Эндрюс Илона

Простая формальность (ЛП)

Илона Эндрюс

Простая формальность

Эта книга является вымышленным произведением.

Имена и названия, места и события, образы и действующие лица являются результатом воображения автора, или же были использованы вымышленные, и не должны истолковываться как реальные. Любое сходство с людьми, живыми или мертвыми, фактическими событиями, местностями или организациями полностью случайное.

Авторские права заявлены. Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена, отсканирована или распространена в любой, какой бы то ни было, форме, без письменного разрешения автора, за исключением краткого цитирования, включенного в критические статьи и обзоры.

Перевод: ANŢ

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Непристойные материалы

Для чтения этой истории вам должно быть восемнадцать лет — ни в коем случае не читайте, если вам меньше. Мне не хочется проблем.

1

Сквозь окутанные в жидкостном интерфейсе пальцы Дэйдры, отдаваясь крошечной дрожью, пробился сигнал таймера: «Пять минут до приветственной речи…»

— Хорошо-хорошо.

Дэйдра отключила от своей руки свинцово-серый металл и поймала свое зеркальное отражение. Волосы. Она совсем забыла о своих волосах.

Ее платье выглядело фантастически. Дэйдра любила его надевать; цвет и фасон ей шли: переливающееся серо-черным, оно захватывало грудь, обвивало талию и ниспадало совершенными линиями, скользя по полу. К сожалению, одного только платья тут было бы недостаточно. Ее волосы привели в состояние безобразного нагромождения верхнюю часть головы, и было уже слишком поздно что-нибудь поделать. «Это твоя вина, Роберт», — вытаскивая одну шпильку за другой, думала Дэйдра… Она протащила по волосам щеткой и проинспектировала, что в результате вышло: «Ужас!»

Ну и прекрасно, решила Дэйдра. Кто мог ожидать, что придется порядочно пробегать часов девять, до состояния тряпки, а затем присутствовать на банкете, имея совершенный вид.

Дребезжащий стук выбил ее из размышлений.

— Открыть! — скомандовала Дэйдра.

Дверь открылась, вдвигаясь и являя Фатиму Ли в ее темно-синем силовом костюме. Старший адъютант Роберта выглядела превосходно, с блестящей волной черных волос, с ее свежим лицом, как если бы она предавалась длительной освежительной дремоте вместо изнурительного административного марафона.

— Три минуты до приветственной речи. Если мы опоздаем, у Роберта случится глубокий космический припадок.

Они направились за дверь и спустились по винтовому коридору на скорости проворного марша. Не ограниченные гравитацией, создатели орбитального посольства сконструировали невозможно высокий банкетный зал, а окружавший его коридор соответствовал ему по высоте. Огромные стены и потолок, теряющиеся в темноте, сегодня приводили к ощущению предзнаменования. Подобно прохождению через некий древний храм для принесения себя в жертву.

Коммуникатор Фатимы зажужжал голосом Мишеля Рашвиля:

— Вы где? Роберт в ударе.

— Мы там будем через тридцать секунд, передай Его превосходительству, чтобы оставался в своих трусах, — фыркнула Фатима. — Я этого не понимаю. Мужчина, который может вести переговоры с террористами, с пригвожденным к его виску дулом винтовки, а банкеты заставляют его лезть на стену.

— Это потому что он не может контролировать банкет, — пробурчала Дэйдра. — И ставки высокие.

Поставленные на весы тридцать миллионов жизней застопорили бы любого.

Они преодолели изогнутый участок пути. Прямо впереди, под баннером с изображением герцога Родкильского — наставника Роберта и настоящей легенды в анналах истории дипломатического корпуса, их ожидали широко открытые, огромные двери банкетного зала. Нацелившись на двери, Фатима скоординировала движение по нулевой точке.

Несколько мужчин, одетых в черное, вошли в коридор из бокового прохода, и устремились тоже к двери. Дэйдра схватила руку Фатимы:

— Рэийцы.

Старший адъютант остановилась. Рэийцы двигались бесшумно, подобно черным привидениям. Каждый в левой руке нес «флагоцвет» — короткую церемониальную ветвь, означающую их мирные намерения. Традиция повелевала, чтобы они оставались безмолвными, находясь в поле зрения противника, пока не получат от лорда разрешения говорить. Для них каждый был врагом, как полагала Дэйдра. Им пришлось попасть в финансовые затруднения для того, чтобы только вступить на Орбиталь. К огромному сожалению, принимать деньги за предоставляемые ими милитаристические услуги было именно тем, что категорически запрещала рэийская доктрина.

Из дверей, почти на бегу, выскочил взъерошенный мужчина… Мишель Рашвиль, бормочущий в свой коммуникатор. Словно в замедленном режиме, Дэйдра увидела, как он врезается в ближайшего рэийца, рука в черной перчатке позволяет выпустить знак мира, и тот брякается по полу: «О великий Лао Цзу!»

Споткнувшись, Мишель удержал себя. От шока его лицо стало вялым. Короткоствольный огнемет почти сам вскочил в руку Фатимы.

— Мишель, на колени! — сказала Дэйдра, приблизилась и упала на колени.

Мишель грохнулся на колени рядом с ней. Широко раскрытыми глазами он посмотрел на благоцвет.

— Мне так жаль. Должен ли я?.. — его голос дрожал.

— Нет. Опусти свою голову вниз, не смотри им в глаза.

Очень медленно Дэйдра дотянулась и подняла ветвь с пола. Держа на своих открытых ладонях, она вознесла ее над своей головой, подобно обряду жертвоприношения. Их глаза уткнулись в пол, они ждали. Проходящие мгновения тянулись медленно. В конце концов, ближайший к ней рэиец выступил вперед. Кожа еле зацепила ее ладонь и, все также бесшумно, рэийцы двинулись дальше в банкетный зал. А Дэйдра вспомнила, что надо дышать.

— Слава Иисусу, — Мишель выпрямился. — Не могу поверить, что я выбил это из его руки.

— Это не ты, — ручной огнемет Фатимы исчез, невозможным способом скрывшись в таком крошечном одеянии. — Это он уронил.

— Ты меня разыгрываешь.

— Это он уронил, — подтвердила Дэйдра, прослеживая глазами за тем, как рэийцы продвигаются по банкетному залу. — Когда ты в последний раз сражался в рукопашном бою, Мишель?

Адъютант бегло провел трясущейся рукой по волосам.

— Не помню.

— Они делают это каждый день. Поверь мне, если бы этот человек не хотел в тебя въехать, ты бы не коснулся его и за миллион лет. Иди спрячься где-нибудь.

— Что?

— Исчезни, тупица, — фыркнула Фатима. — Когда до Роберта дойдет, он выйдет из себя. Дай ему хоть несколько часов, чтобы остыть.

Слова произвели, наконец, воздействие и адъютант убрался по коридору.

Дэйдра нахмурилась:

— Нас проверяли, и я не уверена, что мы прошли проверку. Почему у меня такое ощущение, что это плохо кончится?

— Потому что, — лицо Фатимы было мрачным. — Пошли.

С лучше некуда ожиданиями, но готовые на все, они вошли в банкетный зал.

2

Весь покрытый рыжей шерстью вунтийский офицер, находящийся слева от Дэйдры, улыбнулся ей выставленными напоказ пятьдесят двумя острыми зубами, расположенными двумя рядами в его пещеристой пасти. Эффект был достаточным для того, чтобы закаленному ветерану флота остаток жизни показался кошмарным.

— Вы увыгвядите — обаувдеть, — попытался выговорить он, очень сильно смахивая на Террана Скотсмэна с полным ртом набитых за щеки тряпок. Он пронзил ее прямым, немигающим, пристальным взглядом.

«Попытка доминирования. Так до него лучше дойдет», — решила Дэйдра. И ответила:

— Спасибо, — продемонстрировав ему свои зубы и ослепительный взгляд.

На миг они пристально уставились глаза в глаза, без особого желания уступить. Дэйдра заскрипела зубами. Звук умер в жужжащем гуле банкетного зала, но не до того, как вунтиец услышал его. Шум был скрыт для альф из вунтийского общества, и скрежет зубов возымел эффект на вунтийца, подобный тому, как царапанье гвоздями по стеклу производило на человеческое ухо. Офицер сморщил свою морду и отвел взгляд.

Дэйдра мельком глянула через зал на сидящих тут и там вунтийцев и предалась размышлениям: «Слишком много трепещущих ушей, слишком много вспышек зубов, слишком много оживления в жестах мохнатых рук-лапищ. Как акулы, учуявшие запах крови в воде. Что происходит? Что они знают такого, чего не знаем мы?»

Она посмотрела на Роберта, сидящего за главным столом между послом Вунтии и пожилым лимоннокожим монровианцем с траурными, как на иконе, глазами. Сэр Роберт Сергеевич Сарвини, посол Второй Межгалактической империи в ветвях Рэии, выглядел хоть куда: ровно собранные назад в конский хвост волосы, привлекательное побритое лицо, порядочная фигура, подчеркнутая формальной полуночной синевой дипломатического корпуса. Изысканный, добродушный, красноречивый, достойный каждого дюйма длинного списка титулов, прилагаемых к его имени.

На тарелке Роберта пища лежала нетронутой. Официально банкет был устроен в честь успешного ведения переговоров по трениям между монровианцами и халифатом Вунтия, для которых империя, в лице Роберта, предоставила нейтральное место встречи. Неофициально, Роберт хотел угодить Рэии. К сожалению, он был за главным столом зажат, как сэндвич, между двумя договаривающимися партнерами.

Их пристальные взгляды соединились, и в его глазах Дэйдра прочитала подтверждение: «Да, что-то не так. Нет, мы не знаем что. И ничего поделать с этим не можем. Только можем сидеть в тесноте и ждать».

Дэйдра вздохнула. Здесь было четыре партнера для этого танца: халифат Вунтия, республика Монровия, империя и Рэия. Каждый чего-то хотел и был не прочь растерзать всех остальных когтями до крови, чтобы получить это. Все, что она хотела — предотвратить резню.

Дэйдра посмотрела на стол для почетных гостей, где рэийский лорд Наград сидел с Ниной на одной стороне и белошерстным сановником из Вунтии на другой. Остальные рэийцы сформировали линию позади стола. Никто, кроме лорда, не предпочел сесть. Никто не ел, не пил. Строка из рэийского кодекса всплыла в ее голове: «Не буду пищу потреблять я в доме моего врага…»

Испещренное шрамами лицо Награда было мрачным. Будь он из внутреннего мира империи, то Дэйдра дала бы ему восемьдесят или девяносто лет. Ее старательное исследование поставило его поближе к шестидесяти. Единственный лорд Рэии в истории своего народа, который принял идею кооперации. Его жена была мертва. Вся семья лорда состояла из его сына. И вунтийские налетчики очень его боялись.

Вунтийский чиновник сверкнул лорду Награду зубастой улыбкой и что-то сказал. Нина вмешалась, сглаживая ситуацию и захватывая всеобщее внимание, подобно золотому ангелу на черном фоне. Дэйдра ощутила удар ревности прямо в солнечное сплетение. Совершенная фигура Нины, ростом в шесть футов с одним дюймом, была обернута в платье без лямок с кружевом цвета шампанского, которое акцентировалось сложными водоворотами золотой нити. Одеяние сжимало ее в объятиях, словно перчатка. А его цвет прекрасно дополнился легким бронзовым оттенком лица и светлыми волосами блондинки.

— Почему мы не могли бы иметь ее работу? — справа пробормотала Фатима себе под нос.

— Потому что мы проигрываем со счетом 8:13 по шкале пропорций, — сказала Дэйдра. — И потому что мы не обучались эскорт-услугам, и у нас совершенно нет призвания к этому.

— Знаешь, — высказалась Фатима, — ты могла бы делать то дерьмо, что делает она, с закрытыми глазами. Ты являешься чудесным атташе по культуре. Ты знаешь о рэийцах больше, чем все мы вместе взятые. Тебе следует ковыряться в мозгах рэийского лорда, а не ей.

— Она знает, что делает. Моя работа — компилировать и анализировать информацию. Ее работа — удерживать объект в состоянии восхищения от ее внимания.

«И это должно быть невероятно трудная задача, принимая во внимание строгость рэийских правил поведения. Ничего вызывающе цветного. Ни намека, ни шутки, ни даже мысли непристойной. Никаких упоминаний о сексе, религии или политике», — подумала Дэйдра и с улыбкой произнесла:

— Я совершенно счастлива ей советовать со стороны.

Фатима усмехнулась:

— У тебя нет амбиций. В следующей жизни, ты возродишься металлическим чайником.

Нина дотянулась до маленькой закуски и ловко предложила ее рэийскому лорду. Он принял малюсенький витой пуфик из теста и вгрызся в него. Нина продолжила разговор. Она обладала способностью полного захвата инициативы в беседе, так что обращение к ней собеседника само по себе оказывалось наградой.

Рэийский лорд доел пуфик. Нервный тик резко передернул его лицо раз, второй. В гримасе исказились черты его лица, обнажая зубы. Он согнул дугой свою спину, заглатывая от нехватки воздух. Его руки стали молотить, разбивая бокалы и тарелки. Спазм охватил его тело. Он содрогнулся, застыл и упал навзничь с места своего сидения, со скользящей из его губ вниз по подбородку пеной.

Через мгновение абсолютная тишина установилась в зале. А потом разразился полный хаос.

3

Ситуация сделалась абсолютно бессмысленной.

Дэйдра погрузила свои пальцы в интерфейс. Жидкий металл окутал ее руку, подымаясь все выше от кончиков пальцев до запястья. Он проскользнул между ее пальцев, слегка холодный, сухой, но скользкий, как шелковистая гладь. Подобно очень хорошему песку на ощупь, как если бы каждая песчинка была идеально отшлифована. В то время как синаптические импланты под ее кожей устанавливали связи с плавающими свободными нанокластерами, она почувствовала руку — кожу, мышцы, связки и кости — растянутой невозможно далеко. Она подумала об архиве. Четыре лепестка агрегата зажглись бледно-зеленым цветом. И огромная коллекция файлов, полностью содержащая исследовательские и архивные документы Дэйдры, ярко вспыхнула, оживившись в проектируемом пространстве над лепестками.

В десяти шагах тяжело опустился на стул Роберт. В углу — Нина обхватила лицо руками. Комната была тусклой, огромные коммуникационные экраны на стене — безмолвные и темные, все, за исключением одного с правой стороны, показывающего карту сектора. В центре карты висел кластер Колхида, три звезды, насчитывающие одиннадцать обитаемых миров, четыре точки искривления, тридцать миллионов колонистов. Так уж получилось, что он принадлежал республике Монровия. Расположенный слишком далеко от монровианских индустриальных центров, он был почти бесполезен для республики. Но для империи — кластер был неограненным алмазом. Если бы империя получила шанс развивать кластер, он стал бы самой большой индустриальной и коммерческой базой сектора.

К сожалению, халифату Вунтия очень нравилось совершать набеги на кластер, пока он находился в монровианском владении. Многочисленные звезды халифата, подкрашенные бледно-голубым цветом, чтобы показать границы территории, висели в углу карты подобно грозовому облаку. Империи потребуется два десятилетия, по крайней мере, для того, чтобы нарастить обороноспособность кластера до уровня выживания. До тех пор единственной защитой от Вунтии были ветви Рэии — подкрашенная в зеленый цвет тонкая лента миров.

Вунтия хотела сделать последний, лишающий всего ценного, набег на кластер. Сотни жизней были бы потеряны. Империя пригрозила бы войной, и халифат отступил бы с извинениями, но пускающая ростки экономика кластера была бы разрушена. На восстановление ушли бы десятилетия и миллиарды.

Империя нуждалась в защите кластера. Рэия нуждалась в деньгах. Но рэийская доктрина запрещала коммерческое вознаграждение за военную службу. Итак, аппарату посольства нужно было выяснить, каким образом обойти рэийскую доктрину. Найти неявный способ обменять деньги на защиту людьми, которым было запрещено становиться наемниками. Теперь этому никогда не случиться.

Они были в ответе за безопасность тридцати миллионов колонистов, и они ее упустили. От этой мысли скрутило желудок Дэйдры.

И она погрузилась глубже в интерфейс обеими руками до локтей, производя скоростное считывание в потоке документов и своих заметок. Дэйдра не могла так точно взять и ткнуть на это пальцем, но была уверена, если поймет, что подсознание пыталось ей сказать, то ситуация станет логичней.

Фатима прошла на цыпочках, чтобы оказаться на стороне Роберта.

— Хотите капельку чая?

— Все что мне хочется — так это вернуться на двадцать четыре часа назад и задушить суши-повара. Как мы могли не знать того, что у Награда была аллергия на икру красной рыбы?

Дэйдра услышала вопрос. Он медленно впитывался, пробивая себе дорогу через ее фокусировку.

— По многим причинам, — сказала она, неподвижно считывая. — Наград мог не знать, что был аллергиком. Мог преднамеренно скрывать аллергию, чтобы она не была использована против него. Он мог быть отвлечен Ниной и не осознавал, что ел. Вунтия могла отравить его. Ваша теория так же хороша, как и все мои — полная ерунда.

— Почему это? — встрепенулся Роберт.

Тон голоса оторвал ее от поиска.

— Потому что рэийцы — подозрительные параноики, которые к тому же оказываются плохими актерами.

Она подбросила запись с банкета на один из боковых экранов, быстро проматывая кадры слева направо.

— Взгляните на него. Да, он кропотливо слушает Нину, но он почти не поглощен. Он не может даже симулировать достаточную заинтересованность, чтобы обмануть случайного наблюдателя. Определенно, он не достаточно отвлечен, чтобы проигнорировать ядовитую еду. Взгляните на строй из физиономий за ним. Они расслаблены приблизительно так же, как каменные идолы на Новом Варваре, и наблюдают за ним так усердно, что даже не моргают. Вы действительно думаете, что они могли бы ему позволить положить что-нибудь плохое в свой рот? Нереально. И они не позволили бы вунтийцам таинственным способом прыскнуть что-нибудь на его еду. Это в совокупности делает все вообще непонятным.

Загорелся главный экран, и лицо Тимура Гонзалеса возникло в поле зрения. Шеф службы безопасности выглядел слегка расстроенным, с пеленой меланхолии на темных глазах, с удлиненным флегматичным лицом, расслабленным, как будто он только что проснулся от долгой дремоты под солнечным светом. Стало абсолютно понятно, что Рэия будет запрашивать связь через него… теперь ветвь Награда и империя технически были в состоянии войны. К несчастью, он имел столько дипломатических способностей, сколько и сама Дэйдра.

Тимур провел пальцами по своему подбородку, поглаживая воображаемую бородку.

— У нас есть контакт.

Роберт поднял глаза.

— Перенаправляй их.

— Они не будут говорить с вами, — сказала Дэйдра почти одновременно с Тимуром.

— Почему нет?

— Потому что вы технически ответственны за смерть Награда. По долгу чести, увидев, они убили бы вас, — сказала Дэйдра.

— По причине ею сказанного, — добавил Тимур.

Роберт зарычал:

— Прекрасно, направляй закрытым способом подачи их трансляцию на боковой экран.

— Они уже поставили условия.

На висках Роберта вздулись вены.

— Ради Зевса, ты не мог бы тогда прекратить тратить мое время и дать мне эту кровавую запись?

Суровой наружности рэиец, заполнив собой экран, изрек:

— Вы отняли у нашей ветви великого человека. Вы должны это искупить. Дерево рода должно быть восполнено. Вы предоставите женщину для лорда Награда, таким образом, наследник сможет родиться. И вы заплатите приданое. Очень большое приданое, потому что оскорбление было серьезным. Тридцать миллиардов юнитов.

Дэйдра заморгала: «Блеск! Лао Цзу, это была просто блестящая идея».

Роберт выдохнул:

— Исключено! На эти деньги вся рэийская ветвь сможет и десятилетие пережить. Скажите ему…

Дэйдра вмешалась:

— Роберт, брак свяжет вас родством. Защита ваших владений станет его долгом чести.

Она наблюдала за тем, как мысль впитывается. И лицо Роберта интенсивно приняло вид приближающегося для убийства пса.

— Спроси у него, будет ли случай брака подразумевать, что если произойдет событие набега или вторжения, то ветвь Награда непременно защитит кластер.

Тимур интонировал слова. Дэйдра сделала его тише, возвращаясь к своим заметкам. Она уже знала ответ.

— Да, — ретранслировал Тимур.

Роберт откинулся назад:

— Вот оно что. Наград-младший зря времени не теряет, а? Тридцать миллиардов — это уж чересчур, но… в принципе, выполнимо.

— Я сделаю это. Это моя ответственность, — поднялась с достоинством Нина, с охрипшим голосом. — Вы можете передать лорду Награду, что я принимаю его предложение.

— Он тебя не хочет, — сказал Тимур.

— Хорошо, и кого же он хочет? — спросил Роберт.

Дэйдра наконец попала на правильную видеозапись, тридцать два года тому назад, одна из первых контактных миссий в Рэию. Церемониальный обмен мечами и совместный прием пищи. Она изменила масштаб изображения, фокусируясь на блюде, находящемся перед экспедиционным капитаном и молодым с виду рэийским воином…

Лицо Роберта проникло внутрь проекционного изображения. Она посмотрела на него.

— Дэйдра, — произнес он тихим и серьезным голосом. — Ты помнишь свою торжественную присягу перед дипломатическим корпусом? Ту часть, где обещала «посвятить свое тело и ум…»

— «…служению из всех моих сил и способностей, и пожертвовать жизнью своей, если мои обязанности потребуют того». Конечно же, я помню.

Роберт попытался ухватить ее за руки, но они укрывались в жидкостном интерфейсе. Вместо этого он удовлетворился придерживанием ее за плечи.

— Какие у тебя возникают ощущения относительно жертвы в форме брака?

— Лорд Наград желает встречи со своей невестой, — продолжилось высказывание рэийца. — Он хочет убедиться в том, что у нее нормальное тело и у нее нет отставания в умственном развитии. Она должна быть готова через час.

Роберт сделал круг.

— Наш шаттл. Скажите ему, что наши люди приезжают с ней, и мы хотим, чтобы ее безопасно доставили назад, или сделки не будет.

После мгновенной паузы, склоняя свою темную голову, рэиец сообщил:

— Согласны.

4

Вестибюльные хода Награда хранили вид, который ни на что не походил из воображенного ранее Дэйдрой. Она рисовала себе голые темные стены; а вместо этого нашла окна длиною со стену и цветовую палитру в градациях от ржавого до зеленого цвета свежей мяты. Пока Дэйдра, между Джоанной Брэй и Тимуром, спускалась по коридору, красные лучи восходящего солнца танцевали на стене и скользили по ее серому платью, добавляя цвета ткани.

Это не заставило ее почувствовать себя ни на чуточку лучше.

Она вспомнила краткий инструктаж Роберта: «Ты едешь туда торговаться. Заставь его спуститься до двадцати миллиардов. Возьми инициативу и не позволяй ему контролировать разговор. Прости, что не могу там быть с тобой, но я тебе обещаю, что без резерва не пошлю тебя снова к нему. Это только первый шаг, Дэйдра. Нам предстоит долгий путь, прежде чем мы договоримся о сумме…»

Факт того, что ее оценивали как корову на рынке, очевидно, не волновал его вообще.

Их эскорт, рэийская женщина в черном кожаном, привела их к деревянной двери и ступила вовнутрь, закрывая ее за собой.

— Почему я? — невнятно зароптала Дэйдра.

— Потому что ты горячая штучка, — сказал Тимур. — Потому что он ненавидит блондинок. Потому что этим утром его укусило что-то, когда он вылезал из постели.

— Для него хватило и первой причины, — сказала Джоанна. — Ты та еще горячая штучка. Не волнуйся, мы вернем тебя назад на Орбиталь целой и невредимой.

Дверь открылась, и взмахом руки эскорт-сопровождающая пригласила их внутрь помещения.

Дэйдра перешагнула порог. Несмотря на большое окно, мрак растекался по углам и крался по мягкому ковру. Одинокий стол стоял внутри комнаты, освещенный мягким желтым светом ламп люстры. По бокам стола располагались два стула. На противоположном стуле сидел рэиец. Худощавый. Одетый в черное, как и все из них. Черные волосы, короткая стрижка. Он сидел как раз вне круга света, и тени маскировали его лицо. «Какой дешевый трюк», — отметила Дэйдра.

Бесшумная, как тень, эскорт-конвоир переместилась вперед, и выдвинула второй стул для Дэйдры. «Нам идти сюда, — дошло до ее сознания, и колени задрожали. — Это так глупо. Почему я перепуганная такая?»

Она заставила себя пройти по ковру. Тимур следовал за ней. Рэиец одарил его категоричным пристальным взглядом, и шеф службы безопасности остановился в нескольких шагах. Дэйдра села.

— Лорд Наград, я полагаю, — ее голос звучал почти нормально.

Рэиец склонил голову. Теперь она могла видеть его. Он имел жесткое лицо, не красивое, но приятное. Квадратная челюсть, плотный нос. Такой же острый ум, какой она видела в глазах его отца, проявлялся полной силой и в его глазах. Сколько ему лет? Тридцать?

— Я…

— Дэйдра Лебедь. Я знаю.

Звук его голоса едва не заставил ее подскочить. Она посмотрела мимо него, пытаясь собраться, и увидела четыре тени в глубине комнаты. Телохранители.

«Отнять инициативу. Верно», — подумала Дэйдра и спросила:

— Вы не будете против, если я задам вам вопрос?

— Пожалуйста, чувствуйте себя свободно.

— Зачем выбирать жену-иностранку? Ту, которая не знакома с традициями и культурой? Почему бы просто не принять монетарную реституцию?

Наград сплел из пальцев своих рук единый кулак и ответил:

— Приемлемость взятки за потерю жизни запрещена доктриной. Кроме того, у женщины из-за пределов Рэии имеется несколько преимуществ. Мужчина — это ствол семьи, а женщина является ее корнем. В нашем обществе мужчинам принадлежат дети и средства войны. Все остальное находится во владении женщины. И слишком часто лояльность женщины вместо мужа сначала достается ее матери. Что имеет тенденцию к усложнению… в делах. Женщине чужой крови не на кого оборачиваться. Она бы существовала исключительно во власти своего мужа.

Фантастика. Этот разговор затягивался для того, чтобы развеять ее беспокойство по поводу становления невестой.

— И скорее, — рэийский лорд позволил себе незначительную улыбку, — наши традиции несколько обязательны. Имеются конкретные вещи, о которых мужчина мог бы попросить иностранку, что женщинами Рэии было бы сочтено за непристойность.

— Вещи вроде чего?

— Разные штучки сексуального характера. Вы считаете себя непредубежденной в таких делах? По моей просьбе вы бы делали всякое такое?

Если бы он пожелал с нею прогуляться вниз по дороге, все было бы совершенно превосходно. Будучи с рэийцем, строгим, как и все они, скорее это бы походило на взятие им на поруки. Дэйдра выгнула свои брови:

— В пределах империи, лорд Наград, очень немногие женщины делают все, что угодно. Я не могу подтвердить, что могу или не могу делать, не зная, что у вас на уме. Вы не могли бы быть более конкретным?

Она улыбнулась в ожидании его обратной реакции.

— Вы хотели бы отсосать мой член? — спросил он.

Дэйдра вытаращилась на него глазами в течение затянувшегося момента, пытаясь убедиться, что ей не послышалось. Позади нее кто-то произвел сдавленный шум.

Рэийский лорд ждал ее ответа. Его лицо было весьма торжественным.

— Ну, — она откашлялась, отчаянно надеясь, что не покраснела, — я полагаю, это могло бы быть… хммм устроено при определенных обстоятельствах. Имеются ли какие-нибудь… другие запросы, которые вы бы хотели сделать?

Он поднял свою руку. Одна из теней отделилась от мрака и принесла блюдо с тонким псевдобумажным журналом. Дэйдра не видела псевдобумагу с тех самых дней музеев Альтаира, во время ее дипломирования по колониальной журналистике.

Наград взял журнал с блюда и положил на стол. Цифровая фотография на обложке не оставляла и тени сомнения относительно того, какого характера было это издание. Он перевернул страницы и подтолкнул журнал к ней.

— Вы хотели бы сделать это?

— Да.

Он перевернул еще одну страницу.

— А это?

— Возможно.

— Это?

Она почувствовала, что краска стыда расползается по ее щекам.

— Да.

— Что насчет этого?

Она прищурилась, пытаясь понять смысл композиций обнаженных фигур.

— Разве такое возможно? Вам не нужно для этого, чтобы точка «Грэфенберга» была чуть пониже?

— Или как очень сильная женщина.

— Я не уверена, что настолько сильна.

— Я полагаю, тогда мы могли бы устроить путешествие на шаттле, — предложил Наград.

— Нет уж, спасибо. Тридцать миллиардов являются возмутительно большой суммой.

— Вы так думаете? Принимая во внимание масштаб оскорбления, я убежден, что она-то как раз правильная, — и перевернул страницу. — Как насчет этого?

5

Лицо Роберта выражало недоверие.

— Ты вообще не добилась от него скидки? Ни на сколечко? О Гермес, ребенок смог бы сделать лучше.

Дэйдра бросила рекордер на стол. Лицо Награда, застывшее на экране, дразнило ее серыми глазами.

— Чего вы хотите от меня, Роберт? Каждый раз, как только я пыталась перейти на обсуждение денег, он показывал мне еще больше порно. Мужчина спросил меня, не отсосу ли я ему член! Чем бы вы возразили на это?

Мягкий голос прервал:

— Сказав: «Это зависит от размера вашего инструмента, милорд. Вы не желаете позаботиться о том, чтобы снять ваши трусы, и тогда я смогла бы определить подходящего ли он размера?»

Роберт наклонился на половину:

— «Милорд».

Дэйдра повернулась, для того чтобы увидеть пожилого человека в зеленоватой тунике. Он одарил ее легкой улыбкой, словно будучи слишком вежливым, чтобы смеяться от собственной пошлой шутки.

— Святое дерьмо, герцог Родкильский, — щелкнула каблуками Фатима.

Дэйдра поклонилась. Живая легенда поместила свою руку на ее плечо. В противовес навязанному портретами впечатлению, персонально он казался скорее хрупкого, низкорослого, неширокого, птицеподобного телосложения.

— Нет необходимости гнуть спину, моя дорогая. Я понимаю, что Роберт позвонил мне, как только узнал. Но, несмотря на весь наш прогресс, бывают моменты, когда межзвездное путешествие не в достаточной мере является быстрым.

Он кивнул в сторону Награда на экране:

— Очень проницательный человек. Давайте посмотрим, сможем ли мы урезать его немножко, а? Мне понадобится из справочного материала все, что у вас есть, до самого подноготного.

6

Дэйдра отключила интерфейс от своих рук и откинулась на спинку сиденья. Ее голову раскалывала пульсирующая боль. Древний дипломат все еще был по локти погруженным в скорочтение через интерфейс.

— Каково значение коленопреклонения? Подчинение?

Она потерла свои виски.

— Не совсем так, Ваша милость.

— Джейсон, — поправил он.

— Джейсон, — повторила она, пытаясь проигнорировать всю абсурдность обращения к преемнику Диамантового Меча просто по его имени. — Рэийцы не подчиняются. Даже в сражении, когда они сдаются, то поднимают свои руки в стороны, отваживаясь смертельно пронзить живот. Стать на колени… Это скорее жест предельного уважения. Рэиец становится на колени только перед своим лордом, и только раз, перед принятием на службу. Рэийский лорд ни перед кем не становится на колени.

— Причудливая культура. Так много ссылок на вегетативный символизм.

— Да.

Герцог… Джейсон пригляделся к ней.

— Вам следовало бы выспаться, моя дорогая. У вас истощенный вид. Вероятно, завтра он потребует еще одной встречи.

Дэйдра вздохнула:

— Зачем? Я не смогла выторговать у него снижения. Ему лучше бы сообразить, что он может держаться первоначальной суммы, избегая нас.

— Но он знает, что вы не контролируете, так бы сказать, вереницу кошельков. Он совершенно точно знает, что вся реальная борьба еще впереди, и ему не хочется давать нам достаточного времени на перегруппировку.

Она опять вздохнула:

— Он обезоружил меня. Я ожидала неприветливость, своего рода грубый физический тест, быть может, ритуал, в котором мне пришлось бы распутать ветви дерева, не оборвав ни листочка, или развязать сложнее «гордиева» узел. Я не ожидала грязных картинок. Это идет вразрез со всем, что я знаю о них. И заставляет подвергнуть сомнению все мои предположения.

Джейсон закачал головой:

— Все, что я пока увидел, является как доскональным, так и хорошо задокументированным. Ваши заключения логичны и, я держу пари, весьма точные. Роберту очень повезло с вами, и он это знает, в противном бы случае он не позвал меня. — И герцог продолжил посмеиваясь: — Весомый удар по его гордости, оттого что пришлось вызывать вашего бывшего наставника из заслуженного отдыха. Но, назад к Рэии, не сомневайтесь в цельной основе вашего исследования, беря за базис лорда Награда. В дипломатии, как и в великом множестве других вещей, связывающие по рукам и ногам правила остаются в живых только до тех пор, пока одна замечательная персона не решит сломать их. Это просто наша удача, что мы наткнулись на такого человека.

— Вот поэтому, в действительности, я и паршивый дипломат.

— Каждому — свое. Вы являетесь превосходным аналитиком. Не каждый рождается с талантом мгновенной отдачи. Но вам следует отдохнуть. И не волнуйтесь, мы пока еще можем вытянуть вас из всего этого беспорядка.

7

На этот раз встреча выпала на дневное время, и солнечный свет заполнил помещение. Наград ожидал в точно такой же позиции, в которой его впервые увидела Дэйдра.

— Приветствую вас, леди Дэйдра. И Вашу милость.

Джейсон улыбнулся:

— Я не был осведомлен о том, что меня хорошо знают в Рэии.

— Именно Вас, — уверил его Наград.

— Очень хорошо, лорд Наград, — сказал Джейсон, потирая руки. — В таком случае обойдемся без предварительных тонкостей? Поговорим о деньгах.

— Да и в самом деле.

И они пустились в мародерство подобно двум воинам среди сталкивающихся лезвий и сваливающихся щитов. Ко второму часу Дэйдра потеряла нить спора. К четвертому — она уловила себя на мысли, что отключается.

Голос Награда выхватил ее из состояния мечтательности:

— Мне очень сильно кажется, что леди устала. Давайте сделаем перерыв, — лорд предложил ей свою руку. — Не угодно ли будет миледи захотеть немного свежего воздуха?

Сказать «нет», могло быть сочтено за оскорбление. Дэйдра положила в его руку свою и позволила вывести себя на балкон. Достаточно большой для приличного размера вечеринки, полукруглый балкон расширялся на хороших двадцать пять метров. Лорд Наград выводил маневры на всем пути, до его самой дальней точки, и остановился возле декорированных янтарем белых перил. Балюстрадное заграждение выдавалось наружу со стороны горы, и за то время, пока Дэйдра смотрела вниз, где под ними мерцал наводненный зелеными листьями лес, необычайное чувство мира наполнило ее. Яркие красные и синие птицы порхали с ветки на ветку. Где-то один раз провыл дальний родственник обитателей Вунтии. Она вдохнула воздух. Он был сладким на вкус.

— Какая красота, — прошептала Дэйдра. — Я и забыла, каким прекрасным причалом может быть планета.

— Дом, — произнес лорд Наград, в едином слове просто-напросто умещая целый мир.

Дэйдра оперлась о перила.

— Почему я?

— Потому что вы привлекательная, — сказал он. — И я очень восхищен телом.

Она покраснела.

— Вашей работы, — добавил Наград и предложил ей свой ридер. Экран зажегся со списком недавних публикаций. Одна из верхних…

— Такое не предавалось гласности. Это засекреченная информация, — Дэйдра взяла ридер и шлепнула легким указательным касанием по верхнему заголовку. Здесь было все содержимое ее рэийского исследования. — Как вы это достали?

— Это было доведено до моего внимания стороной, обеспокоенной, что нам в нашей среде можно оказаться с пустым ртом.

— Вы полазили по сети посольства, — уставилась на него ошеломленная Дэйдра: «Лао…Цзу, на что еще он мог иметь доступ?»

— На самом деле, это не было уж таким трудным, — продолжил Наград, пожимая плечами. — Я не могу себе позволить иметь информаторов в моей ветви, но не больше, чем вы можете терпеть вину за смерть моего отца.

— У меня не было никаких информаторов, — она возвратила ему назад в руки ридер.

— Я это понял сразу, как только прочел ваш аналитический материал. Вывести многое из этих заключений, исходя из внешних показателей, просто замечательно.

Степень высокомерия лорда Награда была более чем замечательна. Дэйдра посмотрела на него.

— Тогда, возможно, вы бы получили наслаждение от другого вывода, — она выдвинула карту ридера из квадратной секции своего информационного браслета, и защелкнула ее в ридере. Запись мирной встречи тридцатилетней давности заполнила экран. — Это экспедиционный капитан Шон Козлов. А это, я полагаю, ваш отец. Они исполняют мирный ритуал: на рыбалке вместе наловили рыбы, а теперь совместно принимают свой приготовленный улов, — она шлепнула по экрану, вынуждая масштаб измениться. — Они едят красную рыбу. И икру красной рыбы.

Наград наблюдал за экраном. Маска безразличия ускользнула, и на его лице она увидела глубокую печаль.

— У вашего отца не было аллергии на икру, — сказала Дэйдра.

— Мой отец родился без иммунитета на черный мох, — Наград удерживал на ридере свой пристальный взгляд. — Генетическая ошибка, мутация, которая по какой-то причине не была обнаружена. Он пережил шестьдесят четыре года без «контракта» с инфекцией. Мы понятия не имели, что он был болен, пока он не начал кашлять черной пылью. Очень редко в наши времена, но такое, к сожалению, все еще случается.

Черный мох был неизлечимым. Два месяца инкубационного периода, а затем легкая смерть, так как жертва засыпала, чтобы уже никогда не проснуться. Вместо того чтобы почить на своей кровати, рэийский лорд умирал в агонии среди чужих. И Дэйдра проронила:

— Он покончил с собой.

Наград прислонился спиной.

— Он чувствовал, что должен послужить ветви своей смертью. Единственная трудность лежала в нахождении такого яда, который сымитировал бы аллергическую реакцию на красную рыбу. Смерть не произошла так быстро, как мы на то надеялись.

Догадка осенила Дэйдру:

— Вы были там, — сказала она. — Это вы были тем, кто взял благоцвет из моей руки?

На несколько мгновений Наград закрыл свои глаза.

— Да.

— Вы стояли там и смотрели, как умирает ваш отец.

— Он был моим лордом. И я чту его желания.

— Он умер для того, чтобы предоставить оправдание для вас на получение взятки с империи.

Лицо Награда достигло границы опасного вида.

— Да. И ветви отчаянно нужны деньги. И вы можете быть уверены, миледи, я сделаю все, что в моих силах, чтобы выжать из сферы вашего господства по праву каждый, до последнего, юнит. А сделать что-нибудь меньшее, было бы равносильным тому, чтобы обесчестить его смерть.

Наград предложил извлеченную из ридера карту, но Дэйдра зажала ее в кулаке его протянутой ладони.

— Это принадлежит вам.

И прежде чем он смог сказать что-нибудь еще, она закачала головой.

— Я все понимаю, лорд Наград. И поступаю искренне.

— Я полагаю, вы презираете меня.

— Нет. Я восхищаюсь вами, — и чтобы ему не было видно ее лицо, Дэйдра отошла.

8

Вечер принес Дейдре чашечку ароматного чая и стук в дверь.

— Войдите, — прокричала она, всем своим нутром желая, чтобы визитер убрался.

Нина Каррест вошла в комнату. Одетая в мягкий халатик, который имел такой вид, как будто в нем поспали, убравшая с лица волосы, в торопливо сделанный сзади хвостик пони, Нина выглядела лучезарно красивой.

Было просто несправедливым то, что женщине следовало абсолютно ничего не делать и выглядеть так хорошо.

— Я не совсем уверена, что знаю, почему я здесь, — неловко замялась Нина.

— Пожалуйста, входи.

Они вместе сели на мягкий, округлый диванчик и принялись пить чай.

— Я чувствую свою ответственность. — Нина потерла свой левый висок. — Мне не хочется, чтобы ты подумала, будто бы я пришла сюда из чувства своей вины и хочу от тебя услышать, что все будет прекрасно и это не моя ошибка. Я только… это должна была быть я.

— Это была бы я в любом случае, — Дэйдра поставила свою чашку с чаем на стол. — Рэия взломала орбитальную базу данных. По-видимому, я — единственная, кто не знал этого. Роберт нарочно накормил их моим исследованием. Лорд Наград очень захотел встретиться со мной. Он бы нашел повод это сделать, тем или иным образом.

— Тем не менее, я накормила его отца той закуской…

На что Дэйдра предложила ей улыбку и поведала:

— Я бы не волновалась из-за этого. Старый лорд Наград умер не от аллергического приступа. Он был неизлечимо болен и принял яд, чтобы его сын мог получить предлог требовать от империи компенсацию в денежном выражении. Его сын был прямо там среди охранников. Он смотрел на его смерть.

Побледневшая Нина произнесла:

— Чудовищное хладнокровие.

Дэйдра вздохнула. Некоторые вещи было труднее объяснить, чем другие. Она потянула к себе свой портатив. Против интерфейсного соединения, в такое позднее время, взбунтовалась ее немалая часть. Дэйдре до смерти захотелось, чтобы вечер продолжился чаепитием с наслаждением несколькими минутами комфорта, и последующим занятием собой любимой в состоянии полной неподвижности. Но необходимость объяснения назойливо заставляла погрузить ее руки в жидкий метал. Она наблюдала, как он ползет вверх до середины ладони: «…хватит, больше не надо», — и подождала, пока ощущение растяжения стихнет достаточно, чтобы говорить.

— Первые колонисты, которые до времен Второй империи расселились по нескольким рэийским мирам, были суреками. «Лахико» — рэийская подмена слова «клан», как полагается, представляет собой искажение «сурек лух-ико», буквально означающее «ветка». Однако, если вы попросите рэийца произнести это, он скажет «лехио». Почти прекрасно сохраненное, правильное произношение на латыни слова «легион».

При помощи интерфейса Дэйдра запустила воспроизведение. И спроецировалась маленькая карта рэийской территории.

— Во времена «меласианского конфликта» большая часть армии Меласиуса порвала с ним, расстроив свои ряды из-за его провальных успехов в обеспечении мира. Ввиду чего, для них не были произведены выплаты за более чем пять стандартных лет. Они не видели своих семей. Большинство из них не имели семей с момента зачистки планарами, при помощи токсинов, планеты за планетой. Они были сыты всем этим по горло, взяли свои корабли и убрались. Семь легионов.

Она выделила, подсвечивая один за другим, домашние миры семи ветвей Рэии.

— Они были закаленными ветеранами, дисциплинированными, превосходными воинами, которых Меласиус старался переделать в «новых римлян». А все, что они хотели, чтобы был мир.

Пристальный взгляд Нины зафиксировался на карте. Она, не глядя, долила в их чашки чай.

— Они прибыли сюда?

— Думаю, да. Имеется более чем только одно слово обстоятельных факторов, играющих здесь свою роль. Например, эти ветки на знамени Награда. Если мы уберем листья, — она вызвала знамя и сплеча ударила по изобилию стилизованной листвы на ветках, — то у нас получится римское число XXIV. Двадцать четвертый легион. И так далее. Моя теория заключается в том, что легионеры установили такое расстояние между собой и амбициями Меласиуса, какое только смогли, и поселились здесь, смешавшись с коренным сурекским населением. Тридцать лет тому назад они были найдены. Восемь поколений всего-то с момента их исчезновения. Они до параноидальной крайности искусные военные специалисты, а к тому же еще руководствуются доктриной, основанной на персональной дисциплине и недоверии к посторонним.

— Согласна.

— Легионеры разграбили несколько миров до осуществления своего побега. Те заполученные ими запасы их потомки растянули на долгое время, — Дэйдра продолжала. — Но они испытывали нехватку в квалификации для настоящего строительства промышленной базы. Я втянула зарегистрированную информацию об известных приобретениях, совершенных ими, и запустила прогностический анализ. Они опытные адепты по части содержания флота и гонки вооружения, но быстро истощают свои запасы. Такое случилось, потому что у них нет доступа к технологиям, разработанным за последние две сотни лет. Также, тот факт, что лорд Наград не подвергался генетическому скринингу, заставляет меня прийти к мысли, что они испытывают недостаток в медицинском оборудовании. И нуждаются в вакцинах. Им требуются средства производства. Им необходимы новые технологии, но у них нет огромного изобилия природных ресурсов, как и нет доступа к некоторым уникальным товарам. Они не могут заработать деньги в торговле. Фактически, единственным ресурсом, который мог бы экспортироваться ими, являются они сами… как превосходные воины. Их доктрина, к сожалению, запрещает им делать именно это. Они обязаны сражаться по обоснованной причине. Если это будет продолжаться…

— То они будут сметены Вунтией, — подхватила Нина.

Дэйдра кивнула и стянула со своей руки интерфейс.

— Они должны найти способ получения финансовых ресурсов без нарушения основ своего общества. Или же должны перестать быть теми, кем являются. Лорд Наград придумал способ, как исправить все в кратчайшие сроки. Я верю, что это решение обошлось ценой огромной боли для его сына.

Нина взглянула на нее и попросила:

— Расскажи мне о нем.

Дэйдра призадумалась.

— Очень умный. У него очень светлые глаза, серого цвета, с чуточкой зеленоватого оттенка. Он высокий. Слегка наклоняется к тебе, когда говорит. У него большие руки, которыми он почти никогда не жестикулирует. Когда с ним разговариваешь, становится понятным, что если бы он ненавидел тебя, то убил бы через секунду, но если ты нравишься ему, он бы сделал все от него зависящее, чтобы уберечь тебя от вреда. Такое вот странное чувство.

Нина заулыбалась.

— Я сказала что-то забавное?

— Нисколечко. Ты действительно выйдешь за него?

Это был вопрос, который она уже два дня успешно избегала сама себе задавать.

— Я не понимаю, какой тут вообще выбор у меня может быть. Если бы от меня не требовалось выйти за него замуж, мне бы все равно пришлось запрашивать дополнительную информацию. Материал научного исследования, который я здесь собрала, является моей наилучшей работой. Я хочу знать больше о них. Похоже на то, что я узнаю о них больше, но только не тем способом, которым ранее планировала узнать.

Коммуникационный экран позади нее начал извергаться серией звуковых сигналов, и почти в тот же момент кто-то стал молотить по двери. Дэйдра отдала приказ на открытие, и в комнату ворвался Роберт.

— Одевайтесь! Вунтия перебила нашу цену!

— Что?

— Вунтия только что предложила Награду тридцать миллиардов, которыми он захотел располагать в соответствии с пактом о содружестве. Он получает исключительные права совершать рэйдерские атаки на четвертый мир в кластере Колхида. Мы должны предложить более высокую цену, но мне придется получить одобрение, прежде чем я что-либо смогу предпринять. На это уйдет, по крайней мере, двадцать восемь стандартных часов — от команды старт до того, как ответ достигнет нас. Мы должны тут увязнуть по уши, пока казначейство не одобрит расходы. У нас есть восемь часов до восхода солнца для того, чтобы определиться с планом.

Скрестив руки на груди, Дэйдра поинтересовалась:

— Что значит, по-вашему, увязнуть?

— Награду захочется покончить с этим делом сейчас, до того как Вунтия не ушла на попятную, но он не может так просто отступиться от брака. Так что, он будет требовать более высокую сумму, а когда мы будем не в состоянии ее предоставить, то заявит, как был серьезно оскорблен.

— Она могла бы сделать вид, что заболела, — сказала Нина.

— Нет, тогда Наград будет утверждать, что мы его оскорбляем ее отказом. Должно же быть что-нибудь такое еще, от чего он не смог бы увильнуть.

Мгновенно возникла идея — такая простая и, вместе с тем, такая ироничная, что Дэйдра даже улыбнулась:

— Роберт?

— Что?

— Как много непристойного имеется в наших банках данных?

9

— Я чувствую себя грязной, — Фатима откинула свою голову назад. — Не думаю, что смогу выдержать еще немного.

— О, найдена еще одна, — объявил Мишель Рашвиль. — «Мужчина на спине, ноги согнуты, женщина удерживает его руки на боках и приседает на его…»

— «Амазонка», — одновременно с Ниной произнесла Дэйдра.

— Та самая поза, — сказал Роберт.

— Я думал, что «амазонка» была одна на стуле, — зевнул Мишель.

— Нет, то — «дамское седло», — тоже зевнула Нина.

— А кто-нибудь, фактически, делал «амазонку»? Я имею в виду реальную жизнь, а? — поинтересовался Мишель.

— Мне приходилось, — зевнул герцог Родкильский. — Оценка завышена.

Дэйдра заморгала глазами для того, чтобы попытаться не заснуть. Каким бы ни было смущение, ею овладевшее, оно бежало несколько часов назад.

Роберт осмотрел комнату, по которой были разбросаны листы с порнографией и сексуальные игрушки:

— Все выглядит так, как будто бы у нас была оргия, — он придушил зевок, сдался и зазевал. — Теперь посмотри, Рашвиль, чему ты дал старт. Разве ты не знаешь, что зевота заразная? Нам всем надо бы подремать.

Нина опустила свою голову и захрапела.

— Очень даже, я бы сказал, кстати, после оргии, — пробормотал Его милость.

Коммуникационный экран вспыхнул, и на всеобщее обозрение возникло лицо шефа службы безопасности. Как от резкого толчка Нина проснулась.

— У нас есть контакт с Рэией. Они хотят невесту, и прямо сейчас. — Тимур посмотрел искоса. — А чем это именно вы тут все занимаетесь?

10

Ракетоноситель помчался по заданному курсу, и по венам Дэйдры распространилось ощущение легкой прохлады, на всем пути от пальцев ног до кожи под волосами ее головы. Она почувствовала легкость перышка. Через двенадцать часов она за все заплатит, ценою выхода за… рамки, но сейчас Дэйдра чувствовала себя фантастически.

Восторг испарился, когда она вошла в знакомый зал. Рэийская охрана была удвоена. Лицо Награда обещало шторм.

— Вы подготовились принять мои условия?

Вопрос не был направлен к ней, но жесткий тон все равно ее пронзил.

— Конечно, лорд Наград, — спокойно сказал Джейсон.

— Тридцать миллиардов? — недоверие на лице Награда было явным.

— Конечно. Только перед тем как деньги и леди могут сменить руки, имеется незначительный пустяк, требующий вашего внимания. Простая формальность.

— В чем суть?

Герцог улыбнулся.

— В соответствии с формальным контрактом для брачного союза, невеста запрашивает полное перечисление своих обязанностей.

— Я предоставил полный перечень во время первой нашей встречи.

Ни малейшего взгляда в сторону Дэйдры, опровергающего ее навязчивую мысль: «Я животное, для купли и продажи».

— Да, но учитываемые положения, плюс, я цитирую: «… и не уклоняться от запросов мужа в постели, во избежание саботажа ею действий, осуществляемых с целью произвести наследника», не позволяют успешно определить точную сущность направлений вашего внимания.

— Это тоже было охвачено на нашей первой встрече.

— Но, милорд, — произнесла Дэйдра, сохраняя свой голос настолько милым, насколько могла, — то была всего лишь очень небольшая часть. Этот предмет должен быть полностью исследован, прежде чем я стану вашей. У меня есть право знать, что потребуется от меня.

— Мы позволили себе подготовить короткий список всех «обязанностей», известных невесте, — с элегантностью танцора Джейсон переместил плавным движением карточку ридера на стол. — Все, что для нас остается — подвергнуть экзаменационной проверке каждую внесенную запись и определить, будет ли она входить в перечень. Если вам потребуется что-нибудь сверх того, что детализировано здесь, мы сделаем все возможное для включения этого в наш список.

Наград плавно засунул карточку в свой ридер. У него ушло намного больше минуты на то, чтобы пролистать до конца списка. Его глаза сверкнули:

— Сколько пунктов сюда записано?

— Пятьсот сорок пять, — голос герцога не мог быть еще милее.

— Я предъявляю требование на все из них, — сказал Наград.

— В соответствии с пунктом двести три, будете ли вы тогда покорны иметь слепок вашего анального отверстия для того, чтобы искусственный фаллос, используемый для проникновения в ваш анус, мог быть изготовлен в самых совершенных пропорциях?

Рэийские телохранители застыли.

Наград прочитал соответствующую запись.

— Я бы на такое не изъявлял своего требования.

Дэйдра немножко подалась вперед.

— Со всем должным уважением, милорд, я настаиваю на рассмотрении вами каждого пункта в отдельности, чтобы избежать подобных недоразумений.

Он наконец-то повернулся к ней.

— Я отказываюсь подчиняться этому идиотизму. На рассмотрение данного списка может уйти уйма дней.

— Это — мое законное право. Вы должны пересмотреть список в присутствии свидетелей. Вы сделали официальное предложение, имеющее обязательный характер. Его нельзя с такой легкостью отозвать.

Она едва не смогла услышать, как он заскрипел зубами.

— Вы — не рэийка. У вас нет прав.

— Да нет, имеются. Вы предоставили их мне, когда сделали заявление в целом разъясняющее мои обязанности и запросили приданое. Вы следовали закону вплоть до этой точки, как будто я была рэийской невестой. Доктрина существует только пока она подходит вам, милорд?

На мгновение она подумала, что он дотянется до нее через стол и задушит. Вместо этого он сидя откинулся назад. Его лицо расслабилось, и… (должно быть, это потребовало с его стороны колоссального усилия воли) рэийский лорд поднял ридер.

— Очень хорошо. Первый раздел называется «Термины и устройства». Я так полагаю, мы можем его пропустить.

— Может милорд позаботится определить термин анальной пробки? — спросила Дэйдра. — Как насчет различия между мягкой таковой и твердой?

Если бы его глаза могли стрелять молниями, она бы сгорела на месте.

— Тогда очень хорошо, — возвестил Его милость с умиротворяющей улыбкой. — «Термин номер один: пенис. Также известный как член, фаллос, Ванька-встанька, кинжал, клинок, жезл, оловянный солдатик…»

Подавшись вперед, Дэйдра попросила:

— Милорд, вы не будете против разрешения позвать за чем-нибудь таким, чем бы можно было подкрепиться. Этот день будет очень долгим.

Четыре часа спустя Наград швырнул свой ридер на стол со словами:

— Мне необходимо немного свежего воздуха.

Он зашагал на балкон. Дэйдра поднялась, потягиваясь, и также пошла наружу.

Когда она ступила из комнаты, в ту самую секунду, Наград взял ее под локоть, говоря:

— Миледи, идемте со мной.

Его прикосновение к руке Дэйдры было очень легким, несмотря на это, она с абсолютной уверенностью сознавала, что не сможет удрать. Наград привел ее к самой дальней точке балкона, чтобы держаться подальше от подслушивающего уха телохранителей в пределах комнаты.

— Это — вы, — сказал он. — Я знаю, это — вы. Вы придумали этот фарс.

— Что подало вам эту идею?

— Вы злорадствовали каждую секунду всего этого. Почему вы это делаете?

— Я просто хочу знать, что от меня требуется.

Он отвернулся от нее, явно пытаясь сохранить самоконтроль.

— Этот вопрос мог быть улажен позже. Это не имеет значения.

— Для меня это вопрос огромной важности. Вы открыли дверь. Все, что мне оставалось сделать — пройти через нее.

— Я открыл дверь? — зарычал он.

— Умерьте пыл, милорд. Я уверена, что ваша охрана примчится на мое спасение, если вы намеритесь задушить меня. Терпение является одним из достоинств.

Наград пристально посмотрел на нее и сказал:

— Не дай бог кому-либо сделать из вас врага.

Развернулся на каблуках и гордым шествием удалился.

Дэйдра вздохнула и вернулась назад в комнату. Как только она свалилась на свой стул, Его милость наклонился к ней:

— Как все прошло?

— Мой будущий муж ненавидит меня со страстью тысячи светил небесных, — произнесла она в ответ.

Герцог нежно похлопал ее по руке:

— Мы непременно через это прорвемся.

— Вот этого-то я и боюсь.

11

— «Запись номер триста двенадцать: групповые сношения… половых партнеров», — прогудел герцог.

Дэйдра положила на руки свою голову. Постнаркозное состояние от космического перелета требовало, по крайней мере, двенадцати часов сна. У нее едва получилось поспать восемь часов, прежде чем рэийцы потребовали ее присутствия. У Дэйдры болела голова. Ее уши были заполнены чем-то мягким вроде каши. Наград, сидящий напротив за столом, выглядел опустошенным. Два рэийских свидетеля, которых он выбрал из числа телохранителей, выглядели ненамного лучше.

— «Подраздел А. Два партнера мужского пола и один партнер женского пола…»

— Объявляю пас, — закричал Наград. У него были большие мешки под глазами.

— С вашего позволения, да будет известно, что лорд Наград отказывается от всех требований к акту, описанному в записи под номером триста двенадцать, подраздел А, со всеми последующими позициями, которые описаны или указаны в подразделе А.

— Так в протоколе и запишем, — произнесли с той же интонацией свидетели.

Все сделали соответствующие примечания в своих копиях списка.

— «Подраздел Б. Два партнера женского пола и один партнер мужского пола», — герцог выждал момент, но Наград оказался поглощенным в своем ридере.

— «Позиция первая. Партнер мужского пола принимает горизонтальное положение, спиною вниз. Первый партнер женского пола становится на колени…»

Дэйдра закатила глаза в потолок с одной мыслью: «Прямо сейчас же пасуйте, вы ведь знаете, что не можете перед свидетелями допустить этого».

С мрачным видом Наград сосредоточенно прослушал описание.

— Я пас, — наконец-то сказал он.

— С вашего позволения, сообщаем, что лорд Наград отказывается от всех требований к акту, описанному в записи под номером триста двенадцать, подраздел Б, позиция первая.

Дэйдра высунула ему свой язык.

Наград выразился при помощи мимики рта:

— После нашей свадьбы.

— Так в протоколе и запишем, — пробормотали свидетели.

— «Позиция номер два. Первый партнер женского пола сжимает у партнера мужского пола…»

Коммуникатор прямой связи герцога подал звуковые сигналы.

— Извините. Оказывается, у меня крайне срочный вызов, — и большими шагами он удалился на балкон.

Смягчая удар, чтобы не набить себе шишку, Дэйдра обрушилась головою на стол с мыслью: «Та забирайте уже меня замуж. Мне все равно. Я просто хочу немного поспать».

Она услышала шаги герцога. Рядом с нею они остановились.

— Тридцать пять миллиардов, — сказал он мягко.

Дэйдра подняла свою голову. Наград сидел крайне неподвижно.

— Это экстраординарное предложение, — лицо герцога медленно смягчилось в любезной улыбке. — Лучше него — вам не получить.

— Годится, — задышал Наград.

Вот. Такое странное выражение у него на лице, смешанное с удивлением облегчение, повлекло появление ее собственной улыбки. «Мы это сделали, — осознала Дэйдра. — Мы спасли кластер, мы спасли вас и ваших людей». Она наблюдала, как начало улыбки изогнуло губы Награда. В этот радостный момент он казался даже чуть ли не ранимым.

— Тридцать шесть миллиардов, если вы откажетесь от своих притязаний на Дэйдру, — сказал герцог.

Ее всю обдало словно холодным душем: «Вот и все. Конец. Я больше никогда его не увижу».

— Нет, — возразил лорд Наград.

— Мы оба знаем, что все это никогда не имело никакого отношения к девушке. Отпустите ее.

В один момент лицо Награда обратно приняло вид непроницаемой маски.

— Она остается или сделки не будет.

Герцог вытянулся в свой полный рост, внезапно величественный и ужасающий.

— Спросите себя, вы и вправду взяли бы силой эту женщину?

Лорд Наград вопрошающе посмотрел на нее:

— Вы хотите уйти?

— Впереди у нее блестящая карьера, — сказал герцог. — Не стойте у нее на пути.

Наград взял Дэйдру за руку и в один мах освободил ее стул.

— Минутку вашего времени, миледи.

Проталкиваясь мимо герцога, он вытянул Дэйдру наружу. «Как же меня задолбало бегать на этот балкон», — промелькнуло в ее голове.

Наград спешно провел рукой по своим волосам.

— Прошли года моего взросления.

— Простите?

— Я уже больше не юноша. Я хочу этим сказать, что больше не обеспокоен женщинами, — он задержал поднятыми свои руки, по-видимому, подыскивая слова. — Это сложнее, чем я думал.

Он выглядел настолько потерянным, что она ласково рассмеялась:

— Я нарушаю ваш покой?

— Да, — сказал лорд с облегчением. — Я так… скучаю без вас, когда вы далеко. Я думаю о вас. Я не хочу, чтобы вы уезжали.

— Вы были готовы, торгуясь, променять меня на вунтийские миллиарды.

— Да, — признал он. — Я должен был сделать все наилучшее для ветви. А что бы сделали вы на моем месте?

Дэйдра взглянула на лес, который располагался за пределами балкона.

— На вашем месте я бы продала себя с аукциона, если бы посчитала, что получу более одного предложения.

Герцог и телохранители наблюдали за ними.

— Хотел бы знать я, что бы вам сказать, — произнес лорд Наград. — Но если вы дадите шанс мне, уверен, любил бы вас я очень сильно. Выходите за меня, и обещаю, что вам я буду верен, как мой отец был предан мне. И буду делать все, что в моих силах, чтобы сделать вас счастливой.

То, как он смотрел на Дэйдру, заставило трепетать ее сердце.

Наград глубоко вздохнул и глянул на ожидающую в комнате аудиторию.

— Такое они увидят только раз.

Медленно, собираясь с мыслями, лорд Наград стал перед нею на колено.

— Оставайтесь, — попросил он, — пожалуйста…

— Ну не делайте этого, — трогательно воспротивилась она. — Рэийский лорд не преклоняется ни перед кем.

И следом за ним Дэйдра опустилась на колени, приговаривая:

— Так лучше.

— Так значит, да?

Она задела его губы своими губами, и он поцеловал ее, ее жаждущий и теплый рот.

— О, да, — вкрадчиво заворковала Дэйдра, когда они прервались, чтобы глотнуть воздуха. — Но на одном условии. Вам придется назвать ваше имя, потому что я не собираюсь стонать: «ЛОРД НАГРАД!», не умолкая, всю нашу брачную ночь.

КОНЕЦ

Персонажи, в порядке их появления в рассказе:

Дэйдра — главная героиня, леди Дэйдра Лебедь, дипломированный специалист по колониальной журналистике, чудесный атташе по культуре при орбитальном посольстве Второй Межгалактической империи в ветвях Рэии, готовая принести себя в жертву ради спасения мира, а в следующей жизни возродиться металлическим чайником, превосходный аналитик и любительница поковыряться в мозгах рэийских лордов, «та еще» горячая штучка и «требовательная» невеста

Роберт — Его превосходительство, сэр Роберт Сергеевич Сарвини, посол Второй Межгалактической империи в ветвях Рэии, смело ведущий переговоры с террористами, организатор «оргий» и суши-банкетов с «сэндвичами»

Фатима Ли — старший адъютант и правая рука Роберта, «любительница» административных марафонов и короткоствольных ручных огнеметов

Создатели орбитального посольства — конструктора «Орбитали», которые не были ограничены гравитацией при строительстве имперского посольства в ветвях Рэии

Мишель Рашвиль — адъютант Роберта, любитель повисеть на коммуникаторе, врукопашную повыбивать знаки мира, найти «амазонку» и повод заразить зевотой окружающих

Герцог Родкильский — Его милость, Джейсон, преемник Диамантового Меча, настоящая легенда в анналах истории дипломатического корпуса, древний дипломат, не только видавший «амазонок», резервист-наставник, вызванный из заслуженного отдыха для принятия участия в торговле ради спасения мира

Рэийцы — обитатели одной из семи ветвей Рэии, прибывшие в составе рэийской делегации для охраны своего лорда на банкете, среди которых оказался и его сын, уронивший и принявший из рук Дэйдры знак мира

Вунтийский офицер — покрытый рыжей шерстью пятидесятидвухзубый представитель вунтийского альфа-общества, настоящий кошмар для закаленных ветеранов флота, попытавшийся пофлиртовать с Дэйдрой на банкете

Вунтийцы — обитатели халифата Вунтия, представители мохнатой публики с акульими зубами и трепещущимися ушами, прибывшие в составе вунтийской делегации на банкет

Посол Вунтии — представляющий халифат Вунтия сосед Роберта за главным столом на банкете

Лимоннокожий монровианец — представляющий республику Монровия пожилой и с траурными глазами сосед Роберта за главным столом на банкете

Монровианцы — обитатели республики Монровия, входящей в зону «секторальных» интересов Второй Межгалактической империи, прибывшие в составе монровианской делегации на банкет, чтобы сгладить трения с Вунтией и обрести защиту со стороны Рэии

Вунтийский сановник — белошерстный и зубастый высокопоставленный чиновник в составе делегации халифата Вунтия, сосед Нины за столом для почетных гостей на банкете

Лорд Наград — титул предводителя рэийской ветви Наград, одной из семи ветвей Рэии

Лорд Наград-старший — рэийский лорд ветви Наград в составе делегации Рэии, единственный, кто поддержал идею кооперации с империей, «отравленный» сосед Нины за столом для почетных гостей на банкете

Нина Каррест — подобная золотому ангелу блондинка, работница орбитального посольства, обученная эскорт услугам, профи по захвату и удержанию объектов ее внимания, угостившая рэийского лорда «отравленной» закуской и готовая даже выйти замуж за его сына

Колонисты Колхиды — тридцать миллионов обитателей принадлежащего республике Монровия кластера Колхида, подвергаемого рэйдерским атакам со стороны Вунтии и пытающегося получить временную защиту у ветвей Рэии, которые также могут оказаться склонными к «мародерству» рэйдерами

Суши-повар — «виновник» отравления рэийского лорда на банкете, по мнению Роберта, и потенциальная жертва удушения им

Красная рыба — водное животное, являющееся объектом рыбной ловли и приготовления в пищу, икра которого способна вызывать аллергические реакции при употреблении

Тимур Гонзалес — шеф службы безопасности орбитального посольства, поддерживающий контакты с рэийцами, подглядывающий за «оргиями» и сопровождающий в путешествиях Дэйдру

Суровой наружности рэиец — рэиец, с экрана выдвинувший требование о предоставлении невесты с очень большим приданым для сына умершего лорда Награда

Экспедиционный капитан — Шон Козлов, глава одной из первых миссий в Рэию, присутствующий на найденной Дэйдрой видеозаписи

Молодой с виду рэийский воин — рэийский лорд Наград-старший в молодости, присутствующий на найденной Дэйдрой видеозаписи

Джоанна Брэй — работница орбитального посольства, сопровождающая в путешествиях Дэйдру и считающая ее «той еще» горячей штучкой

Эскорт-сопровождающая — встречающая и сопровождающая Дэйдру с ее командой поддержки рэийская женщина-конвоир в кожаном черном

Лорд Наград-младший — единственный сын рэийского лорда Награда, лишившийся матери, унаследовавший титул отца после его смерти, будущий муж Дэйдры

Телохранители Награда — четыре, потом восемь рэийских охранников на встречах Дэйдры с Наградом

Рэийские женщины — рэийки, женщины Рэии, владеющие всем, кроме детей и средств войны, лояльные к своим матерям, считающие непристойными многие вещи

Рэийские мужчины — рэийцы, мужчины Рэии, владеющие детьми и средствами войны, превосходные воины, подозрительные параноики и плохие актеры

Немногие женщины империи — женщины империи, которые делают все, что угодно

Птицы — яркие красные и синие порхающие птицы, увиденные Дэйдрой с балкона Награда

Дальний родственник обитателей Вунтии — услышанное Дэйдрой воющее животное с балкона Награда

Черный мох — споровые микроорганизмы, вызывающие неизлечимое инфекционное заболевание, характеризующееся двухмесячным инкубационным периодом, кашлем черной пылью и легкой смертью во сне

Суреки — первые колонисты, которые расселились по рэийским мирам еще до времен Второй Межгалактической империи

Меласиус — предводитель мародерствующих легионов «новых римлян» времен крупного конфликта, названного в его честь, который своими милитаристическими амбициями развалил собственную армию

Легионеры — «новые римляне», воины-наемники, составляющие армию Меласиуса, ветераны «меласианской» войны

Работники казначейства — бюрократы финансового имперского учреждения

Свидетели Награда — двое охранников из числа телохранителей Награда, привлеченные в качестве свидетелей и ведущие протокол согласования «обязанностей» невесты

Партнеры мужского и женского пола — персоны присутствующие в иллюстрированном журнале лорда Награда и в материалах, выисканных аппаратом имперского посольства

Амазонка — мифологическая воинственная женщина, всадница, наездница

Ванька-встанька — игрушечная кукла, принимающая только стоячее положение

Оловянный солдатик — игрушечный герой сказки Андерсена «Стойкий оловянный солдатик»

Лао Цзу, Иисус, Терран Скотсмэн, Зевс, Грэфенберг, Гордий, Гермес — упоминаемые в разговорах легендарные, мифологические, возведенные в культ личности

Об авторе

Илона Эндрюс — это псевдоним писательской команды в составе мужа и жены. Илона по происхождению является русской, а Гордон — бывший сержант-связист армии США. Вопреки популярным слухам, Гордон никогда не был офицером разведки с лицензией на убийство, а Илона никогда не была мистической русской шпионкой, которой удалось его соблазнить. Они встретились в колледже, во время написания сочинения по английскому языку, в аудитории 101, где Илона получила более, чем хорошую, оценку. (Гордон до сих пор обижается из-за этого.)

В настоящее время (2011 г.) Гордон и Илона проживают в Техасе со своими двумя детьми, тремя собаками и котом. Они стали соавторами двух циклов новелл: бестселлера урбанисического фэнтэзи «Кэйт Дэниэлз» и романтики урбанистического фэнтэзи «Острие».

Content

Эндрюс Илона Простая формальность (ЛП)

Илона Эндрюс Простая формальность

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Непристойные материалы

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

Персонажи, в порядке их появления в рассказе:

Об авторе