На границе империй. Том 10. Часть 2.

Глава 1

Том 10. Часть 2

Корабль долго мотало в разные стороны, и порой казалось, что корабль совсем не управляется. Хотя я был пристёгнут, но меня мотало никак не меньше. Порой я, совершивший не одну посадку на планету, был совсем не уверен в удачном завершении полёта. Тем удивительнее, когда всё в один момент закончилось — это произошло как-то резко и одномоментно для меня. Раздался скребущий звук и всё стихло. Когда это произошло, я посмотрел в наружные камеры наблюдения и ничего там не увидел. Потоки воды или какой-то жидкости заливали всё снаружи, и камеры практически ничего не показывали. Кроме того, мы приземлились на темной стороне планеты, и здесь уже наступила ночь. Внутренние камеры корабля показывали, что на борту все замерло после такой посадки, даже вечно снующие дроиды плохо перенесли такую посадку и замерли на одном месте, не говоря уже про пассажиров.

Первыми ожили дроиды. Они стали развозить воду тем, кто её заказал. После них появился в коридоре старший сержант и стал проверять капсулы. Видимо, посадка прошла не совсем гладко — решил я для себя. Старший сержант прогулялся по палубам и вернулся к себе. После этого всё стихло. Остались только дроиды, которые по-прежнему сновали по коридорам.

Мы прождали больше часа, когда мне поступил приказ искина явиться в трюм корабля. Честно говоря, не понял приказ и перечитал его ещё раз. Всё оказалось верно. За исключением того, что всем пассажирам был запрещен доступ в трюм. Мы ведь не входили в состав экипажа корабля. Впрочем, приказ есть приказ. Отстегнувшись, попробовал открыть дверь ячейки. Она без проблем открылась. Не выполнить прямой приказ я не мог, пришлось направиться в трюм. Хотя мне это показалось странным. Что мне там делать? Кто знает, может, это такой прощальный «подарок» от адмирала? Впрочем, в коридоре выяснилось, что не я один получил такой приказ. Меня узнали и ко мне подошли сразу несколько разумных.

— Ты не знаешь, что произошло? — спросил Глис.

— Не знаю. Звук был нехороший при посадке.

— Я тоже слышал.

— А ты чего здесь? Я думал, ты на станции останешься. Тебя вроде в техсекцию станции отправили работать?

— Тоже так думал. Мы пришли на работу, а нас вместо заявок отправили за вещами и сюда.

— Что, никто на станции не остался?

— Мы поначалу думали, что только ты, но вышло, что и ты с нами.

Мы подошли к двери, ведущей в трюм, но она оказалась закрыта, и около неё уже находилось несколько разумных. Практически со всеми я уже встречался раньше. Все они были техниками и вместе с ними я подтверждал сертификацию в учебном центре флота.

— Не пускают? — спросил Глис у одного из них.

— Нет, искин говорит, что только в присутствии капитана, — ответил ему один из тех, кто уже находился у двери.

— Неудачно мы сели, похоже. Скрежет был при посадке неспроста.

— Все слышали, но никто не понял, что это.

Когда все подтянулись, появился капитан вместе с пилотом. Пилотом корабля оказалась молодая девушка, её я видел в первый раз и не я один. Все с интересом рассматривали её.

— Значит так! — начал капитан. — Вы все техники. Мне нужны только четверо из вас для проверки состояния корабля.

— Боюсь, никто из нас не знаком с таким типом кораблей, — ответил капитану кто-то за моей спиной.

— Что, вообще никто из вас не разбирается?

— Нет, — ответил ему Глис.

— Ладно, тогда поднимите руки те, кто из вас служил на больших кораблях?

Лес рук среди нас не наблюдался. Сам я решил, что точно не стану поднимать руку сразу по нескольким причинам. Во-первых, я опасался подставы со стороны адмирала. Во-вторых, все прохлаждались на станции, когда я там вкалывал с риском для жизни. В-третьих, нам раньше платили одинаково, а здесь они получат прибавку к зарплате, а я дырку от бублика. Впрочем, на зарплату мне наплевать, но рисковать бесплатно тоже не хотелось.

— Что же, придётся пойти по другому пути, — сказал капитан, посмотрев на то, что только двое из всех подняли руки.

Он стал называть фамилии и четвёртым назвал меня. Вот не везет, так не везёт. Хотел сказать, чтобы он шёл подальше, но решил не нарываться. Мне в карцер, а потом обратно на станцию однозначно не стоило возвращаться.

— Кого назвал — остаются, остальные возвращаются в капсулы, — продолжил капитан.

Он подождал, когда остальные направились обратно, после чего открыл дверь, ведущую в трюм. Вначале они с пилотом зашли туда, за ними пошли техники, самым последним зашёл я.

— Вот почему из всех он выбрал меня? — спросил сам себя и посмотрел на затылок капитана, протискивающемуся вперед по совсем узкому проходу между коробками и тюками, которыми был забит трюм под самый потолок. Даже над нашими головами всё оказалось забито коробками. Все были в скафандрах и с трудом боком протискивались по узкому проходу.

Вскоре проход закончился, и мы вышли к задним воротам трюма. Они стали раздвигаться наружу. Нижняя часть стала опускаться вниз, а верхняя часть подниматься наверх. В лицо сразу ударил порыв влажного и холодного ветра. Снаружи лил дождь. Скафандр показал, что местная атмосфера пригодна для дыхания. Атмосфера сильно насыщена кислородом, и совсем немного в ней присутствуют примеси других газов. После вентилируемого воздуха корабля мне было даже приятно сделать глоток местного воздуха. Это значило, что я удачно покинул станцию и до сих пор жив. Впрочем, что-то мне говорило, что это наша не последняя встреча.

Ворота открылись и стало понятно, что на улице льёт дождь стеной. Всё вокруг залито водой и казалось, что корабль стоит среди большого озера. Фонари подсветки корабля совсем плохо освещали местность рядом с кораблём. Посмотрел на пилота. Удивительно, как она смогла обнаружить среди этой воды посадочную площадку. Скорей всего, она сажала корабль здесь не в первый раз, и у искина сохранились точные координаты посадочной площадки.

— Ну и погодка, ужас, — сказал капитан.

— А тебе говорила, надо было подождать, — ответила ему пилот.

— Нас сроки жмут. Нас уже ждут сама знаешь где.

— Подождут, ничего с ними не случится.

— Вот сама потом будешь это начальству объяснять. Где эти дроиды застряли?

Вскоре к нам подъехало четыре технических дроида.

— Разобрали дроидов и идём осматривать корабль, — скомандовал капитан.

— А здесь нет местных дикарей? — спросил один из техников у капитана.

— Откуда они здесь? Мы на космодроме.

— Так непонятно, где мы совершили посадку. Вода одна вокруг.

— Нет здесь никого, и местные дикари не водоплавающие, — после чего уверенно направился на выход.

Все остальные потянулись за ним. Закрыл забрало скафандра и, прихватив последнего дроида, отправился наружу.

Местная планета встретила нас сильным порывом ветра и проливным дождём. Впрочем, мы быстро переместились под корабль. Там дождя не было, только сильные порывы ветра. Обшивка корабля быстро остывала, но попавшая на неё вода почти сразу испарялась.

— Вы втроём осматриваете правую сторону на предмет любых повреждений. Мы левую, — разделил нас капитан.

Мне досталась правая сторона вместе с ещё одним техником и пилотом. Впрочем, далеко идти не пришлось. Повреждения стали видны сразу, как только дроиды осветили днище корабля под трюмом.

— Что скажете? — спросила пилот нас с техником.

— Скажу, что ты хорошо приложилась кормой, — ответил ей.

— Это я и без тебя вижу. Что с маневровыми двигателями?

— Скорей всего, этому хана, а тому не знаю, — и мы посмотрели на техника, осматривающего соседний маневровый двигатель.

— Этому, похоже, тоже, — ответил он задумчиво.

— Что и ничего нельзя сделать? — спросила пилот.

— Вскрытие покажет, но вряд ли.

— Какое вскрытие? — ответил ему. — Здесь запчастями к нему и не пахнет.

— Тогда точно нет смысла вскрывать.

— А что искин пишет? — спросил у пилота.

— Этот вроде рабочий.

— Тогда считай, что повезло, но взлетать будет сложно.

— Нам ещё на одну планету садиться.

— Здесь ничего не сделать без запчастей, а на посадку идти с такими маневровыми смертельно опасно.

— Откуда ты знаешь? Ты что, пилот?

— Нет, не пилот, но это очевидно.

— Говорила им, что у нас перегруз, но меня ведь никто слушать не захотел. Теперь на меня всё повесят, — сказала она со злостью.

— Так оставайся с нами.

— Нет уж, это точно без меня.

Мы стали двигаться вперёд, но лично мне всё понятно. Пилот совершенно права. Корабль перегружен и при посадке восемь задних опор не выдержали веса корабля с грузом и кормой — корабль приложился о бетон космодрома. Обшивка корабля почти не пострадала, а вот основной удар пришёлся на маневровые двигатели, выдвинутые из корпуса корабля. Их защиту расплющило и вогнало в корпус маневрового двигателя. Ремонт возможен, но не здесь. Осмотр опор полностью подтвердил мою догадку. Им тоже досталось при посадке. Внимательно осмотрел ближайшие две вместе с пилотом.

— Что скажешь? — спросила она.

— Скажу, что вы больше не сядете на планету без их ремонта.

— А ты? — спросила она ближайшего техника, осматривающего две соседние опоры.

— Полностью согласен с Блезом, — ответил он.

— Что здесь у вас? — спросил подошедший капитан.

— Они утверждают, что нам больше не сесть на планету без ремонта.

— У меня то же самое говорят.

— Я тебе говорила, что у нас перегруз. Вот результат.

— По документам перегруза нет.

— Это подделка какая-то, а не документы, я очень хорошо чувствовала, что корабль перегружен. Нас раньше никогда так не мотало.

— Условия посадки были сложными, вот ты и ошиблась.

— Я не ошиблась, это перегруз!

— Успокойся. Скажи мне лучше, взлететь сможем?

— Как с той стороны с маневровыми?

— Один точно не рабочий, второй вроде с повреждением, но работает.

— Не знаю. Думаю, без груза смогу поднять его на орбиту.

— Да кто нам разрешит взлететь без груза.

— А это не мои проблемы. Я тебе говорила — нужно подождать.

— Ты понимаешь, что нас там ждёт целая эскадра для охраны и всё из-за этого груза?

О как, здесь я напряг слух, но капитан понял, что ляпнул лишнего и отключил общую связь.

— Считаешь, что нам лучше разбиться вместе с грузом? — стало последним, что я услышал.

Это что же здесь может быть такого ценного, что сюда пригнали целую эскадру для охраны? Какая странная планетка. Потом будет нужно поинтересоваться у местных, зачем понадобилась целая эскадра охраны для перевозки груза.

— Нужно знать, сколько груза будет, — вновь включилась пилот в общий эфир.

— Я постараюсь это выяснить, — ответил капитан. — Не стоим! Осматриваем корабль дальше.

Последнее явно адресовано не пилоту, и дроиды молча двинулись дальше, а техники за ними. Капитан и пилот присоединились также к нам. Капитан вернулся к двум техникам на правой стороне и продолжил с ними осмотр. Дальнейший осмотр показал, что видимых повреждений корабль больше не получил. Впрочем, мы продолжали осмотр.

— Ты не знаешь, здесь галонет есть? — спросил у пилота.

— Вроде есть.

— Что-то я местную сеть поймать не могу?

— С этим точно не ко мне. Лично я в эту дыру больше не полечу, — огрызнулась она.

Жаль, я искренне надеялся, что по прилету расторгну контракт и покину планету. Имелось в этом плане две проблемы. Первая — это капитан. Кто знает, какие он указания получил насчёт меня от адмирала. Вот только вряд ли он возьмёт меня обратно на корабль. Вторая проблема — на космодроме не наблюдалось других кораблей. Был, конечно, вариант незаметно проскочить на корабль. Я позаботился, о том, чтобы искин меня не обнаружил, но в этом плане слишком много разных проблем.

Первая — как питаться на корабле. Запаса сухих пайков у меня нет с собой, а в кают-компании питаться будет невозможно. С водой возникали подобные проблемы. Впрочем, самая большая проблема, на мой взгляд, в другом — груз. Такой дорогой груз не может не охраняться, и наверняка у него будет охрана, и эта охрана будет весьма внушительной, судя по эскадре сопровождения. Эта охрана круглосуточно за ним будет следить. Спрятаться в трюме будет крайне сложно.

Всё это крайне портило мой план. Впрочем, ключевым в этом плане был другой пункт. Нужно расторгнуть контракт с флотом, вот только для этого требовался галонет, а здесь не нет не то что галонета. Здесь местная сеть не обнаруживалась, и у меня закралось подозрение, что её здесь нет. Всё потому, что скафандр не фиксировал никаких сигналов или излучений. Впрочем, космодромы никто не делает рядом с поселениями и в местном поселении, возможно, всё присутствует. Вот только это не согласовывалось с моими планами покинуть планету зайцем.

Мы осмотрели больше половины корабля, когда кто-то спросил:

— Это что за огни?

— Где? — спросил его капитан.

— Вон там!

Я посмотрел в сторону, куда показал техник. К нам действительно приближались огни.

— Так! Все обратно на корабль! — скомандовал капитан, и мы быстро ретировались обратно в трюм, и за нами стали закрываться ворота трюма.

Мало того, когда мы ещё возвращались, я увидел, как закрутились зенитные орудия корабля, разворачиваясь по направлению к приближающимся огонькам.

— Это что здесь происходит? — хотел спросить у капитана, но вовремя передумал, так как капитану явно не до меня.

Что здесь происходит? Капитан решил повоевать с местными колонистами? На борту сейчас хватало новоиспечённых десантников, которым было всё равно, в кого стрелять и небольшую войнушку мы могли затеять без проблем. Стоило только нас хорошо вооружить. А судя по надписям на ящиках, в трюме хватало разного оружия. Впрочем, выстрелов не последовало, а вскоре и трюм стал открываться вновь. Когда створки трюма приоткрылись, оказалось, на улице нас дожидается больше десятка местных грузовиков, но это не самое интересное. Здесь же находилось три ходячих танка легкого класса. Возможно, их насчитывалось и больше, но в зоне видимости их было только три.

— Это что? — спросил один из техников, стоящих рядом.

— Десантный танк Эльгида-23 легкого класса, — ответил ему второй.

Впрочем, об этом знали все. Ведь базу по технике космодесанта разучили все техники на борту корабля.

— Да я не об этом, — ответил ему первый — От кого они их охраняют?

— От дикарей, по всей видимости.

— От дикарей? Думаешь, танк нужен, чтобы обороняться от дикарей?

— А от кого ещё?

— Не знаю, но это что тогда за дикари, если для обороны от них нужен танк?

— Даже три, — добавил третий техник, молчавший до этого.

Этот же вопрос интересовал меня, не меньше их. Грузовики были длинными, на высоких колесах, таких я раньше никогда не встречал. Из них вышло двое под накидками и направились к кораблю. Капитан и пилот выдвинулись к ним навстречу, но на улицу выходить не стали. Дожидались около ворот. Когда эти двое зашли в трюм, сразу откинули накидки. Ничего интересного под ними не оказалось. Оба местных оказались аварцами и похожи друг на друга. Для себя я решил, что они родственники. Пси подтверждало мою догадку.

— Привет, капитан, — сказал тот, что немного повыше. — Почему вас так долго не было?

— Проблемы, — ответил капитан.

— Я ведь говорил, чтобы вы прилетали до сезона дождей. Посмотри вокруг.

— Вижу, но от меня ничего не зависело. Как только получил приказ, так сразу вылетел.

— А чего адмирал тянул?

— А вы не знаете, что ли?

— Не знаем чего?

— У нас новый командующий флотом.

— И кто сейчас возглавляет флот?

— Давай потом обсудим, мы здесь не одни.

— Давай.

— Можно вашу накладную на товар? — спросила его пилот.

— А у вас что, другая? — удивился колонист.

— Вот я и хочу сравнить.

— Держи.

Глава 2

Пилот, получив накладную, отошла от них. Чтобы проверить данные в накладных.

— Ну что, как будешь принимать товар? — спросил капитан у колонистов.

— Да как обычно. Считаем общее количество товара и вскрываем по моему выбору несколько коробок.

— Понятно. Ты привёз трюмщиков?

— В смысле «привёз»?

— Тебя должны были предупредить.

— Мне что-то такое приходило, но откуда я их здесь возьму?

— Что, нет никого у тебя?

— Да откуда?

— На складах должен быть кто-то?

— Да у меня, там нет никаких складских дроидов. Есть несколько ручных укладчиков и всё.

— Тогда у нас проблемы.

— Какого плана?

— У меня часть экипажа оставили на станции. Всех трюмщиков в том числе.

— Почему?

— Не знаю. Дроиды-погрузчики вон стоят, а управлять им некому. Я думал, у тебя есть.

— У меня точно никого нет. К этим же дроидам нужен допуск, а у меня нет никого с такими допусками. Узнай, может, у кого-то из прилетевших вместе с тобой есть такие допуски?

— Сейчас узнаю, но среди них нет ни одного трюмщика.

Капитан связался с медиком и отошёл в сторону поговорить. Колонисты пока стали осматривать товар, находящийся в трюме. Сам я вспомнил рассказ Ники. Ему кто-то на корабле рассказал, что часть экипажа высадили с корабля якобы из-за записи, которую я отправил Мерфи и компании. Вроде как, это месть капитана и медика экипажу. Месть за то, что слили эту запись нам и за то, что из-за них капитан, медик и старший помощник отправились на отдых в СБ флота и провели там продолжительное время. Одновременно, как я подозреваю, они понесли ещё и серьезные финансовые потери. Вот только лично у меня были большие сомнения на этот счёт.

Несомненно, это всё могло быть. Вот только я знал, что никто из них не мог слить эту запись в СБ, потому у них её не было. Возможно, сбш-ники всё-таки попытались прояснить, кто это сделал, но, скорей всего, дело в другом. На это намекало наша внушительная охрана. Груз у нас в трюме, конечно, дорогой и для любого пирата весьма ценный, но из-за того, что здесь лежало, никто не стал бы посылать целую эскадру с нами в качестве охраны. Здесь однозначно что-то другое.

— Чего молчишь? — услышал я за спиной голос капитана.

— А что я должен говорить? — спросил его непонимающе.

— Как что? Мы здесь ищем трюмщиков, а у него, оказывается, есть допуск.

— У меня?

— Конечно, у тебя. В твоём досье есть такая отметка.

— Боюсь, я не умею ими управлять. Возможно, такая отметка и существует, но только в досье. Кроме того, это было ещё до моего ранения, а после ранения я потерял память и все знания об этом. У меня сейчас новая нейросеть и никаких отметок на ней нет.

Хотя, разумеется, я умел управлять такими дроидами и управлял ими, но отметки на этой нейросети у меня действительно не было, она мне и не нужна. Блокировка у транспортировочных дроидов такого класса примитивная, и я её легко обходил как хакер. Кроме того, у меня отсутствовало малейшее желание помогать капитану. Меня интересовали главные у местных, но они пока были заняты, с интересом осматривали груз. Остальные местные находились в автомобилях и не собирались оттуда выбираться из-за проливного дождя.

— Вы трое, возвращайтесь обратно, — скомандовал капитан в наш адрес. — А ты останься, — добавил он, видя, что все четверо направились в каюты.

Последнее адресовано лично мне.

— Вот что ему ещё от меня нужно? — спросил сам себя.

Этот капитан меня начал сильно напрягать. Пришлось остановиться и остаться.

— Ну вот! Я же говорила, что перегруз был! — радостно заявила пилот.

— Что там у тебя? — неохотно отозвался капитан.

— В нашей накладной нет нескольких позиций, а у них они есть.

— Видимо, догружали в последний момент.

— Бронетранспортёры в последний момент?

— Ну да.

— Тогда почему я их не наблюдаю здесь?

— Завалило после не мягкой посадки.

— Нет их здесь. По крайней мере, я их точно не вижу.

— Да это ерунда.

— Только бронетранспортёры уже создают перегруз, а остальное ещё больше увеличивает его. Капитан, я уверена, что они это специально сделали!

— Успокойся уже, потом разберёмся, иди к себе.

— Хочу присутствовать при разгрузке! Уверена, что нас специально перегрузили и сейчас много лишнего обнаружится.

— Вот неугомонная. Если так хочется, стой и считай.

Капитан врал, пси мне об этом однозначно намекало. Видимо, не просто так капитан не взял с собой трюмщиков. Они не могли не знать про перегруз. Решил назначить крайним пилота? Или такой приказ получил от новоиспечённого адмирала? Скорее, второе, и не выполнить такой приказ он не мог. СБ бы ему быстро объяснило, что он прав.

Ко мне подошли двое из тех, кто прилетел с нами. Посмотрев на меня, один спросил:

— Что случилось?

— Вон капитан, у него спрашивай, — ответил ему. — А я не больше вас знаю.

Капитан пока или что-то обсуждал, или отдавал распоряжения по нейросети, не замечая их, но вскоре он отвлёкся и посмотрел на нас.

— Что, всего двое? — то ли спросил, то ли констатировал он.

— Не знаем, — ответил ему тот, что спрашивал меня. — Мы как приказ получили, так сразу пришли, — добавил он после паузы.

— Дроиды, видите, стоят? — он рукой показал на транспортных дроидов, стоящих рядом с открытыми воротами.

— Видим.

— Управлять такими сможете?

— Мы очень давно с такими управляли, — и посмотрел на второго.

В ответ второй согласно кивнул.

— Я вас не спрашиваю, управляли вы ими или нет! — явно занервничал капитан. — Я вас спрашиваю, допуск для их управления у вас есть или нет?

— Вроде есть, — с явной неуверенностью в голосе последовал ответ.

— Тогда вот вам коды доступа, осваиваетесь пока с ними.

К моему удивлению, я тоже получил коды доступа к транспортному дроиду. Чего совсем не ожидал.

— Но у меня нет допуска к нему? — спросил у капитана.

— Подключись к искину корабля. Сейчас решим.

Когда я выполнил приказ. Пришло сообщение о том, что решением капитана, старшего помощника и медика меня сертифицировали и выдали мне временный допуск для управления транспортным дроидом. На нейросети появилась отметка о прохождении сертификации. Вот не прёт, так не прёт — решил я для себя.

Двое моих новых коллег по трюму уже осваивали полученных дроидов. Мне достался третий дроид. Хотя там же стояло ещё несколько.

— Я уже думал, что вручную придётся перегружать, — сказал главный у колонистов.

Он со вторым давно стоял недалеко от нас и прекрасно слышал все разговоры.

— Мало троих, они долго провозятся, но, к сожалению, больше нет.

— Так сертифицируй ещё.

— Чтобы сертифицировать, нужно базу разученную, а просто так не даёт. У него база разучена, медик говорит, что он её должен помнить, хотя у него раньше травма была.

— Жаль.

— Ты своих опроси, может, ещё кого подтянем к разгрузке.

— Я с собой только водителей взял. Среди них точно никого нет.

— Тогда подгоняй три грузовика, начнём перегружаться.

Пока к трюму подъезжали грузовики, я разбирался с дроидом, даже не разбирался, а думал, стоит мне, разумеется, не специально что-нибудь сломать из груза или не стоит, чтобы переквалифицироваться обратно в техники. Среди груза я даже присмотрел две коробки с отметкой «хрупкое», но здесь припарковавшиеся к трюму грузовики стали открывать свои задние двери, и я увидел, что они совсем не пустыми сюда приехали. Меня это заинтересовало, и я решил, что диверсия может немного подождать.

— И куда грузить? — спросил один из двоих, вновь состоявшихся работников трюма, и посмотрел на капитана.

Капитан на него посмотрел, как на ущербного, и пояснил:

— Оттуда выгружать к нам в трюм, а туда загружать из трюма. Что здесь может быть непонятного?

— Там места в трюме нет? — пояснил трюмщик.

— Так погрузишь, оно появится.

Честно говоря, у трюмщиков имелись специальные базы — как правильно перемещать товар в трюм и размещать товар в трюме. Из нас троих, видимо, никто такой базы не имел, а эти двое прошли сертификацию, похоже, как я сейчас. У меня всегда была возможность свалить на то, что я базу забыл, а у этих двоих такой возможности не было. Один из них совсем не уверено подъехал к грузовику, зацепил задние три ящика, стоящих друг на друге, и потащил в трюм. Сделал он это слишком резко, и произошла небольшая диверсия. Честно говоря, я не понял, сделал он это умышленно или нет, но верхний ящик свалился в воду и, ударившись углом о бетон, разломился. Второй ящик тоже почти сразу последовал за ним, но этот не раскололся.

— Вот криворукий! — произнёс капитан в сердцах, увидев, что произошло.

Честно говоря, у меня был такой же план, как у моего нового коллеги, но он меня опередил. Двое колонистов, что находились с нами, в отличие от капитана, совершенно спокойно это восприняли.

Второй из колонистов подошёл и негромко сказал:

— Ещё один уронишь и продолжишь службу в самой дальней дыре, куда я тебя отправлю.

Честно говоря, я сразу понял, что тот говорит вполне искренне. Мне даже стало интересно, что это за место, ведь вся эта планета — именно такая дыра. Впрочем, проверять это на себе мне как-то сразу расхотелось и не одному мне. Приятель провинившегося сразу стал помогать вернуть ящики на место. Я же решил присоединиться к нему и не столько потому что хотел помочь — мне стало интересно, что находится в ящиках.

К моему разочарованию, внутри оказались непромокаемые и непрозрачные мешки с чем-то насыпным. Вручную мы вернули оба ящика на место, после чего транспортный дроид завёз его на корабль. Капитан, видя, что нам нужно место, выгнал не задействованных в работе транспортных дроидов на улицу, и мы стали перемещать коробки из машины туда. Рисковать отправкой в самую дальнюю дыру на этой планете никто не хотел, поэтому мы больше двух не брали. Это скоро разозлило капитана, и он стал возмущаться, но мы уже поняли, что он скоро улетит, а нами командовать будут эти двое, поэтому полностью игнорировали все попытки нас ускорить.

Впрочем, работая в таком неспешном темпе, мы достаточно быстро разгрузили и погрузили все грузовики. После чего грузовики отправились в обратную дорогу, а мы в кают-компанию. К моему сожалению, выяснить у колонистов насчёт сети не получилось. Не настроены они были общаться и с нами и почти всегда рядом с ними находился капитан и пилот.

Пока мы занимались погрузкой, я несколько раз ловил взгляды на моей спине, и они мне не нравились. Капитан с колонистами явно обсуждал меня, думая, что я занят управлением дроида, не замечу этого. Наверняка капитан им передал устные распоряжения адмирала. Сейчас я отлично понимал адмирала. Совершено не было никакой необходимости организовывать мне несчастный случай на станции. В этой же дыре несчастный случай можно организовать без проблем. Злые местные дикари прикончили, с кем не бывает. Вероятно эта парочка, с которой я столкнулся в камере СБ, здесь для того, чтобы организовать этот несчастный случай, а не получится у них — всегда есть Мерфи и компания.

Нельзя мне расслабляться. Совсем нельзя расслабляться. Здесь можно надеяться только на себя. Надежды на Ники никакой, вряд ли он прикроет мне спину в случае чего. Нужно побыстрее разобраться с местной обстановкой и сваливать отсюда. Впрочем, есть ещё аратанская разведка, которая меня сейчас активно ищет. Здесь всё сложнее и, возможно, не стоит торопиться. Уверен, разведка давно выяснила, что я находился на аварской станции, но вот куда я пропал оттуда –выяснить не так просто. Судя по всему, точные координаты местной колонии знают очень немногие из командования флота, у меня было сильное подозрение, что местная колония — что-то вроде поставщика левых кредов для руководства флота. Местное руководство активно делится прибылью с нужными людьми на флоте, взамен получает охрану и хорошо охраняемую доставку груза отсюда. Хорошо устроились как одни, так и другие.

— Что скажете? — спросил один из моих новых коллег, когда мы втроем устроились за одним из столов в кают-компании.

— О чём ты, Кирл? — спросил его второй.

— Место здесь мрачное, Дори. Нет ни сети, ни галонета.

— А ты думал, тебя на курорт отправят? — спросил у него.

— Но не в такую же дыру. Дождь ещё этот льёт, не прекращая.

— А ты на какой планете вырос?

— Я не на планете раньше жил. Моё детство прошло на станции Балах. Очень большой станции. Может, слышал?

— Никогда не слышал. А вы что, раньше на планетах не бывали?

— Нас с планеты забрали и отправили сюда. Вот только там дождей почти не бывает, а такой сильный дождь мы видели в первый раз.

— Начальник у колонистов ведь сказал, что у них сезон дождей.

«Тяжело этим двоим здесь придётся», — подумал про себя.

— Это, наверно, без нас происходило?

— Да, вы тогда ещё не подошли.

— Что он ещё говорил?

— Ничего практически. Ты ведь сам видел, что они больше с капитаном общались.

— Думаешь, скоро они вернутся?

— Не знаю.

— Думаю, им за два рейса не уложиться.

— Если не подгонят больше грузовиков, точно не уложатся. Как думаете, зачем им танки?

— От дикарей отбиваться.

— На танках от дикарей с копьями?

— Думаешь, здесь ещё кто-то есть?

— Не знаю, но не понимаю, что здесь происходит.

В кают-компанию стали подтягиваться другие пассажиры, и мы замолчали. Вскоре к нам за столик присел Ники.

— Сказали, что всех техников собрали? Тебя тоже? — спросил он сходу.

— Ники, у тебя устаревшая информация, я теперь работник трюма.

— Это как?

— Да вот так. Меня капитан лично аттестовал. Вон вместе с ними разгружаем корабль.

— Знаешь, Блез, ты не перестаешь меня удивлять своими талантами.

— Ники, здесь нет моей заслуги, я вообще был против, но меня никто не спрашивал.

— Значит, ты уже познакомился с местными?

— Познакомились.

— И как?

— Вот его пообещали отправить в самую дальнюю дыру на этой планете, если он уронит ещё один ящик.

— И как, уронил?

— Нет, пока держится.

— А как обстановка снаружи?

— Дождь льёт, темно и ничего не видно.

— Не знаешь, почему нас до сих пор держат на корабле?

— А ты хочешь побыстрее стать колонистом?

— Всем надоела уже эта неопределённость.

— Знаешь, за бортом такая погодка, что я бы лучше оставался на борту корабля.

— Долго разгружать корабль будете?

— Не знаю. Думаю, долго ещё.

Впрочем, мои подозрения не оправдались — колонисты вернулись достаточно быстро. В этот раз они не привезли никакого груза. Мы вновь загрузили часть грузовиков, а вот в последние пять грузовиков руководство колонии решило погрузить вновь прилетевших. Капитан стал отправлять приказы и небольшими группами, будущие космодесантники стали приходить в трюм и после проверки грузиться в грузовики. В первой же группе колонистов оказались двое, с которыми я уже встречался в камере СБ. Они посмотрели в мою сторону и, ничего не сказав, отправились в кузов грузовика. Мерфи и компания оказались в пятом грузовике. Загрузив все грузовики, колонисты уехали, думал, мы отправимся отдохнуть, но капитан нас не отправил обратно. Однако мы, не закрывая трюм, стали чего-то ждать.

На планете уже наступало утро, горизонт стал светлеть, но дождь не прекращался — он то стихал, то вновь усиливался. Вскоре появились огни, но не с той стороны, куда уехали грузовики колонистов. Они быстро приближались. Хорошо виднелся бронетранспортёр, за ним ехали два грузовика, а вот с обеих сторон их прикрывали по два ходячих танка. Пушки у этих танков смотрели совсем не в сторону корабля, а в разные стороны. Одновременно с ними в трюме появились сбш-ники, про которых я совсем забыл.

— Вы трое, забираем транспортных дроидов и следуем за нами! — приказал один из них.

Мы втроём недоумённо посмотрели на капитана. Кто здесь сейчас главный?

— Что стоим? Выполняем! — сказал капитан.

Глава 3

Один из них отправился с нами, а остальные остались с капитаном и пилотом в трюме. Сбш-ник привёл нас в небольшое помещение, находящееся около рубки и полностью забитое коробами. Мы дроидами забрали все короба из помещения и под присмотром сбш-ника повезли их обратно в трюм.

Когда я заехал в трюм, сразу остановился, не понимая, что происходит. За мной следом замерли два соседних дроида и их владельцы. Посреди открытого трюма теперь стоял танк, и его пушки были направлены внутрь трюма, точно на нас. Впрочем, танк замер на месте и не стрелял, но мы совершенно не понимали, что происходит и каковы его намерения. Даже сбш-ник, шедший за нами, замер на месте. С правого бока от танка находился немного обалдевший капитан с пилотом и сбш-ники. По их лицам стало понятно, что они сами не понимают, что здесь происходит. За танком следом в трюм забежало двое колонистов и бросилось к танку. Они вскарабкались по танку наверх и стали вытаскивать из танка танкиста.

— Вы двое, принимайте его внизу! — приказал один из них, смотря на нас.

Не понимая, кто эти двое и что здесь происходит, мы подошли к танку втроем.

— Принимайте его! — скомандовали сверху, после чего из кабины танка они вытащили разумного и аккуратно передали нам. Мы его приняли и, не найдя ничего лучше, положили на пол трюма.

— Ну и где твой медик? — спросил один из тех, что сейчас находился на танке и отдавал нам приказы, после чего посмотрел в сторону капитана.

— Идёт сюда уже, — ответил ему капитан.

— Так ускорь его!

— Вот ведь… — сказал капитан и отвернулся, продолжив общаться с кем-то по нейросети.

После чего эти двое слезли с танка и направились к раненому. Впрочем, он уже не подавал признаков жизни. Сам я посмотрел на его скафандр — в нём на груди красовались две дырки. Парень был совсем молод, возможно, недавно исполнилось восемнадцать. Нас растолкал появившийся в трюме медик и спросил:

— Что с ним?

— А ты сам не видишь? — ответил ему тот, что отдавал приказы.

— Вижу. При каких обстоятельствах это произошло?

— Ты сюда что, расспросы пришёл устраивать? Лечи его!

— Мне непонятно, что произошло, — ответил ему медик, расстёгивая скафандр на парне.

— Непонятно? Что тебе непонятно? — закипел местный. — Вон там, — он показал в сторону, откуда они приехали, — один из местных залепил ему в грудь из рогатки, и он сейчас здесь лежит.

Честно говоря, у меня были такие же вопросы, как и у медика корабля. Как нам сказал капитан, местные аборигены вооружены луками и копьями, а парня подстрелили явно из плазменного оружия. Если поначалу у меня ещё сохранялись некоторые сомнения в этом, но когда медик расстегнул скафандр у парня, мои сомнения окончательно рассеялись — стреляли в него однозначно из плазменного оружия. Вот только это плазменное оружие было странным. Такое чувство, что в парня стреляли из игольника, как я вначале решил, но вот только ожог вокруг ранения явно говорил о том, что это плазма. Однако это вступало в противоречие с моей базой по оружию — плазменных винтовок такого маленького калибра просто не существовало. Видимо, этот же вопрос мучил медика, но повторно он побоялся его задать. Это колонист был нервным. Медик только снял с парня скафандр и осмотрел ранения.

— Что скажешь? — спросил колонист у медика.

— Не знаю, кто это, и могу ли я его лечить, — ответил ему медик с вызовом.

— Чего? — и, достав бластер, колонист направил его в голову медика. На это сразу среагировали две сдвоенные турели у потолка. В свою очередь, они развернулись и нацелились на колониста, готовясь открыть огонь. — Немедленно отправляй его в капсулу!

— А то что? — спокойно на это отреагировал медик.

— Пристрелю!

— Так стреляй, вот только другого медика на борту нет, а до колонии этот парень не донят.

— Тебе нужен приказ? Так ты его сейчас получишь! — сказал колонист со злостью.

Вначале среагировали турели, нацеленные на колониста — они просто вернулись в исходное положение. Затем, судя по вытянувшему от удивления лицу медика, этот приказ он получил.

— Слушаюсь! Сейчас всё сделаю! — произнёс он, и я заметил, как у него затряслась рука.

Медик вызвал медицинского дроида, видимо, раньше. Ничем другим появление в трюме медицинского дроида я не мог объяснить для себя. Как будто он стоял за дверью и только ждал команды от медика. Зря медик корабля начал что-то требовать от колониста, он явно не с тем колонистом связался. Вот капитан вместе с пятью сбш-никами скромно стояли в сторонке и никак не реагировали на происходящее. Хотя вроде как капитан здесь должен быть главным. Парня быстро поместили в медицинского дроида, и он поехал в медсекцию корабля.

— И что мне с ним делать? — спросил медик корабля, обращаясь к колонисту.

— Лечить!

— Есть проблема.

— Какая?

— Вы ведь знаете приказ — мы не можем никого забирать отсюда без приказа командования флотом.

— Он не флотский и на него этот приказ не распространяется.

— Тем более, мы военный корабль и гражданских не можем забирать отсюда. Кроме того, мы не можем здесь долго находиться из-за него, у нас жесткий график, а парню требуется серьезная операция и последующее лечение, никак не меньше недели.

— Тогда забирайте его с собой. Вот тебе мой приказ.

— Понял. Всё сделаю, — медик быстро исчез из трюма следом за своим дроидом.

Колонист осмотрел всех находящихся в трюме, после чего сказал:

— А вам что, тоже приказ нужен? Разгружаем грузовики! — и посмотрел на меня.

— Есть небольшая проблема, — ответил ему. — Эта штука мешается, — и показал на танк, по-прежнему стоящий около ворот трюма.

— Найди кого-нибудь, пускай уберёт его отсюда, — сказал он второму колонисту.

Вскоре в трюм зашёл третий колонист. Он занял место в кабине танка, после чего танк покинул трюм. Главный же у них подошёл к сбш-никам, и они стали что-то негромко обсуждать между собой. Мы же быстро разгрузили оба грузовика, после чего погрузили в них коробы, что привезли из помещения на носу корабля. Они были полностью обезличены, и что в них находится — непонятно.

— Мы закончили, — сказал, обращаясь к главному у приехавших колонистов.

— Всё по списку? — спросил он у второго колониста, который наблюдал за нашими действиями.

— Из коробок всё, ещё один из бронетранспортёров прислали нам.

— Так пускай достают его, — он отвернулся и продолжил общаться с сбш-никами.

Мы дружно посмотрели на четыре бронетранспортёра, заваленных сверху коробками. Как я понял, эти коробки, как и три бронетранспортёра, предназначались первой группе колонистов. Хотя лично я не понял — какая разница между этими двумя группами колонистов. Мы убрали все коробки с ближайшего транспортёра. Два моих напарника попытались зацепить с двух сторон бронетранспортёр, но у них ничего не получилось — он оказался слишком тяжёлым для наших транспортных дроидов.

— Вот что с ним мучаетесь? — спросил второй колонист, который наблюдал за нами. — Просто выгоните его своим ходом.

— Так ни у кого нет допуска на его управление, — ответил ему из моих новых напарников.

— И никто таким никогда не управлял, — добавил второй.

— И ты тоже? — спросил он неожиданно у меня.

— Управлять доводилось, но не таким, и допуска у меня нет.

— Это мы сейчас решим. Капитан, у нас проблема.

Капитан подошёл к нам, и он объяснил ему, в чём у нас проблема. После чего капитан занялся этой проблемой, а колонист поинтересовался у меня:

— А как ты водил его без отметки?

Здесь я понял, что влип. Второй колонист явно псион. Вспомнив, как мы с Милой вдвоём зажигали на подобном бронетранспортёре на одной всеми забытой планетке, решил не врать:

— Там был не такой бронетранспортёр.

— А какой?

— Совсем древний, сто раз отремонтированный, и нам нём не было нужно никаких отметок об аттестации, к тому же маленький. Этот раза в два больше того.

— А где это было?

— На одной всеми забытой планетке.

— Ты оттуда родом?

— Нет, просто мне там довелось побывать.

— А я подумал, что ты со станции какой-нибудь и там вырос.

— Нет, я вырос на планете, — экстренно пытался вспомнить название планеты, на которой вырос Блез, но эта информация у меня наглухо вылетела из головы.

Он хотел ещё что-то спросить, но меня выручила отметка о временной аттестации, прилетевшая на нейросеть.

— Коды доступа ещё нужны? — спросил у капитана и, получив их, забрался в бронетранспортёр. Управление этим бронетранспортёром ничем не отличалось от того, на котором рассекали мы с Милой. Запустив двигатель, выгнал бронетранспортёр из корабля и вернулся в трюм.

— Теперь всё по списку, — сказал второй колонист, обращаясь к главному у них. — Осталось только пополнение забрать.

— Так забирай, — отозвался главный.

Вскоре десяток разумных, прилетевших вместе со мной, появились в трюме и после проверки отправились в бронетранспортёр.

— Теперь всё.

— Тогда возвращаемся.

— У нас есть проблема.

— Проблема?

— Да, после ранения Лероя, у нас не хватает одного водителя. Бронетранспортёр должен был обратно вести Радор, но он сейчас в танке.

— Так вон, забирай его, — и кивком показал на меня. — Он явно умеет управлять бронетранспортёром.

— Боюсь, его вы не можете забрать, — сразу вмешался капитан.

— Это ещё почему? — удивленно спросил его главный у колонистов.

— Мне нужно груз разгружать, и потом кто-то должен выгнать бронетранспортёры, а у меня больше никого нет.

— Вон у тебя ещё двое, они и погрузят, и выгонят.

— Они не аттестованы и не умеют управлять бронетранспортёрами.

— Так аттестуй, какие проблемы?

— Боюсь, его вы не можете забрать. Кого угодно, кроме него.

— Это ещё почему? Он какой-то особенный? — удивленно посмотрел на меня главный у колонистов.

— Он хороший техник.

— Он ещё и техник. Тогда я однозначно его забираю. Мне как раз техники нужны.

— У меня особые распоряжения насчёт его, не могу я его отдать.

— От кого особые распоряжения?

— Не при всех. Отойдём?

Они вдвоем отошли недалеко и стали общаться. Сбш-ники тем временем взяли под охрану все коробки, что они привезли. Они сами закрепили груз и разместили около него троих дроидов. Это что такого ценного в этих коробках, что целых шесть сбш-ников выделили для их охраны? Не доверяют экипажу корабля или здесь что-то другое?

— Да мне плевать на его распоряжения! — услышал голос главного у колонистов.

— Но как же так? — отозвался капитан.

— Да так, я забираю его. Ты Гараму это передал?

— Конечно.

— Тогда вопрос считаю закрытым. Приказ ты выполнил. А дальше между собой мы сами разберёмся.

— Но как же приказ?

— А мне плевать на его приказ! Я ему не подчиняюсь! — ответил он со злостью и направился к бронетранспортёру, на котором они приехали. — Занял место в броневике! Что ты там стоишь? — последнее было явно адресовано в мой адрес, но я не знал, что мне делать. — Кари, поедешь с ним!

— Что стоишь? Пошли, — сказал второй колонист, что находился по-прежнему рядом со мной в трюме корабля.

— Мне приказ нужен. Я не могу без приказа, и у меня вещи в каюте остались.

— Сейчас будет тебе приказ.

Приказ действительно поступил, причём очень быстро.

— Теперь бегом за вещами. Буду ждать тебя в бронетранспортёре — приказал второй колонист.

Теперь, согласно приказу искина, я переходил в его подчинение. Хотя всё происходящее стало для меня полнейшей неожиданностью и немного не вписывалось в мои планы, но это также нарушало планы моих «доброжелателей». Из-за чего, собственно, и возражал капитан. Пришлось пробежаться до капсулы, забрать рюкзак и вернуться обратно в трюм. Второго колониста уже не оказалось в трюме. Капитан был, мягко говоря, не доволен таким решением, и это хорошо читалось на его лице. Впрочем, он ничего изменить уже не мог. Мне стало даже интересно, какую гадость они мне приготовили. Меня так и подмывало спросить об этом, но я сдержался.

— Удачи, парни! — попрощался с двумя напарниками, и под пристальными взглядами сбш-ников и капитана направился к бронетранспортёру.

— И тебе удачи! — ответили они. — Она тебе понадобится.

Забравшись на водительское место бронетранспортёра, обнаружил на соседнем сидении второго колониста.

— Заводи побыстрее, начальство уже нервничает.

— Без проблем, — запустил двигатель и стал искать около себя, куда можно пристроить рюкзак.

— Мы едем последними. Прикрываем колонну сзади.

— Понял.

— Передай мне управление башенными орудиями.

— Да я бы передал, но пока не понял как.

— А у тебя что, нет баз космодесанта?

— Базы есть, но бронетранспортёр совсем новый и его нет в базе.

— Опять, значит, сэкономили и старые базы вам подсунули.

— Видимо, да, — не стал вдаваться в подробности, при каких обстоятельствах я эти базы получил.

— Поехали.

Вперёд выдвинулся бронетранспортёр, за ними двинулись грузовики, я поехал за ними. Ходячие танки немного раньше заняли позицию по бокам.

— Не отставай. Можем не успеть прикрыть бронёй.

— Ты мне лучше скажи — от кого? Нам сообщили, что местные аборигены не представляют большой угрозы.

— Это в целом так.

— А зачем тогда танки и бронетранспортёры?

— Понимаешь, местные мохнатки имеют свойство собираться группами и нападать на нас.

— Мохнатки?

— Это не то, о чём ты подумал. Это мы местных так между собой называем. А вообще у нас здесь с женщинами плохо, я бы даже сказал очень плохо.

— Так ты не ответил, почему прозвали мохнатками?

— А вам что, не показывали фотки местных аборигенов?

— Нет. Нам только сказали, что они вооружены луками и копьями.

— В целом, так и есть. Вот так они выглядят, — и мне на нейросеть пришло сразу десяток записей с ними. На видео, в большинстве своём, аборигены были уже мертвы. Внешне они сильно напоминали помесь медведя гризли и обезьяны. Верхние руки или лапы у них очень похожи на человеческие, а вот нижние конечности напоминали медвежьи, и каждая заканчивались пятью большими острыми когтями. Голова у них походила больше на медвежью. Судя по зубам, местные явно были не вегетарианцами. Всё тело, от кончиков ушей до когтей на нижних конечностях, покрывала густая черная шерсть с зеленым отливом.

— А здесь что, холодно бывает? Почему на них такая густая шерсть?

— Нет, холодно здесь не бывает. Умники говорят, что такая шерсть спасает их воды, и отлично сохраняет тепло.

— А что за зелень у них на шкуре?

— Это что-то вроде водоросли. Чем они старше, тем больше на них этих водорослей.

— А они разговаривают?

— Решил поторговаться и купить у них шкуру?

— Просто интересно стало.

— Они не говорят, как мы, но умники с ними умеют общаться.

— Умники?

— А можно нам тоже фото местных? — спросил кто-то сзади, и мы оба посмотрели туда.

В салоне бронетранспортёра разместилось более десятка бойцов, и они внимательно слушали наш разговор. К моему сожалению, ни одного из них я не знал, а Ники среди них не оказалось, чтобы прояснить, кто они и откуда. Он по-прежнему оставался на корабле.

— Нет, позже всё получите, — ответил им колонист. — Закрой перегородку, нечего им слушать наши разговоры, — добавил он после небольшой паузы, и сам нажал на кнопку на панели. Между нами и салоном бронетранспортёра стала подниматься бронепанель, чтобы отделить нас от остальных.

— Им нельзя, а мне можно? — спросил его, когда она закрылась полностью.

— Тебя ведь Блез зовут?

— Да.

— Меня Кари. Это когда мы вдвоем. А так старший лейтенант космодесанта Кариэль Лапорт.

— Редкое имя.

— Мама у меня являлась поклонницей одного сериала про аграфов, вот так и назвала.

— Понятно.

— А тебя так почему назвали?

— Не знаю, мама никогда не говорила об этом. Впрочем, мы почти не общались.

— Почему?

— Я десятый ребенок в семье, с небольшой планеты, название которой тебе точно не о чём не скажет. Давай лучше поговорим о чём-то другом, эта тема мне неприятна.

— Что проблемы в семье?

— Вроде того. Кстати, ты мне так и не ответил, почему им нельзя, а мне можно?

Глава 4

— Да всё просто, должен же ты знать, в кого стрелять, а с ними я вначале инструктаж по технике безопасности должен провести.

— Слушай, а чего твой начальник такой злой?

— Не мой, а наш.

— Вряд ли наш. Думаю, меня скоро переведут к другим.

— Боюсь, ты не знаешь Шарила. Всё, что к нему попало, он уже никому не отдаёт, а ты ему явно приглянулся и достался ему непросто так. Так что он тебя точно не отдаст.

— Это почему?

— А вот этот вопрос задай ему.

— Опасно у него что-то спрашивать, ты вон тоже молчал всё время.

— Это ты верно подметил, не стоит ему попадаться под горячую руку, но вообще он обычно спокойный.

— Тогда здесь почему злой был?

— Так его родного племянника подстрелили и пришлось его отправить с планеты. Здесь не захочешь, а взбесишься. Знаешь, как ему сейчас прилетит от сестры за то, что взял его с собой.

— А он не должен был его брать?

— Нет, конечно, он ведь не флотский. Лерой две недели подряд просился у Шарила взять его с собой. Шарил взял и вот как получилось. Влетит ему за это от сестры. Хотя повезло парню, что его рядом с кораблём подстрелили, случись это где-то в дороге — не довезли бы.

— А из какого оружия его подстрелили?

— В последние несколько месяцев стало появляться у аборигенов плазменное оружие. Откуда они его взяли, никто не знает. Раньше ничего подобного у них не было. Мы поначалу не придали этому значения, думали, они наше захватили. Да и нормально пользоваться они им не умели, но постепенно они осваивали его, сейчас сам видел, что творится. Два выстрела и оба точно в грудь. Лерою повезло, что в грудь стреляли, а не в голову. Ублюдки мохнатые!

— Они что, сами изготовили плазменное оружие?

— Нет, конечно. Кто-то им его поставил.

— А что за такой странный калибр?

— Заметил?

— Конечно.

— Мы смогли захватить у них два образца, наши умники сказали, что они не знают, что это за оружие и кто его изготовил. В базах оружия такого оружия тоже нет.

— А я подумал, у меня база по оружию устарела, а это оказывается что-то новенькое.

— Всё в порядке у тебя с базой. Кстати, за захват подобного оружия для изучения полагается премия — пятьдесят тысяч кредов.

— Вам что, двух образцов не хватило?

— Эти умники разобрали оба образца, а теперь не знают, как собрать обратно. Им для этого третий экземпляр требуется.

— А умники — это кто?

— Умники — это те, кого мы здесь охраняем.

— Внимание! Движение справа! Огонь! — раздалось из приборной панели. — Конвой, стоп!

Заговорили орудия танков, находящихся справа. Отправляя пучки плазмы в темноту.

— Что смотришь? Стреляй! — скомандовал Кари.

Развернув оба орудия бронетранспортера в том же направлении, дал две очереди. Хотя куда и в кого стрелял, не представлял от слова совсем. После чего всё стихло. Было хорошо видно, как орудия танков ищут цели, но не находят их. Вокруг нас раскинулись густые джунгли. Сверху местные деревья практически не пропускали свет, было темно. Только свет башенных прожекторов разгонял эту тьму и можно было рассмотреть, что происходит справа от нас. Плазмой мы выкосили участок джунглей метров десять от нас, и сейчас этот участок то ли дымился, то ли парил. Дальше джунгли пострадали меньше и всё так же скрывали от нас любую живность, прячущуюся там. Удивительно, как местные могут жить в таких условиях? Такая мысль проскочила у меня, когда я рассматривал окружающую обстановку. Дождь не прекращался ни на минуту со времени посадки.

— Вроде прикончили, — неуверенно сообщила приборная панель бронетранспортёра. — Продолжаем движение!

— Передай мне управление орудийными башнями, — сказал Кари.

— Держи. Я немного разобрался с управлением, пока мы ехали.

— Значит, точно освоишься.

Грузовик перед нами начал двигаться дальше, и я вновь переключился на управление бронетранспортёром.

— А местные дикари смогут пробить нашу броню? — спросил у Кари.

— Вроде нет, но здесь ни в чём нельзя быть уверенным на сто процентов. Стреляй во всё, что движется, и не думай.

— А проверять попали ли куда-нибудь не будем?

— Хочешь рискнуть выйти и проверить?

— Да я просто спросил.

— Кто знает, сколько их здесь. Может один, а может десяток прячется среди листвы.

— А тепловизор их не видит?

— Эти ублюдки холоднокровные, температура тела у них такая же, как у окружающей среды. На них срабатывают только металлодетекторы, если у них есть что-то металлическое с собой, но они срабатывают на небольшом расстоянии и у нас он всего один. Мохнатые это знают и когда устраивают засады, не берут много металла с собой.

— А как же тогда парня в танке подстрелили?

— Разведчик-одиночка, скорей всего, устроил засаду. Пришел посмотреть, что совершило посадку, а тут мы.

— Вы его не заметили?

— Да около этой площадки в земле полно оплавленного металла, вот металлодетекторы и сходят здесь с ума.

— Значит, вы его не заметили?

— Нет, затаился где-то на лиане. Два раза выстрелил и сразу ушёл в джунгли. Они сейчас так постоянно поступают. Знают, что после этого плазма в ответ прилетит.

— Знают и не боятся?

— Раньше боялись, а сейчас совсем страх потеряли.

— А откуда здесь расплавленный металл, имею ввиду, там, около космодрома?

— Это надо спрашивать у тех, кто создал ту площадку.

— В смысле «надо спрашивать»? Её что, построили не вы?

— Нет, не мы. Эту площадку создали очень давно, задолго до появления нас здесь. Первая экспедиция на планету её обнаружила, они только расчистили её от джунглей.

— Она что, железная?

— Нет, каменная.

— Каменная? А откуда тогда там металл?

— А вот это даже наши умники не знают. Говорят, что был удар с орбиты, и корабли, находящиеся в этот момент на площадке, превратились в расплавленный металл. Вроде как металл около площадки не местный.

— А площадка после этого осталась целой?

— Вот и мы не понимаем — как так.

— А они что?

— Говорят, что это слишком сложно для нас. Впрочем, они всегда так говорят, когда не могут что-то объяснить. Поверь, на этой планете хватает загадок.

— А ты давно здесь?

— Пять лет уже, если считать по общему времени.

— А как ты сюда попал?

— Да как все. Ранение, потом служба в таможне, но прослужил там недолго. Вновь призвали на флот и отправили сюда.

— А если была бы возможность отказаться лететь сюда, отказался бы?

— Даже не знаю, раньше бы точно отказался. А ты как сюда попал?

— Почти всё так же. Ранение, плен, выкупился, отправили служить в полицию, там долго не прослужил, вновь призвали и сюда.

— Куда ранение пришлось?

— В шею. Я память потерял.

— А мне руку оторвало.

— Значит, здесь все инвалиды?

— Флотские — все.

— А колонисты?

— Официально здесь нет колонии.

— А что здесь есть?

— Научная и исследовательская экспедиция.

— А нам сказали колония?

— Враньё.

— Почему так?

— Из-за законов. Будет колония, мы не сможем отстреливать этих уродов. Придётся с ними как-то договариваться.

— А вы не пробовали с ними договориться?

— Это невозможно.

— Почему?

— Потому с каждым не договоришься, они здесь все сами по себе.

— Движение слева! — прорычала приборная панель. Сразу закрутились башенные орудия бронетранспортёра и открыли огонь по невидимому противнику. В этот раз мы также постреляли немного и двинулись дальше.

— А здесь, помимо мохнатых, есть другая живность?

— Этого добра здесь хватает.

— Так может, это и не мохнатые были?

— Обычная живность, отлично слышит нас и разбегается заранее.

— А местную живность пытались исследовать?

— Конечно. Две экспедиции высаживались в джунглях.

— И как?

— А никак. Пропали бесследно. Что с ними стало — никто не знает. Может до сих пор где-то бродят по джунглям, а может стали закуской для местной живности.

— Возможно, это они вооружили мохнатых?

— Мы поначалу так и подумали, но наши умники говорят, что у них совсем другой профиль, и они не могли такое создать. Да и не видел ты этих умников — они с мохнатыми на одной волне были, всё время возмущались и кричали, что нельзя с ними так. Так что, когда они свалили в джунгли, все только обрадовались.

— А вы их искали после этого?

— Мы бы точно не стали, но поступил приказ и пришлось искать.

— Интересно здесь у вас.

— Да ничего интересного, это поначалу интересно, а потом начинается одна сплошная рутина. Поверь, здесь скука смертная. Нет никаких развлечений. Вон, по мохнатым пострелять — вот тебе и все развлечения. Здесь даже борделя нормального нет.

— Нормального?

— Да, с женщинами. Представляешь, они в бордель андроидов завезли.

— Чего так, андроиды ведь дорогие?

— Гребаная секретность! Живых девок сюда боятся завозить, а лично меня от этих железок воротит! — он достал фляжку и отхлебнул от неё. — Будешь?

— Я вроде как за рулём.

— Раз не хочешь, значит, мне больше достанется.

— Здесь что, совсем женщин нет?

— Есть, конечно, но всех давно разобрали. Не советую к ним подкатывать. Потом проблем отхватишь по самое не хочу.

— Понял.

— Так что можешь только с железкой здесь замутить, — добавил он и вновь отхлебнул из фляжки.

— А почему вас две группы, и кто те вторые? — задал ему давно интересовавший меня вопрос.

— Мы здесь все вместе, просто находимся в разных местах. Они — это основная колония, а мы небольшая группа, наша задача — охранять умников.

— А умники разве не все погибли в джунглях?

— Мы других охраняем. Там биологи были, а эти как его… В общем, я забыл, как они правильно называются.

— Чем занимаются?

— Да роют что-то, изучают землю, почвы разные, металлы.

— Понятно, геологи.

— Да, вроде того.

— Мы их и не видим практически. Хотя, очень жаль.

— Чего так?

— Да есть там парочка ассистенток, с которыми я бы с удовольствием замутил.

— Хороши?

— Одна чертовски хороша. Всё как я люблю, — он тяжело вздохнул и вновь отхлебнул из фляжки.

— А основная колония чем занимается?

— Переработкой древесины. Этой дряни здесь столько и растёт она очень быстро.

— Мы мешки какие-то грузили?

— С гранулами.

— Вроде да. Вот из местной древесины их и производят. Эта древесина какая-то особенная.

— Химическое производство у вас здесь?

— Вроде да. В этом я не разбираюсь. Этим колонисты занимаются, а наша задача — их охранять. В общем, не забивай этим себе голову.

— А колонистки там есть?

— Есть, — ответил он со вздохом. — Но нам запрещено с ними мутить.

— Это почему?

— Приказ такой. Мы их охраняем.

— А бары у вас здесь есть?

— У нас нет, а в основной колонии есть.

— С развлечениями, значит, у вас совсем плохо.

— А я тебе об этом сразу говорил.

— А тебе много ещё служить?

— Два года ещё. А тебе?

— Десять лет.

— Как всё запущено. Если тебя не прикончат здесь мохнатые, значит, прикончит скука.

Вот только вряд ли адмирал станет столько ждать, всё должно произойти гораздо раньше. Наверняка мне уже приготовили «сюрприз», не просто так эти двое уехали в числе первых, а я должен был приехать в последней партии, когда уже всё будет подготовлено. Вот только расклад неожиданно поменялся из-за одного мохнатого стрелка, одним своим выстрелом разрушившим все их планы. Впрочем, было понятно, что это только временная отсрочка.

— А местная сеть здесь есть?

— У колонистов есть, а у нас только рации.

— А глобальная?

— А тебе зачем?

— У меня там подопечная осталась. Волнуется. Нужно сообщить ей, что со мной всё в порядке.

— Симпатичная подопечная?

— Симпатичная.

— Тогда забудь о ней на ближайшие десять лет.

— Это почему?

— Потому что такой глобальной сети, как ты привык, здесь нет.

— Тогда что здесь есть?

— Есть отдел связи. Они могут от твоего имени отправить сообщение, что ты жив-здоров, вот только там тотальная цензура. Сам понимаешь, секретность.

— Что-то я не пойму, почему здесь такая секретность?

— Боятся утечек.

— Утечек чего?

— Данных, разумеется.

Ничего не понял, но Кари однозначно многое не договаривал. Какие данные? Какая секретность? Что здесь можно скрывать? С другой стороны, целая эскадра охраны и внутри СБ непонятно для чего. Колония, которая по факту совсем не колония. Нет, с этим всё понятно — не хотели оформлять документы и усложнять себе жизнь. Вот только научные экспедиции не занимаются организацией производств, и любая проверка сразу это выявит. Наверняка здесь производиться что-то ещё, не только гранулы, что находились в мешках, а местные боятся, что кто-то сообщит об этом куда положено, и именно этой утечки боятся. Кстати, а это вариант. Сообщить куда положено, и когда сюда прилетит проверка, расторгнуть контракт и свалить отсюда. Знать бы ещё, куда нужно сообщать о таких случаях. А чтобы это выяснить, нужна глобальная сеть, и здесь круг замкнулся.

— Ты даже не думай спать, — отвлёк меня Кари.

— Долго нам ещё ехать?

— Да как получится.

— Вторые сутки на ногах.

— Вколи себе тонизирующий коктейль. Знаешь, как сделать?

— Знаю и уже два вколол. Пока остальные после посадки отсыпались, мы вкалывали.

— Понимаю, но придётся потерпеть. Заменить тебя пока некому. Позже аттестуем ещё водителей.

Не стал его спрашивать, почему их раньше не аттестовали, видимо, на это были причины.

Бронетранспортёр плавно покачивался на неровностях. Какого-то подобия дороги здесь не было. Мы ломились через местные джунгли, снося всё на своём пути. Впрочем, сейчас мы ехали по уже проделанной ранее просеке. Задача у меня простая — держаться за едущим передо мной грузовиком. Вот только эта монотонность добивала и хотелось спать. Все, кто находился в пассажирском отсеке, уже давно спали. Кари тоже боролся со сном, он пару раз задремав, чуть не приложился головой о приборную панель. Сам я вёл бронетранспортёр практически на автопилоте, героически борясь со сном. Что произошло, я не сразу понял, наверно, потому что задремал. Вспышка и удар в бронетранспортер мгновенно вернули меня к реальности.

— Нападение на конвой! — прорычала панель голосом Шарила.

Глава 5

Впрочем, я это уже и без него это знал и разворачивал туда орудия бронетранспортёра. Видимо, спросонья или от неожиданности, я использовал пси на полную катушку. Прекрасно зная, где засел стрелок, я отправил туда две очереди и, похоже, попал, так как почувствовал ответную волну боли, злобы и ненависти. Трое заняли позиции перед конвоем и были недоступны для меня, ещё двоих я почувствовал слева. Эти двое вели огонь по грузовикам из плазмы.

— Блез, вперёд! Прикрой грузовики броней! — скомандовал Кари.

Выжав газ до упора, я направил бронетранспортёр вперёд. Четыре двигателя взревели, им с надрывом ответили коробки передач вместе с трансмиссиями, бодро направляя бронетранспортёр вперёд. Подминая под себя лианы и кусты, находящиеся у нас на пути, бронетранспортёр рванул вперёд.

Заговорили орудия танков, находящихся слева, но они накрыли участок рядом со стрелками, и эти двое стали мохнатых стали очень быстро удаляться. Танки справа начали передвигаться вперёд, впрочем, и трое мохнатых, засевших перед колонной, уже быстро удалялись от нас. Однако танки подошли и выкосили всю растительность в месте, где раньше находились эти трое. После чего всё стихло.

— Нам нужен медик, срочно! — сказала панель неизвестным голосом.

— Что, не дотянешь? Немного осталось, — спросила панель голосом Шарила.

— Нет, медик нужен срочно.

— Кари, что скажешь? — спросил Шарил.

— Сейчас узнаю, — он нажал кнопку открытия бронеперемычки. Когда она открылась, мы посмотрели в пассажирское отделение. Там уже никто не спал.

— Кто из вас медик? — спросил Кари.

— Я! — откликнулся один.

— Нужно срочно осмотреть раненого.

— Я готов.

— Тогда, Блез, подъезжай вплотную к кабине второго грузовика, он через твое место выберется.

— Понял. Сделаю.

Пришлось сдать назад. После чего я собирался выйти наружу, но Кари сказал, чтобы я перебрался в салон, а медик перебрался на моё место. После чего медик из бронетранспортёра перебрался в кабину грузовика.

— Что случилось? — спросил один из пассажиров. — На нас напали?

— Да, мы отбились, и они ушли.

— Не совсем так, часто они устраивают двойные засады, часть постреляет и уйдёт, а часть сидит тихо и ждёт, как только мы вылезем из-под брони, тогда они и начинают стрелять, — сказал Кари. — Хитрые гады!

Не стал говорить, что как псион я прекрасно знал, что вокруг нет никого из мохнатых. Они все ушли вглубь джунглей и собрались там в одну группу. Я даже примерно знал, где они находятся, но совсем не собирался рассказывать об этом Кари и остальным, чтобы не выдавать свои способности. Вскоре медик вернулся.

— Ну что там? — спросил его Кари.

— Один тяжелый. Скорей всего, не дотянет до капсулы. Второй средней тяжести. Кровь остановил, но нужно обоих в капсулы, — ответил медик.

— Понятно.

Кари вызвал Шарила и передал ему слова медика. Мне же он показал знаками, чтобы я возвращался на водительское место. Мы постояли ещё немного, и конвой двинулся дальше.

— Кари, можно проверить, я вроде подстрелил одного из мохнатых? — спросил у него, как только мы тронулись дальше.

— Хочешь сходить проверить?

— Нет, просто подъехать туда и посмотреть. Он вроде вон туда свалился.

— Интересно, как выглядят?

— Да.

— Вряд ли ты попал, но давай подъедем и посмотрим. Как ты его только сумел рассмотреть среди этой растительности?

— Так он в нас выстрелил. Заметил, откуда он в нас выстрелил, и туда зарядил с обеих пушек.

— Я вот ничего не сумел заметить. Впрочем, он стрелял в тебя.

— Он и попал. Повезло, что бронестекло выдержало.

— Специально такие заказали.

Я подъехал и остановился, осмотрев место, куда он свалился. Тушка обнаружилась там, где и упала.

— Ну что? Говорил я тебе — удрали.

— Да нет, лежит. Сколько ты говорил платят за его оружие?

— Целое?

— Вроде да.

— Пятьдесят тысяч. Хочешь рискнуть и выйти?

— Да запросто, но там какая-то штука лежит рядом с ним и вроде она живая.

— Так пристрели её.

Открыв водительскую дверь, засадил в неё четыре заряда из бластера. Вроде она перестала шевелиться. Тогда я спрыгнул из кабины и, сделав два шага, подошёл к ним, держа на прицеле, осторожно пнул эту штуку носком ботинка.

— И чего ты там стоишь? — спросил Кари.

Повернув голову, я увидел, что он занял моё место в бронетранспортёре и с интересом следит за моими действиями.

— Да думаю, прикончил я эту штуку или нет.

— Прикончил. Она бы тебя близко к нему подпустила. Да не стой ты столбом, забирай мохнатого и поехали.

— Его?

— Не бойся, не укусит он тебя. Тащи его сюда, в салон закинем.

— Он нам нужен?

— Послужит наглядным пособием для новеньких.

— Понял.

Мохнатому плазма попала в бок и продела в нём приличного размера дыру. Шерсть у него была густой и чёрной с зеленым отливом. На нем оказалось несколько тоненьких ремешков, их с помощью в районе пояса крепился нож, а на спине обнаружился приличного размера мачете. Оружие, из которого он стрелял, лежало в нескольких метрах дальше. Мохнатый, после того как свалился с лианы, ещё пытался ползти, но далеко уползти не смог — умер. Перед смертью он попытался спрятать оружие, но сил отбросить оружие под куст у него уже не хватило. Он отбросил оружие, но не добросил до куста.

Подобрав оружие и ухватив его за лапу, потащил его к бронетранспортёру. Он оказался не тяжёлым, в салон его закидывать не хотелось, он был в грязи, а салон — чистым, но приказ есть приказ. Открыв дверь, закинул его в салон. Не успел закрыть наружные двери, как мохнатого окружили со всех сторон. Сам же я вернулся к водительской двери и спросил у Кари:

— А эту штуку забирать?

— Нет. Забирайся обратно. Догоняем. Нас уже потеряли, — и стал освобождать моё место. — Давай, жми!

— Сейчас догоним.

— Что у вас произошло? — спросила панель голосом Шарила.

— Всё в порядке у нас, — ответил ему Кари. — Догоняем вас.

— А чем вызвана остановка?

— Ты не поверишь. Блез мохнатого подстрелил. Мы остановились и забрали тело. Мохнатый с оружием оказался. Так что ему сейчас премия от умников положена.

— Вот везунчик. Первый день на планете, а уже так повезло. Блез, с первым мохнатым тебя.

— Спасибо, — ответил ему.

Вскоре мы догнали колонну.

Глава 6

— Кари, а что за многоножка лежала рядом с мохнатым?

— Это карилия, так вроде они правильно называются. Мохнатые на них передвигаются.

— Они опасны?

— Ты жвала у них видел?

— Конечно.

— Может перекусить руку или ногу, хотя в целом не особо опасны. Один выстрел в голову, и они умирают. Они очень преданы мохнатым и до последнего будут охранять своего наездника.

— Наездника? Мохнатые что, верхом на них передвигаются?

— Да. Эти кары очень быстры, в отличие от самих мохнатых. Они быстро передвигаются по лианам. Сами мохнатые так не могут, лапы у мохнатых короткие, и без них они быстро не могут передвигаться.

Сам я прокрутил в голове запись и ничего похожего на упряжь на убитой многоножке не заметил.

— А этот мохнатый самец или самочка? — и мы с Кари оба удивленно посмотрели назад. Оказалось, это медик поинтересовался. Думал, его Кари сейчас пошлёт куда подальше, судя по выражению его лица, он собирался именно так поступить, но он весьма вежливо поинтересовался.

— Док, а ты с какой целью интересуешься?

— Просто интересно стало, — ответил медик.

— Док, тебе вообще должно быть всё равно, но раз ты спросил, отвечу. У них нет полов, как у нас. Они гермафродиты. Подробностей не знаю, не спрашивай.

После чего вновь опустил бронеперемычку.

— Кари, я не понял, а почему мне повезло?

— Думаешь, легко попасть в мохнатого? Как правило, если и попадаем в кого-то, то почти ничего от них не остаётся. Ты же удачно попал. Оружие у них обычно в таком же состоянии нам достаётся — оплавленным и ни к чему не пригодным. К тому же и у большинства мохнатых нет плазмы. У большинства луки или копья, бывают трубки с отравленными дротиками. Эти нас специально поджидали. Знали, что будем здесь возвращаться. Поэтому тебе повезло, считай, первая стычка и сразу трофей.

— А откуда у них ножи? Они что, умеют обрабатывать металл?

— Думаю, оттуда же, откуда и плазменное оружие. Этого никто не знает. Думаю, наши умники готовы много заплатить за эту тайну, но мохнатые это тщательно скрывают.

— А они что говорят?

— В нашем понимании, они не говорят. Только рычат.

Мое пси говорило мне другое, эти мохнатые умеют общаться, договорились ведь они как-то встретиться в одном месте.

Мы больше часа ползли дальше. Когда мы выползли из джунглей, Кира сразу напрягся и стал вращать орудиями бронетранспортера явно в поисках мохнатых. Впрочем, он зря волновался — никто больше на нас не захотел нападать, и через открытые ворота мы въехали на огороженную территорию. Здесь танки нас покинули. Оба грузовика и бронетранспортёры поехали дальше. После чего от нас я увидел, что головной бронетранспортёр притормозил и остановился около ангара, а оба грузовика заехали в открывшиеся ворота ангара. Не зная, что мне делать, я притормозил и только собрался спросить, что мне делать, когда Кари сказал:

— Заезжай за грузовиками.

— Понял.

Заехав за грузовиками в ангар, я обнаружил, что здесь находится что-то вроде гаража, стояло много разной техники.

— Паркуйся вон туда! — показал мне место Кари.

Свернул, куда он показал, и остановил бронетранспортёр в указанном месте. Грузовики остановились по соседству.

— Приехали, — ответил ему. Потянулся, чтобы размять затёкшие конечности и немного привести себя в тонус.

— Выпусти медика. Он рвётся к раненым.

Открыл наружную дверь салона. Медик сразу покинул бронетранспортёр. За ним следом выбрался Кари, сам также решил покинуть бронетранспортёр и размять затёкшие ноги. Большинство в салоне мирно спало и, посмотрев на них, я им искренне позавидовал. Недавно себе вколол уже третий бодрящий коктейль, но он уже почти не оказывал на меня никакого влияния. Организм требовал отдыха. Спать хотелось всё больше и больше. Сказывалась тяжелая посадка, да и гравитация на планете оказалась немного выше стандартной. Впрочем, ничего похожего на койку здесь не наблюдалось, и я решил пока осмотреться.

В первую очередь осмотрел бронетранспортёр. Как он перенёс местные джунгли. Вроде внешних повреждений сбоку не обнаружилось, тогда я решил посмотреть, как он спереди. Мне пришлось сносить им весьма толстые деревья. Внешних повреждений спереди тоже не обнаружилось. За исключением попадания плазмы. Думал, попадание пришлось в бронестекло, но оказалось, мохнатый промазал и попал немного выше. Если бы броня не выдержала, мне бы плазма прилетела точно в голову, а так броня только оплавилась в месте попадания.

Гребаный стрелок! — подумал я про себя.

— Помогите! — позвал кто-то рядом знакомым голосом.

Обернувшись, я увидел, как медик пытается вытащить кого-то из салона грузовика. Мы с Кари подошли и помогли ему вытащить разумного из кабины грузовика и уложили парня на бетонный пол. У него в левой части груди красовалось совсем небольшое отверстие от попадая плазмы и, несмотря на то, что ранение у него было залито медицинской пеной, парень не дотянул до капсулы, как и сказал медик.

— У вас есть реаниматор? — спросил медик у Кари. — Он умер всего несколько минут назад.

— Он как бы есть, — ответил Кари.

— Что значит «как бы есть»?

— Это значит, что он у умников, а тебе туда нельзя. Сейчас спрошу у Шарила. Может, разрешит, — он закрыл забрало скафандра, чтобы поговорить с ним.

Разговаривали они недолго. Кари после этого ничего не сказал, но вскоре в ангаре появился Шарил. Он посмотрел на убитого и на медика, который помогал вылезти из кабины раненому водителю машины. У водителя правое плечо, немного ниже ключицы, было запенено и в засохшей крови. Правая рука висела плетью. Он с грустью посмотрел на погибшего парня, но ничего не сказал. Вскоре в ангаре появился медицинский дроид. В него уложили погибшего, и дроид увез его куда-то. Медик вместе со вторым парнем побрели на выход самостоятельно. Мы проводили их взглядом, и когда они скрылись из вида, я решил осмотреть кабину грузовика. Кабина оказалась бронированной, но этим парням это не помогло. Плазменное оружие мохнатых без проблем пробило лобовую броню кабины.

— Что смотришь? — спросил подошедший Кари.

— Осматриваю повреждения и пытаюсь понять, почему мохнатые пропустили первый грузовик и стреляли во второй грузовик.

— У этого грузовика нет усиления брони. Усиление брони было только на первом грузовике.

— Но как они смогли это выяснить?

— Я тебе говорил, что на этой планете много загадок. С таким же успехом можно рассуждать о том, почему этот мохнатый решил в тебя стрелять. Знал ведь, что ты прикрыт бронёй.

— Действительно. Об этом я как-то не подумал.

— Вот и выбрось это из головы. Сегодня пришла очередь отправиться на перерождение Таширу, завтра придет твоя или моя очередь. Если станешь об этом думать здесь — быстро с катушек слетишь. Скажи лучше, как тебе бронетранспортёр?

— В порядке вроде. Видимых повреждений нет.

— Шарил, где ты? — услышали мы женский голос.

— А вот и Олана, да не смотри ты туда, скройся лучше за грузовиком, а то и тебе сейчас прилетит.

Выглянул, чтобы посмотреть, что за женщина это сказала, но быстро передумал и последовал совету Кари.

— Сейчас Шарилу прилетит по полной программе, — добавил он, скрываясь за кабиной.

Честно говоря, я сразу понял, кто это, но мне стало интересно посмотреть на женщину, что имеет над Шарилом власть. Ведь он был здесь главным. Хотя, возможно, я ещё не всё знал, и над Шарилом тоже есть начальство, о котором я не знаю.

— Олана, я сейчас занят, — услышали мы ответ Шарила.

— Что с ним?

— Ранен, сейчас в капсуле и под присмотром медика, так что не переживай.

— Как ты мог его взять с собой?

— Я занят, вечером поговорим.

Послышались удаляющиеся шаги.

— Шари, стой! Это правда, что мне сказали?

— Откуда я знаю, что тебе сказали?

— Что, Лерой остался на корабле?

— Правда. Выбора не было, у него тяжелое ранение.

— Значит, правда, что он покинет планету вместе с кораблём?

— Без вариантов. Ему это только пойдёт на пользу. Хватит его держать у своей юбки. Пора ему взрослеть.

— Да кто ты такой, чтобы за меня это решать⁈

— Я тебе сказал, что занят, вечером поговорим.

Послышались удаляющиеся шаги и всё стихло. Поначалу я решил, что они покинули ангар, но как быстро выяснилось — я ошибся.

— Кариэль, ты где? — услышал я вновь уже знакомый женский голос и посмотрел на Кари. Судя по его кислой физиономии, общения с этой женщиной сейчас он точно хотел бы избежать.

— Кариэль! Я ведь знаю, что ты здесь! Выходи! — послышалось вновь.

— Вот непруха, — прошептал он совсем негромко. — Узнаю, кто ей стучит…

Судя по выражению его лица, этому разумному точно мало покажется.

— Вот ты где спрятался!

Олана появилась около кабины совершенно неожиданно.

— Привет, Олана, — ответил ей Кари, сделав вид, что осматривает кабину.

— Ты почему не отзываешься? Я тебя уже устала вызывать?

— Не видел. Вот только сейчас заметил твои вызовы.

— А что ты здесь делаешь?

— Повреждения грузовика вместе с Блезом осматриваем.

— И как?

— Что скажешь, Блез? — спросил меня Кари.

— Думаю, надо наращивать бронирование кабины, — ответил ему, с трудом сохраняя серьезное выражение на лице.

— Вот и я так же думаю. Олана, а ты что думаешь?

— Ты мне зубы не заговаривай. Кто тебе разрешил Лероя посадить в танк?

— Олана, ты ведь знаешь, что я здесь ничего не решаю, вопрос не по адресу.

— С ним я позже разберусь.

— Да я ничего не знаю. Извини, меня Шарил вызывает, — и он сдал назад, скрывшись за кабиной грузовика, быстро направился на выход из ангара следом за Шарилом.

— Ты куда? А ну, стой! — она быстро начала преследование с другой стороны грузовика, но не успела его перехватить.

— Я сейчас вернусь, у него что-то срочное, — Кари ещё ускорился и вскоре скрылся за дверями ангара.

Вот сука! Быстро понял, что Кари меня подставил, оставив один на один с этой дамочкой. Бросив взгляд на открытую кабину грузовика, сразу понял, это варианта доступа к управлению грузовика у меня нет. Отступать можно только к бронетраспортёру, но как раз недалеко от него находилась эта дамочка. Есть два варианта для отступления: вверх или вниз. Внизу всё в грязи и лезть туда совсем не хотелось. Наверху не лучше.

— Блез? — услышал я уже знакомый женский голос.

— Да ну на хрен, я что, рыжий? И почему должен отдуваться за этих двоих? — и быстро переместился на другую сторону грузовика, чтобы последовать следом за Кари с Шарилом.

Вот только она как-то почувствовала или заметила мой манёвр и стала перемещаться, чтобы меня перехватить. Пришлось развернуться и начать движение в обратную сторону, а она начала преследование. При этом я заметил, что из соседнего грузовика никто не выходит, а двое разумных из кабины с большим интересом наблюдают за моими манёврами и передвижениями. Думаю, мы бы так долго двигались вокруг грузовика, но здесь я заметил открытый бронетранспортёр. За исключением медика все оставшиеся пассажиры мирно дремали в салоне, совсем не подозревая об угрозе, исходящей снаружи. В кабину бронетранспортёра я не забрался, а буквально влетел, закрыв за собой дверь и дверь в пассажирское отделение. Пускай меня ищет вокруг грузовика!

— Ты чего? — спросил кто-то сзади.

— Тише ты! — шикнул на него.

— Что случилось?

— Сиди тихо, — но, видимо, она что-то заметила.

Подошла к бронетранспортёру и рукояткой бластера постучала в дверь. После чего ласково сказала:

— Блез, выходи, я ведь знаю, что ты там.

— Так оружие в ход пошло. Что за хрень здесь творится?

— Блез, ты чего? Бабу испугался? — услышал сзади ехидно.

— Заткнись или сейчас запущу её к вам! — огрызнулся, не прекращая наблюдать через камеру за дамочкой.

Сзади проснулись ещё несколько разумных. Для них моя угроза показалась весьма убедительной, и они быстро заткнули того, что со мной общался. Хотя он попытался возражать.

— Да вы знаете, кто он? — но ему это не помогло, и он заткнулся.

Все стали слушать эту дамочку, обещающую мне множество различных бед, которые обрушаться на меня, если я немедленно не выйду из бронетранспортёра.

— Блез, держись! Не вздумай выходить — уроет! — сказала с ехидцей панель бронетранспортёр. Понял, что это двое из второго грузовика, которые с интересом из кабины наблюдали, как она меня пыталась достать из бронетранспортёра. Вот только она думала, что я спрятался в пассажирском отделении, и ломилась она именно туда.

— Блез, всё, вот теперь я точно разозлилась! — сообщила она нам. — Выходи или я за себя не отвечаю!

Выходить я и раньше не собирался, а теперь тем более.

— Так, это что такое? Блез, а почему тебя нет у меня в списках? Что за фигня? — она озадачилась и даже прекратила колотить рукояткой в пассажирскую дверь.

— Блез, а она кто? — тихо спросил кто-то из салона.

— Без понятия и выяснять не хочу, но от неё сбежали как Шарил, так и Кариэль. Так что держим осаду.

— Жрать охота, — сказал один из дальнего угла, и на него все посмотрели осуждающе.

— Блез, чего молчишь? Почему тебя нет в моих списках? — и она вновь постучала рукояткой по двери.

— Знать бы ещё, что у неё за списки.

Выручила нас открывшаяся дверь в ангар. В ангар зашёл непонятного вида разумный, одетый в грязный серый комбинезон и бодро так похромал к бронетранспортёру. Честно говоря, я поначалу решил, что это местный уборщик.

— Так, а ты что здесь делаешь? — спросила его дамочка, заметив его, после чего я понял, что ошибся с первоначальной оценкой.

Обнаружив дамочку, зашедший в ангар резко развернулся и собрался быстро покинуть ангар, но не тут-то было.

— Стоять! Ты это куда собрался?

Впрочем, зашедший сделал вид, что оглох, и попытался убраться, но хромота не позволила быстро это сделать.

— Ещё шаг сделаешь в сторону выхода — пристрелю! — предупредила дамочка, направив бластер на этого бедолагу. Пришлось ему замереть на месте и поднять руки.

— И что ты здесь делаешь? — спросила дамочка, подойдя к нему.

— Я ангаром ошибся, — со страхом в голосе ответил он ей.

— А по-моему, ты мне врешь!

— Меня отправили забрать образец оружия.

— Какого оружия?

— Оружия мохнатых. Сказали, что один из новеньких добыл ещё один неповрежденный экземпляр.

— Так, а почему я ничего об этом не знаю?

— Не знаю.

— И как его зовут?

— Блез.

— Блез, говоришь? — она посмотрела в сторону бронетранспортёра и убрала бластер в кобуру. — У меня для тебя хорошая новость.

— Хорошая? — переспросил он с явным сомнением.

— Хорошая, точно хорошая. Ты не ошибся ангаром. Но есть и плохая. Я не просто так запретила появляться здесь!

— Так я только на секунду, забрать образец.

— Пошли, заберёшь. Знаешь у кого?

— Знаю, Блез его зовут, — она то ли тяжело вздохнула, то ли прорычала, и я понял, что влип.

— Он вон в том бронетранспортёре. Подойдешь к бронетранспортёру, постучишь и скажешь, что за оружием пришёл, — после чего только ухмыльнулся, ведь я прекрасно всё видел и слышал.

Они подошли к двери пассажирского отделения, и этот умник постучал в дверь.

— Мне нужен Блез, я за оружием мохнатых, — сказал он громко.

Дамочка же затаилась около моей двери. По-моему, пришло время решить эту проблему, и я открыл дверь пассажирского отсека. Эта дамочка, отодвинув умника, сразу рванула в салон. Вот только там, как раз у двери, лежал мохнатый. Увидев его, они как по команде отпрянули назад. Сам же спрыгнув из кабины, оказался у неё за спиной, попутно обдумывая, что мне с ней делать.

— Это что? — спросила она.

— Ты что, мохнатых не видела раньше?

— Чего? — она повернулась и, обнаружив меня за спиной, сразу потянулась за оружием, вот только оружия на месте не оказалось.

— Что-то потеряла? — одним движением достал обойму из её бластера. — Не твоё? — и протянул ей бластер, второй рукой убирая батарею в карман.

— Думаешь, я с тобой без него не справлюсь? — и забрала бластер у меня.

— Ни единого шанса.

— Да кто ты такой?

— А ты не знаешь?

— Где-то я тебя видела.

— Он Зверский Красавчик! — донеслось из бронетранспортёра.

— Что-то я о тебе слышала…

Глава 7

— Он чемпион второго флота по боям! — вновь донесло из бронетранспортёра.

— Да не чемпион он. Его дисквалифицировали! — донеслось оттуда, но уже другим голосом.

— Он честно победил!

— Заткнулись все там! — скомандовала дамочка. — Говорить будете, только когда я разрешу! — после чего вновь повернулась ко мне. — Как ты тогда здесь оказался? И почему тебя нет в моих списках?

— Думаю, этот вопрос нужно задавать не мне.

— А кому?

— Вашему брату. Это был его приказ.

— Так, а почему я об этом ничего не знаю?

— Этот вопрос тоже не по адресу.

— Не уходи никуда, я сейчас вернусь, — и она направилась на выход из ангара.

— Вы, молодой человек, ей понравились, с ней давно никто так не разговаривал, — сказал умник, который находился рядом и внимательно слушал наш разговор.

— Что-то я не понял, кто она такая?

— Как кто? Она — наш начальник.

— А я думал, Шарил здесь главный.

— Шарил возглавляет безопасность, а руководит всем здесь она.

— Вот оно как.

— Показывай, что за трофей ты добыл, пока она не вернулась.

— Так вон мохнатый лежит.

— Я про его оружие.

Пришлось забраться в кабину, чтобы достать оружие.

— Ты смотри, практически как новое.

— Что значит «как новое»?

— Анализ металла показывает, что оружию несколько тысяч лет.

— Сколько?

— Что, не похоже?

— Да за столько лет и в местном климате оно уже давно должно сгнить.

— Тем не менее, это так.

— Вы, наверно, что-то перепутали.

— Ничего мы не путали. Давай чип. Получишь премию, везунчик.

Протянул ему чип и сразу получил перевод кредов. Хотя он внимательно рассматривал оружие и ничего не делал. Это меня немного удивило. Хотя я и слышал о чипах, вшиваемых под кожу. После чего он подошёл и осмотрел мохнатого.

— Он тебе не нужен?

— Он нет, а оружие заберу.

— Ещё один коллекционер, — проворчал он, после чем-то невидимым перерезал ремешки на мохнатом и потащил его за лапу на выход из ангара. — Ой, чуть не забыл! Где-то среди вас должны быть два младших научных сотрудника?

— Боюсь, ты снова что-то перепутал. Здесь все космодесантники теперь.

— Не все, — ответили из салона бронетранспортёра, и оттуда выбрались двое.

— Я старший научный сотрудник Валой, — представился этот в сером комбинезоне. — Вы двое, берёте мохнатого и следуйте за мной.

Эти двое безропотно выполнили приказ, после чего я понял, что у умников здесь процветает некое подобие дедовщины. Хотел спросить, зачем им понадобилось наглядное пособие в виде мохнатого, но быстро передумал. От Кары никаких указаний на этот счёт не поступало. К тому же он поступил некрасиво, бросив меня здесь под амбразуру. Если этот мохнатый нужен ему, пускай сам возвращает его от умников. Хотя, судя по пси этого в сером комбинезоне, просто так он мохнатого точно не вернёт.

— И чего вы здесь торчите? — спросил кто-то сзади. Обернувшись, обнаружил двоих из кабины второго грузовика.

— А что нам делать?

— Решили дождаться, когда она вернётся?

— Да мы бы свалили, но не знаем куда…

— Идите за нами.

Захватив рюкзак и холодное оружие мохнатого, пошел за ними, а за мной пошли все, кто находился в бронетранспортёре. Мы вышли из ангара через другой выход и направились в сторону внешней ограды.

— Блез, ты ведь техник? — спросил один из двоих, что находились в кабине второго грузовика.

— Да я теперь и сам не знаю, кто я по специальности, — честно ответил ему.

— На флоте кем служил?

— Техником.

— Это хорошо, а то, что можешь управлять бронетранспортёром и транспортными дроидами, тебе будет плюсом. Таких универсалов здесь мало и их берегут.

— Меня вообще не должно здесь быть.

— Я видел, тебя Шарил забрал. Поверь, здесь служба лучше, чем там, в основной колонии.

— Чем лучше?

— У нас здесь вылазок немного. Сидим тихо. Никого не трогаем. Хотя мохнатые постоянно к нам лезут.

— А у других?

— Они заготовками леса занимаются, а мохнатым это очень не нравится. Вон, видишь здание?

— Вижу.

— Там будешь служить. Иди туда. Варгал там старший.

— А остальные? — поинтересовался кто-то сзади.

— Сегодня переночуете вон в той казарме, а завтра вас распределят разным по участкам.

— Почему завтра?

— Потому что сегодня все устали и не до вас.

Остальные продолжили расспрашивать этих двоих. Я же отделился от всех и направился к указанному зданию. Шёл и думал — чего не хватает? Вскоре понял — дождя. Он оказался не бесконечным. Хотя небо по-прежнему хмурилось темно-серым цветом, даже несмотря на то, что сейчас на планете — середина дня, местного светила не было видно из-за туч.

Уже подошёл к зданию, когда небо прояснилось. С планеты начал взлет большой десантный корабль, доставивший нас на планету. Рокот его работающих на пределе двигателей разносился далеко по округе. Вместе с кораблём улетали мои ближайшие планы. Впрочем, я отдавал себе отчёт, что эти планы сложно реализуемы. Остановился и проводил корабль взглядом, пока тот не скрылся за пеленой облачности. Зря капитан наговаривал на пилота корабля — она была первоклассным пилотом и уверенно поднимала многотонный корабль на орбиту планеты, несмотря на небольшие повреждения корабля. При этом бунтовало моё пси. С чем это связано — я не понимал, валился с ног от усталости. Единственным желанием было дойти до койки и завалиться спать. Вот только на вызовы никто не отзывался. Минут десять непрерывно вызывал, но никто так и не ответил.

— Да померли они там все, что ли?

Уже собрался возвращаться обратно, но решил толкнуть дверь, и она открылась.

— А табличку сложно повесить, что не заперто? — спросил у местных и зашёл внутрь, собираясь высказать всё, что я думаю о местных техниках.

Вот только внутри никого не оказалось и высказать свою претензию было некому. Большое помещение оказалось практически пустым. Только у одной из стен стоял полуразобранный ходячий танк. Никого из разумных в помещении не оказалось.

— И где все? — спросил в пустоту.

Впрочем, почти сразу заметил в дальней стене дверь и направился туда. Она оказалась закрытой. Впрочем, местный искин запросил у меня сертификат техника и, получив его, сразу открыл дверь. За дверью оказалась техническая мастерская, весьма большая. Вот только никого из техников и здесь нет.

— Что за бардак здесь творится? Где все? — спросил сам у себя.

На мои запросы о местонахождении местных искин включал тупого и отвечал, что вопрос им не понять. В следующее помещение вела ещё одна дверь. За дверью оказалось ещё одно небольшое помещение, служившее местным кухней. В ней также никого не обнаружилось. Сбоку обнаружил ещё дверь. Думал, там запасной выход, но оказалась небольшая спальня.

— Пускай ходят, где хотят, а я нашел, что искал, — закинув рюкзак на верхнюю койку и сняв скафандр, завалился спать на нижнюю, предварительно отключив нейросеть.

— Хватит дрыхнуть! — услышал я и открыл глаза.

На соседней койке сидел разумный и с интересом рассматривал меня. Совсем невысокого роста, коренаст и широк в плечах. Густые черные брови. Скорей всего, выходец с планеты с повышенной гравитацией — решил для себя.

— Ну и здоров ты спать, — продолжил он. — Я тебя будил, а тебе хоть бы что, только повернулся на другой бок и продолжил спать.

— Двое суток без сна по общему времени, плюс посадка выдалась тяжелой.

— Понимаю. Ваши тоже все дрыхнут. Давай знакомиться, что ли. Я Варгал, старший техник здесь.

— А я Блез. Сам не знаю, кто я здесь.

— Слышал про тебя. Говорят, что ты самый главный везунчик на втором флоте.

— Правда так говорят?

— Именно так и говорят. Болтают, что ты три раза с мзимами встречался и жив остался, мало того, награду за это отхватил, назло твоим недоброжелателям.

— Да неправда это, нет у меня никаких недоброжелателей.

— Не было бы, сюда бы не отправили. Впрочем, не хочешь — не рассказывай. А везунчик ты точно, тобой даже главный умник поинтересовался.

— А ему-то что от меня нужно?

— Ну, в такие подробности меня не посвятили.

— И когда только успели.

— Когда успели? Ты уже вторые сутки спишь. Начальство тебя потеряло.

— Эта дамочка? — и я поморщился, понимая, что встречи с ней мне никак не избежать.

— Вижу, ты уже успел познакомиться с нашей начальницей.

— Знакомством это можно назвать с большой натяжкой.

— Ничего не пообещала тебе отстрелить?

— Нет вроде, да и у неё не получилось бы.

— Тогда считай, тебе повезло.

— Это вообще-то её, — и я достал из кармана батарею.

— Ты её разоружил?

— Ага.

— Здесь ты точно погорячился. Она тебе это однозначно не забудет.

— А говорил везунчик.

— Она в целом отходчивая, но под горячую руку не советую ей попадаться.

— Это я уже понял.

— Ладно, заболтались мы с тобой, мне работать пора, а ты двигай к начальству. Оно жаждет тебя лицезреть.

— К ней?

— Нет, Шарил тебя хочет видеть.

— А где мне его искать?

— Вот схема расположения зданий, а вообще посмотри на нейросети. Тебе должен был искин уже всё скинуть.

— Не приходило ничего.

— Значит, позже придёт.

— Скажи, я вчера не очень разобрался, Шарил здесь что, вроде СБ?

— Он флотское СБ и есть.

— Вот значит как.

— Они оба с сестрой в СБ служат.

— В смысле «служат»? И за что их тогда сюда отправили?

— А вот это тайна, покрытая мраком. Иди уже, Шарил не любит ждать.

Полученная схема привела меня к невысокому двухэтажному зданию. Нужный мне кабинет находился на втором этаже. Шарил оказался на месте, но как только я зашел, за мной следом в кабинет зашла его сестра и заблокировала за собой дверь. Мне это сразу не понравилось.

— Садись, поговорить надо, — сказал Шарил и показал на стул у его стола. Сестра заняла место рядом с ним.

— Официально заявляю, это я брал временно, не пытался забрать себе, — и положил батарею ему на стол. Шарил непонимающе посмотрел на батарею. Зато его сестра протянула руку и сразу забрала батарею себе.

— Это что, твоя? — спросил он сестру.

— Да. Не отвлекайся, — ответила она.

— Блез, у нас возник ряд вопросов к тебе, мне хотелось бы получить правдивые ответы на них.

— Шарил, тебя ведь предупреждал капитан на мой счёт, зря ты меня взял.

— Что сделано, то сделано. Расскажи, что за история между тобой и начальницей финансового управления флотом?

— Нет там никакой истории.

— Боюсь, она там есть. Мы только что получили от СБ флота обвинение.

— Обвинение? Это какой-то бред.

— Да нет никакого бреда. Тебя видели около её каюты в день её убийства, и хотя ты стер все данные с искина каюты, специалисты СБ сумели восстановить все удаленные записи.

— Вы меня арестуете?

— Такой приказ поступил, но я хочу услышать, что ты скажешь в своё оправдание.

— Скажу одно — я этого не делал. Все обвинения вымышленные.

— А ты с ней знаком? Как ты попал к ней в каюту?

— Знакомством я бы это не назвал. Вот запись нашего знакомства. Как видите, я никого не трогал, и она оставалась жива после моего ухода.

— Вот только это произошло не в день её убийства.

— Совершенно верно. Вам знаком этот разумный?

— Конечно. Это начальник СБ второго флота.

— Бывший начальник.

— В каком смысле «бывший»?

— В самом прямом.

— Он отстранён?

— Был отстранён на момент нашего отлёта. Сейчас не знаю.

— И почему ты спросил о нём?

— Вот запись с ним. Во время убийства я находился в камере СБ, но, видимо, в СБ всё плохо с памятью.

— Опять нестыковка. Убийство произошло раньше.

— Боюсь, это у вас нестыковка. Вот запись за всё время моего нахождения в СБ. Не мог я оттуда выйти и прикончить эту дамочку. Никак не мог. Я молчу о живой охране на уровне, где она проживала, и специальных разрешениях от флотского искина, для того чтобы попасть на этот уровень.

Они оба долго просматривали запись, что я скинул на нейросеть Шарилу, а я обдумывал сложившуюся ситуацию. Понятно, что все обвинения в убийстве этой дамочки — полная липа, и в то же время стали примерно понятны планы насчёт меня. Меня должны были арестовать, как только я приеду в колонию. Дальше местная камера, где будут находиться уже знакомые мне личности, успевшие устроить драку по дороге к колонии.

Похоже, именно об этой драке говорили колонисты, когда второй раз приезжали на погрузку. Тогда меня это не заинтересовало. Подумаешь, очередная драка, на корабле разные мелкие стычки практически каждый день происходили. Вряд ли сбш-ники сумели что-то поменять в своих планах, но они не могли предусмотреть, что меня заберёт Шарил. Это был форс-мажор для них. Скорей всего, они решили ничего не менять, просто заставить Шарила вернуть меня, а дальше — местная камера, где со мной в камере должна оказаться парочка уже знакомых мне личностей, что раньше сидели со мной в камере СБ.

Эти двое однозначно прилетели не просто так со мной, и вырубающая штука наверняка при них. Собственно, эти двое уже сидят в камере в ожидании меня. Долго же им придётся ждать. Из-за одного меня вряд ли кто-то погонит бронетранспортёр туда, меня посадят под замок здесь.

Посмотрел на Шарила, просматривающего запись. Вряд ли он вместе с сестрой в курсе происходящего, но они из СБ, а это одна контора. Может, попробовать расположить этих двоих к себе? Вот только им плевать на меня, не станут они меня поддерживать. Получат приказ и отправят. Впрочем, время у меня есть, и это хорошие новости, но есть и плохие новости. Вряд ли отсюда куда-то отправляют преступников. Нужно будет прояснить данный вопрос. Сделал себе отметку на нейросети.

— Что скажешь? — спросил Шарил сестру, когда закончил просматривать запись с моей нейросети.

— Одна из записей однозначно подделка, — ответила сестра.

— Не моя.

— А за что отстранили начальника СБ?

— Не по адресу вопрос.

— Ну, мысли у тебя есть на этот счёт? — спросила сестра.

— Мысли есть, но вы оба из СБ, и я не вижу ни одной причины делиться этими мыслями с вами, но я вам скажу другое. Забрав меня, вы вляпались по самые уши.

— Это почему? — спросил Шарил.

— Потому что я уже должен быть мертв, и вы не должны были меня допрашивать. А это значит, что то, что знаю я, знаете и вы. Так что я вас поздравляю с этим. Для начала я вам покажу вот эту запись, — и отправил им на нейросети запись, где капитан арестовывает меня и требует от меня, чтобы я переспал с этой дамочкой, но я отказываюсь, и тогда он меня отправляет в камеру. — Вы не находите странным его требования?

— Допустим, но откуда я могу знать, что это не подделка? — ответил Шарил.

— Понимаю, не убедил. Тогда держите бомбу. Это записи с моей нейросети по моему участию в операции по якобы уничтожению мзимов. Меня за неё даже наградили. Хотите награду покажу?

— Не нужно, это есть в деле, — ответил Шарил, просматривая запись.

Разумеется, всю запись я ему не показал, пришлось подрезать и убрать всё записанное с помощью камер наблюдения сбш-ной платформы. Это бы сразу указало им на мои хакерские возможности.

Пока у меня имелось время подумать, решил, что стоит слить им большую часть имеющейся у меня информации. Кто эти двое, я не знал и чьи интересы здесь представляют тоже, но решил именно им слить информацию. Мне надоело таскать эту информацию в себе. Возможно, у меня получится заполучить в их лице временных союзников. Так или иначе, я ничего не терял сразу по нескольким причинам.

Во-первых, этих двоих отправило сюда бывшее руководство флота. Возможно, не добровольно, но так или иначе смена руководства флотом им не выгодна. Вероятно, придётся вновь договариваться по условиям с новым руководством флота. Во-вторых, кланы бывшего и нынешнего адмиралов находятся однозначно в контрах. Если они из клана бывшего адмирала, эта запись попадёт их клану, став весьма весомым доказательством в их руках, а я — нужным свидетелем.

Ключевой вопрос: из какого клана эти двое, что находятся на другой стороне стола? Впрочем, был вариант, что они из какого-то третьего клана. Этот вариант меня вполне устраивал. Эти однозначно захотят продать информацию одному или другому клану, тому, кто больше заплатит. Торговля — дело не быстрое, и мне такой вариант вполне подходил. Вариант, что они не из клана, я посчитал маловероятным, но действовать в этом варианте они будут всё равно по третьему варианту.

— Про какой лифт ты сказал адмиралу? — спросил Шарил.

— Вот об этом, — и отправил ему запись моего ремонта лифта. — Это он организовал диверсию.

— Значит, ты умеешь общаться с мзимами? — спросила его сестра.

— Это зависит от желания мзимов общаться, а не от меня. Вот записи двух моих первых встреч с ними. Обе записи должны быть в моём деле в СБ.

Они продолжили изучать записи, что я им предоставил. К сожалению, по их лицам сложно понять, какие чувства они при этом испытывают. Лица сохраняли невозмутимость, но пси говорило об обратном — внутри обоих бурлили эмоции.

— Вот теперь вы знаете то же, что и я. Что вы со всем этим будете делать — вам решать.

— А эти двое из контрразведки, как я понимаю? — спросил Шарил.

— Да, но думаю, их уже нет в живых. Так что будете делать?

Глава 8

— Спускайся на первый этаж к медику. Он сделает тебе прививку от местных болезней, а мы пока с сестрой обсудим.

— Как скажешь.

Уже в коридоре услышал:

— Шарил, я же вижу, о чём ты думаешь, даже не думай! Там Лерой, ты сам его туда отправил, — сказала Олана.

Что ответил Шарил я не услышал, дверь в кабинет закрылась. Странно, что не арестовали, впрочем, ещё не вечер, и отправил вирус искину здания. Кабинет медика обнаружился на первом этаже, как и сказал Шарил. Уже знакомый медик колдовал над одной из капсул, установленных в помещении.

— Привет, меня Шарил прислал, — сказал ему.

— Знаю, раздевайся по пояс и садись на стул, вон туда.

Он оставил в покое камеру и стал что-то делать около шкафа с лекарствами. Разделся, как он сказал и, устроившись на стуле, стал думать о том, какие расклады меня могут ожидать. Их было много. Медик тем временем подошёл и сделал мне укол в руку. Задумавшись, я даже не обратил на это внимания, только когда у меня всё поплыло перед глазами, понял — что-то не то, но было поздно.

Открыл глаза — надо мной крышка капсулы и потолок. Последнее, что я помнил, как медик сделал мне укол, и всё поплыло перед глазами. Как я оказался в капсуле?

— Как себя чувствуешь? — спросил подошедший к капсуле медик, и я понял, что нахожусь всё там же, только теперь в лечебной капсуле.

— Нормально, почему я в капсуле?

— У тебя была очень странная реакция на прививку, пришлось тебя уложить в капсулу, — сразу понял, что он мне врёт.

— И что со мной?

— Сейчас ничего, но твой организм очень тяжело перенёс некоторые местные штаммы вирусов. Не переживай, такое бывает, когда ослаблен иммунитет. Мне сказали, что тебя лечили на корабле?

Здесь я вспомнил разговор с Ники на корабле о неизвестном, которого видели в медсекции корабля. Там был медик и этот медик. Там сбш-ник. Этот что, тоже сбш-ник? Что он мог делать в медсекции корабля? С другой стороны, два медика найдут, о чём поговорить.

— Меня лечили?

— А что, разве нет?

— Нет. А почему ты так решил?

— Мне так сказали ребята, что с нами прилетели.

— Я базы учил.

— А мне сказали, что ты болел. Вроде с кожей что-то было.

После этого я понял, что он не прошёл мою проверку. О том, что у меня после СБ возникли проблемы со здоровьем, знали здесь только двое: Ники и медик корабля. От Ники он не мог ничего узнать, вряд ли они знакомы. Оставался медик корабля, а это значило, что и этот медик связан с работой в СБ. Вряд ли медик корабля стал с ним откровенничать без знания того, что он работает в СБ.

— Вот ты о чём. Так это вроде не болезнь была.

— А как ты это определил? Ты что, медик?

— Медик так сказал, что меня лечил.

— Боюсь, он ошибся. Эта болезнь ослабила твой иммунитет. В результате произошла нестандартная реакция на введенную тебе вакцину.

— А как называется эта болезнь?

— Боюсь, её название тебе ничего не скажет, ты ведь не медик.

Хотел его ещё попытать насчёт названия, но он мог просто назвать первое пришедшее в голову название. Проверить я всё равно ничего не мог. Глобальной сети здесь не было. Или была? Как Шарил мог узнать о моем розыске? Это значило, что глобальная сеть здесь есть. Вот только она не для всех. В этот момент дверь в медсекцию распахнулась, и внутри появился Кара.

— Как он, док?

— Да что с ним будет? Подлечил немного и вернул в строй.

Здесь я обратил внимание на время на нейросети, а потом на дату.

— Не понял, прошло три дня?

— Да. Ты три дня после ранения здесь прохлаждаешься, а работа не ждёт. Давай быстренько собирайся и пойдём.

— Ранения?

— Эти мохнатые постоянно стреляют по нам, а ты даже не заметил, как тебя подстрелили. Хорошо док это заметил и тебя доставил к себе.

— Э-э-э…

— Одевайся, все подробности расскажу по дороге.

Пришлось натянуть на себя одежду и вместе с Карой выйти на улицу.

— Кара, что происходит? — спросил его там.

— Там много камер. Поэтому поговорим здесь. Значит, слушай и запоминай. Три дня назад ты шел к нашему гаражу, но тебя в спину подстрелил мохнатый. Бывает, они так делают.

— Они могут проникнуть на охраняемую территорию?

— Не могут, но бывает так, что они незаметно приближаются к охранному периметру и долго сидят в засаде в ожидании жертвы. У нас так предыдущего медика убили. Пошёл до склада, возле склада её и нашли с дыркой в голове и картриджами в руках. Мохнатый сумел совсем близко незаметно подобраться.

— И что потом?

— Ничего. Мохнатого после выстрела обнаружили и уничтожили системы охраны периметра, но доку это уже никак не могло помочь. Жаль, красивая была. К ней здесь многие подкатывали.

— К чему ты мне это рассказываешь?

— У тебя вроде проблемы?

— У меня?

— Ну, не у меня же. Так вот, такой мохнатый три дня назад подобрался к периметру и подстрелил тебя. Это заметил док и затащил к себе, где подлечил. Это официальная версия для всех, кто будет тебя об этом спрашивать.

— Понял.

— Мстил он тебе за убитую раньше тобой подружку.

— Понял.

— Официально ты тяжело ранен и находишься в капсуле на лечении.

— Понял.

— Тебя что, заклинило, и ты другие слова забыл? Какой у тебя пароль от твоего банковского счёта?

— Помню я другие слова. Просто не ожидал. А мой банковский счёт заблокирован, так что мне пароль без надобности.

— Чего так со счётом?

— Так получилось.

— С этим вопросом тебе надо к Олане, но к ней пока не стоит ходить. Она всё ещё злая. Впрочем, тебе креды здесь не нужны. Их здесь просто не на что потратить. Это если только в колонию поедешь, там есть и бары, и магазины, и бордели. Там есть, на что их потратить.

— Кара, объясни мне, что за ерунда с моим ранением?

— Так будет лучше для всех. Всем, кто спросит — тебя подстрелил мохнатый. Впрочем, не должны спросить. Все и так это знают. Возвращайся к себе, там тебе Варгал заждался, а мне нужно еще периметр проверить.

Он свернул на боковую дорожку и, насвистывая непонятную мелодию, направился по своим делам. Хотел на прощание высказать ему всё, что я думаю о нём и его подставах, но промолчал и пошёл дальше.

Итак, что мы имеем? Эта парочка всё-таки решила сыграть в свою игру. Даже несмотря на то, что сын у дамочки может оказаться в заложниках. Вот только адмирал вряд ли о нём знает. У парня нет флотского контракта. Значит, его вылечат на корабле и высадят на ближайшей станции. Счёт за лечение флот пришлёт матери. После чего адмиралу и его клану будет сложно найти парня, если эти двое его спрячут. Пока же эта парочка просто решила потянуть время и спрятать меня в капсулу. Нужно постараться понять, что они задумали. Если всё удачно сложится, эти двое организуют мне путевку отсюда.

Добравшись до мастерской, обнаружил недалеко от входа Варгала и ещё один полуразобранный танк, которым он в данный момент занимался.

— Здорово, ты совсем не запираешь мастерскую? — спросил у него.

— А что здесь можно красть? Запчасти к танку никто здесь не купит.

— Ещё один танк сломался?

— Да это обычное дело. Нам же сюда весь хлам отправляют. Как тебя подлечили? Что-то быстро тебя.

— Сказали, нечего отдыхать в капсуле, работы навалом.

— Работы действительно много, но я думал, ты ещё долго проваляешься.

Посмотрел на него, пытаясь понять: знает он правду или притворяется. Решил отталкиваться от того, что он ничего не знает.

— Так что от меня требуется?

— А ты сможешь работать?

— Не знаю, но постараюсь.

— Тогда идёшь в гараж и отмываешь там новый бронетранспортёр. После чего пригоняешь его сюда.

— Да и идёшь, не как в прошлый раз, смотри по сторонам и не расслабляйся. Погорячился я тогда с твоей удачей.

— Понял, — вышел из ангара и остановился.

После чего посмотрел в сторону охранного периметра. Нельзя было сказать, что охранный периметр находился далеко, но, чтобы попасть оттуда в меня, нужно быть первоклассным стрелком. Непонятно, где здесь находится медицинский склад, но вероятность того, что медика убил один из мохнатых — крайне невысокой.

Бронетранспортёр обнаружился там же, где я его оставил. В ангаре сейчас никого не было из разумных, но здесь явно побывали — соседний грузовик уже разгрузили. Он также стоял рядом, но теперь с открытым кузовом. Пришлось самому искать здесь мойку. Впрочем, мойка быстро обнаружилась и оказалась автоматической. Загнал туда бронетранспортёр и только запустил мойку, как в ангаре появилось больше десятка разумных. Не обращая на меня внимания, они направились ко второму грузовику. Среди них я узнал двоих младших умников, что приехали сюда со мной, и старшего умника, который купил у меня оружие. Двое из них подогнали две антигравитационные платформы к грузовику, и всей толпой стали разгружать второй грузовик. Потеряв к ним интерес, вернулся к своему занятию, но скоро сзади меня окликнули:

— Привет, Блез.

— Привет, не знаю, как тебя зовут, — сзади стоял один из двоих младших научных сотрудников, что прилетели со мной.

— Нерил.

— Что хотел, Нерил? Ты знаешь, что нам запрещено сейчас общаться?

— Знаю. Ты не мог бы нам помочь с разгрузкой? — и он показал на двух транспортных дроидов, стоящих в углу.

— Не мог бы. У меня нет к ним допуска.

— Допуск к ним у нас есть!

— Во-первых, у меня другой приказ. Во-вторых, мне запрещено даже с вами разговаривать, не то что вам помогать.

— Да никто не узнает.

— Умный какой, посмотри по сторонам — здесь одни камеры.

— Жаль.

Он огляделся и вернулся к своим, они продолжили разгрузку вручную. Сам же я вернулся к своему занятию и продолжил следить за тем, как мойка отмывает бронетранспортер от комьев засохшей грязи.

— Вас ведь Блез зовут? — услышал за спиной.

Тяжело вздохнув, ответил:

— Блез.

Думал, второй из младших научных сотрудников пришёл меня уговаривать, но за спиной оказался совсем незнакомый мне разумный. Высокий, худой, в сером мятом комбинезоне. Он сильно напоминал старшего научного сотрудника, что недавно забрал оружие мохнатого, но был намного старше того.

— У меня к тебе небольшая просьба, Блез. Там у нас два больших ящика, не мог бы ты нам помочь выгрузить их из грузовика? Это быстро, и обещаю — об этом никто не узнает.

— Послушайте…

— Профессор Андраде, я руковожу научной частью этой экспедиции.

— Послушайте, профессор, мне сегодня выдали под роспись приказ. В нём есть два пункта. Первый пункт гласит, что мне запрещено общаться с вами. Второй запрещает вести с вами любые дела.

— Но ведь же уже нарушили первый пункт и общаетесь со мной. Так нарушьте и второй пункт.

— Боюсь, я не нарушал первый пункт. Это вы подошли ко мне и заговорили, а не я к вам и тем более я не стану нарушать приказ командования.

— Да ладно вам, это всего лишь ничего не значащая формальность.

— Понимаю вас, но я не привык игнорировать приказы командования. Обратитесь к Олане, как только она разрешит, я без проблем вам помогу.

— Как научный руководитель я могу вам приказать и приказываю нам помочь.

— Без проблем. Продублируйте только ваш приказ через искин.

— С этим сложнее.

— Боюсь, без этого никак, профессор. Раньше я служил в полиции и закон знаю.

Честно говоря, может, я и не стал бы упираться, но всё это сильно походило на проверку, устроенную Шарилом. Кроме того, мне не верилось, что среди этих умников нет никого, кто может управлять транспортным дроидом. Это был самый простой в управлении дроид.

— Ладно, давай договариваться, — сказал он со вздохом. — Хочешь классную штуку?

— Нет, профессор, не хочу. Мне вообще наш разговор не нравится.

— Ладно, тогда сколько ты хочешь кредов, чтобы скрасить небольшие неприятности по службе?

— Я не возьму от вас ничего, профессор. Мне нужен приказ от моего командования.

— Честный, значит, — и я почувствовал обиду у него в голосе. — Что же ты тогда пятьдесят тысяч взял? Это, кстати, были креды от меня.

— Мне начальство разрешило. Сам я ничего об этом не знал.

— Принципиальный, значит?

— Да. Ладно, ты сам напросился, — он вытащил из-за спины что-то похожее на большую рацию с прикреплённым к ней планшетом. Экран сразу засветился, показав Олану за столом.

— Что случилось, профессор? — спросила она.

— У меня проблема.

— Какая в этот раз?

— Вот этот молодой разумный категорически отказывается нам помочь.

— Профессор, вы ведь прекрасно знаете приказ, — сказала она со вздохом.

— Но как мне быть?

— Держать язык за зубами — вот как, и научить этому своих подчинённых.

— Олана, это было всего один раз.

— Для утечки достаточно и одного раза. Вы это знаете не хуже меня. Однако наплевательски относитесь к безопасности, ставя всю экспедицию под угрозу.

— Олана, я тебя умоляю, ну какая безопасность? Кому он мог разболтать? Мохнатым если только, так им глубоко наплевать на все наши секреты.

— Вот поэтому я и выпустила такой приказ, и не надейтесь — не отменю его.

— А как мне сейчас быть?

— Справляйтесь своими силами. Вас там много, — после чего она отключилась.

Профессор зло посмотрел на меня, после чего побрёл к грузовику, где его дожидались остальные. Одновременно мне на нейросеть пришёл приказ от Шарила. В нём мне разрешалось общаться с ними, разрешение на работу и коды доступа к транспортным дроидам. Это означало только одно — Шарил по камерам следил за нами. Интуиция меня не подвела — это проверка для меня и воспитательный момент для профессора.

Отправив коды доступа дроидам, забрал один с зарядного стола и отправил к грузовику. Профессор удивлённо посмотрел на меня, когда я подошёл к ним вместе с дроидом.

— Ты передумал и решил взять креды? — спросил он.

— Мне не нужны ваши креды. Мне пришло разрешение от командования, вот я подошёл помочь.

— Тогда нам нужно выгрузить вон те два самых больших ящика. Только осторожно, там очень сложная и дорогая аппаратура.

— Профессор, только не говорите мне, что там спектрограф.

— А откуда ты узнал? — спросил он удивленно.

Здесь настала моя очередь удивляться. Ведь я просто спросил, совсем не зная, что внутри. Про этот научный прибор я знал только то, что он дорого стоит и как на него удачно упала Марине.

— Коробка знакомая, я в полиции ремонтировал подобный, — ответил ему честно.

— Ремонтировал спектрограф?

— Ну да. Привезли на ремонт из лаборатории.

— И как? Отремонтировал?

— Отремонтировал и даже награду за это получил, — мне сразу вспомнилась Марине, мой самый приятный бонус за последнее время. Эти воспоминания меня порадовали, и это не осталось не замечено профессором.

— Вижу, что награда оказалось весьма достойной.

— Несомненно.

С помощью дроида я быстро разгрузил грузовик.

— Профессор, может, возьмём его собой? — спросил старший научный сотрудник Валой, который теперь стоял рядом с профессором и вместе с остальными наблюдал, как я бодро разгружаю грузовик вместо них.

— Мне нельзя к вам, — ответил ему вместо профессора. — Если только профессор получит разрешение у моего начальства.

— Сами справимся, — ответил ему поморщившийся профессор — он совсем не жаждал снова общаться с Оланой. После этого остальные сразу погрустнели и всей толпой направились на выход вместе с платформами. Сам посмотрел им вслед. Все с научными степенями, а беспомощны, как дети — с простейшим дроидом управляться не умеют.

Мойка давно уже домыла бронетранспортёр. Завёл его и выдвинулся в сторону ангара.

— Ты где пропал? — спросил Варгал, когда я загнал его в ангар.

— Меня умники припахали их грузовик разгружать.

— А они что, сами не могли?

— Могли, поначалу сами и разгружали, а потом решили меня припахать.

— Так послал бы их, у нас приказ.

— Так и послал, а потом пришло разрешение от Шарила и пришлось помогать им с разгрузкой. Они меня даже с собой хотели забрать.

— Совсем обленились. Привыкли, что мы за них всё делаем.

Глава 9

— Мне Кара сказал, что к ним ангар совсем нельзя?

— Так и есть. Запрещено.

— Ну, это я ещё могу понять, а почему нам с ними нельзя общаться?

— Как тебе сказать…

— Скажи, как есть.

— Они там ребята умные, но жутко чванливые, очень они любят демонстрировать нам свой ум и знания. Некоторым у нас это совсем не нравится. Было несколько небольших стычек между ними и нами, закончившиеся драками. Сам понимаешь, чем для умников такие драки заканчивались. Вот после этого и ввели такие правила.

— Полностью с этим согласен. Тоже заметил, они ко мне отнеслись, как будто я им что-то должен.

— Вот поэтому и поступил такой приказ и теперь по голове их бить нельзя. Это важная часть их тела, а вот по другим частям можно, — сказал он с улыбкой.

— Понял тебя.

— В целом, они нормальные ребята, когда не понтуются.

— А профессор у них мне предлагал даже взятку.

— Ты даже с ним познакомиться успел?

— Да, я с ним вот как с тобой разговаривал.

— С этим всё сложнее. Очень сложный разумный. Никогда не знаешь, что он в следующий момент выкинет. Он у них главный.

— Он представился официально. А чем они занимаются?

— Точно никто не знает. Все специалисты в разных областях.

— А что они здесь изучают?

— Занимаются изучением планеты, загадок на планете хватает. Подробности не знаю и не советую у них спрашивать.

— Почему?

— Во-первых, они не расскажут. Во-вторых, можешь узнать много нового о себе.

— Это как? Не понял.

— Да просто. Бить нам их нельзя, вот они этим и пользуются. Очень быстро узнаешь о том, какой ты тупой и почему ничем не отличаешься от мохнатого. Это у них в последнее время любимая тема.

— А при мне молчали.

— Это потому, что с ними профессор был. Удивительно, что он пришел с ними. В последнее время он не вылазил из лаборатории, очень редко появляясь наверху.

— Наверху?

— Ну да, у них лаборатория на минусовом этаже.

Честно говоря, Варгал этим меня сильно удивил. Откуда он мог знать о лаборатории и о том, что лаборатория находиться под землёй, если нам туда вход запрещен?

— Ты вообще голодный? — неожиданно спросил Варгал, видимо, поняв, что сболтнул лишнего.

— Очень. Три дня ничего не ел.

— Тогда пойдём покажу, где у нас здесь кормят.

Мы вышли из ангара и направились в сторону охранного периметра.

— Вообще, у меня в мастерской стоит пищевой синтезатор. Мне иногда некогда или не хочется идти в общую столовую и тогда прямо в мастерской питаюсь. Ты можешь и сам там питаться, но за картриджи придётся платить. Они мои личные.

— Да мне не сложно прогуляться. Я со всеми буду питаться.

— Как хочешь, но ты всегда можешь обратиться по этому вопросу, — у него в голосе проскочила нотка разочарования. Видимо, рассчитывал подзаработать на мне.

Мы зашли в помещение, сильно напоминающее кают-компанию большого десантного корабля. Здесь также стояло множество столов и два пищевых синтезатора. В помещении находилось больше десятка разумных. Большинство в бронекостюмах космодесанта. На спинах у многих красовались тесаки. Это, мягко говоря, выглядело вычурно на фоне современного бронекостюма. Когда мы зашли, многие поздоровались в Варгалом. Мы сделали себе заказы и, получив их, заняли свободный столик.

— Варгал, а зачем им тесаки на спине? — для меня подобное ношение было привычным, но непонятно, зачем оно им здесь.

— Не обращай внимания, это они от скуки коллекционированием занимаются.

— В смысле, а зачем они их носят с собой?

— Надеются, что встретятся в бою с мохнатыми.

— А что, такое возможно?

— Крайне маловероятно. Понтуются они просто. Соревнование у них такое.

— Какое соревнование?

— Простое: кто добудет самый большой трофейный тесак, тот самый крутой. Говорю же, не обращай внимания.

— А откуда у мохнатых тесаки?

— Этого никто не знает. Вот только все тесаки у них разные.

— Разной длины?

— Не только. Форма тоже разная.

— Интересно, мохнатые умеют обрабатывать металл?

— В том то и дело, что не умеют. Но самое интересное, наши умники утверждают, что у разных племён разные тесаки.

— А у мохнатых есть разные племена?

— Конечно, и этих племён много.

— А мохнатых здесь много?

— Кто их в этих джунглях считать будет?

— Действительно.

— Тарил говорил, что мохнатых много, это здесь их мало.

— Тарил? Это кто?

— Он прилетел сюда ещё с первой исследовательской экспедицией, так и остался здесь. На той же койке спал, что и ты.

— Он что, техником был?

— Был и очень хорошим техником. Умники его очень ценили.

— Мохнатые убили?

— Никто не знает, что с ними произошло.

— Как так?

— Он отправился в экспедицию с группой умников, и все они пропали.

— Как так?

— Да вот так. Они улетели на другую сторону планеты. На связь долго не выходили, и через месяц отсутствия связи с ними туда полетели, проверить их, но никого там не нашли на месте высадки.

— Мохнатые?

— Непонятно. Не нашли ни останков, ни научного оборудования, что было у них. Что с ними произошло — никто не знает. Местные умники там всё обследовали, но так ничего и не обнаружили. Списали всё на мохнатых. Вот только никто не понимает, зачем мохнатым научное оборудование.

— А ты сам что об этом думаешь?

— Это не мохнатые однозначно.

— Тогда кто?

— Может, их пираты обнаружили.

— Пираты здесь? Откуда?

— Да ты что, пиратская станция где-то недалеко находится. Мы вообще находимся на пиратской территории.

— Знаешь, я даже примерно не представляю, где мы находимся.

— Тебе и не нужно знать, — ответил он хмуро, видимо, сообразив, что в очередной раз болтанул лишнего.

После этих его слов стало понятно, зачем нам был нужен такой внушительный конвой из кораблей, когда мы летели сюда. Карта систем у меня имелась, но я даже примерно не представлял, где у аварцев находятся пиратские зоны, а также не знал, где нахожусь. Конечно, несколько вариантов у меня было, но все очень примерные.

— Слушай, а если мы находимся у пиратов под носом, они не могут нанести нам визит вежливости? — спросил Варгала, сделав вид, что ничего не произошло.

— Могут, конечно, но за пять лет ни разу в гости не прилетали. Нечего им здесь делать.

— А нас с орбиты могут заметить?

— Нас? Да здесь планета постоянно прикрыта облаками, и мы находимся среди джунглей. Шанс нас здесь обнаружить крайне небольшой.

— Значит, пиратов в гости можно не ждать?

— Нет. Да и пускай прилетают. У нас найдется, чем их встретить.

— Это хорошо.

Варгал был уверен, что пропавшую экспедицию похитили пираты, вот только в этом случае пираты должны быть прекрасно осведомлены о местонахождении как основной экспедиции и колонии. Собственно, почему я и расспрашивал его, но здесь явно что-то не сходилось. Впрочем, Варгал многое не договаривал. Посмотрим, что он скрывает или догадывается. Разговорить его несложно.

Мы обедали, болтая о происходившем на станции. Его интересовали последние новости о том, что происходило на флоте и на станции. Я охотно поделился с ним новостями, что мне рассказывал Ники на корабле, немного добавив от себя. После обеда мы вернулись в ангар и взялись за ремонт. Я занимался бронетранспортёром под его контролем, а он параллельно ремонтировал ходячий танк. Мы с ним проверили всю подвеску бронетранспортёра. Повреждений не оказалось, но пришлось много что смазать и настроить. После чего я вернул бронетранспортёр в гараж. На этом мой первый рабочий день на этой планете закончился.

* * *

Утром меня разбудили удары в дверь. Открыв глаза, посмотрел на Варгала. Варгал вчера немного принял на грудь, а сейчас спал и ничего не слышал. Стук в дверь, однако, не прекращался. В дверь стучали весьма настойчиво. Пришлось мне встать и открыть дверь. За дверью оказалось двое уже знакомых мне разумных, что ехали в первом грузовике.

— Здорово. Варгал где? — спросил один.

— Спит.

— Понятно, пошли будить.

— Да будите, мне не жалко.

Они прошли в спальное помещение и стали его трясти, но Варгал не хотел просыпаться.

— Он вчера много выпил своей сивухи?

— Не знаю, я не следил за ним.

— Понятно.

Вскоре им удалось его разбудить.

— Вы чего? — спросил он.

— Начальство тебя зовёт, вот чего, а ты не отзываешься.

— Что прямо сейчас нужен?

— Ты два часа назад ему был нужен.

— Понял, уже иду.

Он засунул голову под струю воды. Немного пофыркал от холода, и они втроём покинули ангар. Напоследок он мне сказал, чтобы я пригнал второй бронетранспортёр для ремонта.

Умывшись, я отправился на завтрак. В местной кают-компании оказалось много разумных, и все обсуждали ночное происшествие. К сожалению, я никого из них не знал, но подслушал. Мохнатые под утро подогнали местных крупных животных и под их прикрытием попытались просочиться на нашу территорию и, похоже, у них получилось. Подробностей мои соседи по столику не знали, но пока туда не подошли дополнительные силы с соседнего участка, состоящие из нескольких танков, отбиться не получалось. Со слов моих соседей по столику, там мы понесли потери, больше десятка разумных убитыми и ранеными. Сейчас там собрались все умники и наше начальство. Похоже, Варгала с утра забрали туда. После завтрака отмыл и пригнал в ангар второй бронетранспортёр. Этот бронетранспортёр был уже старым и побывавшим в переделках. Диагностика выдала проблемы со второй коробкой передач, и визуальный осмотр подвески дроидом выявил ряд небольших повреждений. Думал о том, где мне взять запчасти, когда в ангар вернулся Варгал.

— Что с ним? — сразу спросил он.

— Повреждение корпуса второй коробки передач. Трещина в корпусе. Нужна новая коробка.

— Снимай её и заваривай.

— Там и так уже заваривали, причем не раз.

— Других корпусов к коробкам у нас нет на складе. Так что здесь без вариантов.

— Там ещё две тяги погнуло.

— Сильно?

— Не очень.

— Знаешь, оставь бронетранспортёр пока, сейчас танки притащат, будем ими заниматься.

— А эти два танка что, оставим?

— Нет. Приказано всё быстро восстановить.

— Раз приказано, значит, будем ремонтировать.

— У тебя как с базой по ним?

— Есть база по ним в четвёртом уровне.

— И здесь сэкономили. Ладно, пока вместе будем ремонтировать, а потом уже начнёшь самостоятельно работать.

— Как скажешь, ты у нас главный.

Вскоре в ангар приехала техничка, вся в броне, и привезла танк.

— Приходилось раньше иметь дело с такими?

— Нет, именно таких не видел.

— Это десантный танк Эльгида-23 лёгкого класса.

— Это я знаю.

— Дерьмо это полное, если честно.

— Чего так?

— Да пристрелить надо его создателя. На всём сэкономил. Вон, смотри в район кабины.

— И что с ним не так?

— А ты загляни в кабину.

Пришлось подняться по нескольким ступенькам, чтобы заглянуть в кабину. Внутри оказалось много крови и несколько дырок в прозрачном бронеколпаке.

— Оператор танка погиб?

— Да.

— Оружие мохнатых простреливает бронезащиту оператора. Вон видишь, наращивал броню, вот только это плохо помогает, в результате из-за лишнего веса у танка быстро летит трансмиссия и ходовая.

Только после его слов я обратил внимание на бронелисты, приваренные к корпусу танка и прикрывающие прозрачный бронированный колпак оператора. Поначалу я думал, что это штатное усиление.

— Ты смотрел, что с танком?

— Смотрел. Трансмиссия полетела и полетела в самый ответственный момент. Алон погиб из-за этого, а мы с ним вместе служить начинали.

— Бывает. Работа у нас опасная.

— Да я всё понимаю, но иногда так хочется встретиться с создателем этого дерьма. Это же надо додуматься оператора разместить спереди и прикрыть только прозрачным бронеколпаком.

— Видимо, по-другому нельзя было.

— Да всё можно было. Раньше оператор находился сзади и был прикрыт солидной бронёй, а здесь решили сэкономить и поместили оператора спереди, при этом сэкономив на бронезащите и общем весе танка. Это позволило облегчить ходовую. Одним словом, это не танк, а одна сплошная экономия, после чего эту сплошную экономию впарили флоту.

— А что об этом говорит начальство?

— Начальству наплевать на нас. Они говорят, что никто не мог предусмотреть то удивительное обстоятельство, что у мохнатых появится плазменное оружие. Теперь из-за их «не могли предусмотреть» мохнатые и отстреливают нас.

— А тебе ещё много служить?

— Три года ещё. Ладно, хватит трепаться, давай работать. Ты снимай трансмиссию с этого аппарата, а я буду вчерашний аппарат доделывать.

Какое-то время мы работали молча, но потом я его спросил:

— Сегодня ночью, говорят, мохнатые просочились на территорию?

— Было дело. Проспали дежурные, спали на постах, вот они и просочились. Понадеялись на автоматику, а она не сработала.

— Почему не сработала?

— Не знаю, я всё проверил, всё исправно. В чём причина — непонятно.

— А ты что думаешь?

— Думаю, это опять какие-то сюрпризы от мохнатых.

Ворота ангара открылись, и мы замолчали. В ангар вновь заехала техничка и привезла ещё один танк. Разгрузив танк, она покинула ангар.

— Варгал, а сколько всего танков будет? — спросил у него, заглянув в кабину привезённого танка. Она практически ничем не отличалась от предыдущей, тоже в крови и с дырками в бронеколпаке.

— Четыре.

— Это сколько же мохнатых было?

— Много. Парни говорят, что разом столько ни разу не видели.

— В кают-компании говорили про каких-то неизвестных зверей?

— Сам не видел. Умники их к себе быстро утащили. Сейчас, наверно, препарируют уже.

— А что за звери?

— Неизвестно, раньше никто не встречал здесь таких.

— Они что, на них приехали?

— Нет вроде, они на своих карах были, а этих вроде выпустили, чтобы отвлечь автоматику.

— Мохнатые их выпустили?

— Не знаю, мне так рассказали, есть у меня сильное подозрение, что врут. Скорей всего, мохнатые просто воспользовались моментом, и пока наши разбирались, что за животные к ним пожаловали, просочились на территорию.

Всю следующую неделю мы занимались ремонтом танков, но на этом ремонт у нас не ограничивался. Нам несли на ремонт всё подряд: начиная от панелей и заканчивая различным оружием. Варгал брал в ремонт практически всё, что приносили, и после смены занимался этим ремонтом. Это приносило ему пускай небольшой, но дополнительный доход. Эти деньги он обычно тратил на выпивку. У кого он её здесь брал, оставалось для меня загадкой, эту информацию он от меня тщательно скрывал. Его периодически вызывали на охранный периметр или к начальству, и после этого он возвращался уже с выпивкой. Меня при этом он всегда оставлял работать в ангаре.

Работы у меня всегда было много. Танки привозили в ремонт очень часто. Мы непрерывно их ремонтировали, но меньше их не становилось. Техничка нам постоянно подвозила всё новые.

— Варгал, давай сломаем техничку? — в шутку предложил ему, наблюдая за тем, как она выгружает очередной танк. — Нужно остановить этот поток, а то он никогда не прекратится.

— Боюсь, не поможет, а будет только хуже.

— Это почему?

— Потому что нам придётся их ремонтировать в грязи и под дождём, как было раньше.

Я понял, что он мою шутку воспринял серьёзно.

— Тогда это весьма мрачная перспектива.

— Мрачная перспектива — это когда ты идёшь к танку и не знаешь, подстрелят тебя или нет.

— А что, так бывает?

— Раньше так и было. Был здесь один мохнатый, он именно на техников охотился. До сих пор не понимаю, что мы ему плохого сделали.

— А почему на техников?

— Не знаю. Он троих прикончил тогда меньше чем за месяц. К нам из-за этого никто из техников колонии не хотел ехать.

— А там что, техники не гибнут?

— Гибнут тоже, но редко. У нас раньше не было технички, приходилось работать там, где танк сломается, а мохнатые при этом не дремали. Сколько раз было, ремонтируешь танк, а сам прячешься где-то в низинке или воронке, и постоянно смотришь, чтобы не прилетело что-то от мохнатых в спину или под прикрытием другого танка или бронетранспортёра.

— А вообще здесь много техников погибло?

— Много, вы уже третья партия.

— Нас около двадцати прилетело?

— Совсем недавно мы здесь втроём работали, Карил с Дором с разницей в два дня погибли.

— А как это произошло?

— Случайность. Да по большому счёту они сами виноваты, глупо подставились.

— Сами подставились?

Мне вспомнился Гинар и бывшая планета-колония, где я находился в рабстве. Там он от безысходности покончил с собой.

Глава 10

— Сами, — ответил он с грустью в голосе. — Там было много свидетелей, — добавил он после небольшого раздумья.

— Как думаешь, почему сюда ещё техников не прислали?

— В колонии считают, что мы здесь по большей части бездельничаем, вот и не дают, а износ у техники становится всё больше и больше. Да и вообще мы с ними не ладим.

— Почему?

— Это надо у начальства спрашивать. Не любят они друг друга.

Мы уже заканчивали работу, когда взвыла сирена под потолком.

— Это что? — спросил у Варгала.

— Боевая тревога. Быстро одевайся и вооружайся. Видимо, вновь прорыв.

До этого мы работали в ангаре, не вооружались, в этом не было необходимости. Пришлось бегом направиться в спальное помещение и там начать вооружаться. Раньше я подозревал, что Варгал служил в космодесанте, сейчас мои подозрения полностью подтвердились. Из своего шкафчика он извлёк полный десантный комплект и начал надевать на себя. У меня подобного не было, и я извлёк из своего шкафчика скафандр и хотел натянуть на себя, но потом передумал.

Двигаться в скафандре на планете не очень неудобно. Пристегнул клинки к спине, сбоку повесил винтовку. На бедро закрепил бластер. Когда я оставил скафандр, удостоился одобрительного взгляда Варгала, а когда стал прикреплять клинки на спине — ехидной ухмылки. Сам он надел броню космодесанта, местами уже сильно потрёпанную. У него на груди я рассмотрел такую же потрёпанную табличку «Варг». Видно, что часть букв срезало чем-то острым. Он закрепил на груди нож и скептически посмотрел на меня.

— Что не так?

— Надо будет тебе бронезащиту забрать на складе, а то выглядишь, как будто на прогулку собрался.

— Не переживай, я смогу за себя постоять.

— Да знаю, но без защиты неправильно воевать с ними.

— Как будто она поможет от их винтовок.

— Плазмы у них немного, а вот от дротиков и копий она хорошо помогает.

— Внимание всем не занятым в обороне, прорыв в десятом секторе. Приказываю всем выдвинуться в шестой сектор, — прозвучало откуда-то сверху голосом Шарила.

— Пошли! — сказал Варгал, доставая из шкафчика плазменную винтовку, на ходу заряжая её и распихивая запасные батареи по карманам. Сам я занимался этим же — заряжал оружие, готовясь к бою.

— Где этот десятый сектор? — спросил, когда мы вышли из ангара.

— Недалеко.

— Может, бронетранспортёр взять? — и посмотрел в сторону гаража.

— Да и так справимся. Там вряд ли их много просочилось. Как обычно, пять-шесть штук, не больше. Сейчас быстро разберёмся с ними. Погода вот только не радует.

Погода действительно не радовала. Небо уже привычно хмурилось и накрапывал мелкий дождь. Местное светило ещё не скрылось за горизонтом, но было близко к этому. Наступали вечерние сумерки, которые обычно длились два-три часа, потом резко наступала ночь. Сейчас эти вечерние сумерки часто подсвечивались вспышками плазменных орудий. Ночное освещение по непонятной причине не работало.

— Смотри по сторонам. Главное — своих не подстрели, — предупредил Варгал. Он шёл немного впереди, осматривая местность с помощью прибора ночного видения.

Сам я больше посматривал по сторонам и следил за тем, чтобы к нам не подошли сзади. Вокруг стояла тишина. Не было слышно воющих сирен, работающих плазменных пушек или стреляющих винтовок. Разумных тоже не было видно. Наверно, вооружаются — решил для себя, осматривая соседнее здание.

— Мы пришли? — спросил у Варгала, когда он остановился.

— Почти.

— И где они?

— Не знаю. Не вижу никого. Стоп! Двое спереди! — он вскинул винтовку, готовясь стрелять.

Посмотрел, куда он нацелился, но никого там не увидел.

— И где они?

— Ушли за угол здания, сам не успел толком рассмотреть.

— Может, наши? — я там совсем никого не успел рассмотреть.

Честно говоря, мне происходящее совсем не нравилось, и я решил использовать пси. Вот только было уже поздно. Мы находились около одноэтажного длинного здания, и как только я использовал пси, нас атаковали. С обеих сторон здания появились мохнатые верхом на своих многоножках. Такого я совсем не ожидал. Как мохнатые здесь оказались, да ещё на своих многоножках? Впрочем, думать уже было некогда.

За спиной зашипела винтовка Варгала, посылая плазму в сторону мохнатых. Моя винтовка почти бесшумно отправила три иглы в грудь ближайшего мохнатого. Все три иглы поразили цель, но, к моему удивлению, мохнатый и не думал умирать. Он направил свою многоножку точно на меня. Тогда я всадил в него ещё три иглы, но и это не помогло. Не понимая, нажал на спуск и всадил почти весь остаток обоймы в его открытую пасть. Это его откинуло назад, но он по-прежнему держался на многоножке, которая мчалась ко мне со скоростью бешеного паровоза, набравшего ход. Два жвала, весьма внушительных размеров, нацеливались явно на мой живот, и эта многоножка направлялась ко мне совсем не одна. Ещё четыре таких же многоножки вместе с наездниками мчались немного позади.

— Варгал, сзади! — предупредил его и, посмотрев на счётчик выстрелов, отбросил свою винтовку в сторону, выхватывая клинки из ножен.

— Понял, — услышал я его ответ.

Двое из мохнатых явно готовились воткнуть свои копья в его спину. Впрочем, прикрыть я его не мог, брони на мне не было. Поэтому я сделал резкое движение вправо, и когда многоножка начала движение ко мне, стремясь меня перехватить, резко затормозил и двинулся в обратную сторону. К моему удивлению, многоножка мгновенно перестроилась и вновь пошла на перехват, однозначно готовясь вонзить оба своих жвала в мой живот. Впрочем, я был готов к подобному развитию ситуации.

За мгновение до этого я сделал движение в сторону стены здания и, оттолкнувшись от стены, прыгнул вверх, в воздухе разворачиваюсь и совершаю посадку точно на её загривок. Её жвала со злостью бьют в стену, в место, где я только что находился. В ответ я загоняю оба клинка в её голову по самые рукоятки. Боковым зрением замечаю что-то сзади, сразу смещаюсь в сторону стены и сваливаюсь с многоножки. Рядом с моим ухом пролетает копьё и, как многоножка перед ним, втыкается в стену здания, не причиняя мне никакого вреда. Вскакивая на ноги, понимаю, что многоножка или уже мертва, или скоро сдохнет. Рядом пролетают два копья, выпущенные мохнатыми, и врезаются в спину отстреливающего Варгала. Меня сейчас прикрывает своим телом погибшая многоножка, поэтому двое мохнатых выбирают своей целью Варгала. Одновременно к нему спереди приближаются ещё пять многоножек с наездниками, и я понимаю, что здесь без вариантов, и помочь ему я уже ничем не могу.

Удар многоножки сзади получился весьма внушительным. Удар отбрасывает Варгала к мохнатым и многоножкам, атакующих его спереди. Не успев ничего сделать, он получает второй удар жвалами многоножки, теперь вместе с ударом копьём от мохнатого, после чего падает на землю и скрывается от меня погребенный между телами многоножек. Впрочем, мне уже не до него. Мохнатый, ближайший ко мне, легко перепрыгивает со своей многоножки на убитую, попутно доставая клинок. Дотянуться я смог только до ближайшего своего клинка. Впрочем, мне и одного клинка вполне достаточно.

Активация боевого режима и имплантов! Теперь у него нет даже призрачных шансов против меня. Поначалу я решил поиграть с ним, чтобы понять, что он может. Впрочем, он меня разочаровал почти сразу, это был совсем не противник. Одним движением выбил у него клинок, вторым полоснул по горлу. Этот готов. Остальные мохнатые уже успели соскочить со своих многоножек. Они разделились: четверо направились ко мне, ещё трое к телу Варгала. Впрочем, я не собирался их ожидать.

Мой демон проснулся, и теперь он жаждал крови. Одним движением я перекатился через убитую многоножку, попутно выдернув из неё второй клинок, и оказался перед этой четверкой.

Мои клинки со свистом начали рассекать воздух, собирая кровавую жатву. В разные стороны полетели конечности и куски туловищ мохнатых вместе с их оружием. Остановился я, только когда передо мной упало туловище четвёртого мохнатого, а его отрубленная голова откатилась к троим мохнатым, направлявшимся раньше к телу Варгала, а теперь остолбенело наблюдавшим за тем, как я только что прикончил их собратьев.

— А вам что, особое приглашение требуется? — спросил у них и для уверенности призывно махнул клинками.

Они это восприняли совсем по-другому и решили покинуть место сражения. Вот только я вошёл во вкус и совсем не собирался их отпускать. В два прыжка я оказался рядом с ними, а ещё через несколько секунд все трое мохнатых были мертвы. После чего я активировал пси и не почувствовал поблизости других мохнатых. Их многоножки сразу после гибели их наездников покидали место сражения. Пси чувствовало горесть и разочарование у этих многоножек, и их я решил не трогать. Одновременно я почувствовал ещё несколько чужих сознаний поблизости. Пси передавало их страх, и они не представляли угрозы. Поэтому я отключил импланты и, убрав клинки в ножны, сел на землю, навалившись на стену. Мне необходим отдых, похоже, я не совсем ещё восстановился после СБ.

Рядом я услышал, как кто–то закашлял, а потом сказал:

— Как ты классно умеешь использовать эти зубочистки.

— Жив?

— Вроде жив.

— Думал, что ты отвоевался.

— Знаешь, тоже так подумал, но потом ты их начал разбирать на части, и я решил, что может и дотянем до утра. Надо было тебя послушать и взять бронетранспортёр. А где моя винтовка?

— Не знаю, сам ищи. Вон она лежит под мохнатым.

— Надо её перезарядить, пока тихо, — он с трудом встал на ноги, после чего подобрал винтовку и сменил батарею. — Ты ранен?

— Не знаю, нет вроде, — посмотрел на себя. С ног до головы в голубой крови, волосах и грязи.

— Тогда вставай, не время для отдыха. Команды на отмены боевой тревоги не было, значит, они здесь ещё есть.

Пришлось мне встать, подобрать мою винтовку и перезарядить её. После чего он похромал впереди, а я пошёл за ним.

— Варгал, одного не понял, я в мохнатого загнал семь или восемь игл, а ему всё равно.

— А ты куда стрелял?

— В туловище.

— Нужно было в голову стрелять.

— Это я позже понял.

— В туловище стрелять бесполезно. Они уходят и потом подыхают в джунглях, но наши умники говорят, что они чрезвычайно живучи и скорей всего остаются в живых.

— Как так?

— Да я сам толком не знаю, что-то там с клетками связано.

— Слушай, а почему мы здесь одни?

— Честно говоря, сам ничего не понимаю. Куда все пропали?

— А почему света нет?

— Мохнатые, наверно, что-то повредили.

— Они на это способны?

— Да кто знает, на что они способны.

— Куда мы идём?

— Просто проверяем сектор. Надо бы наших проверить на этом секторе.

— Судя по количеству встреченных нами мохнатых, наших нет уже в живых.

— По-разному бывает. Они могли где-то незаметно просочиться.

Местное светило уходило за горизонт всё дальше и становилось темнее. Варгал ориентировался на свой прибор ночного зрения, а использовал пси, и моё пси мне говорило, что рядом находится разумный. Мы прошли мимо того места, где он находился, но Варгал его не видел, впрочем, я тоже.

— Варгал, стой!

— Что случилось?

— Здесь кто-то есть.

— Ты уверен?

— Да. А ну-ка, слазь оттуда!

Я заметил движение на крыше здания и выдернул клинок из ножен, готовясь его встретить. Посчитав тратить иглы на мохнатых неперспективным занятием.

— Ты смотри, куда мохнатый забрался!

— Это не мохнатый! — сказал Варгал, рассмотрев через прицел того, кто сидел на крыше.

— Наши?

— Почти. Помоги ей спуститься.

— Ей? — я удивлённо посмотрел на Варгала. Я знал только об одной женщине здесь и с ней сейчас встречаться мне совсем не хотелось. Выглядел я, мягко говоря, не очень, совсем был не причёсан. Впрочем, выбора у меня совсем не было и пришлось помогать ей спуститься с крыши.

— Не трогай меня, урод! — было мне заявлено сразу, после того как она коснулась поверхности планеты.

— Чего? — возмутился я в ответ.

— Отойди от меня, вот чего. Ты противно воняешь, перемазан грязью и весь в каком-то дерьме.

— Слушай, может её всё-таки пристрелить и заявить, что это сделали мохнатые? — ехидно поинтересовался у Варгала.

— Мысль хорошая, но боюсь, неосуществимая.

— Это почему?

— Профессор не оценит.

— А он здесь при чём? Она совсем не производит впечатление умной. Больше походит на полную дуру.

— А она здесь не для этого. Это ассистентка профессора.

— Да как вы смеете! — возмутилась дамочка. — Немедленно ведите меня к своей начальнице!

— Я не ошибся, точно полная дура! Ты как здесь оказалась? Я имею в виду на крыше?

— Тебя, урод, это не касается.

— Как думаешь, а если мы вернём профессору его любимую игрушку немного поломанной, он сильно расстроится? Заявим, что упала с крыши. Кто знает, зачем она туда забралась.

— Профессор обидится, это я тебе гарантирую, — ответила она за Варгала.

— Думаю, он это переживёт.

— Он, может, и переживёт, а вот ты, урод, точно не переживёшь!

— Всё! Моё терпение закончилось!

Одним движением вырубил её и, подхватив тело, положил на землю.

— Зря ты это сделал, — сказал Варгал поморщившись.

— Почему?

— Профессор обидится. С ней даже Олана не связывается.

— Да кто она такая?

— Элина — любимая игрушка профессора. Поэтому ей многое здесь позволяется.

— Как она здесь оказалась? Не именно в этом месте, а на крыше этого здания.

— А вот это хороший вопрос. Её точно здесь быть не должно.

— Тогда будем считать, что мы задержали шпиона мохнатых, — отрезав от её одежды вначале один рукав, связал её по рукам и ногами. После чего отрезал второй рукав и использовал его вместо кляпа.

— Теперь её придётся тащить на себе и сдувать пылинки с неё. Да и не вздумай приложить обо что-нибудь случайно.

— Вот ещё какая недотрога.

— Знаешь, как профессор за ней следит?

— По-моему, совсем не следит. Она у него по крышам ползает совсем без присмотра.

— Зря ты так. Был здесь один, на неё глаз положил.

— Не, а что, задница у неё вполне даже приличная, — и забросил её на плечо.

— Да она вся очень ничего. Как я слышал.

И мы двинули дальше.

— Проверял?

— Я что, дурак, по-твоему, нарываться так?

— А чего так? Боишься, что с профессором не справишься?

— Нет, если один на один, то здесь нет вопросов, а так без меня.

— Прямо чувствую, что ты что-то не договариваешь.

Он посмотрел по сторонам и потом тихо сказал:

— Был у нас один чудик, поспорил, что переспит с ней.

— И что?

— А ничего. Мумией стал, и никакие капсулы ему не помогли.

— Мумией, говоришь?

— Высох весь.

— А причём здесь она?

— Не знаю, что между ними произошло, вроде как она его послала и пожаловалась на него профессору. После чего этот парень превратился в мумию, а профессор с остальными умниками его исследовали.

— Хочешь тоже стать подопытным кроликом? — услышал я женский голос сзади.

— Оклемалась?

— Знаешь, что я с тобой сделаю?

— Ты что там, кляп съела?

— И за это тоже ответишь. Хочешь и тебя сделаю мумией?

— А знаешь, что я с тобой сделаю, если сейчас не заткнёшься?

— Ничего ты мне не сделаешь!

Одной рукой поднял её и посмотрел в глаза.

— Знаешь, сколько я разумных прикончил и мне для этого совсем не нужно тебя делать мумией! — после чего выдернул нож и приставил к её горлу.

Это подействовало.

— Рассказывай! Что это значит! Что вы с парнем сделали? И поверь на слово, я всегда знаю, когда мне врут.

— Блез! — попытался вмешаться Варгал, видя, что ситуация далеко заходит.

— Подожди, для меня это важно! Так что вы с ним сделали? — обратился к дамочке.

— Тебя это не касается.

— Зря надеешься на его помощь, он не станет вмешиваться.

— Да я ничего не знаю.

— Рассказывай, что знаешь.

— А мне не жалко, я расскажу, только потом не удивляйся, когда станешь мумией.

— Рассказывай! Моё терпение на исходе!

Глава 11

— Только я почти ничего не знаю. Профессор хотел испытать неизвестную штуку, но не знал, на ком её испытать. Попробовали вначале на трупах мохнатых, но требовалось испытать на живых. Мохнатых живых у них не было, тогда я вспомнила об этом уроде, который подкатывал ко мне, но обломился. Вот на нём и испытали. Результат вы знаете. Теперь я даже знаю, на ком пройдёт следующее испытание.

— Что это за неизвестная штука?

— А я что, профессор, по-твоему? Откуда я могу это знать?

— Как выглядит?

— Не знаю!

— Не верю!

— Маленькое такое, я не знаю, как это выглядит.

— А как управляется?

— Точно не знаю, вроде с нейросети.

— Не зли меня! Я тебе говорил, что знаю, когда мне врут!

— Да не знаю я, вроде как-то с помощью пси.

— А профессор псион?

— А ты не знал?

— Нет. Защита от неё существует?

— Не знаю. Вроде существует.

— Ладно, будем считать, что прощена.

— Зато ты не прощён!

— Заткнись, а то снова разозлюсь, — закинул её обратно на плечо. — Варгал, к нам трое приближаются справа!

— Понял.

Мы заняли позицию у угла ближайшего здания, там я снял с плеча дамочку.

— Веди себя тихо. Мы сейчас немного убивать мохнатых будем, — после чего заткнул ей рот новым куском ткани.

Судя по лицу, она мне поверила и согласно закивала. Вот только из-за угла соседнего здания вышел ходячий танк, осветив местность вокруг, а вот мохнатых на своих многоножках не было. Вскоре и около нашего здания появился второй ходячий танк. Этот, осветив нас своими прожекторами, остановился рядом с нами, нацелив пушки на нас.

— Вы что здесь делаете? — услышали мы голос Оланы, донёсшийся из динамиков танка.

Данный вопрос меня поставил в тупик и, судя по всему, не одного меня. Варгал, стоящий передо мной, тоже молчал. Лично у меня общаться с ней не было никакого желания. Из всех находящихся здесь разумных, её я бы хотел встретить в последнюю очередь, но, видимо, сегодня не наш день, и мы повстречали её. Сам я только подвинулся так, чтобы прикрыть связанную дамочку собой.

— Ну и что вы молчите? — вновь спросили динамики танка.

— Так был приказ, мы и выдвинулись сюда, — ответил Варгал.

— Так его почти сразу отменили?

— Мы ничего об этом не знаем. Блез, подтверди.

Я кивнул головой в знак согласия с ним.

— Понятно всё с вами. Где мохнатые?

— Не знаем, ищем. Мы встретили там одну группу, с ними разобрались, а больше не встречали.

— Так это вы их?

— Мы.

— Вдвоём?

— Да.

— А она что здесь делает? — повернув головы, мы заметили, что связанная дамочка решила напомнить о себе. Для этого она выползла из-за нас, пытаясь выплюнуть кляп, и вскоре это ей удалось сделать.

— Спасите! Помогите! — истошно завопила она. — Он обещал меня убить!

— Кто «он»? — недовольно спросил танк.

— Вот он! — она головой показала на меня, и я понял — сегодня точно не мой день.

— Этот может, — ответил ей танк, по-прежнему с явным недовольством в голосе. — Как она здесь оказалась?

Последний вопрос был адресован явно не дамочке.

— Сами не знаем. Сидела на крыше. Мы её оттуда сняли, — ответил ей Варгал.

— А зачем связали?

— Это она на Блеза наехала, вот он её и связал.

— Он мне угрожал! Обещал прикончить! — заявила дамочка.

— Заткните её!

— Да без проблем, — и одним движением вырубил её.

— Вообще-то, я имела в виду, чтобы ты рот ей заткнул, но так в принципе тоже неплохо. Блез, головой за неё отвечаешь!

— Без проблем.

— Вы ещё наших встречали?

— Мы никого здесь больше не встречали, кроме мохнатых, — ответил ей Варгал.

— Непонятно, где все? Так, забирайте эту и двигайте за нами.

— Приняли, — ответили мы вместе, и танк двинулся дальше. За ним двинулись два других.

— Варгал, а у тебя что, нет рации?

— Да я её снял и всё забываю обратно установить.

— Понятно, — закинув дамочку на плечо, мы двинули за ушедшими вперёд танками.

Вскоре впереди заработали пушки танков и показался защитный периметр. Когда мы туда подошли, там уже всё закончилось. Только сейчас я рассмотрел, что представляет собой защитный периметр. Это был обычный высокий земляной вал, обильно заросший травой. Перед ним находились деревянные помосты, которые местами сгнили. На самом валу было сделано с десяток огневых точек из дерева. Все они заброшены и находились в весьма обветшалом состоянии. Здесь же располагалось высокое трёхэтажное здание, на котором было написано «Опорный пункт» и красовалась большая цифра «10». Рядом с ним сейчас находилось три танка.

— Да я сам не знаю, что происходит, — говорил танку незнакомый мне разумный.

— Рассказывай, что здесь произошло? — спросил танк голосом Оланы.

— Олана, мы сами ничего не поняли. Вначале вырубился свет. Мы подумали, что сгорели предохранители, и я отправил Ганира вниз проверить их. Он даже до них не дошёл, когда в здание ворвались мохнатые, а дальше мы от них отбивались внутри здания.

— А орудия что? — спросила Олана, и я посмотрел стволы плазменных орудий, установленные под самой крышей здания.

— Так вырубились, вместе со светом.

— А почему ты не отзывался, когда я тебя вызывала?

— Олана, я тебя сам постоянно вызвал. Не знаю, почему ты не отзывалась.

— Что за хрень здесь творится? Одни моего приказа не слышали, вторые вообще не отзывались!

— Не знаю. Наверно, мохнатые просочились и кабель перегрызли.

— Болван! Кабель в землю зарыт на большую глубину!

— Тогда не знаю.

— Сколько у тебя бойцов осталось в строю?

— Семеро.

— Трое пойдут с нами.

— Есть проблема.

— Какая?

— У меня почти у всех пустые батареи. Если мохнатые вернутся, как отбиваться будем?

— Это действительно проблема. Ладно, оставайтесь на месте. Блез, хватит её таскать. Отдай её им.

— Слушаюсь.

— Вы двое, двигаетесь за мной, остальные остаются здесь и занимаются ремонтом опорного пункта.

— А что мне с ней делать? — удивлённо спросил разумный, что разговаривал с Оланой.

— Спрячь её в опорном пункте и никуда не выпускай, я с ней позже поговорю.

— Понял, — он забрал её у меня и понёс в здание.

Она, заметив, что её забрали у меня, подняла связанные руки и показала мне средний палец. После чего стало понятно, что эта дамочка мне ничего не забудет. Впрочем, я считал, что в этом вопросе мне повезло встретить её, она многое прояснила. Тогда в камере СБ у обоих сокамерников на шее я видел пси защиты. Раньше я не придавал этому значения, а после того, как она рассказала про пси, в очередной раз вспомнил про это обстоятельство. Там, в камере, я подумал, что эти двое носят его просто как украшение или сбш-ники опасались меня, как псиона, и выдали им на всякий случай. Так или иначе, я никак не связывал его с тем, что они применили для меня.

Мы не торопясь шли за танками, посматривая по сторонам.

— Что задумался? — спросил Варгал. — Да не переживай ты так, она отходчивая.

— Ты об Олане?

— Конечно, а ты что, про Элину думаешь? Понравилась она тебе?

— Варгал, поверь, у меня и без неё проблем хватает.

— Завтра она нажалуется на тебя Олане.

— Да пускай жалуется. Олана сама её не любит, как я понял.

— Здесь ты прав, они не ладят. Олана её терпеть не может, но вынуждена с ней мириться из-за профессора.

— А как она оказалась здесь?

— Ты про Олану?

— Нет, про Элину.

— Прилетела вместе с профессором.

— А профессор здесь давно?

— Давно.

— Он здесь с самого начала?

— Нет, здесь раньше находились другие умники. Я тебе уже рассказывал об этом, почти все они пропали около трёх лет назад.

— И после этого здесь появился профессор?

— Не сразу. Они группами прилетали. Профессор в последней группе прилетел вместе с этой дамочкой, и она в тот же день устроила здесь скандал. После чего поскандалила с Оланой.

— Так значит, у них эта нелюбовь давно?

— Да, они друг друга не переносят, но тебе не Олану, а профессора стоит опасаться. Какую-нибудь гадость он тебе точно может устроить.

— Это я уже понял. А часто сюда прилетают корабли? — осторожно спросил его давно интересовавший меня вопрос.

— Даже не знаю. Мы узнаем о том, что они прилетали, как правило, только тогда, когда они взлетают.

— А как же снабжение? Запчасти и всё остальное?

— Забираем в колонии, как правило.

— Слушай, а как ты узнал, что они приближаются справа? — в свою очередь, задал он давно волновавший его вопрос.

— Так я псион — почувствовал.

— Вот оно что, а всё понять не мог, откуда. А ты мохнатых тоже чувствуешь?

— С ними всё сложно. Не могу я пока отличить их от нас, и, как я понял, они умеют скрываться от меня.

— Профессор говорил, что все они псионы.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

— Правда, порой не поймёшь, говорит он серьёзно или шутит. Скажу честно, шутки у него дурацкие.

— Если это действительно так, это многое объясняет.

— Что объясняет? Мне тебе сложно это объяснить, ты не псион.

— Ты сейчас говоришь, как наши умники.

— Понимаешь, они умеют закрываться и становиться невидимыми, но как они это делают — непонятно. Псион может выставить защиту, но его всё равно может обнаружить другой псион. Здесь же полная тишина, как будто мохнатых не существует. Так понятнее?

— Не особо.

— В общем, забудь. Это только псионам понятно.

Не стал ему говорить, что порой слышу какой-то шум на пси уровне, доносящийся со стороны джунглей. Всё равно не поймёт.

Впереди заговорили пушки танка, и мы сразу ускорились. Когда подошли, уже никого из мохнатых не было. Здесь находился одиннадцатый блокпост. Олина совсем не в лицеприятных выражениях общалась с одним из десантников. Как оказалось, они не сообщили командованию о нападении на их опорный пункт. Выяснилось, что почти все спали, когда отключилось освещение, а мохнатые проникли внутрь. Им повезло, что двое из новеньких, что приехали вместе со мной, не спали, что-то обсуждали между собой. К сожалению, эти двое погибли в числе первых. Именно эти двое в бронетранспортёре спорили о том, чемпион я или нет. Их тела вместе с ранеными при нас отправили к медику.

После чего мы проверили ещё один опорный пост под двенадцатым номером. Там не спали и сумели отбиться самостоятельно. После чего к нам подошли ещё четыре танка и десяток разумных во главе с Шарилом. После чего выяснилось, что мохнатые прорвались не только здесь. Шарил вместе с Варгалом и ещё одним разумным отправились разбираться, что произошло с освещением. Остальные разумные при поддержке танков стали проверять территорию на предмет мохнатых. Половину ночи мы бродили по территории, но так никого и не встретили. Только после того, как появился свет, нас отпустили отдыхать.

Утром я проснулся и посмотрел на храпящего рядом Варгала. Вчера ему прилично досталось. На щеке красовалась приличного размера ссадина, а на подбородке чернел синяк.

— Варгал, хватить дрыхнуть! Работать пора!

— У нас сегодня выходной. Так что можно поспать, — ответил он и повернулся на другой бок.

Вот только поспать у него не получилось. За ним пришли двое незнакомых разумных, разбудили и увели с собой. Впрочем, он достаточно быстро вернулся. Вернувшись, он пребывал в весьма хмуром настроении.

— Что случилось? Снова мохнатые?

— Да если бы.

— Тогда что?

— Помнишь, ты вчера дамочку связал?

— Что, погибла?

— Лучше бы погибла.

— Не понимаю тебя.

— Вчера мы восстанавливали освещение и быстро выяснилось, что причина поломки в взорвавшемся генераторе.

— Генераторы просто так не взрываются?

— Мы запитали все системы с другого генератора, и всё заработало. Вернее, не всё, но не в этом суть. В общем, Шарил решил проверить, не диверсия ли это.

— И что?

— Оказалось всё не так просто. Был непонятный рост энергопотребления, перед тем как он взорвался.

— И чем вызван этот рост?

— Как оказалось, наши умники что-то экспериментировали у себя, а Элину то ли специально выгнали от них, чтобы ничего не видела, то ли намеренно отправили наблюдать. Пока непонятно, но Шарил, точно докопается до правды. Она сейчас у него.

— Хочешь сказать, что наши умники вывели из строя генератор?

— Я так и говорю. Представляешь, сколько вчера погибло разумных и получило ранения из-за их эксперимента.

— И что умникам будет за это?

— Не знаю. Они сейчас между собой выясняют отношения.

— А тебя зачем вызывали?

— Шарил отчёт готовит по вчерашнему происшествию для командования. Вот под протокол меня и допрашивал.

— Так он вроде вчера с тобой был постоянно?

— Был.

— Скажи, а что здесь с преступниками делают?

— Что делают? Здесь с ними разговор короткий — просто отправляют за периметр.

— Почему-то я так и подумал.

— Пойдём позавтракаем, пускай у начальства голова об этом болит, а не у нас.

— Пойдём. Слушай, а умников могут выкинуть за периметр?

— Нет, конечно. Где они найдут смену этим?

— Умники здесь не по доброй воле?

— По доброй, ну, почти по доброй. Думаешь, среди них есть желающие отправиться сюда добровольно?

— А что, нет?

— Поверь, им и в большом мире неплохо. Была бы возможность, они бы давно все отсюда свалили.

— А я подумал, они энтузиасты, за идею здесь вкалывают.

— Да как же. Профессора знаешь, за что сюда отправили? — он понизил голос и посмотрел по сторонам.

— За что?

— Он провёл эксперимент на своём ассистенте, а тот взял и скончался после эксперимента. Затем подделал добровольное согласие ассистента, но это быстро вскрылось, и он совершенно добровольно отправился сюда.

— Где и продолжил свои эксперименты.

— Да, и ему здесь всё прощается. Думаешь, сейчас что-то сделают?

— Что, ничего?

— Так, пожурят больше для вида.

После этих слов понял, за что Варгала отправили сюда. Любил он правду-матку рубить, не подумав о последствиях.

Честно говоря, я не завидовал Олане. С одной стороны, она отвечала за умников. С другой стороны, эти умники творили здесь, что хотели. Кроме того, если о причине происшествия станет известно космодесантникам, можно ожидать любого развития событий. А парни наверняка узнают, что послужило причиной выхода из строя генератора, и кто виноват в гибели их товарищей. Учитывая нелюбовь местных космодесантников к умникам, здесь возможно всё.

Уверен, что именно это сейчас обсуждают у начальства. Можно было использовать ситуацию в свою пользу, но здесь вскрылась проблема. Вернее, две проблемы. Первая — это колония. Вторая — абсолютная неясность, когда сюда прилетит другой корабль. В то же время у меня появилось сильное подозрение, что пропавшие умники не потерялись в джунглях, а просто покинули планету, таким замысловатым образом заодно прихватив с собой научное оборудование.

Ключевым в этом вопросе являлся нюанс с гиперсвязью. Они были должны вызвать корабль, чтобы он забрал их с планеты. Доступ к гиперсвязи однозначно есть у Оланы, у Шарила и, скорей всего, у профессора. Последнее было неточно. Первые двое — сбш-ники. Даже если захватить одного и надавить на второго, не факт, что удастся получить коды доступа. Уверен, что у них хватает припрятанных сюрпризов. Будет крайне сложно получить доступ через них. Они понимают, что это гарантированное последующее отстранение и конец карьеры в СБ. Остаётся профессор. Как бы аккуратно выяснить, есть у него доступ или нет? Нужно подумать.

— Блез, я тебя жду, доедай быстрее, — услышал за спиной и, повернувшись, обнаружил за спиной Шарила.

— Что случилось? — спросил у него, засовывая большой кусок синтетического гамбургера в рот.

— Нужно тебя вооружить. Не дело, когда ты без брони воюешь.

— Так я вроде техник?

— У нас все воюют.

— Вроде я не отказываюсь воевать? — и недоумённо посмотрел на Варгала, не понимая, что это значит. Шарил что, меня ночью с ним не видел?

— Пошли.

* * *

Шарил, привёл меня в свой кабинет и занял место за столом.

— Садись, разговор есть, — сказал он.

Так и думал, что это броня только предлог. Вздохнув, сел на стул рядом со столом.

— Скажи мне, что ты думаешь о том, что произошло сегодня?

— Мохнатые прорвались на территорию. Вас интересует, что я думаю о мохнатых?

— Вот вы встретили Элану, и ты помог её снять с крыши?

— Было такое.

— По-твоему, чем она там занималась?

Глава 12

— Не знаю, темно было. Сидела она тихо и помощи не просила. Поначалу я решил, что это мохнатый там спрятался, и собирался его прикончить, но Варгал меня остановил.

— У тебя нет мыслей, зачем она туда забралась?

— Нет. Об этом я как-то совсем не думал, не до неё тогда было.

— Но успел с ней поругаться.

— Это не я с ней, это она со мной. Мне показалось, что она не особо адекватна, поэтому я её связал.

— Почему тебе так показалось?

— Не знаю. Нормальный разумный туда не полезет. Что ей там делать?

— От мохнатых прятаться.

— Видел я, как их многоножки ходят по лианам. Думаю, для многоножки забраться на крышу не составляет проблемы.

— Зачем ты расспрашивал её про профессора?

— Это неправда, профессор меня не интересует.

— Ну как, ножом ей угрожал.

— Меня профессор не интересовал и спрашивал я её о другом.

— О чём?

— О том, что против меня использовали. Это должно быть в моём деле.

— Об этом нет ни слова в твоём деле.

— Вот запись. Я вам её уже показывал. Против меня использовали то же самое, что использовал профессор здесь. Меня интересовало, что это такое и как это скажется на моём здоровье. Считаю, что имею право знать, что против меня использовали.

— Они там что…

— Не понял?

— Я тебе запрещаю приближаться к профессору.

— Да он меня не интересует, но я хочу знать, что это было.

— Это секретная информация. Скажи лучше, откуда у тебя такие данные?

— Какие данные, не понимаю?

— Наш медик был очень сильно удивлён, увидев твои параметры интеллекта и пси уровня.

— Так не секрет, что я псион.

— Вот только в твоём досье нет ничего о том, что ты высокоранговый псион. Что за чудеса?

— Боюсь, не могу ответить на этот вопрос. Эта тема засекречена решением суда, и я не могу раскрывать детали. Могу лишь намекнуть — раньше я служил на побережье, а там делают особую вытяжку из местных моллюсков. Думаю, вы можете это легко проверить.

— Допустим, а что по интеллекту. Откуда такой рост?

— Оттуда же, небольшой побочный эффект.

— Всем бы такие эффекты. Нейросеть индивидуальная, импланты дорогие, откуда всё это? Только не говори, что тоже эффект от вытяжки.

— Нет, не от вытяжки, нейросеть установило полицейское управление согласно судебному решению, и это легко проверить, а импланты, частично подарок, но это личное и вас совсем не касается.

— Здесь меня всё касается. Простому технику кто-то дарит дорогие импланты. Чудеса, да и только.

— С этим никто не спорит, но не рассчитывайте, что я вам расскажу подробности и потом, какой смысл вам переживать на этот счёт? Ведь их не здесь мне подарили, я вернулся на флот с ними.

— Не нравишься ты мне, Блез.

— Это нормально. Обычно я девушкам нравлюсь и у меня хватает поклонниц.

— Что же ты тогда делаешь на флоте?

— Скажу честно, я собирался расторгнуть контракт и покинуть флот, но известные вам обстоятельства мне помешали, и я оказался здесь. Если вы мне поможете в этом вопросе, готов даже заплатить за помощь. Думаю, это взаимовыгодное предложение, особенно в свете того, что я вам не нравлюсь.

— А ты знаешь о том, что все псионы твоего уровня должны состоять на учёте в СБ империи?

— Боюсь, мой уровень не дотягивает до нужного уровня, ваш медик мог ошибиться. Лечебные капсулы здесь старые и не могут точно показывать уровень моего пси уровня.

— Юридически подкованный, значит?

— Так, я в полиции служил и все положенные базы разучил.

— Я подумаю, что с тобой делать, а пока подпиши вот это.

На нейросеть пришёл документ. Я думал, что это будет очередная подписка о неразглашении, но, когда прочитал документ, понял, что не ошибся на его счёт.

— Хочешь, чтобы я работал на тебя? И зачем мне это?

— А ты думаешь, адмирал забыл о тебе?

— Думаю, не забыл, но что мне даёт этот документ?

— Мою защиту от него.

— В каком ты звании во флотском СБ?

— Я не служу во флотском СБ.

— Тогда не понимаю. Как ты тогда отдал приказ медику на корабле и капитану?

— Очень просто, я служу в СБ командующего флотами, все флотские СБ подчиняются нам.

— Подтвердить это можешь?

— А просто на слово не поверишь?

— Давно не верю на слово.

— Вот моё служебное удостоверение, — он достал из внутреннего кармана удостоверение и положил на стол. Пробежался глазами по тому, что было написано на удостоверении.

— Защита от адмирала взамен на работу на тебя?

— Совершенно верно.

— Договорились, — заверил документ нейросетью и выслал обратно.

— Отлично, что ты знаешь о вчерашнем происшествии?

— Я рассказал всю правду. Мне нечего скрывать.

— Про то, что ты сделал с Элиной, я хорошо осведомлён. Она мне здесь со всеми подробностями рассказала, как ты с ней обращался, и требовала наказать тебя.

— Неблагодарная женщина, что поделаешь, а после этого я всё время находился недалеко от танка Олины. Думаю, она может это подтвердить.

— Это я тоже знаю. Что ты знаешь об освещении?

— Знаю, что оно вырубилось.

— А почему вырубилось? — и после этого вопроса я понял, к чему он клонит.

— Точно не знаю, вроде вырубился генератор.

— А почему он вырубился?

— Не знаю точно. Вроде вы вместе с Варгалом занимались этим вопросом? Меня с вами не было.

— А он что-то тебе говорил на этот счёт?

— Говорил, что ты занимаешься расследованием.

— И всё? — здесь я понял, что вопрос с подвохом.

— Вроде есть подозрение, что эта дамочка причастна к этому.

— Только она?

— Вроде и умники с ней, но я сильно сомневаюсь в этом.

— Почему?

— Думаю, профессор держит её не для этого.

— Теперь слушай меня внимательно. Здесь только два разумных технически подкованных. Если тебя будет кто-то спрашивать — генератор сам рванул, такое с ними иногда случается. Заводской дефект.

— Зачем?

— Так ты должен говорить всем, кто будет обращаться к тебе. Фото всех, кто будет обратиться к тебе по этому вопросу, отправишь мне.

— Понял.

— Хорошо, что понял, а теперь пойдём, выдам тебе броню, а то воюешь в чём попало.

Мы зашли в соседнее помещение, здесь находилось что-то вроде склада. На столе лежал уже сильно потрёпанный бронекостюм космодесанта. Несколько бронепластин у него были заменены на новые. Видно, что все новые пластины заменены с разницей во времени.

— И сколько в нём уже погибло?

— Суеверный, что ли?

— Нет, но просто интересно.

— Носи и радуйся, что такой достался. Другим в худшем состоянии достались.

— А оружие? — заметно, что он сомневался, но выдал мне плазменную винтовку и две запасные батареи к ней.

— Знаком с такой? — спросил он, видя, что кручу её в руках.

— Не доводилось пользоваться раньше, но освою.

— Тогда иди и готовь бронетранспортёр.

— Готовить? К чему?

— К выезду.

— Мы едем в колонию за новым генератором.

— Меня ведь там арестуют, а вы мне обещали защиту от адмирала.

— Не переживай, никто тебя там не арестует.

— Тогда нет проблем, бронетранспортёр готов к выезду.

— Иди в гараж.

Выйдя из здания, посмотрел на окно его кабинета.

— Опасную игру ты затеял, Шарил.

Впрочем, я был уверен, что я ему нужен не больше, чем он мне. При первой же возможности он избавится от меня. Грёбаный медик. Зачем-то сделал диагностику моих данных и как положено доложил об этом Шарилу. Сейчас тот начнёт всё проверять. На это уйдёт какое-то время. Судебная бюрократическая машина империи достаточно медлительна, и время пока у меня было. Вот только когда выяснится, что нет никаких засекреченных дел, у него появится ещё больше вопросов и первым будет — откуда у меня креды на сыворотку и импланты? А может, поймёт, что я никакой не Блез Абдулаиджи. Посмотрим.

Согласие на сотрудничество я сразу решил подписать. Больше для виду немного упирался, чтобы у него создалось впечатление, что я вынужденно пошёл на эту сделку. Этот документ хотя мне ничего не значил, но давал ему иллюзию, что он сможет на меня оказывать некое давление, а я под этим давлением выполню все его приказы. Пускай надеется на это.

Жаль, что на моё предложение помочь мне покинуть флот, он ответил отказом. Это говорило о том, что у него есть какие-то планы на меня, и это, в свою очередь, сильно осложняло моё желание покинуть планету. Впрочем, никто и не обещал, что будет легко, и посмотрел на хмурое небо. Мелкий дождь как вчера зарядил, так и продолжался, делая порой лишь небольшие перерывы.

Дойдя до гаража, около него никого не встретил. Бронетранспортёр без проблем завёлся. Проверил все системы, одновременно переодеваясь в десантный бронекостюм. После окончания диагностики решил всё-таки дойти до ангара — забрать своё оружие и рюкзак.

— Вот сейчас ты выглядишь как настоящий космодесантник! — сказал Варгал, когда я зашёл в ангар.

— Мне в обычном комбинезоне привычнее.

— Понимаю. Нам десантный комбинезон не особо нужен. Такие прорывы, как вчера, редко случаются. На моей памяти всего раза три случались и в прошлые разы всего несколько мохнатых сумели просочиться на территорию. Давай переодевайся, отметим удачное окончание происшествия.

— Боюсь, не получится. Мы сейчас поедем в колонию за новым генератором, я на минутку заскочил, вооружиться.

— А мне можно с вами?

— Не знаю, спроси у Шарила.

— Сейчас узнаю.

Уже пристегнул клинки к спине и собрал рюкзак, когда он зашёл в помещение.

— Не взяли, — сказал он с грустью.

— Чего так?

— Шарил сказал, что не может рисковать сразу двумя техниками.

— А вчера тогда он что делал? Отправляя нас вместе в десятый сектор?

— В следующий раз съезжу. Удачно тебе там отдохнуть.

— Не хочу тебя ещё больше огорчать, но, учитывая, что я вожу бронетранспортёр, это случится ещё нескоро.

— Да это не проблема, в колонии есть аттестационный центр. Аттестуют ещё водителей. Иди, Шарил не любит ждать.

Вот только ждать нам как раз пришлось. Космодесантники достаточно оперативно собрались в ангаре и погрузились в бронетранспортёры, но мы никуда не трогались и кого-то ждали. Шарил занял место в первом бронетранспортёре, и спросить было не у кого. Так никого и не дождавшись, мы поехали. Правда, недалеко — выехали из ангара и сразу остановились. Вскоре я увидел, чего мы ждали. Несколько умников прилетели на антигравитационной платформе вместе с профессором. Вместе с ними на платформе находился сгоревший генератор, прикрытый куском рваной ткани.

— Блез, помоги им перегрузиться, а то они ещё полдня перегружаться будут, — сказала панель недовольным голосом Шарила. — И подключи рацию в бронекостюме.

— Знать бы ещё, как её подключать, — ответил панели.

— Попроси кого-нибудь из парней — помогут.

Не успела панель договорить, как мне на нейросеть пришло сразу несколько инструкций о том, как это сделать. Было понятно — Шарил не хотел, чтобы остальные слышали наши переговоры. Впрочем, пока мне не до рации. Пришлось заняться перегрузкой генератора с платформы в грузовик, но там оказался не только генератор. Ещё несколько коробок пришлось перегрузить вместе с ним. После чего грузовик выехал из ангара и присоединился к бронетранспортёрам. Забираясь в бронетранспортёр, понял, что Шарил специально выгнал бронетранспортёры из ангара, чтобы кроме меня никто не видел, что находилось на платформе.

Собирался запускать двигатель, когда услышал:

— Займи место в салоне, здесь моё место.

Космодесантник, устроившийся на месте Киры, быстро освободил место, а его место занял профессор. Четверо умников вместе с космодесантником заняли место в салоне. Честно говоря, такой подлянки от Шарила я не ожидал. Он ведь прекрасно знал, что я повздорил с его подружкой. Бронетранспортёр с Шарилом тем временем уже поехал вперёд, за ним поехал грузовик. Мне же предстояло замыкать нашу колонну.

У меня было огромное желание высказать Шарилу за такую подставу, но я просто уточнил:

— Профессор, вам можно с нами?

— Конечно.

— Тогда поехали, — и, запустив двигатель, поехал догонять грузовик.

Как только тронулись, я начал изучать присланную инструкцию, но вскоре понял, что это сложная задача — управлять бронетранспортёром и изучать инструкцию. Пришлось отложить это занятие на потом.

Больше часа мы продирались через джунгли по наезженной дороге. Профессор молчал, и я уже решил, что разговора между нами не состоится, но, когда он нажал на кнопку закрытия перегородки, понял, что ошибся — разговор состоится.

— Молодой человек, не хотели бы вы обследоваться у меня? Обещаю, это будет совершенно бесплатно, — сказал профессор, когда перегородка закрылась.

— Обследоваться? — я ожидал совершенно другого начало разговора, и в голове прокручивал свои варианты ответов, но к такому вопросу оказался совершенно не готов.

— Мне сказали, что вы остались живы после применения одной очень интересной штуки.

— О какой штуке идёт речь? Вы говорите загадками, профессор, — хотя я прекрасно понял, о чём он говорит.

— Ты прекрасно знаешь, о чём я. Именно об этом ты расспрашивал Элину с ножом у горла.

— Тогда вы знаете ответ на ваш вопрос. Ваша интересная штука чуть не убила меня, и мне стоило больших усилий восстановиться после её применения на мне. К сожалению, не могу трогать вас, при другом раскладе вы бы мне всё рассказали, что знаете об этой интересной штуке.

— Боюсь, даже если я расскажу тебе о ней, всё, что я знаю, вам это никак не поможет.

— Это почему?

— Потому что я сам не понимаю, как она устроена и как работает. Жаль, что прошло много времени и твой организм восстановился, но косвенным признакам тоже многое можно понять.

— Боюсь, что я не готов пойти на такой риск, особенно учитывая, что мне пообещала ваша Элина.

— Она порой говорит совсем не подумавши. Не стоит воспринимать её слова серьёзно.

— Мне рассказали про одного разумного, который тоже не воспринял её угрозы серьёзно, в результате быстро и скоропостижно скончался.

— Что поделаешь, на планете постоянно кто-то умирает.

— Две большие разницы: быстро умереть от лап мохнатого или высохнуть как мумия у вас на столе. Боюсь, второе не подходит для меня.

— Очень жаль. И убедительная просьба — не трогать Элину. Я понимаю, что вы хотели ей помочь, а она находилась немного не в вменяем состоянии.

— Профессор, я надеюсь, мы больше с ней не встретимся, она меня не интересует ни в каком качестве. А вообще, меня всё сегодняшнее утро допрашивали и СБ сильно интересовало, что она делала на крыше, а я не знал, что ответить на этот вопрос. Не проясните ситуацию?

— Это действительно сложно объяснить. Просто Элина — девушка весьма экстравагантная, а мы перед этим поругались немного. Вот она там и спряталась от меня.

— На крыше? Это действительно достаточно экстравагантно. А как же быть с мохнатыми, что бродили по территории?

— Она ничего о них не знала. Мы поругались немного раньше.

Отвлёкся от управления и посмотрел на него. По его лицу сложно понять, врёт он или нет. К сожалению, он поддерживал пси защиту, и я совсем не чувствовал его эмоции. Впрочем, мне вспомнились слова Варгала, что профессор сам весьма экстравагантный разумный и его словам не стоит доверять. С учётом того, что профессор сам испортил генератор, когда проводил свой эксперимент, это попахивало безумием, а не экстравагантностью.

— Профессор, вы не находите, что проводить эксперименты с генератором, когда на крыше находится ваша подружка, не очень разумно?

— Да никто не думал, что так получится. Эксперимент был вполне штатный. До сих пор непонятно из-за чего произошёл неконтролируемый выброс энергии, — он замолчал, задумавшись о чём-то своём.

Так молча мы доехали до колонии. При её приближении нейросеть пискнула и прислала сообщение о том, что обнаружена сеть, и готов ли я заплатить пять кредов за подключение к ней. Прочитав сообщение, решил не подключаться к сети. Слишком многим здесь не стоит знать о моём приезде сюда. В первую очередь местному СБ. Вообще, я только здесь задумался о том, что здесь может делать СБ командующего флотами. Насколько я знал, их задача — надзор и контроль над флотским СБ. Что может здесь делать Шарил? Ведь это совсем не его уровень. Провинился?

Глава 13

Задумавшись, я чуть не проморгал охранный периметр колонии. Впрочем, он ничем не отличался от нашего. Два опорных пункта встретили нас светом прожекторов. За земляным валом стояла парочка танков, только их верхние части вместе с пушками торчали над земляным валом и сурово смотрели в нашу сторону. Мы переехали через вал, но к нам навстречу никто не вышел и, не останавливаясь, мы направились в сторону ближайших построек. Колония встретила нас настороженно. В некоторых домах горел свет, но на улицах никого не было видно. Большинство домов здесь небольшие, одноэтажные и однотипные. Очень редко встречались двухэтажные дома.

К моему удивлению, колония оказалась больше, чем я думал — две или три сотни домов. В центре мы проехали мимо торговых лавок, баров и ремонтных мастерских. На дальнем от нас краю колонии можно было рассмотреть высокие ангары, явно производственного или складского назначения, но мы туда не поехали, а подъехали к высокому трёхэтажному зданию и остановились.

Шарил вышел из бронетранспортёра и направился к входу. Профессор также покинул бронетранспортёр и направился туда же. Каких-то указаний от Шарила мне не поступало, и я занялся изучением инструкции по подключению рации. Остальные в салоне также оставались на местах. Шарил с профессором зашли в здание и почти сразу вышли оттуда, но теперь к ним добавились ещё двое. Этих двоих я узнал сразу, именно они приезжали к кораблю и забирали груз. Активировал микрофон, чтобы послушать, о чём они говорят.

— Мы за генератором, — сказал Шарил.

— Знаю, но вы совсем не вовремя, — ответил один из колонистов.

— Почему? Я ведь вас предупреждал?

— Мохнатые полчаса назад нас атаковали.

— И что, вы не можете с ними справиться?

— Их много и все собрались в одном месте.

— А я думаю, чего мы ни одного мохнатого не встретили по дороге.

— У тебя много парней с собой?

— Не очень и они приехали отдохнуть.

— Позже отдохнут. Мне нужны сейчас все и ваши бронетранспортёры.

— А как же груз? Я не могу его оставить без охраны.

— Да никто его не возьмёт. Посмотри вокруг, нет сейчас никого.

— Я не могу нарушить правила.

— Ладно, оставайся сам, но один бронетранспортёр я у тебя забираю.

— Нет, даже и не думай. Парней в помощь дам, а на бронетранспортёры не рассчитывай.

— Зачем тебе два?

— Для охраны! Я не оставлю груз без охраны!

— Ладно, совсем нет времени с тобой спорить. Выгружай всех!

На нейросеть пришёл приказ, но не от Шарила, а от руководителя колонии. После него космодесантники стали неохотно выбираться из салонов бронетранспортёра. Мне тоже поступил приказ, пришлось покинуть уютное и тёплое место водителя бронетранспортёра. Вместе со мной покинули свой транспорт водители грузовика и второго бронетранспортёра.

— Ты чего? — возмутился Шарил. — Водителей зачем забираешь? Кто обратно технику поведёт?

— Сейчас каждый космодесантник на счету. Ничего с ними не будет, а что-то случится — аттестуем новых.

— А кто будет груз охранять, если ты всех забираешь?

— Ты будешь охранять вместе с ними, — и он кивком указал на профессора. — Справитесь.

— Кто? Профессор? Да он оружия в руках никогда не держал. Вон, его оставь хотя бы, — сказал Шарил и показал на меня.

— Вообще-то держал и не раз, — возразил ему профессор.

— Их самих охранять нужно. Они беспомощны как дети, — видя, что профессор что-то собирается возразить, добавил: — О ваших боевых качествах, профессор, мы поговорим позже.

— Вы зря нас недооцениваете, мы тоже что-то можем.

— Вам, профессор, я непременно устрою экзамен по возвращению на базу, и там вы мне продемонстрируете свои боевые возможности, а пока за вами присмотрит Блез.

— Шарил, ты думаешь, я не знаю, кто он? Да он один троих космодесантников стоит. Все выдвигаемся за ним и Блез тоже, — он показал на второго колониста.

Шарил попытался что-то возражать, но второй колонист быстрым шагом направился в сторону промышленных ангаров, мы неохотно пошли за ним. Все приехали сюда отдохнуть и расслабиться, ни у кого не было планов воевать с мохнатыми. К тому же усилился дождь и налетали порывы колючего ветра.

— Блез, ты не знаешь, куда нас? — спросил тихо кто-то рядом.

— Мохнатые прорвались, как я понял. Всех направляют на ликвидацию прорыва.

— И почему я не удивлён. Съездили, отдохнули, называется. Здесь космодесантников раз в десять больше нас, но без нас никак.

Честно говоря, я разделял его негодование, но вставил батарею в винтовку и проверил состояние оружия. За мной следом так же поступили остальные. Плохо, что я не знал, куда нас ведут.

— Кто-то знает, куда нас ведут? — спросил у остальных.

— Там промышленный сектор колонии, — ответил мне кто-то из соседей.

У ангаров колонист нас разделил на двойки и направил в разные места. Мне в напарники достался уже знакомый водитель грузовика. Мы стали проверять территорию. Было тихо, никто не стрелял. Мы прошли ангар, проверили небольшой пристрой около него и, так никого не обнаружив, пошли дальше. Дальше располагалось что-то вроде парка. Деревья в нём росли явно неместные. Подошёл к ближайшему дереву и посмотрел на круглые зелёные шарики, что обильно росли на ветках.

— Что это? — спросил у напарника.

— Забыл, как называется. Эти шарики собирают и используют на производстве.

— А я подумал, они съедобные.

— Нет, они ядовитые.

— Где остальные?

— Может, вперёд ушли?

— Наверно, мы с тобой долго пристрой осматривали.

— Нет здесь никого. Не добрались мохнатые сюда.

— Вызови наших. Где они находятся?

— Сейчас.

— Точно, наши вперёд ушли. Говорят, нас вызывали.

— В пристрое стены толстые, вот мы и не слышали.

Быстрым шагом мы направились догонять остальных. Впрочем, далеко не ушли. Слева от нас засверкали вспышки плазмы.

— Не понял, наши там?

— Нет, они сами спрашивают мы это или нет.

— Однозначно не мы.

— Тогда кто?

— Не знаю.

— Нам приказано оставаться на месте и дожидаться остальных. Они возвращаются.

— Ты оставайся, а я посмотрю, что там.

— Может, не стоит?

— А если там толпа мохнатых, что делать будем? Нас здесь всего двое.

— Давай, только рацию включи.

— Включил, но не успел с ней разобраться. Я быстро, ты главное меня не подстрели, когда возвращаться буду.

Не успел пройти сотни метров, как увидел вспышки плазмы справа от нас. Однозначно это наши, что ушли вперёд, вступили в бой. Где-то впереди также стреляли. Пройдя несколько метров, я увидел отступающих космодесантников, отступали они не в мою сторону, а в сторону производственных строений, видимо, в надежде там закрепиться. Занял позицию возле ствола дерева, чтобы через прицел винтовки лучше рассмотреть, что происходит.

Сложно было понять, сколько здесь мохнатых и куда двигаются. Соседние стволы у деревьев сильно мешали это сделать, тогда я решил использовать пси и почти сразу понял, что сделал это зря. Мохнатые меня почувствовали. Впрочем, как и я их. Здесь находилось четыре больших группы мохнатых, три группы сейчас преследовали отступающих передо мной космодесантников, ещё одна группа мохнатых напала на приехавших со мной космодесантников. От ближайшей ко мне группы отделилось сразу десяток мохнатых, они направились в мою сторону.

Осмотревшись, решил отступать из этих зарослей, как это делали мои соседи. Деревья были достаточно густыми, нижние ветки деревьев росли невысоко над землёй. В то же время сами деревья произрастали ровными рядами, но эти ряды находились близко к друг другу. Видимо, по этой причине здесь мохнатые воевали без своих многоножек. Многоножкам здесь сложно развернуться и сложно протиснуться между рядами. Однако и без многоножек мохнатые достаточно быстро передвигались среди деревьев.

— Вот зачем мы только сюда полезли? — спросил сам себя, отступая обратно к напарнику.

Мохнатые уже находились где-то рядом, но пока я не видел их. Первый вынырнул из-под самой нижней ветки ближайшего дерева и попытался меня ударить клинком в бок, но было поздно для него — импланты активировались, демон во мне тоже проснулся и находился в предвкушении крови. Удар клинка мохнатого я заблокировал винтовкой. После чего ударом ноги отправил мохнатого в полёт. Он полетел низко, ломая своей тушкой ветки дерева, из-под которого вылез. Чтобы он обратно гарантировано не вернулся, отправил следом три плазменных заряда из винтовки.

Впрочем, мне уже было не до этого мохнатого — ещё один свалился мне на спину и, вцепившись в бронезащиту, попытался засадить нож в мою шею. Бросив винтовку и перехватив лапу мохнатого с ножом, а потом одним резким движением с хрустом вывернул ему лапу. Одновременно пытался сдёрнуть мохнатого со своей спины. Мне это удалось и мохнатый полетел вперёд, издавая недовольные рычащие звуки. В то же время мне что-то достаточно болезненно ударило в спину. Выдернув бластер, двумя выстрелами покончил с мохнатым, одновременно смещаясь в сторону. Стрела другого мохнатого, чиркнув по шее, пролетела дальше.

Развернувшись, поначалу не заметил мохнатого, пока тот не начал заряжать в лук новую стрелу. Выстрелили мы одновременно — его стрела воткнулась мне в грудь, а моя плазма влетела ему между глаз, после чего он свалился с ветки. Впрочем, мне уже было не до него — ещё трое появились рядом и атаковали с разных сторон. В первого я промазал и, отбросив бластер, выдернул клинки.

Тем временем ещё шестеро мохнатых появились в зоне видимости. В наступающих сумерках сверкнула пробежавшая по лезвиям заточка, и мой демон вступил в дело. Первые трое мохнатых умерли быстро, потеряв часть своих конечностей. Атаковавших за ними постигла же участь. Лучшая защита — это нападение, и я атаковал, рубил, рубил, рубил, но вместо погибших появлялись всё новые мохнатые, и за ними всё ещё и ещё.

Когда я метнул клинок и пригвоздил им к стволу дерева очередного лучника, остановился и посмотрел вокруг — мои противники неожиданно закончились. Вся земля вокруг была покрыта телами мохнатых; трава, как и листва на ближайших деревьях, залита их голубой кровью. Прислушавшись, понял, что бой уже переместился и идёт левее, там, где находятся здания, которые мы раньше проверяли. Мне тоже стоило перемещаться к остальным.

Вернув клинки в ножны и подобрав винтовку с бластером, решил всё-таки проверить место, где оставил напарника. Наверняка он уже отступил вместе с остальными к зданиям, но стоило в этом убедиться. Вдруг он по-прежнему ждёт моего возвращения. Пройдя несколько шагов, понял, что ошибся — парень не отступил. Он решил мне помочь. Вот только с помощью у него не получилось. Его шею пробила стрела мохнатого. Не помогла даже защита десантного бронекостюма. Впрочем, пока он был жив.

— Парень, ты как? — попытался привести его в чувство.

— Я хотел помочь, — прошептал он, и из уголка рта потекла тонкая струйка.

— Знаю. Держись, я тебя вытащу отсюда.

Обломив стрелу, закинул парня на плечо и пошёл в сторону зданий. Хорошо, что идти было недалеко. Мы не успели далеко отойти от зданий. Вот только впереди шёл бой, поэтому я направился немного в сторону, стараясь обойти бой слева. Когда я к ним приблизился, бой прекратился, мохнатые отступили, но приближаться к своим я не рискнул, пришлось настроить рацию и вызвать их.

— Как слышите меня? Это Блез.

— Блез, ты живой?

— Живой, со мной раненый напарник, мы находимся рядом с вами, не стреляйте.

— Принято, двигай к нам, только быстро. Мохнатые отошли, но думаем, это ненадолго.

— Понял.

Выйдя из леса, трусцой побежал к ним. Это оказались космодесантники из числа тех, с кем я приехал сюда, вот только количество космодесантников сейчас значительно сократилось.

— Положи его к остальным, — сказал один из них и показал на стену пристроя, рядом с входом в который сидело и лежало четверо раненых космодесантников.

— Ему нужна помощь медика. У него тяжёлое ранение.

— Вызвали медика, но когда он появится — неясно.

Донёс его и положил его к остальным, после чего проверил аптечку у него. Аптечка уже вколола ему, что положено. Надеюсь, парень продержится до капсулы и отключил свои импланты. Рядом с ним лежал колонист, что раньше командовал с нами. Ему сильно досталось. Защитный колпак его шлема не выдержал удар мачете мохнатого. Лицо у него теперь было рассечено. Этот точно не дотянет до капсулы — решил я про себя. Оставив их, вернулся к тем, что ещё оставался в строю. Они заняли позицию между пристроем, что мы проверяли, и соседним зданием. Из пристроя вытащили несколько неизвестных мне агрегатов, перекрыли ими часть прохода между зданиями и за этими агрегатами заняли позиции. Сейчас все отдыхали, сидя на земле за исключением одного, он наблюдал за обстановкой. Подошёл и сел на землю рядом с ними.

— У тебя как с зарядом? — спросил тот, что меня встретил, видимо, он сейчас а старшего.

— Порядок вроде, — и посмотрел на индикатор заряда батареи у винтовки. — Четверть батареи не истратил.

— А запасные батареи есть?

— Конечно. Обе полные.

— Парни — живём! Блез, делись с остальными, то у нас почти у всех батареи пустые.

— Держите, но две батареи давайте на замену.

Мне тут же выдали две разряженные батареи, а я им отдал свои.

— Вот теперь можно дальше воевать. Вы где пропали? Мы вас вызывали?

— У меня рация была не настроена. Так получилось, что мы услышали стрельбу и решили поначалу, что это вы, но это отступали другие.

— Знаем, они здесь недалеко от нас заняли позицию.

— Потом мы услышали, как уже вы вступили в бой, но нас заметила часть мохнатых, что преследовала соседей, и нам самим пришлось отбиваться от мохнатых. Напарник получил от мохнатого стрелу в шею. Пришлось его тащить на себе.

— Мы тоже вытащили, кого смогли, а остальные там остались.

— Обидно сдохнуть, когда мы отдохнуть и расслабиться сюда приехали.

— Не то слово. Классно оттянулись с девчонками.

— Вы с командованием колонии не говорили. Может, они нам хотя бы техникой помогут?

— Этот вроде обещал, — он кивком показал в сторону раненых. — Но я ему давно не верю.

— Чего так?

— Да так. Были с ним проблемы в прошлом.

— Тогда зачем тащил? Бросил бы там.

— Чтобы меня потом обвинили в его смерти. Сейчас же обвинить меня не получится, а он всё равно сдохнет.

— Разумно.

— Что-то тихо. Мохнатые не лезут.

— Брил, может, мохнатые нас обошли? — спросил космодесантник, что наблюдал за обстановкой.

— Эти могут, но у нас позиция здесь нормальная, — ответил ему мой собеседник. — Спереди и сзади всё открыто, незаметно не подойти. Даже если сверху через крышу полезут. Укроемся в пристрое и отобьёмся. Плохо другое — зарядов мало осталось, долго продержаться не получится. Жаль, бронетранспортёры там остались.

— Да они среди деревьев бесполезны, — ответил ему.

— Зато сейчас бы очень пригодились.

— Темнеет, вот это плохо.

Он посмотрел наверх.

— И дождь, похоже, будет только усиливаться.

— А здесь что, нет опорных пунктов?

— Почему нет?

— Не вижу ни одного.

— Они находятся там дальше. Мы, собственно, к ним шли, но не дошли.

— За деревьями?

— Да. Не так далеко отсюда.

— А вызывать их не пробовали?

— Пробовали. Два опорных пункта не отзываются. Похоже, мохнатые там всех перебили, иначе они здесь бы не оказались.

— Здесь тоже есть умники?

— Вроде нет. Все у нас. А ты чего спросил?

— Просто спросил, я в колонии в первый раз и пытаюсь разобраться, что здесь и как.

— Да нечего здесь разбираться. Всё и так известно.

Послышалось непонятное чавканье.

— Кажется, он не соврал, — задумчиво сказал мой собеседник.

— Что это за звук?

— Танк сюда идёт.

— Вскоре появился танк, за ним ехал бронетранспортёр, замыкали процессию два грузовика.

Танк вскоре подошёл к нам и замер в нескольких шагах от нас. Двигались только его пушки влево-вправо. Из второго грузовика выпрыгнули сразу трое. Одного я сразу узнал. Именно он был главным у колонистов, и именно с ним разговаривали Шарил и профессор, перед тем как нас забрали сюда. Эти трое направились к нам.

Глава 14

Впрочем, как вскоре выяснилось, не совсем к нам. Они подошли к раненому колонисту, что раньше командовал у нас. Один из троих оказался медиком, он сразу занялся раненым. По его лицу стало понятно, что с раненым всё плохо. За ними следом из грузовиков и бронетранспортёра стали выбираться космодесантники. Часть из них решила занять позицию рядом с нами, ещё две группы отправились занимать позиции около соседних зданий.

— Вот и помощь прибыла. Кажется, мы этот день переживём, — сказал Брил.

— Теперь точно проще будет, но мохнатых там ещё много.

— Вы что сидите? — спросил подошедший к нам главный у колонистов.

— Отдыхаем после боя.

— Позже отдохнёте. Грузите раненных в грузовик. Возвращаемся в колонию. Шарил просто жаждет вас получить обратно. А здесь что, все? Вас всего семеро?

— Здесь все, кто сумел выбраться.

— Да уж, но что поделаешь.

Мы забрали всех раненых и под присмотром медика погрузили их в грузовик, после чего заехали к соседям и забрали раненых у них. Вначале мы ехали вместе, но потом грузовики разделились. Мы поехали в одну сторону, а грузовик с ранеными парнями в другую. Ехали мы совсем недолго.

— Приехали, вылезайте! — скомандовал главный колонист.

— Опять подставляет, — процедил сквозь зубы Брил, когда мы стали выбираться из грузовика.

— Почему?

— Это парк отдыха для колонистов. Что нам здесь делать?

— Не знаю.

— Парни, я понимаю, что вы устали и только из боя, но нужно просто проверить парк, — обратился к нам главный колонист. — Сказали, что здесь видели мохнатых. Сюда мы отправили небольшую группу проверить, но она не выходит на связь. Задача у вас простая — нужно всего лишь выяснить, что с ними произошло, и вы сразу отправляетесь отдыхать.

— Мы пусты, у нас почти не осталось заряженных батарей, — ответил ему Брил.

— Это не проблема. Вот вам каждому по батарее. Пустые батареи сдаём, — он достал коробку из-под сидения.

Все разобрали по батарее. Некоторым досталось даже две.

— Двигаем вон в ту сторону. Ваша задача — выяснить, что произошло с первой группой, — рукой он показал направление. — Мы вас заберём на другом конце парка, и вы сразу отправитесь отдыхать. Теперь распределитесь в цепочку. Блез, ты крайний слева. Брил, крайний справа, остальные идут между ними. Что стоим? Вперёд! И разойдитесь подальше, так вы точно никого не найдёте.

Все крайне неохотно двинулись вперёд. Мало того, что все устали, ведь мы только выбрались из зарослей деревьев, с трудом отбившись от мохнатых, а здесь вновь деревья, пускай не такие густые, как там, но встречаться с мохнатыми среди них никому не хотелось. Вдобавок уже почти стемнело, хотя парке находились две аллеи и обе аллеи сейчас хорошо освещались, но всё, что было между аллеями, находилось в темноте. Пропавшая группа здесь также не добавляла нам оптимизма. Кто знает, сколько здесь мохнатых.

Мы зашли в парк и не спеша пошли по нему. Сзади заработал мотор у грузовика. Обернувшись, увидел, как грузовик, на котором мы приехали, уезжает.

— Парни, не растягивайтесь, держимся все вместе, — услышал я голос Брила, как только грузовик отдалился от нас и его стало неслышно.

Впрочем, и без него никто не собирался это делать. В парке было тихо. Никакие посторонние звуки не нарушали эту тишину.

— Брил, далеко нам топать? — спросил кто-то по рации.

— Прилично. Парк не широкий, но длинный. Его создали специально для пробежек колонистов. Они здесь обычно по утрам бегают, круги мотают.

— А колонистки?

— Этих здесь много. Некоторые вообще супер.

— И что, не пытались к ним подкатить?

— Пытались и подкатывали. Многие из них совсем не против с нами замутить. Хочешь попробовать?

— Даже не знаю, она должна быть очень хороша.

— Тебе напомнить, что с тобой сделают за нарушение приказа?

— Да ладно, куда отсюда могут отправить?

— На разведку могут отправить или ещё куда похуже.

— Да бывал на разведке.

— Отправят тебя на разведку, в посадку, из которой мы только что выбрались, чтобы выяснить, есть там мохнатые или нет. Думаешь, много у тебя шансов вернуться оттуда? Этот Гарам таким образом не одного отличного парня прикончил. Для него мы — расходный материал. Одни погибли — ничего страшного, завтра пришлют других.

— Значит, ты от него сбежал к Шарилу?

— А у меня был выбор? Не любят они друг друга, но вообще хватит трепаться, смотрите по сторонам. Этот Гарам может запросто всех нас здесь слить.

Дальше все пошли молча. Деревья в парке были разными по высоте и весьма разнообразными по цветовой гамме листвы. Посажены далеко друг от друга, нижние ветки у всех деревьев росли высоко над поверхностью планеты и совсем не мешали обзору. Местами встречались заросли кустарника, но мы к ним старались не приближаться. Все кустарники и трава в парке аккуратно подстрижены, нигде не валялось сухих веток, чувствовалось, что за парком следят и следят с любовью, как за любимым детищем.

Мы долго шли, никого не встречая. Брил несколько раз останавливал всех, вроде кого-то заметив впереди, но это оказывались или статуи, или механизм непонятного назначения. Сам я долго не решался использовать пси, опасаясь привлечь этим к нам внимание мохнатых. Когда очередная «опасность» впереди не подтвердилась, решился его использовать. К моему удивлению, никаких пси откликов поблизости не оказалось. Они обнаружились справа от нас и немного дальше, вот только справа от нас находились дома колонистов, судя по всему, дальше также находились жилые дома. Пси отклики могли давать как колонисты, проживавшие в этих домах, так и мохнатые, охотившиеся на колонистов. Сложно было сказать, я не умел отличать пси отклики одних от других.

Поначалу я хотел сказать остальным, что поблизости никого нет и можно ускориться, но потом вспомнил слова Брила и передумал. Торопиться нам однозначно не стоило. Тем более что такой команды не поступало.

Не торопясь, мы следовали по парку, внимательно осматривая следы на траве. Ничего похожего на следы многоножек, на которых передвигались мохнатые, я не видел. Следов мохнатых, передвигающихся пешком, также не встречалось. Зато хватало следов, оставленных колонистами, которые отдыхали в парке. Самым первым я вышел к участку парка, сильно напоминавшему местные джунгли. Обе освещённые дорожки уходили туда.

— Брил, что за фигня здесь творится? — спросил по рации.

— Что случилось? — сразу откликнулся он.

— Парк вроде закончился, впереди местные джунгли, но я не вижу здесь никакого грузовика.

— Эти джунгли тоже часть парка. Специально здесь оставили, чтобы колонисты знали, что за джунгли окружают их.

— Вот это сюрприз. А обойти этот участок можно?

— Можно, но есть проблема — сразу за этим участком начинаются дома управления парком, именно там нас должен ждать грузовик.

— Давай я один проверю, что впереди, а вы останетесь здесь? Если что, придёте мне на помощь.

— Думаю, это плохой вариант. Если впереди мохнатые, тебе не отбиться от них одному. Мы просто не успеем к тебе.

— Что ты предлагаешь?

— Иди вперёд, но не торопись, а мы медленно пойдём за тобой. Если они там, сразу все отходим назад.

— Лучше отходить направо, там вроде дорога проходит.

— Такой вариант, наверно, будет лучше.

— Тогда договорились, только не подстрелите меня случайно.

— Не переживай, здесь новичков нет.

Пристегнув винтовку к спине, выдернул клинки из ножен и сделал шаг в джунгли. Почти сразу стало понятно — джунгли самые обычные, но какие-то причёсанные, что ли. Здесь было прибрано и можно даже сказать уютно. Проявил инициативу я не просто так. Сильно опасаясь получить разряд в спину от кого-то из «своих», ведь большинство из них я совсем не знал и никому из них совершенно не доверял, и неизвестно кого из них нанял Гарам для этого. Пси говорило, что других разумных поблизости нет. Вернее, они были впереди, но с большой долей вероятности это колонисты, выполняющие работы в парке и жившие там.

С Брилом я согласен в одном — Гарам не просто так отправил нас сюда, но за всё время ничего существенного не произошло. Мне стало очевидно, что сюрпризы нас должны ожидать именно в этих причёсанных джунглях. Вот только Гарам сам не понял, что сделал. Для Тени эти джунгли были почти идеальным местом. Здесь я стал тенью растворившись среди деревьев и бесшумно двигался вперёд, отключив рацию и отходя всё дальше от остальных. Разумеется, никаких мохнатых здесь не оказалось, но следовавшие за мной космодесантники этого не знали и никуда не торопились.

У меня было ещё одно подозрение. Гарам не просто так нас с Брилом поставил по бокам. Это явно сделано с каким-то замыслом. Основные подозрения у меня связаны именно с Брилом. Возможно, именно он должен уничтожить меня, а всё, что он говорил — ширма, чтобы отвести от него мои подозрения. В то же время он мог оказаться не только исполнителем, но и жертвой, а исполнителем оказаться кто-то третий. Так или иначе, мне сейчас всё равно, я готов уничтожить всех шестерых одного за другим.

Пока же я двигался вперёд, чтобы оценить обстановку впереди. К моему удивлению, участок парка с джунглями быстро закончился и впереди можно было рассмотреть дома колонистов. Заметив дома, я напрягся и остановился, но совсем не дома остановили меня.

Практически у кромки джунглей находилась приличного размера куча из спиленных веток, сухих деревьев, лиан и другого мусора. Таких куч впереди находилось несколько. Точнее, сложно сказать. Около этих куч не было света. Несколько достаточно тусклых уличных фонарей находились около домов, но они очень слабо освещали кучи мусора, собранного по всему парку. Прицел винтовки с ночным видением также плохо помогал что-то рассмотреть среди этих куч. Чем именно напрягали меня кучи, я сам не понимал. Ничего особенного в них не было. Собрали мусор и здесь сложили. Вот только пси категорически было против, чтобы я двигался дальше. В то же время я не чувствовал там живых. Живые находились дальше в домах.

Пси я доверял и решил не двигаться к этим кучам, а обойти их. Хотя это сильно меняло мой изначальный план. Изначально я собирался осмотреться, потом обойти остальных и занять позицию недалеко от Брила, но остальные совсем не торопились сюда, и я решил, что успею всё проверить. Сбоку обойдя кучи мусора по краю небольшого перелеска, расположенного между домами и дорогой, вышел к домам. Около них я оставил рюкзак, забрав из него только оружие мохнатых. Дальше пошёл налегке.

Здесь находилось восемь жилых домов, в окнах которых сейчас горел свет, и два больших ангара для техники. Шесть фонарей освещало две улицы и сильно мне мешали. Впрочем, у ангаров с техникой освещался только вход, а вот другая сторона ангара была не освещена, именно там я занял позицию. Кучи мусора теперь находились передо мной, и через прицел винтовки теперь я хорошо видел, что находилось с другой стороны этих куч. Вот только никого из разумных около них не оказалось. Однако пси настойчиво говорило, что там есть что-то плохое, но я сколько бы ни смотрел, не видел никого, как и не чувствовал.

Уже собирался уходить, когда одна засохшая ветка пошевелилась. Вначале я решил, что мне показалось, но она снова зашевелилась, и сумел разглядеть одного. Оказалось, сразу несколько разумных заняли позицию около этих куч мусора. Сверху они прикрылись маскировочной сетью и накидали на неё пожухлой листвы, которой здесь хватало. Точное количество сидевших в засаде сложно определить, но ждали они однозначно нас. Что же, посмотрим, и включил рацию.

— Брил, как слышишь меня?

— Блез, ты почему не отзывался? Мы тебя устали вызвать.

— Рация отключилась, не знаю, что с ней. Значит, слушайте. Впереди засада и это не мохнатые. Мохнатых здесь нет.

— Засада наших? Ты уверен? — спросил другой голос, не Брила.

— Уверен. Наблюдаю сейчас за ними.

— Много их? — спросил Брил.

— Сложно сказать точно. Они спрятались под маскировочными сетями и ждут нас. Точное количество не могу определить, возможно, я всех не заметил. Они хорошо спрятались.

— Где они засели?

— На границе джунглей и домов собраны несколько куч с мусором, вот между ними они и заняли позиции.

— Я знаю это место. Жди нас, мы скоро будем.

— Ты собрался с ними воевать? — спросил другой голос.

— Это убийцы Гарама. Не надейся, они не оставят тебя в живых, — ответил ему Брил. — Нас всех поставили на списание.

Рации замолчали, но, судя по пси, вперёд они не спешили. Решили, что это ловушка? Меня захватили, заставили вызвать стальных или я с ними заодно? Почему бы и нет. Сам я также не доверял своим союзникам. Однозначно я ошибся, рассчитывая, что они отвлекут внимания на себя. Судя по всему, они даже не собираются идти сюда. Впрочем, на них я и не особо рассчитывал. Волновал меня совсем другой вопрос: почему, как псион, я не чувствую этих под сетями?

В отличие от моих союзников, ожидавшие нас под сетями зашевелись. Что они делали, поначалу было непонятно, но вскоре понял — они слышали наши переговоры и знают, что я нахожусь рядом с ними, но не знают, где конкретно нахожусь. Они выползали из-под сетей и всячески старались меня спровоцировать на действия. Вот только они думали, что я где-то перед ними среди джунглей спрятался, а я находился у них за спиной. Была бы у меня игольчатая винтовка, давно бы прикончил часть из них, но эта винтовка, к сожалению, осталась в моём шкафчике, а плазменная после первого же выстрела обозначила для них моё местоположение. Поэтому приходилось просто наблюдать и ждать, когда союзники соизволят подойти сюда, а они однозначно не торопились это сделать. Попробую их ускорить. Вернулся за ангар и активировал там рацию.

— Брил, как слышишь меня?

— Говори, — отозвался Брил.

— Они активизировались, что-то затевают. Сильно подозреваю, что они нас слушают.

— Тогда они знают о тебе.

— Думаю, да.

— Жди, мы скоро будем.

Союзники что-то задумали — решил я для себя. Возвращаясь на прежнюю позицию. После наших переговоров находящиеся под сетями сразу активизировались. Поначалу сразу четверо выползли из-под сетей и продвинулись к кромке леса, но в джунгли они побоялись заходить. Недолго потоптались возле кромки леса, пытаясь обнаружить меня, но не обнаружив, вернулись обратно. К моему сожалению, я не мог почувствовать их эмоции, но в джунгли они однозначно побоялись войти. Что так? Так и продолжите на этом месте ждать? Спросил у них. Честно говоря, я думал, что они после переговоров сменят позицию, но они упорно оставались на местах. Почему? Они ведь обнаружены? Это оставалось для меня загадкой.

Совершенно неожиданно для меня, справа от тех, кто расположился под сетями, началось движение. Там располагалась отдельно стоящая и совсем небольшая куча веток.

— А это ещё кто? — спросил сам у себя и попробовал потрогать в этом месте пси. Пси упорно отказывалось кого-то там чувствовать, и мне это совсем не нравилось. Это говорило о том, что противник знает о моём пси и подготовился к встрече именно со мной.

Вскоре из-под маскировочной сети выбрались двое. Лицевые забрала шлемов у них были открыты, и через прицел я сумел рассмотреть их лица.

— Ух ты, какие разумные. Оказывается, меня здесь поджидают мои старые знакомые по камере в СБ. Честно говоря, у меня было сильное подозрение, что эта парочка до сих пор осваивает камеру в местной тюрьме, в ожидании меня, но я ошибался, они успели сменить дислокацию и вместо уютной тюремной камеры, теперь под маскировочными сетями ожидали моего появления здесь. Впрочем, скоро стало ясно, что эти двое что-то задумали.

Глава 15

Скорей всего, решили не дожидаться моих союзников и сменить позицию. Направив на кромку леса свои винтовки, эти двое стали отступать назад, в сторону ближайшего к ним ангара. Мой план начал работать. Оставлять в живых эту парочку я точно не собирался. Уже достал из ножен подарок Марине, но быстро понял, что мой план надо менять. Слишком примечательное у меня оружие по местным понятиям, а за убийство этих двоих ко мне сразу возникнут вопросы. Хотя официально мы незнакомы и никогда не встречались. Вот только ни у кого из местных космодесантников я не встречал монокулярное холодное оружие. Оно было просто не по карману большинству и разрез оставляло весьма специфичный. Опытный эксперт сразу поймёт, что за оружие использовалось. Значит, действуем по плану «Б».

— Мохнатых, говоришь, в парке видели? Будут тебе мохнатые! — беззвучно ответил Гарму, извлекая мачете из ножен и активируя импланты. Эти вещи я оставил просто как сувенир, совсем не предполагая, что они могут мне понадобиться.

Уже начал движение к этим двоим, но остановился. Мне вспомнились слова этой дамочки — про управление с помощью пси. У них точно с собой есть что-то вроде пси защиты. Именно она скрывает их от меня. Возможно, есть и артефакт, что превращает в мумию. Стоп, у меня же тоже защита есть. Нащупал в одном из карманов кулоны, доставшиеся мне на станции, и все три кулона надел себе на шею. Вот теперь можно.

Одна короткая перебежка к соседнему ангару и минута томительного ожидания, вскоре я услышал:

— Где ты предлагаешь?

— Вон у того дома, там кустарник обильно разросся — отличное место.

— Мне кажется, далеко, и ангар будет мешать обзору.

— Сейчас лучше вряд ли что-то получится подобрать, а до утра они точно ждать не станут.

— Далеко. Может не сработать.

— Ближе опасно. Что будем делать, если они разделятся и с флангов зайдут?

— Ладно, пошли туда.

— А эти что?

— А этих не жалко.

— Вас тоже не жалко, тем более что вы мне задолжали! — и, прижав к груди мачете, занял позицию у угла ангара.

Не заметив меня, они прошли рядом, в следующее мгновение тень отделась от стены и стала их тенью. Своей первой целью я сделал того, что звали Касыр. Именно он использовал в камере непонятное спецсредство против меня. Мачете мохнатого со свистом рассекло воздух и, сминая бронезащиту, врезалось в шею моего первого противника. Вложил в этот удар всю накопившуюся злость и силу. Это стало моей ошибкой. Мачете мохнатого и мои монокулярные клинки были слишком разными. Мои монокулярные клинки рубили и резали почти любой материал и никогда не застревали в противнике. В результате длительного пользования ими совершенно забыл, что такая опасность существует.

Мачете мохнатого у меня наглухо застряло в противнике. Дёрнул, что было сил, но выдернуть не смог. Это дало второму противнику пускай небольшой, но шанс. Он развернулся и нацелился на меня из винтовки. В ответ я отбросил тело его напарника в него, после в два шага преодолел разделяющее нас расстояние. Тело моего первого противника приняло на себя два плазменных заряда, выпущенных из винтовки практически в упор, но это не могло его остановить, и оно продолжило полёт, сбив с ног моего второго противника, после чего навалилось на него сверху, а следом на них свалился и я сам. Шея у моего второго противника осталась почти неприкрытой, и я стал наносить туда удары ножом мохнатого. Наносил до тех пор, пока второй не затих.

— Вот теперь мы в расчёте! — и осмотрелся по сторонам.

Вроде другие четверо не должны были меня заметить, мешал ангар, но звук выстрелов они могли и услышать. Подхватив их тела, затащил их за угол ангара, после чего замер, прислушиваясь. Вокруг было тихо, никаких звуков приближения разумных не доносилось. Тогда я стал обыскивать этих двоих. Оружие у них я не стал брать, забрал только банковский чип, обнаружившийся у первого противника. У второго противника не нашлось ничего заинтересовавшего меня. Хотел уже уходить, но вспомнил про интересную штуку, о которой говорил профессор, и которую они применили против меня в камере. Проблема заключалась в том, что я даже примерно не представлял, как выглядит эта интересная штука и какого она размера. Тогда я решил повторно обыскать того, что прикончил первым, он должен был быть псионом. Мой повторный обыск также ничего не дал.

Похоже, не выдали им в этот раз интересную штуку — решил для себя и посмотрел на шею. У него на шее висел кулон, один в один подобный тем, что висели у меня на шее. Вот значит, почему я их не чувствовал. Хотел поначалу его забрать, но вспомнил, что работаю под мохнатого, и поначалу решил его не трогать, но потом подумал, почему мохнатого не может заинтересовать кулон, и решил его забрать. Начал снимать и обнаружил, что цепочки две. Потянул и вытянул вторую цепочку. На ней висел небольшой чёрный квадрат, толщиной в палец. На нём не было никаких надписей.

— Это что, и есть интересная штука? — спросил у первого убитого. — Жаль, что ты уже ничего не можешь рассказать. Извини, но ты сам виноват, я не мог допустить, чтобы ты на мне повторно проверял разные интересные штуки, я вам и так только за первый раз должок сумел вернуть.

Позже разберусь — решил для себя и убрал обе цепочки в карман. Второй раз вы бы точно так легко не отделались, и посмотрел на второго. У него на шее также обнаружился кулон, который быстро перекочевал в мой карман. Никаких интересных штук у этого на шее я не обнаружил.

— Вы здесь не скучайте, а мне пора, нужно ещё с вашими приятелями решить вопрос.

С трудом извлёк оружие мохнатых и задумался о том, куда его спрятать. Оружие на месте оставлять нельзя, на нём осталось моё ДНК. Эх, дождик был бы посильнее, он бы смыл все следы, но дождь, как назло, только мелко моросил.

Короткая перебежка к соседнему ангару, и я занял уже привычное место для наблюдения. Мои союзники совсем не торопились ко мне. Оставшиеся четверо противников также оставались на месте. Какое-то время они не двигались, но через минуту снова зашевелились, видимо, всё-таки что-то услышали и решили вызвать двоих, которых я прикончил. Ответить, по понятным причинам, им уже не могли, и оставшиеся четверо начали что-то подозревать. Вначале двое из них решили покинуть позицию, но, к сожалению, направились оба не в мою сторону, а налево вдоль кромки джунглей. Что находилось в той стороне — оставалось для меня загадкой, я решил их не преследовать. Оставшиеся двое ещё какое-то время оставались на месте, но вскоре тоже решили, что им стоит покинуть позицию. Эти двое направились также вдоль кромки джунглей, но в сторону, противоположную первым двум. В той стороне находилась дорога, а на другой стороне дороги — дома колонистов.

Решили свалить или зайти с разных сторон? Вопрос оставался открытым, до тех пор, пока эти двое не остановились и не посмотрели в мою сторону. Причём один из них открыл забрало шлема и что-то сказал, смотря в мою сторону. Этого не может быть! Жерди! Второй выше его, значит, это Линни. Кто-то решил собрать всех пауков в одной банке? Тогда где у них главный? И почему их только двое? Где третий? Где Мерфи? Стоп, а к кому Жерди сейчас обращался? Неужели он здесь? И я сразу оглянулся. Никого. Нет, не может быть. Если бы он находился здесь, он бы меня давно заметил и сообщил остальным.

Откуда-то сбоку раздался шуршащий звук. Может, местные? Кто-то решил проверить обстановку около дома? Света во многих домах уже не было. Большинство колонистов в соседних домах уже или спали, или собирались ложиться спать. Надо проверить. Короткая перебежка, и я около соседнего дома. В окне этого дома горит свет и хорошо видно, как семейство смотрит фильм по панели. Обхожу дом по кругу и замечаю непонятное движение на крыше соседнего дома. Дом практически не освещён и в нём не горит свет. Плохо видно, кто находится на крыше. Возможно, это колонист, но что колонисту делать на крыше ночью? Крыша потекла? Так вроде дождь совсем слабый. И что он тащит в руках? Я мог его снять одним выстрелом, но не стрелял. Не хотелось вмешивать в наши разборки колонистов.

Этот на крыше добрался до угла крыши и стал спускаться вниз, мне пришлось обойти дом. Пока я обходил дом, колонист куда-то исчез, его следы привели меня к соседнему дому.

— Решил заглянуть к соседу?

Пришлось мне идти за ним следом. Вскоре я увидел его, вернее, его спину. В какой-то момент он оказался около освещённого окна. А вот это действительно подарок. Вот и третий!

— Мерфи, куда ты так спешишь? Подожди меня. Пообщаемся! — и тоже ускорился.

В руках у него оказалась снайперская винтовка с длинным стволом. Честно говоря, это стало для меня полнейшим сюрпризом. Я не подозревал, что он снайпер. Теперь понятно, почему они не меняли позицию, даже когда я рассказал остальным, где они находятся. Они рассчитывали, что отобьются с помощью Мерфи, засевшего на чердаке дома, но, когда двое из них перестали отзываться, заподозрили, что их окружают, и решили сменить позицию. Хотя, судя по тому, как улепётывал Мерфи, они решили просто свалить отсюда. Впереди находился небольшой перелесок между дорогой и домами, с помощью которого я добрался незамеченным к домам. Мерфи в него уже зашёл, и я максимально ускорился. В этот раз нам точно никто не помешает, и пошёл на перехват!

Мы встретились почти в самом конце этого перелеска, на небольшой поляне, слабо освещённой уличным фонарём. Ему сильно мешала идти его винтовка, но, видимо, каким-то звериным чутьём он чувствовал, что я преследую его. Когда я атаковал и в прыжке свалился ему на спину, он оказался готов к этому. Он извернулся, как кошка, сумев подставить винтовку под мой удар и этим заблокировать мою руку с ножом. Нож мохнатого только чиркнул по его бронекостюму, не причинив никакого вреда, после чего я проскользил по его мокрому бронекостюму дальше. Он сразу отбросил винтовку и выдернул одно из двух мачете мохнатых, закрепленных к его спине. Сам я почти мгновенно оказался на ногах и был готов к продолжению.

— Так и знал, что это ты, — сказал он.

— Тогда чего удирал? Если знал? Боялся нашей встречи?

— Место выбирал получше.

— Рассказывай теперь, к дружкам своим ты торопился, не переживай, с ними я тоже разберусь, но немного позже. Здесь тебе уже никакой старший сержант не сможет помочь.

— Это он тебе тогда помог.

— А вот это мы сейчас выясним, — и выдернул из ножен свои монокулярные клинки. — И в этот раз твои дружки тебе не помогут.

— А вот это мы ещё посмотрим! — ответил он, доставая второе мачете из ножен.

Мы, не спеша, сходились. В голове я прокручивал варианты, как его прикончить, но так, чтобы это выглядело, что это сделали мохнатые, но не находил вариантов. Даже если это будет выглядеть так, всё равно виноватым окажусь я. Ведь все знают, что мохнатых здесь нет, а у меня с ним были серьёзные противоречия в прошлом. Впрочем, плевать! Мне надоело прятать и скрывать свои возможности, пора закрыть этот вопрос раз и навсегда.

Мерфи явно готовился к нашей встрече. Двигался он правильно, это я ещё в прошлый раз на станции заметил. Наверняка специализированную базу по холодному оружию разучил. Сейчас посмотрим, чему он научился. Мы медленно сближались. Зазвенели наши клинки, встретившись. К моему удивлению, клинки мохнатых выдержали сразу несколько встреч с моими монокулярными. Клинки у мохнатых достойны похвалы, а вот Мерфи меня разочаровал. Если поначалу он держался, но как только я взвинтил темп, он стал отступать и в итоге пропустил удар, и я достал его по руке. Он после этого сразу отскочил назад. Думал, перерубил ему сухожилия на руке, но рука у него заискрилась и выронила клинок. Биоимплант — сразу понял я. Весьма дорогой протез. Дороже только вырастить новую руку. Очень интересно, откуда у абордажника креды на такой имплант?

— Мерфи, откуда у тебя креды на биоимплант?

— Оттуда же, откуда у тебя монокулярные клинки.

— А я всегда говорил, что ты вор, Мерфи! И сейчас пришло время расплаты!

Вначале он отступал под моим натиском, с трудом, единственным клинком блокируя большую часть ударов, а потом бросился бежать в сторону дороги.

— Да ещё и трус, Мерфи! — метнул клинок ему в спину.

С такого расстояния сложно промазать и, легко пробив бронезащиту на нём, клинок по самую рукоятку вошёл в его спину. Мерфи упал на землю, сразу вскочил, сделал ещё несколько шагов, покачнулся и вновь упал. Встать он уже не смог, но на коленях пополз в сторону дороги. Сам я убрал второй монокулярный клинок в ножны, не торопясь, подобрал выпавшее у него из рук мачете и уже с ним направился к нему. Мерфи сумел выползти на дорогу, когда я догнал его и тремя ударами закончил с ним. После чего зацепил его и потащил обратно в перелесок. В этот момент небеса разверзлись, и на меня обрушилась настоящая стена из дождя. Впервые на этой планете я радовался дождю.

— Ну надо же. Сегодня фортуна ко мне точно благосклонна.

Собрал всё холодное оружие и посмотрел на его винтовку, лежащую неподалёку. Мне она точно ни к чему, а против меня может быть использована. Решил просто немного погнуть ствол, причём так, чтобы это выглядело максимально естественно. Закончив с винтовкой, прислушался. Честно говоря, я ждал парочку его приятелей, но, судя по всему, их уже и след простыл. Тогда я включил рацию и стал двигаться в сторону так называемых союзников. Где они сейчас находятся — непонятно.Впрочем, вскоре я их обнаружил и так. Вперёд они не шли, по-прежнему оставались на одном месте. Вскоре я зашёл им за спину.

— Брил, как слышишь меня?

— Говори. Где они?

— Они решили не ждать вас и ушли.

— Все?

— Вроде все.

— В какую сторону ушли?

— Они разделились. Двое ушли в сторону дороги, двое в противоположную.

— А грузовик там?

— Не видел. Я возвращаюсь к вам, не стреляйте.

Вскоре я подошёл к ним. Они заняли круговую оборону на небольшой возвышенности.

— Ну и что вы здесь торчите? — спросил у них.

— А ты предлагаешь с ними воевать?

— Ты ведь собирался?

— Я передумал, — и он посмотрел на соседнего космодесантника.

— Не с кем теперь воевать. Все разбежались оттуда.

— Это хорошо, — сказал его сосед.

— Хорошо? Чем хорошо?

— Тем, что нам не придётся объясняться из-за их в СБ. Мы знали о засаде и напали, значит, вина за это на нас.

— А ты не подумал о том, что подобная засада может повториться? Вот только в следующий раз из-за вашей сегодняшней трусости они гарантированно всех положат.

— Это не трусость, а здравый смысл. Мы сегодня уедем и неизвестно, когда вернёмся сюда в следующий раз, а может, вообще никогда не приедем.

— Тогда продолжайте здесь дальше сидеть и мокнуть, а я пошёл в бар — напьюсь.

— А кто поведёт бронетранспортёр?

— А мы никуда не поедем. У нас водителей не хватает, я один остался. Так что сегодня мы точно никуда не поедем, а, возможно, и завтра. Думаю, у них хватит времени подготовиться и встретиться с вами вновь, так что можете сидеть здесь и дальше.

Судя по их физиономиям, такой вариант им не приходил в голову. Для меня самый лучший вариант — это побыстрее уехать отсюда, но я осознавал, что такой вариант не прокатит. Водитель грузовика находится сейчас в лучшем случае в капсуле, а водитель второго бронетранспортёра вообще остался где-то среди деревьев и с очень большой вероятностью мёртв. Четверо оставшихся в живых, из числа сидевших в засаде, сейчас уже проинформировали местное начальство, в лице Гарама, о том, что нападение на нас не удалось и о том, что троих нет больше с ними. Что он предпримет после этого –оставалось для меня загадкой.

Глава 16

Так или иначе, я понимал, что знакомства с местным СБ мне вряд ли получится избежать, поэтому спрятал все свои трофеи в джунглях. Чтобы не осталось никаких, даже косвенных улик, указывающих на меня. Дождь должен был смыть все следы.

До моей встречи с местным СБ я собирался решить несколько интересующих меня вопросов, поэтому направился в сторону дороги.

— Блез, подожди, я с тобой! — сказал Брил.

— Ты решил сменить позицию? — обернувшись, обнаружил, что все пошли за мной.

— Нам нет смысла больше здесь оставаться.

— Почему нет смысла? Ждите грузовик, он за вами приедет. Хотя поправка, он должен приехать за вашими телами, но вас пока не прикончили, так что он вряд ли здесь появится.

— Да ладно тебе. Ты новенький, и мы не знали, можно доверять тебе или нет. Что будем делать?

— Не знаю. СБ нам всё равно не избежать, можем сами туда прийти и сдаться, а можем заняться своими делами. Вы теперь сами по себе, а я сам по себе.

— Может, Шарилу сообщить?

— Сообщи. Только что тебе это даст? Покинуть колонию мы всё равно пока не сможем и общаться с СБ придётся по-любому.

— Мы же на них не нападали?

— Двое из них как раз ушли в ту же сторону, куда мы идём. Когда встретите их, сразу бросайте винтовки и начинайте извиняться.

Мгновенно почувствовал, как они напряглись. Мы с осторожностью вышли на дорогу, но осторожность оказалась лишней. Жерди с Линни здесь давно не было. Мы перешли на другую сторону и направились к центру колонии, где находились все увеселительные заведения.

— Брил, где здесь узел связи?

— Дальше, но он закрыт до утра.

— Плохо, но ты мне покажи, где он находится?

— Соседнее здание рядом с администрацией колонии.

— А как я его узнаю?

— Красное двухэтажное здание, оно здесь одно, не перепутаешь.

— Администрация колонии — это здание, около которого мы оставили технику?

— Да, скачай себе из сети на нейросеть схему колонии. Вот ссылка.

— А торговые лавки сейчас работают?

— Нет, всё уже закрыто кроме баров и борделя.

— Значит, я в бар.

— А мы в бордель. Может, и ты с нами?

— Нет настроения, да и, как мне сказали, там железки, а они меня совсем не привлекают.

— Да их не отличишь от настоящих.

— По-твоему, я с андроидами не встречался?

— Как хочешь, но думаю, мы нескоро сюда попадём.

— Это я переживу. Рации вырубите и от сети отключитесь. Если не хотите, чтобы вас на андроиде пристрелили.

— Думаешь, тебя в баре не найдут?

— Найдут, но я успею напиться.

— Мы тоже успеем всё сделать.

Честно говоря, я просто собирался избавиться от их компании, мне было нужно спокойно всё обдумать. Да и узел связи я собирался посетить, но не с целью отправить сообщение, а узнать, как можно его захватить. К сожалению, из инженерной базы я совсем немного знал о работе связи, здесь у меня возложена надежда только на Ники. Он служил на корабле связи и знал об этом гораздо больше меня. Вот только где он сейчас? Наверняка где-то здесь. Подключиться к сети и вызвать? В нынешней ситуации это значило его подставить.

— Нам сюда, — сказал Брил. — А бар вон там дальше.

Они зашли в здание, где располагался бордель, а я, заметив яркую вывеску «Бар», направился туда. Внутри оказалось совсем немного посетителей. Почти все были колонистами, среди них не оказалось ни одной женщины. Заказал себе выпивку и посмотрел, где можно расположиться. Мне не хотелось компании, поэтому выбрал столик в самом дальнем углу. Практически дошёл до столика, когда сзади спросили:

— Блез?

Обернулся и понял — сегодня точно мой день.

— Привет, Ники, — он сидел спиной к барной стойке, и поэтому я его не узнал.

— Ты откуда здесь? Тебя ведь отправили в другое место?

— Отправили, но мы приехали сегодня к вам, — и присел к нему за столик.

— Навсегда?

— Нет. Нужно что-то забрать у вас. А ты почему здесь?

— Так, я отработал смену и зашёл сюда отдохнуть.

— У тебя теперь нет необходимости экономить? Перестал отправлять креды жене?

— Порой нужно расслабиться.

— Понятно, а где ты сейчас служишь?

— Рядом, в узле связи.

— В узле связи? И кем ты там?

— Оператором. Сообщения принимаю.

Это я удачно зашёл, сегодня мне точно фортуна благоволит. Может, он и координаты планеты знает?

— Что у тебя с лицом? С местными колонистами разборки?

— Если бы с ними. Они здесь тихие.

— Тогда с кем?

— С тобой.

— Вот сейчас не понял.

— А что здесь непонятного? Позавчера вызвали в СБ и там допрашивали.

— А причём здесь я?

— Так, их ты интересовал. Расспрашивали о тебе.

— Что именно расспрашивали?

— Всё! Начиная с момента нашего знакомства.

— Значит, это они тебя отделали?

— Конечно, кто же ещё?

— Так рассказал бы им всё. У меня нет секретов.

— Так я и рассказал, а они не верили.

— Позавчера, говоришь? Ладно, тогда я проставляюсь сегодня, вроде как ты из-за меня пострадал.

— Вот это другой разговор, — он одним глотком допил содержимое почти пустой кружки и сказал: — Бармен, нам ещё две кружечки твоего фирменного напитка и закуски к нему. Он за всё платит!

Думал, он заказал на двоих, но, получив заказанное, Ники всё загрёб себе — пришлось мне сделать дополнительный заказ. Прилично отхлебнув из кружки, он сказал:

— Теперь рассказывай, как ты там оказался.

— Ники, ты не поверишь, но совершенно случайно, — пришлось ему вкратце рассказать, что произошло в трюме корабля и о том, что произошло, пока мы ехали.

— Вот ты везунчик, только приехал и сразу пятьдесят тысяч заработал! Бармен, мне ещё две кружки. Этот счастливчик сегодня платит! — после чего я понял, что Ники решил напиться за мой счёт.

— У тебя как дела?

— А что у меня? У меня всё как обычно.

— Как ты оказался в узле связи? У нас говорят, что там секретность и цензура?

— Так и я есть. Вначале я принимаю сообщения, а потом двое сбш-ников уже за мной проверяют.

— Значит, не получится через тебя что-то передать?

— Нет, и ко мне уже походили с этим вопросом.

— Жаль. А обойти сбш-ников никак нельзя?

— Нет, там всё на них завязано. Без них ничто не будет работать.

— Это плохо, но в целом ты хорошо устроился. Место у тебя тёплое по сравнению с остальными.

— Тёплое, говоришь? Да я бы даже сказал горячее.

— Чего так?

Он посмотрел по сторонам, не подслушивает ли нас кто-то из колонистов, но те были заняты своими разговорами,и тихо шепнул:

— Парень, что раньше служил на моём месте, бесследно исчез.

— Это как так?

— А вот так, вышел с работы, и никто до сих пор не знает, где он находится.

— Так бывает? Здесь вроде тихо.

— Бывает, как видишь.

— А что с ним произошло, как думаешь?

Он ещё раз посмотрел по сторонам и ответил:

— Думаю, его в СБ забрали.

— За что?

— Слишком много знал.

— Он до сих пор там?

— Думаю, его выкинули за охранный периметр.

— Сурово. Но, что он мог знать?

— Поверь, много, порой такое пишут в сообщениях. Кстати, знаешь, что на нас напали?

— Знаю, я только сейчас вернулся, мы с мохнатыми схватились около ангаров.

— Да ты не понял. На конвой, с которым мы сюда прилетели, напали пираты.

— Пираты? Здесь?

— Не здесь, а когда они возвращались. Помнишь, я тебе про сбш-ников на корабле говорил?

— С ними я познакомился и даже видел, что они охраняли.

— Что?

— Десяток коробок. В них находилось дорогое научное оборудование.

— Откуда ты узнал?

— Так я его вначале на корабле грузил и потом разгружал уже в ангаре в присутствии наших умников. Вот от них и узнал.

— А ты знаешь, что вам запрещено общаться с ними?

— Знаю, сам подписывал такой приказ, но мне позже разрешили с ними общаться.

— Это как? Почему?

— А как по-другому, когда они вместе со мной ездят? И сюда я вместе с ними приехал.

— Понятно. Слушай, у нас болтают, что вы там артефакты древних добываете и исследуете.

— Бред. Умники металлы разные исследуют и опыты на них ставят. Точно я, конечно, не знаю, чем они у себя занимаются, но никаких раскопок не ведут. Они, скорее, разные эксперименты с энергиями ставят, и вообще они снобы и вредители, и у нас их сильно не любят.

— Понятно.

— А откуда ты про пиратов узнал?

— Сам слышал. Настраивал оборудование и услышал их переговоры в эфире.

— А ты уверен, что это наши были?

— Уверен, я узнал голос нашего капитана. Он кричал, чтобы его прикрыли.

— И что? Прикрыли?

— Не знаю.

— А что у них там происходило?

— Сложно сказать точно, но, как я понял, пираты их поджидали в засаде. Линкору весьма серьёзно досталось.

— Линкору нашему или пиратскому?

— Нашему, но другим нашим кораблям тоже прилично прилетело.

— Пиратов, как понимаю, много было?

— Много.

— У нас болтали, что где-то здесь пиратская станция находится. Раньше думал, так треплются, а оказывается не трепались.

— Где-то здесь?

— Не в этой системе, а где-то поблизости.

— Час от часу не легче.

— Думаешь, наших дожидались?

— А кого ещё?

— Это значит, что пираты знают о колонии здесь, но не думаю, что мы их интересуем.

— Кто знает, может, случайно заметили нас, когда мы сюда летели и затаились.

— Маловероятно. Они бы не стали ждать. Кстати, тебе служить осталось три месяца. Как планируешь отсюда выбираться по окончании контракта? Я к тому, что наши сейчас быстро сюда не вернутся.

— Так летают ведь другие корабли отсюда.

— Часто?

— Не очень, но прилетают. Кстати, ты знаешь, что здесь есть колонисты с Элзабии?

— Да ладно. А как они здесь оказались?

— Прилетели колонизировать планету.

— Вот это действительно сюрприз. Хотя он многое объясняет.

Мне вспомнились слова Гарама о том, что они долго тянули и не прилетали. Значит, заявку на нас руководство отправило вначале на Элзабию, а оттуда его переслали руководству флота. Вот откуда Рина узнала о том, куда меня отправят. Хотя об этом даже на флоте никто не знал. Ники на очень удачном месте оказался, а креды — его слабое место. Кстати, о кредах.

— Ники, а как мы здесь зарплату получаем?

— Да как обычно, на счёт в банке.

— Так для этого нужна сеть, чтобы подключиться к своему банку?

— Здесь есть местный филиал банка, с которым работает флот. Подключаешься к нему, вводишь номер счёта и название или номер банка, а дальше всё как обычно. Вот ссылка.

Пришлось мне подключаться к местной сети. В банке меня ожидал сюрприз. Мой счёт оказался разблокирован. Мало того, на него пришла зарплата, и мне вернули остаток от ста тысяч. Сразу перевёл все креды на свой банковский чип.

— Что, не работает?

— В том-то и дело, что работает. Ты ведь знаешь, что у меня счёт арестовывали.

— Значит, закончилась проверка. Меня, кстати, сбш-ники об этом допрашивали. Их интересовало, откуда у тебя сто тысяч, что ты на себя поставил. Я бы сказал, что их это очень сильно интересовало, — он потёр щёку, на которой красовался приличного размера синяк.

— Меня они об этом тоже спрашивали, но ещё на станции. Кстати, у тебя не сохранилось запись с этими сбш-никами?

— А тебе зачем?

— Просто сейчас одна мысль пришла в голову. Так что? Есть запись?

— Есть, — на нейросеть пришёл совсем короткий кусочек записи.

Просмотрел пришедшую запись и понял, что появившиеся у меня подозрения оправдались, вот только я сильно ошибся в своих оценках. Почему я сразу не догадался, что эти двое из СБ? Ведь я должен был об этом догадаться ещё в камере, что они не преступники. Кому попало не доверят такую интересную штуку. Сейчас это многое осложняло. Будь они обычными космодесантниками, об их внезапной кончине быстро забыли, а потерю списали на мохнатых, но эта парочка — сбш-ники, старательно изображавшие из себя лихих абордажников. В результате всё будет гораздо сложнее и непредсказуемо. Знал бы я тогда, кто они — спрятал тела, чтобы выиграть время, и попытался покинуть колонию, пока их искали. Это многое меняло во всём раскладе и означало, что именно они командовали там в засаде, но, после того как они отступили и перестали выходить на связь, остальные просто решили свалить оттуда. Ведь они решили, что эти двое по-тихому растворились в ночи.

Вряд ли эта парочка сбш-ников сюда пожаловала из-за меня. Слишком я не значительная фигура, чтобы сюда пригнать сразу двоих секретных агентов. Здесь что-то другое. Гораздо весомее. Кому-то я сильно подгадил, а кому-то помог, прикончив эту парочку. Понять бы ещё кому сегодня так фортануло, и кто их отправил.

— Что задумался, знаком с ними? — спросил Ники.

В ответ посмотрел на него, не зная, что ответить. Сейчас сознаться, что знаком с ними, означало почти то же, что автоматически признать вину в их смерти.

— Пытаюсь вспомнить, где я их видел. Вроде они с нами на корабле летели?

— Летели.

— Вот только, насколько я помню, они из абордажников, а не из СБ? — а сам пытался вспомнить, что я говорил Ники на корабле об этой парочке, и помнит он этот разговор или нет.

— Тоже так до недавнего времени думал.

— А ты видел их удостоверения?

— Нет.

— Тогда почему ты решил, что они из СБ?

— А кто ещё может допрашивать в камере СБ?

— И допрашивать с пристрастием, судя по твоей физиономии. А ты на них жалобу не написал?

— Опасаюсь писать. По-моему, это бесполезно, только хуже будет.

— Тебе виднее, ты гораздо больше меня знаешь об обстановке здесь.

Дверь бара открылась, и в бар заехал абордажный дроид.

— Ники, на пол!

— Чего?

— На пол, вот чего! — и сам свалился.

Ники непонимающе посмотрел в сторону входа, заметив там абордажного дроида, заезжающего в дверь, свалился на пол следом за мной. Большинство колонистов то ли услышав меня, то ли по собственной инициативе поступило так же. За столиками осталось только около десятка не понимающих что происходит колонистов и не знающих, что за штука заехала в бар. За первым абордажным дроидом в бар заехал второй дроид, за дроидами следом зашли трое сбш-ников в форме. Они подошли к барной стойке.

— Бармен! Бармен. Выходи! — позвал один из сбш-ников, но бармен явно не собирался вылезать из-под стойки и усиленно делал вид, что не ничего слышит, хотя только что находился за барной стойкой и протирал кружки. Сбш-ники подождали немного, при этом внимательно осматривая столики и посетителей, после чего тот же сбш-ник сказал:

— Блез Абдулаиджи, мы знаем, что ты здесь! Выходи!

— Ага, сейчас всё брошу и выйду.

— Блез, мы знаем, что ты находишься здесь. Не усугубляй! Выходи по-хорошему!

— Ну да, выйти под пушки ваших дроидов! — и посмотрел назад.

Окно находилось рядом, но было сделано качественно. Вынесу или нет собой — большой вопрос. Кроме того, дроиды пару плазменных зарядов точно успеют выпустить мне в спину. Похоже, придётся сдаваться.

— Не стреляйте! Я сдаюсь! — и отбросил винтовку в сторону. Она мне никогда не нравилась.

После чего осторожно встал на ноги, держа руки так, чтобы они видели их пустыми, и готовый в любое мгновение отпрыгнуть в сторону, но дроиды пока на меня не реагировали.

— Другое оружие! — потребовал сбш-ник.

Пришлось достать клинки, а за ними бластер и положить всё это на стол перед собой.

— Нож!

Нож следом за клинками оказался на столе.

— Другое оружие!

— Какое другое оружие? Я всё сдал!

— Ещё ножи или клинки есть?

— Всё перед тобой на столе.

— Другого оружия нет?

— Нет.

— Рюкзак на стол!

Пришлось подобрать с пола рюкзак и выложить его на стол.

— В нём мои трусы, их тоже выкладывать? А то вдруг вам они нужнее? Обделаетесь скоро со страху.

— Здесь все знают кто ты, так что не питай иллюзий. У тебя не получится сбежать!

— По-твоему, я собирался бежать? Вроде мирно сидел выпивал и никого не трогал. У меня есть два десятка свидетелей, готовых подтвердить это.

— Надевай! — он бросил мне наручники.

Поймал их на лету и, тяжело вздохнув, надел на себя.

— На выход!

— Одну секунду, я выпивку оплатил, имею полное право, — потянулся к моей наполовину пустой кружке. Одним залпом допил содержимое, после чего направился на выход из бара.

Глава 17

Выйдя из бара, отправил сообщение Шарилу: «Меня забирают в СБ. Как насчёт наших договорённостей?»

До СБ идти оказалось недолго. Пока мы шли, я всё время ждал ответа на моё сообщение, но его так и не поступило. Одно ведомство. Зря я на него понадеялся — решил для себя, пока мы не зашли внутрь СБ, там сеть пропала. Меня завели в комнату для допросов и посадили на одинокий стул, прикрученный к полу. После чего из сбш-ников остался только один, тот, что разговаривал со мной в баре, двое других оставили на столе мои вещи и покинули допросную.

Сбш-ник стал вначале проверять мой рюкзак, выкладывая из его карманов всё содержимое. Сам я посмотрел на рюкзак и мне его стало жалко. Когда я скидывал мохнатого со спины, что-то затрещало, тогда я подумал, что это были кости или суставы мохнатого, но сейчас стало понятно — это был мой рюкзак. Мохнатый так вцепился в него, что я вырвал два куска из рюкзака вместе с ним. Сейчас я был готов прикончить его ещё раз за такую гадость. Сбш-ник тем временем уже проверил все карманы и теперь проверял рюкзак на предмет скрытых полостей. Они там были, но в них сейчас ничего не находилось. Разумеется, он ничего в них не нашёл.

Сильно расстроенный этим обстоятельством, сбш-ник ещё раз просмотрел все мои вещи, лежащие на столе, так не обнаружив ничего интересного, посмотрел на меня.

— Раздевайся! — приказал он.

— Ты точно не в моём вкусе. Так что отвали.

— Или по-хорошему разденешься или будет по-плохому.

— Судебный ордер на мой арест покажи!

— Значит, будет по-плохому, — и он вытащил из ящика стола полицейский станер. Если от первого выстрела я сумел уклониться, то вторым выстрелом он попал точно.

* * *

Мне было холодно, я открыл глаза и посмотрел на небольшое решётчатое окно около самого потолка. Стекло в нём разбито, оттуда тянуло дождём и утренней прохладой. Небольшой светильник на потолке почти не освещал помещение, где я находился. Почему почти всегда сбш-ники экономят на освещение камер? Задал самому себе вопрос. После чего осмотрелся. Камера оказалась одиночной. Из одежды на мне осталось только две пары наручников. Одни браслеты были на руках, вторые на ногах. Вытрезвитель мне устроили уроды!

Повернувшись на бок, свернулся и постарался уснуть. Долго не получалось уснуть, вроде только уснул, когда услышал:

— Ну что? Сам пойдёшь или помочь?

Открыв глаза, я обнаружил всё того же сбш-ника, стоящего в открытой двери моей камеры.

— Да пошёл ты!

— И почему я не удивлён, — он подвинулся и камеру заехал конвойный дроид. Несколькими шоковыми разрядами дроид привёл меня в чувство, после чего манипулятором зацепил за наручники на руках и потащил за собой. Притащил он меня тоже в помещение для допросов, в котором я находился вчера. Усадил на стул, а сам занял позицию рядом. Сразу обратил внимание на то, что моих вещей на столе больше нет. Вместо них на столе разместился сбш-ник.

— Поговорим? — спросил он.

— С тобой? Где мой адвокат? Где судебное решение о моём аресте?

— Здесь я задаю вопросы! — и дроид влепил мне шоковый разряд.

— Что? Это всё?

Дроид влепил мне три довольно болезненных заряда.

— Боюсь, ты даже приблизительно не знаешь, что такое боль! Да для меня разряды твоего дроида как ласковое поглаживание. Даже рабский ошейник больнее бьёт!

— Сейчас ты ответишь на мои вопросы!

— А с чего ты так решил? Где мой адвокат?

— Запомни, падаль! Для тебя я и прокурор, и адвокат, и судья!

— Не переживай, я тебя хорошо запомнил!

Дверь в помещение неожиданно открылась и зашёл Шарил.

— Что здесь происходит? — спросил он у сбш-ника.

— Тебя это не касается.

— Ещё как касается, этот разумный — мой подопечный.

— Он главный подозреваемый в убийстве двоих сотрудников СБ.

— В убийстве? Где и когда это произошло?

— Сегодня ночью в парке.

— Это ложь! Я никого не убивал! — вмешался в их разговор.

— Вот видишь, он утверждает, что никого не убивал, — сказал Шарил.

— Его там видели!

— Видели, как он убивал? И у тебя есть записи, подтверждающие это?

— Есть, всё у меня есть!

Поначалу я решил, что где-то проморгал камеру наблюдения, но потом вспомнил, что забрало шлема не открывал, а что на них, что на нас были надеты совершенно одинаковые бронекостюмы космодесанта. Значит, даже если и проморгал камеру, меня можно было отличить лишь по рюкзаку. Вот только рюкзак я оставлял в перелеске, чтобы он мне не мешал. Камеры в парке просмотрел? Так на них не может быть ничего. Мы все шли в одном указанном нам направлении. Здесь однозначно что-то другое.

— Тогда предъяви. Он работает на меня, и я имею полное право знать всё о нём.

— Хорошо. Сегодня вечером твоих подчинённых отправили проверить парк. Привезли их туда и там высадили. Вторая группа была отправлена с другой стороны парка, с ними находились двое наших сотрудников. Мы сейчас устанавливаем мелкие детали, но два офицера СБ были убиты там и убил их именно он.

— Почему он?

— Вот запись их переговоров. Сам послушай.

Он включил громкую связь, и все мы услышали:

— Брил, как слышишь меня?

— Блез, ты почему не отзывался? Мы тебя устали вызвать.

— Рация отключилась, не знаю, что с ней. Значит, слушайте. Впереди засада и это не мохнатые. Мохнатых здесь нет.

— Засада наших? Ты уверен?

— Уверен. Наблюдаю сейчас за ними.

— Много их? — спросил Брил.

На этом запись закончилась.

— Как ты только что мог слышать, он находился рядом со второй группой, и именно он прикончил двоих наших.

— Это всё ложь и подтасовка! — заявил в ответ. — Чего же ты всю запись не прокрутил?

— Это вся запись!

— Нет, не вся.

— Шарил, они отправили нас на убой и там есть всё об этом на записи. Вторая группа сидела в засаде, чтобы прикончить нас. Вот только мы туда не пошли и никого не убивали. Это могут подтвердить остальные, любой из тех, кто был со мной там.

— А как вы там оказались?

— Всех, кто остался в живых после бойни, привезли и отправили в парк. У нас даже заряженных батарей почти не осталось. Нам выдали по одной и отправили туда.

— Бойни? О чём ты?

— А ты не знаешь? Нас всего семеро осталось. Остальные погибли раньше.

— А что произошло?

— Нас отправили проверить местные сады или как у них это называется, не знаю точно. Там на нас напали мохнатые. Много мохнатых. Мы с трудом отбились от них и отошли обратно к ангарам. Там держали оборону до тех пор, пока не приехали местные. Тогда нас погрузили в грузовик и отправили проверять местный парк. Там нас уже поджидала засада. Готовились нас всех там прикончить.

— Зачем?

— Что «зачем»?

— Зачем они устроили на вас засаду?

— А вот это ты у него спроси. Думаю, её организовал или он, или Гарам. Гарам лично нас туда отвёз и приказал прочёсывать этот парк. Вот только мы не пошли в ловушку и никого там не убивали. Любой из нас может это подтвердить. Если они ещё живы, конечно. В чём я совсем не уверен.

— Где остальные?

— Не знаю. Мы расстались у борделя. Они пошли туда, а я отправился в бар.

— Где они? — спросил Шарил у сбш-ника.

— В камере. Трезвеют, — ответил сбш-ник ему. — Я их позже допрошу.

— Все там?

— Все.

— Хочешь сказать, что у меня больше не осталось никого? А кто будет груз охранять и умников?

— Получишь других. Эти останутся здесь.

— Гарам где? Почему он не отзывается?

— Не знаю, он передо мной не отчитывается. Скорей всего, занимается восстановлением охранного периметра.

— Понятно. Угробил всех моих парней, а теперь спрятался!

— И не смотри на меня, я здесь ни при чём. Решай эти вопросы с ним.

— Значит так, или я сейчас получу железобетонные доказательства их вины, или вы все будете мной отстранены и арестованы за саботаж моей работы.

— Хорошо, будут тебе железобетонные доказательства.

Он вышел из помещения, но быстро вернулся. В руках он держал три кулона.

— Вот тебе доказательства. Эти три кулона были сняты с его шеи. Вот запись, подтверждающая это! — он показал кулоны Шарилу. — Ты прекрасно знаешь, что это за вещь. Так вот, эти кулоны он не мог купить. Вещь весьма специфичная и никогда не поступала в свободную продажу. Спрашивается, откуда эти кулоны оказались у него на шее? А ответ простой. Он их снял с убитых ими офицеров СБ. Точно такие же кулоны находились у них на шее, а если быть ещё точнее, именно эти кулоны находились на них. Какие тебе ещё нужны доказательства?

— А почему кулона три?

— Пропал ещё один из их группы, его тело сейчас ищут.

— Тогда почему ты сказал, что убитых двое?

— Потому что пока нашли только два тела.

— Перешли мне все данные по убитым.

— Ты ведь знаешь, что не положено.

— Тебе приказ отправить? Вот тебе мой приказ.

— Держи.

Шарил недолго почитал, после чего сказал:

— Что это значит? Ты выдал всем такие кулоны?

— Это был не мой приказ. Мне приказали, я выполнил. Дальше не мои проблемы.

— О каком артефакте говорится в деле?

— У них артефакт был, он пропал после их смерти.

— Тогда почему ты не нашёл его у него?

— Успел спрятать, но он мне всё расскажет.

— Значит, кулоны забрал, а артефакт припрятал. Почему так? Почему кулоны не припрятал?

— Всё просто. Он не знал, что это за кулоны. А артефакт решил припрятать.

— Это всё ложь! Эти кулоны ко мне попали ещё на станции!

«Заткнись!» — пришло сообщение от Шарила, и я замолчал.

— Странно, очень странно, — сказал Шарил вслух.

— Что странно? — спросил его сбш-ник.

— Странно, что он после этого пошёл в бар, а остальные в бордель. Думаю, всё было не так. Думаю, это вы с Гарамом решили присвоить себе артефакт. А кулоны подбросили ему. На записи снимаете их с обездвиженного тела Блеза, но перед этим вам ничто не мешало надеть эти кулоны на него.

— Он только что признал, что это его кулоны.

— Странно, я ничего такого не слышал, но с кулонами мы разберёмся позже. Так где артефакт? И почему в деле нет ничего о нём? Всего одно короткое упоминание?

— Я не внёс, не успел, — здесь я отчётливо почувствовал, что сбш-ник врёт.

— Разумеется. Так где эти данные? Я их за тебя туда внесу, чтобы ты не смог их удалить.

— Вот. Они только пришли.

— Да вы что, совсем охренели? Ты хотя бы понимаешь, что пропало?

— А я что? Я здесь совсем ни при чём.

— Зачем они этот артефакт взяли с собой, и что они там с ним делали?

— Я не знаю, они мне докладывали.

Шарил неожиданно три раза медленно хлопнул в ладони.

— Браво. Вот только у тебя ничего не получится. А знаешь почему? Ты не умеешь им пользоваться, так что лучше сдай его мне по-хорошему.

— Как только он передаст его мне, так сразу получишь.

— Ты слишком неумело пытаешься всё свалить на него. Этот артефакт ему не нужен, он бы его давно отдал, так что, думаю, он у тебя. Вероятно, это ты прикончил этих двоих, ради артефакта. Не сам, разумеется. Кто-то тебя очень попросил.

— Он дорогой?

— Даже не надейся, у тебя не получится его продать.

— Это всё твои фантазии, Шарил, и у тебя нет ничего против меня, а у меня есть реальные доказательства их вины. Сейчас эксперт закончит анализ потожировых проб, взятых с этих кулонов, и они сразу докажут, что эти кулоны были сняты с убитых офицеров СБ, а ты сам только то признал, что это твои подчинённые и приказы они получают от тебя, а не от меня. Так что, думаю, артефакт у тебя. Думаю, было так, после убийства они забрали артефакт и передали его тебе, после чего пошли отрываться, а вот про кулоны ты не знал и о том, что он их прихватил с места убийства, тоже не знал, иначе бы тоже забрал. Он ведь понятия не имел, что это за кулоны. Думал, обычное украшение. Здесь у тебя промашка вышла.

Вот неслабые у них противоречия и всё из-за какого-то квадратика — подумал я, смотря на них. Складывалось впечатление, что они совсем забыли, что нахожусь с ними в одном помещении. Поначалу я не понял, чего Шарил вдруг стал нас защищать, а сейчас многое стало понятно, и дело совсем не в квадратике. Хотя основная причина их конфликта мне была неясна. Она крылась где-то гораздо глубже. Понятно лишь то, что этот сбш-ник откровенно копает по Шарила, а Шарил ему тот отвечает тем же. Кто победит — неясно, но Шарил явно опытнее.

— Что же, тогда дождёмся результатов. Очень надеюсь, что твой эксперт не станет затягивать оглашение результатов.

— А зачем эксперту затягивать? Здесь всё предельно понятно.

Они замолчали и, судя по замершим взглядам, что-то делали по нейросетям. Кто-то сейчас знатно пролетит с этими данными. Ни один из этих трёх кулонов не был никогда на сбш-никах. Их кулоны я припрятал под корнями одной из лиан. Шансов найти их там немного. Я бы даже сказал, совсем немного. Если только с металлоискателем облазить ту часть парка, где мы находились, но вот только есть ли у них этот металлоискатель? Этот вопрос оставался для меня открытым.

Честно говоря, про себя я уже жалел, что прикончил эту парочку. Правильнее было оставить этих двоих в живых, вторую засаду они вряд ли успели организовать, значит, сегодня мы бы спокойно покинули колонию, и кто знает, когда мы бы вернулись сюда снова. На обратном пути этим шестерым сложно было бы меня достать. Броня у бронетранспортёра серьёзная, кроме того, со мной ехали умники, никто не стал бы рисковать ими и подрывать бронетранспортёр. За их смерть точно придётся ответить. Причём как одному сбш-нику, так и другому. Поторопился я однозначно с кончиной этих сбш-ников, но как хотелось вернуть им должок.

Глава 18

— Вот и результаты подоспели, — сказал сбш-ник.

— Вижу, — ответил Шарил.

Они вновь замолчали, видимо, изучали полученные результаты.

— Что за ерунду он понаписал здесь? — спросил сбш-ник.

— А что тебя не устраивает?

— Меня не устраивает то количество разумных, о которых он упоминает в отчёте.

Дверь открылась и в помещение зашёл уже весьма пожилой разумный.

— Чего ты здесь понаписал? Какие двадцать девять разумных? — спросил его сбш-ник.

— Какие данные получил, те данные и вписал в отчёт, у меня всё точно.

— Тебя не смущает количество данных?

— Нет. Мне удалось выделить все ДНК. Некоторые фрагментарно, но их количество точное.

— И кто все эти разумные?

— На этот вопрос ответить не могу. Могу сказать точно, что он носил все три кулона, — и кивком он показал в мою сторону.

— Это и без тебя понятно. Их сняли с него.

— А зачем ему три? — спросил эксперт и посмотрел на меня.

— Просто он не понимал, что это и для чего нужно. Носил как украшение.

— Сам ты украшение! — ответил ему про себя.

— Ты можешь идти, — сказал сбш-ник, и эксперт покинул помещение, перед выходом с интересом посмотрев в мою сторону.

— И что ты готов сказать о результатах экспертизы?

— Скажу, что ничего не понятно. Откуда на них столько разных ДНК?

— А это не имеет значения. Среди них нет ДНК погибших офицеров СБ.

— Это ничего не значит, они могли не носить их на шее, а просто носили в кармане.

— В руки они их тоже не брали?

— Несколько ДНК сохранились лишь фрагментарно, возможно, это их ДНК и есть.

— А возможно ли, что эти ДНК принадлежат мохнатым?

— Мохнатым?

— Он недавно воевал с ними, и у нас на базе он с ними совсем недавно воевал и находился в непосредственном контакте.

— По-моему, ты его выгораживаешь.

— А по-моему, у тебя ничего нет на него. Экспертиза не показала, что эти кулоны находились на погибших офицерах. Так что у тебя против них ничего нет.

— Опять ошибаешься, Шарил. У меня ещё есть его бронекостюм. Думаю, эксперт найдёт на нём кровь погибших офицеров.

— Ты только что утверждал, что экспертиза подтвердит, что он кулоны снял с убитых. Вот только ничего такого не произошло.

— Зато вторая экспертиза всё подтвердит.

— Хорошо, давай подождём результаты экспертизы, а пока прикажи, чтобы сюда привели Брила. Хочу послушать его.

— Я ещё с этим не закончил. Нужно выяснить, откуда у него спецсредство.

— После выяснишь. Никуда он из камеры не денется.

Конвойный дроид сорвался с места и потащил меня за собой, вскоре я снова оказался в своей камере.

— Что он ещё может проверить? — спросил сам себя, устроившись на койке. — Обувь? Так она у всех здесь одинаковая. Одна модель. Даже колонисты здесь ходят в таких же точно. Размер ноги у меня самый обычный. Думаю, здесь у многих такой размер. Обстоятельство, что мы находились там, мы не отрицаем. Значит, пробы грунта с обуви им ничего не дадут. Единственный вариант — это кровь, что могла попасть на бронекостюм, и сбш-ник правильно копает. Здесь сложно что-то предсказать, возможно, дождь всё смыл, а, возможно, и где-то под фиксаторами брони небольшая капля могла и сохраниться.

Оставалось только гадать, что покажет экспертиза. Шарил однозначно что-то задумал. Судя по всему, готовится действовать в зависимости от результата второй экспертизы. Меня сюда отправил тоже не просто так. Запись, где я эти кулоны снимаю с убитых мзимами сбш-ников, у меня сохранилась. Вот только у Шарила она также была, но он ей не воспользовался. Что-то он задумал.

Больше часа я прождал вердикта. При этом попытался осторожно хакнуть местный искин, но он оказался продвинутым и меня выкинул. Мне не удалось заразить дроида конвойного, он отказался принимать любые запросы от меня. Прошло больше часа, когда в камеру заехал конвойный дроид. Думал, снова на допрос, но оказалось, он привёз мою одежду, включая бронекостюм. После того, как я оделся, повёл меня на выход. Здесь уже находились шестеро космодесантников, что были со мной. Они получали оружие. Судя по разбитым физиономиям и перегару, вчерашний вечер у них удался.

— Кто это так вас? — спросил у ближайшего.

— А кто нас ещё может? — ответил Брил и со злостью посмотрел на сбш-ника, выдающего оружие.

— Мало ли, вдруг электронные девочки на вас обиделись?

— Как смешно. Удивительно, что они тебя не отделали.

— Так меня не было с вами.

— Вот и зря, а то бы тоже выглядел, как мы.

Мне выдали оружие, но дроид пока не снимал с меня наручники. Только перед самым выходом из СБ он сделал это и меня чуть ли не силой выпихнул на улицу. На улице нас ожидал Шарил. Он оценивающе осмотрел нас и хмуро сказал:

— Кто из вас умеет водить грузовик?

Пришлось сознаться, что умею, и поднять руку.

— Ты не считаешься, — ответил он. — Что, больше никто?

Остальные отрицательно покачали головами.

— Ладно, тогда вы шестеро идите сейчас к нашей технике. Блез, останься.

Как только они ушли, он спросил:

— Ты знаешь, что это за кулоны?

— Знаю, это пси защита.

— А зачем три на себя надел?

— Думал, так безопаснее.

— Безопаснее?

— Ну да, мне сказали, что мохнатые псионы, вот я их надел.

— А мохнатые здесь при чём?

— Нам ведь сказали, чтобы искали мохнатых в парке. Вот запись.

— А откуда они у тебя? — здесь я удивился.

— Я ведь показывал запись, как я их снял с убитых, ещё там на станции.

— Запись?

— Ну да. Там это хорошо видно.

— Как-то я этот момент пропустил. А откуда на них ДНК стольких разумных?

— Это для меня было таким же открытием, как и для вас. На записях, что я передал тебе, есть подробности, при каких обстоятельствах они попали ко мне. Думаю, это как-то связано.

— С чем связано? Поделись мыслями, какие у тебя есть на этот счёт?

— Думаю, на станции эти кулоны выдавали всем подряд. Всем, кто так или иначе по характеру своей работы мог столкнуться с мзимами.

— Это нарушение инструкции.

— Тогда не знаю. Мне неизвестно содержание ваших инструкций, связанных с этими кулонами.

— Это спецсредство и выдаётся оно только офицерам СБ для защиты от пси нападений. Кстати, тебе кулоны вернули?

— Вернули.

— Давай их сюда. Не положено тебе их иметь.

Пришлось кулоны отдать. Хотя моя жаба была категорически против такого разбазаривания ценных трофеев, жабу успокаивало лишь то, что у меня ещё три точно таких же кулона было припрятано. Для себя мне достаточно и одного кулона, а остальные продать я и не рассчитывал, слишком специфичная вещь.

— А теперь расскажи мне, что там произошло?

— Где там? В СБ? Он меня пытал и собирался прикончить.

— Нет, не здесь, а в парке.

— Так, я вроде всё рассказал.

— Записи с нейросети есть?

— Есть, но частично, часть времени я не записывал.

— Давай.

— Держи.

— Когда я вышел на засаду, я прекратил запись.

— Почему прекратил запись?

— Стало понятно, что засада организована именно на нас, ведь никого больше в парке не было. Думал, что мы разберёмся с засадой, но кое-кто струсил. Одному же мне было не справиться с ними. Поэтому я ждал, когда подойдут остальные. Вот только они не захотели идти ко мне. Эти в засаде не стали нас долго ждать и разошлись, после чего я вернулся к остальным. Затем мы все вместе вернулись в колонию и там разошлись. Они пошли в бордель, а я отправился в бар.

— Вот только не верю я тебе.

— Мне вот тоже интересно, ты мне обещал защиту в обмен на сотрудничество, а защиты даже близко нет. Они организуют на нас засаду прямо на территории колонии и совсем не скрывают это? Как с этим быть?

— Ты ведь решил этот вопрос.

— Собирался, но не сложилось. Остальное — простое совпадение, я здесь ни при чём, но лично меня волнует другое.

— Что же тебя волнует?

— Меня волнует обстоятельство, что они плевать хотели на тебя и, если по бронетранспортёру на обратном пути зарядит танк, я буду совсем не удивлён.

— Не посмеют.

— А по-моему, погибли и погибли, кто здесь будет разбираться?

— Пошли, будущий адмирал, — ответил он с ухмылкой и пошёл следом за остальными.

«Вот совсем не будущий, а бывший», — ответил ему про себя и пошёл за ним следом.

Во дворе здания администрации колонии нас дожидалось шестеро космодесантников, и здесь находились пятеро умников. Каждая компания усиленно делала вид, что не знакома с соседней. Шарил ушёл в здание администрации, оставив нас наедине. Собирался поговорить с парнями, но от второй компании отделился профессор и перехватил меня.

— Что происходит? Вы где все пропали?

— Мы в местном СБ отдыхали.

— А почему все побитые?

— Не все побитые. Лично меня не били, меня зарядами пытали.

— А где остальные? Почему вас так мало?

— Большинство погибло, ещё часть в местной медсекции лечится сейчас.

— Когда мы выезжаем обратно?

— Не знаю. Можем выехать хоть сейчас, но есть проблема — из водителей остался только я.

— Это действительно проблема.

— А что случилось, профессор?

— Да у меня там эксперимент, а я здесь застрял.

— Думаю, мы надолго здесь застряли. Сочувствую, если только вы сами сядете за управление грузовика.

— Боюсь, я не умею им управлять.

— Остаётся тогда только искать двух других водителей. Думаю, Шарил сейчас этим занимается.

Профессор посмотрел на вход в здание администрации колонии и после недолгих раздумий отправился за Шарилом следом.

— Ты не опасаешься с ним общаться? — спросил Брил, когда я подошёл к ним.

— А у меня есть выбор? Ты ведь видел, что он сам подошёл ко мне, и потом мы едем вместе. Так что у меня нет выбора и приходится общаться.

— Шарил знает?

— Конечно. Он лично мне разрешение выдал.

— Тогда нет проблем. Тебя допрашивали в СБ?

— Да, причём дважды. У них я ведь был главным подозреваемым, а вы — моими пособниками. Говорил я вам вчера, всех загребут в СБ.

— А тебя что, не били, когда задерживали?

— Нет. Забрали оружие и повели в СБ.

— Повезло. А нас, сам видишь, как отделали.

— Наверно, на вас они сильнее обиделись, чем на меня.

— Да просто тебе повезло, что нас первыми задержали. Они на нас всю злость потратили.

— Вы хотя бы успели оторваться?

— Можно сказать, что нет.

— Это как?

— Напиться успели, а вот с девочками оторваться не успели, сбш-ники ворвались к нам.

— Сочувствую, а я даже напиться не успел.

— Как неудачно всё с самого начала пошло, так и продолжается. Думаешь, сегодня уедем обратно?

— Для нас лучше, чтобы мы уехали.

— Почему? Мы ведь ни в чём не виноваты?

— А сам не понимаешь?

— Нет. Если не уедем сегодня, мы собираемся сходить снова в бордель.

— Ваше дело, конечно. Кстати, вы не задумывались, откуда сбш-ники узнали, что вы в борделе?

— Как будто это здесь сложно выяснить. Здесь всего один бордель на всю колонию.

— Это действительно несложно выяснить, но откуда они узнали, что вы решили пойти в бордель, а не решили напиться в одном из баров?

— Так и баров здесь всего три и выяснить это также несложно.

— Понятно, вы решительно настроились вновь посетить местный бордель.

— Ты с нами?

Глава 19

— Боюсь, железные девки меня не привлекают.

— Ничего, посидишь на голодном пайке пару месяцев, и они тебе станут казаться суперпривлекательными.

— Вряд ли.

— Сам увидишь или ты положил глаз на подружку профессора?

— Я ещё головой не ударился. Да и она совсем не в моём вкусе.

— А что, ты парень рисковый. Говорят, она о тебе очень нелестно отзывалась?

— Это она могла.

— Значит, ты с ней уже познакомиться успел?

— Лучше бы не знакомился.

— А профессор знает?

— Знает. Парни, давайте о чём-нибудь другом.

— Ну почему, нам очень интересно. Профессор вроде не в обиде на тебя?

— Не в обиде, Брил, отстань.

— Слушай, а ты глаз положил на нашу начальницу?

— Да чур тебя, ты что, моей смерти хочешь?

— Зря стараешься, к ней многие подкатывали, но она всех послала. Железная женщина. Всех обламывает.

— Брил, отстань. Пойду, проверю бронетранспортёр.

— Ты аккуратнее с ним, он тоже железный.

Хотел его послать, но понял, что он мне просто завидует. Не успел дойти до бронетранспортёра, как появился профессор и с ним Шарил. Оба выглядели недовольными.

— Профессор, я ведь уже сказал, что быстрее не получится. Ты сам пробовал с ним поговорить, — сказал Шарил.

— Может, попытаться на него надавить?

— Пробовал, но ничего не получается. Никого он не даёт. Так, а вы что здесь стоите? — обратился он к умникам, стоящим недалеко от них. — Марш в бронетранспортёр!

— И что нам теперь делать? — спросил профессор.– Профессор, идите… — он взял паузу, — в бронетранспортёр и не мешайте мне.

Сам я решил также не отсвечивать и занял своё место в бронетранспортёре. Шарил загнал остальных космодесантников в другой бронетранспортёр и сам забрался туда. Профессор устроился уже привычно рядом со мной. Он долго молчал.

— Вот как мы сейчас поедем? — спросил он, обращаясь непонятно к кому.

— Да нам ничего не мешает поехать, бронетранспортёр исправен. Нужна только команда.

— А как же груз? Мы не можем его оставить здесь.

— Сочувствую, но раздвоиться не могу.

— И почему нельзя установить на них автопилоты?

— Чисто технически это возможно, но в условиях джунглей от них проку много не будет.

— Да я всё понимаю, но где сейчас взять водителей?

— А что местные говорят?

— Говорят, сейчас все водители заняты в зачистке территории колонии от мохнатых. Никого свободных сейчас нет. Шарил с ними сейчас пытается договориться, но у него ничего не получается.

— Понятно.

Мы ждали больше часа. Всё это время профессор с остальными обсуждали результаты эксперимента, которые они проводят. Совершенно не обращая на меня никакого внимания.

В отличие от них, я не понимал половины того, что они обсуждают. При этом профессор часто посматривал в мою сторону и даже спросил, как на спектрографе правильно выставить настройки. В ответ я сказал, что понятия не имею. Объяснить ему, что я только его ремонтировал, а ломали другие, я не успел. Заработала рация, панель голосом Шарила спросила:

— Блез, слышишь меня?

— Слышу.

— Мы выдвигаемся.

— Будь внимателен. За пассажиров головой отвечаешь.

— Понял, — и сразу подключился к управлению орудиями.

Это означало, что что-то произошло, и это не нравилось Шарилу. Мы ещё какое-то время стояли на месте, пока не появилось двое космодесантников. Они заняли места водителей в грузовике и первом бронетранспортёре. После чего мы выехали с территории управления колонии.

К моему удивлению, мы направились не в сторону, откуда приехали. Ехали мы недолго и остановились около небольшого двухэтажного здания. На нём я сумел рассмотреть табличку «Медицинский центр». Шарил с двумя космодесантниками направились внутрь.

— Что происходит? Зачем мы здесь? — честно говоря, я не понимал, что происходит. Если решили забрать кого-то из раненых, то никто из них не мог так быстро вылечиться. Возможно, кто-то из наших после СБ плохо себя чувствовал. Мне вспомнилась зараза, которую многие подцепили на корабле. Здесь могло оказаться что-то подобное. Хотя вроде все местные колонисты привиты. Обратно Шарил вернулся один и от этого стало ещё непонятнее.

Мы почти час прождали около медцентра. Только когда эти двое космодесантников вернулись обратно, мы поехали дальше и снова не в сторону, откуда приехали. В этот раз мы остановились около учебного центра и здесь мне стало многое понятно.

— Блез, ты тоже мне нужен, — сказала панель голосом Шарила.

— Что, в учебный центр?

— Да, нужно подтвердить все твои временные отметки.

— Иду.

Втроём мы отправились в местный учебный центр. Учебный центр оказался полностью автоматизированным. Искин только уточнил, на что мы хотим обучаться или пройти аттестацию, после чего усадил всех по креслам виртуальной реальности и сразу начался экзамен. Искин мне постоянно создавал различные аварийные ситуации, предлагая выкручиваться из них. При этом он постоянно менял технику, которой я управлял, и отправлял меня в разные места. Знойные пески пустыни менялись на глубокие горные ущелья, после ущелий он отправил меня в местность, где находились сплошные болота. В них я благополучно утопил свой виртуальный бронетранспортёр. После чего искин выдал мне транспортного дроида и предложил вытащить бронетранспортёр с его помощью из грязи. Долго возился, но так и не смог это сделать. Думал, что провалил экзамен, но на нейросеть пришла отметка о подтверждении, и все мои временные отметки стали постоянными. У других экзамен продолжался, решил их не ждать и покинул учебный центр.

До бронетранспортёра я не дошёл, меня перехватил Шарил.

— Успешно? Сдал?

— Порядок. Сдал.

— А эти двое?

— Сдают ещё.Я не пойму, нам вроде дали водителей?

— Выделили временно. У меня есть подозрение, что они специально затягивают. Поэтому, как поедем назад, смотри внимательно назад и по сторонам.

— Понял.

— Скажи, у тебя есть кто-то знакомый в руководстве колонии?

— Нет, да и откуда кому-то там взяться, если я первый раз здесь?

— Тогда я чего-то не понимаю.

— А в чём проблема?

— Да так, иди в бронетранспортёр.

Что значило его «да так», я не понял. Как и его вопрос. Уже в бронетранспортёре мне вспомнился последний разговор с Ники в баре. Тогда он сказал, что здесь многие колонисты с Элзабии. После этого я вспомнил разговор с Риной у неё в кабинете. Неужели полиция и эта колония как-то связаны? Она тогда мне много рассказывала про кланы, а я большую часть пропустил мимо ушей. Меня это совсем не интересовало, и ни в какой клан я не собирался вступать. Неужели её клан и эта колония как-то связаны или это просто совпадение? Почему он меня спросил о моих знакомствах в руководстве колонии? Он прекрасно знал, что я недавно на планете. К чему этот вопрос?

Двое космодесантников, что проходили со мной аттестацию, закончили свои аттестации. Они вышли из здания и направились к первому бронетранспортёру. После чего разместились на водительских местах переднего бронетранспортёра и грузовика. Куда из них пропали местные водители — осталось для меня загадкой, так я не видел, чтобы они покидали технику. Видимо, это произошло, когда я находился в учебном центре.

Первый бронетранспортёр осторожно поехал вперёд, за ним тронулся грузовик. Сразу поехал за ними, посматривая по сторонам и опасаясь провокации со стороны местных. Мы без каких-то помех доехали до охранного периметра. Мои опасения насчёт заряда из танка, выписанного нам на прощание, не оправдались. Танков просто не оказалось около опорного пункта. Мы беспрепятственно пересекли охранный периметр и углубились в джунгли. Начиналась самая опасная часть нашего пути. Танки могли спрятать в джунглях. Только когда мы пересекли большую часть нашего пути, я расслабился и понял, что засады нет. Скорей всего, нам просто не успели её организовать. Все силы были брошены на зачистку территории колонии от мохнатых.

Пока мы ехали, я вспоминал, разговор с Ники и очень жалел, что у нас не получилось поговорить в нормальных условиях. Хотя Ники многое не договаривал, одно я понял точно — местному СБ плевать на большинство законов, принятых там на большой земле. Здесь у них свои законы и порядки. Местное СБ здесь — царь и бог в одном лице. Хотя формально и подчиняется флоту. Нам повезло, что мы так легко отделались, но в следующий приезд нас непременно будет ждать много доброго и светлого от них. Это многое усложняло, но меня не сильно волновало. Можно просто не ездить какое-то время в колонию.

Нужно продержаться всего три месяца, до прилёта корабля. А вот с этим могут возникнуть сложности после нападения на конвой. Корабль с грузом для колонии — весьма ценная добыча для пиратов. Нападение на флотский конвой было однозначно не просто так. Пираты нас ждали и знали о нашем прилёте. При этом смогли собрать весьма внушительные силы. Нужен не один линкор, чтобы разобраться с таким серьёзным флотским охранением. Здесь не могло обойтись без утечки. Видимо, из-за этого нас так долго держали на станции, а потом резко отправили сюда. Боялись утечки или это как-то связано со сменой командования на флоте? Слишком много совпадений.

Нас отправили сюда на следующий день после того, как новый адмирал вступил в должность, также требовалось время, чтобы нас всех переобучить. Большинство из нас как раз закончило обучение к этому времени. Стоп! А ведь старый адмирал наверняка прекрасно знал о колонии здесь. Он не раз и не два отправлял сюда партии космодесантников. В отместку он мог легко слить информацию пиратам о местонахождении колонии и времени вылета конвоя. Хотя время вылета он мог и не знать. Ведь он ещё до нашего отлёта был арестован и отправлен со станции. Возможно, даже мёртв. Однако он практически гарантированно лишился всех доходов, которые раньше получал с колонии. Даже не столько он, сколько его клан.

Дальше заработал принцип — сгорел сарай, гори и хата. В отместку клан мог сообщить пиратам весь расклад по колонии, если это так, тогда пираты всё знают. Хотя вряд ли. Клан, скорей всего, просто нанял пиратов для нападения на конвой. Они знали, что на десантном корабле будет много абордажников, и когда мы летели сюда, нас не трогали, а вот когда они возвращались, пираты напали конвой. Видимо, командир конвоя что-то такое знал или предполагал и не просто так осторожничал. Тогда что мы имеем в итоге? На планету пираты вряд ли станут садиться, а вот всё, что полетит к нам, будут перехватывать. Зачем убивать утку, приносящую золотые яйца?

Такая перспектива меня, мягко говоря, не радовала, я собирался покинуть планету. Неясно, какими силами располагали пираты в этом секторе пространства, но исходя из того, что они напали на весьма внушительный флотский конвой, устроить блокаду колонии пираты могли без проблем.

Всё это серьёзно осложняло задачу по моему возвращению обратно в империю. Впрочем, у меня в этом вопросе имелся союзник. Ники, как и мне, нужно улетать отсюда первым же рейсом, и он сделает всё для этого. Узнать бы ещё, удалось конвою покинуть систему или пираты навсегда оставили всех здесь. Впрочем, наверняка не только Ники знает о нападении. Уверен, местное СБ также в курсе о нападении на конвой и сообщило об этом командованию флота. Бросить колонию они не могут. Это значит, что через три месяца сюда должна прилететь весьма внушительная эскадра. Осталось только дождаться и как-то договориться с Ники, чтобы он помог мне расторгнуть контракт с флотом. Вот с этим были главные сложности.

Впереди показался наш охранный периметр. Теперь можно расслабиться и с уверенностью сказать, что обошлось.

Глава 20

Вот только около ангара для техники нас поджидал сюрприз в лице подружки профессора.

— Профессор, по вам соскучились.

— Вижу, но зря она сюда пришла.

Следом за заехавшей в ангар техникой, она зашла в ангар. Как только бронетранспортёр остановился, профессор сразу его покинул. В отличие от остальных умников, совсем не торопившихся покинуть пассажирское отделение бронетранспортёра. Впрочем, я также не спешил это сделать, но поступивший приказ Шарила заставил меня покинуть бронетранспортёр. Думал, профессор с подружкой покинут ангар сразу, но они совсем не торопились это делать, явно ожидая разгрузки машины, а разгрузить машину Шарил приказал мне. Как только я вылез из бронетранспортёра, она спросила:

— А он что здесь делает?

— Управляет бронетранспортёром, — ответил профессор.

— А его не наказали⁈ — возмутилась она.

— Наказали, но кто-то должен управлять бронетранспортёром.

Посмотрел на профессора и хотел сказать, что кто-то нагло врёт и не краснеет, но из второго бронетранспортёра появился Шарил с другими космодесантниками, и я своё мнение оставил при себе. Они с интересом стали наблюдать за нами. Все, включая Шарила. Сам я сделал вид, что знать её не знаю и, отвернувшись от профессора, подключился к транспортному дроиду и занялся разгрузкой грузовика. Вот только не тут-то было.

Подружка профессора, видя, что у неё появились зрители, что-то задумала. Меня поначалу происходившее за спиной не интересовало, я старательно не обращал никакого внимания на происходящее. Поэтому начало представления пропустил. Заинтересовался, только когда все космодесантники не отрывали взглядов от происходящего и бурно это обсуждали между собой. При этом они только не пускали слюни. Обернувшись, обнаружил, что подружка профессора слегка не одета. Из одежды на ней остались только небольшой лифчик и трусики. При этом она сексуально извивается вокруг профессора, а профессор за ней смущённо наблюдает.

Сразу отвернулся и продолжил работать, старательно делая вид, что я увлечённо разгружаю грузовик, заподозрив умышленную провокацию со стороны дамочки. Вот только, судя по одобрительным возгласам парней, дамочка у меня за спиной зажигала по полной, но я мужественно держался и не оборачивался. Поначалу я даже не почувствовал, как кто-то скромно постучал по бронекостюму сзади, и решил, что показалось, но повторился гораздо настойчивее и сильнее. Пришлось обернуться и посмотреть, кто там так настойчив. В этот момент она обхватила меня за шею и впилась губами в мои губы. От такого поворота я слегка обалдел и не сразу среагировал. Когда оторвал её от себя, посмотрел на профессора, но по его лицу было сложно понять, какие эмоции он испытывал.

— Профессор, заберите ваше недоразумение, а то оно совсем распоясалось.

— Это кого ты назвал «недоразумением»? — возмутилась дамочка.

— Профессор, уберите её или я сейчас прекращу разгрузку, и вы начнёте разгружать всё вручную.

— Элина, твои шутки слишком далеко зашли, — ответил профессор.

Вот только она и не думала останавливаться.

— Я тебе не нравлюсь? — спросила она томно.

— Нет.

— Что, совсем-совсем?

— Совсем.

— Я поняла, ты из «этих», раз я тебе не нравлюсь.

Собирался её послать, но дверь в ангар открылась, и внутрь зашла наша начальница. Она почти сразу обратила внимание на практически обнажённую подружку профессора.

— Профессор, что это значит? Почему она здесь находится в таком виде?

Профессор явно растерялся и не знал, что ей ответить.

— В очередной раз убеждаюсь, что вы профессор наплевательски относитесь к моим приказам, — продолжила Олана. — Вы двое, арестовать её! — приказала она двум ближайшим к ней космодесантникам. — В камеру её и одежду заберите!

— Олана, вы не имеете права так с ней поступать! — попытался возразить профессор, пока его подружка одевалась под присмотром двоих космодесантников.

— Профессор, я вам уже говорила, держите её при себе. Уже молчу о том, в каком она здесь виде и как это сказывается вот на них. Раз вы не можете контролировать её, значит, я это сделаю за вас! Вы двое! Почему она ещё здесь? Я сказала, в камеру её!

— Но она ведь ничего плохого не сделала? — попытался возражать профессор.

— Профессор, я вам позже объясню, что она сделала.

Профессор с грустью посмотрел, как уводят его подружку.

— А вы ещё почему здесь?

Оставшиеся в ангаре космодесантники поспешили покинуть ангар.

— Профессор, я вас предупреждаю. Этот генератор последний и, если вы его выведете из строя, заменить его будет нечем.

— Знаю, Шарил меня уже предупредил об этом.

— Тогда можете его забирать и устанавливать, — сказала Олана, видя, что я перегрузил генератор из кузова грузовика на антигравитационную платформу.

Закончив с разгрузкой, и пока умники осматривали новый генератор, решил по-английски покинуть ангар следом за другими космодесантниками. Вот только это у меня не получилось сделать.

— Блез, ты куда? — спросила Олана.

— Так был приказ покинуть ангар. А с разгрузкой я уже закончил.

— Тебя этот приказ не касается. Останься. Мы с тобой не закончили.

После чего я сразу понял, что этот тяжёлый день у меня ещё не закончился.

— Профессор, не вы ли нас торопили, что у вас эксперимент?

— Торопил, эксперимент действительно идёт, — подтвердил профессор.

— Тогда почему вы все ещё здесь?

Пришлось всем быстро покинуть ангар, оставив нас втроём.

— Руки подними! — сказала Олана, поднося ко мне знакомый приборчик для проверки на жучки.

— Что, раздеваться, как она?

— Этого не требуется, но хочу тебя предупредить сразу — даже не думай о ней.

— А я здесь причём?

— Притом. Видела я, как ты с ней целовался. Мне ещё не хватало разборок между тобой и профессором.

— За профессора переживаете?

— Нет, за тебя же.

После проверки она сняла с комбинезона два жучка.

— А я что, хуже его?

— Вот сейчас можно и поговорить. Мы здесь для того, чтобы их охранять и, если с ним что-то случится, ответят все. Так что не стоит питать даже иллюзий на её счёт.

— Вот только нам даже в бордель не позволили сходить.

— Случился некий форс-мажор, ты это должен прекрасно знать.

— Я уже всё рассказал и мне к сказанному добавить нечего.

— А я думаю, есть что добавить, — сказал Шарил. — Ты, оказывается, уже был знаком с погибшими. В одной камере с ними сидел на станции.

— Не понимаю, о чём ты?

— Вот об этом эпизоде с твоей нейросети, — он прислал мне кусок, где меня сажают в одну камеру с убитыми сбш-никами.

— Так, я не отрицаю, что с этими двумя сидел в одной камере. Больше скажу, я с ними виделся на корабле, на котором прилетел сюда, вот только они не сбш-ники, а абордажники.

— Они работали под прикрытием.

— Об этом я не знал.

— А у меня есть информация, что ты это знал.

— Какая информация?

— Вот запись твоего разговора с приятелем, и он утверждает, что говорил тебе об этом и даже видео скидывал, — он мне прислал кусочек записи нашего разговора в баре, сделанную с помощью нейросети Ники.

Честно говоря, я был не удивлён, наверняка его забрали за мной следом и допрашивали с пристрастием. Там он всё рассказал о нашем разговоре.

— И что? Хорошо, я не знал об этом до вчерашнего вечера и узнал об этом от Ники. Не думаю, что это что-то меняет.

— Это нам решать, — ответил Шарил.

— Конечно.

— Ты по-прежнему утверждаешь, что не убивал их?

— Совершенно верно.

— И тебе не хотелось им отомстить после того, что они сделали с тобой?

— Разумеется, хотелось. Это глупо отрицать. Вот только там в парке было темно, и лица были закрыты забралами шлемов. Так что я понятия не имел, кто устроил на нас засаду. Знал бы, что они, точно разрядил в них всю батарею, а так я просто наблюдал и всё.

— Вот только я ничего не говорил про парк.

— Ты не говорил, а вот второй сбш-ник говорил и требовал от меня, чтобы я сознался в их убийстве.

— И этот разумный тебе не знаком? — на нейросеть пришло фото Мерфи.

— Разумеется, знаком. Мы вместе раньше служили в полиции.

— Где и когда ты с ним виделся в последний раз?

— Сложно сказать, когда. Однозначно я его видел на корабле и не раз, когда мы летели сюда.

— А что у вас за конфликт произошёл?

— У нас не было конфликта.

— А это тогда что? — на нейросеть пришла запись, где мы схватились на станции Элзабии, и где нам помешал старший сержант.

— Небольшое недоразумение. Всё ведь хорошо закончилось.

— Там действительно между вами всё закончилось без поножовщины.

— Только не говорите мне, что его тоже убили, я такого счастья не переживу.

— Хочешь сказать, что ничего не знал об этом?

— Не знал.

— И вы не встречались?

— Всё возможно, я не стану это отрицать.

— А где и когда?

— Когда мы отступали среди деревьев от мохнатых, там было много разных космодесантников. Возможно, он был среди них.

— А в парке?

— Что в парке?

— В парке ты его видел?

— Не знаю. Кто там находился — без понятия. Все, кто там находился, были с закрытыми забралами шлемов и прятались под маскировочными сетями. Как я должен был узнать его, я без понятия.

— И даже нет вариантов того, кто это сделал? — спросила Олана, и мне на нейросеть пришло фото с телом Мерфи.

— А он точно мёртв?

— Точнее не бывает.

— Это надо же, как удачно всё сложилось. Я искренне завидую тому, кто это сделал. А прикончили только одного Мерфи?

— Тебе виднее.

— Вот так я и подумал, что здесь будет мимо. Очень жаль.

— Ты сейчас о ком?

— С ним обычно всегда находились двое подпевал. Он никуда без них не выходил.

— Кто такие?

— Вы их прекрасно знаете. Запись с нейросети одного из них вы мне только что скидывали. Кстати, я бы у них поинтересовался, где они находились во время убийства их приятеля.

— Спросим, не переживай.

— Да я не переживаю. Было бы из-за чего переживать. У меня, можно сказать, праздник.

— А из-за чего у вас случился конфликт?

— Да не было никакого конфликта.

— И всё-таки, что между вами произошло?

— Он вор этот Мерфи! В смысле был им.

— И что он украл?

— Мой нож.

— У вас весь конфликт из-за какого-то ножа?

— Что значит «из-за какого-то»? Это первоклассный нож. Кстати, а где он?

— У тебя.

— Вот это поклёп. У меня всё, включая резинку от трусов, проверили и просветили в СБ. Впрочем, если ты, Олана, мне не веришь, то можешь всё перепроверить лично. Ничего не имею против личного досмотра, проведённого тобой.

— Я вполне доверяю специалистам из СБ.

При этом я почувствовал, что смутил её.

— Очень жаль.

— Это нож какой-то особенный? — спросил Шарил.

— Конечно. На нём я лично сделал гравировку. Целый час дроидом делал.

— А как получилось, что он смог такой ценный предмет у тебя украсть?

— Это случайно получилось.

— При каких обстоятельствах это произошло?

— Спросите у его дружков, они в курсе.

— Спросим, но я хочу услышать твою версию.

— Там нет разных версий. Мне тогда немного крышу сорвало, я перепил и их вызвали, чтобы меня успокоить.

— И чем всё закончилось?

— В первый раз ничем. Он у меня только нож украл, и ещё несколько вещей пропало.

— А был и второй раз?

— Был. Они втроём меня избили.

— Они? Тебя? Не верю.

— Есть судебное дело, и в нём вы можете выяснить все интересующие вас детали.

— Номер дела помнишь?

— Нет. Давно это было, уже забыл. Хотя дело закрытое, и скорей всего его нет в свободном доступе. Так что запрашивайте его через полицейское управление, где мы все служили.

— Запросим. Дело в том, что приятели у Мерфи утверждают, что именно ты напал на них и избил.

— Я уже ответил на это — смотрите дело, там всё есть.

— Так что ты думаешь, кто же прикончил Мерфи?

— Судя по ранениям на фото — мохнатые.

— В парке не было никаких мохнатых.

— Не было? Тогда вот это как понимать? — и отправил Шарилу запись с моей нейросети, как главный колонист нас отправляет проверять парк от мохнатых.

— Ну вы же никого там не обнаружили.

— Но это не значит, что их там не было, иначе зачем нас туда отправлять?

— Допустим, а как ты можешь объяснить тот факт, что два ранения Мерфи были нанесены твоим монокулярным клинком.

— Каким именно? Левым или правым? У меня их два.

— Этот вопрос сейчас уточняется. Правым.

— Скажу, что у вас дерьмовый эксперт. Сильно сомневаюсь, что он смог отличить один от другого, особенно учитывая, что у меня клинки совершенно одинаковые. Специально покупал комплект.

— Допустим, а как ты можешь объяснить порезы на теле, оставленные монокулярными клинками? Это неоспоримый факт.

— Очень просто. Кто-то очень хочет меня подставить. Я даже знаю, откуда приходят команды. Думаю, это всё инсценировка. Вначале нас специально вначале отправляют туда, где нас ожидает засада, но, видя, что засаду обнаружили, и на засаду мы не вышли, меняют план. Они убивают сбш-ников и обвиняют в этом нас. Но и здесь у них не срастается. Тогда вновь меняют план и убивают Мерфи в парке, используя моё оружие для этого, пока я нахожусь в камере. На мой взгляд, всё предельно понятно и очевидно.

— Твоё оружие не покидало СБ. Это неоспоримый факт.

— Значит, они использовали клинок, подобный моему, чтобы все подозрения сходились на мне. Впрочем, у меня есть и другой вариант — это мохнатые использовали клинок подобный моим клинкам.

— У них нет подобного оружия.

— Так и плазменного оружия у них ещё недавно не было, насколько я знаю. Кроме того, оно могло попасть к ним как трофей, просто сняли с убитого ими космодесантника.

— Никаких доказательств этого нет.

— Тогда однозначно первый вариант. Меня сильно хотят подставить. Вас не смущает, что все мои доброжелатели оказались в одном месте? И мы туда пошли не просто так, а по приказу? По-моему, это говорит о многом.

— Будем разбираться.

— Могу идти или сразу в камеру? Посадите меня к подружке профессора, чтобы не скучала.

— Размечтался! — сразу возразила Олана.

— Имею право. Нас СБ даже электронных девок лишило!

— Иди к себе, — сказал Шарил. — Думаю, мы ещё вернёмся к этому разговору.

— Да я не против. Особенно готов обсудить, как нам напиться не позволили и про наш первоклассный отдых в камере СБ.

— Иди!

— Иду, — сделал пару шагов и, обернувшись, добавил: — А вообще, я бы на вашем месте подумал о том, за кем эти двое киллеров из СБ сюда прилетели. Слишком я незначительная цель для них.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Только то, что сказал. Я здесь недавно и не знаю ответа на этот вопрос.

Глава 21

Оставив их с озадаченными лицами, покинул ангар. Пока мы ехали, я долго думал, ради кого эти двое сбш-ников могли прилететь сюда. Выбор здесь небольшой. Мои главные подозрения связаны именно с ними. Олана и Шарил могли быть их главными целями. Возможен вариант, что они прибыли за профессором, но также возможен вариант, что это кто-то неизвестный мне. Кто-то, кто скрывался здесь. Так или иначе, выяснить это у них уже невозможно.

С одной стороны, раз меня сейчас не арестовали, значит, пока у них нет оснований, и у меня есть три месяца спокойной жизни до прилёта сюда следующего корабля. Другие киллеры здесь вряд ли обнаружатся. Если только отправят Линни с Жерди доделывать работу, но эти двое точно не проблема. Плохо, что я не знаю ещё двоих, что находились в засаде. На этих четверых надежды немного. Получается, что новых киллеров пришлют с первым кораблём, прилетевшим сюда. С другой стороны, Шарил может раскопать что-то на меня гораздо раньше, и непонятно, что он тогда сделает. Впрочем, посмотрим и зашёл в ангар. Варгал встретил меня ухмылкой.

— Привет, Варгал.

— Здорово, Блез. Парень, мне тут шепнули, что у тебя много здоровья.

— О чём ты сейчас?

— Говорят, ты подружку профессора уже взасос целуешь. Причём при нём.

— Это была умышленная провокация с её стороны.

— А парни говорят, что другие девки тебя не интересуют.

— Отчего же. Скажи мне, у Оланы есть мужчина?

— Вот ты, что задумал. Боюсь, здесь у тебя точно мимо. Она железная леди. К ней многие пытались подкатить, но она всех бортанула. Так что можешь и не пытаться.

— Что, совсем и не с кем?

— Именно так, — сказал он шёпотом и повернулся спиной к ближайшей камере. — Говорят, у неё случился роман с подчинённым, и после него она оказалась здесь.

— И после этого она ни с кем?

— Боится. Поэтому всем отказывает.

— Да уж, какой запущенный случай.

— Вижу, что тебя это не останавливает.

— Нет.

— Зря только время потеряешь.

— А чего мне его беречь? Мне здесь ещё долго находиться.

— А ты попробуй, я даже готов поспорить на то, что у тебя ничего не получится.

— На такие вещи я не спорю.

— Жаль. Рассказывай, как съездили? Парни говорят, проблемы были.

— Нагло врут! Мы очень душевно отдохнули в камерах СБ и совершенно добровольно опробовали на себе все шокирующие устройства, что находятся в местном СБ.

— У вас там ещё что-то было?

— Было. У нас прошла увлекательная экскурсия, где мы сначала посетили местное производство, а после долго и увлечённо осматривали его. После чего перебрались в местный зоосад, где увлечённо поиграли в казаки-разбойники с мохнатыми. В результате, мы оттуда с трудом унесли ноги, кто смог, конечно. После чего пошли играть в прятки в местный парк. Мохнатые там спрятались очень прилично, но мы решили не искать их, зато нашли вместо них других. Хотели вломить этим вместо мохнатых, но некоторые испугались и передумали. После чего мы попытались отметить нашу чрезвычайно насыщенную программу отдыха, но, как оказалось, наша программа отдыха в тот день ещё не окончена, и нам предстоит посещение ещё одного злачного места отдыха. На этом завершился наш первый день отдыха.

— А это было ещё не всё?

— Нет, конечно. На второй день мы увлечённо и совершенно добровольно испытывали на себе местные шоковые устройства. Потом сдавали массу различных анализов и доказывали, что мы ни в чём не виноваты. Одним словом, отдохнули весьма насыщенно.

— Много парней потеряли?

— Пятеро остались среди деревьев, ещё четверо вроде в медцентре. Если их туда довезли. Так что мы весьма продуктивно отдохнули. Как у вас дела?

— У нас всё спокойно. Мохнатые успокоились вроде. Так что у нас пока тихо.

— Хорошо, что здесь тихо. Можно отдохнуть. У тебя нет чего-нибудь выпить? А то у меня даже напиться не получилось.

— Десять кредов.

— Давай.

— Только учти, я ничего тебе не продавал.

— Учёл. Давай.

Он протянул мне флягу и спросил:

— Не знаешь, кто погиб?

— По именам я почти никого не знаю. Вот запись всех, кто был с нами. Вот этих четверых отправили в госпиталь, а вот эти шестеро вернулись обратно, — скинул ему кусочки с записей с моей нейросети.

— Всё ясно. Хорошие ребята были. Помянем? — и он достал вторую флягу.

— Давай. У тебя, смотрю, приличный запас. Откуда?

— Так я тебе все секреты раскрыл.

Вечером я попытался выведать у него подробности, откуда он здесь берёт выпивку, но он мужественно держался и ничего мне не рассказал. Его же, в свою очередь, интересовали подробности нашей поездки, но я тоже мужественно держался и ничего ему не рассказывал.

* * *

Утром я проснулся оттого, что меня кто-то трясёт за плечо.

— Варгал, ты чего?

— Вставай, умывайся и к Олане.

— Что случилось?

— Не знаю. Думаешь, она мне об этом рассказала?

— Понял.

— Бегом всё делай, не любит она ждать.

— Уже бегу.

Быстро оделся, привёл себя в порядок, как получилось, после чего направился к ней. Её кабинет находился рядом с кабинетом Шарила и был раза в два больше его. Честно говоря, я не особо торопился, сильно подозревая, что меня сейчас посадят в камеру. Даже оружие не стал брать с собой.

— Вызывали? — осторожно спросил из дверей.

— Вызывала. Заходи. Присаживайся, — она показала на одинокий стул, стоящий посреди кабинета.

Тяжело вздохнул, после сел, куда указала. Её тон мне откровенно не понравился.

— Что случилось?

— Я хотела с тобой продолжить наш вчерашний разговор.

— Так я уже вчера всё рассказал и добавить к сказанному мне нечего.

— Думаю, есть чего, — она совершенно неожиданно для меня расстегнула верх комбинезона, причём достаточно сильно, да так что содержимое сделало слабую попытку выйти на волю. Впрочем, попытка изначально была обречена.

Честно говоря, я ожидал что угодно, но только не это. Это выглядело крайне неправдоподобно, особенно после вчерашних историй о ней, рассказанных мне Варгалом. Железная леди — её прозвище среди местных космодесантников, и сейчас она действовала крайне странно. Мало того, она распустила волосы, вышла из-за стола и присела на его краешек. От такого я немного растерялся и не знал, как действовать. При этом у неё на шее заметил кулон, видимо, один из тех, что у меня вчера забрал Шарил. Пси не чувствовало её эмоции совсем, и я терялся в предположениях, что это всё значит.

— Э-э-э, прямо скажу — впечатляет, — это всё, что мне удалось выдавить из себя.

— Так что вчера произошло между тобой Элиной?

— Ничего не произошло, и потом Шарил всё видел лично.

— Мне интересно услышать твою версию.

— Она пыталась меня спровоцировать, но я не знаю на что.

— И как думаешь, ей это удалось?

— Это нужно у профессора спросить.

— Я у тебя пока спрашиваю.

— Думаю, не удалось, но это не мне решать, а профессору. Она его подружка, а не моя.

— И что ты станешь делать, если он обидится на тебя за это?

— Это его проблемы. Ничего не стану предпринимать.

— И всё-таки, если он сильно обидится?

— Сомневаюсь, что он попытается набить мне физиономию, здесь у него нет шансов. Думаю, он попробует использовать что-то вроде того, что он уже здесь применял.

— И зная это, что ты будешь предпринимать?

— Не знаю.

— Но всё-таки.

— Олана, я всегда действую по обстановке. Вот и здесь буду действовать так же. Попытается меня прикончить — получит ответ. Такой вариант ответа тебя устроит?

— Вполне. А какие сейчас между вами отношения?

— Самые обычные. Мы нормально общаемся. Вернее, раньше общались.

— А сейчас?

— Ты же сама только что сказала, что он обижен на меня. Так что я не знаю.

— Я сказала гипотетически. Какие у тебя к нему есть претензии?

— Никаких нет.

— И тебя устраивает, что его девушка при всех целует тебя взасос?

— Не могу сказать, что мне это не понравилось, но это не мои проблемы. Она не моя девушка.

Старался не смотреть на неё, но мой взгляд постоянно возвращался к ней, а мои мысли постоянно путались, голова думала совсем о другом. У меня отсутствовало понимание, что вообще происходит. Профессор обиделся и решил посчитаться со мной? Или она боится меня и опасается за жизнь профессора? Так это глупо, я мог его прикончить и не раз. Он со мной в одном бронетранспортёре ехал как туда, так и обратно. Неужели она думает, что этот дурацкий поцелуй что-то может изменить или я что-то не понимаю? А сиськи у неё очень даже приличные.

— А как ты относишься к Элине?

— Нежно.

— Что это значит?

— Это значит, что если ты не прекратишь меня провоцировать, я тобой овладею на этом столе.

— А знаешь, что это такое? — и из-за её стола выехал конвойный дроид. Вчера мне Варгал рассказывал об этом дроиде и том, что он постоянно находится у неё в кабинете.

— Знаю, тебя интересует марка и модель дроида? Могу подробно рассказать о том, как его сломать.

— Верю, давай вернёмся к нашему разговору?

— Не хочу. Мне он надоел.

— И всё-таки придётся вернуться, — она застегнула комбинезон и вернулась за стол.

— Провокаторша.

— Что ты сказал?

— Говорю, не удивлён.

— Чему?

— Отношению.

— К чему?

— К вопросам мироздания.

— Мироздания? Что ты этим хочешь сказать?

— Только то, что сказал.

— Так что ты станешь делать, если Элина придёт к тебе в гости?

— Не знаю.

— И всё-таки?

— Вот когда придёт, тогда и определюсь, а пока сам не знаю.

— Она тебе нравится?

— А мы сейчас о том, кто кому нравится?

— Именно об этом.

— Она не в моём вкусе.

— А кто в твоём вкусе? — и мне сразу вспомнилась Марине. Вот только она где-то далеко сейчас и уже давно забыла обо мне, а я застрял в этой дыре.

— Это личное и я не собираюсь, это обсуждать.

— Ладно, давай поговорим о другом.

— О чём?

— Ты вчера сказал, что стоит нам подумать о том, зачем сюда эти два киллера прилетели?

— Припоминаю, что-то такое говорил.

— Так поделись своими соображениями со мной.

— Боюсь, нет никаких соображений. Я здесь новенький и потом думать — это ваша работа, а не моя. Моя работа — бери дроида и ремонтируй. У меня, кстати, там работа стоит.

— Будем считать, что у тебя технический перерыв. На основании чего ты решил, что эти двое киллеры?

— А кто они, по-твоему?

— Офицеры СБ под прикрытием.

— Именно так и продолжай считать.

— А какие у тебя основания для того, чтобы считать их киллерами?

— А что они тогда делали в парке вместе с остальными? Прятались от мохнатых под маскировочными сетями?

— На записи с твоей нейросети нет никаких маскировочных сетей. Там вообще ничего и никого нет. Даже искин не смог ничего рассмотреть.

— Как же тогда их трупы оказались в парке?

— А вот это мы как раз и пытаемся выяснить.

— Мы ничего не пытаемся выяснять. Я вам уже рассказал, как всё было, но вы можете считать, как вам выгодно.

— Блез, ты не горячись. Мы просто проясняем детали. Дело в том, что кроме тебя никто не видел засады. Это всё только с твоих слов и нет никаких подтверждающих видеодоказательств.

— Тогда будем считать, что мне всё привиделось. Темно там было, вдобавок я ослеп. Ты ведь это от меня хотела услышать? Не стоило устраивать из-за этого шоу с расстёгиванием комбинезона.

— Блез, послушай, убийство двух оперативников СБ по-любому не останется без расследования. Лучше по-хорошему отдай, что забрал у них.

— Олана, я устал повторять, что кроме мохнатых никого больше не убивал в тот день.

— Зря, просто шепни мне, где спрятал, и мы закроем этот вопрос.

— Записывай. Двадцать вторая лиана, если считать от второй кучи мусора. Или двадцать третья? Нет, наверно, всё-таки двадцать четвёртая. От неё нужно сделать три шага налево, потом сделать два шага назад. Вот теперь точно. Там закопано. Короче, не ошибётесь. Да, чтобы вы гарантированно не ошиблись, я там повесил табличку с надписью «Клад» и со стрелкой, указывающей на место, где именно копать нужно. Главное помните — копать нужно глубоко.

Глава 22

— Твоя ирония неуместна.

— Олана, видимо, ты решила, что покажешь мне свои сиськи, и я сразу буду готов сознаться во всём. Вот только тебя разочарую — на такое я давно не клюю, так что и не мечтай.

— Тем хуже для тебя. Там всё перероют и найдут, тогда ты точно не отвертишься.

— Вот тогда и поговорим, а пока куда? В камеру?

— А ты так туда спешишь?

— Потому что хорошо вас знаю и потом, там Элина. Она хоть и полная дура, но смазливая.

— Она ведь тебе не нравится?

— Нет, но это я как-нибудь переживу.

— Иди, — сказала она со злостью, и я понял, что зря разозлил её. Было между ней и Элиной что-то враждебное. Ревность, может, какая-то? Неужели она на профессора глаз положила? Хотя кто поймёт этих женщин. Однозначно одно — не стоит настраивать её против себя. Она мой оберег от тех, в колонии.

Выйдя на улицу, остановился и посмотрел в сторону окон её кабинета. Она наблюдала сейчас за мной оттуда. Хотя и её саму не было видно из-за жалюзи на окнах, но её взгляд на спине я отчётливо чувствовал, когда направился обратно в мастерскую.

Вернувшись, не обнаружил Варгала. Впрочем, это не удивительно, его постоянно вызывали на различные работы по ремонту зданий или охранного периметра. Занялся ремонтом танка, а сам думал о том, что задумала Олана. Однозначно её не интересовали погибшие сбш-ники, её интересовало припрятанное мною. Непонятно, что за ценный артефакт такой, и почему из-за него все сбш-ники как с цепи сорвались? Олана что-то задумала. Однозначно она хочет артефакт. Тогда, может, отдать ей? Мне этот квадратик ни к чему. Вот только как это сделать? Сообщить анонимно? Вот только здесь есть проблема. Нет здесь сети ни глобальной, ни местной, а прийти к ней и сказать, где спрятал, означает автоматически признать вину. Да и не факт, что на вещах не осталось моих следов. Хотя тогда поливал сильнейший ливень и их смыло наверняка.

Кроме того, я сам не представляю, как ей объяснить, куда я их спрятал. Потому что было темно, лил дождь, двигался я там больше по наитию и теперь сам не особо понимал, где это всё спрятал. На месте я бы точно нашёл, но как ей объяснить, где находится это место, не представлял от слова совсем. Однозначно ничего не стоит ей рассказывать — не доверял я им, только если совсем прижмёт, тогда отдам, а пока посмотрим, что задумала. Раньше я думал, что у них Шарил главный, но сейчас всё больше убеждался, главная у них именно она, Шарил больше силовая поддержка.

— Блез? — задумавшись, я и не заметил, что в ангар зашло двое космодесантников. — Варгал где?

— Не знаю, меня с утра начальство вызывало. Вернулся, а его нет.

— Понятно, кто-то нас опередил. А ты можешь с нами сходить?

— Куда?

— На наш опорный пункт. У нас весь день что-то со светом.

— Боюсь, он мне таким не разрешал заниматься, так что решайте вопрос с ним.

— Ты ведь тоже техник.

— Тоже техник, но он старший техник, и без его разрешения я не могу покидать ангар, — здесь я приврал, такого запрета не было, но без его разрешения на выполнение таких работ однозначно не стоило соглашаться.

— Вызови всех по рации и спроси, у кого он, — сказал второй.

— Может, он у начальства или у умников?

— Тогда будем знать, что у нас его нет.

— Разумно.

Космодесантник стал один за другим вызвать опорные пункты и спрашивать, не у них ли Варгал. Все отвечали отрицательно. Лишь последний опорный пункт сообщил, что Варгал находится у них.

— Нашли. Передай ему рацию, а то он без неё, как обычно.

— Сейчас, — ответила рация.

— Ну что у тебя стряслось? — спросил недовольным голосом Варгал.

— Ты нужен, свет мигает и пропадает.

— Я ведь сказал — как закончу, подойду к вам.

— Ты там долго?

— Сложно сказать. Работаю.

— А когда к нам?

— Завтра. Сегодня вряд ли успею.

— Как завтра? А если всё вырубиться?

— Так завтра. Здесь на весь день работы.

— Может, тогда разрешишь Блезу у нас посмотреть?

— Пускай посмотрит. Он грамотный техник. Ты в мастерских? Он уже вернулся?

— В мастерских Блез рядом находится.

— Тогда передай ему рацию.

Космодесантник протянул мне рацию.

— Говори, Варгал, я тебя слушаю.

— Сходи, посмотри, что там у них. Главное — глубоко не копай. Там, как правило, просто окисляется всё, из-за высокой влажности, но вообще вызывай, если будут вопросы.

— Понял.

— Как сходил?

— Там всё сложно.

— Понял. Ладно, вечером поболтаем.

— Договорились.

Вернул рацию и спросил их:

— Рассказывайте с подробностями, что у вас случилось?

— Ещё вчера не было никаких проблем. Утром проснулись, свет поморгал и вырубился, потом снова врубился, через какое-то время всё повторилось.

— Понятно, пошли, — забрал дроида и направились за ними следом.

Идти пришлось недолго. Опорный пункт оказался не очень далеко от нашего технического ангара. Опорный пункт ничем не отличался от тех, что я видел до этого. Внешне всё отличие заключалось только в цифре. На этом красовалась большая красная семёрка.

— Парни, мне нужна будет обзорная экскурсия, чтобы знать, где у вас и что находится. Сами понимаете, я внутри ещё ни разу не бывал.

— Да не переживай, всё покажем. Здесь никаких секретов нет.

Местные нас дожидались на улице, около опорного поста.

— Вы чего здесь расселись, как на курорте? — спросил космодесантник, что шёл рядом со мной. Видимо, он у них главный.

— Так, свет поморгал и окончательно и бесповоротно вырубился, — ответил ему один из тех, что находились около входа.

— Понятно.

Включив прожекторы дроида, направил его внутрь, за ним зашёл один из сопровождающих меня космодесантников. Внутри оказалось достаточно большое помещение. В центре помещения находился большой деревянный стол. Вокруг него разместились деревянные скамейки и несколько стульев.

— Здесь у нас вроде гостиной, — начал экскурсию сопровождающий меня космодесантник.

— Тебя как зовут? — спросил у него.

— Грил.

— Уютно здесь у вас. Щитовая где?

— Есть одна внизу и ещё одна наверху.

— Пошли наверх, посмотрим, что там.

Мы поднялись на третий этаж. Отсюда отлично просматривались окружающие опорный пункт окрестности. Местные джунгли находились достаточно далеко. Вся окружающая местность до джунглей, была видна как на ладони. Впрочем, местами видимости мешали заросли высокой травы. Среди которой можно было чётко рассмотреть небольшие чёрные воронки, оставшиеся на земле, после попадания плазменных зарядов. Вокруг свежих воронок трава была выгоревшей, а вот вокруг старых попаданий она активно восстанавливалась, да и сами воронки теперь активно зарастали свежей травой. Природа на этой планете быстро восстанавливала свои права.

Орудия, установленные здесь, оказались устаревшими, такие давно не устанавливались на корабли и не выпускались. Их наверняка сняли со старых истребителей или штурмовиков, прежде чем сами истребители пустить под пресс, после чего снятые орудия оказались здесь. Установили их на самодельных станках. Наведение и фиксацию на цель осуществлял местный искин. Орудия автоматически отстреливали всё живое, появившееся из джунглей. Об этом мне ещё раньше рассказывал Варгал.

— Не торчи там, мохнатые из леса могут подстрелить — сказал Грил.

— Оттуда достреливают?

— Да. Давно надо джунгли перенести подальше, но у нас, как обычно, то кредов нет, то техники нет и тому подобное. Одни отговорки у них.

— Понятно. А ты давно здесь?

— Почти с самого начала. Джунгли мы тогда убирали из расчёта на полёт стрелы мохнатого, но тогда никто и предположить не мог, что у них может появиться плазма.

— Сюрприз они преподнесли знатный.

— Не то слово.

— Часто они появляются?

— Сложно сказать. Они какими-то наплывами приходят. Бывает месяц никого, а бывает, каждый день лезут.

— Интересно, что им здесь только нужно?

— Как я понял, у них это место вроде святого. Вот и ползут.

— Что здесь может быть святого?

— Да кто их поймёт. Мохнатые, они и есть мохнатые.

— Ладно, показывай, где щиток.

— Вон, у твоих ног.

Пришлось нагнуться, чтобы добраться до него. После небольшой проверки выяснилось, что здесь всё в порядке, но этот распределительный щиток оказался только для плазменных орудий.

Второй этаж оказался жилым. Здесь располагались небольшие жилые комнаты для космодесантников, с узкими окнами-бойницами. На этом этаже не оказалось никаких распределительных щитков, как и на первом этаже. Всё управление обнаружилось в подвальном этаже. Здесь же находился управляющий искин и генератор.

— Грил, а откуда у вас здесь лечебные капсулы?

— Тебе довелось побывать в нашем медцентре?

— Довелось, совсем недавно оттуда.

— Размеры его видел?

— Конечно.

— А нас сколько знаешь?

— Примерно.

— Вот лечебные капсулы, что не вошли туда, и разместили по опорным пунктам. Как нам сказали, чтобы в случае ранения помещать раненного в них и ждать медика. Вот только, как выяснилось потом, нас много, а медик один, и пока он до нас доберётся… В общем, быстрее самим раненых дотащить до медцентра. Так, они и пылятся здесь.

— Понятно.

— А на других опорных постах тоже есть?

— Есть, но не на всех.

— Понял.

Варгал оказался прав, окислилось большинство контактов в распределительном щитке, и мне пришлось до вечера это всё разбирать, чистить, а потом собирать обратно. Зато, когда закончил, всё заработало идеально. Парни сразу вернулись в гостиную и устроились за просмотром панели.

— Ты как раз вовремя закончил, — сказал Грил. — Успеем сделать ставки.

— А это что, не запись?

— Нет, конечно. Прямой эфир. Хочешь, оставайся, вместе посмотрим.

— А откуда у вас здесь прямой эфир?

— Не знаю, я в этом не разбираюсь, — начался матч, и он сразу забыл обо мне.

Сам я забрал дроида и отправился обратно. Варгал находился уже в мастерских, когда я вернулся.

— Ты чего так долго? — спросил он.

— Не знал, как у них всё устроено, пришлось разбираться.

— Здесь все опорные пункты сделаны по одной схеме. Там нечего особо разбираться. Идёшь сразу в подвал и там всё проверяешь.

— Да я уже понял.

— Это хорошо, меня теперь будут меньше дёргать, а тебя больше, — и он ехидно улыбнулся.

— Да меня этим не напугаешь.

— Рассказывай, чего тебя Олана вызывала.

Пришлось ему коротко рассказать наш разговор.

— Это она тебя специально провоцировала. Она так редко поступает, но бывает. Видимо, сильно нужен ей этот артефакт.

— Я всё понимаю, но у меня его нет и меня умышленно пытаются подставить.

— Как всё у тебя сложно. Даже не знаю, что тебе посоветовать. Остаётся только надеяться, что всё рассосётся само собой.

— Сильно в этом сомневаюсь.

— Тогда готовься отправиться за периметр.

— А что так было?

— Было один раз. Они своего прикончили. Ради его ручного искина и пытались сделать так, чтобы это выглядело так, как будто это сделали мохнатые. А зачем им ручной искин?

— Так может, это мохнатые его?

— Нет, Шарил быстро вычислил тех, кто это сделал, и они во всём сознались.

— И что дальше было?

— Вывезли их за охранный периметр и там оставили.

— И что, они не пытались вернуться?

— Не знаю, возможно, но автоматике ведь всё равно в кого стрелять. Она стреляет во всё, что движется.

— Я что-то не увидел модуль наведения.

— А ты и не должен был его увидеть.

— Почему?

— Он на крыше находится, а ты там вряд ли был.

— Понятно. Слушай, а откуда у парней глобальная сеть?

— Не знаю, не должно у них её быть.

— Ну как, они мне сами предложили с ними матч посмотреть. Причём это была не запись, а прямая трансляция.

— Вот ты о чём.

— Так нет у них глобальной сети. Это только информационная сеть. Они по зашифрованным каналам получают сигнал, доступ к ней платный. Здесь всё равно особо некуда потратить креды. Вот почти все и подключились к ней.

— А у тебя что, нет такой? — и показал на панель, висящую на стене.

— Я не подключал, да и ты же знаешь, что я панель не смотрю почти.

— Почему?

— Она мне напоминает о доме. А здесь какой дом?

— Понятно.

— Если хочешь, можешь подключить. У Шарила нужно только коды доступа купить.

— У Шарила?

— Да и только у него.

— Боюсь, мне к нему не стоит обращаться сейчас.

— Так, тебя никто и не торопит.

Давно понял, что Варгал креды на что-то копит, но не стал выспрашивать у него на что.

Мы ещё немного поговорили и отправились спать, но я долго не мог уснуть, обдумывая ситуацию.

Глава 23

Утром меня разбудил сонный и недовольный Варгал.

— Хватит спать! — сказал он.

— Что произошло?

— Шарил только что вызвал тебя для разговора.

— Так и думал, что вчера ничего не закончилось.

— И вообще, рацию включи, чего они меня вызывают вместо тебя?

— Она включена, — посмотрел на вызовы. Их сегодня не было, и это откровенно напрягало. — Шарил меня не вызывал, — показал ему рацию, висящую рядом с кроватью.

— Чего они тогда через меня вызывают тебя?

— Не знаю. Спроси у них.

— Ладно, собирайся и выдвигайся к нему.

— Слушай, если меня выкинут за периметр, ты мои вещи не выбрасывай, я за ними вернусь.

— Ладно. Только вряд ли ты вернёшься оттуда. Удачно сходить, может, и обойдётся.

— Удача мне точно понадобится, — похоже, они нашли припрятанное.

Думал, в кабинете Шарил будет находиться с Оланой, но он оказался один.

— Вызывал?

— Проходи, садись, разговор есть.

— Послушайте, я вчера всё рассказал, мне добавить к сказанному нечего…

— Понимаешь, — перебил он меня. — У нас с тобой есть проблема.

— Проблема? Какая?

— Серьёзная, — он замолчал, видимо, в ожидании моей реакции, но я молчал, и он продолжил. — Я бы даже сказал, очень серьёзная.

— Что ещё кого-то убили? Очень надеюсь, что это парочка дружков Мерфи.

— Об этом мне ничего не известно. Скажи мне, что с бронетранспортёром?

— Вроде в порядке был, но я, после возвращения его не проверял, просто некогда было.

— А чем ты занимался?

— Работал и отвечал на вопросы Оланы.

— Чем ты вчера занимался?

— Вчера с утра был здесь, а после ремонтировал седьмой опорный пункт, там не было света. Это могут подтвердить все. А что? Что-то с ним случилось? Генератор у них я не трогал, заявляю сразу.

— Там, насколько знаю, всё в порядке. Меня интересует, когда ты займёшься бронетранспортёром?

— Если нужно, могу сейчас. Мы снова в колонию отправляемся?

— Нет, но нужно подготовить его к выезду.

— Нужно — подготовлю, но я сразу хочу предупредить, не стоит мне туда ехать. Ничем хорошим ни для меня, ни для вас это не закончится.

— Ты у нас вообще проблемный. Скажи мне, что думаешь о профессоре?

— Ничего не думаю. Я уже вчера отвечал на этот вопрос Олане. Могу показать запись допроса.

— Не нужно. У нас с ней сохраняются большие сомнения насчёт тебя.

— Не понимаю, что вы хотите от меня? Если есть сомнения, отправьте профессора в вашем бронетранспортёре, и проблема решена.

— Отправил бы, но в том и проблема, что нужен именно ты.

— Это почему? — непонимающе, посмотрел на него.

— Потому что профессор настаивает именно на твоей тебе.

— Шарил, ты ведь прекрасно умеешь его посылать, так сделай это в очередной раз. Не понимаю, в чём проблема?

— Проблема есть. Нужен именно ты.

— Это почему я стал таким незаменимым?

— Потому что так получилось, что ты у нас единственный водитель и псион одновременно. Вернее, ты единственный псион и водитель. Профессору нужен именно ты.

— Ничего не понимаю. Чтобы управлять бронетранспортёром, не нужно пси и потом как псион я слабый. Не знаю, что намерил ваш медик, но я практически не умею пользоваться пси.

— А это не важно.

— Тогда что важно?

— Важно, что ты псион и что умеешь управлять бронетранспортёром.

— Честно скажу, ничего не понимаю.

— Всё просто, профессору нужно съездить в поселение к мохнатым, и для этого нужен ты.

— Куда? — я не поверил в то, что только что услышал. — У меня проблемы со слухом?

— Ты не ослышался, в поселение к мохнатым.

— Он что, с головой перестал дружить, обо что-то тяжёлое приложился? Эти его эксперименты плохо на нём сказываются. Да нас ещё на подъезде к нему прикончат.

— С головой у профессора всё в порядке.

— Вот совсем не уверен, я бы его отправил к медику на проверку. Если он решил покончить с собой, то есть более простой способ. Нужно всего-то прогуляться по контрольной полосе, там пушки с опорных пунктов быстро решат эту проблему и никуда ехать не придётся. Хотя я понял — он решил и меня прихватить с собой. Вот только я официально заявляю, у меня нет никаких суицидальных мыслей.

— Подпиши вот это, — на нейросеть пришёл документ.

— Что это?

— Подписка о неразглашении.

— Да я их уже столько подписал, — подписал подписку и отправил ему.

— Дело в том, что мы там уже были.

— Мы?

— Первая научная экспедиция, которая прибыла сюда до нас.

— Мне сказали, что они вроде все пропали? — мне же сразу вспомнилась строка из песни: «Зачем аборигены съели Кука? Об этом почему-то молчит наука».

— Да, они пропали и что с ними произошло — неизвестно.

— И мы теперь должны последовать за ними?

— Нет. Из поселения они тогда вернулись все живыми и здоровыми.

— Так, после этого прошло много времени, и они на нас сильно обижены теперь.

— Не всё так просто. Ты знаешь, что все мохнатые псионы?

— Что-то слышал, но от кого не помню.

— Это действительно так. Проблема в том, что они всех не псионов считают своеобразными изгоями.

— А откуда это узнали?

— Дело в том, что первая экспедиция научилась с ними общаться. Они не умеют, общаются, как мы с тобой. Они между собой общаются мысленно, с помощью пси.

— Вот оно что, а я раньше понять не мог. Было видно, что они действуют, скоординировано, но было непонятно, как они осуществляют координацию своих действий.

— Так и осуществляют.

— Насколько я понимаю, профессор тоже псион?

— Правильно понимаешь.

— И что ему вдруг понадобилось у мохнатых?

— Это не твоя забота. Твоя задача — доставить его туда.

— Это будет путешествие в одну сторону. Обратно мы не вернёмся.

— Профессор утверждает, что ничего вам мохнатые не сделают.

— У него точно что-то с головой, и я уже предлагал проверить его у медика. Подожди, ты хочешь сказать, что мы поедем туда вдвоём?

— Да, вдвоём. У нас больше нет псионов.

— Тогда что может помешать ему сделать из меня мумию?

— Вот в этом и проблема. Учитывая все обстоятельства, вас опасно туда отправлять вдвоём.

— Так не отправляйте, незачем нам туда ехать.

— В том-то и дело, что есть зачем, но существует большая опасность, что ты его прикончишь по дороге.

— Или он меня.

— Такое тоже возможно, но искин оценивает вероятность того, что именно ты прикончишь его в восемьдесят три процента.

— Мне нравится такая цифра.

— А мне нет. Особенно, что я отвечаю за безопасность профессора. Поэтому предлагаю подписать вот этот документ. Профессор, в свою очередь, подпишет точно такой же.

Получив документ на нейросеть, сразу пробежался по тексту. Вроде в нём ничего необычного, но в самом конце вписан один пункт, который мне категорически не понравился. Его специально занесли в примечания и дополнения, вписав мелким шрифтом. Скорей всего, я бы не обратил на него внимания, но точно такой же пункт у меня был вписан в аратанский контракт с флотом. Отец у Милы тогда постарался и вписал мне его туда. Мне стоило больших усилий разорвать этот контракт с флотом.

— Я однозначно не стану этот документ подписывать.

— Почему?

— Потому что, в случае смерти профессора, меня, согласно этому документу, ждёт то же самое. Так что я против.

— Боюсь, ты не можешь отказаться.

— Тогда уберём оттуда этот пункт.

— Это невозможно.

— Значит, я его подписывать не стану.

— В таком случае, мне придётся тебя арестовать и отправить в колонию.

— Без проблем. Арестовывай. Да и можешь считать, что на этом наше сотрудничество закончено.

— Это мне решать! — было видно, что он разозлился.

— Несомненно, — ответил ему с улыбкой.

Я был уверен, что это он не сделает. Там под давлением я могу сознаться в убийстве и заявить, что работал на него и выполнял его приказ. Мне терять нечего. Вариант у меня был один — что там, что здесь это пешая прогулка за охранный периметр. А что с ним после этого сделают? Да и не только с ним. Так что ты меня точно не отправишь туда. Это совсем не в твоих интересах.

— Ладно. Давай поговорим о другом, — сказал он примирительным тоном.

— О чём же?

— О твоих делах в полиции.

— А какое это отношение имеет к профессору?

— Никакого.

— Тогда я снова ничего не понимаю.

— Дело в том, что в твоём личном деле, слишком много тёмных пятен.

— Ну а я здесь при чём?

— Так твоё же личное дело.

— Дело, может, и моё, но я его никогда не видел и ничего не могу сказать насчёт того, что там написано.

— Дело в том, что вся информация, касающаяся твоей работы в полиции, засекречена полицейским департаментом, и я первый раз за свою жизнь такое встречаю. Самый обычный техник, а здесь секретность, причём по высшему разряду. Ничего не хочешь прояснить по этому вопросу?

— Все вопросы к полицейскому управлению. У меня подписка о неразглашении, такая же точно, как я подписал только что. Так что все вопросы не ко мне, а к полицейскому управлению.

— Проблема в том, что они на все мои запросы отвечают, что всё засекречено и никаких данных они предоставить не могут. С чего это ты вдруг стал таким секретным?

— Все вопросы к ним. Да и по большому счёту, это вас никак не касается.

— Боюсь, что касается и очень касается, мы расследуем убийство двух офицеров СБ.

— Так расследуйте, я здесь при чём?

— А ты у нас главный подозреваемый.

— Я не понимаю, что вы хотите от меня, чтобы я нарушил подписку о неразглашении?

— Информацию. Нам нужна информация.

— Всё, что мог, я вам рассказал.

— Ладно, пока оставим полицию. Объясни мне, что тебя связывает с судебным департаментом?

— С чем?

— Ты там тоже работал?

— Нет, не работал.

— Тогда почему на все мои запросы судебный департамент Элзабии прислал один и тот же ответ. Угадай какой?

— Без понятия. Я никак не связан с судебным департаментом.

— Странно, очень странно. Что за секретность у тебя такая? Такая, что судья мне отказала сразу на все четыре моих запроса и, мало того, все отказы с одинаковой формулировкой.

— А я откуда это могу знать? Я ведь не судья.

— Дело между тобой и Мерфи было засекречено?

— Не знаю, вроде нет. Возможно, позже засекретили.

— Объясни мне, почему тобой контрразведка интересуется?

— Контрразведка? Так сами у них спросите, вы ведь одно ведомство?

— Мы разные ведомства!

— Без понятия, наверно, соскучились после нашего общения на станции. На записях, что я тебе передал, всё есть. Больше я с ними не общался.

— Теперь объясни мне, что вот это значит? — мне пришло сообщение на нейросеть, я развернул и быстро прочитал: «Департамент полиции Элзабии запрашивает все данные по разумному Блезу Абдулаиджи. Где он сейчас территориально находится? Находится он сейчас на службе или нет?»

— И что? В чём проблема?

— Проблема в том, что они никем, за исключением тебя, не интересовались.

— Это вполне объяснимо. Вы направили им запросы, им стало интересно, с чем связан ваш интерес, в результате отправили свой запрос.

— Вот только они отправили его не в СБ флота, а руководству местной колонии.

— Ну и что такого?

— А откуда они узнали, что ты здесь находишься?

— Понятия не имею. У меня здесь нет связи, как я мог им что-то сообщить?

— Блез, ты в очень опасную игру играешь.

— А тебе сразу предлагали меня не брать.

— Ладно, попробуем зайти с другой стороны. О чём тебе говорит имя Марине?

— Ни о чём.

— А вот приятель утверждает, что она твоя подружка.

— Он ошибается.

— Странно, а вот приятели у Мерфи также утверждают и весьма красноречиво описывают, как она им мстила за тебя.

— Они тоже ошибаются и вообще не понимаю, как это связано со мной?

— Думаю, всё связано. Её отец не просто так прислал этот запрос.

— Отец? А при чём здесь её отец?

— Ну как, разве ты не знаешь? Она разве тебя не знакомила с начальником полиции?

— Нет, я никогда с начальником полиции не встречался и не общался, как и с её отцом, так что у вас дважды мимо.

— А отец Марине разве не начальник полиции?

— Не знаю, кто у неё отец, я никогда не встречался с ним, но он точно не начальник полиции на Элзабии.

— Кто-то из вас врёт.

— Не я.

— Учти, это прояснить совсем несложно.

— Проясняйте. Я говорю правду.

— Ты, видимо, не понимаешь, мы всё равно выясним, и никакие связи в полиции тебе не помогут.

— Выясняйте. Это ваша работа.

— Можешь пока идти к себе.

Выйдя от него, выругался. Меня обложили со всех сторон. С контрразведкой примерно всё понятно. Скорей всего, эти двое контрразведчиков на станции стали жертвами несчастного случая и сейчас идёт проверка. А вот полиции что от меня понадобилось?

Глава 24

Здесь было совсем ничего не понятно. Вроде не осталось у меня там никаких долгов? Прокрутил в голове возможные варианты. Неужели смогли выяснить про сыворотку? Так я там всё почистил. Не могли они выйти на меня через неё. Если я только где-то прокололся, когда прикончил пятого. Да и почему на Элзабии всё засекретили? Дело между мной и Мерфи не должно быть секретным, там не могло быть ничего секретного. Можно понять, по каким причинам дело между полицейским управлением и корпорацией Аргона засекречено. Там всплыло многое, что обе стороны не хотели разглашать.

С этим всё более или менее понятно. А вот что секретного могло быть в деле о драке между мной и Мерфи — для меня являлось полнейшей загадкой. Здесь два варианта, на мой взгляд: или Шарил мне врёт, и нет никакой секретности; или полицейское управление что-то пытается скрыть. Опять же судебный департамент отказал ему со всеми его запросами и, судя по лицу, Шарил был сильно недоволен этим обстоятельством. Совсем не похоже, что он врёт. Скорее, он выглядел озадаченным.

Честно говоря, данные обстоятельства меня самого ставили в тупик. С судебным департаментом меня совсем ничего не связывало, и что означают все эти отказы — непонятно. Нет, это даже являлось положительным моментом и ставило меня в выигрышное положение. Теперь мне не нужно объяснять, почему у меня так вырос пси уровень и уровень интеллекта. Наверняка Шарил уже выяснил всё про вытяжку и о том, что её изготавливают на побережье Элзабии, а также цену на неё. Думаю, сейчас ему сильно интересно, откуда у меня такое количество кредов. Хотя он прекрасно понимает, что вытяжку я не мог купить на зарплату техника.

Марине? Это был самый сложной вопрос. Совсем непонятно, при чём здесь она. Интересно, это СБ или финансовый контроль под меня копает? Уверен, это Ники рассказал сбш-никам про то, что мы общаемся. Конечно, зря я на станции приплёл её, но там по-другому было сложно выкрутиться. Надеюсь, ей это никак не навредит. А вот про её отца я действительно ничего не знал и никогда не интересовался им, как и про её маму. Здесь Шарил однозначно промазал. Вероятно, это Ники наплёл ему, что он начальник полиции, вот только Ники служил на побережье и просто не знал, что начальником полиции был её дядя. Хотя фамилия у него с Марине одинаковая, и это ввело в заблуждение Ники, а он, в свою очередь, запутал Шарила.

Стоп! Может, это всё работа аратанской разведки? Ищут меня через полицию? Запросто. Почему бы и нет?

— Ты чего такой задумчивый? — спросил Варгал, когда я зашёл в мастерские.

— Да будешь здесь задумчивым. Ты не представляешь, что профессор задумал.

— Что?

— Он к мохнатым собрался в гости. А теперь угадай, кто его туда должен отвести?

— А я тебе говорил, что профессор с приличными закидонами.

— Как раз твои слова и вспомнил, когда меня Шарил спросил об этом.

— Поверь, профессор ещё и не такие штуки может выкинуть. Жаль я не могу тебе рассказать об этом. И что? Поедешь?

— Нет, я отказался подписать документ.

— А Шарил согласен на эту его авантюру?

— Честно говоря, я сам не понял, но вроде согласен, иначе не стал бы меня об этом спрашивать.

— Похоже, профессор так его достал, что он готов его туда отправить.

— Это же чистое самоубийство.

— Вероятность того, что вы вернётесь оттуда, крайне низка. Впрочем, не забивай себе этим голову, займись лучше танком, а то сейчас ещё один притащат.

— Не могу, у меня приказ Шарила заняться бронетранспортёром.

— Значит, он серьёзно думает его туда отправить. Судя по всему, ещё одного бронетранспортёра лишимся.

— А что, так уже было?

— Не могу тебе об этом рассказать.

— Понятно.

— Тогда занимайся бронетранспортёром, — сказал он с грустью в голосе.

До вечера я приводил технику в ангаре в порядок и проверял повреждения. Несколько следующих дней меня никто не трогал и никуда не вызвал. С Варгалом мы занимались текущим ремонтом, которого было не очень много.

Когда меня утром разбудил Варгал с недовольной физиономией, я сразу всё понял.

— Тебя снова Шарил вызывает, — сказал он.

— Что-то срочное?

— Не знаю, ничего не сказал.

— Тогда надо поесть, а то, кто знает, когда получится вновь нормально покушать.

— Иди сейчас, может, обойдётся ещё.

— Думаешь, профессор мог передумать?

— Кто его знает.

Похоже, Шарил получил новые данные обо мне — решил я для себя, подходя к его кабинету.

— Вызывал… и? — спросил, обнаружив в кабинете вместе одного Шарила целую компанию.

— Вызывал. Заходи, садись, — отозвался Шарил.

Сел на стул и посмотрел на всю компанию, собравшуюся в кабинете. Рядом с ним находилась его сестра и профессор. Мне это сразу не понравилось.

— Что случилось? — поинтересовался у них.

— Ну что? Не надумал подписать документ о примирении с профессором? — спросил Шарил.

— Так и знал, что надо было позавтракать перед тем, как идти сюда. В камеру?

— Почему сразу в камеру?

— Потому что у вас дроид конвойный прячется за столом.

— Скажи мне, Блез, почему ты не отказываешься подписать этот документ? — спросил профессор.

— Профессор, если вам хочется отправиться в гости к мохнатым, то пожалуйста, отправляйтесь, но без меня.

— Я им это предлагал, но одного они меня не отпускают.

— И я их понимаю.

— Здесь есть ещё одна проблема.

— Какая?

— Я не умею управлять бронетранспортёром.

— Так это совсем не проблема. В колонии есть обучающий центр, там вас быстро этому обучат.

— Понимаю, но они против того, чтобы я отправлялся туда один.

— Профессор, может, не стоит?

— Что «не стоит»?

— Рисковать так. Риск для меня — обычное дело, но в таком варианте — это ничем не оправданный риск.

— Боюсь, вы, юноша, не понимаете, для нас с вами риска там совсем немного.

— Мне в этом кабинете рассказывали о том, что было раньше, вот только это было давно, а сейчас всё совершенно изменилось.

— Уверяю вас, ничего не изменилось.

— Профессор, мы сейчас почти каждый день отстреливаем мохнатых, и вы хотите меня заверить в том, что ничего не изменилось? Профессор, если вам хочется рискнуть и проверить — пожалуйста, но без меня.

— Я же вам говорила, профессор, что он трус, — вмешалась в наш разговор Олана.

— Олана, как это некрасиво с вашей стороны. Сначала сиськи мне показываете, сейчас на слабо пытаетесь взять, вот только я уже не мальчик, и такие вещи со мной не проходят.

— Сиськи показывает? — сразу заинтересовался профессор.

— Это неправда, он врёт! — возмутилась Олана.

— Профессор, я вам потом, по дружбе, запись скину, — и подмигнул ему.

«Только попробуй!» — пришло сообщение на нейросеть от Оланы. Сразу вспомнилось, что я зарёкся больше не злить её, но у меня как-то не получалось…

— Подожди в коридоре, — сказал Шарил.

Олана злым и продолжительным взглядом проводила меня на выход. Вот кто меня только за язык тянул! Молчать! Молчать! Слова от меня они больше не услышат. Мне пришлось долго ждать у кабинета.

«Зайди!» — пришло сообщение от Оланы.

— Значит так, — огласил их решение Шарил. — Ты сейчас идёшь в гараж, забираешь бронетранспортёр и подгоняешь его к входу в их ангар, — кивком он указал на профессора. — Мы тебя будем ждать у него. Это приказ!

— Понятно.

— Оружие не брать! Поедешь, как сейчас. Это тоже приказ! — добавила Олана.

— Вы решили к мохнатым отправиться без оружия?

— Ты отправишься без оружия. Как понял мой приказ?

— Понял я приказ, понял. А в случае чего, чем я их убивать должен? Святым словом?

— Руками и языком, у тебя это хорошо получается.

— Как прикажешь.

— Иди.

— Да уж, — сказал сам себе, выйдя из здания. — А я считал этих двоих вполне разумными, но они недалеко от профессора ушли. Куда я попал. Забрал бронетранспортёр и подъехал к запретному ангару, где обитали умники. К нему нам приближаться даже было запрещено. К этому ангару все старались не приближаться и всегда обходили стороной. Потому что, как рассказывал Варгал, были случаи, что наказывали за то, что кто-то просто проходил рядом с ангаром.

У входа в запретный ангар меня уже ожидала вся та же троица. Как только я подъехал, из ангара появились младшие научные сотрудники, они стали грузить в пассажирский салон бронетранспортёра неизвестную мне научную аппаратуру. Профессор ими только командовал. С интересом наблюдал за ними, когда водительская дверь бронетранспортёра открылась и, обернувшись, я увидел рядом с собой Олану.

— Узнаю, что ты передал кому-нибудь запись, и можешь обратно не возвращаться, — негромко сказала она, перед этим убедившись, что нас не слышит профессор.

— Я только хотел уточнить одну совсем незначительную деталь. А что со мной будет, если вернусь? — ответил ей так же шёпотом.

— Кровь из тебя всю выпью.

— Тогда я непременно вернусь, моя кровопийца, — ответил ей с улыбкой.

— Я бы на твоём месте так не улыбалась, — ответила она с угрозой в голосе и спрыгнула вниз, заметив, что профессор с другими снова что-то тащат к бронетранспортёру.

Когда в салон младшие научные сотрудники затащили очередной научный агрегат, профессор всё проверил и привычно устроился на пассажирском сидении рядом со мной.

— Поехали, — сказал он.

— Вдвоём?

— А нам больше никто не нужен.

— Не могу без чёткого приказа, а то ещё, чего доброго, обвинят меня в том, что я вас похитил.

— Сейчас будет тебе приказ.

Шарил подошёл ко мне и сказал:

— Переходишь временно в его подчинение. Приказываю выполнять все его приказы.

— Приказ мне на нейросеть пришли, чтобы ко мне, в случае чего, не возникло вопросов.

— Вот тебе приказ.

— Вот это другой разговор. Профессор, куда едем?

— Я покажу дорогу, — отозвался профессор.

— Шарил, вот только я не понял: в приказе сказано, что я его должен охранять, а как я это должен делать, если мне запретили брать с собой оружие?

— Так и должен.

— Понял. Всё чётко и предельно лаконично, — и, тяжело вздохнув, закрыл водительскую дверь. — Не везёт мне на начальство. Ладно, профессор, куда едем? Надеюсь, в вашем роду Сусаниных не было?

— А это кто? — удивлённо спросил профессор.

— Да, жил когда-то давно один такой, любил заводить в разные гиблые места.

— А, вот ты о чём. Не переживай, не заблудимся.

— Очень на это надеюсь, а то у мохнатых дорогу спрашивать неудобно будет.

— Давай на выезд, сначала всё как обычно, как в колонию ехать.

— Понял.

Шарил с Олиной проводили нас задумчивыми взглядами, когда мы отъезжали от ангара. Что творится в головах этих двоих, я не понимал. Они ведь отвечают за жизнь профессора, да, собственно, мы все здесь находимся ради охраны его и его помощников. Несмотря ни на что, меня отправили с ним один на один, а ведь эти двое уверены, что именно я прикончил двоих сбш-ников, но нас всё равно отправили. Что за чудеса здесь творятся?

— Ты не злишься на меня за выходку Элины? — неожиданно спросил профессор.

— Нет, профессор, я уже давно понял, что она экстравагантная девушка и от неё можно ожидать всё что угодно.

— Здесь ты прав. Очень часто она даже меня удивляет, но порой её выходки переходят грань дозволенного.

— Понимаю, давайте поговорим о другом. Меня сейчас совсем другое интересует.

— Что же?

— Цель нашей поездки. Что вам, точнее нам, понадобилось в поселении у мохнатых. Только не говорите мне, что мы туда едем изучать быт и сексуальную жизнь мохнатых — не поверю.

— Боюсь, я не могу это тебе рассказать. К сожалению, меня заставили подписать документ. Секретность, сам понимаешь.

— Понимаю, меня тоже заставили подписать. Ладно, попробуем зайти с другой стороны. Согласно полученному приказу, я вас должен вернуть обратно, живым или мёртвым.

— Вы зря переживаете, поверьте, я уже встречался с ними. У них поселение — это вроде территории, где нельзя ни на кого нападать. Это у них местное табу или запрет.

— И нас он тоже распространяется?

— Конечно, он на всех разумных распространяется.

— Очень хочется верить, что вы правы, вот только мохнатые нас встретят ещё на подъезде к их поселению, если ещё не раньше.

Глава 25

— Не переживай, я решу эту проблему. Здесь сворачивай с дороги. Вот тебе схема движения, — на искин бронетранспортёра пришла схема движения. Судя по всему, скопированная с искина другого бронетранспортёра, потому что искин бронетранспортёра сам стал мне показывать дорогу.

— Это другой разговор. Теперь хотя бы понятно, куда нужно ехать, — думал, нам придётся долго ехать, но оказалось, что поселение мохнатых не так и далеко находится.

— Профессор, а мы взяли что-нибудь поесть? Или нам предстоит попробовать мясо мохнатых?

— Ваша ирония неуместна. Конечно, мы взяли запас сухих пайков из расчёта на семь дней.

— На двоих я надеюсь?

— Разумеется, — ответил профессор с явным недовольством в голосе.

— Не знаю, как вы, а не позавтракал и жрать хочу, — и, остановив бронетранспортёр, поинтересовался: — Где, говорите, у нас сухие пайки?

— Вон в том мешке, — ответил профессор.

— Отлично, значит, этот мешок нужно спасать в первую очередь. Буду знать, — ответил ему, заглядывая в мешок.

— Вам бы только желудок набить, — ответил профессор с недовольством.

— «Нам бы»? Вы о ком сейчас, профессор?

— У меня младшие научные сотрудники такие же, вечно голодные. Да и старшие недалеко от них ушли, — ответил он ворчливо.

— И я их прекрасно понимаю. Знаете, профессор, мой опыт, а поверьте, он у меня весьма большой, так вот, весь мой опыт мне говорит, что воевать на голодный желудок неправильно. Я бы даже сказал, грешно.

— Не придётся нам ни с кем воевать.

— Вам достать сухой паёк, профессор? Больше съедим, меньше дальше вести.

— Избавьте меня от ваших флотских шуточек. Давайте один, составлю вам компанию.

— Разумное решение, профессор. Почему вы так в этом уверены?

— В чём?

— В том, что нам не придётся ни с кем воевать?

— Я вам уже объяснял это.

— Профессор, вы мне не объяснили, почему нам мохнатые позволят подъехать беспрепятственно к ним в поселение, это ведь их дом, как никак.

— Просто поверьте на слово.

— Профессор, я уже давно никому не верю на слово, и потом давайте сразу расставим все акценты. Не стоит питать иллюзий на мой счёт, хотя я и безоружен, но я сам по себе оружие, и шансов против меня даже с бластером у вас немного, поэтому не советую даже пробовать.

— Я это прекрасно понимаю, не так ли, Зверский красавчик?

— Не думал, что профессоры смотрят смертельные поединки.

— Думаете, что профессоры какие-то особенные? Поверьте, у профессоров такие же страсти и увлечения, как у других. И потом не каждый день встречаешься с одним из бойцов лиги.

— Это хорошо, что понимаем друг друга. Понимаете, у меня перед каждым поединком есть план действий. Вот и сейчас мне нужно знать, как мне действовать, когда мы приедем к мохнатым в поселение.

— Никак. Это не ваша проблема, — ответил профессор, жуя сухой паёк. — Ваша задача — нас просто доставить до места, а дальше я сам всё решу.

— Хорошо, а как мне действовать, если что-то пойдёт не по вашему плану?

— Всё пойдёт по плану, проверено уже.

— Вы хотите сказать, что там уже были?

— Э-э-э, боюсь, не могу ответить на этот вопрос.

— Понятно.

— Ладно, давайте поговорим о мохнатых. Надеюсь, вы можете говорить на эту тему?

— А ты подписку о неразглашении подписал? — спросил профессор, запихивая в рот очередную галету.

— Разумеется.

— Тогда можем поговорить. Что тебя интересует?

— По большому счёту всё, — но, увидев сразу напрягшееся лицо профессора, добавил: — Разумеется, что мне можно знать.

— Боюсь, вас, юноша, интересует, как правильно разбирать на части мохнатых, а это совсем не по моей части.

— Поверьте, профессор, как их разбирать я отлично знаю. Меня интересует, к примеру, зачем они весьма настойчиво лезут под наши орудия. Что их привлекает в нас?

— Боюсь, я не смогу достоверно ответить на ваш вопрос. Существует несколько точек зрения, но так как данный вид разумных существ практически не изучен, определить, какая из них верная, не представляется возможным. Лично я придерживаюсь версии, что у них здесь место их поклонения, их богу или богам, не могу сказать точнее, вот они и осуществляют паломничество сюда. Впрочем, это всего лишь одна из версий. Нужно провести много различных исследований, чтобы понять, как мыслят эти существа. Впрочем, космобиология — совсем не мой профиль. У нас космобиолог — старший научный сотрудник Валой. Думаю, он тебе лучше меня о них расскажет.

— Сильно сомневаюсь, что он мне что-то расскажет.

— Скажешь ему, что у тебя подписка, и я разрешил, тогда без проблем расскажет.

— А что вы вообще о них знаете? Так сказать, в упрощённом варианте.

— Просто я сейчас многое не помню. Помню, что их открыли вместе с планетой, лет двадцать назад. Когда обнаружили первых мохнатых на планете, сразу не поняли, что они разумны. Это выяснилось, только когда провели первые эксперименты на добровольцах.

— На добровольцах?

— Ну да, на тех, кого сумели отловить. После анализа ДНК выяснилось, что у них есть близкий родственник, очень редкий и экзотический вид, обитающий всего на одной планете в империи Аратан.

— А это далеко отсюда?

— Очень.

— Но ДНК у них совпадает всего на сорок два или сорок три процента, не помню точную цифру. Других похожих на них существ не обнаружено. Оба вида относительно молоды и насчитывают примерно двести пятьдесят-триста поколений. Сложно сказать, сколько они живут в среднем, но им примерно от двух до пяти тысяч лет. Если брать из расчёта их жизни в двадцать лет.

— И о чём это говорит?

— Скорей всего, искусственно выведенный вид.

— Кем выведенный?

— А вот здесь множество вариантов, но, вероятно, это мы уже никогда не узнаем.

— А откуда у них плазменное оружие?

— Боюсь, я не знаю ответ на этот вопрос.

— Да, но я слышал, что плазменному оружию у них тоже две тысячи лет.

— Вот здесь не всё однозначно. Анализ металла, из которого сделано оружие, действительно именно это показывает, вот только сплав металла однозначно не местный. Думаю, оружие раньше находилось где-то в космическом вакууме, где хорошо сохранилось, а совсем недавно упало на планету. Мохнатые увидели, что что-то упало сверху и решили проверить. Так, собственно, оружие оказалось у них, но это всего лишь предположение.

— Корабль, которому две тысячи лет?

— Скорее, обломки корабля. Может, мы уже поедем?

— Конечно, профессор, — запустил двигатели, и бронетранспортёр медленно пополз вперёд. Не успел бронетранспортёр проползти и нескольких метров, как в него ударила плазма.

— Вот гад! — воскликнул я в сердцах и шарахнул в ответ из орудия.

Вроде даже попал, но идти это проверять категорически не хотелось.

— Что случилось? — спросил профессор.

— Первый из мохнатых, не согласный с вашим планом, уже объявился и шарахнул плазмой по нам.

— Зря ты ответил.

— Не понял?

— Береги энергию, и не стоит стрелять по ним. Это их только злит.

— Профессор, мохнатый одним выстрелом вывел из строя камеру наблюдения? Стоило подождать, когда он перестреляет все оставшиеся камеры наблюдения бронетранспортёра?

— Я всё понимаю, но мы могли просто уехать от него.

— Профессор, здесь нет дороги, мы через джунгли ломимся.

— Что, нельзя было прибавить скорости?

— Можно, но при этом есть вероятность повредить подвеску, и тогда обратно нам придётся топать пешком, а вам ещё тащить на себе всё то, что вы погрузили в пассажирский салон.

— Не хотелось бы, — и он посмотрел назад, в пассажирский салон.

Дорога, по которой мы ехали, была проложена до нас. Хотя по сути её сложно назвать дорогой — правильнее называть лесной просекой. Здесь когда-то давно проехал бронетранспортёр и, возможно, не один. Проехал, ломая и подминая под себя местные деревья. Сейчас природа активно восстанавливала нанесённый ей урон. Просека уже прилично заросла, и порой было сложно понять, где раньше проезжали.

Посмотрел на профессора и задумался о том, почему нас Олана с Шарилом отпустили сюда двоих. Документ я не подписал, и по всем раскладам меня не должны были отправлять с ним. Однако вот он, профессор находится рядом со мной, задумался о чём-то, дожёвывая последние крекеры из сухого пайка. Действия этой пары для меня совершенно нелогичны. Они ведь отвечают за него? Почему отправили? Поначалу, точно оба высказались против этой поездки. Что сейчас изменилось? Ответов на эти вопросы у меня не было.

— Профессор, вы можете мне объяснить, почему нас сюда отправили? Ведь я отказался гарантировать вашу безопасность.

— Наша миссия важна, — ответил он, дожёвывая последний крекер.

— Профессор, вы так аппетитно едите, как будто первый раз попробовали сухой паёк.

— Ну что вы, вот когда я был молод, как вы сейчас, тогда я только начинал обучение, и с кредами у меня обстояли дела совсем плохо. В те времена я только ими и питался.

— А я всегда думал, что в университетах хорошо кормят.

— Кормят хорошо, но мне не хватало кредов на обучение, вот и приходилось экономить на всём и подрабатывать. К нам на базу сухие пайки я специально заказывал отличного качества, а тогда приходилось покупать самые дешёвые. Эти, по сравнению с теми, которыми я питался тогда, настоящая вкуснятина.

— А я слышал, что вы вроде с одного из центральных миров.

— Мои родители действительно раньше жили в одном из центральных миров, но, когда я был совсем маленьким, они погибли вместе с двумя моими старшими братьями. После этого меня отправили в интернат, в одну всеми забытую колонию, и там я вырос.

— Почему так?

— Что «почему»?

— Почему вас не оставили на планете, где вы родились?

— Из-за закона. Существует закон, согласно которому меня в течение трёх месяцев должен был усыновить кто-то из местных и воспитывать до совершеннолетия, но так как все знакомые и родственники родителей отказались это сделать, меня по этому закону отправили в интернат.

— А на планете родителей не было интерната?

— Содержать такой интернат на планетах центральных миров дорого, поэтому всех детей, оставшихся без родителей, отправляют в интернаты в соседних системах. Так там борются с перенаселением. Мне не повезло — мест в ближайших интернатах не оказалось, вот и отправили туда, где эти места были. Поверь, выбраться оттуда было совсем непросто.

— Охотно верю.

— А ты откуда?

— Этого я не помню, мне во время боя выжгло нейросеть, и я потерял память. Мама один раз вызывала, интересовалась, как у меня с кредами, после этого пропала. У меня большая семья вроде, но им всем плевать на меня, так что можно считать, что я тоже интернатовский.

— Вот и меня никто не захотел усыновить. Всем родственникам тоже было так же наплевать на меня. А как сейчас с нейросетью? Вроде нейросеть стоит?

— Индивидуалка, под заказ сделанная.

— Она ведь дорогая?

— Дорогая? Нет, самая дешёвая из индивидуальных нейросетей, и я за неё не платил. Мне её установили в полиции.

— Что, в полиции теперь всем ставят такие нейросети?

— Нет, конечно. Это часть сделки между мной и управлением.

— Очень интересно, что за сделка такая?

— Боюсь, я ничего не могу рассказать о ней. Подписка о неразглашении.

— Понимаю.

— Профессор, а чем так важны эти мохнатые?

— С чего ты это взял?

— Ну как, вы же сами сказали, что наша миссия важна.

— Так я ничего не говорил про мохнатых. Мне нужно провести ряд испытаний и экспериментов.

— Профессор, может, обойдёмся без них?

— Это как? — он удивлённо посмотрел на меня.

— Проведёте ваши эксперименты здесь и поедем обратно, у меня плохое предчувствие.

— Боюсь, так не получится.

Глава 26

Посмотрел на него. Подарок Марине находился при мне. Одно движение — и профессор отправится на перерождение, не успев понять, что его убило. Вот только как разумный он мне был симпатичен и ничего плохого пока не сделал. Хотя я не расслаблялся — ожидать от него можно любых сюрпризов, но он пока ничего не предпринимал. Зачем ему понадобилось ехать к мохнатым — я не понимал, но, видимо, такая необходимость действительно существовала. Меня больше волновали разрешившие нам сюда отправиться. Здесь однозначно что-то не то. Вначале они мне настойчиво предлагали подписать документ, но после того, как я отказался это сделать, взяли и отправили нас вдвоём.

Подключившись к искину бронетранспортера, проверил записи с камер наблюдения. Записей, как за вчерашний день, так и за позавчерашний, у искина не оказалось. Кто-то удалил все записи за эти два дня. Помимо меня доступ к искину был у Шарила. В эти дни я не появлялся в гараже. Подготовил технику к выезду ещё раньше. Что они могли делать два дня с бронетранспортёром? Заложить бомбу в бронетранспортёр можно за гораздо меньшее время. Тогда что это может значить? Помнится, они сильно переживали насчёт меня и профессора. Наверняка опасались, что я его прикончу по дороге и, оставив его тело в джунглях, вернусь обратно, свалив всё на мохнатых. Значит, они предприняли что-то, чтобы обезопасить профессора.

Что они ещё могли предпринять? Заминировали бронетранспортёр? С режимом бомбы — умер профессор, умри и ты? Нет, слишком примитивно, и потом им нужны данные, что соберёт профессор, именно из-за них они готовы рискнуть профессором. По-другому вряд ли нас сюда отправили бы. Тогда что? Нужно проверить искин. Быстро запустил проверку искина на вирусы. Вот только результат меня удивил. Никаких вирусов не обнаружилось. Тогда что может быть? Отвлёкшись от управления, посмотрел в салон. В нём ничего интересного не появилось, за исключением научных приборов. Приборы? Спрятали в них?

Нет, не сходится. Приборы погрузили перед самым отъездом, не было никакой необходимости стирать записи у бронетранспортёра за последние два дня. Здесь однозначно что-то другое. Думай, шапка, думай, голову куплю. Может, просто проводили какие-то работы в ангаре, и из-за этого стёрли? Опять не сходится. Зачем тогда удалять записи с внутренних камер наблюдения? Они не могли ничего снять. Возможно, ездили на бронетранспортёре куда-то. Опять он чистый. Сами они бы не стали его мыть. Поручили бы мне. Снова не сходится.

— Профессор, я здесь проверял и анализировал ремонтные данные по бронетранспортёрам. Оказывается, у нас был ещё один бронетранспортёр, но судьба его неизвестна. Хочу у вас поинтересоваться, что с ним произошло?

— У меня? А почему, собственно, у меня? — ответил профессор.

— Мне намекнули поинтересоваться этим вопросом у вас. Как я понимаю, вы были последним, кто им пользовался.

— Он застрял, и нам пришлось бросить его.

— Застрял? У него индивидуальный привод на все восемь колёс. Нужно очень сильно постараться, чтобы он застрял.

— Этот вопрос не ко мне.

— А я правильно понимаю, что мы его скоро увидим?

— Нет, не увидим. Мы тогда ездили в другое место.

— А почему его бросили и не вытащили вторым бронетранспортёром?

— Потому что он сломался.

— Так есть же техничка, она танки притаскивает.

— Он сильно сломался. Не было смысла то, что осталось от него, тащить обратно, — ответил он со злостью в голосе.

— Профессор, вы не злитесь, я просто должен понимать, как мне действовать в случае опасности. Последний вопрос, можно?

— Можно.

— А что его разрушило?

— Обвал. Мы изучали местную горную породу, и случился обвал. Несколько здоровых камней свалились на него. Мы с трудом после этого выбрались из него.

— Не знал, что на планете есть горы.

— Есть три горных массива. Все три совсем невысокие и заросли джунглями.

— Понятно.

Хотя мне было ничего не понятно. Что они там могли делать, в результате чего на них обвалилась горная порода? В пещеру какую-то, что ли, полезли? Ответов не последовало.

— Профессор, а здесь много поселений мохнатых, подобных тому, в которое мы едем?

— Поблизости немного, всего три, а дальше никто не изучал.

— А оно крупное?

— Сам увидишь.

Конечная точка нашего пути приближалась, а ответов у меня по-прежнему не было. Впрочем, радовало, что мохнатые нам пока не встречались.

— Мы скоро будем на месте, — сказал профессор. — Я тебя очень прошу не стрелять по ним.

— Боюсь, в этом случае вам придётся координировать наше возвращение в лагерь не изнутри бронетранспортёра, как сейчас, а снаружи. Мохнатые нам все камеры наружного наблюдения уничтожат.

— Я всё понимаю, но воздержись от стрельбы по ним.

— Кстати, а откуда они знают, что нужно по камерам наблюдения стрелять?

— Они не знают, скорее, просто чувствуют на интуитивном уровне. Возможно, их привлекает блеск линз. Сложно сказать точнее.

— Профессор, я вам ничего не могу обещать, буду действовать по обстановке. Почувствую угрозу — влеплю по полной из обоих орудий.

— Ты умеешь ставить пси защиту?

— Это единственное, что я умею, как псион.

— Отлично. Тогда ставь. Мы уже рядом.

— Поставил.

— Тормози. Мне нужно кое-что проверить, — и он стал перебираться в пассажирский салон. В салоне он подключил всю свою аппаратуру, и у меня на глазах стал падать уровень заряда аккумуляторов бронетранспортёра.

— Профессор, у меня стремительно падает уровень заряда аккумуляторов.

— Понимаю, но я постараюсь быстро, особенно если меня никто не будет отвлекать, — ответил он, не отрывая глаз от своих приборов.

— Похоже, обратно придётся идти пешком, — сказал сам себе, наблюдая за общим индикатором разряда.

Одновременно я заметил, как в задних камерах бронетранспортёра мелькнуло двое мохнатых и сразу исчезли, после чего я понял — нас обнаружили. Мохнатые после этого стали стремительно прибывать. Они появлялись и быстро исчезали то с одного боку бронетранспортёра, то с другого, верхом на своих многоножках. Впрочем, попыток напасть они пока не предпринимали. Скорее, это простое любопытство.

— Профессор, закругляйтесь, их становится всё больше и больше.

— Понимаю, они и должны нас обнаружить, — ответил он задумчиво.

— Профессор, уже проверяют наши колёса своими копьями.

— Это простое любопытство, не обращай внимания.

— По-моему, пора их отгонять.

— Не вздумай, они пока не агрессивны.

— Профессор, у меня осталось меньше тридцати процентов от заряда аккумуляторов.

— Понимаю, я уже почти закончил.

— Двадцать семь, двадцать шесть, двадцать пять…

— Отлично, я закончил.

— Это хорошо, а то один уже рычит и всё переднее колесо бронетранспортёра своим копьём истыкал.

— Теперь второй эксперимент, — он открыл дверь пассажирского салона, вышел наружу и закрыл за собой дверь.

— Вот урод! — воскликнул я в сердцах. — Грёбаный профессор! Грёбаные мохнатые! Вот что я сейчас должен делать? — к такой выходке профессора я оказался совсем не готов. — Зачем он это сделал?

Возвращаться обратно одному мне нельзя. Мне не простят того, что я его здесь оставил. И что мне сейчас делать? Выйти к толпе мохнатых, как он, и тоже сдаться? Я посмотрел на толпу мохнатых, почти сразу окруживших профессора со всех сторон. У меня из оружия с собой только нож. Что я могу им сделать против толпы мохнатых? Орудия бронетранспортёра? Так там профессор. Зацеплю его случайно, и тогда меня точно обвинят в его убийстве. Что ещё можно делать?

Оба варианта казались плохими. Выйти вместе с профессором — вот, похоже, что от меня хотели Шарил с Оланой. Однако документ я не подписал, поэтому сейчас спокойно наблюдал изнутри за происходящим, в любой момент ожидая преждевременной кончины профессора. Вот только мохнатые не спешили его прикончить, хотя ничто не мешало им так поступить. Если сможем выбраться отсюда, сам пришибу этого гада! После чего понял, для чего у меня забрали оружие. Для того, чтобы я его и не пристрелил со злости, после такой подлянки. Впрочем, это значило, что такая подлянка изначально закладывалась в планы. Вот нехорошие разумные!

Мохнатые, что вы на него смотрите? Грохните его под камеры, чтобы больше не повадно было. Вот только мохнатые вели себя как-то странно — не было их привычной агрессивности и, если бы я не сталкивался с ними раньше, решил бы, что они безобидны. Чем они занимались, было сложно сказать: они как-то странно косились на профессора и иногда порыкивали, но не пытались его прикончить.

Всё изменилось с появлением троих мохнатых на многоножках. Они выглядели явно крупнее большинства лохматых, собравшихся вокруг профессора. Эти трое мохнатых подъехали и остановились. Оценивающе осмотрели на профессора, после чего спрыгнули со своих многоножек. Когда они приблизились к профессору, окружившие профессора мохнатые расступились, пропустив этих троих к профессору. Эти трое точно воины — решил я для себя. Оружия на них надето больше, чем на любом из мохнатых, и у каждого, в дополнение к холодному оружию, висело по плазменному ружью. Вот теперь точно профессор доигрался. Эти мохнатые вначале подошли к профессору, понюхали его, после чего двое подхватили и потащили дальше.

«И зачем вы его туда потащили? Неужели сложно было здесь прикончить? Мне ведь нужна видеофиксация!»

«Двигайся за нами», — пришло на нейросеть сообщение от профессора.

«Зачем? Вас всё равно прикончат».

Ответа не последовало. Я запустил двигатели и посмотрел на индикатор заряда батарей — двадцать четыре процента. Должно хватить впритык и только на обратную дорогу, если не придётся буксовать где-нибудь. Вперёд или назад? Самым разумным было разворачиваться и уезжать, пока мохнатые заняты профессором, но вот без подтверждения его смерти я не мог уехать. Пришлось включить «движение вперёд», и бронетранспортёр медленно пополз за толпой мохнатых, потерявших интерес к бронетранспортёру.

Ехать пришлось недалеко, и вскоре бронетранспортёр выполз на большую поляну. Впрочем, поляной в обычном понимании этого слова — это было назвать сложно. Просто открытое пространство на земле, заросшее пожухлой травой, которую или вытоптали, или выкосили. По ней в разных направлениях передвигались мохнатые: кто-то пешком, кто-то верхом на многоножках. Сложно сказать, сколько их здесь, но однозначно больше сотни. Ещё больше мохнатых передвигались по лианам. Лианы причудливо переплетались над поляной, образуя местами сложные и огромные сплетения. По этим сплетениям лиан передвигались мохнатые, в большинстве своём, на многоножках.

Во многих местах было узко и образовывались приличного размера пробки. Какого-то упорядоченного движения у мохнатых не просматривалось, и поэтому сложно понять, по какому принципу одни мохнатые уступают дорогу другим мохнатым. Ещё выше находились их домики. Внешне они напоминали шары, закреплённые на ветке. Состояли эти шары, как мне показалось, из множества небольших проросших веток и составляли теперь единое целое с лианой, на которой были закреплены. Эти домики крепились на боковых лианах, отходящих от основных потоков движения. Судя по всему, в этих тёмно-зелёных шариках жили местные мохнатые. Размеры поселения сложно оценить — густая листва, окружающая поселение, скрывала многое.

Профессора притащили в середину поляны и там отпустили; мне его хорошо было видно, он на две головы был выше большинства мохнатых, окруживших его. К нему я не поехал, остановился на краю поляны и обычных джунглей и отсюда наблюдал за происходящим. Какое-то время ничего не происходило. Пока с лиан на землю не спустились больше десятка мохнатых, они сильно походили на родственников троих, что увели профессора, такие же крепкие и высокие. Перед ними большинство мохнатых опасливо отошли назад, освободив окружающее пространство вокруг профессора. Теперь точно профессор доигрался. Сейчас они его прикончат, но и после этого мохнатые не торопились прикончить профессора. Сложно судить, что происходит, но общение между профессором и мохнатыми происходило однозначно. О чём они общались — трудно понять по мордам мохнатых, а лица профессора я не видел.

У меня возникло желание послушать. Для этого я осторожно снял пси защиту, но услышал только непонятное щёлканье на пси уровне. Ничего другого не услышал и выставил защиту обратно.

Глава 27

— Блез, мне нужна твоя помощь! — пришло сообщение профессора.

— Сейчас открою огонь, сразу срывайтесь и бегите ко мне. Постараюсь вас не подстрелить. Шанс добежать до меня небольшой, но вы сами сделали этот выбор.

— Не вздумай открывать огонь! Мы тогда сразу оба погибнем!

— Больше я для вас ничего не могу сделать.

— Можешь, они вызывают нас на поединок.

— Нас?

— Именно нас. Я сказал им, что ты великий воин, и убьёшь любого из них голыми руками.

— Так это не они нас, это вы их вызвали на поединок и почему вы решаете за меня?

— По-другому не получалось, они агрессивно настроены. Ты не забыл, что я старший у нас?

— В уставе флота есть пункт двадцать один, подпункт четыре, и в нём сказано: если командир ведёт себя безрассудно, то подчинённый вправе не выполнять его приказы, а также арестовать его. Профессор, я использую данный пункт устава. Вы ведёте себя крайне неразумно!

— Блез, ты решил бросить меня здесь? Мне нужна твоя помощь, или они сейчас прикончат меня! Помоги…

— Они убьют нас обоих после поединка. Их слишком много.

— Нет, это священный поединок, нас никто не тронет после него.

— Наверно, это самая большая глупость в моей жизни, — «и, скорей всего, последняя», — добавил про себя, выбираясь из бронетранспортёра и направляясь к профессору.

Что произошло, я не понял, но двигатели бронетранспортёра неожиданно и по непонятной причине заглохли. Экспресс-диагностика не выявила никаких неисправностей, но двигатели категорически отказывались запускаться вновь. Судя по всему, это был оставленный подарок от Оланы. Заниматься поиском проблемы здесь под взглядами мохнатых — нереально. Оставалось только бросить бронетранспортёр с профессором здесь и уходить на своих двоих обратно или выходить на поединок. Шансы уйти от мохнатых на своих двоих и без оружия мне казались не особо высокими. Да и при таком выборе я всегда выбирал драку. Вот и здесь решил не изменять этому принципу и направился к профессору. Всё увеличивающаяся толпа мохнатых расступилась и пропустила меня внутрь.

— Я рад, что ты не бросил меня, — сказал вслух профессор, когда я приблизился.

— Ты просто представить не можешь, как я этому рад, — ответил ему. — Ну и где наш противник?

— Противники. Они сейчас решают, кто выйдет против нас.

— Нас?

— Ну да. Двое с их стороны, и мы тоже вдвоём.

— Это означает, что я один.

— Блез, я тоже кое-что могу.

— Можете, и лучшее, что можете — это не мешаться мне. С кем здесь нужно сражаться?

— Они не могут определиться, кто из них лучший.

Мохнатые, окружившие нас, действительно не могли определиться, кто из них лучший. Они активно жестикулировали, но при этом молчали.

— Профессор, а какие у них правила?

— Никаких. Тот, кто убивает своего противника, тот и победитель.

— Знакомо.

— Чего?

— Говорю, я уже сталкивался с такими правилами. Мы можем использовать ваш бластер?

— Не можем. Поединок исключительно с использованием холодного оружия. Нарушивший это правило дисквалифицируется.

— Даже не буду спрашивать, что это у них означает.

— Смерть. У них здесь всё просто. Не понравился тебе другой мохнатый, вызываешь его на смертельный поединок, а там как получится. Но тебя могут вызвать на поединок в любое время.

— А я всё думал, откуда в них столько кровожадности.

— Здесь большинство споров решают с помощью таких поединков. Так что слабые среди них просто не выживают, а большинство за свою жизнь проходят через множество поединков. Вокруг нас лучшие их бойцы. Каждый из них провёл не одну сотню поединков.

— Умеете вы, профессор, поддержать перед поединком.

— Я просто нервничаю.

— Заметно.

— Кажется, они определились.

— Вы уверены, что нам позволят уйти после поединка?

— Совсем не уверен, но это одна из основных версий.

— А на них не много оружия навешано? Может, их дисквалифицировать за это?

— Боюсь, не мы будем это решать.

— Тогда держитесь моей спины и постарайтесь не сдохнуть, — сам активировал импланты. — Должен же кто-то потом переводить с мохнатого на понятный, а то убьют и не скажут за что.

Когда двое мохнатых из первого ряда вышли вперёд, все находящиеся сзади приветствовали их дружным рычанием и размахиванием оружия. Эх, жаль нельзя на себя поставить — подумал про себя. Думаю, в лиге много бы заплатили за трансляцию нашего поединка. Двое мохнатых тем временем извлекли оружие и приближались к нам. Морды у них сами по себе выглядели страшными, а у этих они ещё были в шрамах. У каждого по два мачете: одно держали в лапе, второе оставалось на спине. Сразу стало понятно, кого они считают своей главной целью. Ведь они вдвоём выдвинулись на меня.

Ждал их, стоя на одном месте. Мачете со свистом рассекли воздух в том месте, где я только что находился. Сам я дёрнулся влево, а потом резко сместился вправо. Оказавшись сбоку от одного из них, поначалу собирался использовать нож и вогнать ему в его в шею по самую рукоятку, но вспомнил слова профессора про дисквалификацию и передумал. Просто со всей силы врезал кулаком ему в его мохнатую морду. Такой удар гарантированного вырубил бы почти любого хумана, но мохнатого он отбросил только назад и вбок, к ногам второго мохнатого. Там он приземлился на свой мохнатый зад и стал непонимающе трясти мордой.

Второй мохнатый недоумённо посмотрел на товарища, угрожающе зарычал и яростно рванул в атаку. Когда он замахнулся на меня, сделал шаг ему навстречу и перехватил лапу с мачете, сместился вбок, одновременно ставя ему подножку. Мохнатый уже не мог остановиться и, запнувшись за мою ногу, полетел дальше. Одновременно я крутанул лапу, сжимающее мачете. Раздался хруст ломающейся кости, мачете выпало из его лапы, а сам мохнатый продолжил полёт дальше. Только в этот момент я вспомнил про профессора, находящегося где-то там. Профессор, впрочем, тоже не зевал — он мгновенно переместился подальше от обоих мохнатых и, судя по довольной физиономии профессора, его вполне устраивал ход нашего поединка.

Второй мохнатый растянулся на мокрой траве и проехался по ней дальше. Правила мне никто толком не объяснял, возможно, это уже можно считать победой? Посмотрел на окружающую нас толпу мохнатых и понял: толпа жаждет крови, нашей с профессором крови, и она совсем не ожидала, что я отправлю отдыхать на травку двух лучших воинов племени.

Впрочем, я рано стал праздновать победу. Второй мохнатый, прокатившись на брюхе по травке, быстро вскочил и выхватил второй тесак из ножен, но в этот раз он уже не торопился безрассудно лезть в атаку. Впрочем, наполовину он уже был выведен из строя — вторая лапа у него теперь просто висела плетью. Первый также пришёл в себя. Он перестал трясти мордой и поднялся с травы. Вроде никто не говорил, что нельзя пользоваться трофейным оружием. Наклонившись, поднял с травы мачете. Сделал пару вращательных движений им, чтобы оценить, насколько удобно оно лежит в руке.

Видимо, сговорившись, мохнатые атаковали с двух сторон одновременно. Подставлять спину второму мохнатому, разумеется, я не собирался. Встречал я их вполоборота, и когда второй решил проткнуть меня единственным мачете, вначале отразил его удар, после чего ударом ноги отправил его в полёт обратном направлении. Первый мохнатый после моего удара пребывал в состоянии грогги, поэтому немного запоздал с одновременным нападением. Зазвенел металл, высекая искры, когда наши мачете встретились. Мохнатый решил наседать, вот только не на того он напал. Как мечник он слаб и, отразив хаотичную серию его ударов, одним движением отсёк его левую лапу вместе с мачете. Он удивлённо посмотрел на упавшую на траву лапу, а в следующее мгновение его голова отделилась от туловища и оказалось рядом. После чего и тело, не желая расставаться с другими частями, прилегло рядом отдохнуть.

Честно говоря, я даже не вспотел, пока разбирался с ним. После его смерти окружавшие нас мохнатые оказались в шоке, они резко прекратили издавать рычащие звуки. Сам же я посмотрел второго. Он вновь проехался по траве и сейчас явно медлил, видя, что произошло с его напарником. Теперь мохнатый явно не торопится нападать, значит, пришло время нападать мне. Подобрав второе мачете и раскручивая их, отправился ко второму мохнатому. Мохнатый сумел отразить удар одного мачете, а вот второе мачете отделило его голову от туловища.

Собрался подобрать трофеи, когда услышал:

— Брось их, уходим, — сказал профессор. — Они требуют, чтобы мы покинули территорию их поселения и никогда сюда не возвращались.

— Тогда уходим, — и, бросив тесаки, отправился за профессором. Толпа мохнатых действительно расступилась перед нами, пропустив в сторону бронетранспортёра.

— Профессор, вы куда?

— К бронетранспортёру.

— У меня для вас плохая новость. Он заглох и не заводится больше. Так что нам сейчас предстоит челночный бег по пересечённой местности. С толпой мохнатых преследователей за спиной.

— Я знаю про бронетранспортёр, но это решаемая проблема. Просто это была небольшая страховка, чтобы ты меня не бросил здесь.

— Знаете, хотя я так никогда не поступаю, но именно сейчас у меня возникло сильное желание бросить вас здесь.

— Знаю, но это нужно ради науки!

— Науки? А я уже, грешным делом, решил, что вам острых ощущений в жизни не хватает.

— И этого тоже, — задумчиво ответил он.

— Всё с вами понятно, профессор. Совет на будущее: если снова решите вернуться сюда, не просите меня поехать с вами. Гарантирую массу острых и непередаваемых ощущений ещё на пути сюда.

— Ты мне угрожаешь?

— Просто предупреждаю, и отдуваться за вас я больше не собираюсь. С мохнатым вы будете драться сами, и я ничего не стану предпринимать, чтобы помочь вам.

— Думаешь, я с ним не справился бы?

— Думаю, любой из них прикончил бы вас за пару минут — и, обернувшись, посмотрел назад. Мохнатые оставались там же.

Остановились даже многоножки на лианах. Что происходит, я не понимал, но оставаться здесь больше не собирался. Мы забрались в бронетранспортёр и, как сказал профессор, он действительно завёлся. Сразу врубил задний ход и, развернув бронетранспортёр, погнал назад. Всё время ожидая погони. Только когда мы отъехали прилично, я сбросил скорость, так как понял — погони за нами не будет.

Профессор всё время молчал. Честно говоря, мне хотелось ему хорошенько врезать, но приходилось сдерживать себя. Драка с ним мне грозила большими проблемами, а проблем у меня и без него хватало. Хотя я откровенно не понимал, почему мохнатые нас отпустили после смерти своих сородичей. В том, что у них были какие-то принципы, типа слова пацана, я сильно сомневался. Впрочем, логикой мышления других рас занималась отдельная наука и, наверно, в ней нужно быть профессором, чтобы объяснить их действия — решил я для себя и остановил бронетранспортёр.

— Что случилось? — сразу среагировал явно напрягшийся профессор.

— Нужно перекусить, пока есть время.

— Что значит «пока есть время»?

— Это и значит. Вскоре нам предстоит пробежка по пересечённой местности.

— Это почему?

— Потому что вы высадили аккумуляторы бронетранспортёра, и у нас осталось меньше пяти процентов заряда.

— Не дотянем?

— Нет, однозначно.

— Может, вызвать помощь?

Глава 28

— Попробуйте, у меня рации нет, а встроенная в бронетранспортёр слабая и до базы однозначно не достанет.

Он долго пробовал, менял разные настройки, но ему никто не отвечал. Вообще, я остановился по-другому. После того, как я понял, что заряда не хватит, чтобы вернуться. Мне захотелось убедиться, что мохнатые нас не преследуют. Ведь плазменным орудиям бронетранспортёра тоже была нужна энергия. Кроме того, после хорошей драки у меня всегда просыпался аппетит. Перебравшись в пассажирский салон, я добрался до пластикового мешка с сухими пайками, достал из него упаковку и только тогда обратил внимание на заднюю часть бронетранспортёра. Там вроде не находилось ничего особо ценного: слева находилась система рециркуляции воздуха, в пассажирском салоне, справа аварийный люк. Меня привлекла не сама система рециркуляции, а пластиковая панель, которая её прикрывала. Эта панель немного оттопырилась и стояла как-то неестественно. Подошёл к ней и немного потянул на себя, чтобы посмотреть, что произошло с системой рециркуляции воздуха. Потянул и выругался.

— Что случилось? — сразу поинтересовался профессор.

— Это я у вас должен спрашивать.

— Не понимаю тебя.

— А я понять не мог, почему у нас перерасход энергии идёт, а искин постоянно выдаёт ошибку и неисправность системы рециркуляции салона, а сюда целого абордажного дроида засунули.

Впрочем, с целым дроидом я загнул, здесь спрятали только часть абордажного дроида. Весь он бы просто в нишу не влез. Они демонтировали нижнюю часть, оставив в его верхней части только часть пушек. После чего запитали это всё от бортовой сети бронетранспортёра. Систему наведения извлекли из корпуса и установили в воздуховод, после чего подключили к искину бронетранспортёра. Теперь понятно, почему бронетранспортёр не заводился, и каким образом профессор блокировал бронетранспортёр.

— Вот как, значит, — произнёс вслух и обрезал питающие провода, после обрезал все провода, ведущие к блоку наведения, и временные крепежи.

Достал остатки дроида из технической ниши и выкинул через аварийный выход. После чего стал устанавливать пластиковую панель на место, попутно обдумывая ситуацию. Кто это сделал было понятно. А вот что мне делать дальше — совсем непонятно. Из профессора может получиться отличный заложник, но мне это ничего не даёт. Корабля, на котором можно покинуть планету, здесь нет, и прилетит он только через два с половиной месяца, и это в лучшем случае. Требовать у местных что-то другое не имело смысла. Это значило, что при всех других вариантах профессор для меня бесполезен.

Был, конечно, вариант потребовать связь в колонии, а потом вызвать аратанцев сюда, но пока аратанцы всё проверят, пока сюда прилетят, а мне будет всё это время где-то жить. В местных джунглях продержаться столько времени крайне сложно, учитывая нелюбовь мохнатых к нам. Одним словом, это совсем не вариант, кроме того не факт, что аратанцы сюда прилетят, учитывая, что я отказался выполнить приказ императора и полную неопределённость с моим местонахождением. Вроде система находится не на границе, а где-то в глубине территории Авара.

Мыслей, как мне поступить, у меня не было, поэтому я убрал нож в ножны, вернул панель на место и, распаковав сухой паёк, вернулся в своё кресло. После чего стал молча работать челюстями, пытаясь обдумать свои дальнейшие действия. Профессор молча и со страхом в глазах посматривал в мою сторону, видимо, понимая, что сейчас я решаю, как мне поступить с ним.

Во всей этой истории меня смущало одно обстоятельство. Кто отдал приказ — с этим всё понятно, а вот кто устанавливал — совсем непонятно. Варгал однозначно это не устанавливал, мы почти все дни вместе находились в мастерских. Он отлучался, конечно, как и я, для текущего ремонта в зданиях и опорных пунктах, но ненадолго. А чтобы всё установить, закрепить и подключить к бортовой сети, требовалось время. Сделать это мог только техник, вот только кроме нас двоих других техников на базе не было. Значит, на базе находился как минимум ещё один техник, о котором никто не знает. Тогда кто это?

— Может, мы поедем? — осторожно спросил профессор.

— Мы никуда не торопимся, профессор.

— Боюсь, как бы мохнатые ни передумали.

— Поздно. Бояться стоило, когда вы покидали бронетранспортёр.

— По-твоему, я не боялся?

— Думаю, что вы не о том думали в тот момент.

— Наука требует жертв.

— Звучит пафосно, и на этом всё. Как-то вы, профессор, не стремитесь стать жертвой науки. В таком варианте вам не стоило звать меня на поединок.

— Может, мы уже поедем? Мне нужно изучить все полученные данные, — ответил он с явным раздражением.

— Поехали, — запустил двигатель и двинул бронетранспортёр вперёд.

Выбора у меня не было, придётся сжать зубы и надеяться только на то, что это наша последняя поездка. Я специально припугнул профессора. Вот только он не особо напугался. Нужно будет подумать, как его хорошо припугнуть. Скорее, нужно будет припугнуть Олану, а дальше она всё сделает за меня. Здесь главное — не перегнуть палку. Мне всего лишь нужно как-то продержаться два с половиной месяца.

* * *

Мы всё дальше отъезжали от поселения мохнатых, и вроде за нами никого не было. Я даже осторожно снял пси защиту и поискал. Мохнатых поблизости не оказалось. Вернее, были двое, но достаточно далеко от нас. Данное обстоятельство меня порадовало. Шансы вернуться у нас увеличивались. Вскоре вначале один двигатель отключился, за ним второй, погасли фонари освещения, и вскоре мы совсем остановились.

— Всё, профессор, мы приехали. Заряда больше нет.

— Я уже понял.

— Переходим в пеший режим, я бы даже сказал, беговой.

— Ты хочешь ночью в джунгли идти?

— А что такого? Вы ведь только что утверждали, что наука требует жертв?

— Это неразумно, лучше подождать здесь до утра и потом выдвигаться.

— Мохнатые нас скоро обнаружат и устроят засаду поблизости, поэтому, пока никого нет поблизости, нужно уходить.

— Мы заблудимся в темноте.

— Не заблудимся. Дорога перед нами. Её хорошо видно даже ночью. Да и не так далеко осталось.

— Подожди, я попробую их вызвать.

— Попробуй.

Честно говоря, дальность рации, которые выдавались нам, оставляла желать лучшего. Как говорил Варгал, в очередной раз на нас сэкономили, но у меня было другое подозрение, что нам специально выдавали такие слабые рации, чтобы у простых космодесантников здесь не было никакой связи с колонией. Впрочем, это не особо помогало, почесать языками со знакомыми: многие космодесантники любили, и по приезде в колонию все последние новости у нас становились известны там. Впрочем, это работало и в обратную сторону. После нашего «отдыха» в парке колонии это стало поводом для обсуждения на неделю, если не больше. Космодесантники долго и активно обсуждали подробности наших злоключений.

Профессор тем временем очень активно пытался вызвать Шарила. К моему удивлению, через какое-то время ему ответил сонный голос Шарила.

— Профессор, где вы? — спросил он.

— Мы застряли недалеко от вас, — ответил профессор.

В ответ рация у профессора только шипела и ничего не отвечала.

— Похоже, волна ушла.

— Здесь часто случаются магнитные бури, — ответил профессор, не поняв мой сарказм.

— Это значит, ночной прогулки вам никак не избежать, — и стал перебираться в салон, чтобы забрать с собой мешок с сухими пайками.

Но в этот день удача явно была на стороне профессора. Через какое-то время рация у профессора вновь отозвалась голосом Шарила.

— Где вы застряли, профессор? — спросил он.

Профессор стал объяснять ему, где мы находимся, и вскоре Шарил ответил, что пришлёт за нами техничку. Примерно через час нас осветили фонари технички. Она подъехала к нам вплотную, но вылезать водитель не торопился. Пришлось самому покинуть бронетранспортёр, только тогда появился водитель технички, боязливо посматривая по сторонам.

— Привет, Эдд.

— Здорово, Блез. Мне сказали, вы застряли, а я не вижу, чтобы вы сидели в грязи.

— Эдд, мы застряли по-другому. У нас заряд закончился. Профессор своей аппаратурой всё высадил.

— Понятно, а вас на базе уже похоронили.

— Они однозначно поторопились с этим.

— Как съездили? Не доехали до них?

— Доехали, а как съездили, не знаю, надо об этом у профессора спрашивать.

— А где он?

— В бронетранспортёре сидит. Обиделся на меня.

— За что?

— Да так. Ты цеплять нас собираешься?

— Конечно.

— Тогда разворачивай свою бандуру, будем цеплять.

— Мохнатых вроде нет поблизости?

— Нет пока, но они тебя слышали, так что они скоро сюда подтянутся.

Мои слова придали ему ускорения. Он быстро развернул техничку, зацепил бронетранспортёр, и через час мы уже вползали в ангар, где стояли бронетранспортёры и грузовики. Там нас дожидались Шарил с Оланой. Сам я их видеть не мог и, когда техничка отцепила бронетранспортёр, покинул ангар вместе с Эддом. Варгал спал, когда я вернулся. Добрёл до своей кровати и сразу рухнул в койку. День у меня выдался тяжёлым.

— Блез, подъём! — будил меня Варгал утром.

— Варгал, отстань! Дай поспать.

— Вставай, хватит дрыхнуть!

— Варгал, я вчера поздно приехал, отстань.

— Вставай! Ты так и обед проспишь.

— Обед? — и посмотрел на время.

— Конечно. Рабочий день уже в самом разгаре, а ты спишь.

— А меня не вызывало начальство?

— Нет, а должно?

— Не знаю.

— Ладно, уговорил, встаю.

Вообще, на опорных пунктах многие и днём позволяли себе спать. Это я сам видел. Здесь это не являлось чем-то необычным. Кари опорные пункты проверял редко, больше занимаясь хозяйственными делами. Вообще, если бы не регулярные набеги мохнатых, службу здесь можно считать лёгкой. Никто из начальства от космодесантников на опорных пунктах особо ничего не требовал. Большинство служивших там были предоставлены сами себе, и чем они там занимались, наше начальство не особо интересовало. Наше начальство своё основное внимание уделяло умникам и занималось ими.

— Говорят, ты с профессором поругался?

— Да не ругался я с ним.

— А чего тогда парни говорят, что ты пришиб профессора?

— Варгал, ну кому ты веришь? Жив и здоров профессор, — и посмотрел на рацию, висящую над кроватью. Вызовов от начальства не поступало. Были вызовы от парней с опорных пунктов, с которыми я был знаком, но с ними общаться не хотелось. Судя по всему, все изнывали от любопытства: что между нами произошло.

— Эдд приезжал. Говорит, что между вами что-то произошло.

— Произошло. Мы с ним вместе с мохнатыми дрались.

— Что, жарко было?

— Да не очень. Давай так: с тебя завтрак, с меня запись того, что было.

— По рукам. Давай запись.

— Держи.

— Да, вы побывали в самом поселении.

— Пришлось из-за одного профессора, возомнившем себя бессмертным.

— А почему ты был без оружия?

— Так, мне запретили его брать, а я без него как-то должен был вернуть профессора обратно.

— Повезло вам, что они вас отпустили.

— Это точно. Мне кажется, они находились в шоке после смерти двоих из них.

— По-другому я тоже не могу объяснить произошедшее.

— Вот я и разозлился на профессора за такую подставу. Сидел бы тихо в бронетранспортёре, но он решил поставить эксперимент. В общем, я ему высказал за такие эксперименты, а он на меня обиделся.

— Он тебе теперь должен, ты ему жизнь спал.

— Боюсь, он этого не понимает.

— А вообще, это нарушение устава, тебя не должны туда были посылать без оружия.

— Вот только послали. Ладно, где мой завтрак?

— Закажи себе сам в пищевом синтезаторе.

— Сколько же их там?

— Много. Там не видно, где заканчивается поселение. Сложно сказать, какие размеры у этого поселения.

— Шарахнуть бы по ним чем-нибудь мощным.

— Чем ты хочешь шарахнуть?

— Боюсь, нет у нас ничего такого мощного здесь.

— Закон запрещает так обращаться с разумными.

— Вот это и плохо, а так, закинул бы туда бомбу, и проблема с мохнатыми решена.

— Ты точно не гуманист.

— Это да. Ненавижу этих мохнатых. Сколько отличных парней из-за них погибло.

— Давай не будем о грустном. Как здесь у вас дела?

— Без изменений, пока всё тихо.

Неожиданно запищала рация в спальне. Варгал отправился туда и скоро вернулся, неся рацию в руках.

— Сейчас, профессор, сами с ним поговорите, — и протянул мне рацию.

Говорить с ним мне совсем не хотелось, но выбора не было.

— Слушаю, это Блез.

Глава 29

— Блез, это профессор Андраде. Скажи мне, ты имел дело с лабораторными дроидами?

— В полиции доводилось ремонтировать.

— Тогда не мог бы ты подойди к нам в ангар?

— Профессор, вы ведь знаете, что нам это запрещено.

— Знаю, сейчас попробую решить эту проблему с Оланой.

— Мне нужен разрешающий приказ от неё, тогда без проблем посмотрю.

— Понял, — и он отключился.

— А что за лабораторные дроиды? — спросил Варгал, стоящий рядом и прекрасно слышавший наш разговор.

— Как тебе объяснить. Это такой дроид, сам передвигается и, как правило, с одним мощным манипулятором. Он вроде помощника специалистам лаборатории для проведения одинаковых исследований.

— Понятно. Сам я никогда не встречался с такими.

— В полиции мне больше всего таких подкидывали. Они с виду похожие, но все разные, потому что изначально изготовлены под различные задачи, поэтому внутри сильно отличаются друг от друга. С ними всегда возникало много проблем.

— Понятно.

Мы какое-то время ждали решения начальства, но ответа не поступало и, решив, что профессору отказали, занялись текущим ремонтом техники. Дроиды успели разобрать половину танка, чтобы понять причину поломки, когда поступил новый вызов на рацию Варгала.

— Слушаю, — ответил Варгал.

— Блез где? — спросила рация голосом Оланы.

— Рядом стоит.

— Передай ему рацию.

— Слушаю, — ответил ей, ожидая очередную подлянку.

— Сходи к профессору, посмотри, что у него там с дроидом.

— Нам же запрещено туда ходить?

— Я разрешаю.

— Тогда сейчас схожу.

— Ты помнишь про нашу договорённость?

— Договорённость? О чём ты?

— Я про запись.

— Вот ты о чём. Пока ничего не решил, я в раздумьях.

— Ну-ну, думай, — ответила она с угрозой в голосе и отключилась.

— О чём это она? — спросил Варгал.

— Да не обращай внимания, это она просто пугает. Слушай, а у тебя есть допуск в ангар к умникам?

— Конечно, но они нечасто меня вызывают.

— Почему?

— Что «почему»?

— Почему нечасто?

— Они сами справляются, да и начальство не любит, чтобы кто-то из нас ходил туда. Я вообще удивлён, что она тебе разрешила. Обычно умники сами сюда притаскивали, что им нужно починить.

— Понятно.

— Что нахмурился?

— Не нравится мне это. С чего вдруг такое доверие к моей персоне?

— Сам удивляюсь. Сходи, узнаешь.

На входе в ангар умников меня встретил старший научный сотрудник Валой.

— Проходи, главное — ничего не трогай, — сказал он.

— А что у вас здесь можно потрогать, когда здесь ничего нет? — ответил ему, осматривая полупустой ангар. Только в углу пылились несколько агрегатов непонятного назначения, прикрытых тканью.

— Это здесь ничего нет, зато в лаборатории есть и руками там ничего не трогать, а то есть любители совать свои конечности, куда не следует.

— Да я могу вообще туда не ходить.

— Лично я бы тебя туда не пускал, но это не мне решать,

Он завёл меня за перегородку, отделяющую пространство у входа от остального ангара. Думал, здесь будут секретные лаборатории, но ничего подобного не оказалось. Дальше проходил один длинный коридор, по обе стороны которого располагались двери. Все эти двери оказались закрыты, и индикаторы на них горели красным, символизируя о том, что без специального ключа внутрь не попасть. Что находится за ними, можно только предполагать. Скорей всего, там располагались жилые модули для персонала. Честно говоря, вся секретность, связанная с этим ангаром, выглядела смешной. Внутри не оказалось ничего, что было бы нужно скрывать от всех. Скорей всего, начальство просто боялось утечек научных данных отсюда и именно поэтому запрещало контактировать нам с ними. Ведь многие корпорации готовы были платить весьма приличные суммы за научные данные о неосвоенной планете.

Мы прошли до конца коридора и упёрлись в закрытую дверь. Мой сопровождающий её открыл, и мы оказались в лаборатории. Лаборатория занимала просторное помещение, почти полностью заставленное разными научными приборами. Ближе всего к входу находился профессор, окружённый со всех сторон научными приборами. Немного дальше находилось трое младших или старших научных сотрудников. Честно говоря, я постоянно забывал, кто из них кто, потому что общался с ними крайне редко. Каждый из них работал за своим столом.

Как только мы вошли, профессор отвлёкся от прибора, стоящего у него на столе, посмотрел на меня и сказал:

— Блез, посмотри вот того лабораторного дроида. Он ещё вчера работал, а сегодня отказывается.

Посмотрел на указанного дроида.

— Профессор, я имел дело с ними в полиции, но там были попроще аппараты и старые модели, а этот у вас совсем новый.

— Понимаю.

— Тогда мне нужны коды доступа к нему.

— Так, а вот где они у меня? Не помню…

— Без них никак, профессор.

— Понимаю. Нашёл! Держи.

Получив коды доступа, подключил своего технического дроида к лабораторному и попытался запустить диагностику. Дроид на мои запросы категорически отказывался отзываться. Он даже не хотел запускать диагностику. Другой бы техник на этом закончил ремонт, но мне стало интересно, что с ним. Пришлось ломать защиту. Защита у этого дроида оказалось стандартной для такого типа дроидов, а проще говоря, простой и вскоре пала под моим натиском. Запустил диагностику, и она показала, что засбоил управляющий модуль дроида. Впрочем, это я и до диагностики подозревал, исходя из собственного опыта.

— Профессор, сбоит управляющий модуль. У вас есть чем заменить?

— Номер можешь сказать?

— Аclyd298788963254.

— Такого нет.

— Нужен новый, думаю, этот модуль отработал своё.

— Понял, новый придётся ждать.

— Как прилетит, зовите — заменю. Остальные модули вроде рабочие, но я сейчас ещё раз проверю.

— Проверяй.

Полез проверять блоки и совершенно случайно наткнулся на небольшой файл в хранилище памяти дроида. Его здесь не должно быть, и этим он меня заинтересовал. В нём оказались большие ряды цифр с различными пояснениями, сделанными профессором. Ничего не понимая в этом, я просто проматывал эти данные и уже хотел уходить, когда в самом конце файла обнаружил ряды цифр, без пояснений к ним. Поначалу я не понял, что это, и закрыл файл, но потом вспомнил, что один такой ряд я уже где-то видел. Вновь открыл файл и понял, что один из рядов цифр и букв полностью совпадает с кодом доступа, что я только что получил от профессора. Вот оно что, это коды доступа профессора. Лишними они точно не будут — решил я для себя и скопировал себе. Кодов доступа оказалось много.

Поначалу я хотел проверить, какой код доступа от чего, но не стал этого делать, опасаясь систем безопасности, наверняка установленных здесь. Мой вирус, отправленный на центральный искин базы, выявили быстро, он не успел ничего сделать. Это говорило о том, что местная система безопасности находится в параноидальном режиме. В этом здании наверняка установлена такая же система безопасности.

— Профессор, остальные блоки в порядке, но не могу гарантированно утверждать на сто процентов. Это совсем свежая модель, мне не приходилось такие ремонтировать.

— Понимаю. Можешь возвращаться к себе. Приглашу тебя, когда появится нужный блок, — и, посмотрев вокруг, обнаружил, что старший научный сотрудник Валой давно покинул лабораторию, покрутил головой в поиске ещё кого-то и, не обнаружив того, спросил: — Сам выйдешь обратно?

— Конечно, — ответил ему и направился на выход.

Уже в коридоре задумался. Профессор усердно делал вид, что между нами ничего не произошло и у нас совершенно нормальные отношения. Такой подход меня, откровенно говоря, удивлял.

— Блез, — услышал я тихий голос.

Покрутив головой, обнаружил, что одна из дверей приоткрыта и там кто-то находится.

— Чего тебе? — спросил так же тихо.

— Выпивку брать будешь?

— Сколько?

— Сотня, но при условии, что заберёшь сразу всё.

— Всё?

— Тебе что, Варгал не говорил?

— Нет.

— Тогда сам с ним разберёшься.

— Э-э-э…

— Что ты тут экаешь, давай сюда дроида и цепляй им ящик.

Он приоткрыл дверь, и я сразу узнал старшего научного сотрудника Валой.

— Забирай, — и он показал на коробку у двери, попутно засовывая туда ещё один пластиковый флакон. — Это твоё, а с остальным сами разберётесь. Давай сотню.

Озадаченный, перевёл ему сотню. Мой дроид подхватил манипуляторами коробку и повёз её на выход. После чего дверь за ним сразу захлопнулась, скрыв от нас так и не проявившего в коридоре старшего научного сотрудника Валой.

— Это какой-то дурдом, — решил я про себя, так ничего и не поняв, из того, что он говорил, направился на выход.

Теперь понятно, откуда выпивка у Варгала, и почему он скрывает её источник. Раньше я думал, что её привозят из колонии, здесь всё стало понятно, но зачем мне ящик выпивки и всего за сотню кредов, я не особо понимал.

— Варгал, мне здесь впихнули целый ящик выпивки, — сообщил ему, вернувшись к нам в ангар.

— Он что, уже сделал?

— Он мне ничего не объяснил, сказал, только чтобы я с тобой разбирался и вручил мне этот ящик.

— Понятно.

— А мне ничего не понятно, зачем нам столько выпивки?

— Так, вези его на кухню, впрочем, я сам, — он перехватил у меня управление дроидом. Дроид вновь забрал ящик и повёз его на кухню.

— Варгал, объясни?

— Пошли на кухню, там поговорим, — и мы отправились за дроидом следом. — Здесь камер нет, — сказал Варгал, когда мы там оказались.

— Это я уже понял.

— Что он ещё сказал?

— Ничего, сказал забирать этот ящик, потребовал с меня сотню кредов и, получив их, впихнул в ящик ещё один пластиковый флакон.

— Быстро он в этот раз справился.

— Быстро?

— Ну да. Обычно он раза в два дольше делает.

— Я не понял, он что, химик?

— Ну да.

— Странно, а профессор говорил, что он биолог.

— Может, и биолог, тебе не всё равно? Главное, выпивка у него хорошая, но цены этот гад уже в третий раз поднимает. Парни начнут возмущаться.

— Матильда созрела, — сказал он, активировав рацию.

— Отлично. Вот это другой разговор, — стали приходить радостные ответы с опорных пунктов.

— Матильда?

— Ага.

— Из чего он её делает?

— А я откуда знаю?

— Да так, просто интересно стало.

— Выпивка у него всегда отличная, а из чего он её делает — лично мне всё равно, а вот с ценами у него просто беда. Знает, что больше выпивку взять негде, вот и заламывает цену — гад такой!

— Варгал, а зачем нам ящик выпивки?

— Если бы нам. Это ведь на всех. Сейчас с опорных пунктов придут и всё разберут. Погоди, ещё не хватит, делить станут.

— Надо тогда свою забрать.

— Забери, а то и твою заберут.

— Так вот почему запретили даже находиться рядом с ангаром умников.

— Просто некоторые несознательные личности там стали постоянно появляться за выпивкой. Разумеется, это не осталось без внимания Шарила. Вот и ввели ограничения.

— Почему он выпивку им через нас передаёт?

— А через кого ему передавать сейчас? Доступ к умникам есть только у нас двоих, если не считать начальство. А вообще этот Валой ещё тот аферист, будь осторожен с ним, может без проблем подставить.

— Понял.

— Слушай, а он не техник случайно?

— Нет, он у них вроде завхоза. Мало ли будет кто-то из начальства спрашивать о том, что ты привёз. Говори смело, что запчасти привёз для проверки, и отправляй ко мне.

— Понял.

Только я убрал свой пластиковый флакон, как в ангар стали подтягиваться представители от разных опорных пунктов, и у нас на кухне стало тесно от космодесантников. Делёжка и общение между ними продолжалась около получаса, после чего, спрятав пластиковые флаконы под нагрудники и закинув креды Варгалу на банковский чип, все стали постепенно расходиться.

Глава 30

Утро у нас сразу как-то не задалось. Не успели проснуться, как нас вызвал девятый опорный пункт и сообщил, что у них проблемы со светом. Пришлось мне вместо завтрака отправиться туда. Когда я прибыл на место, выяснилось, что парни на посту вчера что-то не поделили, и сегодня почти все ходили с разбитыми физиономиями. На мои вопросы о том, что у них вчера произошло, только огрызались. Старший у них отсутствовал, когда я появился на посту, его вызвали к начальству, поэтому я спустился в подвал и начал проверять всё, что находится там. Причина оказалась уже привычной — влажность и ржавчина.

Уже почти закончил с ремонтом, когда взвыла сирена боевой тревоги и громкоговоритель сообщил:

— Внимание! Нападение на объект охраны! Всем занять места согласно боевому расписанию!

Понятно. Снова мохнатые в гости пожаловали — решил для себя и продолжил заниматься ремонтом. Впрочем, меня почти сразу отвлекли.

— Долго здесь ещё тебе? — спросил вбежавший в подвал командир опорного пункта.

— Почти закончил. Что там у вас?

— Мохнатые и много.

— Понятно. Скоро закончу, — он исчез, а через пару минут весь взъерошенный появился вновь. — Блез! Проверь срочно, что с орудиями!

— А что с ними не так?

— Они не стреляют! — и снова исчез.

— Не должно такого быть. Я там ничего не трогал, но сейчас проверю, — ответил месту, где он только что находился. Оставив дроида доделывать работу в подвале, поднялся по лестнице наверх и замер.

— Вот это да!

Послышались шаги за спиной, и голос за спиной спросил:

— Ну что там?

Обернувшись, обнаружил местного командира, он высунул голову из-за поворота лестницы и смотрел на меня.

— Поздравляю! Нет у тебя больше орудий.

— Это как? Кстати, а где крыша?

— Хрен с крышей, у тебя больше третьего этажа нет.

— Это как так? — не понял он и поднялся ко мне. — Это чем они так? — спросил он удивлённо, осматривая остатки того, что осталось от третьего этажа.

— А ты решил, что я к умникам отношусь?

— Не понимаю…

— Блез, ответь… — сказала рация у меня на плече.

— Слушаю тебя, Варгал.

— Немедленно возвращайся в наш ангар! Это приказ!

— Принял. Возвращаюсь.

— Держись, командир! — дружески похлопав его по плечу, отправился вниз.

— Не понимаю. Как это они сделали? — ответил он, по-прежнему рассматривая остатки того, что раньше у него было третьим этажом. — У меня же здесь выпивка была припасена?

Выйдя из здания, сразу обратил внимание на то, что два соседних опорных пункта также активно ведут бой и, судя по рации, не только они.

— Ты где ходишь? — спросил меня Варгал, когда я зашёл в ангар.

— Ремонтировал девятый опорник. Ты ведь сам меня туда отправил?

— Чего так долго?

— Да всё как обычно, а дроид быстрее работать не может. Кстати, я там дроида забыл.

— Потом заберёшь! Вооружайся! У наших совсем дела плохи.

— Понял.

Быстро натянул на себя бронекостюм, пристегнул на спину клинки и, заряжая винтовку, вышел обратно в ангар.

— Забирайся в тот! — сказал Варгал и показал на танк.

— Он ведь сломан? — удивлённо спросил у него.

— Подлатал немного. Думаю, его должно хватить на какое-то время.

— Да я не управлял никогда таким.

— Ты базу по технике космодесанта изучил?

— Конечно.

— Тогда справишься. Забирайся! Сейчас мы покажем мохнатым, кто на этой планете главный!

— Понял, — и стал забираться в кабину.

Честно говоря, база по управлению танком у меня была разучена, но, оказавшись в кабине, понял, что практика тоже важна. Потому что, когда я запустил танк, панель передо мной замигала множеством индикаторов, и я растерялся. Пришлось вспоминать и разбираться, что здесь за что отвечает.

Варгал тем временем забрался в соседний танк, и из динамиков в кабине прозвучало его голосом:

— Парни, держитесь! Шестнадцатый ударный батальон космодесанта вступает в бой! Блез, за мной! — и его танк пошёл на выход из ангара.

Я вообще-то не шестнадцатый ударный батальон — собирался вначале ответить ему, но быстро передумал, решив, что таким заявлениям сейчас совсем не время и не место. Что-то я слышал об этом батальоне, попытался вспомнить, одновременно разбираясь с индикаторами на панели. «Кровавые мясники» — второе название батальона, а вот с чем это связано, никак не мог вспомнить. Нужно будет спросить у Варгала, когда всё закончится.

Рация у меня на плече постоянно разными голосами кричала, ругалась, требовала и просила помощи. Бой вели все опорные пункты и, судя по возгласам парней, мохнатых насчитывалось много. Это было массовое вторжение. Ворота ангара не успели до конца открыться, как заговорили пушки танка Варгала. В кого он стрелял, мне не удалось разглядеть, но стало понятно, что мохнатые уже вторглись на охраняемую территорию. Ворота наконец-то поднялись, и танк Варгала покинул ангар.

— Блез, твои справа, — сразу сказал он, развернул свой танк налево. Вновь заговорили орудия его танка. Сам я вышел из ангара следом за ним и, повернувшись направо, обнаружил больше десятка мохнатых на многоножках. Заметив танк, они попытались атаковать его. Сработали рефлексы, и я сам не понял, как открыл огонь. Заговорили орудия танка, выкашивая всё живое, что находилось в той стороне.

— Не стой! Двигаемся дальше! — приказал Варгал, и мы пошли дальше по направлению к ближайшему опорному пункту, по пути уничтожая мохнатых, повстречавшихся нам. Опорный пункт ещё держался, но со всех сторон был окружён толпой мохнатых осаждающих его.

— Получайте, твари! — сообщила панель голосом Варгала. Одновременно заработали пушки его танка, выкашивая всё живое, находящееся около опорного пункта. К нему присоединились мои пушки. Оставшиеся в живых мохнатые вместе со своими многоножками бросились врассыпную, но плазма догоняла их и уничтожала. — Блез, я сам закончу здесь, а ты выдвигайся к десятому опорному пункту, у них там жарко.

— Принял, — ответил ему и, развернув танк, направился в сторону соседнего десятого пункта.

Вот только я отошёл всего на сотню метров, как услышал и увидел в камерах заднего вида сильный взрыв у меня за спиной.

— Варгал! — и с надеждой посмотрел на панель, но панель не отзывалась.

— Нет, его больше с нами, — отозвалась рация на плече.

Развернувшись, обнаружил на месте его танка воронку. Что произошло, я не понял, но взорвался генератор танка, уничтожив танк вместе с Варгалом. Вообще, такого не могло произойти: генератор танка был прикрыт тройной защитой, однако всё же произошло. Варгала здесь я считал своим единственным другом, и теперь его не стало. Ярость захлестнула меня.

— Твари мохнатые! Вы все заплатите за это! — и направил танк обратно, одновременно снимая пси защиту и накрывая пси всю окружающую местность.

Мохнатые, обнаружив, что одного танка теперь не стало, вновь полезли в атаку на опорный пункт. Пси накрыло сотни мохнатых поблизости, но мне были нужны те, кто стрелял в танк Варгала. Примерно понятно, откуда выстрелили в танк Варгала, из-за того, что большой кусок земляного вала рядом с местом гибели Варгала буквально испарился. Пси дико завопило об опасности, и я резко тормознул, остановил танк. Это меня спасло.

Что-то невидимое ударило в земляной вал рядом со мной и, испарив из него огромный кусок, пролетело в нескольких сантиметрах от танка. Всё, что мне удалось заметить, так это практически невидимые преломления или искажения в воздухе, пролетевшие рядом с танком и затем проделавшие большую круглую дыру в стене ближайшего здания. Теперь я точно знал, откуда стреляли и, развернув орудия танка, влепил туда из всего, что у меня было. Выкосив всё живое на границе джунглей и охранного периметра, там, где прятался мохнатый. Пси погасло, и я понял, что попал.

— Блез, помогай, они опять наседают, — попросила рация.

— Иду, — отозвался я.

В этот момент в танк попали три или четыре заряда из плазмы. Один из них пробил защиту кабины, но в меня не попал, а вот куда попали остальные заряды — я не понял, но панель передо мной вначале заморгала оранжевыми цветами, а после раздался противный хруст и скрежет, и сразу после этого цвета на панели стали менять свой цвет на красный. Танк сделал ещё три шага и остановился.

— Как же ты не вовремя сломался, — сказал танку и стал выбираться из кабины, а мохнатых около опорного пункта становилось всё больше.

Опорный пункт пока держался, но мохнатые уже проникли внутрь. Выбравшись из кабины, сразу обратил на себя внимание мохнатых. Мгновенно вместо моего приземления полетела плазма, но я перекатом переместился за опору танка и открыл ответный огонь из винтовки. Почти сразу сбил двоих с их многоножек. Они были вооружены плазменным оружием и представляли наибольшую угрозу. Впрочем, ответ мохнатых не заставил себя ждать — две стрелы воткнулись мне в спину и ещё воткнулась в левый бок. Броня выдержала все три попадания, но я понял, что позиция у меня отвратительная, и меня окружают.

Мохнатые находились около опорного пункта и справа от меня, около угла ближайшего здания. Повернувшись, дал очередь в сторону ближайшего здания, завалив троих мохнатых, находящихся там. Впрочем, тут же получил две стрелы со стороны опорного пункта, одна из которых пробила броню на шее и довольно болезненно резанула меня по шее. Вторая воткнулась в грудь, прямо напротив сердца. Сразу переключился на мохнатых, стреляющих оттуда. Нужно менять позицию, но куда двигаться? Вперёд к опорному пункту явно не прорваться, около опорного пункта от этих мохнатых не протолкнуться.

Опорный пункт пока держался, но долго в нём парни без поддержки однозначно не протянут, а поддержкой и не пахло. Рация говорила несколько раз голосами Шарила и Оланы, чтобы парни держались. Помощь будет, но я сам видел, когда мы только вышли из ангара, что внутри охранного периметра было уже полно мохнатых, а сейчас их становилось ещё больше. Честно говоря, я не знал, что делать. Вперёд нельзя, обратно возвращаться в ангар тоже не вариант. Не факт, что получится пробиться, да и что там делать? Ещё одного танка там не было.

Меняя опустевшую батарею, посмотрел назад, в сторону десятого опорного пункта. Он находился далеко, но около него также столпились мохнатые. Не вариант — понял я и получил сразу три стрелы в шлем от мохнатых, появившихся около ближайшего ангара. Шлем выдержал, но удары были весьма ощутимы.

Нужно уходить отсюда! Видя, что мохнатых у ангара становится всё больше, дал по ним очередь и сразу стартовал вперёд, в сторону опорного пункта, на ходу ведя огонь по лохматым, находящимся у опорного пункта. Пробежал я всего несколько метров, когда сзади ударили несколько стрел. Они придали мне неожиданное ускорение и, потеряв равновесие, я чуть не распластался в грязи, но три стрелы, воткнувшиеся мне в грудь, выправили ситуацию, и я побежал дальше. В этот момент боковым зрением увидел, как невидимый луч испарил приличный кусок земляной насыпи, одновременно с этим сзади что-то рвануло.

Глава 31

Взрывной волной меня бросило вперёд. Пролетев несколько метров, я распластался в грязи и, проехав на животе ещё несколько метров, остановился, сразу повернул голову и посмотрел назад. Моего танка больше не существовало. В месте, где он раньше находился, теперь дымилась приличная по размеру воронка. Впрочем, до моей цели оставалось всего несколько метров и, подхватив выпавшую из рук винтовку, вскочил и побежал дальше. Получив ещё четыре стрелы в себя, добежал и спрыгнул в воронку, оставшуюся после взрыва танка Варгала.

Получилось! Место было открытое со всех сторон. Пускай пробуют меня здесь достать. Забравшись на край воронки, приготовился стрелять, но увидел, что мохнатые разбегаются от опорного пункта. Радостно воскликнул:

— Получили, мохнатые уродцы!

В то же мгновение в опорный пункт ударил невидимый луч и практически испарил первый и второй этажи опорного пункта. Сохранился совсем небольшой кусок наружной стены, на котором теперь держался сохранившийся третий этаж опорного пункта. Впрочем, это продолжалось совсем недолго. Раздался треск, и стена, не выдержавшая такой нагрузки, вместе с третьим этажом рухнула вниз, погребя под собой всех, кто ещё мог там оставаться в живых. Стало понятно, что из всех защитников здесь остался я один.

Не замолкавшая до этого рация теперь почти ничего не говорила. Впрочем, через какое-то время она ожила, и кто-то вновь стал запрашивать помощь. Хотя лично мне было уже давно понятно — никакой помощи не будет. Бросил взгляд на заряд батареи у винтовки. Это последняя заряженная батарея, и посмотрел вокруг. На дне воронки остались только две оплавленные опоры танка. Никакой возможности пополнить запас или зарядить батарею не присутствовало. Возможно, можно было бы обнаружить в остатках опорного пункта что-то из оружия, но к нему теперь вновь стали стягиваться мохнатые. Шансы добежать туда и найти там, среди обломков, оружие, весьма призрачные.

Меня медленно, но верно окружали со всех сторон. Мохнатые теперь находились везде. Эх, бронетранспортёр бы мне, подумалось мне. Вот только мохнатые уничтожили оба танка и опорный пункт, и с бронетранспортёром наверняка разобрались бы на раз-два, но я бы ещё много их положил здесь. Мохнатые явно не торопились, впрочем, и мне торопиться некуда. Решил подпустить их поближе, чтобы каждый остававшийся у меня заряд находил свою цель.

Пока занялся тем, что выдёргивал стрелы, оставшиеся в моём бронекостюме, а их хватало. Часть стрел уже сами убрались и остались в грязи, а вот стрелы, торчавшие в спине, и застрявшая стрела в шее, мне не столько мешали, сколько раздражали. Пришлось снять с себя верхнюю часть бронекостюма. Одновременно обдумывал варианты моих дальнейших действий. Пси говорило, что мохнатых много, очень много вокруг.

Попытаться с боем прорваться к остаткам опорного пункта? Этот вариант мне не нравился. Возможно, там можно будет что-то найти из оружия, и там был подвал, где можно долго держать осаду. Это были плюсы, но минусов гораздо больше. У кого из мохнатых может находиться оружие, из которого они уничтожили опорный центр — я не представлял, так как они постоянно перемещались, и вообще сложно сказать, сколько их здесь. Кроме того, почти наверняка не один мохнатый вооружён таким оружием. Это значило, что ещё пара подобных выстрелов, и от обломков опорного пункта останется только пыль, которую быстро прибило к земле накропавшим дождём, после уничтожения мохнатыми опорного пункта. И не факт, что можно будет спрятаться в подвале от этого оружия. Мало того, в этот подвал нужно ещё попасть, а вход в него с очень большой вероятностью завалило обломками третьего этажа. Этот вариант мне однозначно не нравился.

Попытаться уйти в лес? Так это их лес. Догонят. Большинство мохнатых — на многоножках. Кроме того, отсюда до леса больше ста метров открытого пространства. Пока буду туда бежать, или плазмой в спину подстрелят или приложат неизвестным лучом. Оставался последний вариант, но он был самым перспективным. Попытаться с боем прорываться обратно к зданиям.

Сильный взрыв сотряс землю, и я сразу выглянул из воронки. Несколько небольших обломков прилетело и зарылось в грязь рядом с воронкой, после чего понял, что и последний вариант у меня накрылся. Пси Кари больше я не чувствовал. Это означало две вещи: его больше нет с нами, и оружейки у нас также больше нет, ведь за оружейку на базе отвечал именно он. Именно в здании оружейки находились все танки базы. Всего там числилось пятнадцать танков. Двух из них теперь точно не существовало. Что произошло с остальными — неизвестно, но, судя по силе взрыва, рванул не танк, а что-то более серьёзное. Что так могло рвануть, я даже примерно не представлял.

Моя последняя надежда прорваться туда и там, отбиваться от мохнатых, умерла вместе с этим взрывом. Напуганные взрывом мохнатые на какое-то время замерли и стали тревожно озираться, но достаточно быстро сориентировавшись, вновь и стали окружать меня. Бежать мне больше было некуда, это значило только одно — пришло моё время умирать.

Застегнув на себе верхнюю часть бронекостюма, взял винтовку в руки, готовый дать свой последний бой. Рация на плече теперь больше не просила, она скулила и говорила, что хочет жить.

— Умри достойно! — со злостью ответил ему, активировав рацию.

— Блез, ты жив? — спросила рация в ответ, но отвечать я не собирался, просто отстегнул рацию и бросил её во всё увеличившуюся лужу на дне воронки. Рация недовольно булькнула в ответ и затихла.

Пора!

Уважаемые читатели!

Спасибо вам большое за внимание и отклик. За отзывы, библиотеки, лайки, награды и подписки. Это очень мотивирует и вдохновляет.

Первая книга закончена, но это только самое начало истории и главного героя ожидают многочисленные испытания и приключения.

Подписавшись на мою страницу https://author.today/u/indigo(верхний правый угол) вы не пропустите старт новой книги.

Продолжение приключений Алекса Мерфа здесь

https://author.today/reader/357598/3290712

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

На границе империй. Том 10. Часть 2

Content

На границе империй. Том 10. Часть 2.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Nota bene