Я почти граф. Книга VI

Глава 1

Превозмогание года

Наверное, у каждого бывает в жизни такой момент, когда ты не знаешь, что сказать, и стоишь с открытым ртом, как дурак, хлопая глазами. Вот это и был один из таких моментов.

Для меня Романовы всегда являлись неким нарицательным именем. С детства увлекаясь историей, я много читал о них. Вся история этого рода была просто невероятна. От падения династии Рюриковичей, власти Годуновых и Лжедмитриев и перехода власти к Романовым в лице Михаила Федоровича до гибели последнего царя в начале двадцатого века. Алексей Тишайший, Петр Великий, Елизавета Петровна, Екатерина Великая, Александр Благословенный и Александр Освободитель. Эти личности поистине легендарные!

Даже если учесть тот факт, что я был в другом мире, чего уж греха таить — в параллельном, то и тут этот род оставался на вершине. Да, тут, похоже, не было Николая II и вообще всей Гольштейн-Готторпской ветви с эпохой дворцовых переворотов заодно. И дети нынешнего правителя не фигурировали в истории моего мира, но их значимости это не умаляло.

— Миша, рот закрой! — напомнила Лора. — Саечка за испуг!

— Вот как! — сказал я. — Не думал, что мы познакомимся с вами в такой обстановке.

— Честно говоря, я вообще не думала с кем-то знакомиться, — призналась Екатерина. — Поболтала бы со знакомыми, помелькала бы перед прессой и уехала домой.

— Быть царевной та еще морока? — улыбнулся я.

— Не сказала бы, — пожала она плечами и присела на скамейку рядом. — Вот у моей сестры, да, дел куда больше. Да и у брата. — Она развела руками и хихикнула. — Наследники… У меня же только вечные мероприятия, открытия государственных заводов, посещения благотворительных фондов и прочее. Статус обязывает.

— Разве это плохо? — присел я вместе с ней. — Вы даете надежду многим людям.

Она как-то грустно вздохнула.

— Я бы хотела просто отдохнуть. Отец не часто отпускает меня в Дикую Зону, хотя наша магия как раз предназначена только для этого, — она мечтательно подняла глаза вверх. — Ходишь, убиваешь тварей, делаешь страну безопаснее…

В какой-то момент она посмотрела на меня и, смутившись, опустила глаза.

— Простите, — она поправила выбившуюся прядку за ухо. — Видимо, пришло мое время извиняться. Я не планировала вываливать все первому встречному.

— Знаете, ваше Императорское Высочество, у нас с вами довольно близкие взгляды, — откинувшись на спинку, произнес я. — Мне тоже хочется проводить время в Дикой Зоне. Там все просто и без затей. Никаких интриг, не надо думать о процветании рода и прочее. Есть только путь.

— Да! — она резко оживилась и закивала.

— Кстати, а почему вы пришли не через главный вход? Куча репортеров ждут вас на красной дорожке.

Больше всего меня удивило не то, что я чуть не ударил представительницу правящей династии дверью, а то, что она прибыла на мероприятие почти незаметно.

— Хотела устроить сюрприз, — пожала она плечами. — Представляете лица репортеров, когда они поймут, что проглядели меня? — Екатерина хихикнула.

Судя по всему, она была той еще бунтаркой, хоть и старалась скрыть это.

Жаль, больше поболтать нам не дали. Видимо, парочка аристократов, которых мы спугнули, уже сообщили про приезд царевны, и на террасу хлынул народ.

Тут же появились охранники, и не двое, а с десяток шкафов.

— Ваше Императорское Высочество, надо идти, — вежливо сказал один из бугаев, наклонившись к ней.

— Да, иду, Никита, — кивнула она охраннику и потом обратилась ко мне. — Что ж, барон Михаил Кузнецов, рада была с вами познакомиться, надеюсь, мы еще увидимся.

— И я, — кивнул я, вставая. — Спасибо за хорошую, хоть и короткую беседу.

— Это вам спасибо! — хихикнула она и посмотрела на меня оценивающим взглядом. — Ну, до свидания.

Охрана повела ее через толпу любопытной знати в зал.

У самого входа она встретила Газонова.

— Алексей Октябринович, здравствуйте! — в ее голосе звучала искренняя радость. — Как ваши дела? Так давно вас не видела! А вы все хорошеете…

Дальше я уже не слышал. Толпа двинулась внутрь, оставив меня хоть ненадолго, но одного.

— Опять тебе подфартило, — Лора появилась рядом со мной.

— Как говорил один старый мудрец «Случайности не случайны», — проговорил я, глядя на облака.

— Эй, гроза принцесс, ты кого тут пытаешься нае… обмануть? Это говорила старая черепаха из мультика!

— Но фраза не стала менее значимой.

Мы с Лорой еще поболтались туда-сюда, как к нам вышел Звездочет. Настроение у него было не особо радостное.

— Михаил, за мной! Сейчас будет официальная часть, — сказал он со злостью в голосе. Все еще дуется. Его право. Оправдываться я не собираюсь. По-другому поступить я не мог.

Да, у них имелся вариант арестовать Дирижера до того, как я доберусь до него. Вот только вряд ли он просидит долго. После случая с Налимовым, я не доверял системе жандармерии.

Мы прошли в зал, где уже потихоньку начиналось открытие. Обещали показать новый вид вооружения для армии и флота. Поэтому и пригласили главных гостей.

На сцену вышли сначала Нахимов с Кутузовым, презентуя свои родовые разработки. От мощнейших ПВО до обмундирования и жилетов на артефактной основе. Также показали патроны с маголитовой начинкой, способные убивать монстров даже тем, кто не обладает магией. Такое могли позволить себе разве что три или четыре рода в Империи. Уж слишком дорого они обходились.

Забавно, что Звездочет с горящими глазами наблюдал за этим всем и постоянно звонил своему бухгалтеру, уточнить, смогут ли они позволить себе очередную игрушку или нет, и каждый раз с грустным лицом бросал трубку.

Затем на сцену вышла принцесса Екатерина. Она объявила номинантов на контракт с Империей, а также поблагодарила всех присутствующих, кто выступал сегодня со своими разработками. Потом она объявила победителей в номинациях «Лучший минометный комплекс», «Самый мощный военный вертолет» или «Транспорт наибольшей проходимости». Также они прошлись по чисто «женским» номинациям в категориях «Самый красивый бронежилет» и «Стильное оружие по версии аристократов». Особо мне понравилась «Модная армия».

— Забавные номинации, не считаешь? — хихикнула Лора.

Чего я меньше всего ожидал, так это победы в номинации «Открытие года» и «Превозмогание года».

Вот уж не думал, что моя фамилия окажется настолько знаменитой. Судя по реакции Звездочета, Островского и двух любящих отцов, они тоже несказанно удивились.

— Не думал, что у Империи окажется столько данных, — сказал я помощнице. — Мы вроде действовали куда осторожнее.

— Пока непонятно… — ответила она.

И тут царевна Екатерина зачитала критерии для победы.

Оказалось, что в «Открытии года» я одержал победу из-за красивого разоблачения графа Налимова в прямом эфире.

А в «Превозмогании» из-за того, что смог победить войска Налимова куда меньшими силами. Еще они прибавили быстрый рост ранга, хорошую учебу в КИИМе и отбор на Универсиаду. Хотя чего тут выдающегося? Но приятно.

— Мы встретились гораздо быстрее, чем я предполагала, — улыбнулась Екатерина, вручая мне пару статуэток и грамот. — Не думала, что вы еще и такой… амбициозный.

— Вы же знаете обстоятельства, — поклонился я, принимая награду. — Будь моя воля… а, вы уже в курсе про мои планы.

— Как и у всех, — улыбнулась она для фотографии.

Дальше пошли другие награждения, и на сцену выходили представители разных родов.

Ближе к вечеру начался концерт. Какая-то группа пела про Владивосток из нулевых. В песне вроде что-то куда-то утекало, но мне было лень прислушиваться.

— Эй, превозмогатель! — окликнул меня Кутузов. Судя по голосу, генерал хорошо проводил время. — Эй! Кузнецов! Миша! Иди к нам!

Там собралась могучая кучка во главе с Кутузовым, Нахимовым и Островским. Рядом терлись Дзержинский, Газонов и даже Измайлов, который периодически чокался со Звездочетом, и они втихаря опрокидывали очередную лишнюю рюмочку.

Генеральская компания буквально захватила стол с алкоголем разных мастей. Они пододвинули себе такой же с закусками и отрывались на полную.

— Тебя можно поздравить, пацан! — у меня в руках оказался бокал шампанского от Нахимова. — Теперь ты у всех на слуху!

И правда, на нас то и дело косились, однако смотрели больше на Кутузова с Нахимова, чем на меня.

Но и мне перепало чутка внимания. Многие подходили поздравить с наградами и чтобы наладить знакомство. Любители лошадей очень радовались, что род Кузнецовых возобновил производство.

Мне даже позвонила Маша, которая смотрела прямой эфир. Она поздравила меня с победой и попросила приглядеть за отцом. Тут трубку перехватила Света и наказала не сводить глаз и с ее папаши.

Я, конечно, пообещал, но я им что нянька? Тут и Островский не отставал от буйного генералитета. А кто за ним присмотрит?

— Алефтин, ну чего ты весь вечер такой печальный? — подошел Кутузов к Звездочету. — Ешь, пей, веселись, завтра будет завтра!

— Да все нормально, Сережа, отстань, — отмахнулся от него Звездочет.

Я наклонился к адмиралу поближе.

— Петр Борисович, наверное, это из-за меня.

— Да вряд ли, — и он сделал хороший глоток из бутылки. — Он всегда такой. Напьется и грустит по временам старой неразделенной любви.

— Я думал, он женат, — мне казалось, что уж у этого человека все хорошо.

— Женат, но была у него одна любовь, лет тридцать назад. До сих пор ее любит.

— После стольких лет?

— Помню, когда мы вместе работали. Напьется он, значит, сядет на подоконник, укутается в плед и смотрит вдаль…

— Ты чего ему там рассказываешь⁈ Э! — тут же вскочил Звездочет, услышав часть про подоконник.

— Ну а что, не так? — развел руками Нахимов.

— Да, мы все видели, — появился сбоку Дзержинский. Газонов закивал.

Звездочет только нахмурился, махнул рукой и набросился на меня.

— Кузнецов! — погрозил он мне пальцем. — Никто не должен узнать об этом!

— Договорились, — тут же кивнул я. Походу, я знаю, о какой любви он горюет.

— Странно… Я думал, тут будет князь Есенин, — вспомнилось мне.

— Я тоже думал, что они придут, — пожал плечами Островский, когда я подошел к нему.

— Может, позже? — предположил я.

— Вполне возможно. Они всегда опаздывают.

У выхода уже толпились люди. Краем глаза я увидел там царевну Екатерину, и, похоже, она собралась откланиваться.

Я решил тоже подойти, попрощаться.

Вокруг нее стояла охрана и не давала никому приближаться. Ну хоть тут эти балбесы работали как надо.

Я решил не лезть в самую гущу и понаблюдать со стороны, может, еще толпа рассосется.

— Думаешь, Романовы тебя защитят? — раздался до боли знакомый голос сбоку.

— Опять ты, — вздохнул я. — Да хватит языком чесать. Тут ты мне ничего не сделаешь, так что дам тебе фору. Я через час поеду домой и буду ждать, пока ты подготовишься. Наденешь чистые трусы.

— Щенок, — улыбнулся Дирижер. — Будет приятно тебя убить.

— Это все? — устав от угроз, я посмотрел ему в глаза.

— До утра ты не доживешь. Все твои близкие умрут! — прошептал он и отошел.

Тем временем Екатерина попрощалась почти со всеми и увидела меня. Когда она махнула мне рукой, я подошел.

— Мальчики, пропустите его! — легонько пихнула она впереди стоящего охранника.

— Уже покидаете нас? — спросил я.

— Да, пора бы, — кивнула она. — Папенька звонил, сказал до полуночи быть дома. Волнуется.

— Тогда да, не стоит его расстраивать.

На этот раз охранники открыли дверь, чтобы Екатерина вышла. Тут же заработали вспышки фотокамер, ослепив даже меня. Среди массы огней я заметил, что в проходе стоит фигура и довольно знакомая.

Охранники сначала дернулись, чтобы подойти к мужчине, но вовремя остановились.

— Катенька, дорогая! Уже уходишь? А я надеялся потанцевать с тобой! — парень аккуратно убрал кудрявые белые волосы с лица и улыбнулся.

— Ой, Саша! — воскликнула она. — Ты один? А отец? Он тоже тут?

— Нет, он занят, — отмахнулся Есенин и подошел ближе. Охрана напряглась, но не сделала и попытки встать ему наперерез. А как они ему помешают? — Ну так что, окажешь мне честь?

— Прости, но нет. Мне правда надо идти, — покачала она головой.

— Твой отец до сих пор требует вернуться до полуночи? — улыбнулся он.

— Да, как всегда.

Они говорили словно старые друзья, так легко и непринужденно. Интересно, какое у них было детство?

— Эх, ну ладно, надеюсь, без тебя будет хоть чуточку интереснее, — вздохнул он.

— Да нормально, — она шлепнула его по плечу — Заходи, там дядя Серега и дядя Петя уже навеселе, — и подмигнула ему.

Он потер ладошки.

— Понял, подруга, тогда всего хорошего!

Они распрощались. Царевна пошла к кортежу, а Есенин в зал. Вот тут и случился настоящий фурор. Даже среди высшей знати у него имелись поклонницы. И я бы не сказал, что лишь молоденькие. Куча женщин тут же облепили его как мухи и начали наперебой предлагать потанцевать.

— О! — бесцеремонно ткнул в меня Есенин. — Ты же друг Антона! Михаил Кузнецов! Я тебя помню! А ты хорош, парень! Реально хорош!

— Добрый вечер, Александр, — сдержанно представился я.

Его взгляд резко изменился. Из заинтересованного и расслабленного мужчины Есенин мигом обратился хищником.

Видимо, девушки вокруг почувствовали враждебную ауру и под разными предлогами скрылись. А Есенин подошел ко мне.

— Скажи, ты не будешь возражать, если я убью во-о-о-он того мужика? — он показал пальцем на Дирижера.

Этот бедолага буквально на глазах побледнел. Вот это реакция. Я тоже хочу так! Но была проблема.

— Против, — твердо ответил я, встав между ним и Дирижером. — Он мой, и при всем моем уважении, Александр, я не дам забрать мою добычу.

— Ты же понимаешь, что я бы мог и не спрашивать, — его глаза зажглись синим светом.

— Но вы спросили. Ответ отрицательный, — не отводя взгляд, сказал я.

— Он хочет заглянуть в хранилище! — предупредила Лора.

— А пусть посмотрит, только не больше секунды, — ухмыльнулся я, и мои глаза тоже зажглись голубым светом.

Я знал, что Есенин увидел мое море. Я это почувствовал.

— Ха, — оскалился он. — Занятно. Куда занятнее, чем до этого. — Он выпрямился, свет в его глазах потух, и взгляд снова стал немного отрешенным.

Вокруг нас образовалось пустое пространство, и народ уже начал паниковать. В первых рядах стояли Кутузов с Нахимовым, а также Звездочет, который за сегодняшний вечер постарел лет на десять. За ними держались Островский, Газонов и Дзержинский. Даже Елисеев не смог пропустить представление.

Когда мы прекратили демонстрацию наших возможностей, все как один выдохнули.

— Надеюсь, ты не сдохнешь сегодня, — пожал плечами Есенин. — Будет жалко терять такого забавного парня!

Потеряв ко мне интерес, он подошел к Адмиралу и Генералу, а те быстро увели его к столам с алкоголем.

Как на меня смотрел Звездочет, мне крайне не понравилось.

— Не бери в голову. У этого сумасшедшего, что угодно может быть на уме, — успокоила меня Лора. — Хочешь покажу кое-что смешное?

— Было бы неплохо, — согласился я.

На Александра ушло слишком много сил, и мне хотелось отвлечься.

— Поверни голову и посмотри на выход.

Я посмотрел. И тут же чуть не рассмеялся. Такой страшный и грозный Илларионов трусливо выскользнул через запасной выход и ретировался с мероприятия.

— Вот это уже неплохо. Начинаем войну!

* * *

Городская клиническая больница для аристократов.

Поздняя ночь. На улице дождь. В больницу несколько часов назад поступил пациент с отравлением. Граф Нарышкин. Ему сделали промывание, и теперь он лежит в VIP-палате. Охрану распустили, чтобы не пугали народ.

В больницу зашла женщина в белом пальто и с повязкой на глазу. Длинные белые волосы прикрывали половину лица. В руках она держала красный зонтик и сумочку.

Показав пропуск медсестры охраннику, женщина прошла внутрь, насвистывая какой-то прилипчивый шлягер.

Так как большинство персонала спало на своих рабочих местах, она прошла в подсобное помещение, скинула пальто, под которым был халат медсестры, поправила чулок, к внутренней части которого прикреплялась тонкая металлическая игла.

Выйдя из подсобки, женщина прошла к VIP-палате с табличкой «Нарышкин С. С.». Открыла дверь и юркнула внутрь.

Через четыре часа, когда другая медсестра проверяла больного, она с криками выбежала из палаты. Когда же приехали жандармы, обнаружили труп с воткнутой в подбородок иглой.

От автора: Дорогие друзья, надеюсь, вам нравится история! Дальше будет только интереснее

П. С. Ищем отсылочки, не стесняемся!

Глава 2

Война!

Имперские новости первого канала

Доброй ночи, дорогие зрители! С вами в студии Алла Борисовна, и мы продолжаем рассказывать о грандиозном мероприятии в центре города. А именно об открытии салона военной техники.

Наконец стало известно, кто из Императорской семьи посетил выставку. Никаких неожиданностей не произошло, и это оказалась царевна Екатерина Петровна. Негласный представитель Императора.

Были объявлены победители в номинациях, список вы видите на экране.

Так же Адмирал Нахимов заявил, что со стороны Берингова моря начались набеги пиратов. Есть предположения, что это Северное государство, но так же он не исключает, что это могут быть и монголы с китайцами или американцы. Пока никаких подробных доказательств нет. Нахимов лично приобрел больше половины передового вооружения флота.

Также награду и не одну получил светский любимчик барон Кузнецов. У нас есть эксклюзивные кадры, где он находится в кругу высокопоставленных чинов.

Такими темпами нам только и останется говорить об одном этом бароне, но ничего не поделать, рейтинги… Ой, простите, информирование граждан превыше всего!

Но и это еще не все! Молодая царевна была замечена в компании одного парня, и угадайте, кто бы это мог быть? Верно! Это тот же ба…

Ой, простите, информация неверная.

А вот что было на самом деле, так это грандиозное появление возможно сильнейшего человека в Империи, Александра Есенина! И да, это было неожиданно!

А как мне передают редакторы, у нас имеется небольшое эксклюзивное интервью с самим Александром.

**Картинка меняется. Молодой парень скачет у ковровой дорожки с микрофоном. Появляется Есенин**

— Александр, скажите, откуда вы на этот раз прибыли?

— Я был вон в той кофейне неподалеку. Там подают неплохие заварные пирожные, но почему-то пахнет ссаниной…

— Но я не это…

**Экран мелькнул, снова ведущая**

— Как вы могли видеть, нашему каналу удалось взять эксклюзивное интервью у самого Есенина!

Еще нам передают, что Есенин разговаривал с Кузнецовым, а также праздно проводил остаток вечера в компании высших чинов власти. Мы желаем им крепкого здоровья и долгих лет дружбы!

* * *

Достав телефон, я набрал сообщение Трофиму. Тут же получил ответ, что все готово.

Я решил, что не буду ни с кем прощаться. Такое может затянуться, особенно если Есенин попробует вмешаться. Он тоже уже был навеселе, но это не уменьшало факта, что для меня он сейчас встал костью в горле.

И да, у меня имелись причины показать Есенину свое хранилище. Это было необходимо, скажем, для более дальней дистанции.

Я же сославшись на то, что мне надо подышать, вышел на улицу, последовал в гардероб, забрал Болванчика и тут же выпустил его.

Пройдя через дверь с надписью «посторонним вход воспрещен», я миновал несколько коридоров и через кухню выбрался через эвакуационный выход с противоположной стороны здания. Подальше от взвода корреспондентов.

А тут еще и дождь начал накрапывать. Как неудобно. Хотя лучше погоды для решения проблем с бандитами и не придумаешь.

Позвонил Марусе — она уже выдвигалась на задание. Рыцари с Настей тоже выехали к поместью Илларионова.

Конюхи остались защищать усадьбу и жителей деревни. Ну так, на всякий случай. Хотя шанс нападения был крайне мал. А все почему? Потому что я просчитал все заранее. Ну ладно, и Лора внесла в этот план огромный вклад, тут не поспоришь. Так что кто молодцы? Мы молодцы!

Я вызвал такси и поехал по одному очень интересному адресу. За город. Есть у меня подозрения, что мне нынче предстоит немного помахать мечом.

* * *

Приемный зал салона военной техники

Генерал армии Сергей Кутузов был доволен таким мероприятием. Нечасто можно отдохнуть в кругу хороших людей, а уж тем более их собрать, это вообще целая история.

Такие мероприятия являлись для него своеобразной встречей старых друзей. Даже сейчас в зале находилось как минимум половина аристократов, если не больше, с кем он пил за свою жизнь.

Такой почести были достойны немногие. Все знали, что генерал Кутузов пьет только с проверенными ребятами. А если он дал тебе зеленый свет, знай, что карьера тебе обеспечена.

Еще в молодости у них сложилась своя дружная компания из шести человек, в которую входили: Кутузов, Нахимов, Звездочет, Островский и еще двое.

И если большая часть этой компании переодически пересекалась между собой, но вот Адмирала было очень тяжело вытащить на берег.

Поэтому когда Сергей узнал, что приедет даже Петр, наскоро закончил дела в Европе и вернулся в столицу, пусть и планировал отправиться сначала в Широково. Там стартует Универсиада, как никак.

Вот с ним то он точно поедет в КИИМ.

И вот когда собралась практически вся компания, и началось веселье. Петр травил байки про пиратские судна, которые пытались напасть на корабли Империи, но выглядело это, как если бы на слона нападал муравей.

Потом сам Кутузов рассказывал байки про своих солдат.

Следом они поздравили Кузнецова с победами в каких-то никому нахрен не упавших номинациях. Да они тоже что-то выиграли, да и наплевать с большой колокольни. Эти статуэтки полетят в урну, как только веселая компания покинет зал. Ну или они просто пойдут на чаевые официантам.

А когда прибыл Есенин Саша, все и поняли, что вечер обещает быть одним из самых запоминающихся событий года!

Малину подпортило, что Кузнецов сцепился Александром, и окружающие не на шутку всполошились. Звездочет вообще чуть богу душу не отдал.

Даже Кутузов с Нахимовым напряглись, но каким-то чудом все обошлось. Они что-то шепнули друг другу и, судя по всему, остались друзьями. По крайней мере, так показалось и Кутузову с Нахимовым, и остальным присутствующим.

Но вот бедный Звездочет залпом приглушил целую бутылку початого коньяка и уже с трудом двигался. Но развеивать алкоголь ни в какую не хотел.

Когда же Кузнецов собрался подышать воздухом, все, кроме Звездочета, поняли, что на мероприятие он больше не вернется.

— Хех, какой хитрец! — кивнул Нахимов. — И что, не боишься за будущего зятя?

— Честно, Петя, боюсь, — вздохнул Кутузов. — Он парень хороший.

— Но помогать ты не будешь? — прищурился Нахимов.

— Нет, — после паузы серьезно ответил генерал.

— Знаешь, впервые вижу, чтобы ты так переживал за какого-то барона…

— Ладно, — махнул Кутузов рукой. — Он парень взрослый и знает, что делать.

Только Саша Есенин почувствовал, что Кутузов, Островский и Нахимов моментально развеяли алкогольные пары в организме.

И уж точно никто из этой тройки не увидел, как каждый из них отправил по одному сообщению.

* * *

У выхода из салона военной техники

Илларионов Владимир Серафимович был в бешенстве. Такого сильного стресса он давно не испытывал. Да и вообще, можно пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз его так бесили.

А всему виной этот мелкий паршивец. Студент, который только оторвался от мамкиной сиськи и уже решил, что может тягаться с такими крупными рыбами как он. Да, он считал себя серьезным игроком, по крайней мере, на бандитской арене.

Как этот щенок вообще умудрился завести такие знакомства? От ярости у Илларионова тряслись руки, и он с трудом достал телефон.

— Алло, кортеж ко входу, быстро! Мы уезжаем! — и тут же отключился.

Пока он переминался с ноги на ногу на краю ковровой дорожки, его плохое настроение не ускользнуло от фотокамер, и журналюги периодически щелкали Илларионова, но довольно лениво. Он не был любимчиком прессы и всегда старался держаться серой мышкой и привлекал внимание публики. Граф тщательно следил за тем, чтобы статьи о нем были либо нейтральными, либо вообще не выходили.

Да, иногда он подкупал издательства, чтобы они немного обнулили его репутацию, но это бывало редко, да и стоило приличных денег.

— Где же этот чертов кортеж! — бормотал сквозь зубы Илларионов, набирая Нарышкина. Никто не брал трубку. Тогда он решил набрать сообщение, и в этот момент подъехали его три машины. Бронированные, разумеется.

Он долго торговался с одним графом, чтобы ему переделали внутреннюю часть, поставили тонированные стекла, тоже, конечно же, бронированные. И еще добавили пару мелких деталей для комфорта.

Только на переделку салона Илларионов отвалил стоимость безбедной жизни семьи из четырех простолюдин. И еще чуть-чуть для удобства.

Пока Илларионов клацал по кнопкам, один из охранников открыл дверь, и граф буквально прыгнул внутрь.

Удобно, что даже водитель был огорожен таким же бронированным затемненным стеклом.

— Сначала домой! Подготовим армию! — в ярости зашипел Илларионов в затылок водителю, опустив стекло. — Я лично оторву ему голову! — и скрылся обратно.

Машина плавно покатилась по дороге, выезжая на трассу.

Владимир решил снять напряжение, открыл мини-бар. Случайно на него опрокинулась бутылка воды, залив и пиджак, и штаны.

— Да сука! — выругался Илларионов, пытаясь найти салфетки.

Его раздражало, с каким пренебрежением с ним говорил этот мелкий щенок. Ну ничего, эта вечеринка для Кузнецова будет последней! Даже его покровители не в зуб ногой, с какой стороны на этого выскочку готовится нападение! Хотя даже если они и что-то знают, вмешиваться в войну родов нельзя.

Конечно, он предполагал, что дружки просто могут одолжить Кузнецову технику и людей под предлогом учений, но у Дирижера имелся свой план, как добраться до Кузнецова.

Где же эти салфетки? Вода же потихоньку добралась до кожи и неприятно холодила. И руки мокрые. Нелепость какая!

— Эй, ты куда свернул! Надо прямо по шоссе и у заправки поворачивать! — глянув в окно, крикнул Дирижер.

Вот только водитель не ответил.

Владимир Илларионов не был бы преступным боссом, если бы не ловил подобные мелкие сигналы сходу и быстро вошел в боевое состояние.

— Э! Я с кем разговариваю⁈ — он попытался нажать кнопку, чтобы опустить бронированное стекло, но все тщетно.

— Тихо, не стоит так шуметь, Владимир Серафимович, мы едем в другое место, — спокойно сказал водитель.

Только сейчас Илларионов понял, что его везет чужой человек.

Владимир собрался. По крайней мере, попытался, но руки словно застыли.

— Какого… — он опустил глаза и увидел, что вода, которую он пролил на себя, обволакивает его словно пленка. Из других бутылок тоже хлынула жидкость, смешиваясь и становясь больше. В итоге Дирижер оказался в ледяном коконе, из которого торчала только голова. Руки не работали, и на магию надежды не было. Да он вообще ничего не смог сделать!

В отчаянии Дирижер попытался активировать энергию, но странная жидкость ее просто подавила.

— Куда мы едем⁈

— Это столь важно? — раздался голос рядом с ним. Но в салоне было пусто!

— Что за чертовщина⁈

— Тише, — и вода потекла к его рту. — Не стоит кричать.

Тут до Дирижера дошло, что с ним говорит вода.

В салон залетел белый голубь, и Владимир окончательно перестал что-либо понимать. Но одно он знал наверняка — это рук Кузнецова!

— Посейдон, ты слишком с ним гуманен! — расправив крылья, пропищал голубь. — Я бы уже давно его пришил!

— Валера, твое время еще настанет, — миролюбиво сказала вода, которую назвали Посейдоном.

Машина свернула с трассы, и Дирижер увидел знакомые пейзажи. Он не часто тут бывал, но места знал хорошо. Они ехали в одну из его старых резиденций, в которую он намеревался сам отвезти барона. Место тихое, отдаленное от инфраструктуры. Тут точно никто искать не будет. Или же в последнюю очередь.

Но почему они ехали именно туда? Неужели…

Его опасения подтвердились, когда машина проехала поднятый шлагбаум. На тропинке валялись два мертвых солдата его армии.

* * *

Одно из загородных поместий графа Илларионова

Я знал, что до места доеду быстрее. Трофиму дал указание немного покатать пассажира, пока не будет сигнала.

Водитель высадил меня за километр от поместья, а дальше пришлось искать схрон с одеждой, которую заранее спрятали мои солдаты.

Ага, вот.

Быстро переодевшись, я углубился в лесок и добрался до забора, ограждающего имение Илларионова. Лора просканировала территорию на наличие невооруженных людей, и как оказалось, таковых почти не имелось. Разве что уборщик.

— Дорогая, действуем по стандарту, — перелезая через забор, сказал я.

Всего в поместье служили около двадцати людей. Солдаты рода.

Об этом месте нам рассказал наш дорогой пленник из подвала. Именно сюда они должны были меня отвезти. Только бедняги не знали, кому принадлежит эта земля.

Кстати, мужик оказался довольно смышленым. Быстро раскололся. Потом за ним приехал Кожедуб и уехал с подарком.

Видимо, и в этот раз меня хотели привезти сюда. Понятно зачем, судя по виселице, но почему бы не убить в моем же доме? Что за покатушки? И вообще, повешение? Серьезно? Этот Дирижер настолько не имеет вкуса?

— Ну что, пошумим? — доставая меч, улыбнулся я.

— Ты что, Миша, фу как не культурно! — тут же передо мной появилась Лора и скрестила руки на груди. — Я, конечно, заглушу все рации и телефоны, но лучше расправиться с ними быстро и незаметно. Для большей безопасности.

— Как скажешь, — пожал я плечами.

И мы приступили к планомерному очищению от посторонних моей будущей территории.

* * *

Поместье барона Кузнецова

Через час после отъезда Михаила с мероприятия

Командир роты специального назначения рода Кутузовых численностью в сто человек, подъехал на БТРе к КПП земель Кузнецова. За ним в два ряда следовала техника. От зениток до малогабаритных танков, у которых гусеницы заменили на колеса. Их сопровождали два передовых летательных аппарата «Бегемот» с пулеметными турелями на борту.

Полковник Стрельцов Валерий Валерьевич командовал этой операцией, и он был недоволен тем, что они так долго ехали сюда. Позже, полковник обязательно проведет учения со своими подчиненными на вопрос быстродействия.

Ему позвонил его прямой начальник и господин, генерал Кутузов, и сказал, что надо помочь какому-то мальчишке. Мол, бери людей, чтобы подавить армию средненького графа.

Валерий Валерьевич немного перестраховался и взял чуть побольше, чем стандартный набор. Он не спорил со своим прямым начальником, и всегда беспрекословно выполнял его распоряжения, поэтому что этот человек никогда не ошибался. Если он сказал, защитить мальчишку, значит защитят. Если скажет ползти на животе через всю столицу, значит так надо. Приказы не обсуждаются. Все это знали.

— Полковник Стрельцов Валерий Валерьевич, сынки, — четко сказал командир в окошко КПП двум солдатам. — У нас подарок от генерала армии Сергея Михайловича Кутузова!

— О, как… — почесал голову один из ребят. Ломались и не знали, что делать. — Сейчас свяжусь со старшими.

И быстро набрал сначала самого барона. Не отвечают. Затем набрал его заместителя — тоже не отвечают! Тогда он попробовал третий номер.

— Алло, Надежда, здравствуйте, — начал говорить охранник. — Тут от генерала Кутузова приехали… Понял, — и тут же положил трубку. — Проезжайте!

Полковник кивнул и начал движение. За ним начала двигаться вся колонна.

Генерал просил быть аккуратными, так что они заехали через поле и встали на лужайке ближе к лесу, вытянувшись в длинную шеренгу.

Его солдаты быстро рассредоточились, занимая позиции, расчехляя орудия и готовясь к обороне.

Прошло минут десять с их приезда, как с КПП к ним начала двигаться еще одна военная колонна.

— Что за хрень, командир? — подойдя к Стрельцову, спросил один из солдат.

— А я откуда знаю? — он посмотрел в бинокль и увидел на транспорте гербы рода Нахимовых. — О, как, а они что тут делают?

Перед ними остановилась практически идентичная машина той, на которой приехал полковник Стрельцов. Из нее вышел человек крупной комплекции, с усами и в краповом берете. На плечах красовались три золотые звезды.

— Ба, Валера, не ожидал тебя увидеть! — суровое лицо военного расплылось в улыбке. — Какими судьбами тут оказался?

— Димон! Здарова! Блин, бык стал! Качаешься? — и по-товарищески ударил кулаком по плечу. — Мыж с тобой уже два года не виделись, когда в последний раз на учениях были, помнишь?

— Ага! — кивнул полковник.

Тут к нему подскочил солдат и после всех приветствий, спросил.

— Дмитрий Олегович, куда нам поставить ракетницы?

— Ставь вон за той конюшней.

— Исть!

Два генерала решили немного пройтись.

— Тоже разрешил своим обращаться к себе без этих званий? — спросил Валерий.

— Да, мы с ними давно работаем, так что разрешил, — кивнул Дмитрий. — Не ожидал, что наши господа так сильно пекутся об этом парне.

— Я тоже, но это не наше дело. Я своему боссу в этом деле верю.

— Согласен. Думаю, пора готовиться.

Тут к ним снова подбежал тот же солдат.

— Прошу прощения… так это… — он кивнул в сторону конюшен. — Конюхи хотят с вами поговорить.

Оба полковника переглянулись и пошли за солдатом.

Перед колонной стояли три очень крепких мужчины в широких кофтах, но даже под ними проглядывали стальные мускулы.

— Где ваш начальник? — крикнул один из конюхов, держа в руке…

— Это что, у него в руке, наковальня? — опешил полковник Стрелецкий.

— Нихрена себе у барона конюхи! — ответил второй полковник и подошел к троице. — Господа, разрешите представиться — полковник родовой армии Нахимовых, Полянов Дмитрий Олегович.

— Полковник Стрельцов Валерий Валерьевич, из рода Кутузовых.

— Ага, отлично, господа полковники, я не знаю, что вы тут делаете, но нам позвонили, и сказали не прогонять вас. Но вот к конюшни мы вас не пропустим! — заявил самый здоровый, с наковальней.

Остальные солдаты тоже смотрели на троицу, затаив дыхание. Как мужчина может так спокойно держать одной рукой такую тяжесть? Она вообще не доставляет ему дискомфорта.

— Это почему? — поинтересовался Полянов.

— Лошадей разбудите своими машинами, мы их только уложили спать! — ответил еще один конюх.

— У вас тут вроде как война намечается? — от абсурдности просьбы улыбнулся Стрельцов.

— А, никого не будет, — махнул рукой парень с кувалдой. — Можете вот у озера встать.

Два полковника переглянулись. Собственно они тут гости, и спорить не имеет смысла. Да и если начнется атака, они все равно отреагируют должным образом.

Пока подразделение Нахимовых занимало места около озера, с КПП начала заезжать на территорию поместья еще одна колонна.

— А это еще кто? — в голос сказали полковники.

К озеру подъехал немного другой джип: более маневренный и предназначенный больше для городского ландшафта. На двери они увидели герб рода Островских.

— Я так понимаю, мы с вами тут по одному делу? — с этими словами на землю спрыгнул еще один полковник.

Звали его Деревянко Максим Никитич. После общего знакомства уже все вместе они подумали, куда бы разместить еще одну роту с кучей военной техники. Приняли решение поставить Островских за домом.

— Вам не кажется, что с такой армией, мы сможем отбить не только графа… — улыбнулся Дмитрий.

— Что же это за пацан⁈ — воскликнул полковник.

— Думаю, мы скоро об этом узнаем! — хохотнул Максим Деревянко.

Так они и просидели до самого утра в ожидании нападения, которое не наступило. Вот только сказать им об этом забыли.

* * *

Основное поместье графа Илларионова.

Примерно в то же время, когда Дирижер сел в машину

Насте было ужасно стыдно за прошлую операцию, когда господину пришлось спасать ее, а потом еще и лечить. В этот раз она уж точно не должна ударить в грязь лицом.

Да и к тому же с ней были ее лучшие подруги: Орион, Андромеда, Лира, Гидра и Эридан.

У них самая простая задача. Уничтожить все военные силы графа на этой территории.

Сейчас они сидели у каменной стены в три метра высотой и думали, как им незаметно перебраться через нее. У каждой в ухе имелся наушник для связи.

Вот тут девушки удивили ее, соорудив живую лестницу. Они встали друг другу на плечи, и Настя ловко забралась, оказавшись на противположной стороне.

Тут же рядом, тихо, как кошки, приземлились остальные девушки.

— Так, смотрите. — Настя достала карту, которую подготовил Трофим. — Я беру на себя эти четыре ангара. Там расположены казармы. Ваш дом. Как только вы его зачистите, возвращайтесь обратно. Прислугу не убивать. Дядя Трофим попросил технику сильно не корежить, так что аккуратнее.

— Ага, — кивнула Лира. — Судя по отчетам, сейчас в доме около шестидесяти человек, но они разбросаны группами внутри здания, так что придется побегать.

— В общем, убиваем всех, технику не трогаем, — сказала Настя. — Сейчас тут только военные, и они знали, на что шли.

— Да мы знаем, Насть, не напрягайся, — дружелюбно улыбнулась Эридан, только в глазах уже блестел безумный огонек убийцы. — Я и Андромеда останемся с тобой для прикрытия.

Все кивнули и разбежались.

Вот тут и настал звездный час Анастасии. Они проползли под машинами к ангарам и заглянули, на всякий случай, внутрь.

Около сотни солдат сидят и ждут приказа. Все вооружены и готовы к бою.

— Действую, — шепнула Настя девушкам в наушник и вылезла.

Для такой мощной атаки ей необходимо сосредоточиться. Она успела накопить достаточно энергии, да и господин щедро с ней поделился перед отъездом. Да чего уж там, он дал ей столько энергии, сколько она никогда не держала в себе.

Вытянув руки вперед, она визуально сделала так, чтобы ее ладони как бы накрывали два ангара.

А затем земля начала дрожать. Глаза девушки превратились в два белых светящихся шара.

Кто-то из солдат начал кричать про землетрясение.

— По сигналу, — чуть громче сказала Настя и резко опустила ладони.

Два ангара вмиг смяло, превратив в две лепешки.

Поднялась тревога. Все начали бегать и кричать. Два солдата заметили странную девушку, и направили на нее автоматы, вот только их головы тут же отлетели.

У Насти из носа пошла кровь. Она использовала столько силы буквально пару раз. Голова начала кружиться, но она облокотилась о грузовик и снова подняла руки, концентрируя силу.

Все что ей надо было сделать, это в моменте увеличить вес крыши до нескольких сотен тонн, и это не такая уж и проблема. Вот только крыши две, и они большие. А тут еще из ангаров начали выбегать солдаты, пытаясь понять, что произошло.

Настя опять опустила руки, и еще два ангара раздавило.

Восемьдесят процентов армии, которая готовилась напасть на Настин дом и деревню неподалеку, уничтожено. Осталось добить остатки. Тут и вступили в работу рыцари барона Кузнецова. Уже через час никого из врагов не было в живых.

* * *

Одно из загородных поместий графа Илларионова

К приезду важного гостя все готово. Болванчик очень хорошо справился, да и чего уж, я тоже. Через полчаса все поместье зачистили от ненужных людей.

— Быстро ты привык к убийствам, — заметила Лора.

— В армии еще не такому научат.

— Не к такому же количеству… — как-то странно проговорила Лора.

Я спустился во двор. То тут, то там лежали убитые солдаты. Может Лора права? Но об этом стоит подумать чуть позже.

— Они подъезжают, — сообщила помощница.

Я открыл ворота и встал на крыльце.

Во двор въехал кортеж из трех машин. Из всех вышли мои люди, с удивлением косясь на разбросанные тела. Из центральной машины вылез Трофим.

— Отличная работа, — кивнул я.

Мой помощник открыл пассажирскую дверь, и из нее выполз тот, кто грозился меня убить.

— Еще раз, доброй ночи, Дирижер, — поклонился я и кивнул на виселицу. — Это для меня? Может, не стоило?

От Автора: Давайте добьем, по старинке лайков

Глава 3

Битва

Странный день, плавно перетекающий в вечер. Только ты был на вечеринке и отрывался под шлягеры местного разлива, болтал с царевной, чуть не подрался с одним из самых могущественных магов Империи, да и вообще неплохо проводил время, а уже через пару часов сражаешься с вооруженными, но не сильно готовыми к нападению врагами.

Тут меня впервые посетила мысль, а не съездить ли в отпуск? Взять Машу да махнуть куда-нибудь к морю. Ребята говорили, что около Японии довольно тепло и весело. Может, стоит подумать об этом после Универсиады? Еще же надо на ней победить, а там и через южный метеоритный пояс ехать. Ну да что-то я размечтался. Сейчас у меня другие заботы.

— Владимир Серафимович, голубчик, — я дал отмашку, и Посейдон отпустил Дирижера. — Не понимаете, как я это провернул?

Отчего-то на его лице появилась наглая ухмылка. Наверное, думает, что у него до сих пор все под контролем? Бедолага. Сейчас пообломаем ему рога.

— Кузнецов, ты даже не представляешь, какую ошибку совершил! — воскликнул он.

Я без лишних слов кинул ему телефон. Прошлый залил Посейдон.

— Звони.

Кажется, до Дирижера начало что-то доходить. Он набрал номер, но никто не ответил. Затем еще один, и тоже тишина.

— Все еще думаешь, что у тебя что-то под контролем? — хмыкнул я. Наблюдать за его удивленным выражением лица одно удовольствие.

— Что ты сделал?!!! — закричал Дирижер, зверея на глазах.

— Я убил твоих раньше, чем ты моих.

Больше он не стал ничего говорить. Вытянул руку, и мне в грудь полетела красная искрящаяся стрела.

Увернувшись в последний момент, я ответил, попытавшись взорвать ему голову огненным шаром, но этот увертливый мерзавец оказался быстрей.

— Все назад! — крикнул я. — Посейдон, защищай солдат!

Должен признать свою ошибку. Мне казалось, что граф Илларионов окажется обычным слабаком, как Налимов, но он кое-что умел. И не просто кое-что, он мастерски владел магией, парируя и отбивая все мои атаки.

Тут же я увидел кое-что новенькое. Такое мы точно не проходили в институте.

Дирижер накладывал на себя то ли защитное поле, то ли какой-то барьер, и пробить защиту оказалось сложновато. Когда мой меч должен был по всем правилам отрубить ему руку, клинок ее только царапал.

Дирижеру даже удалось оттеснить меня к дому, где мы хорошенько попортили интерьер.

Он успел подхватить у какого-то мертвого солдата меч и начал еще агрессивнее нападать, неплохо орудуя им как заправский фехтовальщик.

— Ты щенок, думал, что справишься со мной так просто? — каждый раз ухмылялся он, когда наносил очередной удар, а я спокойно отбивал и блокировал его попытки пробить мою защиту.

Все-таки в магии он оказался куда искуснее, чем во владении оружием.

— Это защитное поле тратит уйму энергии, скоро он выдохнется, — сообщила Лора.

— Подождем.

Еще минут пятнадцать мы махали клинками, и наконец мне удалось один раз хорошенько ударить его ногой и добавить ударной волной. Дирижер вылетел через панорамное стекло, перевернув летний столик. И тут же вскочил на ноги, когда я бросился за ним.

Наш бой переместился на задний двор. Тут же зона для барбекю и веранда с небольшим бассейном без воды.

Мы слегка посоревновались во владении огненной стихией, постреливая друг в друга струей жидкого пламени. Возможно, у Дирижера была предрасположенность к огню — он владел этой стихией на высоком уровне.

Однако все хорошее когда-нибудь заканчивается. Лора показала, как стремительно возрастал его расход энергии. А граф работал на той же мощности, что и я.

Мне же запасов хватит на целый месяц беспрерывной огнеметной атаки. Чего не скажешь о Дирижере. Его точно надолго не хватит.

Моя команда благоразумно не вмешивалась. Трофим сел в машину с солдатами и наблюдал изнутри. Посейдон, Валера и непонятно откуда взявшийся Геннадий сидели на крыше дома делали ставки. На меня, конечно.

Болванчик пока тоже оставался в стороне, но в любую минуту готовился вмешаться.

Мы с Дирижером неплохо подрались, но эта потасовка ни шла ни в какое сравнение с тренировками с Асая Реем. Скоро он стал выдыхаться.

— Щенок, думаешь, что это все⁈ — Дирижер сделал неуловимое движение, и меня отбросило на несколько метров. Я перевернулся в полете и встал на ноги, готовый встретить очередную атаку.

Сложив ладони вместе, Дирижер начал что-то нашептывать, и в следующую секунду появились маленькие голубые молнии и начало разрастаться энергетическое поле, похожее на плоский диск.

Безумно хохоча, Дирижер вытянул руки, и эта опасная штука с треском полетела в меня.

— Ох, нихера себе! — Лора успела взять под контроль Болванчика и заблокировать атаку.

На одной детальке моего подопечного осталась неглубокая раскаленная борозда.

— Ах ты ж скотина! — прошипел я. — Лора, думаю, пора заканчивать!

Она вывела мне наилучшую траекторию для контратаки, показала энергетический фон и слабые точки.

— Он не сможет сразу использовать заклинание! — сообщила она. — Атакуй быстрее.

Долго уговаривать не пришлось. Резкий рывок, и я рядом с врагом.

Дирижер выставил руку для защиты, а второй попробовал рубануть мечом. Уйдя в сторону, я сделал перекат и полоснул графа по ногам.

— А-а-а-а! — он упал на колени, но все равно пытался достать меня мечом.

— Фух, признаю, ты сильный, — переводя дыхание, я отбил слабую атаку и хотел уже отрубить ему голову.

— Сверху! Назад! — закричала Лора, что было сил.

Мое тело подчинилось моментально, и в то место, где я только что стоял с огромной силой врезалась коса.

На долю секунды меня даже поразило, что такое оружие есть в этом мире. Выглядело оно, как игрушечное. Черная рукоять с красными переливами. Сама рубящая часть разделялась надвое. Кривое кроваво-красное лезвие разветвлялось на конце как шипы, длинная цепь и маленький клинок на другой стороне шеста переливались черными прожилками.

На крыше, по всем законам японских боевиков, стояли пять силуэтов. Маленькая девочка и рядом четыре верзилы. Все в капюшонах.

— Достаточно, — спокойным голосом сказала малявка.

Лора сообщила, что с ними шутки плохи. Каждый из них сильнее Дирижера в несколько раз.

Я отдал приказ Лоре, чтобы она через Болванчика приказала Трофиму уезжать.

Эта умница все сделала правильно, изменив голос на мой.

Машины завелись и начали выезжать с территории.

Про себя я выдохнул, когда понял, что эти странные ребята не будут преследовать моих людей.

— Детям разрешено использовать такое оружие? — ударив клинком по торчащей из земли косе, сказал я.

— Ха, пиз*юк, огрызаешься! — усмехнулась малявка, дернула за цепь, и оружие молниеносно оказалась в ее руке.

Только сейчас до меня дошло, что это взрослая женщина, просто маленькая. Очень маленькая.

— Прошу прощения, мадам, если обидел, — я картинно поклонился, прикидывая варианты. Мне не очень хотелось тратить свои запасы еще и на эту компанию. Приятно же когда энергии просто дохрена. — Я не отдам вам это тело, если вы пришли за ним. — И мой клинок лег на плечо Дирижера.

Тот попытался его сбросить, взявшись за рукоятку, но обжегся. Еще бы. Меч напитан моей энергией, а значит, без разрешения трогать его нельзя.

Лора нашептала мне один неплохой план.

— Это не тебе решать, Кузнецов! — высокомерно хмыкнула женщина.

— Надо же, — я тут же стал серьезным. — Меня остановит такая крошка, как ты? Или твои мальчики на побегушках?

— О, старые добрые провокации, — в тени капюшона я увидел оскал, который вряд ли мог быть у обычного человека. Слишком большой рот. Слишком много зубов. — Но мне не хочется тратить на тебя время.

Она щелкнула пальцами, и четверо мужчин в капюшонах спрыгнули вниз.

— Преподайте ему урок, но не убивайте! — сказала их начальница, сев на край крыши и свесив ножки в красных туфельках вниз. — Просто умереть для него недостаточно.

У этих четырех братов-акробатов загорелись глаза.

— Сделаем, — хором ответили они, и всех во рту тоже что-то засветилось. Словно внутри бушевало пламя.

Тут и Болванчик оказался на руке, и Посейдон появился у моих ног.

— Михаил, это сильный противник, я чувствую его энергию, — сообщил Посейдон. — Мне доводилось сражаться с подобными тварями, но сейчас меня слишком мало.

— Их можно убить?

— Да, разумеется.

— Вот и отлично.

Дальше болтать не имело смысла. В неравном бою, когда против тебя несколько противников, лучше всего нападать первому. Не стоит дожидаться, пока они разовьют инициативу, и их атаки будет сложнее блокировать. Болванчик прыгнул чуть раньше, но сразу две детальки поймал второй боец. Голыми руками.

Болванчик сдетонировал, но ничего не произошло, а боец номер два только удивился. Тут мой питомец начал потреблять просто неимоверное количество энергии, чтобы выпутаться из его хватки.

Посейдон решил атаковать третьего, и принялся резать его струями воды под большим давлением, но все впустую. Никаких ран его атаки не оставляли. Водяной попытался растворить ногу, но его отбросили молниеносным взмахом.

Я пока сражался с двумя противниками.

Это уже были реальные превозмогания, которые я так не люблю. Слишком хлопотно и мало проку.

Они действовали, как единое целое, прикрывая слабые стороны, которых у них оказалось не так много. Бойцы контратаковали практически моментально.

Лора пока готовила один сюрприз. Она сразу поняла, что нам так просто не справиться.

Жаль, но придется использовать козырь сейчас, но моя синеволосая красавица заверила, что секретный прием сработает даже лучше, потому что… Потому что потому! Вот как она и ответила.

— И вообще, не задавай лишних вопросов. У тебя тут битва, и довольно смертельная, — перекрикивая звуки сражения, она вывела мне степень готовности атаки.

Задний двор уже окончательно был разрушен. Мы давно перешли рубеж обычного сражения и двигались на запредельных скоростях, орудуя мечами и магией. Вот только нас было трое, а их четверо. И пятая с косой на крыше.

— Готова! — сообщила Лора. — Используй нашего друга в любой момент, как сможешь коснуться одного из них.

Тут я схитрил. Застал одного из бойцов врасплох — того, что держал Болванчика.

— Отдай, это не твое! — сказал я, схватив его за руку и напитывая Болванчика энергией напрямую.

Мы с Лорой все гадали, что же делать с тем монстром, который плавает у меня в море энергии, и решили просто выпустить тварь на волю. Лора достаточно подробно изучила это существо, и, скажем так, целью его жизни оказалось пожирание хранилища. После этого он в прямом и переносном смысле стремился в свой монстрячий рай, или что там у них. В общем, природу не обманешь, и внутри меня он только мучился, пытаясь отыскать границу моего бесконечного запаса, и все впустую.

И вот подвернулся шанс переселить монстра в новый дом! Когда я коснулся противника, Лора переправила его через Болванчика. Энергии я не жалел, когда поделился ею с обоими.

А так как монстр все это время томился в моем океане, то каким-то непонятным образом он стал сильнее. И причем намного!

Если раньше ему требовалось время, чтобы убить носителя, то теперь боец буквально на глазах начал рассыпаться.

— У него что-то не так внутри! — воскликнула Лора, сканируя умирающего. — Это какая-то аномалия.

— Потом расскажешь! — крикнул я и ударил в грудь врага.

На землю упала иссохшая мумия.

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!!! — заорала женщина и спрыгнула вниз. — Назад!

Три оставшихся противника поспешно отступили.

— Что ты сделал! — она откинула капюшон мертвого бойца кончиком косы. — Как ты убил его⁈ Отвечай!

— Ох, дорогая, может, твои ребята подойдут и узнают? — оскалился я. — Или ты, если не трусишь⁈

Мне удалось разглядеть ее лицо поближе. Глаза слегка светились под капюшоном и больше напоминали кошачьи, чем человеческие. Рот непропорционально широкий, практически от уха до уха, и усеян множеством мелких зубов. Странное создание.

— Могу сам подойти, — и я сделал шаг к ней.

Вся четверка шарахнулась от меня как ошпаренные.

Отлично. Блеф удался! Они поняли, что могут умереть. Вот только надолго ли? Пока они думают, у меня есть шанс. Но Дирижера я все равно не отдам.

Однако случилось непредвиденное.

— Какие забавные игрушки, — приземлился между нами Валера. Все воззрились на эту отважную птицу.

Он медленно потопал в сторону четырех врагов.

Странно, но Валера привел мужчин в капюшонах в ужас. Уж не знаю, чего они увидели, но те начали медленно отступать по мере приближения маленькой птички, которая почему-то показалась им истинным монстром.

— Что такое? — удивилась мелкая. — Испугались какой-то никчемной птицы?

Ее глаза зажглись таким же светом, как и у ее товарищей.

— Ясно! — протянула она. — Не думала, что у тебя будут такие…

— Заткнись! — пискнул Валера и расправил крылья. — Кто дал тебе право говорить⁈

Но женщина тут же прикусила язык.

Я аж рот открыл от такой картины. Они реально боятся голубя Валеру? Наконец-то настало его время!

— Что происходит? Объяснишь? — спросил я у Лоры.

— Да я сама не в курсе, — ответила она. — Но Валерчик нас спас.

Голубь все наступал на них, воркуя и размахивая крыльями.

— Скажи, ты же видишь меня? — он наклонил голову набок, глядя на маленькую женщину.

— Д-да, — запнулась она и кивнула.

— Тогда ты догадываешься, что я могу с вами сделать.

Она не ответила, но в ее глазах вспыхнул страх.

— Это единственный раз, когда вам везет! — сказал Валера. — Лучше вам не злить короля!

Он взмахнул крыльями и улетел куда-то за забор, где стоял Трофим с солдатами.

— Уходим, — фыркнула женщина, развернулась и потопала прочь. — Мы все равно проиграли.

Она ткнула косой в мертвое тело Дирижера, который попал под горячую руку во время сражения. Сам виноват.

За ней пошли ее бойцы.

— Это все? — крикнул я и махнул на них рукой. — А разговоров то!

— Погоди, Кузнецов, — кинула женщина через плечо. — Твои трепыхания скоро закончатся. Ты только не умри раньше времени, хорошо?

Один из бойцов забрал труп товарища и взвалил на плечо. Высоко подпрыгнув, вся компашка оказалась на крыше, а затем и вовсе пропала. Я не стал отправлять Болванчика, ему и так досталось. Малыша смогли ранить, а потом еще и поймать. Он впервые чувствовал, что может проиграть, и его эмоции отражались на мне.

Труп Дирижера нисколько не радовал душу. Оставался неприятный осадок, ведь пришлось превозмогать, а мне очень не хотелось. Придется больше тренироваться, никаких отговорок. Я встретил почти равных противников, и теперь мне просто необходимо стать еще сильнее.

А вот Валера удивил. По мнению Лоры, они смогли разглядеть настоящую душу голубя, а то и прочесть его воспоминания, но это маловероятно. Однако он быстро смекнул, на что они способны, и пришел на помощь.

Стоит его поблагодарить. И в очередной раз мне захотелось посмотреть на него настоящего. Надеюсь, когда-нибудь у меня получится вернуть ему тело. Судя по тому, как его испугались, Валера в прошлой жизни был реально мегакрут. Да и сейчас он неплохо. Настоящий голубь гигачад.

Я сообщил Трофиму, что все закончено, и мы победили.

На территорию вновь заехали машины и припарковались неподалеку от нас.

Тут до меня дошло, что сил практически не осталось. Давненько я так не выматывался. Тело просто ломило от напряжения, глаза болели из-за частого использования замедления, энергетические каналы ныли. Хотелось просто лечь и проспать несколько дней.

— Мы победили, — спокойно сказал Трофим, прощупывая тело Дирижера. — Поздравляю, господин! Теперь можем вернуться домой и сообщить остальным, чтобы не волновались.

— Кто там волнуется? Вы и так знали, что все получится! — буквально ползя к машине, сказал я.

— За вас волнуются гораздо больше людей, чем вы думаете, — он как-то хитро улыбнулся, закрыл пассажирскую дверь и залез на место водителя. — Ну, думаю, вам лучше самому это увидеть.

— Что опять? — заныл я как маленький ребенок. — Отвези меня домой, хочу кушать и спать! Я сегодня войну выиграл!

— Именно туда мы и поедем, мой господин, — Трофим аккуратно закрыл разделительное стекло и медленно тронулся.

Глава 4

ТрудоВЫЕ будни

Во время поездки я успел задремать. Как же эти битвы и вечеринки утомляют…

Мне на телефон приходили сообщения от подчиненных — все возвращались домой. Я ответил «ок» и провалился в сон.

Когда начали подъезжать к дому, на горизонте рассветало. Лора аккуратно меня разбудила. Оказалось, что добраться до усадьбы очень проблематично из-за непонятно откуда взявшейся военной техники.

— Трофим, это что за нахрен блин⁈ — выглядывая в окно, поинтересовался я.

Тут была техника и Кутузовых, и Нахимовых, и Островских. И что удивительно, бойцы ничего не делали и скучали.

Тело Дирижера мы закинули в багажник, чтобы предъявить Кожедубу и Дзержинскому. Все-таки он не только проигравший в войне родов оппонент, но и подозреваемый в огромном количестве преступлений.

Я вышел у крыльца и решил пройтись, осмотреться да поспрашивать чего тут всем надо? А народу собралось прилично.

Солдаты были просто везде. Кто лежал на машине, кто в БТРе. У озера троица жарила шашлык, соорудив небольшую каменную насыпь, чтобы не испортить газон. К ним я и направился.

Оказалось, что это командиры родов. Все трое тихо-мирно жарили мясо на углях, и когда я подошел, сильно удивились тому, что я еще жив.

Пришлось их успокоить и даже показать тело Дирижера. Потом я сказал, что хочу спать, а они пусть едут по своим казармам. Никакой помощи мне не требовалось.

В надежде, что смогу хотя бы пару часов отдохнуть, я быстро принял душ, задвинул шторы и улегся в кровать.

Стоило мне закрыть глаза, как полетели звонки. Сначала от трех друзей — генерала, адмирала и юриста. И каждый сходу рассыпался в поздравлениях. На мое замечание, что их отряды стоят у меня под окнами, они неловко отшучивались и поспешно прощались. Один Нахимов сказал, что он прислал парней для защиты людей в деревне. Зато честно, хвалю, молодец. Вот только я по-прежнему хотел отдохнуть. Но и отключить телефон нельзя. Должен позвонить Звездочет и сообщить, когда у нас отправление в Красноярск.

Когда последний разговор завершился, я упал на подушку.

Но телефон и не думал умолкать. И тут я осознал, почему у Суркова имелось несколько трубок в тумбе. Хорошо бы тоже швырнуть свой в стену. Желательно посильнее!

На этот раз позвонил Дзержинский. Он уже был в курсе моей маленькой победы. Кто-то успел доложить. Этот странный человек как бы и ругал меня за то, что я начал действовать, как ему казалось, весьма необдуманно и даже с нотками суицидальной направленности, а затем похвалил мои стратегические навыки, хотя и подметил, что без везения не обошлось.

Хотел я ему сказать пару ласковых насчет его мнимого «везения»! План был продуман и сработал на «отлично». Я верил в своих людей, а они в меня. Также мне все время казалось, что он что-то недоговаривает, но я не мог понять что именно. Ну и в конце, когда я сказал, что привез труп Дирижера в багажнике его же лимузина, Феликс Эдмундович обрадовался и пообещал прислать Кожедуба.

Напоследок он подметил, что если я заранее все спланировал с объявлением войны, то мог бы и им шепнуть, чтобы они не напрягали людей для сбора доказательств и их анализа. Я же только соглашался и кивал. Когда разговор закончился, и трубка вернулась на тумбу, снизу послышались женские голоса. Вот и девушки заявились.

Еще одна попытка уснуть…

И снова звонок.

— Да что же это такое! — в сердцах воскликнул я.

На телефоне неизвестный номер. Уже не удивительно.

— Слушаю, — вздохнул я в трубку.

— Михаил, это Александр, — умиротворяющий голос Есенина быстро вывел меня из состояния сонливости. Вот это поворот. Зачем он мне звонит? — Наслышан о вашем подвиге.

— Спасибо, но чем обязан столь неожиданному звонку? — прищурился я.

— Да просто позвонил поздравить, — хохотнул Есенин. — Ну все, пока.

Я с удивлением уставился на трубку, не веря в происходящее.

— Неожиданно, — сказал я.

— И приятно, — вклинилась Лора.

Еще позвонила Маша, которая быстренько поздравила меня и сказала, что ждет не дождется нашей встречи. Потом передала трубку остальным друзьям, и все по очереди принялись поздравлять меня от всей души.

Даже Бердышев отметился и сказал, что подобных случаев в Империи очень мало. Чтобы какой-то барон, да и толком без армии, победил графа⁈ Конечно, мы оба были в курсе, на что способны мои рыцари, Настя, Маруся, Трофим и прочие, но для всех остальных, такая быстрая победа — событие. Когда у именитого гонщика выигрывает какая-то темная лошадка да еще и не на самом быстром авто, кто угодно охренеет.

Со всеми этими разговорами ушел целый час.

— Все, нахрен, устал. Спать!

И да, мне удалось отдохнуть два часа. Потом позвонил Звездочет и сообщил, что мы с ним вылетаем вечером. Также он добавил, что слухи о победе над Дирижером уже достигли Широково, и там сейчас преступный мир буквально трясет. Но судя по всему, Музыканты доигрывают свою финальную симфонию.

Потянувшись в постели, я понял, что не до конца отдохнул и хочу еще поспать. Но дела не ждут. А их очень много, и все надо решить сегодня до отъезда.

— Лора, как думаешь, не пора ли перевезти всех в Красноярск?

— Знаешь, Миша, ты слишком много хочешь в последнее время, — цокнула Лора. — Ты сначала разберись с тем, что у нас сегодня на повестке дня.

— Да, пора бы, — грустно вздохнул я. Работы еще завались.

Натянув первое, что попалось под руку, я спустился вниз. Сегодня все были слегка помятыми и уставшими. Все, кроме конюхов. Этим ребятам повезло больше всех. По сути, у них выдался обычный рабочий день.

Маруся напекла блинов на скорую руку и сварила кофе, Девушки, включая Настю, сидели за общим столом с полотенцами на голове. Трофим пристроился с краю и попивал очередную чашку кофе. Боря с интересом оглядывал всех и, не спеша, уплетал хлопья. В последнее время они ему очень нравились.

На маленьком столике в углу стоял стакан с Посейдоном, а рядом Валера с Геной клевали какую-то булку. Причем водяной что-то рассказывал голубю, а тот с нескрываемым интересом слушал, периодически кивая.

— Всем доброе утро! — вяло поздоровался я.

— Доброе утро, — таким же тоном ответили остальные участники ночных похождений.

— Доброе утро, Миша! — один Боря радостно воскликнул при виде меня. Да и я улыбнулся, приветствуя мальчугана.

— Ну что, бойцы, как настроение? — решил я их немного потролить. Однако на меня посмотрели крайне недовольно. — Понял, понял.

Я сел за стол, и передо мной поставили тарелку с блинами и миску с кашей. Вот тут как никогда пригодилась способность быстрого усвоения еды. Тело буквально стонало от нехватки калорий и прочих элементов.

— Трофим, свяжись с Надеждой и скажи, что я заеду за ней, и мы поедем к Островскому, — распорядился я и допил кофе.

Он кивнул и вышел из комнаты.

— Я в город, так что буду нескоро. Возможно, приедет Звездочет, — я посмотрел на кухарку. — Марусь, все-таки поговори с ним.

Она уже сняла повязку и поглядела на меня двумя здоровыми глазами. Возможно, Маруся надела ее для маскировки, хотя я не разбираюсь в этих киллерских нюансах.

— Хорошо, Михаил, поговорю, — кивнула она.

Дальше я накинул легкую курточку и вышел на улицу. Должен сказать, военные молодцы. Никакой грязи они после себя не оставили. Да, немного помяли газон, но даже кусты целы.

Данилу я нашел, как всегда, копошащимся под своей ласточкой.

— Здорова, бандит, — окликнул я его.

— Добрый, — отозвался он из-под машины. — Изволите ехать?

— Да надо бы, дел полно.

— Секунду! Надеюсь, вы торопитесь. У меня тут новая деталька стоит… — наконец он вылез и протер руки тряпкой, от которой, мне кажется, они стали еще грязнее. Потом Данила вымыл их в раковине, вытер насухо и взял свою неизменную кепочку.

— Думаю, ради твоей детальки можно и поторопиться.

— Вот и славно! — он хлопнул в ладоши, придержал мне дверь, пока я залезал в салон и сам прыгнул на место водителя.

В машине пахло вишней. Не сильно, но все же.

— Данила, где ты взял кристаллы? — без лишних утаек спросил я.

— Попросил Надежду приобрести несколько для моих разработок, — пожал он плечами. — А что, фонит?

— Да нет, все нормально, — махнул я рукой.

Должен признать, что механик он от бога. Чтобы такое сотворить с машиной, надо быть поистине фанатом. Скорость и маневренность по высшему классу. Необходимо срочно пропихнуть его на гонки. Только придется узнать, как они организовываются, и что для этого нужно. По сути целый водитель есть. А если кто-то будет пытаться подтасовать исход соревнований в ущерб моему гонщику, быстро пойдет в далекое пешее. Так что у Данилы имелись все шансы показать, на что он способен, и ему не придется ни под кого подстраиваться. Только побеждать.

Пока эти мысли я не стал озвучивать. Лучше не обнадеживать парня раньше времени.

Мы заехали за Надеждой и направились к офису Островского. Он сообщил, когда звонил поздравить, что будет весь день на работе.

— Как все прошло? — осторожно спросила Надя, пока мы ехали.

— Неплохо, но кто-то вмешался, и довольно сильный, — ответил я.

— Вмешался? Но кто? — удивилась она. — Может, личная охрана? Или силы других бандитов?

— Не могу сказать, но это точно не люди. Слишком… Не знаю даже как объяснить. Фанатики? — предположил я. — Таких способностей я еще не встречал. Хотя они были физически очень сильны. Как Емеля и остальные конюхи.

— Удивительно… Что-нибудь еще необычное?

Я призадумался, но Лора напомнила про странные ящики с завода Дирижера.

— Слушай, да. На одном из заводов Илларионова мы обнаружили ящики с кристаллами. Только они были не красными, а синими.

— Ого, неплохо, — удивилась Надя, явно понимая о чем речь. — Редко их встретишь, особенно в столице.

— Объяснишь?

— Это такие же кристаллы, как и красные, только с северного метеоритного пояса, — сказала она. — Почему-то на нашей половине их мало, и большая часть падает на сторону северной Империи.

— И что, они просто другого цвета? — удивился я.

— Не совсем, — замотала она головой. — Если красные кристаллы служат в качестве энергии для городов, то синие действуют по-другому. Они также дают энергию, как и красные, когда ты впитываешь один из них, но также часть энергии будет расходоваться на то, чтобы ты мог переносить низкие температуры северного пояса. Говорят, там зверски холодно, и именно синие кристаллы помогают работать и жить при такой низкой температуре.

— Но я же могу сделать то же самое с помощью красного? Достаточно просто сжечь энергию.

— Я точно не знаю, никогда даже не видела синих. Но насколько я помню, чем холоднее, тем больше необходимо энергии, чтобы согреться, так?

— Ну да…

— С синим так не работает. Он всегда потребляет одно и то же количество, вне зависимости от температуры.

— Хочешь сказать, я могу гулять по Арктике в одной рубашке, и ничего мне не будет? — удивился я.

— Вроде так, — пожала она плечами. — Но нам неизвестно досконально, что в находится в Арктике. Нас же туда никто не пускает.

— Ладно, разберемся, — махнул я рукой. Машина подъехала.

Мы поднялись на этаж к Островскому. Там нас встретила временная секретарша. Увидев Надю, она быстро вскочила и кинулась обниматься. Как я понял, это Надя ее порекомендовала на такую должность.

Для многих это место было очень престижным.

— У него пока клиент, так что можете его подождать, — улыбаясь, сказала Снежана, так звали новую секретаршу.

— Ну что, думаешь сожрать те синие кристаллы? — поинтересовалась Лора, появившись передо мной в откровенном костюме секретарши.

— А чего бы и нет? Проверим, какие они на вкус, — кивнул я.

Чтобы нам не было скучно, Снежана подала нам чай с конфетами и пряниками, включила телевизор, а сама села перебирать бумаги.

— Много работы? — спросила у нее Надя.

— Не то чтобы много, просто иногда Николай Романович хочет некоторые документы прямо сейчас, а ждать он не любит, — виновато улыбнулась девушка.

— Что есть, то есть, — понимающе кивнула Надя. — Я обычно готовила вообще все документы, которые могут пригодиться по делу, и просто совала ему в руки.

— Наверное, так и сделаю, — согласилась секретарша.

По телевизору начались новости.

'Добрый день, в эфире новости, и сегодня с вами я, Галина Трафаретова.

К новостям политики. Сегодня император подписал ряд указов, упрощающих импорт через Южный и Северные метеоритные пояса. Караванам были выделены новые бюджетные средства для создания дополнительного вагона.

К другим новостям. В Широково обнаружено подпольное производство низкокачественных артефактов в особо крупных размерах. Сегодня прошли рейды по самым торговым точкам и оружейным домам. Временно закрыт центральный рынок и близлежащие здания.

Причастные задержаны, также ведутся поиски глав организации.

Далее.

Вчера прошло крупное мероприятие в центре города — открытие салона военной техники. На нем были представлены передовые разработки ученых из научных родов со всей Империи. Не обошлось и без скандала. Барон Кузнецов объявил войну

графу Илларионову. Все сделано официально, на глазах у остальных аристократов. По правилам, если вызов прозвучал публично, то срок его рассмотрения не учитывается, и военные действия наступают в момент оглашения войны'.

Надя повернулась ко мне.

— Ты знал про эти правила? — удивилась она. — Но они же настолько редко используются…

— У меня полное собрание законов Империи в кабинете, ты что забыла?

Она неловко опустила глаза.

— Я думала, ты их не читал, они же для красоты…

«Далее, как стало известно буквально пару часов назад, барон Кузнецов победил в войне родов и уничтожил главу рода Илларионовых. Это достаточно редкий случай. Особенно поразила скорость, с которой все закончилось. Мы знаем, что войны родов могут длиться месяцами, а в редких исключениях и годами. Но несколько часов? От всей души поздравляем барона Кузнецова».

— Приятно? — хихикнула Лора, наклонившись к моему лицу.

И тут же проснулся телефон.

Мне звонили с того канала, на котором я выступал, когда разоблачал Налимова. Они хотели эксклюзивное интервью. Пришлось отказать, потому что дел было невпроворот. Но милая девушка, которая со мной говорила, сказала, что это не проблема. Она в курсе моей загруженности, и может взять интервью в любое другое время, или приехать в Широково. На этом мы и распрощались.

Дверь в кабинет Островского распахнулась, и оттуда вышел сам Николай Романович и заплаканная женщина. Увидев меня, он сильно удивился, и как-то неловко попытался встать между мной и ревущей дамой.

Но когда мы пересеклись с ней глазами, я на секунду увидел злость и отчаяние. Еще сильнее разрядившись, она направилась к лифту. Николай Романович все время ей что-то шептал на ухо и гладил по спине, пока она не зашла в лифт и не уехала.

— Михаил, проходите, — он пролетел мимо нас к себе в кабинет.

Когда дверь за нами закрылась, он подошел к мини бару, открыл и достал бутылочку минералки.

— Вчера хорошо погуляли? — улыбнулся я, наблюдая, как он за один подход выпил всю воду.

— Ох, и не говори. Ну чего стоите? Садитесь. Я примерно догадываюсь, зачем вы пожаловали.

— Верно, за имуществом Илларионова, — сказал я. — Хочу оформить все на себя до отъезда, — и тут уже повернулся к Наде. — Так же все его «белые» производства со всеми бумагами.

— Какой ты нетерпеливый, — упав в кресло, сказал Островский.

— Скоро Универсиада, я сегодня уезжаю, — пожал я плечами.

— Из огня да в полымя, — пробормотал он. — Но могу тебя немного огорчить. Видишь ли, это дело выйдет несколько сложнее, чем планировалось, — он достал папку из стола. — Не все имущество записано на графа.

Судя по всему, эту папку он приготовил заранее, только насколько заранее?

— Хотите сказать, что он перестраховался?

— Попробовал, — пожал плечами Островский. — Его жена пыталась подарить большую часть имущества своей матери. А оно уже не попадает под закон о войне родов.

— И что делать? — спокойно спросил я.

Николай Романович очень хитро улыбнулся.

— Михаил, надеюсь, вы помните, что я один из лучших юристов в столице?

— Безусловно, иначе я бы с вами не стал работать, — кивнул я, и это было чистой правдой.

— Ну так вот, — он достал еще одну папку. — Никакие операции с имуществом убитого главы рода не законны, ввиду того, что оно уже не принадлежит ему.

— Интересно, но в чем загвоздка?

— Дело в том, что часть все-таки была подарена. И требуется время, чтобы доказать время смерти Илларионова и время оформление дарственной.

— Я понял, тогда мне надо оформить хотя бы ту часть, которая осталась.

— Да без проблем, — еще одна папка из стола легла передо мной. — Вот, прошу, — он посмотрел на Надежду. — Думаю, дальше ты ему сама подскажешь.

— Конечно, Николай Романович, — кивнула она.

Мы уже начали выходить.

— Что за девушка, которая вышла из вашего кабинета? Смотрела на меня, как будто я ее враг, — вспомнив посетительницу, спросил я у Островского.

— Неудивительно, это была жена того, кого вы убили ночью.

Глава 5

Лучшая еда (Только Марусе не говори)

Интересно, как сильно различается в наших мирах все, что связано с документами? Другие подразделения, отделы и даже компании. Например, тут имелась особая система организации ресторанного бизнеса. Свой ресторанчик имели право открыть только аристократы. Простолюдины могли рассчитывать разве что на кофейню, или на что-то такое, где нет, или почти нет, готовки. Но тогда человек переходил в разряд купцов.

В моем случае, мне требовалось представить доказательства, что я одержал победу в войне родов. Фотографии, видео, выписки из морга или больницы, признание поражения от другой стороны, как письменное, так и личное. Вариантов множество.

Но все оказалось куда проще. Кожедуб приехал к нам домой, забрал тело Дирижера, подписал заключение и сам отправил бумаги как экспертное мнение.

Нам же после Островского надо было заехать в Имперскую канцелярию.

— Может написать Алексею Октябриновичу? — поинтересовался я у Нади, но та странно на меня посмотрела.

— Я с ней согласна, — вставила свои пять копеек Лора. — Не стоит лишний раз беспокоить важного человека по пустякам. Может, он в жизни и хороший мужик, но просто так ему писать…

— Ладно, я понял, — я кивнул обеим и дальше мы ехали молча.

Здание канцелярии представляло собой многоэтажный современный комплекс, совсем не похожий на место, где рассматриваются важные правительственные и народные дела. Оно больше напоминало смесь торгового центра с зеркальными и витражными окнами, музея с залами, полными картин и скульптур, и ресторанного комплекса, на вид не хуже самых дорогих заведений в столице. Но, конечно же, только для персонала.

Читал я в газетах, что многие хотят поужинать именно тут и всячески пытаются подкупить или подговорить персонал, чтобы их провели. По-другому сюда не попадешь. За это, конечно, работнику угрожает приличный штраф, а то и увольнение.

Но все же отобедать там вполне реально. Если ты знаком с сотрудником канцелярии, и не просто с рядовым клерком, а с кем-нибудь покрупнее. Или если у тебя назначена деловая встреча.

Такой строгости мне было не понять. Причуды богатых и властных людей.

Когда мы приехали в Канцелярию, нас уже ждали.

Проводили в кабинет и сказали подождать.

Лора, просканировала здание и сообщила, что тут есть кабинеты, которые даже она не смогла раскусить. Хотя ничего удивительного. В этом здании много секретов.

Через десять минут к нам вошел полноватый мужчина и представился Эдгаром Ильдаровичем.

В основном говорила Надя, как мой юридический представитель. Вопросы были довольно поверхностные и простые. Сколько у вас в подчинении людей? Где вы учитесь? Сколько общего дохода и прочее, и прочее.

Мужчина перебирал бумаги и тщательно проверял каждый листочек.

Так мы проторчали у него целых четыре часа.

— Так, ну вроде все в порядке, — без капли усталости на лице сказал он, отложив в стопочку последнюю бумажку. — Вы хорошо подготовились. Поздравляю вас, барон, с новым имуществом.

— Спасибо, — мы пожали друг другу руки.

— Так все же, если не секрет, как вам удалось победить графа? Он довольно… кхм… скажем так, специфический человек, — излучая добродушие, спросил мужчина.

— Не говори! — быстро сказала Лора. — Не вздумай.

— Случайность, — улыбнулся я, притворяясь дурачком. — Везение…

— Что ж, ладно, — он не подал виду, что мой ответ его не устроил. — Вот ваши документы, внимательно их изучите.

Я не глядя отдал их Надежде, чем вызвал у него удивление.

— Спасибо, еще раз, всего доброго.

Мы вышли из кабинета и направились к выходу.

— Надя, давай пройдемся? Хочу посмотреть здание, — попросил я.

Она приподняла бровь и глянула на часы.

— Разве мы не торопимся?

— Ну хоть одним глазком, — я сложил ладони в мольбе.

— Хорошо-хорошо… — как ворчливая родительница, она закатила глаза. — Думаю, небольшая экскурсия не повредит, — и взяла меня под локоть. — Я тут часто бывала по поручениям Николая Романовича, да и с отцом мы сюда забегали.

— Давай, — кивнул я.

Время близилось к обеду.

Конечно, все здание мы бы не обошли. Оно было действительно огромным. Болванчик успел показать картинку с высоты птичьего полета, и размеры строения поражали воображение.

В первую очередь мы пошли для того, чтобы построить схему здания и просканировать местность. Проще сказать, чем сделать: тут артефакты на артефактах, защита такая же как в Имперском банке, и Лоре приходилось прилагать массу усилий и тратить кучу энергии.

Народу было много. Оказывается, тут даже проходили экскурсии. Нам попались две школьные, и одна институтская.

Проходя мимо, мы тут же привлекли внимание.

— Это не барон Кузнецов?

— Тот самый? Из телевизора?

— Да это сто процентов он!

— Подойди…

— Сама подойди…

Меня немного улыбнули их шепотки. Не скрою, я почувствовал себя важной птицей… Хорошо, что не голубем.

— Извините, — к нам неловко подскочила молодая студентка. — А вы случайно не барон Михаил Кузнецов?

— Да, он, — улыбнувшись, кивнул я.

— Девочки, это он, — зашипела она, обернувшись, и через секунду нас окружила толпа учениц.

— Видимо, женская гимназия при дворце, — шепнула Надя. — Форма оттуда.

Тут же они закружились вокруг меня и наперебой принялись голосить:

— А можно с вами сфотографироваться?

— А правда, что вы участвуйте в войне с графом?

— А вам не страшно?

— Моя знакомая в КИИМе говорит, что вы дружите с младшим Есениным!

— Дурочка, ты видела фотку с Александром?

— А это ваша девушка?

— Нет, это моя помощница и личный юрист, — на этот вопрос я ответил сразу.

Хотя от меня не ускользнул легкий вздох разочарования у Надежды.

Галдеж стоял бы еще долго, если бы не вмешалась их куратор. Ненамного старше, привлекательная девушка в строгом костюме и аккуратно убранными каштановыми волосами.

— Так, девушки! Чего пристали к человеку? — недовольно сказала она, подходя ближе.

— Можно ваш телефончик?

— А я могу писать вам письма?

Я и не думал, что настолько популярен среди девушек, да и вообще, мне казалось, что мои действия не должны настолько сильно вызвать резонанс в обществе. Неужели в Империи больше нет интересных новостей?

— Так, ну-ка отстали! — громче рявкнула кураторша, и все в зале начали коситься на нас. — Не приставайте к молодому человеку! Видите, ему неловко!

Видимо, студентки поняли, что ведут себя не совсем прилично для аристократок, быстро извинились и отошли на метр, освобождая нам с Надей пространство.

Хотя и сама кураторша оказалась той еще лисой.

— Псс, вот возьмите, — она незаметно подсунула мне визитку. — Буду рада составить вам компанию, если захотите индивидуальную экскурсию по городу! — и томно подмигнула.

Этот жест не ускользнул от одаренных девушек.

— Татьяна Ивановна! Нечестно! — запротестовали они.

— Так, ну-ка ша! — стрельнула она в них суровым взглядом.

— Идите искать жениха в другом месте!

— Это кто тут ищет жениха⁈ — замахала она на них руками, заливаясь краской, и неловко улыбнулась, посмотрев на меня. — Я просто хотела рассказать барону о достопримечательностях города. Всего лишь прогулка, — и тут же захихикала. — Ох, уж эти дети… Вечно придумают невесть что!

Все могло закрутиться еще сильнее, но нас спасли.

— А я все думаю, кто тут шумит, а это экскурсия у Татьяны Ивановны! — спокойный голос раздался у меня за спиной. — И вам добрый день, Михаил.

— Алексей Октябринович, — тут же притихла кураторша-экскурсовод. — Здравствуйте, вот уж не ожидала увидеть вас!

— Обидно, Танечка, а говорила, что всегда ждешь меня, — улыбнулся мужчина своей шутке. — Да я шучу, прости, пожалуйста, если смутил.

— Не смутили, Алексей Октябринович, не смутили, — она повернулась к девочкам. — Поздоровались.

— Добрый день, ваше сиятельство! — слаженно поклонились девушки.

— Ох, какие молодцы, — он похлопал в ладоши.

— Простите, мы уже уходим, — и Татьяна Ивановна Прокофьева, как значилось на визитке, погнала свое маленькое «стадо» дальше по коридору.

Граф Газонов прокашлялся, и мы повернулись к нему.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Как ваше здоровье?

— Что вы имеете в виду, Михаил? — прищурился он.

— Вспоминая, сколько вчера на столе было алкоголя, и двух военных, руководящих попойкой, удивлен, что вы вышли на работу, — улыбнулся я.

— Ах, вы об этом, — он сдержано посмеялся. — К сожалению, мою работу никто кроме меня делать не будет, — пожал он плечами и достал из внутреннего кармана пиджака блок таблеток. — Но я пытаюсь утихомирить свою голову вот этим.

Все-таки хороший он мужик. Своеобразный, и совсем не похож на того, кто вершит судьбы движением брови.

— Боюсь даже представить, как себя чувствуют генерал с адмиралом… — сказал я.

— Ох, не волнуйтесь, с этими двумя точно ничего не будет. Вы же, наверняка, от Островского? Этот такой же кремень, как и остальные, — махнул он рукой. — Хотя, признаюсь, не ожидал увидеть вас в этом месте… По крайней мере, в такую рань.

— А что в этом особенного? — удивился я.

— Война, дело растяжимое…

Вот и от него слышу, мол, воевать надо долго.

Хотя я не сторонник затяжных боевых действий. Зачем? Только переводить имущество, технику, да и верных людей терять. Не легче ли просто убрать босса, и все? Говорить вслух я этого не стал. Что-то подсказывает, Газонов и сам прекрасно это понимал.

— Не хотите ли пообедать со мной? — вдруг сказал Алексей Октябринович. — У меня есть парочка интересных стихов, Михаил.

— Ох, Алексей Октябринович, вы знаете, как меня подкупить, — слукавил я, больше заинтересовавшись знаменитым рестораном при Канцелярии. — Ведите. Надеюсь, вы не возражаете, если моя спутница будет со мной?

— Конечно, прошу прощения, милая Надежда, — он склонил голову и поцеловал ей руку. — Я буду очень рад, если такой очаровательной особе понравятся мои стихи.

Девушка тут же покраснела, засмущалась и что-то пролепетала.

— Надя, Алексей Октябринович читает изумительные стихи. Уж поверь, я слышал, и это было нечто.

И это чистая правда.

— Разве я могу отказать вам двоим? — улыбнулась она, и мы направились за графом.

По пути он рассказывал про наше знакомство в летнем кафе, где он так восхищался «моими» стихами.

— Меня знаешь что удивило? — вдруг ожила Лора.

— Ну?

— Он знает имя Надежды.

Хотя мне казалось, что ничего удивительного в этом нет. Они все крутились в одних кругах, да и насколько я помню, родители Нади тоже не последние люди.

Мы прошли через несколько постов охраны. У нас не спросили ни пропуска, ни разрешения, вообще ничего. Если кто-то пытался встревать, то под мягким взглядом Газонова, вопросы мигом отпадали, и мы шли дальше.

И вот наша троица оказалась в знаменитом ресторане Имперской Канцелярии.

Интерьер за порогом поражал любое смелое представление о роскоши. Даже столовые приборы были сделаны из золота.

Официанты наверняка мелкие аристократы, повара лучшие в своем деле профессионалы. Это было заметно по открытой кухне, где они мастерски орудовали кухонными принадлежностями.

Мы сели за столик с именем «А. О. Газонов», перед нами уже лежали меню, занимающие всего один разворот плотной дорогой бумаги.

— У вас даже столик свой? — удивился я. — Красиво!

— Да, дослужился до того, что выделили отдельное место, — скромно сказал Газонов. — Прошу прощения, не поздравил вас с красивой и фееричной победой! — он пару раз даже хлопнул в ладоши.

— Благодарю, — кивнул я. — Скажите, почему студентки посчитали меня какой-то звездой? Разве моя победа сегодня ночью такая редкость?

— Хм, — он ненадолго задумался. — С чего бы начать…

— Позвольте я вмешаюсь, — подняла руку Надежда, и мы удивленно уставились на нее. — В первую очередь из-за прямого эфира и разоблачения Налимова.

— Верно, — подметил Газонов. — Но, кстати, попрошу учесть, что про вашу победу в войне еще не сообщили в СМИ.

— Уверены? — приподняла бровь Надя.

— Поверьте мне, — он странно усмехнулся, как будто мог решать подобные вопросы. Хотя, кто его знает… Может, и мог. — А еще вчерашний вечер. И не забывайте ваш отбор на Универсиаду. Плюс победа в нескольких номинациях. Награждение самой Екатериной Петровной, и слухи о том, что вас видели вместе…

— Что? Вы уединялись⁈ — воскликнула Надя.

— Да что за чушь! — заерзал я. — Конечно, нет. Мы столкнулись с ней у входа и просто поболтали пару минут на лавочке. А эти раскрутили…

— Поверьте, СМИ еще не такое могут, — многозначительно хмыкнул он.

К плюсам этого ресторана можно смело приписать скорость подачи блюд. Так как это государственное учреждение, то люди сюда приходят со службы, и у них нет времени ждать блюда по несколько часов. А значит, и повара старались работать оперативно.

— Вы впервые в этом месте? — поинтересовался Газонов.

— Да, но уже наслышан, — признался я.

— Кормят тут действительно неплохо, хотя моя жена все же готовит вкуснее, — улыбнулся он.

— Не сочтите за наглость, Алексей Октябринович, но вы обещали прочесть ваши новые стихи! — напомнил я о его любимом хобби.

— Ох, точно! — он засуетился, достал аккуратный маленький блокнотик из кармана и открыл по закладке.

И да, Газонов зачитал нам парочку коротких четверостиший. Даже я, не особо понимающий в поэзии, должен признать, что у этого человека явно имелся талант.

— Это чудесно! — хором кивнули мы с Надей и зааплодировали.

Наш собеседник скромно убрал блокнот.

Наконец, подали блюда. И их вкус был просто божественным. Таких запеченных крабов я не ел никогда в жизни. Да и вообще крабов. А чего стоили помидоры в пряном соусе?

— Должен признаться, мне теперь будет трудно есть другую еду, — вычищая тарелку, сказал я.

— Думаю, не стоит говорить это вашей Марусе, — заметил Газонов. — И вот еще что, Михаил. Передайте ей, что она не растеряла навыков.

— Простите? — на секунду замер я. Лора, на всякий случай, тоже вошла в рабочий режим. Мы точно не обсуждали Марусю и остальных членов рода с этим человеком. Разве что только моих рыцарей.

— Ох, Михаил, что вы? — он заметил мое напряжение и примирительно поднял руки. — С моей профессией просто необходимо знать некоторые детали. Но поверьте, секреты я хранить умею.

— Расслабься, он не врет, — подтвердила Лора. — Лучше предложи ему послушать твои стихи.

И у меня перед глазами появилось стихотворение Саваровского.

— Видимо, еще не отошел от ночных приключений, — отмахнулся я и быстро поменял тему. — А не хотите ли послушать моё новое стихотворение, посвященное моей девушке. Оно так и называется — «Маша».

Алексей Октябринович несколько секунд смотрел на меня испытывающим взглядом, но затем принял мои правила.

— Буду только рад. То, что вы читали раньше, про родину, мне очень понравилось, — он отложил приборы и приготовился.

Пришлось зачитать ему длинное произведение. В итоге, когда я закончил, Надя была вся в слезах. Газонов сидел молча, глубоко пораженный в самое сердце.

— Это же просто… — выдохнул он и громко похлопал мне, не смущаясь публики. — Михаил, дорогой мой, вы просто обязаны посетить наш литературный клуб. Обещайте, что когда вы приедете в следующий раз, мы обязательно сходим. Я соберу настоящих ценителей. Только прошу, не отказывайте.

— Как я могу отказать вам? — улыбнулся я. — Встретимся после Универсиады.

— Хорошо, как вам удобно, — сказал он, все еще находясь под впечатлением — Потом, если можно, перепишете мне это стихотворение?

— Конечно.

Мы еще немного посидели и пообсуждали насущные дела и слегка посплетничали. Что касается слухов, то Алексей Октябринович был на них падок. Через некоторое время мы ушли.

Дел оставалось еще прилично, а времени до отправления в Широково в обрез.

Надя все вытирала слезы платочком и странно поглядывала на меня.

— Покорил сердечко очередной даме, — подметила Лора.

— Сама виновата. Что дала, то и прочитал, — хмыкнул я, а потом обратился к Наде, когда мы сели в машину: — Ну что, отошла?

— Нельзя заставлять девушку плакать! — фыркнула она, пихнув меня в бок и, надувшись, отвернулась к окну.

Данила медленно обратился к нам с удивленным лицом.

— Ой, вот только ты не начинай, — махнул я на него. — Никто ее не бил. Она разревелась от стихов.

— О, это другое дело, — тут же развеселился он. — Куда едем, начальники?

— Центральный Имперский Банк, пожалуйста, — монотонно ответила Надя, продолжая смотреть в окно.

По дороге Лора объяснила, что я задел нотки души Нади, а расстроилась она, скорее всего, потому что ей стихов никто и никогда не писал. Обиделась скорее на себя и свою личную жизнь, которой просто не было.

В банке, пройдя через процедуру досмотра, где у меня опять изъяли Болванчика, мы проследовали к кабинету начальника юридической службы аристократов.

Как же я сильно удивился, когда прочитал на табличке:

« Д. В. Сурков»

— А ведь так хорошо все шло… — застонал я, входя в кабинет отца своего недоброжелателя.

Глава 6

Для юристов

Мне было интересно, как выглядит человек, который воспитал такого сына как Сергей Сурков. Или тут лучше подойдет слово «не воспитал». Надо подумать.

Когда мы вошли в кабинет, первое, что бросилось в глаза, это идеальный порядок и чистота.

Ровные полки с книгами, подогнанными по цветам корешков, искусственная пальма в углу. Мебель бежевых тонов. Стол простой, но со вкусом.

— Добрый день, барон Кузнецов, — безэмоционально поздоровался он, выходя из-за стола и протягивая нам руку.

Бояться мне нечего, и вроде как мы с ним уже обсудили наш небольшой конфликт, так что без задней мысли мы обменялись рукопожатиями.

— Это уже даже не смешно, — подметила Лора. — Он хотел тебя просканировать…

Мысленно я закатил глаза. Наверное, нет смысла обижаться на подобные действия. Может, это у них такой знак вежливости? Ну раз они так бесцеремонно вторгаются в мой внутренний мир, возможно, и мне пора делать то же самое?

— Лора, давай мы его тоже просканируем. Только сделай, чтобы он понял это.

Она без затей пробилась через его защиту во внутренние чертоги и бесцеремонно постучалась.

Граф Сурков от удивления поднял брови, но больше ничего не сказал.

Думаю, мы поняли друг друга.

— Проходите, присаживайтесь, — он показал на два стула напротив стола. — Граф Островский уже предупредил меня и попросил лично проследить за всеми процессами в вашем вопросе.

— Замечательно, — кивнул я.

— Позвольте документы? — он протянул руку. Надя вручила ему папку.

Пока граф сверял бумаги, мы просто молча ждали.

— Странный человек, не находишь? — Лора стояла рядом с ним и заглядывала через плечо. — Как бы не подложил какую-нибудь подлянку.

— Ты уж совсем не перегибай палку!

— Ну-ну, посмотрим, что он там понапишет, — она достала из воздуха очки и принялась следить.

А бумаги оказались на все ячейки и депозиты умершего Дирижера. Это был очень хороший плюс в мою казну. Местные правила мне нравятся куда больше, чем в моем мире.

— Хм… — проверяя очередной документ, Сурков немного удивился. — Секунду… — сказал он скорее себе, чем нам.

Он сделал звонок, и через несколько минут к нам в кабинет вошел еще один работник банка с какими-то папками.

— Это как? Почему цифры тут такие, а на квитанциях другие? — начал перешептываться он с подчиненным.

Молодой парень принялся искать несостыковки, водя пальцем по строчкам.

— Вот, видите, операции произведены сегодня, — бормотал он.

— Она еще в здании?

— Да.

Граф быстро взглянул на меня, а потом на своего подчиненного.

— Приведите ее сюда, — шепнул он.

Парень покинул кабинет, а Дмитрий Владимирович встал из-за стола, подошел к кофе-машине и начал, не спеша, готовить напиток.

— Какие-то проблемы? — спросила Надя, обескураженная их поведением.

— Да, небольшие, — честно признался он, открывая маленький одноразовый стаканчик со сливками и переливая кофе в кружку. — Раздельные и семейные счета.

— Вот как? Я про это не подумала… — нахмурилась Надя.

Один я с трудом понимал, что происходит. Лора тоже не смогла дать внятный ответ. Из того, что она успела просмотреть, в наших документах не было ничего особенного, а в бумаги Островского ей не удалось заглянуть без Болванчика.

Но и мое терпение не безгранично.

— Думаю, самое время рассказать, что происходит?

Сурков-старший и Надя переглянулись.

— Позвольте я, — улыбнулась моя помощница.

— Пожалуйста! — махнул он рукой и сел за стол с чашкой кофе.

— У Илларионова была жена, — начала рассказывать Надя тоном заботливой мамочки.

— Так.

— У них имелись как семейные счета, так и личные. После смерти графа его вдове остается ее счет с деньгами и половина семейного. Счета Илларионова принадлежат тебе, — она взглянула на Суркова, и тот кивнул. — Но иногда супруги успевают снять деньги с семейного счета и перевести на свой. И даже со счетов покойного.

— Я сейчас задам глупый вопрос, но, возможно, у них просто не осталось денег? — предположил я.

— Нет, такого не может быть, — ответил граф Сурков. — У жен, если они не работают, на счету должно лежать минимум двадцать процентов от сбережений мужа. Как раз чтобы не остаться у разбитого корыта в случае непредвиденной ситуации. Так сказать, страховка от государства. Конечно, это касается только проигрыша в войне.

— А жена Илларионова перевела деньги себе со счета, половина которого теперь по закону принадлежит барону, да? — уточнила Надя.

— Совершенно верно, и у нее был доступ к нескольким личным счетам графа, — дополнил Сурков.

— По сути, она украла у тебя деньги!

Я пока не стал делать поспешных выводов. Судя по всему, жена Илларионова скоро окажется в кабинете. И тут за дверью послышалась ругань. К нам постучались, и вошел тот самый служащий банка.

— Вы не имеете права блокировать мои личные счета! — кричала женщина за дверью.

— Дмитрий Владимирович, мы привели ее…

— Спасибо, Виктор, пусть проходит, — кивнул Сурков.

И в кабинет влетела та самая дама, которую мы встретили у Островского. Однако на этот раз от ее печали по потерянному мужу не осталось и следа.

Мне же удалось разглядеть ее получше. Довольно высокая худая женщина неопределенного возраста, но скорее всего старше, чем выглядит. В черной траурной шляпке, приталенном брючном костюме того же цвета, на невысоких каблуках. Лицо без запоминающихся черт, разве что небольшая горбинка на носу, но выглядела она гармонично. Можно даже назвать эту женщину симпатичной. Едва ли такая шишка как Дирижер стал бы заводить себе некрасивую жену.

— Добрый день, Марта Борисовна, присаживайтесь, — пригласил ее Сурков на диван у стены, куда она мигом плюхнулась.

— По какому праву… — начала она, но Сурков ее быстро прервал.

— Марта Борисовна, разъясните причину, по которой вы сняли деньги со счета мужа и из семейной ячейки и перевели их на свой? И сразу после смерти Владимира Серафимовича, — сделав глоток кофе, граф мигом приобрел серьезный вид.

— Я в своем праве! Этому щенку и так досталось все имущество! Куда теперь мне ехать? — Илларионова даже не скрывала своего пренебрежения ко мне, оно и понятно. Вот только, кажется, она забыла одну маленькую деталь. Ее муж гребаный гангстер высшего эшелона.

— Насколько мне известно, — Сурков-старший достал листок со списком. — На вас переписаны и находятся в полном вашем распоряжении два загородных дома, один под Казанью, второй в Красносельске. Также вы владеете гостиницами в Петербурге, Казани и Москве. Восемью магазинов женской одежды. Тремя дорогими автомобилями. И пятьюдесятью миллионами рублей на личном счету. — Он отложил листок и пристально посмотрел на женщину.

— И что? Этого может не хватить, — пожала Марта Борисовна плечами. — У меня умер муж. Его убили! Вот этот ублюдок его убил и лишил всю семью достатка! И я еще и должна ему отдать все, что заработал мой Володя? Да ничего подобного!

Похоже, веских аргументов у нее не было. Оно и не удивительно. Всю жизнь прожила за счет бандита, ни в чем себе не отказывая, тратя деньги направо и налево. Даже после Дирижера, судя по тому списку, который зачитал Сурков-старший, она могла жить безбедно до самой могилы. Только пусть найдет хорошего управляющего. Однако она почему-то решила, что ей причитается все из «заработанного» Илларионовым.

— Какая наглая и дерзкая особа, — усмехнулась Лора. — Жаль, что глупая.

Но она уже не останавливалась, а Сурков не перебивал. Наверное, ждал, пока Марта Борисовна выговорится. Мы выслушали душещипательную историю, как она любит ходить по магазинам и как они познакомились с мужем. В конце она зачем-то упомянула про Музыкантов. Ну точно ума у нее с горсть…

— Какое это имеет отношение к деньгам? — не выдержала Надя, перебивая словесный понос Марты Борисовны.

— А это вообще не твое дело! — фыркнула Илларионова с видом королевы положения, однако я бы сказал наоборот. — Все имущество, на которое я имею документы, уже переписано на меня!

— Ну и что? — вздохнул я, и тоже посмотрел на Надю и Суркова. — По закону мы же можем вернуть все это?

Они синхронно кивнули.

— Видите! Так что ваши истерики — просто истерики, — улыбнулся я. — Забирайте то, что принадлежит вам, и исчезните из моей жизни. Или будем разговаривать по-другому.

— Ах ты мелочь! — она вскочила. — Мало того, что ты убил моего мужа, так еще и смеешь мне угрожать⁈

Под фразой «разговаривать по-другому», я подразумевал силу закона, а не побои, но неплохо бы и напомнить ей кое о чем.

— Ваш муж был бандитом! — чуть повысил я голос, придавая ему металла. — Он убил достаточно людей, чтобы стать настоящим боссом мафии не только в Красноярске, но и в Широково. Подмял под себя большую часть города, пытался запустить руки в КИИМ, убивал всех, не жалея ни женщин, ни детей. У меня во владении целая деревня людей, которых он хотел пустить на органы! Это грязные деньги, которые я заслужил по закону, и ты к ним не имеешь никакого отношения. А если и имеешь, то я могу позвонить в следственный комитет, и они займутся тобой. Так что прошу последний раз — отдай мои деньги. Все, что принадлежит тебе, я трогать не буду.

— Конечно, я не имею к преступным деньгам никакого отношения, — фыркнула она. — Но все же, моральный ущерб…

— Твой муж хотел сам меня убить, только без объявления войны. Но думаю, ты это и так знала.

— Конечно же, нет! — воскликнула Марта Борисовна, гордо выпятив грудь в приступе благородства.

— Врет, — заключила Лора. — Просто максимально пиз… Врет.

Я подошел к Илларионовой поближе и наклонился, заглядывая в глаза.

— Так что ты не получишь ничего сверх того, что тебе причитается, — я слегка улыбнулся. — Но так и быть. Могу оставить еще один загородный дом под Москвой.

Почему я так с ней грубо? Потому что ей было глубоко наплевать на своего мужа. Причем давно. Ее волновали только деньги и она сама. Поэтому Илларионова так отчаянно пыталась загрести под себя все, что могла.

— Ну как, Марта Борисовна, мы пришли с вами к консенсусу? — спросил Сурков-старший.

Вдова посмотрела испепеляющим взглядом на графа, затем на Надю, а потом уже и на меня. Выбора у нее не было. Либо так, либо через суд, где она еще потратится на издержки государству и все равно проиграет. Уж это она должна знать.

— Да, пришли, — процедила она сквозь зубы, вскочила и пошла к выходу.

— Куда же вы? — удивился Сурков и пододвинул к краю стола несколько листочков. — Распишитесь тут.

Женщина подошла к столу и посмотрела на бумаги.

— Что это?

— Свидетельство, что мы мирно перешли к решению вопроса. Передача «случайно» переведенных средств обратно барону и подтверждение вашей доли супружеского имущества, — уверенно проговорил Сурков.

— Ничего себе, и он заранее подготовил эти документы? — удивилась Лора. — Но… Как он… — и моя помощница на секунду замолкла и показала, как паренек, который привел Илларионову, незаметно всунул ему бумаги. — Хитро и красиво.

Вдова Илларионова внимательно прочитала все пункты и с большим недовольством поставила подпись.

— Теперь вы, Михаил Викторович, — и граф пододвинул мне те же листки.

Я тоже подписал бумаги.

— Это тебе с рук не сойдет! — шепотом, чтобы услышал только я, сказала разъяренная женщина и пулей вылетела из кабинета.

— Мы закончили? — спросила Надя.

— Да, — кивнул граф Сурков. — Не смею вас задерживать.

— Спасибо вам огромное, — пожимая руку Суркову-старшему, сказал я. — Вы очень хороший человек. Надеюсь, Сергей когда-нибудь поймет это.

— Вам спасибо, — кивнул граф. — За то, что сдерживаете себя с моим сыном. Я это понял, как только мы встретились.

Дальше мы отнесли документы в кассу к казначею. Там переоформили денежные счета, сделали возврат и закинули все мне. Быстрее, чем я предполагал. Так что на выходе из банка у меня появилась довольно приличная сумма в несколько сотен миллионов. Даже по меркам моего мира это большие деньги, а тут вообще немыслимые. Приятно ощущать себя богатым.

Когда мы сели в машину и поехали домой, Надя быстро принялась расписывать, что и куда необходимо потратить и внести в сметы.

— А какое имущество у нас теперь есть? — аккуратно спросил я у Нади.

— Ох, проще, чтобы ты посмотрел, — и положила мне толстую папку на колени. — Тут все объекты недвижимости, коммерческая и жилая площадь, и земли, и заводы. В общем все. С паспортами и прочими документами.

— Нихрена себе! — удивился я, взвешивая папку на руке. Быстро пролистав бумаги для Лоры, я уже через пару минут закрыл последнюю страницу.

А там было на что посмотреть. За свою долгую бандитскую жизнь Илларионов приобрел просто дохрена всего.

— Лора, быстро анализ! — приказал я. — Покажи мне те предприятия, которые приносят прибыль. Недвижимость рядом с Красноярском, Москвой, Питером и та, что ближе к Японии.

Перед глазами замелькали списки.

— Так, послушай меня, — взял я за руку Надю, которая производила расчеты. — Оставь все, что я отмечу. Остальное продавай. — И забрав у нее ручку, я начал обводить все потенциально полезные объекты.

— Что это? — удивилась она. — Ты просто выделил их методом тыка?

— Нет, дуреха, — улыбнулся я. — Это все, что приносит прибыть, остальное будет висеть балластом. Лучше продать и быстро нанять новых специалистов.

Она недоверчиво посмотрела сначала на меня, а потом на бумаги.

— Я, конечно, перепроверю…

К дому мы подъехали ближе к ужину. Звездочет должен приехать за мной в течение часа. А значит, пора собираться. Покидав вещи в рюкзак, я спустился вниз, и мы все собрались за одним столом.

— Так, Боря. Ты остаешься за главного защитника девушек, причем всех! Понял? — придав взгляду строгости, сказал я.

— Понял! — видимо, он реально воспринял мои слова всерьез, и потому сразу начал следить за дамами.

— Посейдон, тебя я оставляю, — сказал я стакану с питомцем.

— Спасибо, мне тут очень нравиться, — ответил он. — Столько друзей, и все относятся ко мне хорошо. Даже есть общие темы для разговора…

— Валера, дружище, — обратился я к голубю. — Но вот тебя я спрошу, с кем ты хочешь остаться?

Валера сидел на плече у Маруси. Он посмотрел на нее и потерся головой о ее щеку, а та его погладила.

— Прости, любовь моя, но я хочу продолжить познавать путь безграничной силы! — пропищал он и перелетел ко мне на плечо.

— Ничего, малыш, делай, как считаешь нужным, — улыбнулась кухарка.

— Девушки, а теперь вы, — посмотрел я на своих рыцарей. — Хоть Боря и защищает вас всех, но ваша задача охранять деревню.

— Есть! — хором кивнули они. Кстати, одеты дамы были вполне прилично — в безразмерные спортивные костюмы всех цветов радуги.

— Трофим, Маруся, Настя. Думаю, мне не стоит вам что-то объяснять.

Они только кивнули.

На улице послышались звуки двигателя. А затем в дверь постучались. Приехал Звездочет, и куда раньше, чем говорил.

— Добрый вечер, Алефтин Генрихович, — поприветствовал я его, когда замдиректора переступил порог.

— Добрый, Михаил, ну как, готов?

— Почти, только пойду попрощаюсь с конюхами и водителем, — как бы случайно я провел Звездочета на кухню.

Увидев Марусю, он слегка смутился, но поздоровался со всеми и сел за стол.

Остальные все поняли без слов и под разными предлогами покинули кухню, оставив эту парочку наедине.

Я не спеша попрощался с конюхами и Данилой, которому решил рассказать про гонки. Позже мы с Надей потолкуем о его будущем.

Когда же я вернулся обратно на кухню, замдиректора сиял как лампочка. Казалось, еще чуть-чуть, и он на радостях полетит в Широково без дирижабля.

— Я готов ехать, — заранее постучавшись о косяк двери, я вошел в столовую.

— Замечательно! — вскочил довольный Звездочет.

Маруся едва сдерживала улыбку. Видимо, они помирились. Интересно, как у них все сложится?

Мы сели в машину к Звездочету. Данилу я не собирался дергать. Сегодня у нас не было сопровождения, так как Алефтин Генрихович решил, что оно ни к чему.

Валера уместился на спинке сиденья напротив нас.

— Расскажете? — хитро улыбнулся я. — Вы с Марусей…

— Вот еще! — радостно хмыкнул он, подкручивая усы. — Мал еще для таких разговоров!

Так мы и поехали на вокзал в хорошем настроении.

Дорога не была загружена, так что постоять в пробках нам не удалось. Солнце начало закатываться за крыши домов, и на небе появилась оранжевая полоса.

Просто идеальное завершение поездки в Москву. При деньгах, а еще и знаменит. Интересно, в Широково у меня будут просить автографы?

Как же я соскучился по Маше. Все-таки, чем дольше мы вместе, тем тяжелее расставание.

— Сгруппируйся! — крикнула Лора, за секунду до того, как нам в зад въехал огромный грузовик.

А следом с двух сторон нас зажали еще два таких же.

— Зараза! — устало выругался Звездочет. — Кажется, у нас проблемы.

— Кто посмел⁈ — запищал Валера, размахивая крыльями.

Я вздохнул. А ведь мы почти улетели…

От автора: Ничего не говорю) Вы и сами все знаете!

Глава 7

Опасная ситуация на дороге

Чем хороша работа в команде с настоящим профессионалом? Не надо заранее обговаривать план действий. Мы оба могли положиться друг на друга. Да и у Алефтина Генриховича опыта в разы больше.

Проблема в нашем водителе. Он не маг. А машины и не думали останавливаться.

— Я спасу его, — крикнул я, стараясь перекричать скрежет металла.

— Давай! — отозвался замдиректора и выбил бронированный люк в потолке. В салон тут же проник ветер, сдув бедного голубя с сиденья. Звездочет вылез на крышу.

Я же отпустил Болванчика, и они с Лорой показали мне всю ситуацию. А она была куда интереснее, чем казалось на первый взгляд.

Две фуры по бокам, одна сзади. И с десяток легковых тачек. Впереди тоже фура с большим прицепом, но она еще не зажала нас как в капкане.

Лора показала, что во всех грузовых машинах прячутся два десятка вооруженных солдат, оснащенных пулями с красным песком. Дорого, даже очень. Стенки прицепов напичканы неплохими блокирующими артефактами, так что ни я, ни Звездочет не могли пользоваться магией. Плюс обеспечена еще куча побочных эффектов: от головокружения до тошноты.

Но самое опасное ждало в прицепе впереди — огромная шестиствольная турель, предназначенная против танков и самолетов.

Видимо, заказчики решили действовать наверняка. Такая пушка не оставит от нас не только мокрого места, а даже намека на него.

— Лора, точка и время столкновения? И выведи мне изображение! — приказал я помощнице, пока перелезал к водителю.

Бедолага, он хоть и был военным, но не знал, что делать в такой ситуации. Я, если честно, тоже с таким сталкивался впервые. Ладно, прорвемся. Куда деваться?

Одна деталь Болванчика показывала мне, что происходит вокруг. Остальные действовали рядом.

Управлять ими было тяжело. Нападавшие знали, что у меня есть питомец и подготовили нужный артефакт.

— Ах вы, скотины! — выругался я и приказал Болванчику пробить обшивку одной из машин и разобраться там со всеми.

Он вяло набрал скорость и, оставив небольшую вмятину в корпусе, отскочил как мяч.

Не вышло.

Звездочет, тем временем, успел забраться на один из грузовиков и медленно шел в сторону водителя. Было видно, как ему хреново от воздействия артефактов. Поистине гремучая смесь.

Это мне Лора предусмотрительно приглушила практически все болевые ощущения, а ему недоступна подобная роскошь. Хотя держался он молодцом.

Из кабины по очереди вылезли четверо бойцов. Забавно, но толку мало. Прицеп был не такой широкий, чтобы вся четверка могла разом атаковать Звездочета.

У них завязалась драка.

— Миша, сорок секунд до трейлера впереди! — напомнила Лора.

Пришлось разбить лобовое стекло. Тоже бронированное. Но мне помог все тот же Болванчик. Я использовал его как кастет, а он только дополнил удар ускорением.

Интересная задумка, надо почаще ей пользоваться.

— Вылезай! — крикнул я водиле.

Хорошо, что он быстро все понял и не стал медлить. Когда мы оказались на крыше, я встретил взгляд водителя фуры, которая подпирала нас сзади. Смотрит, ухмыляется. В салоне еще четверо. Думают, что бронированное стекло их спасет. Болваны.

— Ложись на живот и держись! — крикнул я на ухо водителю и побежал в сторону задней фуры. — Ну все, суки, молитесь!

Они продолжали скалиться, когда я забежал на капот, присел и без раздумий вмазал рукой с Болванчиком в стекло. Чуть-чуть перестарался и вывихнул палец. Херня. До свадьбы заживет.

А вот компании в салоне крышка. Мало того, что они были настолько уверены, что мне не удастся пробить стекло, особенно с первого раза. Так они даже не приготовили оружие. Вон, лежит в ногах.

Мое появление застало их врасплох. Все зажмурились от ветра и острых осколков стекла.

— Надеюсь, тут ты меня не подведешь, — прошептал я Болванчику и прыгнул с двух ног в водителя.

Почувствовав, как захрустели ребра, я подскочил и свернул ему шею.

Потом переключился на второго, который еще жмурился, но тянулся к оружию. Вот только я взял его первым. Четыре выстрела. Один в голову, второй тоже. Два трупа. С последним разобрался Болванчик — пробил ему черепушку, влетев через глаз.

Машина начала сбавлять ход.

Лора показала, что и тут в прицепе прячутся вооруженные люди. Эх, бедолаги, не повезло вам…

Я успел вылезти через лобовое стекло и перепрыгнул обратно на лимузин.

— Давай! — крикнул Болванчику.

Он уже был на руле. Резко вывернув его влево, всю громадину дернуло вбок, и она накренилась сперва на два колеса, а затем и вовсе перевернулась и начала крутиться. Все-таки скорость была приличной.

А теперь самое тяжелое.

Грузовик впереди уже подъехал вплотную и открыл двери.

— Еще десять секунд! — крикнула Лора.

— Эй, приятель, прыгай из машины! — толкнул я водителя. — Нет времени думать!

Бедолага с большими от страха глазами крутил головой и, сообразив, в какую сторону ему лучше падать, сиганул назад.

— Вот и умничка, — похвалил я его, наблюдая за перекошенным от ужаса лицом.

Конечно, я не дал бы ему разбиться. Внизу бедолагу ждал Болванчик, который с трудом поймал его и затормозил падение.

Ну да, Болванчик был слабее, чем обычно, и водила сломал руку. Легко отделался.

— Миша, контакт! — сообщила Лора.

Я повернулся в сторону впереди едущего прицепа.

Когда открыли огонь, мне пришлось сделать резкий рывок влево и забраться на фуру противоположную от Звездочета. Тут у меня случилась банальная ошибка всех героев боевиков. Я уронил ствол.

Лимузин тут же превратился решето и практически перестал существовать.

— Забери вещи и клинки! — крикнул я Болванчику, и он растворился в темноте.

Кстати, двоих Звездочет уже положил. Молодец. Вот только его бледно-синее лицо и полузакрытые глаза меня напрягли. Хотя бился он как лев.

— Они не будут палить по прицепам, — предугадала Лора дальнейшее развитие событий. — Тут система артефактов как электрическая цепь. Порвется одна, и сломается все. Тогда у вас появится магия.

— Вот значит как…

Тут и ко мне через кабину начали залезать солдаты.

— Э, а почему вас десять? — удивился и расстроился я. — У Звездочета меньше!

— А ты лицом не щелкай, они все равно больше, чем по двое не смогут сражаться, — напомнила Лора. — И помни, они думают, что ты ослаб от артефактов.

— Но я же и вправду ослаб!

— Ты посмотри на своего замдиректора! — хихикнула Лора.

И вправду. Еще чуть-чуть, и Звездочет потеряет сознание. Ну или мне так кажется.

У первых вылезших имелись стволы.

Ждать я не стал и побежал на них, когда первая пара наставила на меня оружие, я сделал подкат. Выбив одному колено, я перехватил ствол и расстрелял первую пару. Следующие поняли, что у меня появился огнестрел, и начали палить не глядя.

В этот раз я заблаговременно успел перекинуть автомат через плечо и прикрыться трупом, попутно доставая у него два магазина с красными пулями.

Ситуация патовая. Мне никак не снять стрелков. Тут и с другой стороны кабины показалась рука с автоматом и принялась палить. Действовали они грамотно: сначала один расстреливает магазин и уходит на перезарядку, а второй прикрывает. И так по кругу.

— Жди Болванчика, — сообщила Лора. — К сожалению, ваши вещи пропали, остались только мечи.

— Отлично! Расстояние?

— Сто сорок.

Пока я ждал, помог убить последнего соперника Звездочета.

А нет. Вон лезут еще. Увидели, как я в них целюсь, и спрятались в кабину.

Звездочет посмотрел на меня полузакрытыми глазами и показал жестом, что он идет в лобовую.

Я ответил, чтобы он подождал минуту. Тот согласился.

— Он либо знает, что делает, либо сумасшедший, — подметила Лора. — А вот и посылка.

Болванчик из последних сил пытался догнать грузовики, и, видимо, это увидели в фуре спереди. Так как бойцы боялись стрелять по прицепам, начали палить в моего питомца, которому и так было нелегко.

— Тупица, спрячься за кузов! — хлопнул я себя по лбу.

Но он меня понял и юркнул под защиту. Огонь прекратился. Видимо, люди в передней машине осознали, что турель им больше не понадобится, и принялись отодвигать ее.

Болванчик же, наконец, долетел до них.

Я выстрелил еще пару раз, не особо надеясь попасть по кому-нибудь. И вот мне в руки упали три клинка. Два моих и один замдиректора.

— Второй отнеси тому господину, — ткнул я пальцем в Звездочета.

Наконец у нас появились наши родовые мечи.

Свистом я окликнул Звездочета и принялся отсчитывать секунды на пальцах.

Три, два, один.

Звездочет подбежал на крышу и всадил клинок прямо через нее. Я прикрывал его из автомата, толкал тело перед собой и чувствовал, как пули с новой силой впивались в плоть.

Подгадав момент, кинул тело на вылезшую руку, а сам резко рванул к противоположной стороне кабины. И не ошибся. Рука со стволом тут же отлетела прочь. Схватившись за обрубок, я резко дернул и выкинул солдата из кабины в дорожное ограждение. А сам прыгнул в дыру, из которой выглядывал враг.

— Здарова, парни, ох и душно тут у вас! — и насадил сразу две головы на клинок.

Водила успел увернуться и начал вилять, создавая болтанку.

— Нажми на этот переключатель! — крикнула Лора, подсвечивая его. Я без раздумий сделал, что она просила.

Что-то затрещало и загромыхало.

— Ублюдок, мать твою! Ты что сделал⁈ — в ужасе завопил водитель.

— Что? — удивился я, но Лора ответила раньше.

— Ты отсоединил прицеп, — она довольная появилась рядом, сидя у окошка и закинув ноги на панель.

Ну вот и силы начали приходить. От соседнего трейлера тоже нехило так фонило, но чуть-чуть стало лучше.

Водила попытался прицелиться в меня, но я отмахнулся от пистолета, выбив его из руки.

— Так, страшный убийца, скажи-ка мне, кто вас нанял? — и приставил детальку Болванчика к его рту, как будто хотел взять интервью.

— Да пошел ты! Если ты меня убьешь, мы на такой скорости оба не выживем, — завопил он.

— Почему? — удивился я. — Мне надо просто не дать выкрутить тебе руль. — И подтверждая свои слова, схватил баранку.

Бедный наемник дернулся и, поняв, что его план полная шляпа, решил выпрыгнуть. Вот только кто же ему даст?

— Я тебе сейчас глаз выколю, если будешь дергаться! — максимально страшно зарычал я на него. — С одним вести машину можно.

Видимо, сработало.

— Это жена, жена Дирижера! — смирившись со своей участью, признался он.

— Вот и умница, — похлопал я его по голове и решил посмотреть, что там у Звездочета. А у него все весьма неплохо. Он сидел в машине и добивал водителя об руль. Кровь забрызгала весь салон.

— Лора, отсоедини и у него прицеп, — попросил я.

Она взяла под контроль Болванчика, залетела в кабину соседней машины и выбросила прицеп.

Оставшись без тягача, он зарылся носом в асфальт и перевернулся. Бедные парни внутри. Так и не поняли, как погибли. Хотя, возможно, парочка и выживет.

И тут повеселевший Звездочет посмотрел в окно и показал мне большой палец. Мы поняли друг друга. К нам вернулись силы.

Люди в прицепе впереди решили, что уже нет смысла аккуратничать. Вот только опять доставать турель чревато последствиями, поэтому они открыли по нам огонь из автоматов.

Я же глянул на замдиректора. А этот боевой дед неплох. Даже пришлось замедлить время, чтобы разглядеть все его движения.

Пули практически долетели до кабины, когда Звездочет превратился в пучок света, и через мгновение оказался на крыше. Затем белая линия прочертила полосу до впереди идущей машины и влетела в прицеп.

Помелькав тут да там, он просто пролетел через каждый автомобиль сопровождения. А потом яркий луч вспыхнул у меня в кабине. Пришлось моргнуть и убрать замедление. Когда я открыл глаза, рядом сидел Звездочет.

Машина впереди вильнула в сторону, врезалась в отбойник и перевернулась. За ней, как новогодние петарды, начали по цепочке взрываться и легковые машины.

— Гони! — зарычал Звездочет.

Мы протаранили горящую фуру и поехали дальше.

— Еще сюрпризы будут? — спросил я у водителя.

— Н-нет, — запинаясь, ответил он.

— Парень, тебе выпал поистине счастливый билет — жизнь! — я заблаговременно выкинул лишнее оружие из кабины и высосал энергию кристаллов из боеприпасов.

— Если хочешь подольше пожить, рассказывай, кто тебя нанял, — зарычал Звездочет, приставив указательный палец с пучком света на конце к голове водителя.

— Успокойтесь! — Я опустил его руку. — Он уже рассказал. Их наняла жена Дирижера.

— Да ладно? — он резко изменился в лице и просто заржал в голос.

— Вот так теряют хороших бойцов, — прокомментировала этот странный приступ смеха Лора.

Когда же он закончил веселиться, то принялся объяснять.

— Вот уж не думал, что эта особа так глупа.

— Думаю, стоит доверить дело Дзержинскому.

— Согласен, — улыбнулся Звездочет, вытирая кровь с усов.

Он лично позвонил Феликсу Эдмундовичу и рассказал о ситуации. Коротко, четко, все по делу.

Следователь заверил, что когда мы подъедем к вокзалу, нас встретят.

Собственно, так и произошло.

Надо было видеть лица прохожих, когда ко входу подъехала фура. Вся изрешеченная пулями, с дымящимся двигателем, двумя залитыми кровью пассажирами и бледным как мел водителем.

К нам тут же подъехали три машины следственного комитета и неизменный помощник следователя Кожедуб.

Он окинул нас оценивающим взглядом, но ничего не сказал. Я передал водителя в руки правосудия, а Звездочет сунулся к ларьку с сигаретами.

— Перенервничали? — поинтересовался я, когда мы проводили кортеж следаков.

— Да скажешь тоже, — махнул Звездочет рукой. — Просто вспомнил молодость. Не думал, что у них найдутся настолько сильные артефакты, чтобы подавить даже мою магию… — он странно посмотрел на меня. — Хотя, судя по тебе, ты не особо и пострадал.

— Что вы, мне было так хреново, я чуть сознание не потерял. Спасибо моему питомцу. Очень выручил.

От Болванчика исходили флюиды радости. Он сегодня был главной звездой.

— Да, должен сказать, без него, было бы труднее, — смотря на звезды, Звездочет одним вздохом выкурил полсигареты, выкинул бычок и направился ко входу на вокзал.

Тут и Валера примостился ко мне на плечо.

— Верный ход, король! — похвалил я голубя. — Правильно оценил ситуацию.

— Как и всегда, — кивнул он. — Вот только не привык я как какой-то слабак оставаться в стороне и наблюдать, как сражаются остальные. Что за шутка вселенной⁈

Мимо проходил мужчина и странно покосился на голубя.

— Кстати, Миша, — понизил голос Валера. — Я так понимаю, этот мужлан не знает о твоей истинной силе?

— А зачем ему знать? Чтобы было больше проблем? Пусть думает, что я превозмогал, — улыбнулся я. — Все-таки у меня за это награда есть.

Мы прошли прямо на взлетную площадку Дирижабля. Так как мы были все грязные от крови, все, включая охрану, косилась на нас, но при виде родовых колец и цветов браслетов не вмешивались.

Когда же мы зашли на борт, оказалось, что Звездочет снял VIP-каюту. Тут были две больших комнаты с отдельными санузлами, гостиная с выходом на балкон, а также, судя по описанию, которое я успел прочитать, личный официант и слуга.

— Ого, на широкую ногу живете, Алефтин Генрихович, — хмыкнул я.

— Мне кажется, ты заслужил немного комфорта, Кузнецов. Особенно за Ма… Маленькую помощь по дороге сюда.

Вот ведь старый жук! Выкрутился.

Дирижабль слабо задрожал и начал взлетать.

Мы приняли душ, заказали еду и, наконец, смогли расслабиться.

— Советую тебе отдохнуть, Михаил, — вдруг сказал замдиректора. — Впереди тебя ждут серьезные испытания.

— Вы об Универсиаде?

— Ага, — кивнул он.

— Все настолько серьезно? — удивился я.

— Конечно, — он немного помолчал, раздумывая, продолжать или нет, затем наклонился чуть ближе, как будто нас могли услышать. — То, что я тебе сейчас скажу, не должен узнать ни один человек до начала Универсиады. Хорошо?

Я кивнул.

— В этом году уберут запрет на убийства.

От автора: Друзья, кинул ознакомительный фрагмент новой книги. Кому не сложно, прочитайте, дайте обратную связь https://author.today/work/311389

Глава 8

Птичка в клетке

Поездка с замдиректора стала для меня тем еще удовольствием. Оказалось, Звездочет любил петь в душе. Его «импровизации» я слышал даже в гостиной.

Из-за нападения на трассе, он теперь не отходил от меня ни на шаг. Ради разнообразия я захотел прогуляться до ресторана. Звездочет и туда за мной увязался, хотя Лора просканировала все, что можно.

Однако собеседником он оказался довольно интересным, хотя и любил поскрытничать. Про Марусю он ни в какую не раскалывался, загадочно потирая усы.

В каюте мы в основном играли в карты. Оказалось, у некоторых игр правила отличаются, и это было для меня маленьким открытием. Лора пару раз шепнула, что Звездочет пытается мухлевать.

Наутро из следственного комитета позвонил Дзержинский и сообщил, что бедную вдовушку поймали. Пока она в статусе подозреваемой, но в ее телефоне нашли номер одного из убитых на трассе боевиков. Еще они проследили кому и куда она отправляла деньги. В итоге Феликс Эдмундович сказал, что долго церемониться с ней не будут. И если я простил ей фокус с деньгами, то на этот раз никто глаза не закроет. Пойдет по статье и за махинации, и за покушение на убийство.

— Волнуешься? — спросила Лора, когда я лежал у себя в комнате. Она сидела за маленьким письменным столом, закинув ногу на ногу. — Можешь не отвечать. Вижу, что волнуешься.

— Отмена запрета на убийство… — проговорил я вслух, смакуя неожиданную новость. — Но зачем?

— Кто знает? — пожала плечами Лора. — Но у организаторов странное чувство юмора.

— Только никто не смеется. Разве турнир не для того, чтобы выявить лучших магов?

— Он самый.

— И к тому же на Универсиаду и так отобрались сильные ребята. К чему давать повод уничтожать кого-то из них? Кто вообще придумывает такие правила? Как им в голову пришла подобная мысль?

— Разве не Ермакова? — предположила Лора.

— Да, но единолично такое она бы не сделала. Наверняка есть совет, где они все обсудили.

— А что тебе мешает спросить у Звездочета?

— Можно попробовать, — согласился я. — Кстати, думаешь, сейчас у Музыкантов идет что-то типа внутренней корпоративной войны?

— Конечно, такое вакантное место освободилось! — улыбнулась Лора, выводя в воздухе карьерную лестницу с пустым пространством на вершине.

Интересно, а сколько вообще Музыкантов осталось в живых? Похоже, у них творилось что-то крупное, но это лишь мои догадки.

В конечном счете, надо разобраться со всеми, чтобы эта зараза опять не начала разрастаться по Широково.

Позже позвонила Надя, отчиталась о проделанной работе и удивилась, как я так быстро все посчитал, лишь раз взглянув на бумаги. Сославшись на свои невероятные умственные способности, я попросил узнать у Островского про участие Данилы в гонках. Парень заслужил это право. Надя пообещала, что поможет, и мы распрощались.

— А где самый сильный член моей команды? — удивился я, не замечая рядом голубя. Да и вообще с самого утра он куда-то запропостился.

Болванчик выскользнул из каюты и разлетелся по углам, сканируя помещения через Лору.

В итоге мы нашли бедолагу. Запертым в клетке.

— А какого хрена, я не понял⁈ — вскочил я с кровати. Какой-то смельчак поймал мою птицу⁈

Вылетев в гостиную, я увидел задремавшего Звездочета в кресле. На груди книжка Ильфа и Петрова «Бендер в Рио».

Выйдя из каюты, я направился в сторону ресторана и, не доходя до него, спустился вниз и прошел через смотровую площадку в класс «люкс». Тут тоже были дорогие номера, но куда скромнее, чем наши.

Остановился я у одной из кают посреди коридора, и тут же услышал знакомый писк. Неизвестно откуда Валера нахватался таких «земных» выражений, но матом он крыл знатно.

— Ублюдки, отпустите! — пищал Валера. — Вы не представляете, что я с вами могу сделать! Эй ты, тварь! На меня смотри! Я КОРОЛЬ!

— Какая интересная находка… — еле слышно произнесли мужским голосом. — Говорящий голубь. Ты когда-нибудь встречал такого?

— Нет! Он, наверное, стоит бешеных денег! — ответил сосед. — Слушай, Денис, а ты не думаешь, что у него есть хозяин? Вряд ли голубь оказался тут случайно. Да еще и говорящий.

— Ясен пень, что он чей-то, но не все ли равно?

— Какой хозяин? Ну-ка повтори! У меня никогда не было хозяина! Я сам себе господин, которому повиновались миллионы! — продолжал истерить Валера.

— Подумают, что улетел, — ответил Денис.

— А если будут искать? — продолжал очковать его дружок.

— Ой, Семен, хватит бояться! Я знаю одно усыпляющее заклинание, чтобы птица не орала. Вынесем ее по тихому, никто проверять не будет. А в Красноярске мы только проездом.

Ладно, я наслушался достаточно. Пора вырвать товарища из рук хрен пойми кого.

Постучавшись, я стал ждать. За дверью началась новая порция возни.

— Если вы меня не отпустите, я глотки вам перегрызу! — бушевал Валера.

— Заткни голубя, а я разберусь! — зашипел Денис.

— Как я его заткну?

— Еб***мать, Семен! Просто заткни ему рот и сиди тихо!

Я постучал чуть настойчивее, а то уж слишком долго они возились.

Наконец, дверь распахнулась. На пороге стоял тот самый Денис. В меру упитанный парень в спортивном костюме, на полголовы выше меня, с короткой стрижкой и широко посаженными глазами. Судя по кольцу на пальце, аристократ. Но кто именно, непонятно. Да и мне не особо интересно изучать его родословную.

Второго не видать. Возможно, он спрятался с голубем в туалете!

Парень оглядел меня с ног до головы и, похоже, решил, что я не особо и грозен. Приподнял бровь и спросил:

— Ты чего долбишься? Вообще уже?

— Во-первых, добрый день! — попытался я настроить его на вежливый лад.

Денис на секунду впал в ступор.

— Во-вторых, меня зовут Михаил Кузнецов, вы не видели тут белого голубя? — сохраняя спокойствие, спросил я.

На лице этого упитанного молодого человека не дрогнула ни одна мышца.

— Нет, — торопливо покачал он головой. — Какие голуби на дирижабле, совсем больной?

Ага, даже не узнал меня. Значит, не местный. Удачно.

— Как вас зовут?

— Денис Угрюмов, — представился он. И даже титула не назвал.

— Вы уверены? Голубь белый и наверняка пролетал мимо вашей каюты, — не отводя от него взгляда, спрашивал я.

— Ты в чем-то меня подозреваешь? А? — начал наглеть он.

Решил, походу, что перед ним какой-то тюфяк. Положил руку мне на плечо и с силой сжал.

— Миша, ты уверен, что хочешь тратить время на этих отрицательно умных людей? — вздохнула Лора.

— И то верно.

Увы, Угрюмов не получил нужного эффекта от демонстрации силы.

— Ладно, приятель! — не выдержал я. — Мой голубь у вас. Хватит ломать комедию.

— У нас нет никакого голубя! — повысил голос Денис и вышел вперед.

— Вызовем охрану? — предложил я, когда парень собрался вытолкнуть меня в коридор.

— Ха, вызывай! Только нам проще убить птицу и выкинуть в окно.

А вот это уже перебор!

— Значит она у вас, — вздохнул я и ударил его в живот.

Парень согнулся пополам, и я прошел в их каюту.

Воняло грязными носками. Неприятно. Кругом разбросаны вещи, хотя мы летим всего около суток.

— Вы бы хоть проветривали… — сказал я скорчившемуся от боли Денису.

Второй парень прекрасно слышал наш разговор, вот только вряд ли он понял, почему мы замолчали.

— Ну что там, Денис? Он ушел? — раздался встревоженный крик из туалета.

Я резко открыл дверь и заглянул внутрь. На унитазе с голубем в руках засел Семен — парнишка примерно такой же комплекции, как и его дружок. На лицо почти один к одному.

— Ха, братья что ли? — подметила Лора.

— Добрый день, вы, кажется Семен? — спокойно спросил я. — Надеюсь, вы чуть умнее Дениса, — и кивнул на птицу в его руках. — Буду признателен, если вы отпустите моего питомца.

— Брат⁈ — крикнул Семен.

— Я же говорила, — хихикнула Лора.

А этот гад все сидит и ждет подмоги со стороны своего родственника!

— Ты меня плохо слышишь? — я подошел ближе. — Положь птичку!

— Что с братом? — он встал с унитаза и начал выглядывать через плечо.

— Сема, — зарычал Денис, держась за живот. — Сверни ты этой птице голову! Он ударил меня!

Дальше действовать пришлось быстро. Руки Семена начали сжимать Валеру. Я схватил парня за запястья, влив энергию в мышцы, и тут же почувствовал, как затрещали его кости.

— Сема, тебе оно надо? — тихо сказал я. — Отпусти птицу, и твои руки будут целы, брат тоже не пострадает. Я уйду и забуду про вас.

У меня не было надежд на то, что до него дойдет голос разума. Легче просто раздавить ему руки, вырубить или действовать через Болванчика. Но я решил дать еще один шанс.

— Отпусти, — корчась от боли, простонал парень. — Больно!

— Сперва птицу!

Он с трудом разжал пальцы, и злобный Валера сначала со всей силы клюнул Семена в лоб, а затем вырвал ему несколько ресниц. Я даже испугался, как бы он ему еще и глаз не выколол, но обошлось.

— Ублюдки чертовы! — запищал Валера. — Знаете, что я с вами сделаю⁈

И он затянул монолог о том, в каких адских муках они будут умирать. Парочку предложений я даже запомнил.

— Отпусти уже меня! — взмолился парень.

Упс. Забыл, что держу его. Заслушался.

— Ну, господа, всем спасибо, все свободны! — вздохнул я, выходя из туалета.

Но, походу, у Дениса были другие планы. Он закрыл мне выход с мечом наперевес, направив острие мне в грудь.

Я даже улыбнулся.

— Ого, убьешь меня? А куда денешь труп? — рассматривая клинок, усмехнулся я. Лора сделала быстрый анализ и сообщила, что это обычный декоративный родовой меч. Не боевой. Но мой оппонент решил, что я тут же испугаюсь?

— Выкину в окно, — ответил парень.

Хватило пары деталек Болванчика, которые с двух сторон ударили по клинку, чтобы он треснул надвое.

— Ты думал напугать меня бутафорией? — приподнял я бровь.

— Да убей ты уже его! — зашипел мне в левое ухо Валера.

— Осуждаю, — шепнула в правое Лора.

Тут не было ничего забавного. Меня эта ситуация веселила, пока они не попытались раздавить голубя.

А почему? Потому что им стало обидно? Не захотели признавать поражение? Или просто тупицы?

Я не хотел это выяснять.

Денис попытался меня ударить, но опять получил кулаком в живот. В этот раз сильнее. Я предусмотрительно отошел в сторону. Содержимое его желудка тут же оказалось на полу, и в помещении от души завоняло.

— Ну все, тут оставаться больше нельзя, — бросил я и вышел в коридор.

Надеюсь, они поймут, что они поступили очень некрасиво.

Мы поднялись с Валерой в смотровую, где открывался шикарный вид на леса.

— Как ты? — глядя вдаль, спросил я у птицы.

— Спасибо, — тихо сказал Валера. — Бесит все! Это тело настолько беспомощное! Сомневаюсь, что есть кто-то еще слабее.

— Забыл про насекомых⁈

Валера шутки не оценил.

— Мне нужно новое тело!

— И где я тебе его возьму? — развел я руками. — Ты думаешь, это так просто? Переселить душу в новое тело?

Он не ответил, явно о чем-то размышляя.

Мы стояли и смотрели, как под бортом проплывают нескончаемые леса, мелкие озера, поля. Все-таки как же красиво. В моем мире лесной массив бы уже вырубили и толкнули за рубеж.

Здесь такой нужды в древесине не имелось. Да, лес вырубался для строительства домов и производства бумаги. Но уже нет необходимости использовать древесину как топливо. Все заменили кристаллы. От этого вырубка снизилась в разы, и природа расцвела.

— Есть способ, — вырвал меня из мыслей голос Валеры. — Так же, как я попал в это тело…

— Только этот способ не особо действенный, судя по тому, в кого тебя пересилило, — подметил я.

— Ты прав. Я научу тебя этому заклинанию. Ты справишься, нет никаких сомнений, — сказал Валера.

— Но?

— Но сначала надо решить проблему переселения, чтобы не оказаться в следующий раз непонятно где, и непонятно в каком теле, — сказал голубь. — И, конечно же, мне нужно само тело!

— Думаешь, кто-то захочет стать добровольцем?

На это он только рассмеялся. И выглядело это забавно. Маленький голубь, сидя у меня на плече, задрав голову тихо пищит. Вокруг были люди, и они с любопытством поглядывали в мою сторону. Нам пришлось отойти подальше.

— Мне ваши слабенькие тельца ни к чему! — наконец выпалил Валера. — Всего две руки и две ноги, что за чушь⁈

— А как ты выглядел, опиши?

Тут он в красках начал рассказывать каждую деталь своего прежнего тела, не забывая похвалиться при удобном случае. Через минут пятнадцать красочных описаний бугров стальных мышц, сверкающей кожи, а также факта, что любая женщина его расы готова была душу продать, чтобы провести с ним одну ночь, я примерно понял, как в прошлой жизни выглядел Валера.

Вот только судя по размерам, он был трехметровым многоруким чудовищем с четырьмя глазами… Настоящая машина для убийств, которая обладала магией куда более могущественной, чем у Есенина.

— И где же я найду тебе такое тело, скажи на милость? — удивился я.

— Вот и я не знаю, — развел крыльями голубь. — Такого тела больше нет во вселенной.

— Ладно, не ссы, что-нибудь придумаем, — подбодрил я его и потрепал по грудке. — Пошли в каюту, а то замдиректора проснется и будет нервничать…

— КХМ! — раздалось сзади.

Ну вот, не получилось вернуться незамеченным…

— Михаил, а почему ты не разбудил меня? — недовольно спросил Звездочет.

— Тут такое дело, Алефтин Генрихович, — виновато почесав затылок, улыбнулся я.

Видимо, зря я это сказал. Его суровое лицо резко побледнело.

— Что⁈ — он схватил меня за плечи. — Кузнецов, что ты сделал? Сломал двигатель? Убил командира? Весь экипаж? Говори!

— Да ничего такого. Просто Валерчика похитили двое аристократов, и я ходил его вызволять.

— Ты их убил? — еще чуть-чуть, и Звездочета бы хватил нервный тик.

— Конечно, нет, за кого вы меня принимаете⁈ — вырвался я из захвата. — Я просто забрал птицу.

— Он размотал их, как щенков! — пискнул Валера.

— Кузнецов!

— Да все нормально, не переживайте. Все живы и здоровы! — замахал я руками.

— Быстро в каюту, мы скоро сядем! — зашипел Звездочет. — Больше ни шагу без моего ведома!

Мы пошли готовиться к приземлению.

* * *

Каюта класса «люкс».

Это же время

— Денис, как ты? — встревоженно спросил Семен, глядя, как его брат с трудом подползает к креслу. — Может, вызвать охрану?

— Болван, какая охрана⁈ — он хотел дать ему подзатыльник, но тело ломило от боли.

Семен сел рядом, налил стакан воды и дал попить брату, придерживая его за локоть.

— Давай сходим к врачу в Красноярске?

— Нет, я залечу все сам! — отмахнулся Денис. — А вот с этим пацаном мы разберемся. Есть у меня знакомые в городе. Отец сунул номерок и сказал — звоните, если будут проблемы.

Он достал мобильник.

Поначалу трубку долго не брали, и когда Денис уже хотел отключиться, раздался голос:

— Слушаю.

— Здравствуйте, мне ваш номер дал отец… — и Денис принялся вываливать ситуацию от начала до конца и со всеми подробностями. Не стал говорить лишь одного — как его вырубили одним ударом и сломали меч. Да и вообще проиграл он потому, что споткнулся, и еще солнце в глаза било.

— Ясно, — ответил мужчина на том конце провода. Спокойный, даже расслабленный тон. — И что вы хотите?

— Я хочу, чтобы вы разобрались с этим пассажиром! Он представился Михаилом Кузнецовым.

— Кузнецовым, говоришь? — хмыкнули в трубке. — Занятно… Что ты имеешь в виду под словом «разобраться»?

— Как что? Я позвоню отцу, и он перечислит деньги куда надо! Отец очень богат. И он сказал, что уже достаточно долго с вами работает.

— Парень, не тяни время! — раздраженно сказал мужчина. Денис понял, что с ним лучше не затягивать.

— Я хочу, чтобы вы убили этого Кузнецова!

— А ты знаешь, кто он такой?

— Да мне насрать, кто он такой!

— И все из-за одной говорящей птицы?

— Наплевать на птицу, он унизил меня и моего брата! И должен понести наказание!

— Ты так и не представился?

— Да Денис я. Денис Угрюмов!

— Что ж, Денис Угрюмов, будем знакомы. Я Феликс Эдмундович Дзержинский. Следователь по делам аристократов.

Денис убрал трубку от уха и посмотрел на абонента. «Дирижер». Он не мог ошибиться.

— Это шутка?

— Да, Денис, шутка, — хмыкнул мужчина. — У тебя час до приземления, чтобы посмеяться. Дальше уже не получится.

Глава 9

Не царское это дело

Императорский кремлевский дворец.

Москва

По пустым залам разносился цокот женских каблучков. Екатерина Петровна немного не выспалась, но в целом чувствовала себя хорошо. До поздней ночи она ворочалась в кровати. Было то холодно, то жарко. Ей не нравилась такая погода, влажная и душная.

Поэтому она встала пораньше, чтобы два придворных парикмахера выпрямили ей волосы, а на это обычно уходило много времени.

Облачившись в легкое платье, она позавтракала, как всегда одна, и пошла на встречу к папе. У него был к ней разговор, который, по его словам, ну никак нельзя обсуждать по телефону. Хотя Катя догадывалась, что он хочет просто послушать последние новости.

Раньше отец сам заглядывал к ней в крыло, и они подолгу болтали о всяком, гуляя по внутреннему парку.

Сейчас же, пока брат пропадал где-то в районе экватора, а сестра колесила по Японии, отец был весь в делах. Из ее крыла виднелось окно его кабинета, и Катя часто замечала, что свет горит там глубоко за полночь.

Пересекая пустой тронный зал, она всегда держалась ближе к окнам, которые выходили в парк, где расцветали пионы и ирисы.

Подойдя к большим позолоченным воротам в конце зала, она приложила специальную ключ-карту к морде орла на постаменте. Такие ключи имелись только у королевской семьи и у двух дворецких.

Двери бесшумно распахнулись, и Катя вошла в личные покои отца. Точнее в длинный коридор, который еще предстояло преодолеть. По красной ковровой дорожке она любила бегать в детстве босиком. На стенах висели десятки дорогих картин, добытых из Диких Зон. Они считались настолько редкими, что не каждый оценщик вообще знал, что такие полотна могут существовать. Эх, ведали бы они, что еще находили помимо них… Но это малая часть тайн, в которые отец удосужился ее посвятить.

Катя знала, что всех секретов ей никто не расскажет, о том ведал один отец. Ну может еще и брат… Собственно, он и доставал большинство из них.

Подойдя к очередной позолоченной двери, чуть поменьше, царевна еще раз приложила ключ-карту к морде орла и вошла в небольшой коридорчик. Там ее встретила третья дверь, но куда скромнее.

Катя подняла руку, чтобы постучаться.

— Входи, Катенька! — раздалось с той стороны.

Просторное солнечное помещение с высокими потолками и огромной люстрой в центре. В углу небольшой продавленный старый кожаный диван, на котором ее отец любил отдыхать. Ему часто предлагали обновить эту рухлядь, а он отмахивался и говорил, что только на нем у него не болит спина.

Рядом с диваном располагалась библиотека. Там была куча книг в единственном экземпляре. Отец не разрешал дочери их читать, мол, она еще маленькая.

В центре огромной комнаты стоял не менее огромный стол. Сколько Катя себя помнила, он всегда был чистым, никаких лишних бумажек. Отец вообще любил порядок, и требовал от других того же. Это у него еще с детства.

Рядом расположился стеклянный шкаф с отцовским мечом. Его тоже нельзя трогать. Вообще никому.

А за столом восседал сам Император. Монументальный мужчина. На вид лет пятьдесят. С суровым взглядом, острыми усами и шрамом, проходящим через левую бровь.

Волосы были молочно-белые, и он не скрывал седину подкрашиваниями и прочими уловками, как это делают многие его заместители во дворце. Стрижкой он тоже пренебрегал, и волосы у него разрослись практически до пояса, так что ему приходилось стягивать их в пучок на затылке. Объяснял он свою странность старой приметой. Мол, в волосах вся сила.

Только Кате отец разрешал их причесывать, чем она всегда гордилась и хвасталась старшей сестре.

Даже по одному взгляду было видно, что Император не пренебрегал ежедневными тренировками. Ростом он был под два метра и всегда смотрел на своих подданных сверху вниз, что делало эффект его всемогущества еще сильнее.

Сейчас он сидел с расстегнутой верхней пуговицей на рубашке, жилет висел на спинке кресла. В руках Император держал очередные бумаги, про которые Кате даже знать не хотелось. Отец был задумчив и не особо весел.

— Опять не спал всю ночь⁈ — увидев слегка помятый вид отца, возмутилась Катя.

Только она могла говорить с Императором в таком тоне. А он и не против.

— Спал, — тут же поднял он голову, и дочь заметила, как два темных синяка под его глазами быстро рассасываются. — Вот буквально полчаса как тут.

— Ага-ага, — не стала спорить Катя.

Она обошла длинный стол, что заняло у нее немного времени, и села на широкий подлокотник.

— Ой, а что с волосами? — увидев колтуны, Катя открыла один из многочисленных ящиков стола и достала позолоченную расческу. — Ну-ка сядь ровно.

Великий Император выпрямил широкую спину и повернулся к дочери.

Катя сняла резинку и распустила его белые волосы. Как же она завидовала отцу за то, что они у него такие густые и шелковистые! И приступила к расчесыванию.

— Ну, как у тебя дела? — спросил отец.

— Да все потихоньку, — наигранно вздохнула Катя. — Представляешь, недавно встретила Алексея Октябриновича, он так хорошо выглядит! Сколько мы не виделись? Пару лет уж точно.

— Год, — улыбнулся отец. Он знал все, что связано с его дочкой.

— Ну год, — фыркнула Катя. — Это на открытии салона военной техники.

— И как там? Кто был?

— Ой да все! Дядя Сережа, Дядя Коля, твой тезка, Дядя Саша… Можно я не буду всех перечислять? Потом еще Саша Есенин пришел.

— Надо же! — удивился Император. — Мы с его отцом недавно говорили, он сам собирался приехать.

— Вот так, — пожала она плечами.

— Что еще там было интересного? — не унимался Император.

— Папа, я тебя как облупленного знаю, говори прямо!

— Газеты писали, что кто-то там войну кому-то объявил… — слукавил он.

Всю информацию он получил задолго, как в печать ушли газеты с этой историей. Император должен знать все и желательно раньше всех.

— Да, был там один молодой парень. Барон Кузнецов, — начала рассказывать Катя. — Объявил войну графу…

— Графу?..

— Да. И в этот же вечер его убил, представляешь?

— Ничего себе. Как говоришь его фамилия? Кузнецов? — Император сделал вид, что забыл.

— Да. Учится в КИИМе, — кивнула Катя.

Она закончила расчесывать волосы, заплела их и зафиксировала резинкой.

— Ох, ты просто чудо, чтобы я без тебя делал? — поблагодарил ее Император. — Кстати, на счет КИИМа, — он отложил тот документ, который до этого изучал, и взял другой со стола. — Тут на днях ко мне приезжал Алексей Максимович, как всегда, поиграть в шахматы. Пригласил представителя царской семьи на открытие Универсиады, как раз у него в институте.

— Ой, в Широково? А можно я…

— Нет! — твердо сказал отец, и его голос прогремел по всему кабинету, напоминая, насколько он силен.

— Но я же не сказала, что хочу! — скрестила она руки на груди. — Вечно ты перебиваешь!

— Ты хочешь в Дикую Зону? Не так ли? — прищурился он. — Тебе напомнить, что было в прошлый раз?

— Да я же извинилась! Ну кто же знал, что монголы зайдут так глубоко, да еще и нападут? — всплеснула она руками.

— А разгребал потом это все я, — Император улыбнулся, вспоминая, как чуть не открутил голову одному из генералов Великого Хана, и как быстро он убегал. — Это ж надо, убить трех монгольских великих архимагов…

— Я нечаянно, — только и ответила Катя. — Но этот раз я не далеко, до «Скарабеев». Говорят, инженеры что-то новое придумали. Просто хочу посмотреть.

Император встал с кресла и прошелся по комнате, раздумывая над словами младшей дочери. Сначала он посмотрел в окно, потом направился в другой конец кабинета и лег на свой продавленный диван.

— До «Скарабеев» говоришь?

— Да, обещаю! Так хочу мечом помахать! — она села на краешек дивана. — Ну па-а-а-а-ап!

— Ладно… — сдался отец не в силах отказать любимой дочке.

— А можно я побуду там до конца Универсиады?

— Как раз хотел тебя об этом попросить, — улыбнулся он. — Кто знает, может, ты еще раз будешь награждать этого… — он пощелкал пальцами, делая вид, как будто опять забыл фамилию.

— Кузнецов.

— Да, его, — кивнул отец. — Может, ты еще раз его наградишь за победу.

— Ой, да там такие ребята… Церковь приехала со своими инквизиторами, из Питера команда сильная, — начала она размышлять, хотя уже в мыслях представляла, что будет говорить барону Кузнецову, вручая ему главный приз.

— Ну вот ты посмотришь и скажешь мне потом, — улыбнулся отец. — Кстати, она начинается завтра.

— Кто?

— Универсиада.

— Ой! Мне же надо собираться! Дашь своего «Стрижа»? — спросила Катя.

— Да ладно, бери уж «Гусыню», — махнул рукой отец, предлагая ей один из самых скоростных и комфортных самолетов в Империи, а возможно и во всем мире. Этот аппарат обладал вертикальным взлетом, что очень удобно для путешествий в труднодоступные места, где нет посадочной полосы. Если Катя вылетит сейчас, то успеет в КИИМ к обеду… Хотя, учитывая разницу в часовых поясах, к ужину уж точно.

— Ого, — вскочила Катя. — Ты лучший! — и чмокнув отца в щеку, убежала собирать сумки.

Император подождал, пока младшая дочь закроет за собой обе двери, и только тогда встал с дивана.

Когда он проходил мимо шкафа, оружие слегка зазвенело от едва уловимой ауры силы.

Император Петр II сел обратно в кресло, взял документ, который просматривал до прихода Кати.

«Кузнецов Михаил Викторович», — значилось в верхнем углу бумаги.

— Хм… Неужели это твой внук, Володя… Неужели…

Он приложил перстень к одному из замков в столе. Открылся небольшой автоматический ящик, в котором лежала единственная папка с надписью.

«Род Кузнецовых»

Открыв папку, он положил туда бумагу со скудной информацией о потомке товарища Его Императорского Величества и задвинул ящик.

* * *

г. Красноярск.

Вечер

Остаток полета прошел без эксцессов. Еще бы, если над душой постоянно стоял Звездочет.

Когда мы приземлились в Красноярске, нас, как VIP-пассажиров, выпустили первыми.

Не успели мы добраться до вокзала, как в дирижабль пробежало несколько жандармов, чтобы арестовать кое-кого. Я не стал задерживаться, и мы с замдиректора пошли к ожидающей нас машине КИИМа.

— Красивый город, — подметил Валера, когда мы вышли на улицы. Он успел подняться повыше и оглядеться.

— Если честно, сам еще тут толком не был, — ответил я.

— Времени нет, Михаил, — напомнил нам о суровой реальности Звездочет.

Завтра начиналась Универсиада. Правда только церемония открытия. Сами сражения начнутся следующим утром, и меня еще останется время немного освежить в памяти боевые приемы, попрактиковаться магии и, чем черт не шутит, даже закрыть парочку метеоритов!

— Кстати, до окончания турнира тебе запрещено заходить в Дикую Зону, — мигом обрушил все мои планы Звездочет.

Мы проезжали вечерний город. Валера пялился в окошко и болтал, не переставая.

Тут я ощущал магические потоки куда лучше. Лора говорила, что восстановление энергии увеличивалось, и телу становилось легче.

— Лора, у Дирижера тут два дома, верно? Может, нам перенести основные силы сюда? — предложил я.

— А не хочешь поближе к Широково? Как на счет той деревни, которую они разворотили? Построим там особняк?

— Думаешь, мои люди сильно обрадуются, что я живу на костях их родственников? — перед глазами появились истощенные лица, когда мы доставали бедолаг из клеток.

— А что тебе мешает отступить на пару километров? — предложила она, выводя передо мной карту. — А это место сделаем памятником. Пусть все будет по-человечески.

— Это уже лучше. Надо подумать… Тогда дома в Красноярске будут гостевыми. Мало ли кто к нам нагрянет, да и я буду там отдыхать временами.

— План хорош! — кивнула Лора. — Кстати, нам ехать еще пару часов, может, позагораешь со мной? Вот и Посейдон заскочил?

— Привет, Михаил, — тут же я услышал голос Водяного.

Конечно, это Лора для красного словца. У меня оставался круглосуточный выход на питомца. Энергия то моя.

— Ну и как у вас там? — поинтересовался я.

— Тихо-мирно, — ответил Посейдон. — Никаких происшествий. Дети из деревни повадились бегать к нам купаться. Познакомились с Борей. Все рады.

— Приятно слышать, — я и правда радовался и за Посейдона, и за пацана.

Звездочет, тем временем, нашел общий язык с Валерой, и они о чем-то беседовали. Прислушавшись, я понял, что оба спорили из-за Маруси.

Меня начало клонить в сон, но Болванчик принялся сигнализировать об опасности.

И эта опасность грозила не нам, а тем, у кого находились другие детальки.

Я тут же переключился на картинку и увидел, как к дому Кувалды подъехали четыре машины с людьми явно бандитской наружности. У каждого в руках дубинки.

Ну хоть стволов нет на этот раз, и на том спасибо.

Они встали у дома и начали кричать на всю улицу. Нет, они звали не семью, которую защищал мой питомец, а владельца здания.

— Э! Кувалда! Спустись, побазарим! — кричал какой-то не особо спортивный мужик.

Ему никто не ответил.

— Что им нужно? — услышал я голос Авдотия. Он стоял у окна и выглядывал из-за занавески. Именно его деталька сейчас транслировала мне изображение с улицы.

— Может, они хотят забрать дом? — предложила его жена Марфа. Она держала в руках другую деталь. — Помнишь, тут кто-то хотел построить бордель под видом игорного клуба…

— Не знаю Марфа, — растерянно сказал Авдотий. — Надо что-то делать… Вызвать Жандармов?

— Да, хорошо! — кивнула она и начала набирать номер.

Я приказал детальке в руках у Авдотия вылететь на улицу и показать обстановку более подробно и с разных ракурсов.

— Ой, куда⁈ — удивился мужчина, когда его маленький защитник завибрировал и юркнул в вентиляцию.

— О, а это уже интересно… — хихикнула Лора. — Мужик веселый!

* * *

Дом Кувалды

Широково

Возвращаясь из магазина, Кувалда пребывал в тяжких думах. Денег в этом месяце вышло больше из-за нового арендатора, но так же появилось и много проблем. Он знал это не понаслышке. Как минимум, тот факт, что известный аристократ, который буквально пару дней назад мелькал по телевизору, снимает у него квартиру, уже довольно необычно. Но не его это дело.

Кувалду больше беспокоило то, что из-за победы в войне родов, о которой он прочитал сегодня в газете, этот барон стал на несколько десятков миллионов богаче, и теперь может позволить купить хоть целый район рядом с КИИМом. А значит, ему больше незачем платить за аренду в какой-то дыре.

Кувалда хотел напоследок закатить вечеринку в честь барона. Хотя и понимал, что он, скорее всего, откажется. Не пристало аристократам делить стол с простолюдинами. Да еще и с такими, как Кувалда.

Он не сдавал жилье в аренду, если понимал, что у арендатора нет денег даже на еду. Предоставлял квартиру в долг с условием, что жилец найдет работу, но с оплатой он не спешил. Пусть приведет свои дела в порядок, а потом уж заплатит. Естественно, таких людей Кувалда тщательно проверял на вшивость.

Кувалда всегда ремонтировал то, что ломалось. Но несмотря на его усилия, дом потихоньку приходил в негодность, и нынче Кувалда думал только о том, как бы сохранить людям жилье.

Из мыслей его вывела интересная картина перед домом. Четыре машины, шестнадцать человек. С битами и кастетами.

— Надо же, никак не сдадутся! — вздохнул он.

Мозг начал ускорять работу нейронов. Поставив пакет с покупками рядом с лавочкой, Кувалда принялся заходить браткам со спины.

Его способности позволяли отвлечь внимание, и никто не повернулся до того момента, когда Кувалда застыл прямо за спиной бандита с кастетами.

И тут пришло время вспомнить, почему его прозвали Кувалдой.

Он кашлянул, чтобы противник обернулся, и влепил кулаком в морду. Удар получился настолько сильным, что бандит перелетел через ограждение и упал лицом в клумбу. Нокаут.

— Эх, сила не та… — разминая плечи, проворчал Кувалда. — Думал, не попорчу растения.

— Это он! — закричал один из бандитов. Судя по манере держаться, местный командир. — Вали его! Хватит с ним цацкаться!

Оставшиеся пятнадцать человек побежали на него с дубинками. Но наброситься все разом они не успели. Первый размахнулся и со всей силы влепил битой в голову товарищу, затем другой начал пинать ногами впереди бегущего.

— Э! Ты чего творишь⁈ — разозлился он и вмазал в ответ.

До Кувалды добежали только четверо. Остальные каким-то неведомым образом начали драться друг с другом.

«Счастливчиков» Кувалда раскидал брутальными размашистыми ударами. По одному на каждого. Большего парни не выдерживали.

Разобравшись с четверкой, он не спеша подошел к участникам побоища, улыбнулся каким-то своим мыслям, закатал рукава и, облизнув кулаки, прыгнул в самую гущу.

От Автора: Думаю, тут вы сами догадаетесь, кто это.

Глава 10

Ты популярен, Кузнецов!

Интересный человек мой арендодатель. Что ни день, то открытие. Кувалда оказался не только ментальным магом, но и неплохим физиком, что большая редкость. Может, и мне такой человек пригодится в моей сумасшедшей семейке? Он в принципе неплохо впишется. Да и вообще, пока по нормальности первое место занимала Надя, потом шел Боря, хотя… Лора мне пару раз намекала, что у него какая-то довольно странная магия, которую она не может идентифицировать. А дальше уже, как говориться, кто на что горазд. Ну и почему бы не предложить ему сотрудничество? Никаких ограничений для Кувалды не будет. А судя по тому, как он улыбался, скучал старик по былым денькам, когда можно вдоволь помахать кулаками. И уж это я смогу ему обеспечить.

Но сейчас голова занята другим. Универсиадой и этими странными правилами. Еще мне ужасно хотелось увидеться с Машей. И визитом к ней я займусь сразу же.

Ох, а еще же надо посмотреть имущество Дирижера в Широково. А у него во владении была парочка интересных строений. Те же ангары на рынке и половина ларьков. Хитрый граф. Скупал по-тихому все, что касалось его дел.

А я все думал об отпуске. Уж очень хочется провести недельку в каком-нибудь отдаленном месте. Без людей, желательно с пляжем. Кто-то говорил, что в Японии хорошие курорты? Думаю, Маша в этом разбирается лучше меня, ну или Дима. Тот вообще ходячий справочник.

К Широково мы подъезжали уже вечером. Я отправил Маше СМС, не спит ли она. Кутузова ответила, что находится в институте. Завтра утром планируется инструктаж для всех участников и официальная часть. Следом мне пришла еще одна СМС от нее же. Маша писала, чтобы я и не думал соваться в квартиру. К ней прилетел отец.

Меня не удивляло, что Кутузов привык использовать сверхскоростные истребители в личных целях. Мы бы так обнаглеть!

Когда миновали пропускной пункт в Широково, Звездочет проснулся, набрал Наталью Геннадьевну и сказал, что мы приехали.

А когда наша машина оказалась на территории института, он облегченно выдохнул.

— Ну все, тут с тобой точно ничего не случится, — устало сказал он.

Лора пару раз просканировала его и сообщила, что артефакты, которые применили при нападении, неплохо поистощили замдиректора. Однако держался он молодцом.

Звездочету стало получше, когда мы оказались ближе к Дикой Зоне и метеоритам. Постепенно к нему возвращались силы.

— Завтра какое расписание? — поинтересовался я, когда мы вышли из машины и направились к главному входу.

Валера, оказавшись тут впервые, улетел смотреть окрестности.

— До семнадцати часов делай, что хочешь, — кинул Звездочет на меня быстрый взгляд. — Стоп! Нет. Кузнецов, моя личная просьба: сиди в институте до начала поединков. Я знаю, что ты захочешь прогуляться по городу и уничтожить пару бандитских группировок, спасти кого-то, но давай не в ближайшие дни?

— Конечно, — кивнул я. — Мне и самому хотелось бы отдохнуть от всего этого… Вот только…

— Что⁈ — он даже остановился на полпути к дверям.

— С кем я могу обсудить правила Универсиады?

Звездочет удивился, явно не ожидая, что я так отвечу.

— Перед официальным торжеством у вас будет инструктаж, там соберутся судьи, организаторы, директора, — объяснил Алефтин Генрихович. — Узнаешь и правила, и порядок проведения, и другие детали…

— Правила? — усмехнулся я, когда мы вошли в холл, где должны были разминуться. — Если можно убивать соперника, о каких правилах идет речь? Нельзя сжигать его? Заставлять сделать суицид? Скинуть с высоты? Может, еще в пах не бить?

— Кузнецов… — вздохнул Звездочет.

— Все, понял, спокойной ночи, — улыбнулся я и направился в свое крыло.

— Подустал он от тебя, — хихикнула Лора, появившись рядом со мной в полупрозрачной пижаме.

— Зато живой, — ответил я.

— Так из-за тебя его жизнь и была под угрозой! — парировала Лора и, к сожалению, она права. Мне надо разобраться со всем этим криминальным кублом раз и навсегда.

И не стоит забывать про странных ребят, которые хотели забрать Дирижера. И что за мелкая баба с косой и ее пятеро (хотя теперь четыре) телохранителей с сумасшедшей силой и явно нечеловеческими мордами?

— А где, кстати, наш пернатый убийца? — удивился я, вспомнив, что голубя давно нет. Надеюсь, он не попал в лапы какого-нибудь хищника. Видел я тут ястребов…

Болванчик вылетел на поиски.

Ага, вот и он. Сидит на флагштоке самой высокой башни института. Смотрит вдаль на Дикую Зону.

— Возвращайся, — сказал я ему через Болванчика.

Валера вздрогнул, посмотрел на детальку и полетел за ней.

Когда он оказался у меня на плече, я решил подняться с ним на крышу жилого комплекса. Нечасто мы с ребятами туда ходили, но с балкона открывается красивый вид на город, стену и Дикую Зону.

— Это что за место? — спросил Валера. — От него несет… Смертью.

— Ты про Дикую Зону? — махнул я рукой за стену.

— Да, — кивнул он.

— Там монстры. В этом институте обучают магов, которые с ними сражаются.

— А откуда они появляются?

— Из метеоритов.

Валера надолго задумался. Обычно болтливый и злой голубь стал на удивление тихим и сосредоточенным.

— Ты пойдешь туда? — наконец, спросил он.

— Да, но после турнира.

— Я чувствую приближение опасности… — вздохнул Валера. — Тут пахнет иначе, чем у тебя дома.

— И чем же пахнет смерть?

— Маруся давала мне красную ягоду, которая называется вишня. Вот ей и пахнет. Запах неуловимо, но усиливается.

Я был удивлен таким откровением Валеры. Мой нос не улавливал ничего похожего, хотя я острее других ощущал энергию кристаллов. Может, просто привык?

— Мы закрываем метеориты, — решил рассказать я. — Надо уничтожить сердцевину, красный камень. Ты его уже видел.

— Да, и не один раз, — кивнул Валера, а потом повернулся ко мне. — Миша, мой мир погиб под градом этих метеоритов. Я сделал ту же ошибку.

— Какую? — напрягся я. То, что Валера решил заговорить об этом, крайне ценно. Стоит узнать как можно больше.

— Я уже говорил, что проморгал вторжение, — сказал голубь. — Я боролся с последствиями, а не с первопричиной. В этом и был мой просчет.

— И мы тоже боремся с последствиями? — уточнил я.

— Верно, — кивнул голубь. — Все эти твари пришли из тех миров, которые были захвачены.

В голове тут же возникла картина моего дома. Я мысленно снова видел свою квартиру и комнату. Нет, такого не могло произойти.

— Откуда ты знаешь? — Как бы я не боялся ответа на этот вопрос, мне необходимо было узнать.

— Это мое предположение, — махнул он крыльями. — Я уже сталкивался с чем-то подобным.

— В смысле?

— Когда путешествуешь по вселенной, чаще всего ты бываешь на планетах, где нет жизни. Но иногда попадается и кое-что интересное. Вот у вас падают метеориты, а в одном мире открывались порталы, и оттуда валили монстры. Они захватили планету, ассимилировали ее, и у них появлялась еще одна колония. Потом они снова открывали порталы, и опять по новой. Местные как-то умудрялись закрывать порталы, но я точно не знаю как.

— Валера, кто это был?

— В тот раз я сделал все банально и просто. Пошел по порталам в обратную сторону.

— А что, так можно? — улыбнулся я.

— А почему нет? — если бы у него были плечи, Валера бы ими пожал. — Зашел, уничтожил всех…

— Погоди, Валер, ты в одиночку уничтожал планеты? — Если честно, это звучало, как пиз… Не очень правдивые слова. Хотя Трофим сказал бы по-другому.

— Не планету, а ее обитателей, — уточнил он.

Я вспомнил, как Валера рассказывал о своем истинном теле. Ну да, наверное, мощное. Но в одиночку…

— Поэтому я опоздал… — добавил голубь.

Лора показала карту этажа. К нам кто-то подходил. Дверь скрипнула, и мы увидели довольно симпатичную, но незнакомую мне девушку.

— Ой, тут кто-то есть?.. — пискнула она кому-то сзади.

— Кто там? — наглым, но до боли знакомым голосом сказал парень.

Наконец я увидел его. В свет от луны вышел ее спутник.

— Ля! — захлопала в ладоши Лора, прыгая вокруг меня. А я краем глаза заметил, как у нее подскакивает грудь…

Борис Караваев собственной персоной. Хотя при виде меня его лихость немного поутихла.

— О, Бориска! Как ты? Жив, цел, орел? — улыбнулся я.

— Кузнецов… — явно он не ожидал меня тут увидеть. Да и вообще Борис, походу, решил, что на балконе никого нет. — Что… Что ты тут делаешь?

— Стою, жду тебя.

— Меня? — удивился он, и в его глазах мелькнула тень страха. Он быстро посмотрел на свою спутницу, словно ища у нее поддержки.

Могу предположить, для чего они сюда поднялись. Может, они те самые любители экстрима? А может, это я слишком плохо думаю о Борисе. Хотя насчет него у меня и правда нет хороших воспоминаний. Начиная от потасовки с Димой в распределительном пункте в Москве, а потом еще и ситуация с Нахимовой. Все-таки повезло им, что они едва-едва увидели Свету в бешенстве.

— Да ладно, шучу, — посадил я Валеру на плечо и пошел на выход. — Надеюсь, ты ведешь себя хорошо?

— Отвали, Кузнецов! — наконец Борис сообразил, как надо себя вести перед девушкой. Хвалю.

— Ой, Боря, смотри, какой красивый голубь! — она большими глазами глядела на Валеру. А тот и рад. Выпятил грудь, нахохлился, расправил крылья. Деловой.

— Это самый умный голубь в мире, — шепнул я. — Так ведь?

— Умнее некоторых людей! — подтвердил Валера писклявым голосом.

Тут уже Валера полностью завладел ее вниманием.

Бедный Караваев. Ему оставалось только наблюдать, как девушка променяла его на голубя.

— Нифига себе! — выговорила она и подошла ближе. — А можно его погладить?

— Нет, — ответил я.

— Да! — воскликнул Валера и перелетел ей на предплечье, где и получил свою порцию ласки от этой красавицы. — Скажите, прекрасная нимфа, вам нравятся всемогущие герои, способные сокрушить миры?

— Какой он милый!

Вздохнув, я похлопал Борю по плечу.

— Сочувствую, приятель. Теперь тебе будет чуть сложнее, — сказал я и пошел к выходу. — Валер, мы уходим!

Голубь понял меня с первого раза. Извинился, отвесил девушке еще пару комплиментов и перелетел мне на плечо.

Когда мы спускались по лестнице, я не удержался и подколол любвеобильного героя.

— А как же Маруся?

— Когда королева далеко, можно и перебиться со служанками, — без тени сомнения хмыкнул голубь.

— Хех, он тебя сделал, — хихикнула Лора.

— Щас месяц без апгрейдов останешься! — пригрозил я.

Лора появилась передо мной в очень откровенном наряде с плеткой.

— Уверен? — и шлепнула себя по ладошке.

— Уверен! — нахмурился я. Лора знала, что мне не нравится, когда она так себя ведет и нарочно бесила меня этим.

* * *

Крыша жилого комплекса КИИМа

— Боря, это же был Михаил Кузнецов? — поинтересовалась девушка.

— Да он, — фыркнул Караваев. — А что?

— Да так…

— Юль, ты если хочешь что-то сказать, говори, — начал заводиться Боря.

Он очень долго пытался познакомиться с Юлей Поляровой. Они впервые встретились на теории метеоритов. Оба опоздали и сели за последнюю свободную парту. Там разговорились и нашли общий язык.

Боря уже через десять минут понял, что влюбился. И даже то, что она была простолюдинкой, его не смутило. Он сам себе удивился.

— Да, он мне не нравится, напыщенный, самовлюбленный, — проговорил Боря. Потом осознал, зачем они сюда пришли, и заткнулся.

Юля подошла к краю балкона. От легкого ветра ее волосы начали развиваться, и Боря в очередной раз поразился, насколько она красивая.

— А я слышала, что он хорошо показал себя во время прорыва, да и спас там кого-то, — мечтательно сказала она. — А еще он получил в наследство целый род, и теперь его возглавляет.

С каждым ее словом Боря все больше расстраивался и понимал, что девушка очарована Кузнецовым.

— Я видела новости, — продолжила она. — Он победил двух графов, одного из них в родовой войне. Да ты сам помнишь, как тут об этом все говорили? Да и Наталья Геннадьевна позавчера сообщила, что он выиграл в каких-то номинациях. Даже ходят слухи, что он с царевной общался и водит дружбу с Есениным Александром…

Боря становился все грустнее. Впервые он по-настоящему влюбился. А тут мельком появился этот урод, похвастался своим говорящим голубем, и все…

Возможно, Боре стоит попросить отца забрать его? Может, он и правда женится на той дочке отцовского бизнес партнера? Наверняка она тоже красивая. Куда ему соревноваться с теми, кто так лихо могут победить графа практически в одиночку.

Да, Караваев слышал все эти новости. Мать звонила, рассказала, что была на открытии салона, где Кузнецов объявил войну, получал награды, общался с царевной и закусился с Есениным. Тут у него не было шансов.

— Но знаешь, Боря, он конечно, молодец, но не по мне такой тип, — она повернулась к нему и подошла поближе. — Я догадываюсь, зачем ты меня сюда позвал. Ты мне тоже нравишься.

Боря только хлопал глазами, не понимая, что сейчас услышал.

— Правда?

— А ты как думаешь? Пошла бы я с тобой сюда? Это место для поцелуев… — она покраснела и задышала чаще.

Караваев не растерялся. В нем неожиданно проснулась смелость. Он обнял девушку за талию и поцеловал в губы.

— Ты мне тоже очень нравишься, Юля, — обрадовался он. Тут он обскакал Кузнецова.

Ай да Боря, Ай да молодец!

* * *

Гостиная КИИМа

Лора предложила подглядеть за Караваевым, но я сказал «нет». Стоит оставить этот момент им обоим.

В гостиной народу практически не было. Парочка ребят засиделась у камина и рубилась в карты.

Проскользнув мимо, я оказался в спальне. Отлично! Тут все спали. Быстро раздевшись и закинув мечи в стойку, я пошел в душ.

— А мне что делать? — пропищал Валера.

— Тоже спать, — удивился я.

— Я привык спать с женщинами, а не с мужчинами! — возмутился он.

Вот только истерик мне на ночь глядя не хватало!

— Ну иди и поищи себе комнаты с бабами, тут таких полно, — махнул я рукой и зашел в душевые.

Быстро сполоснувшись, я наконец-то добрался до кровати. Как же я ждал этой минуты.

— Миша, ты приехал? — раздался шепот Димы в темноте.

— Да, а ты чего не спишь? — так же тихо я ответил.

— Услышал шорох, я же чутко сплю.

— Теперь можем спать…

Но Дима хотел поболтать.

— Как там? У тебя все хорошо? Ничего серьезного не произошло?

— Да, Дима, все хорошо, — немного раздраженно сказал я. — Прости, пожалуйста, очень устал, хочу спать.

— Ой, сорян. Завтра тебя будить?

— Нет.

Я отвернулся и закрыл глаза. Лора быстро погрузила меня в сон. Так она научилась делать относительно недавно. Ей удавалось показывать мне только приятные и интересные сны. В этот раз я видел свой дом. Это была сцена из прошлого, за два месяца до того момента, как сломался «возвращатор».

Я проходил подготовку. Со мной соревновались еще несколько счастливчиков, которые тоже готовились ходить через порталы. Не знаю почему, но мне нравилось то время. Лучше, чем в армии. Хорошая, даже отличная физподготовка, куча полезной теории, стрельба и рукопашный бой. Я ощущал себя элитным секретным шпионом, которого тренировали для очень опасной миссии. Так оно и получилось в итоге.

Вместо инструктора мне помогала Лора. Она стреляла в меня глазками и постоянно изгибалась так, что у меня екало сердце. А вот это она явно выдумала! Тогда она была той еще скромницей.

Проснулся я выспавшимся, свеженьким и полным сил.

— Кажется, у кого-то будет сложное утро! — хихикнула Лора.

Зевнув, я повернулся на бок и, наконец, разлепил глаза.

Передо мной сидели Антон, Дима, Леня и остальные парни. А нет, и девушки тут. Света с Виолеттой выглядывали из-за спин. Даже Аня пришла.

— Чего сидим, кого ждем? — пробурчал я, догадываясь, зачем они собрались. — А если я голый?

— Да что мы там не видели⁈ — махнула рукой Света.

— Вообще-то не видели, — помотала головой Виолетта и пихнула подругу в бок.

— Мы ждем подробностей твоей поездки! — настойчиво сказал Антон, остальные кивнули.

— И мне не отвертеться?

— НЕТ! — хором ответили они.

— Ла-а-а-а-адно! — садясь на кровати, я подложил подушку под спину. — Ну слушайте…

От автора: Вот вам Лора в честь Черной Пятницы! (Мой самый любимый чибик)

Глава 11

Инструктаж

Рассказ выдался долгим и немного сумбурным, но, по моему мнению, очень даже интересным. Ребята слушали, навострив уши, и иногда уточняли детали. У меня сложилось ощущение, как будто я лектор или инструктор, который рассказывает свою историю успеха.

Конечно, кое о чем я умолчал. О том, как умер Нарышкин или про способности своих подопечных и прислуги я не стал распространятся. Хотя многие уже знали про рыцарей, но Трофима и Марусю я решил оставить в тени.

Также сказал пару слов о Еве, но не уточнил, что ею управляет моя виртуальная помощница. Пусть думают, она отдельное существо, вроде искусственного интеллекта. И да, Еву я оставил дома. В КИИМе она понадобится не скоро, а чтобы закрыть парочку метеоритов поглубже в Дикой Зоне, мне еще надо победить в Универсиаде. Уговор с Ермаковой как-никак.

Когда я закончил и выдохнул, все немного поохали и разошлись по своим делам. Моя же маленькая компания ближайших друзей ждала в гостиной.

— Нервничайте? — спросил Дима, оглядывая всех слегка встревоженным взглядом.

— Я уж точно нет, — сказал Антон, пытаясь сделать вид, что ему плевать, что он завалил экзамен и потому не отобрался.

— И я не волнуюсь, — вставил Леня.

— Конечно, ты же в том году занял второе место! — фыркнула Света.

— Кстати, а кто занял первое? — спросил я.

Мы все ходили вокруг да около, но никак выяснили, кто же победил год назад?

— Тогда выиграл студент Казанского института, Волков Алексей. Причем, выиграл он еще в ранге Воина, — ответил Леня. — Мы с ним успели пересечься, когда они приехали. Он теперь Специалист.

— Ого, а победителям прошлых лет можно участвовать? — удивился Дима.

— А почему нет? Пока учишься в институте, борись сколько влезет.

В целом картина примерно понятна. Хотелось бы посмотреть на соперников, а еще узнать, как мы будем сражаться при условии, что я в новом ранге? Ответов, похоже, придется ждать до инструктажа, поэтому и волноваться не стоит.

Зато у меня появился соревновательный мандраж. Прямо как во времена моей прошлой юности, когда мы ездили с тренером и другими ребятами на всероссийские соревнования. Ох, и было времечко! Тогда-то я и познакомился со своей… Хотя, это давно в прошлом.

Но тут нашу беседу прервал женский визг, и несколько девушек выскочили в гостиную.

— Что такое? — удивился я.

— К нам залетел голубь!

— Он говорит!

Тут я и вспомнил, куда вчера отправил своего могучего товарища. В женскую спальню.

Так как Валера формально не был моим питомцем и не делил со мной общую энергию, я отправил за ним Болванчика. Тот быстро вернул его в нашу компанию.

— Знакомьтесь, Валера, — сказал я, подхватив негодующую птицу на руки.

Виолетта поднесла к нему палец и тут же отдернула. Остальные удивленно посмотрели на нее.

— Кто это? — ее глаза расширились от ужаса. Что она там увидела?

— Ах да, — хлопнул я себя по лбу. — Это реинкарнация сильнейшего воина во Вселенной. Короля и бла-бла…

— Следи за языком! — пропищал Валера. — Я только начал испытывать симпатию к вашему примитивному виду.

— Так вот что это было… — задумалась Переславская, рассматривая голубя вблизи.

Мы сходили на завтрак и после разошлись каждый по своим делам. Кто-то практиковаться в медитации, усиливая и укрепляя каналы, кто-то тренироваться физически, а кто-то готовить экипировку.

Я же решил навестить мастера Рея и немного помахать с ним кулаками. Надо проверить, насколько я вырос и сильно ли влияет новый ранг на боевые навыки?

Пусть Лора и уверяла, что теперь мне будет гораздо проще, но я все же не мог устоять.

Сегодня официально начиналась Универсиада, и до ее окончания занятия отменили. Некоторые студенты, правда, принялись ворчать, но Ермакова и несколько преподавателей сказали, что библиотека всегда открыта и в полном распоряжении студенчества. Никто не запрещает учиться самостоятельно. Наталья Геннадьевна захотела даже выдать этим ребятам несколько дополнительных заданий, раз они скучают по зубрежке. Но возмущения как-то сами прекратились.

На стадионе, как всегда, толпился народ. Тут тренировались и новенькие, которые прибыли буквально в начале нового месяца, и старички, продолжающие совершенствовать навыки. Асая Рей по своему обыкновению ходил от одного студента к другому и советовал, как правильно бить, как встать и как рассчитывать силы.

— Добрый день, учитель! — глубоко поклонился я.

— О! Кузнецов-кун! Как я рад вас видеть! — искренне улыбнулся Асая Рей и так же глубоко поклонился мне. — Наслышан о ваших великих подвигах, юный ученик! — он подошел поближе и прошептал: — Дирижер был силен?

— Да, — честно признался я, вспоминая наши молниеносные прыжки по усадьбе.

— Вы пришли проверить свои навыки? — прищурился он, оглядывая меня с ног до головы. — Думаете, ранг Воина придал вам сил?

— Не попробуешь, не узнаешь, — пожал я плечами.

Больше Рей ничего не сказал. Только подошел к стойке с оружием и провел пальцами по рукоятям мечей:

— Выбирай!

— Рукопашный бой, — покачал я головой. — Как в первый раз.

— О как⁈ Хвалю!

Мы прошли на один из рингов, который разместили тут с недавних пор. Асая Рей установил таймер на пятнадцать минут.

— Готовы, Кузнецов-кун? — слегка наклонив голову набок, сказал Рей и принял боевую стойку.

— Всегда готов! — ответил я. У меня не было особой стойки. Только удобное положение в случае атаки.

Первым напал Рей. Скорее всего, он уже оценил мои возросшие боевые навыки и начал атаковать совершенно по-другому, чем в прошлые наши столкновения. И вновь мы словно в фильме про боевые искусства, размахивали ногами и блокировали молниеносные удары.

Все-таки до уровня Рея мне еще расти и расти. Сильный противник, и к тому же он совершенно не использовал в бою магию. Лора меня в этом заверила.

Постепенно за нашим сражением принялись наблюдать все больше людей. Вскоре ринг окружили практически все, кто находился на стадионе.

Таймер сработал.

Мы замерли, едва не донеся кулаки до челюстей друг друга. Оба тяжело дышали. Все-таки удалось немного напрячь Асая Рея. Хотя он попадал по мне гораздо чаще, чем я по нему, но я был доволен.

— Очень хорошо, — вернув размеренное дыхание, Рей показал мне большой палец. — Вы намного продвинулись вперед Кузнецов-кун!

— Благодарю, — мы поклонились друг другу в знак уважения и спустились с ринга.

Многие студенты зашептались, когда я проходил мимо. В толпе я заметил несколько ребят в форме других институтов. Моих соперников.

— Неплохое показательное выступление! — раздался знакомый голос со спины.

Обернувшись, я увидел Розу. Студентку от Церкви. Подругу Маши.

— Спасибо, но это всего лишь тренировка, — сдержанно ответил я. — Мне необходимо было проверить свои силы.

— И как они? — улыбнулась она.

— На уровне, — туманно сказал я. — Прости, мне надо идти.

И я покинул стадион.

К слову о Маше. Утром нам не удалось встретиться только потому, что ее вызвал отец. Выйдя за пределы стадиона, я написал ей СМСку, чтобы узнать, где она.

Оказалось, что они с Сергеем Михайловичем сейчас в институте. Точнее не так. Ее отец застрял в кабинете Звездочета, а она ждет его в зале на первом этаже.

Туда я и отправился.

— Как же я рада тебя видеть! — тут же кинулась она мне на шею, не стесняясь посторонних взглядов.

— Ты не представляешь, как я по тебе скучал, — улыбнулся я, и поцеловал ее в губы.

Едва отлепившись от меня, она написала отцу, что мы прогуляемся.

Пришлось и ей рассказать обо всех новостях из Москвы.

Стоило мне дойти до середины, как сверху на нас упала крылатая тень.

Да, это был Валера, который прилетел познакомиться с Машей. Давно следовало привыкнуть, что он то улетает куда-то по своим голубиным делам, то прилетает по своему усмотрению. Пусть вертится, где хочет. Главное, чтобы не попадал в неприятности и не совался за территорию института. Я же пообещал Звездочету. Вот и Валерчику там делать нечего.

Так мы и прогуляли с Машей по парку, пока не настало время инструктажа для участников Универсиады.

Мероприятие проходило в большой аудитории с амфитеатром, где иногда устраивали смежные лекции с другими группами.

Мы пришли за десять минут до начала, но нас встретил зал, где яблоку было негде упасть.

За столами сидело пять команд от других институтов, плюс представители церкви. Интересные ребята. Причем все до единого.

У большинства морда кирпичом, как будто они приехали на войну.

Побольше позитива, ребята!

Мы же с Машей улыбались во все тридцать два зуба, и никак не вписывались в эту гнетуще-официозную атмосферу. Тут каждый мнил себя достойным занять первое место и вообще самым сильным. Ну раз прошел отбор, значит, не просто так. Эх, ну раз вы так хотите…

Таких умников я встречал пачками за свою жизнь. Обычно считают себя главными героями своих «уникальных» историй. И ловкости им не занимать, и силы, и ума. В общем жалкое зрелище.

— Маша, я тут! Иди сюда! — у окна сидел Фанеров и махал нам. Точнее Маше. — Я специально нагрел тебе место!

У Маши мигом поползли глаза на лоб. Я же заметил своих ребят, вокруг которых свободного места завались. Проигнорировав потуги Фанерова, мы пошли присаживаться в круг нормальных людей.

— Прости, Женя, я сяду там, — сказала Фанерову Кутузова, и нас окружила приятная компания.

Стоило мне упасть на лавку, а Дима тут как тут.

— Вы где были⁈ Мы тут уже двадцать минут сидим локти кусаем! — зашипел он. — Я же писал тебе!

И вправду. Пропущено несколько сообщений. И Лора не предупредила, посчитав сообщения со смайликами не особо важными.

— Прости, загулялись, — ответила вместо меня Маша и мило улыбнулась. Дима сразу утих.

— Чего волноваться? Еще не пришли святоши и несколько студентов из других институтов, — сказал Антон. — Расслабьтесь. Это долгая песня.

— А ты чего тут забыл? — поинтересовался я, не ожидая увидеть здесь Есенина-младшего. — Здесь же только участники турнира?

— Ну и что? Жалко что ли? — нахмурился Антон. — Захотел и пришел.

Пока он вредничал, на него продолжали оглядываться участницы. И не без огонька в глазах. Даже красавицы из других институтов уже прочухали, кто тут Есенин, и украдкой показывали на него пальцем.

Эх, как же фамилия меняет отношение к тебе! Вроде не так давно никто Антона и в упор не замечал, а стоило ему раскрыть инкогнито как все перевернулось вверх тормашками. Сидят, шепчутся, стреляют глазками да пытаются познакомиться. А Антон, похоже, начинает привыкать ловить на себе постоянные томные взгляды да вздохи. Ему было глубоко до фонаря.

За пять минут до начала явились опоздавшие церковники.

Авраам появился одним из последних и пошел усаживаться рядом с Фанеровым. Тот зашипел на него, но все тщетно. Других свободных место просто не было.

Оба уперлись друг в друга злобными взглядами. Одного проигнорировала любовь всей его жизни, а другой… ему пришлось сесть с кем попало. Да и вообще креста на Фанерове нет.

— Эй, Есенин? — воскликнул кто-то среди студентов. — А ты чего это тут забыл? Ты же не прошел?

Антон на эту реплику только отвернулся и принялся глядеть на пейзаж за окном.

Еще через пять минут, ровно в назначенное время, дверь распахнулась и вошла целая преподавательская делегация. Как я понял, среди них были и представители других институтов со всей страны. Из знакомых лиц я увидел Звездочета, Ермакову, Белозерова и главу церкви, которого помнил по первому дню после приезда. Замыкал процессию сам Горький Алексей Максимович.

Он захлопнул дверь, и все студенты разом встали с мест.

— Присаживайтесь, — спокойно сказал Горький. — Во-первых, хочу поздравить вас с прохождением на Универсиаду. Это огромная честь для каждого рода. Вы все можете гордиться, что своим трудом смогли встать в ряды лучших!

С этими словами он прошел за длинный лекторский стол и уселся в середине. За ним последовали остальные. Когда вся делегация заняла места, Горький снова взял слово.

— А теперь пришло время долгожданного инструктажа. Для начала расскажем правила и особенности соревнования. — Он повернулся к Звездочету. — Алефтин Генрихович, голубчик, тебе слово! Жги!

Он поднялся, подошел к кафедре, прокашлялся и начал вещать.

— И так, уважаемые студенты, в первую очередь хочу разъяснить, в каком формате будет проходить соревнование. — Звездочет щелкнул пальцами, и в воздухе появилась подробная схема. — Все просто. Каждый ранг сражается отдельно. Бои пройдут в формате — один на один. Студенты из одного института не сражаются друг против друга. Таким образом мы проведем каждый день до тех пор, пока в ранге не останется один победитель.

После его слов народ зашумел.

Горький поднял ладонь вверх и все разом притихли.

— Продолжайте жечь, Алефтин Генрихович, не стесняйтесь! — кивнул директор.

— Благодарю, — ответил Звездочет. — И так, продолжим. Кхм. Следующий этап Универсиады: победитель каждого ранга отправляется в метеорит-лабиринт. Задача проста. Закрыть его.

Он немного помолчал, наблюдая за реакцией аудитории. Тут и там послышались шепотки.

Мы с Звездочетом встретились глазами, и я понял, почему он тянет. Следующую часть правил ему не хотелось произносить вслух. Да и судя по тону, с которым он делился со мной этим секретом, Звездочету вообще не нравилась идея разрешать смертельный исход. К тому же, выражения лиц остальных преподавателей КИИМа подсказывали, что и им совершенно не по нраву давать собственным студентам право проливать кровь на институтских соревнованиях.

— Алефтин Генрихович… — окликнул его мужчина в больших очках и с зализанными черными волосами. — Вы не все рассказали…

— Да… — Звездочет немного прокашлялся в усы. — Еще одно правило. Бред, а не правило…

— Раз для вас это бред, то позвольте мне объявить новое правило, — перебил Звездочета глава церкви. — Уважаемые студенты. На нашей Универсиаде мы отменяем запрет на смертельный исход поединка!

Тут аудитория как с цепи сорвалась. Все студенты начали возмущаться. Вернее, почти все. Кроме меня, молчали церковники, Маша, Света и Антон, но тот и не участвовал. Судя по спокойным выражениям лиц девушек, их отцы уже позаботились, чтобы они были в курсе этой пикантной новости.

— Замолчали все! — рявкнул тот же мужчина с зализанными волосами, и по аудитории прокатилась волна силы, показывая, кто тут главный.

Постепенно все успокоились, пусть шепотки никуда не делись. Алексей Максимович сидел на своем месте и наблюдал за взволнованными студентами. На его лице застыло какое-то умиротворенное выражение.

— Вопросы? — спросил глава церкви, когда, наконец, настала тишина.

— А убивать обязательно? — спросил Авраам, подняв руку.

— Конечно, нет! — взял слово Белозеров. — Победа будет считаться, если противник признал поражение. — Он сделал паузу и сказал чуть тише: — Ну и умер.

И тут я поднял руку.

— Да, Михаил, — кивнула Наталья Геннадьевна.

— Кто придумал это дурацкое правило? Нам чего мало смертей? — спросил я напрямую, предвкушая, как вытянется лицо у главного церковника.

И так оно и оказалось. Еще чуть-чуть и, кажется, его кондратий хватит.

— Михаил, выбирайте выражения! — воскликнула дама в белом пальто и с такими же молочно-белыми волосами. Престарелой ее точно не назвать, а вот привлекательной вполне. Женщина в самом соку. Однако, чем больше я в нее вглядывался, тем меньше она мне нравилась. Что-то отталкивало в ее внешности, и я не мог взять в толк, что именно.

Возможно тот факт, что у нее не было бровей и ресниц.

— Прошу прощения, — отозвался я. — Не знаю как вас по имени отчеству, но я говорю от чистого сердца. Даже Алефтин Генрихович считает это правило полной бредятиной!

И тут все преподаватели повернулись к Звездочету, как будто не он пять минут назад говорил то же самое. Замдиректора обжег меня взглядом и беспокойно заерзал на стуле.

— И что же вам не нравится? — поставив локти на стол, женщина в белом подперла голову и заинтересованно поглядела на меня.

— Вроде как мы делаем общее дело и пытаемся защитить родину от монстров, — сказал я, кажется, очевидную вещь. — А вы подобными бред… кхм, необдуманными идеями убиваете потенциальных истребителей. Разве это не бред?

— Следи за языком! — крикнул полноватый низкий мужчина.

— Ответьте на вопрос! — потребовали студенты, и снова начались крики.

— Тихо! — закричал зализанный член коллегии, а потом вновь по аудитории из конца в конец прошлась волна силы.

— Главная цель Универсиады — выявить лучшего юного мага в Империи, — сказала женщина в белом. — И самый лучший способ заставить вас сражаться на полную — это страх смерти. Если перед вами будет смертельно опасный противник, то и драться вы будете так, как в реальном бою. Не за этим ли вы здесь, уважаемые студенты? Стать сильнее и защитить страну, как сказал этот бойкий молодой человек?

— К тому же, решение было принято на общем голосовании, — вставил свои пять копеек глава церкви.

— Мы голосовали «против», — буркнул Звездочет. Ермакова согласно кивнула и положила ладонь ему на плечо.

— А большинство было «за», — не моргнул и глазом церковник, складывая руки на столе. — Таково общее решение комиссии, и оно имеет силу. И не обсуждается, понятно?

— Еще че… — почти слетело с моего языка, но тут я снова столкнулся взглядом со Звездочетом, который судорожно водил пальцем по горлу и беззвучно шипел на меня.

Я упал не свое место.

Ну, что ж. Придется играть по этим дурацким правилам.

— Еще вопросы? — обвел зал глазами Горький. Ему ответили довольно вяленько. — Ну что ж! Раз вопросов больше нет, не смею задерживать, дорогие студенты. Вас ждет еще церемония открытия Универсиады. Милости просим на стадион!

Он кивнул на окна, откуда уже слышалась музыка. Похоже, вечеринка только началась.

Преподаватели мигом повскакивали с мест и удалились. Студенты не заставили себя долго ждать и бурным потоком вырвались из аудитории, обсуждая горячую новость, которая грозит взбудоражить весь КИИМ.

Пусть я уже устал удивляться, но голова пухла. Странное решение, как не посмотри.

Мы вышли к стадиону, и тут музыка накрыла нас с головой.

— Антон, — кивнул я другу, который шел в общем потоке и пинал камешки на своем пути. — Выше нос. По крайней мере, одним способом умереть в твоей жизни стало меньше.

— Ага, — хмуро буркнул он себе под нос. — Хочешь, чтобы я также ответил отцу с братом, когда они спросят: а какого хрена Универсиада проходит мимо рода?

— Да брось! — махнул я рукой. — Нашел, о чем волноваться. Ну поворчит в трубку и успокоится.

— Хах, — ухмыльнулся Антон, как-то странно поглядев на меня. — Раз ты так уверен, скажешь отцу это лично. Возможно, они с братом уже прибыли в Красноярск, и вот-вот будут в КИИМе.

Глава 12

Затишье перед бурей

Ох, сколько же шуму подняла новость про разрешение смертельного исхода! Она распространилась с молниеносной скоростью, и стоило только начаться официальной части, практически все были в курсе.

Интересно, как на это отреагировали влиятельные родители счастливчиков, которые участвуют в Универсиаде?

Пока мы шли на стадион, ребята сказали, что пойдут к своим родителям, которые съехались их поддержать чуть ли не со всей страны. Да и вообще тут собралось куча «предков» и тех, кто не прошел. Просто хотели посмотреть турнир и весело провести время. Думаю, новость о том, что у них появился лишний повод для беспокойства, их не обрадовала.

Сама же церемония прошла как-то пресно. Выступающие представители институтов сказали дежурные мотивационные речи и поздравили участников и их родителей.

Также показали турнирную таблицу.

Совсем другое дело, когда на сцену поднялась царевна Екатерина Петровна. Ее речь была довольно милой и непринужденной, по окончанию которой она сообщила, что присутствует здесь в качестве зрителя, и удалилась в свою VIP-ложу.

На трибунах не было свободных мест. Кто-то даже стоял в проходах.

— Неужели это настолько грандиозное событие? — шепнул я Антону, который с завистью смотрел на турнирную таблицу.

— Да, — кивнул он. — Представь, победитель будет считаться сильнейшим учеником в Империи. А если так, то и до высших рангов рукой подать.

— Это да, — согласился я. — Кстати, а где твои родители? Ты говорил, что отец с братом уже почти на месте?

— Еще мама обещалась приехать, — кивнул Антон. — Мои родители слов на ветер не бросают. Когда они приедут, мы точно об этом узнаем. Жду не дождусь подколов от Саши…

Я не знал, чем его подбодрить, поэтому предложил пойти на банкет в честь Универсиады. Он как раз начался в парке. Там поставили малую сцену и пригласили музыкальную группу. По словам Маши она довольно популярна в нашем поясе. Хотя КИИМ ради Универсиады и не на такое пойдет.

Народу постепенно становилось все больше, благо территория парка позволяла. Тут собрались аристократы всех мастей и статусов.

Думаю, среди учеников есть еще несколько скрывающих свою личность. И как их родственники будут выкручиваться? Я бы с удовольствием познакомился с родителями своих друзей.

Мы с Лорой решили пойти спать пораньше. Хоть завтра начало поединков назначили не в самую рань, стоило немного размяться, прежде чем вынимать меч из ножен.

Когда мы подошли к столам, все разбрелись к своим, а Маша повела меня к Кутузову-старшему. Он стоял спиной и что-то обсуждал с закадычным другом, адмиралом Нахимовым.

Поздоровавшись, я аккуратно поинтересовался, как они относятся к разрешению ученикам убивать друг друга. Ответ меня немного удивил. Мол, зачем переживать, если они уверены в способностях своих детей?

То же самое я услышал и от других пап и мам. Все считали, что их чадо справится.

— Н-да, интересно кони пляшут, — удивился я, когда отошел от родителей Лени.

— Они реально так думают или просто боятся признаться, что их ребенок может пострадать? — задумалась Лора. — Такие фигуры как Кутузов с Нахимовым во главе родительского комитета волне смогли бы надавить на комиссию и изменить правила.

— Это уже не наша забота. Не нам учить этих гордых людей, да и смысл? Если они переживают за свою репутацию больше, чем за жизнь собственного ребенка, их право.

Однако ничего удивительного, что Кутузов с Нахимовым, на самом деле верили в своих девочек. Учитывая навыки той же Кутузовой, я бы и сам не переживал за Машу, ведь она смогла продержаться против пятерых рыцарей в открытом поединке.

Ну и Света, которая, наверное, способна горы свернуть. А уж если на нее накатит припадок, то всех святых выноси. Возможно, она и убьет кого-нибудь ненароком.

Тут же присутствовала и царевна Екатерина. Найти ее было несложно. Вокруг толпился народ: кто за автографом, кто поболтать, а кто и просто сфотографироваться. Судя по всему, ее такое внимание совсем не смущало, и она с удовольствием общалась с поклонниками.

У дальнего стола я увидел графа Бердышева с женами, они о чем-то говорили с Димой, а тот задумчиво кивал.

— Добрый вечер, — поприветствовал я графа и его жен. — Как вам церемония открытия, как вам новые правила?

— Здравствуй, Михаил. — Мы пожали друг другу руки. — Я считаю, тут кто-то повлиял на мнение комиссии.

И его жены — Евгения Дмитриевна и Александра Григорьевна — охотно кивнули.

— Интересная теория, — согласился я.

— Дима рассказал, что все киимовские преподаватели были против, — продолжил граф. — А значит, их либо продавили, либо поставили перед фактом.

— Есть шанс изменить правила?

— Нет, придется действовать по обстоятельствам, — пожал плечами граф.

— Не волнуйся, отец, — сказал Дима. — Я не пропаду.

— Знаю… — вздохнул Ростислав Тихомирович.

Хотя даже невооруженным взглядом заметно, как он переживает. И его жены тоже.

Оставив их наедине, я пошел к сцене. Послушаю, что поют, и в спальню.

К Екатерине не протолкнуться, а Маша со Светой болтали в своем кругу, в который мне как-то не хотелось влезать.

У столиков я увидел Надю Елисееву с отцом и подошел поздороваться. Многие, в особенности высокородные родители, бросали на них косые взгляды и сторонились. Вокруг этой парочки образовалось небольшое пустое пространство.

— О, Миша привет! — первая поздоровалась Надя, увидев меня. — Познакомься…

— Юрий Станиславович, — опередил я девушку и протянул руку ее отцу, и тот с удовольствием ее пожал. — Добрый вечер.

В этот раз он даже не пытался меня просканировать.

— Вы знакомы? — удивилась девушка, посмотрев на отца.

— Да, было дело, — почесал он затылок. — На недавнем открытии салона, если я не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — улыбнулся я. — Как вам в КИИМе, как церемония открытия? Волнуетесь?

— А как же! — развел он руками. — Моя дочка выступает, — и он настолько расчувствовался, что поцеловал Надю в макушку. — Как много сильных участников. Надеюсь, мы справимся! Она же у меня такая замечательная!

— Ну папа! — пихнула она его в бок. — Кстати, Миша, ты же не познакомился с моей мамой, — спохватилась Надя и убежала куда-то вглубь танцующей толпы.

Юрий Станиславович вмиг переменился в лице, став куда серьезнее.

— Миша, я знаю, что ты хороший человек. Мне многое о тебе рассказали, — быстро заговорил он. — Прошу, позаботься о Наде, не дай ее в обиду. Не хочу потерять своего единственного ребенка.

— Тогда почему вы не выкажете свое недовольство организаторам и комиссии? — удивился я. — С вашим статусом, положением и способностями к вам прислушаются.

— Не в этом дело. Правила Универсиады закреплены особыми заклинаниями, которые не дадут вносить правки. Михаил, прошу вас. Из всех участников Универсиады, я могу довериться только вам. Иметь в должниках такого человека, как я, очень полезно.

— Миша, соглашайся, — встряла Лора. — Хуже не будет. Она сильна и ее способности довольно редкие. Что может случиться?

— Юрий Станиславович, вы же понимаете, что я не могу вмешиваться в поединки других участников? — напомнил я.

— Да, — кивнул он. — Но вдруг, она попадется с тобой в паре.

Я прищурился.

— Боитесь, что она может мне проиграть? Мы же в разных рангах.

— Скажем так, я уверен, что до полуфинала она дойдет… — улыбнулся он.

— Ох, с огнем играете, Юрий Станиславович!

Мы оба замолчали, когда Надя привела за руку свою мать. Высокая статная женщина с голубыми глазами и кудрявыми черными волосами. Тонкую талию подчеркивало белое платье с глубоким вырезом. Она была выше своего мужа на голову, и смотрела на него сверху вниз. Хотя во взгляде читалась безграничная любовь к нему и к дочери.

— Это моя мама, герцогиня Неля Романовна, — улыбнулась Надежда.

— Очень приятно, барон Михаил Кузнецов, — кивнул я, слегка пожав ее руку.

— Наслышана о вас, молодой человек, — лукаво прищурившись, сказала она. — Ваши проделки в Москве еще долго будут обсуждать в свете.

— Стечения обстоятельств, в которые я был вовлечен, ничего больше, — развел я руками. — Если бы я не справился, погиб бы.

— Хороший ответ, — похвалила она.

Мы еще немного поболтали, и я направился к выходу. Напоследок решил прихватить с собой парочку эклерчиков и пироженок-корзинок. Уж больно они тут вкусные.

Пока я набирал себе тарелку, рядом встала неизвестная дама. На вид я бы дал ей лет тридцать, не больше. Неброское, но стильное платье, очки на пол лица, хотя какое солнце вечером? Дорогие браслеты и жемчужное колье.

— Ой, корзиночки, я тоже их обожаю, — заметив, как я ворую пирожные, хихикнула женщина. — Попробуйте заварные, они тоже потрясающие.

— Обязательно, — кивнул я и положил парочку к себе в тарелку. — Тут были еще медовые орешки, но видимо кто-то их все съел.

— Каюсь, — хихикнула она. — Это была я.

Для матери одной из студентов, она уж слишком молода. Возможно сестра…

— Простите, а к кому вы приехали? — поинтересовался я, не забыв положить последний имеющийся эклер на столе к себе в тарелку.

— Мы с мужем приехали навестить сына, — откусывая кусок пирожного, пояснила она.

— Простите. Я подумал, что вы чья-то сестра…

— Ох, Михаил, будет вам, — махнула она рукой. — Вы мне льстите, но спасибо за комплимент.

— Разве я говорил вам свое имя?

— Нет, но я наслышана о вас…

Видимо, пора бы уже привыкнуть и перестать удивляться.

— Как вам, кстати, правила Универсиады? Не переживаете за сына?

— Ох нет, что вы, — махнула она рукой. — За него я вообще не беспокоюсь…

Ну вот, опять та же самая шарманка. Мой сыночек самый сильный, умный и красивый. Всех победит, и никто ему не навредит. Ха, даже в рифму.

—…он не отобрался, — закончила она. — Муж редко куда-то выезжает, а я и подавно.

— А где же ваш муж? — удивился я, оглядываясь по сторонам. Но вокруг не было ни одного свободного мужчины.

— Должен вот-вот подойти… — она заглянула мне за спину и улыбнулась. — А вот и он, познакомьтесь! Дорогой, это тот самый Михаил Кузнецов.

— Не поняла… — услышал я голос Лоры перед тем, как повернуться.

У меня за спиной стоял мужчина средних лет. В легком летнем пиджаке. Ярко голубые глаза, белые чуть кудрявые волосы. Я его сразу узнал, пусть он и был куда старше, чем мне обычно приходилось видеть это лицо на фотографиях. Удивительно, но Лора не смогла даже близко почувствовать его присутствие.

— Добрый вечер, Михаил, — мужчина протянул мне руку, на которой красовалось родовое кольцо. — Я папа Антона, Сергей Александрович Есенин.

Мы обменялись рукопожатиями, и впервые за очень долгое время, сильный маг не захотел просканировать меня. За что в моих глазах он моментально поднялся на пару пунктов.

— Добрый вечер, — сказал я.

Должен признать, у меня захватило дух от его ауры. Увидеть такого человека вблизи дорого стоит.

И нет, мой восторг заключался не в том, что встретился с главой одного из самых сильных родов в Империи, если не в мире. Вовсе нет.

Я помню фотографии Сергея Есенина, поэта, который умер молодым. И в этом мире он был живее всех живых, и сейчас стоял передо мной. Да, чуть постарел, чуть раздался, но вот молодой огонь в глазах никуда не делся.

— Вы пишите стихи? — почему-то вырвалось у меня.

— Ха, а пацан знает, что спросить! — искренне улыбнулся он, посмотрев на свою жену. — Ну, колись, Газонов рассказал?

— Скорее всего, — я сделал вид, что не помню.

Возникла небольшая пауза, которую нарушил еще один человек.

— Отец, ну и где Антон? — появился Александр. — О, Михаил, привет!

— Привет, Александр!

И мы, как старые знакомые, обменялись рукопожатиями.

— Скажи, хорош? — пихнул он отца, который только стоял и улыбался, засунув руки в карманы штанов.

— Я не смотрел, — пожал он плечами. — Но он спросил про мои стихи!

— О-о-о, поздравляю вас, Михаил, — сказала его жена у меня за спиной. — Вы только что понравилось моему мужу.

— Почему ты его не посмотрел? — удивился Саша. — Я же рассказывал…

— А зачем? — глянул он на сына, и тот отвел глаза, как будто постеснявшись. — Мне достаточно, что он нашел общий язык с Алисой.

Я все больше не понимал эту семью, но вот окружающие быстро смекнули, кто пришел на мероприятие, и завороженными взглядами смотрели на Есениных. Даже графы и герцоги.

Тут я увидел Антона. Он о чем-то болтал с Виолеттой. Судя по всему, ее родители не приехали, хотя Света и предлагала оплатить дорогу. Среди простолюдинов я вообще не заметил ни одного родственника.

Антон увидел нас, и парочка подошла ближе.

— Вижу, вы уже познакомились, — невозмутимо сказал он. — Значит, могу не представлять Мишу, — впервые за долгое время он выглядел спокойно. Возможно, на него так влияла аура Виолетты, или что-то еще. — Познакомьтесь, Виолетта Переславская, моя хорошая подруга.

Оба мужчины поцеловали ей руку, а женщина по-простому обняла ее и чмокнула в щеку в знак приветствия.

Все знали, кто такие Есенины, и Виолетта была не исключением. На нее нахлынула такая волна эмоций, что Лора попросила встать рядом с ней на случай, если она вдруг упадет в обморок. И ее переживания можно понять. Простолюдинка общается даже не с графами, а с князем Есениным, а рядом стоит Александр со своей матерью.

— Очень приятно, — заливаясь краской, поклонилась она.

Мы еще немного поболтали про учебу Антона, про Дикую Зону и про прорыв, который остановил Александр. Все это время за нами наблюдало несколько сотен глаз. Как учеников, так и их родителей.

Лора сообщила, что пора бы уже идти в спальню. Я не стал задерживаться, извинился и пошел к выходу.

— Михаил, уже уходите? Как жаль, — передо мной появилась Екатерина.

— Добрый вечер, ваше высочество, — сделал я очередной поклон. За сегодня их что-то слишком много. — Да, решил отдохнуть. Сами понимаете, завтра сложный день.

— Конечно, не смею вас задерживать, — хотя, судя по ее лицу, она немного расстроилась.

— Но если вы позволите составить вам компанию, я, конечно же, задержусь, — натянув улыбку, сказал я. Лучше не портить отношения с представителями Царской семьи.

— Ох, обещаю, надолго я вас не задержу, просто по чашечке чая и этих замечательных пирожных, — и ткнула своим наманикюренным пальчиком в мою тарелку припасов на вечер.

— Как насчет вот этих корзиночек? Они мои любимые! — я протянул одну царевне.

Странно, но охранников рядом не видно. Что это за служба безопасности такая?

— Тогда с меня чай! — улыбнулась она, и мы направились к столам, где отоваривалась еще одна любительница сладкого со своим мужем и двумя детьми.

* * *

КИИМ.

Кабинет Звездочёта

Кабинет тонул в сигаретном дыму. Алефтин Генрихович выкуривал пачку за пачкой, совсем не боясь за свои легкие. Было не до заботы о здоровье, но вот успокоиться ему ой как хотелось.

Перед ним лежал отчет от Старостелекого с показаниями Дикой Зоны. И они ему совсем не нравились.

В углу сидел и сам профессор Старостелецкий, периодически снимая очки и протирая их тряпочкой.

— Валерьян Валерьевич, хотите сказать, что я должен поверить в этот бред⁈ — Звездочет ударил пальцем по отчету. — Ваши ученые могут ошибаться. Всегда же есть человеческий фактор. Разве не так? Этого же просто не может быть!

Профессор еще раз протер очки и встал.

— К сожалению, Алефтин, к сожалению, — покачал он головой. — Когда я увидел эти данные, у меня была такая же реакция. Иначе объяснить это невозможно, но я лично все перепроверил. Пришлось даже позвонить Сахарову, а ты знаешь, как я его не люблю!

— Знаю, — вздохнул Звездочет и закурил очередную сигарету. — Надо сказать Алексею Максимовичу. Директор должен быть в курсе.

— Надо, — согласился Старостелецкий. — Поэтому я сначала принес бумаги к тебе.

Оба посмотрели друг на друга, думая каждый о своем.

Наконец, Звездочет нарушил тишину.

— Как реагируют метеориты у других институтов?

— А как они должны реагировать на скорый прорыв? Монстров стало больше, — пожал плечами ученый. — Хотя для других институтов это пустяки. У них всего по одному метеориту, хоть и класса «Великан».

— Идем к директору, — уверенно встав из за стола, Звездочет прошел к двери, но, едва открыв ее, замер. — Валерьян Валерьевич, как считаете, Универсиада успеет пройти благополучно?

— Ох, если бы я знал, Алефтин… — он пихнул замдиректора в спину. — Выходи, а то у меня уже голова кружится от этого дыма.

Глава 13

First Blood

Как бы мне не хотелось уйти пораньше с вечеринки, в кровати я оказался после полуночи. Пришлось попросить Лору подкачать немного энергии на восстановление каналов и на общее состояние тела. Также моя помощница провела полную «ревизию» всего, что мы смогли сделать.

Выяснила, можно ли апгрейдить Посейдона. Как оказалось, нет. Только вливать в него энергию, и дальше он сам будет ассимилироваться с любой жидкостью.

Мне еще не давал покоя вопрос, что если моего водяного поместить, скажем, в океан. В теории такое же возможно?

Также Лора смогла сделать список модификаций для Болванчика и для себя. И конечно, для этого потребуется просто дохрена энергии. Но оно того явно стоило. Полезных примочек было много.

Еще она сказала, что у Евы имеется потенциал роста. Пусть она и аватар для Лоры, ей можно разработать отдельные детали, и при желании построить настоящего мегазорда. Еще одна детская мечта, которую я в будущем смогу осуществить в этом мире.

В общем, к утру я был свеж и полон сил.

Первые поединки начинались в полдень, но мы с Лорой и Болванчиком пошли в парк немного поразмяться. Имелась у меня такая привычка перед ответственными соревнованиями.

Валера, всю ночь где-то пропадающий, приземлился мне на плечо.

— Ну что, воин, ты готов? — похлопал он меня крылом по затылку. — Смотри у меня! Проиграешь, считай наш договор аннулируется. Мне не нужны слабаки.

— Я знаю, — коротко ответил я ему, переходя на легкий бег. — Лишних советов не надо.

— Уже решил, как будешь поступать с противниками?

— Что ты имеешь в виду?

— Мочить или не мочить? — хмыкнул он.

— Дурацкий вопрос, Валера, — отмахнулся я от него.

Голубь удивленно посмотрел на меня и пробубнил, мол, убивать врагов мне не в первый раз, и почему бы еще не повеселиться?

После небольшой разминки и боя с тенью я пошел наверх. Остальные ребята уже встали. Я принял душ и направился на завтрак. Дима сегодня был немного отрешен, что объяснимо.

В столовой меня все приветствовали и желали удачи, впрочем, как и другим участникам Универсиады.

Маша ждала за столом со Светой и Виолеттой. На удивление, дочки военных чувствовали себя, как мне показалось, даже лучше, чем обычно. Веселые, смеются.

Чего не скажешь о Виолетте. Вот за кого было реально страшно, так это за нее.

И без того бледная девушка, сидела белее мела. Уставившись в одну точку, она на автомате мешала ложкой в кружке давно растворившийся сахар. Судя по тому, что перед ней не было еды, она пошла на завтрак исключительно за компанию.

— А где Дима? — удивилась Маша после того, как я к ним подсел.

— Не знаю, видел его у стойки с фруктами, — пожал я плечами и попытался высмотреть друга в зале.

Ага, вот и Бердышев. Сидит, примерно в таком же состоянии, что и Виолетта. Уставился в тарелку и ковыряет что-то вилкой. Э, нет брат, так дело не пойдет! С таким настроем им ничего не светит даже в первый день.

— Виолетта, дорогая, а ты чего не взяла еду? — спросил я. Странно, что подруги ей ни словом не напомнили о завтраке.

— В горло кусок не лезет, — прошептала она одними губами. — Нервничаю.

Ну хоть честно призналась, но от этого не легче.

— Скажи, ты хочешь, чтобы тебя убили? — наклонился я к ней поближе.

Она впервые посмотрела на меня, и в глазах вспыхнул страх.

— Нет, но и я не смогу кого-то… Ну это… — она провела пальцем по горлу и попробовала улыбнуться.

— А тебя и не просят кого-то убивать. Но запомни одну вещь. Если ты не будешь сражаться, то погибнешь сама. Против нас будут уже не те слабаки, с которыми мы возились на отборочных, а сильные ребята. Ты можешь их победить, даже не убивая. Мы все это видели.

— Наверное… — пожала она плечами.

— И чем это отличается от похода в Дикую Зону? Разница только в том, кто тебя убьет.

— Н-да… Подбодрил, так подбодрил… — фыркнула Маша.

— А теперь, тебе надо поесть, — кивнул я в сторону раздачи с едой. — Не мне рассказывать, как важна еда для организма. Особенно, когда на носу несколько поединков за день.

Она, немного подумав, пошла за едой.

— Вот это ты психолог, — покачала головой Света. — Меня она не слушала.

— Боюсь даже представить, что ты ей говорила…

Теперь надо бы настроить Диму. Оставив девушек, я пошел к своему другу.

— Господи, парень в полной прострации! — удивилась Лора, когда мы сели напротив Бердышева, и он даже не обратил на нас внимания.

— Ало! Земля вызывает Дмитрия! — пощелкал я пальцами перед его лицом. — Возвращаемся, приземляемся! Хьюстон!

— Опять ты со своими шуточками, — без грамма юмора пробубнил он.

— Страшно?

— Очень, — кивнул он. — А тебе нет?

— Честно, мне тоже, — искренне ответил я. — А как же иначе, когда потенциально тебя могут убить? Я же не какой-нибудь сумасшедший.

— Наверное, это выглядит тупо? Вроде в Дикую Зону ходим, как на праздник, хотя там шанс умереть куда выше.

— В Дикой Зоне ты можешь полагаться на товарищей, а это не так страшно, когда с тобой верная команда, — пояснил я. — Чувство смерти притупляется, да и сражаемся мы с неразумными тварями. А тут жизнь зависит только от тебя, а против такие же истребители, как и ты.

— Я это прекрасно понимаю, Миша, но от этого не легче, — он показал свои руки, которые тряслись словно в лихорадке.

— Настройся на бой, как на очередной поход в Дикую Зону.

— Попробую, — кивнул он.

Больше я ничем помочь не мог. Если эта парочка не соберется, Универсиада закончится для них быстрее, чем хотелось бы. Возможно, даже смертью. Но надеюсь, другие участники тоже не болваны, и не будут убивать всех подряд.

— Пошли к нам за стол, — и не дожидаясь ответа, я взял его поднос с едой и направился к девушкам. Ему ничего не оставалось, кроме как пойти следом. Надеюсь, хоть в компании прекрасного пола он оживится.

— Я вам тут еще одного страдальца привел!

Дима сел рядом с Виолеттой. И случилось чудо. Они начали обсуждать подготовку и заклинания, и это их немного расслабило.

Я поймал благодарный взгляд Светы и Маши, и мы продолжили завтрак.

Как оказалось, Антона на время Универсиады забрали родители к себе в имение за территорией Широково. Видимо, хотели, чтобы парень побольше побыл с семьей и поменьше привлекал чужое внимание со стороны участников и родителей из других институтов.

После я пошел за мечом и немного полежать.

Сперва достал свою Волшебную палочку. А потом подумал и взял еще и родовой клинок. Все-таки в правилах никто не говорил, что нельзя использовать много оружия? Вот и попробуем сражаться сразу двумя мечами.

Пока я лежал, смотрел через Болванчика за делами семьи в доме Кувалды. Там было все тихо и спокойно.

Тут и Валера прилетел, чтобы сообщить, что народ на стадионе потихоньку собирается. Но и об этом я уже знал через питомца.

В спальню зашел Коля Строганов. Давненько я его не видел. Наверное, после нашего с ним поединка на отборочных.

— Привет, Миша, а ты чего тут лежишь? — удивился он. — Разве тебе не надо на стадион?

— Привет, да вроде еще есть время, — посмотрел я на часы на стене.

— Знаешь, моя младшая сестра, попросила взять у тебя автограф, — немного смутившись, сказал он. — Отец ей в красках рассказал твои подвиги в Москве.

— Да какие это подвиги, Коля, ты чего? — махнул я рукой. — Наверняка, ты бы поступил так же.

— Победить графа… Вряд ли.

— Ладно, давай какой-нибудь листочек, — улыбнулся я, и он вручил мне небольшой блокнотик. — Ого, у нее тут целая коллекция, — удивился я, когда увидел на страницах кучу других автографов.

— Она их коллекционирует, — вздохнул Коля.

Тут собрались довольно интересные личности. Даже Александр Есенин и Кутузов с Нахимовым расписались. Вот уж не думал, что моя роспись окажется с ними в одной коллекции.

— Ну, думаю, пора выдвигаться, — сделав глубокий вдох, сказал я.

— Не буду отвлекать, и спасибо, — он потряс блокнотом. — Моя мелкая будет очень рада. Если что-то понадобится, всегда обращайся, Миша.

— Хорошо, Коль, — кивнул я.

— Хороший парень, добрый, — сказала Лора, появившись на моей кровати в боевом костюме. — Почему мы мало с ним общаемся?

— А тебе напомнить, сколько у нас проблем? — сказал я, надевая броню.

— Он искренне любит свою семью, — продолжила Лора, пропустив мое замечание мимо ушей.

— И что мне сделать? — удивился я. — Будет время, поболтаем. Может, пивка попьем с ним. Остальные тоже говорят, что Коля хороший пацан.

В гостиной уже никого не было. Все зрители на трибунах. Каждый хотел занять место получше. Родители участников, студенты и преподаватели. Как говориться, кто успел тот и на лучшее место сел.

Маша написала, что они со Светой и Виолеттой на стадионе.

Спускаясь по лестницам пустующего института, мне по пути начали попадаться другие участники. Кто-то шел кучкой, кто-то, как я, по одному. Все были сосредоточены и серьезны. Даже интересно, о чем каждый думает?

— Поздно ты! — услышал я голос Елисеевой.

Девушка быстро догнала меня и пошла рядом. На ней была какая-то необычная броня. Красная, с фиолетовыми и желтыми вставками. Напоминало кимоно, но очень плотное. Ее меч, так же как и у меня, парил за спиной.

— Неплохое снаряжение, — подметил я. — Отец подарил?

— Мама, — ответила она, застегивая «молнию» под подбородком. — Надеюсь, нам не придется сражаться друг против друга…

— Не загадывай, — махнул я рукой.

Уже издалека слышался гул. Ведущий разогревал толпу и что-то рассказывал.

На входе стояли двое организаторов. Они сверились со списками, и мы прошли внутрь.

В этот раз все поменялось. Тут было еще больше места. Новое оборудование, комната отдыха, небольшой лазарет, буфет, тренировочная (и зачем она?), стенды с оружием и огромный экран, транслирующий сразу несколько арен, куда просторней, чем в прошлый раз. Их по-прежнему было четыре штуки. Вокруг них возвышались магические кубы, охраняющие толпу от шальных заклинаний.

Также в зоне для участников висела таблица очков и поединков, чтобы мы знали, с кем нам предстоит сражаться. На выходе на арену стоял Белозеров и контролировал очередность поединщиков.

— Итак, — усилив голос энергией, произнес Белозеров. — Все собрались. Теперь попрошу внимания. Думаю, не стоит вам говорить о необходимости честного поединка, вы и так все прекрасно знаете. Вы следите на табло за очередностью выхода. Я буду вызывать, когда предыдущий поединок закончится. Также, у кого есть питомцы, попрошу оставить их тут. Универсиада показывает навыки ученика, а не прирученного им создания.

Он многозначительно посмотрел на меня.

— В остальном, — продолжил он. — Думаю, никому не стоит напоминать, что если я увижу хоть намек на драку в этой комнате, обе стороны дисквалифицируются. Вы студенты и бойцы, а не шпана из переулка. Так что соблюдайте приличия. Надеюсь на ваше понимание. Итак, первые бои начнутся через десять минут.

— Вот так новости! — прокомментировала Лора, заявление Белозерова на счет питомцев. — То есть они хотят лишить вас последней защиты в случае смертельной опасности?

— Да, какая-то хрень, — кивнул я. — Неприкрытая коррупция.

На таблице я посмотрел, что мой поединок идет третьим против какого-то паренька из Петербургского института.

Наблюдая за другими участниками c питомцами, я заинтересовался девушкой в желтом костюме с черной пантерой с красными пятнами и искрящимся хвостом. У другого парня имелась змея, метров семь в длину.

Но больше всего меня поразило какое-то красное существо с рогами на голове и каменной правой рукой. Это точно был питомец, вот только выглядел он как человек. С ним стоял худой щуплый парень в очках, и они о чем-то спорили.

— Я даже не знал, что такие существуют, — подметила Лора. — Это же чистой воды демон!

— Ага, завораживает, каких только существ нет в этом мире? — согласился я.

Наша компания собралась в зоне отдыха перед экраном.

Тут были все: Дима, Маша, Света, Виолетта, Леня, Арнольд, Вика, Надя, Арбузов, даже Фанеров, и тот сидел в уголку и следил за Машей, поглаживая свой меч.

Не могу понять, он просто дурак или мерзавец…

Кстати, Трубецкой оказался единственным, кто не был в нашей компании. Он тусовался со Специалистами. Уж не знаю, как они нашли общий язык, но лучше с ними, чем с нами.

Первыми в ранге Воинов от КИИМа пошел Арнольд. Вика ему что-то нашептывала на ухо, а он кивал. Затем, она шлепнула его по заднице мечом, и он пошел на арену. Против него выступила какая-то девушка из Красноярского института.

У ранга Подмастерье первой пошла Надя. Она попросила не говорить ей ничего, чтобы не сбить настрой. Против нее тоже выставили девушку… Розу Уэстон, представительницу церкви.

Также объявили пары специалистов и учеников.

Конечно, мы болели за своих. Арнольд сражался довольно умело. За то время, пока мы не виделись, он явно изучал стратегию боя. Если раньше он шел в лобовую, как баран, то теперь использовал магию и отвлекающие маневры. Молодец.

Его противник использовал два хлыста. Один огненный, второй водяной. Девушка мастерски владела двумя видами магии, что для этого ранга большая редкость.

Ведущий рвал глотку, комментируя каждую схватку. Нам транслировалось то же, что и зрителям. Поединки шли и на технических мониторах, а я смотрел все из первых рядов по своему личному «Болванчик ТВ».

— Я думаю, не найдется болванов, которые начнут убивать своих… — начала Маша, но осеклась.

«Итак, дамы и господа! У нас первая кровь! Какое зрелище! Кто бы мог подумать, что уже в первом раунде, и где бы вы думали? В ранге Учеников!»

Толпа загудела, пораженная таким исходом.

Наша компашка мигом замолкла, наблюдая за трансляцией с арены для учеников. Девушка стояла вся в крови, а перед ней лежало тело парня с воткнутым в грудь мечом.

— Позовите лекаря! — кричал ведущий.

Судя по реакции победительницы, она сама не ожидала такого исхода и ее била дрожь. Еще чуть-чуть, и она сорвется.

— Это тебе не монстров убивать в Дикой Зоне, — подметила Лора, но сейчас ее комментарии меня больше раздражали.

— Ну все, началось… — прошептала Виолетта.

Тут вернулся Арнольд. Свой поединок он выиграл, как и Елисеева. Вот только она тоже была на грани, чтобы не поразить на смерть своего соперника.

— Сука… — упав перед нами на колени, выругалась она. — Это нихрена не как на отборочных. Эта овца с самого начала целилась в жизненно важные органы. Чертовы святоши!

— Трубецкой, Игнатов! Готовимся! — крикнул Белозеров.

Мы повернулись к готовящимся выходить драться. Марк уже едва держался, чтобы не броситься в бой. И его противник тоже. Они о чем-то быстро перекинулись парой слов и пошли на арену.

— Нахимова, Бортников! Готовимся! — вызвал Белозеров следующую пару.

Против Светы поставили того щуплого парня в очках с демоном-питомцем. Лора просканировала его. А он оказался совсем не прост. Свете придется очень нелегко.

— Ну, я пошла, — хлопнул по коленям, она встала, схватила свой меч и улыбнулась. — Вы только болейте за меня. Обещаю, долго не задержусь.

— Света, не теряй концентрации, — сказал я ей напоследок.

— Кузнецов, ты за кого меня принимаешь? — в голосе звучала угроза. Я увидел, как ее глаза полыхали голубым огнем. Она и не думала расслабляться.

Начались вторые поединки. И если у Светы все шло довольно гладко, то у Трубецкого бой пошел изначально не по плану. Судя по всему, его оппонент тоже решил не церемониться и уничтожить противника. Я приказал Болванчику подлететь поближе.

— Тебе повезло, что ты умрешь от моей руки, Марк, — тихо проговорил его соперник. — Сколько мы знакомы? Ты ни разу не побеждал меня! Просто прими свою смерть! Ну же!

Как бы я не относился к Трубецкому, боец он был отличный. Даже странно, почему он до сих пор не поднял ранг.

— Ну раз ты желаешь смертельного боя, то не буду тебе отказывать в удовольствии! — прорычал он и, парировав очередную атаку, с разворота всадил меч в грудь своему противнику. — Прости, Ян, ты первый начал. Я этого не хотел.

— Ах ты… — прохрипел парень и рухнул замертво.

— И у нас опять смертельный исход! — перекрикивая гомон толпы, сообщил ведущий.

Как ни странно, но в этом поединке я был полностью на стороне Трубецкого.

Света же умудрилась выиграть бой, не убив соперника. Она просто отрезала ему обе руки.

Нахимова вернулась и просто пожала плечами. Мол, лучше так, чем умереть самой.

— Руки и пришить можно, — сказала Виолетта.

Турнирная таблица говорила, что пришла моя очередь. Моей противницей стала очередная церковница. Герда Батро.

Я посмотрел на Машу, все-таки это ее подруга. Она мне кивнула и поцеловала в щеку.

— Ты только несильно ее бей, ладно? — улыбнулась она, даже не рассматривая варианта моего проигрыша.

А раз так, исполню просьбу любимой.

От Специалистов вышел Волков Алексей, победитель прошлой Универсиады. А вот против него выставили здоровяка Булку. Жаль, но этот бой я не увижу.

От ранга Подмастерье выступал Арбузов.

— Миша… — начал подбирать слова Белозеров, когда я подошел к нему.

— Не переживайте, Василий Клавдиевич. Все будет хорошо, я не буду убивать ее.

— Знаю, но она будет, — прошептал он и крикнул. — Кузнецов, Батро! Готовятся!

Глава 14

Церковная стрижка

Балконы института.

Во время турнира

Две фигуры наблюдали с высоты за тем, что происходило на стадионе. Один из учеников проткнул мечом второго, и тот упал замертво.

— Все идет куда лучше, чем мы предполагали, — усмехнулся один из мужчин.

— Да, епископ, даже родители не сопротивлялись, — согласился второй человек в черной мантии и капюшоне.

— А что они сделают? Совет институтов серьезная организация, — епископ подошел ближе к перилам. — Сильные рода не станут протестовать, это ударит по их репутации, а слабые побоятся возразить, даже если это их ребенок. Честь рода важнее.

Они немного постояли, молча наблюдая за поединками. Затем загадочный человек в черном повернулся к епископу.

— У нас почти все готово ко второй части плана, — отчитался он.

— Замечательно, — злорадно усмехнулся представитель церкви. — Этот мир может спасти только святое слово.

Его собеседник не стал спорить, лишь легкая тень ухмылки промелькнула на его лице.

— Извините, епископ Иоанн, могу я спросить?

— Спрашивайте, — снисходительно кивнул он.

— Хоть у нас с вами общая цель, но идем мы разными путями. Мной движут деньги, как бы это банально ни звучало, и еще жажда власти, — он тоже подошел к краю балкона и глянул вниз. — Но что заставило вас пойти на такой шаг? По сути это предательство.

От этих слов епископ только рассмеялся.

— Ох, как вы ошибаетесь! Как я могу предать высшее создание, дарующее нам святую силу? Нет! Мы действуем только в его интересах и в интересах человечества. Вокруг стало слишком много грязи, а ее необходимо вычищать любыми способами.

— Не боитесь, что инквизиторы могут пасть от ваших же планов? Даже в этом турнире?

— Нет, — твердо ответил епископ. — А если они и умрут, что ж, они погибли во имя высшей цели. Хоть и оказались слабаками.

— Думаю, теперь я понял ваши мотивы. Но вы уверены, что у нас не будет проблем?

— О чем вы говорите? — удивился епископ Иоанн. — Все сливки общества собрались на стадионе. К этому месту приковано исключительное внимание. Даже Есенины, и те приехали…

— Но помимо них есть ряд других, не менее сильных родов, которых я тут не наблюдаю, — подметил его собеседник и поправил капюшон, чтобы его не сдуло ветром.

— А вы про ТЕХ людей? — усмехнулся епископ. — Это давно постаревшие герои, которые растеряли былые силы. Да и когда они вообще вмешивались?

На это нечего было возразить.

— На этом все, — кивнул загадочный человек в капюшоне. — Ближе к концу Универсиады мы начнем… — он направился ко входу, но на плечо что-то упало. Что-то липкое. — Вот зараза! Не думал, что голуби настолько меткие.

— Хех, это к удаче!

— Вот уж не думал, что вы суеверный, — отряхивая голубиный помет с плеча, сказал собеседник.

Как он не пытался избавиться от грязи, все равно на мантии осталось пятно.

— Голубь — божественная птица! — пояснил епископ. — А тем более белый.

Мужчина в мантии ничего не ответил. Поправил капюшон и пошел вниз.

Представитель церкви остался на балконе, чтобы понаблюдать за турниром.

— Мудаки… — коснулся его ушей слабый писк.

Повернувшись на голос, епископ Иоанн увидел только белоснежного прекрасного голубя.

— Показалось… — пробубнил он и опять отвернулся.

Поправив митру, он собрался спускаться вниз, как на голову тоже упало голубиное дерьмо. Епископ готов был поклясться, что слышал, как улетающий голубь что-то сказал.

— Ну точно послание свыше! — воскликнул он. Даже если все слова и были отборным матом.

* * *

Стадион КИИМа.

Поединок был точно не из легких. Против Герды сложно сражаться еще и потому, что ее уникальная магия буквально предугадывает каждое движение.

Лора проанализировала ее тактику и вывела примерное время, на которое Герда может заглядывать в будущее.

— Лора, я так же хочу! — отбиваясь от ее ударов, крикнул я. Пришлось отпрыгнуть подальше, чтобы самому иметь возможность атаковать.

У Герды было очень странное оружие. Две цепи, на концах которых раскачивалось по кресту с острыми как бритва краями.

Отбивать их оказалось той еще проблемой, так как она легко могла менять направление удара в последнее мгновение. Судя по тому, как сражалась церковница, задача у нее и вправду была убить соперника.

— Странные у Маши подруги, — прокомментировала Лора.

Но не у одной Герды имелись козыри в рукаве. Сверхсовременный искусственный интеллект Л. О. Р. А тоже сойдет. Моя дорогая помощница куда круче, чем любая ваша магия.

Лоре понадобилось немного времени, чтобы привыкнуть к атакам, просчитать траекторию и выделить особенности движений и магии.

Вместе с моей Волшебной палочкой, которая продолжала адаптироваться под поведение противника, и замедлением времени я не только отбивал кресты и уворачивался от цепей, но и бил в ответ.

Когда я наконец поймал ее в удушающий прием, Герда еще сумела побороться. Ее белые длинные волосы зашевелились и попытались меня схватить. Хорошо, что я успел отскочить в последний момент.

Медленно поднявшись на ноги, Герда стала напоминать Медузу из древнегреческих мифов. Белые глаза пылали светом, волосы дергались как тысячи змей.

— Фи, какая безвкусица! — скривилась Лора. Фишка с шевелящимися волосами принадлежала только ей.

А еще проблема заключалась в том, что мне приходилось сдерживаться, чтобы не причинить ей вред. Все-таки она девочка и подруга Маши.

Лора накидала мне несколько вариантов для победы, и я выбрал самый безопасный для нее, хотя, возможно, и обидный.

Во время очередной атаки я ушел под цепь, достал второй меч и, воткнув клинок между звеньями, заблокировал оба орудия. Следом напитал родовой клинок энергией докрасна, чтобы у Герды не хватило сил его вырвать.

Затем я рванул к ней. Она тут же попыталась ухватить меня волосами, но я взмахнул мечом. Ее локоны, хоть и напитанные энергией, не устояли перед острым лезвием.

Первая ее реакция оказалась куда сильнее, чем я ожидал. И толпа охнула, когда волосы упали на землю.

— Кажется, у тебя проблемы, — прокомментировала Лора, когда мы отскочили на пару шагов.

Глаза девушки начали в прямом смысле искрить. Она подняла с пола свои волосы и прижала к груди. Дальше меня спасло только замедление и Лора.

С какой-то нечеловеческой скоростью, она сократила дистанцию между нами и попыталась пробить кулаком мне грудину. Сил ей хватало, это я почувствовал с самого начала.

Вот только у меня еще оставалось время подумать. Сделав рывок в сторону, я прочертил клинком траекторию в нескольких сантиметрах от шеи Герды.

Толпа опять охнула, а на землю упала еще прядь волос.

Дальше на меня накинулась уже не девушка, а монстр. Войдя в режим берсерка, она забыла о защите и просто наступала, закидывая меня заклинаниями, похожими на лазерные лучи.

Проще было бы воспользоваться моментом и прикончить взбесившуюся бабу, но я же пообещал Маше… Да и девочек убивать нельзя. Только шлепать по попе за плохое поведение!

Да и Герда не собиралась меня жалеть, так что все честно.

Еще уворот и взмах меча, и вот несколько прядей на земле. Герда уже могла похвастаться новой короткой стрижкой, которая, кстати, ей очень шла. Я позаботился о том, чтобы подровнять все на высшем уровне. Даже кончики не секлись.

— А теперь можно и по старинке! — хмыкнула Лора.

Когда она в очередной раз попыталась схватить меня, я выставил вперед руку, и мы сцепились. Герда не ожидала такой наглости и поэтому немного замешкалась. Этого мне хватило, чтобы дернуть ее на себя, закружить как в вальсе и взять на удушающий.

Вот теперь я знал, что чувствуют наездники необузданных быков!

Мы носились по арене несколько минут. Она пыталась меня скинуть, а я поражался, почему она до сих пор не отключилась.

Но человеческие силы не вечны, и она сдалась. Тело обмякло, и я аккуратно положил ее на землю.

— Прости за волосы, — тихо сказал я, не надеясь, что она услышит.

Тут же появился судья и объявил мою победу!

Когда я вернулся в комнату отдыха, получил кучу поздравлений. Маша не стала ничего говорить за мои методы и только поблагодарила, что я не убил Герду.

Сил на этот бой у меня ушло предостаточно, руки еще дрожали.

До конца дня бои не утихали. Многие участники быстро смекнули, что противника проще убить, чем вырубить. Так что крови было еще много.

Я не мог их судить, это турнир, и им дали такое право. Но смотреть на плачущих родителей, которые уносят тела своих детей, было нелегко.

К сожалению, без смертей мы тоже не обошлись. Вика убила своего противника, но тот ее просто вынудил. Сам он не собирался жалеть девушку, так что никто Вику не винил. Да и она сама грызла себя не час и не два.

Перед ужином, когда осталась еще парочка поединков, мы с Машей сидели в креслах и смотрели на мониторы. Она бой уже выиграла и тоже отдыхала.

Неожиданно к нам подошел Фанеров.

— Простите, — он был на удивление вежлив. — Маша, я пошел сражаться. Настал мой черед. Если я случайно умру, ты будешь меня оплакивать?

— Да что же с тобой делать, Женя⁈ Возвращайся живым и невредимым, а лучше с победой! Никаких смертей! — она похлопала его по плечу, и он едва не кончил.

— Да, Женя, ты хоть и странный, но мы в одной команде! — добавил я.

— Точно! Ты же хороший мужик! — пробасил Арнольд и попытался тоже похлопать его по плечу.

Но Фанеров мигом отпрыгнул.

— Не трогай меня! — зашипел он на парня. Арнольд только улыбнулся и примирительно поднял руки.

Фанеров взял меч и пошел к зоне формирования.

— Женя! Ты понял? Не убивай соперника! Просто отделай его и все! — крикнула Маша, а сама наклонилась ко мне и прошептала: — А теперь ты увидишь фокус.

Против Фанерова выставили здоровенного парня с молотом. Но он не казался таким же как Арнольд. Двигался он с поразительной точностью, поднимая тяжелый молот одной рукой. Наверняка не обошлось без физической магии.

Рядом с ним Фанеров выглядел как первоклашка против старшеклассника. В два раза меньше, и вдвое уже, и скорее всего, куда умнее.

Пара вышла на арену. Судья объявил о начале боя. Противник Жени кинул в него молот и толпа охнула.

Должен признать, я сам прикрыл глаза, когда увидел, что Фанеров просто смотрел, как на него летит многокилограммовый молот.

А потом я услышал еще один вздох толпы и взрыв эмоций!

Когда я посмотрел на экран, вначале не поверил.

— Да нет, — сказал я вслух. — Такого не может быть, это же постанова…

Остальные придерживались моего мнения. Буквально все, кто сидел рядом с нами, с открытыми ртами смотрели на монитор, где в повторе показывали, как Фанеров, выставив ладонь вперед, без особых усилий поймал молот.

— Ну как тебе? — пихнула меня в бок Маша. — Впечатлен?

— Охренеть как!

Наверное, я бы так же смог. Но на подобный трюк потребовалось бы много энергии.

Дальше еще удивительнее. Фанеров просто сжал пальцы и расколол молот на куски, как будто хлебный сухарь.

Он начал подходить к громиле, который явно не ожидал такого поворота. Когда же противнику Жени не осталось места для отступления, он просто поднял руки.

— Признаю поражение! — громко крикнул он.

— Умный ход, — подметила Лора. — Противник явно сильнее. Шансов нет, вот он и не стал испытывать судьбу. Холодный расчет. Молодец.

— Ты даже меня так не хвалила за победу!

— Ну прости, дорогой, вот выиграешь Универсиаду, тогда и похвалю, — хихикнула она.

Фанеров вернулся под наши аплодисменты. Такого от него никто не ожидал.

— Молодец, Женя, — похвалила его Маша, и парень засиял как свечка.

К концу первого дня в поединках убили одиннадцать студентов.

Пока мы шли к институту, нас догнал Антон. Судя по всему, Есенины тоже смотрели за турниром.

— Не хотите посидеть в баре? — предложил он нам. Даже Фанерову. — Отец арендовал бар за территорией института, так что никто нам не помешает. Будут только киимовские.

Мы переглянулись и дружно согласились. Но для начала скинули все шмотки, надели более-менее приличную одежду и отправились в бар.

К счастью, никто из студентов КИИМа сегодня не умер. Неплохо нас подготовили.

В баре мы сидели, пили пиво, смеялись и болтали. Каждый делился переживаниями по поводу завтрашнего дня, ведь против нас будут сражаться такие же победители. Половина участников уже отсеялась, а значит, завтра день будет куда короче.

Скоро в бар заглянули и родители участников, в том числе и Кутузов с Нахимовым. Потом пришли и Сергей Есенин со своей женой и Антоном. Александра не было. Нам сказали, он не любитель посиделок по кабакам. Однако, вспоминая как он хлестал с генералами все, что крепче воды, кажется нам немного приврали.

Но мы и так неплохо повеселились. Оба военных взяли на себя роли ведущих, рассказывая истории из жизни. К ним присоединился Есенин-старший со своими стихами. Они у него оставались такими же великолепными, как и в моем мире.

— Попрошу немного внимания, — постучали вилкой по бокалу. Это был Леонид. — Господа, хочу поблагодарить за приятный вечер. Ваша светлость! — он поклонился Есенину. — И я очень рад, что меня окружают такие замечательные люди! В КИИМе у меня появились настоящие друзья! Спасибо моим родителям, что поверили в меня и разрешили поступить в этот институт. — Он повернулся к отцу с матерью и тоже поклонился. — Раз уж мы все здесь сегодня собрались, я бы хотел сделать одно заявление!

Он отставил бокал, отодвинул стул и встал перед Аней на одно колено.

Девушки тут же охнули от умиления.

— Анна Извольская, ты будешь моей женой? — он достал кольцо с бриллиантом и протянул ей.

— Да, — она расплакалась и подала ему руку. Колечко тут же оказалось у нее на пальце.

Следом раздались аплодисменты, парни засвистели, и вечеринка перешла на новый уровень.

— Вот это сильно, парень! — похлопал его по спине Кутузов.

— Согласен! Смелый поступок! — поддержал его Нахимов.

Я тоже был очень рад за ребят и поздравил их с таким событием. Оказалось, Леня действовал по своей инициативе. Позже вечером он мне признался, что после нескольких кружек пива, он испугался, что может погибнуть и не осуществить задуманное.

Его родители владели графским титулом и имели влияние в столице. Когда Анна станет его женой, она тоже получит права и титул аристократа.

К ним подошел Сергей Есенин, поздравил, и предложил помощь в организации свадьбы. Наверное, потому что Леня был другом его сына.

От такого подарка нельзя отказываться, вот и Леня не стал.

Единственными, кто совсем не порадовались за выбор сына, были его родители. Как оказалось, они готовили для него брак с дочерью посла, и она должна была стать его первой женой, но Леня все испортил.

— А разве есть разница между первой и второй женой? — шепнул я слегка опьяневшему Диме.

— Не особо, — икнул он. — Но тут речь идет о репутации. Кто захочет делить мужа с простолюдинкой? Особенно дочь посла.

Вышли мы за полночь. Точнее не так. Некоторые выползли. Антон запрыгнул в машину с родителями, и они уехали к себе. Кто-то остался в баре, продолжая отмечать конец первого дня Универсиады, а я, Дима, Света, Маша, Леня и Аня пошли в институт. Виолетта ушла еще раньше.

— Как думаете, церковь и дальше будет пытаться всех убить? — спросил Дима.

— Думаю, да, — кивнула Маша, отлично зная этих ребят. — Отец сказал, что лучше с ними держать ухо востро.

— Согласен, — кивнул Леня. — Видел, как они сражаются. Остальные тоже не собираются их жалеть

— Да… Много сегодня погибло… — вздохнул я. — Вы это, сами хоть не помрите завтра.

Шутка была не самой смешной. Никто и не засмеялся. Все погрузились в свои мысли.

Так мы и дошли до института.

Я решил еще немного посидеть с Машей на ступеньках, подышать свежим воздухом и просто поболтать.

— Миша, мой отец говорит, что не зря они установили такие правила, — сказала она.

— Я знаю, но сейчас мне не хочется засорять голову. Мы все равно ничего не изменим, — я обнял ее за плечи.

— А ты бы смог?

— Смотря сколько времени у меня будет.

Дальше мы просто сидели и целовались.

Когда же мы решили, что пора спать, ко мне подлетел Валера. Опять он хрен знает где пропадал целый день.

— Миша, на пару слов, — пропищал он.

— Срочное?

Голубь кивнул.

Мы попрощались с Машей, и я пошел по дорожке к парку.

— Валера, если это какая-то хрень, то знай…

— Я слышал, как два мужика на балконе говорили о каком-то плане. И он явно не сулит ничего хорошего для остальных.

— Ну-ка, рассказывай…

Глава 15

Что делать и кто виноват?

Где постоянно пропадал Валера, когда мы приехали в КИИМ? Вот и ответ. Он быстро понял, что от него нет никакой пользы в бою, так как он физически чуть сильнее таракана, но в остальном он вполне мог сойти за шпиона. У меня была подобная мысль, но предлагать шпионствовать королю какой-то там вселенной не комильфо. Но пернатый сам догадался и, возможно, раньше, чем я.

И вот, он поведал мне тайный разговор между двумя подозрительными мужчинами.

По описанию я догадался, что один из них епископ Иоанн, а вот кто второй?

Как всегда решаем проблемы по мере их поступления.

— Значит, вот и инициатор идеи разрешения убийств на Универсиаде, — пробубнил я, наблюдая, как утки кружат у озера. — И ему как-то удалось уговорить остальных представителей институтов, что это хорошая идея?

— Согласна, звучит, как бред сумасшедшего, — сказала Лора.

— И что это за вторая часть плана… — продолжил рассуждать я. — Валера, а ты не проследил за вторым человеком?

— Он закрыл за собой дверь, — ответил голубь. — Так что нет.

Мне это все определенно не нравилось. Слишком много нестыковок и странностей, а информации мало. И что делать, я не представлял.

— Ладно, тогда будем действовать немного по-другому. — Я снял две детальки Болванчика с браслета. — Ты летишь к этому святоше и записываешь все, что покажется тебе странным. А ты, Лора, проконтролируй.

— Поняла.

— Это ты кому сейчас сказал? — удивился Валера.

Тут до меня дошло, что они не знакомы с Лорой. А вообще, стоит ли это делать? Вроде как, он не мой питомец…

— Болванчику, — ответил я. Пока нашему могучему воину не стоит знать про Лору, да и от этого никакой пользы, только проблем выше крыши. — Поздоровайся.

— Здравствуй, голубь, — поздоровалась Лора через детальку.

— Карилианская впадина меня поглоти! Он что говорить умеет? — удивился Валера, всплеснув крыльями.

Болванчик завибрировал и отправился на задание. Вообще в последнее время, у него очень много дел. Защищать семью, следить, подслушивать… А ведь он практически неуязвим для физических атак и вполне годится для лобовой атаки. Но пока пусть качает и другие свои функции.

— Надо бы ему какой-нибудь апгрейд за трудолюбие, — сказал я Лоре.

— Сделаем!

На этом мое микро совещание закончилось: приказы розданы, информация рассматривается и обрабатывается.

Эх, как я не люблю загружать голову перед сном. Может, попросить Лору изолировать часть воспоминаний и спрятать их куда подальше? Думаю, ей это под силу.

Я поднялся в спальню, скинул одежду, принял быстренько душ и лег спать.

— Знаешь, с прибытием всех этих графов и князей воздух будто пропитан энергией, — сказала Лора.

— Да я сам это чувствую, — согласился я. — Чего только стоят родители Антона… Ладно, давай как обычно.

Лора напоследок улыбнулась и начала расслаблять тело и разум, чтобы я смог быстрее уснуть.

* * *

г. Широково.

Радиостудия «Камертон».

— Где мои бутерброды, черт тебя дери⁈ — кричал Леня Скрипач в стационарный микрофон, который выходил прямиком в динамики в холле.

Сейчас его слышали все в студии. Посторонних не было. Только охрана и слуги.

— Иду, господин, — раздался монотонный голос одного из подчиненных.

Через полминуты перед Леней стояла тарелка с едой.

— Так какие у нас дальнейшие планы, Емельян Сергеевич? — посмотрел Леня на мужчину в углу комнаты.

— Я считаю, что сейчас все играет нам на руку, — без промедлений ответил он.

— С хера ли? — фыркнул Леня и запихал целый бутерброд в рот.

— Серьезно, надо объяснять? — скривился Емельян Сергеевич, наблюдая, как его коллега губит желудок неправильной едой.

Вообще последнее время Скрипач только так и питался. А все потому, что он попросту боялся выходить из здания.

Конечно, он следил за Кузнецовым, и узнал о его подвигах Москве. Вот только Леня не ведал одного. Кто такой Илларионов.

Дирижер очень тщательно умудрялся скрывать свою настоящую личность. Уж как ему это удавалось, одному богу известно, но как Леня ни искал, ему попадалась лишь куча фейковой информации, в которой сам черт ногу сломит.

Теперь же, когда Емельян Сергеевич сообщил ему, что Илларионов и Дирижер это один человек, Леня сразу вспомнил пару правдивых сведений, которых ему все же удалось нарыть.

Скрипач искал инфу и про графа Илларионова в том числе, но в сети постоянно натыкался на нестыковки. То Дирижер вылезал как барон Фальцетов, то как купец Тарасов, то оказывался князем Борабовым, то еще пес знает кем.

И лишь сейчас до Лени дошло, что Дирижер не стал удалять всю информацию о себе. Это было попросту невозможно, а вот вбросить кучу липовых статусов, званий и должностей легче легкого.

— Уж потрудись, — сказал Леня.

— Сейчас место главы музыкантов вакантно, и занять его проще простого, так как остались только мы и Рояль, — пояснил Емельян Сергеевич и поймал на себе странный взгляд Скрипача. — Ты расслабься, я не претендую на это место! — поднял он руки. — Мне надо оставаться в тени. Внимание мне ни к чему.

Его собеседник расслабился, откинулся на спинку кожаного кресла и взял новый бутерброд.

— И как это провернуть? У меня сейчас вообще нет никаких идей! — махнул он рукой. — В городе дохрена аристократов! Сильных! Да чего я тебе объясняю⁈ Тут Есенины! Кузнецов, который, на минуточку, убил нашего босса и опять же в одиночку! А Дирижер был ахренеть какой сильный и влиятельный тип!

— А разве я говорил о силовом захвате?

— Тогда слушаю…

* * *

КИИМ.

Утро

Выспавшись, мы с ребятами умылись и позавтракали. В столовке уже все обсуждали шум в прессе насчет новых правил Универсиады. Газеты окрестили решение комиссии безалаберностью и попустительством. Заботой не о жизни будущих истребителей, а погоней за зрелищностью. Настоящее предназначение Универсиады, давно забыто, — так гласили заголовки газет.

Родители некоторых участников старались прорваться к руководству, прямыми или косвенными путями пытаясь повлиять на решение. Кто-то угрожал связями, кто-то членовредительством, но на все претензии отвечали гробовым молчанием и какими-то бумажками, скрепленными магией.

— Какая глупость этот договор! — сказала Лора. — Ученикам просто достаточно не убивать друг друга.

С ней я был согласен. Вот только вряд ли кто-то остановится. Святоши, судя по всему, так и продолжат вырезать оппонентов. Пойти против Церкви мало кто мог. Их влияние тут просто колоссально.

Встретив Ермакову, я уговорил ее уделить мне немного времени. Она посмотрела на часы. До начала поединков еще оставалось время.

— Пошли, — вздохнула она. Судя по всему, Наталья Геннадьевна поняла, что разговор будет серьезным.

Мы зашли к ней в кабинет. Она закрыла дверь и повернула какой-то неприметный переключатель.

— Ого, — удивилась Лора. — А тут просто неприступная крепость!

— Разве, в институте нет глушилок в стенах?

— Есть, только она их умножила на два. Хрен кто к нам попадет.

Ермакова прошла за стол и жестом пригласила меня присесть.

— Слушаю, Кузнецов.

— Нет, Наталья Геннадьевна, это я бы хотел вас послушать. Почему такое происходит? — без лишних сюсюканий спросил я.

— Миша, только не сейчас… — она опять тяжело вздохнула. — Слишком много нюансов. Слишком все запутано. Я далеко не все имею право рассказывать!

— Что, простите, Наталья Геннадьевна? — не выдержал я, подойдя к ее столу. — Вы установили такие правила и не хотите ничего объяснять? Вы отправили нас на убой!

— Миша, сядь, — она показала на стул.

— Я хочу остановить это и удивляюсь, почему никто из верхушки КИИМа не встал на защиту своих студентов? Почему директор смолчал?

— Сядь! — требовательнее сказала она.

— Миша, энергия начала расходоваться, — напомнила Лора, что нужно держать себя в руках.

Я вздохнул. Помощница прогнала энергию по каналам, чтобы успокоить меня. Сев в кресло, я посмотрел на Ермакову.

— Что происходит, Наталья Геннадьевна? Как это остановить?

— Никак.

— Почему остальные члены совета согласились на такой бред?

— Не знаю, но мы были…

— Против, это я знаю, — кивнул я. Лора подтвердила, что она не врет. — Эту инициативу предложил епископ Иоанн, но зачем ему это?

У Ермаковой сверкнули глаза от удивления.

— Откуда ты знаешь?

— Слишком много нюансов. Слишком все запутанно. Я далеко не все имею право рассказать, — повторил я ее же слова. Пусть почувствует себя в таком же положении.

— У церкви достаточно влияния, денег и связей, чтобы продавить некоторых членов комиссии, — она наконец-то сдалась. — Кого-то подкупили, кому-то угрожали. В КИИМ тоже обратились, но мы четко дали понять, что нам с ними не по пути.

— А что директор?

— Алексей Максимович сейчас не на месте, — она посмотрела на меня умоляющим взглядом. — Прости, больше я не могу тебе сказать…

— А Звездочет?

— Его тоже нет в институте…

Она точно знала, что происходит. Если не с заговором вокруг Универсиады, то с отсутствием двух главных людей КИИМа.

— Хорошо, не говорите. Но почему молчит Екатерина Петровна?

— Император не вмешивается в дела КИИМа и всецело доверяет Горькому.

— Что за бл***во⁈ — воскликнула Лора, не выдержав такого бреда.

— Вы сейчас шутите? Он не может вмешаться и запретить этот беспредел? — удивился я.

— Это правило магическое… Его нельзя отменить.

— Почему бы не запретить участникам убивать и ввести новое правило, которое наказывает убийц?

— Первый день уже миновал. После начала Универсиады, никакие новые правила не вносятся. И это тоже правило…

Судя по ее виду, Ермаковой и самой очень хотелось сделать все возможное, но никаких вариантов не было.

— Это полный бред. Зачем доверять страну тому, кто не может вмешаться в подобный произвол?

— Миша, аккуратнее со словами, прошу! — выставив руку ладонью вперед, сказала Ермакова. — А то последствия могут быть… серьезными.

— Я и так сдерживаюсь, Наталья Геннадьевна… — сказал я, но Лора предупредила, эмоции у меня так и скачут. — Что прикажете делать? Не хочу я, чтобы у меня на глазах умирали друзья!

— Поверь, Миша, я тоже не хочу, — она посмотрела мне прямо в глаза. — Но я пока не вижу выхода из этой ситуации. Должно случиться чудо…

— Чудо… — повторил я, смакуя это слово. Как бы оно сейчас не помешало. Я даже готов был обратиться к Деду Морозу, в которого и не верил с детства. Все что угодно, лишь бы случилось это чудо.

Вышел я от Ермаковой, а вопросов меньше не стало. Но одно я понял точно. Ни она, ни Звездочет с Горьким не смогут ничего поделать. Думаю, даже вмешательство Есенина или Царя ни к чему не приведет.

А значит, придется работать с тем, что есть. Жаль, что нельзя участвовать в нескольких боях, или заменить того, кто слабее. Так бы я хоть в одиночку вырубил бы всех, кому хочется убивать.

Пока я мотался за доспехами и в спальню, только размышлял и что о поединках.

— По сути, наша главная проблема это организаторы всего этого пиз***ца — Церковь, — рассуждала Лора.

— Что-то ты часто стала материться? — улыбнулся я, натягивая поддоспешник.

— Да как тут не материться⁈ — Лора появилась передо мной в спортивном костюме и сланцах. — Нет, ну ты слышал, что она говорила?

Я скептически посмотрел на помощницу. Осознав, что сморозила глупость, Лора села рядом.

Тут в спальню зашел Дима с новыми доспехами.

— Ого, неплохая броня! — присвистнул я, просматривая статистику от Лоры.

— Ага, отец с утра принес, — похвастался Дима. — Такая и попадание танка выдержит.

— Да конечно, заливай давай.

— Отвечаю!

Вот и нашлось решение проблем с правилами.

Родители поняли, что не смогут повлиять на решение совета и начали скупать дорогущие доспехи и оружие для усиления своих чад. Что ж, предсказуемо.

Кстати, я урвал у одного из волонтеров брошюру об Универсиаде. Благо, ими был завален весь КИИМ.

Там предусмотрели даже правило для тех, кто решил покинуть турнир без боя. Ему грозило исключение без права восстановления. Ну, уж реально суки! Правда жизнь куда ценнее, и не мне винить тех, кто решит соскочить.

Интересно, а как церковь отреагирует, если их людей будут убивать? Чисто гипотетически? Епископ расстроится, если его дорогой Авраам случайно отбросит копыта?

— Миша… — пробубнила Лора.

— Да-да, помню. Энергия! — закатил я глаза.

С Димой мы отправились на стадион.

Когда там собрались все участники, выяснилось, кого родители любят больше, а за кого совсем не волнуются. Да и простолюдины сильно выделялись.

— Виолетта, дорогая, откуда у тебя такая броня? — воскликнула Света, первой увидев подругу.

— Ну нихера себе, — зашептались Специалисты в стороне при виде девушки.

Да многие начали поглядывать на нее, точнее на ее наряд.

Белоснежный облегающий костюм в футуристичном стиле. С легкими вставками брони из неизвестного материала. В сочленениях мелькали потоки голубой энергии. У Виолетты даже имелось новое оружие. Если это можно так называть.

Две сферы размером с футбольные мячи парили справа и слева за ее спиной. Это точно какое-то оружие, даже Лора не смогла до конца понять, как оно работает.

— Откуда у тебя эта разработка? — спросила Маша, подойдя к Виолетте.

Та мигом смутилась и опустила глаза.

— Хотя, можешь не отвечать. Я догадываюсь, — улыбнулась Кутузова. — Такие технологии есть только у одного рода.

— Антон? — тихо шепнул я ей на ухо. На что она кивнула, и я повернулся к остальным. — Если она не хочет говорить, то не надо до нее докапываться!

Вот только после слов Маши до всех и так дошло.

Начался второй день.

Мой бой числился семнадцатым, практически в самом конце списка. Против какого-то типа из Питера, но меня его родина волновала меньше всего.

В этот раз Трубецкой не убил своего противника, а только покалечил. Маша тоже без особого труда победила в поединке, хотя ее и успели ранить. Несерьезно, но кровь брызнула на ринг.

Я наблюдал за боем на мониторах. Когда показали Кутузова, он едва не бросился спасать свою дочь. Усы генерала на несколько секунд вспыхнули, как и брови с глазами. Волосы вздыбились, сорвав шапку. Его смог успокоить Нахимов, который едва сдержал ярость друга.

Когда же Кутузова победила соперника, на трибунах все резко выдохнули. Да и жар как рукой смахнуло.

Зато стоило выйти Свете, как ситуация мигом стала зеркальной. Теперь уже Нахимова держал Кутузов. И тут у Светы случился первый рецидив. Оказалось, она может хорошенько взбеситься даже после нескольких фраз.

Против нее выставили парня, который вчера убил своего противника, а тот почти готов был сдаться. Эта сволочь умудрилась повалить Свету и начала что-то нашептывать ей на ухо. Вот тут у Нахимовой и сорвало крышу.

Она закричала, словно ее резали пилой. Сорвала руки со своей шеи и едва не размазала эту блоху по земле. Парень едва успел моргнуть, как Нахимова выдавила ему глаза, вырвала руку из сустава и забила ей соперника прямо на глазах у охреневшей публики.

Вот тут Петру Борисовичу и пришлось вмешаться. Правда не чтобы спасать дочь, а вырвать останки соперника из рук дочери и долго успокаивать ее.

Тем временем готовилась новая пара.

— Волков, Бардольф, приготовились! — крикнул Белозеров.

А вот это будет интересный бой! Но взгляд Авраама мне совсем не нравился. Какой-то он отрешенный…

Когда ребята вышли на арену, мои подозрения на счет церковника усилились.

— Что-то с ним не так, — шепнул я Диме, и тот согласился.

— Итак, дамы и господа. Бой с одним из фаворитов Универсиады и прошлогодним победителем! — рвал глотку ведущий.

Все, кто находился в зоне отдыха, столпились у мониторов. Наверное, нас ждал один из интереснейших боев за сегодня, а может, и за все время соревнований.

От автора: Тут Валерчик залетел на огонек

Глава 16

Волков vs Бардольф (Алиса)

Почему все так ставили на этот бой? Наверное, потому что у церкви репутация сильных ребят? Или из-за того, что про их жизнь мало что известно? Вокруг церковников витает ореол загадочности, что делает их в глазах других еще мощнее. Хотя да, они и вправду были не слабаки.

Что же представлял собой Волков Алексей? Типичный герой авантюрных романов. Белобрысый, голубоглазый. Даже его доспехи выглядели как старославянская кольчуга. В руках сверкал меч-кладенец. С виду простая броня была под завязку оснащена разными артефактами. Лора вывела список, и я присвистнул от удивления.

Пусть по специализации он физик, но ему были подвластны и заклятья других типов.

Авраам же выступал, невзирая на слухи, темной лошадкой. Хотя скорее светлой. Его доспех с плащом в пол буквально светился белым. Не сильно, но все же. Накинув капюшон, он вышел на арену.

Все замерли в ожидании, а я не отрывал взгляда от Авраама. Он словно сам не свой.

— Он в состоянии потока, — будто прочитав мои мысли, сказала подошедшая к нам Герда. — Сейчас он на пике своих сил.

Все резко повернулись к ней. В воздухе повисло неловкое молчание.

— Ты это… — сказал я, показывая на ее волосы. — Извини, что так. Ты хорошо сражалась.

Она только улыбнулась, как будто и не держала на меня зла

— Врун, — хмыкнула Герда. — Ты даже половины силы не использовал.

На арене начался бой, и нам показали высший пилотаж. Специалисты были намного сильнее Воинов, и дрались в два-три раза дольше.

У Волкова браслет сверкал синим цветом. Сколько же он убил монстров? Мне рассказывали, что Казанский институт располагался в отдалении от Дикой Зоны, и имел всего один метеорит на территории. Впрочем, как и другие, кроме КИИМа. Раз так, то каким образом качаются там студенты? Выезжают на каникулы?

Бой начался с атаки Алексея. Размахнувшись, он нанес рубящий удар сверху, который оказался такой силы, что Авраам продавил ногами пол.

Они начали выделывать пируэты мечами. Да, красиво, чего греха таить. Лора записывала поединок, чтобы потом мы смогли его проанализировать.

Авраам сражался так, как будто и не видел соперника. Но и Волков бился без устали.

Скорость ударов только увеличивалась, пока схватка не перешла в сплошное мелькание огней. Чтобы разглядеть приемы, мы помогло замедление времени. А ведь у церковника оружие куда больше и тяжелее, чем у противника.

Настало время первой крови. Волков нанес глубокий порез у Авраама на ноге. Церковник тут же отскочил, попытавшись убрать рану, но что-то пошло не так. Она не затягивалась.

— Как так⁈ Почему он не залечивает ее? — спросил один из бойцов.

— Все дело в мече Волкова, — пояснила Виолетта. — Его магические свойства входят в резонанс с магией лечения, не давая ей действовать. Иногда может быть и обратный эффект. Но это работает только на слабых противниках.

— Значит, надо опасаться его ударов, — сказала Лора, делая пометку.

Впервые Авраам посмотрел на противника. Мимолетное удивление сменилось искренним интересом.

— Его поток поменялся, — Лора включила мне энергетическое зрение, и я увидел, как его каналы начали работать немного по-другому, как будто пульсируя.

Стиль боя Авраама изменился. Использовав свой большой меч как шест, Авраам оттолкнулся от земли и подпрыгнул повыше, чтобы успеть напитать оружие энергией.

Как в первый день нашей встречи, меч Авраама начал светиться ярким светом.

Волков решил заблокировать этот удар, выставив перед собой свой клинок.

— Идиот! Что он делает⁈ — воскликнула Виолетта. — Уклоняйся!

Но Волков не слышал. На него обрушился мощнейший удар, и под ним треснул пол. В воздух поднялся столп пыли.

Стадион охнул. Ничего не было видно.

Из дымки вышел Авраам. Его глаза погасли. За спиной висел меч. Он встал в зоне видимости и просто ждал.

Судья хлопнул в ладоши, рассеивая пыль, и все увидели в центре арены кратер глубиной пару метров, на дне которого лежал Волков Алексей. Открыв глаза, он начал подниматься. Авраам хмыкнул и опять достал меч, который уже раскалялся.

— Это конец, — шептались у меня за спиной. — Авраам победил.

— Заткнитесь! — шикнул на них Трубецкой. Он тоже стоял неподалеку и наблюдал за битвой.

Волков не был бы прошлогодним победителем, если бы так просто сдался. Не дожидаясь, когда Авраам нанесет смертельный удар, он выпрыгнул из ямы.

— А парень неплох, — похвалила Лора. Мне же было нечего сказать. Да, оба противника стоили друг друга.

Алексей опустился на одно колено, словно смертельно устал. Его энергия начала концентрироваться в груди, высвобождая скрытые резервы.

Авраам ухмыльнулся, повел плечами, и его глаза зажглись по новой, активируя боевой режим. Теперь он не стал прыгать, а размахнулся и широким ударом попытался разрубить противника.

Вмиг энергия в груди Волкова переместилась в руку. Ему удалось поймать меч Авраама голой ладонью. Да, эффектно, ничего не скажешь. Сколько же энергии ушло на такой пафосный прием?

А дальше Алексей удивил второй раз. Не отпуская клинок и дернув его на себя, он ударил четко в лицо Аврааму.

Мне показалось, что еще чуть-чуть и у святоши голова бы отлетела Так сильно ее бросило назад. На секунду он даже потерял сознание и начал падать, но быстро оклемался, не выпуская из рук меч.

Теперь уже оба бойца подключили магию. Их мечи запылали, один рыжим огнем, второй белым светом. И опять скорость возросла до предела. Клинки оставляли за собой только яркие блики.

Бой гремел, и оба наносили друг другу слабые ранения. Возможно из-за зачарованной брони или магии, но у Волкова раны заживали, а у Авраама нет.

— Хорошая броня у святоши! — кивнула Света.

— Согласна, — поддержала ее Маша.

— А разве это не читерство? — удивился я.

Обе девушки посмотрели на меня. Света даже закатила глаза.

— В каком плане?

— Одни могут позволить себе дорогие доспехи, а другие нет, — ответил я. — Разве это справедливо?

— А кто говорил, что турнир будет справедливым? — услышав нас, сказал Белозеров. — В Дикой Зоне ты тоже будешь говорить, что несправедливо, что у кого-то броня или оружие сильнее?

Маша со Светой только кивнули. Я же в очередной раз подумал, что это полный идиотизм сравнивать соревнование для потехи публики и защитой границ от монстров. Ладно, пусть говорят, что хотят.

В очередной раз я уяснил, что даже грубая сила не всегда решает. Хотя с Есениными стоило бы тоже поговорить. Если конечно, Антон устроит нам встречу.

А тем временем битва подходила к концу. Казалось, Аврааму раны вообще не доставляют дискомфорта. Белый плащ покраснел от крови, но святоша только улыбался. А вот Волков находился в замешательстве. Появились первые признаки энергетического истощения и усталости.

Тут он пропустил выпад и отлетел на десять метров в сторону. Такой удар даже доспехи не сдержат. Сократив дистанцию, Авраам ногой выбил меч из руки Алексея и всадил в живот клинок.

Толпа охнула, как и все в зоне отдыха. Изо рта Волкова хлынула кровь, он попытался достать меч, но святоша только глубже вогнал его, пробив живот насквозь.

Последняя попытка, и руки прошлогоднего победителя упали на землю. Какая-то женщина истошно завизжала. Казанские парни опустили головы, девушки заплакали.

Судья выбежал, быстро объявил победителя, и медики подскочили к Волкову. Они попытались вытащить меч Авраама, но безуспешно. Пришлось просить церковника убрать лезвие. Но Авраам не спешил. Потащил меч нарочито медленно и небрежно. Очередная порция крови хлынула изо рта Волкова.

Болванчик летал над ареной, а Лора сканировала все жизненно важные показатели парня. Похоже, здоровье у него было железным, он еще держался на грани. Лекари приступили к работе. Они на месте остановили кровь и оказали первую помощь, чтобы при транспортировке в госпиталь он не умер.

— Жить будет, — кивнул лекарь, и мы выдохнули.

А вот Аврааму это страсть как не понравилось.

Я понял, что он хочет сделать слишком поздно, да и не было возможности успеть.

Этот сумасшедший дернулся в сторону поверженного врага и занес меч. Лекари сработали мгновенно, прикрыв Волкова собой.

— Остановите его! — крикнул Дима.

И тут на пути Авраама встала Ермакова — словно снег на голову. Она заблокировала удар и пнула ногой Авраама в живот.

— Назад, щенок! — зарычала она. — Еще один шаг, и ты дисквалифицирован!

— О, правда? — улыбнулся он.

Тут на арену высыпали другие представители институтов. Среди них был даже епископ, который с трудом скрывал довольное лицо под маской скорби.

— Наталья Геннадьевна, — закряхтел епископ Иоанн. — Это нарушение! Нельзя вмешиваться в поединки и бить студентов.

— Нарушение? — она даже бровью не повела. — Пункт номер пятнадцать гласит, что участникам нельзя нападать друг на друга после объявления результатов поединка. Пункт номер тридцать шесть: организатор имеет право вмешаться, если считает, что имеется угроза жизни персоналу и организаторам.

— Обосран! — воскликнула Лора. — Этот старый хрен вообще уже берега попутал!

Но Ермакова не остановилась. Она подошла к епископу, улыбнулась и поправила на нем рясу:

— А вот пункт номер двадцать один и подпункт три говорит, что студент, нарушивший правила, может быть отстранен от участия в Универсиаде, вплоть до исключения всей команды. Ну так что, епископ, вы еще видите тут нарушение?

Через Болванчика я видел, как он прикусил губу и злобно посмотрел на Ермакову.

— Нет, — тут же улыбнулся Иоанн, когда заметил на себе несколько десятков пар глаз. — Простите, Наталья Геннадиевна, я уже стар, подслеповат, могло сдуру привидеться что не попадя.

Она фыркнула и отвернулась, бросив напоследок:

— Тогда купите очки, или уходите в отставку. Мало ли что вы еще можете увидеть…

— Какая женщина… — вздохнул стоящий рядом Арнольд, за что получил удар кулаком в живот от Вики.

Но я был с ним согласен. Когда Ермакова спустилась в зону отдыха, даже я похлопал ей. Она слегка улыбнулась.

— Кузнецов, на пару слов, — махнула она мне.

— Это было красиво, — воскликнул я.

— То, что я сейчас тебе скажу, считай личной просьбой старой женщины, — тихо сказала она. — В полуфинале или в финале сделай так, чтобы этот ублюдок страдал.

Второй раз повторять было не нужно.

— А что с епископом? Могу я…

— Нет, на этот раз ты… — она замолкла и окинула меня взглядом с ног до головы. — Пока, ты с ним не справишься. Он сильнее меня.

— Понял, тогда займите удобные места в полуфинале.

Она улыбнулась и ушла к Белозерову.

Пора готовиться к моему бою.

* * *

Один из частных жилых секторов Подмосковья

В окнах небольшого двухэтажного дома загорелся тусклый свет. Пять мрачных фигур собрались в просторной пустой комнате с камином. Четыре здоровяка и одна мелкая девушка с косой на плече.

— Что мы скажем хозяину? — прошептала она, оставив косу к стене.

— А какие есть варианты? — ответил ей здоровяк. — Мы потеряли инженера, дали убить Илларионова…

— Какого черта этот Щенок сделал⁈ Как ему это удалось? — воскликнула мелкая.

— Не знаю, — развел он руками и сделал шаг на свет. Показался мускулистый торс с кроваво-красными светящимися венами по всему телу.

— Алиса, а почему ты не вмешалась? Так бы мы не потеряли одного из нас! — сказал другой здоровяк.

Она отвернулась от огня. Лицо все еще скрывал капюшон. Лишь две красные точки мелькали под ним. Когда же она начала говорить, рот обнажил крупные зубы. Острые, как у акулы.

— Я действовала согласно приказам господина! — Ее пасть раскрылась в широченной ухмылке от уха до уха. — Но он хорош, этот парень, неожиданно хорош! Теперь понятно, почему он им так интересуется…

— Мы бы его убили…

— Да-да. С ним могла справиться только я, — отмахнулась Алиса и повернулась к камину.

И тут в комнату вошла еще одна фигура.

— Думаю, даже ты бы не смогла справиться с тем парнем, — спокойным красивым голосом сказал вошедший. На нем была красная маска с двумя прорезями для глаз. Они слегка светились в темноте алым светом. — Но я могу дать тебе силу, если ты, конечно, не боишься боли. Цена силы высока…

Никто не заметил, откуда появился их господин, и все присутствующие в комнате на секунду впали в ступор.

Алиса хотела инстинктивно отпрыгнуть, но сообразив, кто перед ней, осталась на месте.

— Спасибо, господин, но мне и так хорошо, — ответила, наконец, она, собравшись с духом.

— О, как мне нравится твой характер! — господин наклонился и провел рукой по ее лицу.

Алиса Она никому не разрешала прикасаться к себе. Ее лицо было страшно обезображено. И плащ с капюшоном стал ее повседневной одеждой.

— Не надо… — Она аккуратно отстранилась от руки человека, и посильнее натянула капюшон.

— Ха, все еще боишься своего уродства? — В голосе человека сквозила ирония. — Попроси, и я исправлю все в считанные секунды.

Алиса знала, какова цена такой милости. И только поправила капюшон и отошла к своим товарищам.

Тут она увидела, что ее господин держит ее оружие.

«Он на другом уровне», — промелькнула мысль у нее в голове.

— Мы потеряли одного инженера, — сказала Алиса, буравя взглядом свою косу.

— Я знаю, — равнодушно сказал человек в маске. — Но я не сержусь, — и провел пальцем по острию.

Коса была особая и с необычным эффектом. Она резала все, к чему прикасалось лезвие, в том числе и ментальную оболочку. При этом накладывался эффект кровотечения и высасывания энергии, а следом и души. Поэтому коса Алисы являлась уникальным произведением оружейного искусства. Можно сказать, оружие смерти. Вот только в руках ее господина, она отчего-то не сработала. Даже слегка не поцарапала ему палец. И от этого Алисе стало не по себе.

— Неплохое оружие, — сказал господин. — А теперь к делу. Скоро из Широково приедет мой человек, так что ждите сигнала и приступайте к второй части плана. Сейчас Московский институт не так защищен.

— Понятно, — кивнула Алиса. — Инженеры вам нужны?

— Да, — кивнул он, и четыре здоровяка перекочевали за его спину.

Алиса продолжала смотреть на свое оружие. Она чувствовала себя не в своей тарелке, когда косы не было в руках слишком долго.

— Господин, разрешите задать вопрос? — наконец сказала девушка.

— Говори.

— Зачем вам Кузнецов? В вашем плане он не играет никакой роли, — пожала она плечами. — Да и вообще… Ну как бы сказать. Да, он силен, но есть куда сильнее. Тот же Есенин, Кутузов, Нахимов и Горький. Да даже в институте!

— О, Алиса, моя дорогая, — он помахал пальцем у нее перед носом. — Тебе сие знать не обязательно. Я бы даже сказал, смертельно опасно. Просто делай свою работу и тогда я исполню наш уговор без последствий.

Алиса непроизвольно коснулась своего обезображенного лица и мерзко улыбнулась.

— Говорите, что надо делать! — капая слюной, прошипела она.

— Вот это уже другое дело! — он хлопнул стоящего сзади инженера. — Учитесь, как надо выполнять приказы.

— Так мы… — пробубнил один из них, но быстро заткнулся, встретившись взглядом с господином.

— Кстати, с нами тут еще кое-кто, — он махнул рукой на дверь, — Заходите! — и он посмотрел на Алису. — Пришло время им отработать долг.

Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошли Налимовы, старший и младший. С того момента, как они отправились в бега, их можно было легко спутать с последним простолюдином. Порванная одежда вся в грязи, на осунувшихся лицах щетина.

— Я поделился с ними кое-какими силами, — кивнул господин на парочку голодранцев. — Думаю, они тебе помогут в Москве.

— Ну нахрен, — фыркнула она.

— Слыш, дамочка, выбирай выражения! — огрызнулся младший Налимов.

От удивления Алиса выпучила глаза, что было заметно даже под капюшоном. Она безмолвно посмотрела на своего господина, а тот лишь кивнул и отошел в сторону.

Через секунду Алиса запрыгнула на него и откусила ухо. Налимов принялся кричать словно побитая собака.

Отец не стал вмешиваться, и только наблюдал за наказанием.

— Сука! Ты мне откусила ухо! — верещал младший Налимов. Он успел схватить девушку за капюшон и открыл ее лицо.

В ту же секунду глаза парня наполнились страхом, а в штанах предательски потеплело.

Алиса сплюнула кусок уха, подошла к господину, и он вернул ей косу. Только после этого она натянула капюшон и выпрыгнула в окно.

— Болван, — пробурчал Налимов-старший, глядя сверху вниз на своего обоссавшегося сына.

* * *

Широково.

Стадион КИИМ

Мой поединок оказался не особо интересным, даже я бы сказал, скучным. Да, пришлось поскакать немного, чтобы размять мышцы и украсть парочку интересных приемов у соперника, но не более.

Закончили мы раньше, чем вчера, что неплохо. В этот раз и убитых было меньше, что не могло не радовать. Все же сказывалось повышение уровня защиты у большинства участников.

— Миша, можно тебя на минутку? — меня догнал Антон.

— Да, конечно, — я сказал остальным, чтобы шли в столовую без меня. — Что такое, Атнох?

— Моя семья хочет с тобой познакомиться поближе, — он кивнул себе за спину, где стоял его отец, брат и мать.

— Что-то серьезное? — тут же напрягся я, зная, что Антон даром слов на ветер не бросает.

— Да нет же, — выдохнул он. — Можешь взять Машу, если она согласится. А я… — он замялся, выискивая у меня за спиной кого-то. — Пойдешь?

— Как же я могу отказать его величеству? — улыбнулся я. — Сейчас сбегаю за Машей. И позову Виолетту.

От автора: Дорогие друзья, понемногу буду показывать вам, как выглядят персонажи.

П. С. Хотя все зависит от настроения артера)))

Глава 17

Березки шумят

Кем были Есенины в этом мире? Вопрос оставался интересным. Что у них за магия? Почему они такие сильные? Очень хотелось получить ответ, но что-то подсказывало, что такого не случится.

На входе нас ждали две машины. В одной ехала семья Есениных за исключением Антона, а вторая предназначалась для нас.

Оба автомобиля сверкали так, что даже видавшие виды аристократы с завистью заглядывались на дорогущий транспорт.

Мы вчетвером запрыгнули на задние сиденья. В салоне все также дорого-богато.

— Антох, красиво живешь, — присвистнул я, разглядывая кожу и дорогие сорта дерева.

Машины не спеша двинулись к выезду из Широково. На КПП нас даже не остановили. Просто открыли ворота, и мы проехали без проволочек.

— Антон, а зачем ты меня позвал? — тихо спросила Виолетта, вмиг оробев при виде роскоши.

Эх, только привыкла к тому, что аристократы общаются с ней как с равной, и на тебе. Снова то краснеет, то бледнеет.

Машины ехали вдоль стены, пока не уперлись в огороженную частную территорию и ворота с огромной кованой буквой «Е».

На входе нас встретили гвардейцы. Выстроились в линию и козырнули, когда мы проехали мимо.

Сделав полукруг вокруг фонтана, мы припарковались у входа в огромный особняк в английском стиле. Всего четыре этажа. Рядом стояли, соединенные между собой галереями, два здания поменьше. Лора просканировала все вокруг, показав мне общий план. Особняк был построен в форме квадрата с садом в центре. Там росли березы и клумбы с цветами.

Поднявшись на крыльцо, мы попали в огромную прихожую, больше напоминающую бальный зал.

— Не стесняйтесь, проходите, — улыбнулась Алиса Викторовна. — Антон, покажи друзьям, что и куда.

Тут же появились слуги, которые принесли бумаги для Сергея Александровича.

— Пошли, хоть дом покажу, — махнул рукой Антон.

Он повел нас на верхний этаж, откуда и началась экскурсия. В доме чего только не было. И библиотеки, и бары, и обсерватории. Научных лабораторий аж три штуки. Обеденная на каждом этаже. Бассейн, бани и джакузи. Да чего там говорить, в левом крыле уместился настоящий артефактный зал для тренировок, как в КИИМе. Но рассчитан он был на ранг повыше, чем в институте.

Мы спустились на второй этаж, и мы оказались у толстой деревянной обшарпанной двери с кольцом в виде летучей мыши.

— А это моя комната, — с загадочным видом пояснил Антон.

За дверью нас ждал узкий проход с лестницей, уводящей вниз. Сырые стены заросли паутиной, пахло плесенью и безысходностью.

— Антон, ты серьезно? — спросила Маша, инстинктивно прижавшись ко мне. — Это реально твоя комната⁈

Он закрыл дверь и повернулся к нам с широкой улыбкой.

— Вы бы видели ваши лица! — он едва сдерживал смех. — Обычно эту комнату показывает отец. Мол, тут спят детишки.

— А пацан научился в юмор, хоть и не смешной, — фыркнула Лора.

— Дурак! — слегка пихнула его Виолетта.

— Ладно, давайте покажу настоящую, — улыбаясь, Антон повел нас в конец длинного коридора.

Всюду бегали слуги, и каждый занимался своим делом, или старался делать вид. Стоило нам показаться из-за угла, как они тут же разбегались.

В окнах коридора виднелся сад, засаженный березками. Там работали шесть садовников, подстригая квадратные кусты и возясь с цветами.

— Какая красота… — выдохнула Маша, остановившись ненадолго у окна.

— Вот это да! — встала рядом Виолетта.

— Да, нехилые у тебя хоромы, дружище! — похлопал я по плечу Антона. — Кстати, а все-таки, куда вела та дверь? Как будто в подземелье.

— Туда она и ведет, — кивнул Антон. — Лестница проходит через первый этаж и спускается в винный погреб. Отец с мамой любят пригубить по бутылочке, и в каждом доме делают такой погреб. Скажем так, это их фишка со зловещими дверями.

— Ох, уж эти князья… — закатила глаза Маша.

— Только не говори, что у вас нет таких же закидонов, не поверю! — хмыкнул Антон.

— Ох, этого добра у нас навалом! — И тут Маша отчего-то принялась говорить шепотом. — Вы же видели моего отца? Хороший он человек, но военный до мозга костей. Часто ездит по командировкам, особенно в Северную Европу. У него, конечно, нет такого зловещего входа в винотеку, зато есть комната с запрещенкой, которую пограничники изымают у контрабандистов. — Она потерла переносицу и скосила глаза, словно вспоминая «трофеи» Кутузова-старшего. — Там даже есть отдельный стенд с предметами, которые достали из… ну вы понимаете.

— Из афедрона! — хихикнула Виолетта.

Маша улыбнулась и кивнула.

— Папенька любит водить туда гостей на экскурсии. А мама постоянно грозится прикрыть эту шарашкину конторку!

— Ха, в моем случае постоянно бесится брат, — улыбнулся Антон. — Он закатывает глаза, когда отец или мать ведут очередного гостя на «экскурсию». Ладно, пошли.

Мы остановились у вполне обычных двойных дверей.

— На этот раз вот моя настоящая комната, — он толкнул створки, и они с тихим скрипом распахнулись.

Недаром говорится: если хочешь узнать человека поближе, сунь нос на его комнату. А тут было на что посмотреть. Хотя…

Все настолько аскетично, что кельи монахов Шаолиня просто баловнями комфорта. В огромной комнате, куда больше, чем гостиная в жилом корпусе КИИМа, у панорамного окна стояла одноместная кровать. Там же простой стол со стулом, рядом книжный шкаф. У противоположной стены на коврике одиноко примостилась скамья для жима лежа. Собственно и все.

— Эм… А ты не любишь веселиться, как я погляжу, — подметил я.

— Этот дом построили буквально полгода назад, — пояснил Антон. — Я тут практически не бывал, только иногда.

В дверь постучались, и прислуга сообщила, что нас ждут отобедать.

На первом этаже располагалась большая столовая. Такие же панорамные окна выходили на березовый сад. Садовники уже куда-то подевались.

Мраморный стол был около пяти метров в длину. Во главе сидел Сергей Есенин. С противоположной стороны нам улыбалась Алиса Викторовна. Александр уместился посередине.

Столешница ломилась от такого количества еды, словно хозяева ждали еще гостей двадцать. Некоторые блюда я видел впервые. Вот что значит дорого-богато.

Я галантно помог Маше сесть за стол, Антон ухаживал за Виолеттой.

Начали подавать закуски.

— Как вам первые дни Универсиады? — задал тему беседы Есенин-старший.

— Необычно… — пожала плечами Маша.

— В каком плане?

— Странные правила.

— Разве для вас, Мария, это проблемы?

— Да нет, не особо.

Есенин обратился ко мне.

— А вы что скажите, Михаил?

— Сергей Александрович, — я прокашлялся, готовясь высказать свои мысли, но Маша впилась ногтями мне в ногу. — Ну… Я согласен с Машей. Зачем разрешили убивать, непонятно.

Мать Антона вздохнула и подняла бокал с красным вином.

— Скорее всего, хотели посмотреть ваш потенциал, — предположил князь Есенин. — Хотя инцидент с тем церковником показателен, что все куда сложнее.

— Разве студенты КИИМа не гибнут пачками в Дикой Зоне практически каждый день? — удивился я.

— Как вы правильно подметили, только в КИИМе подобная смертность, — кивнул Сергей Александрович. — Но в остальных институтах такой печальной статистики нет. Там дай бог гибнут от силы десять студентов в год. Думаю, не стоит объяснять почему.

— Простите, но я бы хотел узнать, что думает по этому поводу Ваше Сиятельство, — пришлось немного настоять на своем.

Александр даже убрал вилку с ножом и подпер подбородок, чтобы не пропустить ни единого слова. Остальные напряглись.

— Что ж, — Сергей Александрович тоже отложил столовые приборы. — Могу предположить. Правило ввели исключительно для того, чтобы мотивировать другие институты к более жесткому обучению.

— Но ведь вы сказали, что смертность в других институтах маленькая? Да и как это связано со смертельными поединками?

— Стоит один раз показать реалии настоящей битвы, пусть и смоделированной, чтобы обучение новых истребителей стало эффективнее, — пояснил Есенин. — А по поводу маленькой смертности… За этим следит руководство каждого института, чтобы снизить ее до минимума, и не дай бог репутация не пострадет. Не забывайте, что другие институты выстроены вокруг всего одного метеорита. Да крайне мощного, но студентов там оберегают как в яслях. Поэтому и статистика смертности почти на нуле. По сравнению с КИИМом, конечно же. Но… — он даже поднял палец. — Почему-то никто не говорит про статистику смертности после выпуска из института.

— Вы имеете в виду, первый год?

— Да, — кивнул Есенин. — После выпуска из КИИМа смертность практически нулевая, а вот в других институтах… Окрыленные силой студенты рвутся закрывать метеориты и гибнут. И статистика растет как на дрожжах.

— Тогда почему они не построят корпуса рядом с Дикой Зоной?

— Не каждый родитель отдаст своего ребенка в такой вуз, где выживает только сильный и приспособленный. Родителям гораздо проще выбрать безопасный путь.

— Но ведь они в итоге все равно поступают в истребители! Что за абсурд!

— Вы слышали про спартанцев?

— Имеете в виду древнегреческих воинов?

— Именно. Куда бы вы отдали своего ребенка, чтобы он вырос воином? В Спарту, где с семи лет его отдадут в казарму, а потом сразу в бой, или в школу военного мастерства, где ваше чадо будет драться с соломенным чучелом? Да, там тоже жестко, но нет смертельной опасности. На выходе мы получаем двух бойцов с примерно одинаковыми навыками. Оба сильны безусловно. Только один сталкивался со смертью и не раз, а второй дрался в спаррингах и корпел над учебниками.

Есенин поднял руки и показал весы, покачав ими вверх-вниз.

— Михаил, как вы бы поступили со своим чадом?

— Хорошее сравнение…

Суть я уловил. Но что-то мне подсказывало, что только Есенин думает в подобном ключе. У епископа Иоанна и его сообщников имелся немного другой план.

— Виолетта, дорогая, расскажи, как прошли твои бои? Как тебе костюм? Не жмет? — перевела тему княжна Есенина.

— Как ты узнала⁈ — с невозмутимым лицом спросил Антон.

— Ох, Антоша! — рассмеялась Алиса Викторовна. — А ты думал, я не узнаю наши разработки?

— Ну да, глупый вопрос…

— На самом деле, я благодарна Антону, — сказала Виолетта. — Костюм мне очень подошел по типу магии. И оружие он хорошо усиливает. Я вообще с ним стала куда сильнее.

— Ох, дорогая, если тебе кто скажет, что благодаря доспехам ты стала сильнее, не верь! — отмахнулась княжна. — Они только усиливают концентрацию, позволяя энергии лучше циркулировать по каналам. Остальное твоя заслуга.

Я поймал на себе глаза Александра. Мягко сказать, некомфортно осознавать, что этот человек сверлит тебя взглядом, скрестив руки на груди.

Даже Маша заметила наши гляделки. Пару раз глянула на Александра и поинтересовалась его приключениями.

Он отговорился «секретной информацией» и продолжил пялиться на меня.

— Лора?

— Ничего, — ответила помощница. — Никаких попыток влезть в тебя, ни астральных, ни ментальных, ни уж точно физических… Он просто берет на слабо.

— Саша, ты чего? — Артем наконец заметил странное поведение брата.

— Михаил, скажи, не хочешь отправиться со мной на Северный метеоритный пояс? — выпалил Александр.

— Саша! — воскликнула княжна. — Как ты можешь о таком просить?

— А что? — развел руками Александр. — Я бы с удовольствием посмотрел, что он умеет.

Чего он добивается? А почему бы и не попробовать?..

— А научишь чему? — прищурился я.

— Миша! — воскликнула Кутузова.

— А если научу? — Александр наклонился к столу.

— Хватит, сын, — осадил его Сергей Александрович.

— Когда выезжаем? — продолжил я играть с Александром в игру.

— После Универсиады.

— Сын! — чуть повысив голос, сказал Есенин-старший и комнату затрясло. Свет за окном потускнел, а бокал потрескался и лопнул.

— Это что сейчас было? — удивилась Лора. — Я успела собрать данные, но это просто…

— Да я понял, что он силен, — кивнул я.

Александр улыбнулся своей белоснежной улыбкой и довольный откинулся на спинку стула.

— Молчу-молчу, — посмотрел он на князя с невинным видом.

— Михаил, простите моего невежественного сына, — кивнул Есенин-старший.

— А что в этом плохого? — удивился я. — Мне нельзя составить ему компанию?

— Вы не знаете, на что соглашаетесь, — вздохнул Сергей Александрович.

— Как же я могу отказать великому Александру Есенину? — поднял я палец в потолок. — Это же живая легенда. Я видел, как он в одиночку остановил прорыв.

Глава дома нахмурился и переводил грозный взгляд то на старшего сына, то на меня, то на жену.

Остальные сидели тише воды ниже травы.

— Хорошо, — наконец, сказал Сергей Александрович. — Михаил сможет поехать с тобой на Северный пояс, но при одном условии.

— Победа в Универсиаде? — засмеялся Александр.

— Да, — на этот раз он тоже улыбнулся, и у него, как и у сына, появились такие же ямочки на щеках.

— Боже, какой очаровательный мужчина! — протянула Лора, и в глазах у нее вспыхнуло по красному сердечку.

— А если я все равно его заберу? — усмехнулся Александр.

— Ты хочешь ослушаться меня? — вроде бы спокойным голосом сказал Сергей Александрович, но в комнате потемнело.

— Шучу-шучу, — отмахнулся его старший сын. — Кстати, я кое-что выяснил насчет того убийцы. Помнишь, Антох, который на вас напал?

— Ага.

— Один из заказчиков, или точнее наводчиков, находится в Широково.

— О как!

— Саша, ну не за столом же о таком говорить! — приструнила его мать.

Дальше мы перешли на более светские темы, и даже немного посплетничали. Также князь Есенин пообещал помочь мне с недвижимостью, которая досталась мне от Дирижера. У него, похоже, куда больше информации о некоторых местах, чем у меня.

Маше Есенин пообещал, что навестит их в следующем месяце, а то он обещал генералу Кутузову, да дела не позволяли. Княжна тоже собралась сделать визит, мол, давно не была у них в саду.

Потом разговор плавно перешел на деревню Виолетты. Удивительно, но даже со связями Сергея Александровича он нашел очень мало информации. Когда по его просьбе туда летал Александр, то не рассказал ничего интересного. Просто деревня староверов в глуши.

— Зачем вы искали информацию про деревню? — удивилась Виолетта.

— Как зачем? — удивился Сергей Александрович. — Я должен знать, к кому испытывает симпатию мой младший сын.

— Отец! — залился краской Антон. — Что ты такое говоришь⁈

— А парень покраснел! — подметила Лора и появилась рядом с ним, заглядывая в глаза. — Зрачки расширены, сердечко колотится! Наш отпрыск поэта влюбился!

Виолетта посмотрела на Антона большими удивленными глазами.

— Я тебе нравлюсь?..

Все поглядели на бедного парня, который прямо сейчас готов был отправиться в Дикую Зону в одиночку, только бы не присутствовать при этом разговоре.

— Ну… да… чуть-чуть, — почесав затылок, наконец выдал Антон.

— Чуть-чуть? — немного расстроилась Виолетта и потупила взгляд.

Мы с Машей переглянулись и осторожно улыбнулись. Какая же милая сцена. Прямо как в старых мексиканских сериалах. Не хватало только дешевого поворота сюжета, чтобы испортить момент. И кто бы мог подумать, что такая сцена случится?

— Нет, что ты! — воскликнул Антон, попытавшись исправиться.

— Совсем не нравлюсь? — еще сильнее погрустнела Виолетта, и должен отдать ей должное, она реально расстроилась, а не отыгрывала обиженку. Даже Лора поразилась.

— Да нет же! Наоборот, ты мне очень нрави…

И тут неловкое признание нарушил вошедший дворецкий. Он, цокая каблуками, быстрым шагом подошел к хозяину дома.

— Ваше сиятельство, — прошептал слуга, склонившись над его ухом.

— Да что такое, Альфред⁈ Это не может подождать?

— Там у нас снаружи… Вам надо это увидеть.

— Скажи, что там! — рявкнул Сергей Александрович.

Антон и Виолетта, оба красные, уставились в свои тарелки, а Саша с княжной хлопнули себя по лбам. Даже Маша стиснула мою руку с такой силой, что пришлось попросить Лору отключить болевые рецепторы.

— Там это… Голубь-с.

— Голубь⁈

— Голубь-с, Ваше Сиятельство.

— Это что, какая то шутка, Альфред? Может, ты пьян⁈

Тут я решил заступиться за бедного дворецкого.

— Прошу прощения, — я поднялся со стула. — Скорее всего, это ко мне.

И под удивленные взгляды собравшихся я вышел из столовой.

Глава 18

Неудачный бизнес-план

Территория КИИМ.

За полтора часа до этого

Чал Конерук Сиреневый, или просто Валера, начал потихоньку осваиваться со своим телом. Да, абсурдно бесполезным. Такой подставы от вселенной и от мудрецов, которые придумали заклинание переселения, он не ожидал.

В мире Конерука его ценили не только за то, что он слыл непобедимым воином, но и за ум. Его разработки приносили массу пользы, как и он сам. Благодаря стараниям и открытиям Конерука создали вечный огонь, который согревал путников даже в горах Неограда, а пользоваться им было настолько легко, что и дети могли разобраться.

И уж точно великий король не оставит недоработанным исследование переселения душ. А Конерук-Валера знал, что оно не закончено, чувствовал всей шкурой! Не может такого быть, чтобы душа переселялась в абсолютно случайное существо!

Спасибо, что не в червя… С ними он как раз познакомился недавно. Жалкие унылые твари. Зато вкусные заразы, мясистые! Напоминали ему о деликатесах, которые готовили его подданные в замке.

Сейчас Конерук-Валера сидел над запасным выходом из стадиона. Турнир на сегодня закончился, и от нечего делать, он продолжал наблюдать на VIP-гостями, параллельно размышляя над вариантами улучшения заклинания. А еще на ум пришло обещание Миши помочь с телом.

А что если пойти дальше? И не переселяться в новое тело, а вернуть старое? Наверняка, ментальный образ остался, Конерук-Валера знал это. Да и Михаил говорил о чем-то подобном. У Посейдона имелось ментальное тело, а значит, оно есть у всех. А раз так, можно вернуть ему физическую форму!

Вот только как? Нужны годы исследований, лаборатории и куча денег. Валера уже понял, как тут и что устроено, и не питал пустых надежд. Требовался план.

Вдалеке появился Миша со своими приятелями. Какие же сильные люди его окружали. Чего стоила та девушка с рыжими волосами! От нее так и несло магией жизни. Редкий дар в мире Конерука.

Но самым удивительным по-прежнему оставался сам Михаил. Такой силы Конерук никогда не встречал. Она разительно отличалась от остальных. Единственный в своем роде. Как будто Михаил тоже не с этой планеты. Он был полной противоположностью энергии, которую излучала Дикая Зона с метеоритами. Удивительно.

Вот Миша куда-то идет со своей девушкой и другим, довольно сильным парнем. Кажется, его зовут Антон.

— Быстрее, к распределителю! — крикнула женщина, выбегая из дверей. Валера узнал в ней Ермакову. Ему стало интересно, и он полетел за ней.

Рядом крутились еще два человека. Скорее всего, преподаватели.

У распределителя собралась целая делегация из лекарей и военных.

Дверь распахнулась, и на носилках вынесли человека. Валера сначала не узнал его. Все тело в ожогах и рваных ранах. Правый глаз отсутствовал напрочь.

Валера помнил эти усы. Это был Звездочет!

— Быстро, первая помощь!

— Мы встретили его у выхода… А потом он потерял сознание!

Звездочета положили на носилки и унесли в лазарет.

Ермакова окинула всех странным взглядом.

— Расходимся, — прошипела она и обратилась к девушке, стоящей рядом. — Оль, сообщи Горькому про инцидент, я за доспехами и в Зону. Надо понять, кто это с ним сделал…

— Наталья Геннадьевна…

— Оля, это приказ!

Валера не понимал, что произошло. Как такого бойца как Звездочет, могли едва не убить? Кто мог это сделать?

Он закрыл глаза и прислушался. Хоть Валера и был бесполезной птицей, но при нем остались кое-какие способности из прошлого мира. Он мог слышать энергию, если сконцентрируется. В тот раз он очухался слишком поздно и потерял свой мир. Может тут этот навык пригодиться?

И он ощутил колебания энергии Дикой Зоны. Только ответ ему не понравился.

Ругаясь на чем свет стоит, Валера бросился в поисках особняка Есенина. Однако голубиное тело снова подвело. Еще час он летал туда-сюда, но, наконец, удача ему улыбнулась.

* * *

Поместье Есениных

Выйдя на крыльцо, я увидел Валеру, который крыл отборным матом всех вокруг. Слуга бесцеремонно пытался прогнать голубя шваброй.

— Воу-воу, боец, иди помахай ею где-нибудь в другом месте! — остановил я его.

— Слышал, пес? Вали отсюда! — запищал голубь и напоследок наградил слуг прицельным «снарядом».

— Ах ты!

— Свободен! — чуть добавив громкости, сказал я.

Слуга в последний раз посмотрел на птицу и свалил. Следом за мной в сад вышел и Антон.

— Что случилось? Твой голубок? Можем и его пригласить.

— Согласен! — тут же кивнул Валера. — Пара слов наедине, и мы придем.

Антон вскинул бровь, но ничего не сказал. Пожал плечами и ушел в дом.

— Откуда ты такой деловой взялся? — улыбнулся я, потрепав запыхавшегося голубя по грудке.

Валера поведал мне про ситуацию с замдиректора.

— Там что-то происходит, с метеоритами, тварями! Это может быть опасно!

— Надо в институт, — твердо решил я и пошел в особняк.

Я представил всем Валеру. Голубь кивнул и помахал крыльями.

— Нам надо в КИИМ! — сказал я. — Алефтина Генриховича привезли в ужасном состоянии из Дикой Зоны.

— Звездочета⁈ — удивился Сергей Александрович. — Ты уверен?

— Да. Мой товарищ врать не будет.

Князь не спеша встал из-за стола, подошел к нам и пристально посмотрел на голубя.

— Разрешите, — он вытянул руку, чтобы потрогать Валеру.

— Не бойся, — сказал я, и голубь задел крылом ладонь Есенина-старшего.

Глаза князя вспыхнули ярким бирюзовым светом. Какое-то время он стоял неподвижно, и только зрачки бегали из стороны в сторону, словно он читал невидимую книгу.

Наконец, князь убрал руку.

— Валерий. Кто же вы на самом деле?

Его супруга встала рядом и с интересом посмотрела на птицу. Александр только ухмыльнулся.

— Ну что, папа, увидел? Я же говорю, этот пацан та еще загадка!

— Папа, о чем ты? — спросил Антон.

Маша с Виолеттой только переводили взгляды с голубя на Сергея Александровича и обратно.

— Я король! — пропищал Валера.

Антон с Машей улыбнулись, приняв это за шутку. Вот только остальные были серьезны как никогда. Хотя я слышал подобное уже не в первый раз.

— Простите, король, откуда вы? — спросил Есенин.

— Мой мир погиб!

— Прошу прощения, — кивнул Сергей Александрович. — Для меня честь встретить такого сильного воина, короля и правителя!

— Что ты увидел, Сережа? — удивилась княжна.

— Ох, дорогая, — он улыбнулся всем нам. — Хотя мне кажется, Михаил знает, насколько силен его товарищ. Даже немного завидую.

— Простите, надо ехать, — поклонился я.

Князь выделил нам машину и водителя. Мы запрыгнули и помчались в сторону института.

* * *

Дорога к Широково.

— Толя, ты уверен, что это хорошая идея? — спросил парень в балаклаве по имени Сергей, но все почему-то звали его Васян.

— Не ссы, Васян, все будет чики-пуки, — успокоил его товарищ тоже в маске, по кличке Толян, хотя в паспорте он был записан как Лысый.

Всего их собралось десять человек. Они засели у дороги, спрятавшись в кустах.

— Какого хрена мы вообще грабим людей на трассе? — возмутился третий, которого все звали Жорой. — Почему бы нам не встать на выезде с Широково?

— Ну ты в натуре баклан! — хмыкнул Толян Лысый. — Там же основная трасса. Куча военки, аристократов и прочего! А эта дорога второстепенная, по ней ездят только грузовые и строительные фуры. Их нахлобучить проще простого!

— А если нам попадутся сильные маги? — задал резонный вопрос Васян.

— Ну а глаза тебе на что? Видишь большой кортеж, не суйся. Если одна-две машины, то можно и плату за проезд попросить, — хмыкнул Лысый. — Запомни. Если едет одна дорогая тачка, то там, скорее всего, только водитель. Богатый мешок не поедет на одной машине! Ему подавай сопровождение.

К ним подошел еще один товарищ по имени Сема. Он хлопнул друга и по совместительству командира по плечу.

— Красава, Толян. План-капкан!

— А то! У меня брат в столице так делает! — хмыкнул главарь шайки. — Так у него в неделю выходит по паре тысяч!

— Охренеть! — вздохнули остальные.

— Кто-то едет! — сообщил Малой, сидящий на дереве. — Тачка! Дорогая, я такой ни разу не видел! И одна! Надо брать!

— Пацаны! Походу едет наш шанс! — крикнул Толян. — Если там только водила, то и тачку заберем! Это звездный час!

* * *

По дороге в КИИМ.

— Ермакова, говоришь, отправилась в Дикую Зону? — уточнил я у Валеры.

— Ага.

Ситуация неоднозначная. Что ей там делать?

— Лора, варианты?

— Есть несколько, но некоторые я пока не до конца проанализировала, но судя по повреждениям, Звездочет подвергся нападению монстров, а не людей. А где монстры сильнее?

— Около «Скарабеев»?

— И дальше. Только что он там делал, и сколько же он шел пешком… Господи, бедняга!

— Это прорыв?

— Возможно… Но… Он был недавно… Хотя все говорит об обратном.

Остальные ехали молча, погруженные в свои мысли.

— Антон, — вдруг тихо сказала Виолетта. — У тебя очень хорошие родители.

— Да, спасибо, — кивнул Антон. — Ты им приглянулась.

Вот только Лора сообщила об обратном. Уж не знаю, что там они надумали, но Виолетта совсем не понравилась отцу Антона. Хотя матери она скорее пришлась по душе.

— А почему твой брат так на меня пялился? — решил уточнить я у Антона.

— Да хрен его знает, — пожал тот плечами. — У него всегда что-то на уме.

— Ты правда поедешь с ним? — вдруг сказала Маша, глядя в окно.

— Я…

Тут опустилось окошко между нами и водителем:

— Господин. На дороге преграда. Знак ремонта и объезда.

— Остановись и спроси у работников, где свернуть, — распорядился Есенин-младший. — Хотя странно. Ремонта же не было, когда мы ехали сюда?

— Не останавливайтесь! — сунулся я к водителю. — Просто включите таран и наберите скорость. Это местная шпана балуется.

Все посмотрели на меня с удивлением.

— Господин?

— Выполняй! — приказал Антон.

Хорошо, что они ничего не спросили. Ни про бандитов, ни про технические особенности авто.

Лора как всегда была на высоте и заранее предупредила меня, заслав к бандюганам Болванчика. Как же хорошо управлять им рядом с Дикой Зоной! Без задержек и на значительном отдалении.

Это оказались не наемные убийцы, а просто пацаны, которым «повезло» родиться не в той семье. Но и позволить ограбить нас я не мог, и пришлось выбрать самый быстрый способ устранить помеху.

Машина набрала скорость и врезалась в ограждение, разбив его в щепки.

Я оставил Болванчика с ними, чтобы послушать, как у ребят пригорело с нашего дерзкого маневра. А там сейчас все заходились в истерике.

— Пошел ты в жопу, Толян! — кричали на главаря. — Я чуть коньки не откинул! В нескольких сантиметрах от меня проехал! Я сваливаю!

Это последнее, что мне удалось услышать. Я вырубил, когда они принялись предъявлять претензии к «плану-капкану».

Заехали мы в город ближе к полуночи. Я боялся, что и тут мы попадем в передрягу, но преступному миру Широкова сейчас не до дорожных ограблений.

Мы вышли у КИИМа, и я шепнул водителю, чтобы на обратном пути он не стеснялся. Пацанчики могли еще раз попробовать побузить. А лучше ему вызвать жандармов.

Миновав холл, мы пошли в лазарет. Там толпились преподаватели и куча студентов, которые переживали за жизнь замдиректора.

В толпе я увидел много знакомых лиц и нашу бывшую кураторшу.

— Добрый вечер, Ольга! — поздоровался я, и остальные сделали то же самое.

— Ох, ребята, здравствуйте.

— Мы хотели проведать Алефтина Генриховича, что с ним случилось? — спросила Маша.

— Как видите, никого не пускают. Даже преподавателей, — пояснила Ольга. — Распоряжение директора.

— А что с ним? — спросила Виолетта.

Ольга принялась описывать как Алефтина Генриховича уносили из распределителя, и сообщила, что Наталья Геннадьевна отправилась в Дикую Зону.

— Она пошла одна? — удивился Антон. — Почему не взяла с собой никого? Если на Алефтина Генриховича напали, и он получил такой урон, как она сможет справиться в одиночку? Она же слабее…

— Я разве сказала, что она пошла одна?

— А кто с ней? — уточнила Маша, на всякий случай доставая телефон.

— Простите, не могу сказать, — помотала головой Ольга.

Мы еще немного постояли у дверей и пошли в гостиную. Болванчик залетел через окно лазарета, и Лора смогла просканировать тело Звездочета.

Выглядел он и вправду хуже некуда. Хоть лекари и залечили большинство ран, но характер других повреждений отдавал магией. Не помогли ни силы Звездочета, ни способности лекарей. Оставшиеся ранения никак не затягивались.

— Мы что-то сможем сделать? — спросил я у Лоры, пока мы направлялись в гостиную. — Могу дать свою энергию? Он же истощен.

— Не уверена, что это поможет, — ответила помощница. — Возможно, надо будет работать с источником повреждений.

— В смысле?

— Скорее всего, какой-то вид артефактов или магии. Точнее не могу сказать. Но чтобы раны начали заживать, надо лечить не их, а убить того, кто их нанес.

— Первый раз слышу о таком.

— Вот статьи, что такие монстры есть, — и у меня перед глазами замелькали вырезки из учебников по монстроведенью. — Из них делают оружие. Редкие твари, и производство дорогое и проблемное. — Следом я увидел вырезки из научных статей. — С таким оружием работает только один род в Империи, но какой, там не указано.

Мы попрощались с Машей и пошли к себе.

Народ еще не спал и обсуждал инцидент с замдиректора. Эта новость быстро распространилась по всему институту.

— Это было покушение!

— Нет, он отбивал «Скарабея»!

– А я слышал, что это дело рук монголов или китайцев!

Там же сидели Дима со Светой. Увидев нас, они замахали руками.

— Где вы были? — спросила Света, глядя на Виолетту. — И ее зачем уволокли?

— Папа позвал на ужин, — объяснил Антон. — Услышали, что случилось со Звездочетом, и примчались, а нам дали отворот-поворот.

— Еще бы, — фыркнул Дима. — Сейчас к нему никого не пускают. Но я видел, как в лазарет зашел епископ Иоанн.

— Что⁈ — воскликнул я. — Какого хрена⁈

И на меня мигом посмотрела чуть ли не вся гостиная.

Ну да, чего это я разорался.

— А что тут такого? — недоумевал Дима. — Епископ сильнейший лекарь. Его божественная магия способна кого угодно света вытащить. Думаешь, сколько ему лет?

— Примерно одного возраста с пирамидами, — фыркнул я.

— Он чуть старше Императора!

Меня это не удивляло. Я уже смирился с тем, что у некоторых магов крайне мощные силы, и они практически бессмертные.

В детстве и я о таком мечтал, но сейчас мои предпочтения немного поменялись.

— Я спать, — пробубнил я и, не дожидаясь ответа, пошел умываться.

— Нам бы тоже пора, — кивнула Света Виолетте.

Обе девушки тоже пошли спать.

Парни посмотрели друг на друга, пожали плечами и поплелись за мной. Все же завтра очередной день Универсиады. А шанс того, что тебя могут убить оставался. Лучше не искушать судьбу и выспаться как следует.

Когда все легли, я решил рассказать Диме про свои наблюдения за ранами Звездочета.

— Ольга сказала, что Ермакова пошла не одна, но и не сказала с кем. Есть предположения?

— Сейчас тут столько сильных магов, что она могла пойти с кем угодно, — прошептал Дима. — Вроде они дружат с Нахимовым и Кутузовым.

— Если так, можно за нее не переживать, — выдохнул я.

Я поделился с ним предположениями, какие монстры могли навредить Звездочету. А также заметил, что нельзя исключать и оружие.

— Нет, если это оружие, то отметаем монголов с китайцами. Такое оружие делается индивидуально под конкретного человека. А насколько мне известно, ни с кем, кроме русских, этот мастер не работает.

— А ты знаешь, кто это? Даже в учебниках нет фамилий.

— Отец рассказывал мне в детстве про этого человека. Возможно, это самый лучший создатель оружия в мире. Хотя не забывай про японцев… Может, только Мацумото сравнится…

— Да говори уже, кто это такой?

— Как раз недавно читал его книги, — улыбнулся Дима и прошептал. — Толстой Лев Николаевич.

От автора: Продолжаем показывать персонажей. Тут уже сами гадайте, кто это.

Глава 19

Завтра полуфинал

Странно, что о человеке, который делает лучшее оружие в Империи, так мало известно. Еще и о князе, к тому же. Хотя про Дирижера тоже ничего не знали. Стоит узнать поближе об этом варианте Льва Николаевича. Если Газонов или Ермакова не расскажут, спрошу у графа Бердышева. Тот всегда идет мне навстречу.

Проснувшись пораньше, мы с Лорой успели немного размяться и провести небольшую медитацию в парке. Попробовали освоить приемы, которые она запомнила. Как и в прошлый раз, моя помощница сказала, что это все еще большой стресс для организма. Поэтому мы сделали куда меньше, чем я планировал.

Так же мы с Лорой стали более углубленно изучать владение двумя мечами. Зачем каждый раз выбирать один, если можно использовать сразу оба?

В исследовательском центре, перед тем я впервые сунулся в портал, меня целый месяц учили орудовать двумя видами оружия одновременно, но в тот раз мне это показалось излишним. Я налегал на огнестрел. Когда появилась Лора, она улучшила мои навыки ближнего боя и стрельбы.

Однако поживши в этом мире, я осознал, что надо было больше налегать на фехтование. И сейчас мы пытались закрыть эту дыру.

Нет, мои навыки владения холодным оружием оставались на приемлемом уровне, ведь эффективность обучения основывалась на научном подходе.

Безусловно до мастеров, таких как Асая Рей или Белозеров, мне далеко, но я прогрессировал как на дрожжах.

С Лорой мы прошли предыдущие дни Универсиады, просмотрели записи с Болванчика других поединков всех рангов. Не исключено, что среди соперников мне попадется достойный противник. Лора выделила новые приемы и улучшила эффективность. Это не требовало наращивания мышечных связей, как мы это делали в прошлый раз, а значит, и энергии и усвоение потребуется меньше, не говоря уже про болезненность процесса.

Через полчаса я опробовал несколько новых приемов, спарингуясь с Лорой. Сначала мы сражались на пляже, а потом и во внешнем мире. Надо же было проверить тело.

В спальню я вернулся, когда все еще спали. Все, кроме Антона. Тот, решил пойти в тренировочные комнаты, чтобы попрактиковаться и немного погонять энергию.

— А я думал, куда ты подевался? — натягивая шорты, тихо сказал Антон.

— Надо поддерживать форму, — отшутился я, показывая бицепс.

Лора подметила, что внешне я стал походить на очень атлетичного спортсмена. Руки окрепли, улучшилась гибкость. Теперь шпагаты в стойке для меня не проблема. Да и сальто разные я выделывал только так. Интересно, насколько возросли мои силовые, и много ли дает вливание энергии в мышцы? Хотелось бы проверить, но не во время Универсиады. Все эксперименты потом, когда я справлюсь с большей частью дел. Не будет никаких интриг и войн. Просто учеба и совершенствование тела и духа. Ну пожалуйста! Неужели я так много прошу?

На завтраке я сидел один. Остальные занимались своими делами, даже Маша. Она ушла домой к отцу.

Позавтракав в гордом одиночестве, я пошел за броней. Там и пересекся с Леней. Он сказал, что попробует сегодня новое оружие, но какое — секрет. Мне, конечно же, было любопытно, но не настолько, чтобы расспрашивать.

Когда я возвращался в спальни за броней и оружием, встретился в коридоре с Трубецким. Тот зыркнул на меня злобным взглядом, но благополучно прошел мимо.

Поднявшись в спальню, я застал на своей кровати Валеру. Он закопал голову в перья и дремал.

Ладно, не стану будить. Может, опять где-то вынюхивал информацию. Стоило мне пройтись туда-сюда, как голубь открыл глаза. Чутко спит его высочество.

— Доброе утро, спящая красавица, — улыбнулся я, положив рядом броню.

— Это что еще за тряпки? — потоптавшись своими маленькими лапками на одежде, сказал он.

— Мой костюм для сражений. Своего пока нет.

Я сел и начал застегивать ремешки, чтобы щитки не стесняли движений.

— Утром залетел к Звездочету.

— И как там наш замдиректора?

— Должен сказать, тот святоша его хорошо подлечил.

— Уверен?

— Да, — кивнул голубь. — Он практически восстановил ему глаз! А это довольно непросто с такими повреждениями.

— Но как ему удалось залечить раны? Разве не надо убить того, кто их нанес?

— Видимо, справились, — развел крылышками Валера.

А вот это интересно. Значит, Ермакова с напарниками уже добралась до того места, где ранили Звездочета, и зачистила его. Когда же они вернутся?

Судя по всему, епископ боролся за человечество. Иначе бы погубил Звездочета. Сомневаюсь, что у него бы не хватило сил. Вот только остальные его действия очень странные. Фанатик, преследующий какую-то свою цель.

До начала турнира еще около часа. Я решил прийти пораньше в зону формирования. Как оказалось, там уже толпились участники из Специалистов.

Фанеров к моему удивлению тоже терся тут. Сидел в углу и чистил оружие, что-то бормоча под нос. При виде меня даже поздоровался.

Еще тут ошивались представители других институтов. Кто-то разминался, некоторые сидели в кругу и обсуждали последний день перед полуфиналами.

На таблице появились изменения. Мне сегодня предстоит сразиться с парнем из Московского института. Знать бы еще как он выглядит.

Я уселся в кресло и попросил Лору немного погонять энергию по каналам, а сам решил посмотреть, что же делает епископ. Благо Болванчик еще при нем.

Прикрыв глаза, я как будто задремал, сосредоточившись на «фильме».

Мне удалось подсмотреть, в каком состоянии Звездочет. Должен признать, выглядел он паршиво, и это мягко сказано.

Затем выпал интересный момент, когда епископ принялся его лечить. Он переговаривался с Ермаковой по неизвестному аппарату. Мне казалось, что в Дикой Зоне нет связи, а тут на тебе, новые изобретения? Почему их не дают ученикам? Загадка.

Все это время епископ водил руками по Звездочету, поддерживая в нем жизнь. Без этого он бы точно отправился на тот свет.

Алефтин Генрихович пару раз приходил в себя, но церковник быстро клал руку ему на лоб и тот засыпал. Лора провела небольшое сканирование и подтвердила мою догадку. В Звездочета вливалась просто куча энергии, однако такой вид я вижу впервые. Опять вопросы, на которые я вряд ли скоро получу ответы.

В ускоренной перемотке прошло около пяти часов, когда Ермакова сообщила, что они уничтожили противника. Кто это был, она не уточнила.

Епископ поддерживал циркуляцию энергии в Звездочете. Походило на то, словно в бутылке проделали дыру, и содержимое постоянно выливалось. Приходилось доливать новую.

Епископ сильно вспотел от напряжения и страшно вымотался, но не подавал виду. Как только ему дали отмашку, он щелкнул пальцами и ненадолго присел на стул.

— Ну все, дорогой, теперь ты не умрешь! — пробормотал он, вытирая пот со лба.

Звездочет замычал, а потом принялся кричать. Похоже, анестезия исчезла, и боль вошла в свои права.

— Покричи-покричи, — улыбнулся Епископ. — Хоть немного услады для моих ушей.

Все же он тот еще садист.

Через пару секунд, когда на внезапные крики набежали лекари, епископ вернулся к делу.

Работал он до самого утра и закончил примерно в то же время, когда я проснулся.

Отдаю должное. Справился Иоанн прекрасно. Открытых ран не осталось. Кровь не хлестала из всех щелей. Даже энергетический баланс восстановился. Но внешне Алефтин Генрихович все еще выглядел паршиво. Или просто епископ не стал до конца залечивать его?

К ним заглянул глава лазарета и поинтересовался, все ли хорошо.

— Да, забирайте, — устало махнул рукой Иоанн. — За внешней красотой вызывайте других специалистов.

Старый подлец. Но он спас Звездочета.

У меня двоякое ощущение. Он точно что-то замышляет, но теперь кажется, что я просто чего-то не знаю. Да и кто расскажет мне, хоть и перспективному, но студенту? Сомневаюсь, что и Есенин в курсе.

— Привет соням! — раздался голос моей любимой рядом, а затем я получил чмок в щеку.

Большая часть компании была в сборе. Леня держал простой полиэтиленовый пакет.

— А ты чего так рано пришел? — удивилась Света, упав рядом со мной на пуфик.

— Решил немного понаблюдать за соперниками, — я кивнул на кулек в руках Лени. — Твое оружие? Сильно, смело! Думаешь, противник сам туда залезет?

— И ты туда же! — пробубнил он, доставая из кулька металлическую цепь. — Эту шутку я же услышал три раза за сегодня, так что ха-ха…

— Тогда хвастайся!

Он развернул тонкую, но явно прочную цепь. На кончике пристегнут японский кунай. Всю поверхность пропитывала энергия.

— Не боишься, что ее разрубят? — поинтересовался Дима.

— Ее хрен разрубишь!

— Уверен?

Похоже, Дима захотел попробовать свой клинок на цепочке Лени. И вправду, чья возьмет?

— Так, — остановил я парней. — Проверять мы, конечно же, не будем, а то кому-то из вас придется отвечать.

На стадионе заиграла музыка, и ведущий объявил о третьем дне Универсиады.

По старой традиции я отправил Болванчика записывать бои. Пришлось отозвать его от епископа, который был на трибунах. Ничего интересного все равно не услышу.

Зато я увидел Ермакову, которая тоже сидела неподалеку. Видок у нее крайне уставший. Мешки под глазами сложно не заметить, хотя она и пыталась разогнать состояние энергией. Даже доспехи забыла снять. Рядом сидела царевна Екатерина и почему то улыбалась во весь рот, как будто присутствовала на церемонии собственной коронации. Забавная девушка.

Мой бой поставили десятым, а значит, у меня оставалось еще полно времени.

На кого мне интересно было посмотреть, так это на Фанерова. Он выходил вторым.

— Мария! — воскликнул он, появившись рядом.

— Женя, хватит уже, а? — раздраженно ответила Маша. — Просто победи и пройди с нами в полуфинал!

Он растерялся, но быстро взял себя в руки и вприпрыжку пошел готовиться, сияя как солнышко.

Против него выставили девушку из Питерского института. Высокая, с рыжей косой и тоже двумя мечами. Фанеров как всегда вышел и начал приветствовать публику. К моему удивлению, ему многие аплодировали.

Бой начался, и я приказал Лоре записывать новые приемы у девушки. Все же два меча…

Но Фанеров меня расстроил. Бой он выиграл, наверное, за пару минут. И он молодец — даже установил рекорд Универсиады. Девушка просто не успела ничего сделать, как отправилась в нокаут.

— Слушай, а этот псих не такой уж и простой, — обратился я к Маше.

— А я о чем тебе говорила?

Даже удивительно, как мне удалось вырубить его при первой нашей встрече. Чистая случайность, или просто он не хотел расстроить Машу?

После него вышла Виолетта. В том же костюме что и вчера. Против нее вышел худой пацан, который мне на днях попадался со своим адским питомцем.

Две сферы по обе стороны от Виолетты превращались то в копья, то в щиты, мечи и во что угодно по желанию владельца. Довольно интересное оружие.

Лора подметила, что энергии на это расходуется прилично, но у Виолетты имелось много запасов, и ей приходилось спешить, чтобы не затянуть битву. Десять минут максимум.

Виолетта справилась за семь.

На других аренах чувствовалось напряжение. Как будто в воздухе готовилась взорваться энергетическая бомба.

За три часа схваток ни один из участников не умер. Хотя церковники старались как могли. Но Авраам отличился — разрубил пополам своего противника. Теперь он считался главным претендентом на победу в турнире.

Другие церковники сражались на грани, не всегда стараясь пойти на убийство. А вот из Казанского института почему-то внезапно принялись кромсать соперников, но им вломили по первое число.

Елисеева Надя вовсю использовала уникальные возможности и предугадывала движения врага. Когда она победила, ее отец больше всех кричал с трибуны, затыкая даже ведущего.

Впрочем, картина не особо изменилась, когда Маша и Света сражались против своих противников. Оба отца развернули плакаты в поддержку дочерей. К ним присоединился даже Есенин-старший, который радостно махал поролоновым пальцем.

Ну и кто в здравом уме решит, что они практически непобедимые маги современности? Вон как бушуют, словно в последний день. Остальные Есенины тихонько сидели рядом. Даже Александр скучал. Иногда он наклонялся к Екатерине, и они о чем-то болтали.

— Кузнецов, Абрамов. Готовимся! — крикнул Белозеров.

— Ну, не пуха, — хлопнув по коленкам, я поднялся.

На этот раз я попробую два меча. А что? Всегда есть шанс скинуть один.

Мой соперник уже стоял у выхода. Ничем не примечательный парень в японском халате.

— Так вот какой ты, Кузнецов, — со спокойным лицом, он протянул мне руку. — Меня зовут Стас.

— Миша, — пожал я ему руку и удивился, что при нем нет оружия. — Чем будешь сражаться?

Вместо ответа он показал два кулака со сбитыми костяшками, похожие на булыжники. Уже по одному взгляду понятно, что не дурак помахать ими.

— Уверен, что без оружия у тебя будет шанс? — удивился я, нисколько не надеясь его подколоть. Такая самоуверенность для меня граничила с глупостью.

— До третьего дня турнира я же как-то дошел, — пожал он плечами. — Но не переживай, ты можешь сражаться своим оружием. Просто мне удобнее кулаками.

— Лора, как ты думаешь, стоит ли нам немного покрасоваться?

— Пожалуйста, только не говори, что ты тоже хочешь сразиться на кулаках? — застонала она.

— Ага, но не только на кулаках. С Рей-саном мы много практиковались.

— У тебя в голове вы практиковались! — воскликнула она, выводя мне статистику. — Тебе сказать, сколько раз вы сражались с ним в живую? А? Или сам знаешь?

Она, конечно, права. В живую с Реем мы дрались не так много, как мне хотелось. Все эти поездки и прочее.

— Так ты против? — приподнял я бровь.

— Я так не сказала. Просто… Мужику за тридцать, а ведешь себя как малолетка!

Возможно, с омоложением тела ко мне вернулся и юный задор. Именно он требовал, чтобы я сразился с Абрамовым в честном бою на кулаках.

— Тогда подеремся, — улыбнулся я.

Когда мы вышли, трибуны просто взорвались. И Есенины, и военные, и даже Екатерина заинтересовались моим поединком. Ну раз так, не буду их разочаровывать!

* * *

Императорский кремлевский дворец.

Москва

У Императора было плохое настроение. Все валилось из рук, а новости одна хуже другой.

То со стороны Европы поступают сведения, что Южная часть отправила через пояс караван с нелицензированной военной техникой. То со стороны КИИМа приходят тревожные новости, что у «Скарабеев» орудуют банды. И непонятно, к кому их отнести. А еще с Северной Империи выкатили претензию, что их флот разгромили. А чего они хотели, когда первыми напали на Нахимова? Вот и Царь не понимал, о чем тут разговаривать. Есть даже записи с бортов, что именно Северные нанесли первые удары и при этом заплыли на территорию Империи.

Только дочка с утра звонила обрадовать, что сходила с Ермаковой в Дикую Зону.

Для нее это была больше экскурсия, все же она сильный маг. От рождения у нее имелись способности куда больше, чем у сверстников.

Именно Катя сообщила, что на замдиректора КИИМа напали люди, а не монстры. И чтобы еще больше не омрачать папе настроение, она добавила, что очень соскучилась.

Вот только тут же позвонил старший сын Павел и сообщил, что в Северной Америке не хотят переговоров. К тому же, какие подонки попытались напасть на послов.

Это очень не нравилось царю.

Сейчас он сидел на садовой веранде и пил чай. Скоро ему предстоит поездка Японию. Соседи пригласили на свадьбу. А император поднебесной был его хорошим другом.

Со спины к царю подошел слуга и сообщил о прибытии гостя.

— Наконец-то! Зачем вы его держите в прихожей? — воскликнул Петр. — Я же сказал, Алексея Максимовича пускай в любое время дня и ночи! Быстро Горького ко мне!

Слуга кивнул и пошел выполнять приказ.

— Здравствуй, Петр, — улыбнулся Горький, когда за ним закрылась дверь на веранду/ — Или ты сегодня Ваше Императорское Величество?

— Все шутки шутишь? — наконец царь мог расслабиться. В жизни осталось не так много друзей, с которыми он мог вот так спокойно поговорить.

Это в прежние времена, когда он только привыкал к трону, его окружали верные товарищи по оружию. Где же сейчас они? Много воды утекло. С кем-то он еще держал связь. Кто-то засел в глуши. А кто-то умер.

— Ты отыграться или по делу? — не смотря на друга, спросил он.

— Хм… Кто знает… — многозначительно ответил Горький и присел на стул рядом с царем.

Петр щелкнул пальцами, и из воздуха появилась шахматная доска.

— Не будем тянуть резину. Говори.

— Петр, я не буду открывать для тебя Америку, но дело касается Церкви.

— Да что же ты будешь делать, Леша⁈ — всплеснул руками царь. — Я тебе уже говорил, епископ Иоанн хоть и странный, но он за нас, за человечество!

— Это я тоже знаю и не сомневаюсь, что когда монстры полезут, а они рано или поздно полезут, он будет в первых рядах, как и мы с тобой. Вот только он уже начинает переходить черту.

— Ты про отмену запрета на убийства?

— Да.

— Оставь, — твердо сказал Петр.

— Петя, ты сейчас шутишь?

— А что, ты сомневаешься в слове царя⁈ — вмиг от него пошла настолько мощная волна энергии, что воздух задрожал. — Леша, я хорошо знал еще твоего покойного отца, но запомни раз и навсегда. Никогда не сомневайся в моих приказах! На все есть причина.

— Хорошо, прости. — Горький первым сделал ход. — Не поделишься?

— Пока рано. Но поверь, у епископа своя задача.

— Петр. Они же еще дети. А мы их убиваем.

— Знаю, но это для общего блага, — вздохнул царь. — Думаешь, я не понимаю? Но так нужно, — и он сделал ответный ход.

— Ты назначил меня на эту должность, и теперь сам решаешь, как управлять институтом?

— Нет. Я не вмешивался в правила, — махнул рукой Петр. — Все уже проголосовали.

— Ну ты хитрец, — вздохнул Горький. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Поверь, Леша, знаю, — он передвинул коня. — Шах.

Глава 20

Отличный бой. Плохое продолжение

Универсиада. В моем мире это международные соревнования по основным видам спорта. Даже я принимал там пару раз участие в состязаниях по легкой атлетике и побеждал.

Интересно, что некоторые слова пересекались в этом мире и имели абсолютно другое значение. Тут Универсиада выявляла лучшего молодого мага. Сначала страны, а затем пояса, а там и мира. Вот бы посмотреть на остальные.

— Бойцы готовы? — прокричал судья, возвращая меня в реальность.

Мы кивнули, и бой начался.

Противник тут же занял мудреную боевую стойку, картинно размахивая руками и ногами. И крикнул, как заправский Брюс Ли.

— Забавненько, — скептически сказала Лора, расхаживая рядом в таком же костюме как и у него. — Нет, я ничего не говорю… Все же он дошел аж до третьего дня, значит, не так прост…

Меня тоже улыбнуло его поведение. Подобные пируэты я видел в боевиках.

Стас Абрамов вытянул руку вперед и сделал пригласительный жест. Ну точно насмотрелся кинчиков!

Нас разделяло метров пять, значит, не успеет неожиданно напасть. Скорее всего, будет применять магию.

Я снял мечи и положил на землю.

— Э, приятель, ты что, сдаешся? — удивился Абрамов.

— С чего ты взял? Просто решил, что мне преимущество в бою не нужно. Все же у тебя нет оружия.

На мои слова он только улыбнулся.

— Глупый поступок, — фыркнул Стас, опуская руки и направившись ко мне простым шагом. — Все вы, неженки, думаете, что если у вас оружие, значит, и преимущество.

Когда он подошел, то просто ударил меня в живот. Но крайне быстро.

Активировав замедление, я уклонился в самый последний момент. Посмотрев на него, только улыбнулся.

— Хех, неплохо, — кивнул он, словно ощущал себя сенсеем. — А вот так?

Он провел серию быстрых ударов, от которых я просто уворачивался, не контратакуя.

Толпа ликовала. Где еще увидишь такое мастерство? Ну правильно, на уроках Рей-сана!

— А ты лучше, чем я думал, — пробубнил Абрамов, не переставая работать руками. — А теперь?

И в ход пошли ноги. Жаль, но это тоже не вызвало нужного эффекта. Но мне пришлось уйти в блок.

Вот тут Стас начал злиться. Этого я и добивался. Опытный воин должен знать, что эмоции ухудшают положение и сжигают энергию.

В какой-то момент я поймал его кулак в полете. Стас вырвался и отскочил.

— Закончил свою проверку? — улыбнулся я, картинно сдувая пылинку с наплечника.

На самом деле я с трудом сдерживал сердцебиение и боль в мышцах. Замедление времени — то еще испытание.

Прогнав энергию по телу, я хоть и восстанавливался, но хотелось еще и показать, что его атаки вообще ни к чему не привели.

В глазах Абрамова появилось удивление. Конечно. Я не планировал его напугать. Тут все ребята опытнее некуда. Если бы по мне попал хоть один удар, думаю, урон бы я получил огромный. Судя по отчету Лоры, бьет он куда мощнее боксера тяжеловеса мирового уровня.

— И это только ранг Воин! — добавила она.

— Ладно, — Абрамов принял боевую стойку. — Давай теперь ты. Покажу, на что способны настоящие бойцы. Можешь взять мечи, я не против.

— Мне кажется, я сказал, что не буду их использовать.

Теперь уже я подошел к нему вплотную.

И если Абрамов начал свою атаку с прямого удара, моя же стратегия была иной. Пора показать то, чему меня учили и в армии, и в научном центре!

Я схватил его за запястье и потянул на себя. Отвлекающий маневр, на который он купился.

Шаг вперед, и его вес перешел на опорную ногу, по которой я и ударил.

— Нихера себе! — обратился я к Лоре. — Это не ноги, а столбы!

Но все же мне удалось выбить у него землю из-под ног. Хоть и влив немного энергии в мышцы.

— Ого! — улыбнулся Стас. — Неплохо! Очень неплохо! — радостно вскочив, он снова занял боевую стойку.

— А еще раз?

Конечно, я не собирался применять на опытном бойце один и тот же прием дважды.

Теперь я решил ударить сбоку по руке, отбросив ее в сторону, и с разворота влепить локтем в голову.

Но Абрамов уклонился. Я же не остановился и закрутился как юла, продолжая хаотично наносить удары.

Рей-сан с легкостью с ними справлялся благодаря своему опыту. Но Абрамов, каким бы он ни был искусным бойцом, еще оставался студентом, и пару раз ему прилетало в корпус и по голове.

С каждым ударом его улыбка таяла, и он опять начинал злиться.

Тут уже я отскочил, взяв небольшой перерыв.

— Слушай, Абрамов, — вздохнул я. — Мне уже надоело. Давай в полную силу.

— Давно пора, — он ударил кулаками, и они загорелись красным огнем.

— Интересно, — тут же появилась Лора.

Я не стал вые… ничего делать с руками и просто начал наносить удары. Абрамов не отставал и как губка впитывал каждый апперкот или хук.

Немного расслабившись, я получил охрененно мощный тычок по ребрам. Если бы не доспехи и помощь Лоры, которая тут же направила порцию энергии в место удара, то сломанными ребрами я бы не отделался.

— Ну что, взбодрился? — прошептала Лора.

— Поднимай мечи, — кивнул Стас. — Хватит играться.

Ребра болели и кололи. Лора делала все, чтобы быстро их срастить, а я попросил отключить болевой порог.

Не чувствовать боли — кажется, какая прекрасная способность! Вот только реальность такова, что в этом режиме приходится быть вдвойне осторожным. Если повредят внутренние органы, ты этого тоже не заметишь.

— Хороший удар, — я опять сделал невозмутимое лицо.

Абрамов только сплюнул кровь и пошел на меня.

Публика взорвалась криками, когда мы начали обмениваться ударами.

Долго это не продлилось. Ну не умел я махать кулаками как в кино. Да красиво, но это же не эффективно.

Мне все же удалось ударить противника в подбородок, одновременно сделав подножку, следом взять его за затылок и, придав ускорения, впечатать лицо в колено.

Зрители охнули.

— Ну нихренаж себе! — выдохнула Лора, когда мой противник через секунду пришел в себя и откатился в сторону.

Все лицо заливала кровь. Раны потихоньку затягивались, но не так быстро, как у той же Виолетты.

— Силен… — прохрипел Стас. — Ладно, уговорил. По серьезке, так по серьезке.

Засунув руки за спину, он достал два ножа с кастетами. Траншейный нож? Давно такого не видел.

— Вот это уже другое дело! — улыбнулся я, носком поддевая с пола два меча.

Оба кастета у Абрамова окутало красной дымкой, постепенно распространяясь на все тело.

— Он не соврал, реально в полную силу! — радостно сказала Лора.

Вот тут уже в ход пошла магия. Абрамов принялся расстреливать меня энергетическими шарами и одновременно сокращать дистанцию.

Оба меча встретились с его кастетами, и мы начали обмениваться ударами. И я, и он пытались лишь обездвижить противника. Без смертей.

Все решала энергия. Не зря каждый маг все время раскачивал свое внутреннее хранилище, тренировал каналы и увеличивал запасы. А поскольку, у меня энергии было просто дохрена и восстанавливался я куда быстрее любого в ранге Воин, то противнику не поздоровилось.

Стас оказался неплохим бойцом. Даже с замедлением времени и помощью Лоры, он держался молодцом.

Я увеличивал темп до тех пор, пока его защита не дала трещину. Удары он пропускал все чаще, энергия иссякала потоком.

Через полчаса он без сил упал на землю от моего удара кулаком в челюсть и просто отключился.

— А неплохо мы помахались, — улыбнулся я, подходя к сопернику и похлопав его по груди. — Молодец, Стас, заезжай как-нибудь ко мне в гости, подеремся еще.

Вот только он, скорее всего, этого не слышал.

Судья объявил меня победителем, и я пошел в зону отдыха, по пути посмотрев на трибуны. Екатерина снисходительно хлопала в ладоши и приветствовала меня. Через два места я заметил чету Есениных, которые тоже аплодировали. Приятно.

В комнате отдыха меня встретили небольшими поздравлениями, и на этом все ограничилось.

Когда остальные закончили сражаться, мы пошли в столовую.

Тело ныло, магические каналы тоже. Хотелось отрубиться и не просыпаться до завтрашнего дня.

Машу и Свету, увезли отцы. Антон тоже уехал с семьей. Да и вообще, все разошлись по своим родителям кто куда. В итоге мы остались с Виолеттой одни.

Сидели молча и смотрели в свои тарелки. Лора сказала, что у девушки сильное истощение из-за использования сфер.

— Виолетта, а почему у тебя до сих пор нет оружия?

— Мечом мне не нравится сражаться, — ответила она, ковыряясь в тарелке. — Хотя Света заставляет и говорит, что когда у меня будет дворянский статус, это необходимо.

— Возможно, она и права. Все же базовое оружие, — поразмыслив, кивнул я. — Но а что тебе больше по душе?

— Хм… — она призадумалась и посмотрела на меня. — У того парня, с которым ты дрался. Абрамов, кажется? Его оружие мне понравилось.

— Кастеты? Серьезно?

— Да. Легкие, усиливают удар, — пожала она плечами. — Все же я не могу сражаться мечом и другим холодным орудием, зная, что им можно проткнуть кого-то или что-то отрубить.

— А кастетом, значит, нет? — улыбнулся я.

— Не совсем. Можно комбинировать магию, нанося сильный удар, но при этом не убивая противника. Представь, в последний момент я добавляю лекарской магии, и противник остается буквально в шаге от смерти. А там я уже его и подлечить смогу. А мечом что? Отрубил голову и все. Да много чего опасного можно сделать, что потом не залечишь.

У меня было ощущение, что она давно об этом думала.

— Знаешь, а это интересный прием.

— Но в теории.

— А что тебе мешает воплотить его в реальность? — отхлебнув соку, сказал я. — У Рей-сана есть и кастеты. Что-то мне подсказывает, если ты ему расскажешь о своей технике, он с удовольствием будет учить тебя. Может, и я попробую.

— Все забываю, что ты можешь использовать любую магию.

Да, Виолетта мне искренне нравилась. Но как младшая сестра.

После плотного ужина мы с ней пошли в спальни.

Часы показывали еще девять часов, а меня уже клонило в сон.

В спальне почти не было народу. Только у окна лежал и скучал Строганов.

— Коля, а ты чего тут лежишь один весь такой грустный?

— Родителей срочно вызвали в канцелярию, что-то по работе, — вздохнул он. — Вот и лежу. А ты?

— Устал после битвы.

— Да, ты хорошо дрался, — пробубнил он, продолжая глядеть в окно.

— Коль, если не секрет, а кем работают твои родители, что их так срочно вызвали?

— Прости, но это секрет, — он, наконец, повернулся ко мне — Извини.

— Хоть бы соврал для приличия, — фыркнула Лора и первая залезла на кровать. В одном полупрозрачном нижнем белье.

— Лора, дорогая… Пожалуйста…

Она закатила глаза, щелкнула пальцами и вместо сексуального белья на ней появилась пижама с голубями.

— Я тогда в душ и спать, — сказал я Строганову.

Как только голова коснулась подушки, мое тело испытало неописуемое блаженство. Как же приятно полежать в тишине.

Лежал бы и лежал до самого утра, но я на кой-то ляд решил проверить детальку Болванчика у епископа. Эх.

Я вывел картинку и звук.

Церковникам выделили целый этаж в одном из жилых корпусов, так что они могли никого не стесняться.

В гостиной сидели все участники Универсиады от Церкви. Удивительно, но из них никого не убили, а вот каждый уже забрал как минимум одну жизнь. Рекордсменом был Авраам.

— Епископ, завтра полуфинал, а отбор прошла только половина из нас, — хмурился Авраам. — Почему эти несчастные черви сопротивляются?

— Авраам, сядь, — кивнул на стул рядом с собой епископ.

После того, как ученик сел, Иоанн продолжил.

— Вы все отлично постарались, дети мои. Каждый из вас достоин высших почестей. Не сомневайтесь, когда мы вернемся, церковь вознаградит вас.

Все сидели с одухотворенными лицами и чуть ли не заглядывали в рот епископу.

— Но также я прошу вас, не забывать первоочередную цель. Все же помнят?

— Спасение Земли от скверны! — хором отозвались юные инквизиторы.

— Именно! — улыбнулся он. — Вы отсеяли сброд, который случайно попал на соревнование, за это вы уже достойны награды.

— За Всевышнего! — крикнул Авраам, вскочив со стула. Он чуть не расплакался.

— Господи, это просто полный трэш, — сказала Лора, наблюдая за этой сценой.

— Епископ, поэтому вы вчера лечили Звездочета? — спросил Люций, Подмастерье среди церковников.

— Верно. Но не забывайтесь, — ухмыльнулся он. — После того, как мы выиграем Универсиаду, я, Авраам, Булка и Герда поедем на серверный пояс ближе к Японии. Наша церковь попросила помощи. А что может быть лучше для поднятия духа, чем молитва и явление Избранного?

Все захлопали, а я начал корчиться. Испанский стыд.

— Святые силы да прибудут с вами завтра! — прокряхтел епископ и поднял руки.

Я подумал, что сейчас начнется очередная промывка мозгов, но нет. Его руки начали испускать мягкий белый свет, окутавший комнату. Даже через Болванчика я почувствовал прилив сил. Сонливости как не бывало.

После ритуала церковники поклонились и разошлись.

— Авраам, на минутку, — окликнул его Епископ.

— Слушаю.

— Я чувствую от Кузнецова неясную энергию. Такого раньше не было, что очень странно, — прошептал он. — Все что я не могу распознать, чужеродно, а все что чужеродно, есть зло. Надеюсь, ты знаешь, что делать?

— Конечно, святой отец!

Я отключился. Церковь опять что-то замышляет и теперь еще против меня. Интересно будет сразиться с этим Авраамом. Конечно, если мне выпадет возможность.

С такими мыслями я с трудом, но все же уснул.

Наутро я созвонился со своим поместьем. А дела обстояли куда лучше, чем я думал. Наденька расширила производство. Систематизировала работу новых предприятий, оставшихся от Дирижера в Москве и в ближайших городах, и теперь разбиралась с тем, что есть в Широково и Красноярске.

Мы договорились, что старых работников не будем увольнять, если они не уйдут сами. Надо бы еще проверить каждого на причастность к делишкам Дирижера. Мне не хотелось, чтобы на меня работали преступники, которые грабили и убивали. Что-то мне подсказывало, что такие были. Надя уже начала проверку и поинтересовалась, когда начнется финал Универсиады.

Я сказал, что через два дня и пригласил ее к нам, и она согласилась. Пришлось позвать и остальных домашних, даже Островского, но Надя заявила, что он уже в Широково.

Странно, что мы до сих пор не встретились.

Я напомнил, что рядом с институтом есть пустующая квартира Дирижера, где могли бы разместиться все члены рода. Надо бы зайти сегодня вечером. Наверняка там много чего придется выкинуть, убрать и заменить.

На этом мы распрощались, а мне пора готовиться к новому дню. Правила полуфинала немного отличались от прошлых дней. Их нам расскажут только перед началом.

Встретившись со всеми в столовой уже в обмундировании, мы отправились на стадион. Странно, но вход в зону формирования был закрыт, и все стояли на улице.

— Что происходит? — спросил я у парня в форме Московского института.

Он быстро посмотрел на меня и пояснил:

— Организаторы не пускают, сказали ждать на поляне.

Болванчик пролетел над трибунами. Народ занимал места. На арене рабочие устанавливали огромные мониторы. Походу, будет трансляция.

— Намечается что-то реально интересное, — откуда не возьмись появился Фанеров. На нем была новехонькая дорогущая броня. Он смотрел по сторонам, облизывался и потирал руки в предвкушении.

Через полчаса ожидания к нам вышел Белозеров. В руках он держал планшет.

— Попрошу всех участников последовать за мной, — невозмутимо сказал он, и мы все пошли в сторону Стены.

Да, все охренели, когда он остановился прямо у распределителя.

— А теперь, уважаемые участники полуфинала, к правилам!

— Ох и не нравится мне это… — прошептала Виолетта, схватив за руку Свету.

— В Дикой Зоне, в пятистах метрах от стены мы организовали лабиринт! Внутри находятся восемь сфер, которые работают как портальные арены. Тот, кто найдет сферу, ищет второго человека, и вдвоем вам нужно прикоснуться к ней. Вы попадете в карманное измерение, где будете драться. Победитель оставляет себе сферу и проходит в финал. Ничего сложного. Вопросы?

Тут же руку поднял Трубецкой.

— Можно отнимать сферы?

— Да.

— Убивать? — это уже крикнул Авраам.

— Тоже да.

— А можно одному взять две сферы? — уточнил я.

— Нет. Одна сфера на победителя и никак иначе.

Дима поднял руку.

— Как я понимаю, в лабиринте не только мы будем?

— Молодец, Бердышев! — улыбнулся Белозеров. — В лабиринте ползают монстры с метеоритов. Мы специально их туда загнали.

— А можно сражаться с другими, если у них нет сферы? — выкрикнул Фанеров, почему-то поглядывая на Авраама.

— Конечно! Никаких ограничений. Используйте что хотите! Готовность пять минут!

А вот про питомцев никто не сказал ни слова. Пора бы призвать все кусочки Болванчика. А то он скоро заржавеет без дела.

Глава 21

После и до

В очередной раз поражаюсь, как этот мир похож на мой. Такие же продажные и коррумпированные полицейские. Аристократы, для которых законы стоят куда ниже, чем обычаи рода. Интересно, что с Императором, и как он смотрит на вещи? Судя по его дочери, мужик он вполне свойский. Хотя, кто знает…

Однако тут были и свои патриоты. И к счастью, их больше, чем на моей родине. Это радовало.

Вот только кто-то из организаторов либо забыл, либо не знал о надвигающемся прорыве. Звездочет наверняка должен был заметить неладное. Да и другие преподаватели. Та же Ермакова, которая ходила мстить за Алефтина Генриховича за стену. Знать бы с кем. Это должен был быть кто-то сильный… Или сильная…

Но все же, как так получилось, что сейчас мы в эпицентре прорыва? Ведь он вообще не должен случиться в ближайшее время?

— Сука, как я его не почувствовала? — ворчала Лора, пока мы с Димой, заняв пещеру, отбивались от улиток, лезущих из всех щелей.

— Надо добраться до девушек! — крикнул Дима, разрезая очередной панцирь мечом.

Улитками они только по названию. Размер каждой примерно с человека. Их слизь разъедала органику, так что едва попав на кожу, эта дрянь грозила разъесть мясо до кости.

— Надо сперва выбраться отсюда! — ответил я, выстреливая мощным концентрированным огнем.

— Скоро должна поспеть помощь.

— Не советую полагаться на них!

Болванчик показал мне, что творится в институте. Первая стена снесена, вторая еще держалась, но с трудом. Удивительно, сколько тварей носилось под ее основанием. Буквально карабкаясь по головам, они создавали живую гору. Это были какие-то бронированные монстры, по которым взбирались десятиметровые сколопендры, напоминающие помесь дракона с кошкой. Над ними летали мраморные орлы с тварями, похожие на пчел, плюющихся магическими зарядами. Их убивало ПВО, которое держалось на второй стене. Плюс помогали студенты и их родители. Сильных магов в КИИМе теперь больше, чем нужно, так что в город монстры вряд ли прорвутся.

— Какого хрена они все прут? — кричал Дима.

Мы же с ним постепенно отходили все дальше в пещеры. Лора успела сделать карту подземных ходов и вывела мне схематично, откуда приближаются противники и куда можно отступать.

— Чуть дальше туннель с выходом на поверхность, — крикнул я Бердышеву. — Там через двести метров руины! В них и засядем!

Эти руины были моими родными пятиэтажками, пусть от них мало что осталось. Новые падения метеоритов их сильно поломали.

— Есенины точно смогут это остановить, — бормотал себе под нос Дима. — Антоха тоже скоро придет.

Но мне почему-то казалось, что если кто и поможет, так это Сергей Александрович. А вот Саша вмешиваться не будет, но надеюсь, я ошибаюсь.

Была еще одна проблемка. Точнее проблемище! Этот прорыв был куда мощнее предыдущего. По оценкам Лоры раза в три минимум. Так что даже с вмешательством всей четы Есениных, не фак,т что все закончится так же быстро, как и в прошлый раз.

Мы кое-как добрались до выхода на поверхность. К огромным улиткам присоединились монстры, похожие на волосатых колобков с острыми зубами и маленькими ручками.

Лора все фиксировала и сообщала, что вокруг просто дохрена тварей, и нам в буквальном смысле придется прорубать себе дорогу. Болванчика я не отправлял на поверхность. Все его детальки нужны мне внизу.

Что случилось с другими участниками Универсиады, неизвестно. Больше одной детальки Болванчика я выделить не мог.

Наконец, мы выбрались на поверхность и даже умудрились пробиться к крайней пятиэтажке. Жаль — соседней. Там раньше жил мой друг детства Семчик.

— Лора, надо найти Машу! Отзывай Болванчика от стены, там пока справляются, — приказал я. — Ищи Машу!

— Поняла!

Нам удалось пробраться в подъезд. Часть здания осталась цела, и мы решили обосноваться в одной из квартир. Мы усилили дверь магией земли и ушли в гостиную.

— Вот это да, — выдохнул Дима, упав на пыльный диван.

— Рано отдыхать, Димон, — подходя к окну, сказал я. — Надо прорываться к институту, или…

— Что или? Миша! — удивился Дима. — Хочешь остановить прорыв? Ты хоть знаешь, что это? Как с ними справиться?

— Догадываюсь, — буркнул я, осматривая территорию. — Упали двадцать девять больших метеоритов. Практически все великаны. Если мы успеем их закрыть по одному, сможем добраться до стен.

— Ты псих! — выдохнул он.

— Кто знает.

Во двор забежала участница Универсиады. Когда-то две аккуратные косы растрепались. Я видел эту девушку в толпе полуфиналистов.

Не знаю, как ее зовут, но выглядит она паршиво. Даже очень. Как вообще ей удалось продержаться в одиночку? Даже нам с Димой пришлось нелегко, а она как выжила? Там же была просто мясорубка…

Пробежав между домами, она прислонилась спиной к дереву. Нога истекает кровью. Даже с учетом того, что в Дикой Зоне энергия восстанавливается быстрее, девушка исчерпала практически весь запас и сейчас держалась буквально на силе воли.

Следом появились три химеры размером с крупных лошадей. На голове длинные щупальца, три магических хвоста.

— Давайте, подходите! — в отчаянии крикнула девушка, выставив меч перед собой. — Вас я точно завалю!

— Смелая, — задумчиво сказала Лора, появившись рядом со мной.

Дима встал с дивана.

— Надо ей помочь! — спохватился он и начал вылезать в окно.

— Да сиди ты уже, сам помогу, — сказал я, взяв его за плечи. Лора быстро сделала сканирование. Дима тоже был не свежачок, хотя восстановление шло хорошо, но все уходило на регенерацию. Ему надо отдохнуть.

Потрать сейчас он еще чуть энергии, то было бы только хуже.

Я успел как раз вовремя. Первая химера сделала прыжок, а девушка подняла меч и ожидала своей кончины. Что за глупый героизм ради героизма?

Вытянув руку вперед, я сжал и разжал кулак. Тварь отбросило к руинам, оторвав хвосты и лапу.

— И чего ты тут стоишь? — закрыв ее собой, сказал я. — Сражайся за свою жизнь до последнего, дура! Никто не запомнит твоего геройства и уж точно никому не понравится, что ты умерла!

— Мне от них не убежать, — тихо сказала девушка и сползла по стволу. Силы ее окончательно покинули.

— Не отвлекайся, — напомнила Лора.

Болванчик летал перед двумя химерами и пытался пробить им шкуры. Удивительно, но они были куда прочнее. А после моего коронного приема ушло дохрена энергии. Один Болванчик не справится.

Отвлекая химер яркими вспышками, я побежал на них, надеясь быстро убить тварей и спасти девушку.

Краем глаза я заметил, как Дима все-таки не послушался меня и, взяв ее на руки, убежал обратно в дом.

Хорошо. Теперь и сражаться можно в полную силу.

— Ладно, врубай! — приказал я Лоре, и она открыла каналы на полную.

Прыгая от твари к твари, я пытался нанести им хоть царапину. Даже напитанный энергией меч не смог пробить шкуры.

— Надо бы еще раз их взорвать, — порекомендовал я Лоре.

— Энергии останется меньше половины!

— Наплевать.

Мне все же удалось отрубить несколько щупалец у одной твари, и та ненадолго отпрыгнула.

— Щупальца у них как локаторы, — сообщила Лора. — Эта тварь сейчас дезориентирована. Миша, это твой шанс!

Запрыгнув на голову химеры, я одной рукой схватил несколько щупалец, а вторую приставил к голове и сделал свой фирменный трюк.

На этот раз сработало лучше. Видимо, надо стрелять в упор.

Голова просто взорвалась как спелый арбуз.

Вторая химера очнулась и побежала на меня. Сил на еще один залп не осталось, и пришлось напитать энергией Болванчика.

Собрав детальки в одну длинную палку, я придал ей ускорение и удачно попал химере в рот.

Бедняга вышел с другой стороны.

— Надо потом его ополоснуть водой, — напомнил я Лоре.

Казалось, все закончилось. Однако та химера, которую я отделал первой, думала иначе. Она попыталась выстрелить в меня магией, но силы ее покидали. Еще чуть-чуть, и она сдохнет.

— Эх, я же не живодер, — вздохнул я. Пришлось потратиться на еще один залп. В этот раз много энергии не потребовалось. Животное умерло практически мгновенно.

— Фух, устал! — улыбнулся я. — Лора, что там по тварям?

— В километре целый легион муравьев и других насекомых. Идут на нас.

— Надо уходить.

Во рту чувствовался приторный вкус вишни и пыли. Не самое приятное ощущение. Воздух буквально пропитан энергией, и тело не спеша восстанавливалось. Хотя, конечно же, хотелось куда быстрее. Мы над этим поработаем.

— Слева! — крикнула Лора, и я успел отскочить.

В землю ударил белый луч, оставив кратер глубиной с метр.

— Ловко, Кузнецов, ловко! — крикнул мужской голос у меня за спиной.

Обернувшись, я увидел в том же проходе Авраама. Он был весь в крови, слизи и черт знает в чем еще. Его улыбка сверкала, сильно выделялась на грязном лице. Он смотрел на меня, как хищник на добычу.

— Думаешь, он подстроил нам ловушку? — обратился я к Лоре.

— Не думаю. Однако он мог подождать, пока ты потратишь приличное количество энергии и устанешь. Хитер, сука.

— Цепной пес епископа прибежал, — крикнул я ему. — А хвостиком повеляешь?

— Как бы тебе не пришлось им вилять! — Авраам засунул руку во внутренний карман и достал небольшой шарик размером с яйцо. — Не хочу, чтобы нам мешали.

Он подкинул яичко вверх, и в диаметре ста метров вокруг нас образовалось мерцающее поле.

— Это барьер, — сообщила Лора.

— Биться об него пустая трата сил, — предугадал мои мысли Авраам. — Мы с тобой изолированы. Пока не закончим, не сбежишь.

— Тогда убью тебя, — пожал я плечами.

Да, такой артефакт мне попадался в учебнике. Его может снять только тот, кто активирует. Ну или он разрушится после смерти владельца.

— Такому неугодному, как ты, не суждено победить святого избранника! — воскликнул Авраам. — Будешь смотреть как убивают твоего друга и ту девчонку. А потом я позволю тебе умереть!

Диме с девушкой далеко не уйти, и уж точно он ее не бросит. А толпа насекомых, которые движутся в нашем направлении, обязательно до них доберутся. Надо что-то придумать, и как можно быстрее.

— Значит, мне придется оторвать тебе голову и не тянуть, — разминая плечи, я пошел к нему.

Эх, а ведь так все хорошо начиналось.

* * *

За час до этого.

После объявления правил, нас вывели за стену и мы под конвоем направились ко входу в лабиринт. Всего было двадцать четыре человека в сумме всех рангов.

— Как только все войдут в лабиринт, мы замуруем стену, — пояснил Белозеров. — Когда вы победите в поединке за сферу, вам откроется прямой коридор на выход.

В целом все было понятно. Но меня поразил масштаб лабиринта, когда мы вышли к главному входу. Болванчик показал общую картину, и это было что-то с чем-то

— Ребята, похоже, перестарались, — присвистнула Лора.

Размер лабиринта был примерно равен всей территории института.

Остальные не видели того, что вижу я, поэтому скептически смотрели на строение.

Стены высокие, метров десять. Наверху тянулись вторые этажи с проходами.

— Время у вас не ограничено, — предупредил Белозеров.

— А если мы так никого и не встретим? — спросила девушка с двумя косами.

— Это уже ваши проблемы. Можете использовать заклинание поиска или рентген. Что угодно.

— А если залезть наверх? — спросил Дима.

— Ну попробуй, — странно усмехнулся Белозеров и крикнул всем участникам: — Заходим по одному. Интервал пять минут. Чтобы вы там сразу друг друга не переубивали, за вами будут закрываться проходы.

— Ну-с, — громко хлопнув в ладоши, Белозеров встал у входа. — Счастливых вам полуфинальных игр! И пусть удача всегда будет с вами!

Участники жиденько захлопали. Все, кроме Авраама, который готов был отработать аплодисменты за всех.

— А теперь по списку, начиная с Учеников!

Когда настала моя очередь, я чмокнул Машу в губы и убежал. За мной схлопнулись две каменные плиты.

До сих пор не понимал подобного поворота в правилах, но да ладно. Не мое это дело.

Путь до ближайшей сферы я знал, а значит, надо просто найти соперника, который мне больше всего не нравится. Ну а кто еще, если не Трубецкой? Хотя и Авраам та еще скотина. Фанеров? Нет, вроде нормальный парень, пусть и с прибабахом.

Пока мой выбор пал на Трубецкого. Я успел закрепить за ним детальку, так что мне было известно его местоположение.

До сферы около двадцати минут ходьбы. Ну что ж, прогуляюсь.

Пока я шел, где-то раздались взрывы. Кто-то уже успел вступить в битву и сейчас нехило огребает, судя по грохоту.

Даже интересно. Отравил Болванчика. Оказалось, Леня сражался с каким-то Казанским студентом. Место у них было не самое удачное. Узкий проход с двумя ярусами. Оба скакали как мартышки, уклоняясь от магических атак.

В пятидесяти метрах пробежал паренек из КИИМа. На секунду он замер, пригляделся, узнал меня и скрылся.

Ну хоть у кого-то есть принципы. Думаю, Трубецкой так бы не поступил.

Дойдя до сферы, я взял ее и пошел искать своего будущего противника.

Лора вывела мне карту, так что заблудиться будет непросто.

— А вот это уже нехорошо, — я сорвался с места и побежал что было сил.

Паренек, которого я недавно встретил, приближался к Трубецкому. Тот почувствовал его раньше и затаился.

— Скотина, неужели он нападет? — бормотал я, ускоряясь до предела. — Не успеваю. Лора, защити его!

Три детальки Болванчика мигом сорвались и устремились к пацану.

За мгновение до того, как Трубецкой нанес удар мечом из-за угла, у дальней стены что-то взорвалось. Да с такой силой, что земля задрожала.

И парень, и Марк упали на землю, а сверху на них начали падать мелкие камни.

— Что за хрень? — удивился я. — Проверь!

Гул все нарастал, как будто что-то огромное приближалось, несмотря на стены лабиринта.

Когда же у меня появилась картинка, я охренел.

Сквозь лабиринт, ломая стены неслось огромное стадо бронированных быков размером со слона!

— Это что?

— Миша, в укрытие! Это прорыв! Срочно! — крикнула Лора, выводя мне короткий путь прочь от стада.

А оно приближалось, разнося лабиринт по камешку.

Как назло поблизости не попадалось боковых проходов, стены шли параллельно с быками. Когда мне удалось завернуть, вдалеке я заметил Диму.

— Какого черта тут происходит⁈ — крикнул он, увидев меня.

— Прорыв! Беги давай!

Я поравнялся с ним и мы какое-то время бежали.

— Как это произошло? Почему преподаватели молчали? — возмутился он, когда мы наконец смогли в последний момент уйти с дороги табуна.

— Ты меня спрашиваешь? — удивился я.

Табун никак не иссякал и направлялся в сторону стены. Быки по бокам начали замечать нас и сворачивать.

— А это уже нехорошо! — крикнул Дима, когда на нас понеслись семь здоровенных быков.

Хорошо, что мы находились у внешней стены, а по сторонам у нас оставались еще коридоры.

— Пусть сломают стену! — сказал я Диме.

Болванчик оказался у него за спиной и с силой толкнул прочь от неминуемой смерти. Я же отпрыгнул в другую сторону.

Все же внешние стены были прочнее, и быков меньше. Первые три, врезавшись, сломали шеи, оставшиеся четыре налетели на них и неуклюже повалились мордой в пол.

Но задачу свою они выполнили. Удалось пробить небольшую брешь в стене, через которую мы и вылезли.

Я послал несколько кусочков Болванчика на поиски ребят. К сожалению, я сразу увидел того парня, которого пытался спасти. Точнее то, что от него осталось. Он не успел убежать от разъяренных монстров и его затоптали.

— Кто-то за это ответит! Ой как ответит! — сквозь зубы пробормотал я.

Долго размышлять не осталось времени. Вслед за быками появились волки-падальщики. Такие твари, которые способны дышать кислотой, пропитанной магией.

И судя по их горящим глазам, они готовы были нас разорвать в клочья.

Лора промониторила территорию и показала путь до пещеры.

— Бегом, за мной! — схватив Диму за локоть, я потащил его за собой.

— Но как же остальные?

— С ними пока все в порядке.

И я не соврал. Болванчик нашел и Машу, Виолетту и Свету. Даже Леню с Арнольдом и Викой. Как они отыскали друг друга, ума не приложу. Надя Елисеева по ту сторону лабиринта доставала из-под завалов Фанерова, которому придавило руку. Такая рана для него пустяк. Ну хоть друзья целы, и на том спасибо.

Мы забежали в пещеру. Волки почему-то остановились у входа, принюхались и обрызгали все кислотой. Завыли и бросились в сторону КИИМа.

— Чего это они? — удивился Дима. — Обычно волки так не поступают.

— А я тебе сейчас скажу, почему, — дернув его за воротник, я буквально в последний момент спас Бердышева от упавшей сверху улитки.

Глава 22

Авраам, прости — прощай

Ситуация складывалась не самая удачная. Я бы даже сказал, опасная. С одной стороны неуравновешенный фанатик в ранге Специалиста, который без труда одолел прошлогоднего победителя, с другой Дима с девушкой, на которых скоро навалится нескончаемое число монстров. Святоше и этого мало, он еще и защитный купол на нас накинул!

Единственное, что успокаивало, это несколько деталек Болванчика, которые остались снаружи.

Эх, жаль нет под рукой двух Посейдонов. Как бы он сейчас пригодился. Для массовых замесов самый раз, да и Настенька тоже.

— Миша, мне показалось, или ты меня позвал? — тут же послышался голос водяного.

Как же мне нравится эта деталь в питомцах. Если они достаточно сильные, то можно поддерживать ментальную связь на расстоянии.

— Как бы я сейчас был рад увидеть тебя, — ответил я.

Авраам достал гигантский меч из-за спины, ударил им о землю и направился ко мне, оставляя лезвием приличную борозду.

— Лора, если выберемся, перенесем штаб-квартиру рода в Красноярск.

— Поняла, — коротко ответила она и продолжила собирать информацию.

От Авраама исходила просто невероятно сильная аура. Такого я раньше среди их ранга не встречал. Он точно Специалист?

Попробовал напасть первым. Все же проще не ждать, когда он подготовится. Но противник ожидаемо увернулся.

Не мешкая, Авраам попробовал разрубить меня, но мне удалось пригнуться, буквально в миллиметре пропустив над собой смертоносный клинок.

Болванчик попытался пробить его насквозь, но Авраам поймал одну детальку и откинул. Вторую отбил как бейсбольный мяч.

Пока он отвлекся, я попробовал свой фирменный с кулаком, но вместо взрыва у Авраама треснул один из артефактов на поясе.

— Неплохо! — воскликнул он. — Не думал, что среди грешников есть те, кто сможет пробить мою защиту.

Мне на это нечего было ответить. Мы сюда не болтать пришли, а драться.

Тут Авраам показал еще один прием. Воткнув меч в землю, он повернул его так, чтобы я оказался на пересечении клинка и рукояти с гардой, а затем выстрелил светом.

Луч в форме креста пронесся совсем рядом и врезался в барьер. Спасибо Болванчику, что он в последний момент ударил по рукоятке, немного отклонив траекторию.

— Странные атаки, — подметила Лора.

— В каком смысле? Разве это не обычные церковные заклинания, или чему их там учат? — уворачиваясь от очередного светового креста, ответил я.

— Не отвлекайся!

Не поспоришь. Монстры приближались, и уже через пару минут они настигнут нас. Дима продержится еще минуты четыре, пока его не возьмут числом. Зараза, почему так сложно? Пусть бы они устроили прорыв после Универсиады! А так придется попотеть. И превозмочь!

— Забавно, ты все еще брыкаешся? — смеялся Авраам словно настоящий психопат. — Все нечестивцы и осквернители должны гореть в гиене огненной!

— Я поняла! — крикнула Лора. — У него питомец!

— Что-то я не вижу ничего похожего!

— И не увидишь.

— Невидимый?

— Не-а, лучше… Или в нашем положении хуже. Ты же понял, что его способности далеко за рангом Специалиста?

— Да уж догадался!

Мне пришлось заблокировать меч двумя своими. От такого мощного удара меня аж прижало к земле.

— Правильно! Перед посланником небес все должны стоять на коленях! — неистовствовал Авраам.

Я снова выстрелил в него фирменным приемом, и еще один артефакт лопнул на поясе, но все же отбросить мне противника удалось.

— Это какой-то вид астрального питомца! Как тот, который был у нас, — крикнула Лора.

— Все это очень интересно и полезно, но какой толк, если мы его не победим?

— Его физические атаки дублируются астральными, отсюда и такая разрушительная сила! Надо разорвать эту связь. Мне нужен тактильный контакт. Чем дольше, тем лучше!

Нечего спорить. Если Лора уверена, значит, так оно и есть.

Открыв максимальный канал энергии для Лоры и Болванчика, мы начали действовать.

В какой-то момент мне удалось ударить ногой Аврааму в живот.

— Есть! — крикнула Лора. — Успела жахнуть по нему.

Я тоже почувствовал, как питомец внутри Авраама опешил от того, что ему дали отпор.

Как же мне хотелось получить такого же себе в коллекцию. Чисто защитник астрала. А чего нет? Сейчас у меня с питомцами имелась ментальная связь, мы могли даже проводить время на воображаемом пляже, но как бы я не хотел, они не смогут нанести урон астральной части врага. Даже Лора действует через тактильные прикосновения. Изначально она не для этого создана.

Сейчас Лора старается отпугнуть то, что сидит в Аврааме. Прошлое существо было одноразовым, и по факту мне не принадлежало. Просто инородный объект в моем бесконечном море.

Еще парочка ударов, и Лора сделала то же самое. Тут святоша немного сдал.

— Надо подольше его потрогать! — крикнула Лора.

Замечательное предложение. А главное, простое, как два пальца.

Авраама оставлять в живых нельзя. Он-то точно не заслужил красивую смерть как в фильмах.

Болванчик полетел Аврааму в лицо, и взорвался. Я следом сделал вспышку, на пару секунд ослепив фанатика. Оказавшись у него за спиной, я без премудростей схватил его за голову.

— Лучше бы конечно за грудь, но за голову тоже ниче так, — сказала Лора.

Вместе с Лорой я погрузился в астральное тело. В этом мире не пройдет и секунды, зато там мне удастся посмотреть, что за питомец такой у Авраама.

Но ничего интересного я увидеть не смог. Белое пространство. Вдалеке силуэт человека. Астральное тело словно скорлупа, отливающая зеленым.

— Это питомец, — появилась рядом Лора. — Надо его запечатать.

— Это возможно?

— Да. В конце концов, твоих ребят тоже можно спрятать или закрыть? — пожала она плечами. — Чем этот хуже?

Мы подлетели максимально близко. В оболочке выросли щупальца и с молниеносной скоростью начали атаковать нас. Тут уж моя помощница была на высоте. У нее отросли с десяток рук, и каждой она ловила щупальца.

Все же Лора не питомец, а искусственный интеллект. И ее расчеты куда точнее, чем у какого-то животного, пусть и астрального.

Она оторвала отростки и сунула мне в руки.

— Держи. У хозяина тела он их не сможет отнять, — как заправский рабочий, она закатала рукава и по новой принялась отрывать щупальца.

Отростки стали растворяться буквально на глазах.

До моих ушей долетел оглушительный гул, и досмотреть бой между многорукой Лорой и питомцем-скорлупой мне не удалось.

Вернувшись в реальный мир, я проморгался, и опустил Аврааму веки. Осталось только бросить фразу «Угадай кто?» и завершить этот абсурдный поединок, но…

Авраам откинул меня ударом локтя и вскочил на ноги.

Как бы мне не хотелось побыстрее с ним расправиться, даже в срок уложиться не удалось!

Земля начала тихонько дрожать. Из-за руин появлялись насекомые переростки, издавающие мерзкие скрипучие звуки. Тут и скорпионы, и летающие муравьи.

— Не успел…

Первые ряды начали врезаться в непроницаемый купол, а потом принялись залезать на него, перекрыв солнечный свет.

Судя по тяжелому дыханию святоши, ментальные атаки сказались и на нем.

— Включи мне глазки, — попросил я Лору, и она активировала ночное видение.

Насекомые шли сплошным потоком и похоронили под своими телами купол. Это плохо. Очень плохо.

Детальки, оставшиеся снаружи, не могли пробиться сквозь плотный поток тварей.

— Надеюсь, этих недостойных уже сожрали, — пуская слюну, улыбнулся Авраам. — Они же…

— Сука-сука-сука… — я не стал слушать его бредни. — Лора, варианты?

Она предложила парочку, и мы начали действовать.

Авраам стал биться медленнее, мощность спадала с каждой секундой. Значит, питомец не только дублировал атаки, но и увеличивал физические показатели носителя. Я такой же хочу!

За то время, что мы сражались в астральном мире, Лоре удалось ослабить Авраама процентов на тридцать.

Пришлось напитать энергии в мышцы, отправить Болванчика в первый ряд, а самому действовать во втором.

Раскалив родовой меч, я нанес удар и, когда клинки соприкоснулись, добавил своего фирменного. Сработало.

Наконец Авраам получил серьезное ранение. Его откинуло мощной взрывной волной и ударило о стенку купола. Не давая ему опомниться, я начал наносить удары двумя мечами, от которых он едва успевал отбиваться. Болванчик умудрился снять пояс с артефактами.

Умный парень, точно заслужил апгрейд.

Как бы я не атаковал Авраама, энергия и у меня постепенно заканчивалась. Руки страшно устали молотить его.

Авраам начал смеяться, словно происходило что-то и впрямь смешное. Наимощнейший прорыв это весело? Наш общий упадок энергии тоже?

— Что, сука, смешного⁈ — заорал я, пнул его ногой в живот.

Видимо, отсутствие пояса с артефактами тоже сыграло свою роль. Удар был сильный, но не настолько, чтобы Специалист загнулся. А Авраам так и сделал.

Долго не думая, я положил руку ему на грудь.

— Быстрее, — прошептал я Лоре.

— Откуда… У… тебя… это… — прохрипел святоша, бледнея буквально на глазах. Кожа покрылась морщинами и обвисла. Мышцы сдулись, и он стал походить на изюм.

— Готово, — отрапортовала Лора.

Я поднял его одной рукой. Он похудел наверное вдвое. Килограмм сорок от силы.

— Последние слова?

Вместо ответа Авраам рассмеялся.

— Вы все сгниете в преисподней! Меня уже ждут там, наверху! И в последний путь мы отправимся вместе!

Его глаза налились светом, изо рта появилось свечение, словно все внутренности разом вспыхнули.

— Да руби уже! — крикнула Лора.

Взмах меча, и его голова упала на землю.

А дальше возникла другая проблема. Куда страшнее Авраама.

Как только он умер, то и защитный купол исчез.

Об этом я совсем забыл, и это плохо. Потому что на меня моментально начали падать всевозможные твари. Я успел упасть на землю и накрыть себя каменной крышкой в последний момент.

— Лора, варианты?

Она показала мне происходящее снаружи. Насекомые сплошным потоком двигались в сторону КИИМа. Судя по тому, что в зоне видимости не было видно даже окончания этой живой реки, дела просто ужасны.

Дом, где прятался Дима, полностью облепили насекомые. Они чувствовали источник энергии и скреблись по стенам и крыше, пытаясь попасть внутрь.

Все монстры в Дикой Зоне реагировали на энергию. Может, поэтому прорыв такой мощный? Ведь сейчас в институт приехала куча просто невообразимо сильных магов. Как же не полакомиться таким деликатесом?

— Так, — Лора вселилась в Болванчика и разложила передо мной пояс Авраама с артефактами. — Этот святой хрен подготовился очень хорошо! Сомневаюсь, что такой питомец есть еще у кого-то, а если и есть, это просто наиредчайший случай. Может, поэтому епископ и называл его мессией?

— Помнится, мне ты тоже нечто подобное говорила?

— Не отвлекайся.

Болванчик снял все действующие артефакты с пояса и разложил. Всего десять штук. Среди них я увидел такое же яичко, каким пользовался Авраам, когда ставил купол.

— А это не то?

— То самое! Даже боюсь представить, сколько Церковь отдала за них. Я читала в журналах по артефакторике и в каталоге, что барьерные ручные артефакты очень редки. Они одноразовые и при этом стоят бешеных денег. А тут аж два.

— Пригодится, — без церемоний засунул я в карман находку. — Дальше.

— Два взрывных, один левитационный, три против ядов, один маскировочный и два против смертельных ударов.

— Что ж, понятно, — попрятав большую часть по карманам, два я отдал Болванчику.

План был прост. Для начала надо выбраться из-под этой лавины. Надеюсь, взрыва хватит.

Мой отважный питомец кое-как умудрился взлететь и зависнуть надо мной.

— Какая убойная сила артефакта?

— Сейчас узнаем! — хихикнула Лора, и Болванчик скинул на нас первый артефакт. Я попробовал поглубже уйти под землю, но чем плотнее она становилась, тем труднее ей управлять.

Тряхнуло знатно.

— Ты же была в курсе про убойность? — прищурился я.

— Конечно, а ты думал, я подвергну тебя такой опасности? — фыркнула Лора. — Обижаешь, дорогой.

— Миша, у тебя там все в порядке? Я чувствую какое-то нездоровое колебание энергии, — раздался голос Посейдона.

— Блин, не сейчас, водяной!

У меня перед глазами появилась картинка, и я увидел мертвую зону, которая тут же «заросла» новыми тварями. Ага. Проверка прошла успешно. У меня мало времени.

— Что за левитационный артефакт? Только быстро.

— Сжимаешь, взлетаешь и планируешь в нужную точку.

— Погнали!

Новый взрыв. Я убрал защитный купол, сжал артефакт и взмыл в небо. Болванчик работал как маленькое ПВО, постоянно мелькая вокруг меня и уничтожая летающих тварей.

— Я думал, смогу летать как птица. Тогда бы не называли его левитационный, а например, планирующий…

— Изобрети настоящий, тогда вопросов не будет!

Мы практически приземлились на крышу дома, в котором укрылся Дима. Только бы успеть!

С момента, когда монстры облепили купол и здания, прошло не больше семи минут, так что я надеюсь… Пожалуйста! Пусть они будут еще живы!

Там меня ждали насекомые. Как только ноги коснулись крыши, на нас налетела парочка сколопендр и муравьев.

Не было времени с ними возиться, и я просто разрубил их на ходу. Дальше я стал прорубать себе дорогу к чердачному выходу.

Болванчик без перерыва убивал летающих тварей. Когда поток немного поредел, он переключался на тех, что стояли у меня на пути.

Были и такие, чьи панцири не давали деталькам пробиться. С ними приходилось расправляться мне, напитывая клинок и давя насекомых.

Дима засел на третьем этаже. Надо спуститься на два пролета ниже и тогда квартира будет прямо передо мной.

Должен признать, на лестничной клетке сражаться удобнее. Тут численное преимущество не играло никакой роли.

Я освободил Болванчика от кромсания всего живого, и он показал мне картинку в квартире. Все же Бердышев хорош. Выбрал самое верное решение: замуровал себя с девушкой, и теперь сидел в своеобразном коконе.

Насекомые чуяли энергию, исходящую от парочки, и буквально вгрызались в каменные стенки. Некоторым удавалось прорваться, но Дима рубил их на подходе. Долго так продолжаться не может. Рано или поздно они прогрызут несколько отверстий и доберутся до них.

Хорошо, что к ним на помощь пришел я. Сам себя не похвалишь, никто не похвалит.

Обдав парочку тараканов размером с собаку огнем, я начал монотонно истреблять насекомых в помещении.

Мы с Болванчиком работали быстрее, чем новые твари успевали залезть в здание. Детальки сражались у окон и проходов. Я же непосредственно уничтожал тех, кто практически пробрался внутрь кокона, в котором сидел Дима.

— Миша, это ты там? — послышался приглушенный голос Димы.

— Нет, блин, Санта-Клаус, — сплюнул я на пол пыль, скопившуюся на зубах.

Убрав пару каменных плит, мне удалось наконец попасть к ребятам и убедиться что с ними все в порядке.

Девушка была без сознания, но Дима смог обработать раны.

— Бедолага, истощена… — проговорил он. — Попробовал провести диагностику, и мне кажется, у нее разрыв энергетических каналов.

— С чего ты так решил? — спросил я, а сам положил руку ей на солнечное сплетение. — Отчет!

Бердышев младший оказался прав. У девушки порваны энергетические каналы, поэтому восстановление такое медленное. Она из последних сил боролась за свою жизнь, бедняжка. Теперь надо доставить ее в КИИМ. Надеюсь, он еще стоит.

— Погоди, там же был Авраам? — опомнился Дима и сунулся к окну. Зачем? Если бы там был Авраам, то Дима бы вряд ли его остановил… Спишем на храбрость.

— Да куда ты? — дернул я Бердышева за наплечник. — Помоги девушке. Болванчик прикроет.

Пока он возился, Лора сообщила, что волна насекомых схлынула, Болванчик добивал запоздалых.

— На крышу!

Когда же мы поднялись, вдалеке виднелись задницы последних тварей.

— Институт устоит? — спросил Дима.

— Надеюсь…

Внизу от Авраама и следа не осталось. Походе, сожрали насекомые. Кое-где я заметил пару пластинок, оставшихся от его брони.

Но пока меня волновали немного другие проблемы.

— Ищи, — приказал я Лоре. — Полный доступ к энергии.

Детальки Болванчика разлетелись в разные стороны. Мне оставалось найти Машу и остальных. Я не хотел даже думать о том, что кто-то погиб. Черт возьми, даже Трубецкого мне было жалко терять.

— А это что такое за хрень? — Дима положил девушку на землю и показал пальцем в противоположную сторону от института.

Поначалу я подумал, что это просто черная полоса на горизонте. Но сделав зум, я опешил. По спине забегали мурашки. На нас неслась волна крыс, и судя по всему гигантских, размером со льва. И, похоже, эта волна куда мощнее предыдущей.

— Галя, у нас отмена. Возвращай Болванчика!

От автора: Это конечно не чибик, но что-то я давно вас не радовал картиночками (за такой и лайк не грех поставить)

Глава 23

Кто не любит превозмогать

Императорский кремлевский дворец.

Москва

Прохладный зал для совещаний был тем островком комфорта, в котором приятно находиться во время жаркого знойного дня. Сегодня погода разошлась не на шутку, и в столице стояла аномальная жара. Ни облачка, ни сквозняка. Все обмахивались веерами, раздевались, насколько позволяло приличное общество, и пили прохладительные напитки. Кому повезло больше, сидели по домам под вентиляторами или недавно придуманными причудливыми установками из Японии, которые все называли «кондиционеры», но кое-кто предлагал их называть «мозгодувы», чтобы не перенимать из-за границы чужеродных названий. Отличная штука, но дороговата для простолюдина.

А кому повезло больше, а точнее кто родился магом, тот мог контролировать температуру тела. Понятно, что энергия не бесконечна, но и человек не целый день торчит под палящим солнцем.

За длинным мраморным столом в сердце Кремлевского дворца собрались те немногие, кто отчитывался напрямую перед императором. Послы из разных стран готовы доложить новости из первых рук, сведения о перспективах внутренней и внешней политике Империи, о ситуации на экваториальном поясе и так далее.

— Австралийцы готовы к переговорам. У них есть интересные материалы, которых в наших широтах нет, — заканчивал отчет один из послов в ранге Архимага.

Дипломатов ниже рангом на этот пост не назначали. Риски для слабых магов были слишком велики, изредка силу приходилось применять для самообороны. Но и уровень образования должен быть соответствующим.

— Ясно, Никифор, спасибо, — кивнул император. — Так, дальше…

Но он не успел договорить. В дверь постучались, и тут же вбежал слуга. Послы заворчали, мол, не по протоколу такое вторжение. У них же закрытое совещание!

Царь Петр одним движением заткнул всех присутствующих. Он был достаточно опытен, чтобы понимать, что слуга не анекдот спешит рассказать.

— Ваше Императорское Величество, — подал он голос. — Дело чрезвычайной важности!

— Говори.

— В Широково опять прорыв. Очень мощный. А там все же ваша… Царевна Екатерина Петровна.

Послы начали шушукаться. Царь сидел молча, откинувшись на спинку кресла и подперев кулаком голову. Опыт говорил ему, что паниковать — последнее дело.

— Спасибо, господа, вы свободны, — наконец произнес он.

— Но ваше величество, как же отчеты? — спросил один из послов.

— Оставьте у секретаря, я прочитаю к вечеру. Пока все.

— Но…

Послы разом окаменели, так и не дойдя до выхода. Новичок еще не слишком хорошо понимал, когда стоит обращаться к Императору, а когда стоит попридержать язык.

В комнате стало немного темнее. У всех перехватило дыхание от накрывшей их чудовищной массы силы.

— Как тебя зовут? — прозвучало на весь зал.

— Д-д-обро…мир, — сбивчиво ответил посол. На это ему потребовались усилия.

— Ты понял мой приказ? — в гробовой тишине слова Царя прозвучали особенно угрожающе.

— Д-да, ваше Императорское Величество…

— Свободны!

Первые маги в Империи быстро покинули кабинет, поджав хвосты как нашкодившие псы. Потом кто-нибудь обязательно объяснит новенькому несколько правил поведения в присутствии Императора.

— Подойди, — кивнул Петр дрожащему слуге. — Да не бойся, не укушу.

От этих слов бедному парню стало еще страшнее. Многое ему приходилось слышать о нраве Его Величества. И как он сверг собственного отца, и как в одиночку разгромил первые метеориты, один из которых лежит в центре города, в качестве памятники и напоминания о вторжении и постоянной угрозе.

— Откуда ты узнал про прорыв? — мягко спросил Петр.

— К нам поступило много звонков буквально пару минут назад, — затараторил он. — Все началось во время полуфинала Универсиады. Она проходила в Дикой Зоне. Да и внешнюю стену опять сломали.

Петр выслушал доклад и отпустил слугу.

Очередной прорыв. Интересно. Ведь еще и эхо прошлого не улеглось.

Петр достал из кармана телефон с номерами царской семьи.

— Алло, пап, привет, — задышала Катя в трубку. На фоне раздавались взрывы, кто-то кричал. — Чего хотел?

— Что значит, чего хотел⁈ Катя!

— Прости-прости, папуля, — воскликнула она и чмокнула трубку. — Ну да, случился прорыв. Монстров много. Отбиваем институт. Ребята защищают город, чтобы монстры не прорвались через стены. Еще несколько пацанов пытаются запечатать стену, но не получается…

— Погоди, пацаны? Что за пацаны и ребята?

— Пацаны вообще ребята! — радостно крикнула Катя, и послышался взрыв.

— Катя! Ебтвоюмать! — рявкнул Петр, и мраморный стол треснул пополам.

— Сергей Александрович скоро будет. Тут еще дядя Сережа и дядя Петя. Сейчас пойдем внутрь. Надо доставать студентиков. Тут столько тварей!

— Справишься?

— Папа… — серьезным тоном проговорила дочь. Ему показалось, что она даже топнула ножкой. — Наконец что-то интересное! Дай немного побегать!

— Побегать… — вздохнул царь. — Ладно, скажи, если будет тяжело, чтобы Кутузов меня набрал.

— Поняла. Все пап, давай, целую. Мы пошли в Зону, — и положила трубку.

Император вздохнул и потер переносицу. Давно он уже на престоле. Устал. Увял. Забронзовел. Это молодым все интересно и в новинку. Сколько он в одиночку ликвидировал этих прорывов? Десятки? Сотни? Тысячи? Больше…

Скучно. Нет достойных соперников. Сейчас все решает политика. Просто так не помахать кулаками, разрушив пару городов. Уже никто так не делает. Вроде, монгольский Хан и ребята из Мексики еще любят навести шороху по старой памяти. Но с первыми у них нейтральные отношения, а до вторых вообще хрен доберешься.

— Устал, дорогой? — сзади на плечи Петра легли две женские руки.

Он уже привык, что любимая подкрадывается к нему со спины. Кто это еще может быть? Он поцеловал ее ладонь и потерся щекой.

— Заскучал… — произнес он, схватил жену за талию и одним движением посадил к себе на колени. — Но не с тобой, дорогая.

Ольга Васильевна Романова. Красивая женщина, на вид не старше тридцати пяти лет. С каштановыми волосами и пышными формами. Про таких говорят — писаная красавица. И при этом сильный маг, который может подойти к императору незамеченным.

Свои силы она скрывала под женским кокетством и хитростью. Никто не видел, как она дралась или вообще тренировалась боевым или магическим искусствам. Только тренажерный зал, где она усиленно качала попу три раза в неделю. Но все те, кто с ней общался, как один отмечали силу царицы.

— Паша звонил, привет передавал, — расплылась она в улыбке.

— Замечательно, — без интереса ответил Царь. — Оля, ты ничего не чувствуешь? Как будто затишье перед бурей?

— Хм, — она сделала вид, что задумалась. — Не знаю даже. Да и какое затишье? Вот Прорыв в Широково. ОПЯТЬ!

Он улыбнулся, но в зал снова забежал тот же слуга. Застав правителя с женой на коленях, он ойкнул и упал на колени.

— Простите, ваше величество! Я ничего не видел!

Петр закатил глаза, но все же поставил Ольгу на пол, взяв ее за талию.

Почему прислуга его так боится? Он ни разу никого не наказывал! Не те уж времена, когда не грех было выпороть крепостного на конюшне, просто потому что суббота. Все, кто трудился у него во дворце, получали хорошую зарплату, социальные выплаты, медстраховку, абонемент в тренажерный зал бесплатную подписку на канал «Царь-ТВ» и прочее. Так чего робеть? Хотя… К своим непосредственным подчиненным Петр не был так снисходителен и несколько раз убивал зарвавшихся министров, которых он ловил на взятках. Но это же совсем единичные случаи! Речь об угрозе государству!

— Встань и подойди, — спокойным тоном сказал Петр. — Не бойся. Оленька, присядь.

Царица села на соседний стул рядом с мужем. Прямая спина, руки на коленях. Все по этикету. Даже при слугах. Идеальное воспитание.

— Ваше величество, на метеорит в Московском институте напали.

— Что? — удивился царь. — Что с метеоритом? Нападавших поймали?

— Нет, Ваше Величество. Но метеорит закрыли…

А вот это уже плохо. Даже очень.

Если рядом с институтом не будет Купола, то новые истребители попросту не смогут тренироваться. Московский институт магии постфактум закрыт.

Не был бы царь хорошим правителем, если бы не смог быстро разобраться с ситуацией и вовремя не предпринять меры.

— Срочно сообщите в Казанский, Красноярский и Якутские институты. Пусть усилят защиту. Отправьте Имперскую армию!

Слуга тут же кивнул и скрылся за дверью. Затем Петр снял трубку внутреннего телефона.

— Во всех институтах объявить военное положение. Высшая степень защиты. Возможны теракты! — И положил трубку. — Сережа не успеет… Да и не надо.

Ольга взяла его под локоть, и они прошли во внутренний дворик.

— Спаси их. Спаси их всех, мой герой, — сказала жена и поцеловала его в губы.

— Обязательно, иначе ты бы в меня не влюбилась, — подмигнул ей Петр. — Как думаешь, сколько до Питера километров?

— А ты, как будто, не знаешь, — хихикнула она. — Семьсот.

Царь немного ее отодвинул.

— Хм… Думаю минут за десять… — проговорил царь и горящим метеоритом взмыл в воздух, моментально растворившись в небе.

— Спаси человечество и в этот раз, мой Петруша, — Ольга проводила остаточный след и пошла в свои покои.

* * *

Дикая Зона

Как бы я не пытался делать вид, что все шло как по маслу, на деле пришлось попотеть. На руках дама без сознания, впереди больше тысячи тварей, норовящих нас растерзать, а здание, на крыше которого мы стоим, не выдерживает трясучки и разваливается на глазах. Второй волны монстров оно точно не переживет, что и подтвердила Лора, сделав сканирование территории.

На Диму я накинул защитное поле и сунул артефакт от смертельных ударов. Ему точно не повредит.

— Надо бежать, и очень быстро! — сказал я. — Возможно, придется вернуться в пещеры.

Мы спустились и побежали, попутно убивая монстров.

Диму срочно требовалось переправить в институт. Как бы мне ни хотелось пойти на поиски Маши и остальных, сейчас требуется спасти хотя бы этих двоих. Нет, я не говорю, что Дима слабак. Просто здраво оцениваю ситуацию. В такой ситуации сильно рискует даже сильный маг.

— В пещеру лучше не лезть. Надо что-то другое, желательно замок! — крикнул на бегу Бердышев.

Возможно, он прав. Если обороняться от крыс в пещерах, рано или поздно проходы завалит трупами. Перекрывать их камнями тоже плохая идея, так и задохнуться недолго. Отводную трубу не сделаешь. Порода слишком толстая, да и долго это.

И каков итог? Мы в дерьме? Правильно. Мы в дерьме!

Однако у меня оставался запасной план.

До института нам пилить около километра, впереди грохотали взрывы, трещали пулеметы и рвались заклинания. Монстры доберутся до нас куда быстрее. Нет, так не пойдет!

— Приготовь артефакт! — кричал я Бердышеву, пытаясь перекрыть шум вокруг.

— Нашла! — отрапортовала Лора. — Почти все ребята собрались в левой части лабиринта! Рядом руины замков и подземелья. Маша и остальные там!

— Отлично!

Теперь передо мной встал выбор. Добежать до института вместе с Димой и укрыться под куполом или попробовать дотянуть до лабиринта?

— У них там големы и болотные гиены. Под землей черви! — сообщила Лора, продолжая по чуть-чуть забирать у меня энергию.

У стены добивали остатки насекомых. Заклинания разлетались фейерверком.

Я замедлил бег, отстав от друга. Выбор сделан. Бежим до лабиринта.

— Ты чего, устал? — удивился Бердышев, оглянувшись. — Двоих я не унесу.

— Беги без меня!

— Э! Ты чего удумал, Миша⁈ В героя поиграть? Не надо жертвовать собой! Мы справимся!

— Ты чего, с ума сошел? Никто не собирается никем жертвовать! В дальней части лабиринта остались Маша, Света, Виолетта и остальные. Я к ним на помощь. Скоро эти твари будут у них. Лишние руки не помешают.

— Тогда я с тобой, — он повернулся, но натолкнувшись на мой строгий взгляд передумал. — Девушка, точно. Только не умри! Ты мне еще должен рассказать про свой мир!

Умный парень.

— Лора, как ты думаешь, почему Есенин до сих пор не вмешался?

— Кто его знает. Возможно, он решил пробежать до центра Зоны, чтобы уничтожать монстров с тыла.

До стены лабиринта я добежал исключительно благодаря Болванчику, который всеми детальками врезался в твердую породу, образуя «взлетку» со ступеньками. При этом голова начала гудеть от недостатка энергии. Уж слишком много уходило на пассив. Лора сканировала просто гигантский объем информации,

Болванчик тоже жрал энергию, без остановки уничтожая летающих крыс и еще всякую мелочь вокруг.

Никаких иллюзий о том, что я смогу уничтожить всех тварей аки Александр Есенин, я не питал. Но попробовал стрельнуть в них молнией, которую я недавно натренировал, и никакого ущерба для общей массы. Убил только тех, в кого угодил заряд. Голов семь-восемь из пары тысяч. Нет, так не годится. Надо изучать заклинания массового поражения!

Забравшись на крышу лабиринта, я решил, что тут куда безопаснее, чем на пятиэтажке. Страшно устал, и чтобы восстановиться, приходилось постоянно пропускать энергию через тело, убирая усталость в мышцах.

Теперь требовалось перебраться на противоположную часть лабиринта. Ведь через середину проходила борозда, разделяющую строение надвое.

— Н-да… Ситуация, — почесав затылок, сказал я.

А со стороны института приближались люди. Нет, я их не видел, но ощущал, что куча сильных ребят прорывается к лабиринту.

Тут все понятно. Родители хотят прийти на помощь своим чадам. Странно, конечно, почему они молчали, когда их дети умирали на Универсиаде? Хотя в нюансах аристократической жизни я плохо разбираюсь.

Монстров было не так много, и я позволил себе отправить две детальки на разведку. Одну к Диме, вторую к Маше.

Первый не добежал до стены буквально сто метров. Но успел активировать купол и теперь крысы с остервенением пытались пробиться внутрь. К счастью, к нему прорывались люди из КИИМа.

— Папаша скоро спасет своего сынка. — улыбнулся я.

А там было на что посмотреть. Рядом с Бердышевым-старшим, который элегантно орудовал саблей, веселилась сама царевна Екатерина Петровна Романова. В пышном жёлтом платье она выглядела забавно, размахивая двумя мечами, которые рубили щупальца, а потом поглощали тварей. Да, именно поглощали. Одну крысу ее оружие сожрало и даже заворчало от удовольствия.

Сколько ещё удивительного я увижу в этом мире?

А вот Маше и Ко пришлось нелегко. Лене оторвало руку, и он лежал без сознания. Вика сидела с перевязанной головой и плечом, перетянутом шиной.

К ним прорывались крысы и ещё какие-то неведомые твари, похожие на пантер с мордами, раскрывающимися как роза с зубами.

Маша сражалась с лавовым големом, а Света тягалась с каменным. Арнольд рубил монстров на подходе в пещеру. Вика прикрывала, помогая своему парню переводить дух. Виолетта пыталась всех лечить, но сил катастрофически не хватало.

Даже Трубецкой и тот в дальней части пещеры отбивался от двуглавых змей. И все же его теснили. Удивительно, но тут сражались ещё несколько ребят из других институтов, но не все.

— Скорее всего, они провалились в пещеры под лабиринтом, когда земля просела! — воскликнула Лора, выводя интерактивную карту.

— Как попасть к ним?

Она показала варианты. Конечно, через волну монстров прорываться не выйдет. Однако в моей части лабиринта земля тоже обвалилась, и открылась парочка пещер. Один туннель вел в тупик, и туда забились три участника Универсиады из других городов.

— Они в безопасности! — доложила помощница. — Тут со всех сторон закрыто. Пошли сразу ко второму входу.

Лора выдала мне самый простой и верный вариант. Вот только бросать ребят я не собирался.

— Мы возьмём их с собой. Новая волна будет ещё опаснее, а они там как кильки в банке.

Моя помощница ничего не ответила. Понимала, что в данном случае спорить бесполезно.

Спрыгнув по отвесной стене вниз, я подбежал к яме.

— Эй, ребята! Все целы?

— Да! Кто ты? — крикнули снизу.

— Кузнецов из КИИМа! Раненые есть?

— Нет! — хором ответили студенты.

— Вылезайте! Скоро новая волна! Тут нельзя оставаться!

Пришлось приврать. Но иначе они так и будут там внизу медлить.

Ко мне поднялись два парня и одна девушка.

Представляться они не спешили, да и мне, честно говоря, наплевать. Не на балу, а в поле.

— Надо спасти остальных, они внизу, в пещерах, — сказал я.

Как же приятно иметь дело с истребителями. Даже если они из другого института. Никаких лишних вопросов.

— Далеко? — спросил второй парень, покрупнее.

— Тут недалеко, за тем поворотом обвал в пещеру и дальше туннель. По нему перейдем на ту сторону. На поверхности сейчас не продохнуть от крыс.

— Это прорыв? — спросила девушка, доставая меч из ножен.

— Да.

Дальше мы двигались молча. Я впереди, девушка за мной, двое парней замыкают.

Мы успели добежать до поворота. Метрах в пятидесяти виднелась яма, которая и вела в пещеры. Осталось только спуститься.

— Отлично! Погнали! — Я даже обрадовался, что скоро приду любимой на помощь. Ещё одна монетка в копилку хороших дел.

— Миша, отступайте! Назад, быстро! — воскликнула Лора, показывая мне изображение с Болванчика.

С неба падали несколько метеоритов. Некоторые рухнули в том месте, где мы сражались с Авраамом. Вдалеке приземлились ещё два, моментально раскрыв свои непроглядные туманные куполы.

А вот один несся как раз на лабиринт. И судя по траектории, которую вывела Лора, шлепуться он должен прямо на голову разъяренных крысюков.

Глава 24

Поиграли в снежки

Вокруг все взрывалось. Шум стоял такой, что приходилось чуть ли не в уши кричать спутникам. Как только я передал указания, ребята без промедления ринулись в обратную сторону.

Я предполагал, что когда упадет метеорит, а он довольно большой, то ближайшие камни и остатки лабиринта полетят в нас, заодно еще и ударная волна не пожалеет. Так что ближе лучше не подходить. Себе дороже.

Выглядело происходящее очень эпично и… страшно. Кто бы что ни говорил, но когда на тебя с неба падает раскаленный шар, веселого мало. Мы отбежали подальше, насколько позволяли руины лабиринта, когда раздался сильный взрыв. Земля под ногами подкинула нас как на батуте, и через секунду поднялся столп пыли и щебня.

Болванчику было наплевать на все происходящее в центре, так что он продолжал транслировать. Лора включила термическое и инфракрасное зрение, чтобы пробиться сквозь пыльное облако, которое не спешило оседать.

Метеорит упал на бесконечную волну крыс, уничтожив большинство и перекрыв им прямой путь через лабиринт.

Мне удалось увидеть раскрытие купола. Как мыльный пузырь, который быстро надули, он появился вокруг центральной части метеорита, образовав темный купол. А заодно и подавил большую часть пыли.

— А вот это уже интересное наблюдение, — сообщила Лора.

Она показала, что купол открылся не только на поверхности, но и зацепил подземные пещеры, которые еще не засыпало. Однако тот путь, по которому мы должны были пройти, обвалился.

— Это не купол… Это шар! — воскликнула Лора. — Но только в пустом пространстве…

— Что нам делать? — прокричала мне в ухо девушка.

— Пойдем через купол! — ответил я. — Кстати, как вас зовут?

— Я Диана, — она показала на парня пониже. — Это Олег, а он Генри.

— Я Миша. Готовы?

Все кивнули. На всякий случай, я не стал им показывать Болванчика. Все же это не монстры, а люди. А от них можно ожидать чего угодно.

Купол накрыл несколько стен, и мы ступили в снег, засыпавший зимний лес. Неизвестные породы деревьев покрывала ледяная корка.

Нас тут же накрыло морозным ветром, пробирающим до костей. Температура мигом упала до минус двадцати.

Лора разогрела меня и усилила обращение энергии. Мои напарники тоже начали разогреваться.

— Что скажешь? — спросил я у Лоры.

— Пока метеорит новый, мы успеем перейти на другую сторону без происшествий. Сам же знаешь, сейчас монстров мало и они слабые.

— Согласен, — кивнул я и обратился к остальным. — Погнали! Пока монстры не очухались.

Мы двинулись через сугробы, проваливаясь по колено. Неприятно. Все равно холодно, да и скорость маленькая.

Я достал мечи и напитал один энергией. Остальные посмотрели на меня с удивлением, но тут же со стороны горы раздался рев. На выступ выскочили сразу два снежных йети. Даже с учетом того, что метеорит упал недавно, выглядели они довольно большими и сильными.

Болванчик показал, что в пещерах под горой прячутся еще четверо. Почуяв нашу энергию, они принялись подниматься на поверхность.

— Ну, как сражаться будем? — спросил Генри, готовя оружие.

— Либо мы поторопимся и успеем выйти с другой стороны метеорита, либо сперва убьем этих тварей, — сказал я.

— Убьем! — воскликнули Диана и Олег, вскидывая мечи.

Я только выдохнул. Что за героизм? Но с другой стороны, какова вероятность, что мы успеем выбежать из метеорита?

И в следующий момент я понял, что придется сражаться. Как оказалось, эти йети очень ловко передвигаются по снегу, не проваливаясь. А все благодаря строению лап, похожих на снегоступы.

— Они боятся огня, — сказала Лора. — Только выдай большое пламя. Иначе ты их только разозлишь.

— А у нас есть силы на хороший залп?

— Ну… Как бы есть, но не желательно…

— Эй, кто может дать им прикурить? — спросил я спутников.

Олег поднял руку, и на кончиках пальцев загорелся фаербол.

— Они боятся огня, вдарь по ним со всей силы! — крикнул я.

Несущегося на нас йети моментально сбило мощным потоком пламени, оставив на его месте тлеющие угольки. Второй, поняв, что в лобовую атака не пройдет, решил… закидать нас снежками?

Слепив комок побольше, йети создал ледяной снаряд и швырнул в нас.

Жаль, что он не знал про мое ручное ПВО. Болванчик молниеносно разбил ледышку на подлете, остальные даже не успели его заметить.

— Что за?.. — удивился Олег, но сжег и второго монстра.

— А теперь работаем ножками и передвигаемся на другую сторону! — поманил я их, чувствуя себя экскурсоводом.

Олег оказался неплохим магом огня. Наверняка или Воин, или Специалист. Для него не составило труда бахнуть фаерболом по врагу. Может, мы с ними подружимся, кто знает.

До точки выхода оставалось около ста пятидесяти метров. Мы ступили на ледяное озеро, в конце которого и располагалась граница метеорита, когда появились дружки убитого нами йети. Четверо с дубинками и щитами в руках.

— Эх, а ведь нам осталось всего ничего, — вздохнул я. — Олег, можешь еще раз их припугнуть?

— Ага, — кивнул парень.

Стоило ему разразиться огнем, как йети подняли костяные щиты и благополучно заблокировали залп.

— Придется сражаться! — крикнул Генри, вставая в боевую стойку.

Забавный парень. А еще недавно рвался в тупиковый тоннель.

Лора быстренько оценила расстояние до монстров и до выхода с метеорита.

— Ага, повоевал, герой! — взяв Генри за шиворот, я потянул его прочь. — Нахрен надо с ними драться, если можно убежать? У нас других дел по горло!

— Но они нас догонят! — запротестовал парень, но все же побежал.

Конечно, они нас догонят, если им не помешает Болванчик. Незаменимое существо, которому я очень сильно благодарен.

Как только йети увидели, что мы направились к границе, под оглушительный рев ринулись нас догонять. Благодаря когтям и длинным лапам, они, конечно, бежали быстрее. Но вот незадача — каждый весил под пятьсот килограмм.

Болванчик проделал во льду несколько дырок. Когда же монстры добежали до середины озера, лед не выдержал, и они с криками попадали в ледяную воду.

Кто знает, утонут они или нет? Мне, честно говоря, наплевать. Добивать чудовищ тоже опасно. Мы просто добежали до границы метеорита и оказались по другую сторону руин.

— Все целы, живы, здоровы? — окинул я свою команду взглядом и пошел дальше.

Лора вывела мне спуск в пещеры, где засела Маша и остальные.

Ну конечно же, вход накрыло упавшей стеной. Ну как иначе? Думал, обойдется?

Пришлось скооперироваться с ребятами и с помощью магии расчищать завал, тратя и без того едва скопившуюся энергию. У остальных она заканчивалась еще быстрее, так что большую часть работы я взял на себя.

Проход получилось расчистить минут через десять. На всякий случай, я отправил Болванчика посмотреть, что там с Димой и его подружкой. Ситуация пока не поменялась. Парочка сидит под куполом и ждет подмоги. А подкрепление мелкими шажками прорывается к ним. Не потому что они были слабы, нет. Просто когда на тебя сплошным потоком бегут крысы, особо не повоюешь.

Екатерина Петровна делала какие-то невероятные вещи. Прыгала на сотню метров, жгла и замораживала сотни крыс, рубила все подряд. Оказавшись в центре потока, она закружилась как юла. Куски тел тварей полетели во все стороны.

— Жесткая дама, — хмыкнула Лора.

Нельзя не согласиться с помощницей. Боюсь даже представить, на что способны ее старшие брат и сестра, не говоря уже об отце с матерью.

Затем мое внимание привлекло кое-что странное. В ближайшей башне к Зоне появился столб света такой мощности, что уходил далеко в небо.

— Это что еще за хрень? — удивилась Диана.

— Похоже на портальное перемещение, но… Что-то другое… — ответил Генри.

Все это интересно, но у нас другие проблемы. Крысы прорывались в пещеры под нами, големы постепенно теснили ребят. Убить их было непросто, так как они находились в своей среде, а у Маши и остальных заканчивались силы. Надо что-то делать.

До прихода подкрепления из КИИМа еще ой как далеко.

— Три километра, новая волна, — сказала Лора, выводя замеры и схемы с изображениями.

Вот и твари покрупнее, напоминающие лошадей, но с тигриными головами. Глаза светились фиолетовым, изо рта капала плазма. Мы с Лорой впервые видим таких. Что же происходит в центре Зоны?

Не успел я придумать план, как перед монстрами появился человек. Я узнал Сашу Есенина.

Расставив руки в стороны, он хлопнул со всей силы и смел надвигающуюся волну. Наклонившись, Есенин мелькнул и исчез из поля зрения Болванчика. А несущийся со всех ног табун тигро-коней сменил направление.

Пусть Есенин выкобенивается. Скоро и я так смогу!

Мы начали спускаться в туннели. Пройдя метров двадцать по крутому склону, оказались на ровной поверхности. Стены были словно выдолблены инструментами. Потолок подпирали балки.

— Эти туннели точно работа человека, — уверенно сказала Лора. — Гляди. Даже рельсы для вагонеток есть!

— Зачем? Куда? Хотя пока это не важно. Покажи маршрут.

Дальше мы шли аккуратнее, боясь обвалов и големов. До сих пор непонятно, как они появляются и какие условия необходимы для их создания. На лекциях говорили, что сердцевина наделяется энергией и к ней постепенно «примагничиваются» камни. И так до тех пор, пока не соберется голем. По поводу интеллекта сведения разнились. Одни говорили, что они не умнее тараканов, другие, что они способны понимать человеческую речь, а третьи, что это просто бездушные создания, которыми движут остаточные эманации энергии для базовых действий.

Големы встречались нескольких видов. Доподлинно известно об огненных, или лавовых монстрах. Каменных и земляных. Принцип появления всегда одинаковый.

Некоторые уверяли, что они способны сливаться друг с другом в одно большое существо. А уничтожить его практически невозможно. Хотя если разрушить сердцевину, вокруг которой рос «каркас», есть шанс, что новый голем появится через много лет. В институте нам показывали эксперимент. Ядро помещали в закрытую колбу и полностью отрезали его от земли и огня.

Мы ожидали, что на нашем пути встанут эти создания и не прогадали. Буквально за поворотом на нас медленно двигались два неповоротливых каменных голема.

— Времени нет, так что извините, — пробубнил я, разрубив камни на мелкие кусочки. Когда же моя компания прошла дальше, Болванчик поработал отбивным молотком, давя валуны, которые начали потихоньку двигаться друг к другу. Чем больше мелких камней, тем тяжелее големам их контролировать.

До Маши осталось метров тридцать по коридору, уже доверху набитому валунами. Опять придется поработать копателем.

Я отправил одну детальку к Маше.

— Это я. Иду через южный туннель. Со мной еще трое, — без лишних приветствий сказал я.

— Ну наконец, — услышал я ее голос. — Мне казалось, что придется тебя по кусочкам выскребать!

— Ага, смешно.

Разгребать туннель я позволил своим спутникам, потому что со спины опять поползли крысы. Немного, но неприятно. Порублю пока их.

У ребят дела шли все лучше. Остался один огненный голем, против которого сражались Маша, Света и Вика, в то время как Арнольд с Трубецким зачищали туннель в противоположной части от насекомых. Походу, их набралось приличное количество.

Еще трое, из других институтов, сражались с пантерой.

Фанеров работал с Елисеевой, расчищая туннель, куда уводили рельсы. Виолетта едва держалась на ногах и колдовала над Леней.

Наконец, когда мы убили последних тварей, Гриша тут же засыпал проход за мной.

— О, какие люди! — улыбнулась Света, и на мою компанию обернулись практически все, кроме Трубецкого и Арнольда, которые еще ошивались вдали.

— Не подсобите? — раздраженно крикнула Вика.

— Н-да, что-то тяжело, — пробубнил я.

— Не ссы, атаманом будешь! — довольно подбодрила Лора, появляясь в любимом костюме викинга. — Кстати, попробуй пока не использовать энергию, пусть немного поднакопится, а то, чувствую, скоро нам придется поднимать вашего лекаря.

И вправду. Виолетта выглядела хуже всех. Лечила как в последний раз. Щеки впали, мешки под глазами.

— Ало! — напомнила Виолетта.

Когда мы обрушили на огненного голема всю мощь, ему ничего не оставалось, кроме как умереть. Что он и сделал.

— Забери сердцевину! — прошептала Лора, показывая едва светящуюся песчинку. Такую легко перепутать с семечком, если не знать, что это. — Она не горячая.

Пока остальные переводили дух, я спрятал зернышко голема во внутренний карман. Кажется, я знаю, для чего это нужно.

Трое неизвестных мне ребят тоже убили монстра и отдыхали у стены. Меня они встретили удивленными лицами.

— Как вас угораздило спрятаться тут? — подошел я к Маше, и та меня крепко обняла. — А я думал, что заслужил хотя бы поцелуй за спасение?

— Какое спасение? — улыбнулась Маша. — Мы же еще пока в Дикой Зоне. Вот достанешь нас всех, тогда получишь свою награду. А там не только поцелуй.

— Ловлю на слове! — моя любимая Маша умела мотивировать на подвиги. — Так все же, как вы тут оказались?

— Это Марк, — сказала Света. — Он нас сюда привел. Даже не знала, что он способен на такие поступки.

— Марк? Трубецкой? — удивился я. — Я думал, он сам за себя.

— Мы тоже, — кивнула Маша. — Но он буквально за ручку нас провел.

Это уже интересно. Надо посмотреть что там да как.

— Здарова, бандиты! — крикнул я Арнольду с Трубецким, когда подошел к ним.

Эта парочка уже порубила всех в кашу и трупами замуровала проход. Сейчас они облокотились о стену и тяжело дышали. Лора показала, что и энергия у них почти на нуле.

— Кузнецов! — выдохнул Марк, а Арнольд только помахал рукой.

— Да, решил посмотреть, как ты тут справляешься, не подкупил ли кого? А оказалось, ты и мечом работать умеешь.

— Пошел ты, — Трубецкой с трудом встал, толкнул меня плечом и пошел ко всем.

— Давай хоть тебе подсоблю, — подал я руку Арнольду и помог ему встать. Заодно успел его просканировать. Ну а что, у остальных это в порядке вещей.

Парень находился на грани истощения. Куча ссадин, пара ребер сломана, но он не подавал виду.

— Арнольд, ты как? — спросил я, смотря ему в глаза.

— Нормально, — он попытался улыбнуться и показал большой палец. И тут же из носа потекла струйка крови.

Я не стал докапываться. Травмами займется полевой лекарь.

— Давайте немного отдохнем! — крикнула Маша, когда мы окружили бессознательного Леню и бледную Виолетту.

— А что он тут делает? — впервые увидел меня Фанеров.

— И тебе привет, Женя, — сказал я.

— Как с туннелем? — спросил Трубецкой и кивнул на рельсы.

— Не знаю, — пожал плечами Фанеров. — Работаем, если бы вы помогли…

Мне все было примерно понятно.

— Что это за проход? — спросил я у Марка.

— Это неважно, — пробубнил он. — Он выведет нас в Широково, и мы спасены.

— Ах ты ж скотина… — буркнула Елисеева. — Крыса!

С ее способностями она быстро сложила два и два. А вот остальные пока не догоняли.

— Он вывозит артефактные материалы нелегально через этот туннель в Широково! — воскликнула Елисеева. — Ты понимаешь, что это преступление? Об этом узнают!

Трубецкой смолчал.

— Но он нас спас! — заявила Вика. — Если бы он не показал туннели, чтобы случилось? — она посмотрела на Надю. — Ты не думала, что он пошел на такие жертвы, чтобы спасти нас всех, а не только себя? Ведь он мог и один тут спрятаться.

— Это его работа! Он истребитель! И это уж точно не стоит относить к подвигам, — продолжала стоять на своем Елисеева.

— Может мне тебя прямо на месте пришить? — зарычал Трубецкой. — Раз ты такая неблагодарная?

— Ну попробуй! — вскочила она и приготовила оружие. Марк потянулся за своим мечом.

— Успокоились! — напитав голос силой, крикнул я. — Скоро тут будет новая волна, куда сильнее предыдущих трех вместе взятых! А вы решили устроить дуэль? Вы в своем уме? На кону угроза стране, и наша задача спасти жителей от тварей. Думайте головой!

— Трех волн? — тихо сказала Света. — Разве не две?

— Третью уничтожил Есенин, — коротко ответил я.

В итоге мы пришли к общему решению. За то, что Трубецкой показал нам выход, мы не станем его сдавать, но когда уйдем, взорвем тут все. Благо ребята из другого института знали парочку заклинаний, да и Болванчик умел крушить все подряд, достаточно влить в него побольше энергии.

Но сейчас оставалась еще одна проблема.

Пока вся толпа расчищала туннель, я подсел к Виолетте.

— Выглядишь, как старушка, — тихо сказал я, погладив ее по руке. Холодная, сморщенная.

— Да иди ты, Миша! — прошептала она. Громко говорить у нее не было сил. — Зато Леня цел, и Вика в порядке, да и остальные…

Она замолчала, тяжело дыша. Ей сейчас нелегко.

Я наклонился и прошептал ей на ухо.

— То, что я сейчас сделаю, должно остаться в секрете.

Глава 25

Действие плавно перетекает в город

Виолетта посмотрела на меня тусклыми глазами.

— Скажи, ты мне доверяешь? — спросил я.

Она только кивнула.

Как бы это странно ни выглядело со стороны, но мне пришлось засунуть руку ей под броню и прижать кисть к солнечному сплетению. Исключительно в терапевтических целях.

— Ого! — воскликнула Лора, оказавшись в ее хранилище. — Красиво!

— Что там?

Обычно помощница так не удивлялась.

— Потом покажу, — хихикнула она и начала вливать в девушку энергию.

Тут уж у меня сперло дыхание, голова пошла кругом, как будто мне уже за сорок, и я резко встал с кровати.

Щеки у Виолетты порозовели, цвет лица принял более здоровый вид, да и общее состояние начало улучшаться. Мы с Лорой закачали в нее всю энергию, которая успела накопиться. Себе я оставил десять процентов на экстренный случай.

— Состояние?

— У нее огромное хранилище, дорогой, но теперь в ней двадцать процентов от максимума. — Лора показала мне интерактивную модель Виолетты, с уровнем энергии, доходящим до колен.

— Надеюсь, выше руку ты поднимать не будешь? — посмотрела на меня Виолетта с укоризной.

— Прости, но так нужно, — сказал я, убирая руку, и ощутил легкость.

Энергия снова начала постепенно восстанавливаться.

Виолетта поправила доспех и посмотрела на свои руки. Во взгляде застыл немой вопрос, на который мне не очень хотелось отвечать.

— А как…

— Секрет рода, — выкрутился я, облокачиваясь на стену. — Но давай договоримся, чтобы больше ты так себя не истязала, хорошо? Михаила Кузнецова не всегда может оказаться рядом.

— Прости, но если человек будет при смерти? Мне что, позволить ему умереть?

— Смотря кто перед тобой, — пожал я плечами. — Не стоит разбрасываться направо и налево. Иногда стоит подумать и о себе.

— Но это неправильно!

— Ну хорошо, представь. Перед тобой лежит незнакомец в критическом состоянии. Если ты его вылечишь, то отдашь все силы. Он выживет, а тебе не хватит сил на остальных, кого спасти куда легче. Подумай, сколько в будущем людей ты не спасешь?

Виолетта молчала. Скорее всего, понимала, что я прав. Да, как бы это страшно ни звучало, но иногда приходится идти на жертвы и выбирать. Кому жить, а кому умереть.

— Но ты можешь найти другой выход из положения. Тогда никто не умрет.

— Да? Какой⁈

— Просто стань сильнее. Самым лучшим лекарем в Империи. Нет. В мире! И тогда тебе не придется вставать перед сложным выбором.

Девушка вскочила на ноги и улыбнулась.

— Придется стать сильнее! — воскликнула она и довольная убежала по рельсам помогать остальным.

Как только она скрылась, я наклонился и меня вытошнило. Все же эта подпитка далась мне тяжеловато. Долго пришлось терпеть. Но не блевать же при этой самоотверженной глупышке?

— Миша, ты на пределе, — Лора появилась рядом, положив мне руку на плечо. — Такие фокусы очень тяжело даются нам обоим. Слишком много берешь на свои плечи.

— Да и наплевать! Сам виноват. Надо было становиться сильнее. Ты же видела, что может достичь человек?

— Ну видела, и что? Сейчас ты все равно не сможешь орудовать как Есенин, — она положила ладонь мне на грудь. — Пока не сможешь. Но дай себе время. Поверь, я знаю, о чем говорю, ты станешь сильнее. Сильнее их всех, просто не форсируй события.

Лора была права во всем. Значит надо быстрее разобраться со всеми аристократическими проблемами, заговорами и коррупцией, и уже заняться становлением себя как мага. Я же этого хотел!

— Ладно, пошли выбираться.

На руку залетел Болванчик и начал делиться энергией, которую успел накопить, пока убивал тварей. Я и забыл, что он еще и маленькая батарея. Как-то не приходилось пользоваться этой функцией.

— Спасибо, — поблагодарил я Болванчика и пошел к ребятам.

Большой компанией мы работали куда быстрее. Лора показала, что осталось расчистить около трех метров и дальше будет свободно.

— Что ты с ней сделал? — удивилась Маша, кивнув на Виолетту. — Она же была истощена.

— Просто немного мужской ласки и внимания, — пошутил я. — И даже полумертвая девушка расцветет.

— Э, садовод! — она пихнула меня локтем в живот. — Ты бы следил за своим вниманием. Врачи говорят, можно и нежелательные букеты подхватить.

— Шутка засчитана, — улыбнулся я и чмокнул ее в испачканную землей щеку.

Мы еще некоторое время возились. Все экономили последнюю энергию, и расчистка заняла порядочно времени.

— Через двадцать минут новая волна, — предупредила Лора.

Ее функции работали куда лучше, благодаря Болванчику. На поверхности летала парочка деталей Болванчика, убивали монстров и восстанавливали энергию, с помощью которой моя помощница сканировала местность и выдавала бесконечные отчеты.

— Что случилось с Леней? — убирая тяжелый валун, спросил я у Светы.

— Вроде на него напал Авраам. Святой болван! — ответила она. — А потом разразился прорыв.

— Виолетта молодец.

— Еще бы. Она его буквально на спине вытащила, пока мы пробивались в пещеры, — сказала Света. — А вокруг носились быки.

— Помню, те еще твари… Эй, ты, — обратился я к Марку. — Что с тем парнем, которого ты хотел убить?

— Чего? — удивился он. — Каким?

— Перед тем, как лабиринт сломали, ты, как трус, прятался за углом и ждал парня?

— Ты че, сука, сказал⁈ — завелся Трубецкой.

Между нами тут же выросли ребята. Арнольд с Елисеевой держали Трубецкого. Маша со Светой меня.

— Миша, успокойся! — воскликнула Нахимова. — Сейчас не время выяснять отношения!

— Она права, — подтвердила Лора. — Выберитесь…

Наконец нам удалось расчистить проход. Рельсы вели под уклон. Возможно, тоннель не заметили как раз из-за этого?

— Пошли, — махнул рукой Трубецкой и первым двинулся по проходу.

Я уже отправил Болванчика с Лорой вперед во всеоружии. Помощница шагала передо мной и виляла бедрами. Отличными бедрами.

Леню нес Арнольд, Виолетта шла рядом и периодически касалась лба раненого и делилась энергией.

— Через десять минут новая волна, — предупредил я всех.

КИИМовские не удивились, а вот остальные напряглись.

— Ты чего баба Ванга? — фыркнула Диана, и в ответ раздались смешки наших ребят.

— Не хочешь, не верь, — пожал я плечами.

Видимо, реакция моих товарищей ее немного насторожила и она замолчала.

Так мы шагали довольно долго, то спускаясь, то поднимаясь по тоннелю, изредка попадались даже лестницы. Иногда приходилось привязывать Леню к спине.

Детальки на поверхности без дела не сидели. Одна мониторила Дикую Зону, а другая летела над нами, показывая происходящее в городе.

Как и в прошлый раз, Широково перешел в боевое положение. Везде гвардейцы и жандармы. Улицы опустели. Заведения, магазины, дома стояли с заклеенными окнами.

Еще чуть-чуть, и мы пришли к интересному месту.

Заброшенное и обшарпанное трехэтажное здание с разбитыми окнами, в которое вел потайной лаз. И его охраняли два десятка вооруженных ребят.

Напротив располагалось не менее интересное место. Болванчик даже подлетел к вывеске: «Радиостудия 'Камертон».

— Куда ведет этот проход? — поравнявшись с Марком, спросил я.

— В город.

— Конкретнее?

— Я же сказал, в город! Чего тебе еще надо?

— Быть в курсе, что это не ловушка! — прошипел я. — А то знаешь, всякое бывает. В Зоне, да, все за одного, но в городе каждый сам за себя. Особенно ты.

— Хочешь предъявить? — он остановился.

— Да, — засунув руки в карманы, сказал я. — Надя, подойди сюда, пожалуйста.

Девушка с интересом переводила взгляд то на меня, то на Трубецкого. — Скажи, ты же можешь сказать, врет человек или нет?

— Ну… — она сделала вид, что сомневается. — Думаю, смогу.

— Мне кажется, что если человек упирается и не говорит, куда он нас ведет, стоит задуматься… Может, он что-то задумал?

Все столпились за моей спиной и уставились на Марка.

— Там заброшенное здание, — нехотя сказал Трубецкой.

— Верно, — кивнула Елисеева. Уж в ее навыках менталиста я не сомневался.

— На выходе нас встретят?

— Не знаю, честно, — пожал он плечами. — Во время прорыва там может быть и чисто.

— Надо же, не врет, — кивнула Елисеева.

— Чьи это люди? — встрял в разговор Фанеров.

Марк молчал. Видимо, это не понравилось Жене, и через мгновение у горла Трубецкого вылез клинок.

— Отвечай… — тихо проговорил Фанеров, буравя Марка немигающим взглядом.

В этот раз его никто не остановил. Хотя Маше стоило только приказать.

— Если я умру, мой отец…

— Мне, думаешь, не наплевать? — растянул Фанеров губы в зловещей ухмылке.

Все же он выбрал правильное решение.

— Это люди Дирижера, бандита который управляет этим городом, — пояснил Трубецкой. — А место, куда мы выйдем, принадлежит Лене Скрипачу.

Все повернули головы к Елисеевой. Она, как будто, забыла, что выступает в роли детектора лжи, и ковырялась в ногтях.

— Что? А, да, не врет, — кивнула она.

Фанеров молниеносно убрал меч в ножны и похлопал Марка по плечу.

— Вот и умница, — шепнул он. — Никто же не против, если я убью всех негодяев?

Все молча смотрели на полоумного парня, раскрыв от удивления глаза.

Конечно, каким бы он ни был искусным воином и магом, но против двадцати… Ну не знаю…

Лора проанализировала Фанерова и вывела пятидесяти процентную вероятность успеха. Неплохо.

Он довольный потопал к выходу. До него оставалось около ста метров.

* * *

Стена КИИМа.

Твари продолжали наступать, наплевав на свои жизни, надеясь взять количеством стену, за которой страшно несло энергией.

Екатерина Петровна орудовала в самой гуще событий, уничтожая чудовищ пачками. В первых рядах против крыс сражался и граф Бердышев. За ним раскидывала заклинания Ермакова, чуть в стороне Белозеров размахивал мечом плечо к плечу с родителями Вики Потемкиной и Арнольда Аксакова.

Все мощные маги. В прошлом истребители с браслетами, цвета которых давно перевалили за голубой.

Помимо них под стеной дрались и другие родители и студенты. Первую линию держали по-настоящему опытные и сильные маги. Студентов брали только среди Специалистов. Это контролировал лично Белозеров.

Гости из других институтов также помогали оборонять стену.

Епископ стоял чуть позади и, размахивая посохом, накладывал на бойцов усиливающие заклинания, заживлял раны, восполнял энергию и потерянный дух.

Маги работали настолько слаженно и профессионально, что со стороны могло показаться, как будто они оттачивали движения годами. Даже Специалисты с интересом поглядывали на старших товарищей. Мастерство не пропьешь.

— Ростислав Тихомирович, осталось около пятидесяти метров! — крикнула Ермакова, орудуя топорами как заправский мясник.

— Наталья Генадиевна, мы эти пятьдесят метров топчем около часа, — разрезая тварей как масло, и сжигая еще десяток, ответил Бердышев-старший.

Кто бы что ни говорил, но граф был настоящим асом пиромантии.

Еще во время службы на северном поясе, викинги прозвали его Вулкан. Он мог извергать магму и сжигать десятки людей рекой огня.

Граф хотел преодолеть пятьдесят метров как можно быстрей. А все потому, что его сын находился под защитным куполом прямо перед ними.

— Дима… Я скоро буду, — шептал он себе под нос, разрубая очередного монстра, норовившего впиться ему в шею.

— Ну что, ребятки, соскучились? — раздался задорный голос за их спинами.

Граф оглянулся и увидел полыхающего Кутузова. Его китель вздыбился от мощи энергии генерала.

— Давно пора! — кивнул Бердышев.

— Погодите-ка, — прищурился Кутузов. — Кто это предо мной? Никак Вулкан? Вот уж не ожидал…

Но договорить он не успел. Вытянул руку, и перед графом взорвались несколько тварей.

— Я бы и сам справился, — проворчал Бердышев-старший.

— Конечно, приятель, справился бы! — похлопав его по плечу как старого друга, сказал Кутузов. — Но давай поторопимся. Мне еще дочку искать.

— Спасибо.

— Рад тебя видеть! — улыбнулся Кутузов и, расставив руки в стороны, ринулся на копошащуюся волну. На его пути выросла колея из выпотрошенных тварей.

От него полыхнуло голубым пламенем, отливающим черным. Все загоралось на пути генерала. Такой огонь нельзя потушить, пока противник не сгорит дотла. Некоторые твари буквально растворялись в воздухе, поглощенные темной материей.

— Сережа, — крикнула Ермакова. — А где наш пират?

— С левого фланга! Ты что, старая, ослепла? — задорно крикнул Кутузов, когда почти добрался до купола, где сидел Дима с девушкой. — Молодец, парень, спас девчушку!

— За старую я с тобой потом поговорю! — крикнула Ермакова и посмотрела налево.

Магию Нахимова она узнала сразу. Огромные волны, разъедающие тварей вокруг адмирала.

Очередная водная толща накрыла большую часть крыс. Приглядевшись, Ермакова даже открыла рот от удивления. На вершине, высоко подняв подбородок и оглашая окрестности дьявольским смехом, восседал Петр. Под ним подпрыгивала доска для серфинга. Он выставил ногу вперед и вытянул меч.

— Детский сад, да, Наташа? — сзади послышался знакомый голос. Глубокий и грубый.

— Сергей Александрович! — искренне обрадовалась Ермакова. — Вы тоже решили нас проведать?

— А ты думала, я пропущу веселье? — удивился Есенин. — Саша ускакал к «Скарабеям», но мне требуется убежать чуть подальше, — он пригляделся и увидел царевну, улыбнувшись. — Дорвалась таки… Эх, молодежь…

— Хотите добраться до Монголов⁈ — удивилась Ермакова.

— Да куда там… — пожал он плечами. — Но Саша сказал, там что-то не так. Думаю, надо проверить.

С этими словами он спокойно прошел между кромсающими тварей бойцами и… Просто двинулся дальше, не обращая внимания на крыс.

Они не спешили на него нападать и буквально шарахались в стороны, только почуяв ауру. Вокруг Есенина образовалась мертвая зона.

Единственная летающая тварь спикировала на него, но на подлете ее будто всосало в невидимый карман, и она исчезла.

Есенин-старший удовлетворенно кивнул, размял плечи и испарился.

Кутузов добрался до купола, где прятался Дима. Следом подошел и Бердышев-старший.

— Я прикрою, а ты бери девчонку и в институт! Одна нога здесь, другая там, — сказал генерал графу.

— Думаю, мой сын сам справится с этой задачей, — обратился Ростислав Тихомирович к сыну.

Дима кивнул.

— Все так же не подчиняешься приказам? — хмыкнул Кутузов. — Вот же упертый старик!

— Вообще-то я на пять лет младше!

* * *

Заброшенное здание.

г. Широково.

— Мария… Если вы не против… — Фанеров стоял одной ногой на лестнице, ведущей к люку.

— Против, — не дав парню договорить, сказала Маша и скрестила руки на груди. — Женя, просто не сдохни там, ладно?

— Как скажешь! — он расплылся в блаженной улыбке и зажал меч в зубах, хотя мог спокойно спрятать его в ножны. Молодцевато козырнул и полез наверх.

Лестница тянулась на пять метров вверх, так что мы все прекрасно слышали.

И да, перед тем как отпустить Фанерова, я передал ему инфу о числе людей и расположение подразделения. Однако мне показалось, что у него в одно ухо влетало, а в другое вылетало. Он все смотрел на Машу и блаженно улыбался.

А когда он сжал клинок зубами, я стал переживать за него еще больше.

— Я прикрою! — вызвался Арнольд и тоже поставил ногу на лестницу. И ему тут же прилетело пяткой в нос.

— Не шшшметь никому вмешивашя! — зашипел Женя.

Больше желающих не нашлось. Он еще раз окинул нас ледяным взглядом. С обожанием в глазах посмотрел на Машу и полез дальше.

Вот он открыл люк…

— Эй, стоять! Ты кто нахрен такой? — крикнул один из бандитов. — Э! Я сказал, стоять! Огонь! Пацаны! Стреля… кххххх.

Загрохотала цепь выстрелов. Заработал пулемет и одиночная пальба. Бандиты закричали. Один за другим стрельба обрывалась вместе с криками.

— Кто этот парень⁈ — спросила Диана, выпучив глаза.

Через пару секунд сверху ручьями полилась кровь.

— Эй, поднимайтесь, тут никого и не было! — к нам свесилась рожа Фанерова, вся измазанная в крови и грязи — А вы боялись!

— Это он так шутит? — спросил ошарашенный Гена.

— К сожалению, — вздохнул я.

Болванчик тоже был наверху, и выдавал мне картинку. Схватку я потом проанализирую в более спокойной обстановке.

И, похоже, у Фанерова имеется большой шанс выиграть Универсиаду.

Глава 26

Последняя скрипка

Радиостудия «Камертон».

За сутки до прорыва

Леня Скрипач был на седьмом небе от счастья. Сколько же новых возможностей? Сколько власти можно потенциально получить? Подмять под себя владений Музыкантов несложно. А Кузнецов? Ну а что он? Будет захватывать власть? Ему это не надо.

Скрипач уже понял, что лучше первое время переждать, спрятаться, чтобы пацан его не нашел. Уж больно сильным он стал.

Но нет худа без добра. Сейчас у этой занозы в заднице другие проблемы. Например, Универсиада. Может, там-то ему рога и обломают? Да, Леня смотрел трансляцию и каждый раз болел за всех противников молодого барона.

Вот и сейчас он расписывал на блокнотике планы дальнейшего захвата власти и ждал гостей. День становился все лучше.

И гости не заставили себя долго ждать. В дверь вошёл один из его новых помощников. Мужик средних лет, молчаливый, знает свои обязанности. Одним словом, молодец.

— О и чай принес! Молодец, — нарочито весело похвалил он помощника. — Как там в городе дела?

— Северные районы уже под нашей властью, южные еще сопротивляются.

— Кто именно?

Леня встал со стула и начал ходить по звукоизоляционной комнате.

— Кувалда еще сопротивляется, но скоро мы и его подавим. Правда, ребята говорят, что там какая-то чертовщина происходит постоянно…

Скрипач только улыбнулся и подошел поближе к помощнику. Тот сделал вид, что не заметил, и продолжал смотреть в планшет.

— Еще ненадолго приостановлены поставки артефактов и вывоз в другие города. Из-за смерти… Ну вы понимаете, Дирижера.

— Понимаю, дорогой, понимаю.

В комнату вошли еще четверо охранников и незаметно встали у выхода.

— Господин?..

Поведение охраны не ускользнуло от опытного взгляда помощника, сидевшего в тюрьме, но было поздно.

Лене в руку незаметно вложили металлический прут, и он с силой ударил по ногам, заставив помощника упасть на пол.

— Скажи-ка мне, Трофим, ведь тебя зовут именно так? — наклонился к нему Скрипач. — Почему ты скрывал свое настоящее имя?

Трофиму было чертовски больно. А еще он не мог понять, где прокололся. Он все тщательно спланировал и старался действовать незаметно. В последнее время он вообще не контактировал с Михаилом. Но надо что-то сказать.

— Да, простите, господин, я не хотел вспоминать тюремное прошлое, поэтому и соврал. Тут недоразумение…

Леня оскалился. Он любил знать чуточку больше жертвы. И всегда кайфовал с этого знания.

Очередной удар, на этот раз по ребрам, заставил Трофима согнуться.

— Недоразумение… М-м-м звучит, как запах кошачьего туалета? У тебя была когда-нибудь кошка?

— За что…– пытаясь поймать ртом воздух, прохрипел Трофим.

— Знаешь, мне буквально вчера в руки попал один интересный документ, — начал рассуждать Леня. — А все благодаря чему? Тому, что я решил передоговориться с жандармами. Старый король пал, да здравствует новый король! — он картинно расставил руки, как во время показа пьесы Шекспира. — Местный начальник поведал мне очень интересную историю, как два заключенных буквально уехали на жандармской машине и все им радостно махали. И как ты думаешь, сколько мне пришлось заплатить за эту информацию? Верно, НОЛЬ! Потому что помимо этого я, как новый босс Широково, увеличил им выплаты в два раза!

Перед Трофимом упали фотографии, на которых он сидел в одной камере с неким Кузнецовым Михаилом. Бароном. А потом они уезжали на жандармской тачке.

— Ну, продолжаешь врать? — рассмеялся Скрипач.

В этот раз все. Это конец. Трофим попался. Уже не выкрутиться.

— Уведите его. Думаю, эта крыса будет нашим щитом и козырем против этого… Мудака!

Каково же было его удивление, когда на следующий день по всему городу объявили военное положение. Случился очередной прорыв, к которому никто не был готов.

Бандитам пришлось уйти еще глубже в тень, и проворачивая свои дела, соблюдая десятикратную осторожность. Даже курьеры боялись бегать по улицам.

Через десять минут после прорыва Леня снял трубку и приказал отправить людей защищать проходы в Дикую Зону.

Помниться, когда Дирижер захватывал власть в городе, этот туннель, соединяющий город и Дикую Зону, был единственным источником доходом. Потом начали распространяться поддельные артефакты и искусственный маголит.

Двадцать элитных бойцов отправились караулить эту золотую жилу.

Через туннель в зону попадали нелегалы, которым по разным причинам лучше не светиться в Дикой Зоне. Конечно, за это они платили и за вход, и за вынос артефактов за каждого спутника отдельно. Леня гордился, что приложил руку к созданию ценовой карты для желающих подзаработать не совсем честно. Имелись свои дисконты и накопительные баллы. Скрипач был уверен, что это побуждает клиента вернуться. Хотя куда он денется, ведь туннель всего один?

Точнее есть, но он появился относительно недавно и на территории усадьбы Есениных. А стало быть туда им вход заказан.

— Знаешь, — говорил Леня своему охраннику, который стоял в неподвижно, прикрыв глаза тоненькими черными очками. — Сейчас вообще лучше не высовывать нос. Тут такие типы съехались, мама не горюй! Ну ты видел, видел? По телевизору? Мало того, что Есенин-старший с женой приехали, так еще и царевна Екатерина! ЦАРЕВНА! ЕКАТЕРИНА! — он специально это повторил, чтобы самому осознать опасность ситуации.

Но проникнуться он не успел. Со стороны заброшенного здания послышалась стрельба. У Лени побежали мурашки по спине.

Мало ли что может придти по этим туннелям? А судя по выстрелам, там было что-то опасное!

Он вскочил, перевернув столик с кофе и бутербродами и забежал в смотровую комнату. Конечно они поставили камеры в том здании.

Когда Скрипач переключил на нужную камеру, то ужаснулся.

Все были мертвы. Причем разрублены и вдоль, и поперек. Люк был открыт, а в него, кверху задницей, кто-то заглядывал вниз.

— Всех…– прошептал Скрипач.

— Простите, босс, не расслышал? — невозмутимо спросил охранник.

— Я сказал, зови всех, кто есть! — завопил Леня.

— Даже…

— ВСЕХ! — и в охранника полетела кружка.

* * *

г. Широково

— И это ты говоришь, что тут никого нет? — воскликнула Света и на нервах влепила подзатыльник Фанерову.

— Ага, — потирая ушиб, кивнул он. — Было бы против кого воевать. Так, легкая разминка.

Мы собрались на первом этаже и приняли решение вернуться в КИИМ. Смысл воевать в городе? Первоочередная задача — скинуть балласт из наших соперников из других институтов, занести Леонида в лазарет и отправиться обратно в Дикую Зону.

Но оставалась надежда, что удастся поднять и ранг, и цвет браслета, и, возможно, зайти куда дальше. Но сначала…

— Вот и отлично, — хлопнул я в ладоши, когда мы определились с планом действий. — Идите в институт.

— Не поняла, — Маша подошла почти в упор. — Что значит идите? А ты?

— А я задержусь, — твердо сказал я, глядя Кутузовой в глаза.

Наверное, в моих глазах мелькнуло нечто, что заставило ее перестать спорить. И правильно. Ее ждет отец, который опять прокатит ее до «Скарабеев», может, и Светин батя сделает то же самое.

— Двинули, — повернувшись, сказала Маша.

— Нет! — топнула ногой Света. — Нихрена подобного. Я иду с тобой.

Нахимова подошла ко мне и, не спрашивая разрешения, встала рядом.

— Света…

— Только попробуй сейчас что-то вякнуть, козлина! — она кивнула на Машу. — Ты прости, что мы такие импульсивные…

— Хорошо, только не мешайся под ногами, — сказал я

— Я тоже! — воскликнула Виолетта и вышла вперед.

— Нет! — хором ответили мы. — Ты с Леней.

Тут уж девушке нечего было возразить, она, повесив голову, вернулась к группе. Маша посмотрела на нас и кивнула.

— Если умрете, я вас убью! — сказала она напоследок, и они двинулись к институту. Машины сейчас не ездили, поэтому им придется прогуляться.

Как только мы остались вдвоем, я все же решил спросить.

— Зачем?

— Миша, мы же с тобой друзья?

— Да.

— Тогда как я могу отпустить друга? — она попыталась сделать милое лицо, но потом засмеялась. — Ну и пропустить отличную драку.

— Вообще-то я собираюсь убить Скрипача, — сказал я, серьезный как никогда.

Убрав улыбку с лица, она кивнула и достала меч.

Я ввел ее в курс дела, дал две детальки Болванчика, и мы начали штурм.

А Скрипач подготовился знатно. Лора нарисовала схему здания, отметила камеры и благополучно их заглушила. По сути план прост.

Враги не знали, откуда именно мы нанесем удар и, судя по числу людей, Скрипач думал, что нас будет куда больше.

Реально больной тип. Зачем мне делиться с кем-то добычей? Даже Свету не хотелось брать. Вдруг убьет Скрипача? На подходе я все же предупредил ее, что он мой. На что получил язвительную усмешку и предложение посоревноваться, кто первый того и тапки.

— Света, ты кажется, не поняла. Это не соревнование. Я хочу наказать человека, который причастен к множеству смертей, грабежам, вымогательствам, угрозам и пыткам.

— Да поняла я. Хорошо, он твой.

Хех, фокус с серьезным тоном удался.

— Знатно он подготовился. Камеры, укрепленное здание. А вот самого господина Скрипача скрывает шумовое поле, — сказала Лора. — Вот болван. Как будто по этому пятну я его не отслежу. Боже, понаберут по объявлению…

Мы зашли с двух сторон. Я через окно, Света через задний вход. Цель находилась на третьем этаже. Туда мы и направились.

После Дикой Зоны обычные бойцы, даже с автоматами и артефактами, были как дети. Никакой опасности я не чувствовал от слова совсем.

Два этажа мы прошли буквально минут за двадцать, планомерно убивая всех и каждого. Никаких свидетелей.

На третьем этаже тянулся широкий коридор, в конце которого стояла большая двустворчатая дверь. А за ней притаился наш музыкант.

В самом же коридоре нас ожидала тяжелая артиллерия. Два крупнокалиберных пулемета и ракетница? Чего⁈ Нахрена им ракетница⁈

— Лора, ты знаешь, что делать, — бросил я, когда мы встали за поворотом.

— Да без проблем! — согласилась она и взяла под контроль Болванчика. Тут требовалась четкость и скоординированность.

— Я первый, ты за мной, — сказал я Свете и вышел в коридор.

— Это он, огонь! — завопил один из бойцов, и они ударили по мне из пулемета и ракетницы.

Ну как ударили. Перед этим в дула залетело по детальке болванчика. Ракетница рванула на части, расчистив нам дорогу. Приятно. Легко. Неожиданно!

Кто бы мог подумать, что у кого-то хватит ума притащить ракетницу? Хорошие мысли посещали его голову, но он оказался быстрее.

Мы со Светой с недоуменными лицами прошли до двери и снесли ее с петель.

Большая комната, разделенная напополам прозрачным зеркалом. Перед нами звукозаписывающий пульт. За стеклом микрофон и шумоизоляция. Там же стоял Скрипач, приставив пистолет к виску моего шпиона, Трофима, связанного по рукам и ногам.

— Хорошо, что его тезка не видит, — хихикнула Лора. — Я бы посмотрела, кто быстрее. Этот стрелок или наш.

— Вот мы и снова встретились, Кузнецов, — улыбнулся Скрипач, стуча зубами от страха.

Он в тупике и дорогие назад нет.

— Да, ты прав, — кивнул я.

Однако разглагольствовать с ним у меня не было желания. Замаскированный Болванчик выбил пистолет у Скрипача из рук.

— Думаешь, это все? — прижимая сломанную руку к груди, оскалился Скрипач и достал из кармана пульт с кнопкой. — Нет! Я заберу и тебя, и твою шлюху, и этого предателя! Все вы тут поляжете!

Трофим кое-как выполз из комнаты. Я же пошел на Скрипача.

— Еще шаг, и я взорву тут все к чертям! — крикнул Леня и нажал кнопку.

— Упс, осечка! Такое случается, когда ты дед, — без иронии в голосе сказал я.

Лора деактивировала взрывчатку еще до того, как мы вошли в здание. Так что последний шанс Лени на героическую смерть провалился.

— Света, выведи, пожалуйста, этого немолодого человека, — кивнул я на связанного товарища, а сам достал меч.

Девушка закрыла за собой двери.

* * *

Когда же я вернулся, тело Скрипача остывало. Смерть он принял достойно, по меркам местных бандюганов, конечно. Сожрал капсулу с ядом и откинул копыта.

— А теперь в институт, — улыбнулся я.

— Куда его? — Света кивнула на Трофима.

Мы развязали беднягу. Выглядел он дерьмово, ничего не скажешь. Но на ногах держался вполне уверенно, пусть и пара ребер была сломана.

— Трофим, — я положил руку Трофиму на шею и снял боль. Все же это из-за меня он оказался тут. — Доберешся до Кувалды?

— Да, — кивнул он, сплюнув на пол кровь, — что-то передать?

— Можешь сказать, что я разрешил пустить тебя в квартиру, думаю он поймет.

На выходе из здания, которое, к слову, официально принадлежит теперь мне, мы направились к институту.

У выхода мы наткнулись на Старостелецкого, и он удивился. Преподаватель выглядел немного комично. Его доспехи оттягивались на пухлом животе, и он был похож на бронированного колобка.

— А вы откуда⁈

— С Зоны, — развел я руками.

— А, ну тебя, Кузнецов! У вас полчаса на передышку и обратно к стене!

— Есть! — хором ответили мы.

Первым делом мы проверили Леню в лазарете. Рядом находилась его мать. Белокурая стройная женщина, чем-то напоминающая Анну, которая тоже была рядом с любимым, а лекари пытались отрастить ему новую руку.

В соседней палате лежала та самая девчонка, которую мы спасли с Димой. Медсестра сказала, что ей надо поспать, и все будет хорошо.

Потом мы заскочили в столовую, где минут двадцать молча жевали самое калорийное, что смогли достать. Я еще и ускорял обмен веществ для быстрого усвоения пищи.

Ребят мы так и не нашли, так что пришлось Болванчику сделать несколько кругов в небе. С друзьями мы разминулись буквально на пять минут, и они уже шагали к стене.

— Ну что, готова? — посмотрел я на Свету.

Глупый вопрос. Сейчас Нахимова пылала праведным гневом и желала покарать тварей, которые покусились на границу империи.

— Вижу, что готова! Погнали! — подхватив оружие, мы выбежали из столовой и помчались за остальными.

Лора сообщила, что, судя по всему, готовится пятая волна. Сейчас фронт сдерживал исполинских осьминогов, у которых вместо голов мерцали сферы, напоминающие шары для предсказаний.

Тут уж мы со Светой разделились. Я побежал к Маше, а Нахимова к своему отцу.

— О, женишок! — радостный генерал разрывал тварь напополам и похлопал грязной рукой меня по плечу.

— Надо двигаться дальше, — сказал я без лишних приветствий.

— Хочешь смотаться до «Скарабеев»? — прищурился Кутузов.

— Честно, хочу. Но надо уничтожить этих тварей, — кивнул я на гигантских осьминогов.

И тут же между нами упало огромное щупальце толщиной с многовековое дерево. Я с Болванчиком среагировали мигом. Он раскрутился сверлом, а я, напитав энергией клинок, вонзил его в щупальце.

Запрыгнув на конечность, я забежал по ней, как по горке, и оттолкнулся от парящего Болванчика. Придав себе ускорение, со всей силы жахнул по сфере.

Треск! Сфера разбилась, и массивное тело упало.

— Хорош, Кузнецов! — раздался голос Белозерова.

Я пересекся с ним глазами и кивнул.

Соседний осьминог тоже потерял голову и с оглушительным грохотом рухнул на моего. А вот и Антон. Все гадал, куда он делся.

— В километре за холмом упало пять метеоритов! — сказала Лора. — Надо бы…

— Антоха! — помахал я ему. — Сюда!

Когда же он подошел, мне показалось, что Есенин улыбается. Видимо, ждал звездного часа, чтобы оправдаться за Универсиаду.

— За холмом пять метеоритов, справимся? — кивнул я.

— А то!

Я огляделся. Екатерины Петровны нигде не видно. Я спросил у Кутузова, где бы она могла быть?

Оказалось, что царевна отправилась следом за Есениными, и, судя по всему, и Нахимов тоже там.

Пока у нас задачи оборонять «Скарабеи» не стояло, но чем черт не шутит? Может, и доберемся до этих чудесных машин… Но сейчас надо бы разобраться с насущными проблемами.

От автора: Дорогие друзья! Приключения только набирают оборот! Погнали дальше! https://author.today/work/315713

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Я почти граф. Книга VI

Content

Я почти граф. Книга VI

Глава 1 Превозмогание года

Глава 2 Война!

Глава 3 Битва

Глава 4 ТрудоВЫЕ будни

Глава 5 Лучшая еда (Только Марусе не говори)

Глава 6 Для юристов

Глава 7 Опасная ситуация на дороге

Глава 8 Птичка в клетке

Глава 9 Не царское это дело

Глава 10 Ты популярен, Кузнецов!

Глава 11 Инструктаж

Глава 12 Затишье перед бурей

Глава 13 First Blood

Глава 14 Церковная стрижка

Глава 15 Что делать и кто виноват?

Глава 16 Волков vs Бардольф (Алиса)

Глава 17 Березки шумят

Глава 18 Неудачный бизнес-план

Глава 19 Завтра полуфинал

Глава 20 Отличный бой. Плохое продолжение

Глава 21 После и до

Глава 22 Авраам, прости — прощай

Глава 23 Кто не любит превозмогать

Глава 24 Поиграли в снежки

Глава 25 Действие плавно перетекает в город

Глава 26 Последняя скрипка

Nota bene