вы ее

потеряете, когда я скажу вам, что вы ее потеряли, но не раньше. Есть здесь кто-нибудь, кто

действительно любить ходить взад и вперед на этой балансирной лесопилке? Поскольку если

это вам нравиться, то вы можете уйти, поскольку вы слишком глупые, чтобы делать это здесь!

Мы строим три паровые мельницы. Одна будет передана графу Ламберту в Орлиное

Гнездо. Вторая - в Медногорск. А третья будет установлена прямо здесь в Трех Стенах. И когда

она заработает мы снесем балансирную лесопилку и превратим ее в пиломатериалы.

Я принял присягу, чтобы о вас заботиться, и я о ней помню, даже если все вы обвинили

меня в том, что я клятвопреступник. И видя вашу неверность я испытываю искушение всех вас

прогнать! Но я не буду этого делать. Я серьезно отношусь к своей клятве, даже если вы ее

нарушаете. Дела будут идти, так как они шли. Женщины с детьми будут работать по полдня

с половинной оплатой. Те, у которых нет детей будут работать полный день за полную плату.

Вы будете работать тогда и там где вам скажут работать мои управляющие. Вы будете

продолжать работать до тех пор, пока я вам не скажу, что вы потеряли свою работу. Если

вы хотите поменять работу, то приходите ко мне по отдельности и, возможно, мы что-нибудь

придумаем. А может быть и нет! Но в следующий раз, когда вы организуете против меня

митинг я прогоню лидеров прочь, а все остальные будут бесплатно работать в течение месяца!

Я топал ногами, делая вид, что я безумнее, чем я есть на самом деле. Если бы речь шла

о еде или жилье, то я был бы с ними помягче. Но я не собирался выслушивать протесты

относительно каждой новой машины, которую я собирался представить.

А они в ближайшее время будет создаваться все быстрее и будут все ужаснее. Но граф

Ламберт прав. Вы не можете приводить разумные аргументы толпе и ожидать, что она вас

поймет. Вы просто должны сказать им что делать и ожидать, что они это сделают.

59

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Я взял группу из семидесяти девяти мужчин, пятидесяти шести мулов и восьми женщин

в Легницу, чтобы построить Медногорск. Другая группа, примерно такого же размера, уже

была в Орлином Гнезде и закончила там весенние посадки к тому моменту, когда начали

прибывать крестьяне графа Ламберта. Краковский медеплавильный завод и Три Стены

отправляли сокращенные команды, ведущие кучи новичков.

Анастасия была занята со своим ребенком, так что я назначил пана Владимира следить

за порядком в Трех Стенах. Ему было чем заняться, так как Илья был единственным настоящим

мастером, который там остался.

Мы шли небольшими переходами – в среднем, около двух десятков миль в день

или около одной десятой того, что Анна могла пройти за то же время. Несмотря на мои меры

предосторожности, мы должны были разобрать паровую пилу на две части, поскольку дороги

были хуже, чем я себе мог представить. Пила, поделенная на части, заняла половину наших

мулов.

На третий день в полдень мы были недалеко от границ графа Ламберта, когда один

из его рыцарей, пан Лестко, догнал нас на взмыленном коне.

- Слава Богу, пан Конрад, я нашел хоть кого-то! Вы и ваши люди должны быстро ехать

со мной! В Тожеке происходит что-то ужасное!

- Что ты имеешь ввиду? Что случилось? – спросил я.

- Я не знаю! Но там солдаты и они убивают людей! Похоже, они иностранцы и они

сжигают людей живьем!

Тожек был примерно в миле по дороге отсюда. Деревня, где случилась беда, была

примерно в четверти мили от деревянного замка, виднеющегося на холме. Я оставил двух

мужчин и всех женщин следить за мулами и поклажей, а всех остальных, вооруженных

в основном топорами, кирками и молотками, повел в город.

Я попробовал оставить Петра с обозом, поскольку он имел слишком хорошую голову, чтобы ее потерять и, в любом случае, он был слишком молод, чтобы сражаться. Но он

не согласился с этим. Он все еще пытался что-то доказать - себе или, может быть, Кристине, которая была с нами. Но сейчас не было времени, чтобы с ним спорить.

Чтобы окружить указанное место, за отсутствием обучения, потребовалось четверть

часа. Современный мужчина видел, по крайней мере, достаточно фильмов о войне, чтобы

смутно понимать, что от него требуется; эти же мужчины не имели такого опыта и приходилось

почти что каждому объяснять, что я от них хочу.

Над Тожеком поднимался грязный дым и мы могли слышать крики и плач. Я отдавал

себе отчет в том, что люди умирали, пока мы делали попытки организовать окружение.

Тем не менее, если бы мы пошли толпой, то обученные солдаты порвали бы нас на тряпки!

Когда все были на своих местах и поняли, что они должны делать, когда их позовут, то, сохраняя мужчин в зоне видимости с каждой из сторон, пан Лестко, лучник Тадаос и я

вошли в город. Я взял с собой Тадаоса, чтобы он помог обеспечить людей мясом, но сейчас

у меня были для него другие задачи.

Несколько десятков крестьян стояли немного вдалеке, забитые и испуганные. В середине

площади в одну линию были установлены восемь столбов, а к ним были привязаны тела восьми

сожженных женщин. Три десятка солдат и несколько священников стояли вокруг них.

Одежда и волосы загорелись первыми и я думаю эти ублюдки получили некоторое

количество острых ощущений, глядя на то, как на женщинах сгорает одежда.

Тадаос отъехал со своим мулом в сторону сарая, встал ему на спину и забрался

на крышу, откуда он мог выстрелить из лука в любую точку площади.

60

Пан Лестко и я уже выехали на площадь, когда солдаты нас заметили.

Солдаты? Эти придурки даже не потрудились выставить часовых! Женщины умерли

потому что я переоценил противника. Я торжественно себе поклялся, что в следующий раз, когда случиться неприятность, я просто в нее ввяжусь и пусть во все стороны полетят щепки.

- Ваши люди арестованы! – крикнул я, - Вас в пять раз меньше и вы окружены! Бросьте

оружие и поднимите руки!

Солдаты и священники в замешательстве смотрели друг на друга. Они начали говорить

с друг другом на непонятном для меня языке, похожим на испанский.

- Кто-то из вас, ублюдки, знает польский? Говорите или заткнитесь!

- Я немного говорю на польском, рыцарь. Что вы от нас хотите? – на ломанном польском

сказал старый священник.

- Хотите? Я хочу, чтобы вы бросили оружие и подняли ваши руки! Скажите это им

на том языке, на котором вы говорите или я убью многих из вас прямо сейчас

за сопротивлению при аресте!

Он немного поколебался, а потом что-то сказал толпе. Один из солдат что-то выкрикнул

и выхватил свой меч. Он успел сделать только один шаг в моем направлении перед тем, как стальная оперенная стрела разорвала ему горло. Тадаос был начеку.

- Это первый, старый пердун! Кто-то еще хочет потренироваться в стрельбе? Скажи им, чтобы они бросили оружие!

Они кричали что-то еще, но я их не понимал. Эти убийцы вели себя так, как будто

делали что-то, что было абсолютно нормальным для всего мира, а я был странным человеком, который посмел во все это вмешаться!

- Старик, ты соображаешь слишком долго! Я сказал, что вы арестованы. Мужчины

вокруг города! Медленно наступайте, подняв свои топоры!

Мои люди показались между домами и амбарами, выглядя менее уверенными в себе, чем мне бы хотелось.

- Последний шанс, старик! Сдавайся или умри!

После чего я услышал еще несколько непонятных выстрелов. Два солдата бросили

их мечи, но еще три их обнажили и начали на меня наступать. Двое из них тут же упали

со стрелами в горле, но третья стрела пролетела мимо и попала в грудь священнику, стоявшему

позади. Я был так уверен в стрельбе Тадаоса, что даже не достал свой собственный меч. Солдат

был всего лишь в шаге от меня, когда я освободил клинок из ножен, но мне не было нужды

беспокоиться.

Анна ударила мужчину в лицо передним копытом. Это был хороший удар и он рухнул

в грязь.

Я попытался сделать вид, что я это ожидал. Указывая моим мечом так, как будто я

им рисовал, я сказал: "Выстройте их в линию вот там. Обыщите их и заберите все оружие!"

Конечно же, враг еще не сдался, но я использовал то, что капиталистические продавцы

называли "стать ближе". Представьте, что ваши оппоненты будут делать то, что вы от них

хотите и, возможно, они это сделают.

Они это не сделали.

61

Другой солдат поднял свой меч, а один из водопроводчиков попробовал неуклюже

ударить его киркой, но промахнулся. Второй солдат ранил водопроводчика в руку и был

зарублен топором плотника.

Начался общий ближний бой. У них были мечи и доспехи, но мы превосходили их

числом два к одному и были не настолько дезорганизованы. Двое наших людей были на конях, в то время как все они были пешими. И у нас был Тадаос.

Десяток его стрел вонзился в центр их массы, выбивая из нее людей. Я видел, как пан Лестко вырубил троих солдат, а Анна и я прыгали вокруг, выглядя занятыми.

В какой-то момент группа солдат побросала свое оружие, но мои рабочие не имели

достаточно мозгов, чтобы принять их сдачу. Или, возможно, они просто не понимали, что происходит. В любом случае, двое безоружных солдат были зарублены топорами, прежде чем я смог освободиться и подъехать туда. Естественно, остальные солдаты тут же

снова взяли свои мечи и драка продолжилась, что стоило мне двух моих людей, которые

не должны были умереть.

Затем все вдруг закончилось. Перед восемью обугленными телами лежали те самые

четыре священника, одиннадцать солдат, три каменщика, два плотника и кузнец, не считая

многочисленных раненых.

Петр стоял рядом со странной улыбкой на лице и кровью на топоре. Он убил своего

первого человека, что является одним из важных обрядов посвящения в этом мире.

Я заставил раздеться догола выживших врагов опасаясь скрытого оружия, а затем связал

и положил их под охраной в одном из сараев. Другие мужчины были назначены охранять поле

боя, поскольку крестьяне могли ограбить их прежде чем мы бы смогли правильно поделить

нашу добычу.

Я мог оставаться достаточно разумным, чтобы принести с собой аптечку и, в первую

очередь, оказать помощь своим людям, прежде чем начать возиться с кастильцами, кем они, на

самом деле оказались.

62

Я перевязал семерых человек и зашивал ногу восьмому, чья нога лежала у меня

на коленях, когда подъехал граф Ламберт с десятком рыцарей.

Пан Стефан был с ним.

- Опять твоя колдовская работа? - крикнул пан Стефан.

Я проигнорировал его и обратился к графу Ламберту.

- Добрый день, мой господин. Вы меня извините, если я не буду перед Вами вставать.

Мертвые все еще лежали там, где они упали, а сожженные женщины по-прежнему были

привязаны к столбам. Одежда, оружие и кровь толстым слоем покрывали деревенскую

площадь.

- Пан Конрад, что, черт возьми, здесь происходит?

- Все хорошо, мой господин, кроме того, что пан Лестко прискакал ко мне и сказал, что кучка иностранцев живьем сжигает наших людей. Я сюда приехал и выяснил, что это

правда. Я попытался их арестовать, но они сопротивлялись, и Вы сами видите, к чему

это привело. Выжившие находятся в сарае.

- Собачья кровь! Пан Конрад, ты имеешь чертов талант находить неприятности!

Что делал барон Мечеслав, когда все это тут началось?

- Кто, мой господин?

- Барон Мечеслав. Это его земля. Вон там его крепость. Где он?

- Мой господин, боюсь я никогда не встречал этого джентльмена. Я нахожусь здесь

всего час.

- Пан Лестко! Иди в замок вместе с моими людьми и посмотри, как там обстоят дела.

Возвращайся назад как можно скорее. Я хочу поговорить с заключенными.

Граф Ламберт пошел в сарай, а я вернулся к оказанию медицинской помощи. Я был

любителем, но я был лучшим из присутствующих.

Закончив помогать с охраной пленников Тадаос вернулся и начал собирать свои стрелы.

- Мой господин, тут вокруг валяется множество вещей, - сказал он, указывая

на разбросанную вокруг добычу.

- Ты получишь свою долю. Мы разберемся с этим, как только все успокоится. Это была

очень хорошая стрельба. Возможно, этим вы спасли мне жизнь.

- Мой господин, я все еще у вас в долгу.

- Разумеется, кроме того четвертого выстрела. Промахнуться в мужчину в чистом поле

на расстоянии в сто ярдов. Я удивлен.

Я попытался сказать это с юмором.

Однако, судя по всему, Тадаос искренне расстроился.

- Это была старая стрела, мой господин. Перо отвалилось, как только я выстрелил.

Должно быть оно было плохо приклеено.

- Я просто пошутил. Такие вещи случаются. Смотри, когда ты закончишь с этим, посчитай тела, собери людей вместе и выкопайте несколько могил. Но на некоторое время

оставь все как есть. Возможно, граф Ламберт захочет взглянуть на все еще раз.

63

Я заканчивал с последним из наших мужчин, когда вернулся граф Ламберт.

- Пан Конрад, ты знаешь, что некоторые из этих заключенных священники?

- Я знаю, что некоторые из них одеты в одежды священников и бреют головы, мой господин. Я считаю, что они самозванцы. Настоящие священники не сражаются

и не совершают убийств.

- Это похоже на правду. Тем не менее, мы должны быть осмотрительными. Что ты

посоветуешь нам делать?

- Я думаю, мы должны провести испытание, мой господин. Мы должны выяснить, что

эти люди тут делали и почему они, кажется, думали, что они могут уйти, в открытую совершив

убийство среди белого дня. Насколько нам известно, вокруг могут быть другие группы

бандитов.

- Да, мы сделаем это утром, как только мы все получим шанс подумать.

Он прошел вдоль линии сожженных тел.

- Все это старые женщины.

- Кроме той в конце, мой господин. Ей возможно шестнадцать лет, но это довольно

сложно сказать.

- Собачья кровь! Как кто-то мог сделать что-то такое… такое…

- Ужасное, мой господин?

- Я думаю это то слово, которое я хотел сказать, но оно недостаточно плохое. Хорошо.

Пусть ваши люди наведут здесь порядок и распределять добычу так, как вы считаете нужным.

Я не хочу ничего из этого. Оно мне кажется грязным.

Пан Лестко вернулся с шестью рыцарями.

- Граф Ламберт, замок был пуст за исключением барона Мечислава. Кажется, что все его

слуги разбежались. Я оставил половину ваших людей, чтобы охранять место.

- Хорошо. Другие твои рыцари должна пойти в сарай и помочь крестьянам, охраняющим

заключенных. Пан Мацей будет за это отвечать. Пан Лестко, что с бароном?

- Мой господин, барон находится в очень плохом состоянии. Он не может говорить. Он

прикован к постели и не может двигать половиной своего тела. Это очень странно. Это похоже

на то, как если бы по его телу была проведена линия - от головы до пупка, прямо по середине

его лица. Все, что находится слева от этой линии является холодным и бесчувственным. Так, как

если

бы

он

был

полумертвым.

- Собачья кровь! Это попахивает колдовством!

- Нет, мой господин, это попахивает инсультом, - сказал я, - Достаточно

распространенный

недуг

среди

пожилых

людей.

Барон

очень

старый?

- Очень. Он служил еще моему деду, - сказал граф Ламберт.

- Тогда это все объясняет. Вы не часто увидите здесь такие вещи, поскольку все вы

умираете молодыми в первую очередь от других вещей. Это распространено там, откуда я

родом.

- Я вижу. Можно ли что-нибудь для него сделать?

- Не совсем, мой господин. Со временем он может восстановить свои функции, но до

того он будет похож на ребенка. В моем обозе есть несколько женщин. Я пошлю двух из них в

замок, чтобы ухаживать за ним, пока не будет найдет кто-то постоянный. Но кроме этого я мало

что могу для него сделать.

В моем обозе были повара и отправил двух взрослых женщин ухаживать за бароном.

Забота о жертве инсульта не та работа, которую можно свалить на брезгливую молодую

девушку. Наша полевая кухня была установлена и Кристина собиралась готовить еду.

Некоторые из наших плотников разобрали сарай, чтобы сделать гробы для наших умерших и

сожженных женщин. Кастильцев просто бросили голыми в яму поскольку по общему мнению

они не заслуживали ничего лучшего.

Затем мы попытались найти деревенского священника для того, чтобы он выполнил

отпевание, но обнаружили его среди мертвых тел в яме. Так или иначе он перешел на сторону

врага. Мы послали человека в соседнюю деревню, чтобы кто-то выполнил похоронный обряд.

Пан Лестко сказал, что он не хочет какой-либо части добычи, так что я сказал своим

людям, что те, кто убил врага получает возможность первыми выбрать сувениры.

64

- Сейчас только оружие. Деньги и драгоценности будут разделены поровну позже.

Тадаос, ты сегодня был безупречен. Ты выбираешь первым. Петр, я видел твой топор в крови.

Ты следующий. Все остальные сами знают, чего они стоили. Станьте в очередь. Другие

заставят вас быть честными.

Петр взял красивый меч с серебряной подвеской и подходящий к нему кинжал в то

время как Тадаос нашел пару оружий, которые имели простые стальные крепления, но лезвия

очень хорошего качества. Различия в их характерах, я полагаю.

Я видел, как Петр гордо взглянул на Кристину, но она просто отвернулась.

После того, как они сделали свой выбор, настала очередь всех остальных. Свой выбор также

делали те, кто остался с караваном, а также нужно было не забыть о женщинах, которые ушли

ухаживать за бароном. Их мужья делали выбор за них.

В конце, я взял броню для себя, не будучи столь гордым, как некоторые другие и мы

добавили их лошадей и мулов к нашим собственным. У них с собой было удивительное

количество денег, удивительное, пока вы не поймете, что в этом мире не было никаких банков

или дорожных чеков. Если вы путешествовали, то должны были перевозить все свои деньги с

собой в виде наличности, что создавало просто таки рай для грабителей.

Каждый из моих людей получил почти трехмесячную зарплату.

Но настоящим сюрпризом были церковные облачения и алтарная утварь в их багаже. Я

начал беспокоиться о том, что может быть они действительно были священниками. Но даже

если они ими и были, они все еще оставались убийцами, так что я передал религиозные вещи в

нашу

церковь

в

Трех

Стенах.

Кто знает? Может быть они разграбили церковь.

К закату в деревне установилось некоторое подобие порядка и жители деревни начали

потихоньку

возвращаться

назад.

Некоторые из них были в лесу в течение нескольких дней.

Кристина, Наталья, Наташа и я были приглашены на ужин в замок, только для того, чтобы обнаружить, что они там едят почти что полевые пайки. Сушеное мясо и сушеный хлеб и

ничего кроме этого. Когда слуги сбежали, то они опустошили кладовую.

На нашей полевой кухне внизу было достаточно еды поскольку многие из мужчина не

чувствовали голода после их первого боевого опыта. Я послал вниз за некоторым количеством

еды и никто из дворян не пожаловался, что ест остатки еды после простолюдинов. Никто, кроме

пана Стэфана. Но после того, как он пожаловался на еду, он начал есть свою собственную. Я

просто игнорировал его как плохой шум.

Граф Ламберт был необычайно молчалив в тот вечер, а затем положил что-то мягкое в

свои вещи.

Спросив его, я выяснил, что он был предупрежден мальчиком из деревни.

Двенадцатилетний мальчик пробежал из Тошека до Окойтца на расстояние около четырех

десятков миль за один день и одну ночь, чтобы к рассвету оказаться у графа Ламберта. Он сразу

же явился сюда.

-

У меня на родине этот ребенок получил бы медаль, - сказал я.

- И что это такое? - спросил пан Бодан.

- Это что-то вроде очень большой монеты, которая висит на ленте, которая закрепляется

на одежде прямо над сердцем или на же ее носят на шее. Она подчеркивает честь тех, кто

сделал нечто исключительное во благо общества или государства. Она может быть из бронзы, серебра или даже золота - в зависимости от степени чести. Каждый род наших войск имеет

несколько типов таких медалей, различающихся от простого подтверждения участия в

компании и заканчивая признанием исключительной доблести.

- Интересно. Так у вас на родине человек не может одеваться так, как ему хочется? -

спросил

пан

Лестко.

- Вовсе нет. Одежда человека является его личным выбором, кроме того, что люди

определенных профессий и военные одевают одинаковую одежду, когда находятся на службе.

Просто если кто-то будет носить медаль, которую он не заслужил, то он станет посмешищем, когда это обнаружится.

65

- Ты сказал "каждый род войск", - сказал граф Ламберт, - У вас их больше чем один род

войск?

- Их три, мой господин. Армия для сражения на земле, флот для сражения на морях, а также

военно-воздушные силы.

-

Так

вы

сражаетесь

в

небе!

Какой

был

ваш

род

войск?

- Я офицер военно-воздушных сил, мой господин.

-

Так

ты

сражался

в

небе!

- Нет, мой господин. Мои обязанности заключались в обслуживании определенного

оборудования и в течение четырех лет моей действительной службы мы не были в состоянии

войны. По факту, не летал ни один человек из сотни.

-

Это

должно

быть

расстраивает.

- Это работа, которую необходимо выполнять. Те, кто стоят и ждут также служат своей родине.

- Хорошо. Остается вопрос с бароном Мечеславом. Пан Конрад говорит, что потребуется

длительное время, чтобы он снова смог выполнять свои обязанности, если вообще когда-либо

сможет.

- Мой дед произвел его в бароны за доблесть, но по факту его земель было недостаточно, чтобы содержать каких-либо подчиненных рыцарей. И наряду со своей воинской доблестью, барон тратил кучу времени на выпивку и азартные игры, так что он никогда не был достаточно

мудр, чтобы расширить свои земли. Он только зря их разбазарил.

- Кроме того, у него никогда не было жены, ребенка или близких родственников. Так что

его земли отошли бы мне, но я не стал бы его свергать поскольку, как я уже сказал, он хорошо

служил моему деду. Так что кто-то должен быть здесь сторожем, чтобы управлять здесь всем, кроме его имени.

- Пан Лестко, ты живешь в моем графстве уже четыре года, но до сих пор не принес

клятву мне, а только лишь предоставляешь себя в распоряжение барона Казимира.

- Мой господин. По правде говоря, привязался к дочери барона Казимира, - сказал пан Лестко.

- Да, я слышал об этом. Что ж, если ты будешь управляющим баронства, то это поможет

улучшить твой костюм (Примечание: Буквально "улучшить твое материальное положение").

Если ты дашь мне клятву, то я назначу тебя управляющим местными землями и замком. Барон

Мечеслав будет формальным владельцем этих земель до самой своей смерти. После того, как

он умрет, ты наследуешь его земли, но не будете бароном. Данный титул являлся лишь

признанием доблести и умрет вместе с его владельцем.

- Если барон выживет и снова сможет исполнять свои обязанности, то я прослежу за тем, чтобы ты получил больше земли где-то еще. Что ты на это скажешь?

- С удовольствием это сделаю, мой господин.

- Хорошо. Завтра, как только солнце поднимется высоко, мы приведем тебя к присяге.

Будь построже с крестьянами, которые тут живут, поскольку они сделали много вреда своему

господину и своим товарищам. Замковые слуги ограбили и бросили их господина в тот момент, когда он в них сильно нуждался. По крайней мере они заслуживают хорошей порки и я вам

разрешаю повесить их, если сочтете нужным.

- Пан Конрад, ты когда-то говорил об обычаях твоего народа, касающихся испытаний. Я

бы хотел увидеть, как это у вас делается. Ты отвечаешь за проведение завтрашнего испытания.

Мы устроим суд, а эти дворяне будут присяжными. Других участников ты должен назначить

сам.

Приготовь

все

завтра

к

полудню.

- А сейчас я устал и желаю всем спокойной ночи. Пан Бодан установит график дежурств.

Позже, я видел как Наташа собирается в комнату к графу Ламберту. Казалось, что

девушка думала, что для него будет неподобающее и неправильно спать в одиночестве.

Следующим утром, после того, как пан Лестко дал клятву, я объяснил обязанности

прокурора и защитника и назначил пана Бодана адвокатом, поскольку он мог четко

формулировать свои мысли и, казалось, наиболее симпатизировал заключенным.

Я удалил пана Лестко из жюри присяжных, поскольку он был свидетелем, а выбрал

приставов среди своих людей. Наталья выступила в качестве стенографистки.

66

Себе я выбрал роль прорурора, после чего, пан Бодан и я провели утро, опрашивая

свидетелей, пока граф Ламберт не отправил людей и не приказал приходить нам на суд. В

Средние века, испытания часто происходили в течение нескольких минут и при этом страдала

справедливость. Мы организовали суд в церкви, поскольку она была единственным достаточно

большим зданием, чтобы всех вместить.

Я организовал места так, как это обычно делается в современных залах суда. Был уже

почти полдень. Я рассказал о том, что мы будем делать, а также о том, что свидетели должны

говорить только о том, что они действительно видели своими собственными глазами.

Повторение слухов не является приемлемым поведением, что очень удивило людей. Они

чувствовали, что они должна рассказать "все, что они знают".

Один за одним, с помощью переводчика, были допрошены все обвиняемые и выслушаны

все свидетели. Я видел, что граф Ламберт начинает все больше скучать и суетиться, но я

продолжал. Было уже почти темно, когда был выслушан последний человек и некоторые из

свидетелей были освобождены, чтобы поужинать.

Получалась такая история. Заключенные сказали, что они были призваны

инквизиторами, чтобы идти и искоренять колдовство там, где они его найдут. Они выполняли

свою работу в течение последнего года в Испании, Франции и Германии, сожгя, по их

собственному признанию, более ста человек. У них не было письменного разрешения от церкви

и они не считали нужным советоваться с местными гражданскими или церковными властями.

Придя в Тошек, они обнаружили, что барон выглядит так так, как, по их мнению, должна

выглядеть жертва колдовства. Опросив жителей деревни, они обнаружили, что семь старух

жили в группе хижин, отдельно от всех остальных, что служило доказательством того, что они

творят что-то недоброе.

Одна молодая женщина взяла на себя обязанности снабжать их едой, что очевидно

подтверждало то, что она относится к их числу. Выполняя свой долг, они очистили от них мир.

Затем они были вероломно атакованы паном Лестко, мною и моими людьми. Они требовали

справедливости.

Жители деревни рассказали, что год назад возник спор между несколькими старыми

овдовевшими женщинами и их семьями. Чтобы сгладить разногласия, барон Мечислав

приказал, чтобы в стороне от остальных для них были построены хижины и назначил одну

девочку, внучку одной из женщин, собирать еду и относить ее к ним. В результате этого

решения в деревне воцарилось некое подобие мира.

Пан Лестко рассказал то же самое, что и я ранее, а каждый из моих рабочих это

подтвердил.

После ужина мы собрались снова и пан Бодан и я произнесли свои заключительные

речи. Он сказал, что заключенные просто выполняли свой долг так, как они это понимают и что

их нужно освободить и вернуть им все их имущество.

Я же сказал, что я думаю, что сожженные женщины были невиновны в совершении

каких-либо неправильных дейний и что единственной ошибкой девушки было подчинение ее

господину и простое христианское милосердие.

Также я сказал, что у обвиняемых не было права совершать действия по воле церкви и, что даже если бы такое право у них было, они не могли совершать таких действий без

разрешения местных властей. Они не посоветовались ни с епископом Вроцлава, ни с герцогом

Хенриком. И в этих владениях только граф Ламберт имеет право на высокий суд, и убийство

без его разрешения за исключением самообороны является просто убийством.

Я потребовал, чтобы всех их повесили. Затем я предложил членам жюри обсудить этот

вопрос

между

собой

и

сообщить

нам

о

своем

решении

утром.

Граф Ламберт, которому было скучно "до слез", с удовольствием согласился.

Вечером он сказал: Черт! Как же все медленно! Тебе правда было нужно вытаскивать каждого

крестьянина, чтобы он рассказал ту же самую историю, которую говорили до него?

- Да, это нужно было сделать, мой господин. Что если бы один из них сказал, что все

остальные лгут? Что если бы правдой было что-то другое из того, что нам было сказано? На

кону жизнь двадцати трех мужчин и кто его знает скольких так называемых "ведьм" в случае, если им позволят беспрепятственно уйти.

67

- Проще было их всех убить.

- Да, мой господин, проще. Но было бы это более справедливо?

Утром граф Ламберт приветствовал жюри присяжных словами: "Ну что, есть тут кто-то, кто настолько глуп, чтобы думать, что эти ублюдки имеют право узурпировать мое

правосудие?"

Пан Стефан пытался что-то сказать, но граф Ламберт на него посмотрел и он замолчал.

Бригадир встал и сказал: "Нет, мой господин. Повесьте их".

Процедура была исполнена не совсем правильно, но все же, на мой взгляд, были сделаны

существенные улучшения. По крайней мере, обвиняемым разрешили иметь в суде свое мнение.

Один из местных крестьян раньше был палачом во Вроцлаве, поэтому работу поручили

ему.

Осужденным было разрешено получить покаяние от их собственных священников, пока

мы перекидывали веревки через ветви огромного дуба. Большинство осужденных проклинали

нас, а священник, который говорил по польски, поклялся, что он увидит меня в аду.

- Чертовы чужаки, - пробормотал палач, - Ты их вешаешь на новой веревке, а они по

прежнему жалуются!

Процедура повешения кастильцев была не из приятных. Их не бросили вниз так, чтобы

они сломали себе шеи, а просто подвесили их чтобы задушить. Преступники были повешены

голыми, поскольку их одежда была отдана в качестве платы палачу. Они представляли собой

уродливый вид. Большинство убийц обмочилось и обосралось, а больше чем у половины

случилось семяизвержение. На самом деле, некоторые из них умерли с улыбкой на губах.

Возможно, повешение является милосердным способом кого-либо убить. Это было жестоко, но это было необходимо. Людям нельзя позволять брать закон в свои руки. В любом случае, сожжение восьми женщин также было малоприятно.

Когда мы отправились дальше по нашим делам, мы оставили их висеть на дереве.

Полагаю, что кто-то их затем похоронил.

За то, что мы сделали, я ожидал острой критики со стороны церкви, но мне не сказали

ни слова. И в последующие годы, когда безумие охоты на ведьм стало модой в Западной

Европе, в Польше не было ни одного такого случая.

Здесь это сумасшествие было остановлено.

68

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Анна без труда нашла шахту, и мы начали работать. В течение нескольких дней у нас

были временные убежища, а затем, плотники начали вырубать деревья, каменщики - собирать

камни, а шахтеры - копать руду.

Мулы были посланы назад в Три Стены, чтобы привезти известь для раствора, лесопилка

была поставлена и мы оповестили окружающие города и деревни, что нанимаем временных

рабочих на лето. Если они будут работать хорошо, они могут быть наняты на постоянной

основе.

После того, как распространились слухи, о том, как хорошо живут мои люди, не было отбоя от желающих. Прошлой зимой, я сделал несколько кубиков и головоломок, наподобие тех, которые используют современные психологи, и теперь пытался получать

представление об интеллекте мужчин. Я старался нанять самых ярких из них, поскольку

не было никакой возможности нанять всех желающих.

Пришла тысяча людей, но в наличии было место только каждого третьего из них, которого можно было взять на постоянную работу, а тысяче остальных можно было

предложить временную. Я очень не хотел прогонять так много людей в никуда, но что я

мог поделать?

Руда была прямо на поверхности и поэтому не было необходимости копать шахту.

Мы могли добывать ее в открытой яме, что было гораздо дешевле и безопаснее.

Герцог отправил шестерых рыцарей, чтобы обеспечить охрану, так что, по-крайней мере, одной головной болью у меня стало меньше.

Через неделю ситуация стала достаточно хорошей, чтобы я мог уехать в Орлиное

Гнездо. За старшего я оставил Якова, моего бригадира плотников, который лишь формально

подчинялся рыцарю герцога, пану Станиславу. Вместе с собой я взял Наташу, чтобы всегда

иметь ее под рукой и Анна почти не заметила ее вес. К вечеру Анна привезла нас к Орлиному

Гнезду.

Там всем заведовал плотник графа Ламберта, Витольд и все дела шли хорошо. Вероятно, там было больше мужчин, чтобы ими можно было бы эффективно управлять, но они, в основном, занимались рубкой леса и земляными работами, которые не требовали большого

надзора.

Граф Ламберт уехал за день до этого и выполняемая работа была его идеей, так что я

не стал ничего менять.

Мы уехали в Окойтц в полдень и к ужину были там.

Один из моих шахтеров разрабатывал угольный разрез без каких-либо проблем

и суконная фабрика, с двумя сотнями привлекательных и доступных дам, пришла в полнейшее

возбуждение.

Граф Ламберт гордо предложил мне холодное пиво.

- Ты снова оказался прав, пан Конрад. Холодное пиво является замечательной вещью

в жаркий день! Я рад, что ты уговорил меня сделать ледник под зерновой мельницей.

69

Следующим утром, когда я оказался в Трех Стенах, то обнаружил, что пан Владимир

и Анастасия стали счастливыми родителями здорового мальчугана.

Текущие вопросы задержали меня на несколько дней, а затем я направился в Медногорск

снова с Явальдой, сидящей на лошади позади меня.

Все лето я провел в постоянных разъездах из Трех Стен в Медногорск, Орлиное Гнездо, Окойтц и снова обратно в Три Стены. Чтобы проехать по всему кругу требовалось около

недели.

Так как теперь многие из моих рабочих были разлучены с их семьями, а также научились

читать и писать, то, помимо роли руководителя, стал играть роль почтальона. Вначале

это казалось веселым и интересным, но через некоторое время наскучило.

К осени дела были организованы таким образом, что мне требовалось посещать

Медногорск один раз в месяц и я попытался сократить время моих поездок до двух недель

в месяц, чтобы оставаться в Трех Стенах как можно дольше.

В 1233 году у нас был еще один хороший урожай, уже третий по счету. Все наелись

сладкой кукурузы, арбузов, мускатных дынь, цуккини, тыкв и обычных дынь. Нам очень

повезло с ульями и цена меда и воска на рынке упала в двенадцать раз.

Зерно, картофель и бобовые, которые я принес с собой, хорошо взошли и я подсчитал, что в течение двух лет мы будем питаться ими, а не оставлять их не семена, как мы это делали

сейчас. И, слава Богу, у нас было более ста фунтов семян сахарной свеклы! Следующей осенью

я должен буду задуматься о производстве сахара.

Новые культуры почти не были затронуты насекомыми, которые наносили вред

большинству урожая, поскольку не было необходимых химикатов. Большинство насекомых

очень привередливы в своих предпочтениях в еде и местные насекомые не могли есть урожай

культур, которые я принес с собой. В конечном счете, они приспособятся, но в настоящее время

нам не нужно было волноваться об этой проблеме.

Единственной проблема возникла с кабачками. Я не подумал, что они могли

скрещиваться, а они были посажены слишком близко друг к другу. Пчелы или кто еще их там

опыляет, устроили форменный беспорядок. Мы получили овощи, которые были, с одной

стороны похожи на масляный орех, а с другой – на тыкву-спагетти, но были также и другие

всевозможные комбинации.

Ламберт и я разработали программу их разведения на шести значительно удаленных

друг от друга поместьях, чтобы попробовать привести их к исходным формам, но это потребует

времени. Шесть сортов фасоли я перевез на те же шесть усадеб, просто для того, чтобы

перестраховаться.

Большинство рыцарей и баронов Ламберта быстро восприняли новые культуры и другие

улучшения, появившиеся только лишь за год до этого. И каждый из них теперь использовал

тачки и весь урожай собирался рано и почти без потерь.

70

Петр путешествовал намного больше, чем я. Ежемесячно он должен был посещать

таверны в Кракове, Цешине и Вроцлаве, и это помимо поселений в Трех Стенах, Медногорске

и Орлином Гнезде, где мы, заботясь о бухгалтерии, оплачивали все расходы и получали за это

ткань графа Ламберта, а также в Окойтц, где мы построили маленькую таверну Розовый Дракон

по просьбе графа Ламберта. Если герцог имел такую во Вроцлаве, то граф Ламберт должен был

иметь такую же в Окойтце.

В то лето, я организовал почтовую службу, разместив почтовое отделение в каждой

из наших таверн. Кроме обслуживания наших людей, мы перевозили почту для всех, кто был

готов за это платить. Это стало выгодным источником дополнительного дохода. Мы никогда

не перевозили деньги или ценные вещи, так как Петр путешествовал в одиночку и я не хотел

делать его мишенью для воров, но я создал систему денежных переводов.

К весне объемы увеличились настолько, что я должен быть нанять почтальона на полный

день, который, на быстром коне, делал объезд на еженедельной основе. По мере того, как добавлялись гостиницы, количество почтовых отправлений росло в геометрической

прогрессии. Через несколько лет, письма отправлялись из гостиниц ежедневно и, за разумную

плату, могли быть доставлены в любой крупный город Польши в течение недели.

И, как современное почтовое отделение, мы соблюдали абсолютную скрупулезность

относительно уважения частной жизни людей и аккуратности доставки их почты.

К концу осени плавильни в Медногорске вышли на полную мощность производства, а строительство других заводов было почти закончено. Я продал медеплавильный завод братьев

Краковски с очень хорошей прибылью графу Герману, брату графа Ламберта. Я сделал это

с четким пониманием того, что я заберу моих лучших рабочих со мной в Легницу, а также зная, что продукция, которую мы там будем производить, будет такая же как и в Цешине.

Не думаю, что этот парень понял, что люди также важны, как и вещи, когда речь заходит

о том, что необходимо что-то сделать. Требуются как инструменты, так и люди, которые знают, как их использовать, чтобы что-то сделать, но многие промышленники этого не понимают.

Он получил все здания, машины, оборудование, а также невыполненных заказов на два года

работы и мое благословение.

Но, по правде говоря, не думаю, что его ждет успех.

Большинство людей с медеплавильного завода переместились в Медногорск

и формально принесли мне клятву. Все они до сих пор не сделали этого за исключением

братьев Краковски и их жен, а я хотел, чтобы все рабочие работали на одинаковых условиях.

Также, я привел к присяге большинство рабочих, которые были наняты той весной

и получили одобрение мастеров.

Том Краковски был поставлен старшим над операциями по добыче и плавки и, будучи

старшим, он также отвечал за весь город. Его братья отвечали за секции литья и машинной

обработки. На самом деле они работали как комитет и именно так я их и организовал. Они

всегда спорят, как кучка детей над игрой и иногда это становится достаточно громким.

Но внутри себя они были слаженной командой, а все остальное было лишь внешним

проявлением.

Каждая из моих дам по несколько месяцев провела в городе и в Орлином гнезде, продублировав там те структуры управления, за которые они отвечали. Кристина организовала

хорошую работу кухонь, а Явальда - амбаров. Были организованы все необходимые склады

и службы, а девушки решили вернуться назад в Три Стены. Я был польщен, но они объяснили, что если бы они остались «в лесу», как они это назвали, то они могли бы там застрять навсегда.

Вокруг же меня всегда происходят какие-то вещи, независимо от того, женитесь вы на них

или нет.

71

Тадеуш отправил своего младшего сына отвечать за управление гостиницей

в Медногорске.

Он волновался. Теперь у него закончились сыновья.

Как мы сможем расширяться дальше?

Поэтому мы разработали учебную программу для хозяев таверн, в рамках которой, каждый из его сыновей взялся обучать мужчину, и предполагающую перевод новичка

в большую таверну, если он будет хорошо делать свою работу.

Петр обучил младших бухгалтеров на каждой из площадок, так что теперь он должен

был только проверять их работу, а не выполнять ее сам. На это у него просто не оставалось

времени.

Наконец-то прибыл священник из Италии, и я чуть не упал со стула, когда он назвал

свое имя. Это был Фома Аквинский!

Святой Фома Аквинский был величайшим теологом и логиком Средних веков, а, возможно, и всех времен!

И вот передо мной молодой человек, двадцати двух лет, управляющий моей церковью

и системой школ. Я пытался относиться к нему также, как и к любому другому священнику, но в тайне, я был от него в восторге. Я сказал ему, что я пытался достичь, но в целом, я позволил ему делать то, что он считает правильным, давая ему совет только тогда, когда он

спрашивал.

72

ИНТЕРЛЮДИЯ ВТОРАЯ

Я нажал на кнопку "СТОП".

- На него действительно работал Фома Аквинский?

-И да, и нет. Этого человека действительно звали Фома и он действительно был

из итальянского города Аквино. Но тому Фоме Аквинскому, о котором мы оба думаем, в это время было семь лет и он не имел никакого отношения к школьным учителям Конрада.

История Конрада также точна, как и твоя.

- "Сумма теологий" была написана в ведомстве Конрада.

Он нажал на кнопку "СТАРТ".

73

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Мы только что закончили монтаж нашего первого роторного парового двигателя -

первого механизма, работающего на принципе двойного расширения. Он крутил ведущий вал, от которого, посредством кожаных ремней, приводились в действие токарные, шлифовальные

и другие станки, которые мы выстроили под ним в линию. Плетеные корзины прикрывали

ремни, обеспечивая безопасность.

Я собрался было поехать в Орлиное Гнездо, чтобы поприветствовать первых сорок

мальчиков, когда у ворот Трех Стен поднялся какой-то шум. Перед разводным мостом стояла

разношерстная толпа каких-то иностранцев и пан Владимир не позволял им войти без моего

разрешения. Там было около ста человек.

Они были более смуглые, чем мы. Их волосы были черными, а глаза - коричневыми

и, иногда, зелеными. Они были среднего роста и имели тонкие, жилистые тела, как у армян

или даже арабов. Тем не менее, они не выглядели точно как кто-либо из этих народов.

Их лидер, который выглядел таким же оборванцем, как и все остальные, очень плохо

знал польский, но другие не говорили на нем вовсе. Мне потребовалось несколько часов, чтобы понять, что они хотят, и я бы вовсе махнул на них рукой, если бы не услышал слова

"Новацек" и "алхимик".

Годом ранее, я попросил своего друга - торговца Бориса Новацека - направить ко мне

химика, если он встретит такового, так как я был слаб в практической химии. Судя по всему, этот человек являлся эквивалентом химика из тринадцатого века. Он имел при себе три горшка

из которых, похоже, пахло кислотой и он дал понять жестами, что он их сделал.

Я очень нуждался в химике. Мы выбрасывали множество разных вещей, которые

могли бы быть полезны, если их правильно использовать. Например, каменноугольные смолы

по сути, являются липкой грязью, представляющей собой смесь тысячи химических веществ, некоторые из которых могут быть очень полезны. Я знал, что они содержат аспирин, красители, консерванты древесины, но это лишь некоторые из них.

Но я не имел ни малейшего понятия, как выполнить очистку этих материалов.

Мне нужен был один химик… или может быть несколько. Но мне не нужна была тысяча

химиков!

Я попытался донести эту идею, но у меня плохо это получалось.

Прозвенел колокол к обеду и я почувствовал, что голоден. Поглядев на толпу беженцев, или кем уж они там были, я понял, что они не ели прошлые дни и очень мало ели в предыдущие

месяцы. У нас было достаточно еды, и не было оснований, чтобы не проявить милосердие.

Я пригласил их на обед, пытаясь общаться с ними жестами, но это было лишь временное

приглашение, и я не собирался нанимать их на постоянной основе.

74

Проблемы начались почти что сразу. Там, откуда я родом, считается, что если вы гость, то вы едите то, что перед вами ставят и, по крайней мере, делаете вид, что вам это нравится.

Но они не стали пить наше пиво, настояв на том, что будут пить только воду. Многие поляки

считают, что они не могут доверять человеку, которые не хочет с ним выпить и отказ

от проявленной щедрости считается оскорблением.

Их лидер подробно расспрашивал меня о том мясе, которое мы им предложили

и, в конце концов, чтобы ответить ему, я нарисовал свинью. Он отреагировал так, как будто

я попытался накормить его человечиной и, выяснив, что это свинина, что-то сказал своим

спутникам, так что они довольствовались хлебом и кашей. По крайней мере, их стало дешево

кормить, хотя они и питались три раза в день, точно также как и мои люди.

Во второй половине дня или улучшился его польский или я научился лучше

жестикулировать. Кажется, его звали Золтан Вараниан, хотя не уверен, было ли "золтан"

именем или титулом. В любом случае, я подумал, что он и его люди могли бы остаться здесь

в течение двух недель, но после этого должны будут уехать.

Я также настаивал на том, чтобы они помылись, прежде чем лечь спать и это вызвало

другие проблемы. У моих людей не было табу на наготу, а у них было. Мужчины и женщины

не мылись вместе. Всякий раз, когда один из моих рабочих другого пола входил в душевую

в неудачное время, поднимался сильный шум. Их мужчины также закричали, когда красивая

девушка вошла к ним, чтобы присоединиться. Культурный шок во всем его проявлении.

Их одежда представляла собой лохмотья, а у нас было столько ткани, что она

вываливалась из наших ушей. За всю работу в Орлином Гнезде, граф Ламберт платил мне

тканью и у меня не было времени, чтобы избавиться от нее так, чтобы получить от этого

выгоду. Я дал задание Янине дать им достаточно ткани, чтобы сделать одежду для каждого

из них.

В тот вечер на ужин был ягненок, которого они ели. Мы разместили их в двух нижних

этажах в четверти для благородных гостей, так как для них не было свободных комнат где-либо

еще. Они были набиты там как дрова, но даже в этом случае, я не знал, что мы будем делать, если бы вдруг герцог решил нанести неожиданный визит. Может быть, тогда придется

разместить их в сараях…

Следующим утром мне действительно нужно было поехать в Орлиное Гнездо, так как

я уже опаздывал на день. Я приставил Наташу к Золтану, сказав, чтобы она сделала

все возможное, чтобы научить его польскому. Также я сказал, что не ожидаю от нее, что она

будет с ним спать. В конце концов, должны быть пределы гостеприимству.

Наташа взялась за работу с тем же веселым удовольствием, с каким она делала

все остальные вещи. Я никак не мог решить для себя, было ли странным то, что она была такой

приятной или то, что другие женщины в мире не были такими же, как она. Любой мужчина, включая меня, который бы не женился на этой девушке, был бы полным дураком. Конечно, я получил ее без того, чтобы жениться на ней.

75

Четыре десятка мальчиков, которые ждали меня в Орлином Гнезде, были яркими десяти-двенадцати летними детьми и являлись отпрысками местной знати. Большинство из них имели

слугу или даже двух и все эти люди ожидали, что получат тепленькое местечко около одного

маленького человечка. Я положил этому конец, назначив большинство из них следить

за порядком в домах, готовить и убирать, что освободило многих из моих собственных людей

для какой-либо другой продуктивной работы.

Мальчики были распределены по шесть человек в комнату, а одного ответственного

слугу поселили с ним в основном для того, чтобы держать детей в порядке. В принципе, было

достаточное количество комнат, чтобы расселить число людей в восемь раз большее, чем у нас, и каждый из мальчиков мог бы иметь свою собственную комнату, но мальчики в этом возрасте

являются стадными в своих предпочтениях. Я хотел заставить их сформировать долгосрочные

дружеские отношения и чувство коллективизма. В первые несколько дней я разрешил им

менять соседей по комнате так, как им захочется, но после этого распределение по комнатам

стало довольно постоянным.

Граф Ламберт выбрал директора школы и мне понравился этот человек. Он должен был

учить два класса по двадцать человек - один с утра, а другой - после обеда. Он должен был

научить стандартным предметам, таким как чтение, письмо и арифметика. Когда они были

не в школе, мальчики были под надзором моих плотников - тех из них, кто хорошо умел ладить

с детьми. Данная система дала нам утреннюю и вечернюю команды, что привело

к возникновению дружеского соперничества. Большое количество времени тратилось

на командный спорт, а по выходным устраивались соревнования между сменами.

Я начал учебу мальчиков с изготовления воздушных змеев и заставил их построить

своих собственных. И не просто обычных воздушных змеев, но управляемых змеев, с двумя

и тремя веревками. К концу недели я рассказал им о приклеивании песка к веревкам так, чтобы вы могли подрезать веревки другого змея.

Конкурс получился жестким! И, надеюсь, мальчики кое-что поняли.

Вернувшись в Три Стены я подумал, что введение униформы может помочь

сформировать чувство солидарности, которую я пытался выстроить между мальчиками.

Фабрика графа Ламберта выпускала вполне неплохую красную шерстяную ткань, а Медногорск

мог производить тонны медных пуговиц и военных украшений.

Я решил, что белые брюки и белая водолазке будут прекрасно сочетаться с красным

жакетом с открытым воротником. Брюки и жакет будут иметь карманы на современный лад, поскольку хранение всего в поясных сумках неудобно. Черные кожаные сапоги, пояс

и перчатки. Латунные пуговицы, пряжки, знаки и погоны. И красная или белая остроконечная

шляпа в зависимости от того, к какой смене относился курсант.

К концу года я скажу мальчикам разработать кинжал класса, и никто кроме них не будет

использовать конструкцию такого вида. Каждый класс будет иметь свой собственный дизайн

подобно тому, как многие школы имеют кольца классов.

Инструкторы будут иметь аналогичную одежду, кроме того, что у них будут черные

шляпы. Рабочие будут одеты аналогичным образом за исключением того, что на их одежде

будет гораздо меньше украшений.

Я раздумывал над тем, должны или нет дети сами шить себе форму, поскольку умение

шить было необходимо, чтобы сделать полотняную обшивку самолетов. Я решил этого

не делать, поскольку мальчики в этом возрасте растут очень быстро. Если ребенок сделает

одежду сам, то он не будет считать правильным сдавать ее сразу же, как только он ее перерос, а очевидная экономия посредством передачи поношенных вещей другим людям считалась

обычной в это время даже среди высшей знати.

76

За ту неделю, пока меня не было Наташа и Золтан добились исключительного прогресса

в изучении языка. Сейчас я фактически мог бы с ним разговаривать. Частично это можно было

отнести на счет терпения Наташи, но в основном это было связано с тем, что Золтан

был опытным лингвистом, владеющим одиннадцатью другими языками. У него все еще был

словарь пятилетнего ребенка и большую часть нашего времени вместе мы тратили

на обсуждение значения различных слов, но он был в состоянии рассказать свою историю.

Он и его люди были родом за тысячи миль к востоку от Трех Стен, с восточного

побережья Каспийского моря. Они были из города Угренч, который являлся частью

Хорезмской империи, простиравшейся от Арабского океана (Примечание: Оманский залив) до северной части Аральского моря, и от Гиндукуша до берегов Каспия.

Если верить словам Золтана об этой стране, то она расположена перед воротами Рая, небо над ней никогда не покрывается тучами, а воды всегда в избытке в реке Аму, которая

питается никогда не сходящими ледяными шапками Гималаев. Прудов, садов и пшеничных

полей всегда в изобилии из-за орошения могучей Аму. Там расположены под солнцем десятки

процветающих и знаменитых городов, каждый из них с населением более полумиллиона, а вся

империя густо заселена. Тем не менее, там такое обилие земли, что ее было достаточно

для всех.

Затем из-за гор на северо-востоке пришли монголы, убили шаха и захватили Самарканд, столицу Бухары. Города были уничтожены, а все их население убито. Поскольку их армия была

полностью уничтожена, шах убит или, как некоторые говорили, отправился охотиться

за пределы берегов Каспийского моря, и больше не осталось никакой надежды, то принц

Угренча покорился Чингизхану. В обмен на разорительную дань для захватчиков, он купил мир

на несколько лет.

Но дань увеличивалась из года в год и, наконец, было добавлено требование, что все здоровые мужчины должны поступить на службу к хану в армию, чтобы сражаться

в иностранных походах. Уже выплачиваемая дань в зерне, золоте и рабах привела к голоду

в землях. А без помощи здоровых мужчин, дань не могла быть выплачена. Женщины, дети

и старики в состоянии хоть и плохо, но себя обеспечивать, при этом, не создавая никаких

припасов. Но без выплаты дани, армии хана вернуться и некому будет защитить их от них.

Принц Угренча объединился с другими князьями в их восстании против монголов

и Угренч стал последним уничтоженным городом. Окружающая местность осквернялась

в течение нескольких дней и каждый город, село и дом были сожжены. Фруктовые сады

и виноградники были вырублены ни по какой другой причине, кроме как из удовольствия

от их уничтожения. Женщин насиловали в пределах видимости городских стен, а изнасиловав, вырывали им горло. Целые семьи выстраивали в линию и расстреливали из луков.

Угренч продержался против орды монголов пять месяцев, пока не закончились

все стрелы и вся еда и даже крысы были пойманы и съедены.

Потом монголы предложили перемирие.

Они сказали, что если принц им сдастся, то они сохранят жизнь всем остальным

в городе, поскольку только принц восстал против своего правителя, а все остальные, кто за ним

последовал, были им обмануты. Монголы поклялись Аллаху и своим собственным языческим

богам. Принц посовещался с своими советниками, а затем добровольно сдался. Как только

принц вышел из городских ворот, монгольские солдаты его схватили. Они обезглавили принца

в пределах видимости его подданных, а затем их армия вошла в город.

77

Они приказали всем покинуть город, поскольку они поклялись, что они сохранят людям

их жизнь, но город должен быть уничтожен. Люди могли взять с собой все, что они смогут

унести, но не более того. Всех жителей вывели за ворота, они были обысканы и у них забрали

все оружие. Затем они были разделены на группы в зависимости от их профессий. Каждая

группа охранялась отдельно.

Первыми, кого убили были офицеры. На глазах их семей им связали руки и ноги, а затем

некоторых из них задушили, а другим - отрубили головы. Их семьи вскоре были также убиты

за исключением нескольких сотен привлекательных молодых женщин, которые были раздеты, закованы и отведены в сторону. Затем они перешли к другим группам и систематическое

убийство продолжилось в течение нескольких дней. Когда люди пожаловались монголам, что

они не держат их клятву своим богам, их хан ответил, что он обещал не убивать их в городе, но сейчас они находятся за пределами его стен.

Убийство прекратилось на некоторое время только тогда, когда не осталось никого, кроме сотни лучших мастеров с их семьями в одной группе, двух тысяч молодых женщин

в другой, а также восьмидесяти тысяч мужчин – в третьей.

Все то время, что продолжалось убийство, все головы убитых складывались

в аккуратные пирамиды, а другая часть орды систематически грабила город, хотя большинство

самых ценных переносимых вещей были в багаже беженцев.

Затем, город был сожжен, а пленным мужчинам приказали снести каждую стену, каждый дворец, каждую мечеть и каждую лачугу. Когда это было сделано, то всего этого было

все еще недостаточно, чтобы удовлетворить хана. Пленников заставили рыть канал и затем

перегородить могучий Аму таким образом, чтобы река потекла через то место, где был город.

Это уничтожило ирригационную систему и без ирригации поля высохли, а почва была снесена

ветром. Ничего не осталось от некогда прекрасного Угренча, чье население когда-то состояло

из полумиллиона человек. Восемьдесят тысяч рабочих были убиты, а их головы были

добавлены к пирамидам черепов.

На фоне монголов Гитлер выглядел как мелкий хулиган, а Сталин – как небольшое

изменение.

Золтан был главным алхимиком в своем городе и, таким образом, его и его семью

пощадили, и монголы ничего им не сделали. Это же относилось ко всем другим людям в его

маленькой группе. Молодые женщины были отделены и их никто и никогда не видел.

Группу Золтана повели в сторону Каракорума с охраной из двадцати мужчин.

Заключенных заставили готовить для охранников, а Золтан также как и о минералах, имел представление о свойствах растений. Он придумал яд из корней некоторых пустынных

растений и добавил их в еду, чтобы убить охрану.

Затем он повел своих людей на запад и в течение семи лет они скитались в поисках дома, постоянно изгоняемые из христианских стран, поскольку они были мусульманами, и из мусульманских стран, поскольку там их считали еретиками, и смертельно боясь

приближаться к землям хана. Сначала их было около пятисот человек, но четверо из пяти

умерли или пропали в дороге. Сто человек были теми, кто остался от города с полумиллионным

населением.

78

Это была печальная история и мне было очень жаль этих людей. Но, черт побери, у меня

были проблемы с моими собственными! Я должен был быть уверен, что то, что случилось

с Угренчем, не случиться с Краковом! Чтобы сделать это я нуждался в постоянной поддержке

со стороны государства, церкви и моих людей. И наличие этой толпы беженцев никак не могло

мне помочь.

Все они были своего рода мусульманами, но, насколько я мог судить, все они были

членами какой-то еретической секты. Или, по крайней мере, как сказал Золтан, все другие

мусульмане были еретиками, что, я думаю, означало то же самое. И это было последнее, что мне было нужно. Члены маленькой религиозной секты, как правило, являются фанатиками, которые с нетерпением ищут новообращенных.

Церковь уже проводила инквизицию относительно меня и если они выяснят, что я

занимаюсь укрывательством и поддержкой мусульман и, к тому же, еретиков, то все это может

очень плохо для меня закончится. А что если беженцы начнут обращать в свою веру добрых

христиан – ну я даже не хочу об этом думать.

Я получил очень твердое уверение в том, что его люди не пытались говорить с моими

людьми на предмет перехода в его веру или предпринимать другие действия, чтобы кто-то стал

мусульманином-еретиком.

Он ответил, что это не является проблемой и пустился в длинные богословские

рассуждения, которые были мне не понятны, но к его удовлетворению, это, несомненно, свидетельствовало о том, что нам никогда не будет разрешено присоединиться к его секте

и, поэтому, у нас не будет никакого шанса получить спасение.

Это еще больше вывело меня из себя!

Черт возьми, он мне говорит, что я недостаточно хорош, чтобы присоединится

к его секте? Я был достаточно хорош, чтобы присоединится к чему бы то ни было, но я этого

не хотел. К этому времени было уже достаточно поздно и, по ощущениям, я бы уже назвал

это ночью. Все уже продолжалось слишком долго, и я был бы порядочной сволочью, если бы

и дальше продолжал мучить гостя (Примечание: Возможно, неправильный перевод).

Следующее утро я провел в попытках наверстать свои дела. Приближалась весна

и я планировал построить второй блок домов (или защитную стену в зависимости от того, как вам хотелось его рассматривать) отстоящую на десять ярдов от первой. Новая стена должна

была быть построена из кирпича с черепичной крышей.

Кроме того, я запланировал постройку лесопильного и мебельного магазинов

за пределами города там, где протекающий небольшой ручей делал проще транспортировку

бревен. Весь лес в нашей долине был вырублен, а те деревья, что остались, были оставлены

для красоты. И было бы глупо тащит огромные бревна к существующей лесопилке.

И, помимо этого, была еще куча мелких вещей, которые необходимо сделать, когда вы

участвуете в процессе в роли менеджера.

79

Время уже перевалило за полдень, когда я смог вернуться к Золтану, но я решил

прогнать его и его людей в конце недели. Я чувствовал к ним жалость, но между нами было

слишком много культурных различий, чтобы мы когда-нибудь смогли жить вместе.

В прошлом году мы без особых проблем приняли группу пруссов, но это были дети, чьи семьи были убиты крестоносцами. Они очень сильно нуждались в новых семьях и были

очень приспособляемыми. А эти мусульмане или кем бы они ни были, были тесно сплоченной

общиной. Такая группа может сохранять свою структуру неопределенно долго. Они должны

были уйти.

Знаю, это звучит жестоко, но сейчас были жестокие времена. Был предел тому, что я

мог сделать и если бы я взял на себя ответственность за эту группу иностранцев, то это

значило бы, что где-то жили сто поляков, которым я мог бы помочь, но не сделал этого.

Мои собственные люди умирали каждую зиму, и я должен был сделать для них больше, чем кому-либо из страны о которой я раньше никогда не слышал.

Но пока они находились здесь и я платил по счетам, то я хотел получить все, что Золтан

знал о практической химии. Это оказалось сложно сделать.

Часть проблемы заключалась в отсутствие взаимного словаря. Золтан выучил польское

слово "дверь", когда Наташа указала на дверь и сказала "дверь". Требовалось еще немного

поговорить, чтобы убедиться, что она не говорила о дверной ручке или о дверной раме, но это

не занимало слишком много времени. Но как, черт возьми, можно обсудить концепцию нитрата

калия? Я не мог сказать, что это было основным компонентом пороха. Он не знал, что такое

порох. Это белые кристаллы? Но так выглядели поваренная соль, песок и миллион

других вещей!

Я попытался начать с простейшего атома водорода. Спустя час разговора об атомах, Золтан сказал, что он читал старый греческий трактат об атомах, но был уверен, что это глупое

учение. Это не укладывалось в его систему влажных веществ, которым противостояли сухие

вещества, тепло против холода, а также вся земля, воздух, вода и огненный космос, в которые

он не только верил, но непоколебимо знал, что это было правдой. Тысячу раз он использовал

теорию, которой его учил его учитель и получил хорошие результаты. Как можно в этом

сомневаться?

Было уже поздно, когда мы подвели итог закончившемуся дню, отметив незначительный

прогресс. Следующие четыре дня были почти такими же плохими, хотя владение Золтаном

польским языком удивительно улучшилось.

Правда заключалась в том, что я имел плохое представление о теоретической химии

и всего лишь небольшой практический опыт. О да, это был обычный лабораторный

курс в колледже, но он предполагал использование предварительно подготовленных химикатов

и их смешение в соответствие с формулой. Все практические знания, что я получил, я мог бы

точно также получить в классе домоводства. На самом деле, мои знания были гораздо хуже, чем записи в поваренной книге. Я не имел ни малейшего представления о том, как в природе

выглядит большинство химических веществ. Домохозяйка, по крайней мере, знает, как выглядит курица!

А Золтан имел некоторые знания в практической химии. У него с собой были банки

с соляной, серной и азотной кислотами. Он доказал это, растворив немного золота. Также, он был убежден, что может превращать свинец в золото, как только достаточно хорошо в этом

разберется. Просто он еще не нашел правильной процедуры.

Между нами не было точек соприкосновения. И мои люди не ладят с его. Было уже две

драки, а в еще один раз участники уже успели выхватить ножи, прежде чем их развели.

И все это происходило совсем не потому, что богатые поселенцы приставали к бедным

беженцам. Этот чертов цыган совсем не должен был хватать замужнюю женщину, даже если

она шла голой в душевую в неподходящее время дня!

Если дела будут идти так, как идут, то, рано или поздно, кто-то кого-то убьет.

80

Утром за день до их запланированного отъезда, Золтан пришел ко мне с предложением

устроить пир для некоторых из нас. Его мусульмане приготовят еду и устроят развлечения, скажем для сорока моих лучших мужчин. Кажется, среди его людей существовало правило

организовывать праздник только для мужчин. Женщины и дети доедали со стола объедки.

Ну что ж, хорошо. Та еда, которую они будут подавать, принадлежит мне, но я

мог видеть, где тут будет жест доброй воли. Пусть это будут развлечения. Кроме редких групп

менестрелей и клоунов в Средневековье развлечением считалось все, что вы могли придумать

для себя сами. Разнообразие тут только приветствовалось. Я сказал, что мы устроим вечер

в жилых комнатах моих апартаментов.

81

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Когда я вернулся в Три Стены то обнаружил там странные вещи. Туда на время была

приглашена группа иностранцев и, было объявлено, что в течение дня для них установлено

определенное время для мытья.

Я обсудил это с Явальдой, дружбу с которой поддерживал отчасти потому, что она

дружила с моей любовью, Кристиной. Также, она отвечала за конюшни и обеспечивала очень

хороший уход моей лошади.

Кажется, все мужчины заворачивали свои головы в полотенца и смущались, если кто-нибудь видел их без этих странных одеяний. Женщины же, всегда держали свои лица

закрытыми, даже среди других женщин. Их пригласили, потому что пан Конрад сжалился

над ними, но вскоре они должны будут уйти.

Но у Явальды были более интересные новости, и она взяла с меня обещание хранить

тайну прежде, чем она расскажет мне об этом. Они еще не были уверены, но все выглядело

так, как будто Кристина была беременна!

Дамы пана Конрада давно используют метод предотвращения беременности, которому

их научила пани Ричеза, также известный как календарный метод. Тем не менее, кажется

что не все дети Божьи имеют один и тот же ритм и Кристина пропустила свое время.

Это взволновало меня, так как теперь ей придется выйти замуж или все будут считать ее

шлюхой! Если пан Конрад не захочет ее, а он часто говорил, что не хочет, тогда, возможно, рассмотрят мою кандидатуру! И я, возможно, наконец-то женюсь на моей любимой!

Таким образом, я был в возбужденном настроении, когда мне пришло приглашение

в апартаменты пана Конрада на час вечерних развлечений! Но мои первоначальные надежды

вскоре были разбиты, так как это все предназначалось только для иностранцев и только

для мужчин.

Я пришел одетым в мои лучшие одежды, которые были достаточно хороши теперь, когда я могу позволить себе такие вещи и, конечно же, я одел замечательные меч и кинжал, которые выиграл в битве с кастильцами.

Вскоре, я примостился на подушке с паном Конрадом по правую руку и Ильей –

по левую в большом холле пана Конрада или "гостиной", как он настаивает, чтобы его

называли. Эта большая комната занимает весь верхний этаж этого здания, ее ширина составляет

восемнадцать ярдов и она выше любой другой комнаты в здании, а ее пол выше соседних

крыш.

Потолок более чем в два раза выше человеческого роста, что обычно в Трех Стенах, но само по себе высоко. В комнате нет драпировки бархатом или гобеленов, но все же

она имеет некую грубую величественность. Я точно знаю, что пан Конрад первоначально

задумывал нечто гораздо более скромное, поскольку присутствовал при том, когда

пан Владимир настаивал, что иногда необходимо произвести впечатление на благородных

гостей и пан Конрад с ним согласился.

Восточная стена была сделана из грубых известняковых блоков, а северная и южная

из необработанного дерева - деревянных плит, каждая в ярд шириной. Потолок поддерживался

огромными бревнами, а западная стена являлась частью натуральной известняковой скалы.

В этой скале был вырезан камин, достаточно большой, чтобы там могли встать двадцать

мужчин, если бы там не было огня. Сейчас он был достаточно силен. Несмотря на всю

эту грубость, зал был полон настоящей живой силы, что очень подходило к характеру

пана Конрада.

82

Три чужака играли на музыкальных инструментах. Инструменты были теми же самыми, которые использовались нашей группой, но их манера игры была очень странной. Они играли

не в лад и музыка имела странное тягучее звучание, которое мне, поначалу, не понравилось, но в конце концов я стал получать от нее удовольствие.

Лидер чужаков, их "золтан" (Примечание: Скорее всего, имеется ввиду "султан"), представил каждого из своих людей пану Конраду и всем присутствующим. Их имена звучали

для меня настолько странно, что я не смог запомнить ни одно из них. Но, также, они сказали, чем они занимаются по-польски. Вот этот вот был кожевенником, а тот другой - ювелиром.

Здесь были кузнецы, гончары, оружейники, ювелиры, кожевенники, астрологи, сапожники, стеклодувы, а также десятки других известных профессий, в том числе тех, которым не было

названия на польском. И все эти люди утверждали, что являются мастерами своих ремесел, что я воспринял с некоторым скептицизмом. Если бы я оказался в другой стране и стал

утверждать, что являюсь мастером, то кто бы мог уличить меня во лжи?

Пан Конрад последовал его примеру, представив всех его людей, которые здесь

присутствовали. Так как я сидел рядом с ним, он представил меня первым, а золтан перевел

сказанное на тот язык, на котором они говорили. Я почувствовал, что я должен встать, как это

полагается на христианском празднике, но чуть не упал, попытавшись это сделать. Посидев

в такой неестественной позе, я не чувствовал своих ног!

Пан Конрад сказал, что остальные должны оставаться на своих местах и продолжил, представив пана Владимира, которого, по праву, стоило представить первым, поскольку

из присутствующих он был единственным дворянином, но пан Конрад часто ставит последнее

первым и наоборот. Сам я думаю, что это часть его философии.

После того, как знакомства были закончены, была подана еда, причем обслуживали

мужчины, а не женщины. И хотя я знал, что все слуги пришли из наших кладовых, но здесь, в Трех Стенах, это выглядело странным.

Была подана лапша, такая тонкая, как маленькое зерно пшеницы, а также соус

к баранине такой, которого я никогда не пробовал прежде. Я подумал, что может быть

это какая-то иностранная приправа, но Явальда сказала, что эти люди пришли к нам абсолютно

без ничего, кроме лохмотьев на их телах. Все это оставалось для меня загадкой.

Мы ели латунными ложками и вилками, которыми нам показал, как пользоваться

пан Конрад, но иностранцы, будучи, разумеется, нецивилизованными, ели руками и только, как я заметил, правой рукой. Как я узнал позже, так было, потому что они касались своих

половых органов левой рукой, по-видимому, не зная как пользоваться шариками из сена

или умывальниками.

Их "золтан" встал и произнес речь на его едва понятном польском. Он сказал, что он

благодарен за нашу щедрость к его народу и публично благодарит пана Конрада за еду

и одежду, которую он в избытке им предоставил. Они будут вспоминать нашего господина

в своих молитвах, даже если мы называем Бога другим именем, нежели они.

Пан Конрад произнес ответную речь, но я не думаю, что он был слишком искренен.

Он сказал, что он сожалеет об их отъезде, но каждый из них сможет взять столько еды, сколько сможет унести, и он дарит им прощальный подарок в виде ста овец, которых

он попросил не убивать, пока они не покинули земли графа Ламберта из-за законов хозяина

относительно овец.

Золтан объявил, что чтобы нас развлечь, для нас станцует его дочь.

83

Вначале заиграла величественная музыка или настолько величественная, насколько

могут быть эти странные иностранные мелодии.

Вошедшая женщина была одета в эти странные огромные балахоны, которые

так нравились этим людям. Готов спорить, они так одевались, чтобы обмануть пана Конрада

и получить больше ткани, поскольку они получили ее в шесть раз больше того, что он ожидал.

Она была закутана с головы до ног и даже лицо ее было покрыто вуалью.

Через какое-то время музыка стала быстрее, и она сбросила вуаль со своего лица, открыв

прекрасное лицо и огромные зеленые глаза. Она бросила вуаль у ног пана Конрада, который, как и все мы, вытянул их, чтобы облегчить судороги в ногах.

Илья, сидевший рядом со мной, сказал: "Я знаю эту девушку! Я разговаривал с ней

две недели назад. Я встретил ее в столовой."

- Почему она тобой заинтересовалась?

- Потому что она очень разборчивая! А также потому, что я достаточно зрелый, чтобы

разговаривать с ней без того, чтобы постоянно смотреть на нее как на молодую самку.

- Как же ты с ней разговаривал? Я думал, что никто из этих людей не умеет

разговаривать на польском.

- В основном да, но она разговаривает. Ее научили говорить. Я думаю, что кто-то

из ночной смены помогал ей в течение дня.

- Так что, отношения между вами были чисто платоническими?

- Нет, мы не обсуждали философию. Только то, что значат слова.

Темп музыки опять увеличился, а вместе с ним и скорость танца. Девушка сняла

верхнюю накидку, открыв еще одну, которая плотно прилегала к телу. Ее длинные черные

волосы свободно развевались.

- Неплохое тело, - сказал Илья, - Если бы две недели тому назад я знал, что под этим

платком, возможно, я бы его немного пощупал.

Я кивнул, но меня слишком интересовал танец, чтобы говорить.

Темп музыки снова ускорился, и танец снова стал быстрее. Она бросила свою блузку

к ногам пана Конрада, открыв ремни, которые прикрывали ее грудь. Она была исключительной

красоты - значительно более прекрасна, чем кто-либо, кого я видел раньше в своей жизни, а ведь частью моей работы были ежемесячные поездки по тавернам Розовый Дракон. И, ведь

как считается, в этих тавернах самые красивые официантки в мире!

Музыка снова ускорилась, и она обнажила свой живот, оставшись одета только

в длинную тонкую юбку, на которой было много складок от подола до пояса. Ни один глаз

в комнате не смотрел ни на что другое, кроме как на это невероятное явление. По крайней мере, я не могу себе представить, что кто-то мог смотреть куда-то еще, хотя я и не стал тратить

время, чтобы это проверить! Она двигала своими бедрами невероятно быстрым образом, что заставляло колыхаться ее юбку. Никогда бы не подумал, что возможно, чтобы женщина

так двигалась, но это было так.

И снова музыка стала невероятно быстрой, и танец ускорился вместе с ней. Сейчас

она была полностью обнаженной, а на ее теле не было волос ниже шеи. Ее половые органы

были такими же гладкими как у ребенка.

- Посмотри, как гладко она выбрита! - сказал Илья, - Эти люди должны делать чертовки

хорошую сталь!

Я даже не потрудился кивнуть, так очарован я был ее танцем.

И вдруг музыка остановилась, и девушка упала к ногам пана Конрада, а капельки пота

блестели на ее теле.

84

В комнате воцарилась тишина, поскольку все мы замолчали.

Затем все начали аплодировать так, что задрожали стены и, казалось, должно было быть

слышно, на полпути к пану Мешко. Но девушка не двигалась.

Аплодисменты продолжались в течение длительного времени, но наконец золтан встал

с поднятыми вверх руками и разведенными в сторону ладонями и вдруг стало тихо.

- Вам понравилось, да? – спросил он.

И снова все аплодировали, пока их не остановили.

- А тебе, благородный пан Конрад. Тебе это также понравилось?

- Мне это очень понравилось, Золтан.

- Эту девушку зовут Киликия. Она моя единственная дочь. Она - единственная, кто осталась в живых из моей семьи. Но твои подарки нам так велики, что мы должны что-то

дать взамен. Я дам тебе ее. Она твоя рабыня. Возьми ее!

Пан Конрад неуверенно покачивался на своей подушке. Он сделал паузу, прежде чем

сказал:

- Золтан, я благодарю тебя за эту невероятную щедрость, но я не могу принять рабыню.

В Польше рабство является незаконным. В прошлом году я сражался, чтобы так сделать!

- Тем не менее, благородный пан Конрад, это так. Это самая послушная женщина

и она всегда делала то, что я ей говорил. Сейчас я говорю ей подчиняться тебе, и она меня

послушается, даже если это будет последнее слово, которое я ей скажу.

- Мне очень жаль, но я не могу нарушить закон. Я не могу принять рабыню.

Золтан подсел поближе к пану Конраду, наклонился и начал что-то тихонько ему

говорить. Поскольку я сидел рядом с моим господином, то думаю, ябыл единственным

человеком, который слышал то, что он сказал.

- Пожалуйста, пан Конрад. Мы сейчас находимся далеко на севере и скоро зима.

Нам негде жить и скоро все мы будем мертвы. Я тебя за это не виню. Ты сделал для нас очень

много хорошего, и ты не обязан поддерживать группу бездомных странников. Но ты был

нашей самой последней надеждой и теперь мы должны умереть. Но, пожалуйста, я прошу тебя

как отец. Пусть моя маленькая девочка живет.

Пан Конрад замолчал на какое-то время.

- Думаю, да. Я о ней позабочусь.

- Спасибо, мой господин.

Золтан встал и объявил толпе:

- Благородный господин принял мой дар!

Толпа разразилась приветствиями, но сам я думаю, что золтан не хотел бы, чтобы

его люди знали истинную причину его щедрости.

Когда фестиваль закончился, я увидел, что пан Конрад вернулся в свои палаты

или спальню, как он ее называл, вместе с девушкой под мышкой.

Она все еще была голой.

85

Следующим утром за завтраком, пан Конрад настоял, чтобы была подана еще одна

тарелка (Примечание: Буквально "дополнительная еда") и все говорили только о танце Киликии

предыдущим вечером, а те из нас, кто там был, оказались в центре внимания. Все девушки

завидовали, а Явальда сказала, что она готова была отдать свою зарплату за следующий год, чтобы люди также говорили о ней, как об иностранке.

- Киликия останется с нами, - сказал я, - Попросите ее, чтобы она давала вам

уроки танцев.

- Говорю вам, перед лицом Бога, я обязательно попрошу ее об этом! - сказала Явальда.

- Здорово. Я бы хотел увидеть, как все наши женщины это делают. Что касается меня, то я думаю, что это своего рода танец плодородия, чтобы побудить мужчину к браку. Уверен, что ни одна беременная женщина не смогла бы так сделать или, если бы даже смогла, то не слишком долго. Может быть, идея этого танца заключается в том, чтобы показать

мужчине, что он получает неиспорченный товар.

- Неиспорченный! - вскрикнула Наталья, изображая гнев, а Явальда бросила в меня

кусок хлеба.

Я взял хлеб и поцеловал его, показывая, как нужно правильно с ним поступать, поскольку хлеб, в своем роде, священен, и указав Явальде на неправильность ее поступка.

После этого, я положил хлеб на стол и она, конечно же, его съела.

- Ну… дворянам нравятся такого рода вещи. Простолюдины же вынуждены

довольствоваться тем, что они могут получить.

Возможно, я перешел бы к еще более игривой пикировке, но вошел пан Конрад и дал

понять, что хотел бы поговорить с нами со всеми и в комнате сразу же стало тихо.

- Год назад я попросил своего друга, торговца Бориса Новачека, отправить ко мне

алхимика, поскольку нам нужен человек с такими навыками здесь, в Трех Стенах. Две недели

назад, Золтан и его люди прибыли по моему приглашению. Мы нуждаемся в алхимике, а не в сотне беженцев. Поэтому я им сказал, что они могут остановиться отдохнуть

на некоторое время, но потом они должны будут уйти. В тот момент я не знал, что каждый

из этих людей является мастером в одной из профессий. Многие из них умеют то, что не умеем

мы. У них в группе есть стеклодув. Если мы сможем предоставить ему соответствующие

инструменты и припасы, то вскоре сможем пить наше пиво из настоящих стеклянных сосудов!

Мы смогли бы вставлять в наши окна настоящие стекла, а стены нашей церкви мы могли бы

покрыть стеклянной мозаикой! Среди них есть мастер по изготовлению бумаги. Вы, должно

быть, не знаете, что такое бумага. Она представляет собой своего рода пергамент, но в тысячу

раз дешевле в своем изготовлении! Среди них также есть мастер по изготовлению фарфора.

Фарфор напоминает керамику, но он гораздо тоньше и расписывается гораздо большим

количеством цветов, чем сейчас есть у нас. Среди них есть и множество других мастеров.

Я разговаривал с их лидером, Золтаном, и он согласился остаться здесь со своими людьми.

Каждый из его мастеров примет, по крайней мере, одного польского ученика. В течение

нескольких дней будет размещен список доступных профессий и молодые люди, заинтересованные в возможном быстром продвижении и оплате могут подать заявление

через Наталью. Кандидаты будут утверждаться мною, Золтаном и участвующим мастером, но будет, по меньшей мере, тридцать мест сейчас и, возможно, больше позже. Эти люди

из другой культуры, отличной от нашей и у них другая религия. Они поклоняются тому же

Богу, что и мы, но они делают это по-другому. Пока что все, что мы можем делать –

это молиться тому, что однажды они станут истинными христианами, но у меня почти нет

надежды на то, что это случиться в ближайшее время. Поэтому, пока этого не произошло, я полностью запрещаю обсуждение с ними религии. Если вы хотите быть объявлены

нарушителями закона, то все, что вам нужно - это вступить в теологический спор с одним

из людей Золтана. Надеюсь, мне не придется вам доказывать, насколько серьезны мои слова.

Обращение этих людей в христианство является делом духовенства, а не вашим!

86

Тем не менее, я и Золтан понимаем различия и трения, которые могут возникать между

нашими людьми. Поэтому мы как можно быстрее будем стараться отселить их из Трех Стен.

Некоторые из вас знают о небольшой долине в полутора часах ходьбы на восток. Там есть

небольшой ручей, и она выглядит подходящей для группы такой численности. Если погода

продержится хорошей еще некоторое время, то мы сможем построить им подходящие дома

до того времени, пока земля не промерзнет, а также, мы передадим им несколько сотен овец.

До этого времени я буду очень жестко наказывать тех, кто будет с ними ссорится! Если повезет, то к Рождеству они уйдут отсюда. Киликия останется с моей семьей, чтобы посмотреть, возможно ли обратить одну из них в христианство.

При упоминании Киликии Илья с трудом проглотил смех.

Пан Конрад указал на него пальцем.

- Илья, это твое хихиканье будет стоить тебе недельного жалования! Наталья, отметьте это. Так вот, о деле. Бригадиры и мастера плотников и каменщиков должны в шесть

часов собраться в моем офисе, чтобы обсудить изменение расписания. Спасибо.

87

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Киликия была самой красивой женщиной, которую я когда либо видел в своей жизни, включая кинозвезд и Национальный балет. В двадцатом веке, женщина, которая смогла бы

так танцевать, оказалась бы в Голливуде, если бы раньше ее не украл Большой театр.

Поймите, все польские девушки вокруг были прелестными, но всем им было по большей

части четырнадцать лет и, в этом возрасте, они все прелестны. Это был естественный для них

способ выйти замуж. Но две действительно выдающиеся женщины, которых я здесь встретил, обе были иностранки и я имел определенные соображения насчет этого.

В цивилизованной стране, люди выбирают своего спутника жизни по довольно таки

непрактичным причинам. Он остроумный? Если ли у нее хобби и интересы, совпадающие

с моими? Хорошо ли он танцует? И, самое главное, она красивая? Будут ли мои друзья

завидовать мне, потому что он такой высокий и красивый?

Во всех культурах, некоторые люди никогда не женятся и, часто те, кто не отвечает

местным стандартам привлекательности, остаются одни. На протяжении многих веков

это приводит к селективному воспроизводству привлекательных и социально адаптированных

людей, но не обязательно умных, находчивых или жестких.

В примитивной культуре люди вынуждены быть более практичными при своем

выборе жизненного партнера. Может ли он обеспечить меня и моих детей достаточным

количеством еды, чтобы выжить? Может ли она готовить и правильно разделывать животных?

Достаточно ли он хороший воин, чтобы защитить нас от наших врагов? Достаточно ли она

сильная, чтобы защитить нашу хижину, когда меня нет?

Это не вопросы персональных предпочтений или социального престижа – это вопрос

выживания. Если вы делаете ошибку при выборе, то это может ускорить вашу смерть.

Это настолько важно, что во многих культурах, людям не разрешается выбирать партнера

самим. Старые и якобы умные головы делают это для них, а родители договариваются

о женитьбе.

Результатом этого является селективное давление, сильно отличающееся от более

цивилизованных народов. Люди становятся более жесткими и уверенными в себе, но они

являются менее привлекательными. На самом деле, я подозреваю, что вы можете задать себе

хороший вопрос о том, насколько культурным предки того или иного человека просто

посмотрев на то, насколько он или она красивы.

В тринадцатом веке Польша лишь на два века отошла от примитивной, племенной

культуры. Потребуется гораздо больше времени, чтобы преобразовать их в более

привлекательных и менее жестких людей. Но Франция и Ближний Восток были цивилизованы

гораздо раньше и это были те места, откуда пришли пани Францин и Киликия.

Я не говорю, что это абсолютная правда, но я бы поговорил об этом за кружкой пива.

88

Таланты Киликии в постели были такими же выдающимися, как и ее способности

в танце и я был рад, что я не взял ее как рабыню, потому что мне действительно хотелось быть

с нею.

Также, она была очень смышленая. За две короткие недели она освоила польский

в достаточной степени, чтобы общаться и ее акцент был не настолько выражен, как у ее отца.

Признаюсь, что это она уговорила меня дать возможность остаться ее людям, несмотря на то, что мы оба знали, что будут постоянно возникать различные проблемы.

Одним из ее способом было исследовать вещи, а затем, сказать мне имя человека

в ее группе, который мог показать, как сделать их лучше.

Она изучила лезвие прекрасного кинжала, который пан Владимир и его браться

подарили мне на прошлое Рождество и сказала, что он сделан из фиговой стали. Мой меч

вызвал ее восхищение, после чего она спросила у меня, можем ли мы делать такое оружие

и я вынужден был признаться, что не можем. Но это мог делать один из ее людей.

Она говорила о керамике, ткани и стекле, но окончательно убедило меня возможность

производства бумаги. Чтобы действительно иметь возможность распространять знания, вы должны иметь достаточно книг. Просто не было объективной возможности производить

достаточно пергамента, даже если бы я смог автоматизировать процесс его производства.

Чтобы сделать один большой лист пергамента требовалась кожа одной овцы и был предел тому, сколько овец вы могли выращивать. Но если бы у меня была бумага, то я мог бы построить

типографию.

Так что, той ночью, между приступами любовной лихорадки, мы спланировали, как наши народы могли жить вместе, не убивая друг друга. По сути, план предусматривал, что они будут разделены друг с другом настолько сильно, насколько это возможно с общением

только в случае профессиональной необходимости. Я дам им немного земли и буду держать

моих людей подальше за исключением учеников, которым будет позволено оставаться у них

ночевать. За исключением Золтана, все остальным людям ее народа, будет разрешено покидать

их землю только с моего разрешения.

Мои люди построят им минимально необходимо количество домов, достаточное, чтобы

позволить им перезимовать, а также дадут еды на первый год, после чего они будут

предоставлены сами себе. Половину своего времени они обязаны будут тратить на обучение

моих учеников и исследовательскую работу.

Мы пожали друг другу руки, что было для нее новым обычаем, а следующим утром

ее отец пришел в восторг от условий сделки.

Разумеется, Киликия оставалась со мной. Мой отец онемел бы от сложившийся

ситуации!

Так что, они перестали делать то, что они делали и начали строить дома. Никакой

сантехники, никаких защитных сооружений, а также отдельные кухни. Дома были не настолько

хороши, как в Трех Стенах, поскольку мы были сильно ограничены во времени. И дело было

даже не в том, что приближалась зима, но в основном потому, что я хотел выселить их из Трех

Стен до Великой охоты. Я не хотел, чтобы пятьдесят знатных гостей, некоторые из которых

воевали с мусульманами в крестовых походах, жили бок о бок с гостями, которые даже не были

христианами! Не стоило нарываться на проблемы.

89

Но после двух недель, проведенных в Трех Стенах, я должен был сделать свой объезд

строительных площадок. Я уже готовился уходить, когда Котча, девочка, которая смотрела

за моей кобылой и представляла собой пятьдесят фунтов девятилетней радости, запыхавшись

прибежала ко мне в спальню.

- У Анны щенки! - выкрикнула она.

Это заявление на мгновение ошеломило меня.

- Котча, у лошадей не бывает щенков. У них жеребята. И Анна не беременна. Можно

сказать, она конь. Тело становиться все больше, а грудь наливается молоком. И, в любом

случае, сейчас неподходящее для этого время года.

Детям в Средние века не нужно было рассказывать о птичках и пчелках. Для всей семьи: родителей, детей, а также их родственников, нормально было жить и спать в одной комнате.

Секс был чем-то нормальным, что происходило вокруг них всю их жизнь. И если всего этого

было недостаточно, то все они, в основном, были фермерами и могли смотреть, как животные

занимаются им так, как это всегда делали фермерские дети. Сделать из секса секрет является

современным извращением.

- Анна не конь! И они выглядят как щенки!

- Первое, что ты сказала, похоже на правду.

- Может тебе лучше пойти и посмотреть. Мой господин.

- Может быть лучше…

Вокруг конюшни Анны собралась толпа, и я проложил себе через нее дорогу.

Меня едва не вырвало от того, что я увидел. Если вы когда-нибудь видели кучку

недоношенных жеребят, то они были похожи на них. Они действительно выглядели

как крупные щенки с крошечными тонкими ногами, на которых они могли лишь ползать.

Их было четверо и, ради Бога, они родились в ноябре. Естественно, они родились раньше срока.

Удивительно, что они до сих пор были живы. Можно было сделать только один достойный

поступок. Проявить сострадание и решить все одним ударом. Я достал мой складной нож.

- Вы все, убирайтесь отсюда! – крикнул я и толпа испарилась.

- Котча, тебе тоже лучше уйти. Ты не должна это видеть.

- Что вы собираетесь сделать?

Я опустился на корточки, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

- Котча, я знаю, что тебе это сложно понять, но иногда роды бывают неправильными.

Иногда что-то идет не так и тогда единственная вещь, которую можно сделать это сделать так, чтобы они больше не мучались.

- Но что вы собираетесь сделать?

- Эти жеребята, эти "щенки" не смогут нормально вырасти. Посмотри, грудь Анны даже

еще не начала набухать. Она не сможет их кормить. Они будут голодать.

- Они едят сено также, как и Анна.

- Они слишком малы, чтобы есть сено. Маленькие млекопитающие должны есть молоко, а у Анны его нет.

- Я видела, что они едят сено!

- Котча, я попытался объяснить, но у меня больше нет объяснений. Это то, что должно

быть сделано. А теперь, пожалуйста, уйди.

- Вы собираетесь их убить!

- Да, Котча. Я должен.

- НЕТ! Она отбежала к задней части стойла, схватила вилы и, направив их на меня, встала перед жеребятами.

Пятьдесят фунтов чистого мужества и полное отсутствие мозгов.

- Черт! Анна поговори с ней. Это необходимо, ты ведь знаешь?

Анна покачала гововой "нет" и встала рядом с Котчей.

90

Если бы я захотел, то легко мог бы разоружить Котчу и запереть ее в комнате. Но если

Анна была против меня, то все было уже не так просто. Она легко могла победить меня в бою.

- Анна… черт! В нашем языке знаков нет слов, чтобы обсудить текущую ситуацию.

Давай пойдем к доске для письма и все обсудим. Котча, можешь остаться здесь и понаблюдать

за малышами.

Я сделал доску для письма более года назад, когда выяснил, что Анна достаточно умна.

Она не могла говорить, но она могла обозначать вещи, указывая на буквы. Если только

вы можете назвать это обозначением.

Она подошла к ней и обозначила – ДИТИ ОК

- С детьми все в порядке? Ты мне говоришь, что все в порядке?

Она кивнула - ДА

- Они всегда так выглядят?

ДА

Я сел на землю.

- Боже мой! Я чуть их не убил! Но что они будут есть? У тебя нет молока.

ЕСЬ СЕНО ЕСЬ ЗРНО ЕСЬ ENEDING(?)

- Они могут есть все, что угодно и то же самое, что и ты?

ДА

- Твой вид всегда имеет их по четыре за раз?

ДА

- Кто… кто их отец?

НЕТ ОТЦА

- Нет отца? Но как… Анна, некоторые рыбы и ящерицы могут размножаться бесполо, партеногенически. Вы можете делать также?

ДА

- Хм… Но сейчас неподходящее время года для размножения травоядных. Анна, что послужило причиной? Почему они родились у тебя сейчас, а не в какое-то другое время?

ОНА ПОПРОСИЛА

- Она? Ты имеешь ввиду Котчу?

ДА

- И все, что ей нужно было сделать - это попросить? Ты можешь размножаться по своему

желанию?

ДА И ДА

- Будь я проклят! Сколько времени нужно, чтобы они выросли?

Она постучала копытом четыре раза.

- Четыре года, да? Анна, тебе нравиться иметь детей?

ДА И ДА

- Ну что ж, иметь большее количество таких как ты будет полезно. Будешь сама

присматривать за ними, если не потребуется помощь. Договорились?

ДА

- Хорошо. Я надеюсь, ты примешь мои извинения за дурацкую сцену, которую я

только что тут устроил. Думаю, мне лучше сейчас будет поговорить с Котчей. Как скоро

ты будешь готова путешествовать?

Она дала мне сигнал "готова".

- На следующее утро после родов? Ну… раз ты так уверена. Выезжаем через час.

Я пытался предугадать твое решение. С этого момента я буду просто спрашивать.

ДА

91

Я извинился перед Котчей, но она продолжала на меня злиться так, как это может делать

только ребенок. Потребовалось несколько месяцев, прежде чем мы снова стали друзьями.

На самом деле, я был очень сам себе противен. Я действовал эмоционально и чуть

не совершил ужасную ошибку, поскольку не остановился, чтобы подумать. В течение

многих лет, я знал, что Анна относилась к виду, отличному от обычных лошадей. Я решил, что маленькие особи ее вида должны выглядеть также, как и большие, только на том

основании, что она выглядит как лошадь. И с каких это пор ты решил проявлять жалость, убивая людей? Я не сомневаюсь в том, что Анна отчасти человек и было плохо, что я позволил

себе об этом забыть.

Я приказал седельнику сделать своего рода второе седло, которое крепилось к задней

части постоянного седла. Это позволило пассажиру скакать боком позади меня и иметь место, куда можно вытянуть ноги. Я взял с собой Киликию, чтобы показать ей другие части страны, а также дать ей возможность показать некоторые из ее западных нарядов ну и конечно

для секса. Не было никакого смысла возиться с окружающими меня странными дамами, когда

дома меня ждало совершенство.

Дорога до Медногорска заняла у нас два дня. Летом, Анна могла бы туда добраться

в течение одного дня, но зима была близко и дни становились короче. Отсутствие нормального

искусственного освещения сокращало возможное время в пути также, как это происходило

в производстве.

Мои эксперименты по выгонке топлива для лампы из каменноугольной смолы

закончились почти что ничем. Вещество содержало так много серы и аммиака, что комната

мгновенно очистилась от людей, когда я заправил им лампу. К тому же оно ужасно коптило.

Я рассматривал идею, чтобы попытаться добывать нефть и тогда бы мы смогли иметь

керосиновые лампы, но ближайшие нефтяные месторождения были в Пшемысле, городе, который изначально был польским и будет им снова, но сейчас уже в течение пятидесяти лет

находился в руках Украинского герцогства Галицкой Руси. Получение разрешения на создание

там установки по добыче нефти, вероятно, потребует значительных дипломатических усилий.

Я был поставлен в тупик.

Когда я добрался до Медногорска, герцог только что туда прибыл.

С ним была пани Францин и два десятка вооруженных людей.

- Черт, парень! Ты всегда так носишься на лошади? Ты ее убьешь!

- Не Анну, Ваша светлость. Она любит хорошую скачку.

- Люди говорят, что каждый раз, когда они видят тебя на дороге, ты всегда несешься

смертельным галопом и никогда не останавливаешься, чтобы поговорить.

- Это так потому, что я разрываюсь между проектами вашей светлости, графа Ламберта

и своими собственными и у меня остается не так много времени. Надеюсь, я не был груб.

- Нет, но это заставляет о тебе говорить.

- Сейчас я весь сосредоточен на получении известкового света, Ваша светлость, -

сказал я, спрыгивая из седла и помогая спуститься вниз Киликии. (Примечание: Здесь опять

встречается слово limelight, буквально "известковый свет". Не знаю как его перевести, чтобы оно подходило ко всем контекстам в которых оно используется в книге. Оставлю пока

так – в дальнейшем будет проще найти по тексту). Она была маленькая и худенькая, но на удивление тяжелой для ее телосложения. Тело танцора было гладким, покрытое

мускулами и плотным

Она поклонилась герцогу, который кивнул в ответ, но она оставалась в стороне

от разговора, пока ее не пригласили, и вела себя так, как должна вести хорошая женщина.

В двадцатом веке дамы монополизировали бы разговор на часы, разговаривая ни о чем.

Тринадцатый век был менее испорченным.

- Что, черт возьми, такое этот "известковый свет"?

92

- Это…, - чертовы огоньки на болоте, - Это то, о чем я пытаюсь думать в течение

последних двух лет, Ваша светлость. Это очень яркий искусственный свет, возникающий

в процессе сжигания газа под известью, а также это то, что позволит нам удвоить производство

на наших заводах.

- Удвоить производство? Я тебя не понимаю, мой мальчик.

- Возможно, это даже помогло бы его утроить. То, как дела обстоят сейчас, позволяет

нам работать только в дневное время, Ваша светлость, а зимой - только в хорошую погоду.

Наши дорогие машины простаивают почти две трети времени. С хорошим искусственным

светом мы могли бы закрыть окна и работать день и ночь!

- Как ты собираешься крестьян заставить столько работать? Три дня такой работы

и они упадут замертво!

- Ну, Ваша светлость, мы же не будем заставлять работать одних и тех же людей

постоянно. Они будут у нас работать в две смены - одни будут работать днем, а другие - ночью.

Мы уже так делаем с металлургическим заводом и доменными печами, поскольку на этих

производствах мы не можем прекращать работать по ночам, но животный жир, который мы

там используем в лампах, дорог и дает мало света. Количество происшествий ночью в три раза

больше, чем днем и большинство из них происходит из-за недостаточной освещенности.

Но свет известковых ламп такой же яркий, как и дневной!

- Но ты должен будешь удвоить количество домов, а также большинство зданий, которые их окружают, если только, конечно, ты также не собираешься использовать

в две смены их кровати.

- Это бы вызвало больше проблем, чем оно того стоит, Ваша светлость. Каждой семье

нужна своя собственная квартира. Но спальные комнаты недороги. Дорого стоят ванные

и кухни, но я не вижу причин, почему бы обеим сменам не использовать одни и те же

сооружения.

- Звучит здорово, мой мальчик. Если ты заставишь это работать, то я хочу получить

несколько таких ламп в замок Пястов.

- Я не уверен, что стоит ставить их внутри жилища, Ваша светлость. Газ, который я хочу

использовать, содержит окись углерода (Примечание: Угарный газ), который является ядом, пока его не зажгли. Но его можно достаточно безопасно использовать на фабрике, где вокруг

постоянно есть кто-то, кто может убедиться, что лампа не гаснет.

- Как скажешь, мой мальчик. Остановишься со мной в гостинице? Когда я приезжаю

сюда, я всегда арендую верхний этаж.

- Если хотите, Ваша светлость, хотя у меня есть кровать в моем офисе.

- Нет, ты пойдешь со мной. Там достаточно места. Я снимаю целый этаж и не хочу

иметь вокруг каких-либо незнакомцев. У меня есть враги и всегда есть шанс стать целью

для наемного убийцы. Ты и твоя дама присоединитесь ко мне с пани Францин за ужином, после того, как ты помоешься.

Никто бы не решился спорить с герцогом.

- Спасибо, Ваша светлость. Для меня это большая честь.

93

Киликия и я пришли в столовую раньше герцога и пани Францин. Я был в красивой

одежде с вышивкой, которую мне подарили на прошлое Рождество, а Киликия была одета

в прекрасный шерстяной халат.

Через несколько минут пришли герцог и пани Францин. Она была одета в некое подобие

мини-юбки, сетчатые чулки и туфли на высоких каблуках и… это было все. Она была топлесс, как и официантки и на ней было надето лишь слегка больше, чем на них, но это было необычно

и неожиданно, чтобы клиенты конкурировали с прислугой.

Все были друг другу представлены и герцог заметил, стараясь на меня не смотреть.

- Мне нравиться такой стиль, - сказал он.

- Очень привлекательно, Ваша светлость. Граф Ламберт как-то заметил, что когда вассал

находится на землях своего сюзерена, то он должен в точности соблюдать обычаи своего

господина. А поскольку Вы господин моего господина, то мне кажется, что это накладывает

на меня двойные обязательства. Киликия, не могла бы ты снять свою одежду, чтобы

соответствовать стилю пани Францин?

Киликия на мгновение уставилась на меня. Полагаю, дня нее это было немного грубо, поскольку она выросла среди людей, имевших табу на наготу и, хотя она считала нормальным

танцевать голой, но для нее было непривычно ходить в таком же виде. Но было бы неловко, если бы за столом с обнаженной грудью сидела только одна из дам, особенно для пани

Францин. В любом случае, Киликии нужно было учиться нашим обычаям.

- Да, хозяин, - сказала она и встала, расшнуровывая обе стороны ее одежды.

- Хозяин? - спросил герцог, - После боя, который ты дал в прошлом году, чтобы

очистить Польшу от рабства ты имеешь своего раба?

- Нет, Ваша светлость. Она говорит так потому, что родом из земель на востоке

от Каспийского моря, где рабство является нормальным. Ее отец "подарил" ее мне в основном

для того, чтобы обеспечить ее безопасность. Она продолжает называть меня "хозяин"

и я ничего не могу поделать, чтобы это прекратить. Киликия, ты не моя рабыня. Пожалуйста, прекрати называть меня "хозяин".

- Да, хозяин, - она сняла платье через голову, сложила его и положила на стул.

- Черт побери! Хватит меня так называть!

- Вы сказали я свободна, так?

- Да!

- Тогда я могу делать то, что я захочу, так?

- Да, это то, что я говорил, черт возьми!

- Тогда я хочу называть вас "хозяин".

Обидно! Как, черт возьми, ответить на такой вопрос?

- Видите, Ваша светлость? И что мужчина может с этим поделать?

- Ничего, мой мальчик. Когда женщине что-то приходит в ее голову, то все, что остается

мужчине - просто жить с нею дальше. Или делать вид, что он хочет с нею жить и тогда

это выглядит как тирания.

Киликия сняла свою блузку и подтянула свою юбку так, что она стала такой же короткой

как у пани Францин. Видя откровенно восхищенный взгляд герцога, она приняла позу

как у танцовщицы и подождала, пока он не насладился ее видом.

Все остальные в комнате пытались вести себя так, как будто это было совершенно

нормально, когда красивая женщина раздевается за столом в гостинице для того, чтобы

разозлить герцога, который не был достаточно мудр.

94

- Мальчик мой, кажется ты коллекционируешь красоток! Ты немного отстал от меня

в этот раз, но не сильно!

Он немного пожал руку пани Францин.

Пани Францин, которая поняла, почему я сделал так, как я сделал, тихо сказала:

- Спасибо, пан Конрад. Спасибо за все.

- Да, такой стиль мне нравится, - сказал герцог, - Да, я уже не тот резвый кобель, которым когда-то был, но я все еще не прочь полюбоваться на хорошее женское мясо.

Я уже почти принял решения одеть таким образом всех служанок в замке Пястов - просто

для улучшения вида. На самом деле, видя этих двух дам бок о бок, у меня есть все причины, чтобы это сделать!

- Все

это хорошо выглядит для по-настоящему красивых женщин, таких

как присутствующие здесь дамы, Ваша светлость, но это не тот стиль, которые подойдет

каждой даме.

- И что? Если любая из моих девок будет уродливая или со слишком обвислой грудью, то я просто заменю ее на более привлекательную!

- Да, Ваша светлость, еще здесь гостиница и мы стараемся, чтобы здесь было тепло

для того, чтобы официантки могли ходить в таких костюмах или, вернее без оных. В вашем

замке довольно много сквозняков. Не лучше было бы подождать до весны?

- Погоди? Мальчик, мне недавно исполнилось семьдесят. У меня нет времени, чтобы

ждать! Я сделаю это прямо сейчас. Пан Фредерик! Подойди!

Рыцарь в полном вооружении поставил свою тарелку с супом и быстро подошел.

- Ваша светлость?

- Дамы, встаньте. Внимательно посмотрите на этих женщин, пан Фредерик, а затем

езжайте в замок Пястов и скажите кастеляну, что, к тому моменту, когда я вернусь, я хочу, чтобы все служанки выглядели так же.

- Да, Ваша светлость. Я выезжаю немедленно. Но… эти две дамы самые красивые, которых я видел в своей жизни! Где на земле кастелян сможет найти двести таких же, как они?

- Ему не нужно искать двести таких же, как они! Дурак, я имею ввиду, что они должны

быть довольно привлекательные! Я имею ввиду, что они должны одеваться точно также!

Я хочу видеть их сиськи! И не уходи прямо сейчас. На улице темно. Доешь свой ужин

и выезжай прямо с утра.

Я думал, что граф Ламберт позволяет себе слишком много, но герцог может делать все, что хочет, что не затрагивает большинство его главных сторонников. Если слугам

не понравится изменения в их наряде, ну что ж. Их мнение никого не волнует.

- Да, Ваша светлость, - и рыцарь быстро отошел.

95

- Девочки, сядьте, - сказал герцог, - Видите, с кем я вынужден работать, пан Конрад?

- Он показался мне очень учтивым и послушным вассалом, Ваша светлость, - это было

наибольшее, что я позволил себе высказать относительно критики герцога.

- Да, только тупой. Мужчины как ты редко встречаются.

- Ваша светлость, основная разница между мною и паном Фредериком заключается

в образовании, а не во врожденных способностях.

- Что делает тебя еще более редким. Здесь нет школ, наподобие тех, в которые ходил ты, но я слышал, что ты над этим работаешь.

- Да, Ваша светлость. Сейчас у нас есть девяносто начальных школ, работающих

во владениях графа Ламберта. Школа есть почти что в каждом городе или деревне.

- Почти? Почему не во всех?

- Ваша светлость, Вы должны помнить, что я просто рыцарь. Я могу просто пытаться

убедить барона делать то, что я считаю правильным. Если он настроен против меня, то что

я могу поделать?

- Ты говоришь о бароне Ярославе, отце пана Стефана, так?

- Да, Ваша светлость.

- Он упрямый ублюдок, но он хорошо служит мне на поле боя.

- Я ничего не имею против него лично, но в данном случае он не прав. Образование

важно! Эти школы ничего ему не будут стоить. Я построю их за свой счет с помощью крестьян.

- Мой мальчик, я не понимаю, почему ты уделяешь так много времени чтению и письму.

Что хорошего в том, что этим будут заниматься крестьяне?

- Очень мало хорошего, принимая во внимание то, как сейчас обстоят дела. Но так

не будет продолжаться слишком долго без изменений. Прямо сейчас, большинство людей

тратят большую часть своего времени на простое выполнение тупой работы, производя

энергию при помощи человеческих мускулов. Но Вы видели мою лесопилку с паровым

двигателем. Она имеет силу двухсот женщин. Но женщины, которые ранее ходили взад и

вперед по балансиру больше не делают эту работу. Сейчас все они делают другую, более

квалифицированную работу. И это только начало. Завтра я покажу Вам паровые двигатели, которые мы установили, чтобы заставить работать машины в цехе, а другие месят глину

для пресс-форм и качают мехи на плавильных печах. Каждый раз, когда используется одна

из этих машин, нам нужно меньше тупых крестьян и больше квалифицированных людей.

Более того, необходимые навыки меняются слишком быстро, чтобы их можно было получить, просто изучив профессию их отцов. Они должны изучить их в школах, читая книги.

Они должны уметь читать.

- Будем считать, что ты прав, когда дело касается заводов, мой мальчик, но большинство

простолюдинов - фермеры. И это должно так и оставаться, если мы хотим, чтобы у нас была еда

на столе!

- Это правда, Ваша светлость, но только если мы и дальше будем придерживаться

современных методов ведения сельского хозяйства. Но я уже начал вносить здесь изменения.

В этом году в Окойтце снова был обильный урожай и на этот раз они смогли собрать его весь, несмотря на больше чем обычно количество дождливых дней. А разница заключалась лишь

в том, что они использовали тачки. Они пристроили молотилки к своим мельницам и могут

хранить весь свой обмолоченный урожай в элеваторах. Если бы он все еще не был обмолочен, то половина его осталась бы на земле. В ближайшие несколько лет я буду внедрять новые

плуги, жатки и другие машины. Эпоха тупого крестьянства закончилась!

- Интересно. Но как далеко это может зайти?

- Довольно далеко, Ваша светлость. Однажды я провел четыре года в стране

под названием Америка. Этот народ является величайшим продавцом сельхозпродукции в мире

и ее люди питаются лучше всех. И все же, только один из пятидесяти человек населения

является фермером! Большинство остальных людей работают торговцами того, что даже

неизвестно в этой стране. Для этого даже нет подходящих слов.

96

- И все же, это продолжает меня беспокоить, пан Конрад. Я не перестаю себя спрашивать

стоит ли этот того.

- Они думали также, Ваша светлость. Скажите мне, хотелось бы Вам жить в доме

в котором даже в самую холодную погоду было бы тепло и насколько прохладно, насколько

Вам того бы хотелось даже в самый жаркий день? Хотелось бы Вам иметь свежие фрукты

и овощи в любое время года? Хотелось бы Вам иметь инструмент, называемые телефоном, который позволил бы Вам говорить с любым вассалом, будь он хоть за сотню миль от Вас?

С любым герцогом или королем в христианском мире? Хотелось бы Вам иметь врачей, насколько умелых, что они могли бы сохранить Вам здоровье еще на долгие годы?

Хотели бы Вы путешествовать на большом серебристом корабле, который сможешь к полудню

привезти Вас в Китай, а в это время Вы будете сидеть и смотреть на облака внизу, а приятная

официантка будет приносить Вам напитки? Хотели бы вы этого не только для себя, но и для всех остальных? Скажите мне, Ваша светлость, оно того стоит?

- Возможно, мой мальчик, возможно. Но твой священник рассказал мне об ужасных

войнах, которые твои люди вели с использованием настолько могучего оружия, что нажатием

одной кнопки можно уничтожить целые города. И все это делалось только из ненависти, когда

не было никакой угрозы голода. Что ты на это скажешь?

- Я скажу, что я инженер, Ваша светлость. Я могу построить машины, которые смогут

обогреть дом, помочь убрать урожай или смыть дерьмо. Несправедливо ожидать от меня, что я

смогу заставить людей любить своих ближних. Это не моя работа!

97

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Я потратил все утро, проводя герцогу и его свите экскурсию по предприятиям

Медногорска. Больше всего его впечатлили восемь паровых двигателей, которые мы

установили и два из которых уже работали. Они все имели один блок расширения и были

не очень термически эффективны, но я нашел применение отходящему теплу. Во всех зданиях

в каждой комнате были паровые радиаторы, которые конденсировали пар обратно в воду для ее

повторной закачки в трубчатые котлы. Когенерация! (Примечание: Термин, обозначающий

совместное производство двух видом энергии; в данном случае - механической и тепловой) Когда наступит весна, мы установим кожевенный завод и будем использовать избыточное

тепло и в летнее время.

Этим вечером мы опять ужинали с герцогом и Киликия рассказала историю о том, как ее

родной город был разрушен монголами. Слушали все, кто был в обеденной комнате трактира.

Она рассказала ту же самую историю, которую ее отец рассказывал мне, но то, каким образом

она это сделала, заставило всех в комнате почувствовать это своими внутренностями.

Я не думаю, что кто-то остался равнодушным и даже жесткий старый герцог заплакал.

Он пообещал мне свою постоянную поддержку также, как это сделал каждый человек

в комнате. Киликия стала моим лучшим оружием пропаганды для получения поддержки

в предстоящей войне и она должна будет рассказать эту историю сотни раз в течение

следующих нескольких лет.

После того, как герцог уехал, я потратил еще три дня в Медногорске, в основном

занимаясь решением технических проблем, так как братья Краковские были хорошими

руководителями и не нуждались здесь в помощи.

В течение одного дня, мы переехали в Орлиное Гнездо, выехав до рассвета и прибыв

туда уже после заката.

Инструкторы там уже были в униформе, но была закончена только половина одежды

для мальчиков и они все еще оставались в гражданской одежде.

Было слишком трудно дождаться погоды, подходящей для запуска воздушных змеев, а ангар был достаточно велик, чтобы запускать модели самолетов внутри него. Когда мы его

только строили, мы имели так много доступных людей и леса, что я подумал, что мы должны

в первую очередь сделать его достаточно большим. Ангар был шесть десятков ярдов в ширину

и двенадцать десятков ярдов в длину, то есть достаточно большой, чтобы принять любой

самолет, который я только могу себе вообразить построить из дерева и холста. По размерам, он был как если бы церковь, которую мы построили в Трех Стенах, поставили одна рядом

с другой, но не такой высокий и с земляным полом. Две огромные двери с противовесом

выходили на возможную взлетно-посадочную полосу. Но сейчас мы использовали его

для моделей самолетов.

Я потратил три дня, включая воскресенье, обсуждая самолеты, подъемную силу, сопротивление и другие силы, действующие на планер. В итоге, я дал распоряжение строить

высокоплан, представляющий собой нечто среднее между планером и легким двухместным

самолетом. Совсем как самолет для обзорных полетов, но без двигателя.

Паровая пила была настроена для резки очень тонких полосок дерева и после этого

я смог направиться в Окойтц.

98

Граф Ламберт был в восторге от моей идеи сделать освещение газовыми лампами

в его суконной фабрике в основном потому, что это позволило бы его массивному гарему

оставаться там всю зиму. Идея ввести вторую смену вызвала у него гораздо меньше энтузиазма.

Как сейчас было заведено, девушки, которые не "использовались" в настоящее время, спали на кушетках, непосредственно на фабрике. Введение второй смены потребовало бы

строительства домов для них и, если бы этим пришлось заняться мне, я настоял бы на установке

кухонь и сантехники наподобие тех, которые мы имели в Трех Стенах.

Окончательно его убедила мысль о том, что он может рассортировать своих работниц

в соответствие с их сексуальной привлекательностью и назначить лучших из них работать

в дневную смену, что сделает еще более красивыми его и без этого прекрасных дам.

Если это требовалось для того, чтобы создать в Окойтце лучшую санитарию, то так тому

и быть. Уровень младенческой смертности в Трех Стенах составлял одну восьмую такового

в Окойтце. Если для того, чтобы спасти тридцать пять детей в год требовалось оскорбить

чувства ста девушек, то пусть чувствуют себя оскорбленными!

И да, я согласился принять ткань вместо денег за все сантехнические приборы, а также

рассматривать проектирование и сопровождение строительства новых зданий как часть моей

вассальной службы.

После того, как мы решили этот вопрос, граф Ламберт захотел поговорить

о Великой Охоте. Пан Мешко проделал большую работу для того, чтобы все было правильно

организовано. Все было готово. Все местные егермейстеры знали свои обязанности, были

разосланы приглашения всем рыцарям в герцогствах, а также, были определены и построены

места для забоя.

Единственной проблемой был барон Ярослав и его сын, пан Стефан. Они категорически

отказывались иметь отношение к чему-либо, к чему я имел какое-нибудь отношение.

Я надеялся, что граф Ламберт с ними поговорит.

- Что?! Они отказываются? Они знают, что это я хочу, чтобы это было сделано? -

спросил граф Ламберт.

- Они знают, мой господин. Пан Мешко был очень непреклонен по данному вопросу, но они все еще не хотят иметь с ним дело. Если мы их пропустим, то оставим позади нас землю, которая будет питательно средой для волков, медведей и кабанов. Они знают обо всем этом, но стоят на своем.

- Хорошо, я улажу вопрос с бароном Ярославом! Эти двое достаточно испытывали

мое терпение! Я посещу их в течение недели с пятьюдесятью рыцарями и либо они подчинятся

своему сюзерену, либо за это заплатят!

- Да, мой господин. Есть еще что-то, что Вы от меня хотите?

- Собачья кровь! Есть! Ты и пан Владимир должны быть здесь через одну неделю.

По дороге, заедь к пану Мешко и скажи ему, а также всем, кого еще встретишь, чтобы они

также приезжали сюда.

- Да, мой господин. Вы ожидаете, что будет сражение?

- Я ожидаю, что мои вассалы подчиняться мне. Причем все!

- Да, мой господин.

Когда он был в таком настроении лучше было не спорить.

99

На текущий момент у графа Ламберта было в наличии пять рыцарей и он дал четырем

из них точные устные инструкции поскакать к определенным баронам и рыцарям и сказать им

приехать в Окойтц. Устные, поскольку граф Ламберт до сих пор не научился читать или писать.

Прошел еще час, прежде чем он успокоился.

Затем он начал открыто намекать, что не против был бы попробовать девку, которую

я взял с собой. Мне не хотелось одалживать Киликию, но настроение графа Ламберта все еще

было отвратительным и мне не хотелось с этим шутить. В любом случае, он всегда был

настолько великодушен со мной в этой части, что было бы скупостью отказать ему.

- Хорошо, мой господин. Но помните, что она иностранка и обычаи ее людей могут

отличаться от наших. Я думаю будет лучше, если я вначале с ней поговорю.

- Так сделайте это.

И я ушел.

Киликия была не рада быть одолженной как "лошадь в аренду", как она выразилась.

Я сказал ей, что это обычай Окойтца и она должна соответствовать местным обычаям, но я ее

этим не убедил. Наконец, я сказал, что она должна меня слушаться или может вернуться назад

к своему отцу. Она повиновалась, а я взял на ночь одну из дам графа Ламберта.

Ни Киликия, ни граф Ламберт никогда не упоминали о том, что происходило в ту ночь, но он больше никогда не просил ее об этой услуге.

Пан Мешко был потрясен, услышав, что граф Ламберт всерьез рассматривает

возможность войны против барона Ярослава. Он отправил письмо к барону, которое отвез

его старший сын, призвав его немедленно извиниться перед их сюзереном и, тем самым, предотвратить любое насилие, но у него было мало надежды на то, что вспыльчивый барон

это сделает.

- Хотел бы я понять их ненависть к вам, пан Конрад, но она есть. Кажется, теперь

из-за этого прольется кровь. Печально и расточительно. Тем не менее, наш господин зовет, и мы должны идти. Наденьте свое самое яркое сюрко, пан Конрад (Примечание: Сюрко -

накидка с гербом владельца, надеваемая поверх доспехов). Мы должны сделать как можно

более лучшее и угрожающее шоу. Я не слишком то на это надеюсь, но мы все еще можем

предотвратить эту бессмысленную войну.

Я вернулся в Три Стены в мрачном настроении.

Пан Владимир был также поражен призывом.

- Граф Ламберт собирается сражаться также легко, как будто он идет на охоту?

- Нет, пан Владимир. Он собирается угрожать сражением, поскольку один из его

вассалов неоднократно ослушался его. Вспомните, барон не пришел, когда граф Ламберт

позвал его установить границы между его землей и моей.

- Я знаю и с тех пор он утверждает, что Вы украли принадлежащие ему земли и он

может быть прав. В тот день граф Ламберт был в плохом настроении и мог переместить

границы, чтобы немного отомстить барону. И, конечно же, пан Стефан ставил себя в глупое

положение в течение многих лет даже еще до того, как Вы прибыли. Но ничего из этого

не является достаточным поводом для войны между рыцарем и его господином!

- Согласен, - сказал я, - Но нас позвали и мы должны прийти.

100

Я потратил неделю на разработку системы газового освещения.

Газовое освещение в старых театрах использовало водородное пламя под шаром извести, представлявшей собой оксид кальция. Водород генерировался посредством заливки кислоты

на металл, что было хорошо для театра, но слишком дорого для завода.

Гораздо более дешевым способом получения водорода был водно-газовый метод, который использовался для производства бытового газа до того, как стала коммерчески

доступна возможность добычи природного газа - метана. Он предполагает сжигание толстого

слоя угля в закрытой печи. После того, как он будет раскален докрасна, отключается подача

воздуха, а вода принудительно заливается под уголь. Затем труба закрывается, а газы

направляются

в резервуар

для последующего

распределения.

Химическая

реакция

высвобождает кислород из воды, соединяет его с углеродом, а водород высвобождается как газ.

Единственной проблемой было то, что на каждую полученную молекулу водорода

вы также получали молекулу угарного газа, которая могла вас убить. Угарный газ также

являлся топливом, которое можно было безопасно пережечь в углекислый газ, но неплотные

трубы или пламя делали его опасным. Проблема безопасности не беспокоила викторианцев, которые использовали эту систему. Они просто были в этом не заинтересованы. Если кто-то

был достаточно глуп, чтобы себя убить, то это были его проблемы.

Однако, я не викторианец. Система, которую я спроектировал, была настолько

безопасна, насколько это было возможно. Прежде всего, я удалил ее из личных областей, где к ней могли бы получить доступ дети. Ее использование было ограничено рабочими

местами, большими общими комнатами и внешним освещением. За каждой системой

освещения закреплялся инспектор по безопасности, работающий полный рабочий день, который также отвечал за работу системы освещения. В каждом месте, где были установлены

лампы, была проверена вентиляция. И каждая лампа имела вентиль, используя который каждый

мог ее выключить, но чтобы ее включить, был необходим специальный ключ. Выполнение

этого условия потребовало спроектировать замок, который затем превратился в один из наших

самых прибыльных продуктов.

Ну, разумеется, я отдавал себе отчет, что кто-то все равно найдет способ убить себя

с помощью моей системы освещения, но я старался.

101

В назначенный день пан Владимир и я выехали в полном вооружении, одетые в наши

самые яркие накидки и с развевающимися вымпелами. Оркестранты хотели сыграть музыку

в честь нашего отъезда, но это показалось мне плохой идеей. Я чувствовал себя отвратительно

от того, что дела повернулись подобным образом. Нам необходимо готовиться к битве

с монголами, а не христианами, даже если они всего лишь пара ублюдков.

В назначенное время мы встретили пана Мешко и поехали в Окойтц.

- Какие-нибудь новости от барона Ярослава, - спросил я.

- Нет, он не ответил на мое письмо, - сказал пан Мешко, - Но он призвал к оружию своих

рыцарей, а это красноречивее любых слов. Как ты знаешь, он является самым большим

из вассалов пана Конрада и под его командованием находятся тридцать пять рыцарей.

Если, конечно, он все еще является вассалом, а не стал клятвопреступником.

- Черт.

На зов пана Ламберта пришло более ста рыцарей, при этом среди них были те, кто вовсе

не обязан был приходить. Мы заполнили зал, а оруженосцы вынуждены были обходиться

кухней. Ужин должен был стать главным развлечением, но он прошел в гнетущей атмосфере.

Как того требовали традиции и, как я полагаю, чтобы господин мог проверить экипировку

своих людей, все были в полном вооружении. Но граф Ламберт не стал никого проверять.

Рыцарь должен быть всегда готов и, если это не так, то в первую очередь, пострадает

его собственная шея.

Пан Мешко встал и сказал графу Ламберту.

- Мой господин, Вы знаете, что я был вашим верным вассалом с того самого момента, как был посвящен в рыцари. Я всегда Вам повиновался, и всегда буду продолжать это делать.

Но мой долг заключается не только в том, чтобы сражаться на вашей стороне. Я также должен

дать Вам свой лучший совет. Да, это правда, что барон Ярослав не в первый раз Вас ослушался.

Но в равной степени правда, что он очень старый человек и люди в этом возрасте иногда

выживают из ума. Я прошу Вас очень осторожно принимать решения в этом вопросе.

Вы не заработаете славу или честь, пролив христианскую кровь, польскую кровь из-за причуд

старческого ума.

Пан Мешко сел, а граф Ламберт сказал:

- Твоя обязанность говорить, а моя - слушать, но верно и обратное. Говорю вам, что без послушания начальству развалиться все, что нас окружает! Если я не буду подчиняться

герцогу, а мои вассалы - мне, то с какой стати нам должны подчиняться наши крестьяне?

Если мы позволим возникнуть в этой структуре одной крупной трещине, то все может

развалиться! Разве ты не видишь, что мы должны быть вместе? Потому что если это будет

не так, то нас уничтожат не татары, а мы сами! А потом сюда придут эти чертовы мазовяне

или еще какие-то ублюдки и заберут раздробленные куски.

Я встал.

- Мой господин, пан Мешко произнес мои мысли также, как свои собственные, хотя

он сделал это более красноречиво, чем это мог бы сделать я. Я слышал, что некоторые

проблемы барона Ярослава заключаются в том, что он считает, что я получил земли, которые

по праву принадлежат ему. Вместо того, чтобы смотреть на то, как поляк воюет с поляком, я бы

с удовольствием отдал ему все земли, на которые он претендует. Просто сейчас страсти стали

слишком жаркими. Вы упомянули герцога. Он хорошо знает барона Ярослава. Почему бы

не попросить его поговорить с бароном. Наверняка ни один человек не является более

убедительным, чем герцог Хенрик.

- Пан Конрад, твои земли - это твои земли и я не буду требовать от вас никаких жертв

из-за чужого злого умысла. Идти к герцогу имело бы смысл, если бы у меня была бы проблема

с моим имуществом. Идти к нему с проблемой, касающейся одного из моих вассалов

означало бы признать мою собственную некомпетентность. Если я так сделаю, он может

захотеть меня убрать и будет прав. Я сам решу этот вопрос.

- Можно тогда я поддержу пана Мешко и попрошу Вас действовать осмотрительно? –

сказал я.

102

- Черт побери, пан Конрад, можете просить обо всем, о чем хотите, но просто

выполняйте приказы, когда я прикажу атаковать! Все остальные тут тоже хотят мне что-то

посоветовать?

Рыцарь за рыцарем подтверждали ему свою готовность подчиняться любым приказам, но просили графа Ламберта воздержаться от принятия слишком поспешных решений.

Граф Ламберт становился все мрачнее и мрачнее пока, наконец, он резко не встал

и не вышел из комнаты, не закончив свой ужин.

На некоторое время все замолчали.

Барон Ян, отец пана Владимира, сказал:

- Мы должны выполнить наш долг и молиться о том, чтобы не пролить кровь

наших братьев.

Затем он привел всех нас в глубокое чувство молитвы (Примечание: Непонятен смысл

предложения).

Новый священник графа Ламберта провел вечернюю мессу. Мы все причастились, поскольку завтра некоторые из нас могли быть убиты.

В Окойтце было полно народу, и я жил в комнате с паном Мешко, паном Владимиром

и одним из его братьев. Девушки с суконной фабрики были, пожалуй, так готовы, как никогда, но никто из нас был не в настроении. Судя по звукам, некоторые из других рыцарей были

к этому расположены. Но я не могу вспомнить, чтобы за всю ночь я услышал один

единственный женский визг, даже в то время, когда Окойтц был наполовину пуст.

Больше чем половина рыцарей имела оруженосцев, которые, почти всегда, были

их младшими родственниками, поскольку польское дворянство было очень семейственным.

И когда начался серый рассвет, то больше чем сотня вооруженных людей выстроилась у стен

Окойтца, а также два глашатая, которых где-то откопал граф Ламберт. Кухонные работники

поспешно раздавали полевые пайки, сумки с хлебом, немного сыра и сушеное мясо. Была очень

небольшая надежда, что барон пригласит нас поужинать.

Я думал, что граф Ламберт выступит с речью, чтобы воодушевить своих людей, но он этого не сделал. Он просто подъехал к началу колоны и крикнул: «Вперед!»

Мы неспеша направились в сторону поместья барона Ярослава.

Дороги представляли собой лишь тропы, и мы должны были ехать один за одним, так что было мало шансов для легкой беседы и уж совсем не было для нее желания.

- Разве мы не должны иметь выслать несколько людей вперед и для прикрытия

флангов? – сказал я пану Мешко, который скакал впереди меня на лошади.

- Для чего, пан Конрад? Никакие бандиты не станут атаковать такую большую группу, как наша, а барон Ярослав может быть и ослушался своего сюзерена, но он не настолько

бесчестен, чтобы атаковать без предупреждения. Прикрытие с флангов только замедлит наше

продвижение.

Пан Мешко и граф Ламберт были, вероятно, правы, но моя собственная военная

подготовка заставляла меня чувствовать неловко при мысли об этом.

103

Замок барона представлял собой большое и древнее здание, сделанное в основном

из кирпича с несколькими карнизами из известняка. Замок имел ров и подъемный мост, и я не видел места, которое могли бы легко преодолеть люди без осадного оборудования.

Граф Ламберт не сделал никаких попыток, чтобы его окружить. Он просто выстроил нас

перед ним на расстоянии полета арбалетной стрелы и послал вперед глашатаев. Пан Владимир

стоял от меня слева, как это и надлежит вассалу, а пан Мешко - справа. Глашатаи подъехали

к воротам, протрубили в длинные трубы и объявили, что граф Ламберт желает поговорить

со своим вассалом, бароном Ярославом.

Они должно быть нас ждали, поскольку в течение нескольких минут подъемный мост

был опущен и нам навстречу выехали тридцать пять вооруженных и бронированных мужчин.

Возможно, еще двадцать человек были с арбалетами на стенах - скорее всего, оруженосцы, поскольку не один настоящий рыцарь не станет его использовать. Это заставило меня пожалеть, что с нами нет Тадаоса, но меня об этом не просили, а я не хотел рисковать большим

количеством людей, чем то было необходимо.

Рыцари выстроились в нескольких сотнях ярдов перед нами. Мы превосходили их

числом четыре к одному, но они всем своим видом показывали нам, что они готовы и будут

сражаться.

Один из глашатаев остался с бароном, а другой вернулся к графу Ламберту. С шестью

своими баронами, граф выехал на центр поля, чтобы встретиться там с бароном Ярославом, паном Стефаном и пятью другими рыцарями. Я немного расслабился. По крайней мере, они собрались поговорить вместо того, чтобы немедленно начать сражаться.

Я не слышал, что говорил граф Ламберт, но барон Ярослав кричал во всю силу

своих легких так, что мы слышали половину разговора или даже меньше, поскольку не могли

слышать, что говорит пан Стефан.

- Мои предки жили здесь в течение сотен лет, прежде чем кто-либо что-то услышал

о Пястах!

Граф Ламберт сказал что-то, что я не услышал.

- Я не обязан быть верен человеку, чей разум ему не принадлежит! Вы были одурманены

чернокнижником, которого взяли два года назад! Вы и герцог тоже!

Лицо барона Ярослава стало красным, поскольку поднялось его кровяное давление.

Я почувствовал, что мое собственное лицо также краснеет.

- Ты спишь с каждой девкой в своих владениях, превращая их в стадо шлюх! А теперь

ты еще также хочешь испортить охоту, как ты портишь женщин! Я был бароном, еще когда ты

сосал сиськи твоей матери!

Лицо и руки барона были темно-красными, как засохшая кровь. Я никогда такого раньше

не видел, но слышал об этом. Не очень хорошо для пожилого человека.

- Этот колдун хочет превратить все герцогство в вонючий грязный завод! Я этого

не потерплю! Лучше я умру, сражаясь, чем упаду, отравленный его ядами!

Речь барона становилась все более бессвязанной. Его руки затряслись и он начал

задыхаться и вдруг свалился с коня.

Не знаю, был ли это сердечный приступ или инсульт, но для меня это выглядело так, как будто он нуждался в реанимационных мероприятиях (CPR - Cardio-Pulmonary Resuscitation -

сердечно-легочная реанимация).

- Лучше поеду, посмотрю, что я могу для него сделать, - сказал я и дал сигнал Анне

двигаться вперед.

- Не двигайся, дурак! - крикнул пан Мешко, но я его проигнорировал.

Кроме простых общечеловеческих соображений, я думал о том, что если я смогу оказать

барону Ярославу реальную услугу, наподобие сохранения его жизни то, может быть, он и пан Стефан не будут меня так сильно ненавидеть. Ну ладно, это была дурацкая идея.

104

Мы бросились туда, где упал барон. Я сбросил свои латные рукавицы, спрыгнул

на землю и сказал Анне вернуться назад в строй. Мне не хотелось, чтобы она интерпретировала

некоторые действия барона, как попытку напасть на меня.

Я наклонил голову барона назад, очистил его язык и проверил его дыхание.

Дыхания не было!

После того, как я быстро проверил пульс, я начал делать дыхание "рот в рот". Люди

вокруг много кричали, но я их игнорировал. Я не смог найти пульс, но это ничего не значило, поскольку я не мог добраться до тела барона со всей его броней и всем остальным, что было

на нем надето. Я начал делать массаж его сердца, будучи на безопасной стороне, что было бы

невозможно сделать, если он был бы в моем пластинчатом доспехе, но, достаточно легко, учитывая золоченую кольчугу, которая была одета на бароне.

Затем я получил удар сбоку по своей голове, который убил бы меня, если бы на мне

не был одет мой новый шлем. Мне было не очень больно, но сила удара, переданная через

уплотнительное кольцо к моей груди и задней части лат, была достаточно сильна, чтобы сбить

меня с ног.

- Держись подальше от моего отца, грязный колдун! - крикнул пан Стефан с мечом

в своей руке.

- Тупой Джон! – обругал я его, - У него сердечный приступ! Если ему срочно не оказать

помощь, то он умрет!

Я начал приближаться к барону.

Пан Стефан снова замахнулся, но его меч парировал граф Ламберт.

- ОСТАНОВИТЕСЬ! Оба! - крикнул граф Ламберт, - Собачья кровь! Вы оба себя

опозорили! Пан Конрад, я приказал тебе оставаться в строю! Черт побери, немедленно

туда вернитесь! Пан Стефан, ты обнажил оружие во время мирных переговоров, когда

запрещено атаковать!

- Мой господин, - сказал я, - Его сердце и дыхание остановились! Если я…

- Если его сердце остановилось, то он мертв! Вернись в строй или я приложу этот меч

к твоему лицу!

Я видел, что граф Ламберт готов был это сделать, а барон к этому времени, вероятно, уже был действительно мертв.

Я поднял свои рукавицы.

- Да, мой господин.

Когда я возвращался назад в строй, то услышал, что граф Лаберт устроил пану Стефану

такой разнос, которого я, вероятно, не слышал с тренировочного лагеря.

Возможно, мне просто стоило позволить вещам идти так, как они шли, но затем, возможно, пан Стефан списал бы смерть отца на мое "колдовство". Полагаю, что в любом

случае стоило попробовать. Но мне совершенно точно не стоило называть его "тупым Джоном".

Браные слова в одном языке часто не переводятся на другой язык, но именно эта конкретная

фраза являлась смертельным оскорблением и поводом для драки в польском языке.

- Тупой дурак! - сказал пан Мешко, когда я вернулся назад и сел верхом на Анну, -

Если дурные слова, сказанные человеком, застревают у него в горле и его убивают, то это

была бы вина барона Ярослава. Это выглядело бы как Провидение Господне! Но когда ты туда

ворвался, то всех смутил и заставил поменять свое мнение относительно того, что

на самом деле происходит. Эта несчастная кутерьма могла закончиться прямо там, но все еще

продолжается (Примечание: Буквально - bobbing afloat - "прыгает на поверхности воды", так говорят о поплавке). И это все еще может закончиться смертью пятидесяти хороших людей!

- Да, думаю я напортачил, - сказал я.

105

Переговоры продолжались еще в течение получаса, и мы не слышали того, что там

обсуждалось. Затем они начали делать определенные действия.

Граф Ламберт и пан Стефан повернулись к солнцу, подняли к нему свои правые руки и

пан Стефан поклялся в верности графу Ламберту.

Граф Ламберт и его бароны вернулись к нам, и он обратился ко всем, кто стоял в строю.

- Вопрос закрыт! Барон Ярослав мертв! Барон Стефан поклялся мне и будет

мне подчиняться, как это сегодня сделали все вы! Спасибо за то, что вы выполнили свой долг

и теперь можете разойтись по домам! Многих из вас я увижу в течение недели на Великой

Охоте, а всем, кого не увижу, желаю хорошо поохотиться!

И мы уехали, и скоро на поле не осталось никого, кроме мертвого барона и его сына, барона Стефана, стоящего над телом своего отца.

Все случилось настолько хорошо, насколько это можно было ожидать. Иметь в качестве

соседа Стефана, вместо его отца, было не слишком хорошим улучшением, но граф Ламберт

не собирался сильно вмешиваться в право наследования. Его собственная высокая позиция

была основана на этом же самом праве.

106

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Рыцари и помещики разбились на группы, и мы отправились в различных направлениях

по домам. К концу дня остался я, пан Владимир и пан Мешко. Когда мы проезжали мимо

усадьбы пана Мешко, пани Ричеза пригласила нас заехать, но оставалось еще достаточно

времени, чтобы попытаться добраться до Трех Стен до заката.

Когда мы подъехали к воротам, оркестр стоял на балконе и приветствовал наше

возвращение домой. Я бы не дал разрешение на такую растрату человеко-часов, так как, должно быль, они ждали нас там уже полдня, но, я должен признаться, что мне было это очень

приятно. Они играли мелодию из "Поиски утраченного ковчега".

За ужином я объявил о том, что произошло, о том, что барон Стефан теперь наш новый

сосед, а также о том, что Великая охота пройдет по плану.

Пан Мешко назначил меня "Местным егермейстером", решив использовать долину

у Трех Стен в качестве нашего места забоя также, как это было год назад. Только в этом году, местность для охоты охватывала не только мои земли, но также и земли пана Мешко, барона

Стефана и двух других рыцарей.

Как егермейстер я получал все шкуры волков и любых зубров, захваченных на землях

графа Ламберта.

Как местный егермейстер я получал все шкуры оленей, убитых на моей территории.

Как владелец земли, я получал одну пятую от одной второй полученного мяса.

Мои рабочие получат одну третью от одной четвертой мяса отведенного

для загонщиков. А так как я лично принимал участие в охоте, то имел право на долю в одной

четвертой от убитых зверей, которая делилась между всеми знатными людьми.

Сложно, но выгодно, особенно принимая во внимание набирающую силу моду носить

плащи из волчьей шкуры. Я уже продал по хорошей цене шестьсот волчьих шкур, которые

мы получили в прошлом году и с нетерпением ожидал получения в двадцать раз большего

количества в этом году.

Но, на самом деле, пан Мешко взял на себя всю мою работу в качестве местного

егермейстера, кроме организации фестиваля, но это уже была проблема Кристины.

Моей главной заботой была постройка домов для мусульман, чтобы они могли уйти

из Трех Стен до того, как туда начнут прибывать еще более экзотические компании. Мы почти

их закончили и я сказал им, что они в любом случае должны уехать. Они могли пожить в почти

готовых зданиях, пока охота не закончиться, но они не могли быть загонщиками наряду

с христианами, хотя они должны были выгнать всю дичь из их долины, а также заботиться

о моем стаде овец, численностью в три тысячи голов, все время, в течение охоты.

Утром перед охотой, большинство рабочих ушли в усадьбы рыцарей на периферию

района охоты, оставив лишь только недоукомплектованные бригады для поддержания огня

в доменной печи, а также нескольких беременных женщин, чтобы следить за маленькими

детьми. Чтобы исключить возможность разногласий, ни один из моих людей не был послан

на земли барона Стефана. Мой собственный лагерь был у пана Мешко.

107

План заключался в том, чтобы была линия крестьян и рабочих с линией всадников, идущих за ними, в основном рыцарей и помещиков, чтобы заботиться о любых чрезвычайных

ситуациях, таких, как, например, разгневанный медведь.

Так как Петр Кульчинский провел половину своей жизни на коне, я предложил, чтобы

он был одним из всадников. Пан Мешко мне возразил.

- Все остальные всадники будут дворяне, их дамы или, по крайней мере, оруженосцы.

Некоторые могут возмутиться насчет включение в их число простолюдина.

- Но в восточной линии и так мало всадников, - сказал я, - Если мы заставим Петра

спешиться, то станет еще хуже.

- Лучше тонкая линия, чем обиженные соседи, - сказал пан Мешко, - Если ты

действительно хочешь видеть его на коне, почему бы тебе не сделать его оруженосцем?

Это простая формальность.

Я не увидел причин, почему бы мне действительно так не сделать. Я имел право

на одного или двух оруженосцев, а Петр был человеком того рода, которые получают

удовольствие от таких вещей. Производство его в оруженосцы не требовало от меня менять

его зарплату или обязанности.

Я спросил об этом Петра и он был абсолютно этому рад. Ни один американский ребенок, получивший свою первую машину на восемнадцатилетие, не был бы более счастлив.

Церемония была простой присягой, и мы сделали это в течение часа. Пан Мешко сделал Петра

почетным гостем на ужине сегодняшним вечером. Приветствуется любая причина, чтобы

отпраздновать.

На закате прибыли братья Банки, которые были особыми друзьями трех из моих дам.

Если бы мы знали, что они приедут, Петр, вероятно, не получил бы никакого повышения, но не было никаких причин ему об этом говорить.

Наташа управляла полевой кухней в поместье, где находились пан Владимир

и Анастасия. Таким образом, на фестиваль к Петру пришло столько же мужчин, сколько

и женщин. Наталья, Явальда и Янина были вместе с панами Грегором, Виктором и Войцехом

Банки. Я был с Киликией, что, естественно, вынуждало Кристину быть с Петром. Разумеется, она не возражала, но приняла его с плохо скрытым презрением.

Иметь партнера на официальном фестивале требовало изрядного количества общения.

Кроме всего прочего, вы имели общую ложку, чашку и тарелку. Кристина оставалась вежливой, но была формальна и холодна. Позже, на танцах, она отказалась от вальса с ним, оруженосец он

или не оруженосец. Почему Петр решил, что ему нужно быть именно с этой девушкой было

выше моего понимания. Думаю здесь было что-то от детского мазохизма.

108

Утром загонщики поели, когда было еще темно и на рассвете выстроились по периметру

охотничьего района, параллельно группе загонщиков с востока и навстречу загонщикам

с севера.

Когда все было подготовлено, был дан сигнал приступать, и началась ходьба

на весь день. Люди размахивали в руках палками и создавали столько шума, сколько было

возможно. Дикие животные были достаточно сыты поздней осенью и не слишком агрессивны, так что в течение дня не было никаких проблем.

К вечеру загонщики сошлись плечом к плечу, а долина у Трех Стен была заполнена

животными. Я вынужден был поставить охранников с факелами вокруг рабочих у доменной

печи, чтобы животные их не беспокоили. Я дал себе слово, что в следующем году организую

место для забоя вне долины, возможно, около на равнине, окруженной японскими розами.

В эту, а также в следующие четыре ночи, в Трех Стенах было более пяти тысяч человек.

Так или иначе, мы всех накормили и уложили спать, несмотря на то, что для этого пришлось

размещать их всюду от одной стены до другой и даже в церкви.

Барон Стефан в своих позолоченных доспехах, шлеме и мече, по крайней мере, старался

оставаться корректным, но он и его рыцари были немного сдержанными. Он привез своих слуг

с собой, чтобы они его обслуживали, в то время как остальные ели в столовой, но я не стал

возражать. Было достаточно уже того, что не ругался на меня при каждом удобном случае.

Для проживания я отдал им свою гостиную и, казалось, это их удовлетворило.

Утром начался забой, который продолжался в течение четырех дней. В этом году

мы были лучше подготовлены для обработки мяса, чем в прошлом. Было построено больше

коптилен и у нас было огромное количество бочек и соли - достаточное, чтобы продать их

любому, кто этого захочет, а желание изъявили почти что все. Круглосуточно работал

десяток машин по изготовлению колбасы, а все ели печень и почки, которые были наиболее

желательными частями животных по стандартам средневековья, до тех пор, пока уже не могли

больше есть.

Петр и пан Мешко вели тщательный учет всего и, вплоть до окончательного раздела

добычи, я не услышал никаких возражений.

Один неприятный момент произошел, когда один из людей герцога, пан Фредерик, подошел ко мне и сказал, что герцогу так понравилась накидка из волчьих шкур, которую

я ему подарил, что он постановил, что никто, кроме истинного опоясанного рыцаря не может

такие носить.

Прекрасно. Это сокращало мой потенциальный рынок для волчьих шкур в сто раз.

Мои доходы отправлялись прямо в унитаз, но я ничего не мог с этим поделать. Я не мог

спорить с герцогом. Вероятно, я получу двенадцать тысяч волчьих шкур, и не буду знать, что с ними делать. Возможно, я смогу покрасить их в другой цвет и выдать их за шкуры какого-либо другого животного.

Много позже выяснилось, что я мог не беспокоиться.

Сказать, что никто, кроме дворянина не может носить накидку из волчьих шкур, было

равносильно сказать, что дворянин должен ее носить, как минимум, чтобы соответствовать

моде польского дворянства. Спрос на волчьи шкуры взлетел, и цена увеличилась втрое

к середине зимы!

И у кого вы думаете, был самый большой запас волчьих шкур в мире?

Мой Бог, деньги так и потекли!

109

Однажды вечером, братья Банки пришли в мой кабинет, который примыкал к моей

спальне.

- Мы пришли, чтобы формально попросить руки трех ваших подопечных, Натальи, Явальды и Янины, чтобы вступить с ними в честный брак, - сказал пан Грегор.

Это застало меня врасплох. Я знал, что эти три пары встречаются уже в течение года, но мысль о браке не приходила мне в голову.

- Хорошо. Давайте это обсудим, - сказал я, - Садитесь и налейте себе медовухи. Девушки

знают, что вы здесь?

- Они сами подтолкнули нас к этому, - сказал пан Виктор.

- Обычно так все и делается, - сказал я, - Во-первых, я хочу сказать, что вы все трое

мне нравитесь. Я думаю, что вы будете хорошими мужьями, но я не их отец. Думаю, я мог бы

говорить за Янину, поскольку ее родители умерли, но отец Натальи жив и находится в Окойтце, также как и двое родителей Явальды. Это у них, а не у меня вы должны спрашивать руки

этих девушек.

- Верно, - сказал пан Грегор, - Тем не менее, наши любимые ничего не сделают

без вашего разрешения и это невероятно, чтобы крестьянин возражал против того, чтобы

его дочь вышла замуж за опоясанного рыцаря.

- Да, я тоже так думаю, - ответил я, - Но факты заключаются в том, что все эти три

девушки имеют здесь ответственные должности и неплохо зарабатывают. Я не в восторге

от того, что я их потеряю. Кроме того, я ничего не знаю о вашем собственном благосостоянии.

Можете ли вы позволить себе содержать их должным образом?

- Вы затронули наше больное место, - сказал пан Грегор, - Оба наших родителя

уже несколько лет как мертвы и их земель было вполне достаточно для обеспечения одного

рыцаря, но не четырех. Есть еще четвертый брат, с которым Вы не встречались. Станислав, возможно, лучший фермер в Польше - клянусь, он мог бы вырастить пшеницу на камне! – но он

большой домосед. Мы небогаты, но если приданное будет достойным, то мы легко сможем

обеспечивать наших дам.

Это меня немного обескуражило.

- Так вы думаете, что я должен не только выдать за вас этих трех милых дам, трех моих

лучших менеджеров, но также должен вам за это заплатить? За женщин, которые даже

не являются моими собственными дочерями? Не слишком ли много?

- Ну… невеста, как правило, приходит с приданным, - сказал пан Войцех, прежде чем его

успел остановить пан Грегор.

- Пан Конрад, мы обсудили все эти вопросы с нашими дамами, и суть в том, что хотя

они стремятся выйти за нас замуж, но они не хотят уходить с их должностей в Трех Стенах.

Ваша приемная дочь Анастасия осталась здесь после ее женитьбы с паном Владимиром.

Он не получает никакой оплаты, кроме его обслуживания и приданного, которого вы им дали.

Почему бы нам не сделать то же самое? Наличие трех хороших бойцов будет полезно для Вас

со всеми этими караванами, которые приходят и уходят отсюда. Разве им не нужна охрана?

- Во-первых, мне тяжело представить, что я могу удочерить этих девушек также, как я

удочерил Анастасию. Откровенно говоря, я часто спал со всеми ними и если я их удочерю, то это будет похоже на инцест! А "приданное", которое я дал пану Владимиру, на самом деле

было половиной трофеев, которые мы захватили вместе в схватке с крестоносцами в прошлом

году. Герцог наградил меня всем этим и, представить эту часть как приданное, просто был

способ отдать пану Владимиру его долю не оскорбив герцога. Граф Ламберт никогда не платит

больше, чем пятьсот пенсов, чтобы выдать замуж одну из его "дам в ожидании" да и то, только

тогда, когда они становятся беременными и, как правило, от него.

- Но этих девушек вряд ли уже можно считать крестьянками и мы не будем требовать

такую же сумму, которую Вы дали нашему двоюродному брату, пану Владимиру. Три тысячи

пенсов за каждую было бы достаточно. В свою очередь, мы присягнем на верность и будем

служить Вам ежедневно в течение четырех лет, прося только обеспечить наше содержание.

110

Я быстро сделал в уме несколько вычислений. Восемь пенсов в день и содержание было

довольно стандартной платой за рыцаря и его лошадь. В итоге получалась сумма, равная

чуть менее чем три тысячи пенсов в год. Братья предлагали мне довольно выгодную сделку, давая примерно семидесяти пяти процентную скидку. Должно быть, они очень сильно хотели

получить моих дам. В любом случае, я не спал с ними с того момента, как я встретил Киликию

и было бы досадно, если бы они оставались одинокими.

- Ну… хорошо, думаю мы договоримся, при условии, что девушки по-прежнему

останутся моими управляющими, а вы получите разрешение их родителей и будет совершен

надлежащий обряд в церкви и тому подобное. Если вы поклянетесь мне, то вам придется

сделать это через брата графа Ламберта, графа Германа, так? Думаю, нам понадобится

разрешение обоих братьев, прежде чем я смогу принять вашу клятву. Все это, возможно, займет

три-четыре месяца, так что я думаю, что нам придется устроить свадьбы где-то во время Пасхи.

Братья были в восторге и ушли, чтобы поговорить со своими будущими невестами, которые ждали их в коридоре, прижав уши к двери, если только я хоть что-то знал об этой

команде.

Потом, мы завершили забой и изгнали самок оленей, лосей и зубров из долины, вместе

шестой частью молодых самцов, и тщательно все поделили в соответствие с планом, а затем

провели последний праздник и танцы. А на следующее утро, наши гости разъехались по домам, счастливые и тяжело нагруженные.

Ледник, кладовые и коптильни в Трех Стенах были заполнены и у нас было достаточно

оленины для обеспечения людей свежим мясом в течение всей зимы, а также огромные кучи

соленой оленины и волчьих шкур. В это время мы организовали кожевенный завод.

Я не мог правильно объявить обязательства для всех присутствовавших охотников, поскольку родители до сих пор не дали свое разрешение, но на следующий день, после того

как толпы уехали, мы в любом случае устроили празднество, но только маленькое для моей

семьи (Примечание: Не понял смысл предложения).

Анна оставалась в конюшне все время, пока у нас гостил пан Стефан, поскольку я

не хотел ему давать никаких поводов для пересудов. Но как только он уехал, она пришла

и присоединилась к празднику. Конечно, братья Банки слышали о ней много историй, но я не думаю, что они действительно им верили, пока она не пришла в гостиную и не села.

Я их представил и объяснил им о ее трудностях с речью, и они были более всего удивлены

возможностью общаться с существом, которое выглядело как лошадь!

Я был немного удивлен, когда на вечеринку, которая была организована только для моей

семьи, пришел Петр, но пан Владимир объяснил, что как мой оруженосец, Петр, безусловно, является членом моей семьи. Наверное, я просто должным образом об этом не подумал.

Мне ничего не оставалось, как пригласить его переехать из квартала холостяков и выделить ему

одну из пустующих комнат в моей квартире.

Петр был в восторге от своего повышения, но Кристина расстроилась, услышав об этом.

На самом деле она много хмурилась в последнее время, и я начал думать, что хорошо было бы

с ней поговорить. Ненависть причиняет боль.

Я думал о ней, в то время как вечер продолжался и некоторые из ее проблем были

для меня очевидны. Пока я не встретил Киликию, у меня было много других женщин. Кристина

всегда была готова поделиться мною с другими, но теперь она должна была отдать меня всего

целиком. Тогда же, почти два года назад, она оставила Окойтц в компании четырех других

девушек. Сейчас одна из них была жената на пане Владимире, а три другие были заняты, ну или как-то так, братьями Банки. Она всегда была лидером этой группы, а теперь она

оказалась позади. Только Наташа оставалась одна кроме нее, но Наташа была относительно

новенькой.

111

Я смотрел на Кристину в то время, пока думал и заметил небольшую выпуклость

ее животика. Я не был уверен, но думаю, что я выяснил, в чем заключалась ее самая большая

проблема.

Сразу же, как только смог, я отозвал в сторону Наташу и спросил ее об этом.

- Конечно, мой господин. А Вы не знали? Кристина беременна вашим ребенком.

- Моим ребенком. Ты в этом уверена?

- Она не была ни с одним другим мужчиной, кроме Вас с того момента, как покинула

Окойтц, мой господин. Кто еще это может быть?

Это был самый большой удар, который мог получить мужчина! Я отпустил Наташу

и сел на стул, чтобы все это обдумать. Я собирался стать отцом! А симпатичная маленькая

попрыгунья Кристина собиралась стать матерью! И, спросив себя, собираются ли пожениться

отец и мать ребенка, я тут же почувствовал холодные мурашки.

Во-первых, я не из тех, кто женится. Возможно это потому, что брак моих родителей

не был счастливым или потому, что так заложено в моих генах, но я именно такой, какой есть.

Во-вторых, между мной и Кристиной не было ничего общего, кроме определенного

сексуального влечения, которое испытывает всякий нормальный мужчина к здоровой

четырнадцатилетней девушке, но даже это уже почти начало исчезать, по крайней мере, с моей стороны.

И, в-третьих, меня до смерти пугает сама идея брака!

Я откладывал разговор в течение нескольких дней, надеясь, что смогу придумать

какое-то решение. Единственным наиболее очевидным решением представлялся брак

между Петром и Кристиной, но он был невозможен из-за ее очевидной ненависти к мальчику.

Он же готов был принять ее в любом виде или состоянии.

Наконец, я решил, что мое промедление является обыкновенной трусостью и позвал

Кристину в свой офис. Я просто напрямую все это ей сказал. Я сказал, что я люблю ее

как сестру, но не собираюсь на ней жениться. Если она решит остаться одна, то я не вижу

в этом никаких проблем.

Я всегда буду следить, чтобы о ней и ее ребенке хорошо заботились и надеялся, что чтобы не случилось, она согласиться остаться в качестве управляющей на кухне, поскольку

у нее хорошо получалось выполнять там работу. Но я настоятельно рекомендую ей выйти

замуж, если не за Петра, который ее любит, то за кого-то еще. Я буду рад обеспечить ей

соответствующее приданное.

Она ничего не ответила.

Она просто заплакала и ушла.

Бывают дни, когда вы просто не можете победить.

112

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Герцог был впечатлен историями, которые он слышал о Великой Охоте графа Ламберта

и решил, что мы должны сделать то же самое на всех его землях, которые составляли, ни много

ни мало, около половины территории современной Польши.

Меня назначили Главным Егерем, а я перепоручил всю работу пану Мешко. Он был

этому рад, так как охота только лишь на землях графа Ламберта сделала его обеспеченным

человеком. Он провел почти шесть месяцев в дороге, чтобы организовать все как следует

и меня почти не отвлекали. Мне все это очень нравилось, так как я хотел работать над газовыми

лампами.

Получение газового освещения было еще одной задачей для нашей зарождающейся

химии. У меня было несколько железных решеток, которые совпадали по размеру с нижней

частью одной из наших коксовых печей и, чтобы поднять со дна уголь, мы должны были

управлять водой снизу. После того, как это было сделано, была начата работа над газовой

башней - круглой емкостью для воды, в которой плавали широкие, хорошо подогнанные

медные прямоугольные емкости.

Не то, чтобы прямоугольные емкости были необычны. Только они и использовались

до тех пор, пока я не предложил круглые и не доказал, что они меньше пропускают воду. Трубы

проходили под резервуаром и поднимались почти до ватерлинии. Когда газ производился, емкость поднималась, чтобы вернуться в прежнее состояние по мере того, как газ потреблялся.

Насколько большая газовая башня нам нужна? Сколько газа нам нужно, чтобы

обеспечить работу ламп? Достаточно ли одной коксовой печи? Или это будет слишком много?

Я не имел ни малейшего представления. Я просто делал вещи достаточно большими и

надеялся на лучшее. Также я никогда до этого не видел газовую лампу, только о ней слышал.

Насколько я понимал, это было водородное пламя под куском извести. Я не знал, какой тип

горелки необходимо было использовать, поэтому использовал бунзеновскую горелку.

Через шесть недель и восемнадцать тысяч человеко-часов спустя, в конвертер коксовой

ульевой печи было загружено семьдесят пять тонн угля и зажжен огонь. Необходимо, чтобы

сетка была полностью покрыта углем, чтобы пар шел через уголь, а не вокруг него. Система

работала в той мере, чтобы генерировать горючий газ и наполнять газовую башню, но мощности слабого синего пламени было недостаточно, чтобы разогреть известь до бледно-красного цвета. В результате получался не очень хороший свет, ради которого, собственно, все

и затевалось.

Я смог придумать только два способа для получения более горячего пламени. Первый

заключался в использовании чистого кислорода вместо воздуха, так как содержащийся

в воздухе азот значительно охлаждал температуру пламени. Проблема заключалась в том, что у меня не было подходящего источника кислорода и мне было совсем не до построения

завода по сжижению воздуха.

Конечно, я мог бы подогревать ртуть, которая была удивительно дешева

в Средневековье и являлась промышленным отходов от производства серы. При средних

температурах ртуть поглощает кислород, а при высоких - высвобождает его. Но мне было

страшно себе представить, что вокруг будет такое количество паров ртути. В случае с угарным

газом ты, по крайней мере, знаешь, когда отравился. А схему с ртутью я приберегу на крайний

случай.

Другим способом был подогрев воздуха и газа перед их сжиганием. Я провел несколько

бесплодных недель, пытаясь заставить работать горелку подобного типа. Хитрость заключалась

в том, чтобы смешать глину с известью и запустить теплообмен внутри самой лампы, а затем

пропустить их через печь для обжига кирпичей, чтобы сделать прочнее.

113

Через несколько месяцев выяснилось, что лампа из огнеупорной глины, покрытая

известью, горит сильнее и ярче. Единственной проблемой было то, что для такой схемы

требовался сжатый воздух и, таким образом, второй набор труб для каждой лампы.

Но, по крайней мере, мне не нужно было выдумывать второй блокирующий кран для каждой

установки. Но, к тому времени, когда были готовы новые лампы, погода ухудшилась, и вода

под газовой башней замерзла. При нормальной работе этого бы не случилось, потому что

возникающих газов было достаточно самих по себе, чтобы вода оставалась жидкой в холодную

погоду, но мы остановили систему, пока я работал над лампой.

Мы слили воду, покрыли башню соломой и пропускали через нее горячий коксовый газ, пока лед на воде не расплавился. После чего мы начали все заново. На этот раз, после часа

или около того работы, лампы действительно загорелись ярко-оранжевым светом и я заявил, что это достаточно хорошо.

Пока я игрался с освещением, вокруг происходили другие вещи. Люди Золтана начали

производить для нас товары. Гончар пришел с пятью цветами глазури, сделанной из местных

материалов, и мы начали использовать ее в производстве столовой посуды - сначала для себя, а потом и на продажу. Их бумажник в ограниченном количестве переработал наши старые

тряпки в очень хорошую тряпичную бумагу. А их оружейник кричал во всю силу своих легких

на Илью, который, в свою очередь, кричал на него. Оба мужчины думали, что достаточная

громкость может компенсировать недостаток словарного запаса. Рабочие делали ставки

на то, кто из них первый убьет другого и в какое счастливое время дня будет иметь место

это событие.

Два кузнеца продолжали кричать друг на друга в течение месяца без какого-либо

результата, так что я должен был вмешаться и потребовать, чтобы их оружейник

продемонстрировал свои методы. Он удивил меня тем, что не использовал японский метод, о котором я рассказывал Илье двумя годами ранее.

Он собрал кучу кованного железа, которое затем разрезал на маленькие кусочки, размером примерно с десять злотых или американский четвертак. Он положил определенное

количество этого железа в каждую из десятка круглых глиняных фляжек и полностью забил их

сырой шерстью. Затем он запечатал фляжки и взял их с собой в горы, где было тихо. Вокруг

фляжек он развел огонь и, спустя день их нагревания, он начал осторожно встряхивать фляжки

и внимательно при этом прислушиваться. Когда металл внутри "звучал мокро", он гасил огонь.

Взломав фляжки, он извлек из них расплавленные сгустки стали, которую он назвал "булат".

Затем он работал при относительно низких температурах, никогда не нагревая металл до ярко

красного цвета, пока не придавал металлу необходимую форму меча или ножа. Затем

он закалял или отпускал металл обычным образом.

В результате получалась дамасская сталь, которая выглядела также, как сталь моего меча

и имела острый край. Однако, она была не настолько хороша, как мой меч. Я сравнил

лезвие одного из его ножей со своим мечом, и это заставило оружейника выпучить глаза.

Тем не менее, это было лучше, чем то, что до сих пор сделал Илья, используя тот метод, о котором я ему рассказал, так что мы решили организовать производство булата.

Стекольщики начали делать стекло из песка, извести и древесной золы. После того, как я

сделал графу Ламберту рождественский подарок в виде очень красивого бокала, я должен был

сделать ему стекло для газовой лампы, чтобы отводить в сторону дым. Стекло для лампы

значительно увеличило количество света и потребовало от меня некоторого времени, чтобы

убедиться, что оно будет прозрачно для видимого света, но не будет пропускать инфракрасный, что выразилось в большем использовании извести, при его производстве и сделало его более

горячим при использовании (Примечание: Не факт, что я правильно перевел предложение).

114

Все это показывает, что нет необходимости знать, что вы хотите сделать, если вы хотите

что-то выполнить. Все, что необходимо - быть достаточно стойким. Выглядит как бесконечное

число обезьян с бесконечным количеством текстовых процессоров, которые написали все, что когда-либо было написано.

Как бы то ни было, теперь у нас был хороший источник света и я приказал осветить зоны

фабрик и печей, а для этого необходимо было изготовить две сотни ламп. К весне у нас было

столько света, сколько мы хотели, но к этому времени длина часового дня уже составляла

восемнадцать часов и нам не требовалось много искусственного света.

Но следующей зимой…

Магазины тоже не сидели без дела. Мы изготовили прокатный стан для изготовления

листовой латуни, а также небольшие штамповальные прессы, чтобы использовать эту листовую

латунь. Я разработал несколько простых дверных и навесных замков и, представлялось, что они

станут прибыльной продукцией.

Наш коэффициент реинвестирования составлял более девяноста процентов. То есть, большинство вещей мы изготавливали, чтобы использовать их в нашей фабричной системе.

Но нам все еще необходимо было покупать со стороны изрядное количество материалов

и дополнительный приток денег всегда приветствовался.

Транспортные расходы в Средние века были очень высокими, особенно для наземного

транспорта. Лучший мул может нести только четверть тонны, пройти тридцать миль за день, а также должен быть два раза в день загружен и разгружен вручную. Дорого.

Все это означало, что наиболее прибыльная продукция была маленькая, легкая и ценная.

Замки, изделия из стекла, керамики, чугунная кухонная утварь, части сантехники, а также часы

были тем, что мы изготавливали к весне. Также сюда входила продукция нашего старого

медеплавильного завода, такая как церковные колокола, части ветряных мельниц, петли

и другие штуковины. В ближайшем будущем я хотел добавить к этому бумагу, печатные книги

и зажигалки.

Мы расширили наше бумажное производство с двух до десяти человек, а также добавили

машинные мощности, чтобы резать и смешивать льняные тряпки в мягкую массу. В течение

года мы добавили бумагоделательную машину, что стоило нам значительных усилий, но не было нашей главной головной болью. Я, по крайней мере, видел бумагоделательную

машину.

При разработке печатного пресса, я решил пропустить эволюционный шаг плоского

пресса и сразу же перейти к простому ротационному прессу, а также собирать отдельные буквы

сразу в линию, а не возиться с подвижными литерами. На мой взгляд, я предложил несколько

очень простых конструкций, но команде наших лучших механиков вместе с мусульманским

ювелиром потребовалось больше года, чтобы заставить их заработать.

115

И больше всего времени потребовала чертова зажигалка. Фактически, на ее разработку

мы потратили в три раза больше человеко-часов, чем на наш первый паровой двигатель.

А ведь в начале, все казалось таким простым. У нас был кремень, сталь, а в качестве топлива

мы могли использовать белую молнию (Примечание: Спирт). Я нарисовал простую зажигалку

типа "зиппо", за исключением того, что я сделал ее цилиндрической, а не плоской, чтобы

упростить ее изготовление, а также с отсоединяющейся крышкой, поскольку у нас не было

хорошей стальной пружины, чтобы сделать обычную крышку с защелкой. Она была более

громоздкой, чем ее современный эквивалент, но эти люди использовали мешочки вместо

карманов, так что это не представляло проблемы.

Проблема возникла в получении искры. Кремень был тверже любой стали, которую мы

могли сделать. Искровое колесо стачивалось до того, что не доставало до кремня и все это

без возникновения искры. Я даже пожертвовал одноразовую бутановую зажигалку, которая

была взята мною из двадцатого века. Мы разобрали ее на части, но немногое узнали, так как

кремень в ней был почти что сточен. Но, даже будучи сточенным, кремень по-прежнему давал

хорошую искру, что навело нас на мысль, что кремень в зажигалке и тот кремень, что мы

пытаемся использовать это не одно и то же. Все это заставило нас собирать кремень изо всех

мест, откуда только было возможно, но, казалось, он везде был тот же самый.

Наконец я сдался и решил попробовать другой способ. Некоторые из наиболее дорогих

зажигалок используют кристаллы кварца, по которым наносятся удары маленьким молоточком, чтобы создать электрическую искру. В магазине во Вроцлаве я нашел несколько кристаллов

и заставил нашего ювелира заточить несколько кусочков под различными углами.

Через неделю у нас была работающая зажигалка!

После этого, вопрос получение очень прибыльной производственной линии стал просто

вопросом времени. Могло потребоваться до получаса, чтобы получить огонь при помощи

кремня и стали, но с использованием одной из наших зажигалок это занимало одно мгновение.

Вы просто откидывали крышку, прилагали небольшое усилие к ползунку, затем его отпускали

и, вуаля! Огонь! Мы продавали ее тысячами! Через некоторое время, это же самое дало нам

отличный рынок для горючего для зажигалок, каковым являлся древесный спирт.

К тому времени наступила весна и пришло время вернуться к строительству.

Транспортировка кокса на мулах от Трех Стен к месту погрузки на лодки на Одре стоила

очень дорого. Транспортировка по реке, после этого, была почти же такой дорогой - около

одной двенадцатой себестоимости за тонно-милю.

Теперь, когда были доступны пузатые печи, многие из рыцарей графа Ламберта

последовали его примеру по рытью шахт для добычи угля для отопления. Опросив их

и спустившись в большинство шахт, я был в состоянии довольно хорошо наметить угольный

бассейн. Все признаки указывали на то, что я могу добывать уголь прямо на берегу реки.

В течение зимы, шестеро моих людей рыли головную шахту на землях графа Ламберта

и обнаружили, что залежи угля залегают на пятьдесят ярдов вниз. Это создало все предпосылки

для того, чтобы выполнять там операции по добыче угля и производству кокса, поэтому

я договорился с графом Ламбертом о передаче мне половины квадратной мили земли

и, как только установилась хорошая погода, я был готов к тому, чтобы возглавить

строительную команду.

116

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Было раннее утро, и мы собрались в подобие каравана, чтобы идти на новые земли около

реки Одер, которые граф Ламберт продал пану Конраду. Там мы должны были заложить новые

угольные шахты и построить коксовые печи новой конструкции.

Увидев, что все готово, пан Конрад подъехал к линии загруженных мулов и трем

погонщикам. Я находился в передней части каравана, рядом с паном Владимиром. Трех братьев

Банки с нами не было, поскольку они делали последние приготовления к своим предстоящим

свадьбам, которые мы все с нетерпением ждем.

У ворот возник большой шум, и я посмотрел туда, чтобы увидеть, как торговец Борис

Новацек, друг моего господина, пана Конрада, на коленях и локтях ползет через деревянные

ворота, так как у него не было рук!

Пан Владимир позвал пана Конрада и они оба кинулись на помощь Новацеку.

Пан Конрад пробежал мимо нас и первым оказался около него.

- Борис! Что случилось? - крикнул пан Конрад, доставая свою аптечку.

- Что случилось?! - сказал потрясенный Борис, - Они отрубили мне руки.

- Кто это сделал?

- Я не знаю. Нас не представили должным образом, - Новацек попытался пошутить, но заплакал, - У вас есть вода?

Пан Конрад бросил свою фляжку пану Владимиру, который приподнял Новацека

и прислонил эту странную металлическую бутылку к его губам.

- Ты! - крикнул пан Конрад, смотря на молодого человека в собравшейся толпе, - Беги

и приведи Кристину! Ты! Беги и принеси носилки! Ты! Собери людей. Мы выходим в три!

Пан Конрад раздавал приказы, в то время как открывал свой набор инструментов

и осматривал культи Новацека.

- Что случилось с твоим охранником, паном Казимежем? - спросил пан Владимир.

- Пан Казимеж? Он мертв, бедняга. Хороший пан Казимеж умер. Он получил стрелу

в глаз и, я думаю, даже не понял, что его убило.

- Вы попали в засаду? - спросил пан Конрад.

- Да, мой друг. Мой господин. Нас перехватили по дороге. В Венгрии сейчас нечего

купить. Я продал твою ткань и фурнитуру, но они ничего не смогли мне дать взамен, кроме

серебра. Даже все вино, которое они могли продать, они уже продали и привезли сюда, поэтому

я не вез ничего, кроме серебра и золота, всего моего серебра и золота. Не было каравана, чтобы

нас защитить, поэтому, как ты видишь, они отрубили мои руки.

Новацек говорил как человек, засыпающий после тяжелой работы и большого

количества выпитого пива.

- Он потерял много крови, - сказал пан Конрад моей любви, Кристине, которая

только что пришла, спеша со всей возможной скоростью, поскольку она была беременна.

Конечно же, она даже на меня не посмотрела. Он перетянул артерии на левой культе, чтобы

дать возможность Кристине ее зашить, а затем обошел торговца, чтобы сделать то же самое

с правой рукой.

- Борис, кто наложил тебе эти жгуты? - спросил пан Конрад.

- Жгуты? После боя я наложил себе их на правую руку. А разбойники наложили мне их

на другую.

- Но как ты смог перевязать ее без рук?

- В тот момент у меня еще была моя левая рука. Это было непросто, но ты можешь

делать удивительные вещи, если достаточно мотивирован.

Новацек казалось не замечал того, как обрабатывали и зашивали культи на его руках

и, я думаю, что из-за жгутов его руки полностью онемели.

- Тогда как же ты потерял свою левую руку?

- Мою правую руку вместе с мечом они отрубили в бою. А мою левую руку они

отрубили ночью для развлечения. По крайней мере, они считали это хорошим развлечением.

Меня они не стали спрашивать.

Борис хихикнул.

Я мог видеть страшную ярость, отразившуюся на лице пана Конрада.

117

- Это случилось вчера?

- Разве это было только вчера? Мне кажется, что прошла уже целая вечность. Но должно

быть это случилось вчера после обеда, поскольку я планировал приехать в Три Стены к вечеру.

- А где это произошло, Борис? Можешь вспомнить, где это случилось?

- На пути от пана Мешко. В месте, где дорога уходит вниз. Примерно в середине ночи.

Он снова хихикнул.

- Анна, можешь учуять путь Бориса от разбойников?

Пан Конрад спросил свою кобылу после того, как закончил завязывать и очищать

правую культю.

Анастасия уже был возле него, моя свои руки "белой молнией" (Примечание: Спирт

или аналогичная жидкость с высоким содержанием алкоголя), готовая ее зашить.

Судя по тому, что я узнал раньше, Анна кивнула ДА.

Пан Владимир встал между паном Конрадом и мной, но я был уверен, что пан Конрад

смотрит прямо на меня.

- Тогда по коням! Есть работа, которую необходимо сделать! - взгляд пана Конрада

не оставлял никаких возможностей для возражения или даже комментариев. Я оседлал

мою лошадь, проверил мой меч, лук и стрелы и галопом проследовал через ворота за паном

Конрадом и паном Владимиром.

Я слышал, как Новацек кричал:

- Стойте! Их там шестнадцать человек!

Пан Владимир обернулся и сказал:

- И что с того? С нами Бог!

Но я не думаю, что пан Конрад его слышал.

Анна бежала, опустив свою голову к земле и принюхиваясь как собака, что несколько

ее замедляло. Если бы не это, то мы не смогли бы за ней угнаться и даже в этом случае, пан Владимир и я с трудом выдерживали ее темп.

Пан Конрад ни разу не обернулся назад, чтобы посмотреть, следует ли кто за ним.

Пан Владимир обернулся один раз, увидел меня и улыбнулся. Затем он снова обратил

внимание на дорогу перед собой, поскольку мы неслись диким темпом.

Я достал свой лук и зарядил его на полном скаку также, как я часто тренировался

раньше. Лучник Тадаос научил меня очень многому в стрельбе и не было никого лучше него

в стрельбе с места. Но Тадаос не стрелял с лошади. На самом деле, я думаю, что невозможно

стрелять из его мощного лука иначе, кроме как со стационарной позиции.

Что касается меня, то даже тогда я вряд ли смог бы его согнуть! Но я научился стрельбе

верхом, скача на стрельбище и проводя так многие воскресные дни. Хорошее развлечение, когда твоя любовь не хочет даже взглянуть на тебя. Поэтому стрела была готова, а тетива

натянута моей левой рукой, когда Анна вдруг повернула с дороги налево и понеслась через

кустарник.

Пан Конрад был в своем пластинчатом доспехе и, казалось, не замечал бьющие по нему

ветки, а пан Владимир был в кольчуге и считал, что бесчестно не следовать туда, куда едет

его сюзерен. Что касается меня, то я был в обычной одежде и, хотя они ломали большие ветки

на моем пути, но я все еще испытывал боль, когда с ними сталкивался и должен был защищать

свое лицо руками и крепко сжимать свой лук, поскольку иначе я его потерял бы.

Тем не менее, именно я пролил первую кровь в сражении, поскольку, когда мы

с головокружительной скоростью скакали через луг, я увидел на дереве часового, который

смотрел на нас и натягивал тетиву.

Я выстрелил и увидел, что мой выстрел поразил цель. Он уронил свой наполовину

натянутый лук и упал, схватившись за грудь.

Пан Владимир увидел это и опустил свое копье.

- За Бога и Польшу! – крикнул он.

Меч пана Конрада был обнажен с того момента, как мы свернули с тропы.

118

Лагерь бандитов был на поляне и, я думаю, они были так уверены в своем численном

превосходстве, что даже не переехали после совершенного вчера преступления, хотя

находившийся у них пленник сбежал.

Покрыв себя славой, сразу и без колебаний, пан Конрад ворвался прямо в их толпу.

Я видел, как летели головы и руки, в то время как он прокладывал через них дорогу.

Пан Владимир был прямо позади него, и я увидел, как двое мужчин падают от его копья

при первом проходе. Будучи без доспехов, я не осмелился за ними следовать, а остановился

на краю поляны. Ошеломленные яростью нападения, разбойники медленно реагировали на все

происходящее. Я выстрелил в тех, кто был по краям поляны и убил троих, пока они там стояли.

Затем все пришло в движение и, использовав восемь последних стрел, я убил еще одного

и, кроме того, ранил двоих.

Выжившие бандиты сосредоточили все свои усилия на пане Конраде и пане Владимире

и, я думаю, они мало обращали на меня внимание, если только вообще меня видели. Я молился, благодаря за поддержку Бога на небесах, но когда у меня закончились стрелы, я почувствовал

себя обязанным спрятать лук, достать мой меч и присоединиться к остальным.

У меня не было никаких шансов нанести им урон, ибо битва неожиданно закончилась.

Тела и их части были разбросаны по лугу, многие из которых были отмечены ярко красными

перьями, которыми я оперял свои стрелы.

Ни один из них не подавал признаков жизни.

Пан Конрад посмотрел на них.

- Думаю, что мы увлеклись пан Владимир. Некоторых из них нужно было оставить

в живых.

- С какой целью, пан Конрад? Чтобы их потом повесить? Что это даст? Чтобы показать

людям, что они не должны становиться разбойниками? Они и так это знают!

- Мы даже не убедились в том, что это те люди, которые атаковали Бориса. Все, что у нас

есть, это слово Анны.

- Ну… вон стоит доказательство. Посмотрите туда. Это жеребец пана Казимежа.

Я узнал бы его где угодно. Держу пари, что мы найдем его броню, когда разберем добычу.

- Что с тем часовым? - спросил я, - Он мог остаться в живых.

- Часовым? - сказал пан Конрад, - Петр, что ты здесь делаешь?

Я был ошеломлен.

- Я Ваш оруженосец и Вы сказали, чтобы я шел с Вами, мой господин!

- Я сказал? Я точно не мог этого сделать!

- Подождите, пан Конрад, - сказал пан Владимир, - Он стоял прямо позади меня, когда Вы приказали мне следовать за собой. Я тоже подумал, что Вы имеете в виду, что он

должен идти с нами.

- Но я не имел этого в виду.

- Немного поздно это обсуждать. Посмотри вокруг нас. Эти стрелы его. Он убил

столько же врагов как и ты или я. Если бы это случилось во времена моего дедушки, когда

любой рыцарь мог посвящать в рыцари других людей, то я сделал бы это прямо сейчас

за спасение жизни моего сюзерена - твоей жизни! Вы даже не заметили часового, спрятавшегося на дереве. Он в Вас целился, когда его убил Петр.

Это было не совсем точно. Этот часовой ни в кого не успел прицелится. Но за эти слова

я благословил пана Владимира.

- О! - сказал пан Конрад, - Петр, полагаю, что я должен перед тобой извиниться, а также

поблагодарить тебя. Давай посмотрим, может быть часовой еще жив.

Но он был мертв. Моя стрела не только пронзила его сердце, но при падении он также

сломал свою шею.

- Выглядит так, как будто ты зря потратил свою стрелу, Петр! - засмеялся пан Владимир,

- Он умер от того, что упал с лошади!

Это была старая шутка, но все мы рассмеялись. Эти благородные рыцари обращались

со мной как с равным!

119

Осмотрев лагерь, мы нашли лошадей и мулов, которые принадлежали Новацеку, а также

доспехи, которые принадлежали ему и пану Казимежу. Также, там был третий набор

кольчужных доспехов, несомненно принадлежавший одной из их более ранних жертв. Он был

маленький и сделан для человека стройного телосложения.

- На самом деле, здесь не так много трофеев, - сказал пан Владимир, - Имущество

Новацека должно быть возвращено ему, а у пана Казимежа был младший брат, который был бы

признателен за то, чтобы получить его коня и доспехи. Они не богаты и я чувствовал бы себя

лучше, если бы мы передали их ему.

- Согласен, - сказал пан Конрад, - Вижу, что они сделаны для ребенка. Это последний

комплект кольчуги. Ее размер как раз на Петра и думаю, что ему стоит ее иметь. Она ему

необходима, учитывая то, сколько он путешествует, и он действительно заслужил ее сегодня.

Пан Конрад посмотрел на меня и улыбнулся.

- Согласен, Петр, ты теперь гордый обладатель набора доспехов со шлемом

и гамбезоном (Примечание: Поддоспешник). Носи их на здоровье! Остальное это инструменты

и оружие в основном мусор. Мы отдадим все, что выглядит ценным графу Ламберту в качестве

его доли, бросив все оставшееся в ящик для брака Ильи и это решит проблему

с распределением добычи за исключением одного главного момента.

Борис наполовину бредил, но он четко сказал, что все его богатство было с ним, когда его атаковали. Так, как он вел дела последние несколько лет, оно могло составить

несколько тысяч пенсов. Где оно может быть?

Мы безуспешно потратили большую часть утра в поисках золота. Наконец, мы снарядили наших коней для обратной дороги в Три Стены и я потратил некоторое время

для проверки моих новых доспехов. Они удивительно хорошо мне подходили, и даже шлем

с отрытым забралом хорошо на мне сидел, так что я принял смелый вид при возвращении

в город.

120

Естественно мы все были в центре внимания и все на нас смотрели. Я поймал взгляд

Кристины, но она быстро отвела глаза.

Пан Конрад объявил, что путешествие к Одеру задерживается на несколько дней

и сказал, что во второй половине дня, сразу после обеда, каждый незанятый человек

в Трех Стенах пойдет в лагерь бандитов искать золото Новацека.

На ужине, одетый в мои новые доспехи, я пришел и сел в столовой около моей любви.

Я попытался вести светскую беседу, но она остановила меня и сказала, глядя мне прямо в глаза:

- Чтобы стать рыцарем, требуются больше, чем просто доспехи, оруженосец Петр!

Потом она ушла, так и не притронувшись к еде.

Почти тысяча человек искали золото после обеда и весь следующий день. Пан Конрад

попробовал заставить Анну вынюхать, где они его спрятали, но все, что она нашла, был

их туалет. Там было только дерьмо и левая рука Новацека, но никакого золота. Мы сбросили

тела бандитов в их собственные нечистоты и засыпали их землей.

Пан Конрад выстроил людей плечом к плечу, и они прошли несколько миль с севера

на юг и, затем, с востока на запад. Каждый квадратный ярд земли на мили вокруг был осмотрен

снова и снова. Мы нашли пана Казимежа и правую руку Новацека, но никаких следов золота.

Ферма одного из йоменов (Примечание: Йомен - фермер) была разобрана и земля

под ней перекопана только лишь по той причине, что он жил в миле от лагеря. Затем

ему построили ее заново.

Мы забирались на бесчисленное количество деревьев, а те из них, что были внутри

полые - были срублены.

Новацек подтвердил, что он потерял примерно четыреста тысяч пенсов, и из них не было

найдено ни одного пенса. Награда за сокровище так никому и не была выдана.

В конце концов, стало нормальным времяпрепровождением в выходной день

направиться в лес с лопатой, а многие молодые пары утверждали, что именно этим

они занимались в лесу.

Стало обычно шуткой задать вопрос о том, как вы рыли яму с одеялом.

Тем не менее, это была игра, в которую моя любовь не будет играть.

121

ИНТЕРЛЮДИЯ ТРЕТЬЯ

Я нажал на кнопку СТОП.

- Итак, что случилось с золотом? – спросил я.

- Оно было там, где сказала Анна. Преступники спрятали его под своим отхожим местом

или же они просто использовали эту дырку как отхожее место, после того, как спрятали туда

золото, полагая, что никто не станет копаться в чужом дерьме. Ну что ж, они были правы

и эффект был удвоен тем, что над ним оказалось шестнадцать трупов.

- О! – сказал я, - Другой вопрос заключается в том, почему не работал кремень

в зажигалке Конрада?

- "Кремень" в зажигалке вовсе не кремень, малыш. Он изготавливается из мишметалла, сплава редкоземельных металлов. Что-нибудь еще тебя беспокоит?

Он нажал кнопку СТАРТ.

122

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Это было еще одно лето, которое я провел в поездках верхом по округе на Анне, обычно

с Киликией позади меня. Изначально я собирался платить ей зарплату, как и всем остальным, но не мог решить, как к этому подойти.

Затем, она начала учить танцам женщин в Трех Стенах, зарабатывая пенни за шесть

уроков в неделю. Всю зиму у нее было больше шестидесяти женщин в двух классах и она

зарабатывала в два раза больше, чем кто-либо еще в Трех Стенах и не было никакого смысла

платить ей сверх этого. Я даже подумывал о том, чтобы брать с нее плату за комнаты, в которых проходили занятия, но потом выяснил, что она отдавала большую часть денег своему

отцу. Моя договоренность с Золтаном не подразумевала какой-либо оплаты с моей стороны.

Я видел, что у них было недостаточно земли, одежды и еды и позволил этому продолжаться.

Уже много позже я выяснил, что она ссужала ему деньги в долг под пятьдесят процентов

годовых. Если бы это делала польская девушка, я бы отшлепал ее по заднице, но это были

другие люди с другой моралью

На вкус и цвет товарищей нет.

Киликия не слишком то горела желанием тратить половину своего времени

на путешествия со мной, но ей также не нравилось когда я пропадал у нее из виду.

Она приходила, несмотря на то, что при этом не могла зарабатывать деньги, давая уроки

в школе танцев. Но она восполняла это тем, что танцевала для мужчин в каждом из моих

поселений, а затем учила танцевать женщин в то время, когда она там была.

Спустя шесть месяцев, у нее уже было достаточно хорошо обученных девушек

для работы в качестве инструкторов, и она выстроила организацию, которая была параллельна

моей собственной, по обучению всех желающих танцам. Примерно в это же время, танцоры

стали стандартным развлечением в тавернах Розовый Дракон.

Господи, деньги так и посыпались!

Люди Киликии выжили.

Они обязаны были это сделать после всего, через что они прошли.

Золтан занимался своим собственным делом, изготавливая и продавая парфюмерию

и косметику. Не то, чтобы я был очень этому рад, поскольку это было пустой тратой ресурсов, а девушка, которая может покраснеть, не нуждается в макияже. Но он нашел готовый рынок

для своих продуктов и, в любом случае, я ничего не мог с этим поделать, так что я и не пытался.

Посетив замок герцога во Вроцлаве, мы обнаружили, что не только девушки из прислуги

были топлес, но большинство других женщин также ходили в таком виде. Девки из обслуги

покорно носили миниюбки и сетчатые чулки, а также неуклюже ковыляли вокруг на высоких

каблуках. Дворянки носили одежду, чем-то напоминающую одежду богинь на античном Крите.

Но не все из них.

Образовалось две фракции. Большинство считало, что если герцог что-то хочет, то он

должен это получить. Но значительное меньшинство обратило внимание, что сын герцога, принц Хенрик, был гораздо более нетерпим в вопросах морали, чем его отец, а также то, что жена принца не стала следовать новой моде. Решив, что принц олицетворяет собой веяния

будущего, эти дамы начали одеваться как королева Виктория.

123

Первое, что мы построили в Углегорске, основанном на Одре, был кирпичный завод.

Было дешевле производить кирпич прямо на месте, чем тащить его на мулах из Трех Стен, а нам было нужно ужасно много кирпича.

Прошлой осенью я привлек Золтана к работе, посмотрев, что он смог сделать

с каменноугольной смолой. Он пришел с аммиаком и консервантом древесины. Кроме того, он имел представления о процессе смешения соли, аммиака и двуокиси углерода с целью

получения гидрокарбоната натрия (Примечание: NaHCO3 или пищевая сода) и хлорида

аммония (Примечание: Нашатырь или NH4Cl). Мы попробовали использовать хлорид аммония

в качестве удобрения.

Соду можно было использовать различными способами, самым важным из которых

являлась возможность расплавить ее с песком и известью, которых было в избытке, чтобы

сделать стекло хорошего качества. Мне хотелось много стекла больше, чем стабильного секса!

Разумеется, несколько лет назад, я бы никогда так не сказал.

Сотовая коксовая печь не слишком эффективна при производстве побочных продуктов, так что печи в Углегорске должны были быть сложной современной конструкции, с кирпичными регенераторами тепла, химическими сепараторами, а также высокими

кирпичными трубами.

В течение этого лета Окойтц значительно обновился. В течение зимы, граф Ламберт

неоднократно увеличивал мои планы на общежития для рабочих, пока они не стали больше, чем весь остальной город.

Теперь он не только имел комнаты для трех дюжин его дам, но также переместил туда

собственные покои. Там также были комнаты для шести десятков гостей, огромный обеденный

зал, новая большая церковь, а также крытый бассейн. Всюду была сантехника, очистные

сооружения, газовое освещение в общих комнатах и паровое отопление. Запоздало

спохватившись, он также позволил мне добавить крыло для крестьян.

Я сделал это место полностью похожим на настоящий замок с системой заграждений, зубчатыми стенами и дурацкими колпаками на башнях. Был даже подъемный мост надо рвом, который, в теплое время года, использовался как бассейн. Его старый замок стал пристройкой

к ткацкой фабрике, а жилища крестьян были превращены в конюшни.

Чтобы его построить, он договорился со мной, что он будет забирать все излишки

кирпича и раствора, которые мы сможем произвести в течение трех лет и будет отдавать нам

все излишки ткани, которые его фабрика сможет произвести за следующие пять лет. По сути, мы стали его отделом продаж.

Я долго жалел о плохих условиях жизни в Окойтце, хотя они ничем не отличались

от таких же условий в Средние века почти что во всей Европе. Так было просто потому, что когда я впервые попал в средневековую Польшу, то эти люди приняли меня и заставили

меня почувствовать себя как дома. Это был первый шанс, когда я мог сделать для них что-то

действительно хорошее, и я потратил много времени на проектирование этого здания.

Оно будет хорошим!

Что же касается финансовых процедур, то пока я мог получать мою заработную плату

и иметь еду на столе, то, в реальности, я не беспокоился о том, кто и чем владеет. Я делал свою

работу, получал от этого удовольствие, а также не пропускал возможности покушать. Что еще

может потребоваться любому разумному человеку?

124

Я назначил Наташу заботиться о Борисе Новацеке, так как без рук, он был

не в состоянии делать что-либо для себя, и ей пришлось терпеливо ходить буквально за ним

по пятам. Они довольно хорошо нашли общий язык, и под ее опекой он достаточно быстро

выздоровел.

Но даже после того, как он примирился с потерей рук, он все еще оставался

в подавленном состоянии. Удача покинула его, и он не видел никакой возможности себя

обеспечивать. Так что я предложил ему работу в качестве моего менеджера по продажам, назначив ему оклад плюс комиссионные. Нам необходимо было отгружать продукцию

не только моих заводов, но и медеплавилен герцога, а также текстильных мануфактур

графа Ламберта.

Сначала, мне показалось, что ему не хватает уверенности в себе, но, в течение месяца, он разошелся вовсю и начал получать удовольствие от своей работы. Он был непревзойденным

мастером в общении с другими купцами и, я думаю, что он использовал свой физический

недостаток для своей собственной выгоды. Казалось, что жестикуляция руками без ладоней

перед своими оппонентами их пугала. Через полгода, мы не только продали все, что хотели

продать, но и получили на тридцать процентов больше, чем рассчитывали.

Деньги были важны, поскольку это позволяло нам быстрее расширяться. Мне больше

не нужно было беспокоиться о том, могу ли я кормить семью мужчины, когда я его нанимал.

Если он был тем, кто нам нужен, я давал ему клятву, а позже находил для него работу.

Но я думаю, что величайшим триумфом Бориса было то, что он придумал Упаковочную

партию (Примечание: Уточнить перевод). Как можно было заметить, одной из основных статей

моих расходов было поддержание более ста школ на землях графа Ламберта. А наша кухонная

утварь продавалась не очень хорошо в основном потому, что женщины не знали, как ее

использовать. Например, мы сделали очень хорошие сковороды, но жарка была не очень

распространенным способом приготовления пищи в Средние века, в основном потому, что не было хороших сковород!

Так что летом Борис пригласил два десятка учителей в Три Стены на неделю и лично

проследил за тем, чтобы они поняли как использовать каждую посуду, которую мы

производили. Я даже нашел время, чтобы показать им как делать блины!

Затем он создал систему, когда школы покупали вещи в Трех Стенах по ценам, ниже оптовых, а учителя демонстрировали и продавали посуду другим женщинам в их городах

по нормальным рыночным ценам. Каждый знал, что половина денег при этом

тратилась на местную школу, а учителя получали комиссию за продажи в дополнение к их

заработной плате.

К осени мы оказались в опасности ввиду получения прибыли от школ, которая была

слишком большой. Так что мы использовали избыток денег для расширения школьных зданий.

До этого момента, школы располагались в церквях, чьих-то домах или даже сараях.

Теперь же везде были построены школьные здания к каждому из которых был пристроен

магазин. Мы расширили продуктовую линейку для школ, включив в нее все, что мы

изготавливали и теперь даже самый маленький город имел универсальный магазин.

Если у магазина чего-то не было на складе, он мог это заказать.

Также, каждая школа имела почтовое отделение. Обычно это был только ящик

в магазине, но вы могли отправлять и получать почту.

Большинство городов были маленькими сельскими общинами, состоящими лишь

из нескольких десятков семей, так что большинство школ должны были быть небольшими -

одно или двухкомнатными. Но все они имели горячее водоснабжение, частично, чтобы

продемонстрировать нашу сантехническую продукцию.

125

Большинство наших учителей сами имели один или два года обучения, ну что ж, это лучшее, что мы сейчас могли предложить и уровень образования учителей с течением

времени вырастет.

Я отказался от мысли зарабатывать деньги на открытии школ, так что нам ничего

не оставалось, кроме как расширять систему школ.

Через три года мы покроем все герцогство, а через шесть - всю Польшу.

Как раз к приходу монголов.

К концу осени, Борис понял, что нашел новый смысл в жизни, а он и Наташа пришли

ко мне во время одной из моих регулярных судебных сессий, которые я проводил раз

в две недели. Они хотели пожениться и уже получили на это письменное разрешение

ее родителей. Я дал им свое благословение и сказал ему, что он очень счастливый мужчина, которым он и был.

Замечательная дама!

В Трех Стенах строительство никогда не прекращалось. В это лето мы добавили второй

жилой блок, сделанный из кирпича, находящийся за пределами существующей застройки.

Это втрое увеличило жилое пространство, доступное для наших рабочих. Несмотря на это, поскольку все были в разных сменах, то нашей кухни, столовой и мест для отдыха все еще

продолжало хватать, не говоря уже о наших фабриках. Значительная экономия.

Также мы закончили строительство лесопилки и столярной мастерской, которое было

остановлено прошлой осенью для того, чтобы построить дома для мусульман. Кроме распилки

бревен на доски, там была еще сушильная камера, а также строгальные, токарные и фрезерные

станки с механическим приводом.

Удивительно, но средневековые плотники имеют очень немного знаний об изготовлении

мебели. Несмотря на отсутствие недорогих крепежных деталей, они никогда не слышали

о пазах, гнездах или соединении "ласточкиным хвостом". Их методы соединения были

ограничены приложением одной доски к другой и их соединением посредством шпунтов. Если

требовалось более прочное соединение, то они использовали железные накладки. Я должен был

сам научиться изготавливать мебель, чтобы научить этому своих плотников.

Кроме того, существовала проблема по организации массового производства. Они

изготавливали вещи по одной за раз. Если кому-то было нужно кресло, то плотник делал

одно кресло. Если кому-то было нужно три кресла, то плотник делал одно кресло, потом

еще одно и еще одно. Безусловно, это был хороший способ получить эмоциональное

удовлетворение от работы, но он не был слишком продуктивным. Оснащение одной из наших

столовых потребовало тысячи стульев и позволило нам наладить массовое производство.

Мы нуждались в десятках тысяч бочек, сундуков и другой таре для транспортировки.

Была необходима стандартизация, если только мы не хотели отдельно торговаться за доставку

каждой бочки извести. Потребовалось много работы и некоторое количество истерик, но я сделал из них своих сторонников.

126

К середине лета мне поклялись в верности и получали от меня заработную более двух

тысяч мужчин и это, не считая их семей.

И было полно детей! Почти каждая женщина в течение года постоянно ждала рождения

ребенка, но сейчас, имея лучшее питание, санитарию и жилье, они не умирали также быстро, как рождались. Наш показатель младенческой смертности стал быстро приближаться

к современному уровню.

Современным врачам и другим медикам нравится брать на себя всю славу за обширные

улучшения в области общественного здравоохранения, но суть заключается в том, что по факту, здоровье людей поддерживают скромный канализационный инспектор, презираемый всеми

сотрудник таможни и простой мусорщик!

Поэтому сейчас у нас возник демографический взрыв, но это меня не беспокоило.

По крайней мере, эти дети вырастут чистыми, накормленными и хорошо образованными!

Мы могли бы прокормить все дополнительные рты, а население страны составляло едва ли

одну двенадцатую часть населения современной Польши, которая все еще не была

перенаселена. А если подумать о долгосрочной перспективе? Ну что ж, высокий уровень жизни

неизбежно приводит к снижению рождаемости. И даже если этого не случится, то существовал

еще целый мир, который мы могли заселить.

Везде, где прошли монголы.

В Орлином Гнезде я проводил больше времени, чем, на самом деле, требовалось, в основном потому, что мне нравилось работать с детьми. Они все время страстно к чему-то

стремятся, полны энтузиазма, доброжелательны и более искренны, чем большинство людей, которых я когда-либо встречал. Они были настолько убеждены, что собираются покорить небо, что чуть было не заставили меня в это поверить.

В течение зимы, каждый из них построил несколько моделей планеров и многие из них

были также хороши, как и те, которые делают современные мальчики, несмотря на отсутствие

у них пробкового дерева, шелковой бумаги и быстросохнущего клея. С наступлением весны

они снова вернулись к воздушным змеям и внесли в них определенные изменения.

Победителем одного из боевых конкурсов стал змей, представляющий собой часть крыла

самолета, контролируемый тремя струнами. Но к лету я увидел, что они немного заскучали, поэтому я рассказал им про дельтапланы и они построили их с десяток.

Дельтаплан управляется посредством перемещения тела пилота, чтобы сместить центр

тяжести аппарата, а не обычными в таком случае контрольными поверхностями (Примечание: Имеются ввиду рули направления и высоты). Это может сделать их смертельным, поскольку

в нисходящем потоке самолет и пилот могут испытать нулевую силу тяжести. В этом

состоянии, пилот абсолютно теряет контроль над своим самолетом. Смещение центра тяжести

не оказывает никакого эффекта, если нет силы тяжести! Планер может выйти из нисходящего

потока в любом положении - даже вверх ногами или назад и, в результате, он, скорее всего, разобьется.

Нисходящие потоки не могут образовываться близко к земле и, по этой причине, я запретил им подниматься выше, чем на десять ярдов под страхом на месяц быть

отстраненными от полетов. К концу осени, большинство мальчиков были наказаны минимум

по одному разу. Я даже поймал графа Ламберта на том, что он летал слишком высоко, но не мог

оказать на него иного воздействия, кроме увещеваний. Удовольствие от полета значило

для него слишком много.

В этом же году у нас произошел первый несчастный случай со смертельным исходом.

Один из мальчиков, нарушив с десяток правил, взял планер и, во время бури, один поднялся

на вершину большого конического холма. Его попытался остановить пастух, но, к тому

моменту, когда старик туда добрался, ребенок был уже в воздухе. Они сказали, что прежде чем

попасть в беду, он успел подняться уже высоко. Его тело отправили его родителям, а еще трех

других мальчиков выгнали из школы. Но через две недели после этого, прибыл новый класс, в два раза больший, чем первый, и дела пошли дальше с двенадцатью десятками сильных

мальчиков.

127

Летом Кристина родила здорового мальчика и все делали вид, что не обращают

внимание, на отсутствие у нее мужа. Периодически, в основном из жалости к ней, я продолжал

с ней спать и к Рождеству она снова была беременна.

В этом году снова был хороший урожай и новых культур стало достаточно много, чтобы

они могли сделать существенный вклад в поставки продовольствия. На всех наших площадках

у меня появились новые башенные зернохранилища, каждое с ветряной мельницей, чтобы

переваливать зерно и хранить его в хорошем состоянии. Если зерно просто засыпать туда

и не предпринимать никаких действий, то вскоре в нем поселяются насекомые, крысы и грибок.

Но если, в сухие дни, вы регулярно поднимаете зерно наверх при помощи винта Архимеда, то любые насекомые и крысы будут убиты и зерно останется достаточно сухим, чтобы

задержать развитие грибка. Этот метод до сих пор используется в двадцатом веке.

В Окойтце у нас скопились тонны сахарной свеклы, и я должен был выяснить, как превратить ее в сахар. Производство сахара является одной из основных отраслей

промышленности в современной Польше и в другие страны регулярно продаются целые

сахарные заводы.

Но чем большее значение имеет промышленность, тем более специализированной

она становится. Есть инженеры, которые проводят всю свою жизнь, работая только лишь

на сахарных фабриках и, в результате, универсалы вроде меня становятся там просто не нужны.

Я даже не знаю основного процесса!

Мне на помощь пришел Золтан. Он никогда не слышал о сахарной свекле, но он слышал

о процессе переработки сахарного тростника, который рос на восточном берегу Средиземного

моря. Это было замечательно, поскольку в одиночку я, наверное, никогда бы не придумал

добавлять известь, представляющую каустическое средство из которого изготавливается

цемент, в свекольный сок, чтобы заставить его кристаллизоваться. Но с его знанием химии

и моим - техники, мы получили работающий завод, построенный в Окойтце перед Рождеством.

Это создало хорошую "зимнюю промышленность" для крестьян, позволив держать их занятыми

между сбором урожая и весенней посевной.

Стандартной особенностью таверн Розовый Дракон стал бесплатный попкорн. Сейчас их

у нас уже было двадцать две штуки.

128

Каждые несколько месяцев я приезжал в Краков в монастырь францисканцев к отцу

Игнацию. Он был моим духовником, моим доверенным лицом и единственным человеком

в этом мире с которым я мог быть честен и комфортно общаться.

В этот раз я обнаружил, что старый аббат умер и отец Игнаций был выбран на его место.

- Поздравляю с повышением, аббат Игнаций, - сказал я.

- Спасибо, сын мой, хотя, вероятно, это больше твоя заслуга, чем моя собственная.

- Моя? Что Вы имеете ввиду?

- В основном это произошло благодаря тем ткацким станкам и прялкам твоей

конструкции. Я призвал своих братьев к тому, что мы должны организовать свое собственное

ткацкое производство и проект имел большой успех. Так или иначе, я извлек из этого

наибольшие выгоды.

- Но я думал, что брат Роман сделал там большую часть работы.

- Да, действительно он, но в мире очень мало справедливости. Однако я уверен, что ты

скорее хотел бы поговорить о расследовании, которое относительно тебя проводит церковная

инквизиция. По крайней мере, ты всегда об этом спрашиваешь, - сказал аббат Игнаций.

- Я так понимаю, есть новости?

Церковь проводила расследование инквизиции, чтобы определить, являюсь ли я орудием

Бога, чтобы, в конечном счете, объявить меня святым, или инструментом дьявола, чтобы сжечь

меня на костре. Конечно, я был наиболее заинтересован в том, какое решение они примут!

- Да, есть новости. Ты помнишь, что я в течение нескольких месяцев, после твоего

прибытия в это столетие, оперативно написал свой отчет. Мой аббат действовал быстро

и, в течение нескольких месяцев, отправил отчет со своими комментариями местному епископу

в Краков, но Его Преосвященство почувствовал, что этот отчет должен пройти через

постоянное отделение церкви, а не светское. То есть через домашний монастырь, а не через его

офис, так что летом отчет был отправлен в домашний монастырь в Италию. Но домашний

монастырь почувствовал, что это дело относится скорее к компетенции светской части церкви

и прислал его сюда назад. Поэтому доклад был снова послан епископу Кракова

с дополнительными комментариями. Однако к этому времени, ты уже находился в ведение

епархии Вроцлава, поэтому епископ Кракова нашел путешественника, который собирался ехать

во Вроцлав и отправил отчет тамошнему епископу.

- Подождите минутку, отец. Я был там, когда пришел этот отчет. Это было во время

моего Испытания битвой и оба епископа там присутствовали. И, если уж на то пошло, и Вы тоже. Почему епископ Кракова просто не передал ваш отчет епископу Вроцлава?

- Откуда я знаю, сын мой? Может быть, он не имел возможности правильного

его прокомментировать. В любом случае, отчет был отправлен архиепископу Гнезно в северной

части Польши, который, в свою очередь, отправил его в Рим. Теперь, по соответствующим

каналам, отчет вернулся назад с запросом о том, чтобы аббат францисканского монастыря

в Кракове провел тщательное расследование дела и доложил результат. Поскольку

случилось так, что сейчас я и есть та самая персона, поэтому я написал исчерпывающий отчет

и теперь ищу кого-то, кто едет во Вроцлав. На самом деле, написать данный отчет было

для меня достаточно легко, поскольку мне были известны все факты, и я написал исходный

отчет. Так что, как ты можешь видеть, дела идут гладко и настолько быстро, насколько

можно ожидать.

129

Спустя три года, все, что я видел, это то, что отец Игнаций написал письмо в ответ

на свое собственное письмо! Я убедился, что бюрократия средневековой церкви была похожа

на пьяных глупых русских!

- Отец, у нас теперь есть почтовая служба, которая покрывает все крупные города

в Польше. Почему бы Вам просто не отправить отчет архиепископу?

- И, тем самым, обойти Его Преосвященство епископа Вроцлова? Не дай Бог!

Ты случайно не собираешься во Вроцлав?

- Не напрямую. Просто отправьте его ему по почте. Это будет стоить лишь один пенс

и будет доставлено туда меньше, чем за неделю.

- Интересное предложение, Конрад. Я должен сказать о нем своему начальству.

- Через обычные каналы, конечно?

- Конечно!

Великая Охота прошла очень хорошо и наше новое место для забоя было готово как раз

к ее началу, поэтому у нас не было тысячи диких животных пробегающих через то, что уже

по сути? можно было, считать городом.

Стало гораздо меньше диких кабанов и волков чем раньше, по крайней мере, локально

и гораздо больше оленей, лосей и зубров. Но теперь я получал комиссионные из всех земель, принесших присягу герцогу и общее количество волчьих шкур поставляемых мне было

огромным.

У меня возникла проблема с их хранением и выделкой. Но их цена оставалась высокой

и они были очень выгодны. Стадо моих зубров составляло около восьмидесяти особей, и мы начали отбраковывать для еды некоторых из быков.

Дикую природу оттесняли в стороны, превращая землю в фермы и пастбища, создавая

при этом большие запасы леса. На землях графа Ламберта было установлено правило, что должно оставаться несрубленным любое дерево, которое давало съедобные плоды

или орехи и, кроме определенных областей, которые были обозначены как лес и составляли

около тридцати процентов общей площади, все остальное должно быть вырублено

для получения большего количества земель под пастбища.

Итак, наступил 1234 год.

130

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

Следующий год увидел наши первые печатные книги, наш первый жидкий бетон, а также наше первое массовое производство стекла.

И он также увидел наши первые пушки.

Есть одно большое преимущество, делать что-то в первый раз. Ты можешь установить

свои собственные стандарты.

Когда дело дошло до печати, то я ввел множество упрощений по той простой причине, потому что никто никогда не видел ничего похожего. Все символы были одинаковой ширины, как в старой печатной машинке. Использование строчных букв не было распространено

в Средневековье, поэтому и мы их не стали делать. Стандарт ширины колонки был определен

нами равным двадцати четырем символам, и мы также решили, что любое слово может

переноситься в любом месте, таким образом, все линии были одинаковой ширины и пустое

место отсутствовало. Первые книги были напечатана на бумаге, размеры которой составляли

треть ярда в высоту и четверть ярда в ширину, так как это была ширина бумаги, которую

могла сделать наша бумагоделательная машина. И на каждой странице было три колонки

текста. Всегда.

Однажды попробовав читать книги в таком стандарте, вы понимали, что он достаточно

легко читается и почти все к нему привыкли, поскольку все учебники были напечатаны

подобным образом. Это был способ, которым вы учились читать в первую очередь. Для тех, кто обучался посредством чтения рукописных манускриптов, не было никакой сложности

научиться чему-то новому. А до этого каждая книга была в другом формате.

Все это было сделано для значительного упрощения нашей машины по отливке шрифта.

Она представляла собой тщательно обработанную железную полость с двумя десятками

длинных железных палочек в ней, настроенных таким образом, что палочки могли скользить

вперед и назад. В верхней части каждой палочки были квадратные вырезы, выглядящие

как стены замка, а на верхней части каждого зубца была выбита буква, цифра или знак

препинания.

Оператор сдвигал эти палочки, пока линия, которую он хотел получить, не оказывалась

под литейной машиной. Второй оператор опускал в литейную форму верхнюю часть линии

палочек и заливал свинец в литейную форму в течение ряда штампованных букв. Третий

оператор обрезал заостренные бруски букв и помещал их в барабан, который устанавливался

в принтер, после того, как он был обработан на токарном станке, чтобы убедиться, что все

буквы имеют в точности одинаковую высоту.

Печатный станок также был предельно прост. Он состоял из чугунного прижимного вала

внизу, печатного вала, который был расположен выше и, наконец, нескольких кожаных

красящих валов наверху. Не было необходимости в том, чтобы организовывать подачу бумаги, так как мы печатали только на больших непрерывных рулонах бумаги, которая всегда была

одного и того же качества.

Печать на обратной стороне бумаги требовала немалого умения со стороны оператора, который должен был сохранять достаточное натяжение листа бумаги, чтобы оборотная сторона

листа совпала с его лицевой стороной. Бумага растягивается под действием влаги и, иногда, тираж задерживался, поскольку печатать на второй стороне необходимо было в день

с примерно такой же влажностью, когда была напечатана первая сторона. Но этого нельзя было

делать в тот же самый день, поскольку нашим чернилам был необходим день для высыхания.

Но, несмотря на все вышеперечисленное, меньше чем за неделю двенадцать человек

могли напечатать и сброшюровать шестьсот книг приличного размера, в то время как ручное

копирование одной книги могло занять месяц или шесть месяцев в случае с Библией.

131

В течение следующего года были доработаны различные мелочи. Получены хорошие

чернила и свинцовый сплав, который четко заполнял всю форму для литья и, при этом, обеспечивал равномерное остывание и тому подобное.

По-прежнему оставались проблемой кожаные красящие валы, поскольку трещина в том

месте, где кожа была сшита, появлялась на напечатанной странице независимо от того, насколько качественно вал был сделан. Они решили эту проблему, используя трубчатый кусок

кожи, сделанный из покрытия пениса быка! Между собой они называли эти валы "ламбертами", но не думаю, что граф Ламберт сам когда-либо об этом слышал.

Изготовление бетона потребовало гораздо меньше изящества и гораздо больше грубой

силы. Раствор изготавливался из гидроксида кальция (Примечание: СаОН2 или гашеная

известь). Ему придавалась твердость посредством поглощения углекислого газа (Примечание: CO2) из воздуха и превращения его в карбонат кальция (Примечание: СаСО3 или карбонатная

известь) – известняк, из которого он был сделан.

Бетон представлял собой смесь различных ингредиентов, но, в основном, силиката

кальция (Примечание: CaSiO). Применяя бетон, мы получили возможность устанавливать

химические связи, чтобы удерживать вещи вместе, что и делает его таким сильным.

Чтобы сделать бетон, мы нагревали тонко измельченную смесь угля, извести, глины, песка и доменного шлака во вращающейся сушильной печи, пока она не сплавлялась вместе

в клинкеры. Потом мы снова перемалывали то, что получилось. Для механизация выполнения

этих несложных задач, потребовалось более четырнадцати тысяч тонн чугуна, поскольку

мы сделали только одну машину и вдобавок небольшую по размерам.

Известняк пропускался через пару дробильных колес, ширина которых равнялась

человеческому росту, а высота составляла три человеческих роста. Далее, мелкий щебень

пропускался через три набора постепенно уменьшающихся шаровых мельниц. Если вы можете

себе представить огромную бетономешалку заполненную пушечными ядрами и известью, то вы поймете, что такое шаровая мельница. Вращающаяся печь представляла собой чугунную

трубу, имевшую два ярда в диаметре и три ярда в длину, выложенная кирпичом из песчаника

и поворачивающаяся один раз в минуту.

Мне это нравилось, поскольку инженеры любят делать большие штуковины. Это дает

божественное чувство власти! Деньги с этим не сравнятся!

Если у вас есть материалы, то изготовление листового стекла становиться достаточно

легким делом, если вы знаете свое дело, что я и сделал. Вы просто наливаете стекло в ванну

с расплавленным оловом и медленно снимаете оконное стекло. Это не сработает со стеклом

из древесной золы и песка, так как температура плавления этой смеси слишком высока и олово

просто испариться – я узнал это по собственному опыту. Но с нашим содовым стеклом данная

методика работала достаточно хорошо. Наша установка была достаточно узкой, так как ни одно

из наших окон не было больше четверти ярда в ширину.

В течение трех месяцев мы изготовили достаточное количество стекла, чтобы застеклить

каждое стекло в каждом из зданий, которые мы построили за четыре года за исключением

церквей. Изучение того, как сделать витражи потребовало на несколько месяцев больше

времени и то, только потому, что я нанял французского стеклодува, который показал нам, как это сделать.

Он знал два способа, как это можно сделать. Один предполагал добавление красителей

в стекло и, затем, соединение кусочков стекла в рамке, но был второй метод, который

мы использовали, так как тогда мы могли применять стандартные прямоугольные чугунные

рамы. Он включал в себя немного больше, чем нанесение краски и конструирование желаемого

на стекле с последующим нагревом, пока стекло не станет достаточно мягким, чтобы впитать

в себя краски. Достаточно легко, если вы знаете, как сделать краски, а этот парень знал.

132

Но, будучи хорошим ремесленником, он был плохим художником. Он сделал одно окно

для церкви в Углегорске и мне оно не понравилось. Оно было банальным, а я хотел чего-то

особенного. Так что я получил к себе на службу моего артистичного друга, брата Романа, дав

аббату Игнацию тысячу молитвенников и пообещав ему свой собственный печатный пресс.

На самом деле, я хотел дать ему печатный пресс в любом случае, так как я не хочу заниматься

книгопечатанием.

Предложение, которое мы сделали, включало обучение его людей моими, а также

продажу им по себестоимости бумаги и чернил. Они могли печатать все, что хотели помимо

того, что было необходимо мне, продавать по любой цене, которой хотели и оставлять деньги

у себя, но они должны были признавать эти деньги как мое пожертвование церкви. Мои заказы, которые в основном состояли из учебников, должны были выполняться по себестоимости

материалов. На самом деле, большая часть всей другой работы также была моими заказами, поскольку мы установили практику покупать копию каждой публикуемой книги для каждой

школы, чтобы создать библиотеки. Их мы также получали по себестоимости.

Было еще два дополнительных условия. Первое заключалось в том, что каждая

напечатанная книга должна быть на польском. Я хотел установить польский язык и польскую

культуру в качестве лидера в Европе, и монопольное обладание печатными прессами

давало нам большое преимущество.

В двадцатом веке польский мальчик должен учить английский или русский, если он

хочет идти в ногу с инженерными и большинством других наук, а также еще и немецкий, если он хотел к тому же изучать химию. Этого не должно произойти в мире, который строил я.

Я сделаю так, что все остальные будут изучать наш язык!

Сделать это можно путем превращения себя в культурный и технический ориентир

для всех остальных. Более того, как только ты оказываешься впереди, то ты, как правило, продолжаешь там оставаться, поскольку в то время как твои дети изучают науку, их дети

изучают твой язык.

Ни один человек из ста в современной Америке не говорит на иностранном языке.

Им это не нужно! Но остальные должны говорить на английском просто для того, чтобы с ними

общаться. Во всяком случае, польский алфавит несколько отличался от тех, что использовались

в остальной части Западной Европы, так что было бы нелегко в первую очередь делать

внешние вещи.

Дополнительно, что я хотел сделать, это организовать выпуск ежемесячного журнала.

Он должен был быть общего назначения и иметь разделы, посвященные текущим событиям, домоводству, сельскому хозяйству, медицине истроительству. Там будет проповедь аббата

Игнация и каждый месяц что-нибудь для детей. Кроме того, за плату мы будем там размещать

коммерческие объявления.

Аббат был поражен моей идеей писать книгу каждый месяц, а тем более моим

предложением о том, что первоначальный тираж предлагается сделать равным шести тысячам

копий. Но, после того, как мы обсудили, что каждый из десяти человек будет писать всего

несколько страниц каждый месяц, то мы пришли к соглашению, хотя, думаю, его несколько

озадачила мысль о том, что шесть тысяч семей будут читать написанные им проповеди.

Как оказалось, мне пришлось самостоятельно написать половину из первых нескольких

выпусков, пока у нас не появилось достаточное количество постоянных авторов, чтобы

выполнять эту работу. Я должен был написать руководство по стилю, чтобы соблюсти

последовательность изложения вещей, а также я поговорил с аббатом Игнацием о том, чтобы он

выделил четырех монахов для составления словаря.

Первые три выпуска там были только объявления моих собственных предприятий, но, со временем, я смог значительно сократить свое участие в проекте за исключением, быть

может, случайных статей.

133

Долгосрочный эффект от журнала был поразительный. До этого, единственным

источником новостей для кого бы то ни было были слухи и сплетни. Сейчас у них

был источник информации о том, что сказал герцог Вроцлава и как ему на это ответил

палантин Кракова (Примечание: Выборный князь). Через два года у нас были корреспонденты

во всех крупных городах Европы, и мы стали первой службой новостей. А журнал стал

отличным способом рассказать мои взгляды на санитарию, домоводство и кулинарию.

Так что это была прибыльная поездка, но я ездил в Краков, чтобы получить художника.

Брат Роман никогда не делал окон для церкви, но это не имело значения. У нас были

мастера, которые могли выполнять строительные работы. То, что я хотел, было произведением

искусства. Инженер, вероятно, не тот человек, которого стоит выбирать в качестве

художественного критика, но я был также боссом и у меня были определенные идеи о том, что бы мне хотелось. Мне хотелось сделать религиозное заявление, но я не посмел бы

сделать это словами.

В средневековой церкви слишком многое было замешено на страхе, чтобы донести

ее сообщения. Но когда я иду молиться, я не хочу, чтобы меня окружали представления

замученных человеческих тел. Что касается меня, я считаю, что послание Христа было

посланием любви. Любовь к Богу и любовь к ближнему своему. Вы ничего не прочтете

в Нагорной проповеди относительно того, чтобы калечить людей ради славы Божьей!

Для нашей церкви Христа Плотника в Трех Стенах, я хотел простую натуралистичную

сцену юного Христа, помогающему святому Иосифу в его столярной мастерской. А на другой

стене я хотел видеть Христа с маленькими детьми. На третьей стене я хотел видеть Христа

на поле с лилиями, а на последней стене должен был Христос с менялами в храме, потому что

Христос не был слабаком.

Поэтому я установил Роману оклад и выделил ему хорошую комнату в Углегорске, где были расположен завод по производству стеклянных изделий. Комната имела большие

окна, выходящие на север, чертежную доску и большую пачку бумаги. Я объяснил ему, чего

я хочу получить и оставил его одного на несколько недель. Затем, я объяснил, что мне

не нравиться то, что он сделал и заставил его попробовать снова.

Потребовалось четыре месяца, прежде чем он начал делать то, что я хотел и, в процессе, мне пришлось научить его черчению в перспективе (проекциях). Но восемь месяцев спустя

после того, как я его завербовал, мы получили стеклянную облицовку для церкви в Трех

Стенах. Затем я направил его в другие четыре моих церкви.

Было важно не только сохранить Польшу от монголов, но также важно помочь ей

накопить богатства!

134

В 1235 году был плохой урожай. Осенние дожди начались раньше, чем обычно и были

более сильными. Но мы едва ощутили их последствия.

В течение нескольких лет, граф Ламберт продавал новые сорта пшеницы для ее посадки

по высокой цене за фунт. В результате, большинство фермерских хозяйств в Силезии и Малой

Польше расширились, ну или, по крайней мере, некоторые из них.

Современная пшеница была короче и имела более толстые стебли, чем ее старые сорта, поэтому она лучше переносила дождь. И в большинстве городов была, по крайней мере, одна

жатка МакКормика и мы смогли собрать большую часть урожая за те несколько сухих дней, которые были в нашем распоряжении.

Многие фермеры смогли продать свое зерно в более пострадавшие области и получили

с этого большую прибыль. По крайней мере, взлетели продажи сантехнических комплектов

для одной семьи, что является, своего рода, индикатором.

Многие заводы совсем не покупали зерно в этом году, поскольку годом ранее были

созданы достаточные запасы.

Дети Анны были здоровы и она рожала их по четыре каждые шесть месяцев. Особи

самого старшего выводка уже сейчас выглядели как лошади, но они росли медленнее, чем обычные лошади, а Анна сказала, что им понадобиться четыре года, чтобы стать

взрослыми. У нас их было двадцать, но потребуется еще несколько лет, прежде чем первый

выводок сможет присоединиться к команде.

Анна проводила с ними очень мало времени, заглядывая к ним раз в день или три, только

для того, чтобы посмотреть, что им ничего не нужно. Это не означало, что она была плохо

матерью, просто она была в высшей степени уверена, что если у них будет достаточно еды, то они будут нормально расти.

Они были очень хорошими маленькими выживальщиками. Когда им становилось

холодно, они зарывались в сено и, если этого было недостаточно, то они зарывались в землю

под сено. И они могли есть все, что угодно. Если у них заканчивалось зерно или сено, то они

начинали есть стойло, в котором они находились, поэтому необходимо было за ними

наблюдать. На самом деле, думаю, что Анна наполовину присматривала за ними, чтобы

защитить мир от них, а не наоборот.

Кристина была столь же плодовита. После рождения ее второго ребенка, я сказал себе, что хватит, значит хватит. Я не делал никому ничего хорошего тем, что принимал участие

в появлении на свет внебрачных детей. Я придерживался данной клятвы за исключением

одного раза, когда она плакала, и мне показалось, что заняться любовью – это лучшее, что можно сделать.

Одного раза оказалось достаточно. К концу осени стало очевидно, что она снова

беременна.

135

Предыдущей осенью я поставил перед Золтаном задачу по изготовлению пороха

или, точнее, задачу по изготовлению азотнокалийной селитры, поскольку, как только бы мы

ее получили, я бы знал, как изготовить из нее порох. Порох состоял из семидесяти пяти

процентов селитры, пятнадцати процентов угля и десяти процентов серы.

Но все, что я знал о селитре, так это то, что она изготавливается из навоза или, иногда, из старого цемента, а также то, что она представляет из себя белые кристаллы. О, конечно, я мог назвать молекулярный вес и даже нарисовать модель молекулы, но не мог как-то иначе

помочь Золтану.

Он мужественно взялся за решение этой проблемы и занимался ею в течение семи

разочаровывающих месяцев, при этом, он и его польские ученики благоухали как дерьмо.

У всех мальчиков возникли проблемы в общении с противоположным полом, пока я

не приказал им мыться после работы и выдать им дополнительную одежду, чтобы носить ее

пока они не на работе.

И вот однажды Золтан пришел в порванной в клочья одежде, с опаленными волосами

и бородой. Его лицо было покрыто волдырями, но через них проступала большая счастливая

улыбка.

- Думаю, мы это сделали, мой господин!

Поэтому я дал ему небольшую медную пушку вместе с запасом пушечных ядер.

Я рассказал ему о смачивании смеси, высушивании ее, а также ее измельчении, чтобы

превратить змеиный порох в черный порох, который хотел иметь (Примечание: Serpentine powder - змеиный порох, представляет собой самый ранний вид черного пороха, использовавшийся до начала 18 века. Очень взрывоопасен при производстве и гигроскопичен

при хранении. Возможно неправильно перевел название).

Я объяснил ему, как заряжать и стрелять из пушки, а также рассказал ему о том, что мне

хочется, чтобы он попробовал немного различные смеси, чтобы посмотреть, какая из них

сможет метнуть мяч дальше, всегда используя одно и то же небольшое количество пороха.

Также, я заставил поклясться держать в секрете изготовление пороха его, его учеников

и всех, вокруг них. Мне не хотелось бы, чтобы кто-либо еще, кроме нескольких его людей и его

учеников знали, как сделать порох.

Они осознали всю серьезность того, если кто-то еще сможет стрелять в них из пушек

и пообещали хорошо хранить этот секрет до окончания монгольского вторжения.

136

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

К Рождеству 1235 года я увидел, что все собирается одно к одному. Оставалось сделать

еще очень многое, но думаю, что семена заложенной промышленной базы попали

в благодатную почву, и их должно было вполне хватить для снабжения достаточно

современной армии.

Получение армии было отдельной задачей. У меня было четыре, присягнувших мне

рыцаря и это то, с чего мне необходимо было начать. На самом деле, было несколько

странно то, что один рыцарь присягал другому, но в правилах не было ничего сказано против

этого. Я имел больше рыцарей, чем некоторые из баронов графа Ламберта, но отсутствие

у меня баронства влияло только на то, что на официальном банкете я сидел за столом дальше

и не мог кого-либо посвящать в рыцари. Но я избегал официальных банкетов по мере

возможности, и не хотел никого и ни при каких обстоятельствах посвящать в рыцари.

Правда заключалась в том, что я говорил все это исходя из принципа всеобщего

равенства. Мне не нравилось разделение людей по принципу рождения – это глупая игра

в благородных и простолюдинов. Будь моя воля, я уничтожил бы всю эту дурацкую систему!

Но у меня не было выбора и потеря мною рыцарства радикально уменьшит мою собственную

эффективность в равной степени, как и разрушит мою устроенную жизнь. Но однажды у меня

станет достаточно сил, чтобы что-то с этим сделать!

Я позвал моих рыцарей с их женами собраться вместе после обеда.

- Джентльмены, мы вместе начинаем это делать, - сказал я, - Сейчас у нас есть

большинство необходимого нам сырья. Сейчас у нас есть основы производственной системы, которые могут взять это сырье и превратить его в полезные продукты. Сейчас у нас есть

рабочие, обученные использовать данные производственные мощности и инструменты. У нас

также есть самая большая, отлично обученная и управляемая армия в мире? как минимум

в течение ближайших пяти лет. Но мы не должны считать эту армию нашей собственностью!

Сейчас у нас нет никакого способа спасти нашу страну от абсолютного уничтожения. Вы все

слышали историю Киликии о полном уничтожении ее родного города. Этого не должно

случиться здесь!

И это произойдет здесь, если только мы с вами ничего против этого не предпримем!

Наши заводы можно легко переключить с производства гражданской продукции

на военное производство. Они были разработаны с учетом этого. Мы можем начать выпускать

оружие и броню со скоростью, поражающей воображение. Когда нам это потребуется, у нас

будет лучшая броня, которую только видел этот мир, а также оружие страшной силы.

Но оружие бесполезно без мужчин, которые смогут его использовать! Я обещаю, что мы

будем вооружены лучше монголов, но если мы хотим победить, мы должны быть лучше

подготовлены и лучше организованы. А это будет нелегко сделать!

В течение пятидесяти лет монголы активно практикуют искусство массовых убийств

и тотального разрушения и до сих пор никогда не были побеждены!

Но они будут побеждены здесь, и мы обучим и возглавим армию, которая это сделает!

Вам четверым придется сделать большую часть этой работы, поскольку я планирую потратить

половину моего времени на организацию производства.

Данное обучение будет отличаться от того, к которому вы привыкли, поскольку

грядущая война будет отличаться о той, к которой вы привыкли. Вы уже привыкли относиться

к войне как к игре, где вежливые христиане разрешают свои споры в соответствие с четко

определенными правилами.

Единственные правила, которые знают монголы это "подчиняться приказам" и "выиграть

войну". Они не христиане и они не джентльмены. Они грязные, вонючие маленькие ублюдки, которые могут сражаться как все демоны ада! Они твердые, выносливые и безжалостные.

Единственный способ их победить заключается в том, чтобы стать еще более твердым, выносливым и безжалостным чем они!

137

Вы привыкли к таким войнам, где воюет только знать. Это должно закончиться. Каждый

пришедший к нам монгол будет вооружен. Чтобы их достойно встретить, мы должны

поступить также. Наши фабрики в состоянии обеспечить оружием каждого взрослого в Силезии

и Малой Польше. Мы должны быть в состоянии обучить данное количество мужчин.

Это сложно, но не невозможно. Я покажу вам методы, которые могут превратить фермера

в бойца в течение шести месяцев. Обучение командиров потребует больше времени, а обучение

людей, которые бы могли обучить командиров - еще больше времени.

Весной мы построим тренировочную базу в северо-западном углу моих земель. Мы уже

отгородили там десяток квадратных миль, используя розы Кристиана, так что у нас все будет

достаточно изолированно. Я попросил графа Ламберта отправить мне достаточное количество

добровольцев сразу же после весеннего сева. Эти люди будут нашими первыми учениками.

Период тренировки будет составлять одиннадцать месяцев, и мы будем работать

над тем, чтобы обучить тренеров воинов, а не воинов. Я буду рад, если после того обучения, что мы им дадим, из них выживет хотя бы тридцать человек.

После этого, господа, вы станете администраторами, а они будут делать всю грязную

работу. Но следующие полтора года вы должны будете сами пройти через ад! Вот почему, я пригласил ваших жен на эту встречу - чтобы объяснить им, что некоторое время вы редко

будете с ними видеться и, что вы будете работать на меня, а не развлекаться с гаремом

графа Ламберта в Окойтце.

Я знаю, что вы сильны физически и находитесь в достаточно хорошей форме.

Вы должны будете жить здоровой жизнью на природе, что вы сейчас и делаете. Но вы

не сможете легко пробежать двенадцать миль перед завтраком и не сделаете двести отжиманий.

Этой зимой, мы будем над этим работать, и это не будет развлечением. Все, что я могу вам

пообещать, так это то, что я вместе с вами пройду через все это.

Завтра утром, мы начинаем физическую подготовку, но также, каждый день мы будем

проводить два часа в моем офисе и выполнять умственную работу. Есть вопросы?

Слишком много всего, чтобы запомнить, мой господин, - сказал пан Владимир, -

Но один вопрос, который не дает мне покоя так это что такое "отжимание"?

- Ты узнаешь, мой друг. Я обещаю тебе, ты узнаешь.

- Этот бег и другие физические упражнения о которых Вы упомянули, - сказал

пан Грегор, - Я не понимаю необходимость всего этого.

- Мы будем обучать пехоту и некоторое количество артиллерии, о которой я расскажу

позже. Я не вижу способа, чтобы получить достаточное количество боевых коней, чтобы

обеспечить нашу армию. Так много лошадей просто нет в природе! Кроме того, у Польши

уже есть достаточное количество кавалерии, состоящей из обычных рыцарей. Как я оцениваю, у нас есть тридцать тысяч конных, плюс, когда придет время, мы должны будем получить

некоторую помощь из Франции и Священной Римской империи.

- А что насчет русских и венгров? - спросил пан Грегор.

- Русские или, скорее, украинцы в ближайшие три или четыре года будут в значительной

степени уничтожены. Не думаю, что мы сможем найти способ в это время оказать им сколь-нибудь значительную помощь. Что касается венгров, то они будут атакованы в одно время

с нами и у них будет куча своих собственных проблем. Более вероятно, что мы сможем

им помочь, чем наоборот.

138

- Эта земля, которую вы выделили для обучения, - сказал пан Виктор, - Мне кажется, что десяток квадратных миль это слишком много. И почему необходимо уединение? Основная

причина иметь военную силу заключается в том, чтобы заставить врага подумать дважды, прежде чем решиться на вас напасть. Почему мы хотим это скрыть?

- Монголы придут независимо от того, будем мы готовы или нет, - сказал я, - И они

не поверят, что пехота сможет их остановить, пока не столкнуться с ней на поле боя. И есть

две причины для уединения наших тренировочных баз. Во-первых, я не хочу выставлять

наши способы обучения на всеобщее обозрение. Они являются одним из наших основных

секретных оружий. Вторая причина является более важной и более утонченной. В процессе

обучения мы будем делать с нашими солдатами две вещи. Первой, очевидной вещью, является то, что мы будем тренировать их тела и учить их использовать оружие. Второе –

это психология. Мы разрушим их представление о мире, а затем выстроим его заново новым, более сильным способом. Нам поможет, если мы будем это делать в изолированной и чуждой

для них среде.

- Как может один человек сломать разум другого? - спросил пан Владимир.

- Это будет одно из того, что я вам покажу и вам это не понравиться. Я надеюсь, что вы, господа, знаете, что я отношусь к вас с глубоким почтением и как к людям, и как к своим

вассалам. Мне не хочется вам грубить, особенно, когда вы этого не заслужили. Но с целью

научить вас, как обучать других, я буду относиться к вам также, как вы должны будете

относиться к крестьянам, которых будете обучать. Я не буду вежливым. На самом деле

я собираюсь быть максимально грубым. Я не знаю, почему это позволяет сделать людей

абсолютно послушными, но это работает.

Если больше вопросов нет, то завтра на рассвете я жду вас у ворот. Будьте в полном

вооружении и в хорошей обуви. Мы начнем с пробежки в три мили, а затем я буду вас учить

маршировать.

139

Шел снег, но на рассвете они стояли там, а с ними был Петр Кульчинский.

- Петр, какого черта ты тут делаешь? – спросил я.

- Мой господин? Я ваш оруженосец и когда вы позвали всех ваших рыцарей, я подумал…

- Ты подумал неправильно! Ты мне нужен как бухгалтер. Ты мне не нужен

как инструктор! А теперь отсюда убирайся!

Петр ушел, почти плача.

- Не слишком ли Вы были с ним грубы, мой господин? - спросил пан Владимир.

- Закрой свой рот, Владимир! Когда я захочу услышать твое мнение, я тебе об этом

скажу!

Это задало тон нашему обучению. Такая грубость была не нужна с моими рыцарями

и, тем более, не с Петром, но она была необходима при общении с крестьянами и рабочими, которых мы будем тренировать.

Пан Владимир неоднократно ввязывался в бой вместе со мной и сражался как отморозок.

И у меня не было никаких сомнений о братьях Банки и также я думаю, что Петр прошел бы

через огонь, если бы я его попросил.

Это дало мне идею. Однажды я прочитал статью про хождение по огню в "The Skeptical Inquirer", американском журнале, созданном с целью развенчания культовых практик, которые

изобилуют в этой стране. Американцы возводят их право на личную свободу до крайности, и разрешают все виды верований: в летающие блюдца, саентологию и другие виды

сумасшествий. В журнале довольно подробно объясняется, как можно ходить по ложу

из раскаленных углей и при каких условиях это можно делать безопасно.

Если что-то и может убедить армию, что она непобедима, то это возможность пройти

через огонь! Возможно, как часть выпускных упражнений. Да…

Так что мы пробежали три мили в полной броне, и я убедился, что я остаюсь

впереди них, даже если мои легкие болели, а мои ноги ныли в течение недели после этого.

Мышцы, необходимые для езды на лошади существенно отличались от тех, которые

необходимы для бега! За этим последовал час гимнастики прямо на снегу, а затем

марширование. Прозвенел звонок на обед, но я его проигнорировал и заставлял

их маршировать, пока они, по крайней мере, не научились ходить в ногу.

- Остался ты один, Владимир!

Мы молчали все время, пока ели остатки от обеда. Некоторые израбочих это заметили, но были достаточно умны, чтобы ничего не говорить.

140

После еды мы снова встретились в моем кабинете.

- Теперь, господа, вы можете говорить свободно. Одной из причин этих наших

совещаний во второй половине дня будет объяснение и подведение итогов того, что вы

делали утром.

- Очень хорошо, что Вы всех нас собрали, - сказал пан Грегор, - Я бы хотел знать, почему Вы считали нужным говорить с нами так грубо. Если бы я не давал вам присягу, то клянусь, что я вызвал бы Вас на дуэль за некоторые из вещей, что Вы мне говорили.

- Ну… я предупреждал вас, что я собираюсь это сделать, но вы не восприняли меня

достаточно серьезно. Мне что, нужно поговорить с вами так, как я это уже делал? Ответ - нет, не нужно. Вы четверо потратили большую часть своей жизни, готовясь к сражениям.

Вы к этому готовы. Вся ваша самооценка зависит от того, как вы можете служить своему

сюзерену в битве и с честью сражаться. Но это необходимо, чтобы вы знали, как нужно иметь

дело с людьми, чья предыдущая жизнь была направлена на то, чтобы просто получить

достаточное количество пищи, чтобы прокормить свои семьи и, может быть, отложить немного

денег на черный день. То есть, с большинством людей в этом мире. Вы должны требовать

от них мгновенного послушания прямым приказам, даже если порядок не имеет для них

абсолютно никакого смысла. Я не знаю почему, но если кричать на людей, то, кажется, этого

можно добиться.

- Скажи мне, пан Владимир, что ты чувствовал, когда я на тебя кричал сегодня утром

за то, что ты защищал Петра?

Пан Владимир на мгновение задумался.

- Сначала - гнев, мой господин. Затем - стыд. Стыд за себя из-за того, что оскорбил

своего сюзерена и стыд за Вас из-за того, что Вы себя так унизили.

- Точно, - сказал я, - Гнев и стыд. Но гнев проходит гораздо быстрее, чем стыд. Я думаю, маловероятно, что вы будете говорить также в тех же обстоятельствах. Сейчас вы уже

не сердитесь на меня, отчасти в результате нашей беседы, а отчасти от того, что мы знаем

друг друга в течение длительного времени. У мужчин, которых вы будете обучать, не будет

ни преимуществ вашего предыдущего знакомства с инструктором по строевой подготовке, ни преимуществ от этих встреч. Они научатся вас ненавидеть, что является необходимой

частью подготовки. Спустя годы, когда все закончиться, большинство из них оглянется назад

и взглянет на вас с уважением, но это будет очень слабой наградой. На самом деле, быть

инструктором по строевой подготовке является одной из самых грубых работ, про которые

мне только известно. Может помочь, если вы скажете себе, что это необходимая вещь, чтобы

сохранить вашу страну.

Они на некоторое время замолчали.

- Смешно ходить как эти "марширующие". Для этого есть какая-то причина? - спросил

пан Войцех.

- Есть две причины - одна практическая, а другая - психологическая. Завтра я покажу вам

оружие, называемое пикой. Она как копье, но длиной шесть ярдов. Если их правильно

использовать, то пешие солдаты могут уничтожить кавалерию. Но если вы используете длинное

оружие наподобие этого, вы должны идти в ногу или ваша пика запутается с чьей то еще. И еще

для этого есть две психологических причины. С точки зрения солдата, это дает сильное чувство

групповой принадлежности. Это дает чувство силы и ощущение того, что ваш отряд не может

быть остановлен. И если в это действительно верит достаточное количество мужчин, то их

действительно невозможно остановить. У противника это вызывает страх. Вид тысячи идущих

на вас мужчин, одетых в одну и ту же одежду и одинаково шагающих, опускающих свои ноги

на землю в одно и то же время, заставляет вас думать, что вы сражаетесь не только

с мужчинами, которые могут быть убиты. Вы начинаете думать, что сражаетесь с неудержимой

машиной. Если наши мы и они верим в то, что мы не остановимся, то битву можно считать

наполовину выигранной.

141

Изнурительные тренировки продолжались всю зиму.

Помимо пики, я обучал их владению рапирой и мечом пехотинца, который не имеет

лезвия, чтобы рубить, а только лишь острый конец для того, чтобы колоть (Примечание: Исходный текст "that has no edge to speak of but only a point").

Сначала мы носили шпаги обычным способом, но это представляло собой разновидность

художественной гимнастики. Пан Владимир стал первым, кто стал носить ее через левое плечо.

Он поместил конец лезвия в ножны длинного кинжала на своем поясе, а остальную его часть

прикрыл тонкой кожаной трубкой, прикрепленной к перемычке, перекинутой через его левое

плечо. При необходимости, он мог быстро извлечь шпагу, хотя и возникали сложности с тем, чтобы вернуть ее на место. Тем не менее, это был гораздо более удобный способ носить шпагу, чем, если бы она просто путалась под ногами. Подобное, высокое ношение меча стало одним

из наших отличительных знаков. Таким же, как и наши забавные прически.

Видите ли, я считаю, что каждая элитная военная организация, известная человечеству

имела забавные прически. Норманы, которые завоевали Англию, носили прическу, которая

выглядела так, как будто они надели на голову берет, немного наклонили его в сторону и затем

сбрили все, что не было им прикрыто. Казаки брили свои головы за исключением конского

хвоста, который висел у них с левой стороны. Монголы выбривали большую часть верха

своей головы, оставляя хвост в середине своего лба, перед ушами, а также небольшое

количество волос сзади.

Я не понимал психологию данного типа ерунды, но очевидно, что нам тоже нужна была

забавная стрижка. Какое-то время я думал выбрать стрижку в виде ирокеза, но затем решил, что современная военная стрижка будет выглядеть более странно, чем любая другая, а также

потребует значительно меньшего времени для своего обслуживания.

Мы проводили много времени, обучаясь рукопашному бою, поскольку воин должен

оставаться воином, даже если он безоружный или голый.

Но через две недели я должен был уехать и заняться объездом других заводов.

Там всегда имелись технические проблемы, при возникновении которых, несколько моих слов

сберегали сотни человеко-часов, а также управленческие проблемы, которые может решить

только босс. Во время своего отъезда, я назначил ответственным пана Владимира, дав ему

ежедневное расписание, которому он должен был следовать. Он следовал ему так хорошо, как только мог. В свою очередь, даже будучи в дороге, я пытался придерживаться программы

тренировок, хотя это и было сложно сделать.

142

Особенно я не хотел скупиться на мальчиков в Орлином Гнезде. Эти дети были такими

искренними, что я чувствовал моральное обязательство предоставить им всю помощь, которую

только мог. Их нисколько не беспокоило, что один из них уже умер в воздухе. Они полностью

осознавали возможность дальнейших жертв и, в типично польской манере, готовы были

заплатить эту цену. Это не было невежественным чувством "это не может случиться со мной".

Они знали, что это может с ними случиться! Они просто чувствовали, что награда стоит

своей цены и шли дальше. И это двенадцати- и тринадцатилетние мальчишки! Если бы только

в НАСА были такие герои!

Что я мог для них сделать, кроме того, чтобы их любить и помогать им любым способом, которым я только мог?

В настоящее время я посадил их на планеры и разработал пусковое устройство, которое

будет построено на большом коническом холме недалеко отсюда.

В Углегорске было достаточное количество каменноугольной смолы, поэтому

мы запланировали асфальтовую взлетно-посадочную полосу на равнине под холмом.

Со временем, были добавлены другие взлетно-посадочные полосы, чтобы они могли

приземляться независимо от того, куда дует ветер пока, в конце концов, не была полностью

залита асфальтом половина квадратной мили. Это не только дало возможность осуществлять

посадку при любом ветре, но и в солнечные дни это приводило к возникновению прекрасного

восходящего потока на мили вверх!

Самой большой проблемой оказались стойки крыла. Чтобы быть наиболее

эффективными крылья планера должны быть очень длинными и тонкими и мы должны были

их поддерживать, не имея преимуществ авиационного алюминия. Затем мы придумали своего

рода синтетический бамбук. У меня был огромный токарный станок, который мог прокручивать

восьмиярдовый еловый ствол. Мы расточили коническое отверстие у него в середине внизу, вставили длинный железный конус в отверстие и повернули его наружу от ствола и, таким

образом, толщина доски составила половину вашего маленького пальца. Затем железный конус

удаляли, и деревянные диски вставлялись в каждую половину ярда. Данная сборка имела

поразительное соотношение прочности к массе. Две таких сборки соединялись вместе встык

в районе фюзеляжа и оканчивались в центре крыльев. Все это формировало основу.

Граф Ламберт был частым гостем в Орлином Гнезде, когда я там бывал. Он жаловался, что они сильно продвинулись в изготовлении самолетов, но я ничего не делаю относительно

разработки двигателя, о котором рассказал ему однажды, сказав, что он способен придать

самолету движущую силу.

Проблема заключалась в том, что в моем списке приоритетов было множество

гораздо боле важных вещей, чем прославленный двигатель газонокосилки. Там было

изготовление оснастки для массового производства доспехов, разработка скорострельной

казнозарядной пушки и мы также должны быть в состоянии производить снаряды, пули, порох, мечи, ботинки и кучу других вещей. У меня даже не было надежного источника свинца

и цинка, не говоря уже о сере!

Но граф Ламберт и мальчики объединились против меня и выжали из меня обещание.

Я начну работать над двигателем, как только они построят двухместный планер, который

сможет оставаться в воздухе не меньше часа. Зная связанные с этим проблемы, я не думал, что мое обещание серьезно нарушит мои планы.

143

В начале 1236 года случилось два неприятных события и оба они произошли в течение

одной и той же недели. Оба раза мне предъявили иск. Первый иск был от Германа - брата графа

Ламберта. Ему больше не нравился медеплавильный завод, который я ему продал. Вместо того, чтобы зарабатывать ему деньги, он приносил ему убытки по причине, как я был уверен, плохого управления. Он был уверен, что это было моей виной, и он был графом, в то время

как я был простым рыцарем, что, по его мнению, доказывало его правоту. Он хотел получить

назад свои деньги.

Другой иск я получил от барона Стефана. Он решил, что я не по праву владею землей, которую по ошибке дал мне граф Ламберт, землей которая, как он выразился, принадлежала

его семье в течение более чем трехсот лет. Он хотел, чтобы я вернул ее назад и заплатил

за срубленные деревья и построенные заборы.

Они устроили мне несколько месяцев бесполезного беспокойства, пока в один

прекрасный снежный день не приехал герцог и не решил оба случая во внесудебном порядке.

Или, точнее, он отклонил оба случая, поскольку он сам и был суд.

Иск графа Германа был отклонен, поскольку я передал ему все имущество, согласно

договору и никогда не обещал, что оно будет прибыльным. Он прочел графу отеческую лекцию

о доверии к трудящемуся, а не к его инструментам и никто при этом не упомянул тот факт, что герцог сам имел завод, который и лишил бизнеса завод графа.

Герцог пришел в ярость, когда обнаружил, что барон Стефан не смог приехать по вызову

графа Ламберта для того, чтобы разметить границы между нашими владениями. Он сказал, что барон потерял свою землю именно из-за этого, он это заслужил и его следовало бы

выпороть за неподчинение приказу своего сюзерена.

Наличие высокопоставленных друзей делает жизнь проще.

Также, той же зимой, Анна и я обследовали Малопольские холмы к северу от Кракова, где, как я знал, были залежи цинка, свинца, железа и угля. Анна говорила, что зима было

лучшее время года для "вынюхивания" такого рода вещей, поскольку вокруг было гораздо

меньше других запахов. Мы нашли залежи цинка и свинца довольно близко друг к другу, ну или, по крайней мере, это были две разные руды, и Анна сказала, что они обе пахнут как

сера и я знал, что обе залегающие здесь руды были сульфидами.

Свинец и железо выплавлялись здесь в течение тысячи лет, а некоторые археологи

считали, что именно здесь впервые было сделано железо. Но цинк как отдельный металл был

неизвестен. Он использовался как элемент сплава вместе с медью, чтобы сделать латунь, но руды смешивались до плавки, чтобы непосредственно сделать латунь или же цинковая руда

смешивалась с медью перед заливкой и, фактически, медь использовалась для уменьшения

цинка!

Позднее, этим летом я узнал почему.

Дело в том, что я вообще не получил бы цинк, если бы не добавил для доменной печи

некоторое очистное оборудование. На самом деле, не было реальной необходимости для того, чтобы контролировать загрязнения, поскольку наши предприятия были крошечными

по современным стандартам и не оказывали серьезного влияния на окружающую среду.

Но проблема будет увеличиваться, если только мы не начнем делать все правильно, поэтому я

добавил пылесборники там, где это только было возможно.

Затем мы попытались переплавить цинковую руду, после того, как ее обожгли, чтобы

получить оксид из сульфида, но все, что мы смогли получить так это шлак. Металла вообще

не было получено. И только когда мы вычистили пылесборник, мы нашли в нем капли цинка.

Цинк покидал печь вместе с дымом! Неудивительно, что древние никогда не находили

его раньше. Они вообще не волновались о загрязнении!

К следующей зиме, мы производили цинк в достаточном количестве, но это я уже

немного забегаю вперед.

144

Как только земля немного оттаяла, начались работы на учебной базе. Я выбрал

эту территорию, поскольку на ней присутствовали различные типы местности – как горы, так и равнины, а также потому, что это была наименее заселенная часть моих владений.

Я всего лишь должен был заплатить семи йоменам, чтобы они перевезли оттуда свои семьи.

В конечном счете, основные казармы будут представлять собой квадратный замок

шириной в милю и шесть этажей в высоту, но для начала это были довольно скромные ресурсы.

Там у меня было место для двухярусных кроватей для шестнадцати десятков мужчин, а также

столовая в два раза большая, чем церковь, обе которых были сделаны из бетонных блоков.

Вокруг был расположен большой бетонный плац и длинная двенадцатимильная полоса

препятствий, которая была самая трудная из всех, о которых я когда-либо слышал.

От графа Ламберта или, точнее, от каждого из его рыцарей, по расписанию прибыло

более ста крестьян. Я специально просил прислать мне самых грубых и непослушных

персонажей. Крестьян, которые "слишком умные для их же собственного блага".

И все они именно так и выглядели. Если где-то и была куча мужчин, которые выглядели

так, как будто их всех стоило повесить, то это были именно они.

За одним исключением

С ними был Петр Кульчинский.

145

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Большую часть зимы я провел в подготовке к поступлению в воинскую школу

пана Конрада. Я обучал одного из моих подчиненных, Юзефа Кулисевича, чтобы он

мог замещать меня в течение года, дважды взяв его в мои поездки на фабрики и трактиры

пана Конрада, следя за тем, чтобы он был хорошо обучен.

Я внимательно наблюдал за всеми упражнениями, которые делал пан Конрад и его

рыцари и старался за ними повторять.

Также, я очень хорошо работал на графа Ламберта и, в конце концов, получил от него

назначение в школу. Это было нелегко – в то время, как мой отец был одним из крестьян графа

Ламберта, я не мог принести присягу пану Конраду. Но я постоянно надоедал графу и придумал

много причин, почему мне необходимо туда пойти.

Наконец, я ему достаточно надоел.

- Собачья кровь! Если бы ты был приведен к присяге у меня, я бы тебе задал! Петр, не будь таким умным – тебе же будет лучше!

- Да, мой господин. Но разве не именно это просил пан Конрад? Мужчин, которые

слишком умные?

- Клянусь Богом, я отправлю тебя туда только лишь для того, чтобы ты оказался от меня

как можно дальше! Я знаю, что пан Конрад задумал в этой школе и думаю, что ты умрешь там в

течение трех дней после прибытия!

- Спасибо, мой господин.

- Можешь поблагодарить меня, после того, как он тебя убьет! А теперь проваливай

отсюда и из города тоже!

Мой план удался и я быстро выехал, поскольку я думал, что для меня было абсолютно

необходимо попасть в школу воинов. Моя должность главного бухгалтера давала мне отличный

доход, приятные условия работы и немалый авторитет, но она не давала мне того, что я

действительно хотел.

Она не давала мне Кристину.

Она намеревалась выйти замуж за настоящего опоясанного рыцаря или же совсем

не выходить замуж. Хотя никто ничего не говорил об этом, но я был уверен, что те, кто выживет в школе воинов, будут посвящены в рыцари. Иначе зачем было все это затевать?

Итак, я стоял в строю с толпой самых грубых крестьян, которых я когда-либо видел.

Казалось, что сюда отобрали самых уродливых из уродливых. Они все были огромными, волосатыми и плохо пахли. Я начал думать, что я сделал большую ошибку, очень серьезную

ошибку в моем карьерном плане.

- Какого черта ты тут делаешь?! - крикнул пан Конрад.

- Меня сюда послал граф Ламберт, мой господин. Он сказал, что я был груб и непокорен

и, так как давал присягу ему, он задаст мне взбучку.

- Граф Ламберт может тебя вздернуть, несмотря на то, клялся ты ему или нет!

Кто выполняет твою работу?

- Йозеф Кулишевич, мой господин. Он достаточно компетентен.

- Бьюсь об заклад, это так! После такого трюка, ему просто обязательно нужно дать твою

работу! Ты коварный коротышка! Ты спланировал это, ведь так?! Ну хорошо, это был плохой

план! Ты хотел приехать сюда?! Отлично! Ты останешься здесь! Петр, ты больше не мой

оруженосец. Ты просто еще один пехотинец в этом строю!

Я был так потрясен, что едва расслышал, что он говорил другим, стоящим в этом строю, хотя он был настолько громок, что, казалось, даже змея бы услышала. Я потерял свою

должность? И я больше не оруженосец? Что я натворил?! Конечно же, никто не собирается

посвящать в рыцари эту кучу отребья! Я был уничтожен!

146

Они дали мне немного времени, чтобы оплакать свою судьбу. Мы промаршировали

в душ, так как пан Конрад сказал, что мы воняем настолько сильно, что он даже не может

стоять рядом с нами.

Они приказали нам раздеться и сложить нашу одежду в кучу, чтобы ее сжечь. Сжечь

одежду было, вероятно, правильным решением для тех тряпок, в которые были одеты

все остальные, но я тратил значительную часть моего жалования на хорошую одежду!

Мои красные чулки и пурпурная туника были брошены в кучу тряпок, также как и моя голубая

шляпа, зеленый плащ и мои замечательные туфли из Кракова с самыми длинными острыми

носами в Силезии! Я мог только благодарить бога, что не одел мой меч и доспехи, разумно

предположив, что ни у кого другого не будет такого наряда.

Каждому из нас для наших ценностей была выдана маленькая сумка. Нам было сказано, что они будет нам возращены, если мы выживем в течение года, или, что более вероятно, они будет отправлены нашим семьям.

Четыре старых женщины ждали нас с ножницами для овец - еще одним изобретением

пана Конрада. С каждого из нас были сострижены все волосы – с головы до ног и между ними.

При этом старые женщины смеялись над маленькими размерами наших половых органов

или, иногда, делали вид, что поражены их размером. Это был очень унизительный опыт, а затем

рыцари начали кричать на нас, требуя, чтобы мы вымыли свои лысые головы и голые тела

самым отвратительно пахнущим мылом которое я когда-либо видел.

Прежде чем они позволили нам выйти на холодный весенний воздух, чтобы обсохнуть

каждый из нас был проверен на наличие блох.

Затем мы должны были выбрать для себя одежду из кучи готовой одежды. Там была

даже такая, которая вполне сносно мне подошла, но все это были просто мешковатые

крестьянские тряпки, которые в любом случае не были хорошо подогнаны. Ботинки были

крепкими и чем-то напоминали походные ботинки пана Конрада, но у них были тупые носы

и совсем не было стиля.

Другие пехотинцы, как они нас называли, были удивлены качеством одежды, но что

касается меня, то она выглядела ужасно. Одежда была сделана из крепкого льна, но была

неокрашена и без вышивки. Также всем остальным понравилась еда, но она была точно

такой же, которую обычно подают на стройках пана Конрада и для меня тут не было ничего

нового.

Казармы были построены из искусственного камня, и мы должны были спать

на трехярусных кроватях по сорок мужчин в комнате, но всюду поддерживался полный

порядок и чистота.

Скоро мы обнаружили, как обеспечивается такая чистота, поскольку большая часть

нашего времени тратилась на уборку и полировку. То есть, большая часть нашего времени, которого мы не тратили на то, чтобы выполнять другие вещи, поскольку они делали так, что мы

были постоянно чем-то заняты.

Каждый день, мы вставали до рассвета, чтобы умыться в холодной воде и, перед

завтраком, выстроиться в аккуратные линии, чтобы прочитать мессу и произнести нашу клятву, после чего всегда следовал бег, который сначала начинался с трех миль, но, в конце концов, был продлен до двенадцати.

Но это был не просто бег по плоской земле. Мы бежали вверх и вниз по холмам, через

препятствия из огромных бревен, через пропасть, перебирая руками веревки, а также вверх

и вниз по скалам. Многие из пехотинцев были ранены и немало умерло в процессе, поскольку

сильная усталость и опасная высота являются смертельной комбинацией.

Всякий раз, когда кто-то получал ранение, мы всегда останавливались и получали

импровизированный урок по оказанию первой помощи - все останавливались и смотрели, как зашивают пострадавшего. Мы постоянно маршировали, бегали или прыгали вверх и вниз, а также выполняли другие упражнения.

147

Через неделю нам выдали оружие - сначала пику, затем меч и кинжал и, наконец, алебарду. Четверть нашего дня была полностью посвящена работе с этим оружием, или палкой, или вовсе без оружия.

Еще четверть нашего дня мы проводили в классах, поскольку было объявлено, что все

должны научиться выполнять арифметические действия, а также уметь читать и писать.

Поскольку я уже освоил эти предметы, то был поставлен наставником над другими, хотя

большинству было трудно учиться, когда они так уставали. В действительности, большая часть

мужчина была выгнана из-за умственного, а не физического несоответствия.

Некоторые из солдат из-за всего этого фактически сошли с ума. Один мужчина заперся

в уборной и когда, наконец, мы достали его оттуда, то все, что он мог, так это бессвязно

бормотать. Он был голым и измазанным в собственном дерьме.

148

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Получение армии собиралось стать самой сложной задачей, которую я когда-либо делал.

Данная работа предполагала не просто изготовление отдельных частей доспехов –

рук или брони, хотя и тут было довольно много работы. Необходимы были многие тысячи

человеко-часов, чтобы сделать конвертер Бессемера, который превращал чугун в сталь, а также

прокатный стан, который делал листовой металл, и линию штамповки, которая выпрессовывала

шлемы, грудные пластины, наплечники, а также другие двадцать семь частей, которые были

необходимы, чтобы одеть мужчину. И каждая такая часть должна была быть изготовлена, по крайней мере, в четырех различных размерах, так что общее число необходимых штампов

было огромным.

Мы делали сталь, используя процесс Вутца и, таким образом, получали хорошие

наконечники для пик, алебард, мечей и кинжалов, но помимо этого оставалось все еще много

работы.

У нас был приличный черный порох и, было нетрудно сделать поворотные пушки, как только была налажена производственная линия, но мы столкнулись с проблемами, как только дело дошло до запала. Я хотел сделать казнозарядное оружие с продольно

скользящим затвором и магазинным питанием с латунными гильзами и свинцовыми пулями, но после двух лет попыток придумать надежный запал, я вынужден был отложить этот проект

на второй план. У меня просто не было достаточно времени, если, конечно, я хотел передать

это оружие в серийное производство достаточно загодя, чтобы обучить людей пользоваться им

в борьбе с монголами.

Но я боялся идти сражаться с ними с кремневыми ружьями. Скорость стрельбы будет

такой низкой, что нам потребуется в двенадцать раз большее количество оружия, чтобы сделать

ту же самую работу. Преимущества казнозарядного оружия и предварительно подготовленных

зарядов были очевидны. Проблема заключалась только в поджигании пороха.

Наконец, я остановился на идее разместить фитиль запала на конце каждого заряда

и спиртовую горелку в основе каждой пушки. Защита на заряде прикрывала запал, пока заряд

не помещался в камору и, в этот момент, пламя поджигало запал, он горел некоторое время

и затем поджигал основной заряд. Не самая лучшая система в мире, но она работала.

В пятнадцатом веке в Чехии, во время Гуситских войн, во многих сражениях решающее

значение имели военные повозки. Наши пушки были достаточно тяжелыми - около

шестидесяти фунтов каждая, а вес одних только боеприпасов был больше, чем мог ожидать

нести с собой человек, не говоря уже о другом оружии и доспехах.

Я решил сделать небольшую четырехколесную тележку, длиной шесть и шириной

в два ярда. Колеса были два ярда в высоту и были установлены на шарнирах таким образом, чтобы их можно было развернуть либо вдоль, подготовив тележку к длинной дороге, либо

в стороны - подготовив ее к сражению.

Не существовало никакой возможности получить достаточное количество лошадей, чтобы тащить тысячу тележек, в которых мы нуждались, поэтому эту работу должны были

делать тридцать шесть человек, вооруженных пиками и алебардами. Пикинеры могли бы

защищать шесть пушек и их канониров в тележке, а пушки могли бы стрелять поверх их голов.

На одной стороне каждой тележки было достаточно брони, чтобы остановить стрелу, а крыша каждой тележки могла быть перекинута на шесть ярдов, чтобы использовать ее

в качестве щита, высотой в полтора ярда для мужчин, которые ее тянут. Она также была

бронирована.

149

Если бы мужчины были хорошо обучены, и мы могли бы заставить монголов нас

атаковать или мы смогли бы их окружить, то мы порубили бы их в капусту (Примечание: Буквально - "превратили в собачий фарш - "dog meat"). Но мы ничего не могли поделать

с их мобильностью. Обычный монгол имел несколько лошадей и, перемещаясь, они могли

легко нас победить.

До некоторой степени помочь восполнить скорость могла бы связь. Неважно, насколько

быстры ваши войска, поскольку прежде, чем они начнут двигаться, вы должны доставить им

приказ. Если бы у нас было радио, то наша эффективная скорость удвоилась. У меня пока что

не было радио, и я не был уверен, что я могу его сделать, поскольку наш технологический

уровень был слишком низок, но я создал команду, чтобы изучать азбуку Морзе для коротких

телеграфных линий. Если мы сможем создать радио, то к тому моменту у нас будут готовы

операторы.

Но, чтобы сделать телеграф, необходимо не так много. Электричество проходит через

проволоку, а простой моток проволоки представляет собой электромагнит, который нажимает

или звонит в колокол. У нас было волочильное оборудование для производства проволоки, а, практически любые два металла в емкости с уксусом, образовывали батарею.

Но несколько лет назад я пытался провести линию между Тремя Стенами и Окойтцем, и не сумел этого сделать. Цена меди была настолько высока, что для людей было слишком

сложно просто смотреть на то, сколько ее висит на деревьях. Воры воровали проволоку

быстрее, чем мы снова успевали ее натягивать! Мы не могли все это охранять и каждый раз, когда мы ловили вора, на его месте появлялись еще три.

Наконец, я должен был остановить проект и пан Владимир в этом меня поддержал.

Но мы протянули проволоку внутри Трех Стен, сделав это в основном для обучения

операторов, но также для внутренних коммуникаций.

Наилучшей линией обороны была река Висла. У нас были паровые двигатели, работающие на заводах и мы были в состоянии построить лопастные речные пароходы. Флот

вооруженных и бронированных пароходов мог бы остановить монголов, особенно, если бы

пароходы имели радио. Столкновение с вторжением произойдет в районе седьмого марта, а в это время река может быть, а может не быть замерзшей. Если река будет замерзшей, то лодки будут бесполезны, поэтому мы не можем рассчитывать только на них.

Но все это, по крайней мере, для меня, представляло собой легкую часть и просто

означало девять лет долгих часов тяжелой работы для меня и тысячи других мужчин и женщин.

Сложная часть заключалась в обучении армии.

В тринадцатом веке в Польше не было никаких обученных профессиональных воинов

за исключением рыцарей, чья концепция чести и честной игры сделала их практически

бесполезными

за исключением

"вежливых

конфликтов",

где они

и использовались

для сражения. По их мнению, более важно было сражаться благородно, чем победить, что хорошо для игрового поля, но не тогда, когда монголы планируют убить каждого мужчину, женщину, ребенка и домашнее животное в Восточной Европе!

Я должен был обучить современную армию с абсолютного нуля. Тут не было никаких

старых сержантов, прошедших прошлую войну.

150

Годами жизнь была довольно мирной, несмотря на то, что страна быстро распадалась

на герцогства, которые были разделены между наследниками предыдущего герцога. Войны, которые велись, больше напоминали спортивные мероприятия, нежели серьезные сражения.

И там, в любом случае, не было сержантов. В тех редких случаях, когда воевали крестьяне, им не давали никакого обучения, а, зачастую, и никакого оружия за исключением

тех сельскохозяйственных инструментов, которыми они владели.

После того, как я понял, что у меня будет промышленная возможность вооружить армию

численностью от пятидесяти до ста тысяч человек, я попросил моего сюзерена, графа Ламберта, отправить мне толпу неудачников и нарушителей из поместий других его рыцарей, поскольку мой предыдущий опыт службы говорил о том, что лучшие сержанты получаются

из неудачников в сердце.

Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что большинство из них не может

нормально жить в гражданских условиях. Чтобы нормально жить, кажется, что большинству

из них, необходима окружающая структура, которую предоставляет армия. Во всяком случае, никто не возражал против того, чтобы отдать мне своих проблемных подданных.

Мы проведем их через абсолютный ад. Программа была разработана таким образом, чтобы держать их на самом краю физического истощения и рядом с тонкой границей безумия.

И многие из них не смогут через нее пройти.

В этом первом классе я преднамеренно убил два десятка мужчин и не думаю, что моя

совесть будет когда-нибудь по-настоящему чиста. Но я должен был иметь лидеров, которые

абсолютно жестки и надежны и у меня не было двадцати лет, чтобы их лелеять и обучать.

Если они не будут достаточно хороши, то мы могли бы потерять в бою тысячи мужчин и, кроме

этого, всю страну.

Но мне было больно это чувствовать. Чертовски больно. И часто после отпевания, я плакал перед сном. И это я, зрелый мужчина, тридцати шести лет от роду.

151

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Мы постоянно были под наблюдением и никогда, за исключением воскресений, не имели свободной минутки. Тогда можно было уйти из казармы и побыть немного времени

совсем одному, что было замечательно.

За месяц до этого у меня была возможность лично поговорить с паном Владимиром, поскольку я обнаружил его сидящим в одиночестве на бревне в лесу.

- Как дела, Петр? – сказал он так, как будто мы снова вернулись в большой зал

пана Конрада.

- Очень хорошо, господин! – сказал я, невольно вытягиваясь.

- Расслабься. Никто нас здесь не видит.

Я попытался, но мне было трудно это сделать. В течение многих лет он относился ко мне

как к младшему брату, но в течение последнего месяца он был таким же жестоким, как и другие.

- Спасибо, пан Владимир, - сказал я, садясь на бревно рядом с ним.

- Знаешь, ты нас удивил. Никто из нас не ожидал, что ты продержишься больше недели, особенно пан Конрад.

- В самом деле? Но разве ты не видишь, что я должен это сделать? Если бы яне остался

здесь, то мне больше бы некуда было идти. У меня нет больше должности, и я больше

не оруженосец.

- Может да, а может и нет. Лично я думаю, что если бы ты пошел к пану Конраду

и попросил бы их назад, то ты их получил бы. Пан Конрад был раздражен тем, что ты пошел

против его пожеланий, но он не злой человек. Я думаю, все, что тебе нужно, это принести

извинения и признать свою неудачу здесь.

- Я извинюсь перед ним, как только мне представится такая возможность. Но я

не покину эту школу. По крайней мере, не сейчас.

- Ну что ж, ты принял решение и тебе решать следовать ли ему. В конце концов, все мужчины пана Конрада будут посещать эту школу, так что думаю, для тебя будет лучше

ее закончить.

- Тогда почему пан Конрад так сердится на мое желание учиться в школе сейчас?

- Потому что это не обычный курс! Первый класс предназначен для обучения учителей.

Позднее учеба будет не такой сложной, как сейчас. Мы надеемся, что хотя бы четверть из вас

выживет в результате этого обучения. Чтобы учить остальных, нам нужны первоклассные

инструкторы. После прохождения обучения, по крайней мере, половина будет этим заниматься.

Пан Конрад сердиться из-за того, что ты тратишь свое время, рано проходя обучение.

152

- Так или иначе, ты меня немного успокоил. Как ты думаешь, скоро нас посвятят

в рыцари?

- В рыцари? Кто тебе такое сказал? Мы не планируем никого посвящать в рыцари!

Лично я думаю, что пан Конрад хотел бы уничтожить посвящение в рыцарей, если бы он знал, что ему за это ничего не будет! Я знаю, что ему не нравиться разделение на дворян

и простолюдинов и что так не принято у него на родине.

- Тогда все, что я сделал, было зря, пан Владимир. Я надеялся, что если бы меня

посвятили в рыцари, то Кристина смотрела бы на меня по-другому бы.

- Так вот в чем все дело! А я все удивлялся, что заставило тебя ослушаться желания

своего господина. Могу я говорить откровенно? Петр, ты и Кристина двое сумасшедших!

Она бы не приняла тебя, даже если бы ты был герцогом! Она хочет пана Конрада, хотя знает, что никогда его не получит. И ты продолжаешь за ней бегать после того, как получаешь от нее

отказ каждый раз, когда ей представляется такая возможность! Вокруг есть куча других

красивых девушек и у тебя есть хороший шанс с любой из сотни.

- Девушек много, но Кристина одна.

- Петр, ты копаешь для себя яму и если ты настаиваешь, чтобы тебя в ней похоронили, то я ничего не могу сделать. Время возвращаться. Иди. Я не хочу, чтобы другие думали, что я

предоставляю для тебя какие-то особые привилегии, хотя я и пытался это сделать.

Я часто думал о том, чтобы бросить школу, но я никогда не смог бы заставить себя

проиграть или публично признаться в провале. Поэтому я продолжал вкалывать.

153

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

В армии есть нечто большее, чем оружие и обучение. Гораздо более важным является

две вещи: дух и честь мундира. Мужчины должны верить в себя и в свою организацию

и эта вера должна носить эмоциональный, а не формально-логический характер.

Как можно видеть, война является абсолютно иррациональным феноменом. Нет, и никогда не будет какой-либо разумной причины рисковать своей жизнью, атакуя кого-то

с целью получить возможную материальную и эмоциональную выгоду. Даже если бы

это просто не было абсолютно безнравственно, простой факт заключается в том, что ты

рискуешь все потерять и имеешь очень мало шансов что-то получить.

Смысл сражаться есть только тогда, когда кто-то еще нападает на вас, но даже в этом

есть большая доля иррациональности.

Любой отдельный человек, в боевой линии убежав, может повысить свои шансы

на выживание. Если он убежит, а все остальные останутся стоять и сражаться, то, вполне

вероятно, что он выживет, в то время как какая-то часть тех, кто будет сражаться умрет.

Тем не менее, если побегут все, то армия понесет гораздо более высокие потери, чем, если все

останутся стоять и сражаться. Большую часть жертв побежденная армия понесет после битвы

в процессе зачистки и уже после того, как боевая линия будет разбита.

Поэтому, как бы иррационально это не звучало, в среднем ваши шансы на выживании

выше, если ты стоишь и сражаешься, в то время как ваши индивидуальные шансы лучше, если ты убежишь.

Это иррационально. Это безумие! И поэтому, победоносная армия должна иметь

особый вид ума. Люди в ней должны быть достаточно безумны, чтобы быть готовы умереть, чтобы вся армия имела возможность победить. Этот особый вид безумия называется дух.

Можно формировать дух способами, которые многим покажутся странными или даже

иррациональными. Одним из них является устроение специальных церемоний, среди которых

самой важной была наша "Рассветная служба".

Я хотел выразить клятву верности таким образом, чтобы она оказывала эмоциональное

воздействие и была понятна для необразованных людей. Я тщательно изучил все клятвы, которые смог припомнить, но большинство из них были либо чересчур формальными, как, например, военная присяга, или ничего не говорили, как, например, клятва американскому

флагу. Лучшими из всех оказались Клятва бойскаутов и Закон бойскаутов. Я немного

их модифицировал, чтобы они соответствовали обстоятельствам, и чтобы каждый день жизни

солдата начинался с такой службы.

154

На рассвете они проснулись под звуки горна, и вышли на плац еще до того, как солнце

встало над горизонтом. С первыми лучами солнца была проведена очень короткая месса

без проповеди, которая потребовала меньше, чем восемь минуть, хотя и понадобились

определенные усилия, чтобы уговорить священника чтобы в первый раз сделать это.

Наш небольшой оркестр, с духовыми и ударными инструментами, играл копландовские

"Фанфары для простого человека".

Затем мы подняли наши правые руки к солнцу и торжественно произнесли:

- Клянусь честью, я сделаю все возможное, чтобы выполнить свой долг перед Богом

и армией. Клянусь соблюдать Кодекс Воина, поддерживать себя в хорошей физической форме, в здравом уме и нравственно чистым.

Кодекс Воина

Воин должен быть:

Надежным, Преданным и Почтительным

Вежливым, Добрым и Отеческим

Послушным, Веселым и Эффективным

Храбрым, Чистым и Смертельным

За этим последовали приказы на день, когда мужчинам было сказано, что они должны

делать в оставшуюся часть дня.

Вся церемония занимала меньше двенадцати минут, но она будет выполняться каждый

день в жизни воина. Всегда.

Другие действия выполнялись, чтобы сформировать дух. Вы носите одинаковую одежду, поэтому и выглядите одинаково с остальными и начинаете думать, что вы такие же, как остальные. Вы вместе маршируете и ходите одной и той же дорогой. Вы поете хором

и в унисон. И вы вместе делаете великие и невозможные вещи. Вы проходите сложные полосы

препятствий и, в конце концов, вы вместе побеждаете.

Но у моей армии не будет никаких шансов победить в бою до того момента, пока

не придут монголы. Все это не будет похоже на современную войну, которая может длиться

пять лет и дает возможность приучить войска к крови до момента финального конфликта.

Война с монголами будет выиграна в течение двух месяцев, если будет выиграна вообще.

Мне требовалось нечто большее, чтобы дать возможность солдатам магическое чувство

неуязвимости и у меня были на этот счет пара идей.

155

Одна из идей предполагала хождение по огню. Хождение по огню или, по крайней мере, хождение по горячим углям, практиковали в Калифорнии различные примитивные племена

и сумасшедшие. Если бы я смог показать им, что они могут ходить через огонь обнаженными, то они поверили бы, что теперь их нельзя остановить. И никто не побежит, если будет искренне

верить, что он победит.

Другой любопытный оптический феномен называется "слава". Если встать на высоком

месте ранним ясным утром, а в долине под вами будет очень много тумана, то, если все сделано

правильно, если посмотреть на свою тень, падающую на туман внизу, то вы увидите вокруг

своей головы лучи света исходящие наружу. Они будут видны вам только вокруг вашей головы, и никто другой их не увидит, по крайней мере, с вашей точки зрения. Конечно, они будут

видеть эти лучи только вокруг своих голов. Об этом я читал в журнале Scientific American, но

их объяснение данного феномена выглядело неубедительным.

Но однажды утром, пробегая с солдатами через полосу препятствий, слева внизу от себя

я увидел тот же самый феномен. Это было жутко и казалось, что я был одет в своего рода гало!

Если бы я мог показать мужчинам, что они окружены ореолом, что они лично

благословлены Богом, то они бы стали истинно верующими, абсолютными фанатиками

и своего рода сумасшедшими, выигрывающими войнами.

Я изменил маршрут утренней пробежки, оставив это место в стороне, сказав, что оно

святое. Тем не менее, я еще не раз приходил туда по утрам и в трех четвертях случаев я мог

видеть тот же самый странный эффект. Определенно, я хотел бы, чтобы он стал частью

церемонии вручения дипломов!

156

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Через три месяца нас осталось меньше половины. Одиннадцать мужчин погибло, еще десяток стали калеками на всю жизнь, а другие просто не выдержали напряженных

тренировок, но я все еще был здесь.

Пани Ричеза начала преподавать свой курс каждую субботу. Она учила вежливости, а также, по вечерам, танцам. Чтобы помочь пани Ричезе были привлечены девушки, и все

тщательно контролировалось. Было поразительно снова видеть женщин. Три месяца

в исключительно мужской компании делают странные вещи с мыслями молодых людей.

И, когда дамы были все же представлены нам, мы все сильно смутились, но были вынуждены

с ними общаться! Я так никогда и не понял, что я тогда испытывал.

Следующие три месяца были такими же жесткими, и мы потеряли еще почти два десятка

человек, но затем уровень отсева упал и все потери, которые мы имели, были в основном

связаны с травмами. Это не значит, что курс стал легче - это не так. Но те из нас, кто еще

остался, смогли бы могли выжить где угодно.

Взобраться по веревке на высоту большую, чем шпиль церкви не беспокоило нас

ни в малейшей степени. Мы делали это каждый день перед завтраком! Восхождение на скалу

вдвое большей высоты было детской игрой, и мы этим наслаждались. Полдня с двойным весом

оружия? Мы легко могли это сделать!

Вскоре мы получили пластинчатые доспехи, наподобие тех, что носил пан Конрад, и обучились выполнять все наши упражнения в доспехах, что, на первый взгляд, оказалось

не таким уж простым делом! Мы потеряли несколько человек в утесах, когда они недооценили

свой баланс или прочность скал, но оставшиеся получили необходимые рефлексы.

Потом мы получили наши первые пушки. Пан Конрад сказал, что пушки могут быть

любого размера, но большие полезны только при штурме городов и замков. Нашими

противниками будут всадники и поэтому наши пушки были довольно небольшими.

Он называл их поворотные пушки, так как они были установлены на шарнирах, которые

позволяли легко поворачивать их в любом направлении. Они были длинной с мой рост и имели

калибр больший, чем мой большой палец. Они могли стрелять в шесть раз дальше, чем арбалет

и одна пуля могла пробить четыре свиньи и четыре комплекта доспехов. Я это знаю, поскольку

лично сделал этот выстрел, а потом помог съесть этих свиней.

Шесть этих пушек были установлены на повозках, которые, кроме пушек и амуниции, перевозили оружие и припасы для сорока трех мужчин. Таким образом, было шесть отрядов

по шесть человек в каждом, плюс шесть командиров отрядов и командир телеги.

Телеги были большие: шесть ярдов в длину, два – в ширину и полярда в высоту.

При этом, расстояние до земли составляло полтора ярда. У каждой из телег были четыре

огромных колеса, установленных на роликах таким образом, что они могли быть

заблокированы в одной из четырех позиций. При перемещении, колеса были заблокированы

таким образом, что они были развернуты вперед и назад, а затем вытянуты в длину. В бою, ролики разворачивались в стороны, а телега вытягивалась боком и все шесть орудий

могли встретить врага. В бою, крыша телеги выдвигалась в сторону на длину трех пик

для обеспечения защиты, представляя собой большой щит для тридцати шести мужчин, которые ее тянули. Наша броня имела кольцо в спине, рядом с талией, для крепления веревки

при помощи скользящего узла. Это оставляло руки первому ряду свободными, чтобы

использовать алебарды, а следующие пять воинов могли держать свои пики.

157

Я был хорошим стрелком из лука и, так уж случилось, что я оказался одним из лучших

стрелков из поворотной пушки. Часть удовольствия быть наводчиком заключалась в том, что я

мог ехать, в то время как остальные должны были идти рядом. Ты был высоко над ними и мог

над ними насмехаться, поскольку они должны были смотреть вперед и не видели, что ты

делаешь.

По правде говоря, мой небольшой рост также сыграл роль в том, чтобы сделать меня

стрелком, так как, чем меньше вес на телеге, тем лучше. Всех самых сильных мужчин сделали

алебардщиками первой шеренги, а тех, кто умел хорошо оказывать первую помощь, поставили

в шестой ряд, где они могли видеть, когда кто-нибудь падал.

План заключался в том, чтобы иметь тысячи таких вот телег с пикинерами, которые бы

прикрывали пушки, и пушками, прикрывающими пикинеров, стреляющими во врага

над головами пехотинцев. За исключением наших смотровых щелей, наша броня защищала нас

от стрел, и сложно было себе представить, что враг может нас победить! Мне было даже

сложно представить, что кто-либо будет настолько глуп, чтобы с нами сражаться!

Самая большая проблема случилась во время девятого месяца моего военного обучения.

Мой класс уменьшился с гросса до трех десятков мужчин (Примечание: Гросс - дюжина дюжин

или 144), который был, когда мы только начинали, так как Йозеп Карпенски умер предыдущей

ночью. Это было холодное утро и на земле было небольшое количество инея, поэтому мы были

полностью обнажены во время двенадцатимильной пробежки перед завтраком, которой

руководил пан Конрад. Если после обеда будет жарко, то мы могли быть уверены, что мы

будем работать в полной зимней броне, так как он никогда не упускал возможности сделать

обучение как можно более сложным.

Мы гадали, почему все так было устроено: наши быстрые обеды и несколько кратких

моментов в день, которые мы могли посвятить себе. По крайней мере, я предполагал, в то время

как другие считали, что пан Конрад так к нам относился из чистой жестокости. Лично я не был

в этом убежден, так как только я один знал этого человека, перед тем, как началось это похожее

на ад обучение, и я знал, что он никогда не причинял боль без нужды.

За этой очевидной потерей времени скрывался определенный метод и для мужчины, вроде меня, было очевидно, что это была не та тупая жестокость, с которой безмозглый

крестьянин убивает безмозглого зверя. Это было больше похоже на очищающую боль, которая

возникает, когда белую молнию выливают на открытую рану, чтобы ее очистить, перед тем

как рваные края будут отделены, а рана зашита (Примечание: Скорее всего, здесь имеется

ввиду спирт или спиртовой раствор). То есть, если говорить точнее, это был тот вид

жестокости, когда ты всегда находишься на самом краю невыносимого, но, когда еще можно

как-то выжить.

Думаю, что знание моего сюзерена оказало мне помощь в моральном плане, а также

дало мне некоторое преимущество перед всеми остальными, тем самым помогая мне

компенсировать мои физические недостатки.

158

Утренняя пробежка была ежедневным делом и всегда выполнялась по одному и тому же

пути в обоих направлениях.

Мы бежали друг за другом по четыре в ряд, на ходу распевая одну из песен, которые

пан Конрад для нас написал, когда завернули за поворот и обнаружили, что мы окружены

людьми барона Стефана. Их было около пятидесяти человек - все на конях и вооружены, считая

рыцарей и их оруженосцев.

Барон Стефан, одетый в свою позолоченную кольчугу и шлем, и с мечом с позолоченной

рукоятью, объявил, что мы на находимся на его земле, и что все мы являемся нарушителями

и, так как пан Конрад околдовал герцога и графа Ламберта, то для него пришло время взять

закон в свои руки, и силой оружия подтвердить, что эта земля принадлежит ему.

Пан Конрад сказал, что это смешно. Сражение между двумя рыцарями одного и того же

господина нарушало все правила. Испытание боем было незаконным в этих условиях

и, конечно же, не тогда, когда он и его люди были безоружные, а люди барона - полностью

вооружены.

Барон сказал, что он не собирается сражаться с паном Конрадом, но он демонстративно

убьет одного из его крестьян, но не слишком ценного. Он сказал, что возьмет самого хилого

из всей группы и при этом указал на меня!

И пан Конрад и пан Владимир, который был с нами в то утро, попытались поговорить

и пристыдить его, но барон был похож на сумасшедшего. Он сказал, что я был отмечен

смертью!

Я было подумал о том, чтобы убежать, но пешком у меня не было шансов обогнать

отдохнувшего боевого коня. Меня поймали бы в тот момент, когда я был бы уже изнурен, и мне

пришлось бы сражаться, будучи полностью вымотанным. Кроме того, раз уж мне предстояло

умереть, то я предпочел бы это сделать как можно более почетным способом. По крайней мере, я прочитал мессу и причастился менее часа назад, так что моя душа была готова к смерти.

Я стоял по стойке смирно и ждал, пытаясь повторять про себя хорошие слова для покаяния.

Пан Конрад продолжал пытаться что-то объяснить бешеному барону, но факты

заключались в том, что люди барона могли убить бы нас всех, если бы только он им приказал.

Насмешки пана Конрада привели к тому, что барон поклялся, что он будет сражаться со мной

в одиночку, а люди барона поклялись, что они не будут вмешиваться в драку. Затем он сказал

барону, что нужно дать мне хотя бы палку, чтобы я мог себя защищать. Было выбрано дерево

и получено согласие на то, что я могу его использовать.

Пан Владимир поговорил с одним из его двоюродных братьев, который дал клятву

барону и тот дал мне на время попользоваться боевой топор. Пан Конрад посмотрел на меня

и тихо сказал: "Пика и дубинка".

Дерево было молодой сосной - высокой, прямой и толщиной с мое запястье. Я быстро

ее обработал, оставив кору для того, чтобы было удобно ее держать. Я нехотя вернул топор

и встал в центр луга. Дубинку, которую я сделал, я бросил на землю в нескольких ярдах от меня

и встал, подняв свою пику, как на параде - широко расставив ноги, заведя левую руку

за прямую спину и с вертикально поднятой пикой на расстоянии вытянутой руки от меня.

Я чувствовал себя немного глупо, стоя здесь голым, но если что-нибудь и может спасти

мою жизнь, то это обучение, полученное за последние девять месяцев. Было не время забывать

об этом! Про себя я тихо произносил все молитвы, которые я только знал.

Барон Стефан и его люди расположились на севере, а пан Конрад – на юге, так, как если бы это было законным Испытанием боем.

Пан Конрад снова выразил протест относительно незаконности процедуры, а также

поклялся отомстить, если я буду убит. Я продолжал молиться и поприветствовал его, когда

он закончил.

159

Барон подошел к краю луга, одел свой большой шлем, опустил копье и бросился в атаку.

Толпа замолчала, когда его огромная черная лошадь бросилась ко мне. Внутри я был

в ужасе, но думаю, что я не показывал этого, поскольку привычки последних месяцев были

глубоко в меня вбиты.

Доктрина гласила, что рыцарь редко сражается с пешим мужчиной и что монголы

не знают, что такое справедливая схватка. Так что пехотинец не несет никаких обязательств

дать ответ таким образом, какой всадник назвал бы честным. Когда ты остаешься один с пикой

против лошади, то сражайся с лошадью! Если ты сможешь ее убить, то будешь иметь шанс

против рыцаря. Но если он на коне, а ты внизу, то ставки будут против тебя. Вы не всегда

сможете это сделать, если вас больше, чем всадников. В этом случае, на лошадь идет только

центральный пикинер. Стоящие по сторонам атакуют всадника. Если вы нанесете удар ему, то будет еще лучше!

До самого последнего момента я высоко держал свою пику, чтобы дать барону

как можно меньше возможностей для того, чтобы понять, что я буду делать. Потом я вышел

вперед и сел на корточки с пикой, которая упиралась в землю позади меня и сделал это, как раз

вовремя, чтобы насадить его коня на пику прямо у основания горла. И она вошло прямо в цель, прямо как настоящая пика входит в настоящего дурака!

Я бросился в сторону от его копья, как будто юла. Барон и его лошадь свалились

печальной кучей справа от того места, где я стоял! Пика сдвинулась на целых два ярда, прежде чем она сломалась, а лошадь остановилась.

Доктрина говорила о том, что сбитого всадника нужно как можно быстрее добить, но он

не вставал и я не хотел, чтобы люди барона обвинили меня в нарушении правил. Я поднял

посох из того места, где я его бросил и встал, ожидая того, что будет делать барон.

Он пытался встать, но его нога чуть выше колена была сломана при падении.

Я расслабился, наивно думая, что я уже выиграл.

Барон изо всех сил пытался встать на ноги, несмотря на то, что его нога была явно

сломана.

- Пан Конрад, - крикнул я, - Нога барона сломана! Что я должен делать?

- Попроси его тебе сдаться! Если он сдался или мертв, или без сознания, то бой окончен!

Если это не так, то будь осторожен - бой все еще продолжается!

Я повернулся к своему сопернику.

- Барон Стефан, Вы мне сдаетесь?

- Статься тебе?! Грязному крестьянину?! Ты убил моего лучшего боевого коня

и он стоил пятидесяти таких как ты! За это ты должен умереть!

Потом он как-то поднялся на одной здоровой ноге, выхватил свой меч и замахнулся

на меня.

Я был настолько поражен его стойкостью, что даже перестал адекватно воспринимать

то, что вокруг происходит.

Кончик меча едва не достал до моего горла. На самом деле, я даже почувствовал, что он

достал, но не повредил кожу. Я отскочил назад и упал в процессе.

Я вскочил на ночи и увидел, что барон прыгает за мной на одной ноге! Я уронил мою

дубину на землю и отступил. Я не мог понять, как это возможно! Неужели он совсем

не чувствует боли? Или он действительно настолько сошел с ума, что приобрел невероятную

силу, которую, как я слышал, имеют берсеркеры?

Я не знал, но я продолжал отступать назад, стараясь не становиться у него на пути.

Конечно, это не могло продолжаться долго!

160

Тем не менее, он нападал на меня с поразительной скоростью, а также имел

преимущество, имея возможность видеть, куда он наступал или скорее, прыгал. Я же все время

наблюдал за сумасшедшим и, в процессе этого, споткнулся о корень дерева и снова упал.

Он на меня замахнулся и сильно рассек мне правую икру. Это было больно, но у меня было

немного времени, чтобы обращать внимание на боль. Если бы я перестал с ним бороться, то он

меня убил бы!

Я должен был отбежать назад и вокруг барона, чтобы получить свою дубину, а люди

барона издевались над тем, как я это сделал. Ну и пусть! Им никогда не приходилось сражаться

с вооруженным и бронированным сумасшедшим, в то время как они были полностью

беззащитными и голыми!

Я схватил свой посох и обернулся, обнаружив барона в нескольких ярдах позади себя.

Когда он упал с лошади, он потерял свой большой шлем, но, как и большинство

рыцарей, под ним он носил открытый шлем. Его лицо было красное, его лоб был весь покрыт

крупными каплями пота, а в его глазах не было ни капли разума!

Он замахнулся на меня, но я, своим посохом, отклонил его удар в сторону. Это было

необходимо, поскольку нельзя использовать деревянную палочку, чтобы парировать удар

стального лезвия. Лучше всего будет ударить по одной из сторон лезвия и заставить его

отклониться туда, где вы не стоите сами! Это нелегко, но от этого может зависеть ваша жизнь!

Прежде чем он успел выпрямится, я нанес ему удар в солнечное сплетение. Я нанес ему

точный и сильный удар, но он его не остановил! Я думал удар собьет ему дыхание, но он даже

не нагнулся! Он замахнулся снова, и я снова смог отбить его клинок в сторону.

Но в этот раз я смог нанести ему сильный удар в голову. Это заставило его пошатнуться, и я увидел, что по его лбу там, где край шлема порезал кожу, побежала кровь, но он все еще

был на ногах или, точнее, на ноге, поскольку у него оставалась только одна нога, на которой

он мог стоять. Слегка удивившись, что он все еще не упал, я немного подождал. Затем его рука

с мечом снова начала двигаться, поэтому я изо всех сил ударил его еще раз и на этот раз

по его шее.

Он упал к моим ногам. Я стоял, тяжело дыша, пребывая в абсолютной уверенности, что он снова встанет и начнет сражаться.

Затем услышал крики поддержки со стороны моих коллег-пехотинцев, а пан Конрад

и пан Владимир поддерживали меня вместе с ними!

Вскоре аплодисменты раздались уже со стороны людей барона – не знаю, то ли потому, что они его не любили, то ли потому, что они действительно восхищались моей работой.

А мне было хорошо, а еще лучше мне было от того, что я все еще был жив!

161

Пан Конрад и один из рыцарей барона вышли на поле и осмотрели барона.

Он был мертв. Мой последний удар сломал его шею.

- Очень хороший бой, - сказал пан Конрад, доставая медицинскую аптечку, которую

он всегда носил с собой, - Давай позаботимся о твоей ноге.

Можете поверить, но я действительно забыл о том, что я был ранен? Там где я стоял, остался след моей собственной крови из того места, куда я был ранен и я об этом забыл!

Чтобы зашить мою рану потребовалось пятнадцать стежков, а в это время, рыцари

загрузили барона без его брони и плаща, на спину коня одного из его оруженосцев.

Все присутствующие сочли, что оружие и доспехи барона должны принадлежать мне

по праву боя.

Я никогда их не использовал, и так никогда их и не продал, хотя однажды торговец

предложил мне двадцать семь тысяч пенсов за набор в основном из-за сплошных золотых

украшений на мече, шлеме, а шпоры вообще были сделаны во французском стиле из чистого

золота. Кажется, что только золотое покрытие на кольчуге стоило, по крайней мере, пятьсот

пенсов, хотя и должно было обновляться каждый год из-за того, что оно стиралось.

Я сохранил эту броню и однажды повесил ее на стену как украшение и память о том дне

и обо всем, что из-за этого случилось.

Пан Конрад попросил двух старших рыцарей барона Стефана поехать с ним в Окойтц, чтобы выступить в качестве свидетелей того, что произошло.

Самый могущественный вассал графа Ламберта был убит и нужно было пойти к нему

и все объяснить.

- Пан Конрад, - сказал я, - У меня будут проблемы из-за того, что я сегодня сделал?

- Ну… не такие большие, как у тебя были несколько минут назад, - засмеялся он, -

Но факт остается фактом: ты убил человека, который значительно тебя главнее и я не знаю, как в этом случае поступит граф Ламберт. Скорее всего, герцог убил бы тебя из принципа, но я не думаю, что граф Ламберт это сделает. Ему никогда не нравился барон и его отец.

Кроме того, насколько мне известно, у барона не осталось живых родственников. Нет никого

достаточно могущественного, кто стал бы требовать твоей крови. Не думаю даже, что его

собственные вассалы любили его, так что я думаю, ты в безопасности.

"Скорее всего" не очень комфортная фраза, когда речь идет о твоей жизни.

Пан Конрад решил, что прямо сейчас необходимо как можно быстрее завершить

пробежку и вернуться назад, поэтому все остальные побежали дальше. Я задержался, вместе с паном Владимиром и еще двумя людьми барона. Один из них, пан Ксаверий, был

так любезен, что одолжил мне свою лошадь, поэтому мне не пришлось ходить на своей раненой

ноге. Он привел ее под уздцы, поэтому у меня не возникло никаких проблем, чтобы на нее

сесть. Оружие и доспехи барона Стефана были погружены на спину лошади, а пан Владимир

пообещал, что позднее пошлет кого-нибудь за его седлом и копьем.

В тот день мы впятером поехали в Окойтц – пан Владимир, пан Конрад, два рыцаря

барона и я. Мы все были в доспехах и я ехал на боевом коне пана Грегора, поскольку я отдал

своего собственного Юзефу Кулисевичу почти год назад. Это был первый раз, когда я ездил

на настоящем боевом коне и он напугал меня почти что также, как и барон утром того дня.

По-настоящему лютый зверь!

По дороге мы остановились у пана Мешко и он к нам присоединился, поскольку мы все

чувствовали, что было бы полезно, если с нами был кто-то, кто разбирался бы в законах.

Пан Мешко потратил немного времени, поговорив паном Ксаверием, после чего он мне

сказал, что я могу почти не беспокоиться. Я был на землях своего господина, сражался по его

приказу, поэтому я не сделал ничего плохого.

Все это значительно меня успокоило, поэтому я был в беззаботном настроении, когда ехал в Окойтц мимо новой стройки.

162

Когда граф Ламберт нас увидел, он был во внутреннем дворике замка и разговаривал

со своим плотником, Витольдом.

- Пан Конрад, только не говори мне, что ты снова ввязался в неприятности!

- Не я, мой господин, но, возможно, мой оруженосец. Барон Стефан мертв.

Я был взволнован тем, что пан Конрад признал меня своим оруженосцем!

- Собачья кровь! Дальше ты мне скажешь, что Петр его убил!

- Боюсь что так, мой господин.

- Его! Что он использовал? Яд?

- Нет, мой господин, он сражался с бароном по его требованию, будучи обнаженным

и вооруженным только палкой, в то время как барон был полностью вооружен, в доспехах

и верхом. Эти рыцари могут все подтвердить, поскольку они были свидетелями.

- Собачья кровь! Лучше бы им это сделать, поскольку я в это не верю! Джентльмены, нам лучше все это обсудить в моих покоях.

Подошли несколько конюхов и увели наших лошадей, а мы отправились в покои графа.

Симпатичная девка подала нам мед графа, которым тот необыкновенно гордился, и настоящие

очки - подарок пана Конрада. Мед был удивительно хорош и имел вкус шиповника.

Пан Ксаверий дал точный отчет о том, что случилось, а три других рыцаря подтвердили

правду того, что он сказал.

Пан Мешко обсудил правовые аспекты произошедшего, большинство из которых

остались для меня непонятными, но суть которых заключалась в том, что я не виноват.

Граф Ламберт на несколько секунд задумался.

- Ну что ж. Кажется барон Стефан слишком тупым, чтобы бросить вызов беззащитному

крестьянину и довольно неумелым, чтобы проиграть бой! Черт! И я всегда думал о нем

как об одном из своих лучших бойцов!

- Мой господин, возможно, он и был тупым, но мой покойный лорд был великим

бойцом! Говорю Вам, он долгое время сражался стоя на одной ноге со сломанной другой! -

сказал пан Ксаверий.

Граф Ламберт вздохнул.

- Как тебе будет угодно. Но это не дает ответ на вопрос, что я сейчас должен делать!

Если голый мужик может победить одного из моих лучших рыцарей, то что делать мне?

Некоторые, возможно, скажут, что Петр должен быть повешен как преступник против

общества! Тем не менее, если верить вам четверым, я должен согласиться, что он не сделал

ничего плохого, а как я могу назвать четверых таких почетных рыцарей лжецами?

Тем не менее, мы не можем допустить, чтобы крестьяне убивали настоящих рыцарей, так?

Будет нарушен весь социальный порядок! Было бы очень нагло с моей стороны наградить

мужчину, особенно этого выскочку, но я не вижу никакой другой возможности, кроме

как посвятить этого ублюдка в рыцари! Петр, встань передо мной на колени!

Я не мог поверить своим ушам! Граф Ламберт лично хочет осуществить мое самое

заветное желание! Я! Пан Петр!

Я быстро встал перед ним на колени и граф выхватил свой меч.

- Подождите, мой господин, - сказал пан Конрад, - Петр мой вассал и студент моей

Школы Воинов. Это правда, что барон Стефан выбрал его из трех десятков других, поскольку

он выглядел худшим бойцом из всех. И барон сделал правильный выбор! Любой другой

сделал бы эту работу лучше и быстрее, чем он. Мне не нравится идея, что один из моих

студентов будет вознагражден благодаря счастливому стечению обстоятельств!

Мое сердце упало вниз. Я был так близок к своей мечте, но был остановлен моим

господином, которого считал своим другом!

- Может быть, они смогли бы, пан Конрад, но "может" не значит сделать! Ты забываешь, что я твой сюзерен и я, черт возьми, посвящаю в рыцари кого я хочу! Что касается остальных, то посвящай их в рыцари сам, если хочешь.

Граф Ламберт нанес мне три традиционных удара мечом плашмя, последний из которых

чуть не сбил меня с ног.

163

Спасибо Господу на небесах, что я до сих пор был в полных доспехах, поскольку, я думаю, кольцо вокруг моего воротника спасло мне жизнь!

- Я посвящаю тебя в рыцари. Встань, пан Петр, - сказал граф Ламберт.

Я встал, и все рыцари бросились поздравлять меня и приветствовать.

Тем не менее, пан Конрад держался несколько в отдалении.

- Граф Ламберт, - сказал пан Конрад, - Что Вы имели ввиду, когда сказали, что я, смогу

посвятить в рыцари остальных? Не думаю, что простой рыцарь может это делать.

- Простой рыцарь не может. Но есть второй вопрос, который нужно решить сегодня.

У барона Стефана не было наследника и вообще не было родственников, о которых я знал бы.

Даже его мать была единственным ребенком, оба родителя которой уже умерли. Поэтому

все его бесхозное имущество переходит ко мне. Вы сообща решили наградить пана Петра

его оружием и доспехами и я не буду с этим спорить, но все остальное имущество теперь

принадлежит мне. Я думаю о том, чтобы отдать это тебе, пан Конрад, а титул барона

прилагается к имуществу, но мы обсудим условия в частном порядке.

Пан Конрад был искренне удивлен.

- Спасибо, мой господин. Я не знаю, что еще мне сказать.

- Ну и не говори ничего. Скоро будет подан ужин и, я думаю, до этого пан Петр хочет

рассказать своим родителям о своей удаче или "счастливом стечении обстоятельств", как ты

это назвал. Пан Петр, убедись, что вернешься к ужину вовремя. Я постараюсь обеспечить

для тебя несколько рыцарских привилегий!

- Будьте уверены, я всегда буду самым учтивым из ваших рыцарей, мой господин! –

сказал я, искренне в это веря.

В конце концов, самым странным образом я достиг своей цели!

164

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Не знаю, что поразило меня больше: посвящение Петра в рыцари или получение мною

земель барона Стефана. Земли барона были огромны и содержали одни из лучших

сельхозугодий в Силезии. Земли были в сильно запущенном состоянии, так как барон и его отец

запрещали использовать новые семена и методы земледелия, но я мог бы привести их в порядок

за год или два. С этой землей я мог бы легко накормить моих рабочих и больше не покупать

еду. Я мог бы расширить мою школьную систему и многое сделать для тех людей, которые

там жили. Что касается рыцарей и помещиков барона, то они если бы захотели, могли бы дать

мне клятву, но для этого им сначала нужно было закончить Воинскую школу.

Пожалуй, я был рад тому, что Петр стал рыцарем, но это вызвало целую кучу проблем.

С одной стороны, армия может держаться вместе только если установлены правила, одинаково

для всех справедливые. Если Петр стал рыцарем, то я должен посвятить в рыцари весь его

класс, вероятно во время выпускной церемонии. Я ожидал, что, в конце концов, придется

сделать рыцарями моих офицеров, но эти люди были на уровне сержантов.

Одной из моих долгосрочных целей было устранение разрыва, который существовал

между простолюдинами и знатью. По своей сути это уродливое положение вещей. Все люди

должны быть рождены равными. И я собираюсь увеличить количество благородных, а не сократить.

Возможно, это и был способ, чтобы убрать разрыв! Если бы каждый был рыцарем

или, по-крайней мере, мог бы им стать посредством тяжелой работы, то не было бы никакого

дворянства, по-крайней мере в старом смысле этого слова. Более того, это было бы оправдано

с политической точки зрения.

Мои рыцари были сильнейшими бойцами в мире, и никто не мог сомневаться в их чести.

Я мог посвятить в рыцари любого достаточно хорошего человека и было практически

невозможно "разрыцарить" того, кто уже стал рыцарем. Он будет сражаться, прежде чем

позволить этому случиться!

Может быть, все это позволит решить вопрос наилучшим образом.

165

- Пан Конрад, в чем заключаются ваши возражения против моего посвящения Петра

в рыцари? - спросил граф Ламберт после того, как все остальные ушли.

- Есть некоторые проблемы, мой господин. Раз Петр стал рыцарем, то я должен буду

посвятить в рыцари всех в его классе, а также всех, кто закончит Школу Воинов в будущем.

- Не вижу в этом необходимости, но если все они такие же хорошие бойцы, как и Петр, то почему бы и нет? Хороший боец должен быть посвящен в рыцари и если ты прав

насчет предстоящего нашествия монголов, то нам понадобятся все бойцы, каких мы только

сможем найти!

- Точно, мой господин, но я не вижу, как можно будет предоставить им все привилегии, которыми наслаждаются ваши сегодняшние рыцари. Не думаю, что они должны сражаться

с крестьянскими девушками, как это делают ваши сегодняшние рыцари.

- Что?! Пан Конрад, звание должно иметь свои привилегии! Сражение за интрижку

с незамужними женщинами является одной из самых больших привилегий, и я не собираюсь

этому мешать! В любом случае всегда есть достаточно много нетерпеливых девок.

- Мой господин, сейчас достаточно девок, поскольку один рыцарь приходиться

на сто мужчин. Если мои планы сработают, каждый мужчина в этой части страны будет в моей

армии - по крайней мере, на временной основе или в резерве. Если мы собираемся посвящать их

в рыцари, когда они достигнут уровня сержантов, то это означает, что один мужчина из семи

будет рыцарем. Они останутся рыцарями остаток своей жизни, в то время как девки остаются

незамужними не более двух лет. Если Вы выполните несложные арифметические расчеты, то

получите, что рыцарей будет больше чем девок, по меньшей мере, в два раза!

По сути дела, рыцарь имел формальное право заставить молодую женщину заняться

с ним сексом, но по факту, дело почти никогда не доходило до изнасилования. Количество

желающих женщин всегда превышало возможности обычного человека! Но в случае, если

количество рыцарей превысит количество неженатых девок, то ситуация может принять

уродливую форму.

- Пан Конрад я не хочу выполнять какие-либо арифметические вычисления, и я не верю, что даже ты сможешь вооружить каждого человека в стране. В любом случае, если из многих

мужчин там сделают зверей с двумя спинами, то считайте, что скоро будет готов новый урожай

девок.

- Но, мой господин…

- Я не хочу слышать об этом никаких "но"! Я уже сказал тебе, что не хочу, чтобы

убирались привилегии!

- Да, мой господин. Что Вы думаете насчет того, если я сформирую особый порядок

принятия в рыцари только для своих рыцарей. Тогда у меня будут определенные правила, которые помогут решить проблему.

- Какие правила ты имеешь ввиду?

- Хорошо, во-первых, я бы ограничил права на девок тех рыцарей, которые уже женаты.

Таким образом, они могли бы получить большую часть секса от своих жен, а жены

остановили бы наиболее серьезные нарушения, которые могут произойти.

- Я думаю, с этим можно согласиться. Так или иначе, но женатые мужчины лучшие

бойцы. Они более устойчивые.

- И мне не нравится заведенные порядки, когда девушка беременеет и ее передают

крестьянам. Я думаю, это несправедливо по отношению к девушке. Я думаю, должны быть

постоянные отношения с одной девушкой и с разрешения жены.

- Это похоже на двоеженство, пан Конрад.

- Может быть и так, мой господин, но думаю, это будет намного менее жестоко, чем существующая система.

- Возможно. Ну что ж, я не буду беспокоиться и запрещать то, что ты предложил, потому что церковь сделает это за меня. Устанавливай свой порядок так, как считаете нужным

пан Конрад. То, о чем нам нужно поговорить – это твое назначение бароном. Я покупал у тебя

материалы, чтобы построить мой новый замок и сейчас значительно тебе задолжал. Я хочу, чтобы долг был списан.

- Договорились, мой господин.

166

- И я хочу, чтобы все следующие материалы, необходимые для замка и Орлиного Гнезда

передавались бы мне бесплатно.

- Очень хорошо, мой господин.

- И броня, которую ты носишь. Ты дал по одному комплекту герцогу и его сыну, а теперь я также вижу, что ее носит Петр. Я хочу себе такую же.

- Вы ее получите. Теперь, когда мы запустили массовое ее производство, Вы получите

два комплекта. Если хотите, мы даже можем позолотить один из них.

- Позолоченный? Что это?

- Мой господин, мой ювелир и я придумали положить тонкий слой золота на хорошую

сталь. В результате вещь выглядит как полностью состоящая из золота, но она крепка как сталь.

Также, она не ржавеет.

- Тогда я ее возьму! Наконец, моей старой договоренностью с бароном Стефаном

было то, что он должен предоставить мне двадцать рыцарей в год - каждого на три месяца.

Ты должен делать то же самое.

- Если Вы того захотите, мой господин. Но, в противном случае, я надеялся использовать

этих рыцарей в Школе Воинов. За эту службу я оснащу каждого из ваших рыцарей комплектом

пластинчатых доспехов. А через год, мы организуем производство брони для лошадей, и я

также дам каждому из них по комплекту.

- Это очень щедро, пан Конрад. Сделайте два комплекта этой брони для моих лошадей, а один из них - позолоченный и будем считать, что мы договорились.

- Считайте, что это сделано, мой господин.

- Отлично! Давайте произнесем наши клятвы завтра на рассвете. А теперь, я думаю, стоит пойти поужинать.

167

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Мой отец был поражен моей удаче и начал знакомить меня со всеми своими друзьями

в городе, чтобы меня представить. Мои старые приятели смотрели на меня с благоговением, а два городских хулигана, которые делали мое детство несчастным, сейчас в известной степени

пресмыкались передо мной.

Однако моя мать была довольна в гораздо меньшей степени.

Ей гораздо больше нравилось видеть меня бухгалтером, чем рыцарем и она долго

плакала, как будто я немедленно собирался умереть в бою. Это стало причиной для моих

родителей начать спорить друг с другом, и я рад был покинуть их, сославшись на приглашение

на ужин к графу. Я уже начал понимать, что эти хорошие люди теперь стали намного

ниже меня.

В замке был подан официальный ужин, а еду и питье нам приносили привлекательные

девушки. К счастью, эта ситуация была хорошо освещена в уроках, которые нам давала

пани Ричеза, так что я не проявил никакой неуклюжести.

Все девки, или, как более правильно, "дамы в ожидании", боролись за мое внимание, улыбались и подмигивали мне. Возможно, я и должен был этого ожидать, поскольку я слышал

множество историй об обширных привилегиях рыцарей графа Ламберта, но я никогда

не осмеливался бы сам мечтать стать объектом этого женского внимания.

По правде говоря, я не знал, как я должен себя вести в части согласия с их

предложениями, поскольку это была та тема, о которой пани Ричеза никогда не упоминала!

Но я слышал, что в случае сомнений всегда разумно задать вопрос непосредственно своему

сюзерену, так что я спросил пана Конрада.

- Ну… лично я всегда позволяю девушкам самим принимать это решение, и до сих пор

никогда не был разочарован. Но если есть кто-то, кто тебе особенно нравиться, то можешь

спросить ее сам. На самом деле, ты можешь потребовать в свою кровать любую незамужнюю

крестьянку во владениях графа Ламберта, но я бы не стал делать такие вещи слишком часто.

Этим ты можешь их обидеть. В действительности, тебе не придется кого-либо требовать, поскольку тебе будет достаточно трудно даже просто удовлетворить всех желающих!

Разумеется, я поглядывал на обслуживающих нас девушек, которые ожидали нашего

решения, и среди них была блондинка, которая сильно была похожа на мою любовь, Кристину.

В следующий раз, когда она оказалась рядом со мной, я тихонько у нее спросил:

"Сегодня вечером?"

- Спасибо, пан Петр! Мне бы очень этого хотелось!

С этого момента ужин продолжался и слишком быстро и слишком медленно. С одной

стороны, я более всего стремился к прелестям моей партнерши. С другой стороны, я был

девственником. У меня не было ни малейшего представления относительно того, что именно

я должен был делать с девушкой.

Любовь моя к Кристине была такова, что я никогда даже и не думал ухаживать за любой

другой женщиной и, конечно, большинство женщин, которых я встречал, были либо ее

друзьями, либо официантками в тавернах моего господина, которым было необходимо

сохранять свою собственную девственность или же рисковать потерять свое рабочее место.

Я обдумывал проблему три смены блюд и, в конце концов, принял решение, что единственным ответом может быть честность. Я признаюсь своей даме в невежестве

и доверюсь ее вежливости, чтобы она обучила меня тому, что я должен делать.

Когда ужин был закончен, другая служанка показала мне дорогу в выделенную для меня

комнату. Я сел на сундук, все еще очень нервничая. Должен ли я послать за ней? Нужно ли

мне было принести подарок?

Минуты казались часами, но, на самом деле, очень скоро она пришла.

168

- Моя госпожа, понимаете, я никогда… я имею ввиду, что…

Она улыбнулась и спокойно сказала:

- Я знаю, мой господин. Они мне сказали. Нет причин беспокоиться.

- Но что мне делать? Я имею ввиду…

- Ну… можешь меня поцеловать. Просто обними меня… а лучше… расслабься! Сделай

свои губы мягче. Так то лучше… ммм… намного лучше. Теперь давай снимем с тебя всю

эту броню.

Она была прекрасной, как душой, так и телом. Медленно и осторожно, дорожа моим

доверием, она провела меня через ночь изумительного удовольствия и дивного восторга. Ее

кожа была была такой невероятно гладкой и мягкой и, несмотря на всю ее гибкость, сила ее

казалось была равна моей.

Она одновременно была моим искренним учителем и моим добровольным рабом.

Я буду вечно благодарен этой девушке, но после того, как она поцеловала меня на сером

расцвете и ушла, то я обнаружил, что совершил величайшую ошибку по отношению к ней. Я не

спросил ее имени.

Когда я присоединился ко всем остальным, я чувствовал себя сильно уставшим, поскольку очень мало спал прошедшей ночью. Но необходимо было принести клятвы - барону

Конраду графу Ламберту и мне самому, как рыцарю, барону Конраду.

Затем мы должны были вернуться на земли барона Конрада для продолжения работы.

Тем не менее, я попросил моего господина, учитывая мое ранение, о том, чтобы я мог

задержаться на три дня и он мне разрешил, подмигнув мне, поскольку ему были известны мои

мысли.

- Иди к ней, мальчик!

169

В Трех Стенах я сначала поговорил с Явальдой, сказав ей про приобретенное мною

рыцарство и то, как я собираюсь его использовать. Она согласилась посмотреть за тремя детьми

Кристины, в то время как я пойду к ней!

Узнав, что она в своей комнате, я просто зашел внутрь, отдал ее детей ждущей Явальде

и запер за нами дверь. Кристина была так потрясена моим поведением, что потребовалось

некоторое время, прежде чем она снова смогла разговаривать.

- Петр! Что ты здесь делаешь? Выйди из моей комнаты! - сказала мне моя любовь.

- Нет, моя любовь. Я имею полное право находиться в твоей комнате. Теперь я

настоящий рыцарь, которым меня только вчера сделал граф Ламберт. Ты незамужняя девица

и не дворянка. У меня есть право получить любую незамужнюю женщину, которая

мне понравится. Ты мне нравишься и ты можешь и должна делать то, что я тебе скажу. Поэтому

делай то, что я хочу.

- Петр! Я не твоя любовь и ты должен уйти отсюда или я буду кричать!

- Кричи сколько угодно, моя любовь. Так случилось, что я сейчас единственный

опоясанный рыцарь в Трех Стенах. Здесь нет никого, кто мог бы меня остановить

от исполнения мною моего долга.

Я шагнул вперед и обнял ее.

- Долга! Черт бы тебя побрал, Петр Кульчинский! Отпусти меня!

- Никогда, моя любовь.

Кристина испустила такой крик, который мог бы выбить гвозди из подков боевого коня

(Примечание: Буквально "toenails on a war-horse").

Должно быть Явальда собрала за дверью толпу, поскольку как только Кристина

закончила кричать, мы услышали за дверью взрыв аполдисментов.

- Черт тебя побери! Черт побери всех вас! Вы что, все сговорились против меня?

- Нет, моя любовь. Каждый из нас желает тебе добра. Каждый из твоих друзей желает

тебе только лучшего и я тоже. И лучшее для тебя это я.

- Бог на небесах навсегда низвергнет тебя в ад!

- Бог делает то, что считает лучшим, а для тебя это я, моя любовь. Давай снимем с тебя

этот фартук.

И так продолжалось в течение нескольких часов. Моя вежливость, моя нежная твердость

и моя к ней любовь (Примечание: В тексте было употреблено слово "my love for her fell") казалось, падали на бесплодную почву. Я рассказал ей о событиях прошедшего года, а она

лишь презрительно на меня посмотрела. Я рассказал ей о моем сражении с бароном Стефаном

и о моей победе над этим доблестным рыцарем, а она назвала меня скотиной за причинение

вреда раненому. Я рассказал ей о моей встрече с графом Ламбертом и о моем посвящении

в рыцари, а она сказала, что свинья с короной все равно остается свиньей.

Каждый раз, когда она кричала, аплодисменты из коридора становились громче.

Как я узнал позже, там было больше чем тридцать доброжелателей, которые сходили на кухню

за пивом и попкорном, чтобы себя развлечь, пока они нас ожидали. К ним присоединился даже

наш священник, отец Томас.

170

Использую свою силу и ловкость, полученную в воинском обучении, мне, наконец-то, удалось раздеть ее и уложить в постель. После этого начались дальнейшие жалобы.

- Болван, твои доспехи холодные и колючие!

- Да, моя любовь, но проблема отчасти заключается в тебе самой, поскольку с момента

моего сюда прихода, ты так сильно занимаешь мои руки, что у меня нет возможности их снять.

- Ты всегда можешь уйти.

- Никогда, моя любовь. Но могу я верить, что ты будешь молчать, пока я сниму доспехи?

- Можешь.

- Тогда я сделаю это.

Она стояла на месте пока я снимал меч и кинжал, рукавицы и наколенники, налокотники

и набедренники. Но, как только я начал снимать свой шлем, она рванулась к двери. Конечно, я был к этому готов и, поймав ее пониже груди одной рукой, снова усадил на кровать.

- Будь паинькой, - сказал я.

- Ты ублюдок! Пан Конрад никогда не принуждал женщину!

- Это так, моя любовь. Но он никогда ни на ком не женится. Кроме того, сейчас он барон

Конрад и если я действительно бастрад, то моя мать будет удивлена услышать об этом.

Можешь дать мне немного времени, чтобы я мог уделить его своему костюму?

Она все еще боролась, и я считал, что проще всего сидеть на ней, пока я снимал

оставшуюся часть моих доспехов, поддоспешник и нижнее белье.

Она еще немного покричала и толпа снова начала аплодировать. В конце концов

она сдалась. Я бросил мое оружие в самый дальний угол комнаты, поскольку моя любовь была

в действительно плохом настроении, и я боялся, что она захочет взять на себя грех и добавить

мне несколько ран к тем, что у меня есть.

На самом деле, в процессе борьбы моя рана на ноге снова открылась, но что такое

немного крови на простынях после вашей первой ночи с женщиной? Ну, конечно, это была

кровь не того человека, ну ведь никто ведь не может получить все.

Это была долгая ночь, вторая подряд без сна. Она была почти такая же приятная, как и ночь до этого, хотя моя любовь и не делала ничего для моего удовольствия, поскольку я

был на ней. Тем не менее, в конце меня ожидал успех, когда рано на рассвете я посмотрел

на мою любовь, и она оглянулась.

И улыбнулась.

В тот день мы пошли к священнику и разместили наше объявление о свадьбе.

А затем пошли немного поспать…

171

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Настал великий день. Готовился к выпуску первый набор Школы Воинов. Тридцать

мужчин станут инструкторами, способными выковать армию, которая, с Божьей помощью, сможет победить монгольские орды.

Одиннадцать месяцев назад их было двенадцать десятков. С тех пор, я пропустил их

через самую суровую программу подготовки, какую только смог себе представить. Сейчас

два десятка из первоначального числа были уже мертвы, будучи убиты на тренировках

или на полосе препятствий. Другие на всю жизнь стали калеками и, по меньшей мере, шестеро

сошли с ума. Но ядро армии было готово!

Я пригласил несколько знатных людей, чтобы присутствовать на нескольких последних

днях тренировки и выпускном. Там были граф Ламберт - мой сюзерен. Его сюзерен, герцог

Хенрик Боротадый не смог прибыть, но он послал своего сына, принца Хенрика

Благочестивого, чтобы наблюдать за этим.

Аббат Игнаций из францисканского монастыря в Кракове принял мое приглашение, так же как и некоторые из его монахов, включая брата Романа. Разумеется, присутствовали

пан Мешко и пани Ричеза, а также несколько десятков рыцарей графа Ламберта – в основном, члены более прогрессивной фракции.

Кроме того, были тысячи других людей, поскольку только в этот день школа была

открыта для всех желающих. Многие из них были из Трех Стен, потому что было сказано, что

все мужчины, работающие на меня должны будут пройти через эту школу и они хотели

увидеть, что им предстоит.

Также пришли четыре десятка молодых девушек с мануфактуры графа Ламберта, услышав о том, что скоро здесь будет три десятка новых рыцарей и большинство из них

холостяки. Казалось, что все, кроме самих выпускников знали, что они будут посвящены

в рыцари, но именно так обычно и происходит. Я хотел сохранить это в тайне от них, чтобы они

получили сильный эмоциональный заряд на церемонии посвящения.

На рассвете горн проиграл побудку и несколько минут спустя люди высыпали

на бетонный плац. Священник прочитал очень короткую мессу безо всяких церемоний, а музыканты сыграли Копленда "Фанфары для простого человека".

Затем тридцать шесть мужчин, четыре рыцаря, которые их тренировали, и я

продекламировали Воинскую присягу и Воинский кодекс перед собравшимися гостями.

После этого я объявил распорядок дня.

- Джентльмены, - сказал я и увидел улыбки. Обычно я был гораздо менее вежлив, -

Это ваш последний день тренировок. Вы обратили внимание, что сегодня у нас гости.

Они находятся здесь, чтобы понаблюдать за нашими методами обучения. Пожалуйста, занимайтесь своими обычными делами в обычной манере и не думайте, что кто-то смотрит

на вас, поскольку мне не хотелось бы выгонять вас в этом месте игры. Давайте сделаем

утреннюю пробежку в полном вооружении. После завтрака у нас будет часовая тренировка

на пиках и часовая - на мечах. После обеда у нас будет часовая практика стрельбы с тележек.

Потом вы можете отдохнуть, но обязательно должны исповедоваться. Вы должны быть

в состоянии благодати, чтобы принять участие в вечерней церемонии. Видите ли, джентльмены, сегодня вам предстоит войти в огонь. После этого мы будем не спать всю ночь, выполняя

бдение, так что отдохните после обеда. Вам необходимо вернуться сюда через четверть часа

в полном вооружении. Разойдись!

172

Я дал им больше времени, чем обычно, поскольку наш "час" был в два раза длиннее, чем современный, но я хотел, чтобы у наших гостей было достаточно времени, чтобы занять

места вдоль полосы препятствий.

- Трудно поверить, что эти люди это тот же самый сброд, который я послал тебе

год назад, - сказал граф Ламберт подойдя ко мне.

- Да, мой господин, но это так.

- Речь была трогательная, - сказал принц Хенрик, - "Но как стояние в аккуратных линиях

поможет нам победить монголов?"

- Это сложно объяснить, мой господин. Все это часть программы, которая делает

этих мужчин лучшими в мире пехотинцами. Сегодня я пригласил вас сюда, чтобы показать, что могут сделать эти люди. А сейчас давайте сядем на коней и найдем хорошее место

для наблюдения за полосой препятствий.

Я назначил десяток гидов, чтобы распределить основную часть посетителей, но я хотел

сам сопроводить высокопоставленных лиц. Это было нужно не только для того, чтобы

построить лучшую армию в мире, но это также было нужно властьпридержащим, чтобы знать, что все действительно настолько хорошо, как я и сказал.

Мы остановились напротив первого большого препятствия, которое представляло собой

огромный ствол дерева, подвешенный на уровне пятнадцатого этажа между двумя большими

оголенными соснами. Четыре веревки были перекинуты через ствол и обоими своими концами

доставали до земли.

- Они же не собираются подняться на эту штуку, ведь правда? - спросил граф Ламберт, который с гордостью носил свою новую золотую броню.

- Они туда поднимутся в полном вооружении, используя только свои руки, мой господин. Они залезут наверх, а затем спустятся по другой стороне, - сказал я.

- Вы делали это сами? - спросил принц Хенрик.

- Конечно, мой господин. Я часто проводил их через этот курс.

- Интересно, я бы смог это сделать, - сказал граф Ламберт.

- Уверен, что вы бы смогли, мой господин, если бы вы получили такую же подготовку.

Но сегодня я вынужден просить вас только наблюдать и ничего не предпринимать.

- Это граничит с наглостью! - сказал граф Ламберт.

- Возможно, мой господин, но мы все знаем ваши способности. Данное представление

устроено для того, чтобы показать, что могут эти люди.

Граф Ламберт продолжил высказывать свои возражения дальше, но принц Хенрик

положил свою руку на бронированное предплечье графа.

- Пусть будет так, как сказал барон Конрад, - сказал принц, и это прекратило дальнейшие

споры.

Пехотинцы бежали след в след друг за другом и их броня громко звенела. Они бежали

строем четыре человека в ширину и десять в длину и пели армейскую песню.

- Эта песня звучит знакомо, - сказал принц Хенрик.

- Это мелодия старой русской народной песни "Лужок", мой господин. А слова

принадлежать английскому поэту, которого зовут Редъярд Киплинг. Я их перевел и объединил

вместе.

Первый ряд подошел сразу же к четырем висящим впереди канатам и быстро начал

взбираться вверх: их руки двигались в унисон, а их ноги жестко висели снизу. Солдаты сзади

выполняли прыжки на месте, пока первые четверо не оказались на полпути вверх, а затем, следующие четверо мужчин начали подниматься, в то время как другие продолжали выполнять

свои упражнения.

- Одним из правил курса является то, что мужчины никогда не останавливаются.

Когда они ждут своей очереди или когда остальные закончат, то они выполняют упражнения

на месте, - сказал я.

Аббат Игнаций перекрестил их, когда они взобрались на головокружительную высоту.

173

- Этот человек слева вверху, - сказал принц Хенрик, - Это ведь пан Владимир?

- Да, мой господин. Он и трое братьев Банки за ним были в значительной степени

ответственны за обучение.

- А тот малыш в конце, который прыгает вверх и вниз - это ведь ваш бухгалтер, Петр

Кульчинский?

- Да, мой господин, но он больше не мой бухгалтер. После того, как обучение

закончится, у меня будет для него другая работа.

- И что это будет за работа?

- Я создам раздел картографов и Петр его возглавит. К тому времени, когда начнется

монгольское вторжение, мы будем иметь точные карты всей южной Польши.

- Это очень полезно для моих пилотов! - сказал граф Ламберт, - Если, конечно, я когда-нибудь получу тебя для работы над тем двигателем, который ты обещал.

- Мой господин, я обещал начать работу над авиационным двигателем, как только

ваши люди смогут построить двухместный планер, который сможет летать в течение

нескольких часов.

- Тогда начинайте об этом думать, потому что мы уже близки к этому, барон Конрад, чертовски близки!

- Очень хорошо, мой господин. А сейчас лучше перейти к следующему препятствию.

Я помогал графу Ламберту со школой летчиков в Орлином гнезде, поскольку

это представлялось хорошим способом создания инженерного института на деньги графа.

Я ни на минуту не считал, что дети смогут построить функционирующий самолет меньше, чем за двадцать лет. Однако, они начали строить неплохие планеры.

Мы добрались до почти вертикальной скалы высотой в тридцать человеческих ростов, лишь немного впереди пехотинцев, которые, по прежнему слаженно маршировали звеня

при этом доспехами. Первые четверо немедленно начали взбираться на гору, в то время

как остальные начали отжиматься.

- Они поднимаются наверх как муравьи к меду! - воскликнул граф Ламберт.

- Очень смертоносные муравьи, мой господин.

- Но как такое возможно? - спросил аббат Игнаций.

- Тренировки, отец, а также тот факт, что они взбирались именно на эту скалу так часто, что они знают, где находятся большинство опор для рук.

Вскоре, на скале уже были все мужчины, а передняя шеренга приближалась

к ее вершине. Справа от скалы свисала длинная веревка, проходящая от ее вершины до точки

на земле, находящейся на расстоянии четыреста ярдов от нее. Расположена она была так, что нужно было прыгнуть со скалы, чтобы поймать веревку.

Первый мужчина, которым, как я с удовлетворением отметил, был пан Владимир, немедленно побежал к веревке и бросился с края скалы так, что толпа ахнула от ужаса.

Но он схватился за веревку и соскользнул к земле, а все остальные последовали за ним.

- Разве это не сожжет им руки? - спросил принц Хенрик.

- Нет, мой господин. Если вы заметили, они не держаться за веревку руками, а поймали

веревку манжетами своих рукавиц. Веревка натерта воском и вещи не слишком нагреваются.

- Но что если они поскользнуться и упадут?

- Как правило, они умирают, мой господин.

Дальше все продолжалось в таком же духе: мужчины качались на веревках, пробегали

через узкие мостки, которые были такие же узкие, как их рука, взбирались на длинные сваи, проходили по натянутым канатам и делали все остальные противные вещи, которые я только

смог придумать.

174

- Когда они в полном вооружении, мы обычно избегаем тренировок по плаванию, поскольку, чтобы высушить их гамбезоны (Примечание: Кожаная поддоспешная куртка) обычно требуется несколько дней, но будьте уверены, что каждый из этих мужчин может

проплыть полмили в полном вооружении и шесть миль голым.

Несмотря на то, что мы были на конях, мужчины вернули нас в столовую. Благородных

гостей кормили в самой столовой, а всех остальных – на свежем воздухе. Каждый мужчина

получал завтрак, состоящий из шести яиц, буханки хлеба и ломтя ветчины толщиной в палец

и уходил оттуда. Моя собственная порция была почти такая же большая.

- Вы точно их хорошо кормите? - спросил игумен Инаций.

- Да, святой отец, но у них достаточно быстро все сгорает. Среди них вы не найдете

слишком толстых людей.

Затем пришла очередь тренировки с пиками и почетные гости были атакованы сорока

копейщиками. В последний момент пан Владимир крикнул "Стой!" и они остановились

с остриями пик не дошедшими на палец до нашей груди. Видя, что я не двигаюсь, ни граф

Ламбер, ни принц Хенрик не шелохнулись, но большинство других быстро отбежали назад.

- Господа, я уверен, что вы почувствовали эмоциональное воздействие этой атаки. Я вас

спрашиваю, что было бы если бы таким образом вас атаковали шесть тысяч человек?

- Эмоциональное воздействие? Я больше беспокоился о физическом! - сказал граф

Ламберт.

- И я тоже, - сказал принц Хенрик, - Но мне понятна ваша точка зрения. Враг может быть

побежден даже не коснувшись его.

- Это было бы идеально, мой господин. Как только враг сломлен, вы всегда теряете

очень мало людей при его зачистке.

- Зачистке! Вы хорошо играете словами, барон Конрад, - сказал граф Ламберт.

Затем люди начали работать с манекенами. Манекены представляли собой ростовые

фигуры человека с реальным копьем на лошади. Они скатывались по длинному пандусу и, в тот

момент, когда достигали уровня земли, разгонялись до такой скорости, до которой может

разогнаться лошадь. В первой попытке, пехотинец проткнул лошадь пикой, упертой в землю, и при этом не отошел и не был ударен копьем. А когда один манекен атаковал группу

пехотинцев, то только тот из них, который находился в центре, напал на лошадь. Все остальные

напали на всадника.

- Это подло! - сказал принц Хенрик.

- Что такое, мой господин?

- Они намеренно пытаются убить лошадь!

- Да, мой господин.

- Это нечестно!

- Да, мой господин. Но был ли когда-либо всадник справедлив по отношению

к пехотинцу?

- Честен к пехотинцу? Сомневаюсь, что это когда-либо кому-то приходило в голову.

- Тогда почему пехотинец должен "честно" сражаться с всадником? Если бы всадник

хотел сражаться честно, то ему следовало бы слезть со своей лошади и тогда не было бы

смысла наносить вред животному. Мой господин, эти люди не обучены сражаться честно, они обучены побеждать!

- Мне это не нравиться, - сказал принц Хенрик.

- Мой господин, может быть Вам больше понравиться, когда монголы начнут забивать

ваших женщин и детей?

- Будь ты проклят, барон Конрад.

- Думаю, что буду, мой господин.

Аббат Игнаций совершил крестное знамение.

175

Граф Ламберт забеспокоился о возможной ссоре между своим самым большим вассалом

и его будущим сюзереном и попытался сменить тему.

- Барон Конрад, все это хорошо, когда ты тренируешься на манекенах, но как это будет

работать на практике?

- Мы проверили это, мой господин, по крайней мере, в части использования живых

лошадей. Мы никогда не пробовали сделать это со всадником из-за отсутствия добровольцев, но я сам въехал на старой лошади в толпу пикинеров.

- И что случилось?

- Я упал и больно ударился, мой господин.

- А твоя лошадь? - спросил принц Хенрик.

- Конечно же умерла.

- Ты убил бессловесное животное? - спросил принц Хенрик.

- Мой господин, мы едим бессловесных животных. В ходе этой подготовки я потерял

два десятка мужчин. Так какая разница, сколько при этом погибло животных? Сегодня после

обеда мы расстреляем четырех свиней, чтобы показать, что могут сделать наши пушки.

- По крайней мере, вы съедите этих свиней.

- Мой господин, убитую лошадь мы тоже съели.

Остаток дня прошел также - наполовину в благоговейной похвале, а наполовину

в осуждении, поскольку у меня не было никакого намерения терять солдат для того, чтобы

соответствовать их представлению о честном бое. Черт возьми, не существует такого понятия, как честный бой! Вы либо идете туда и убиваете этого ублюдка, либо вы не должны сражаться

вообще!

С другой стороны, реакция простых людей была однозначно положительной.

Им нравилась идея о том, что их враги будут убиты, а их собственные семьи останутся живы.

Но я не мог избавиться от ощущения, что я вряд ли получу значительную помощь от рыцарей.

Мы будем бить монголов своими силами.

После сокращенного дня тренировок, солдаты вернулись в казармы, чтобы отдохнуть, а мы организовали послеобеденную вечеринку для наших гостей с музыкой и большим

количеством еды, пива и медовухи. Простолюдины буквально гудели от того, что они увидели, а некоторые девушки с суконной фабрики буквально прыгали вверх и вниз, но дворяне были

гораздо более сдержанны.

Пришедшие рыцари были, в основном, из прогрессивной фракции графа Ламберта

и если даже у них возникали сомнения относительного того, что я делал, то я боялся даже

представить себе то, что могли об этом думать более реакционные рыцари. Думаю, что я знал, какой реакции могу от них ожидать, но в действительности я ошибся.

Большинство из них были готовы купить новые семена и купить или сделать новую

сельхозтехнику. Довольно многие из них установили в своих имениях водопровод, а другие

организовали с нашей помощью легкие промышленные производства, чтобы держать своих

крестьян занятыми в межсезонье. Но, оказалось, они смотрели на армию как угрозу всего

их существования. По их разумению, они были лучше, чем простолюдины и имели особые

привилегии, поскольку они охраняли землю. Не требовалось много ума, чтобы понять, что мои

воины могли сражаться лучше, чем они. Они почувствовали, что под них делают подкоп, и я

предполагаю, что так оно и было.

Я начал понимать, что день открытых дверей был большой ошибкой и что я никогда

не устрою его снова, по крайней мере, пригласив дворян, но сейчас я ничего не мог поделать, не показавшись наглым.

176

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Уже темнело, когда я собрал людей вместе и повел их к впадине в холмах, образовывавшей своего рода амфитеатр.

После того, как все заняли свои места, воины двинулись вперед, босые и одетые

в коричневую льняную униформу и зимние плащи. Площадь перед ними имела двенадцать

метров в ширину и была завалена на метр дровами, которые были тщательно отобраны, были

сухими и не имели сучков.

Прямо перед нею, была небольшая кирпичная стена - около двух ярдов площади.

Я вышел вперед.

- Вы видели, как эти мужчины проходили различные препятствия в полном вооружении.

Вы также выдели, как они доказали свой профессионализм во владении различными видами

оружия и сегодня вы видели первую публичную демонстрацию нашего оружия. Эти люди

имеют лучшее оружие и доспехи в мире, но оружие неважно по сравнению с мужчинами

им владеющими. Настоящий воин всегда смертоносен, даже когда он один и нагой.

Пан Владимир, продемонстрируйте, пожалуйста.

Пан Владимир был нашим лучшим воином в схватках без оружия, гораздо лучшим, чем я. Вместе мы разработали достойную систему самообороны, основанную на том малом, что я знал о карате и большом количестве попыток и ошибок.

Он устроил хорошую демонстрацию с криками и размалыванием досок и кирпичей

голыми руками и ногами. Конечно, кирпичи, возможно, не были хорошо закалены, а доски

были из легкой сосны, которая легко разламывается вдоль волокон, но толпа охала и ахала

в течение всего выступления.

- Говорят, что настоящий воин может проходить сквозь стены и, в каком-то смысле, это правда. У нас здесь есть прочная кирпичная стена. Возможно, многие из вас ее осмотрели, когда вы сюда пришли, - сказал я, - Пан Владимир, пройдите сквозь стену.

Возможно, некоторые из них ожидали, что он сделает что-то волшебное, но все, что он

сделал, так это нанес боковой удар и стена рассыпалась. Затем он прошел через обломки.

Ну хорошо, стена была выложена только вчера и раствор еще не успел как следует

застыть. Кроме того, раствор был сделан из десяти частей песка и только одной части извести, но ведь я не давал никаких обещаний.

- Любой из этих мужчин мог бы это сделать. Просто мы имели только одну стену, а поскольку пан Владимир заплатил за ее установку, то он имел некоторое преимущество.

Это вызвало смех в толпе.

- Воин может пройти сквозь огонь. Более того, он может ходить по тлеющим углям, который, как вам известно, гораздо жарче. Сейчас они вам это продемонстрируют.

Я указал на большой деревянный настил. Пан Владимир и браться Банки по команде

поднесли четыре факела к четырем углам кучи дерева и одновременно зажгли огонь.

Он загорелся с огромным шумом! В один момент огонь достиг высоты в пять человеческих

ростов. Факелы были также брошены в огонь.

- Тут нет ничего волшебного, - сказал я, - Мы просто налили немного масла под дерево

вместе с некоторым количеством черного пороха, который используем в пушках. Он также

боится огня. Мне просто хотелось, чтобы все сразу загорелось и огонь горел равномерно.

Затем я пригласил моих благородных гостей встать около костра и попросил повара

принести несколько длинных шампуров с нанизанными на них кусочками мяса. Как только

костер догорит до углей, повар установит мясо над огнем и вскоре оно зажарится. Мясо было

предложено дворянам, а то, что осталось было роздано простолюдинам, чтобы показать всем, что там действительно горячо. Главным образом, это позволило нам чем-то заняться, пока

огонь прогорел до углей.

177

В это время в долине не было другого света, кроме костра, и человеческий глаз может

приспособиться таким образом, что человек этого не заметит. В действительности же, угли

уже стали довольно тусклыми.

Я попросил дворян сделать шаг назад, и мы выстроили солдат так, чтобы десяток

человек стоял сзади и с каждой из сторон огня. Вместе со мной, напротив солдат стоял

пан Владимир и другие инструкторы. Несколько рабочих перемешали и равномерно

распределили угли граблями с длиной ручкой, вызвав несколько впечатляющих искр.

- Вы видите, что я босиком, как и каждый из нас. Я буду делать это первым, поскольку, как любит доказывать мой сюзерен граф Ламберт, лидер должен быть в состоянии сделать

все то, что могут его подданные. Но в то время как воин может пройти через огонь, его одежда

часто не может этого сделать.

Я был одет в ту же самую простую льняную тунику, что и мои люди. Я снял тунику

и бросил ее на кровать из углей. Она мгновенно начала тлеть, а потом вспыхнула

впечатляющим пламенем.

Затем я снял и отложил в сторону мои штаны. Я стоял голым перед толпой. Это не было

чем-то особенным, поскольку эти люди никогда не слышали о табу на наготу. Затем я

повернулся к огню.

Умом я понимал, что это было безопасно.

Имеет значение то количество тепла, которое передается вам, а не только температура

огня. Если вы коснетесь металлического горшка в горячей печке, то вы обожжетесь. Если же

вы просто поместите руку в воздух горячей печи, то вам не будет больно. Воздух в печи

такой же горячий, как и горшок в нем. Возможно даже и горячее, поскольку воздух нагревает

находящийся в нем горшок. Но воздух является относительно плохим проводником тепла

по сравнению с металлом и на вашу руку попадает недостаточное количество тепла, чтобы ее

обжечь.

Древесный уголь был легким, пористым материалом и довольно хорошим изолятором.

Даже тогда, когда он раскален докрасна, то требуется достаточно много времени, чтобы

передать вам достаточное количество тепла, чтобы причинить ущерб. Конечно, это не относится к горящим сучкам и раскаленным камешкам, но я старался быть как можно

более осторожным, чтобы исключить такие вещи. Надеюсь…

Но все это было теорией и я никогда этого не делал. Я чувствовал жар от этих углей

своей грудью, но ничего кроме этого.

- За Бога и Польшу! – крикнул я и промаршировал по углям нормальным военным

шагом.

Я прошел через огонь через несколько секунд и почти ничего не успел почувствовать, но прохладная влажная трава на краю костра подействовала на меня освежающее.

Когда толпа прекратила охать, я спросил инструкторов, находятся ли они в состоянии

благодати. Все они утвердительно кивнули головой.

- Тогда разденьтесь, но, пожалуйста, не бросайте в огонь свои туники - одной

демонстрации было достаточно.

Это вызвало хихиканье в толпе. В некоторых вещах я был известен как скряга. Когда

мужчины были готовы, я кивнул им и они прокричали тот же боевой клич, что и я. Сначала

это был пан Владимир, но, в конечном счете, я услышал его ото всех (Примечание: Возможно

некорректный перевод).

- Вперед, марш!

И они это сделали.

Они это сделали не зная, что наука говорит, что это безопасно.

Они это сделали, потому что они были воинами и их командир приказал это сделать.

178

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

В тот день мы не продемонстрировали ничего из ряда вон выходящего. На самом деле, мы проходили препятствия медленнее, чем обычно, чтобы дать возможность толпе идти вместе

с нами. Все мы практиковались в сражении без оружия и я не увидел чего-то особенного

в демонстрации пана Владимира.

Особенным было то, что я видел в толпе мою любовь, Кристину. Она улыбнулась

и помахала мне и, хотя я не мог помахать в ответ, я рискнул улыбнуться и кивнул.

Как прекрасно показать своей доблесть будущей невесте!

Но хождение по огню было для нас чем-то новым и мы были этим шокированы.

Мы были шокированы и потрясены, поскольку барон Конрад сказал, что все мы тоже должны

будем это сделать, а он никогда не говорил нам неправду.

Мы стояли в ужасе, когда он шел по горячим углям. Он шел достаточно спокойно, хотя огонь был достаточно горячим, чтобы жарить мясо. Вид его черных следов на красном

фоне раскаленных углей производил почти что магическое впечатление!

Затем, без каких-либо намеков на страх и колебания, это также сделали наши

инструкторы и мы знали, что мы будем следующие!

- Верую в Бога, Отца Всемогущего, Творца неба и земли.

Я слышал, как человек рядом со мной молился, стараясь не шевелить своими губами

или менять выражение лица. Я молился вместе с ним про себя.

Моему десятку предстояло идти первым и, хотя все мы были испуганы, ни один из нас

не дрогнул. Мы сложили нашу одежду, выкрикнули наш боевой клич и смело шагнули

навстречу тому, что выглядело как верная смерть.

Но Божья благодать снизошла на нас и Он сохранил нас от огня. Лично я думаю, что Он

охладил огонь ниже наших ног, поскольку после того, как я прошел и снова повернулся лицом

к огню, я мог видеть свои собственные темные следы наряду со следами других людей.

Только с большим трудом я заставил себя не упасть на колени и не начать молиться.

179

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Я прошел через такую же процедуру, как и солдаты с трех сторон от огня и ни один

из них не выказал какого-либо страха. Толпа была поражена и среди нее нашелся человек, который почти было пошел по огню.

Уголком глаза я увидел, что граф Ламберт сбросил свой плащ и решительно смотрел

на россыпь из углей.

- Мой господин, граф Ламберт, находитесь ли Вы сейчас в состоянии благодати?

Исповедовались ли Вы и принимали причастие в последние несколько часов?

- Нет, но…

- Тогда я запрещаю Вам это делать, поскольку без помощи Господа Вы точно погибните!

- Ты запрещаешь своему господину?!

- Я поклялся защищать Вас, мой господин.

Могло получиться отвратительно. Если бы граф Ламберт прошел по углям без того

факта, что он не обучался в воинской школе, то это лишило представления значительной

мистики, которую я старался построить вокруг нее. К счастью, принц Хенрик пришел мне

на помощь и остановил его. А я обратился к толпе.

- На этом мы завершаем официальную часть церемонии. Теперь эти люди и я займемся

ночным бдением и это должно совершаться приватно. Мои слуги сопроводят вас к казармам

для того, чтобы там вы могли комфортно разместиться или, по крайней мере, в наилучших

возможных условиях. Школа Воинов уже была расширена, чтобы принять следующий, более

большой класс и там должно быть достаточно места, чтобы хватило всем вам.

Я поклонился и начал одеваться, в то время как аббат Игнаций подошел ко мне.

- Сын мой, это было удивительное представление. Оно напомнило мне о Шадраке

в печи.

- Отец мой, помните, однажды я спросил Вас о том, как это возможно ходить босиком по

снегу и Вы ответили, что когда ваше сердце действительно чисто, то вы имеете силу десяти? -

спросил я.

- Это был первый день, когда мы встретились. Я очень хорошо его помню. Мой сын, возможно огонь имеет много общего со льдом. Но, мне кажется, вы сейчас также обеспокоены, как и были тогда. Позволите мне отстоять с вами это бдение?

У меня не было никакой причины, по которой я мог бы отказать своему духовнику, аббату Игнацию.

- Конечно, святой отец.

- Я бы тоже хотел отстоять это бдение, - сказал принц Хенрик.

- Как Вам будет угодно, мой господин. У меня есть несколько плотных накидок, которые я отправлю вам двоим.

Граф Ламберт и другие гости уже возвращались, поэтому мы, с принцем и аббатом, пошли в сторону холмов.

180

Сейчас было время года близкое к летнему солнцестоянию и в этих широтах ночи были

коротки. К тому времени, когда мы добрались до выбранной мною гряды, прошла больше, чем половина ночи. Небо было ясным и безлунным и на нем сияли звезды. Хорошая ночь

для бдения. Погода идеально подходила для церемонии награждения, но некоторое время

я беспокоился, что долина под нами будет недостаточно туманной для создания оптического

эффекта, который я задумал. Но, в конечном счете, она оказалась полностью наполненной им, а мы все еще были на чистом воздухе. Замечательно.

Остаток ночи мы провели тихо сидя на коленях на траве, мокрой от росы, обернувшись

своими плащами, каждый в своих собственных мыслях и молитвах. По мере того, как мы

ждали, я начинал осознавать весь груз моего лицемерия. Мужчины вокруг меня верили мне, верили в меня и в то, что я делаю. А в ответ они получали ложь и научные трюки и это

оказывало на меня тяжелое моральное воздействие. Тем не менее, я должен был заставить их

поверить в то, что они непобедимы и что они способны противостоять самой

дисциплинированной, сильной и смертоносной армии, которую когда-либо видел мир.

Сразиться с ней и победить!

За спиной у монголов были пятьдесят лет беспрерывных побед. Они регулярно

сражались и побеждали армии во много раз большие, чем их. Они знали, что их комбинация

тактики, стратегии и скорости всегда побеждала и победит снова. Они завоевали половину

известного мира - больше земли и людей, чем Цезарь, Александр и Наполеон вместе взятые.

Одним из их основных оружием был террор. Строя пирамиды из черепов людей, которых они убили, убивая каждого мужчину, женщину, ребенка, животное и птицу в городах, на которых они нападали, они создавали такой страх, что, говорят, мужчины позволяли себя

убивать только лишь для того, чтобы не злить своих собственных палачей! Ходила история, что целая группа солдат была убита одним монголом, умерев и не предприняв ничего, чтобы себе помочь.

Мой вассал Золтан Вараниан рассказывал о купце, маленький караван которого

был остановлен одним монгольским солдатом. Монгол приказал спешиться всем четырнадцати

людям в караване. Боясь его рассердить, они немедленно подчинились.

Затем он приказал им выстроиться перед ним в линию, а затем встать на колени

и поклониться и они снова сделали так, как он приказал. Потом он достал свой меч и отрубил

голову первому человеку в линии. Другие торговцы не пошевелились и монгол отрубил головы

еще трем мужчинам - безо всякой причины кроме, возможно, для того, чтобы попрактиковаться

во владении мечом.

- Это безумие! - сказал рассказчик повести своим торговцам, - Нас больше! У нас есть

оружие! Не важно, насколько он хорош, он не сможет нас всех убить!

- Замолчи! - сказал мужчина рядом с ним, - Ты что, хочешь его разозлить?

Еще один купец был обезглавлен и рассказчик сказал:

- Дураки! Он уже убивает нас! Что еще он может сделать?

Крича имя Аллаха, он выхватил свой меч и напал на монгола. Они обменялись десятком

ударов, прежде чем другие торговцы начали что-то соображать. Видя, что они еще сражаются

и что монгол не такой уж и непобедимый, другие торговцы также выхватили свои мечи

и присоединились к драке. Вскоре монгол был убит.

Затем они спешно похоронили тела погибших вместе с пони монгола и всем

его снаряжением. После чего они бежали из земель хана. Но факт заключается в том, что тринадцать из четырнадцати вооруженных мужчин предпочли бы скорее умереть, чем ослушаться одного убийцы, который убивал их как свиней.

Как противостоять такому террору? Единственным способом, который я мог себе

представить был построение для борьбы с ним противостоящей мистики. Я для этого

я должен был лгать и обманывать тех людей, которые мне доверились и в процессе пачкать

мою бессмертную душу. Думаю, она никогда не будет чистой снова. Дело должно быть

сделано, даже если при этом я заработаю свое место в Аду!

181

Наступил рассвет и мы провели нашу заутреннюю службу с молчаливо стоящими рядом

принцем и аббатом. Затем я выстроил людей вдоль хребта, откуда их тени вскоре упали

на туман ниже нас. Я попросил их молиться Богу и просил Его дать какой-то сигнал, что все, что мы делаем, было правильно и справедливо.

Мы ожидали в полном молчании.

182

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Думаю, что я никогда не молился так, как молился в эту ночь. Божья рука защищала

меня, когда я шел через огонь и кажется, Он оставался со мной в течение всей ночи. Думаю, что я был в этом не одинок, поскольку многие вокруг меня стояли на коленях, даже мой

господин пан Конрад. Трудно было разглядеть при свете звезд, но я видел, как слезы бежали

по этим благородным щекам.

Наступил рассвет и мы прочитали наши клятвы. Затем мы продолжили наше бдение

и в этот раз мы выстроились и повернулись к туманной долине под нами. Мы молились

Господу, прося его, чтобы он дал нам знак, что он благословляет наши усилия.

Солнце медленно поднималось за нашими спинами и тени спустились со стоящих

за нами холмов. Посмотрев вниз, я увидел свою собственную тень среди других на тумане

под нами. Но моя тень отличалась от других.

Моя тень была окружена святым сиянием!

Я смотрел не в силах поверить в то, что видел своими глазами. Я поднял руку

и помахал ею, не в силах поверить, что это моя собственная голова была так мистически

украшена, но это было правдой!

Вне всякого сомнения, я получил личное, отдельное и блистательное благословение

Божие!

183

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Условия были подходящие. Я посмотрел вниз и увидел лучи света, исходящие из тени

моей собственной головы. Я подождал немного, чтобы убедиться, что и у всех остальных было

достаточно времени, чтобы увидеть свое собственное сияние!

- Да, братья, это случилось, - сказал я, - Каждому из вас был дано сияние, которое может

увидеть только он. Когда Моисей взошел на гору и получил от Господа Десять заповедей, то он увидел "рога света" идущие из головы. То, что было дано ему, дается сейчас вам. Каждый

из вас благословлен Господом. Каждый из вас стал блистательным. Наши миссия и долг чисты.

Как группа братьев, мы должны обучить армию, которая избавит мир Божий от монголов, которые его отравляют. Будете ли вы со мной, братья? Присоединитесь ли к этой великой

работе? Должны ли мы создать Орден Непобедимых Блистательных Рыцарей, чтобы выполнить

богоугодное дело?

Шокированные, они застыли. Чудеса случаются с кем-то еще, много лет назад и далеко

отсюда. Но эти люди прошли невредимыми через огонь и вот теперь они увидели сияние

вокруг своих голов.

Пан Владимир пришел в себя первым.

- Я с Вами, мой господин, - сказал он, вставая слева от меня.

- И я, - сказал пан Петр, а его лицо было в слезах.

И вскоре все остальные встали вместе с нами и среди них не было бы тех, кто не плакал

и даже я был поражен эмоциями того действа, которое сам же и придумал.

- Да будет так, братья, - сказал я, - На этой святой земле мы создадим наш орден

и на этом месте я посвящу вас всех в рыцари.

Я посвятил в рыцари тридцать пять студентов, которыми ими раньше не были, а затем

ко мне подошел пан Петр.

- Мой господин, думаю, было бы уместно, если бы сегодня Вы меня снова посвятили

в рыцари.

- Возможно, пан Петр.

Я выполнил для него простую церемонию.

Пан Владимир и братья Банки подошли ко мне с такой же просьбой. И я их также

перепосвятил в рыцари.

Принц Хенрик стоял сзади, думая как поступить.

И вдруг он встал передо мной на колени.

- Это возможно, пан Конрад? Достоин ли я присоединится к твоему ордену? –

спросил он, а слезы текли по его лицу.

- Достойны ли, мой господин? Но это я должен Вам служить!

- По статусу - да, и это неизменно. Но ты был благословлен Богом и в этот день должно

быть так. Если ты думаешь, что я достоин, то я бы тоже присоединился к твоему ордену, хотя и мои обязанности никогда не позволят мне закончить твою школу. Скажи мне, я достоин?

- Мой господин, ты самый достойный человек, которого я когда-либо встречал, - сказал я

на самом деле имея это ввиду.

И вышло так, что я посвятил в рыцари своего собственного принца.

- Хотел бы я также к тебе присоединится, - сказал аббат Игнаций, - Но мои обязанности

и моя клятва церкви запрещают мне это сделать. Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы

помочь тебе в богоугодном деле.

- Отец мой, этой армии будут нужны капелланы. Рукоположенные священники, которые

пройдут обучение в нашей школе, будут сражаться на нашей стороне и молиться за наши души.

Если Вы хотите помочь, найдите нам таких людей.

- Я сделаю так, сын мой и мой господин. Так или иначе, я это сделаю…

184

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Мы молчали, на всем обратном пути, но как только мы пришли в казармы, я собрал всех

вместе и сказал: "Братья, наши собрания не всегда должны быть официальными. Сегодня

вечером мы будем праздновать наш выпускной и ряд молодых дам приняли мое приглашение, чтобы нам в этом помочь. Сейчас отдохните и возвращайтесь в шесть часов вечера прилично

одетыми. Разойдись!"

Мы имели всего несколько запасных мундиров, но один из них как раз пришелся впору

принцу, и он, как правило, носил его время от времени, как это делал я. Он был во многом

похож на форму, которую носят мальчики в Орлином Гнезде, разве что другого цвета.

Мальчики носили белые брюки и рубашку с красной курткой, а мы носили красные брюки

и рубашку с белой курткой. Медные пуговицы и эполеты были точно такими же.

В шесть я сказал:

- Братья! Есть несколько вопросов, которые необходимо обсудить, прежде чем, мы присоединимся к дамам.

Каждый из вас сможет получить почти годовое жалование. Те из вас, кто были

студентами, получали из расчета пенс в день и, таким образом, вы каждый получите свыше

трехсот пенсов. Далее, вам ежемесячно будет выплачиваться содержание как рыцарям, из расчета восемь пенсов в день. Инструкторы получат свое жалование за год по этой же ставке.

Начиная с этого дня, братья Банки повышаются до рыцарских знаменосцев, с оплатой

шестнадцать пенсов, а пан Владимир станет вашим капитаном и будет получать тридцать

два пенса.

После праздника, вы получите три недели отпуска. Я договорился, что каждый из вас

получит лошадь на период вашего отпуска. Пожалуйста, позаботьтесь о ней. Едьте домой

и наслаждайтесь! И, когда вернетесь назад, постарайтесь привести с собой десяток

новобранцев! Нам они нужны для следующего класса.

И последний вопрос! Вы все завтра приглашены в Окойтц на свадьбу пана Петра, так что

не напивайтесь слишком сильно сегодня вечером! Разойдись!

Это была хорошая партия и у меня было чувство, что большинство моих новых рыцарей

женятся в ближайшем будущем, или захотят жениться, если девушкам будет что сказать насчет

этого и, по большей части, они это сделают (Примечание: Возможно не совсем корректный

перевод).

185

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

Моя любовь была со мной, а вечер шел своим чередом. Я представил ее своим

одноклассникам и попрощался с ними в процессе этого. Барон Конрад назначил меня

начальником над секцией картографов, в то время как они должны были вернуться

для обучения новых войск. Мы будем по-прежнему встречаться, но не скоро и не часто.

Это было нелегко, поскольку мы прошли вместе через Ад и Рай и, сделав это, стали друг другу

близкими людьми.

Я подошел уже к половине из них, когда случилась неожиданность. Навстречу нам

из толпы вышла дама, с которой я был в ночь моего посвящения в рыцари! Неожиданно, я почувствовал себя очень неловко, так как не знал, как представить одну даму, с которой

я получил удовольствие, другой даме, на которой я собирался жениться. Что еще хуже, я не мог

представить их друг другу, поскольку все еще не знал имя первой дамы!

Она в очередной раз спасла меня, поскольку представляла собой жемчужину

вежливости.

- Петр Кульчинский, Вы конечно же помните маленькую Марию Полански, что жила

в четырех домах от дома вашего отца в Окойтце!

Так, наконец-то я узнал, как ее зовут!

- Конечно же, я помню маленькую девочку, которую мы прогоняли из игр больших

мальчиков! Но как так может быть, что худенькая маленькая девочка является очаровательной

дамой, которую я перед собой вижу? О, нет! Утенок превратился в лебедя! Но тогда вы должны

знать, что это Кристина, моя невеста, - сказал я, представив ее.

Мы немного поболтали, и Мария слегка надулась, поскольку узнала меня, а я не вернул

должок.

- Вы нечестны, - сказал я, - Девушкам изменять проще, чем парням, а также приятнее.

Но почему вы тратите свое время с кем-то, кто, почти что, старый женатый мужчина, когда

вас окружает такое количество молодых рыцарей?

- Конечно же, чтобы узнать которого из них я должна выбрать. Вы знаете всех этих

мужчин, Петр. Скажите мне, какой из них лучший?

- Лучший? Ну… это сложный вопрос! Если вы имеете ввиду, "Кто лучший математик?", то вам не повезло, поскольку это я и я уже занят. Если вы имеете ввиду, "У кого лучший вкус

на женщин?" то это тоже я, поскольку я получил Кристину, а они - нет! Но кто лучший

мужчина для вас? Дайте мне подумать. Может быть Август Полански. Что ты думаешь

Кристина? Август в достаточной степени подойдет для нашей маленькой Марии? Я могу

подтвердить его характер, но необходимо женское мнение, чтобы подтвердить, что он хорош

собой внешне.

Моя любовь сказала, что он приятный молодой человек и мы представили их друг другу.

И знаете что? Не прошло и трех недель, как Мария и Август разместили в церкви

объявление о свадьбе!

Таким образом, я оказал Мэри Полански услугу за ту милость, что она оказала мне!

186

ИЗ ДНЕВНИКА КОНРАДА ШВАРЦА

Свадьба пана Петра была хорошо организована, а погода была настолько хороша, что они устроили празднество на открытом воздухе.

Во время разговора с графом Ламбертом, он предложил мне посмотреть на небо.

Я осмотрел.

Большой двухместный планер кружил над нашей головой. Пилот, должно быть нашел

восходящий воздушный поток над городом, поскольку он продолжал летать в течение

нескольких часов.

Теперь еще, в дополнении ко всему прочему, мне предстоит построить авиационный

двигатель!

ИЗ ДНЕВНИКА ПЕТРА КУЛЬЧИНСКОГО

И случилось так, что в один прекрасный весенний день в 1237 году я женился на моей

любви, Кристине и мы жили долго и счастливо и было так.

187

ИНТЕРЛЮДИЯ ЧЕТВЕРТАЯ

Лента подошла к концу.

- Боже мой, что за учебная программа! - сказал я, - Конрад должен был быть

практическим психологом, а не инженером! И что за церемония награждения! Я не перестаю

удивляться, почему армии в двадцатом веке не использовали те же самые методы.

- Это бы не сработало, - сказал Том, - Имейте в виду, что Конрад работал с очень

необразованными и наивными солдатами. С современным образованием требуется довольно

слабый ум, чтобы влюбиться в такие вещи, как хождение по углям. Хороший современный

солдат очень хорошо образован и великолепно обученный специалист. Вам не захочется иметь

тупых солдат, особенно, если они должны работать с каким-то очень сложным оборудованием.

Но принимая во внимание ситуацию, в которой оказался Конрад, он все сделал правильно.

Я за него горжусь".

- Другой вещью является система весов и мер, которую он придумал. Я добрался до его

работы во время некоторых медленных частей на ленте.

- Да, я видел, как ты играл с калькулятором. Если бы я сам делал это в первый раз, я сделал бы также.

- Просто удивительно, какое количество чисел нас окружает! Его миля соответствует

1728 его ярдам, а его фунт равен одной 1728ой тонны и даже его вольт и пинта получились

правильными! Все гораздо более аккуратно, чем можно было бы измерить средневековыми

инструментами! Слишком много "чертовых чисел", чтобы в это поверить.

- Но это не все удачи. Конрад использовал систему нумерации, основанную

на двенадцати. Это одна из трех натуральных систем вместе с той, что основанная на восьми

и шестнадцати. Древние индоевропейцы, наши предки, также использовали двенадцатеричную

систему много тысяч лет для своих собственных систем измерения, пока какой-то идиот

не начал считать на пальцах и в ходе этого изобрел десятеричную систему. Многое из того, что сделал Конрад просто является старым и разумным способом делать такие вещи.

- Но хватит об этом. Ужин стынет, а девушки говорят, что у них запланировано какое-то

особенное развлечение на сегодняшний вечер. Давай заканчивать!

Перевод

ГУЛАКОВ Сергей

gulakovs@mail.ru

Вариант 2

31.12.2014

188

Content

Франковски Лео Блистательный рыцарь