Мари Аннетт

Пороки друида и водка

Аннетт Мари

Пороки друида и водка

(Кодекс гильдии: Очарованные — 6)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— «От известного автора книги «Дьявол, которого она любила», — драматично читал Аарон, — новое творение — «Сердце ее демона»…

— Аарон…

— «…скандальный новый роман с…».

— Аарон! — прорычала я и потянулась за своим телефоном.

Он поднял гаджет выше, синие глаза радостно искрились.

— «Отвоюет ли Ангела душу у демона, который отобрал ее, или… — он рассмеялся, сглотнул и сдавленно продолжил, хихикая, — или он заберет и ее сердце?».

Я снова потянулась за телефоном, чуть не упала на бар между нами, а потом опустилась на пятки. Скрестив руки, я хмуро глядела на Аарона. К счастью для меня, два десятка посетителей «Вороны и молота» не обращали внимания на выступление Аарона. Хоть в пабе стало тихо после ужина час назад, было людно для ночи среды.

— Такое ты читаешь? — смеясь, он опустился на стул. — Я думал, тебе больше нравились триллеры, детективы и все такое.

— Это просто глупая реклама.

Он недоверчиво приподнял бровь, сделал глоток рома с колой.

— Ты, конечно, можешь читать, что хочешь, Тори, но…

— Я не искала романы, — я забрала свой телефон из его руки и закрыла приложение с нежелательной рекламой. — Просто… немного искала раньше, ясно?

Веселье в его глазах потускнело, но он вернул улыбку на лицо.

— Ты не найдешь ничего такого в Гугле. Поиски по «демону» дают только фильмы, видеоигры и скандальные романы.

— И блоги безумцев, — буркнула я, запихивая телефон в карман.

Было глупо пробовать старый добрый поиск в интернете, но я не знала, с чего начать. Как поступали девушки без магии, как я, чтобы узнать о демонических артефактах? Ближе всего к Википедии мификов — Мифипедии, так сказать — был сайт МП. И что оставалось?

Я узнала одно: нужно отключать рекламу. Хотя я не знала, что за хитрости техники решили, что меня интересовали выдуманные похождения дам с сексуальными дьяволами. Некоторые романы выглядели интригующе, но тема меня сейчас не привлекала.

Заметив ухмылку Аарона, я раздраженно спросила:

— Разве ты не должен работать?

— Мы закончили. Все теперь просто занимаются фигней.

Я посмотрела за него. За несколькими столами была группа, где были не только знакомые лица ребят из моей гильдии, но и шесть членов «Глаза Одина». Я знала Марио, контрактора демона, но остальные — еще три крепких парня и две не менее крепких женщины — были недавними знакомыми. Они болтали с мификами «Вороны и молота», лениво собирая бумаги и карты.

Я прислонилась бедром к бару, взгляд добрался до темного угла паба. Я улыбнулась и тихо рассмеялась.

Аарон проследил за моим взглядом.

— Незаметные, да?

Кай и Изза сидели в уединенном уголке, придвинув близко стулья. Работая напоказ — бумаги лежали на их столе — они болтали. Его рука лежала на спинке ее стула, а она прижималась к его боку, пока он говорил.

Да, незаметные.

Кай поймал наши взгляды, отодвинулся от Иззы. Они встали из-за стола, взяли бумаги и подошли. Я подавила смех, когда красивая гидромаг опустилась на стул рядом с Аароном, ее густые черные волосы рассыпались по ее спине, смуглая кожа была с едва заметным румянцем. Ее карие, как какао, глаза радостно искрились.

Кай, получая большую часть внимания Аарона, сел с другой стороны от нее. Он слабо улыбался — и, ох, эта игривость на лице обычно серьезного электромага убивала. Мое сердце затрепетало с симпатией, а румянец Иззы усилился.

Я подавила желание победоносно вскинуть кулак и спокойно спросила:

— Как прошла встреча?

— Ну, — протянула Изза со своим хриплым акцентом, который, как я недавно узнала, был малазийским, — мы обсуждали результаты миссий по наблюдению за последнюю неделю.

— Результаты были решительным «ничем», — добавил Кай.

Я вытащила граненый стакан из-под стойки и зачерпнула в него лед.

— А это плохо?

Изза подперла подбородок рукой, опустив локоть на бар.

— Криминальная активность упала, да. Мы не можем даже найти плутов, не то что их поймать. Это ненормально.

— Думаю, «Красный ром» мог вернуться, — отметил Аарон, — но доказательств пока не было.

— Как я и говорил, «Красный ром» никак не может быть вовлечен, — Кай склонил голову с просьбой без слов, и я послушно удвоила количество рома в стакане. — Они потеряли корабли в сентябре, МП не давало им спуску, так что зима у них выдалась тяжелой. Думаю, они полностью свернулись.

— Айо, как жаль, — с нарочитым сочувствием вздохнула Изза.

Я добавила в напиток Кая шипучую колу и подвинула стакан к нему.

— Если они пропали, кто остался?

— Это мы и пытаемся понять, — ответил Аарон. — Офицеры «Глаза Одина» убеждены, что пейзаж силы меняется, и с этим связано отсутствие преступлений. Я не знаю много об этом, но хотел бы узнать, кто теперь главный среди плутов, а кто сменил деятельность.

Изза забрала напиток Кая из его руки и сделала большой глоток.

— Я знаю одного плута, который мог покинуть окрестности — или его кто-то наконец-то убил.

Мне стало не по себе.

— Что за плут?

— Призрак.

— О, — без эмоций сказала я. Не было смысла подтверждать, что да, опасный плут, известный как Призрак, разыскиваемый преступник, такой загадочный, что никто не знал его имя, лицо или класс, покинул Ванкувер. Это вызвало бы неловкие вопросы, типа: «Откуда ты знаешь?» и «Почему ты скрываешь личность опасного мифика?».

— Я бы хотела получить такую награду, — ее глаза засияли, она вернула Каю стакан. — Вы не думали попробовать?

— Пас, — сказал спокойно Аарон. — Трата времени.

И это точно. «Ускользающий» было вторым именем Зака. Он мог стать невидимым с каплей магии фейри.

Стук стульев перебил наш разговор. Шесть мификов «Глаза Одина» встали на ноги. Они попрощались и пошли к двери.

— Эх, мне пора, — Изза встала со стула. Она посмотрела на Кая, взгляд стал мягче. — Увидимся позже, leng chai.

Она убрала волосы с плеч за спину и пошла невесомой походкой, покачивая бедрами. Я проводила ее взглядом, глупо улыбаясь. Увидимся позже? Наверное, в постели.

Я не должна была делать выводы. Хоть их симпатия была очевидной, Кай был недоступен. Потому они прятались в углу, под покровом совместной работы гильдий, а не общались в уютном горизонтальном положении.

Хм. Похоже, я слишком сильно лезла в их сексуальную жизнь. Это странно?

Мифики «Глаза Одина» ушли со звоном колокольчиков, Кай выпил половину рома с колой.

— Мне это не нравится.

— Что не нравится? — спросила я, все еще думая о нем и Иззе, и о том, могла ли я устроить им романтический вечер, чтобы они не поняли, что я это сделала.

— То, как тихо с Нового года. Что-то затевается, но я не представляю, что.

Я пожала плечами.

— Разве плохо без преступлений? Мне хватило веселья в последнее время.

Я заметила приближающегося посетителя краем глаза и включила профессиональную улыбку Крутого бармена, повернулась спросить, чем могу угостить.

Голубые, как океан, глаза смотрели на меня из-за очков в темной оправе. Робин Пейдж, единственный контрактор нашей гильдии, стояла в трех больших шагах в стороне, сжимая край черного свитера. Ее темные волосы были собраны в хвостик, такой короткий, что он торчал за ее головой, свободные пряди обрамляли ее лицо в форме сердечка.

Мой рот раскрылся, я забыла о вопросе. Она была в гильдии так редко, что ее появление было шоком.

— Привет, Тори, — начала она тихим робким альтом. — Как… ты… ночью…

Она сжималась все сильнее с каждым выдавленным словом. Я моргнула и отвела взгляд. Кай и Аарон тоже ее заметили, и их взгляды для нее были самыми холодными, что я у них видела, хоть она была из их гильдии. Они так не смотрели даже на тех, кто постоянно нарывался на кулаки.

— Рада… видеть… тебя, — прошептала Робин, пятясь. Испуганно взглянув на двух магов, она почти побежала к лестнице.

Она поднималась, а я повернулась к друзьям.

— Это что такое, парни? Я знаю, тут с новенькими сложно, но она…

— Она — проблема, — перебил Кай.

— Она? Вы ее чуть до слез не довели.

Аарон покачал головой.

— Ты видела, что может ее демон. Ее не так просто запугать, как это выглядит. Мы не знаем тонкостей, но слышали достаточно.

— Например?

Он нахмурился, глядя на напиток, лед таял в последних глотках.

— «Ворона и молот» подбирает отбросов. Некоторые из членов — бывшие плуты, которые одумались. Дариус обычно хорошо судит о людях, но не все мифики, получившие тут второй шанс, изменили взгляды на жизнь.

Если подумать, что я знала о Робин? Почти ничего, и это было подозрительно.

— Так ты говоришь…

— Ей еще рано доверять, — заявил Кай. — Поверь нам в этом, Тори.

Я задумалась, развязала фартук.

— Я на перерыв. Кричите, если меня будут искать.

Они кивнули. Я бросила фартук на столик со своей стороны бара, обошла стойку и пошла к лестнице. На втором этаже я замерла у открытой двери, что вела в общий рабочий зал с длинными столами, общими компьютерами, досками и экраном, где был список заданий с сайта МП с наградами за них. Я довольно часто бывала тут с парнями, делала домашку для колледжа, пока они планировали следующую работу.

Теперь я постоянно тренировалась, была, наверное, готова присоединиться к ним в не очень опасных заданиях — если они хотели моей помощи — но затишье в городе оставило охотников «Вороны и молота» без работы. Так было и у «Глаза Одина», потому наши гильдии объединили силы, чтобы раскрыть загадочное исчезновение плутов.

Десять человек сидели в комнате, работали, кроме группы из четверых в конце: Лиам, пронырливый телекинетик; Джулиан, новый ученик-волшебник, наш самый младший член гильдии; и Алисса, ученица на пару лет старше с волосами цвета банана.

Они сидели у стола с Эзрой, который поднялся сюда, чтобы избежать команды «Глаза Одина» — точнее, Марио, их контрактора. Мудрая предосторожность для незаконного демонического мага.

Он указывал на экран ноутбука, и я видела по его медленным жестам и взгляду, скользящему от человека к человеку, что он что-то объяснял. Я почти слышала его мягкий голос, терпеливо объясняющий юным мификам, над чем они работали. Меня тянуло к нему.

Он повернул голову, поймал мой взгляд через всю комнату.

Я улыбнулась ему и бодро помахала, а потом поспешила дальше по лестнице. Стиснув зубы, я прижалась к стене и глубоко вдохнула.

Блин.

С Рождества я все время вне работы и учебы искала информацию о демоническом амулете. Я украла его у демона и использовала — раз — чтобы разорвать контракт другого демона, и больше ничего я об этом не знала.

Как только я попаду домой ночью, я вытащу стопку книг и распечаток из-под кровати — статьи о Демонике и награды из архивов МП, книги, одолженные у «Arcana Historia», гильдии с библиотекой, истории призыва демонов, работы о демонах — и час или два я буду листать их, как делала неделями. Пока я ничего не нашла.

И времени почти не оставалось.

Демон Эзры обещал подождать до полнолуния 21 января — оставалось пять ночей. Если у меня не будет ответов… я не знала, что случится, но точно ничего хорошего.

Я оттолкнулась от стены и выпрямила спину. Эзра думал, что был обречен. Аарон и Кай думали, что он был обречен. Они как-то продолжали жить, хотя оставшиеся дни Эзры были сочтены. Меня это не устраивало. Я не сдавалась.

Отчаянное время требовало отчаянных мер.

Робин не было на втором этаже, значит, она была выше. Я отвернулась от кабинетов лидеров гильдии, прошла на носочках по коридору. Нет, идти на носочках не требовалось, но это было уместным, ведь у меня тут дел не было.

Почти все комнаты для магов в гильдии были в подвале — лаборатория алхимиков, тренировочный зал, убежище для проверки чар — но атриум Арканы был исключением. Белая табличка на двери гласила: «Аркана в процессе». Ниже было подписано: «Так что не лезьте, лузеры!» — почерком Рамзи.

Я подняла руку, чтобы постучать, и застыла от едва слышного шепота.

— …не будет.

Это был голос Робин? Я вытянула шею, увидела, что дверь была не заперта, и в брешь проникали звуки.

— Забудь, — продолжила она, ее слова были такими тихими и приглушенными, что я не могла все разобрать. — Ты не можешь… чуять… объяснила бы…

Чуять? Я не ослышалась?

— Нужно… верное время. Ты… магам со временем.

Магам? О каких магах она говорила? Щурясь, я схватила ручку двери и открыла ее, стало видно просторную комнату, полную предметов. Постоянный круг под квадратом неба был вырезан на темном полу из гладкого материала, что сиял как стекло. Шкафы, полки с книгами, стол — все было потертым, полным содержимого, обрамляло стены.

Робин на стуле сидела с новым гримуаром, открытым на столе — и рядом с ней был ее демон. Он стоял как безжизненная статуя, глаза мягко сияли как лава. Он даже не дрогнул от моего появления, просто глядел на стену напротив, руки висели по бокам.

Робин, в отличие от ее неподвижного демона, развернулась на стуле с испуганным писком. Ее большие глаза уставились на меня из-за очков, ладонь прижалась к щеке.

— Т-тори, — прошептала она. — Эм, можно минутку?

Она подвинула ладонь, и я заметила мобильный.

— Прости, — сказала она телефону. — Я могу потом позвонить? Спасибо. Пока, — она опустила телефон и потерла грудь у ключиц. — Ты меня напугала.

— Прости, — я лишь отчасти ее слышала, глядела на ее демона. Я впервые видела его так близко. — С кем ты говорила?

Она замешкалась от моего наглого вопроса.

— С Амалией.

С подругой, с которой она присоединилась к гильдии? Если Робин появлялась редко, то я не знала, как описать Амалию.

Я осторожно шагнула к ее демону, потрясенная тем, что он не был крупным. Он не пугал телосложением. На пару дюймов выше меня, демон был подтянутым, полным мышц, что указывало на ловкость, а не только на силу. По сравнению с другими демонами, которых я видела, он был как креветка.

Я посмотрела на маленькие рога, торчащие из его спутанных черных волос, на его поразительно человеческом лице, на легкую броню и темную ткань на нем. Одежды на нем было не так и много. Почти вся красновато-коричневая кожа была открыта.

— Ты его одеваешь? — спросила я с интересом, разглядывая металлическую пластину на его груди, в центре был вырезан странный символ. — Или он сразу был со всеми аксессуарами?

Она посмотрела на меня, потом на демона.

— Он… сразу таким был. Эм, я могу чем-то тебе помочь?

— Да, — я склонилась, чтобы лучше посмотреть на пресс демона. — Ох, мамочки.

— П-прости?

Я указала.

— Ты же видишь это? Я знаю, что он демон, но эти мышцы пресса. Это самое демоническое в нем. У людей таких идеальных мышц пресса нет.

Робин не ответила, и я оглянулась. Она сжималась на стуле, краснея так сильно, что ее лицо было ярким, как глаза ее демона.

— Я не могу его одеть, — лепетала она, заламывая руки. — Дополнительная одежда не уходит с ним в инфернус. Но… ничего. Он д-демон, а не… не… человек, — закончила она сдавленным шепотом.

Я приподняла бровь. Я не предлагала ей одеть его, я просто гадала, нравился ли ей этот вид, но то, что ее демон был наполовину обнаженным и привлекательным, почему-то смущало ее.

Я уперла руки в бока, окинула неподвижного демона взглядом, сравнивая его глаза с Эзрой, когда его глаза сияли демонической силой. Перед тем, как оказаться в теле человека, Этерран выглядел так, или он был как крылатый демон, что охотился в городе на Хэллоуин?

— Почему ты его выпустила? — спросила я.

— Я… — она похлопала себя по щеке, словно так румянец мог пропасть быстрее. — Я проверяла… магические свойства… крови демона.

Это звучало неприятно. Я задумчиво хмыкнула, уселась на стол рядом с ней, радуясь, что девушка была между мной и демоном. Он хоть и не был крупным, все равно пугал.

— И… я хочу кое-что спросить.

— Но только что-нибудь другое, — буркнула она под нос с раздраженной ноткой.

— Ага, — я подавила сомнения и заговорила. — Ты знаешь что-нибудь о демонических артефактах?

— Ты про предметы для призыва и контракта, как инфернус?

Я взглянула на серебряный кулон на ее шее.

— Я про артефакт, сделанный с магией демона. Сделанный демонами. Понимаешь?

Спрашивать было опасно, но мы с Эзрой не так много теряли. Мне нужно было спросить у кого-то, и я лучше рискнула бы с членом гильдии, хоть и новым, кому не могла доверять, чем с незнакомцем.

Робин с серьезным видом обдумывала мой вопрос.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто провожу исследования для работы.

— Ох, — она замешкалась и повернулась к своему демону. Робин стукнула костяшками по квадратной пластине над его сердцем. — Это демонический артефакт. У него есть магические свойства, но больше я ничего не знаю. У призванных демонов могут быть при себе артефакты, но после контракта они не могут использовать их или создавать новые.

Броня ее демона была магической? Интересно, но это не помогало.

— Есть идея, кто может знать о таких артефактах?

— Если не обсуждать это с демоном, я даже не знаю, как кто-то может узнать о…

— Люди так делают? Общаются с демонами?

— Призыватели говорят с демонами перед заключением контракта, но… даже если бы это кто-то изучал, отыскать экспертов по Демонике трудно, — она сморщила лоб, вздохнула, словно тоже знала, как постоянно натыкаться на тупики. — Призывателей не так много, а опытных и много знающих и того меньше.

Недовольство пылало во мне. Как мне узнать об амулете? В базе данных МП был только один активный призыватель в Ванкувере, и он был под арестом — или обвинялся, мне не хватало статуса, чтобы видеть. Даже если бы я могла с ним поговорить, разве он стал бы мне все рассказывать?

Я сжала кулаки, подавляя волну тревоги. Жизнь Эзры зависела от меня, а я ничего так и не добилась.

Робин кашлянула.

— Я тоже ищу неясные факты по Демоники. Не про это, но… — она теребила край свитера. — Есть мифик… призыватель в отставке. Он теперь делает инфернусы. Я слышала, он — коллекционер эзотерических знаний по Демонике. Я хотела поговорить с ним, но я…

Она стала говорить едва слышно, но я уловила слова: «пойду сама».

— Можно с тобой? — тут же спросила я. Призыватель в отставке — такой мифик Демоники мне и требовался. — Мы сможем обе узнать о том… что нам нужно.

Ее голубые глаза стали теплее.

— Звучит неплохо. Ты работаешь по вечерам? Когда у тебя следующий выходной?

— В субботу, — сразу ответила я и мысленно выругалась. Суббота была всего в двух ночах от полной луны. Это было слишком близко.

Робин уже кивала.

— Хорошо. Встретимся тут в семь.

Было бы подозрительно, если бы я попыталась ускорить встречу? Блин!

— Значит, в семь.

Она просияла улыбкой. Я прищурилась от ее открытой радости, что она пойдет на встречу не одна, не понимая, что Аарон и Кай подозревали в ней. Она не умела обманывать.

Я вздохнула.

— Робин? Я могу дать совет?

— Да?

— Когда тебя попытаются загнать в угол и начнут задавать вопросы, которые тебе не нравятся, хороший ответ: «Иди отсюда, приставучая зараза». Попробуй.

Он моргнула.

— О.

— Увидимся в субботу, — я оглянулась на ее демона, который даже не моргнул во время нашего разговора, Я оставила ее со «свойствами крови демона», которые она изучала до моего появления.

У лестницы я замерла, опустив ладонь на перила, думая насчет своих новых планов со странным контрактором. Она казалась такой безобидной… но демон таким не был. Хоть я не понимала этого, я знала, что не стоило отмахиваться от предупреждения Аарона и Кая.

Качая головой, я пошла вниз. Ее зацепка с создателем инфернусов была всем, что у меня было, и я не собиралась отступать. Просто нужно быть осторожной.

И все же что за опасные тайны могла скрывать такая девочка как Робин?

ГЛАВА ВТОРАЯ

Я думала о сотне разных проблем, смотрела под ноги, пока брела по лестнице. Я так задумалась, что не отреагировала, когда передо мной появилась пара обуви.

Пока не врезалась в прочное тело, которому принадлежала эта обувь.

Сильные руки поймали меня за локти, не дав упасть, и вкусный аромат дразнил мой нос. Я посмотрела в разноцветные глаза, один теплый и карий, похожий на растопленный шоколад, другой бледный как лед, окруженный темным кольцом на радужке.

— Эзра! — охнула я. Мне нужно было отодвинуться от него? Да. Сделала ли я это? Нет.

Его ладони опустились по моим рукам. Хоть свитер отделял его ладони от моей кожи, я поежилась, подавляя желание прилипнуть к нему. Он хоть знал, что со мной делал одним прикосновением?

Он нежно улыбнулся.

— «Глаз Одина» ушли? Я могу спуститься?

Точно, он же не знал.

— Да, можно, — ответила я, чуть запыхавшись. — Я шла за тобой. Мне нужна твоя помощь.

— С чем?

— Заставить Кая покраснеть из-за его влюбленности в Иззу.

Эзра рассмеялся.

— Мы это сделаем.

Я улыбнулась, подавляя еще вспышку желания прикоснуться к нему, сердце с болью делало сальто в груди.

Так было неделями. Я хотела коснуться его, обнять, утянуть в свою постель. Но он просил меня быть его другом, и я притворялась так сильно, как только могла, что у нас не было сокрушительного поцелуя. Он тоже притворялся. Мы не упоминали это с Рождества, и я подозревала, что только поэтому он не избегал меня.

К счастью, у меня был опыт в притворстве, что меня не влекло к нему. Хуже было то, что мое горло сжимала паника, когда я была возле него. Эту реакцию скрыть было еще сложнее, но я старалась. Эзре не нужно было, чтобы я рыдала каждый раз, когда он входил в комнату.

Улыбаясь, я поймала его за руку и повела его по площадке. Он просил быть друзьями, но я не могла не держать его за руку, да и он был не против.

Мы прошли половину лестничного пролета, и я поняла, что в баре стало громче. Эзра замедлился, его пальцы сжали мою ладонь. «Глаз Одина» вернулись?

Камерон выбежал из-за угла у лестницы и помчался по ступеням. Мы с Эзрой прижались к стене, чтобы нас не затоптали.

— Эй! — крикнула я. — Где пожар?

— Вы не поверите, кто пришел! — крикнул он через плечо. — Шейн Давила! Я за Сеаррой!

И он пропал на втором этаже. Я нахмурилась.

— Шейн Давила? Знакомое, вроде, имя.

— Это охотник, — подсказал Эзра. — Довольно известный. Он был на вечеринке у Синклеров на Рождество.

— О, помню! Стой, он был на вечеринке? Почему на него не указали? Я не заметила там охотника.

— Его сложно заметить в толпе. Идем, посмотрим.

В пабе все собрались тесной группой, и я заметила рыжие волосы Аарона. Он с энтузиазмом пожимал руку мужчине за сорок. Рядом с высоким и мускулистым Аароном прибывший выглядел до смешного низким и слабым, с небольшим животиком и идеально круглой лысой головой. Круглые очки придавали ему вид ворчливого менеджера.

Конечно, я не заметила его на вечеринке. Могла принять его за пажа какого-то богача. Морщась от потрясения, я обошла группу и опустилась на стул Аарона. Только Кай остался сидеть с телефоном в руке, уперев локоть в бар.

— Это известный охотник, которым восхищается Аарон? — ошеломленно спросила я, Эзра устроился на стуле рядом со мной. — Я не такое ожидала.

— Не дай его внешности обмануть тебя, — предупредил Кай. — Шейн Давила — гений. Он — современный Шерлок Холмс мификов.

— У него есть магическая сила дедукции? — спросила я, Шейн терпеливо пожимал руки поклонников, сжимая под другой рукой потертый дипломат. Странный облик дополняли черные кожаные перчатки.

— Как-то так. Он психометрик. Он может читать прикосновением прошлое предметов.

— А? Читать прошлое предмета? Как это работает?

— Мистер Давила! — Рамзи вышел из кухни, присоединился к группе и пожал ладонь охотника обеими руками. — Честь встретить вас!

Камерон и Сеарра спустились в спешке, втиснулись в группу, и Шейн пропал в давке.

— Народ! — Аарон размахивал руками. — Дайте Шейну пространства. Вы же его раздавите.

Мифики попятились, и Шейна стало видно.

Он кашлянул.

— Спасибо, Аарон. Может, выпьем?

Остальные поражались тому, что Аарон и известный охотник обращались друг к другу по имени, а я спрыгнула со стула и поспешила за бар. Я была на месте, когда Аарон и Шейн добрались до стойки. Шейн опустил свой дипломат на пол.

— Ром с колой, пожалуйста, — заказал Аарон. — Шейн, что ты будешь?

— Просто водку.

Мои брови приподнялись. Он был не таким хлипким, как выглядел. Я схватила граненые стаканы и маленькую рюмку.

— Шейн, помнишь Кая и Эзру? Мы так и не поговорили толком на Рождество.

Я тихо ворчала, пока Шейн пожимал руки двух других магов. Так они его встретили, а я нет? Я была с ними почти всю ночь. Не вовремя я отошла.

— Ты был в Европе после этого, да? — Аарон прислонился к бару. — По особому делу МП?

— Да. Интересное было дело. Хотел бы я рассказать, но это секретно.

— Жаль, — сказал Аарон, но веселился, а не расстроился.

Эзра слушал с интересом, но Кай смотрел на телефон, слабо улыбаясь. Я была готова поспорить на зарплату, что он переписывался с Иззой.

— Я живу на награды за задания, — ответил Шейн бодрым тоном. — Я не могу раскрывать свои дела или методы. МП всегда сильно интересует, что я буду делать дальше.

Я посмотрела на водку у себя под стойкой, но решила, что этот гость был достаточно важным для хорошей выпивки. Я ушла на кухню проверить холодильник. Хорошая водка должна быть холодной.

— Может, хоть намекнешь на свое дело? — спросил Аарон, когда я вернулась с холодной бутылкой. — Папа сказал, ты в Ванкувере за серьезной наградой.

Пока я наполняла рюмку, Шейн загадочно улыбнулся.

— Может, я могу не просто намекнуть, — сказал он. — Мне нужно закончить исследование, а потом уже браться за дело, и мне пригодилось бы сопровождение умелого боевого мифика. Тебя такое интересует, Аарон?

Глаза Аарона расширились.

— Ясное дело! Было бы честью работать с тобой.

— Идеально. Я все еще разбираюсь с деталями, но буду на связи следующие пару дней.

Я подвинула к мифику напиток.

— За счет заведения. Угощайтесь.

— Благодарю, мисс…

— Доусон, но зовите меня Тори, — я бросила взгляд на Аарона. — Спасибо, что представил.

Он скривился.

— О, блин, прости! Я не понял, что вы еще не знакомы. Шейн, Тори тоже была на вечеринке, но вы не пересеклись.

Он меня помнил? Может, видел мое платье? Я выглядела жгуче.

— Так что за работа? — спросил Аарон. — Я знаю Ванкувер вдоль и поперек, так что смогу направить.

Шейн поднял рюмку к губам, сделал глоток, покатал водку во рту и проглотил.

— Ты знаком с Призраком?

Я застыла, наливая ром в граненый стакан. Лицо Аарона опустело, Кай перевел взгляд с телефона на Шейна. Только бесстрастное лицо Эзры не дрогнуло.

— Эм… немного, — Аарон не смог подавить настороженность в тоне. — Все охотники отсюда до Сиэтла слышали о Призраке, но это всегда тупик.

— До меня дошла интересная информация. Я хочу узнать, куда она меня приведет.

Я поняла, что наполнила стакан Аарона наполовину ромом, отставила бутылку алкоголя и добавила колы. Я надеялась, что он не подавится на первом глотке.

— Искать Призрака будет сложно, — сказал он Шейну, — но недавние улики намекают, что он покинул Ванкувер. Его не видели месяцами.

— Плуты, пустившие корни, так легко не бросают свои территории, — сказал уверенно охотник. — У меня есть несколько зацепок. Если не против взяться за такое задание с сомнительным результатом, я бы взял тебя на борт.

— Я… конечно. Нет проблем с… — поспешил заверить известного охотника Аарон, показывая, что его не пугали плуты, а Эзра тихо шепнул:

— Кай? Что такое?

Я оглянулась. Кай напряженно сидел на стуле, глядя на телефон. Он побледнел, стиснул зубы так, что вена пульсировала на щеке.

Он встал, чуть не опрокинув стул.

— Мне нужно идти.

— Кай? — с тревогой начала я. — Что…

Он уже уходил. Эзра вскочил следом за Каем, электромаг устремился к двери.

— Прости, Шейн, — Аарон едва ли взглянул на охотника и поспешил за друзьями.

Я скрипнула зубами. Моя смена будет идти часами, я застряла тут. Если дело было срочным, они бы мне сказали… да? Я вытащила телефон из кармана, ввела сообщение: «Что происходит? Кай в порядке?».

— Мисс Доусон? — пробормотал Шейн.

— Зовите меня Тори, — отвлеченно пробормотала я, отправляя вопрос в наш групповой чат. — Хотите что-нибудь еще? Коктейль? Ужин?

— Пожалуй, я задал бы вам пару вопросов.

Мой взгляд застыл на моем телефоне, в чате был только мой одинокий вопрос. Я подняла голову и посмотрела в серо-карие глаза Шейна за круглыми очками.

— Что за вопросы?

— Вы же ведьма? Зарегистрированы как мифик в прошлом августе?

— Да, верно.

— И вы работали в «Вороне и молоте» восемь месяцев?

Нервный гнев затрепетал во мне.

— Это публичная информация, знаете ли. Не нужно меня спрашивать.

— Кто-то из «Вороны и молота» уже занимался заданием с Призраком?

Даже если бы я вчера родилась, я бы поняла, что вопрос был с подвохом.

— А что говорится в записях МП?

— «Ворона и молот» никогда официально не расследовала дело Призрака, но прошлым летом — июнь и июль — несколько членов гильдии подали срочные запросы в другие гильдии и офисы МП про Призрака и его возможное местоположение.

Блин. «Ворона и молот» подавала срочные запросы, потому что Призрак похитил меня.

— Я была тогда просто барменом, — сказала я.

— Даже Дариус Кинг задавал интересные вопросы, — продолжил Шейн, словно я не говорила. — «Ворона и молот» интересовалась Призраком, но ничего не записывала в систему.

— Может, они ничего не узнали, что можно было записать.

— Возможно, — сухо согласился он, делая большой глоток водки. — В то же время МП допросили несколько членов «Вороны и молота», включая Аарона, Кая и Эзру, по делу, связанному с исчезновением девушки.

Я вернула бутылку рома на полку и сухо сказала:

— Вот как.

— Вас тоже допрашивали, судя по записям, но вы… были тогда просто барменом?

— Да, — рявкнула я. — Вы же читали отчет? Можете перестать задавать дурацкие вопросы.

Он потягивал водку, не сдвинулся с места.

— Человек, подозреваемый в деле, заявлял, что рыжеволосая женщина использовала незаконный артефакт, чтобы допросить их, и она была заодно с Призраком.

— О, да ладно, — сказала я с сильным сарказмом, хмуро глядя на него. — Видимо, это была я, ведь в Ванкувере больше нет рыжеволосых женщин.

— Рыжеволосой женщины в обществе Аарона, Кая и Эзры?

Игнорируя паническое биение сердца, я уперла руки в стойку бара и склонилась, глядя в глаза охотнику.

— Подскажу, Шейн. Ты не первый придурок, которого я выбросила из своего бара, и ты не будешь последним.

Шейн не вздрогнул от моего ледяного взгляда. Не отрывая взгляда, он поднял чемодан на стойку и открыл его. Пакет зашуршал, когда он полез внутрь.

Он закрыл чемодан и опустил сверху пакетик. На нем была красная печать «Улики», внутри была пара женских кроссовок с гадким черным пятном на боках.

Мое лицо похолодело, кровь отлила от головы, но я не смогла подавить реакцию на обувь.

— Это, — пробормотал Шейн, — принадлежит тебе.

Это не был вопрос, и я не отрицала. Моя обувь. Я помнила, как поднималась по лестнице, опьяненная из-за крови дракона. Я помнила, как сбросила их, разделась и прошла в душ.

Я оставила обувь. Забыла ее в ванной Зака в его доме в скрытой долине, где он укрывался.

— Мисс Доусон, — тихо сказал Шейн, — давайте поговорим о том, где вы были прошлым летом с тринадцатого июня по четырнадцатого июля.

Он был психометриком, мог читать прошлое предмета прикосновением. Что он узнал от моей обуви? Как много он знал? Колени ослабели, я отпрянула на шаг и врезалась в кого-то. Ладонь мягко сжала мое плечо, знакомый голос заговорил над моей головой:

— Какая честь видеть знаменитого охотника в моей гильдии. Рад новой встрече, Шейн.

Мешок с уликами уже вернулся в чемодан Шейна, он встал, став на пару дюймов выше, посмотрел на мужчину рядом со мной.

— Дариус, — холодно сказал Шейн. — Взаимно, так сказать.

— О, точно, — Дариус опустил руку на мои плечи. — Что привело тебя в мой скромный бар?

— Я спрашивал у мальчишки Синклера, может ли он помочь мне с делом, хотя, пожалуй, мне стоит учесть, как сильно твое влияние могло испортить его за годы.

— Я предпочитаю думать, что мое влияние только на пользу.

— Очень сомневаюсь, — Шейн убрал чемодан со стойки. — Надеюсь, тебе нравится отставка, Дариус. Везет, что ты тут, а не в тюрьме.

— Мне нравится уют моего творения, — насмешка и сталь появились в голосе Дариуса. — Но удача тут ни при чем, мистер Давила. Веселитесь со своим делом.

Его прогнали. Я подавила улыбку.

Шейн поднял рюмку, допил водку и опустил ее на стойку. Он посмотрел на меня, со слабой улыбкой пересек паб. Колокольчик звякнул, дверь за ним закрылась.

Я судорожно вдохнула, отклонила голову, чтобы увидеть главу гильдии. Его серые глаза весело блестели, он посмотрел на меня.

— Итак… вы не нравитесь Шейну, — поняла я.

Дариус убрал руку с моих плеч, взял рюмку Шейна и поставил к другой посуде, которую нужно было помыть.

— Точно.

— Как так вышло?

Удовлетворение сверкнуло на его лице, он потер короткую темную бороду с проседью, словно стирал выражение.

— Я принадлежу к небольшому и эксклюзивному клубу, который Шейн, наверное, зовет «Те, кто улизнул».

Я приподняла бровь.

— Так вы были плутом?

— Плутоватым, скорее, — ответил он, подмигнув. — Тори, думаю, Клара вот-вот пойдет домой. Почему бы тебе не закончить на этом и не попросить ее отвезти тебя домой?

— Но моя смена не закончилась.

— Мы с Рамзи прикроем тебя. Я не хотел бы, чтобы настойчивые и грубые личности помешали тебе на пути домой.

Ах. Мы думали об одном.

— Хорошо.

Я собрала вещи, и через десять минут Клара высадила меня у моего дома. Я помахала ей, она уехала, фары ее седана пропали на тихой улице. Я с тревогой укуталась плотнее в плащ, январский ветер был холодным. Я поспешила за калитку и на задний двор. Я отперла дверь дома, а потом вторую дверь, ведущую в мою квартиру в подвале.

— Прутик? — позвала я, спускаясь по лестнице. — Я дома!

Я замерла в паре ступенек от пола, прищурилась, глядя на телефон. Эзра ответил на мои вопросы, написав, что они были дома, и ничего безумного не случилось. Чуть позже Аарон подтвердил, что Кай закрылся в своей комнате и не хотел с ними говорить. Аарон и Эзра приглядывали за электромагом и обещали написать новости утром.

Мои большие пальцы замерли над клавиатурой, а потом я сунула телефон в карман, не отправив ответ. Я тоже отвечу утром. Не было смысла добавлять им стресса — а известный охотник, связавший меня с разыскиваемым плутом, точно был поводом для стресса.

Я прикусила губу, сбросила сапоги и оставила сумочку на столике у лестницы. Моя голова кружилась от вопросов о Шейне и том, как он получил мою старую обувь, пока я спешила в свою гостиную.

— Прутик? — позвала я. — Где т…

Я застыла.

Зеленый фейри был там, но я видела, почему он не отвечал мне. Ленты из тени прижимали его тельце к дивану, и его большие зеленые глаза расширились от ужаса. На подушке рядом с ним Хоши была прикована теми же полупрозрачными темными лентами, кончик ее хвоста недовольно подрагивал.

Большой черный орел сидел на спинке дивана над пленниками, глядя на меня изумрудными глазами. Тени мерцали на перьях птицы чернильным дымом, опасные когти впивались в подушки.

Я смотрела на орлицу, сердце сжимало от тревоги, предвкушения и холодного страха.

— Лаллакай?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Леди тени. Ночная орлица. Фамильяр Зака. Я не видела фейри месяцами, но если она была тут, тогда…

Я дико развернулась.

— Зак?

Друид не появился, взмахнув черным плащом. В квартире было тихо.

— Зак? — позвала я. — Ты тут?

Лаллакай щелкнула клювом, и я прищурилась, глядя на нее. Она была тут одна? Нет. Они с Заком никогда не разделялись.

Я указала на своих друзей-фейри.

— Ты можешь их отпустить?

Еще щелчок клювом. Тени на Прутике и Хоши рассеялись, и два фейри вскочили с дивана. Прутик убежал за меня, схватил меня за ноги, прячась от взгляда Лаллакай. Хоши улетела за меня, ее длинное тело невесомо развевалось, она опустила подбородок на мое плечо, хвостом обвила мою талию.

— Зак тут? — прошептала я им.

Вспышка красного в голове — ответ Хоши с помощью телепатии. Прутик подтвердил ее ответ дрожащим:

— Нет, Ночная орлица п-пришла одна.

Холодный страх во мне усилился.

Лаллакай раскрыла крылья. Они были шире моего дивана, изящные перья задевали подушки. Тени вокруг нее стали плотнее, она спрыгнула с насеста. Тьма трепетала на ней, скрыла ее облик, пока она опускалась на пол в трех шагах от меня. Тени растаяли.

Мой рот раскрылся.

Орлица пропала. На ее месте была… женщина.

Давайте проясним. Мне нравятся парни. Всегда нравились и будут. Но, если отодвинуть мою одержимость мужскими мышцами, я не могла отвести взгляда от воплощения женской чувственности.

Высокая, изящная, сексуальная. Ее фигура с поразительными изгибами была идеальных пропорций: широкие бедра сужались до тонкой талии, плоский живот, полная грудь, длинные подтянутые ноги. Ее наряд подчеркивал женское тело, сделанный из черного шелка с зелеными акцентами, он состоял из топа и длинной юбки с разрезами до бедер.

На ее лебединой шее было овальное лицо с кристальными глазами, что глядели на меня из-под тонких изящных бровей. Ее полные губы были красными, а нос идеально сочетался со скулами. Черные волосы длиной до колен ниспадали волнами и трепетали от ветра, которого не было в комнате.

Я разглядывала алебастровую кожу фейри от ее босых ног до лица. Твою мать. Зак точно спал со своим фамильяром. А как иначе? Я не осуждала, я была рада, что я не переспала с ним. Я даже и не думала. По крайней мере, серьезно.

Не важно.

Я подавила шок и кашлянула.

— Здравствуй, Лаллакай.

— Виктория Доусон, человек из гильдии «Ворона и молот».

Даже ее голос был до странного чувственным, урчащим и хриплым. Люди не могли с ней соревноваться в этом.

— Где Зак? — спросила я.

Красивая женщина-фейри прошла плавно вперед, волосы завивались вокруг нее, словно не могли понять, была ли гравитация. Она остановилась передо мной, посмотрела серьезно на мое лицо, была на три дюйма выше меня.

Хоши тихо зашипела.

Глаза Лаллакай без зрачков посмотрели на сильфиду. Бедная маленькая Хоши выдержала пять секунд, а потом улетела и пропала из виду. Я не могла ее винить.

Прутик крепче сжал мои ноги, но я знала, что не от храбрости. Он остолбенел и не мог уйти.

Леди теней сосредоточилась на мне, и я ощущала ее внимание как осязаемый груз. Сила сделала воздух сладким, комната потускнела, тени сгустились.

Она провела гладкими пальцами по моей челюсти.

— Что ты думаешь о моем друиде, Виктория Доусон?

Я с трудом игнорировала ее прикосновение.

— В каком смысле?

— Тебя влечет к нему, — она склонилась, дыхание задело сладостью меда мои губы. — Как и всех, кто его знает, фейри и людей. Это его дар и проклятие.

— Он — мой друг.

— Друг, — прошептала она. — Хотя он — темный друид? Хотя он водится с гадкими существами, нарушает ваши законы и убивает, когда ему так нужно?

— Я уже все это о нем знаю. Я не фанатка убийств, если честно, но он не плохой.

Она разглядывала меня, накручивая прядь черных волос на палец.

— Что бы ты сделала для моего друида? Билась бы за него? Нарушала бы законы людей, лишала бы людей жизней?

— Зависит от ситуации, — я напряглась. — Зак в беде? Я думала, вы с ним где-то далеко строите дом в глуши.

В начале прошлого сентября Зак попрощался со мной. Его враги подобрались опасно близко, и он закрыл свою ферму и ушел в бега в стиле друида. Он даже телефон с собой не взял.

Лаллакай нежно провела пальцами по моим волосам, ведя себя как мать или возлюбленная, и меня пугало то, что я не видела разницы. Все запуталось.

Ее сияющие глаза смотрели мне в глаза.

— Я должна знать, Виктория. Мой друид может тебе доверять?

— Конечно, может. Я же хранила его тайны все это время?

— Тайны, да, но он может доверить тебе свою жизнь?

Я была в двух секундах от выбивания из нее ответов.

— Что происходит, Лаллакай?

— Мой друид в опасности. Ему нужна помощь, которую не могу дать я, — она резко отошла от меня, волосы ниспадали за ней шелковыми прядями. — Новости дошли до нас, но дни назад. Мы были далеко отсюда, бродили по землям людей и фейри много месяцев.

— Что за новости? — растерянно спросила я.

— Новости о… доме.

— Ты про ферму Зака?

Она повернулась ко мне, выражение лица было странно пустым.

— Территория моего друида, оставленная на хранение ведьме, была взломана. Враг миновал защиту и…

— И что?

— И все разрушил, как нам сказали.

Холодный страх охватил меня.

— Мой друид был в ярости, что кто-то посмел испортить его драгоценную землю. Он пылал от ярости. Я не смогла успокоить его бушующее сердце.

Это звучало плохо.

— Он хотел только вернуться и узнать правду. Он спешил, забыл об осторожности, отправился по самому быстрому пути домой. Мы задержались на перекрестке — месте силы фейри — и его схватили охотники. Они считают его подозрительным друидом без регистрации. Они не знают его личность.

Я сжала кулаки, вдохнула носом. Зак, скрытный и неуловимый Призрак, был пойман? Я бы сказала, что это невозможно, но я не могла представить, чтобы Лаллакай была тут по другой причине.

Если он был у охотников, и если они поймут, кого поймали…

Морщинка испортила идеальный лоб Лаллакай.

— Охотники везут его в город, где отдадут его МП. Это нельзя допустить.

Я была согласна на сто процентов. Если он окажется у МП, это станет концом для него. Но это значило…

— Погоди. Ты тут, потому что хочешь, чтобы я спасла его? — я прищурилась. — Я. Человек, играющий в ведьму. И чтобы я спасла Зака от охотников за наградами?

Я пыталась представить, как спасаю Зака от шести мификов «Глаза Одина», которые были в баре до этого. Я не могла это вообразить. И я была уверена, что та команда, что смогла поймать Зака, была даже крепче.

Лаллакай снова приблизилась, ворвалась в мое личное пространство. Она сжала мои ладони, прохладные пальцы держали цепко.

— Ты его друг. Ты так сказала. Тебя влечет к нему.

— Я не сказала бы, что влечет…

— Когда ты смотришь на него, ты видишь не темного друида. Кого еще мне просить о помощи, Виктория? Кто рискнет всем ради него? Только ты и я… но я не могу его спасти.

Я сглотнула, мне было не по себе. У Зака не было друзей. У него могли быть союзники, но он никому не доверял в такой опасности. Лаллакай была права. Или я, или никто.

Блин.

— Тогда… — я отодвинулась от ее неприятной близости и высвободила руки. — Как скоро охотники отдадут его МагиПолу?

— Через день или два. Его поймали довольно далеко, но они могут путешествовать быстро.

Времени на продумывание миссии по спасению не было.

— Нам нужно забрать его, пока они не добрались до города. Они из гильдии Ванкувера? Ты знаешь название гильдии?

Она дрогнула, но эмоции пропали через миг.

— Его поймали не здесь. И привезут его не сюда.

— А? Тогда куда?

— Лос-Анджелес.

— О, — я сжалась. — Это все усложняет.

* * *

Я расхаживала перед лестницей, что вела в мою квартиру. Плохо, плохо, плохо. Все это было плохо. И глупо. Я не должна была вообще обдумывать поездку на юг.

Зак был в Калифорнии. Лаллакай не шутила, сказав, что они забрели далеко. Тысяча двести миль, пустяки.

Я вытерла потные ладони о штаны. У меня было меньше недели, чтобы разобраться с демоническим амулетом, пока не истек срок, отпущенный Этерраном, но у Зака были «день или два», и он пропадет под замком МП, и они поймут, кто он. Шейн Давила уже стал догадываться, и, возможно, разрушения на ферме Зака были связаны с тем, как Шейн добрался до моей старой обуви.

У меня были подозрения и насчет того, кто все разрушил. Варвара, противная старая волшебница, которая похитила одного из подопечных Зака, вполне могла отомстить ему, и она злилась на друида за то, что он забрал Надин. Из-за Варвары он и ушел в укрытие.

Тихий стук в дверь, она открылась. Миг шороха, и Кай спустился почти беззвучно. Я поспешила перехватить его раньше, чем он доберется до пола.

— Тори, — он пронзил меня взглядом темных глаз, расстегивая черную кожаную куртку. — Что…

— Ты один? — тревожно спросила я. — Аарон и Эзра знают, где ты?

— Нет, — он коснулся моего локтя, чтобы я перестала нервно ерзать. — Что такое, Тори?

Я оценила его уровень спокойствия. Когда нужно было сделать что-то скрытно, я выбирала Кая, а тут нужна была скрытность. И он презирал Зака не так сильно, как Аарон, и это уже было большим плюсом.

— Только не паникуй, ладно? — я взяла его за запястье и замешкалась. — И, кхм, сохраняй ясную голову, если сможешь.

Он нахмурился в смятении. Я решила покончить с этим, повела его в гостиную.

Лаллакай в облике женщины сидела на стуле за стойкой для завтрака, скрестив длинные ноги, ладони скромно лежали на ее коленях. Ее не скромный наряд открывал много фарфоровой кожи, шелковистые волосы ниспадали вокруг нее.

Кай резко застыл, раскрыв рот.

Я кашлянула.

— Кай, это фамильяр Зака, Лаллакай. Она…

— Супруг, — исправила она, лаская слово своим чувственным голосом.

— Эм, точно. Это супруга Зака, Лалла…

— Нет, дитя, — ее губы изогнулись. — Он — мой супруг.

Я поежилась от власти в этих словах.

— Это Лаллакай. Она с Заком.

Кай не ответил, я подняла взгляд, он глядел на фейри остекленевшим взглядом. Я ущипнула его за руку, и он вздрогнул.

— Заку нужна помощь, — сказала я ему, голос стал едким. — По словам Лаллакай, я — его единственная надежда. Потому я тебя позвала.

Он взял себя в руки.

— Ясно. Что за помощь ему нужна?

— Его поймала гильдия охотников… в Калифорнии.

— В Калифорнии?

— Они не поняли, кто он, но как только отдадут его в участок МП, кто-нибудь поймет.

— Ясно, — он разглядывал мое лицо. — И ты хочешь отправиться в Калифорнию и высвободить его, пока он не оказался под арестом у МП?

— Эм, я думала об этом.

Он кивнул, а потом неожиданно поправил рукава куртки.

— Есть шансы, что ты пойдешь тихо?

Я моргнула.

— Куда пойду?

— В дом.

— Но я позвала тебя сюда…

— И я рад, потому что отправляться в Калифорнию и биться с гильдией охотников — самоубийство. Если тебя не убьют сразу, тебя узнают, схватят и отдадут МП вместе с Заком. Любая гильдия, что смогла его поймать, раздавит тебя.

Я скрестила руки, яростно хмурясь.

— Я позвала тебя для помощи, а не для того, чтобы ты наложил вето на идею, не выслушав деталей.

— Детали ничего не изменят.

— Но Зак…

— …плут, который активно участвует в криминале, — он сжал мои руки выше локтей. — Он не был подставлен. Ты считаешь его другом, которого нужно спасти от опасности, но то, что ты планируешь, равносильно побегу заключенного из тюрьмы.

— Но… — я прикусила губу. — Если бы ты попал в тюрьму, я бы попыталась тебя вытащить.

Он тихо рассмеялся.

— Это я ценю, Тони, но я надеюсь, что ты этого не сделала бы. Если я и попаду в тюрьму, то я это заслужу, как Зак.

Глаза жгло, я быстро заморгала. Я не могла бросить Зака, но…

— Ты так хочешь отдать свою свободу, маг?

Мы с Каем вздрогнули. Лаллакай стояла у его плеча, но я не видела, как она встала со стула. Она склонилась к нему, сладко улыбаясь, от этого мне было не по себе. В носу появился манящий аромат луга полевых цветов прохладной ночью. Она и электромаг были одного роста, смотрели в глаза друг другу.

— Бросишь моего друида, — проворковала она, — и будешь с ним в оковах МП.

— Это еще почему? — с опаской спросил он.

— Тайны, маг, — она провела пальцем по его виску. — Так много тайн в голове моего друида. Много тайн, которые МП попробует выведать у него, когда его узнают.

Кай напрягся.

— Защищать плута от правосудия — не преступление? Притворяться, что человек — это ведьма, не преступление? — ее изумрудные глаза посмотрели на меня. — Разве не преступление, отдавать ребенка под опеку плута?

О… точно. Я же так и сделала? Когда мы спасли Надин от Варвары, она хотела вернуться на ферму с ним. Теперь она хотя бы была с родственниками в Англии.

— Если они узнают это у моего друида, что будет с тобой, маг, и твоей любимой Викторией? А твоей гильдией, что связана с вашим нарушением законов?

По коже Кая пробежал ток.

— Назад.

Ее улыбка стала шире. Лаллакай отошла от электромага.

Он холодно смотрел на нее.

— Получается, если мы не сможем спасти Зака, ты сделаешь так, что МП услышит о нашей связи с ним?

— Я хочу только защитить ваш от такой катастрофы.

— Ясное дело, — буркнул он. — Как поймали Зака?

— Мы приближались к перекрестку. Мой друид планировал позвать фейри отнести его на север, но охотники устроили засаду для другого плута. А мы попали в нее.

— Удивлен, что он не смог сбежать.

— Они ожидали другого плута с силой фейри. Охотники магией отогнали меня, — она медленно моргнула, но это не скрыло опасную хищную ярость в ее потрясающих глазах. — Они забрали его, и я не смогла их остановить.

— Что потом?

— Я попыталась связаться с ним, услышала разговор охотников. Они собирались выждать три дня, чтобы появилась их добыча, а потом они вернутся в свой город и отдадут пленников. Это было почти два дня назад.

Нам оставались сутки, чтобы найти и забрать Зака, если Кай не свяжет меня, не бросит на свой мотоцикл и не увезет к дому Аарона.

Кай недоверчиво приподнял бровь.

— И никто от Калифорнии до этого места не мог ему помочь?

Она погладила пальцами мое лицо.

— Никто, знающий о моем друиде и не видящий в этом шанс для своей выгоды.

Я шагнула к Каю.

— Руки держи при себе, леди-птица.

— Есть фейри, которые помогут ему без вопросов, — добавила она, словно не было ничего странного в том, как она всех трогала. — Но они не могут пробить магический барьер.

— Волшебство отрицания, — прошептал Кай. — Только это надежно перебивает магию фейри.

— Лорд-дракон мог бы уничтожить их, — добавила она, — но он не ответит мне.

Я коснулась запястья, где Эхо когда-то оставил метку, но я использовала услугу месяцы назад. Я упоминала, что его «помощь» чуть не погубила меня?

— Зависит от того, что за гильдия его схватила, и как они хороши, но освободить Зака, может, и не удастся, — сказал Кай. — И дело даже не во временных сроках. И Шейн Давила взялся за дело Призрака, а я не хочу знать, сколько он уже выведал.

Я скривилась.

— Да, кстати об этом… он знает, что Зак похищал меня на две недели. Он пытался допросить меня, когда ты покинул бар.

Выругавшись под нос, Кай смотрел мрачно на пол, а потом взглянул на меня.

— Спасение Зака — большой риск. МП уже пытались связать тебя с ним, а теперь Шейн так делает. Если тебя поймают, освобождающей его из лап гильдии, ты попадешь в тюрьму, а то и хуже. Будет зависеть от того, как сильно гильдия защищает добычу.

Я сглотнула.

— Но если мы оставим его МП, и он расскажет, ты окажешься в тюрьме стопроцентно. Аарон, Эзра и я будем оштрафованы, а то и арестованы. И… — он стиснул зубы. — И я не хочу, чтобы кто-то приглядывался к нашим прошлым делам. Записи Эзры на первый взгляд не вызывают подозрений, но легко можно понять, что все они — подделки.

Все? Я подозревала, что записи об Эзре, что тянулись дальше шести лет, были выдуманными, но я не понимала, что все было подделкой.

Я заламывала руки.

— Если мы спасем Зака, мы сможем попросить его о помощи. Времени у Эзры мало. Я знаю, что вы с Аароном искали годами, но Зак знает то, чего не знаем мы. У него есть источники, которых нет у нас.

Я подумывала об этом с Рождества. Зак знал всякие пугающие штуки темной магии. Он мог подтолкнуть меня в правильном направлении в исследовании демонического амулета, но я не знала до этого, как с ним связаться.

— Вряд ли выйдет, Тори.

— Спасти их обоих непросто, но нам нужно попробовать, — я глубоко вдохнула. — Ты мне поможешь?

Он посмотрел на меня, на Лаллакай. Он разглядывал фейри, а та смотрела на него без эмоций, ожидая его решения.

Прошла минута, и он смиренно спросил:

— Где его схватили?

Мое сердце переполнилось эмоциями, я сморгнула глупые слезы, пока он не заметил.

— Лос-Анджелес.

Он вздрогнул, словно я его ударила.

— ЛА?

— Да. Проблемы?

Он замешкался, вытащил телефон из кармана.

— Все хорошо.

Я нервно смотрела, как он открывал список контактов.

— Ты звонишь Аарону?

— Нет. Я не буду просить Аарона и Эзру помочь нам с этим, и ты не должна. Пусть их руки будут чистыми, — он посмотрел на меня с нечитаемым выражением лица. — Мы не будем в этот раз героями, Тори. Мы будем преступниками. Мы забираем преступника по эгоистичным причинам.

— Я всегда думала, что ты — плохиш в сердце, Кай.

Опасная улыбка мелькнула на его губах.

— Ты и не представляешь, — он листал список контактов. — Времени мало, так что нам нужно спешить. Собери свое снаряжение и сменную одежду. Ничего, что будет тебя выделять.

Я кивнула.

— Мне нужно сделать пару звонков и тоже собрать вещи. Встретимся тут через час, — он убрал телефон в карман. — Дай мне свой телефон.

Я послушно передала его.

— Зачем он тебе?

— Оставлю его в нашем доме. Я уговорю Аарона и Эзру остаться в доме завтра, — он повернулся к Лаллакай. — И ты жди тут. У меня есть еще вопросы о тех охотниках.

Ее изумрудные глаза вспыхнули от приказа, но она кивнула.

Я в смятении прошла за ним к лестнице.

— Кай? Зачем оставлять мой телефон у Аарона? Он может мне понадобиться для звонков. И для навигации в ЛА. Все такое.

— Две причины, — он застегнул куртку и пошел по лестнице. — Во-первых, твой телефон не может попасть в ЛА, потому что тогда любой, кто отслеживает твой телефон, будет знать, что ты туда отправилась. Во-вторых, Аарон и Эзра будут нашим алиби. Твоему телефону нужно быть там, где мы якобы будем находиться.

Тревога сдавила мою грудь, мы добрались до площадки.

— Мы не пойдем туда, сообщая свои имена и гражданство. Два неопознанных мифика заберут неопознанного друида из-под ареста гильдии. Как нас смогут связать с этим?

— Лучше подстраховаться. Мы не будем рисковать, — он обулся, вытащил ключи из кармана. — Никаких телефонов. Никаких имен. Ни кредиток, ни паспортов, никаких бумажных следов, что докажут, что мы покидали город.

Мои глаза расширились.

— Без паспортов? Как нам попасть в ЛА?

— Я попрошу об услуге, — он открыл дверь, впуская внутрь холодный ветер. — Ты знакома с международной контрабандой?

— К-контрабандой? — пролепетала я.

Опасная улыбка вернулась.

— Как я и говорил, мы теперь плохиши, Тори.

Он без объяснений ушел в ночь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Я вышла из такси и выпрямилась. Ледяной зимний ветер бил по узкому шоссе, и было так темно, что я видела только то, что озаряли фары машин — маленький, но милый знак на деревянной ограде, где читалось: «Ладнер: ночлег и завтрак». Из-за деревьев во дворе выглядывала крыша дома.

Кай передал водителю наличные, забрал рюкзак из машины и закрыл дверь. Такси уехало, сияя фарами.

— И… мы теперь будем спать? — спросила я, пытаясь подавить зевок и дрожь одновременно. Но не удалось, я с дрожью зевнула.

— Это перевалочный пункт. Выход в открытое поле привлечет слишком много внимания, — он повесил неприметный рюкзак с нашим снаряжением, ноутбуком и сменной одеждой на плечо. — Отсюда двадцать минут идти до настоящего места назначения.

— Какого? Что там? — я не знала, где мы были. Я знала лишь, что таксист отвез нас за город, за реку Фразер и на несколько миль пустой дороги мимо полей фермеров.

— Наш самолет, — он вытащил телефон из кармана — дешевый, который не связали бы с нами. Он включил фонарик на нем, чтобы озарять нам путь. — Идем.

У меня был миллион вопросов, но он шагал быстро, и мне не хватало дыхания на разговор. Наши шаги хрустели в холодной тишине, его фонарик был единственным источником света. Было четыре утра, и мир спал, кроме нас.

Зак будет у меня в долгу за то, что я не смогла поспать.

Мы пошли по темной дороге с двумя полосами, окруженной фермами, через десять минут повернули на другую дорогу. Мы были далеко от города, так что представьте мое удивление, когда мы миновали автобусную остановку. Я нахмурилась, пыхтела за Каем, щурясь. Огни сияли на горизонте.

Пять минут спустя его фонарик озарил табличку с маленьким самолетом.

«Поверните налево, — было написано там, — и полетите с нами!».

— Ха, — выдохнула я. — Тут аэропорт?

К сожалению для моих замерзших ушей, Кай не повернул налево, как просила табличка. Он пошел мимо большого серого дома, выключил фонарик и повернул в лабиринт зданий, ангаров и парковок.

Когда показалось, что мы прошли все здания, он обошел еще одно. Забор из сетки преградил им путь. Повсюду были знаки «Не входить» и «Аварийная полоса». На другой стороне был широкий отрезок тротуара, сияли огни.

Кай подтолкнул меня, я перелезла ограду, и он перепрыгнул за мной. Он осторожно обошел здание и выглянул из-за него.

В свете фонарей стояло несколько небольших самолетов с пропеллерами на носу, в стороне от них был их большой брат. Хоть он не был пассажирским, у него было два больших пропеллера на крыльях, пять окон на боку, его вид впечатлял куда больше.

Лампочки сияли в окнах, и дверь у хвоста была открыта, образовывая короткую лестницу, ждущую нас.

Кай зашагал быстро, и я поспешила за ним, озираясь. Ничто не двигалось вокруг, место было заброшенным, насколько я видела. Он без колебаний пошел к самолету с горящими лампочками.

Силуэт появился на пороге. Низкий азиат с наушниками спешно спустился по ступенькам. Он помахал нам поспешить, и Кай кивнул, поднимаясь. Я последовала за ним.

Внутри не было роскошно. Крепкие ремешки тянулись поверх стопки картонных коробок без отметок в хвосте самолета, шесть обычных сидений заполняли остальной интерьер. Кай опустился на дальнее сидение, опустил рюкзак на пол. Я села рядом с ним. Проход между нами был таким узким, что мы словно сидели вместе на диване.

— Круто, — шепнула я Каю, потирал замерзшие ладони и гадая, хотела ли я расстегнуть куртку. Тут было теплее, чем снаружи, но ненамного. — Так это самолет для контрабанды? Что там?

Кай мрачно посмотрел на меня.

— Тори, я знаю, что твое любопытство неутолимое, но не сейчас. Рядом с такими людьми вопросы могут тебя погубить.

— Ох.

Я огляделась, стук и звон раздались снаружи. Я склонилась к нему.

— Ладно, вопросов не будет, — прошептала я. — Но как ты все организовал так быстро? И откуда знаешь контрабандистов? И…

— Тори, — прорычал он.

— …это как-то связано с…

— Я отвечу на вопросы, — прошипел он сквозь зубы, — когда мы сойдем с самолета и будем наедине.

Я оглядела пустой самолет.

— А тут мы не наедине?

— Нет.

Ворча, я отклонилась на сидении. Кай был хорош во всем — так казалось — и меня не удивляло, что у него был способ немедленно улететь в Калифорнию, не оставляя след из документов. Но я подозревала, что эта «услуга» относилась к его жизни до «Вороны и молота». К жизни с его семьей, которая управляла опасным международным преступным синдикатом.

Пилот забрался на борт, закрыл дверь и запер ее. Без слов пассажирам он прошел по узкому проходу и в рубку. Внутри он задвинул проем шторой.

— Дружелюбный, — прошептала я.

Кай с предупреждением покачал головой.

Двигатели загудели, мое сидение задрожало, и мне это не нравилось. Я вытянула ноги, пытаясь расслабиться.

— Полет долгий?

— Три часа на коммерческом самолете, — прошептал он, вытаскивая дешевый телефон, — но на этом чуть больше пяти часов.

Могло быть хуже.

— Как насчет возвращения домой? Снова полетим с контрабандистами?

— Будет зависеть от того, будет ли за нами гнаться гильдия.

Я смотрела, как он печатает на экране телефона, и мне казалось, что я что-то забыла.

— Пять часов — значит, прибудем мы около десяти утра. И у нас остается меньше дня для… — прервала себя я, щурясь, глядя на рубку, но тусклый рев двигателей был слишком громким, чтобы пилот мог нас слышать. — Меньше дня, чтобы найти команду охотников, у которой Зак, продумать стратегию и исполнить операцию по спасению.

— И сбежать с ним из города.

Невозможность задуманного давила на меня. У нас даже не было поддержки Лаллакай. Может, мы могли бы забрать ее на борт, но, поделившись информацией об охотниках, она улетела — вылетела сквозь потолок моей квартиры как призрак. Она не признавалась, но я поняла, что полет на тысячу миль утомил ее.

— Эзра и Аарон что-нибудь заподозрили? — спросила я. — Когда ты сказал им, что отправишься в поездку и тебе нужно алиби?

— Аарон пожаловался, что его не взяли повеселиться, а потом пожаловался, что я не сказал ему, что за веселье мы задумали без него. Он не знает, мое это дело или твое, так что он вряд ли понял, кого мы отправились спасать.

— А Эзра?

— Он мало говорил. Он был тихим в последнее время… с Рождества.

— О, — я опустила взгляд на колени. — Он казался мне собой.

— Он пытался выглядеть нормальным для тебя, — Кай посмотрел на пустой экран своего телефона. — Он не хотел, чтобы ты знала. А теперь ты знаешь… и ему сложно.

Я сжала кулаки.

— Вы все скрывали это от меня.

— Выбор Эзры, — он посмотрел на меня, в темных глазах была боль. — Я бы выбрал то же самое. Ты будешь горевать по нему каждый день, но потерять его внезапно лучше, чем месяцы страха и беспомощности.

Тревога, с которой я боролась с Рождества, сдавила мои легкие. Он был прав, так было сложнее, но если бы я не узнала правду заранее, я бы не получила шанс изменить траекторию судьбы Эзры.

Глядя на профиль Кая, напряжение его челюсти и морщинку между бровей, я потянулась через проход и сжала его запястье.

— Мы его спасем.

— Это невозможно.

— Мы сделаем это возможным.

Он сгорбился на своем сидении, избегая моего яростного взгляда, не желая крушить мои надежды. Он вскоре тоже сможет надеяться. Если я смогу объединить демонический амулет со знаниями Зака, мы найдем способ.

Я посмотрела в свое окно, не могла толком ничего видеть, кроме большого скучного амбара. Кай смотрел на экран телефона, может, переписывался с Иззой. Хотя это убило бы смысл оставлять наши обычные телефоны дома. Я надеялась, что ничего срочного не случится, пока мы были…

Я вскочила.

— Блин! Я совсем забыла!

— Что забыла? — встревожился он.

— Ты получил какое-то сообщение в пабе, — от стыда голос стал хриплым. — Ты был расстроен, а я так и не спросила, что случилось. Прости.

— О, — он расслабился. — У тебя были другие проблемы.

— Это меня не оправдывает. Что случилось? Хочешь обсудить это?

— Нет.

Я прищурилась.

— Это звучит как: «Мне нужно обсудить это, но только если ты это из меня выдавишь».

— Это было просто «нет». Не нужно давить.

— Хм. Я бы не была так уверена.

— Тогда ты ошибаешься.

Я закатила глаза.

— Ладно. Но ты застрял на этом сидении рядом со мной на пять часов.

Он поджал губы.

— Это угроза?

— Не-е-ет. Но мне вдруг захотелось процитировать текст любимой песни с объяснением моего понимания каждого куплета…

Он вздохнул.

— Ладно, — буркнула я. — Я не буду тебя мучить, но я хочу, чтобы ты рассказывал мне о проблемах. Ты же знаешь, что я сохраню твои тайны?

Он испуганно взглянул на меня, узнал слова, что сказал мне месяцы назад. Он медленно опустил телефон.

— Там было сообщение. И в нем говорилось: «Игра окончена».

Холодок пробежал по спине.

— Что это значит? Кто прислал тебе такое?

— Это предупреждение от моей семьи. Они заметили, что я слишком много времени провожу с Иззой.

Ох, плохо дело.

— Откуда они могли узнать? Ты был с ней только в гильдии.

Он утомленно покачал головой, словно его не удивляло то, что его семья знала такие тонкости о его жизни.

— Что собираешься сделать? — спросила я.

— Перестать говорить с Иззой.

— Но…

— Выбора нет, — гнев сделал его тон грубее. — Я не должен был вообще говорить с ней. Моя семья не блефует, и если я буду игнорировать их предупреждение, они начнут действовать. Я не дам им убить ее, Тори.

Спорить было нечем, я могла лишь сидеть в тишине, пока он хмуро смотрел на пустое сидение перед ним. Он порвал связи с семьей в семнадцать, но не мог сбежать от брака по договоренности с женщиной, которую его семья выбрала ему с его рождения. Угрозы его семьи были причиной, по которой он бросил Иззу три года назад, а она и не знала.

Теперь он снова закроется от нее, и все из-за них. Она не даст ему третий шанс.

Я выдохнула с силой, сжала его запястье и держала, утешая без слов. Он отклонил голову и закрыл глаза. Мы не говорили, самолет поехал по полосе. Самолет выехал на темное шоссе, замер на миг, а потом ускорился с ревом. Проносились фонари, мы поднялись в воздух. Я смотрела в окно, как земля ускользала, и город оставался позади.

Зак был в руках охотников за наградами.

Эзра был обречен потерять разум и душу из-за демона.

Кай был под пяткой у властной семьи.

И я не знала, смогу ли спасти хоть кого-то из них.

* * *

Я лишь миг любовалась Лос-Анджелесом, а потом Кай закрыл все окна. Я успела понять, что все было огромным. Серые здания тянулись от горизонта до горизонта, и от смога все казалось серым еще сильнее.

Вид был скрыт, и спуск самолета был скучным. Мы вышли в темном ангаре, где Кай направил меня к водительскому месту серого седана. Ключи торчали в зажигании, ждали нас. Он сел на пассажирское место, быстро подсказывал направления, и я поехала за врата на дорогу.

Мы пробрались в США тайком. Круто.

— Это было безумие! — выпалила я, щурясь из-за яркого солнца. Лос-Анджелес пока не впечатлял красками, но небо было шикарным. Огромное, завораживающее, бесконечно синее с пушистыми хлопковыми облаками. — И ты даже не говорил с пилотом!

— Я договорился заранее, — он вытащил ноутбук из рюкзака. — Следуй этой дороге, пока не увидишь эстакаду. Не пропустишь.

Кивая, я съехала на центральный ряд за маленьким Порше. Мимо проносились торговые центры, не очень отличающиеся от Ванкувера. Но тут было больше пальм. Намного больше.

Я включила кондиционер. Январское солнце ЛА не было обжигающим, но в салоне было уже душно.

— Что дальше?

— В зависимости от того, откуда охотники, мы поедем или на восток, или на юго-восток или на север, чтобы перехватить их, — его пальцы летали по клавиатуре ноутбука. — И это нам нужно узнать первым делом.

— Я знаю, что ты проверял некоторых членов их гильдии, — сказала я, не отмечая, что из-за его труда во время нашего полета я ощущала себя ленивой. Я только пыталась поспать. — Но они не скажут нам, где команда.

Лаллакай помогла нам определить гильдию, но она не могла описать, где именно был тот «перекресток», чтобы мы отыскали его на карте.

Неприятное лицо появилось на экране Кая — бритая голова, впавшие глаза и квадратная челюсть. Он был волшебником отрицания из гильдии охотников на награды, и, судя по записям МП, он получил за последние три года награды за семь черных ведьм и одного друида. Он был одним из мификов, которого Кай отыскал во время полета.

— Посмотрим, готов ли этот волшебник пообщаться, — он присоединил свой телефон к ноутбуку, пощелкал немного, а потом ввел номер волшебника. — Если нет, эта программа покажет мне, где его телефон. Помолчи, хорошо?

— Поняла.

Кай нажал на кнопку вызова, и зазвучали гудки.

— Хартли, — ответил нетерпеливый мужской голос.

— Эй, да, — протянул Кай, сделав голос ниже. — Это Леон Хартли?

— Да.

— Владелец Мустанга Шеллби GT350, номер 2FBT124?

— Да, это я, — с опаской ответил Леон. — Что…

— Где вы в последний раз оставляли свою машину? — перебил Кай медленным тоном, чеканя слова сильнее, чем обычно, первые звуки каждого слова звучали незнакомо грубо. Он потер микрофон телефона рукавом, чтобы создать помехи, взглянул на меня и воскликнул, ни к кому не обращаясь. — Да, да, я звоню ему!

— Кто это? — осведомился Леон. — Моя машина в гараже, и если вы…

— Слушайте, я просто выполняю свою работу, — Кай посмотрел на программу на ноутбуке. — Когда нам звонят забрать машину, мы беремся за дело, и…

— Вы не можете забрать мою машину из моего гаража. Где вы? Если там моя машина, то кто-то украл ее, и я звоню копам.

— Мы получили отчет о брошенной машине три дня назад, — блефовал Кай. — Вы не заметили, что ваша машина была украдена…

— Я не был в городе! — рявкнул Леон. — Я только вернулся. Говорите, где моя машина.

Я напряглась, сжала руль.

Глаза Кая расширились.

— Только вернулись?

— Из командировки, да. Я приехал два часа назад, так что не знал, что машина пропала. Я сообщу о краже, так что скажите, где… и не смейте ее забирать.

Кай стиснул зубы.

— Ладно. Я оставлю это до вечера. Делайте, что нужно. Машина за старшей школой Палм Спрингс.

— Палм Спрингс? — Леон выругался. — Проклятые подростки! Я разберусь. Не трогайте мою машину.

Звонок был завершен.

Кай опустил телефон. Я сглотнула, глядя то на него, то на дорогу.

— Волшебник в городе, — тихо сказал он. — Это подтвердила программа.

— Два часа… Этого хватит, чтобы выдать добычу МП?

— Хватит.

Мы притихли.

— Они, видимо, поймали изначальную цель и ушли раньше, — пробубнила я. — Они опередили нас тут и, наверное, уже отдали Зака.

— Тогда он под арестом у МП, — согласился Кай.

Я смотрела вперед, едва видя другие машины на дороге. Мы добрались сюда как можно быстрее, но все равно опоздали. Вскоре МагиПол узнает, кого получили. Призрак был загадочным, о его личности почти ничего не знали, но МП не были ФБР. У них были инструменты лучше — телетезианы, телепаты, психометрики и кто знал, какие еще мифики — которые помогали им раскрывать тайны преступников.

И, раскрыв его тайны, они раскроют и наши секреты.

— Что теперь? — прошептала я, сжимая руль так, что костяшки побелели. — Если МагиПол узнает о нас через него… и если они станут проверять Эзру…

Кай закрыл ноутбук.

— Мы уже тут. Как далеко ты хочешь идти?

Я взглянула на него.

— Ты спрашиваешь, хватит ли нам наглости забрать плута из тюрьмы мификов?

— Это я и спрашиваю.

Черт.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Не сработает, — бормотала я под нос, прижавшись спиной к стене в переулке. — Это точно не сработает.

Кай рядом со мной натянул черную лыжную маску, вязаная ткань закрывала каждый дюйм его головы, кроме двух дыр для глаз и прорези надо ртом.

Я натянула свою на голову, пряча под нее волосы.

— Мы выглядим как воры из мультика.

— Лучше привлечь внимание так, чем своими лицами, — Кай поправил пряжку на черном боевом жилете. — Надеюсь, у них там нет телетезианов. Стряхнуть хвост будет сложно.

— Телетезианы могут отследить людей по волнам их мозга, да?

— Скорее по психическому запаху, но как-то так.

Я теребила лямки тяжелого рюкзака на плечах. Я несла его, чтобы Кай мог сражаться без помех.

— Как улизнуть от телетезиана?

— Я знаю пару трюков. Они все неприятные, — он передал мне тонкие кожаные перчатки и надел свои. — Готова?

— Да. Нет. Не знаю, — я сосредоточилась на дыхании, надевая перчатки. — Мы вот-вот ворвемся в офис МП и заберем плута из тюрьмы.

— Это не обычный офис. Это самый большой участок на западном побережье.

— Ох, это ужасная идея, — я сжалась у стены, глядя с подозрением на его скрытое лицо. — Мне кажется, или ты не переживаешь вообще из-за того, что мы делаем?

Он фыркнул.

— Кай.

— Что?

— Что ты скрываешь?

— Я ничего не скрываю.

Я скрестила руки и ждала.

Он прошел мимо меня и направился к озаренной солнцем улице в конце переулка. Мы проникали при свете дня, но выбора не было: нужно было забрать Зака, пока агенты не проверили, кого получили.

Кай выглянул из-за угла и вернулся в переулок. Он повторил:

— Я ничего не скрываю. Я никогда не ходил против МП вот так, но мне это нравится.

Мой рот раскрылся под лыжной маской.

— Что?

Он снова выглянул из-за угла.

— Цель — не привлекать внимание МагиПола. А тут мы поступаем иначе.

Я вернула челюсть на место.

— Ох.

— Одинокий агент пересек улицу, — он выглянул снова. — Он ушел в ресторан. Идем.

Он выбежал из переулка, и я следовала за ним, с болью осознавая, что маска просто кричала, что я затеяла зло. Кай юркнул меж припаркованных машин, глядя на маленькое здание напротив участка. «Рестораном» это можно было назвать с натяжкой: это было яркое кафе с бургерами, плакаты с едой были на стенах, и места хватало на три столика для двоих.

Там было не очень, но мы заметил, как дюжина человек из здания МагиПола вошла в закусочную и вернулась в офис с едой на вынос через пять минут. Участок не давал месту закрыться.

Наша мишень уже пропала внутри. Мы миновали маленькую парковку, стали ближе к двери и скрылись за машиной.

— Готова? — прошептал Кай.

Я храбро кивнула. Да. Конечно. Сомнений не было.

Прошла минута, другая. Я нервничала, адреналин кипел.

Дверь закусочной звякнула, открываясь. Вышел мужчина — испанец, среднего роста, подтянутый, в нарядной рубашке и штанах, еще и с грозными усами. Он пересек дорогу.

Кай выбежал из укрытия, я — за ним, сжимая в руке маленький предмет, кожаный шнурок висел на моем запястье. Агент оглянулся на шаги, увидел двух незнакомцев в масках, бегущих к нему, и потрясенно отпрянул.

Кай грациозно перешел от бега к удару ногой, выбил ноги из-под агента. Мужчина отклонился, и Кай поймал его за плечи, чтобы он не разбил череп о дорогу.

Я прыгнула на грудь мужчины, выбивая воздух из его легких, прижала рубин к его лицу.

— Ori decidas!

Мужчина обмяк, словно был без костей. Кай поднял его, зажав рукой рот агента. Я забрала у него пакет с едой, прижимая артефакт к его щеке.

Кай потащил жертву за ресторан в тень переулка с урнами. Мужчина кряхтел и пищал невнятные слова под ладонью Кая, глаза расширились, было видно белки.

Я взглянула на улицу, ожидая вопля. Мы похитили человека средь бела дня.

И это сработало?

— Скорее, — прошептал Кай.

Точно. Удерживая чары падения у лица парня, я подняла другую ладонь, на запястье был шнурок от второго кристалла. Я опустила кристалл на его лоб.

— Ori ostende tuum pectus.

Ядовито-зеленый кристалл замерцал, лицо мужчины стало зловеще пустым, глаза смотрели в пустоту. Я поежилась, помня, как ощущалась сила чар допроса. Я ненавидела эти чары.

Кай убрал ладонь со рта мужчины. Агент медленно моргнул.

— Ты — агент МП? — спросила я твердым шепотом.

— Да. Я — аудитор, — прогудел он. — Я работал тут восемь лет, и мне не очень нравится, но я надеюсь, что меня скоро повысят до…

— Сегодня приводили плутов? — перебила я, вспомнив о побочном эффекте артефакта черной магии: ты лепетал, изливая все тому, кто задал вопрос.

— Приняли шестерых плутов с начала моей смены. Обычно так много за одно утро не бывает, так что Энни это удивило. Но все сплетничали только о двух друидах. Я видел друида только раз до этого, а сегодня гильдия принесла сразу двоих. Все говорят об этом. А потом мы услышали, что…

— Что ты знаешь о двух друидах?

— Только со слов Энрике. Он сказал, что один — Песочный друид, разыскивался за продажу поддельных артефактов фейри на черном рынке, но Энрике сказал, что друид из него не очень хороший, может, он — ведьмак, играющий в друида. Мы не знаем, мог ли…

— А другой друид?

— Энрике сказал, его пока не опознали, но всем интересно, потому что он не сказал ни слова, а мы не можем найти записей о нем, и…

— Где друиды?

— В камерах. Песочный друид в обычной камере, но неизвестного посадили в одиночку, потому что мы не знаем, опасен он или просто не зарегистрирован. Но Энрике сказал, что он выглядит опасно, так что…

— Где камеры? — спросила я, Кай нетерпеливо ерзал рядом со мной.

— В подвале. Они куда лучше, чем те, что в участке в Сан-Диего, где я раньше…

— Как лучше всего добраться до камер?

Агент со стеклянными глазами описал разные пути в подвал. Я спросила его о системе безопасности, охранниках, возможных ловушках, и он рассказал все и даже больше. Конечно, эти чары были под запретом. Мне было жаль парня, ведь он, хоть и болтал это, внутри кричал себе заткнуться, но это не подавляло магию. Я знала это по своему опыту.

— Это все? — шепнула я Каю, взяв ID-карту агента.

Он кивнул.

— Нам нужно двигаться.

Я вытащила пистолет из кобуры на поясе. Мутные глаза агента расширились от приглушенного ужаса.

— Все хорошо, — сказала мягко я. — Это сонное зелье.

— Не говори с ним, — прорычал Кай. — Просто стреляй.

Я прицелилась в грудь агента, дуло дрожало.

— Но будет больно, если выстрелить впритык. Куда мне…

— Просто делай!

Я сжалась.

— Прости.

Канистра CO_2 хлопнула, когда я нажала на курок, и выстрел залил грудь агента, пропитал его рубашку. Боль замерцала на его лице, а потом оно вытянулось. У него останется синяк.

Я убрала пистолет в кобуру, схватила свои артефакты и сунула в мешочки на поясе, вскочила на ноги. Кай помахал мне следовать за ним, пошел из-за урны.

— Постой! — я вернулась, схватила мешок с едой парня и сунула под его обмякшую руку. Я поспешила к Каю и прошептала. — Он заслуживает бургер.

Молчание Кая было полно смысла, но он это не озвучил.

Мы вместе повернулись к улице и зданию на другой стороне. Оно напоминало больше склад, чем офисное здание — и оно было большим. Две высокие двери могли пропустить грузовики, и осталось бы место. Рядом был крохотный проход для людей с металлической дверью. Длинные горизонтальные окна тянулись вдоль верхнего этажа, слишком высоко, чтобы пролезть в них.

Здание не было красивым, но было хитрым. Окруженное парковками с трех сторон и улицей с четвертой, место не подходило для тихого проникновения. Мы не стали брать в расчет пожарные выходы, выбора было лишь два: двери спереди или сзади.

Угадайте, что мы выбрали.

Мы обогнули угол и попали на самую большую из трех парковок вокруг участка, игнорируя камеры наблюдения высоко на стенах. Мы не переживали из-за тех. Еще две сверху смотрели на парковку. Мифики не могли выгружать плутов при людях, так что, когда гильдии прибывали с преступниками, они выгружали добычу в здании.

Мы с Каем побежали к маленькой двери рядом с большими. Я опередила его, прижала украденную карту к черной панели. Свет стал зеленым, и засов громко щелкнул.

Слишком просто? Так мы подумали бы, но, как рассказал бедняга-агент, магическая охрана создавала кучу сложностей. Я не знала, каких именно, но он начал историю о вводе в одном участке охраны Арканы, но все агенты, которые не были волшебниками, в результате случайно заперли себя в комнатах на весь день.

И МагиПол полагался на простую технику, которая, с электромагом в моей команде, была лучше, чем я могла надеяться.

Я прижалась плечом к металлу и осторожно приоткрыла дверь.

Внутри была бетонная площадка, где можно было оставить четыре машины, открыв все их дверцы. Слева от меня была стеклянная стена, усиленная металлом, и за ней виднелась приемная — стол и неудобный диван напротив него.

Нас ждали две проблемы: двое мужчин за столом и то, что стена за ними тоже была из стекла. За тем стеклом был общий офис: десятки столов, кабинок и кабинетов, полных агентов и аналитиков за работой. Они могли лениться. Многие могли нас заметить.

Я взяла себя в руки, миновала дверь и прижала украденную карту к еще одной панели. Я ворвалась в приемную, два агента подняли головы и увидели мой пистолет, направленный на них. Я надавила на курок дважды, и свет погас.

Раздались два тихих стука — мифики рухнули на их общий стол. За стеклянной стеной приглушенно вопили в шоке голоса, во тьме вспыхивали огни: агенты включали фонарики на телефонах.

— Идем дальше.

Я чуть не выскочила из кожи от шепота Кая рядом с собой. Я с трудом видела, куда шла, но направилась на три огонька на дальней стене: кнопки вызова лифта и панели безопасности у двери на лестницу. Они питались не от тех проводов, которые мы с Каем прострелили.

Еще прикосновение украденной картой, и мы ушли подальше от стеклянной стены и агентов. Кай включил фонарик на жилете, приглушенное сияние вело нас по лестнице. Мы спустились, каждый звук отдавался эхом. Я прижала карту к панели у двери.

Свет загорелся красным.

— Блин, — буркнула я. — У аналитика нет доступа? Он не говорил.

Кай прижал два пальца к панели, вспыхнула искра. Красные и зеленые огоньки дико мерцали. Он выдохнул, плечи были напряжены. Еще искра, в этот раз ярче — и замок щелкнул.

— Ты это сделал! — радостно прошептала я.

Он распахнул дверь. Я ворвалась первой, сжимая пистолет обеими руками.

Тут свет тоже остался, ярко озарял комнату. Стол охранников мешал пройти дальше. Два агента сидели за ним, смотрели на мониторы компьютеров. Они вскинули головы, а я влетела в комнату с пистолетом.

— Не двигаться! — приказала я.

Кай был за мной, уже протянул руку, электричество вспыхнуло на обоих мужчинах. Он использовал магию на них без проводника. Кай был опасным.

Мужчины обмякли, я выстрелила в них сонным зельем. Они не шевелились.

Кай направил руку на камеру в углу. Ток пробежал по ее металлическому телу, дым повалил из камеры. Он перепрыгнул стол и пригнулся между агентов, а потом поднялся с новой картой и связкой ключей.

За столом была тяжелая дверь. От прикосновения картой загорелся зеленый свет. Он открыл дверь.

Дальше тянулся длинный коридор, бетонный пол и белые стены, которые выцвели за годы. С одной стороны были открытые двери в допросные, сейчас пустые. Напротив тянулись прутья: камеры для временно задержанных.

От нашего появления дюжина мификов — восемь мужчин в одной камере и четыре женщины в другой — встрепенулись. Я ощущала их взгляды, Кай отключил еще две камеры. Мы поспешили к концу коридора, где ждали еще четыре двери. Одиночные камеры.

Наш информант не знал, в какой камере был загадочный друид, и мы с Каем разделились, заглядывая в темные окошки с прутьями. Первая была пустой. Я проверила вторую со своей стороны — тоже пустую — а потом мы с Каем подбежали к последней двери.

Я прижалась носом к стеклу.

Мужчина сидел на койке, присоединенной к стене, единственной мебели в камере, кроме стального унитаза в углу. Его руки были скрещены, спина прислонялась к стене, он напряженно смотрел на пустую стену перед ним. Затемненное стекло мешало увидеть больше — для уединения? — но я узнала высокое грозное тело.

Мы нашли Призрака.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Я кивнула Каю, и он тряхнул ключами. Только несколько сочетались с сияющей сталью засова, и Кай сунул один в скважину. Ключ повернулся с громким щелчком. Я схватилась за дверь и драматично открыла ее.

Зак поднял голову, и страх ударил меня так сильно, что я чуть не отпрянула.

Он почти не изменился за четыре месяца, что я его не видела. Темные волосы отросли, могли выглядеть неряшливо, но он от этого выглядел только сексуальнее. Его челюсть была темной от щетины, так что он несколько дней не брился. Татуировки из перьев Лаллакай не было на его мускулистых руках, обнаженных из-за футболки без рукавов, но татуировки друида на внутренней стороне предплечий были темными, выделялись, замысловатые круги были заполнены красочными рунами фейри.

Не его внешность вызвала холод адреналина в моих венах — даже со щетиной, порезами, каплями крови и пылью на нем. Нет, дело было в его зеленых глазах. Они не были яркими, сияющими силой Лаллакай.

Они были темными и человеческими, полным жуткой ненависти.

Я застыла на пороге, пока он разглядывал меня, словно решал, содрать ли с меня шкуру. Он меня не узнал. А потом я вспомнила.

— О! — я схватилась за край лыжной маски и приподняла ее, открывая лицо. — Я — Люк Скайуокер. И я пришел тебя спасти.

Он моргнул, шок потушил пламя презрения в глазах. Он снова моргнул, и его рот раскрылся не в стиле опасного плута.

— Тори?

— Никаких имен, — рявкнул Кай за мной. — Идем.

Зак поднялся, и я заметила тяжелые оковы на его запястьях, широкие наручники были в сотнях вырезанных рун. Я вернула маску на место, вышла за дверь и пошла за Каем по коридору, Зак — за мной.

Тихий свист остановил меня. Мифики в двух больших камерах столпились у прутьев, глядя на нас.

— А нас выпустите? — спросил медленно один.

— Да, — Кай прошел мимо. — Погодите минутку, мы подготовимся.

Заключенные растерянно переглянулись.

— Он серьезно? — пробормотала женщина своей подруге по несчастью, пока мы прошли в вестибюль, где двое охранников все еще были без сознания за столом.

Кай порылся в ключах, снял несколько с кольца — те, что подходили к засовам на больших камерах. Он бросил мне остатки, и я поискала среди них ключ от наручников. По словам информанта, наручники Зака были артефактом, подавляющим магию, и нам нужно было поскорее снять их с него.

Я искала, поглядывая на друида, стоящего передо мной, ждущего, пока его освободят.

— Эй, давно не виделись. Как ты?

— Что ты тут делаешь?

— Рада слышать, что тебе нравятся твои, так сказать, каникулы, — я потянула его руки к себе, попробовала вставить маленький ключ. — Погода хорошая, да?

— У тебя есть план, как выбраться из этого здания?

Я раздраженно посмотрела на него.

— Наш план лучше, чем был твой, когда ты оказался в лапах гильдии.

— У вас нет плана, да?

Я сунула другой ключ в его наручники.

— Забраться всегда проще, чем выйти, — Кай повел плечами. Розетки рядом с ним опасно искрились. — Мы побежим. Быстро и прямо к выходу.

Холодные глаза Зака пронзили мага взглядом.

— Думаешь, этого хватит?

Кай отошел в коридор и бросил ключи в камеры. Плуты закричали от удивления и радости, стали искать ключи на полу.

— Немного хаоса поможет, — он вернулся к нам, вытащил звездочки из кармана, держал их между пальцами, так что его кулаки ощетинились острыми клинками. — Снимай с него оковы.

— В процессе, — я вставила третий ключ в наручники, металл зазвенел в коридоре — плуты открывали камеры. — Мы…

Дверь на лестницу открылась.

Ворвалась группа агентов, они были напряжены, но готовились не к виду двух нарушителей в масках на месте охранников. Их лица опустели от потрясения, и на один миг все застыли.

Кай бросил в группу острые звездочки. Зазвенели крики боли, а потом молния вырвалась из вытянутой руки Кая. Три агента упали в конвульсиях.

Я отпустила связку ключей и вытащила пистолет. Первый выстрел попал в грудь парню, желтое зелье разлетелось в стороны. Он падал, женщина за ним нырнула в открытую дверь и на лестницу. Я выпустила еще два снаряда, опустошая пистолет. Последний почти задел ее, пока она убегала вверх по лестнице.

Агент за сорок раскинула руки. Порыв ветра, как от торнадо, ударил по мне и Каю. Мы отлетели в стену. Воздух вылетел из моих легких, и я с трудом удержала в руке пистолет, сползая на пол.

Сигнализация зазвенела из маленькой колонки рядом с поджаренной камерой. Аэромаг и еще один агент из выстоявших, убежали за дверь, спрятались по бокам от выхода, и нам нужно было миновать их, чтобы выбраться отсюда. Ждать лифт мы не могли, а других выходов я не видела.

Кай прижал ладонь к розетке, белый свет вспыхнул на его руке. Лампочки замерцали. Я вытащила магазин из пистолета, сунула его в карман и нащупала новый. Плут выглянул из-за двери, чтобы проверить, что происходило.

Зак присел за столом меж двух агентов без сознания, крутил ключ в оставшемся наручнике, первый уже был открыт. Оковы упали с него. Он отбросил ключи и медленно сжал кулаки, на лице мелькнуло что-то, похожее на радость.

Шаги загремели на лестнице, достаточно громкие, чтобы их было слышно за сигнализацией. Агенты наполнили площадку, выстроились у двери, готовые напасть.

Дела у нас были плохи.

Кай убрал ладонь от розетки и сжал кулак, дрожа от количества впитанного электричества. С лыжной маской на лице не удавалось увидеть выражение его лица, но на моем точно был ужас.

Зак повернул левую руку, открывая татуировки друида потолку. Он провел двумя пальцами от запястья до руны в верхнем круге. Сигнализация звенела, и я не слышала слова, но видела, как двигались его губы.

Руна тускло загорелась. Она замерцала, стала жидким светом, который стек с его руки сияющими каплями. Они падали на пол и впитывались в бетон.

Быстро дыша, я вставила новый магазин в пейнтбольный пистолет и приготовилась к невозможному. Может, агенты МП попробуют поймать нас, а не убивать. Может быть.

Земля задрожала под моими ногами.

Я в тревоге опустила взгляд. Еще дрожь. Гул.

В полу появилась трещина. Другая понеслась зигзагом, и стол содрогнулся. Земля дрожала, и ощущение поднималось по моим ногам, вибрировали зубы, а потом землю словно тряхнуло. Пол разбился, куски бетона взлетели в воздух.

Темные лозы выбрались из земли, извиваясь, удлиняясь с каждым мигом. Стол перевернулся, лоза, что была толще моей руки, развернулась под ним. Мониторы разбились об пол, и стол разлетелся на кусочки, раздавленные растениями.

Я завизжала, пол пошел трещинами между моих ног. Лоза в фут диаметром развернулась, толкая меня в стену, пока тянулась вверх.

Зак перемахнул через обломки стола и побежал к лестнице.

Я вырвалась из плена лозы, а она росла, на стебле появились почки. Оттуда выросли шипы с дюйм длиной, сверкающие черными кончиками.

Кай схватил меня за руку и побежал за Заком. Обогнув лозу, друид врезался плечом в паникующего агента. Мужчина отлетел к растению с шипами и издал крик, который я слышала поверх сигнализации, бьющегося бетона и стонущей земли.

Зак пронесся мимо оставшихся агентов, которые были слишком заняты, убегая или помогая товарищам остановить его. Лозы все росли, поднимались по лестнице, пробивали ступени. Я бежала за друидом по лестнице, спотыкаясь и хватаясь за перила, пока здание содрогалось.

Лестница раскололась, лоза пробила ступени. Я перепрыгнула расширяющуюся брешь с отчаянным воплем. Я пошатнулась на площадке, и Кай поймал меня за локоть. Мы побежали к первому этажу.

Зак был уже за дверью, и вряд ли его могли остановить. Участок был в хаосе, звенела сигнализация, люди кричали. Перегородки падали, пол сотрясался, трещины открывались всюду. Я вырвалась в зал, пять футов пола обвалилось, и лозы вылезли оттуда как корчащиеся щупальца.

Я побежала за Заком, он миновал стол в приемной, стеклянная стена за ним была разбита. Он прошел дверь, и я догнала его, когда он покидал парковку внутри. Я схватила его за руку и потянула вправо. Кай бежал за нами. Мы устремились вдоль здания к улице.

Стекло разбилось сверху. Осколки сыпались дождем, рассеиваясь от ударов мерцающей пылью. Лозы над нами тянулись из окон второго этажа, искали солнце. Кусок бетона упал на припаркованную машину и пробил крышу.

Мы мчались по улице к переулку, где мы с Каем ждали несчастного агента. Работники закусочной стояли на углу улицы, смотрели вверх.

Перед тем, как переулок перекрыл вид, я остановилась, повернулась и сняла лыжную маску.

Земля стонала и дрожала, участок сотрясался. Агенты выбегали из дверей толпой, несколько плутов устремились по парковке в укрытие. Обломки падали на улицу, стены трескались, и потолок раскололся.

Мы смотрели, а извивающиеся лозы замедлились и застыли. Дрожь земли утихла, лишь падали обломки. Скульптура из темно-зеленых лоз и черных шипов поднималась из крыши участка как жуткая корона.

Я вслепую нащупала запястье Кая, а другой рукой — друида.

— Зак, — хрипло прошептала я, — что ты наделал?

Он поднял руку выше, глядя на пустой круг на предплечье.

— Фейри, давший мне эту магию, не уточнял эффекты.

Кай тихо выругался.

— Как МагиПол объяснит это людям? Любители теорий заговора сойдут с ума.

Потрясенные люди приближались, вытащив телефоны, снимая видео. Сирены выли вдали.

— Твою мать, — проскулила я.

Зак высвободил руку из моей ладони.

— Есть машина?

— Сюда, — Кай сорвал маску, отвернулся от жуткого зрелища. — Нужно поспешить.

Он побежал, и я поспешила за ним. Зак следовал за мной. Моя голова кружилась, адреналин угасал, и страх рос на его месте. Были ли люди там в порядке? Агенты пережили атаку лоз и обвал здания?

— Зак, — пробормотала я поверх плеча, — ты не думаешь, что перегнул с этим?

— Я говорил тебе, что не знал, что чары были такими разрушительными.

— Тогда не нужно было их использовать, — я оглянулась, ощущая ярость, страх и облегчение одновременно. — Может, стоит называть тебя балбесом. Как ты мог…

Я врезалась в спину Кая.

Я отлетела, охнув, и пошатнулась. Зак поймал меня за талию и поставил на ноги. Тяжело дыша, я открыла рот, чтобы отругать Кая за резкую остановку.

Мы добрались до конца переулка. Наша одолженная машина ждала на смежной улице, но она не могла уехать — два черных джипа стояли в дюймах от нее спереди и сзади, поймав машину на месте.

Четыре азиата в одинаковых черных костюмах и солнцезащитных очках стояли на тротуаре перед джипами. Тот, что был рядом с ближней машиной, открыл заднюю дверцу в приглашении, вежливо кланяясь при этом.

Кай, казалось, не дышал. Я перевела взгляд от него и ждущих мужчин на Зака, чьи глаза снова стали пугающими.

Мужчина у джипа ждал, замерев в поклоне. Никто не двигался. Напряжение было таким, что я ощущала его вкус.

Второй незнакомец поклонился.

— Ямада-доно, onegaishimasu.

Я поняла из этого две вещи: Ямада и японский язык. Ледяная тревога побежала по моим венам.

От слов мужчины Кай опомнился. Его плечи опустились, он уже не боролся, а сдавался.

Нет. Нет, Кай не мог сдаться.

— Тори, вернись в ангар и жди там с самолетом. Когда пилот вернется, скажи ему, что я передал отвезти тебя домой.

Его тон был без эмоций, без надежды, как и язык его тела. В смятении и тревоги я не сразу поняла его слова.

Мои глаза расширились.

— Кай…

Мужчина снова поклонился.

— Ямада-доно, tomodachi to go-sanka kudasai.

— Nani? — Кай напрягся, выпрямив спину. — Karera wa kankei nai de.

Мужчина поклонился еще ниже.

— Onegaishimasu.

Долгий миг тишины. Кай сжал кулаки, а потом отвернулся от мужчин. Он поймал мой взгляд, на лице была маска. Я не могла понять, ведь не узнавала такое выражение лица.

— Прости, Тори, но вам придется поехать со мной.

— Куда?

Ужас вспыхнул в его глазах на миг и пропал. Он повернулся к ждущим мужчинам, стиснув зубы.

— На встречу с моей семьей.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Я сидела между Каем и Заком, задевая их локти своими, пока джип мягко катился по улицам ЛА. Я едва замечала здания или то, что остальные машины ехали вплотную к нам на четырех полосах.

— Кай, — прошипела я. — Что значит, твоя семья?

Зак скрестил руки.

— С МП наши шансы были лучше.

— Молчи, Зак. Кай, что происходит?

Он решительно смотрел на передние сидения, где сидели водитель и его помощник в одинаковых костюмах. Второй джип ехал за нами, держась близко, насколько позволяло движение на шоссе.

— Я не думал, что они успеют нас заметить, — сказал он тихо и напряженно. — Прости.

Он сжимал колени, костяшки побелели. Я вспомнила, как месяцы назад мы случайно столкнулись с членами его семьи на незаконном аукционе. Во время встречи он держал меня у своего бока, так сильно, что потом у меня были синяки от его пальцев.

— Кай… — я оценила его напряжение и подавила вопросы, понимая, что мужчины спереди слышали каждое слово.

Джип полз дальше, и я скривилась от затора на дороге. Было всего два часа дня? Я заметила, что машин было много, пока мы ехали в ЛА, но думала, что дело было из-за обеденного времени. Или в городе машин было много все время?

— Тори, — сказал Кай без эмоций через десять минут напряженной тишины. — Мы проезжаем Голливуд.

Я забыла о тревоге, склонилась над его коленями, чтобы выглянуть из окна, но ничего толком не увидела. Шоссе с четырьмя полосами граничило со стеной с одной стороны и банком с другой, но, когда мы повернули, между зданий стало видно зеленый холм вдали. На пару секунд я заметила большие белые буквы, а потом дорога снова повернула, и я потеряла из виду знаменитый знак.

Холмов по сторонам становилось все больше, кусты перемежались с желтыми участками мертвой травы, и машин стало меньше. Я смотрела, как проносятся пальмы, мы набирали скорость.

Когда здания пропали, сменившись холмами, я с тревогой пробормотала:

— Мы покидаем город?

— Хм? — Кай рассеянно взглянул на меня. — Нет. Мы въезжаем в долину Сан-Франциско. Мы будем в Северном Голливуде через минуту.

— Откуда ты это знаешь?

— Жил тут восемь лет.

Чего? Он тут жил? Хотелось бы знать об этом раньше.

Водитель съехал с шоссе на другое, это обрамляли стены. Дорога тянулась… и тянулась… и тянулась. Я не могла поверить, что поток машин и крыши зданий могли быть бесконечными. Я жила не в маленьком городе, но это место срывало мне крышу. Как один мегаполис мог быть таким огромным? Где он заканчивался?

Когда зеленых холмов стало больше, чем зданий, мы съехали с шоссе, миновали поворот, и водитель резко замедлил машину. Большие старые деревья бросали тень на дорогу все двести ярдов, где она встречалась с большой деревянной аркой на всю улицу. На ней было написано буквами из кованого железа «Хидден-хилс».

Врата с красно-белым знаменем преградили путь, но, когда джипы подъехали, врата открылись, пропуская их.

Внутри тихая дорога вилась мимо белой ограды и больших здоровых деревьев. Тут не было пустыни, все было зеленым и ухоженным. Большие поместья раскинулись среди огромных дворов. Теннисные корты, большие сады, бассейны, фонтаны. Мы даже проехали мимо небольшого поля с лошадьми.

Владения становились все роскошнее, а потом резко кончились. Дорога тянулась дальше, снова среди холмов. Джип ускорился на склоне, и я склонилась, напрягшись, пока мы проезжали вершину.

Джип поехал вниз по склону, а дальше между холмов устроился дом, какого я не видела в ЛА.

Перемещенный из Японии, дом был окружен стеной с глиняной черепицей на крыше. Изогнутый крыши с приподнятыми уголками образовывали лабиринт строений вокруг зеленых садов, каменных двориков и прудов, что сверкали в полуденном солнце. Я отметила идеально сбалансированную красоту.

Дорога тянулась к входу, где были открыты большие врата. Внутри дорога разделялась, вела к разным частям поместья, но мы не проехали далеко. Джипы остановились в центре каменного двора, и Кай расстегнул ремень безопасности. Он вышел за дверь раньше, чем я расстегнула свой, и Зак вышел с другой стороны.

Я выбралась, озираясь, разглядывая традиционную архитектуру и сад, выглядывающий из-за здания в два этажа.

Кай пошел прочь, оставив мужчин в костюмах позади. Я сглотнула и поспешила за ним, Зак шагал рядом со мной. Кай поднялся по ступеням самого большого здания. Большие двойные двери раздвинулись раньше, чем он дошел до них, их открыли мужчины в японской одежде. Они поклонились, когда Кай прошел мимо.

Он привел нас в большую, но пустую комнату. Рисунок чернилами, изображающий высокие горы среди облаков, тянулся на золотых стенах. Нас ждали еще раздвижные двери, и они снова открылись раньше, чем мы подошли к ним.

За ними ждала еще большая и пустая комната, но эта кончалась платформой, приподнятой на шаг над полом. Кай остановился перед пустой платформой. Мы с Заком последовали примеру, и двое мужчин, открывших двери, поклонились и вышли из комнаты, закрыли двери.

Я посмотрела на панели на стенах. Рисунок продолжался и в этой комнате, и хоть я не хотела впечатляться, было красиво.

В двух шагах перед нами тихо стоял Кай, и я подражала ему около двух минут. Я склонилась к Заку и прошептала как можно тише:

— Чего мы ждем?

— Чтобы нам дали аудиенцию, наверное.

— С кем?

Панель на стене слева от нас отъехала. Шесть мужчин в темной японской одежде прошли, свободные штаны в складку шуршали. Шесть женщин в строгих кимоно и волосами, собранными в простые пучки, последовали за ними. Они выстроились напротив друг друга, мужчины — слева, а женщины — справа, и опустились на колени на полу, создав проход к платформе.

Отъехала еще одна панель. Женщина в простом кимоно опустилась там на колени и низко поклонилась. Старик прошел на платформу и опустился на плоскую подушку посередине. Женщина встала, миновала порог, опустилась на колени и задвинула панель.

С прибытием старика другие двенадцать низко поклонились, сохраняли позы подчинения, пока он усаживался.

— Kiritsu, — хрипло буркнул он.

Дюжина подчиненных выпрямилась, ладони лежали на коленях, они ждали в тишине. Они даже не выглядели заинтересованно.

Прошел долгий миг.

Губы старика дрогнули, беспокоя его жидкую серебряную бороду.

— Ты не будешь выражать уважение к деду, Кайсуке?

Его английский был безупречным, лишь капелька акцента была в гласных.

— Когда я жил тут, — холодно ответил Кай, — ты не давал мне забыть, что я не нихонджин. С чего мне соблюдать твои обычаи?

— Sō desu ka? Mā, — он разглядывал внука, их разделяла вся комната. — Восемь лет тебя тут не было, Кайсуке, а ты ничему не научился. Когда мне сообщили о твоем возвращении вскоре после получения тобой последнего предупреждения, я надеялся, что ты пришел просить у меня прощения, принял свои обязанности со скромностью.

Длинная пауза.

— Но ты, как всегда, разочаровал меня. Четыре года ты позорил себя. Ты не заслуживаешь отношения как к сыну этой семьи или мужчине.

Лидер Ямада посмотрел на ряд женщин.

— Макико.

— Хай, Оябун? — ответила девушка, что была ближе всех к нам, робко глядя на пол.

— Ты была обещана Кайсуке с его рождения, но такое недоразумение не стоит женщины твоего положения. Теперь я даю его тебе. Если посчитаешь его ценным, выйдешь за него. Если он тебе не подойдет, как я и подозреваю, он будет твоим слугой отныне, пока ты не посчитаешь его равным в достоинстве.

Мужчина посмотрел на Кая, давил ледяной властью.

— Он будет слушаться твоих приказов. Если не подчинится твоей воле, сразу сообщи.

— Хай, Оябун.

— Его восстановление в твоих руках. Постарайся, чтобы я не слышал и шепота о нем, пока ты не вернешься представить его как верного мужа, — он поднялся на ноги, пронзил Кая взглядом. — Я не буду больше позволять моей любви к твоей матери смягчать мое сердце. Не проверяй мое милосердие снова, Кайсуке.

Он прошел к панели, и она отодвинулась. Он пропал за ней. Он не взглянул ни разу на меня или Зака. Как только он ушел, дюжина свидетелей поднялась на ноги и вышла.

Кроме одной.

Девушка повернулась, ее взгляд уже не был робким и покорным. Ее темный взгляд пылал, глядя на Кая, ее красивое лицо было вырезано изо льда.

— Кайсуке.

Кай не двигался, стоял спиной ко мне.

— Макико.

Ее маска разбилась, сильные эмоции замерцали на лице, а потом она взяла себя в руки.

— Ты потерял право обращаться ко мне так восемь лет назад.

— Mōshiwake gozaimasen, — тихо сказал Кай, — Миура-сама.

Она подняла голову, стала немного выше, выпрямив спину. Она была на несколько дюймов ниже меня, еще ниже Кая.

— Что ж, Кайсуке, Оябун отдал тебя мне. И с этого момента начинается твое превращение из позорного беглеца в уважаемого наследника Ямада.

* * *

Я моргала от солнца, гадая, как золотой свет мог потерять все тепло на пару часов.

Зак стоял рядом со мной, скрестив руки, прислоняясь к черному джипу. Несколько мужчин в костюмах ждали рядом, зловеще тихие — они тут не болтали — и еще больше мужчин и женщин в традиционных нарядах ходили в стороне по делам.

— Не понимаю, что случилось, — прошептала я.

— Мы увидели Оябуна Ямада и выжили, чтобы рассказать об этом, — он пожал плечами. — Я ожидал результата намного хуже.

— Оябун? — тихо повторила я.

— Глава основной семьи. Ямада как мафия. Одна семья во главе, десятки меньших семей под их управлением. Многие зовут их всех Ямада, но это не совсем правильно.

— Откуда ты столько о них знаешь?

Он подставил лицо солнцу, закрыв глаза.

— Я имел с ними дела за годы. Они — доминирующие игроки на черных рынках Ванкувера.

— О, — я потерла лицо. — И что произошло в той комнате? Дед Кая отдал его той женщине?

— Ты не можешь разобраться сама?

Я хмуро посмотрела на него.

— Женщина — его невеста, да? — Зак не открывал глаза. — Оябун подавил Кая, унизил его. Он сделал Кая подчиненным женщины, его будущей жены. Для традиционной семьи, как Ямада, это ужасное унижение.

— Как это что-то меняет? Кай не будет ее слушаться. Как только мы вернемся в Ванкувер, мы уйдем от них.

Друид приоткрыл глаз.

— Ты не знакома с Ямада, да?

— Ты уже это знаешь.

— Я думал, ты хоть что-то узнала, пока меня не было. Оябуну не нужно угрожать открыто. Кай знает, что будет, если он ослушается. Видишь?

Он склонил голову, и я посмотрела в ту сторону. Макико шла по ступеням главного здания, она сменила кимоно на кожаные штаны и черный топ, воротник крепко обвивал ее горло. Широкий пояс обвивал ее узкие бедра, и две странные серебряные палки свисали с него, покачиваясь от ее шагов.

Кай шел за ней, нес два чемодана, и я полагала, что оба принадлежали Макико.

Я сжала кулаки, но подавила ярость. Мне нужно было держать себя в руках, хотя бы пока мы с Каем не останемся одни, чтобы я смогла узнать, нужно ли паниковать.

Он взглянул на меня, предупреждение на его напряженном лице усилило мою сдержанность. Он опустил чемоданы, открыл багажник джипа и загрузил вещи своей невесты туда.

— Кайсуке, ты едешь со мной, — приказала Макико. — Твои друзья могут поехать в другой машине.

Кай закрыл багажник с грохотом.

— Хай, Миура-сама.

— На английском, Кайсуке. Оябун не счел тебя достойным японского.

— Да, Миура-сама.

Она холодно посмотрела на мужчин неподалеку, словно бросала им вызов — и хорошо, что она смотрела в другую сторону, потому что Заку пришлось сжать мою руку, чтобы я не бросилась на нее. Тяжело дыша носом, я позволила Заку потянуть меня ко второй машине.

Кай послушно стоял рядом с Макико, пока она давала указания водителю. Худые японцы в костюмах и традиционной одежде окружали их, и я поняла, как сильно Кай выделялся. Он был выше всех, больше напоминал европейца, чем японца, и его черты были уникальным смешением двух родов.

Я сняла рюкзак с плеч. Я носила его с тех пор, как мы покинули участок, и Макико могла решить, что он был моим. Иначе она забрала бы его, порылась в вещах и выбросила бы все в мусор, чтобы Каю стало хуже. Я опустила рюкзак на пол перед собой, забралась в машину.

Зак закрыл мою дверцу, хотя не из вежливости, а чтобы я не побила Макико. Он обошел джип и сел рядом со мной.

— Что ты говорил? — осведомилась я, когда он закрыл дверь. — Что Каю придется слушаться ту женщину?

— Подумай, Тори. Тебе не нужны мои объяснения.

Желудок превратился в твердый ком.

— Если он не сделает то, что она скажет, она сообщит деду. А его дед…

Будет угрожать тем, кого любил Кай, как его семья угрожала убить Иззу, когда они с ней встречались впервые. Вот только… что сказал его дед? «Не проверяй мое милосердие снова». Это звучало как…

— Для Ямада это не первый раз, когда они убивают члена семьи, ставшего помехой, — прошептал Зак.

Я смотрела в окно с ужасом внутри, Кай садился в джип. Двое мужчин прошли к нашей машине — водитель и помощник.

— Честно говоря, — добавил Зак, — я удивлен, что они так долго не трогали его. Может, его дружба с Аароном сыграла роль. Синклеры достаточно сильные, чтобы помешать Ямада.

— Ты будто радуешься всему этому, — прорычала я.

Он отклонился на сидении.

— Кай знал, что грядет. Из такой семьи не уйти.

— Да, но…

— Он жив, — Зак пронзил меня взглядом. — Бывает куда хуже, и люди куда хуже могут управлять жизнью.

В его глазах снова горела ледяная ненависть, и мое сердце забилось в горле, голос в голове скулил от страха.

Дверца водителя открылась, спасая меня от ответа. Мужчины сели на места, водитель завел двигатель и поехал за другим джипом за ворота. Я могла различить лишь силуэт головы Кая за тонированным стеклом.

Куда хуже… но это не означало, что это не был худший кошмар для Кая.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Я вернулась на самолет, но уже не на тот, на котором мы прилетели утром.

Диван — да, диван — на котором я сидела, был обит белой кожей. Потолок был гладкой панелью с кожаными вставками и мягкими желтыми лампочками, полок сверху не было. Слева от меня стояли вокруг стола, соединенного со стеной, четыре мягких кресла. Напротив меня был другой диван, а справа от меня — небольшой бар, бокалы для вина тихо позвякивали порой от турбулентности. Я была уверена, что заметила целую спальню сзади, отчасти скрытую перегородкой.

Это был один из частных самолетов Ямада, и мы были на прямом рейсе в Ванкувер.

Кай и Макико сидели на диване напротив меня и Зака. Она сжимала тонкий блестящий планшет, чуть хмурясь, скрестив тонкие ноги в коленях.

— Многое изменилось, пока тебя не было, — негромко говорила она, что контрастировало с ее приказами до этого. — Моя семья значительно расширила операции в регионе Ванкувера, как и в Сиэтле. Расположение Оябуна к нам заметно улучшилось.

Кай промолчал.

— Мой отец почти отошел от дел четыре года назад, и я теперь играю его роль, но под его руководством, — она посмотрела на жениха с надеждой в глазах, словно он мог ее похвалить за достижение.

— Да, Миура-сама, — сказал он через миг.

Она сжала губы, не со злобой, а подавляя реакцию.

— Если бы ты остался в семье, ты уже был бы во главе наших операций в Ванкувере. Я не могу сразу дать тебе серьезную роль, но на младшее положение мы сможем быстро тебя устроить.

— Да, Миура-сама.

Она прислонилась к нему.

— Если будешь хорошо исполнять свою роль, думаю, отец назовет тебя своим преемником через три года.

Я приподняла брови. Разве она не была наследницей? Почему звучало так, словно она хотела, чтобы Кай захватил ее положение?

— Да, Миура-сама, — повторил он.

Костяшки Макико побелели, она сжала планшет. Она открыла рот, но взглянула на меня и Зака. Она тихо кашлянула и застучала по экрану.

— А пока ты сможешь быть со мной, знакомиться заново со всем, — продолжала она холодным деловитым тоном. — Со всеми приготовлениями у меня будет плотный график. Ты знаешь о недавнем отступлении «Красного рома»?

Эмоции мелькнули на его бесстрастном лице, но он молчал.

К сожалению, у меня не было контроля Кая.

— Ты про отсутствие преступлений? Вы отправили всех бандитов отдыхать?

Она фыркнула, злясь, что ответила я, а не Кай.

— Мы не меняли свои операции. Мы прогнали последних из «Красного рома» в конце декабря, а с пропажей Призрака стало необычно тихо.

Зак, пытающийся дремать, сидя, приоткрыл глаза.

— Призрак? — с опаской повторила я. — Он тут при чем?

— Его привычка влезать в большие операции дала одиночкам надежду, что они могут перечить нам, но без него они поджали хвосты. Но он уже не проблема, или скоро перестанет ею быть.

Знакомый страх загорелся во мне.

— Как это понимать?

— Похоже, новости вы не видели, — она щелкнула по экрану планшета и отдала его Каю.

Он прочел что-то на экране, двигая взгляд. Мышца подрагивала на его щеке, тело было напряженным. Он протянул планшет мне.

Я ощущала внимание Зака, пока брала гаджет. Там было письмо, присланное в 1:36 от noreply@mpdalerts.com.

Тема: Обновление «Призрака» в зоне Ванкувера

После анонимной заявки обновлены данные про плута с высшей наградой в Ванкувере, известного как Призрак. Чтобы просмотреть еще 178 заявок, пожалуйста, перейдите к полному описанию.

Новая сумма награды $1,220,000, оплачивается после подтверждения личности.

Пожалуйста, отметьте, кто был добавлен класс Призрака, требующий подтверждения. Ди-мифик — Спириталис, друид; Аркана, алхимик.

Этот плут считается очень опасным, и награда относится к классу «Живым или мертвым», приступайте к делу с осторожностью.

С уважением,

Сюзан Мэнли,

Административный менеджер

Северной части западного региона

МП

Мой рот был раскрытым. Я моргнула, словно это могло изменить слова.

— Призрак всегда ускользал от МП, и они не могли связать его с преступлениями прямо, — отметила МП, — но с наградой больше миллиона он будет слишком занят, убегая от элитных охотников, и не сможет нам мешать.

— Больше миллиона? — выпалил Зак.

Ее брови приподнялись.

— Впечатляет, да? Его вскоре поймают или убьют.

Я смотрела на письмо, не могла отвести взгляда от слов: «Ди-мифик — Спириталис, друид; Аркана, алхимик».

Как? Откуда МагиПол это знал? Кто им сказал? Кто вообще знал? Команда «Вороны и молота», которая прошлым летом поняла, что он — друид, когда он похитил меня, никому не докладывала об этом. И они не знали о его даре Арканы.

Тайна класса Зака была частью того, что делало его репутацию пугающей — и это защищало его личность.

Я посмотрела на его голые руки, татуировки друида были на виду. Письмо пришло вскоре после того, как мы спасли его из участка, но это явно было совпадением. Никто не знал там, кого они удерживали, хотя группа агентов, что прибежала в подвал, была на взводе… словно они не ожидали нарушителей. Они узнали о проникновении или шли проверять загадочного друида?

Я поспешила отдать планшет Макико, не желая, чтобы Зак видел письмо. Его реакция на раскрытие его класса не будет хорошей.

Макико посмотрела на меня и друида так, что мне стало не по себе, а потом она повернулась к Каю.

— Ты предпочитаешь комнату в доме моего отца или квартиру в…

Я уже не выдерживала из-за стресса и нехватки сна и рявкнула:

— Не делай вид, что тебе есть дело до того, что он хочет.

Кай посмотрел на меня, прося взглядом молчать, но я это игнорировала.

— Что тебе нужно, Макико? — я оскалилась. — Ты вела себя с ним ужасно в ЛА.

— Это не твое дело, — она опустила планшет на сидение рядом с собой. — И как только мы опустимся, Кайсуке перестанет быть твоим делом. Навсегда.

Я вскочила с сидения, но Зак опустил меня. Я чуть не вскочила снова, таким сильным было желание вытолкнуть ее из окошка и помахать на прощание.

— Тори, — тихо сказал Кай, — не сейчас.

— Почему? Делать больше все равно нечего, — я сжала кулаки, ногти впились в ладони. — Давайте обсудим, почему она решила, что может относиться к тебе, как к слуге, и…

— Тори, — рявкнул он. — Перестань.

Мои зубы щелкнули. Я хмуро смотрела на него.

— Как я могу сидеть тут и делать вид, что так и надо?

— В смысле? — Макико опустила ладонь на руку Кая. — Тут его место.

Все покраснело перед глазами. Я смутно осознавала, что Зак сжимал плечо, удерживая меня на месте.

— Что ты знаешь о его месте? Ты ничего о нем не знаешь!

— А что ты знаешь? — парировала она, мрачнея. — Кайсуке точно не рассказывал тебе ни капли о его жизни вне той смешной гильдии. Он рассказывал тебе, что рос с моей семьей? Что я была его лучшим другом — единственным другом — все его детство?

Моя ярость стала угасать. Я растерянно посмотрела на нее и Кая.

— Мне был год, когда меня сделали невестой Кайсуке. Отец рисковал репутацией нашей семьи, объединяя наш род с внуком-хафу Оябуна, — она повернулась к Каю, поджав губы. — Мы приняли тебя и твою мать. Оградили тебя. Поддерживали, когда твои родственники пытались порвать тебя.

Кай стиснул зубы.

— Они тебя ненавидели, — она впилась пальцами в его руку. — Но я все направила на твой успех. И после всего, что мы прошли, что я сделала, что сделала моя семья, ты все равно убежал, ничего не сказав, даже не попрощавшись.

Ее голос сорвался на последнем слове, хрупкое тело дрожало. Она встала с дивана, прошла к перегородке и остановилась.

— Но ты не можешь больше игнорировать меня или твое место в семье. Прощайся с друзьями, потому что их в твоей жизни больше не будет. У них и не было там места.

Она ушла в спальню, хлопнув дверью.

Кай медленно выдохнул с той же дрожью, которую пыталась скрыть Макико. Я встала с дивана, пересекла проход и опустилась рядом с ним, сжалась у его бока и обняла его руку.

— Она отпустила меня слишком просто, — прошептал он.

— Потому что тебя бросила твоя семья?

— Потому что я убежал как трус. Мне не хватило смелости сказать ей, что я ухожу, и я бежал от нее и от них все время с тех пор.

Я опустила голову на его плечо.

— Может, вся смелость ушла на то, чтобы уйти.

Он сжал мои пальцы.

Зак смотрел на нас темным взглядом. Он разулся, растянулся на диване и опустил голову на подушку.

— Порой, — пробормотал он, закрывая глаза, — идти вперед можно, только не оглядываясь.

Кай глубоко дышал, чтобы успокоиться. Я расслабилась рядом с ним, усталость давила на меня. Силы давно кончились, да и Кай был бледным, с впавшими глазами. Зак выглядел не лучше. Он закрыл рукой лицо от света.

Я подавила зевок.

— И… какие планы по прибытию в Ванкувер?

Кай посмотрел на наши соединенные пальцы.

— Теперь я делаю то, что скажет Макико.

Мне стало тревожно от отказа, но я не спорила. Будет еще время, когда я устрою срочную встречу с Аароном и Эзрой.

— У тебя есть дела важнее, — добавил тише Кай. — Пока Шейн Давила в городе, тебе нужно быть осторожной.

Зак поднял руку, чтобы посмотреть на нас.

— Шейн Давила? Охотник?

Шорох с другой стороны арки привлек мое внимание. Я заметила рукав стюардессы за перегородкой и кашлянула.

— Слышал, что Шейн в Ванкувере, потому что у него серьезная зацепка насчет Призрака? — бодро спросила я. — Он даже приходил в «Ворону и молот», задавал странные вопросы о прошлом лете. Но я была в отпуске в горах, помнишь?

Зак опустил руку, повернул ко мне голову с пугающим напряжением в зеленых глазах.

— Я это помню, — ответил спокойно Кай. — Хорошо тогда отдохнула, да?

— Отлично, — соврала я. — Шейн говорил, что тоже был в горах. Он привез сувенир из того же места, где я была.

Глаза Зака расширились.

— Теперь он в Ванкувере, — прошептал Кай. — И явно следит за всем внимательно.

— Особенно после обновления МП. Там говорилось, — я нервно сглотнула и с предупреждением посмотрела на Зака, — что аноним сообщил, что Призрак — ди-мифик, друид и алхимик.

Я ждала, что он прыгнет на ноги с ужасом, но он зловеще застыл. Его глаза потеряли фокус, лицо опустело, дыхание замедлилось. О напряжении говорили только кулаки.

— Я не знаю, откуда они узнали, — пробубнила я. — Кто мог им сказать?

Зак посмотрел на Кая. Он беззвучно произнес: «маги».

— Нет! Они этого не делали!

Кай сжал мою руку, и я прикусила язык. Стиснув зубы, я хмуро посмотрела на Зака. Аарон, Эзра и Кай знали, что Зак был друидом-алхимиком, но не сообщили бы МП, даже анонимно.

Зак поймал мой взгляд, закрыл глаза и накрыл свое лицо рукой, больше ничего не говорил.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Было почти одиннадцать ночи, когда черный седан остановился у обочины, старые деревья обрамляли знакомую улицу. Тротуар блестел от недавнего дождя, отражая сияние из окон милого коттеджа Аарона.

Я вяло сидела сзади между Каем и Заком, собирала остатки энергии в себе. После визита Лаллакай, двух полетов, миссии спасения, атаки монстра из лоз, похищения, воссоединения семьи и новости от МП сил не было. И то, что я дремала почти весь полет домой, не помогло.

Кай открыл дверцу. Влажный зимний ветер подул на меня, и шее стало холодно над воротником кожаной куртки. Все остальное мое снаряжение было в рюкзаке у моих ног.

Зак бросил на меня нечитаемый взгляд, выбрался с другой стороны. Он почти не говорил на пути из аэропорта, его молчание было почти враждебным. Макико покинула пассажирское место, а я вытащила свой усталый зад из машины, потянув за собой рюкзак.

Свет стал ярче, дверь дома открылась. Знакомый силуэт Аарона был на крыльце, он смотрел на прибывших. Мы не успели предупредить его, что вернулись, и что было, пока мы отсутствовали. Кай выбросил дешевый телефон в ЛА, чтобы скрыть наши следы, особенно после чар с лозами Зака, этот случай с участком МП должен был попасть в международные новости мификов.

Часть меня надеялась, что Аарон сдержится, когда узнает, что случилось, но другой части хотелось, чтобы он взорвался. Пара шаров огня в лицо Макико меня обрадовала бы.

Она прошла вперед нашей маленькой группы и устремилась по дорожке. Аарон смотрел, как она приближалась, а потом отодвинулся. Она прошла в дверь, остановилась, чтобы снять высокие кожаные сапоги, а потом смело пошла дальше.

Кай не разувался, но он жил тут. Я тоже осталась в обуви, на случай, если придется бить кому-то по коленкам. Мы прошли в гостиную, и я голодно озиралась.

Эзра стоял перед диваном, опустив руки, расставив ноги, готовый напасть. Он взглянул на Кая и Макико, окинул меня взглядом, проверяя, что я была невредимой.

Аарон вернулся к Эзре, пара магов стояла напротив Кая и Макико, и я вспомнила другое напряженное столкновение в этой комнате, когда Аарон и Эзра были против Кая и подозрительного незнакомца.

Я огляделась и поняла, что Зак не вошел с нами.

— Кайсуке, — резко приказала Макико, — собирай вещи. У тебя пять минут.

Я закатила глаза. Зачем вежливо разуваться, если она собиралась так вести себя внутри?

Аарон насторожился.

— Кто ты?

— Макико Миура. А ты, видимо, Аарон Синклер, — она оскалилась от его имени, возможно, винила его в том, что Кай отстранился от ее семьи… и ее жизни.

Аарон потрясенно посмотрел на нее, потом на Кая и обратно.

— Макико?

— Кайсуке идет со мной. Можете попрощаться, если хотите. Больше вы его не увидите.

Аарон тут же сжал кулаки, искры полетели с пальцев.

Кай обошел Макико, приблизился к лучшему другу и сжал его плечо.

— Миура-сама, я могу тут разобраться?

Она поджала губы. Она развернулась и пошла к двери, оказалась в двух шагах от меня. Я думала присоединиться к Каю, который говорил с Аароном и Эзрой быстрым шепотом, а потом бросила рюкзак на диван, жалея, что убрала артефакты туда, чтобы не потерять их при перелете. Я могла бы сейчас Дамой Пик бросить вызов.

— Ты знала его восемь лет назад, — сказала я тихо Макико. — Но не знаешь его сейчас.

Она не слушала меня.

— Что? — заорал Аарон. — Это бред! Ты не можешь…

Кай прервал его, его голос был низким гулом.

Я шагнула в ней.

— Ты не знаешь, чего он хочет, что для него важно или какой он.

Ее дыхание вырвалось изо рта, она расправила плечи.

— Это ты не понимаешь. То, что он хочет, о чем он заботится, — эгоистичное отвлечение. Интересы наших семей всегда важнее.

— Зачем ему слушаться их, когда они обращаются с ним как…

Она склонилась ко мне.

— Наследник Ямада, ставящий себя выше, не может оставаться в семье. Я сделаю Кайсуке ценным для семьи, чтобы от него не избавились, не только потому что так лучше для меня и моей семьи, но и потому что только так он может выжить.

Она повысила голос, отвернувшись от меня:

— Кайсуке, я передумала. Если хочешь что-то из этого дома, я пришлю кого-то за вещами. Мы уходим.

Аарон обернулся.

— Если думаешь, что можно просто…

— Живо, Кайсуке!

Кай буркнул что-то Аарону, а потом сжал плечо Эзры. Три лучших друга, близких, как братья. Они бились вместе, росли вместе, страдали и выживали вместе.

Теперь Аарон и Эзра смотрели, как Кай уходил от них, и даже Эзра не мог скрыть боль на лице.

Кай забрал телефон со стола, ждущий там рядом с моим — наши алиби — а потом прошел ко мне и Макико. Он обнял меня, приподнимая над полом, прижался щекой к моей.

— Я рассчитываю на тебя, Тори, — прошептал он. — Держи их под контролем. Береги их.

Я сжала его руками.

— Это не конец.

Он сжал меня сильнее, его лоб опустился на мое плечо.

— Прошу, Тори.

Глаза жгло, и я с дрожью вдохнула. Он держался миг, а потом отпустил меня. Я провела ладонью по влажным глазам, он обошел меня. Макико застегнула сапоги, они с Каем вышли из дома. Дверь хлопнула за ними.

Я смотрела на Аарона и Эзру в другой части комнаты, наша общая боль пульсировала между нами.

Аарон скривился, а потом оскалился.

— Нет. Ни за что.

Огонь замерцал на его пальцах, опаляя рукава свитера. Он бросился вперед, яростно пересекая комнату.

Сердце билось в горле, я преградила ему путь.

— Аарон, прошу, стой…

— Нет, Тори, — его глаза сверкали, как голубой огонь. — Кай это допускает, но я — нет.

Мой рот открылся, но паника сплелась с горем и беспомощностью. Я не пыталась остановить его, он прошел мимо меня и распахнул дверь на бегу.

— Макико! — взревел Аарон.

Эзра схватил меня за руку и побежал к двери за Аароном. Мы выбежали на крыльцо, Аарон уже спустился, огонь пылал на его кулаках.

Кай уже пропал в машине, и только Макико стояла у открытой дверцы, повернулась к пиромагу. Серебряный прут с ее пояса был в руке, она махнула им в сторону.

Палочка раскрылась в металлический веер, и каждая панель, похожая на перо, была в рунах.

— Хийя! — яростно крикнула она, взмахивая веером в воздухе.

Грязь и листья взметнулись в небо. Воющий порыв ветра сбил Аарона с земли и отбросил в сторону. Он врезался в меня с Эзрой, сбив нас с ног. Мы рухнули на крыльце.

Дверца машины хлопнула. Двигатель заревел.

— Нет! — прорычал Аарон, поднимаясь.

Черный седан понесся по улице. Фары вспыхнули и пропали за углом.

Эзра обвивал меня руками, ладонь закрывала мой затылок от удара об крыльцо. Тяжелый вес Аарона пропал с нас. Я медленно села, он спустился с крыльца, тяжело дыша. Я моргала в тишине, не могла поверить в произошедшее.

Кая не было. Он уехал. Уехал с Макико, позволил ей украсть его у нас.

— А вы любите драматизировать.

Я повернула голову на голос, звучащий из теней. Зак прислонялся к дому рядом с окном гостиной, одну сторону его лица озарял свет из дома.

— Что… — охнул Аарон. — Ты! Что ты тут делаешь?

Я сделала вид, что не заметила, как воздух вокруг Эзры стал холоднее. Я поднялась на ноги и отряхнула одежду.

— Я думала, ты ушел, — сказала я друиду.

— Мне пойти домой?

Я стиснула зубы.

— Ты можешь хоть раз не быть скотиной? Это все случилось, потому что мы с Каем отправились в ЛА спасать тебя.

— Кай был в ЛА? — Аарон оторвал взгляд от друида. — Это же центр власти Ямада!

Моя плечи опустились, я обвила себя руками.

— Я не знала этого. Он не сказал мне. Сказал, что все в порядке…

Эзра опустил ладонь на мою поясницу, его нежное прикосновение удерживало меня среди волн горя и стыда. Слезы выступили на глазах, полились по щекам. Аарон обнял меня, как Кай мгновения назад, Эзра придвинулся ближе, встал за мной, тихо поддерживая.

— Это не твоя вина, — Аарон прижал меня к груди, пока я всхлипывала. — Кай не говорил тебе о…

Меня сотрясло от удара током.

Мы с Аароном отпрянули друг от друга, он сунул руку в карман и достал телефон, экран сиял от входящего звонка.

Он прижал телефон к уху.

— Кай, ты… — он притих, хмурясь. — О, Шейн. Прости, я… я тут занят… — еще пауза, и я слышала смутно мужской голос, который быстро говорил. Глаза Аарона расширились. — На них напали? Что это… Блин. Хорошо. Буду готов через пятнадцать минут… Хорошо, десять минут.

Он закончил вызов с ругательством.

— Это был Шейн. Группа плутов устроила осаду на гильдию «Рыцарей Пандоры»…

— Что? — охнула я.

— …и это военная зона. Шейн вот-вот заберет меня туда.

— Он в пути? — я в панике посмотрела на разыскиваемого плута, стоящего на виду. — Но… но… это не вовремя!

Зак оттолкнулся от стены.

— Я и не собирался задерживаться.

— Да? — я отошла от Аарона и Эзры, друид пошел по газону. — Я все еще жду благодарности за спасение твоей неблагодарной задницы.

— Я не просил меня спасать.

Я зашипела сквозь зубы. Я прошла к нему, топая, остановилась почти на его ногах.

— Но мы тебя спасли, и теперь ты в долгу. И я требую вернуть долг немедленно.

Он отклонил голову, глядя на темное небо.

— Согласен, я в долгу, но придется подождать с этим. У меня есть проблемы важнее, чем семейная драма Кая.

— Это плохо, — я схватила его за футболку и дернула, пытаясь заставить его посмотреть на меня. — Зак!

Он оттолкнул меня.

— С дороги.

— Это еще почему? — прорычала я, сжимая его футболку. — Ты…

— Тори, двигайся…

Ветер ударил по нам.

Обломки полетели всюду, волосы хлестали меня по лицу, и что-то хлопнуло, как парашют на ветру. Сила врезалась в нас с Заком. Мир закружился, и меня придавило, ветер ревел в ушах…

Земля пропала из-под ног.

Жуткие черные крылья с синими и лиловыми звездами опустились, поднимая нас выше. Галактики сияли волнами, и мой ошеломленный мозг не сразу узнал форму.

Дракон.

Большое крылатое существо летело ввысь. Аарон и Эзра были точками под нами, их бледные лица смотрели на дракона, уносящего меня в ночное небо.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Эхо! — закричал Зак поверх рева ветра. — Ты не должен был брать ее!

Я пыталась дышать, прижатая к Заку, огромная лапа дракона с когтями сжимала нас. Воздух был холодным до боли.

— Это не значит… я знаю, но верни ее!

Еще взмах большими крыльями. Огни города внизу мерцали, теряя плотность, словно мы были под водой, я помнила жуткое искажение по единственному полету с драконом до этого.

— З-з-зак, — пролепетала я. — Что п-п-происходит?

Он стал говорить, но ветер уносил его слова. Он склонился, прижался ртом к моему уху, обжигая дыханием мою остывшую кожу.

— Я позвал его отнести меня домой, и раз ты стояла со мной, он решил, что брать нужно и тебя.

— Н-н-но…

— Он не вернется. Придется тебе прокатиться.

Мир мерцал вокруг нас, меня видеть землю, искажая время. Я не знала, прошли секунды или часы, знала лишь о ледяном ветре и жаре тела Зака. И о давлении лапы дракона, но я не собиралась просить Эхо ослабить хватку на мелких людях без крыльев. Эхо был еще тем мерзавцем, мог решить, что это приказ бросить нас. Они с Заком были похожи по уровню мерзости.

Мой желудок сделал сальто, дракон опускался. Его мерцающие черные крылья двигались в спокойном ритме, мерцающий мир стал выравниваться.

Тьма стала небом, усыпанном звездами, почти полная луна выглядывала из-за тонких облаков. Серебряный свет отражался от снежных вершин гор, белые пики словно сияли. Они торчали вокруг нас, сколько было видно.

Эхо полетел над грядой, направил крылья к темной долине. Я зажмурилась, не могла смотреть, как земля неслась к нам. Наше падение резко замедлилось, ветер хлестал меня, а потом мы с рывком приземлились.

Я приоткрыла глаза.

Эхо опустил меня и Зака, мои ноги ощутили чудесную твердую землю. Его чешуйчатые пальцы разжались, и я отшатнулась, конечности онемели. Зак поймал меня за руки и удержал на ногах.

Большое тело Эхо переливалось синим и лиловым светом, сияние зловеще озаряло снег, но ни снег, ни тьма не могли скрыть обгоревшую безжизненную землю вокруг нас.

Зак сжал сильнее.

Шелест крыльев, что были меньше, чем у дракона, нарушил тишину. Черная орлица вылетела из тьмы. Тени тянулись за Лаллакай, она подлетела к Заку, приняла облик человека, и ее босые ноги коснулись земли без звука.

— Мой друид, — хрипло выдохнула она, крепко обнимая Зака.

Я отошла, выбралась из его хватки. Лаллакай радостно урчала от возвращения ее супруга, прижимаясь грудью к его руке, ладонь лежала на его груди. Она посмотрела на меня, в кристальных глазах не было ни благодарности, ни тепла.

Зак не замечал ее. Он глядел напряженно вдаль.

Я повернулась. Холм спускался к долине, где дом, сады и конюшня создавали вершины треугольника рядом с ручьем.

Дом был черными развалинами. Амбар был горелой оболочкой. Сад пропал, все деревья, растения и трава были выжжены. Все было черным… мертвым.

Зак шаркнул медленными шагами, прошел мимо меня. Я не знала, видел ли он меня, если не заметил Лаллакай. Она посерьезнела, шла за ним в двух шагах позади. Несмотря на футболку без рукавов, он не замечал холода, пока шел по склону к развалинам дома.

Я смотрела ему вслед, сердце болело.

Свет вспыхнул красками за мной. Туман и магия окружали большого дракона на склоне холма. Искажение пробежало по нему, собралось в одной точке и с дождем лазурных искр пропало.

Эхо посмотрел на меня глазами цвета полуночи, его гладкие бесполые черты были нечитаемыми. Экзотическое одеяние обвивало его тонкое тело, в черных волосах были синие и лиловые пряди, они ниспадали за его плечами косой до талии. Черные крылья мерцали звездами, поднимались за его спиной, длинный драконий хвост лежал на земле за ним.

Как по мне, он был куда красивее Лаллакай.

— Дерзкая, — тихо сказал он с необычным акцентом в потустороннем голосе. — Мы снова встретились.

— Привет, — пробормотала я. — Зачем ты меня сюда принес? Вряд ли Заку нужна компания.

Дракон смотрел на меня.

— Идем, человеческое дитя.

— Куда?

Он пошел за следами Зака на снегу. Друид двигался не быстро. Он миновал лишь половину пути к развалинам дома.

Я догнала дикофея, едва могла осознать его существование. Ряды мелких рогов в том же узоре, что на его драконьей голове, торчали из его волос. Его уши были как у Леголаса.

Он посмотрел на меня, и я забыла о выдуманных эльфах и трюках грима. Его взгляд притягивал меня, глаза были черными дырами тайн, неземной мудрости и невероятной силы. Страх покалывал на пальцах рук и ног. Мы приблизились к Заку и Лаллакай, я потирала ладони, чтобы отогнать ощущение. Это было от холода? Ледяной ветер дул над долиной вялыми порывами, тянул меня за волосы.

Я думала, что Зак шел к развалинам дома, но он повернул в другую сторону. Замедляясь все сильнее, он подошел к амбару.

В десяти шагах от него Зак замер. Лаллакай ждала за ним, терпеливо сцепив ладони перед собой. Он стоял там минуту, а потом заставил себя идти дальше. Он прошел к широкому порогу, разбитая дверь лежала внутри. Он коснулся обгоревшей рамы, опустил голову. Зак не вошел. Дойдя до здания, он исчерпал запас решимости.

Ледяной ужас собирался во мне. Амбар. Его лошади. Они же… их ведь не было внутри?

Мягкое воспоминание озарило меня, как приятный сон: Зак шел по зеленому лугу в свете летнего солнца, свистя своим лошадям. Они поднимали уши и бежали встречать его. Его нежные ладони гладили их спины и носы, пока он проверял здоровье каждой лошади, а потом отвел одну в амбар, где причесал ее и надел седло.

Горло сжалось, глаза горели. Зак застыл, прижав ладонь к дверной раме, голова и плечи были опущены от горя. Я взяла себя в руки и шагнула к нему.

Прохладные ладони коснулись моих плеч, останавливая меня. Дыхание Эхо задело мои волосы.

— Тебе кажется, что он стоит один, — он склонился, голова была над моим плечом, шелковистые волосы задели мою щеку. — Хочешь увидеть то, что видят мои глаза?

Его ладони покинули мои плечи, он опустил их нежно на мои глаза, мешая видеть. Дрожь пробежала по коже, голова закружилась. Мои глаза стали холодными, словно ветер дул на них. Он раздвинул тонкие пальцы, сделал два треугольных окна, через которые я могла смотреть вперед.

Бледный туман, которого не было миг назад, окутал долину. Он двигался, не реагируя на ветер. Обломки амбара были там, но виднелось темное строение, что было почти плотным. Шесть больших силуэтов лежали на земле внутри, были темнее.

Зак стоял перед эфемерным зданием. Я видела его… но едва его узнавала.

Тени лились из него густым дымом, как от палочки благовоний. Черный огонь плясал на земле, бледные искры взлетали в странном тумане, злые и беспокойные. Руны фейри на внутренней стороне его рук сияли силой, и он тоже сиял. Мягкий свет на его коже переливался волнами, как рябь на залитом солнцем пруде.

— Видишь? — выдохнул Эхо в мое ухо. — Его сила, такая заманчивая. Сладкая, пьянящая. Она манит нас. Люди неплохи, но на миг. Ведьмы вкусны. Друиды… это пир.

Я поежилась.

Зак не двигался, но тьма сгущалась, изливаясь из него. Она корчилась, вспыхивала и искрилась, словно маленькие молнии сверкали в чернильных тучах. Сияние его тела усилилось.

— Они идут. Их зовет его сила. Его боль.

Слова дракона словно убрали пелену, и я увидела, как силуэты приближались. Тени, сияющие формы, которые было сложно воспринимать мозгу человека.

Черные волки с сияющими красными глазами пришли первыми — его варги. Белая пантера тревожно хлестала двумя хвостами. Крохотные пикси трепетали нежными крыльями. Странные рептилии извивались в тени, ползли по земле. Высокие тонкие существа с длинными волочащими руками и серой кожей — темнофеи, которые пытались убить его в лесу прошлым летом. Существо, похожее на медведя, шло на двух лапах. Два мерцающих сильфа, похожих на Хоши, развевались невесомо, нервно приближаясь.

Я не могла дышать, существа из фантазий и кошмаров появлялись из тьмы.

Большой олень с бежевой шерстью и золотыми рогами, замысловато спутанными над головой, шел по земле. Под его золотыми копытами из обгоревшей земли появлялась трава. Растения устремлялись вверх, разворачивались листья, расцветали цветы. Полоска летнего луга отмечала путь оленя из леса.

Светлые и темные фейри, уродливые и красивые, собрались вокруг горюющего друида, но никто не приближался к нему, и в пустоте между ними и Заком была Лаллакай.

Леди теней, Ночная орлица. Призрачные крылья были за ее спиной, чернильная сила кружилась у ее ног, смешиваясь с тьмой, текущей из Зака. Она стояла, уперев руки в широкие бедра, подняв голову с вызовом, глядя, кто из фейри посмеет подойти к ее друиду. Ее супругу.

— Эхо, — прошептала я, — что за отношения у Зака с Лаллакай?

— Она его страж, проводник и хранитель. Долгое время по меркам людей она защищала его. Такой сильный друид, как он, соблазнителен для голодных фейри, и он давно погиб бы, если бы у него не было верного и сильного защитника.

Тьма, свет и дрожащая сила вокруг Зака углублялись. Мои конечности покалывало, магия в воздухе зудела на коже. Собравшиеся фейри беспокойно переминались.

— Она будет в долгу перед ним до конца его дней.

Лаллакай вытянула руку, провела по сгущающейся силе друида. Она подняла пальцы к губам, облизнула их, словно они были в сладком вине.

Зеленые глаза горели на ее идеальном лице, она повернулась к Заку, согнувшемуся от горя, потерявшемуся в темном аду, куда скатывался, созывая фейри леса за собой на глубину. Тьма лилась из него, становясь все темнее, вспышки, шипящие в ней, становились опаснее.

«Он пылал от ярости. Я не смогла успокоить его бушующее сердце».

Но она пыталась?

Она приблизилась к нему. Другие фейри сходились к нему. Зак пропадал в тумане.

Сердце громко колотилось в ушах.

Я убрала руки Эхо с лица и бросилась по склону. Холодная магия осталась в моих глазах, и я видела, как фейри разбегаются с моего пути. Я бросилась сквозь них к пустому кольцу вокруг Зака, которое охраняла Лаллакай.

Она смотрела на него с похотью на лице. Она не увидела меня, пока я не оказалась перед ними.

— Зак!

Он дрогнул, наполовину обернулся, и я врезалась в него, обвила руками его голову, и его лицо уткнулось в мое плечо. Он чуть не упал, но выпрямился, схватил меня за талию.

— Зак, — выдохнула я, сжимая его так сильно, что не могла дышать. — Зак, плакать — это нормально.

Его пальцы впились в мои бока.

— Я тоже плачу, — мой голос дрожал, слезы жалили глаза. — Ты не один. Я с тобой.

Он судорожно вдохнул, и он пошатнулся.

Я крепко сжимала его, а он опустился на колени, плечи тихо дрожали. Я опустилась с ним, прижимая его лицо к своему плечу, закрывая его руками, скрывая его от фейри и их глаз. И я тоже плакала.

Я плакала по невинным жизням, которые он ценил, по бескорыстной любви, которую он потерял. Его лошади ничего от него не требовали. Не пытались использовать его. Не могли его предать. Он любил их, как не мог любить другого человека. Он доверял им, потому что не мог доверять кому-то еще.

И кто-то лишил его этого.

Лаллакай застыла в шаге от него, уставилась на своего друида в моих руках, его кулаки сжимали мою куртку, его гнев тонул в боли. Одолженное зрение фейри угасало, и тени вокруг него рассеивались.

Ярость исказила ее лицо. Скалясь, она потянулась ко мне, сгибая пальцы.

Эхо взмахнул звездными крыльями и опустился рядом с ней. Его ладонь коснулась ее руки, остановив, ее острые ногти были в дюймах от моего лица. Ее пылающие глаза посмотрели на него.

— Его горе человеческое, — прошептал Эхо. — Ты — нет.

Она тихо зашипела, и он улыбнулся, открывая хищные зубы. Рябь исказила воздух, сила покатилась из него. Она шипела на мне, опаляя каждый нерв в моем теле.

Лаллакай повернулась к дракону, тяжело дыша, высвободила руку. Она развернулась, волосы взметнулись. Она отошла на три шага. Теперь дракон сторожил друида, встал спиной к нам, раскрыв крылья, как занавес, скрывая нас от голодных взглядов собравшихся фейри.

Я закрыла глаза, прижалась щекой к волосам Зака. Не важно, что под коленями была твердая земля, что дул холодный ветер. Не важно, что нас окружали пугающие фейри.

Я буду обнимать его, сколько будет нужно.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Мы с Заком сидели у амбара, закрытые от ветра. Ночь легла на горы, на горизонте не было признаков рассвета. Я смотрела на луну, что через пару дней будет полной.

Голова Зака тоже была отклонена, тусклые зеленые глаза смотрели на звезды. Его теплая и шершавая ладонь была между моими руками.

— Все фейри ушли? — тихо спросила я, Лаллакай и Эхо ушли, но я не знала, остались ли остальные. Мои глаза были нормальными.

— Лаллакай прогнала их. Откуда ты узнала, что они там были?

— Эхо дал мне суперзрение фейри на пару минут. Это было дико. Ты сиял, словно эксперимент, который пошел не так.

Он фыркнул.

— От этого ведьмам и друидам сложнее слиться с толпой, да?

— Как выглядят люди?

— У многих нет видимой энергии. У мификов может быть аура, но это другое.

— Ты можешь видеть ауры?

— Нет, но Лаллакай может.

Я прислонила голову к стене.

— Так ты узнал, что я не была провидицей? Когда мы только встретились?

— Отчасти. Мой связной добыл всю информацию о тебе, законно и незаконно. В информации о тебе не было ничего мифического.

— Я первая в новом роде человедьм.

Уголок его рта приподнялся.

— Так ты это зовешь?

— Мне не нравится название «ведьмочел».

— Я не говорил тебе, что ты настоящая ведьма? Тебе не нужен особый термин.

— Знаю, но я не ощущаю себя как ведьму. Фейри обращают порой на меня внимание, но у нас нет особой связи. И я во всем будто хитростью. У меня есть Дама Пик и кристаллы, что ты мне дал…

— Ты их украла.

— …и этот крутой кастет из меди. Погоди, ты его еще не видел. Я училась использовать алхимию для нападения и защиты. И у меня теперь есть свой пистолет для пейнтбола. Парни подарили на Рождество.

— Хм, пожалуй, «ведьма» — это ограниченное понятие. Ты на пути к становлению мастером на все руки.

— Нет, — улыбнулась я. — Я буду мастером на все классы. Понимаешь?

— Знаю, Тори, — сухо сказал он. — Обычно только продвинутые боевые мифики могут быть многих классов.

— Я просто крутая.

Он посмотрел на меня.

— Да.

Мои щеки вспыхнули. Я села прямее, отклонилась и отпустила его руку. Он повернулся к небу, свет луны смягчал морщинки вокруг его рта.

— Ты сказала, что хочешь сразу потребовать возвращение долга, — прошептал он.

— Я просто злилась. Ты ничего мне не должен.

— Но тебе что-то нужно.

Желудок сжался.

— Эзра… его время на исходе.

— Разве демонические маги не живут около десяти лет? Он еще юн…

— Он был демоническим магом с четырнадцати лет.

Долгая потрясенная пауза.

— Кто превратил бы ребёнка в демонического мага?

— Не знаю, но демон с Эзрой уже почти десять лет, и его демон становится сильнее. Он начинает терять контроль, и у него, возможно, осталось лишь несколько месяцев.

Стало тихо.

— Тори, — голос Зака был необычно нежным. — Демонический контракт всегда на жизнь. И кончается он только смертью.

— Знаю, но… — я сглотнула. — Я нашла этот амулет. Он… он принадлежал демону, и у него есть сила прерывать контракты демонов. Я остановила им демона, не дав ему убить меня. Амулет освободил демона, и он напал на своего контрактора.

Его глаза расширились.

— Артефакт принадлежал демону?

— Мне нужно узнать, как амулет работает, и можно ли им отделить Эзру от его демона. Но я не могу найти информацию о демонической магии или артефактах. Потому мне нужна твоя помощь.

— Артефакт с такой силой… — он потер рот, пальцы шуршали по темной щетине. — Могло ли это быть волшебство? Если это магия демона, я не знаю, есть ли информация о таком. Разорвать контракт демона… но сработает ли это на демоническом маге? Проще всего было бы проверить на демоническом маге, но где взять еще одного?

— Мне показалось, что они редкие.

— Очень, ага. Важный вопрос не в том, можно ли отделить демона от мага, а в том, переживут ли они это. Как сильно связаны демон и его сосуд?

— Мне плевать, умрет ли демон.

— Демоны крепкие. Тебе нужно переживать за Эзру. Существо было в нем десять лет. Как сильно это изменило его?

Холод, не связанный с январским воздухом, пронзил меня.

— Он сильнее и быстрее человека.

— И может выживать с ранами, что убили бы обычного человека. Он сражался с раной от меча, которая убила бы его за минуты.

Зак говорил о той жуткой битве, когда мы спасали Надин прошлым летом. Меч Аарона опустился. Эзра упал. Он сражался до конца, рухнул только от потери крови.

Я обняла себя.

— Эзра обречен, так что мне нужно попробовать. Но я не мог просто дать ему амулет, не зная, что будет, — особенно, если Этерран так сильно его хотел. Желание демона и вызывало у меня тревогу.

— Я посмотрю, что можно узнать о демонических амулетах, но не думаю, что много найду. А что насчет контрактов демонических магов? Что ты знаешь о них?

— Я? Ох…

— Ты хоть что-то искала? Если хочешь спасти Эзру, нужно узнать все о демонических магах.

Я ощутила дежавю. Серьезные серые глаза Дариуса, его жуткое указание: «Попроси Эзру научить тебя всему, что можно, о демонических магах».

— Аарон и Кай уже искали… — начала я.

— Они, — Зак презрительно фыркнул. — Может, Кай и мог бы поискать среди запрещенных источников, но его опыт — преступления: черный рынок, контрабанда, подделки, шантаж, рэкетиры. Маги не знаю, как глубоко тянется сеть темной магии.

Энергия заискрилась в его зеленых глазах, он склонился вперед.

— Настоящие призыватели как друиды. Они не записывают пособия, не дают интервью ученым, не консультируют МП. Их знания передаются от наставника ученику, и они ревностно защищают их.

— И как мне тогда узнать об этом?

— Тяжелым способом, — он постучал по моему колену. — Учебники, созданные МагиПолом — версия Демоники для новичков. Тебе нужны знания экспертов, если хочешь понять, что за сила у амулета, и спасти Эзру.

Это звучало невозможно.

— Ты мне поможешь?

— Я оплачу долг, — он поднялся на ноги. — Но этому придется подождать. Мне нужно сделать кое-что первым делом.

Я странно нервничала, тоже поднялась на ноги.

— Что же?

Ненависть вспыхнула в его глазах, он посмотрел на амбар.

— Я убью сволочь, сделавшую это.

Я все еще пялилась, а он пошел прочь.

— Постой. Ты знаешь, кто это сделал?

— Она, считай, вырезала свое имя на теле Морган.

— Морган…

Зак, не замирая, тихо свистнул. Воздух замерцал в паре шагов от него, появилась фейри — белая пантера с желтыми глазами и двумя хвостами, их пушистые кончики сияли тусклой силой.

Зак присел на корточки, ладонь тянулась к зверю.

— Ниари.

Пантера подошла к нему, опустив голову и хвосты. Она прижалась лбом к его груди, и он погладил ее густую шерсть.

Я вспомнила эту пантеру над собой, оскаленные клыки, а светловолосая ведьма Морган стояла неподалеку.

«Тори, это Ниари, мой фамильяр».

— Я понял бы даже без свидетеля, но Варвара была не такой старательной, как она думала, — он потер уши Ниари и добавил шепотом. — Морган умерла быстро.

— Она… тут? Мы… — я не смогла закончить.

— Агенты МП забрали ее тело.

Не только Шейн нашел долину после того, как ферму Зака уничтожили.

— Варвара сделала это?

Я не была удивлена. Темная волшебница была той еще гадостью. Варвара похитила дочь врагов, чтобы вырастить ее как ученицу, чуть не убила Кая и Аарона, когда мы пытались спасти от нее Надин, послала слуг за Заком, заставив его скрыться. Она была одной из тех, кого я ненавидела.

Зак погладил пантеру еще раз и встал.

— Она хочет одно из двух — или чтобы я пропал навеки и больше ее не беспокоил, или чтобы я раскрыл себя в слепой ярости, чтобы от меня было просто избавиться.

— Первое не вариант, — сказала я с опаской. — Но и второе не подходит.

— Второе я собираюсь сделать.

— Но…

Он оглянулся, гнев пылал во взгляде.

— Она ошибается, думая, что может меня убить. Я убежал от нее раз. В этот раз я ее уничтожу.

Я попыталась сглотнуть, но не смогла. Он шагал дальше, и я не сразу смогла заставить онемевшие ноги двигаться. Я натянула рукава куртки на замерзшие ладони.

— Ладно… — я поравнялась с ним. — Что дальше?

— Мне нужно понять, что она и те придурки из МП не украли, — он стиснул зубы. — Я оставил тут вещи. Думал, они будут в безопасности…

Он притих, а потом его шаги стали шире, и мне пришлось бежать, чтобы не отставать.

Он проверил бывший сад для алхимии. Осталась только выжженная земля и несколько обгоревших столбиков. Дыра в земле раскрыла металлический сейф, пустой, кроме земли и снега. Зак посмотрел на раскрытый сейф, отвернулся и пошел дальше.

— Что там было? — с тревогой спросила я.

— Опасные артефакты, от которых я не успел избавиться. И Гарри.

— Гарри? Говорящий череп? — мои глаза расширились. — А если Варвара или МП получили его, и он рассказал им, что ты — ди-мифик?

— Он не выдаст мои секреты. Мы говорились, — он нахмурился. — Мне нужно будет забрать его.

— Уверен, что он не предал тебя? — не унималась я, пока мы шли к дому. — Он точно не был рад, что месяцами был закопан.

Зак пнул ступени крыльца, проверяя, крепкие ли они, и поднялся на них.

— У меня есть другая идея насчет анонимной заявки МП.

— Аарон, Кай и Эзра не выдали бы тебя, — зло сказала я. — Они бы так не сделали, особенно, раз ты знаешь об Эзре. Зачем им так рисковать?

— Я знаю.

— Тогда кто мог сообщить МП? — осведомилась я. Он пошел дальше без объяснений, и я буркнула под нос. — Ладно, оставайся загадочным.

Идти по дому было больно. Все было сожжено до неузнаваемости, и воняло гнилью и плесенью. То, что уцелело, обыскали — Варвара или МП — и остались следы обломков и пропавших предметов.

Пропала и моя обувь, как-то оказавшись в руках Шейна. Я была удивлена, что их не выбросили месяцы назад. Может, Морган хотела почистить их и добавить к запасам сменной одежды на ферме. Они не тратили вещи зря.

Заку пришлось перепрыгивать на обвалившейся лестнице дыры, чтобы попасть на второй этаж. Я была не такой слабой, как раньше, но не доверяла своей спортивной форме настолько. Я ждала внизу.

Он вернулся через пару минут, качая головой.

— У меня было тут не так много вещей, но все пропало.

Мы вышли из развалин. Зак окинул долину взглядом, смерть и сажу, кроме полосы летней зелени, где прошел олень с золотыми рогами, а потом пошел к голым деревьям и покрытым снегом соснам за лугом.

Лаллакай взмахнула темными крыльями, спустилась с неба в облике орлицы. В ее когтях был черный сверток, она спикировала и бросила его Заку. Тени тянулись от ее крыльев, орлица изменила облик при приземлении, опустилась на человеческие ноги, волосы развевались за ней.

Она выпрямилась, посмотрела на меня яркими глазами, на ее лице было презрение. Я широко улыбнулась ей. А почему нет? Она поджала красные губы.

Зак сел на колени, опустил сверток на землю. То, что там было, окутывал черный пакет, залепленный скотчем. Грязь покрывала почти все, словно сверток был закопан.

— Мой друид, — проворковала Лаллакай. — Это все, что осталось от твоих тайников в дальней части долины.

— Ты сама это выкопала? — я сделала вид, что была впечатлена.

Она пронзила меня ледяным взглядом.

Хм. Может, не стоило злить жуткую темнофею?

Зак оторвал скотч, вытащил рюкзак и расстегнул его. Он порылся внутри, звяканье стекла намекало на алхимическое содержимое. Он вытащил сверток кожи, развернул его, и это оказался длинный черный плащ. Он сунул голые руки в рукава, вытащил горсть цветных кристаллов на длинных шнурках, надел их на шею. Артефакты легли ему на грудь.

Он поднял пояс, застегнул его. На боках висели сосуды с зельями. Он прицепил несколько бутылочек размером с кулак к кожаным ремешкам на поясе, а потом застегнул рюкзак и повесил его на плечо.

Он уже был больше похож на себя, просто не был ухоженным. Лаллакай улыбнулась, потянулась к его плечам. Ее ладони стали туманом, погрузились в него.

Он отошел, и ее ладони вернулись, но остались похожими на тень.

— Не сейчас, Лаллакай, — сказал он, отвернувшись. — Я не хочу сейчас тебя в своей голове.

Она опустила руки, ладони стали плотными. Ее лицо исказилось, и я узнала яростное унижение женщины, которой отказали. Вот только она не была женщиной. Она была фейри.

Вспыльчивой фейри, которая поймала мой взгляд.

Эмоции растаяли на ее лице. Она прошла ко мне, покачивая бедрами. Я подняла голову выше, не давала ей запугать меня. Я не боялась. Нет. Ни капли. Но я хотела бы при себе хоть один артефакт. Жаль, что я по глупости сунула их все в рюкзак Кая, а потом оставила рюкзак на диване в гостиной Аарона.

Она остановилась так быстро, что я ощущала сладость в воздухе. Ее холодные пальцы гладили мою щеку, она тихо прошептала:

— Думаешь, можешь выиграть его у меня, жалкая девчонка?

— Разве не ты говорила, что у меня особая связь с ним? — парировала я. Тогда она от меня требовала помощи, и я не удивилась, что ее поведение изменилось с возвращением Зака.

Ее острые ногти задели мое лицо.

— Он принадлежит мне так, как ты и понять не можешь.

Зак уже уходил, оглянулся и замер при виде нас.

— Лаллакай, не… — начал он резко.

Она отпрянула от меня. Она с улыбкой вскинула руки. Тени полетели из ее рук, и они стали крыльями. Ее тело замерцало, она превратилась в орлицу. Ее крыло шлепнуло меня по голове, чуть не сбив, когда она взлетала.

Она пролетела мимо меня, резко повернула и устремилась к Заку. Его глаза расширились на миг, и большая орлица влетела в него. Ее тело слилось с его, пропало, тени полились с него туманом.

Он отшатнулся, потрясенные глаза сияли силой фейри. Низкий звук боли вырвался из его горла, он восстановил равновесие.

Я подбежала к нему.

— Зак? Ты…

— Я в порядке, — рявкнул он, дыша тяжелее, чем обычно. — Просто Лаллакай злится.

Он пошел прочь, и я следовала за ним, стиснув зубы. Он явно был не в порядке. Он сказал ей не захватывать его, а она это сделала, еще и не нежно.

Мы приближались к лесу, и я поняла, что разрушения на ферме заканчивались неестественно идеальной линией у леса. Листья на земле, припорошенные снегом, громко хрустели, пока мы шли в пятнах лунного света под ветками.

Я уловила тень краем глаза.

Между деревьев к нам шел потрепанный черный варг, глядя красными глазами на Зака. С другой стороны шагал второй варг, а дальше шел третий, прижавшись носом к земле. Четвертый выбрался с тихим хрустом листьев из пролеска и повернулся к Заку. Тот опустил ладонь на спину варга, впился пальцами в шерсть. Варг шел рядом с ним пару шагов, а потом ушел в заросли.

Я поняла, когда Зак добрался до нужного места. Спрашивать не пришлось. Он явно шел сюда.

Ель не выделялась бы среди сотен других, если бы не черная трещина, расколовшая ствол от корней до верхушки. Ель была огромной, мы с Заком вместе не смогли бы обнять ее ствол, но больше она не росла. Внутри длинной трещины в стволе еще было сияние — дерево горело глубоко внутри.

— Зараза, — прошипел он.

Он опустил ладони на кору, склонился, прижавшись к ней лбом. Он закрыл глаза и зашептал так, что я не слышала. Хвоя соседних деревьев шуршала от ветра.

Кора расплылась под ладонями Зака. Он медленно погрузил руки в дерево до локтей. Шепча неизвестные слова, он открыл глаза и потянул. Кора замерцала, пошла рябью. Он тянул что-то к себе.

Знакомый силуэт появился внутри искажения, часть дерева отделилась от ствола. Зак прижал ее к груди, опустился на колени.

Я подобралась ближе.

Ребенок лежал на его коленях. Поддерживая девочку рукой, он нежно убрал тусклые зеленые волосы текстуры соломы с ее лица. Ее большие глаза были такими же, как у Прутика, но пустыми, прикрытыми отчасти веками, рассеянными. Тонкие ноги цвета коры лежали на земле.

Ее ладошка поднялась, и Зак поймал ее и прижал к своему сердцу.

— Ты… вернулся, — прошептала она высоким голосом девочки.

— Да, — прошептал он. — Но слишком поздно.

— Я не смогла… защитить его…

— Ты сделала все, что могла.

— Она сильная, — судорожный вдох. — Будь осторожен, друид.

— Я заставлю ее заплатить, Марара, обещаю.

Она слабо улыбнулась, веки трепетали.

— Друид… она забрала первое сокровище, но она… не подумала искать… второе. Я спрятала его… достаточно глубоко.

Он снова провел пальцами по ее волосам.

— Ты невероятна, Марара.

— Возьми это, друид. Я ждала… твоего возвращения, но я… так устала.

Он поднял взгляд.

— Тори.

Горло сдавило так, что я не могла сглотнуть. Я подошла к нему и опустилась. Он переложил хрупкую лесную фейри на мои колени. Я держала ее маленькое тельце, кожа была на ощупь как обветренная кора.

— Останься с ней, — шепнул Зак. — Я быстро.

Я кивнула, не смогла спросить, куда он шел. Он поднялся и повернулся к дереву. Он снова прижал ладони к коре. Его руки погрузились в мерцающую поверхность, а потом он шагнул в дерево и пропал.

Мой рот раскрылся так сильно, что хрустнул.

— Ты… человек…

Я посмотрела на фейри. Она глядела на меня с искрой любопытства.

— Человек… но ты знала фейри. Тебя… отметили.

Я нахмурилась.

— Отмечена?

— Как… друг фейри.

— Ты про метку фамильяра?

— Это я тоже вижу. Но метка дружбы… другая. Значит… ты не опасна… — она слабо улыбнулась. — Люди глупые. Мы пишем послания друг другу на них, а они… не подозревают.

Я глупо моргнула.

— Ты… друг друида?

— Да, — тихо сказала я.

— Это… хорошо. Ему нужен… друг, — ее глаза закрывались. — Я так устала… Он должен… поторопиться.

— Зак, она сказала поторопиться!

Он не появился. Она выдохнула с дрожью. Ее тельце словно таяло.

— Зак! — заорала я.

Кора в двадцати пяти футах над землей размылась. Появились голова и торс Зака, и он выбрался из ствола. Он тут же полетел вниз, но теневые крылья поднялись над его руками и раскрылись, замедляя его падение. Он упал со стуком, крылья опустились на его руки, и он поспешил к нам.

— Марара, — он упал на колени рядом с ней.

— Ты… забрал это?

— Да.

— Теперь я буду спать.

— Да, — он прижал ладонь к ее щеке. — Я напитаю твои корни в последний раз.

— Это… было бы… мило…

Он забрал ее с моих колен и опустил у корней ее дерева. Она прильнула головой к трещине, спутанные волосы зацепились за кору.

Он вытащил из-за пояса сзади нож, закатал рукав. Он провел ножом по запястью ниже последней татуировки. Кровь полилась с его руки, капая на корни рядом с фейри.

Она вздохнула.

— Спасибо, друид.

— Хороших снов, Марара.

Он держал запястье над корнями. Она выдохнула… и больше не вдохнула. Ее крохотное тело прижалось к корням, конечности окоченели, грубая текстура ее кожи стала четче.

Ее тело загрубело, как кора, которую оно напоминало. Он прошептал:

— И спасибо тебе.

Он убрал нож, прижал большой палец к порезу и выпрямился. Мы с ним смотрели, как ее тело медленно сливалось с ее деревом. После пару минут я едва могла различить ее силуэт среди корней, ее спящее лицо было комком со слабыми впадинками глаз.

— Тори, — тяжко сказал он. — Можешь это забрать?

Я огляделась. Квадрат лиловой ткани лежал на тонком слое снега там, где он выпал из дерева. Я подняла предмет, и вес удивил меня. Он не был тяжелым, но я ждала, что сложенная ткань, что умещалась на моей ладони, будет куда легче.

— Что это? — спросила я.

Он утомленно смотрел на фейри и ее дерево, а потом расправил плечи.

— Панцирь Валдурны.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Возвращение в Ванкувер на драконе было быстрым, но таким же неприятным, как в первый раз. Ледяной ветер бил по моему лицу, конечности онемели. Было приятно вернуться в город, но я не была фанаткой выхлопных газов или вони мусора.

Я посмотрела по сторонам. Я нахмурилась и уперла руки в бока.

— Зак.

— Что, Тори?

— Где мы?

— Истсайд.

Я скривилась, глядя на спину друида, пока мы шли. Он поднял капюшон, добавил черные перчатки, дополняющие облик злодея.

— Я перефразирую. Почему мы в Истсайде, а не у меня дома? Или у дома Аарона? — я сбила с пути бутылку пива. — Или не в таком неприятном месте.

Истсайд был самым неприятным местом. Смесь старых офисных зданий и фабрик граничила с улицами, чьи стены были испещрены уродливыми граффити. Было поздно — или рано — и машин не было. Только раздражающе холодный зимний ветер шуршал мусором в тишине.

— Если хочешь домой, — ответил Зак, — вызови такси.

— О, я только телефон возьму и сделаю это, — я шлепнула себя по бедрам, но карманы были пустыми… почти. Но без телефона. Он был в доме Аарона, как и мои артефакты. — Почему бы тебе не одолжить мне телефон? А, у тебя его нет.

— Сколько возмущений.

Я скрипнула зубами.

— Я спала всего пару часов за два дня. Я устала.

— И ворчишь.

— Точно, — прорычала я. Я догнала его, шагая шире, чтобы эффективнее хмуриться. — Почему ты не дал Эхо опустить нас у дома Аарона?

Тени наполнили его капюшон, скрывая лицо.

— Потому что у меня тут дела.

— Какие?

— Отыскать укрытие Варвары.

— Почему ты думаешь, что она в Ванкувере? Она может быть где угодно.

— Если я не ошибаюсь, она укрепляла свое влияние с тех пор, как я ушел, — он замер у темного перекрестка, два фонаря были разбитыми, окна зданий рядом — заколочены. — Ты и Миура говорили о затишье в преступлениях.

Я шла за ним по дороге, игнорируя красный свет на переходе. Мы были такими плохими.

— Да, из-за затишья гильдии насторожены.

— Это не загадка для плутов. Ямада знают, что происходит. Миура сказала, что они готовились.

— К чему?

— К смене власти. Они хотят захватить подпольную сеть. Варвара хочет сделать то же самое, и она хочет, чтобы я не мешал ей сделать ход. Потому она передала информацию обо мне МП.

— Она? Уверен?

— Она уничтожила мою ферму, чтобы выманить меня, а потом слила детали, чтобы повысить награду за меня, привлечь охотников. Она надеется, что меня поймают раньше, чем я схвачу ее.

— Было бы не сложно понять, что ты друид и алхимик, по ее битве с тобой прошлым летом, но что за больше сотни заявок против тебя? Откуда они?

— Мой гримуар, — он остановился, глядя вперед. — Это я оставил в дереве Марары. Почти весь он записан шифром, но я шифровал записи об артефактах, которые приобрел, обменял или уничтожил.

Я стояла рядом с ним, нервничая.

— Она передала эту информацию МП? И они связали это с новыми преступлениями?

— Я не думал, что она найдет дерево. Одна ель в долине? Даже если она знала, что нужно искать дриад, их там сотни, — он тряхнул головой, капюшон подвинулся. — Теперь Марара мертва, и у той заразы мой гримуар. Если она разгадает шифр и получит что-то еще из него…

Он пошел дальше. Я поспешила за ним, сунув холодные ладони в карманы. Пальцы задели шелковистую ткань, и я вытащила свернутый квадрат лилового цвета, который он забрал из дерева дриады.

— Почему я это несу? — спросила я, морща нос, тыкая предмет.

— Не разворачивай.

Я взвесила сверток на ладони.

— Панцирь Валдурны… Ты предлагал это тому противному темнофею?

— Да, но я знал, что он его не примет. Просто нужно было начать переговоры с чего-то впечатляющего и ценного.

— Насколько ценного?

Он постучал пальцем в перчатке по квадрату на ладони.

— Ценнее этого и опаснее по силе, наверное, только твой демонический артефакт.

— О, — я не думала о ценности демонического амулета. Я думала только о том, мог ли он спасти Эзру. — Что делает Панцирь?

— Это артефакт, созданный фейри, который делает тебя непобедимым.

Я споткнулась на ровном месте. Я охнула, удержавшись на ногах.

— Прости, ты сказал «непобедимым»?

— Если носишь его, ты не можешь умереть, даже если смертельно ранен. Никакая магия не может тебе навредить, ни одно оружие не может тронуть.

Если носишь его? Я склонила голову, пытаясь представить, как ткань выглядела бы, если ее развернуть?

— Это плащ? — спросила я, перевернув квадрат.

— Плащ?

— Перчатка? Носок? В такой квадратик сложить можно или это, или трусики, — я посмотрела на него, приподняв бровь. — Потому ты не используешь артефакт сейчас? Не хочешь носить Непобедимые трусики.

Он издал звук отвращения.

— Никто не увидит, что они на тебе.

— Сильная магия, — громко сказал он, — дорогого стоит. Цена Панциря слишком высока для меня.

— Какая цена?

— Вся моя магия.

Я застыла. Он сделал еще два шага и замер. Он коснулся внутренней стороны руки.

— Он поглощает всю магию вокруг себя. Он стер бы всю магию, что мне подарили фейри. Мои артефакты были бы стертыми. Мои зелья стали бы бесполезными. Вся магия Спириталиса и Арканы растаяла бы, и хоть она со временем вернулась бы, на отдых требовалась бы вечность.

Он махнул мне пошевеливаться.

— Цена для фейри даже больше, ведь им терять больше магии. Панцирь сильный, опасный, и я использовал бы такое только на грани смерти.

— И ты заставляешь меня нести ее, потому что…

— Потому что я ощущаю его магию, и от нее мне не по себе.

Я скривилась и убрала ткань в карман.

— Где ты это взял?

— Украл.

— У Аконитового друида, — пробормотала я. — Своего наставника.

Он шагал дальше.

— Да.

— Ты убил своего наставника?

— Да.

— Зачем?

— Потому что захотел.

Я закатила глаза от его сухого тона. Он завернул за угол, и я почти бежала, чтобы не отставать.

— Зак?

— Что теперь?

— Куда мы идем?

— Я проверяю места, где обычно нахожу плутов-информантов, но они заброшены, — его голос стал хриплым. Варвара постаралась.

Я отряхнула ладони.

— Похоже, тебе придется прийти в другое время. Можем отправиться домой.

— Если хочешь идти, иди.

— И мне идти одной по худшему району города посреди ночи без артефакта для защиты?

Он взглянул на меня, и я представила, как он хмурится за тенями в капюшоне.

— Я отправлю с тобой варга.

— Твои варги с тобой? Как? Эхо нес только нас двоих.

— Мои варги, — он завернул за угол, в этот раз попал в темный переулок, — нашли, наконец, мификов, и я могу отправить одного проследить за твоей безопасностью.

И пропустить веселье, как он допрашивает кого-то? Я скрестила руки.

— Нет, я задержусь.

Он тихо зарычал.

Я посмотрела за Зака на полные урны и кучи мусора. В воздухе воняло плесневелой едой и мочой.

— Гадость.

Он вытянул руку, преграждая мне путь, и я врезалась в нее.

— Жди тут. Я хожу на операции один. Ты будешь отвлекать.

Я закатила глаза.

— Ладно.

Он прошел глубже в переулок. Я смотрела ему вслед, считая в голове. Когда он почти пропал из виду, я пошла на носочках за ним. Да, он сказал мне не лезть, но я могла подобраться ближе.

Переулок был необычно длинным, полным мусора от заведений, задние двери которых выходили сюда. Фонари не разгоняли мрак, и мне нужно было полагаться на далекие фонари, чтобы отыскать путь. Ветер утих, я шла дальше, но запах ухудшился. Фу.

Я услышала плутов раньше, чем заметила их. Мужские голоса гудели в разговоре, порой к ним присоединялся хриплый женский голос. Я зашла за урну и выглянула.

Четыре мужчины и женщина курили и болтали, стояли на крыльце под лампочкой. Из ниши свет почти не падал на переулок. Они были в темной одежде, выглядели неряшливо, но не переживали. Двое мужчин были крупными, и у самого большого из пары была татуировка на затылке бритой головы. Из двух других один был среднего роста, а другой — низким. Женщина была средних лет, тощая из-за зависимости, куталась в куртку, что была слишком тонкой для зимы.

— …чуть не поджарили, — ворчал крупный.

— Потому я отступил, — сказал низкий, крутя нервно сигарету. — На магов лучше не идти.

Женщина укуталась сильнее в большую куртку.

— Но если это сработает…

— Не сработает. МагиПол все раздавит, — низкий мужчина бросил сигарету на землю, искра сияла во тьме. — Но, может, она потянет за собой Ямада, и тогда останемся только мы.

Они рассмеялись, звук был жуткой смесью надежды, страха и горечи.

Я посмотрела мимо них, Зака видно не было. Значит, близилось время драматичного появления Призрака.

Разговор плутов оборвался. Они нервно смотрели в тени, толкая друг друга локтями, словно надеясь, что кто-нибудь другой заговорит. Я не знала, что они заметили, но они были уже напуганы.

С вихрем теней Призрак появился из ничего.

Плащ развевался, капюшон был полон теней, он был с головы до пят в черном. Даже его рюкзак на плече не отвлекал от ауры «о, это точно злодей».

Я чуть не фыркнула вслух.

Плуты застыли, как зайцы, от потрясения. Крупный парень попытался спрятаться за товарища, что был поменьше.

— П-п-призрак, — пролепетала женщина.

Я зажала рот рукой, подавляя смех. Боже, они чуть не обмочились. Зак отлично прокачал свою репутацию до пугающих уровней.

— Я только вернулся в город, — прогудел он, — и, похоже, пропустил события. Кто из вас может быстро ввести меня в курс дела?

Они с ужасом переглянулись, словно он просил их отдать ему почки. А потом побежали.

Двое помчались по переулку, еще двое — к моему укрытию. Я отошла в тени, и они пронеслись мимо меня, не оглядываясь. Пятый плут, низкий, открыл дверь за ним и бросился в здание.

Зак не гнался за сбежавшими. Он пропал за дверью следом за низким плутом.

Я огляделась и подбежала к двери, прошла внутрь. Там была вонючая лестница, голые лампочки озаряли грязные ступени. Стук доносился откуда-то сверху, и я поспешила по лестнице.

Я миновала четыре этажа, заглянула в приоткрытую дверь, которая вела на крышу. Здание было больше в ширину, а не высоту, грубый бетон был покрыт слоем каменной крошки.

Впереди незадачливый плут пятился в страхе по крыше. Зак лениво наступал, тень была у его ног, тянулась за ним с каждым шагом.

— Я н-ничего не знаю, — пролепетал мужчина. — Я просто ворую. Ты знаешь, как…

— Миг назад вы что-то обсуждали. Начнем с этого.

— Я не трогал твою территорию, Призрак, клянусь. Это все та психованная волшебница. Она…

— Мы поговорим и о ней.

Губы мужчины дрожали.

— Т-тебе нельзя задерживаться с новой наградой. Тебе конец, — плут выпрямился, набираясь уверенности. — Или мне лучше сказать, что ты — мертвый друид? Ты друид, или это бред МагиПола?

— А ты как думаешь?

С тихим рычанием два варга появились по бокам от него, белые зубы вспыхнули на фоне черной шерсти и красных голодных глаз.

Плут пятился со страхом. Варги подкрадывались к нему, и мужчина остановился, пятки были у края крыши.

Зак шагал следом за своими подчиненными фейри.

— Так что там не сработает?

— Я н-ничего не знаю…

Зак встал между варгов, схватил мужчину за куртку и толкнул ближе к краю, а потом столкнул.

Плут завизжал, отклоняясь. Желтый свет пробежал спиралью по запястью Зака, и магия, похожая на провод, обвила тело падающего мужчины. Он застыл, ноги были еще на краю, но остальное тело наклонилось под углом в сорок пять градусов над улицей в четырех этажах внизу.

Зак сжал конец магической веревки, в прямом смысле держал жизнь человека в руке.

— Прошу, — охнул он. — Прошу, не надо. Прошу…

— Попробуй еще раз. Расскажи, что задумывает волшебница.

Все лицо плута дрожало от ужаса.

— «Рыцари Пандоры». Гильдия. Она обещала отомстить им. Они жестоко обходились с плутами, когда ловили нас. Она… собрала ребят и дала им план, убедила их напасть на гильдию.

— Ты сам это видел?

— Н-нет. Она только говорила с несколькими людьми, и они делали остальное, но… это точно была она.

— И ты не участвовал?

— Я знал, что «Рыцари Пандоры» разобьют их. Я б-был прав. Они только уничтожили здание гильдии.

— Хм.

— Это все, что я знаю. То, что я слышал от…

Зак разжал ладонь. Магическая веревка скользила по его ладони, мужчина падал с испуганным визгом. Зак сжал кулак, подтянул плута. Теперь он висел почти параллельно земле, сапоги цеплялись за край крыши. Плут скулил.

— С каких пор независимые плуты слушают предложения волшебницы? — спросил спокойно Зак.

— С тех пор, как ты ушел, — выпалил мужчина. — Ты ушел, и «Красный ром» так облажались, что оставили свое место, и Ямада стали всюду лезть. Они захватывали все, но эта волшебница стала вмешиваться в планы Ямада и защищать некоторых из нас от МагиПола. Она была лучше Ямада, и мы повелись на это.

Долгая пауза.

— И?

— И она предлагала хорошие бонусы тем, кто станет работать с ней, — плут почти рыдал, смотрел то на Призрака и его фейри-волков, то на обрыв под ним. — Почти все независимые плуты и маленькие гильдии плутов пошли за ней. У нее был какой-то большой план, но я знаю, что в такое лучше н-не лезть.

— Ясно. И где теперь волшебница?

Он заскулил с ужасом.

— Не знаю. Она встречается с несколькими людьми порой, и место каждый раз разное. Это все, что я знаю, клянусь.

— Уверен? — Зак дал еще паре дюймов веревки съехать с его ладони.

— Да! Все так, клянусь. Я больше ничего не знаю. Прошу, прошу, позволь…

— Последний шанс.

— Я не знаю! Прошу, Призрак, не… я ничего больше не знаю. Я держался в стороне. Я не хотел проблем. Прошу… сжалься.

Плут с дрожью шептал, плечи Зака расслабились. Я выдохнула, а потом выпрямилась, прогоняя напряжение. Миссия была выполнена. Я была уверена. Мы узнали, почему преступлений стало меньше, но оставались вопросы о плане Варвары.

Зак потянул за веревку, поднимая плута, и лицо мужчины вытянулось от облегчения.

— Призрак, — пролепетал он, всхлипывая, как ребенок. — Спасиб…

Зак тряхнул рукой, и золотая веревка пропала.

Ужас вспыхнул на лице плута, и он пропал из виду. Его крик звенел страхом. Утихал от падения. А потом раздался самый жуткий звук в моей жизни. Такой ужасный, что он будет выжжен в моей памяти навеки.

Я все еще слышала его, хотя наступила тишина.

Зак повернулся, опустил капюшон и погладил холку варга. Его ярко-зеленые глаза посмотрели на меня, застывшую в темном проеме.

Он нахмурился.

— Я говорил тебе ждать в переулке.

Мои ноги дрожали. Я прижала ладонь к дверной раме и прошептала:

— Ты его сбросил.

Он нахмурился сильнее.

— Ты убил его.

— Он побежал бы к Варваре с новостями, что я тут и охочусь на нее.

— Он рассказал тебе все, что знал, — я сглотнула. — Он так боялся…

Зак посмотрел на мое лицо, хмурый вид стал гримасой.

— Чего ты ожидала, Тори? Я вернулся не вершить правосудие как благородный герой. Я тут, чтобы убить Варвару. Мне плевать…

— Ты не мог найти способ без убийства того мужчины? — осведомилась я, голос был пронзительным, слова дрожали в горле. — Я думала, ты просто пугал его, а не…

Он повернулся ко мне. Я отпрянула, во рту пересохло.

Он остановился у порога, нас разделял фут.

— Я тебя уже предупреждал, но ты не слушала. Ты не так меня воспринимаешь.

Я заставила себя посмотреть на него.

— Ты уничтожаешь черную магию. Спасаешь бездомных подростков. Спасаешь маленьких драконов.

Он пошел вниз по лестнице.

— Ты спас меня!

Его шаги удалялись, не дрогнув, он оставил меня на площадке. Я тяжело дышала, пыталась взять себя в руки. Он был опасен, но не был плохим. Хороших поступков у него было куда больше, чем жестоких.

Это я себе говорила. В это верила все те месяцы. Потому простила его за жестокости, что он творил со мной. Я ошиблась? Была наивной дурой?

Или поступки Варвары заставили его измениться?

Яростный воин-друид, которым я так восхищалась, был где-то в нем, но его сердце было рассечено. Он потерял все — ферму, лошадей, союзников, убежище, гримуар с секретами. Если он не остановит Варвару, она уничтожит все, что у него осталось. Но как далеко он зайдет, чтобы остановить ее?

Я подавила дрожь, оттолкнулась от двери и побежала по лестнице, не замечая вони, пятен, граффити. Я вырвалась наружу, в темный переулок.

Асфальт был пустым.

Тихо дыша, я ждала на крыльце, не веря, что он бросил меня тут. Он вернется, появится драматично из тьмы с вихрем теней, злясь, что я задерживаю его.

Секунды стали минутой.

Мои нервы покалывало. Я посмотрела на урны.

Рубиновые глаза на темной морде глядели на меня. Варг сидел в тени, шевелил ушами, а потом оскалился в предупреждении.

Я глубоко вдохнула и задержала дыхание, пока сердце гремело в ушах. Я выдохнула, сошла с крыльца. Я пошла дальше, варг пошел за мной, в десяти футах позади. Я оглядывалась через каждые пару шагов, надеясь, что его хозяин скоро появится.

Когда я добралась до шоссе и горящего фонаря, варг пропал из виду, но я ощущала его взгляд. Он собирался следовать за мной, пока я не доберусь до безопасного места.

Я оглядела улицу, а потом обвила себя руками, склонила голову и пошла к безопасности — теплому и светлому месту, в котором я отчаянно нуждалась.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Я стояла под решетчатым навесом над дорожкой к крыльцу Аарона. Дом был темным, в окнах не было теплых огней, встречающих меня.

Макико забрала Кая, потом Шейн Давила потребовал помощи с нападением на «Рыцарей Пандоры». Эзра, наверное, ушел с Аароном. В этом был смысл. Меня унесло драконом, и Эзра не остался бы дома один.

Моих трех магов тут не было.

Я прикусила щеку изнутри, подавляя эмоции. Я могла справиться с этим. Всего-то ночь в одиночестве. Я привыкла самостоятельно разбираться с проблемами. Я привыкла к гадким поступкам мерзких людей, хоть и не была еще ни разу свидетельницей убийства.

Я прижала ладони к лицу, пальцы и щеки онемели от холода. Я хрипло дышала. Остаться тут или пойти домой? Я хотела идти еще тридцать минут или сидеть в пустом доме? Я привыкла быть дома одной, но тут без парней будет… пусто.

Тихий щелчок.

Я опустила руки, взглянула на дом. Входная дверь открылась. Силуэт появился на темном пороге, а потом прозвучал мягкий знакомый голос, в котором я так нуждалась:

— Тори.

Я побежала. Я не помнила, как двигалась, но побежала, взлетела на крыльцо и бросилась к Эзре. Он обвил меня руками и крепко сжал.

В его объятиях напряжение во мне пропало. Я прильнула к нему, надеясь, что он не заметит мою дрожь. Сердце болело, выжатое после конфликтов и нехватки отдыха. Он держал меня минуту — мне этого было мало — а потом завел в дом и закрыл дверь. Когда он включил свет в коридоре, я вздрогнула от яркости.

Он посмотрел на меня разноцветными глазами, серьезными — по-настоящему, а не в его версии юмора. Его волосы были растрепаны, морщины усталости окружили рот.

— Тори, ты в порядке?

Я утомленно кивнула.

— В порядке.

Он потянул пальцами за замок на моей куртке. Я растерянно моргнула, а он расстегнул мою куртку, снял с меня и бросил в шкаф. Он окинул меня взглядом, проверяя, что я не была ранена, а потом провел большим пальцем по моей щеке.

— Что тебе нужно?

Это были лучшие три слова в этом году. Я закрыла глаза и обдумала варианты.

— Душ, — твердо ответила я. — Сначала душ.

— Тогда прямо вниз, — он смягчил приказ улыбкой. — Я принесу тебе одежду и полотенце.

Горячий душ согрел мои замерзшие кости, и я ужасно долго стояла под струями, нежась в тепле. Когда я устала стоять, я вышла из душа, увидела два пушистых полотенца и стопку сложенной одежды на столике. Я выжала воду из волос, скрутила их в мокрый пучок, надела майку и штаны для йоги. Он принес и свитер, но я понесла его в руке, пока что мне было жарко.

На первом этаже я нашла Эзру на кухне. Спиной ко мне он что-то делал у стойки. Он отвел меня в гостиную, усадил на диван и опустил толстое покрывало на мои колени. Он принес с этажа выше подушку и устроил ее рядом со мной.

Я устроилась уютнее в своем гнездышке — теперь свитер точно не требовался — и ждала, пока он гремел на кухне. Через миг он вернулся с горячей кружкой.

— Мне? — я обвила руками кружку, во рту тут же появилась слюна от аромата шоколада. Чистая, согревшаяся, в одеяле и с горячим шоколадом, со светом, отгоняющим тьму, и…

Он опустился на диван, подушки прогнулись от его веса.

…и Эзра был рядом, сильный и надежный. Это. В этом я нуждалась. Именно в этом.

Моя нижняя губа дрожала. Я подула на горячий шоколад, чтобы скрыть это.

— Аарон все еще с Шейном?

— Да. «Рыцари Пандоры» преследуют плутов, а Шейн водит Аарона по району, допрашивая вовлеченных.

— Я думала, ты будешь с ним.

Он поправил одеяло, съехавшее с моего плеча.

— Мы не знали, когда ты вернешься, и понадобится ли тебе помощь.

— Ты остался ждать меня, — пробормотала я. Он ждал всю ночь. Наверное, выглядывал в окно — как еще он понял бы, что я стояла у крыльца как потерявшийся щенок?

— Мне очень даже повезло, — тихо веселился он. — Аарон писал мне, и он не очень рад тому, какие у Шейна приоритеты.

Я поднесла чашку к губам, подула еще раз и сделала большой глоток. Шоколадный жар опустился к моему желудку, согревая меня изнутри. Судорожно вдохнув, я склонилась и опустила кружку на столик.

— Слишком горячее? — спросил Эзра. — Я могу добавить молока… Тори? Что…

Он замолк, когда я забралась на его колени. Я прижалась к его груди, обвив руками его шею, прижав лицо к его плечу. Он обвил меня руками, и я закрыла глаза, выдохнув. Я нуждалась и в этом.

Может, я нуждалась в этом каждую ночь. Быть в его руках. В тепле и под защитой.

Мысль удивила меня. Я половину жизни делала из себя независимую женщину, которая сама могла о себе позаботиться, но где-то в этом безумии с парнями и поняла, что нормально быть слабой и испуганной. Порой можно было позволить тому, кому ты доверял, защитить тебя.

Я прижалась лицом к шее Эзры, думая о Заке, оставшемся в Истсайде среди мусора и плутов. Он был один, горевал. Пугал жертв, чтобы получить нужную информацию. Может, ранил их. Может убивал.

И некому было остановить его.

* * *

Я просыпалась, сонные мысли пробрались в утомленную голову. Тусклый свет проникал сквозь веки, значит, утро наступило. Или какая-то зараза включила свет.

Тепло окутывало меня, и было так уютно, что не хотелось шевелиться. Почему утром все было как в раю, но не удавалось устроиться удобно, пытаясь уснуть ночью? Так глупо. Но мне было удобно, с одной стороны были подушки, а с другой… ой…

Мои пальцы дрогнули, прижимаясь к теплой обнаженной коже, и мои глаза открылись.

Я смотрела. Сглотнула. Приказала себе взять себя в руки.

Я уснула на диване. И не одна. Эзра тоже растянулся на диване, и я наполовину лежала на нем, устроившись между ним и подушками спинки дивана. Моя щека была на его груди. Его руки — вокруг меня. Моя нога лежала на его бедрах, а ладонь…

Во сне моя ладонь пробралась под его футболку и лежала на его животе.

Я моргнула пару раз. Его голова лежала на подлокотнике, и он дышал медленно и глубоко, от каждого вдоха я чуть приподнималась. Его вкусный запах мыла или одеколона туманил мне голову.

И… я не могла бороться.

Я чуть подвинулась, наслаждаясь моментом. Была в руках Эзры, пока он спал. Тепло, сила. И его тело было твердым от мышц. И хотя я старалась, я не смогла остановить пальцы. Сколько раз я мечтала прикоснуться к нему так? Сколько раз вспоминала наш поцелуй под омелой?

Мои пальцы нащупали текстуру, что отличалась от его гладкой кожи и твердых мышц.

Эзра сонно вдохнул.

— Тори… щекотно.

Блин. Мои щеки пылали. Ощупывала его во сне. Отличная работа, Тори.

Он уже мог понять, что я была извращенкой, и я потерла бугорок и поняла, что это был шрам. Один из трех шрамов, что тянулись от его правого бедра до центра, заканчиваясь у солнечного сплетения. Я провела пальцами вниз по шраму и пощекотала ногтями его бок.

Он вздрогнул, руки сжали так резко, что воздух вылетел из моих легких.

— Ты боишься щекотки? — прохрипела я.

— Я так и сказал, — проворчал он, ловя мою ладонь сквозь футболку, не дав мне пошевелить пальцами.

Опасно улыбаясь, я отклонила голову, чтобы видеть его лицо.

— Я так рада, что узнала об этом.

Он с опаской глядел на меня.

— С большой силой приходит большая ответственность, Тори.

— Предлагаешь не злоупотреблять новыми знаниями? — моя улыбка стала шире, и я попыталась высвободить пальцы. — Еще чего.

Он сильнее сжал мою ладонь.

— Дай угадаю. Ты щекотки не боишься.

— Ни капельки, — бодро пропела я.

Его губы изогнулись почти угрюмо, и мое сердце перевернулось. Как угрюмый вид мог соблазнять? Я была безнадежной.

— Не знаю, верить ли тебе на слово, — пробормотал он. — Это было бы глупой тактикой.

— Да, но мне врать не нужно, — я приподняла бровь, подбородок лежал на его груди. — Но если не веришь, можешь узнать сам.

Его выражение лица не изменилось, но что-то замерцало в его глазах. То, от чего сердце снова сделало сальто.

— Но, — предупредила я, — если захочешь пощекотать меня, тебе придется отпустить мою руку. И если ты это сделаешь…

Он прижал мою ладонь к своему боку, и я расслабила руку, пытаясь обмануть его. Он закатил глаза, разгадав мой маневр.

Смеясь, я уютнее устроилась у его бока.

— Я проиграла. Который час?

— Не знаю. Я бы проверил, но телефон в кармане, и мне нужна свободная рука, чтобы достать его, — другая его рука была подо мной. Он не освободит ее, пока не сбросит меня с дивана.

Я ухмыльнулась.

— Похоже, тебе придется поверить мне на слово.

— Похоже на то.

Он отпустил мою ладонь и потянулся вниз. Я подумывала пощекотать его после его сомнений в моих словах, но он повернул бедра, чтобы достать до заднего кармана. Движение его тела рядом с моим прогнало все мысли из моей головы.

Эзра опустился на диван и проверил экран телефона.

— Уже девять. Аарон прислал сообщение полчаса назад. Он думает, Шейн скоро закончит.

— Они еще работают? — я широко зевнула. — Бедный Аарон.

Эзра вытянул руку за голову, чтобы опустить телефон на столик, его живот напрягся от движения. Мои пальцы невольно прижались к боку и его загадочным шрамам.

— Эзра, что с тобой случилось?

Он затаил дыхание, напрягся. Я спросила, не думая, чуть не забрала вопрос обратно, но разе он сам рассказал бы мне? Я не могла игнорировать его прошлое, ведь его тайны могли изменить его будущее… и то, выживет ли он.

Я задела пальцами шрам и пробормотала:

— Ты был демоническим магом больше девяти лет, тебе было четырнадцать, когда… это очень юный возраст.

Его лицо стало пустой маской, он все еще был напряжен. Я оценила его реакцию и прижалась щекой к его груди.

— Все хорошо, — тихо сказала я, убирая руку из-под его футболки. — Забудь, что я спросила.

Он притянул меня ближе, и я выдохнула, подавляя недовольство, что он все еще не мог рассказать мне всю историю. Мои глаза закрылись, мысли уплыли к другим тревогам.

— Шрамы от другого демонического мага.

Мои глаза широко раскрылись. Его слова были сухим шепотом, обычно шелковистый голос стал хриплым.

— Мне было пятнадцать, я был демоническим магом год. Ей было четырнадцать, демон был с ней три месяца. Порой… некоторые люди не… — он перестал дышать. — Первый год самый сложный. Демон постоянно проверяет тебя, но это не только психические атаки. Это эмоции…

Я подняла голову. Эзра смотрел на потолок, глаза потемнели от воспоминаний.

— Это неестественно, — прошептал он, — делить свое тело… делить разум. Порой я не знаю, какие мысли мои, а какие — его. Когда я злюсь или боюсь, я словно тону, пропадаю. И эмоции будто не мои. Они отражают его, и все закручивается по спирали, и я не могу остановить это…

Я сжала с силой его руку.

— Ты видела… холод и тьму. Так происходит, когда я теряю контроль над эмоциями. Тогда Этерран пытается захватить меня, а порой он отталкивает меня от края, чтобы спасти нас обоих.

Он сжал пальцами край моей майки.

— Этого мы все боимся. Если демон захватывает, мы можем отбить контроль. Но если мы теряем себя… если эмоции переполняют нас, и мы пропадаем, и остается только страх и гнев…

Он утих, и я могла лишь отчаянно сжимать его, как он сжимал меня, словно от близости слова были менее пугающими.

— У нее демон был три месяца, — прошептал он, — и она не смогла справиться. Или из-за демона, или из-за эмоций, или из-за всего. Я пытался ей помочь, но что я тогда знал? Она… плакала ночью, боясь, что они убьют ее из-за слабого контроля. Я пытался успокоить ее, но ее страх становился все хуже, и она… сорвалась и обезумела.

— Демон захватил ее? — робко прошептала я.

— Нет. Страдает не только разум человека. Они с ее демоном сошли с ума вместе. Гнев и страх, сила и магия вырвались из нее без повода и ограничений.

— Это ты имел в виду, когда сказал, что потеряешь разум из-за демона?

— Так погибают демонические маги. Этерран может это пережить, а я — нет, — его ладонь поднялась по моей спине и запуталась в моих волосах. — Я знал, что происходило, но думал, что мог ее спасти. Может, я мог подавить ее или вырубить, сделать то, что приведет ее в чувство. Но, когда я попытался, она… распорола меня. Я выжил только потому, что Этерран исцелил мои раны. Он не смог толком починить мой глаз.

Он замолчал, и я тихо спросила:

— Что с ней случилось?

— Я ничего не смог сделать. Я боролся с Этерраном, пытался встать, потому что они шли убить ее…

Он затих, и я больше не спрашивала. Я могла догадаться, что случилось, я уже это видела. Эзра начал терять сознание, это дало Этеррану захватить его и исцелить раны. И какие-то «они» убили девушку.

Теперь я знала, кем была девушка на его спрятанной фотографии — блондинка, обнимающая юного Эзру без шрамов, и побережье Орегона тянулось за ними. В пятнадцать он пытался спасти ее, а вместо этого увидел ее смерть.

Его ждала ее судьба. Он видел в ней безумие и жестокость, которыми закончится его жизнь. Аарон и Кай обещали оборвать его жизнь до этого, и я теперь понимала, как они могли пообещать такой ужас.

Я открыла рот, но не могла говорить. Я не могла обещать, что мы спасем его, но решимость горела во мне, опаляя кости.

Я не подведу его.

Я не могла ничего сказать, провела пальцами по его щеке, по небольшой щетине на челюсти. Я улыбнулась и бодро спросила:

— Как насчет завтрака?

Мгновение казалось, что он не ответит, его взгляд был темным от отчаяния. Эзра вдохнул, выдохнул, и его нежная улыбка вернулась.

— Только если ты готовишь.

— Договорились, — я села, на один мучительно чудесный миг оказалась верхом на нем, мои бедра прижались к его бедрам, ладонь легла на его грудь. Но я двигалась дальше, спрыгнула с дивана и выпрямилась.

Оставив его лежать, я закрылась в ванной. Дом Аарона был из тех старых строений, где не было ванной наверху, и обычно это было неудобным, но этим утром сработало в мою пользу. Я смогла быстро убежать туда, чтобы взять себя в руки.

Я быстро разобралась с делами тут, почистила зубы — да, тут была моя щетка — и беспомощно посмотрела на свои кудри. Тот бардак могли исправить только вода и средства для волос.

Мои ореховые глаза смотрели на меня из зеркала. Зак обещал выяснить насчет демонических артефактов. Робин делилась зацепкой по редким знаниям о Демонике. И у меня был демонический амулет. Мы втроем разберемся. Должны.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Открывая дверь ванной, я вспомнила и о Кае, нужно было спасать четвертого мушкетера в нашем квартете. Может, не так срочно, но я не брошу его в заботливых руках Макико. Одна ночь уже была слишком долгой. Он был нашим, и мы его вернем.

Задумчиво напевая, я прошла пустую гостиную и пошла по лестнице. Нам с Макико нужно было обменяться парой слов. Или ударов. Старая добрая драка кулаками могла добиться куда большего в правильной ситуации, хотя то, как она отбросила Аарона по двору порывом магии воздуха тревожило меня. Может, я и не побью ее, но стоило надеть свои боевые кожаные штаны на всякий случай.

Все еще размышляя, что выбрать из моих вещей, хранящихся в шкафу Эзры, я открыла дверь его спальни и вошла.

Он стоял перед шкафом, натягивал футболку. Его джинсы были расстегнутыми, едва держались на бедрах, и черная резинка серых боксеров виднелась над ними.

Мой мозг отключился, все мысли пропали от волны жгучего желания. Я оторвала взгляд от его живота, посмотрела на его лицо. Его футболка отчасти прикрывала его чудесный пресс, и одна рука придерживала ткань, пока он смотрел, как я глазела на него, с долей робости на лице.

И это почему-то было даже горячее.

Жар вспыхнул во мне, и я очень хотела сделать шаг. Еще один. А потом оказаться близко и коснуться его. Снять его футболку и провести ладонями по его красивому телу. Чуть потянуть за джинсы, чтобы они перестали мне мешать.

Бли-и-ин.

Я сглотнула, подавляя грязные мысли. Ох, я была ужасной. Он просил меня об одном: быть его другом. Просьба не была сложной. Нужно было просто не прыгать на него. Это было так тяжело?

Да. Но я сдерживалась.

— Прости, — сказала я, возмутительно тяжело дыша. — Нужно было постучать. Я зайду позже.

Я повернулась к двери, мысленно поздравляя себя. Да. Я была хорошим другом, хоть и в тайне хотела…

Теплая ладонь сжала мое запястье. Эзра потянул меня, и я повернулась к нему, хмурясь со смятением, готовая спросить, в чем дело.

Он притянул меня к себе, и его рот оказался на моем.

Я не могла мгновение поверить в это. Не могла поверить, что его ладони сжимали мои руки, что наши тела прижимались друг к другу, и губы были соединены. Вот только это явно происходило, и я была в шоке.

Я охнула. Мои руки обвили его шею мгновенно, пальцы запутались в его волосах. Он прижимал рот к моему, горячий и решительный. Я раскрыла рот и пошатнулась от первого прикосновения его языка. Я прижалась к нему сильнее, углубляя поцелуй, требуя большего.

Он отпрянул с резким вдохом. Он с ужасом посмотрел на мое лицо.

— Блин, — он запыхался, как я. — Прости. Я просто… Я не должен был…

Я схватила его за волосы, пока он пытался отойти от меня.

— Не смей.

Он моргнул.

— Я…

— Не заставляй меня объяснять все причины, по которым тебе не нужно останавливаться.

— Но…

Я опустила его голову, потянулась к нему, наши губы были мучительно близко.

— Перестань думать хоть раз, Эзра. Я хочу тебя. Поцелуй меня!

Он смотрел на меня. Я глядела на него, все еще пытаясь опустить его голову на последний дюйм. Не удавалось побороть его глупую силу. Его губы дрогнули, и он рассмеялся тихо и хрипло, так неожиданно, что все внутри меня вспыхнуло от этого звука.

И он снова поцеловал меня.

Я целовала его в ответ так же пылко, его руки обвили меня, его ладонь прижалась к моей макушке, подтягивая меня к его рту. Я водила ладонями по его бокам и забралась под футболку. Мои ладони прижались к его теплой коже. Да. Наконец-то. Я провела ладонями по его прессу, мышцы напряглись в ответ. Я задрала его футболку, застонала в его рот, обводя твердые соски.

Он ответил мне низким звуком в горле. Эзра вжался в меня так, что я отпрянула на шаг. Моя спина врезалась в стену рядом со шкафом, и он сжал мои бедра, легко поднял меня. Его теплый вес прижимал меня к стене, мои ноги обвили его талию, притянув его ближе. Я не могла дышать от желания.

Я оторвалась от его губ, желая вдохнуть, и Эзра скользнул ртом по моей шее. Я запустила ладони в его кудри и направляла его голову. Он приподнял меня выше, его рот добрался до выреза моей спортивной майки, тонкая ткань цеплялась за мою грудь.

Майка мешалась. Как и его футболка. Как и вся наша одежда.

— Эзра, — начала я.

Он поднял голову. Его разноцветные глаза пылали желанием, которое накапливалось неделями. Может, месяцами. Может, с нашей встречи. С той первой улыбки и первого смеха.

Скрывая опасные тайны и не желая ни с кем сближаться, он не намекал даже, что его влекло ко мне. Я была уверена, что он откажет, и отвлеклась на Аарона. Я не признавалась в безумном влечении к нему. Месяцы отказа тянулись, наши отношения стали ближе, огонь медленно распалялся. А теперь меня поглощало адское пламя.

Забыв, что я хотела сказать, я поймала его рот и поцеловала его со всем накопленным пылом, который я отчаянно пыталась скрывать. Его рот поглощал мой, забирая все, желая большего. Его язык скользил по моему языку. Его ладони сжимали мои ноги, он прижимал меня телом к стене.

Я оторвала рот от его губ во второй раз.

— Эзра, — выдохнула я. — Кровать там.

Голодные глаза посмотрели на мое лицо, он отошел от стены. Я сползла по нему, мои ноги коснулись пола. Я схватила его за футболку и стянула через его голову. Он отпустил меня, чтобы его руки высвободились из ткани, а потом его ладони легли на мою талию, скользнули под мою майку, пальцы гладили мою кожу.

Я прижалась к твердой груди Эзры, подтолкнула его идти по комнате вперед спиной. Он двигался со мной, ладони исследовали, рот был соединен с моим, пока я жадно гладила каждый дюйм его кожи. Мы добрались до кровати, мои пальцы нашли резинку его боксеров, скользнули по ткани, пользуясь тем, что джинсы расстегнуты.

Он развернул нас, уложил меня на кровать. Я выгнулась на ней, пылая, желая его. Он стоял между моих колен, замер, разглядывая каждый изгиб моего тела, упиваясь видом меня на его кровати, готовой умолять.

Он опустил колено на матрас меж моих ног. Провел ладонью по моей ноге до бедра. Склонился.

Входная дверь громко хлопнула.

— Эзра? — позвал Аарон, охрипший от усталости. — Ты не спишь?

Глаза Эзры расширились. Мы долгий миг смотрели друг на друга, а потом вскочили с его кровати. Я схватила его футболку с пола, он застегнул свои джинсы — с трудом, и от этого вида у меня перехватило дыхание. Я вручила ему футболку, и он надел ее.

Голос Аарона зазвучал на лестнице.

— Эзра?

Эзра провел пальцами по моей ладони и выбежал из комнаты. Его шаги загремели на лестнице.

— Аарон, как все прошло?

— Это был кошмар. Есть вести от Тори?

— Она пришла в четыре. Спустится через минуту. Она просто переодевается.

О, точно. Я так и не переоделась. Я стала рыться в шкафу, искала в своей стопке вещей. Я разделась догола — дверь была открыта, но ладно — надела хлопковые трусики, майку и длинный свитер. Я надену кожаные штаны, когда буду готова побить кого-нибудь. Я схватила носки и поспешила вниз по лестнице.

— Куда тот гад забрал Тори ночью? — спросил Аарон, голос звучал из гостиной.

— Я не знаю пока что. Она уснула на диване, не успев рассказать мне, и мы проснулись пару минут назад, — Эзра зевнул. — Она, вроде, в порядке, но из-за чего-то обеспокоена.

Я прошла в комнату, но мое бодрое поведение увяло от вида Аарона. Он сжался посреди дивана, лицо было бледным, осунувшимся, в саже. Маркер в ножнах лежал на столике, его снаряжение было в пепле и грязи. От него несло дымом.

— Твою мать, Аарон, — я поспешила к дивану и села рядом с ним. — Шейн брал тебя на прогулку в ад?

— Как-то так, — пробормотал он, отклонив голову на спинку дивана и закрыв глаза. — Гильдия «Рыцари Пандоры» была разгромлена. Все горело. Тела… маги не сдерживались. Те плуты-идиоты заплатили огромную цену… за то, что пытались сделать.

Эзра опустился на край дивана, упер локти в колени.

— У «Рыцарей Пандоры» есть жертвы?

— Пара раненых. Никаких смертей. Они крепкие. Но они потеряли штаб-квартиру и все в ней. Все снаряжение, оборудование для тренировок, личные вещи… Они в ярости, — он потер рукой лицо, оставляя следы сажи. — Тут было тихо неделями, а потом внезапно это. Я не понимаю.

— Что думает Шейн? — спросила Эзра.

— Кто знает? Он — капкан, когда охраняет информацию. Он сказал, что прибыл за наградой за Призрака, так что не ясно, почему его так интересует эта атака. Он был на сцене нападения, потом потащил меня по району, преследуя зацепки и плутов.

Он вздохнул, сел прямее и открыл глаза.

— Хватит этого. Тори, ты в порядке? Куда дракон тебя уносил?

— Мы побывали на ферме Зака… на том, что от нее осталось. Ты помнишь Варвару? Она все сожгла, украла все его вещи и убила того, кого он оставил приглядывать за фермой, его лошадей и как минимум одну фейри из его друзей. И она использовала его гримуар, чтобы слить информацию о нем МагиПолу.

Аарон почесал небольшую щетину на челюсти.

— Где он сейчас?

— Где-то в городе, охотится на Варвару, — я развернула носки и натянула один на ногу. — Думаю, я догадываюсь, почему Шейн так заинтересовался атакой на «Рыцарей Пандоры». Один человек все соединяет.

Аарон нахмурился.

— Кто?

— Зак, — я натянула другой носок. — Затишье преступности, атака плутов, Варвара, даже активность Ямада в Ванкувере связаны с Заком.

Аарон и Эзра склонились и пристально смотрели на меня.

— Вы говорили, что власть меняется. «Красный ром» вывели из игры, Зак ушел в укрытие. И в Ванкувере на месте страшных ребят образовалась брешь. Ямада — точнее, Миура, раз семья Макико всем тут управляет — начали переворот. Но влезла Варвара.

— Варвара вовлечена?

— Она переманила всех слабых к себе. Потому плуты и их гильдии притихли. Она захватила их. По словам парня, которого допрашивал ночью Зак, Варвара стояла за атакой на «Рыцарей Пандоры».

— Блин, — буркнул Аарон.

— Зачем? — Эзра смотрел между нами. — Зачем нападать на гильдию?

Я скривилась.

— Я не знаю насчет этого, но у Варвары явно есть злодейский план. Это в ее стиле. Она пятнадцать лет в тайне растила похищенного ребенка, чтобы сделать своей ученицей, так что ее план точно мерзкий и подлый.

— Хм, — Аарон задумчиво глядел на меч, потом скривился. — Блин! Нам нужен Кай. Он такое понимает.

Я закивала.

— Да, Кай. Нужен план для него.

Аарон плюхнулся на диван.

Я выждала миг.

— Аарон?

— Я не знаю, можем ли мы составлять план.

— Что? Почему нет? Мы не можем просто бросить его…

Он повернул голову в мою сторону, все еще вялый от усталости.

— Я тоже не хочу его бросать, но мы не можем защитить его от международного преступного синдиката. Что бы мы ни сделали, ему будет только хуже.

Ярость закипала во мне, но я подавила ее.

— Если Кай ушел от них раз, может сделать это снова. Нужно просто…

— Но он не уходил, — мрачно исправил Аарон. — Он не выступал открыто, не говорил, что закончил с их делами. Он просто перестал приходить домой, и они позволяли это. Не знаю, почему, как не знает и Кай. Он думал, это всего на пару месяцев, но его семья решила, что, раз он игнорировал их, то и они будут игнорировать его… с парой исключений.

— Каких?

— Ему не дадут ни с кем встречаться или лезть в их дела. Мы узнали о втором, когда схватили сообщника Ямада, не понимая, кем был тот парень.

Я с тревогой нахмурилась.

— Что случилось?

— Кай пропал одной из ночей по пути домой, — его голос стал странно сдавленным. — Я нашел его на лугу у дома утром, он был без сознания, а левая рука и ладонь были сломаны в шести местах.

С лица Эзры пропали эмоции, воздух вокруг него стал холоднее.

Аарон хмуро смотрел на свои сжатые кулаки.

— Вся свобода Кая была той свободной, которую они ему позволили, и они забрали ее. Я не знаю, можем ли мы что-нибудь сделать.

— Нам нужно что-нибудь сделать.

— Знаю, но мы не можем спешить. Нужно быть осторожными.

Я расстроено вздохнула.

— Я не ожидала услышать от тебя такие слова.

— Мне нужно нести ответственность, раз Кая тут нет.

— Погоди, — Эзра смотрел между нами, посерьезнев. — Если ты теперь Кай, то Тори — это ты? Или я — это ты, а Тори — это я? Или…

— Прошу, не мучай мою голову, — Аарон оттолкнулся от дивана. — Мне нужно принять душ и поспать.

— Хочешь есть? — спросил Эзра.

— Слишком устал. Оставьте мне что-нибудь, я разогрею через пару часов.

Он пошел вниз в душ, а я посмотрела в глаза Эзры, мы быстро отвели взгляды. Румянец согревал мои щеки, я прикусила губу. Не вовремя мы решили целоваться.

Я посмотрела на окно впереди. Бледный свет солнца падал сквозь шторы. Начался новый день, и я была ближе к сроку, назначенному Этерраном.

Эзра. Кай. Зак. Слишком много парней в беде, а времени или сил не хватало, чтобы спасти их. Им нужна была суперженщина, и становилось понятным, что я для задачи не подходила.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Я сидела на стуле за баром, смотрела на свой ноутбук, жуткий белый сайт МП был на экране, открытый на списке наград по Демонике. Мысли кипели, не переставая, и тревога бурлила в моем животе.

Никаких вестей от Зака.

Никаких вестей от Кая.

Оставалось три ночи до полной луны, и мне придется говорить с Этерраном, хотела я того или нет.

Мой разговор с Эзрой крутился в голове — душераздирающая история о двух подростках-магах. Он научился контролю. Она — нет, и они убили ее. Это было самым запутанным, что я слышала. Я хотела знать, что за больные мерзавцы делали четырнадцатилетних демоническими магами, но не могла забыть комментарии Эзры.

«Я словно тону, словно пропадаю».

«Остается только страх и гнев».

«Этерран, может, и выживет, но я — нет».

Только раз я видела, как Эзра потерял контроль над эмоциями. Это было в доме Аарона во время первого визита Зака. Я была в истерике и кричала, и Эзра разбил дверную раму.

Потому Аарон и Кай так оберегали Эзру. Потому его страх и гнев были такими опасными. Это был не просто шанс для Этеррана захватить власть. Это было куда хуже. Этерран был логичным, но буря эмоций, которую описал Эзра, срыв контроля мог повредить и демону, и магу…

— Ау? Тори?

Я вздрогнула и подняла голову.

Син стояла у бара напротив меня, хмурясь с тревогой.

— Ты в порядке?

Я вяло улыбнулась, отгоняя волнение. Ее новый цвет волос был все еще шоком — серебристо-сиреневые, оттеняли ее светлую кожу, и образ дополнял темный макияж.

Она выглядела загадочно и шикарно, но время перемен тревожило меня. В последнее время я не видела ее в ярких блузках и юбках. Ее свитер сегодня был длинным и черным, соединенным с теплыми черными леггинсами, сапогами до колен, которых я не видела раньше.

Она села на стул.

— Что происходит?

Я чуть не сказала «ничего», но передумала.

— Не могу разобраться.

— Хм, — она подперла подбородок рукой. — Это связано с толпой этой ночью?

Я огляделась. Паб был переполнен. Не удивительно для вечера пятницы, но атака на «Рыцарей Пандоры» прошлой ночью привела половину гильдии. Все болтали, но сплетни были смешаны с тревогой. Плуты объединили силы, чтобы напасть на гильдию. Такое было неслыханным.

А еще в толпе была команда из «Глаза Одина», которая работала с нашими ребятами, решая проблему затишья плутов. Изза и Аарон сидели во главе сдвинутых столов, собирали записи обо всем, что мифики узнали с нападения на «Рыцарей Пандоры».

Без Кая все выглядело неправильно. Он был спокойным, умным и знающим.

Син отклонилась, чтобы попасть в поле моего зрения.

— Ты снова отключилась.

— Прости.

— Прости? Не съязвишь? Ты подавлена? Тебе нужно зелье бодрости?

Только если его сделает Зак. Остальные зелья бодрости на вкус были гадкими.

— Я просто устала. Эти пара дней была долгой, — я снова уснула после завтрака, но даже сон до трех не прогнал усталость. Я отогнала сонливость и сосредоточилась на ней. — А ты? Ты в порядке?

— Конечно, в порядке.

Я беспомощно нахмурилась. Мне стоило спросить прямо, изменила ла она облик после событий Рождества? Я склонилась над баром и понизила голос.

— Как ты, серьезно? Спишь нормально?

Она опустила взгляд и потянула за серебристые волосы.

— По большей части, да. Я была в порядке. Аарон тоже меня проверял.

Да? Насколько я видела, ее влюбленность в него прошла с нашего возвращения из академии, хотя, как бывшая девушка Аарона, я не могла спрашивать у них о таком.

— Если хочешь поговорить, я тут, — улыбнулась я. — В любое время, только сообщи.

— Спасибо, Тори. И я тут ради тебя. Ты можешь рассказать, что случилось с Эзрой.

Мой рот раскрылся.

— Что? Кто сказал, что что-то случилось?

Она кивнула, словно я подтвердила ее подозрения.

— Ты рассказала ему о своих чувствах? — она поджала губы, накрашенные красным для ее нового облика. — Ты его целовала, да?

Мои глаза выпучились.

Еще кивок, она подавила улыбку.

— Когда это случилось?

Я подумывала соврать, а потом пробормотала:

— Та тупая пикси-омела поймала нас на рождественской вечеринке.

— Боже! Я и не знала. Что… — веселый блеск в ее глазах угас, когда она оглядела паб без Эзры. Он был наверху, оставался подальше, пока мифики «Глаза Одина» были тут. — Вы не встречаетесь?

— Нет, — я глубоко вдохнула. — Думаю, он хочет быть друзьями.

— Думаешь?

— Так он сказал. Он… что бы он ни чувствовал, он не хочет быть больше, чем друзьями, — кроме жарких поцелуев этим утром.

— Жаль, — тихо сказала Син.

Я опустила плечи.

— Ага.

— Что ж…

Сабрина, зло фыркая, прошла к бару, выдвинула рывком стул и упала на него.

— Можно к вам?

— Эм… — начала я.

Она обрушила сумочку на стойку.

— Мне так надоела Роза!

Мы с Син посмотрели за нее. В другом конце паба пожилая провидица склонялась над столом, где пили Линдон, Брис, Тайе и Гвен. Она совала хрустальный шар под нос Линдона, говоря что-то с энтузиазмом.

— Она не замолкает, — прорычала Сабрина, проводя пальцами по аккуратно уложенному каре. — Похоже, она провела потрясающий сеанс для Робин Пейдж пару недель назад, и она говорит, не умолкая, о том, что она — истинный рупор судьбы, в отличие от юный и неопытных провидиц.

Я изобразила сочувствие.

— Это грубо.

— Она перегибает, — поддержала Син.

— Спасибо, — возмущение Сабрины растаяло, ее лицо смягчилось, она взбодрилась. — Простите, что влезла. Чему я помешала?

Ох, она бывала в плохом настроении дольше пяти минут? Нужно было проследить.

— Ничему, — ответила я, а Син в это время сказала:

— Проблемы с парнями.

— С чьим парнем?

— Син, — сказала я, а Син ответила:

— Тори.

Сабрина нахмурилась в смятении.

— У обеих? Один парень?

— Нет, — хором ответили мы.

— О, — выдохнула Сабрина. — Это хорошо. Было бы ужасно, если бы и ты была влюблена в Эзру, Син.

Мой рот раскрылся во второй раз.

— Ты влюблена в Эзру?

— Конечно, нет, — спокойно сказала она. — А ты — да.

Я не знала, что сказать. У меня ничего не было. Голова опустела.

Слабая улыбка Сабрины увяла, пока она разглядывала мое лицо.

— Она не знает? — спросила она у Син.

— Думаю, она удивлена, что ты знаешь, — сухо ответила Син.

— О, — Сабрина опустила руку в сумочку и вытащила шелковый сверток. Она развернула его и показала черно-золотые карты таро. — Не помнишь, Тори? Последнее чтение? Самая неожиданная карта…

Она прижала пальцы к верхней карте, перевернула ее.

Мой желудок сжался. Дьявол. Рогатое чудище удерживало в цепях мужчину и женщину, и я видела себя и Эзру в этой иллюстрации. У меня даже было теперь имя демона.

— Искушение, — сообщила Сабрина. — Влечение. Ты влюблена в Эзру.

— Я н-не… не в… — я пыталась взять себя в руки. — Я просто… Он… — я сжалась на стуле, плечи опустились. — Я не знаю.

— Тори… — Сабрина коснулась карт, перевернула следующую. Обнаженная пара страстно переплеталась на ней, и внизу было написано: «Любовники». — Влюбляться всегда немного страшно, но ты должна стать уязвимой. Иначе как открыть ему сердце?

— Но…

— Помнишь первое чтение? Шестерка кубков? Перевернутый Отшельник? Восьмерка мечей? И… — она перевернула следующую карту в колоде. — Рыцарь мечей. Твое прошлое и твои страхи все еще удерживают тебя.

Я смотрела на иллюстрацию рыцаря на карте.

— Как ты это помнишь?

— Я — провидица, — просто ответила она. — Тори, ты сказала ему о своих чувствах?

— Нет.

Она коснулась колоды еще раз, и мое сердце упало в пятки. Я откуда-то знала, какая карта там будет. Она появилась в моем первом чтении и преследовала меня с тех пор, предупреждая снова и снова о том, что ждало.

Она перевернула карту, показывая жнеца с окровавленной косой. Смерть. Карта преобразования… и необратимого конца.

— Думаю, вскоре тебе нужно будет сказать ему, — прошептала она.

Глядя на карту Смерти, я сдерживала тошноту. Что я тут делала, отрабатывая смену, зарабатывая бессмысленные деньги, пока жизнь Эзры угасала? У меня оставались дни до полной луны. Я ничего не знала. Мне нужно было…

— Простите, что мешаю, дамы, — Кавери встала между Сабриной и Син. — Тори, можно мне бурбини?

— Конечно, — на автомате ответила я.

Я полезла под стойку за бокалом для коктейля, юная ведьма прислонилась худым бедром к бару.

— Что вы думаете обо всем этом?

— О чем? — вежливо спросила Син.

— Атаки. Видели съемки из участка в ЛА вчера? — она покачала головой. — Кинокомпании, которой управляет одна из гильдий, пришлось заявить, что это их рук дело. Они притворились, что это был трюк, но слухи дико распространяются. А теперь и «Рыцари Пандоры»? Это жутко.

Я занялась, наливая бурбон в шейкер, держа рот на замке.

— Но они не связаны, — сказала Син. — Как участок в ЛА связан с гильдией Ванкувера?

— Не знаю, но слишком много совпадений. И когда сообщили, что Призрак — друид…

— Как он с этим связан? — недовольно осведомилась Син.

— Те ребята из «Глаза Одина» говорят, друид напал на здание МагиПола, — с тревогой отметила Сабрина. — Один из них сверился с записями. За несколько часов до этого привели двух друидов.

— Конечно, это был друид, — фыркнула Кавери. — Ведьма знала бы, что такую сильную магию от фейри принимать нельзя.

Я сомневалась, что фейри вообще предложили бы ведьме что-то настолько сильное.

— Эй, Кавери, — резко сказала я, добавила ликер в бурбон, персиковый сок и лед. — Я так и не разобралась… в чем разница между ведьмой и друидом?

— Порядок и хаос.

— Эм… можно подробнее?

Она убрала прядь каштановых волос за ухо.

— Многие говорят, что разница только в силе. Говорят, друид прямо как ведьма, но в десять раз сильнее в плане Спириталиса. Они ощущают энергию проще, видят фейри и их магию лучше, связываются с фейри прямо и так далее.

— Но разве это не так? — спросила я, налила ее напиток в бокал и добавила листик мяты.

— Так, но в каждом классе есть разные уровни силы. Спасибо, — добавила она, получив от меня свой напиток. — Нас разделяет не то, как много у нас силы, а то, как мы ее используем. Ведьмы восстанавливают порядок природы через ритуалы. Как пользователи Арканы строят чары, чтобы направлять энергию, так и мы ритуалами направляем и меняем облик энергий в мире.

Она сделала большой глоток.

— Друиды могут пропускать ритуал и переходить прямо к манипуляции энергией. Они могут так делать, потому что они сильнее, но без структуры ритуала это как попытки удержать воду голыми руками. Они создают хаос, а не уменьшают его.

Я вспомнила дикую магию, исходящую от Зака, пока он горевал. Да, я понимала, о чем говорила Кавери.

— Их общение с фейри такое же, — добавила она. — Мы ритуалами делаем официальным обмен услугами и магией. Это все делает простым и прямым. А друиды… позволяют фейри забирать у них.

Или друиды не позволяли, просто не могли помешать фейри приходить «на пир», как говорил Эхо. Темнофей, с которым Зак пытался торговаться прошлой осенью, лизнул его. Он был вкусным друидом, и без сильного защитника, как Лаллакай, он был открыт для всех гадких фейри, желающих откусить от него.

«Она будет владеть им до его последнего дня», — сказал мне Эхо. Или предупреждал меня?

Со стуком встреча «Глаза Одина» и «Вороны и молота» закончилась. Мифики встали, потянулись, разговаривая. Аарон все еще обсуждал что-то с Эндрю, пошел с ним наверх, а Изза направилась к бару.

Она напряженно улыбнулась, подходя к нашей маленькой группе.

— Э, Тори, ты говорила сегодня с Каем?

Я застыла.

— Эм… нет. Ты спрашивала Аарона?

Ее глаза цвета какао помрачнели.

— Он сказал, у Кая проблемы в семье, — она взглянула на других женщин, которые плохо притворялись, что не слушали, и склонилась ближе. — Он в порядке, Тори?

Я открыла рот, потом закрыла его.

— Будешь что-нибудь пить, Изза?

Она прищурилась.

— Я хочу ответы, а не напиток. Ты что-то скрываешь. Ты и Аарон.

Я вздрогнула.

— Сначала напиток, а потом мы поговорим о Кае, — но без подробностей.

— Мартини, пожалуйста, — сказала она напряженно и недовольно.

— Будет сделано.

Я решила побаловать ее — раз у меня не было ответов — и повернулась к полкам с лучшими напитками. За мной звякнул колокольчик на двери паба. Мифики «Глаза Одина» уходили, так я решила, пока выбирала напиток. Где было то, что я дала Шейну Давиле? О, в холодильнике. Эх. Может, тогда взять джин? Хм…

Мою шею покалывало, и я нахмурилась. В ушах гудела внезапная тишина.

В пабе стало тихо. Я слышала, как мое дыхание оборвалось, адреналин наполнил вены. Я развернулась с бутылкой джина в руке.

Паб не опустел, и никакая магическая сила не перенесла меня в измерение тишины. Все были там, где и до этого, за столиками или стояли группами. Син, Сабрина, Кавери и Изза все еще были возле меня.

Все были там, тихие и очарованные мужчиной, стоящим в двух шагах, ждущим, пока я его замечу.

Не просто мужчиной.

Друидом.

Плутом.

Плутом-друидом по имени Зак, стоящим на виду у всех в моей гильдии!

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Бутылка джина выскользнула из моих онемевших пальцев и разбилась об пол.

Дорогой напиток залил мои джинсы, и я пришла в себя. Ярость, страх и недоверие бушевали в моей голове вместе с потрясением из-за его глупости, и от этого голова кружилась. Мой рот стал двигаться раньше, чем мозг поспевал за ним.

— Ты самый глупый идиот на планете!

Мой яростный вопль прозвенел в тишине паба. Его зеленые глаза — человеческие, без сияния силы фейри — зло вспыхнули.

Син, Сабрина, Кавери и Изза повернули головы в унисон, рты раскрылись, они смотрели то на плута, то на меня. Шок заткнул их, но они быстро приходили в себя, и дикое любопытство загоралось на их лицах.

Это хотя бы не были ужас или страх. Они не знали, что он был плутом. Или друидом. Или убийцей.

С прошлой встречи Зак сбрил щетину и подстригся. Его темные волосы были едва ли в дюйм длиной сверху, еще короче по бокам, но короткие волосы не отвлекали от его поразительного лица. Такая стрижка только сильнее выделяла его скулы и красивые глаза, обрамленные пышными ресницами.

Я громко кашлянула, собираясь с мыслями.

— Что ты тут делаешь?

Он поджал губы, и я поняла, что стоило позвать его в уединенное место для разговора. Ой.

Он шагнул к бару, и четыре женщины с его стороны стойки потрясенно вдохнули. Его красивое лицо сочеталось с черной одеждой, злодейским плащом и кожаными перчатками идеально, и он источал феромоны опасного парня так сильно, что девушки почти пускали слюни.

— С тобой сложно связаться, — тихо и хрипло сказал Зак. Женщины рядом с ним были в восторге. — Не против?

Он протянул новый телефон. Я взяла его, раз он предлагал, но, как только телефон оказался в моей руке, я перевела взгляд на него, с болью понимая, что все в пабе следили за каждым нашим движением.

Мышца на его щеке дергалась.

— Что бы ты ни думала, я не знаю твой номер наизусть.

О. Оу. Я включила экран. Там уже были открыты контакты, где не было номеров. Он купил или украл этот телефон, чтобы связаться со мной? Я была даже польщена.

А еще я нервничала, потому что он из-за чего-то сильно хотел со мной поговорить.

Я добавила свой номер, а потом бросила телефон ему. Он поймал телефон и отодвинул плащ, чтобы убрать прибор в задний карман.

— Ты — алхимик? — громко выпалила Син. Она бестактно указала на его пояс. — Это боевой пояс алхимика.

Он холодно посмотрел на нее, поправил длинный плащ. Она затихла, раскрыла рот, и робость охватила ее, как всегда из-за красавцев. Он отвернулся от бара и пошел к двери.

Серьезно? Он ворвался в мою гильдию, потребовал номер моего телефона, очаровал всех своей красотой, а теперь уходил без слов? Он хотел сделать свой визит запоминающимся?

— Постой, — раздраженно окликнула я. Уперев руки в бар, я перемахнула через него. — Ты все равно позвонишь мне, как только выйдешь, так что мы можем поговорить сейчас.

Он замер. Как только я добралась до него, он пошел снова. Я шагала рядом с ним, направляясь к безопасности — или уединению — улицы.

— Что ты тут делаешь?

Яростный крик Аарона прогремел в баре. Я удивленно споткнулась и оглянулась. Пиромаг спускался по лестнице, скаля зубы. Эндрю и Жирар стояли за ним, с вопросом приподняв брови.

— Эй, Аарон, — сказала я с натянутым спокойствием. — Мы пойдем для этого наружу. Тебе стоит пойти с нами.

Он стиснул зубы.

— Я бы хотел немного поболтать.

Отлично. Это будет так весело.

Он спустился и агрессивно прошел ко мне с другой стороны. Он и Зак хмуро глядели друг на друга поверх моей головы, и я чуть не хлопнула ладонью по лицу. Ох, ребята, продолжайте. Устройте сцену. Почему нет?

— Идиоты, — сладко прошептала я, сжав их плечи с силой и улыбаясь зрителям. — Прошу, уведите свои полные тестостерона задницы отсюда немедленно.

Их взгляды опалили меня, и они пошли к выходу бок о бок. Шаги Зака были чуть шире, и он первым толкнул дверь. Аарон вышел за ним. Я проследовала за ними, закатывая глаза так, что было больно.

— Зачем ты приперся в нашу гильдию? — прорычал Аарон, как только дверь закрылась. — Еще и лицо показал?

— А мне нужно было прийти в капюшоне и маске? — рявкнул Зак. — Это вы показали свои реакции всей гильдии. Если бы у вас с Тори была хоть капля разума…

— Зачем ты тут, Зак? — перебила я, скрестив руки, отчасти для нахального вида, отчасти из-за холода снаружи.

— У меня нет ваших номеров или доступа к базе данных МП, чтобы получить ваши номера. Только так я мог с вами поговорить, это не могло ждать, — он пронзил нас взглядом. — Где Кай?

— Кай? — повторила я. — Без понятия. Макико его забрала, помнишь?

— Так он с ней?

— Мы думаем, да.

— Вы можете связаться с ним?

— Он не отвечает на сообщения, — сухо сказал Аарон. — Я не знаю, видел ли он их.

Страх сдавил мою грудь, словно холодная жидкость окружила легкие.

— Почему ты спрашиваешь, Зак?

— Я собирал информацию о Варваре и ее планах. «Рыцари Пандоры» — самая сильная гильдия охотников за награды в городе. Она убрала их, чтобы они не помешали ее следующему ходу.

Я чуть не спросила, сколько человек он убил, чтобы узнать об этом, но не хотела знать.

— Какой ее следующий ход? — осведомился Аарон.

— Чтобы укрепить власть в Ванкувере, ей нужно убрать конкурентов.

Мое сердце трепетало.

— Ты про Ямада? Тот плут сказал, что Ямада захватывали власть, и Варвара решила противостоять им. Потому ты хочешь знать, где Кай?

— Она отправится к представительству Ямада в городе. Может, даже этой ночью, пока все отвлечены нападением на «Рыцарей Пандоры». Я хочу опередить ее. Где я могу найти Миуру?

Аарон выругался.

— Мне нужны ключи.

— Если знаешь, где они, просто скажи.

— Ни за что, — Аарон прижал ладонь к двери, глаза сверкали. — Если бы тебе не нужна была информация, ты бы предупредил нас, что Кай в опасности?

Он ушел в гильдию, волна разговоров донеслась до тихой улицы. Дверь закрылась за ним.

Зак прислонился к стене.

— Когда я появлюсь в следующий раз неожиданно, Тори, постарайся не вести себя так, как призрак, вернувшийся из мертвых.

— Не переживай. Я просто скажу в гильдии, что ты — мой бывший парень, и я бросила тебя за то, что ты — эгоист и зараза.

— Хорошая попытка, но ты была в обществе мификов не так долго, чтобы у тебя был бывший из мификов. Если только не хочешь, чтобы они подумали, что ты изменяла Аарону.

— Ха, — я задумалась на миг. — Тогда я скажу им, что ты влюблен в меня и преследуешь меня, а это жутко.

— Уверен, реакция будет отличной.

Я скривилась.

— Женщины, наверное, спросят, почему я не рада этому.

— Чему?

— Горячему алхимику, пытающемуся залезть мне в трусики.

— Когда это я пытался туда залезть?

— Мы говорим о моей истории для прикрытия, а не реальности, Зак.

Он раздраженно фыркнул.

— Кстати, — я сунула руку в карман, нащупала квадрат ткани. — Ты ушел прошлой ночью, не дав вернуть тебе Пан…

Дверь гильдии открылась. Аарон вышел с курткой на руке, меч в ножнах висел за плечом, ключи были в кулаке. Зак тряхнул головой, и я с неохотой оставила Панцирь в кармане.

Эзра вышел за Аароном, нес с собой свой шест и мое снаряжение. Я улыбнулась, он передал мне мой пояс и кожаную куртку. Жаль, я не была в подходящих кожаных штанах — в них было бы слишком жарко на смене в баре — но и без того было хорошо.

Я застегнула пояс, поняла, что кое-что забыла.

— Эм, секунду, парни.

Я заглянула в паб. В зале болтали, сплетни расходились, и несколько человек оглянулись на мое появление, включая женщин у бара.

— Эй, Купер, — крикнула я.

Разговоры затихали, все больше человек смотрели на меня. Я искала среди мификов знакомую жирную голову.

— Купер!

— Что? — донесся с неохотой ответ из дальнего угла.

Я заметила его за столиком между Камероном и Сеаррой.

— Прикрой меня до конца смены.

— А? Нет. Это вечер пятницы, и…

— Сделай это! — крикнула я.

— Тори… — заскулил он.

Я вышла наружу и закрыла дверь. Я повернулась к парням и пожала плечами.

— Ладно, можно идти.

* * *

Шесть минут спустя Аарон подъехал на джипе к обочине улицы, фонари сияли, и несколько машин пронеслось мимо. Хоть был вечер пятницы, он был холодным и темным, ветреным, и эта часть района была деловой. Почти все отправились домой на выходные.

Я огляделась, склонилась к консоли.

— Эм, Аарон? Почему ты остановился?

Он выключил двигатель и вытащил ключ из зажигания.

— Мы на месте.

— Это в двенадцати улицах от гильдии.

— Ага.

Зак смотрел на Аарона с пассажирского сидения.

— Уверен, Синклер?

Игнорируя его, Аарон обратился ко мне:

— Помнишь, что я говорил о том случае, когда мы убрали подельника Ямада, и Кай пропал на ночь? После этого я убедился, что знаю, где его искать.

Я кивнула и открыла свою дверцу.

— Заберем его.

Мы вышли из машины и собрались на тротуаре, глядя на небоскреб с изогнутым краем. Здание было узким, изящным, полным окон, и идеальное стекло отражало свет фонарей вокруг.

Эзра вытянул шею рядом со мной.

— Там темно.

Я моргнула. Во всех зданиях вокруг горело хоть одно окно, кроме этого.

— Зак, — я вытащила резинку для волос из кармана. — Что у Варвары за план?

— Я знаю лишь, что дальше ее цель — Ямада.

— Какой у нас план? — спросил Эзра.

Аарон потер шею.

— Идем внутрь. На верхние этажи. Отыщем Кая.

Зак фыркнул.

— Лучше идеи нет, придурок?

Друид потянулся за капюшоном длинного плаща. Он надел капюшон на голову, темные крылья появились из ниоткуда, а за ними — пернатое тело. Большой орел врезался в спину Зака, крылья обернули его, тая на его теле.

Аарон издал резкий звук.

— Это жутко.

Зак прошел к главным дверям здания.

— Идемте, — буркнула я, зашагав за ним, убирая кудри в высокий хвост. Удобство было важнее моды.

Аарон и Эзра пошли следом, мы смело приблизились к зданию, миновав скромный, но милый фонтан на широкой улице. Зак добрался до стеклянных дверей, сжал ручку и потянул. Дверь открылась без сопротивления.

Мы вошли вчетвером в большое фойе, потолок был в три раза выше дверей. Магазины были закрыты на ночь, выходили к широкому пространству блестящего плиткой пола, и посередине стоял стол охранника. Свет падал только с улицы, из бесконечных окон.

— Это место должно быть заброшенным? — спросила я, тихий голос разносился эхом.

— Не знаю, — прошептал Аарон.

Зак подошел к ряду дверей лифта и нажал на кнопку вызова. Ничего не случилось. Свет не загорелся, сообщая, что лифт был вызван. Не было звонка или сияющих цифр, показывающих, на каком этаже был лифт, и как долго нам ждать, чтобы он вернулся на первый этаж.

Аарон подошел к двери с маленькой табличкой, указывающей, что там была лестница.

— Похоже, придется идти по лестнице.

Здание было высотой больше тридцати этажей. Он же не думал, что я легко заберусь на тридцать этажей? Потому что у меня не было стальных мышц, как у парней.

Аарон открыл дверь и заглянул.

— Блин, и тут света нет. Электричество отключили?

— Значит, и по лестнице мы не пойдем, — бодро сказала я. — Как жаль.

Аарон включил фонарик на своем жилете и улыбнулся мне. Я заворчала под нос.

Эзра тоже включил фонарик, а потом поправил свои усиленные сталью перчатки.

— Ты сможешь, Тори.

— Уверена, что не смогу, — буркнула я, с неохотой следуя за ними во тьму по лестнице.

Никого не удивило, что я продержалась только до двадцать шестого этажа.

— Я… сейчас… умру… — задыхалась я с каждым шагом. — Просто… умру…

— Еще один этаж, — убеждал меня Эзра, шагал на две ступени позади, его фонарик озарял бесконечную гору бетонных ступеней передо мной.

— Ты так говорил уже десять этажей! — возмутилась я, задыхаясь.

— Это правда. Еще один этаж. А потом еще и, наверное, еще. По меньшей мере.

Я закатила глаза.

— Скорее, вы двое! — тихо возмутился Аарон на этаж выше нас. — Нетерпеливый гад уже на тридцатом этаже.

Мышцы моих ног пылали, пока я поднимала ногу на следующую ступень, тяжело дыша, конечности дрожали, желудок угрожал выплюнуть ужин. Слезы боли и унижения жалили глаза, пока я пыталась заставить мышцы двигаться быстрее. Хоть две минуты передышки. Хоть тридцать секунд. Что-нибудь. Пожалуйста.

Но на это не было времени.

Сжимая перила, я заставила себя подняться еще на пролет, повернулась к следующему. Ох, ступени. Кто изобрел это орудие пыток? Я могла бы далеко пройти по ровной поверхности — наверное — но мышцы не могли постоянно повторять одно и то же движение, не уставая. Они вообще могли отказать.

Эзра поймал меня за запястье, потянул назад, когда я подняла дрожащую ногу на следующую ступеньку.

— Тори, — сказал он, — дай мне помочь.

— Я справлюсь, — простонала я, сжимая перила, чтобы подняться еще на ступеньку.

Он потянул меня, и я прильнула к нему. Он обвил рукой мою талию, прижался ртом к моему уху и прошептал:

— Мы им не скажем. Ты хоть несколько минут отдышишься.

Я зажмурилась, злясь и стыдясь, что не справлялась сама.

— Ладно.

Эзра снял шест с магнитного крепежа и присел на корточки передо мной. Я подняла утомленное тело на его спину. Он подцепил мои ноги руками и пошел по лестнице. Я сжимала его плечи, ворча из-за его невозможной силы и выносливости.

После пяти этажей стало слышно голоса Аарона и Зака, и Эзра дал мне слезть с его спины. Он убрал оружие за спину, металл прицепился к магниту. Мы пошли дальше.

Короткий перерыв помог моим бедным ногам, и я почти не хромала, минуя последний пролет. Зак и Аарон ждали у двери с большим «32» на белой стене рядом с ней. Друид убрал капюшон, и я была рада увидеть пот на лицах у него и Аарона. Тридцать этажей и для них не были пустяком.

— Почему этот этаж? — спросила я, добравшись до них, Эзра был рядом со мной. — Не вершина?

Аарон указал на дверь. Высокое узкое окно было в стальной поверхности, и за ним было видно, что на другой стороне был человек. Фонарик сиял на стекле.

Красные капли стекали по стеклу, кровавый отпечаток ладони размазал их.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

— Кошмар, — прошептала я.

— Варвара или ее пешки опередили нас, — пробормотал Зак холодно и деловито. — Осталось три этажа, этот и еще два. Нужно разделиться и обыскать их.

— Нет, — возразил Аарон. — Мы не знаем, с чем имеем дело. Миура и ее люди тоже могут на нас напасть. Вместе безопаснее.

— Стоит начать сверху, — предложил Эзра. — Кай и Макико, наверное, на этаже пентхауса, и если Варвара еще туда не добралась, мы сможем их предупредить.

— Точно, — кивнул Аарон. — Идем.

Он взбежал по лестнице, Зак — следом. Эзра схватил меня за руку, и мы поспешили по последним лестничным пролетам. Мои ноги пылали, когда мы добрались до вершины — дверь там оказалась открытой, одна петля была сломана. Глубокие царапины остались на стали, словно кто-то или что-то пробило путь силой.

Аарон вытащил Маркер, длинный клинок высвободился из ножен с шорохом. Эзра схватил шест, я вытащила свой пистолет, заряженный сонным зельем.

Зак поднял капюшон, раскрыл плащ, чтобы он не мешал доступу к его поясу с сосудами. Он прошел в темный коридор. Аарон вошел вторым, его фонарик озарял стены. Глубокие порезы были и там, прерывали бежевую краску.

Я заметила включатель, щелкнула по нему, но света не было. Электричества не было. Поиски Кая могли затянуться, если я не ускорю процесс.

Я полезла в большой мешок на поясе, пальцы задели нежную ребристую поверхность.

«Хоши?».

Она развернулась, сверкая серебристой чешуей. Сильфида вылетела из моего пояса, ее большие розовые глаза посмотрели после меня на Зака. Она обвила меня хвостом, ее маленькие антенны покачивались.

Мужчины смотрели, как я гладила ее нос.

— Хоши, можешь проверить, есть ли Кай на этом этаже?

Я говорила, представляя значение в разуме — лицо Кая, здание и воображаемая сцена, как сильфида ведет его ко мне. Она ткнулась носом в мою ладонь, показала картинки и вспышки света, которые я не понимала, но значение казалось положительным.

Ее хвост сжал мою талию, и она коснулась прохладным носом моей щеки. Еще картинка мелькнула в моей голове: лицо Зака с чертами Лаллакай, наложенными на него. Сильфида не могла говорить словами, но я ощутила ее просьбу быть осторожной.

Она убрала хвост и полетела по коридору лентой серебра.

Зак проводил ее взглядом, потом взглянул на меня.

— Интересно.

— Что? — нервно спросила я, еще думая о предупреждении Хоши.

— Она больше не говорит со мной.

Судя по просьбе сильфиды, она не хотела иметь дело не с друидом.

Мы пошли по коридору, Зак во главе, Аарон за ним. Мы с Эзрой замыкали строй. Мягкий ковер скрывал наши шаги, простые стены прерывались неприметными дверями. Тишина нервировала, и я приблизилась сильнее к Эзре. Он повернул голову, улавливая не только звуки, но и движение воздуха вокруг нас.

— Может, тут никого нет, — прошептала я, сжимая пистолет. — А если…

Далекий гул сотряс этаж. Лампочки над головой замигали, загорелись, но снова погасли.

Аарон побежал, отодвинув Зака. Друид бросился за ним, и я запоздало заставила ноги шевелиться. Эзра следовал за мной, я гналась за парнями по коридору. Аарон повернул за угол, пропал из виду, и Зак исчез с ним.

Аарон закричал без слов от шока.

Мы с Эзрой вылетели из-за угла, и я застыла, мои глаза расширились. Аарон и Зак остановились впереди нас, но даже двое высоких широкоплечих мужчин, стоящие бок о бок, не могли помешать мне увидеть, что ждало за ними.

Коридор расширялся, напоминал отель с множеством дверей и масляных картин на стенах — где их не оторвали. Источник ущерба стоял посреди коридора, был таким неуместным, что я едва могла осознать, что он существовал.

Сталь формировала грубый облик зверя с четырьмя лапами. Крупная голова без черт, кроме большого рта, полного грубых зубов. Тяжелые лапы с когтями. Шестеренки соединяли части. Шипы возвышались на спине. И все существо было покрыто рунами, что сияли бледно-красным, почти розовым.

Механический волк раскрыл пасть, и зеленая жидкость брызнула оттуда.

Аарон и Зак бросились в стороны, Эзра схватил меня за талию и отскочил. Жидкость пролетела двадцать футов и упала на пол. Ковер забурлил, белый пар поднялся от него.

— Разъедающий яд, — рявкнул Зак. — Он разъедает оружие.

И, видимо, бедную человеческую плоть.

Механическое существо бросилось к Заку гулкими шагами. Он перепрыгнул бурлящую линию яда, попал на сторону Аарона, и гремящий волк повернулся к нему.

Огонь вспыхнул на руках Аарона и устремился к его клинку. Он повернул Маркер дугой, и меч с грохотом ударил по пасти волка. Огонь взорвался на мече, окутал стальное тело. Существо даже не замедлилось, двигалось быстрее, потому что разогналось.

— Блин! — Аарон уклонился. — Это особенность Варвары? В прошлый раз такие не хотели умирать.

В прошлый раз? Воспоминание всплыло в паникующей голове: доспехи ожили в саду Варвары, Аарон и Эзра бились с металлическими телами, не могли остановить зачарованную броню.

— Что это? — пропищала я за Эзрой. — Мне стрелять в него?

— Это голем, — алый свет окружал правую ладонь Зака, изогнутая сабля появилась в его руке. — Не трать снаряды.

Существо бросилось, и он опустил саблю. Она разрезала стальную пасть голема, но чудище мчалось в него, не замечая трещины на голове.

Зак откатился, вскочил на ноги и ударил по его шее. Его клинок фейри разрезал сталь. Голем развернулся, голова свисала с отчасти отрубленной шеи, но он не заметил.

Пол задрожал от стучащих шагов.

Второй волк-голем вышел из-за угла, раскрыв пасть. Нечто ужасно похожее на кровь капало с его треугольных зубов. Он бросился как стальной бык, отгоняя Зака и Аарона к стене.

Эзра бросился вперед. Порыв ветра подгонял его, он прыгнул через ближайшего голема, опустился меж двух и ударил концом посоха по тому, у которого голова была почти оторвана. Голова отлетела с лязгом металла, и Эзра ударил другим концом посоха по боку другого. Тот отдернулся от удара, на боку осталась вмятина, но она не остановила его, как и казнь не остановила другого голема.

Зак вонзил саблю в шею безголового голема и провел ею вверх. Монстр бросился на друида и почти придавил его к стене.

— Зак! — заорал Аарон, уклоняясь от второго. — Как убить этих существ?

Он и Эзра ударили оружием по голему на их стороне. Тот увильнул, скорость была куда выше, чем должна быть у куска металла, зубы щелкнули у бедра Аарона. Эзра ударил посохом, чтобы спасти ногу Аарона. Стальные зубы хрустнули на его оружии и вырвали его из хватки Эзры.

— Где-то в нем оживляющий массив, — желтый провод, которым Зак играл с плутом на крыше, потянулся из его руки и обвил ноги голема, останавливая его. Тот бился в путах. — Нужно его уничтожить!

— Я маг, — прорычал Аарон, уклоняясь от еще одного броска. — Откуда мне знать, как выглядит этот массив?

— Или можешь просто подождать. Магия работает десять или двенадцать минут в бою.

— Не помогает!

Я осталась одна в стороне, убрала пистолет в кобуру. Бесполезный. Что еще у меня было? Я порылась по мешочкам, Эзра отскочил без оружия, а Аарон поднял Маркер в защите, его клинок не помогал против стального голема. Зак справлялся немного лучше, его голем был обездвижен, он вонзил саблю в сустав из шестеренок и лишил его лапы.

Голем Аарона вскинул голову с посохом Эзры в пасти, сбил пиромага с ног. Монстр прыгнул на него, и Эзра ударил усиленным сталью кулаком по голему, добавляя порыв ветра, чтобы сбить его с лап.

Голем проехал фут, толком не пошатнувшись. Даже демоническая сила Эзры не помогала, и у него не было оружия…

А у меня было. Идеальное оружие.

Я вытащила медный кастет из мешочка, отвела руку и крикнула:

— Эзра!

Он посмотрел на меня, и я бросила медный кастет. Практика в метании шаров с зельями пригодилась — артефакт пролетел по красивой дуге, и он поймал кастет в воздухе.

— Ударь голема снова! — крикнула я. — Заклинание — ori amplifico!

Он надел кастет на руку, Аарон повернулся, и стальная лапа чуть не опустилась на него. Лапа голема ударилась об пол, разбивая бетон под ковром. Аарон был в ловушке, и его вот-вот раздавят.

Воздух засвистел в коридоре.

— Ori amplifico! — закричал Эзра, ветер окружил его руку, мышцы выступили на руке. Его кулак врезался в плечо голема. Воздух загремел. Сталь раскололась от удара, голем рухнул на бок, чуть не раздавив лодыжку Аарона.

Его лапы заскрежетали по полу, но металлические суставы не двигались. Он не мог встать.

— Эзра, Зак, сюда! — я вытащила Даму Пик, спеша вперед. — Аарон, пора ударить огнем!

— Я не могу растопить его, Тори! — отчаянно крикнул он, вставая на ноги.

— Ты можешь раскалить его, чтобы нарушить массивы чар! — я схватила Зака за рукав и оттащила от его механического противника. Он убрал золотые чары, и голем неловко отшатнулся на трех работающих лапах. Другой голем все еще размахивал лапами, как бездумный робот. Одна лапа задела пол, и его тело покачнулось.

Аарон поднял проводник, направил меч на потолок.

— Готова?

Я вытянула руку с Дамой Пик, Зак и Эзра оставались за мной.

— Готова!

Запах озона ударил по моему носу. Нагретый воздух мерцал у меча Аарона, голубые огоньки лизали сияющую сталь.

Он опустил меч. Стена бело-голубого огня ударила по големам и понеслась к нам.

— Ori repercutio! — крикнула я.

Воздух мерцал, огонь отлетел в големов. Пламя столкнулось с собой, полетели белые искры, стены почернели, ковер загорелся. Огонь бушевал, жар ударил по мне и отпрянул.

Големы появились. Тот, которого сбил Эзра, не двигался, трещина сияла красным от жара. Метки на его теле пропали. Но другой неловко прошел полукруг, от него валил пар. Зияющая дыра шеи повернулась к Аарону.

Раздался хлопок. Я услышала плеск жидкости, а потом шипение. Пар повалил из суставов голема, и гадкий запах ударил по моему носу.

Сияющие руны голема угасли, он замер.

Аарон опустил меч. Его жилет отчасти растаял, едва держался на нем, его футболка была парой почерневших кусков.

— Ненавижу големов, — буркнул Зак.

— И я, — отозвалась я.

— Поддерживаю, — согласился Эзра. — Аарон, мой посох выжил?

Аарон склонил голову и пнул пасть голема.

— Нет. Припаяло к его зубам, — он снял обрывки жилета одной рукой, поднял кожаный ремешок от ножен. Он почернел, верхняя часть сгорела. — Блин.

Эзра бросил мне металлический кастет.

— Спасибо, Тори.

— Не за что.

Зак склонился над неподвижным големом, понюхал задержавшийся запах.

— Что это? Еще зелье?

— Это кровь.

Зак с вопросом посмотрел на Аарона.

Пиромаг пожал плечами.

— Сжигать все — мое умение. Воняет горелой кровью. По большей части.

— Кровь — часть массива голема? — пробормотал Зак. — В этом нет смысла.

— Мы можем обсудить это позже? — я убрала Даму Пик и медный кастет в мешочки. — Я бы хотела уйти отсюда, пока другие големы не появились…

С бледной вспышкой Хоши вылетела из стены. Она обвила меня, картинка появилась в моей голове: Кай с кровью на лице и сажей на коже, мерцающий свет огня падал на него.

— Твою мать! — закричала я. — Веди, Хоши!

Она полетела впереди меня, и я поспешила за ней, оставив парней в пыли.

— Тори! — Аарон побежал за мной. — Хоши нашла Кая?

— Да, и нам нужно спешить!

Я так сосредоточилась на беге, на том, чтобы успеть к Каю, но не сразу заметила растущий жар. Когда Хоши остановилась у двери с засовом, я побежала дальше, разум не успел осознать, что Аарон кричал мне остановиться.

Я открыла дверь, и огонь взорвался вокруг меня.

Аарон сбил меня на пол, закрыл меня телом и магией от жара. Волны огня вырвались из дверного проема бурей, а потом утихли.

Он поднялся на четвереньки надо мной, и я повернула голову.

За дверью была большая комната в дыму, занимающая конец изогнутой части здания. Окна занимали стены высотой в два этажа, и, наверное, вид на гавань был красивым, когда комната не была наполнена дымом. Огонь горел на обломках мебели.

Силуэт появился из дыма, приближался. Платок был повязан на его лице, защищая от дыма.

— Кто вы такие? — осведомился он низким голосом.

Аарон поднялся, он был без оружия — бросил меч, чтобы не пронзить меня. Огонь мерцал на его руках, и другой мифик поднял руки в ответ, огонь прыгнул с пола на его ладони.

Я еще лежала на животе, вытащила пистолет и нажала на курок.

Желтое зелье залило грудь и шею мага. Шок наполнил его глаза, и он рухнул на спину со стуком.

Из дыма за ним появились еще три силуэта — незнакомцы. Три врага. Я поднялась, Аарон был передо мной, Хоши парила над моей головой, Зак и Эзра были на пороге за мной.

Воздух затрещал.

Звездочки вылетели из тумана, огонь сверкал на их краях. Они попали по трем плутам, и белая сила выскочила из дыма, электричество ударило по каждому из мужчин. Они содрогнулись от шока и упали на колени с криком боли.

Дым кружился. Ветер хлестал по комнате, отгоняя огонь и удушающий дым.

Макико шла по горящему ковру, огонь угасал на ее пути раньше, чем она подходила. Она сжимала сияющие металлические веера в руках, изящно повернув их. Кай следовал за ней, его лицо было таким, как и показала Хоши, одежда была изорвана и в крови, один рукав почернел от огня.

Макико хмуро посмотрела на трех плутов, упавших на колени от атаки Кая. Но они уже приходили в себя, ярость и боль исказили их лица.

Она вытянула руки и ударила веерами. Воздух зашипел.

Три плута дернулись, откинули головы и упали. Кровь лилась из их разрезанных шей. Они корчились беспомощно, кровь шипела на ковре.

Я смотрела, не дыша. Она… перерезала горло воздухом? Я отогнала все мысли о сражении с хрупким аэромагом.

— Вот и ты, Кай, — сообщил Аарон, его голос звучал над трещащими огнями. — Мы тебя искали.

Кай прищурился.

— Зачем вы тут?

— Спасаем твой зад.

— О, спасибо.

— Нам не требуется помощь, — рявкнула Макико. — Мы…

Кай прошел мимо нее к Аарону. Они сжали руки друг другу, потом Кай сделал так с Эзрой. Электромаг поймал меня за талию здоровой рукой и притянул меня к своему боку.

— Не это я имел в виду, говоря держать их под контролем, Тори, — шепнул он мне на ухо.

— Кто ведет атаку? — нетерпеливо осведомился Зак. — Варвара тут?

Кай отодвинулся от меня.

— Варвара? Волшебница?

— Кто ведет атаку? — повторил вопрос Зак.

— Не знаю, но осталось не так много мификов-нарушителей. А вот те штуки…

Пол задрожал от тяжелых шагов, скрежет стал громче — металлические шаги приближались.

— …их невозможно остановить.

— Осторожно! — крикнул Зак.

Поздно — струя зеленой жидкости вылетела из дыма к нам.

Макико взмахнула веером, а Эзра вскинул руку. Двойной порыв ветра сдул зелье. Оно упало на нового голема, окатив его голову и спину. Жидкость бурлила, едкий пар валил от голема, пока его стальное тело таяло.

Еще два голема подошли, грохоча суставами, появились из густого дыма.

— Уходим! — резко сказал Кай.

Хоши развернулась у моей головы и полетела в коридор, откуда мы пришли. Макико пошла первой, Кай — за ней. Мы поспешили по широкому коридору к лестнице.

— Кай, — крикнул Аарон, пока мы бежали по лестнице друг за другом, — в здании есть люди?

— Нет, — ответил он, бежал в половине пролета впереди нас. — В основном тут офисы, и они закрыты на ночь. Мы эвакуировали остальных, когда началась атака.

— Охрана предупредила нас до того, как плуты забрались далеко в здание, — добавила Макико. — Мы с Каем вернулись проверить, остался ли кто-то из наших.

— И столкнулись с големами, — закончил он. — Моя магия не помогала, а магия Макико была лишь немного эффективнее.

— Что ж, — я тяжело дышала, колени были как желе, но я продолжала спуск, — големы, похоже, не так и быстро двигаются по лестнице.

Все мы тяжело дышали, когда добежали до последнего пролета. Макико бежала, Кай — в шаге за ней. Я почти успевала, Аарон и Эзра следовали за мной. Зак замыкал строй.

Макико добралась до площадки первой, открыла дверь. Раздался хлопок с шипением.

Ветер вырвался из рук Макико, огонь полетел из дверного проема. Оранжевое пламя бушевало у порога, но она сдерживала огонь, от жара воздух на лестнице стал густым. Огонь падал на пол вокруг нее, как горящее масло, цепляясь за каждую поверхность.

Огонь стал угасать, и стальная голова появилась из оранжевого сияния.

Голем прыгнул сквозь магию Макико и врезался в нее. Она отлетела, взмахнув руками, чтобы замедлить падение, но лестница была слишком близко. Я прыгнула к ней, отчаянно тянула руки.

Она рухнула на ступеньки с хрустом кости о бетон.

— Макико! — хрипло закричал Кай.

Я присела рядом с ней, тихо ругаясь. Она не двигалась, глаза были закрытыми, а рот — приоткрыт. Струйка крови текла по серой пыльной ступеньке под ее головой.

Кай опустился с другой стороны, и Аарон перепрыгнул нас. Он приземлился со стуком перед големом, раскрывшим пасть, передние зубы были сломаны, словно он побывал в кулачном бою. Огонь вырвался из его горла, Аарон вытянул руку, и оранжевое пламя угасло. Темная жидкость, слабо пахнущая бензином, залила Аарона, пол и мои ноги, но маг потушил огонь.

Это не остановило голема.

Эзра и Зак тоже перепрыгнули нас, желтая магия сияла на руке друида. Его чары вылетели из ладони и обвили лапы голема.

— Уходите с лестницы! — закричал он.

Кай потянулся к Макико. Я не успела его остановить — его рука была обожжена и кровоточила — Эзра оказался там. Он осторожно поднял Макико и поспешил на выход. Я следовала за Каем по просторному фойе.

Зак побежал за нами через миг, желтое сияние таяло на его ладони. Голем грохотал сзади.

Кай выругался.

— Этот поджарил мне руку полчаса назад. Не верится, что он еще работает.

— Это другой, — Зак подбежал к нам, обгоняя голема. — Они не работают так долго. Уходим отсюда.

— У него те же сломанные зубы, — гневно рявкнул Кай. — И мы не можем допустить, чтобы эта штука гналась за нами по улице на виду у всех.

— Это не тот голем, с которым ты бился полчаса назад. Магия голема…

— Споры на потом! — взревела я, голем гнался за нами на полной скорости, горящая жидкость капала с его стальной пасти, как жуткая слюна. — Он нападает!

Зак, скаля зубы, остановился и развернулся. Черные крылья поднялись с его рук, и Лаллакай вылетела из его тела. Она взмыла вверх с одним взмахом широких крыльев. Изумрудные глаза сияли, словно горели изнутри. Она ударила крыльями во второй раз.

Тьма вдруг сгустилась, став шаром вокруг голема. Сияющие руны тускло горели в тенях, он нападал дальше. Зак не двигался, голем несся к нему.

Тени сгустились. Гром шагов голема замедлился, потом еще сильнее. Свет рун тускнел.

Как игрушка с умирающими батарейками, голем сделал еще шаг, двигаясь как улитка. Шепот магии в его рунах угас, тени поднялись. Голем стоял неподвижно, магия в нем пропала. Его пасть была в трех футах от Зака.

Лаллакай опустилась и погрузилась в тело друида.

— Блин, — буркнул Аарон. — Почему ты не вызвал фейри раньше?

Зак повел плечами.

— Ей нужно больше места, чтобы работать с…

— Поболтать можно позже, — раздраженно прорычала я, зная, что пиромаг и друид точно дойдут до споров. — Кай, как Макико?

Стоя рядом с Эзрой, Кай сжал ее руку, прижал пальцы к ее запястью.

— Ее пульс ровный, но ей нужен целитель как можно скорее.

— Санъяна была в гильдии, когда мы уходили, — я вспомнила, как делала ей той ночью горячий пунш. — Она как раз устроилась с учебниками, так что должна еще быть там.

Кай кивнул.

— Идемте.

Он и Эзра направились к двери. Я смотрела на Аарона и Зака, а те — сюрприз — хмуро глядели друг на друга. Я решила вмешаться, встала между ними, сжала их локти и повела их к выходу.

Мы возвращались в гильдию с друидом-плутом и невестой Кая. Вот весело будет.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Аарон подъехал к «Вороне и молоту», остановил машину у обочины, а не на парковке сзади. Я сидела между Эзрой и Заком на заднем сидении, зажимая нос пальцами.

— Вы воняете, — заявила я. — Все воняют токсичным дымом. В следующий раз, когда пойдем в горящее здание, возьмем сменную одежду.

— Мы не знали, что здание горело, пока не попали туда, — отметил Эзра.

Аарон расстегнул пояс безопасности.

— В следующий раз просто снимем одежду, заходя туда. Я мог бы уберечь жилет и ножны.

Хм. Раздеваться для боя? Я была бы не против. Было бы заманчиво.

— Не смей лезть в бой нагишом, — пробормотал Кай с переднего сидения, где он держал Макико. — Лучше испортить одежду, чем части тела.

Эзра издал задумчивый звук.

— По своему опыту говоришь?

— Я не был обнажен.

Я склонилась меж сидений.

— У меня очень много вопросов.

— Потом. Кто-нибудь, откроете мне дверь?

Аарон и Эзра выбрались из машины, чтобы помощь ему. Зак был медленнее, двигался скованно после столкновения с големом. Я вылезла за ним, Эзра открыл дверь Кая, и они с Аароном подняли Макико с его колен. Она слабо застонала.

Зак потянулся, словно все его мышцы болели, а потом снял сосуд с пояса. Он вытащил пробку и налил серую жидкость в свой рот.

— Что это? — спросила я.

— Исцеляющее зелье.

— Ты не мог дать это Макико?

— Оно подавляет воспаление и боль, а не лечит сотрясения.

— У тебя нет зелья от сотрясений?

— Я мог бы сделать его, но настаивается оно около двенадцати часов.

— Забудь, — я указала на его лицо. — И тебе нельзя так идти в гильдию. У нас есть ведьмы.

Они поняли бы по его жутким глазам фейри то, что мы не хотели никому раскрывать.

— Я не пойду в твою гильдию, — коротко ответил он.

— Пойдешь.

— Не пойдет, — Аарон передал Макико Эзре и повернулся к нам. — Он может уползать в дыру, из которой выбрался.

Я уперла руки в бока.

— Его уже видели, так что поздно. И в пабе почти никого нет. И, — я повысила голос, подавляя их протесты, — нам нужно объединить информацию о Варваре.

Зак нахмурился, и я решила, что он согласился. Ворча под нос, он повернулся. Тени окутали его, а потом Лаллакай вылетела из его тела. Ее зеленые глаза пронзили меня, как мечами, а потом она пропала из виду.

— Идеально, — я потерла замерзающий ладони. — Уходим с холода!

Игнорируя хмурых Аарона и Зака, закатившего глаза Кая и молчаливое изумление Эзры, я прошла к двери гильдии, распахнула ее и вошла.

Волна шума ударила меня по лицу.

Я застыла, моргнула. Моргнула еще раз. Гильдия не опустела, пока нас не было. Народу стало больше. Тридцать пять удивленных лиц повернулись ко мне, шум утих, а потом тридцать пять пар глаз посмотрели на мужчин, вошедших за мной.

Я развернулась, хотела остановить парней, но было поздно. Они вошли за мной, и мы теперь стояли на виду у половины гильдии — Эзра в саже и с женщиной без сознания на руках, Аарон, голый по пояс с дырами в штанах, Кай с кровью на лице и почерневшей рукой и Зак с порванным от зубов голема плазом, все еще сжимающий сосуд от выпитого зелья.

Ближайшие мифики окружили нас. Сотня вопросов полетела в нас, и я не знала, кто говорил.

— Ого! Вы ранены?

— Кто эта женщина? Она из «Морских дьяволов»?

— Где вы были?

— Нужен целитель? Санъяна тут.

— Вы пришли из гильдии «Морские дьяволы»?

Кай что-то говорил, но его голос заглушали другие голоса, а потом он пошел в толпу. Эзра пошел за ним с Макико на руках. Аарон шагнул за ними, махая мне и Заку присоединяться. Члены гильдии поспешили пропустить нашу потрепанную группу в саже.

Мы поднялись в комнату на втором этаже, где и нашли ученицу целителя Санъяну на том же месте, где я ее видела: она сидела с учебниками и готовилась к экзамену. Она не только училась исцеляющей Аркане, но и была на третьем курсе мединститута. Она тут же бросила учебники, Кай уложил Макико на пустой стол.

Санъяна принялась за осмотр, ее длинные темно-каштановые волосы грозили выпасть из свободного пучка. Син выглянула из-за угла у лестницы.

— Эй, — робко позвала она, — нужна помощь, Санъяна?

Целитель подняла голову.

— У тебя есть мазь от ожогов? Можешь нанести на руку Кая? Я дойду до него следующим, но не скоро, — она посмотрела на нас, щурясь. — Полагаю, есть еще раны, которые я не вижу.

— Нет, — сказал Аарон. — Мы выбрались целыми. Кроме Макико.

Син подняла свою сумку алхимика на свободный край стола, с интересом поглядывая на Макико и Зака. Кай отвернулся от своей невесты, и Син побелела при виде крови на его лице.

Она быстро пришла в себя.

— Снимай рубашку, и я почищу…

— Срежь ее, — сказала Санъяна, не понимая головы. — Лучше не разрывать волдыри. Аарон, можешь принести аптечку?

— Будет сделано.

Син вытащила из шкафчика ножницы и отрезала рукав Кая, открывая пятна сажи, розовые ожоги. Аарон вернулся через минуту с большой аптечкой. У гильдии всегда были нужные вещи под рукой для целителей, чтобы им не нужно было таскать аптечки за собой. Санъяна открыла сумку и стала рыться в ней.

Син усадила Кая на стул, налила прозрачную жидкость на белую ткань и стала нежно вытирать сажу с его руки.

— Я гадала, куда вы так поспешили. Откуда вы узнали о «Морских дьяволах» так быстро?

Я, Кай, Аарон и Эзра глядели на нее с непониманием.

Она нахмурилась.

— Вы не были там?

— Почему, — фыркнула я, — все вспоминают «Морских дьяволов»?

— Потому что на ту гильдию напали час назад?

Мы остолбенели.

— Что? — осведомился Аарон. — Как на «Рыцарей Пандоры»?

Она кивнула, открывая банку белого крема.

— Штаб-квартира «Морских дьяволов» разрушена. Линдон сказал, его друг из «Глаза Одина» видел, что здание сравняли с землей.

— Кто-то пострадал?

Она опустила взгляд.

— Там были два мифика, и… они убиты, — она нанесла крем на руку Кая. — Некоторые из наших хотели помочь, но МП попросили держаться подальше оттуда, потому что пожар снимали люди.

Я обмякла на стуле. Еще атака. Два мифика убиты. Варвара не шутила.

В комнате стало тихо. Син перевязывала руку Кая, а он смотрел на свою невесту с тревожной морщинкой меж бровей. Санъяна, прикусив сосредоточенно губу, рисовала на столе, где лежала Макико, как красивый и чуть обгоревший манекен.

Я посмотрела на Зака. Он сидел у края соседнего стола, смотрел на целителя, будто оценивал. Его специальностью Арканы была алхимия, но он знал и волшебство с исцелением, я видела, как он сделал противоядие за полчаса. Он был плутом с черной магией, ни с кем не общался, так что у него явно было время развивать навыки.

Я посмотрела мимо Зака на стол, что был дальше от нас. Эзра прислонялся к нему, скрестив руки, рассеянно смотрел в пустоту. Я вспомнила слова Кая во время полета в ЛА. «Он был тихим в последнее время».

Эзра был тихим. Отстраненным. Его юмор пропал, улыбки были редкими, искры в глазах — тусклыми. Я не могла представить, как он так долго представлял, что все в порядке, но будущее давило на него так тяжко, что скрывать он уже не мог, или, может, я только сейчас заметила, какое бремя он нес. Так или иначе, его время было на исходе.

Я поднялась на ноги и сообщила:

— Мне нужно в душ. Увидимся.

Я ощущала взгляды друзей на себе, но решительно шла к лестнице. Я поспешила вниз, замерла там, оценивая количество гильдийцев в пабе, собравшихся из-за атаки на «Морских дьяволов». Больше половины наших боевых мификов в снаряжении ждали позволения МП отправиться туда и начать поиски виновных, а остальные были тут, потому что в обществе гильдийцев было спокойнее.

Я хотела быть среди них, слушать разговоры, что прогоняли тревоги.

Но я завернула за угол к двери, скрытой за лестницей. Дверь вела в подвал. Внизу было пусто, тренажеры терпеливо ждали утреннюю тренировку. Плакаты фильмов висели на стенах, пятна цвета делали место веселее.

Я долго принимала душ, шум воды отражался от плитки. Я смазывала волосы кондиционером, а мысли кипели, тревога наполняла меня. Кай, Макико и его семья. Зак, Лаллакай и его украденный гримуар. Эзра, Этерран и полнолуние через пару дней.

И Варвара с ее планами. Две атаки за одну ночь. Жуткие големы. Неизвестное количество плутов. Какой была ее цель? Захватить город? Она хотела прогнать гильдии, чтобы править без сопротивления?

Я плеснула водой на лицо, зажмурившись. Видение вспыхнуло в голове: карта Смерти, жнец с окровавленной косой и тихий голос Сабрины:

«Думаю, вскоре тебе нужно будет сказать ему».

Дрожа под горячими струями, я поспешила закончить душ. Я вытерлась, надела штаны для йоги и свитер из своего шкафчика, а потом стянула волосы в пучок. Перед тем, как закрыть дверцу шкафчика, я коснулась пряжки боевого пояса. Мешочек Хоши был пустым, она была где-то среди фейри.

Я далеко зашла от девушки, первым оружием которой был зонт, но мне все еще не хватало сил. Так я их всех потеряю — Эзру, Кая, Зака. Останемся мы с Аароном, и мы будем раздавлены.

Я потерла рукой глаза, закрыла шкафчик и сморщила нос от одежды в саже, лежащей кучей на скамейке перед шкафчиками. Фу. Я отодвинула их ногой к концу скамьи, чтобы разобраться позже. Мои штаны упали на пол, что-то яркое выглядывало из кармана.

Я присела на корточки и подняла квадратик. Лиловая ткань была мягкой, удивительно тяжелой. Панцирь Валдурны. Хоть и ценой всей магии пользователя, он мог решить любую проблему. Непобедимость! Какой мифик не хотел такого порой?

Но я понимала, почему Зак не хотел Панцирь. Непобедимый, но без магии. Непобедимый, но бесполезный. Так не удастся спасти Эзру, Кая и Зака. Нужно было не просто сохранить их живыми. Мне нужно было спасти разум и душу Эзры, свободу Кая и… я не знала, что нужно было Заку, но он явно нуждался в помощи.

Вздохнув, я убрала Панцирь в карман, чтобы вернуть Заку, и прошла в комнату с тренажерами. Приглушенный стук шкафчика остановил меня. Я замерла, посмотрела на дверь к мужскому душу.

Еще стук, и появился Эзра, его мокрые кудри были убраны с лица, словно он зачесал их пальцами. Он переоделся в футболку и спортивные штаны, ремешок для оружия пропал — и это было ясно, ведь оружия у него уже не было.

Мой желудок совершил странное сальто.

— Эй, тоже был в душе?

— Ага, — он улыбнулся, но улыбка не затронула глаза. — Без твоего присмотра Аарон и Зак снова соревнуются хмурыми взглядами. Это начало действовать мне на нервы.

Мне надоело ругать их за поведение двенадцатилетних, и я опустилась на скамью, от кожаной обивки слабо пахло дезинфицирующим средством.

— Я не знаю, что делать с Заком, — пробормотала я. — Он не злодей, но…

Эзра сел рядом со мной.

— Это зловещее «но».

Я прикусила губу. Я никому не рассказала, что видела на той крыше, и я не знала, почему. Я не защищала Зака. Я просто не могла это рассказать, хотя нуждалась в этом.

— Когда мы вернулись в город прошлой ночью, он загнал плута на крышу, допросил его и… — я сглотнула, снова слыша тот звук. — И сбросил его со здания.

Эзра резко вдохнул.

— Я не думала, что он так сделает, — я заламывала руки. — То есть, такое всплывало в голове, но я не верила, что он зайдет так далеко. Если бы я подумала…

— Это не твоя вина, Тори.

— Но я была там. Я должна была… должна была понять…

Он обвил теплой рукой мою талию и притянул меня к своему боку.

— Ты не могла угадать его планы, и вряд ли ты смогла бы его остановить, даже если бы поняла.

Желудок сжался. Что сделал бы Зак, если бы я попыталась спасти того мужчину?

— Он злился… — слова звучали медленно, осознание расцветало, пока я говорила. — Когда он понял, что я все это видела, он разозлился… и когда он заметил, что я расстроилась, он разозлился на меня.

Эзра смотрел на пол, взгляд был далеким.

— Когда лишаешь жизни, что хуже? Испытывать мучения из-за этого или смириться, потому что считаешь это единственным вариантом?

Я поежилась. Я дважды убила, и оба раза выбора не было. Аарон, Кай и Эзра говорили мне об этом, проверяли, в порядке ли я, каждую пару недель. И я была почти в порядке. Кошмары мучили меня, но не каждую ночь. Вина осталась, но не терзала все время.

Я пыталась представить, как толкаю ведьмака к смерти и ощущаю только уверенность, что это было необходимо.

— Что ты чувствуешь? — пробубнила я. — Ты смиряешься с тем, что убиваешь?

Он сжал меня сильнее.

— Никогда.

Сколько раз он убил, защищая свои секреты? Чтобы продлить свою жизнь, хотя он верил, что умрет через несколько лет? Я не знала. Он почти никогда не говорил о прошлом. Прямо как я.

Мой рот раскрылся. Я смотрела, ничего не видя, мысленно ударяя себя по лбу.

Как. Я. Я никогда не говорила о прошлом. Я хотела знать историю Эзры, кошмарную историю становления демоническим магом, чем был Энрайт, и как он избежал истребления, но о своей жуткой истории поведала лишь пару кратких фраз.

Пот выступил на моем лбу. Я не могла это сделать. Я не могла рассказать об этой части меня никому. Я не могла…

Но это был Эзра.

— Мой папа был пьяницей, — выпалила я.

Он вскинул голову, смятение и удивление смешались на лице. Я с паникой взглянула на его лицо и зажмурилась.

— Он был пьяницей. Бил маму. Она не выдержала и ушла. Сказала… сказала, что больше так не может, плакала, просила Джастина позаботиться обо мне. Она сказала, что папа не будет бить детей, так что мы были в порядке. И она ушла.

— Тори… — прошептал Эзра.

— А через неделю он ударил Джастина. Он… ему просто нужно было кого-то бить, наверное, — мои губы дрожали. — Но Джастин не был как мама. Ему тогда было почти тринадцать, и он не стал это терпеть. И папа бил его сильнее. Когда Джастину исполнилось пятнадцать… мы боялись, что он убьет Джастина. И Джастин… как с мамой. Он пришел в мою комнату ночью и сказал, что должен уйти. И я сказала ему уходить. И мы плакали, а потом он ушел.

Эзра обвил меня руками, притягивая ближе. Я с трудом дышала, не открывая глаза.

— Это… — я кашлянула, тщетно пытаясь убрать из голоса хриплую дрожь. — Это все, что я могу дать сегодня.

Долгая пауза.

— Не понимаю.

Я открыла глаза, гордясь, что они были без слез, и с дрожью улыбнулась.

— Мне сложно говорить об этом, и я не могу… если я говорю об этом дольше минуты, я словно возвращаюсь в прошлое. Я не могу.

Он усадил меня на свои колени и обвил руками, прижимая крепко к своей груди. Я обняла его шею и уткнулась лицом в его грудь.

— Ты не обязана мне рассказывать, — прошептал он в мои волосы. — Не обязана вспоминать все из-за меня.

— Знаю, — я вдохнула его успокаивающий запах. — Я хочу. Просто на это требуется время.

Он нежно гладил мою шею.

— Ладно. Но, Тори? Можно узнать… почему сейчас?

— Это показалось честным. Ты рассказал мне немного, но я ничего не рассказала.

— Да, но почему сейчас? В эту минуту?

Я пожала плечами, не отрывая лица от его груди.

— Потому что я думала об этом сейчас.

Миг удивленной тишины и тихий смех.

— Ладно.

— Что ладно?

— В этом есть смысл в стиле Тори.

— Что это значит? — проворчала я.

Он крепче обнял меня.

— Все хорошо. Немного непредсказуемости — то, что надо в моей скучной жизни.

Я выпрямилась и оказалась с ним нос к носу. Я сидела на его коленях, мои ноги свисали с мягкой скамьи.

— Ты должен чаще выбираться, — сказала я. — Больше рисковать. Участвовать в приключениях.

— Я осторожничаю, — согласился он так серьезно, что я не знала, шутил он или нет.

— Живи на полную, — сказала я, пытаясь вдохновить его. — Бери быка за рога. Лови момент. Carpe diem!

Уголок его рта дрогнул.

— Тебе стоит быть похожим на меня, — решила я. — Я знаю, как веселиться.

Он сжал губы.

— Я о том, если никогда не разбивал лицо мифику зонтом, разве ты жил?

Он издал сдавленный звук, а потом смех вырвался из него с фырканьем.

— Ага! — завопила я, вскинув руки в воздух. — Ты засмеялся первым! Я победила!

Он поймал меня за талию, чтобы я не улетела с его колен, пока радовалась.

Смеясь, я обвила руками его шею.

— Признайся. Я победила.

Он посмотрел мне в глаза, странно серьезный, хоть глаза сверкали.

— Ты слишком упряма, чтобы проиграть.

Мои пальцы запутались в его влажных волосах, я склонилась ближе.

— Точно.

Он посмотрел на мои губы, и я уже была все ближе. Наши губы встретились.

Я целовала его медленно, смакуя ощущения: его нежный рот, щетина возле моего подбородка, его дыхание, райский аромат, которого мне всегда было мало. Все в нем окутывало меня теплым коконом, закрывающим от мира.

Мои губы двигались поверх его, а потом я отодвинулась. Каждый атом моего тела требовал целовать его, но я отогнала эти мысли. Дело было не во мне.

— Эзра, все хорошо? Ты говорил, что хочешь быть друзьями, и если ты этого хочешь, я могу… — я сморщила нос, — я могу это сделать, клянусь. Просто быть твоим другом.

Я игнорировала глупость этих слов, ведь сидела на его коленях, запустив пальцы в его волосы после поцелуя.

Он провел большим пальцем по моей щеке, от печали его глаза потемнели.

— Я не хочу причинить тебе больше боли.

Слова, что я найду способ спасти его, не изменили бы его мнения, так что я сказала:

— Я справлюсь.

— Возможно… но я не уверен, что справлюсь я.

Мое сердце сжалось. Я выдохнула.

— Понимаю. Мне слезть с тебя?

Он глядел на меня, закрыл глаза и пробормотал ругательство.

— Это… нет?

— Я не знаю.

Он не открыл глаза, наверное, надеялся, что без зримого соблазна сила воли будет крепче, хотя он не убрал руку с моей шеи, что сказало мне, что его стратегия ни капли не работала. Я ощущала сочувствие. Это было нечестно. Он пытался поступать со мной правильно, а я все усложняла.

И раз я собиралась спасти его, я могла подождать. Терпение было моим вторым именем.

Хотя нет, этого не было. Даже близко. Но я все еще могла потерпеть.

Я убрала ногу со скамьи, подвинула ее так, чтобы слезть с его колен. Он открыл глаза, и я улыбнулась, убирая ладони от его волос. Я стала подниматься…

Его ладонь сжала мою шею, и он притянул мои губы к своим.

Мой желудок сделал сальто. Ладони вернулись на него через миг, губы прижались к его, легкие опустели, сердце колотилось. Он схватил меня за пояс и вернул на свои колени. Я обвила его руками, стирая пространство между нашими телами. Его ладони нашли мои бедра, пальцы впились, удерживая меня невероятно сексуально.

— Ох, Эзра, — простонала я в его рот.

— Прости, — выдохнул он. — Я…

Я накрыла его рот своим, чтобы он словами не разлучил нас снова. Его язык скользнул меж моих губ, и я тихо застонала. Я не могла отказаться от него. Зачем?

Я нуждалась в нем так сильно, что было больно дышать.

Я отодвинулась, воздух был холодным на губах. Я заглянула в его разноцветные глаза. Мой рот открылся, пугающие слова подступили к горлу, хотели прозвучать, но я не была уверена, могла ли произнести их. Я должна была. Но…

Эзра нахмурился, а потом повернул голову влево. Я посмотрела туда же.

Блин.

Ой-ой-ой-ой.

Кай стоял в трех шагах от нас, скрестив руки на голой груди, приподняв темную бровь.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Я критично разглядывала свое отражение. Боевой пояс был застегнут поверх кожаных штанов. Майка плотно сидела на теле под кожаной курткой, скрытно усиленной дополнительным слоем. Тяжелые черные ботинки со стальными носами. Рыжие кудри были усмирены средствами для волос, ниспадали на плечи, и я нанесла достаточно макияжа, чтобы не выглядеть как труп из-за темного наряда.

С серебряной вспышкой Хоши спустилась с потолка, моргая большими розовыми глазами.

— Как я выгляжу? — спросила я у нее. — Похожа на опытного боевого мифика, который идет по следу опасного плута?

Она тихо фыркнула и ткнулась носом в мое плечо. Краски вспыхнули в голове вместе с моим лицом. Это было да?

Она опустилась к мешочку на моем поясе сзади. Хоши скользнула внутрь, свернулась в шар с голубыми и розовыми бугорками. Странно, но круто.

Радуясь, что она пойдет со мной, я схватила простую коричневую папку со стойки, открыла дверь туалета и вышла в паб. Вечер был людным, народу на ужин субботы собралось больше обычного. Все гудели из-за атаки на «Рыцарей Пандоры» два дня назад и «Морских дьяволов» прошлой ночью.

Купер носился за баром, его жирные волосы прилипли к лицу. Он подвинул напиток к Брису, заметил меня.

— Людно, — возмутился он, словно я позвала всех, чтобы ему было сложнее. Я не звала, но идея была хорошей. Нужно не забыть попробовать так в следующую его смену. — Эй, ты, — добавил он, шлепнув тряпкой по бару. — Тебе нужно работать. Субботы — твои смены.

— Но ты хотел отдохнуть в воскресенье, помнишь? Мы поменялись сменами, — я улыбнулась ему как акула. — Так что умолкни.

— Я прикрывал тебя прошлой ночью и…

— И я потом отработаю, но не сегодня. У меня планы, — я бодро помахала и ушла, радуясь его пылающему взгляду на моей спине. Купер вывел лень на новый уровень, и мне нравилось заставлять его трудиться.

В последнее время было слишком много хаоса, и прошлая ночь закончилась тихо. Зак, Аарон, Эзра и Кай обсудили произошедшее, но у них не было идей, что делать дальше. Нужно было найти Варвару, но она оказалась скользкой змеей.

Зак согласился держать меня в курсе его попыток отыскать ее и ушел в холодную ночь. Вскоре и Кай с исцеленной рукой унес Макико наружу, и черный седан загадочным образом появился и забрал их. Он пообещал связаться с нами через день или два, когда узнает, что клан Миура намеревался сделать с Варварой.

Я хотела, чтобы он был с нами, но часть меня радовалась, что его не было рядом. Застав меня с Эзрой, он ушел в душ без слов, но остаток вечера бросал на нас взгляды, то раздраженные, то задумчивые, то с тревогой. Меня беспокоило его молчание.

Я отогнала это из мыслей, миновала столики, здороваясь с теми, кто приветствовал меня, искала менее знакомое лицо.

Робин была в одиночестве в тени угла. Она нервно сидела на краю стула, глядела на стакан воды, словно там были все тайны Демоники.

— Эй, — сказала я, задвигая стул, который кто-то оставил выдвинутым на два фута от столика. Ленивые задницы устраивали бардак в моем пабе. За такое нужно наказывать.

Робин подняла голову и слабо улыбнулась. Она казалась бледной. Или она всегда была бледной? Я не знала.

Я поджала губы, окинула ее взглядом и улыбнулась.

— Хорошая куртка.

Она смущенно потянула за черный рукав. Кожа облепила ее хрупкое тело, агрессивный вырез воротника дополнялся серебряными пуговицами и крупной молнией. Она выглядела готовой запрыгнуть на мотоцикл и улететь в ночь.

Она покраснела, поправила очки, и этот суетливый жест портил ее образ байкерши.

— Я выгляжу глупо? Зора сказала, кожа подходит лучше.

— Для боя? — я шлепнула ладонью по своему бедру в кожаных штанах. — Это так. Хотя я не эксперт. Я стала тренироваться всего пару месяцев назад.

— Ты тоже новенькая в этом?

— Да, новенькая. Готова идти? И куда мы идем, кстати?

Она вскочила на ноги, задвинула стул — заработав от меня очко — и пошла к двери.

— Тут недалеко, полчаса пешком или на автобусе. Как предпочитаешь?

— Пешком, — решила я, мы вышли в прохладу вечера. — Не люблю автобусы.

Она повела меня на восток Мейн-стрит, сверилась с телефоном и пошла на юг. Я замедлила шаги, чтобы поспевать с ее небольшими шагами. Она была не самой быстрой.

— Итак, — начала я, пока мы проходили здания в викторианском стиле приглушенных цветов. Голые деревья перемежались с красными столбами фонарей у дорожки. — Расскажи об этом творце инфернусов.

— Я мало о нем знаю, если честно. Он был призывателем, пока не отошел от дел пятнадцать лет назад. Теперь он делает артефакты, но явно тесно связал с обществом Демоники.

Мы остановились на переходе и ждали, пока сменится цвет светофора. Фонари бодро сияли, отгоняя тьму в переулки.

— По слухам, — продолжила Робин, понизив голос, потому что мы ждали на переходе не одни, — он был… одним из продвинутых… когда был призывателем, и он все еще интересуется новыми практиками и необычными знаниями по Демонике.

Это звучало многообещающе. Я чуть не спросила о Робин, что за необычные знания она хочет добыть, но она спросила бы о том же, и это было бы неловко. Я прижала папку к боку и спросила:

— Если у него ничего нет, кто еще может подсказать полезное?

— Эм, Демоника не такой распространенный класс, и призывателей еще меньше. Он требует тщательного обучения, и призыв демонов довольно утомительный… и опасный.

— Утомительный и опасный? Обычно это не сочетается.

— Опасно, когда все идет не по плану, а утомительно — когда по плану. Только на установление круга призыва требуются недели, а часто нужно ждать еще недели, чтобы демон принял контракт.

— Как ты стала контрактором? — спросила я с любопытством.

— Я… не могла иначе, наверное. Почти вся моя семья — мифики Демоники.

Семья? Демоника не передавалась по наследству — демона нельзя было унаследовать, насколько я знала — но если призыватели предпочитали передавать знания напрямую ученику, как говорил Зак, был смысл сделать это делом семьи.

Мы шли дальше по Мейн-стрит, магазины сменились красочными витринами Китайского квартала. Я посмотрела на место, где как-то заказывала суши с Син перед тем, как на нас напали плуты из «Красного рома», а потом я натравила на них морского фейри. Веселые были времена.

— Еще немного, и мы придем ко мне домой, — сухо сказала я. — Мне нужно было уточнить, куда мы шли, до встречи в гильдии.

— О, — Робин покраснела. — Прости. Я думала, так будет проще.

Она повела меня через улицу и прочь от милых магазинов. Вокруг появились здания офисов, и приподнятые рельсы на бетонных колоннах пересекали центр широкой дороги. Машин стало заметно меньше.

— Эм… — Робин взглянула на мое лицо голубыми глазами. — Как давно ты дружишь с Аароном, Каем и Эзрой?

— С моего первого дня в гильдии, пожалуй, — я посмотрела, как ее плечи опустились и ухмыльнулась. — Аарон одинок.

Она вскинула голову.

— Что?

— Знаю, он с тобой холоден, но на самом деле он крутой.

Она ощетинилась, как злая кошка.

— Это меня не интересует. Почему все думают, что я хочу с ними встречаться? Потому что они хорошо выглядят? Глупости.

Кем были все? Кто-то еще пытался свести ее с Аароном?

Она шла половину улицы в хмуром молчании, а потом выдохнула.

— Я думала… об Эзре.

Теперь уже помрачнела я.

— А что он?

— Он кажется неплохим.

— Он и есть неплохой.

— Он — аэромаг?

— Ага.

— Он сильный?

Я постаралась сохранить тон ровным.

— Не такой сильный, как Аарон и Кай, но довольно крепкий.

— Хм, — она замедлилась у перекрестка, вытащила телефон, сверяясь с направлением на экране, а потом свернула на узкую улицу. — Что случилось с его глазом?

— Несчастный случай на лыжном курорте. Врезался в агрессивную сосну.

Она нахмурилась, но опустила тему.

В конце улицы широкие рельсы за оградой из рабицы заставили нас снова повернуть. Мы пошли дальше на восток, дальше от главной дороги. Я с тревогой поглядывала на рельсы за оградой, на темную и закрытую мастерскую для машин. На этих тихих улицах не было признаков жизни, и редкий свет фонарей не утешал.

— Эй, — пробормотала я, — ты уверена, что мы идем правильно?

Она кивнула.

— Уверена.

— Наверное, стоило поехать на такси, — проворчала я.

— О, не переживай, — она улыбнулась с неожиданной уверенностью. — Мы в безопасности.

Я приподняла брови.

— Одного вора я могу вырубить, но…

— Нам не придется биться с ворами. Мой демон может нас защитить.

Ах, ну если так…

Мы миновали пару неприметных складов, грязный двор с контейнерами и пустыми ящиками, брошенные парковки, ждущие работников в понедельник, и склад утилизации с грузовиками с прицепами, стоящими у платформ для погрузки.

— Вот, — она запыхалась, ее щеки порозовели от холода. — Мы на месте.

В конце улицы было двухэтажное здание с голубой крышей. Плотные жалюзи закрывали окна, но свет было видно за мутным стеклом двери. Похоже, кто-то работал допоздна.

Мы миновали пару машин на маленькой парковке и приблизились к двери. Символ из трех пересекающихся треугольников и глаза в центре был на стекле черным цветом, под ним значилось название заведения.

ГЛАЗ ОДИНА

Частные услуги безопасности

Я застыла.

— Ого-го. Это «Глаз Одина»? Гильдия?

Робин оглянулась, ее рука уже тянулась к двери.

— А я не говорила?

— Нет.

— Я же говорила, что творец инфернусов — член «Глаза Одина»? И что его основная роль — консультации по Демонике?

— Ты это не упоминала. Вовсе.

— Ой. П-прости.

Я покачала головой.

— Что ж, мы на месте. Сделаем это.

Мы вошли в теплое фойе. Четыре мягких кожаных кресла ждали по бокам от двери, направляя посетителей к длинному столу приемной с двумя мониторами и креслом, что было пустым. Пара дверей виднелись с каждой стороны комнаты.

Белая табличка на столе просила прибывших позвонить в колокольчик. Робин подошла к столу, посмотрела на кнопку, словно та могла ее укусить, и нажала. Где-то в здании раздался неприятный гудок.

Я огляделась, впечатленная. МП требовали от гильдий скрываться за законным бизнесом, чтобы прибытие и отбытие их членов не привлекали внимания, но «Глаз Одина» мог вполне принимать тут клиентов по-настоящему — мификов. В отличие от «Вороны и молота», живущей лишь отчасти на наградах за задания, «Глаз Одина» была сосредоточена на наградах. В этом участвовали все.

— Кто-нибудь придет? — пробормотала Робин, заламывая руки.

— Они нас ждут?

— Эм… нет, — она сморщила носик. — Я переживала, что, если он будет знать заранее, сможет укрыться от нас.

— Логично. Узнаем, кто дома?

Я с улыбкой ударила по кнопке. Гудок стал звучать раздражающими вспышками. Шесть гудков спустя дверь слева от меня открылась, и вышел крупный мужчина с короткими черными волосами и смуглой кожей, яростно хмурясь.

— Кто же… — он замолк и моргнул. — Тори?

— Привет, Марио. Как ты?

Он улыбнулся.

— Что привело тебя сюда? Не помню, чтобы из «Молота» к нам приходили в гости.

— Потому что в моей гильдии очаровательный паб и лучший в мире бармен, — пошутила я. — Что у вас?

— Эй, и у нас есть плюсы. Ты к Иззе? Их встреча уже началась, но я могу тебя отвести.

— Эм, нет, я тут к… — я замолчала и взглянула на Робин.

Она глядела на меня и Марио, раскрыв рот. От моего взгляда она взяла себя в руки.

— Наим Ашраф в гильдии?

— Наим? Да, он тут, — приподняв с интересом брови, Марио махнул нам идти за ним. — Идемте.

Робин поспешила ко мне, когда я зашагала за ним за дверь и в коридор.

— Ты знаешь людей отсюда? — потрясенно прошептала она.

— Да, они заглядывали в гильдию раз шесть за прошлые пару недель, — я ткнула ее локтем. — Бывай у нас чаще, тоже многих узнаешь.

Ее плечи печально опустились, и я вспомнила холодные взгляды Аарона и Кая, когда она попыталась со мной заговорить в начале недели. Может, она не ощущала себя уютно в гильдии. И, может, мне стоило изменить это.

Я добавила это в список дел на неделю. Расследовать атаки на гильдии, спасти Эзру от демона, порвать помолвку Кая, одолеть злую волшебницу, пока она не уничтожила город, забрав при этом гримуар Зака, и заказать еще лайма, потому что запасы иссякли.

Пустяки.

Первый этаж «Глаза Одина» был в деловом стиле — кабинеты и большой зал со столами. Но Марио повел нас по лестнице на второй этаж.

— О-о-о, — выдохнула я, когда мы прошли в дверь. — Мило.

Марио усмехнулся.

Второй этаж «Вороны и молота» был только для работы, а не для игр, а «Глаз Одина» смог это объединить. Большой камин занимал почти всю каменную стену, вокруг него стояли уютные кожаные кресла и низкие столики. Тут были и деревянные стулья, мягкие диваны, рабочие столы. В стороне стояли стеллажи с книгами, а на дальней стене был бар с самообслуживанием и мини-кухня. В одном холодильнике со стеклянной дверцей были закуски и вкусности с ярлыками хороших кафе и пекарен Гастауна. Второй был полон бутылок и банок с напитками.

Два члена гильдии отдыхали у камина, трое сидели за столом с бумагами. Шестой сидел возле кухни, лампа сияла рядом с ним, он уткнулся носом в книгу в кожаном переплете, толщина которой могла потопить лодку. Аура «опасного старика» висела вокруг него облаком.

Конечно, туда Марио и пошел.

Робин плелась за мной, мы разглядывали Наима Ашрафа. Его растрепанные волосы и борода были белоснежными, резко контрастируя с темной кожей. Морщины вокруг глаз стали глубже, когда он оторвал взгляд от книги.

— Наим, к тебе гости, — Марио хлопнул меня по плечу. — Отыщи меня, когда закончишь, и я сделаю Цезарь по своему рецепту.

— О, не знаю, нравится ли мне эта идея.

Он со смехом ушел к трем мификам за столом с бумагами, склонился над их работой.

— Кто вы? — осведомился Наим пронзительным и гнусавым голосом.

Ого, какой вежливый.

— Мы можем задать пару вопросов по Демонике? — спросила я деловитым тоном. — Мы быстро.

Он хмыкнул.

— Не знаю, что сказал Марио, но я не консультирую никого не из гильдии.

— Это ненадолго.

— Не важно, — он поднял граненый стакан со столика у его кресла, сделал глоток янтарной жидкости, занимавшей треть стакана. — Спросите у «Великого Гримуара», если нужна помощь.

— У «Великого Гримуара» есть контракторы, — тихий альт Робин удивил меня, она придвинулась ближе. — Но МагиПол арестовал главу их гильдии, и у них нет других призывателей, особенно с вашим опытом и репутацией знатока редких сведений.

О, лесть. Хороший ход, Робин. Я собиралась уже назвать его придурком, который умрет в одиночестве.

К сожалению, Наим не повелся на это.

— Я не буду тратить время, объясняя основы Демоники девочкам. Мой скотч старше вас двоих, так что оставьте меня с ним в покое.

Он повернулся к огромной книге, которая, похоже, была на латыни. Я скрипнула зубами. Мерзкий старикан.

Робин скользнула мимо меня. Она не могла нависать над ним, хоть он сидел, а она стояла, но подобралась агрессивно близко. Мне нравился этот подход, и я шагнула ближе.

— Мне не нужно помогать с основами, — она расстегнула куртку и вытащила инфернус, опустив его на свою грудь. — И если вы так хороши как призыватель, как я думаю, вам не нужно объяснять, что это.

Рот Наима раскрылся. Он смотрел на ее инфернус, опустив том на стол, чуть не сбив скотч. Он потянулся к ее инфернусу, и Робин отпрянула на шаг, не дав пальцам задеть серебряный диск.

Я с интересом взглянула на ее инфернус. Руны были вырезаны на кулоне, и в центре был ассиметричный символ с шипами. Он выглядел знакомо.

Подозрения исказили лицо Наима.

— Это подделка. Такая девчонка, как ты…

Робин постучала по инфернусу. Алая магия закружилась на нем, обвила ее пальцы.

— Настоящий? — охнул он. — Тогда ты — Робин Пейдж! До меня доходили слухи, что новый Дом вернулся после долгих лет, но я не мог в это поверить. Твой демон может быть только Первого Дома. Если только, — его лицо озарила надежда, — это не знаменитый Двенадцатый Дом?

Она села на кофейный столик перед его креслом.

— Мы можем обсудить моего демона после того, как мы с Тори зададим пару вопросов.

Я моргнула. Ее тон ясно показывал, что ему стоило согласиться, потому что выбора у него не было. Ох, Аарон и Кай были правы. Она была не такой слабой, как я думала.

Наим сцепил ладони, жадно глядя на ее инфернус.

— Что вы хотите знать?

Сжимая папку, я села рядом с Робин. Она взглянула на меня с вопросом, и я кивнула, чтобы она начинала. Это был ее поход, но и я получу ответы.

— Я ищу артефакт, — она вытащила из кармана свернутый листок. — Думаю, это древний инфернус, и раз вы их делаете…

Он заинтригованно кивнул.

Она развернула белую бумагу и осторожно разгладила ее, показывая точный рисунок круглого медальона. Руны формировали кольцо по краю, как у ее инфернуса, но эти были изогнутыми и с шипами. Второе кольцо знаков окружало символ в центре.

При виде рисунка я перестала ощущать пол под ногами. Легкие замерли, мышцы застыли, и все во мне замерзло, не давало отреагировать.

Два пункта в этом рисунке заставили меня опешить. Во-первых, символ в центре был таким же, как на инфернусе Робин. Потому он казался знакомым. Во-вторых, я не могла дышать, потому что уже видела этот медальон.

Это был демонический амулет.

Тот, что я украла с трупа крылатого демона после того, как демон Робин убил его. Тот, которым я освободила демона Берка от контракта. Тот, который так хотел Этерран.

Она держала рисунок загадочного амулета, который я пыталась понять, чтобы им спасти жизнь и душу Эзры.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Проклятье.

Это слово крутилось в моей голове, и я с трудом сидела смирно. Хорошая половина меня хотела вскочить на ноги с визгом, указывая на ее рисунок.

Я, конечно, этого не сделала, но все же.

Робин искала амулет, который я украла. Ее демон убил крылатого, который носил его. Потому она появилась в парке? Она охотилась на того демона ради амулета? Она знала о его силе?

Ответы были так близко?

Не замечая бурю во мне, Наим нахмурился, глядя на рисунок.

— Эти сигилы, — он указал на кольцо посередине, — эмблемы Домов. Я узнаю почти все, — его губы двигались, пока он считал. — Одиннадцать сигилов… и двенадцатый в центре. Он представляет все двенадцать Домов демонов.

Он потянулся к рисунку, но Робин отодвинула руку.

— Вы видели или слышали о таком инфернусе?

— Это инфернус? — выдохнул он, глядя на рисунок и ее серебряный кулон. — Где ты узнала о таком? Где взяла демона? Твой демон должен быть Первого Дома. В центре тот же сигил.

— Вы не ответили на мой вопрос, — холодно отозвалась она.

— Я не видел такого артефакта. Но если дашь мне рисунок, я поищу в…

Она свернула бумагу и убрала в карман.

— Тори? У тебя были вопросы?

Я пришла в себя.

— Ох. Вопросы. Точно.

Мой мозг гудел, словно машина, что разогналась. Я пришла спросить о той же вещи, что и Робин, но как теперь это сделать? Будет выглядеть подозрительно.

Хорошо, что у меня была история для прикрытия, что позволяла убить двух птиц одним камнем. После разговора с Заком о судьбе Эзры я решила, что мне нужна информация не только о демоническом амулете.

Я раскрыла папку.

— Я расследую серию нерешенных дел с демоническими магами.

Наим помрачнел, глядя на стопку распечаток из базы данных МП, остывшие дела западного побережья за последние двадцать лет. Я распечатала все, где упоминались призыватели демонов.

— Определенные источники и свидетели, — продолжила я, пытаясь звучать напыщенно, — предполагали, что призыватель создает демонических магов, используя артефакт с демонической магией. Что вы знаете о демонических артефактах?

— Я никогда не создавал демонического мага, — сухо ответил Наим. — Я не знаю, как это делается, и нужны ли артефакты.

— Конечно. Я просто ищу информацию, — я полистала бумаги с решительным видом. Робин с интересом смотрела, как я листаю страницы с черно-белыми фотографиями. — Я не знаю ничего…

Она резко вдохнула.

Я взглянула на нее. Она оторвала взгляд от моей папки.

— П-прости, — пролепетала она, лицо побелело. — Продолжай.

Она смотрела на зернистую фотографию, сделанную с приближением камеры. На фото говорили двое мужчин. Лицо одного было видно, другой был в профиль. Я не знала, что это была за фотография. Я просто распечатала несколько дел.

Я кашлянула и сосредоточилась на Наиме.

— Вы ничего не знаете о создании демонических магов? Я думала, вы — серьезный эксперт по Демонике.

Он нервно потирал руки.

— Создание демонических магов — редкий случай, и призыватели, которые занимаются этим, скрывают это, так что стандартной процедуры нет. Каждый призыватель демонического мага со своим методом. Если хочешь знать о том, как был создан демонический маг, и был ли задействован артефакт, нужно спросить у призывателя напрямую.

— Будто они со мной заговорят.

— В том и дело. Потому никто не знает. Я слышал, даже МагиПол не знает, как это делалось.

— Что вы можете мне рассказать?

Он холодно смотрел на меня темными глазами.

— В обычном призыве демон призывается в круг, откуда не может выйти. При создании демонического мага демон призывается в человеческое тело.

Робин издала тихий испуганный звук.

— Тело человека — некоторые говорят, что душа — клетка, что держит демона. И он или привыкает к сосуду, или борется, чтобы сбежать, пока не убивает дурака, что предложил себя для ритуала. Когда человек умирает, погибает и демон.

— Это ужасно, — прошептала Робин, прижав пальцы ко рту.

— Постойте, — холод бегал по моему телу. — Если демона призывают в тело человека, есть ли контракт? Или демон просто в плену, и он… делает все, чтобы не умереть?

— Полагаю, контракт или связывающая магия все-таки есть, — он пожал плечами. — Как я и сказал, если хочешь подробности, нужен призыватель. Нет одинаковых демонических магов, хотя всех их ждет один конец.

Я поежилась от напоминания и закрыла папку.

— Ладно, спасибо ни за что.

Он скривил губы, кивнул мне и повернулся к Робин.

— И все-таки откуда у тебя демон, девочка?

Робин поднялась на ноги.

— Если узнаете об артефакте, который меня интересует, или об артефактах, о которых спрашивала Тори, дайте знать. Нас можно найти в «Вороне и молоте».

— Стой… ты согласилась рассказать, если я отвечу!

— Вы не дали мне ответы, да? Я ожидала больше от, так называемого, эксперта.

Ого. Я мысленно восхищалась ею, пока она смотрела на него холоднее, чем он на нее. Робин обошла кофейный столик, я вскочила и пошла за ней, оставляя бывшего призывателя приходить в себя в кресле.

Робин прошла к двери и толкнула ее. Я спустилась за ней по лестнице, не радуясь, что Марио и его друзья ушли, пока мы говорили с Наимом. Вот тебе и обещанный Цезарь.

Как только дверь на лестницу закрылась за нами, Робин сдулась, как проколотый шарик.

— Я была слишком грубой? — спросила она тонким голосом. — Мне нужно было вести себя мягче. Он пытался помочь. Я не должна была…

— Это было идеально, — я улыбнулась. — Он вел себя гадко. А ты — крепкая, Робин.

Она моргнула.

— Я?

— Ты не дала ему запугать тебя ни на миг.

Она снова моргнула.

— А он запугивал?

— Пытался, — я взглянула на карман, куда она убрала рисунок артефакта. Я открыла рот, но закрыла его.

Если она хотела амулет, и я сообщу, что он у меня… Предупреждение Аарона и Кая звенело в голове. Она не была слабой, и она легко обыграла этого призывателя. А еще ее демон был пугающей машиной для убийств.

Я не могла рассказать ей об амулете. Это был лучший шанс спасти Эзру, я не могла его лишиться. Она заберет у меня амулет. Мне нужно было скрывать это.

Но, может, я могла выяснить больше, не раскрывая, что он у меня.

— Что за древний инфернус ты ищешь? — спросила я бодро, пока мы спускались. — Выглядел интересно.

— Я наткнулась на него в старом гримуаре, — уклончиво ответила она. — А твое дело про демонических магов? С чего началось расследование?

— Я просто делаю грязную работу за Аарона и Кая, — сказала я. — Это их работа.

— О, ясно.

Мы спустились по лестнице и замерли. Я глядела на нее, а она — на меня, голубые глаза были неожиданно пронзительными. Мы не спешили раскрывать друг другу правду о своих расследованиях, и я не знала, как выведать у нее больше информацию, не объясняя, зачем мне нужно было это знать.

Я пожала плечами и прошла в коридор… и чуть не врезалась в знакомого мифика.

— О! — я выдавила улыбку. — Привет, Изза.

Пришлось подавить гримасу, но не из-за нелюбви к Иззе — я считала ее крутой — а из-за того, что у меня не было ответов о Кае, и я не хотела врать, когда она спросит, почему он пропал.

— Тори? — она нахмурилась. — Стой-ка, что ты тут делаешь?

Она сменила кожаный боевой наряд на стильную блузку, узкие черные джинсы и высокие сапоги. Это не было деловым костюмом, но близко. Я посмотрела на трех других мификов, вежливо ждущих, когда я освобожу проход. И за ними была знакомая лысая голова.

Шейн Давила поправил круглые очки на носу, глядя на меня, как ученый на образец под микроскопом. Теперь я знала, с кем она встречалась, и она была наряжена, чтобы впечатлить. Что Шейну было нужно от «Глаза Одина»?

Я не хотела привлекать внимание охотника.

Я помахала группе.

— Рада всех видеть. Мы уже уходим.

— А зачем приходили? — начала Изза. — Тори…

Махая, словно я ее не слышала, я пошла по коридору. Быстрые шаги сообщили, что Робин была за мной, пока я спешила на выход.

Крохотный контрактор догнала меня бегом.

— Что-то не так?

— Нет, — я замедлилась в фойе. Изза не пошла за нами. Наверное, профессионально прощалась с Шейном. — Просто тот чудак — низкий и лысый — знаменитый охотник на награды, и он прикапывался ко мне в пабе на днях.

— Известный охотник? Как его зовут?

— Шейн Давила, — я потянулась к входной двери и оглянулась на нее. — Ты слышала о…

С оглушительным грохотом здание содрогнулось, словно по нему ударил таран. Я отлетела в Робин, чуть не сбив ее. Крики звучали в здании, а я смотрела на дверь, боясь, что это было землетрясение, но боясь даже сильнее, что это было не оно.

Дверь мгновение была темной, за мутным стеклом ничего не было. А потом янтарный свет озарил парковку и ярко вспыхнул. Оранжевое сияние сверкало на стекле.

Я вытащила Даму Пик, а стекло скрипело, таяло. Рябь пошла по поверхности, дверь выгнулась.

И разбилась.

— Ori repercutio! — завопила я.

Стена огня ворвалась в комнату, ударилась по отражению моего артефакта и отлетела. Огонь вспыхнул на стенах.

Он угасал, и Робин сжала мою руку.

— Я думала, ты — ведьма!

— Да, но…

Где-то в дыму стучал и гремел металл, приближаясь. Силуэт появился в разбитом окне. Руны сияли на знакомом теле голема, зубастый рот был готов кусать людей. Он бросился в дыру в двери, стекло хрустело под стальными лапами.

Я схватила Робин за руку и оттащила ее в сторону. Голем проехал по плитке и врезался в стол, сотни пудов стали оставили на дереве вмятину.

— Наружу! — закричала я.

Нам нужно было место для маневра, если мы хотели выстоять против голема. Я побежала к двери. Робин спотыкалась аз мной.

— А люди внутри? — выдохнула она. — Они…

— Они боевые мифики! Они могут о себе позаботиться!

Я перепрыгнула разбитое стекло и оказалась на крыльце. Я потащила Робин за руку, миновала три ступеньки и заметила что-то большое, летящее к нам.

Недавние тренировки спасли нас. Я бросилась в сторону, увлекая Робин за собой, а огромный снаряд пролетел так близко, что ветер отбросил волосы мне в лицо. Мы упали на землю, и жуткий грохот сотряс мои кости. Обломки бетона посыпались из новой дыры в стене, которая секунды назад была целой.

А потом я увидела, что создало дыру. Не снаряд.

Кулак.

Большой стальной кулак был соединен с огромной стальной рукой, что тянулась до стального плеча.

Огромнейший кусок металла вытащил кулак из стены и выпрямился во весь рост. В двенадцать футов высотой, он напоминал микс трансформера и средневековых доспехов. Огромные руны сияли на нем, их розоватый свет состязался с сиянием огня внутри гильдии.

Гигантский голем повернул шлем без черт к нам с Робин, лежащих на спинах, и поднял руку над головой. Кулак размером с баскетбольный мяч полетел к нам. С одной стороны от меня была стена, а с другой — Робин, и я не могла даже откатиться, пока смерть опускалась к нам.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Крик ужаса Робин прозвенел, и красный свет вспыхнул на ее груди. Алая сила устремилась вверх, приняла облик демона. Он встал над нами, подняв руки.

Огромный кулак голема обрушился на руки демона.

Его мускулы напряглись нечеловеческой силой, он сжался от удара. Голем давил весом стали, взмаха и магической силой, что двигала его. Демон опускался все ниже, рухнул на колено, его металлические поножи ударились об асфальт с хрустом.

— Тори, шевелись! — закричала Робин, отползая.

Я откатилась и бросилась прочь от демона и голема. Как только мы отошли, демон отскочил, и кулак демона обрушился на землю.

— Голем, — Робин задыхалась, ее демон ловко следовал за нами, оставаясь между контрактом и гигантом. — Огромный. Как он может таким быть?

— Отличный вопрос, но оставим его на потом! — я повернулась, собираясь убежать с парковки по улице в «Ворону и молот». — Нам нужно…

Я замолкла, ужас сковал меня.

У края парковки было еще три волка-голема, а за ними — мужчины в боевом снаряжении, лица были скрыты масками, шапками или повязками.

— Сначала уберите контрактора! — крикнул один из них.

Големы бросились к нам, а за ними — три плута, два подняли артефакты, третий призвал воду из воздуха.

Я вытащила пистолет. С хлопком я выпустила шесть из семьи снарядов с зельями. Волшебники не успели отбиться и упали, но гидромаг сделал из воды щит, закрылся от моих снарядов.

Два из трех — неплохо, но големы все еще бежали к нам, их стальные лапы гремели, словно машина падала с горы. И у меня не было магии, чтобы защититься.

Демон Робин пронесся мимо меня.

Он перепрыгнул големов, будто прыгал с шестом, но без самого шеста, его ноги врезались в грудь гидромага. Мужчина отлетел на асфальт с ужасающей силой.

Демон вскочил с его груди и направился к ближайшему голему, ударил голым кулаком по его боку. С грохотом сталь прогнулась. Голем даже не дрогнул, повернулся к демону и щелкну металлическими зубами. Демон отскочил.

За нами огромный голем пробил еще дыру в здании «Глаза Одина».

— Сбей его! — отчаянно закричала я и вспомнила, что демон не сражался сам. — Робин, пусть твой демон сбивает их на бока! Им сложно подняться!

— Хорошо!

Ее демон напал на голема, повернулся в воздухе и рухнул на спину, проехал под голема. Он сжался, притянув к себе ноги, а потом ударил ими с разрушительной силой. Его ноги попали по брюху голема и отбросили его. Он рухнул на бок, беспомощно шевелил лапами.

— Ого, — выдохнула я. — Как ты… черт!

Я схватила Робин за руку и потянула ее, потому что, пока ее демон отвлекал големов, оставшиеся плуты окружили нас. Они рассредоточились, магия сверкала, пока они готовили атаки.

— Хоши! — отчаянно закричала я.

Сильфида вырвалась из моего пояса серебряной лентой. Порыв ветра полетел по парковке, бросая обломки в лица мификов. Пыль поднялась, сгущаясь, как туман.

Яростный вопль за нами. Я обернулась.

Изза появилась из дыма с парными кинжалами в руках. Она подпрыгнула на фут, изящно развернулась, пока ее клинки двигались в воздухе. Вода окружила оружие, тянулась за ними сияющими лентами.

Она кружилась как в танце, хвост волос раскрылся как веер, и она дополнила движение, проведя клинками крест-накрест. Широкая лента воды полетела, ударяя по плутам на уровне колен, сбивая их с ног. Они завыли от боли, падая на землю.

За Иззой десять членов «Глаза Одина» выбежали из горящего здания, минуя огромного голема, бьющего по второму этажу. Ярость горела на лицах, они бросились к плутам и оставшимся големам-волкам. Они напали на плутов магией и оружием, и тут же стало ясно, почему одна группа была опасными охотниками, а другая — скрытными плутами.

Големы были проблемой, и, пока я смотрела на двух оставшихся, земля задрожала от шагов.

Огромный голем отвернулся от здания. Огонь пылал внутри, дым валил из дыр. Голем шагнул к сражающимся мификам.

Кошмар. Волков из стали было почти невозможно убить. Как остановить великана? Он не был очень быстрым, зато был огромным и опасным. Я похлопала по мешочкам на поясе, зная, что у меня не было ничего полезного. Для борьбы с таким чудищем нужна была сильная и жуткая магия. Не мои побрякушки. Нужно было что-то безумное…

Ладонь легла на карман штанов, внутри был квадрат ткани.

Робин охнула. Я вскинула голову и увидела, как рука суперголема летела к нам.

Ее демон вылетел из пыльной пелены, схватил нас и прыгнул вверх. Стальной кулак пролетел под нашими ногами. Мы полетели вниз. Демон ударился ногами об асфальт и прыгнул снова, унося нас от голема. Он приземлился, проехал на ногах и повернулся к голему, река сдавила мою грудную клетку.

Суперголем шел за нами. Плюс: он уже не трогал мификов «Глаза Одина». Минус: мы попали под атаку.

— Робин, — прохрипела я, ее демон отпустил нас. Я пошатнулась, схватилась за свой пояс. — Твой демон может отнести меня на голову голема?

— Голову? — пропищала она, голем наступал. — Зачем…

— Может? — я расстегнула пряжку и опустила пояс на землю. — Да или нет!

Она испуганно посмотрела на своего демона.

— Да, но…

Голем отвел руку. Робин прыгнула перед нами, и ее демон схватил ее за руку, одновременно сжав мое запястье другой рукой.

— Ori eruptum impello! — закричала Робин.

Серебряный свет вырвался из нее расширяющимся куполом. Он накрыл меня и ее демона и ударил по летящему кулаку голема. Сила ее чар остановила атаку, металл скрежетал от потери движения.

Демон прижал меня к боку и прыгнул. Он попал на протянутый кулак голема и взбежал по его руке к плечу. Я сунула руку в карман и вытащила маленький квадрат лиловой ткани.

Голем выпрямился. Демон Робин чуть не сорвался с его плеча, схватился за шлем, чтобы удержаться, мои ноги раскачивались от движения. Огромные пальцы голема устремились к нам.

Рука демона ослабила хватку на моей талии, и у меня был миг, чтобы ухватиться за шлем. Демон отпустил меня, поймал пальцы голема, согнул ноги в коленях.

Он спрыгнул с плеча голема, уводя руку, металл стонал, рука изгибалась не в ту сторону. Голем покачнулся, теряя равновесие. Я сжала коленями шлем и потянула в стороны уголки сложенной ткани.

Панцирь Валдурны развернулся.

Мерцающая лиловая ткань взметнулась. Ткань развевалась, и магия лилась из нее. Ленты лилового и синего трепетали от Панциря, края смягчались от чистой магии. Сияние цвета индиго залило парковку, тяжелый сладкий запах наполнил воздух, стал таким густым, что было сложно дышать.

Я накинула ткань на голову голема. Она легла на сталь с вихрем света и магии. Сила поползла по моим рукам, холодная и горячая, притупляя ощущения.

Голем потянулся ко мне, но руны на его теле тускнели. Они темнели от розового до красного, а потом и это угасло. Через пять секунд он стал неподвижной сталью.

Ого.

Я сжимала тяжелую ткань, хотела отпустить ее, пока руки не онемели сильнее, но боялась поднимать ее с голема на случай, если он оживет. Панцирь высосал его магию, но вернется ли магия, если…

Металл заскрипел, и голем полетел лицом к асфальту.

Хоши появилась из ниоткуда, ее лапки схватили меня за шиворот. Невесомость окутала меня, и голем упал подо мной. Он рухнул с грохотом, а я опустилась на его спину, коснувшись ногами так тихо, что не издала ни звука на пустом теле.

Хоши тряхнула длинным хвостом и отпустила. Моим конечностям вернулся вес, и она растаяла с серебряным мерцанием.

Я опустила взгляд. В моих руках была лиловая ткань, магия переливалась и искрилась волнами, свет заливал все. Я подняла ткань, и она образовала свой правильный облик: лиловый плащ.

— Ого, — выдохнула я.

— Тори?

Я огляделась, запоздало осознав, что шум боя утих. Из звуков был лишь скрежет лап голема по асфальту, треск огня в штаб-квартире гильдии, оранжевый свет состязался по яркости и синим сиянием Панциря.

Изза осторожно подошла, убирая в ножны кинжалы, глядя большими глазами на Панцирь.

— Celaka, Тори. Что это такое?

— Это? Это… от друга, — я тряхнула плащ, сложила его пополам и еще раз пополам. Собирать его в квадратик можно было долго, но он уменьшался неестественным образом каждый раз, когда я сворачивала его, и он вскоре снова стал квадратом. Я убрала его в карман и спрыгнула на землю.

Я приземлилась с тихим плеском: темная жидкость вытекла из упавшего голема. Морща нос, я поспешила к Иззе.

— Все хорошо?

— Ага, мы выбрались из здания, и плуты не были проблемой, — она оглянулась на големов-волков, лежащих на боках, лапы бесполезно били воздух. — Чтобы их перевернуть, потребовалось несколько ребят, но мы справились.

— Хорошо, — я потерла лицо рукой. Сирены вдали стали громче. — Кто-то вызвал МагиПол?

Она кивнула.

— Агенты в пути. И у нас…

Она замокла, и я проследила за ее взглядом. Шейн Давила, которого я не заметила в бою, присел рядом с суперголемом, прижал ладони к его голове. После долгого мига он поднял руку со стали и коснулся жидкости под телом голема.

Нервно переминаясь, я подобрала с земли свой боевой пояс.

— Нам с Робин нужно вернуться в нашу гильдию.

— Я свяжусь, как только мы закончим с МагиПолом, — Изза посмотрела на меня глазами цвета какао. — Мы — третья гильдия. Ты знаешь, что это значит.

Мне стало не по себе, я кивнула и поспешила прочь.

Робин стояла у края парковки. Ее демон все еще был вне инфернуса, стоял пассивно с пустым выражением лица, пока она осматривала его ладонь. Ее пальцы были в темной крови от его рассеченных костяшек.

— Не думаю, что сломано, — пробубнила она, нежно касаясь его ладони. — Кости кажутся прочными.

Я подошла к ним и нахмурилась. Я не видела, чтобы контракторы проявляли тревогу из-за состояния их демонов. Фентон, контрактор «Ключей» и глазом не моргнул, когда его демона избивали. Он злился, что демон не мог встать.

— Он может ощущать боль? — тихо спросила я, вспомнив, с каким звуком он ударил голема по стальному боку. — Демоны выглядят пустыми, как куклы…

Она взглянула на меня, я потом на кровоточащую ладонь своего демона.

— Да, они ощущают боль, с контрактом или без.

Не желая много думать об этом, я стряхнула пыль со штанов.

— Нужно идти. Нам нужно вернуться в «Ворону и молот».

Она отпустила ладонь демона.

— Нам?

— Тебе нужно со мной. Ты можешь понадобиться.

— Почему?

Я с тревогой взглянула на огромного голема.

— Потому что три боевые гильдии пострадали за три дня. Возможно, «Ворона и молот» следующая.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Час спустя я стояла за баром «Вороны и молота», но не из-за того, что хотела работать, а потому что там ощущала контроль. Аарон и Эзра сидели напротив меня спинами к стойке, смотрели на остальной паб.

Голоса тихо гудели в напряженном разговоре. Я насчитала больше дюжины лучших боевых мификов гильдии, от магов, как Алистейр и Летиция, до волшебников, как Эндрю и Гвен, и телекинетика Дрю и телепата Бриса. Еще дюжина ребят были не боевыми, включая Син, Сабрину, Кавери и ее парня Кира.

Все были напряжены, тревога была осязаемой в воздухе. С атакой на «Глаз Одина» не требовалось быть гением, чтобы понять, что плуты атаковали боевые гильдии.

Наша гильдия была в опасности, и мы это знали.

Входная дверь загремела и распахнулась со звоном колокольчика. Зак прошел внутрь, его злодейский плащ завевался за ним, капюшон был поднят и блестел дождем. Все мифики посмотрели на него, но, пока они не успели переполошиться, я помахала рукой.

— Сюда, — кивнула я.

Он снял капюшон и пошел ко мне. Десятки глаз щурились с подозрением, следя за ним, но никто не требовал рассказать, кого я пригласила в паб. Они, видимо, думали, что он был из другой гильдии.

— Ну? — спросила я шепотом, как только он мог меня услышать.

— Она готовит следующий ход, — он прислонился к бару рядом с Эзрой, — но я не смог узнать больше. Плуты, которые присоединились к ней, пропали, а те, кого я нашел, ничего не знали.

Я потерла рукой лицо.

— Блин. Так ты не знаешь, где ее искать?

— Если бы знал, не болтал бы об этом тут, — он огляделся. — Чего все ждут?

— Когда закончится собрание сверху, — я уперлась локтями в бар. — Мы не знаем, где искать Варвару, так что можем или бросить штаб гильдии, чтобы его разбили, или собрать всех, кто хочет защитить ее, и ждать атаки.

Он хмыкнул.

— Кстати, — я понизила голос еще сильнее. — Панцирь пригодился, но несколько мификов видели, как я его использую, включая Шейна, и я не знаю, поняли ли они, что это. Тебе стоит забрать его.

— Не здесь. Я заберу его, когда никто не будет на меня смотреть.

А это будет не скоро. Около половины мификов в пабе глядели на него, некоторые с интересом, другие с дерзостью.

Разговоры в пабе притихли, и через миг группа мификов спустилась сверху: Дариус, за ним — Жирар, Табита и Феликс, его три офицера.

Наконец, прибыли Кай и Макико. После моей новости о нападении на «Глаз Одина» Аарон позвонил Каю. Похоже, Макико стала мягче, ведь Кай не только ответил на звонок, но и убедил ее объединить силы с «Вороной и молотом». Общие враги и все такое.

Кай и Макико остановились у дальнего края бара, я оглядела зал. Робин не было. Она ушла наверх почти полчаса назад, и я была удивлена тому, что она не вернулась.

Дариус прошел в центр комнаты, офицеры обрамляли его. Он повернулся медленно по кругу, разглядывая гильдию серьезными серыми глазами, заметил мою небольшую группу.

— Вижу, у нас гость, — отметил он.

Все в гильдии перевели взгляды с Дариуса на друида. Зак напрягся.

— Это Зак, — сообщила я. — Он — боевой алхимик. Очень полезный.

Дариус мило улыбнулся.

— И откуда ты знаешь Зака?

Его вопрос означал: почему он тут? Блин. Как на это ответить? Голова кружилась от диких теорий, и только одна имела хоть немного смысла для моей логики.

— Мы встречались, — выпалила я.

Эзра и Аарон дернулись, словно Кай ударил их током, электромаг смотрел на меня. Зак поджал губы, но он не стал смотреть на меня как на дуру, хотя я этого заслуживала, ведь он сам говорил мне, что эта история не сработает.

— Это было всего две недели, — быстро добавила я. Я провела две недели на его ферме, так что это не было натяжкой? Ладно, было. — В общем, — я взмахнула рукой, — у него есть связи, и я просила его проверить.

— Узнал что-нибудь интересное, Зак?

Холодные зеленые глаза посмотрели в такие же холодные серые.

— Ничего, что может помочь вашей гильдии, — прогудел друид.

— Хм, — улыбка Дариуса вдруг стала шире, он повернулся к остальным. — Ситуация опасная.

Дрожь пробежала по моей спине, я смотрела на главу. Понимающая улыбка. Что… Ох.

Голос Зака.

Низкие хриплые нотки. После моего похищения и внезапного возвращения из лап Призрака Дариус кратко говорил по телефону с загадочным незнакомцем, звучавшим как Зак.

Я быстро дышала из-за того, что мог понять Дариус, а он серьезно продолжал:

— Вот, что мы знаем. Темная волшебница Варвара Николаева активно действует в городе. Она собрала большую группу плутов-одиночек и нападает на боевые гильдии. Прошлой ночью она напала и на «МираКо», некоторые из вас знают эту гильдию как ответвление «Синдиката Ямада», международной гильдии.

Любопытные взгляды упали на Кая и Макико.

— Синдикат Ямада известен тем, что он с обеих сторон закона, и они — конкуренты для Варвары, — он кивнул Каю и Макико. — Мисс Миура — действующая глава гильдии «МираКо» — поделилась тем, что знает о делах Варвары. Мы считаем, что Варвара убирает соперников и гильдии, что могут помешать ей захватить власть над преступным подпольем Ванкувера и черным рынком. И мы верим, что она скоро нападет на «Ворону и молот».

— Так найдем волшебницу! — крикнул Даррен. — И остановим ее первыми!

— Темные волшебники не сообщают, где прячутся, — холодно парировала Табита. — Искать ее долго, и на это уйдет много сил, а гильдия останется без защиты.

— А мы можем защитить гильдию? — спросил Аарон, необычно мрачный. — Нескольких големов хватит, чтобы все разбить. Они плюются кислотой, дышат огнем, и их почти невозможно уничтожить.

— Что мы знаем о големах? — спросила Летиция у всех. — Они — темная магия?

— Редкая темная магия, — Эндрю стучал пальцами по столу, за которым сидел с Гвен и Брисом. — Их сложно сделать, насколько я слышал, и они не так полезны, как кажутся. У них ограниченный разум и…

— У них нет разума, — нетерпеливо перебил Зак. — Они исполняют движения, что были определены при создании. Чем лучше волшебник, тем сложнее движения и сильнее реакция, но големы не могут думать.

Согильдийцы уставились на незнакомца среди них.

— Как с ними лучше всего бороться? — спросил Дариус.

— Уничтожить оживляющий массив. Или пусть голем гоняется за вами, пока у него не кончится заряд, — он скрестил руки. — Големы редкие, потому их мало. Их заряжают неделями, но когда они двигаются, магия в них сгорает за десять минут.

— Големы, напавшие на «МираКо» работали куда дольше, — напомнил ему Кай. — Как минимум один работал не меньше получаса.

— И я говорил, что это было другой голем.

— Те, которых мы сбили в «Глазе Одина», — сказала я, — еще шевелились, когда я уходила, а прошло уже двадцать пять минут. Разве ты не говорил о компоненте алхимии?

— Алхимии? — повторила Син, опускаясь за стол к Кавери и Киру. — В големе? В этом нет смысла.

— Я так и говорил, — прогудел Зак. — Жидкость, скорее всего, была кровью, и в этом еще меньше смысла. Для големов используют металлургическое шифрование, усиленное астральными установками, и кровавая алхимия тут никак не подходит.

— Этим не могли продлить жизнь големам? — спросила я.

— Они не живые. И кровь человека не обладает магическими свойствами, которые…

Он замолк, зеленые глаза потеряли фокус. Я растерянно моргнула, а он застыл и смотрел в пустоту.

Кавери завизжала.

Тьма вырвалась из потолка, Зак отскочил от бара. Крылья раскрылись широко, Лаллакай спустилась бурей теней. Ее когти поймали плечи Зака, ее зеленые глаза вспыхнули среди чернильного огня на ее перьях.

Дверь гильдии распахнулась, врезалась в стену. Двое мужчин ворвались в боевом снаряжении с оружием в руке.

Крылья Лаллакай сомкнулись на Заке. Он и орлица пропали из виду.

— Где он? — крикнул один из новоприбывших.

Кавери указала на лестницу и прокричала:

— Там!

Двери за мной хлопнули, и я чуть не выскочила из кожи. Еще два боевых мифика выбежали из кухни и перепрыгнули через бар, как вооруженные газели, первые два побежали по пабу, расталкивая людей. Все кричали, вскакивали на ноги, встревоженные или злые, кроме Дариуса, лишь немного раздраженного. Аарон кричал, но я не могла разобрать слова в хаосе.

Но все мы услышали, как окно наверху разбилось.

Вторая пара мификов сменила направление на ходу и побежала к входной двери. Первые устремились по лестнице, оружие сияло.

Я опустила ладони на бар, перемахнула через него и побежала к двери. Аарон и Эзра были за мной, я вырвалась под дождь, и красный свет вспыхнул так ярко, что я не могла ничего видеть.

Когда я смогла видеть, четыре боевых мифика стояли на улице. Два мифика, убежавшие наверх, выпрыгнули из окна на втором этаже. Они умело перекатились и вскочили на ноги с оружием в руках, заняли места в треугольной формации с четырьмя другими мификами, дополняя команду из шести, куда входили Изза и Марио.

Два кинжала гидромага были в ее руках, она стояла перед Марио. Его демон был в ярде перед ней, высокий и худой, черная грива тянулась по его спине, глаза были пустыми.

И в плену в центре их формации стоял Зак, призрачные крылья Лаллакай были за его спиной, желтая сила обвивала левую руку. Его капюшон был поднят, тени скрывали лицо. Он протянул правую руку и призвал алую саблю. Сияние его магии отражалось от влажного асфальта вместе со светом фонарей и сиянием в окнах гильдии.

Лил дождь, тихие шаги звучали, приближаясь.

Шейн Давила остановился рядом с Марио, скрываясь за Иззой и демоном. Он смотрел на друида и жуткие теневые крылья без эмоций, а потом вытащил лист бумаги из кармана и развернул его.

Кашлянув, он прочел громко и четко:

— «Плут ди-мифик, прозванный Призраком, известный также как Кристальный друид, обученный Аконитовым друидом. Подтверждено волшебство, алхимия и магия фейри. Его обвиняют в трех сотнях двадцати шести нарушениях закона МП. Из-за серьезности и жестокости преступлений Призрак признан опасным для общества, и его поимка получила статус живым или мертвым».

Охотник убрал бумагу в карман и поднял глазки на Зака.

— Закария Андрий, ты сдаешься?

— Черт, — прошептал Аарон рядом со мной, и не только он шептался под дождем. Почти все из «Вороны и молота» собрались на тротуаре и смотрели на шоу в стиле старого Запада.

— Это на самом деле Призрак? — со страхом шептал кто-то. — Что он тут делает?

— Шейн Давила поймал плута в нашей гильдии!

— Не верю, — выдохнула Кавери, наполовину потрясенная, наполовину с отвращением. — Призрак и Кристальный друид не могут быть одним человеком…

— Тори сказала, что встречалась с ним?

Я скривилась.

Синяя магия окружила ноги Зака. Она потянулась по тротуару, круг расширялся, и земля грозно загудела.

— Даю один шанс, — прохрипел друид голосом, похожим на черный лед, — уйти.

— Шестеро против одного, — прорычал Марио. — Мне нравятся наши шансы.

— Да?

Воздух замерцал, и пять больших варгов появились вокруг него, скалясь, красные глаза сияли. Страх наполнил воздух, густой и осязаемый.

Мифики «Глаза Одина» замешкались, Зак потянул за кожаные шнурки на шее. Четыре цветных кристалла появились из-под его плаща. Он зашептал, и загорелся первый, второй, а потом и третий.

— Если не отойдете, — сказал он опасным тихим тоном, — через кого из вас мне идти?

Мечник за Заком тряхнул коротким мечом.

Зак повернулся, шар огня сорвался с клинка. Желтая магия, обвивающая его руку, вспыхнула щитом, и огонь без вреда взорвался на нем.

— Нужно кое-что лучше этого, — сказал он. Синяя магия на земле вспыхнула, земля снова загудела, дрожь усиливалась.

Варг зарычал, зубы щелкнули в воздухе. Зак повернулся, и в тот миг четыре мифика и демон Марио напали.

Все почернело перед глазами.

Я испуганно охнула, вытянула руки. Крики страха зазвенели вокруг нас, мои локти задели Аарона и Эзру за мной. Варги рычали, люди кричали, а потом…

— Всем остановиться!

Я резко вдохнула, едва узнав голос. Обычный юмор Дариуса пропал из его тона.

Тьма медленно поднялась, словно кто-то настроил мое зрение. Фонари озаряли оранжевым светом команду «Глаза Одина», которая приблизилась к Заку, их оружие было в футах от варгов.

Зак все еще был посреди улицы, Дариус стоял рядом с ним, одна ладонь сжимала шею Зака, убрав его капюшон. Другой рукой глава гильдии сжимал сияющий серебряный кинжал у горла Зака, клинок был под его подбородком.

Я слепо схватила руки Аарона и Эзры, впилась пальцами, пытаясь вспомнить, как дышать. Может, мне показалось, но, пока все застыли от возвращения света — или зрения, или что там луминамаг с нами сделал — я могла поклясться, что губы Дариуса двигались от быстрых тихих слов.

Глаза Зака, яркие от силы Лаллакай и пылающие от ярости, перевели взгляд с главы гильдии на Шейна.

— А теперь, — сказал Дариус, спокойно прижимая кинжал к горлу друида, — пока вред не нанесен, пока никто не погиб, немного поговорим.

— Мешаешь правосудию, Дариус? — спросил Шейн, тоже спокойный, но не такой крутой. Его нахальство не наполнило бы и левый ботинок Дариуса. — Этот мифик арестован.

— Конечно, Шейн, конечно. Но, если я не ошибаюсь, ты не собираешься арестовывать этого мифика. Как и не собираешься его убивать.

Я нахмурилась в смятении.

Шейн смахнул дождь с лысой головы рукой в перчатке.

— С чего ты так думаешь?

— Призрак, по твоим стандартам, мелкая местная барракуда в мировом море акул. Разве ты не согласишься, что список его преступлений — мелочи, по сравнению с твоей обычной добычей?

— Лесть не поможет, Дариус.

— Я о том, Шейн, что ты прибыл в Ванкувер не за наградой за этого мифика. Так что, чем рисковать жизнями команды «Глаза Одина» при попытке поймать его, почему не сказать нам, чего ты хочешь от Призрака?

Известный охотник поправил очки в каплях воды, он обдумывал предложение Дариуса.

— Я хочу поймать Варвару Николаеву, и Призрак расскажет мне все, что знает о ее силе.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

— Постойте, — пробормотала я. — Шейн тут не за Заком?

— Он сказал, что разыскивал Призрака, — прорычал Аарон.

— Но, если подумать, — тихо сказал Эзра, — он не был сильно сосредоточен на этом. Он больше времени расследовал атаки на гильдии.

А этим занималась Варвара.

В центре улицы Шейн и Дариус состязались взглядами. Зак не двигался, не хотел говорить с ножом Дариуса у горла.

— Тогда, Шейн, — сказал глава гильдии, — озвучь свое предложение.

— Мне не нужно торговаться. Он ответит мне, или ему придется погибнуть. Если не хочешь помочь ему сбежать, но тогда мы арестуем тебя, — холодно улыбнулся Шейн. — Это будет хороший утешительный приз, не скрою.

— Я не собирался помогать ему, но ты не понимаешь, что ни ты, ни я или твоя команда не удержим его.

— Твой нож у его горла.

Зак в ответ поднял левую руку, показывая пустой флакон, снятый с пояса. Тихий шорох страха пробежал по собравшимся, а он выронил сосуд, и тот разбился об асфальт.

Я смотрела на его траекторию, заметила черное пятно на колене Дариуса, куда Зак плеснул зелье.

— Вскоре рука онемеет так, что нож держать не получится, — сказал друид. — Можете перерезать мне горло, но вы все равно умрете.

Дариус вздохнул.

— Неприятно, что тут скажешь? Хорошо, что я податливее нашего дорогого друга Шейна.

— Не отпускай его, Дариус, — прошипел Шейн. Он сжал и разжал челюсти. — Закария Андрий, помоги мне поймать Варвару, и сможешь уйти свободно.

Мифики «Вороны и молота» охнули.

— С чего мне этому верить? — осведомился друид.

— Награда за тебя — больше миллиона, — едко ответил Шейн, — за восемь лет криминальной активности. Активность Варвары Николаевой — пятьдесят три года, и за нее дают тридцать четыре миллиона, а еще добавки от главных гильдий России и Восточной Европы.

Ого. Призрак был не такой и ценной добычей.

— Ты, — добавил Шейн, — средство добиться результата. Обеспечь результат, и можешь дальше воровать детей и продавать дешевые артефакты, пока тебя не поймает местная гильдия, — резкая улыбка. — А это будет скоро, ведь теперь раскрыты твой класс, имя и лицо.

Зак разглядывал охотника сияющими глазами, а потом большие теневые крылья Лаллакай опустились на его руки. Синий круг под его ногами рассыпался искрами, улетевшими в небо.

— Договорились, — сказал он.

Дариус опустил нож, убрал его под рубашку.

— Отлично. Шейн, присоединишься к нам внутри? Мы сразу же все обсудим.

Дариус не дожидался ответа, опустил ладонь на плечо Зака, разбрызгивая капли дождя, и повел друида к гильдии. Его сабля и желтый щит растаяли, он шел с главой гильдии, даже не взглянув на мификов «Глаза Одина». Его варги растаяли в тени так быстро, как и появились.

Мифики «Вороны и молота» пропускали главу и плута. Я приподняла брови, когда Зак проходил мимо, и пошла за ним. Аарон и Эзра — следом.

— Ты не собирался дать мне противоядие, Зак? — спросил глава гильдии, пока мы шли по пустому пабу.

— Нет.

Дариус застыл и остановил друида.

— Оно вам не требуется, — добавил Зак. — В сосуде было зелье от ожогов, вызывающее онемение. Хотя, будь у меня смертельное зелье, я бы его использовал.

Короткая пауза, Дариус откинул голову и рассмеялся.

— Хорошо сыграно, алхимик. Ощущение было тревожным.

Я закатила глаза, отчасти впечатленная смекалкой Зака, но раздраженная из-за его игры, что безобидные зелья были опасными. Хитрец.

Мы собрались вокруг длинного рабочего стола на втором этаже. Дариус занял место во главе, Зак сел на углу возле него. Я — рядом с ним, дальше — Аарон и Эзра. Кай, Макико, Жирар, Табита и Феликс, принесший ноутбук, заняли другую сторону стола.

Табита холодно смотрела на Зака, а Жирар напротив друида выглядел немного заинтересованно.

— Итак, — сказал он, — это ты украл нашего бармена на две недели?

Я подперла подбородок рукой.

— Это были милые каникулы. Я насладилась тяжелым трудом, битвой с темнофеем, шоу с драконом. О, и он обманом заставил меня думать, что я умру, если заговорю о нем.

Жирар сжал губы, понимая, почему я не раскрыла, где была и как сбежала.

— Не забудь душ, — сказал Зак.

— А?

— Совместный душ, — уточнил он. — Совместный сон. И пробуждение в одной кровати. Это было так романтично.

Моя челюсть ударилась об стол. На лице Аарона был недоверчивый страх, а лицо Эзры опустело. Кай с подозрением смотрел то на меня, то на друида.

— В конце концов, — добавил ехидно Зак, — мы же встречались, помнишь?

Я стиснула зубы так, что голова заболела.

— Я тебя прикрывала, дурак.

— Я говорил тебе, что это была глупая ложь.

— Но ты же не предложил варианты? Ты…

Вошел Шейн Давила с двумя мификами «Глаза Одина» — Иззой и крупным мускулистым мужчиной, лидером их команды, видимо. Шейн сел напротив Дариуса, Изза и мужчина из «Глаза Одина» — по бокам от него.

Изза взглянула на Кая, сидящего рядом с Макико, и отвела взгляд, поджав полные губы в бледную линию.

— Начнем. Закария, ты…

— Он предпочитает «Зак», — агрессивно рявкнула я, направляя гнев на достойную того цель.

Шейн взглянул на меня и повернулся к друиду.

— Ты участвовал в прямом столкновении с Варварой в июле. Верно?

— Да.

— И ты бился с ней?

— Да.

Шейн поправил очки.

— И проиграл.

Ярость вспыхнула на лице Зака.

— У нее был заложник, это ограничивало мои действия, но я выстоял.

— Расскажи все о своем бое с ней.

— Это вам нужно? — он покачал головой. — Скажу просто: она ужасно опасная.

— Я знаю о ее силе в бою, — нетерпеливо сказал Шейн. — Незадолго до ее побега из России в прошлом году элитная команда загнала ее в угол в Москве, но она сбежала, убив почти всех в команде. Я могу ее найти. Мне нужны детали о ее способностях, чтобы она не сбежала и не убила еще команду.

— Вы так уверены, что можете ее найти.

— Уже нашел.

Зак прищурился.

— Тогда говорите, где она, и я сам с ней разберусь.

— Ну уж нет.

— Можете забрать награду. Я хочу ее голову.

— Я сказал, что от тебя требуется. Ее навыки, стратегии и слабости.

Друид скривил губы, глядя на собравшихся за столом.

— Вам мало было увиденной черной магии, чтобы понять, что мастер может разбить всех в этой комнате?

— Но ты мог бы ее одолеть? — рявкнул Аарон.

— Да.

Аарон с отвращением закатил глаза.

— Я не говорю, что будет просто. Она все продумывает, все планирует. У нее есть защита от любой атаки.

— Как ее одолеть? — спросил Шейн у Зака.

— В идеале я задушил бы ее голыми руками, — он скривил губы. — Одолеть ее можно только в близком бою, но тогда можно пострадать от ее ядов. Она быстро подстраивает стратегию, и у нее пятьдесят лет опыта в темных искусствах… тут план не поможет.

— Уверен, я справлюсь. Расскажи мне все, что видел в бою с ней.

С хрипотцой гнева в голосе Зак описал чары и алхимию, которые Варвара использовала против него, так быстро перейдя на термины, что у меня голова закружилась от незнакомых слов. Феликс быстро печатал на ноутбуке, сосредоточенно хмурясь, а Жирар и лидер команды «Глаза Одина» кивали. Я не могла понять, успевал ли Шейн за описанием.

— С ней куда больше магии, чем я видел, так что вряд ли это тебе поможет, — подытожил Зак. — Если вы сможете до нее добраться, когда она прячется за толпой из сорока плутов.

Табита склонилась над столом, ее лицо было бледнее обычного.

— Откуда ты знаешь, что у нее сорок плутов?

— Я умею считать.

— Вообще-то, — выпалил нахально Шейн, — с жертвами при нападениях на «Рыцарей Пандоры» и «Глаз Одина» их стало около тридцати, хотя мы не знаем, сколько големов у нее есть в придачу.

Зак хмыкнул от слов охотника.

— Големы заряжаются полный лунный цикл, значит, она готовилась к этому месяцами.

— К чему готовилась? — спросил Феликс. — Какая у нее цель?

— Управление черным рынком Ванкувера, — ответил Шейн, опередив Зака. — Если она пойдет по тому же пути, что и в Санкт-Петербурге, Киеве и Бухаресте, она захватит сначала торговлю артефактами, потом дойдет до контрабанды и торговли людьми — мификами и нет.

Зак постучал пальцем в перчатке по столу, и все посмотрели на него. Он глядел на Шейна.

— Завтра ночью Варвара оживит новых големов и отправит их и своих плутов разбить еще гильдию. Вы планируете что-нибудь делать с этим?

Шейн поправил очки на носу.

— Как «Красный ром», Варвара предпочитает путешествия на яхте. Она сходит на сушу, когда необходимо. А так она в море, ее невозможно найти. Но ей нужно место для хранения големов и укрытия тридцати плутов, и я это место нашел.

Почти все за столом склонились ближе.

— Три последних ночи она прибывала в это место в семь часов и уходила полвосьмого. Полагаю, приходила она, чтобы оживить големов для атаки.

— Я думала, големы работают только десять минут, — буркнула я Заку.

Он пожал плечами.

— Если големы неподвижны, могут работать несколько часов.

— Они перевозят големов в полуприцепе, — добавила Макико сухим тоном. — Мы видели это на камерах безопасности. Как только Варвара оживляет големов, плутам нужно грузить их и сразу ехать на место атаки.

— Тогда мы ударим до этого, — заявил лидер «Глаза Одина». — Если Шейн даст место, мы сможем собрать команды там до семи и предотвратить нападение.

Шейн покачал головой.

— Все не так просто. Если хоть одного врага заметят, Варвара убежит. Ей нужно причалить и сойти на сушу до того, как команды сделают ход.

— Ей нельзя позволить оживить големов, — отметил Дариус. — Тридцать плутов и големы нам не по зубам без потерь, даже если объединить силы. Мы не можем рассчитывать на помощь других гильдий.

— Тогда что нам делать? — Аарон сгорбился на стуле. — Если нападем на плутов сразу, упустим Варвару. Если будем ждать Варвару, придется биться с ней, ее плутами и неизвестным количеством големов.

Стало тихо, мое сердце сжалось.

— Бой с плутами будет громким и грязным, — яркие глаза Зака окинули взглядом собравшихся. — Нельзя нападать на них до того, как Варвара сойдет на сушу, но големы — другое дело. Пока они не оживлены, они уязвимы. Их можно быстро и тихо обезвредить, и это можно сделать до прибытия Варвары.

— Если мы сможем убрать ее големов, — сказал Жирар, улыбаясь сквозь бороду, — то наши команды смогут сосредоточиться на плутах и Варваре.

— Та мерзавка моя, — прорычал Зак.

— Мы поймаем Варвару, — заявил Шейн, — чтобы ее судили за ее преступления перед всеми гильдиями и семьями, которым она навредила. Ее, конечно же, казнят, но есть мифики лучше тебя, которые заслужили разобраться с ней.

Зак стиснул зубы.

— Как обезвредить големов? — спросил Шейн.

— Повредив оживляющий массив внутри них.

— И как его найти и уничтожить?

Зак насмешливо приподнял бровь.

— Можно найти, изучая темную Аркану и способы расшифровать самые сложные массивы в волшебстве. Уничтожить их просто, если есть инструмент, что может разбивать сталь без шума.

Глубокие морщины пролегли на лбу Шейна.

— Тогда ты будешь в ответе за големов, раз у тебя есть нужные знания. Твоя роль станет больше.

Ледяная ненависть пылала в глазах Зака, пока он смотрел на Шейна.

Охотник не вздрогнул и сказал:

— Помогай, и я забуду, что слышал твое имя. Откажешься, и станешь новой мишенью. И в этот раз, когда тебя арестуют, я прослежу, чтобы ты остался за решеткой. Чудесного спасения не будет.

Я виновато сжалась.

— Ладно, — прорычал Зак. — Я разберусь с големами.

Шейн взглянул на Дариуса.

— Такая важная часть стратегии не должна зависеть от одного человека, особенно от него.

Глава гильдии кивнул.

— Аарон, Кай, Эзра? Заку нужно сопровождение. Кто-нибудь из вас хочет вызваться?

Три мага переглянулись, Зак посмотрел на меня. Я моргнула, растерявшись от его внимания.

Он склонился, заглядывая за меня.

— Эзра?

Аэромаг задумчиво молчал, а потом пожал плечами.

— Ладно.

Я не сразу поняла, что Зак просил помощи Эзры, потому что тот был демоническим магом, и его огромная сила пригодится против огромных големов, даже не оживленных.

Шейн повернулся к Дариусу, тот кивнул.

— Тогда решено, — сказал охотник. — Принесите мне карту Северного Ванкувера.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Я провела руками по боевому поясу, проверяя оружие.

Усиливающие медные кастеты. Кристалл, обездвиживающий врага. Кристалл допроса. Алхимические бомбы с дымом и вспышками. Пистолет с сонным зельем. И моя верная Дама Пик.

Я могла включить в список и Панцирь Валдурны, ведь я так и не вернула его Заку. Артефакт был в переднем кармане.

Я выдохнула, окинула себя взглядом: черная кожаная куртка, футболка с длинными рукавами, кожаные штаны, тяжелые ботинки, волосы, собранные в плотную французскую косу, никакого макияжа, что мог лезть в глаза — а потом вышла из спальни.

Торшер мягко озарял гостиную, и телевизор сверкал красками, пока вертолет несся по экрану. Арнольд Шварценеггер свисал с вертолета, тянулся к женщине в проносящейся по мосту машине. В сцене была стрельба, но звук был слишком тихим, чтобы это различить.

Прутик сидел на диване, большие ступни торчали вне подушек, и хотя бы раз он смотрел не на экран, а на меня, с тревогой морща зеленый лоб.

— Хоши? — позвала я.

Сильфида появилась из ниоткуда. Она подлетела ко мне, ее крылья широко раскрылись, она ткнулась в мою щеку холодным носом. Радуга красок плясала в моей голове.

Я погладила ее гладкую шею.

— Готова, девочка?

Краски стали бодрым желтым. Подтверждение.

— Тори? — неуверенно пискнул Прутик. — Ты будешь биться с плохой волшебницей?

— Технически, нет. Это не моя работа, — я открыла мешочек на поясе, и Хоши бросилась туда, сжалась в плотный шар. — Но боевые ребята из «Глаза Одина» и «Вороны и молота» будут биться с ней.

Я схватила ключи со столика и закрутила их в ладони, пытаясь понять, что могла забыть. Нервы бушевали, но моя решимость была сильнее.

— Тори?

Я опустила взгляд и удивилась, увидев Прутика у своих ног.

— Кристальный друид защитит тебя?

Он не верил в мои боевые навыки? Я покачала головой.

— У них с Эзрой своя работа.

Прутик нахмурился сильнее.

— Кристальный друид сильный.

— Ага.

— Ты будешь одна?

— Нет, с командой, — я улыбнулась. — Ты переживаешь за меня, Прутик?

Он сморщил носик и буркнул что-то, что я не расслышала.

Смеясь, я похлопала его по волосам.

— Я должна вернуться к утру. Посторожишь, пока меня нет?

Он пробубнил что-то еще и взглянул на телевизор, где Арни пробивал дыры в небоскребе истребителем. Куда делся вертолет? И зачем ему истребитель посреди города?

Оставив его с фильмом, я поднялась по лестнице и заперла за собой дверь. Почему я не показала Прутику боевики раньше? Они были далеки от реальной жизни, так что впечатлительный фейри не мог подражать людям оттуда. Может, потом я познакомлю его с вестернами.

Джип Аарона, одолженный для миссии, стоял у моего дома, и я стала нервничать сильнее, забравшись за руль. Двигатель загудел, и я погнала на пределе скорости к гильдии. Я не опаздывала, но тревога росла.

Я подъехала к двери гильдии. Черный Мерседес проехал передо мной, облако выхлопных газов задержалось в холодном январском воздухе.

Мое сердце колотилось, я вошла в гильдию. Столики и стулья были сдвинуты к стенам, и в центре комнаты было больше мификов «Вороны и молота» в боевом снаряжении, чем когда-либо я видела собравшимися вместе. Они выглядели решительно.

Аарон и Табита ждали в стороне с их командами по пять мификов. Они и еще две команды «Глаза Одина» будут ждать плутов в засаде. Кай неподалеку тихо говорил с Макико, у восьми японцев лица были нечитаемыми, они были в черном и тихо стояли рядом с ними. Их тихая команда отгонит плутов от их здания к командам Аарона и Табиты.

Последняя и самая страшная из главных боевых команд состояла из трех мификов: Дариуса, Алистейра и Жирара. Их целью была Варвара — отыскать ее, сразиться с ней и одолеть — но они не будут бросать ей вызов одни. С ними будет лучшая команда «Глаза Одина».

Но до всего этого два мифика должны были выполнить работу важнее.

Я оглядела зал. У входной двери Зак и Эзра склонили головы. Зак жестикулировал, пока говорил, свет отражался от шести кристаллов на его шее, еще по шесть было на кожаных наручах, дюжина висела на поясе, загруженном сосудами с зельями. Ножи были пристегнуты к его бедрам, темные татуировки перьев выглядывали над воротником футболки без рукавов и спускались по рукам.

Эзра был снаряжен как обычно, но его длинных усиленных сталью перчаток не хватало для этого боя. Он был с короткими мечами на бедрах, видимо, одолженными, раз его основной посох и запасной погибли.

— Готова, Тори?

Я вздрогнула, обернулась и увидела Аарона, вскинувшего брови от моих нервов.

— А ты готов, Аарон? — Кай подошел, не убирая ладони с рукояти катаны. — Твоя команда примет на себя удар плутов, если все пойдет по плану.

— Ага, — я с предупреждением посмотрела на уверенного пиромага, скрестив руки. — Не забудь свой последний бой с Варварой.

Он скривился, вспомнив, как подобрался к волшебнице, но пострадал от вязкого вещества, приклеившего артефакт к его лицу, под влиянием которого Аарон напал с мечом на Эзру.

— Ты тоже тогда чуть не умер, — напомнила я тихо Каю. — Нам всем нужно быть осторожными.

— Без големов Варвара не узнает, что ее ударило, — Аарон посмотрел поверх моего плеча. — И Зака с Эзрой не будет рядом с ней, а так лучше для всех.

Особенно для Эзры. Хаос поля боя был не лучшим местом для бушующего демонического мага, которому нужно было скрывать силу и держать эмоции под контролем.

Табита подозвала Аарона и Кая, наверное, для финальной проверки, а я пошла к паре у двери.

Зак поднял голову, когда я подошла, но не перестал объяснять.

— Если лунный узел разорван, ритуал оживления не сработает. Проблема — добраться до массивов в големах, но моя сабля может резать сталь.

— Тогда это не должно стать проблемой, — Эзра подавил улыбку, озарившую его глаза с моим появлением. — Пора, Тори?

— Да. Мы идем, — я сверилась с часами, — через две минуты. Вы с Заком готовы?

— Можем идти.

Я перевела взгляд с его спокойных разноцветных глаз на зеленые глаза Зака, в их ярком свечении скрывался темный гнев.

— А ты, Зак? — шепнула я, придвинувшись ближе к нему.

Он с горечью скривил губы.

— Результат будет тем же, — прошептала я. — Даже если ты не сделаешь это сам, она будет мертва — а если все пройдет по плану Шейна, она еще и оценит мощь ее падения перед гибелью.

Он хмыкнул.

— Твоя команда начинает на севере терминала?

— Ага.

— Не спеши, когда начнется бой. Будет проще влезть потом в бой, и тебе нужно менять положение или иметь возможность отступить.

— Я буду слушаться Эндрю.

— Он один из самых опытных лидеров команды, — добавил Эзра. — Тори будет в хороших руках.

Зак кивнул, стиснув зубы, и холод страха во мне стал чуть теплее, когда я поняла, что он переживал за меня.

— Хорошо! — крикнул Дариус, проходя по пабу. Он был в боевом снаряжении, ножи висели по бокам, и, хоть он и был старше нас, он был крутым. — Мы знаем наши роли. Лидеры команд, первая проверка в 18:50, а последняя — в 18:58. Ударяем в 19:00.

Лидеры команд отозвались, некоторые проверили наушники. Я смотрела на них, заметила движение в пабе. В углу появилась Робин со своей высокой светловолосой спутницей, Амалией. Они были в черном, инфернус Робин сиял на груди. Амалия не была вооружена, но рядом с ними была вооруженная огромным мечом хрупкая волшебница Зора.

Я нахмурилась, гадая, какой была их роль. Хоть я слышала почти все планирование, их никто не упоминал.

Дариус посмотрел на гильдийцев.

— Берегите себя, будьте осторожными и умными. Этой ночью мы забудем о первом правиле гильдии. В этот раз мы ударим первыми. Увидимся на поле боя!

Почти рев поднялся от ждущих мификов, и волоски на моих руках встали дубом. Первое правило гильдии: «Не бей первым, но всегда давай сдачи». Этой ночью мы нападали.

Дариус пошел к двери, Жирар и Алистейр — следом. Глава гильдии махнул Заку по пути.

— Идем.

Зак пошел за ними. Я смотрела ему вслед, прикусив губу. Он добрался до двери, оглянулся на меня темными пылающими глазами. А потом шел, дверь закрылась с веселым звоном.

Еще три мифика подошли к двери. Эндрю, а с ним Брис и Рамзи. Моя команда.

У нас было две задачи: сопроводить Эзру на место и убедиться, что все команды на связи. Мы будем следить за сражениями, поддерживать, где нужно, и двигать Бриса по полю боя, чтобы он телепатически связывался с лидерами команд на случай, если электронные коммуникации подведут.

Я взяла Эзру за руку и оглянулась. Аарон и Кай стояли бок о бок, их команды были за ними. Когда я увижу их в следующий раз, если все пройдет по плану, бой будет окончен, плуты схвачены, а Варвара поймана или убита.

Я сглотнула и пошла к джипу Аарона. Эзра сел в машину, Брис и Рамзи устроились с ним сзади, а Эндрю — на пассажирском рядом со мной.

— Хорошо, Тори, — сказал он задумчивым голосом, который делал его фаворитом среди лидеров команд. — Поехали.

Я отъехала от обочины.

— Все по плану, — добавил он, сверяясь с часами. — Как только высадим Эзру, будет много времени добраться до нашей позиции. И Эзра должен без проблем пересечься с… Заком.

Он замешкался из-за имени и взглянул на меня.

— Не верится, что мы работаем с Призраком, — отметил Рамзи. — От одного его вида мурашки по коже.

— Тори его не боится, — Брис приподнял бровь в зеркале заднего вида. — И Эзра. Они явно его знают.

— Репутация Зака преувеличена… местами, — пробормотала я, не радуясь, что телепат уловил мои чувства. — И он разберется с големами для нас, так что не жалуйтесь.

По плану Зак и Эзра все еще должны были разобраться с големами, но они встречались на месте, а не шли парой. Шейну это не нравилось, но нужно было убрать стражей, и логично было, чтобы Зак и Эзра сделали это.

Дрожь нервов во мне усилилась. Фары горели, я уезжала от нашего района с остатками вечернего движения. В любой миг команда Кая покинет гильдию, а через десять минут после этого — команды Аарона и Табиты.

Последний светофор отметил конец спального района, и улица стала широкой. Фонари вспыхивали, мы миновали поворот и попали на шоссе. Мили проносились мимо, мы были все ближе и ближе.

Я тяжело дышала носом, пытаясь подавить страх внутри себя.

Еще поворот, и мы помчались по Второму узкому железнодорожному мосту. Черная вода гавани отражала огни города, и слева было место нашего назначения.

Лабиринт огромных зданий и складов виднелся в порту, груды стали на бетоне, набережные были полны гигантского оборудования для поднятия грузов с кораблей. Это был самый большой порт провинции, и это место идеально подходило для хранения маленькой армии големов.

Изогнутый мост тянулся мимо набережных, и мое сердце сжималось от осознания, каким огромным было место. На картах казалось не так. Это был лабиринт промышленных зданий, оборудования и груза на двадцать кварталов. Восточная часть была темной, закрытой на выходные, но западная сторона сияла огнями, там был большой грузовой корабль, и кран тянулся над его палубой.

Я выехала на шоссе и устремилась по дороге из двух полос, по сторонам тянулись офисные здания и старые жилые дома. Глубоко дыша, я повернула налево. Впереди дорога уходила под рельсы, разделяющие терминалы порта от остального района.

Я снова повернула налево. Миновав полоску маленьких офисных зданий, я попала в переулок, засыпанный гравием, рядом со скромным складом, припарковала джип. Приподнятые рельсы впереди преграждали путь. Длинный ряд черных вагонов ехал в пятнадцати футах над маленькой парковкой за складом.

— Вот и моя остановка, — бодро сказал Эзра и открыл дверцу.

— Удачи, — отозвался Эндрю. — Не забудь микрофон.

Эзра выбрался, Брис и Рамзи пожелали ему удачи. Я сжала руль, костяшки побелели. Эзра проверил наушник и связь на телефоне, убрал все в карман.

Страх крутился в моей голове, голос кричал на меня, но я не понимала его слова. Я нажала кнопку окна, и оно опустилось. Эзра пригнулся и заглянул внутрь. Мой рот открылся, потом закрылся.

— Береги себя, — хрипло прошептала я.

— Буду, — он успокаивающе сжал мое плечо. — Скоро увидимся.

Он пошел прочь от машины, и мое сердце билось в горле. Боль растекалась от пальцев, сдавивших руль. Эзра был опытным боевым мификом, и у него была магия демона вдобавок. Он мог постоять за себя. Я это знала.

Так почему я не могла дышать? Почему паника била по мне с каждым его шагом?

— Стой! — слово вырвалось из меня. Я расстегнула пояс безопасности и открыла дверцу. — Эзра, стой!

Он оглянулся на половине пути к рельсам, где медленно ехал поезд.

— Что такое? — спросил Эндрю.

Я не знала. Не могла ответить. Я выбралась из машины, ждала с колотящимся сердцем, пока Эзра бежал ко мне, хмурясь с тревогой.

— Что… — он взглянул на мое лицо и его тон стал тихо спрашивающим. — Что такое, Тори?

Я глубоко вдохнула. Страх сдавил горло, голова кружилась. Что-то было не так, и я не могла понять, что…

Воспоминание вспыхнуло перед глазами — Зак с гневно пылающими глазами, идущий за Дариусом к двери.

Я охнула, поняв причину.

— Мне нужно пойти с тобой.

Удивление мелькнуло на его лице.

— Что? — осведомился Рамзи с заднего сидения, его голос доносился через мое опущенное окно. — Я знаю, что ты тренировалась, но ты все еще аматор.

Эндрю склонился над местом водителя.

— Тори, их работа слишком важна…

— Заку не нравится наш план, — сказала я Эзре. — Варвара уничтожила все, что важно для него. Как только он разберется с големами, он пойдет за ней, и, может, только я смогу отговорить его.

Эзра обдумал это.

— План меняется, Эндрю. Она идет со мной.

— Стойте, — Брис выглянул из машины на меня и Эзру. — Разве плохо, если он пойдет за Варварой? Если он ее одолеет…

— Видел, что случилось с участком в ЛА? — нетерпеливо спросила я.

— Конечно.

— Потому мне нужно, чтобы Зак сохранил голову на плечах.

Его глаза расширились.

— Это был он? — потрясенно прошептал Рамзи.

— Друид, разозленный на сто десять процентов, не следит за тем, кому вредит, — я посмотрела на Эндрю. — Я иду.

Он расстегнул свой пояс безопасности.

— Тебе нужно быть осторожнее. Нельзя, чтобы вас заметили, пока големы не обезврежены.

— Мы это сделаем, — сказал Эзра, его уверенность успокаивала меня. — И сдержим Зака.

Он взял меня за руку. Эндрю открыл дверцу, чтобы сесть за руль, а Эзра повел меня по парковке. Я посмотрела на последний вагон, гремящий по рельсам.

Я знала, что Зак был в гневе, но я надеялась, что он мог сдержать эмоции. Теперь я не была так уверена. Я недооценила глубину его горя… и желание отомстить? Так или иначе, мне нужно было оставаться рядом с ним, пока он не увидит врага, чтобы он не погубил себя или кого-то еще.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

— Нужно было поговорить с ним, — ругала я себя, пока мы с Эзрой спускались по насыпи с другой стороны рельсов. — Поговорить по душам.

Сжимая мою руку, Эзра вел меня в тени рядом с длинным складом. Узкая дорога была без фонарей, но небо этой ночью было ясным, избавилось от постоянных зимних туч. Сияла почти полная луна.

— Он умный, — отметил Эзра, пока мы шли по траве вокруг здания. — Он не показался тем, кто может пасть жертвой бездумного поступка.

— Наверное, — пробормотала я, холодный ветер с запахом соленой воды и гнилых водорослей дул мне в лицо. Зак был слишком хитрым, чтобы поступать так глупо.

Мы добрались до перекрестка, и Эзра остановился, прижался спиной к стене. Он осмотрел улицу, закрыл глаза и стал искать в воздухе движение.

— Идем, — выдохнул он.

Мы юркнули в тень следующего здания. Кроме дверей, окружающие стены были пустыми, и все было тихим. Дальше на запад свет озарял небо, и грохот механизмов сюда едва доносился.

Мы осторожно прошли по переулку, и Эзра замер в темной нише. Напротив была маленькая парковка, что заканчивалась высоким забором с большими табличками с предупреждениями. За оградой были огромные цилиндрические резервуары в три этажа высотой с трубами и лестницами вокруг них.

Он замешкался и огляделся.

— Я его не вижу.

— Кого? — глупо спросила я.

— Зака. Это место встречи.

Мне стало не по себе.

— Он опаздывает?

— Он должен был опередить нас, если только у него не возникло проблем с другой группой стражи.

Другой группой? Я выглянула на парковку и высокий забор. Врата были в центре, и рядом с ними был домик, сияющий изнутри. Там был сторож.

— Другой участок стражи был открытым, так что с ним было лучше расправиться его теневой магией, — Эзра выдохнул. — Если его задержали…

— Эзра, — я прищурилась, глядя на домик. — Я не вижу стражей.

— Что? — он пригляделся. — Я не так хорошо вижу.

В ярких окнах не было силуэтов людей. Или стражи дремали на полу, или никого там не было.

— Там пусто.

Он замешкался.

— Давай подойдем.

Он выбрался на открытое пространство, замер и побежал по улице. Мы быстро побежали вдоль ограды, пригибаясь. Эзра остановился, склонил голову, словно слушал, а потом подобрался под окно домика и заглянул.

Он тихо выругался, без осторожности выпрямился во весь рост.

— Что? — прошипела я. — Что там?

Он махнул на домик. Я встала и заглянула в окно.

Я была отчасти права. Стражи в форме были на полу, но не спали. Мерцающее серебряное зелье было на их телах. Они хотя бы были без сознания, а не мертвы. Или… мертвы? Я не была уверена.

— Зак опередил нас, — сказал Эзра. — И решил не ждать.

Я застонала. Эгоистичный и независимый друид. Он, наверное, решил, что сможет разобраться с големами сам. Зачем ждать напарника/няньку?

Эзра нажал на наушник.

— Эндрю, прием? Я на месте встречи. Зак был тут, но, похоже, ушел вперед. Мы с Тори попробуем догнать его, пока он не добрался до големов.

Он слушал мгновение.

— Понял, — он опустил руку и сказал мне. — Эндрю не хочет, чтобы мы спешили. Зак может обезвредить големов без нас. Нам нужно добраться до него до того, как он закончит.

Я стиснула зубы. Зак хотел быстрее разобраться с големами, чтобы отправиться за Варварой. Рыча под нос, я повернулась к ограде, но моя злая решимость дрогнула при виде колючей проволоки сверху.

— Смотри, как делаю я, — предложил Эзра, он схватился за толстый металлический столб, где соединялись две части ограды. Он подтянулся, держась за вершину, осторожно перекинул ногу, другую через колючую проволоку и спрыгнул на другой стороне.

Я сглотнула, схватилась за забор и полезла. У меня на это ушло в три раза больше времени, но я смогла перелезть через проволоку, не порвав кожу или одежду. Эзра поймал меня, и мы побежали дальше.

Мы побежали вдоль рельсов. Перебираться через ограду в дальнем конце удалось куда быстрее, и мы перепрыгнули еще одни рельсы. Впереди тянулся стальной двор. Эзра повел меня мимо труб и балок, одни были новыми и блестели, другие — заржавели на соленом ветру. Мы оббежали два здания с корявыми крышами и открытыми стенами.

В пятидесяти ярдах от нас был самый большой склад — не меньше трех этажей, одна большая дверь по центру. Рельсы пересекали его сзади, чтобы было проще грузить вагоны.

Вот. Тут Варвара хранила големов.

У края здания была дверь размером с рост человека, казалась крохотной рядом с другой дверью, была темным прямоугольником. Мы смотрели, и вспыхнул оранжевый огонек. Сигарета слабо озарила мужчину, стоящего на пороге. Он был низким, плотного телосложения. Это точно не был Зак.

Страх сдавил меня.

— То один из людей Варвары?

— Где Зак? — шепнул Эзра. — Он не мог опередить нас тут. Никак.

Но если он был тут, он не оставил бы стража у двери склада.

— Он попал в беду? — я сжала кулаки. — Его поймали или…

— Если бы его заметили, тот парень не курил бы с открытой дверью, — Эзра провел пальцами по волосам, коснулся наушника. — Эндрю, прием? Эндрю… Кто-нибудь?

Он вытащил телефон из кармана, посмотрел на экран и покачал головой.

— Нет сигнала. Мы в мертвом месте, и Брис слишком далеко.

Я вдохнула, подавляя панику. Где-то неподалеку боевые мифики занимали позиции: Кай и Макико с командой проникали в здание, где оставались плуты, команды Аарона и Табиты, как и «Глаза Одина» окружали здание снаружи, а команда Дариуса оставалась посередине между нами и пристанью, куда прибудет на яхте Варвара.

Где был Зак? Он был тут. Кто еще обезвредил бы стражей зельем? Но почему его не было здесь?

— Он знает, как это важно, — хрипло прошептала я. — Он знает, что нам нужно отключить големов, пока Варвара не прибудет. Куда он ушел?

Эзра посмотрел на меня, на лице застыло потрясение.

— Он… черт.

— Что? — осведомилась я.

— Он рассказал мне, как обезвредить големов.

— Да? Стой… я думала, для этого нужны знания Арканы.

— Это он сказал Шейну, но в гильдии, пока мы ждали, он описал, какие символы искать. Я думал, он объяснял, чтобы от меня был прок, но… — он подавил ругательство. — Он рассказал мне, потому что не собирался приходить?

Кровь отлила от моей головы, и она закружилась.

— Нет. Он… не сделал бы этого.

Эзра вытащил телефон. Часы с 18:38 стали 18:39. Время было на исходе.

— Идем, — прорычал он, непривычная ярость омрачила его лицо. — Хотел он прийти или нет, не важно. Теперь это наша задача.

— Но… — я увидела его решительный взгляд и выпрямила спину. — Ты прав. Он рассказал тебе, как их обезвредить, и мы сделаем это сами. А потом найдем этого придурка. И…

Я постучала по мешочек на поясе. Хоши развернулась, сияя чешуйками, и мы с Эзрой встали ближе друг к другу, чтобы скрыть ее тусклое сияние.

— Хоши, — прошептала я, опустив ладонь на розовый кристалл на ее лбу, — можешь найти Зака? Найди его и прилети ко мне, ладно?

Она ткнулась в меня носом и пропала.

— Ладно, — мрачно сказала я и вытащила пистолет. — Идем.

Эзра прошел к углу здания, за которым мы укрывались.

— Станет холоднее.

— Что?

Алое сияние появилось в его левом глазе. Температура стала ниже, и тени вокруг сгустились, словно поглощали свет. Аэромаги не создавали тьму, а демонические маги могли.

Он выбежал в открытое пространство. Я следовала за ним, едва видя его силуэт. Дыхание вырывалось паром. Мы бежали к складу. Еще пять таких складов стояли неподалеку, свободные для любого клиента или преступника.

Как только мы приблизились, я остановилась, расставила ноги и подняла пистолет. Я прицелилась и выстрелила дважды.

Один снаряд попал курящему плуту в голову, а другой взорвался на его плече. Он вскрикнул от боли и пошатнулся, рухнул за порог.

У двери Эзра отпустил ледяную тьму вокруг себя. Я подошла к нему, и мы заглянули в склад. Я ничего не видела — только черноту. Он прислушивался, а потом перешагнул плута на пороге. Я юркнула за ним, закрыла дверь почти до конца. Она стукнула спящего мужчину по ноге.

— Я не ощущаю движения, — шепнул Эзра.

Он включил фонарик на жилете, но слабо, чтобы не бил по глазам. Тусклое сияние озарило пустой пол, потолок, скрытый тенями. Стальной помост тянулся по периметру, шаги разносились эхом, отражающимся от пустых стен.

— Что… — прошептал он с приглушенным ужасом.

Мои конечности онемели, голова гудела от смятения.

Бетонный пол тянулся на сто пятьдесят футов до дальней стены и был отмечен десятками самых сложных волшебных кругов, что я видела, хотя я видела не так и много. Каждая паутина линий пересекала большой шестиугольник с тремя треугольниками, указывающими на маленький круг в центре. Сотни рун заполняли массивы, маленькие чаши ингредиентов стояли во внутренних кругах.

Но массивы… были пустыми.

Големы пропали.

Я сжала запястье Эзры с силой. Големы были тут, иначе зачем тут эти чары? Но куда делись стальные чудища? Почему их тут не было? Как нам их обезвредить, если их тут нет?

Он схватил фонарик на жилете и включил его на максимум. Белый свет вспыхнул внутри склада.

Я застыла. Ладонь болела от того, как сильно я сжимала его запястье.

Не все големы пропали. Один остался.

В конце склада, в центре самого большого массива был стальной гигант. Схожий на того, что напал на «Глаз Одина», этот был с руками как у гориллы, толстым телом, но его высота была почти в двадцать футов, а не двенадцать, и вместо толстых пальцев его огромные кулаки были целыми кусками, усиленными тремя когтями, похожими на мечи, каждый был в фут длиной.

— Эзра, — выдавила я. — Нужно разобраться с этим монстром. Он всех убьет.

— Да. Как только закончим с ним, нужно вернуться туда, где есть сигнал, и предупредить команды.

Я кивнула с дрожью, убрала пистолет в кобуру, и мы поспешили вперед, но через три шага от порога Эзра высвободил запястье из моей хватки.

Я пошатнулась, а он развернулся с опасной грацией и выхватил два коротких меча из ножен. Он ударил ими по воздуху, скрещивая клинки. Порыв ветра пролетел по складу и ударил по помосту, сталь загремела.

Розовая магия в ответ заплясала над помостом, озаряя силуэты трех людей.

Эзра отвел мечи для новой атаки, и я потянулась за пистолетом, магия покалывала на ногах. Я опустила взгляд и заметила то, что не увидела раньше, глядя на нового голема.

Массив на полу под нами, нарисованный серым, едва заметный на бетоне.

Его линии засияли янтарным светом. Луч устремился вверх, и мое тело оторвалось от земли. Притяжение пропало, и я зависла в сиянии, беспомощно перебирая ногами. Воздух казался гуще грязи, и я едва могла двигаться.

Эзра тоже попался, пытался поднять руки, клинки сияли в свете чар.

Новый цвет появился среди янтарного массива. Загорелись гадкие синие линии — второй массив внутри первого. Темная магия поднялась над полом плотным дымом, устремилась вверх. Две ленты обвили запястья Эзры, стали темнее и плотнее, магия обвила нижнюю половину его лица. Его ладони соединились, словно притянулись магнитами, и мечи выпали из рук. Они рухнули на пол, не удерживаемые янтарным светом.

Темная сила вспыхнула, сияние угасло, и черные оковы появились на его запястьях. Темный намордник покрывал нижнюю часть его лица, соединенный магией с оковами.

Его бледный левый глаз вспыхнул алым, а потом оба глаза закатились.

— Эзра! — завопила я. Мой голос звучал неправильно, приглушенно. Я не знала, издавала ли вообще звуки. — Эзра!

Тихие шаги застучали по металлической лестнице. Три фигуры спустились с помоста, подошли к нам. Ужас и ненависть боролись во мне, пока я смотрела в глубоко посаженные глаза Варвары.

Она улыбнулась, губы были выкрашены в ярко-красный. Как и в прошлую нашу встречу, она выглядела готовой для ужина с богачами мира. Ее серебряные волосы были собраны в изящный пучок, алая блузка и темные брюки подчеркивали ее худую фигуру, плащ свисал до колен.

Она прошла к краю янтарных чар, потянулась в луч света и погладила щеку Эзры. Его веки затрепетали, взгляд на миг стал осознанным. Левый глаз все еще сиял. Больше он никак не реагировал.

— Талантливее, чем я ожидала, — выдохнула она с сильным русским акцентом. — Он ощутил движение воздуха, как только я начала колдовать. И он еще в сознании? Я даже впечатлена, — она махнула своим спутникам, больше похожим на прихвостней, ведь они были высокими и мускулистыми. — Вытащите его.

Двое мужчин с бесстрастными лицами шагнули ближе. Варвара отодвинулась, пропуская их, и повернулась ко мне.

— Тебя я не ждала, — отметила она. — Интересно. Я думала, ты ему нравилась.

— Что ты сделала с Эзрой, сволочь?! — заорала я, борясь с чарами, словно могла вырваться из загустевшего воздуха и задушить ее голыми руками.

— Ты тратишь дыхание, милочка. Я тебя не слышу, хотя одно из слов узнала.

Двое мужчин вытащили Эзру из сияющего луча. Его колени ударились об пол, голова покачнулась, отклонилась, он пытался выпрямиться. Мужчины схватили его за руки и подняли его, скованные запястья дернулись. Его рассеянный взгляд нашел меня, пойманную в свете, и я увидела страх в его глазах.

Страх за меня.

— Пусти меня! — я потянулась к поясу с артефактами, но, чем дальше двигалась рука, тем гуще становилась магия. Я словно попала в твердеющий цемент.

Варвара улыбнулась, явно прочитав мои слова по губам, ведь не слышала их. Она подняла руки. Изящные металлические когти и множество колец украшали пальцы. Цепочки соединяли когти и кольца с диском на ее ладони. По словам Зака, каждая часть была артефактом.

Я думала, что она произнесет заклинание. Что магия пронзит мое тело, пока я беспомощно висела в ее капкане.

Когти сомкнулись на моих руках, она повернула меня в другую сторону легко, словно я висела на невидимых цепях. Я смотрела на огромного голема, ведь больше ничего теперь не видела — не видела Эзру или мужчин, что держали его.

Варвара прошла мимо чар к монстру. Она остановилась у края массива и оглянулась.

— Другие стальные звери уже оживлены и ждут твоих друзей. Этот слишком большой, чтобы его спрятать, но жалко бросать его тут ржаветь.

Она подняла руки и стала колдовать. Я могла лишь висеть в ее чарах, пока она произносила заклинание, каждое слово на латыни перетекало в другое в идеальном ритме. Массив на полу загорелся бледно-красным светом.

Она все колдовала. Я ничего не делала. Я не могла повернуться к Эзре. Не могла дотянуться до оружия. Не могла даже звать на помощь. Меня никто не услышал бы.

Руны загорелись на высоком теле голема. Варвара прокричала последнюю фразу и опустила руки. Голем со скрипом поднялся. Она повернулась, прошла к янтарным чарам и остановилась передо мной во второй раз.

Морщины вокруг ее глаз стали сильнее от жестокой улыбки.

— Я думала, друид — мягкий дурак, но он прагматик, как и говорит его репутация. Обменять демонического мага на гримуар, но еще и пожертвовать тобой? Не это я ожидала.

Она отошла, добавляя:

— Но он все еще думает, что может меня убить, как только вернет гримуар. Я буду рада рассказать ему о твоей гибели.

Я хотела кричать на нее, обзывать всем, чем могла, но голоса не было. Я даже дышать не могла, ведь паника сгущалась, а она уходила прочь из поля зрения.

Она шепнула приказ прихвостням. Они с кряхтением подняли вес. Зазвучали шаги и шорох конечностей, тянущихся по полу, они утаскивали Эзру.

«Обменять демонического мага на гримуар».

Варвара знала о нашем плане. Она уже оживила големов. Она ждала тут Эзру, а теперь убежит с ним на яхте, пока ее армия големов будет разбивать моих друзей и товарищей по гильдии.

А я…

Пол дрожал, двадцатифутовый мегаголем шагал на толстых стальных ногах, глядя на меня пустым лицом.

А я умру тут, раздавленная големом, а потом он присоединится к отчаянной битве снаружи и погубит всех, кто был мне дорог.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Голем приближался. Он не был быстрым, но его большие шаги покрывали много расстояния, и я могла лишь смотреть, как он идет. Хоть чары Варвары удерживали мое тело в янтарном свете, на мои легкие давила тяжесть, не связанная с магией.

Этого не могло быть. Зак не предал нас Варваре. Он не обменял Эзру на гримуар.

Он не мог так подставить нас…

Но если нет, почему Варвара ждала нас с готовой ловушкой? Если нет, почему ее големы пропали? Если нет, почему его тут не было?

«Я тут, чтобы убить Варвару».

Он закрыл ферму из-за нее. Отослал своих подопечных, единственных, кто не был ему врагами, помимо фейри, которые относились к нему как к угощению. А потом она уничтожила его единственное убежище. Убила его лошадей. Убила его последнего верного товарища. Убила дриаду и украла гримуар.

«Я вернулся не вершить справедливость или заниматься благородными делами».

Он вернулся убить ее. Он не стал бы договариваться с врагом, как бы ни хотел вернуть гримуар. И даже если он нуждался в гримуаре, он не отдал бы одного из моих лучших друзей врагу. Он не раскрыл бы ей весь наш план, подвергнув всю мою гильдию ужасной опасности.

«Что ты ожидала, Тори?».

Слезы обжигали глаза, голем приближался. Я думала, что понимала хотя бы немного Зака, но что я о нем знала? Была ли я уверена, что друид, выпустивший жестокие чары в здании, полном людей, будет переживать за безопасность гильдии, которая когда-то охотилась на него? Была ли я уверена, что плут, сбросивший умоляющего мужчину с крыши, будет ценить жизнь моего друга?

Я не знала уже, на что был способен Зак, где он был теперь, врала ли Варвара. И я не узнаю.

Слезы катились по моим щекам, пока я пыталась добраться рукой до пояса. Но конечности больше не шевелились. Магия сгустилась так, что я едва могла дышать. Голем сделал еще шаг, его нога опустилась в ярде от края волшебного круга. Удар стали о бетон сотряс склад.

Голем поднял огромную руку, стальные конечности блестели золотом в свете чар. Мое сердце сжалось, его кулак опускался, клинки были все ближе к моему телу.

Янтарный свет чар угас.

Я рухнула на пол. Клинки пролетели над моей головой, ветер от их движения превратил слезы на моих щеках в лед.

Вокруг меня маленькие растения пробивались сквозь пол, ломая линии заклинания Варвары. Они уничтожили массив вовремя, спасли меня, но откуда они взялись?

— Тори!

Пищащий голос дрожал от страха, и от него я тут же вскочила на ноги. Я бросилась прочь от голема и заметила фигурку в тенях у двери, где валялся спящий плут.

Меньше трех футов высотой, с тонкими прутьями, торчащими на голове, Прутик прижимал большую ладонь к полу, его узловатые пальцы тускло сияли зеленой магией. Его большие зеленые глаза были стеклянными, но гордость озаряла его лицо, несмотря на ужас.

— Прутик! — завизжала я.

— Осторожно! — крикнул он.

Я бросилась на пол, кулак голема пронесся над моей головой во второй раз. Я вскочила и побежала к Прутику, подняла его с пола, подавляя желание прижать его к груди и зарыдать. Я не знала, почему он был тут, но не жаловалась.

Игнорируя спящего мифика на полу, я распахнула дверь здания и замерла. Я оглянулась, сердце гремело, и трусливый голосок в голове выл мне бежать, бежать, бежать.

Голем шел за мной, земля сотрясалась от шагов. Мечи Эзры были обломками стали под его ногой. Он мог разбить хлипкую дверь и снаружи найти, где бьются големы поменьше, плуты и мои товарищи. Один этот монстр мог разрушить и без того малые шансы, что мои друзья выживут.

И только у меня был шанс остановить его. Только у меня был артефакт, что мог забрать из него магию оживления.

Голем прошел ближе, я снова была в радиусе его ударов. Я не стала убегать за дверь в относительную безопасность, а отскочила в сторону и побежала вдоль стены. Пол дрожал, голем последовал за мной. Склад был как темная пещера с эхом, и свет был лишь от розовых рун на теле голема.

Я добралась до угла, подавила панику и опустила Прутика на пол.

— Спасибо, друг, ты меня спас. Теперь мне нужно остановить эту штуку.

— Остановить? — он выпрямился во весь не впечатляющий рост. — Мы ее остановим!

— Нет, ты…

— Я спас тебя! Я могу помочь!

Фейри не был сильным, но других союзников я рядом не видела.

Я вытащила Даму Пик из кармана, расстегнула пояс и бросила его в угол. Ничто в нем не помогло бы против голема. Все зависело от меня, Прутика и Панциря Валдурны — но в этот раз ловкий демон не отнесет меня на голову голема. Придется узнать, как далеко доходили силы Панциря.

— Ладно, Прутик, — я вытащила сложенную ткань из кармана. — Отвлекай его, пока я использую свое тайное оружие.

Прутик просиял, бросился к приближающемуся стальному чудищу. Мои глаза выпучились от страха за беспечного фейри, я сдвинулась в сторону, обходя голема, в одной руке был Панцирь, в другой — Дама.

Пробежав половину расстояния, Прутик расставил зеленые ноги и вскинул руки. Его тело замерцало, он окутал себя иллюзией. Тьма с мерцанием устремилась вверх, стала десятифутовым Кинг-Конгом. Он забил кулаками по груди, испустил удивительно убедительный рев.

Я оббежала голема, бросилась к его пяткам и развернула Панцирь одной рукой.

Голем с грохотом шагнул к Кинг-Конгу, а потом взмахнул огромным кулаком. Все его тело повернулось, как не мог человек, и кулак с клинками полетел ко мне.

Угол удара… даже если я упаду на пол, это меня не спасет. Я стану отбивной.

— Ori repercutio! — отчаянно закричала я.

Воздух замерцал, кулак голема отразился от него. Его рука улетала, и от отраженного удара его тело повернулось на 180 градусов, металл громко скрежетал. Голем пошатнулся.

Ох, он был больше магией, чем сталью, и Дама отразила его удар. Я любила эту карту.

Я сунула карту в задний карман перезаряжаться, раскрыла Панцирь и молилась, чтобы артефакт фейри не стер магию из моей карты. Сияющая ткань развернулась, и я бросила ее на ногу голема — только туда я могла дотянуться.

Сияющие руны под тканью потускнели и погасли. Руны над артефактом тоже погасли. Эффект распространялся, руны угасали одна за другой, но недостаточно быстро.

— Тори!

От вопля Прутика я бросилась на пол, кулак пролетел в дюймах надо мной. Панцирь слетел с его ноги, и голем поднял ногу. Жуткая тень упала на меня. Я откатилась, но скорости не хватало, чтобы спастись от стальной ноги.

Треск, а за ним скрежет металла.

Тонкие прочные лозы вырвались из пола, обвили ногу голема, удерживая ее. Стальное чудище тянуло ногу вперед, лозы рвались, но пара секунд позволила мне вскочить и отбежать. Нога опустилась, разбивая пол.

Прутик, снова стал собой, побежал и схватил Панцирь. Я бежала по складу, голем топал за мной. Прутик поспешил ко мне, плащ развевался за ним как аметистовое знамя.

Он сунул ткань мне.

— Возьми, возьми!

Я потянула ткань из его руки, кривясь от того, как пальцы немели от его силы. Я понимала, почему плащ ему не нравился.

Тяжело дыша, ощущая боль от бросков на пол, я смотрела, как голем шагал, медленно, но не останавливаясь. Магия Панциря была недостаточно быстрой, чтобы обездвижить его, не с ног. Мне нужно было набросить артефакт на его голову или тело.

Я посмотрела на помост вдоль стен склада. Я сглотнула, обдумывая варианты. Даже если близость Панциря не помешает магии моего артефакта, Дама еще не перезарядилась. Я не могла на нее рассчитывать.

— Второй раунд, Прутик. Ты можешь еще раз замедлить его лозами?

— Только раз, — он дрожал. — У меня мало магии.

— Зато ты самый храбрый фейри из всех, кого я видела, — он просиял от радости, а я измерила расстояние между мной и големом и скорость его движения. — Я заберусь повыше, и голем пойдет за мной. Когда он подойдет так, что сможет меня ударить, останови его лозами.

Прутик кивнул, и я побежала. Лестница манила. Игнорируя дрожь пола от шагов монстра, я взбежала по ступенькам на платформу.

Голем, не замечая Прутика, топал за мной, и я смотрела на его лицо-шлем, две глазницы были черными и пустыми. Платформа тянулась на уровне с его плечами, и моя голова была выше его пустого шлема. Он был все ближе, я сжала рукой перила.

— Сейчас, Прутик! — заорала я.

Лозы вырвались из бетона, обвили лодыжки голема. Его шаги стали медленнее, и я перемахнула через перила — это движение я оттачивала больше любых атак, чтобы прыгать через бар, не выставляя себя посмешищем.

Я рухнула на стальное плечо голема. Его тело дернулось, вырываясь из лоз, и кулаки с клинками полетели ко мне.

Я сунула Панцирь в его пустую глазницу и спрыгнула с его плеча. Бетон был все ближе, и я пыталась вспомнить техники падения, которым меня учили Аарон и Кай, но разум опустел, и меня ждал перелом ног и…

Ветер окружил меня, серебряный хвост обвил мое тело. Я легонько стукнулась об пол, Хоши сжимала мою талию, ее лапки впились в мою куртку.

— Хоши! — охнула я, обняв ее и убегая. — Ты вернулась!

— Тори, смотри! — крикнул Прутик.

Я обернулась.

Голем застыл, половина плаща свисала из его шлема как лиловые слезы. Руны на его голове пропали, и магия Панциря опускалась, тушила руны на теле. Через пять секунд последние руны погасли, и источниками света остались только сияющий плащ и тускло мерцающая Хоши.

Со стоном стали неоживленный голем отклонился. Я зажала уши руками, и он рухнул с таким громким грохотом, что я ощутила гул в груди.

Эхо отразилось от стен, а потом стало тихо.

Хоши убрала хвост с моей талии, коснулась носом моей щеки. В голове вспыхнуло видение: Зак в снаряжении для боя, каким я его видела в последний раз, прислонялся к колонне в темном месте и явно кого-то ждал.

Эмоции сдавили грудь с болью. Он ждал Варвару? Если она говорила правду, что он обменял Эзру на гримуар, она должна была встретиться с ним и завершить обмен.

Что затеял Зак? У него был план? Если да, то почему он мне не сказал?

— Зак, зараза, — прорычала я, вытаскивая Панцирь из шлема голема. Я свернула ткань в квадратик и сунула в передний карман.

Прутик вышел из тьмы, неся мой боевой пояс. Я забрала его и застегнула на бедрах. Если Варвара собиралась встретиться с Заком до того, как заберет Эзру на яхту, у нас оставалось время остановить ее.

— Ты умница, Прутик, — я хрипло выдохнула. — Есть еще задача для тебя, а потом тебе нужно спрятаться, потому что ты использовал всю магию.

Он внимательно смотрел на меня.

— Найди Аарона или Кая, они должны быть севернее этого здания, и скажи им… скажи, что мы не смогли найти големов, а Варвара схватила Эзру. Я пойду за ней. Понял?

Он кивнул.

— И… — я сглотнула. — Скажи им, что Зак, возможно, нас подставил.

Его глаза расширились.

— Кристальный друид тебя предал?

— Я пока не знаю точно.

— Я им скажу. Уже иду! — он поспешил прочь, но у двери оглянулся. Он выпятил грудь и сказал как можно более низким голосом с хрипотцой. — I’ll be back.

Он пропал за дверью, и я моргнула. Моргнула еще раз.

— О.

Боевики. Арнольд Шварценеггер. Бесстрашные качки, спасающие всех. Прутик нахватался и оттуда. Потому он пошел за мной на опасную миссию, и это хорошо — иначе я была бы мертва.

— Остались мы, Хоши, — прошептала я. — Давай найдем Зака… и, надеюсь, Эзру.

Она облетела вокруг меня, подбадривая, и направилась к двери. Я побежала за ней, мышцы дрожали, суставы болели, но не было времени скулить из-за этого.

Я вырвалась наружу, и по ушам ударила какофония грохота, звона и криков.

Ужас заполнил мою грудь. Когда Варвара сказала, что ее големы ждали моих друзей, я надеялась, что она ошибалась, и Зак обхитрил ее, заставив поверить, что армия големов готова к бою.

Но, пока я следом за Хоши возвращалась по нашему с Эзрой пути, нескладный рев боя продолжался. У рельсов за складом сильфида повернула направо, а где-то за длинной чередой вагонов взорвался огненный шар. Оранжевое пламя взмыло в небо, выплевывая черный дым, и мужские крики звенели, не прекращаясь.

Я ускорилась. Хоши растерянно развернулась, когда я прыгнула на рельсы. Я схватилась за грузовой вагон, подтянулась и забралась по металлической стремянке. Мне нужно было знать. Нужно было увидеть.

Я забралась на крышу на четвереньках, прищурилась. Улица. Парковка. Здание, где днем скрывались плуты.

Теперь в этих трех местах велись бои.

Валил дым, огонь пылал всюду. Темные фигуры хаотично мелькали, одни были с оружием, другие сияли магией. Я не могла понять, кто где был, но големов заметить было просто, они топали среди сражающихся плутов и мификов из гильдий. Големы изрыгали огонь или кислоту, хлопали челюстями.

Големы Варвары нападали на моих товарищей вместе с плутами. В наших стратегиях команды не бились с плутами и големами одновременно, планы были разбиты, и теперь больше половины моей гильдии бились за свои жизни.

Я подавила страх, слезла по стремянке и спрыгнула с поезда. Эзра нуждался во мне. Нужно было отыскать его.

Я добралась до Хоши, и она повела меня в лабиринт. Мы добрались до больших резервуаров, и я гадала, повторим ли мы весь наш с Эзрой путь сюда, но Хоши полетела мимо ограды. Я бежала вдоль других вагонов к еще одному забору — этот был выше, и колючая проволока сверху выглядела опаснее.

Я полезла, Хоши схватила меня за воротник куртки. С ее помощью я перелетела ограду. Я упала на траву, направилась к парковке. Вода громко плескалась, огни города отражались от черной поверхности. Мы добрались до гавани.

Мы миновали бесконечный склад через узкую брешь между зданий и выбрались к парковке… для лодок. Их было много. Я побежала мимо ряда, втиснулась меж двух катеров.

С предупреждением взмахнув хвостом, Хоши юркнула за подпорную стену. Я последовала примеру и выглянула поверх стены.

Еще одна парковка. За ней было низкое широкое здание с несколькими высокими дверями, одна была открытой, и дюжина накрытых лодок стояла впереди. Ремонт? Скорее всего.

Хоши ткнулась в меня носом, и в голове возникло видение — полет через парковку, меж двух накрытых лодок, за дверь. Темный интерьер перемежался бетонными колоннами. Почти все отсеки были открыты, яхты и оборудование ждали в дальней части, пока наступит понедельник, и работа продолжится. В центре, прислоняясь к колонне, ждал Зак.

Это увидела Хоши и полетела за мной. Это место.

Я хотела встать, но уловила слабое движение — темная фигура чуть подвинулась. Двое крупных мужчин стояли по сторонам от открытой двери. Я не была уверена на таком расстоянии, но они выглядели как прихвостни Варвары.

Варвара была там. Должна быть.

Я могла сделать это. Найти Эзру, забрать его у нее и убежать. Таким был мой план. И сначала нужно было миновать подельников, и я не могла подойти к ним незаметно.

Я порылась в кармашках пояса. Медные кастеты на одну руку, чары падения и допроса я намотала на другое запястье, а потом вытащила пистолет. Я сняла резинку с волос, надела на ладонь и сунула под нее Даму Пик, карта прижалась к внутреннему запястью.

— Хоши, — прошептала я, — ты можешь сделать меня невидимой, чтобы я смогла приблизиться?

Ее хвост нервно дернулся в стороны. Она моргнула большими глазами, пошелестела крыльями, а потом ткнулась носом в меня. Я поняла это как «Я постараюсь».

Я расставила ноги, Хоши обвила меня хвостом, сжала лапками мои плечи.

— Сейчас, — выдохнула я.

Холодная магия хлынула по мне, и мир стал бело-серым, призрачным. Лодки были темными и полупрозрачными силуэтами, а подельники Варвары напоминали просвечивающие тени.

Я выбежала из-за стены и поспешила со всех ног. Глядя на мишени, я мчалась к ним. Сорок футов. Тридцать футов. Двадцать…

Перед глазами замерцали краски. Недовольно зашипев, Хоши отделилась от меня и растаяла.

Если мужчины и испугались при виде вдруг появившейся бегущей женщины, они не подали виду. Ближний вытащил два клинка из ножен на бедрах, другой поднял руки.

Но я уже вскинула пистолет, нажала на курок. Я выпустила три снаряда в грудь ближайшего мужчины и пригнулась. Второй прихвостень выпустил лед в мою голову.

— Ori, — выдохнула я, бросилась на землю и перекатилась. Я вскочила и развернулась. — Deci…

Вспышка серебра. Я вскинула руку, и нож разрезал кожаную куртку и впился в мою руку. Мои легкие сдавило.

Хоть его грудь и шея были в желтом зелье, первый не упал. Он с улыбкой вырвал нож из моей руки, и хриплый звук вылетел из моего горла.

Универсальный антидот. Варвара точно защитила своих людей им.

И я выстрелила ему в глаз.

Он отдернулся с воплем боли, кинжал выпал из руки.

— Ori decidas! — закричала я, обрушивая ладонь на его плечо без зелья, под ладонью были чары падения. Магия вспыхнула на моей коже, и мужчина склонился. Его голова ударилась о бетон с жутким треском.

Я вскочила, чары падения болтались на моем запястье, и осколки льда врезались в меня. Я отлетела в лодку, накрытую брезентом, агония пронзила тело. Моя кожаная куртка отразила мелкие осколки, но большие распороли куртку и впились в мою плоть. Я сползла по лодке, мышцы сдавило от боли и шока.

Скалясь, криомаг поднял руки, воздух вокруг него искрился кристаллами. Осколок рос между его ладоней, становясь ледяным гарпуном. Он отвел оружие, замахиваясь.

Я вскинула ладонь, кровь капала с рукава.

Он бросил ледяной гарпун.

— Ori repercutio!

Воздух замерцал возле Дамы, пристегнутой к моему запястью, и гарпун столкнулся с магией. Он разбился, куски льда отлетели к магу. Он скривился от атаки.

Я вытащила сферу из мешочка на поясе и бросила в асфальт. Она разбилась, вылетело густое облако дыма. Белый дым растекался, я бросилась от лодки к мужчине — туда, где он стоял. Его тень появилась в тумане, и я отвела кулак.

Он заметил меня и поднял руку, чтобы остановить мою очевидную атаку.

— Ori amplifico!

Мой кулак ударил по его предплечью, сила взорвалась. Мужчина отлетел на землю, чудом не ударился головой об асфальт. Я прыгнула на его грудь, прижала чары падения, что были еще активными, к его горлу. Он обмяк с яростным рычанием.

— Ori ostende tuum pectus, — выпалила я.

Второй кристалл, свисающий с моего запястья и лежащий на его шее рядом с рубином, тускло засиял. Глаза мага остекленели.

— Где Эзра? — прошипела я.

— Я не знаю, кто…

— Где демонический маг, которого Варвара взяла в плен?

Веки мага затрепетали.

— Внутри с Варварой.

— Там есть кто-то еще?

— Только друид.

Я резко вдохнула и ударила краем пистолета по его виску. Раздался хруст, и я надеялась, что не убила его. Я встала на дрожащих ногах и заскулила от боли. Тающий лед торчал из моей куртки. Вряд ли осколки ранили меня глубоко, но все равно было больно, и рука ныла. Ладонь была в крови.

Я вытащила из мешочка на поясе горсть флаконов — подарок от Син. Каждый был с ярлычком с сияющими в темноте чернилами. Я искала среди них, два выпали из моих дрожащих рук и откатились. Я нашла один с пометкой «СТП КРВ» и вытащила пробку. Закатав рукав, я полила жидкостью глубокий порез на предплечье.

Место полностью онемело. Рана не изменилась, но кровь перестала вытекать из пореза. Сойдет. Я отбросила флакон, повернулась к двери, за которой была тьма.

Внутри были Варвара, Эзра и… Зак.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

— Наш договор был очень простым.

Я застыла, двигаясь за рядом лодок на прицепах.

— Я привожу к тебе демонического мага для твоей игры, — продолжил Зак, его гулкий голос был ледяным, — и ты возвращаешь мой гримуар.

— Чары, которые ты в него вложил, очень умные, — отметила Варвара с сильным акцентом. — Я бы не смогла сделать копию, как бы ни пыталась.

— В том и смысл. А теперь отдай его.

Я двигалась мимо лодок, пригибаясь. Когда я добралась до последней — тридцатифутового катера на стальной раме, держащей его в ярде над полом — я выглянула из-за его носа.

Широкий интерьер здания через равные промежутки пересекали колонны, выглядящие, как Хоши и показывала. Светло-голубое свечение исходило от кристалла на шее Зака, он прислонялся спокойно к колонне, скрестив руки на груди.

Варвара стояла в другой стороне спиной к большим картонным ящикам на деревянных поддонах. Она задумчиво стучала когтем по накрашенным губам, глядя на друида. Другая ее ладонь сжимала волосы Эзры.

Он был на коленях, склонялся в сторону. Намордник и оковы из черной магии шипели силой. Варвара дернула его за волосы, выпрямляя, пока он не упал на бок. Его голова вздрогнула, и левый глаз засиял алым. Что бы ни делали с ним чары, он был лишь отчасти в сознании.

Но Этерран мог быть в сознании. И это было очень плохо.

— Будем честны, — проворковала волшебница. — Я прекрасно знаю, что, убедившись, что тут твой гримуар, ты нападешь на меня. Не нужно играть в эти глупые игры.

Я подвинулась на дюйм под висящим катером, оценивая с тревогой расстояние между мной и Эзрой — а оно было большим — и пытаясь придумать, с какой стороны подойти, чтобы не умереть сразу.

— Если ты знаешь, зачем я тут, — прогудел Зак, — зачем встретилась со мной?

— Потому что я лучше убью тебя сейчас, тем буду терпеть твои жалкие попытки мести позже.

Зак оттолкнулся от колонны, опустил руки по бокам.

— Где мой гримуар, Варвара?

— Тут, дражайший друид, — она опустила руку под плащ и вытащила маленькую книжку в кожаном переплете. Она разжала руку и дала книжке упасть на пол как бесполезному мусору.

Зак напрягся.

— Тогда продолжаем.

С темным мерцанием вокруг него появились пять варгов, крылья Лаллакай поднялись за его спиной и развернулись.

Варвара щелкнула пальцами.

Ящики за ней порвались. Четыре голема вскочили, гремя ногами по полу. Они обступили ее, и я скрипнула зубами. Как мне теперь добраться до Эзры?

— Думаешь, это тебе поможет? — насмешливо сказал Зак, его алая сабля появилась в руке.

— Это просто защита, — она вздохнула, как удовлетворенная возлюбленная. — Ах, друид, план был отличным. Предложить мне то, от чего я не могу отказаться, чтобы я сошла на берег. Дождаться моего возвращения на яхту, убить меня, освободить демонического мага и вернуться с победой к твоей милой рыжеволосой подруге.

Он напрягся, чуть подвинул ноги и руки.

— Излишняя уверенность всегда была твоей проблемой, да, друид? Эта черта у тебя схожа с твоим наставником. Аконит хорошо обучил тебя перед тем, как ты его убил, — она постучала когтем по подбородку. — Я все думала, ты так хотел защитить мою милую Надин, потому что видел многое от себя в ней?

Зак застыл.

— Сколько тебе было лет, — сладко прошептала она, — когда он украл тебя у родителей? Ты пытался найти их, или ты был слишком мал, чтобы помнить их имена?

Мой желудок сжался с болью.

— Как трагично, — она насмешливо фыркнула. — Я встречала Аконита пару раз, пока он не убежал за границу, и он оставил впечатление. Я была бы с Надин куда добрее, чем он был с тобой, уверена.

— Что ты знаешь о доброте? — прохрипел Зак, едва напоминая человека.

— Признаюсь, очень мало. Наш вид не терпит доброты. Но твоя милая рыжеволосая подружка… полна доброты. Я видела, как ее простое хрупкое сердце разбивалось, когда я сказала ей, как ты ее предал.

Алая сабля Зака дрогнула, словно его рука дернулась.

— Что?

— Ты не подумал, что пешки могут отойти от твоего плана? Ты говорил, что демонический маг придет один, так представь мое удивление, когда твоя милая подружка оказалась с ним.

— Нет. Ее там не было.

— Она рыдала, когда я оставила ее в чарах, которые ты и ожидал от меня.

Он замешкался.

— Ты оставила ее?

— Да, — Варвара улыбнулась. — В веселом обществе моего последнего голема.

Зак дернулся, словно она ударила его током, как и Эзра. Его плечи опустились, низкое рычание гремело в его горле, приглушенное чарами на его лице.

Черные тени окружили ноги Зака, расходились в стороны.

— Тебе конец, Варвара. Я буду смотреть, как ты умираешь, давясь своей кровью.

— Ах, — проворковала она, — но ты даже не понял свой самый большой промах.

Он стиснул зубы, а потом рявкнул:

— Что?

— Демонический маг, — она погладила когтями волосы Эзры. — Тебе не стоило отдавать мне демонического мага вперед.

Она щелкнула пальцами во второй раз. Оковы на Эзре стали черными чернилами, упали на пол с плеском. Они еще падали с его лица, когда он бросился к Варваре, но она была готова к атаке.

— Ori tuum da mihi pectus, — ее ладонь шлепнула его по щеке, — tuum iam meum est!

Эзра отшатнулся, ладони застыли в воздухе, алая магия сверкала вяло на пальцах. Он отпрянул еще на шаг, шатаясь, и свет кристалла Зака озарил его лицо. Я охнула.

Темное пятно с жутким зеленым свечением покрывало его щеку.

Я уже видела это пятно. Видела эти чары. Они были на лице Аарона, когда он напал на Эзру и порезал аэромага безжалостным ударом меча.

Големы окружали ее, волшебница указала на друида.

— Убей его.

Эзра отдернулся, мотая головой. Его левый глаз ярко сиял, кольцо льда окружило его ноги.

Варвара нахмурилась.

— Сейчас же убей друида.

Руки опустились, Эзра не двигался, только поднимались и опускались плечи, и алая магия сияла на его ладонях.

С яркой вспышкой когти в восемь дюймов длиной вытянулись из его пальцев. Вены потянулись по его рукам, и изогнутые шипы появились из его плеч. Температура падала.

Он поднял голову. Зловещий свет змеился по левой стороне его лица и сияющему глазу. Полупрозрачные рога появились над висками, и с алой вспышкой пятно на его щеке сгорело. Артефакт упал с него на пол со стуком.

— Ты не можешь мной управлять.

Его слова были хрипом, и я не знала, говорил Эзра или Этерран.

Зак вскинул голову, резко рассмеялся.

— Кто тут самоуверенный, Вар…

Эзра вскинул руку, сила сорвалась с его ладони.

Зак отскочил, и крутящаяся сфера демонической магии ударилась об колонну за ним. Бетон разбился на кусочки. Он отшатнулся, варги разбегались, куски падали на пол.

— Я — не твое орудие, — прорычал Эзра, не похожий на себя по звуку. Магия пылала на его предплечьях, создала сложные круги с неровными рунами. Он протянул руки к Варваре в футах от него.

Ужас опустошил ее лицо.

— Меня не будут использовать!

Алый луч вырвался из его ладоней. Варвара бросилась на пол, и атака почти задела ее, пронеслась по зданию, разбивая колонны, катера и тяжелые машины, словно они были декорациями из фильма. Грохот ударил по моим ушам, как ножи.

Варвара встала на четвереньки, крикнула приказ на латыни. Ее големы бросились на демонического мага.

Он поднял руки. Четыре круга появились в воздухе, зависли над големами и двигались с ними, пока они приближались. Еще четыре круга появились под ними. Алая сила пульсировала.

Стальные чудища прыгнули к нему, и он оскалился.

— Evashvā vīsh.

Свет вспыхнул между каждой парой кругов, формируя алые цилиндры. Чары сжались и пропали с шипением. Куски металла посыпались на пол, и только это осталось от големов.

— Это… — пролепетала Варвара, пятясь, в защите подняв руки. Ее дрожащее дыхание вырывалось паром в ледяном воздухе. — Это… сила… демонического мага?

Зак сидел на корточках среди обломков с варгами вокруг него, смотрел на Эзру с бледным и напряженным лицом.

— Я не adh’vēthēs, — прошипел Эзра, слова трещали и грохотали. — Eshanā nul adh’vēthēs… Eshanā… nul…

Он тряхнул головой и поднял руки. Красные круги обвили его руки, левый глаз засиял ярче, но правый глаз все еще был темным. Когда Этерран был у власти, оба глаза Эзры сияли. Что происходило?

Круги на его руках вспыхнули.

Чары собрались под Варварой диаметром в пятнадцать футов. Еще одни вспыхнули под Заком. Больше появилось под варгами. Холодный воздух трепетал, сила пропитала атмосферу, тяжелая и жестокая.

Чары взорвались.

Я завизжала, голос затерялся во взрыве. Колонны разбивались, падали куски потолка. Красный свет окружил меня, я юркнула за широкую колонну, поддерживающую катер. Обломки сыпались на мои плечи, рвали рукава моей куртки, и стальная колонна дрожала. Катер рухнул на бетон с грохотом.

Свет угас, и я оглянулась и увидела… обломки. Одни обломки и четыре стены здания. Свет луны падал в бреши в потолке.

С тихим стуком Зак выбрался из облака пыли, крылья Лаллакай обвивали его. Кровь текла по его лицу, обломки растерзали часть его одежды.

Засиял лиловый свет, чары в форме куба показали, что Варвара сжалась в них, осталась целой. Она сжимала кулон на шее, тяжело дыша.

Эзра стоял в центре разрушения. Красная магия извивалась узорами на его теле. Рога поднимались на его голове. Шипы торчали из плеч. И… и…

И призрачные красные крылья появились за его спиной, изгибаясь с жутким изяществом. Длинный хвост с шипами метался за ним, полупрозрачный, но достаточно плотный, чтобы отбрасывать кусочки бетона. Одни глаз сиял красным, другой был темным, как ночь.

Он вытянул руки, рот двигался, непонятные слова вырывались с рычанием из горла. Сила вспыхнула — круги чар. Больше кругов. Они появились вокруг него, пылая, росли. Больше и больше. Дюжина, две дюжины.

— Эзра! — взревел Зак, поднимаясь. — Остановись, пока не уничтожил все!

Его демонические крылья широко раскрылись, разноцветные глаза пристально смотрели.

— Меня не будут использовать!

Лицо Зака лишилось эмоций, и я знала, что он слышал в этих словах то же, что и я.

Безумие.

Лицо Эзры исказили неуправляемый гнев, бездумный страх и разрушающие душу страдания. Он вытянул руки, разные круги магии наполнялись силой.

Безумие.

Слово грохотало в голове.

Страх Эзры из-за того, что Варвара сделает с ним. Ярость Этеррана из-за ее попытки управлять им. Горе Эзры из-за моей смерти. Гнев Этеррана из-за роли орудия в плену в теле человека. Отчаяние Эзры из-за близкой смерти.

Страх, ярость, горе, гнев, отчаяние, ужас, страдания. Эмоции Эзры питали Этеррана, а тот делился эмоциями с Эзрой. Они застряли в петле. В спирали безумия и смерти.

Я выбралась из укрытия и побежала к нему.

Круги чар вспыхнули ярче. Варвара убегала, но не могла скрыться от чар — они были всюду. Зак кричал мое имя, но я не останавливалась, забыв об усталости и боли.

— Эзра! — завизжала я.

Он повернул голову. Разноцветные глаза смотрели на меня, один пылал силой, другой был пустым. Он оскалился.

Слепая ненависть, гнев и боль, и ни капли человека, которого я любила.

Он направил на меня руку. Сила пылала на его пальцах, последний круг образовался на его ладони и стал расширяться, целясь в мою грудь. Магия пульсировала, воздух отравлял мои легкие, дыхание вырывалось паром, пол покрывал лед.

Я выхватила Панцирь Валдурны из кармана, демонические чары взорвались.

Мир стал воющим алым. Остатки потолка сорвало. Пол пошел трещинами. Трубы с водой прорвало, и жидкость тут же замерзла. Куски бетона и балки обрушивались как пушечные ядра.

Но это не задело меня.

Панцирь прижался ко мне складками, капюшон лежал на моей голове. Все мое тело онемело, все, что я видела, звуки и ощущения притихли, но я чувствовала дрожь под ногами, пока бежала.

Магия в комнате таяла на моем пути. Эзра все еще протягивал ко мне руку, раскрыв призрачные крылья, скаля зубы. Я не замедлялась.

Я бросилась к полу и проехала, врезавшись в его ноги. Он упал на четвереньки. Он поднялся на колени, и я бросилась к его груди, сбивая его на спину.

Я взмахнула руками и накрыла Панцирем нас обоих.

Он обрушился на пол, и аметистовая ткань с огромной мерцающей силой нежно опустилась на нас. Его алые крылья и рога рассеялись искрами, улетевшими в ткань. Вены магии на нем угасли, их тоже забрал Панцирь. А потом потухло сияние в левом глазе, из красного стало бледно-розовым, а потом белым, как лед.

— Эзра?

Он не отреагировал на мой шепот, глядел пусто вперед.

— Эзра? — я осторожно встряхнула его, а потом сильнее. — Эзра? Скажи что-нибудь.

Я потянулась за плечо, схватила Панцирь и отбросила его. Ткань пролетела три фута и изящно собралась на обломках. Я встряхнула его снова, его взгляд пугал пустотой.

— Эзра, прошу, ответь мне! — мой голос оборвался. — Скажи что-нибудь! Прошу!

Его веки затрепетали. Слабое сияние в левом глазу, и бледный зрачок сузился в тусклом свете. Он повернул взгляд к моему лицу, и я поняла, что на меня смотрел не Эзра.

Он говорил мне. Предупреждал меня.

«Этерран может это пережить, но я — нет».

— Где Эзра? — пронзительно осведомилась я. — Верни его, Этерран!

Он скривил губы.

— Отдай его! — слезы катились по моим щекам. — Верни Эзру сейчас же! Он там! Ты снова подавляешь его, но он все еще… все еще там.

Впервые за наши разговоры Этерран отвел взгляд. Но я успела увидеть его сожаления.

— Нет! — я сжала его лицо и заставила его посмотреть на меня. — Если хочешь выйти из этого тела, Этерран, ты вернешь Эзру! Сейчас! Верни его, и я клянусь, что освобожу тебя!

Он смотрел на меня в тишине, боль, усталость и то, что я не могла назвать, кружились в том бледном глазе.

— Я хочу свободы, — прошептал он с акцентом, — больше, чем это тело. Я попробую.

Он закрыл глаза. Он стиснул зубы и напрягся, глубоко вдохнул. Выдохнул. Снова вдохнул. Я не могла дышать, сжимала его щеки, его кожа была ледяной под моими замерзшими пальцами.

Его грудь снова поднялась, и глаза приоткрылись.

Мои пальцы впились в его лицо. Я не смела надеяться, но не могла подавить надежду.

— Эзра?

Теплый карий глаз посмотрел на мое лицо, его лоб сморщился от смятения.

— Тори? — хрипло сказал он, звук не был похож на его обычный мягкий голос, но это был он. Он.

— Эзра! — всхлип вырвался из меня, я рухнула на его грудь, уткнулась лицом в его шею. — Я думала, ты пропал. Я думала, ты пропал!

Я сжимала его, рыдала и не могла остановиться. Он обвил меня руками, дрожа, без сил.

— Я думал, ты погибла, — прошептал он в мои волосы, слова дрожали как его руки. — Я думал, она убила тебя. Думал…

Я сжала его плечи, мое тело содрогалось.

Гравий захрустел неподалеку. Я подняла голову, и моя истерика от радости угасла.

Варвара склонилась и сжала Панцирь двумя пальцами. Она подняла уголок зачарованной ткани.

— Значит, это… Панцирь Валдурны.

Как? Как она выжила в том хаосе? Потолок пропал. Все яхты и оборудование в здании стали обломками. Трещины тянулись по полу. Магия Эзры уничтожила все.

Она посмотрела на нас.

— Впечатляет, дорогой демонический маг. Теперь ты обезоружен, и я смогу лучше управлять всей той силой.

Ярость опалила меня изнутри, но страх был сильнее. Я смотрела на резинку на запястье, где прицепила Даму Пик. Карта была на месте, но поверхность, где была нарисована Дама со скипетром в руке и загадочной улыбкой… пропала.

Панцирь стер ее.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Варвара указала когтями на меня и Эзру.

— Egeirai…

Тихий стук обломков.

Она повернула голову, вскинула руку, закричав:

— Impello!

Зак перепрыгнул обломки с крыльями Лаллакай, раскрытыми по бокам, вытянул руку с черной руной на ладони.

— Impello!

Одинаковые кантрипы столкнулись с грохотом. Зак пролетел по мерцающему воздуху и врезался в Варвару, его алая сабля почти задела ее бок. Она бросила зелье на пол, и оно взорвалось облаком розового дыма. Он отпрянул, три кристалла засияли на его груди, и он бросился в туман.

Звон металла, Варвара прокричала заклинание, Зак яростно зарычал, но я не смотрела.

— Тори? — шепнул Эзра.

Я отчасти лежала на его груди, глядела на свою Даму Пик.

Исчезла.

Карта была пустой, чары в ней пропали, и я ощущала себя голой. Дама была моим первым артефактом, первым союзником в бою. Она была со мной во всех боях, была моим тузом в рукаве, моим козырем. Она отбивала атаки магов, волшебников, демонов и големов. Каждый раз, когда я нуждалась в ней, она спасала мой зад.

А теперь ее стерла магия Панциря.

Я не успела снять артефакты, надевая плащ. Миг промедления мог привести к моей смерти и смерти Эзры. Я знала, чем жертвовала, вытаскивая Панцирь из кармана, но видя это…

Кристаллы звякнули на моем запястье, пустые и обычные. Медный кастет был просто медью. Даже зелья в моем пистолете стали бесполезными.

Впервые с тех пор, как я подобрала Даму Пик в том переулке напротив квартиры брата, я была без магии.

Я обвила руками Эзру, уткнулась лицом в его плечо, закрывая его, прячась от вспышек магии, звона оружия и шипения чар. Странный запах донесся до моего носа, Зак и Варвара обменивались чарами и зельями. Их голоса звенели, произнося заклинания.

Два мастера темных искусств сражались только своими навыками.

Варвара завизжала, и я подняла голову.

Высоко над нами полная луна сияла, заливая серебряным светом дым, что поднимался над ареной боя. Разноцветные жидкости залили разбитый пол и обломки потолка. Один кусок бетона пузырился, пар поднимался завитками.

Еще крича, Варвара прижала запястье к груди — кровавый обрубок руки, ладонь пропала. Она полезла под плащ, взмахнула сияющим артефактом, воя заклинание.

Зак вытянул руку, и желтый щит фейри появился, покрывая весь его рост. Копья из магии цвета фуксии вонзились в его щит, наконечники были в дюймах от его тела. Он махнул рукой в сторону, убирая щит и чары, которые он остановил, и прыгнул ближе, взмахивая саблей.

Она выпалила заклинание, тьма замерцала перед его мечом. Алый клинок мог прорезать сталь, но отскочил. Зак пришел в себя и ударил снова, но латынь дальше срывалась с ее губ. Она снова и снова останавливала его удар, не давая попасть по ней.

Он яростно бросился, клинок проехал по темной магии, Зак шагнул слишком близко.

Варвара напала и провела стальными когтями по его предплечью, разрывая татуировки друида. Его сабля разлетелась осколками света, он отшатнулся.

— Ori tuum da mihi pectus, — радостно завопила она, потянулась к нему, темный диск был в ее хватке, — tuum iam…

Он вытащил кинжал из ножен на бедре и вонзил клинок в ее грудь.

Воздух за волшебницей замерцал. Лаллакай появилась с вихрем темных волос, ее полные красные губы изогнулись в улыбке, и тут я поняла, что татуировок с перьями на руках Зака не было.

— Ты проиграла, — прошептала темнофея в тишине.

Зак вырвал клинок из врага. Варвара падала, а он отбросил кинжал и схватил ее за горло руками. Скаля зубы, он поднял ее, поднес ее лицо ближе к своему, ее ноги почти оторвались от пола.

— Я говорил, — прохрипел он, — что буду смотреть, как ты умираешь, давясь своей кровью.

Мышцы его рук напряглись, жуткий хруст раздался среди обломков здания. Ее тело содрогнулось, сдавленное скуление вырвалось из ее горла.

— Одной смерти мало, — он смотрел в ее глаза. — Ты могла бы умирать тысячу раз, и этого было бы мало.

Она царапала его запястье оставшейся ладонью, хрипя от боли и ужаса, ее ноги метались. Зак не двигался, руки были уверенными, сжимали ее горло, секунды тянулись. Ее движения стали безумнее, а потом замедлились. Ее руки опустились, с хриплым бульканьем Варвара застыла.

А он не двигался. Лаллакай, стоя в паре футов от него, улыбалась, глядя на своего друида.

Он медленно выдохнул и разжал ладони. Тело волшебницы рухнуло на пол кучей. Зак смотрел на поверженного врага еще миг, а потом ушел в обломки. Он склонился, поискал среди развалин. Через минуту он выпрямился, стряхнул пыль со своего гримуара и убрал его в карман.

Его зеленые, человеческие и уставшие, глаза посмотрели на меня.

По нему было видно, что он пережил жестокий бой. Кровь текла по его лицу из пореза на щеке. Больше ран было на теле, футболка была изорвана. Ожоги покрывали его плечо. Его пояс был почти без флаконов, кристаллы потемнели. Только одна руна фейри осталась на левом предплечье, правая рука была изорвана, кровь закрывала оставшиеся татуировки.

Он пошел ко мне, игнорируя Лаллакай.

Я опустила взгляд, Эзра смотрел на меня, его усталость была в тысячу раз хуже, чем у Зака, и была еще хуже из-за боли и отчаяния на глубине его взгляда. Эзра знал, что дошел до грани. Он знал, что на пару мгновений впал в безумие, которого боялся почти десять лет.

Он пережил ночь, но какой ценой?

Я коснулась его щеки.

— Подожди тут.

Он улыбнулся. Слабо, с печалью, но он все равно улыбнулся для меня.

— Вряд ли я смогу встать, так что подожду.

Еще две слезинки покатились из моих глаз, я нежно поцеловала его в губы, а потом поднялась, вытерла слезы и повернулась к друиду.

Он остановился в пяти шагах от меня с опаской на лице. Я глядела в его глаза, искала то, что мне нужно было увидеть.

— Ты убил ее, — я указала на тело волшебницы. — Своими руками, как и хотел.

Он взглянул на поверженного врага, а потом посмотрел на меня.

— Доволен? — я с трудом сохраняла тон ровным. — Это того стоило, Зак?

— Я отомстил за жизни, за которые нужно было отомстить.

Дрожь пробежала по мне, и я еще раз заглянула в его глаза, но, как бы ни вглядывалась, не видела сожаления. Моя челюсть задрожала, но я подавила всхлип.

Он повел плечами.

— Не смотри на меня так. Я с самого начала хотел убить Варвару до того, как она сбежит с Эзрой. Я не знал, что он так сорвется.

— Я говорила тебе, что его время почти на исходе, — хрипло сказала я, грудь сдавила дрожь. — Я говорила, что он терял контроль.

— Я все еще не знал, что такое произойдет.

— А остальные? Аарон и Кай? Моя гильдия? — я сжала кулаки. — Ты рассказал Варваре о нашем плане и дал им пойти в ловушку.

— Я обманул ее насчет вашего количества. Она ожидала их вдвое меньше. Они могут справиться.

— Справиться? — я сорвалась, повысила голос. — Справиться? Ты ничего не знаешь! Не знаешь, что устроила Варвара, с чем им приходится биться! Ты сам сказал, что она может все предугадать! Ты не знаешь, живы ли они!

Он нахмурился сильнее.

— Тори…

— Это того стоило? — вопрос вырвался из меня визгом. — Убийство ее голыми руками стоило всего, что ты потерял? Месть за жизни, которые уже утеряны, стоило разрушения тех, кто еще остался? Получение всего, что ты хотел, стоило того, что ты предал меня?

— Я говорил…

— Ты подверг опасности все, что мне дорого! — мой визг был таким высоким, что бил меня по ушам. — Мою гильдию, моих друзей, Аарона, Кая и Эзру! Ты соврал нам, обманул нас! Подверг всех нас опасности, чтобы убить того, кто умер бы все равно, когда ее казнил бы МагиПол!

— Если бы каз…

— Аарон и Кай могли погибнуть! Син тоже там! Все…

— Если Аарон и Кай мертвы, то они вполовину хуже того, какими магами притворялись.

Его слова ударили по мне, перебивая мой пылающий гнев. Никакого сожаления. Он не извинялся. Он не собирался ощущать раскаяние? Он был уверен, что сделал все, что было необходимо… или ему было плевать на жизни, которые он подверг опасности?

Я посмотрела на свое запястье, пустую Даму Пик. Я бросилась во взрыв демонической силы, спасая Эзру, жертвуя своей магией, чтобы добраться до него. Я снова и снова рисковала собой, чтобы спасти друзей, потому что так друзья и поступали.

— Мы никогда не были друзьями, — прошептала я.

— Знаю.

Вместо раздражения, которое я ожидала услышать, его слова были тихими и горькими.

— Мы могли бы быть друзьями. Если бы ты хоть немного открылся. Если бы доверился мне.

Он глядел на меня без эмоций на лице. Тишина затянулась между нами.

Я повернулась, прошла по обломкам к Панцирю. Я осторожно свернула ткань, вернулась к друиду. Я взяла его за руку, его кожа была в крови и грязи. Я вложила ткань в его ладонь с меткой кантрипа и удерживала квадратик там.

Его пальцы крепко сжали артефакт.

— Тори…

— Я рисковала своей жизнью из-за тебя, Зак, — я сжала его ладонь, не могла видеть снова его бесстыжие глаза. — Я доверила тебе все, что было мне важным, всех, кого я любила, и они доверились тебе, потому что доверяла я. Я была бы тебе верным другом, даже если порой ты бываешь подлецом и пугающим.

Я отпустила его руку и отошла.

— Но ты выбрал вместо этого месть. Надеюсь, это того стоило.

Его глаза расширились от моего тона. Моя ярость пропала, и я прошептала слова с жалким смирением.

Не важно, что горе и ярость мешали ему думать. Не важно, был ли у него план. Не важно, что в конце все сработало. Я не могла впускать в свою жизнь того, кто был готов рисковать моими любимыми для своих целей. Того, кто мог навредить нам, предать нас ради своих эгоистичных амбиций.

— Не возвращайся, — прошептала я, голос срывался, — пока… или если… решишь, что это того не стоило.

Я отвернулась от него, поймала взгляд Лаллакай. Она стояла неподалеку, скрестив руки, выпятив бедро. Она провела кончиком розового языка по губам.

Я выдохнула с трепетом и ушла к Эзре. Он смог сесть, но его плечи были опущенными, глаза — закрытыми, и обычно бронзовая кожа побледнела от усталости так, что выглядела болезненно. Панцирь лишил его всей магии и сил.

Я опустилась рядом с ним, обвила рукой его плечи. Его веки затрепетали.

Тишина. Я ощущала на себе взгляд Зака. Я невольно оглянулась.

Он стоял там, где я его оставила, сжав кулаки по бокам. Его грудь вздымалась, глаза пылали, но не от гнева. Лаллакай за ним распрямила руки, недовольно помрачнев.

Зак раскрыл рот, чтобы заговорить, шагнул ко мне.

Огонь вырвался из теней.

Лаллакай прыгнула вперед. Она обвила руками Зака, послала взмахом изящной ладони волну теней к огню. Еще взмах ее пальцев, и молния, летящая к груди Зака, разлетелась на вспышки, опустившиеся к земле.

Крылья из тени раскрылись за ее спиной. Зеленые глаза сияли, она смотрела на меня, произнесла губами одно слово и обвила Зака крыльями. Последним я увидела, пока тени таяли, мерцая, его пристальный взгляд с горьким смирением. Он и фейри исчезли.

— Нет! — вопль Аарона отразился от стен, он бросился во тьму. Огонь искрился на его ладонях. — Куда он делся? Проклятье!

В паре шагов за ним появился Кай. Прутик висел на его плечах, его глаза были огромными. С катаной в руке электромаг повернулся по кругу и тряхнул головой.

— Их нет.

Аарон яростно выругался.

Кай убрал меч в ножны и повернулся ко мне. Так сделал и Аарон. Они были в саже, одежда была грязной и изорванной. На них были пятна крови и царапины.

Но они были живыми. Почти не пострадали. Хорошо.

Я поднялась на ноги, и они побежали ко мне. Аарон прижал меня к груди, Кай погладил мои волосы и опустился рядом с Эзрой. Аарон утешающе сжал меня, и я охнула от боли, ударившей по мне — все части тела вдруг охватила агония.

— Прости, — Аарон опустил ладони на мои плечи и отошел на шаг. — Ты ранена? Где… — он окинул меня взглядом и побелел. — Блин! Кай!

Кай тут же оказался рядом с нами.

— Что?

— Она в крови!

Я растерянно нахмурилась. Кровь? Я была ранена?

Аарон расстегнул мою куртку, и Кай снял ее. Раны на моем теле истекали кровью.

О. Точно.

— У тебя есть восстановитель крови? — осведомился Аарон. — Нам нужно отвести ее к Элизабетте.

Кай вытащил флакон с ярлыком от Син из кармана жилета.

— Тори? Оставайся с нами.

— Я в порядке. Я использовала… зелье… чтобы остановить кровь… на руке.

— На руке? — Аарон увидел рану на моей руке и выругался под нос. — Выпей зелье, Тори.

Они дали мне гадкую коричневую жидкость, перевязали руку так плотно, что ладонь онемела. Аарон подхватил меня на руки. Кай помог Эзре встать на ноги, а потом взвалил аэромага на плечи, как пожарный.

— Почему, — выдохнул он, пригибаясь от веса Эзры, — ты получил девушку, а я — парня, который выше меня?

— Повезло.

— Зараза.

Я издала смешок, а потом заплакала. Аарон сжал меня крепче, шептал утешения, пока шагал к двери. Маги не обсуждали разрушения или тело Варвары.

Я посмотрела поверх плеча Аарона сквозь слезы туда, где пропал Зак. Ухмылка Лаллакай всплыла в голове, а еще послание, которое она передала только мне.

Одно слово.

«Мой».

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

Я подбросила зернышко попкорн в воздух и поймала ее ртом. Очко! Я была крутой или как?

Жаль, никто не смотрел.

Рядом со мной Аарон отклонил голову на спинку, его миска попкорна съехала, он раскрыл рот, похрапывая. Я схватила его миску, опустила ее на кофейный столик и снова сжалась, хрустя еще одной горстью масляной вкусности.

Драматичная музыка играла из колонок вокруг, пока герой боевика — Джейсон Стэтхэм в этот раз — бежал по экрану. По тому, что я видела от экрана. Куст закрывал часть обзора.

— Прутик, — тихо позвала я, — не сиди так близко.

Не сводя взгляда с идеального экрана перед собой, фейри подвинулся на три дюйма. Я закатила глаза и не стала ему мешать наслаждаться. Его реакция на огромный плоский экран в доме Аарона была бесценной. Бедняжка фейри и не знал, что телевизоры стали такими большими, и он дрожал от восторга, когда Джейсон бился с бандитами, теряя в процессе рубашку. Я полностью одобряла это.

Беззвучно смеясь, я взглянула на Аарона, желая, чтобы он не спал, а видел восторг Прутика из-за его техники, но он меньше суток назад бился за свою жизнь и жизни товарищей по гильдии, и он все еще был уставшим. Элементария не щадила тело мага.

Он всхрапнул, и я вытащила телефон и включила камеру. Я склонилась ближе, состроила гримасу, спящее лицо Аарона было над моим плечом. Телефон издал щелчок, делая фотографию.

Идеально. Может, я распечатаю фотографию и повешу ее над баром.

Я убрала телефон и снова устроилась на диване. С другой стороны поднялась серебряная голова, сонно моргнула глазами цвета фуксии. Еще один сонный выживший в хаосе прошлой ночи. Хоши широко зевнула, показывая жуткие зубки, и спрятала нос под хвост.

Я погладила ее теплую шею, скучая по вспышкам света, которые она обычно мне посылала. Наша связь, как и мои артефакты, пропала. Я уже не могла общаться с фейри.

Горло пыталось сжаться, и я поспешила запихать еще попкорна в рот. Я решила не горевать. Не важно, как плохо все было. Мои друзья были живыми и невредимыми, это было важно.

Доев свой попкорн, я взялась за миску Аарона, а Джейсон Стэтхэм, снова в одежде, спрыгнул на парашюте на быстро едущий грузовик с прицепом. Да, это было круто, но я знала трех магов, которые могли куда круче.

От тихого щелчка я обернулась. Прутик оторвал взгляд от телевизора и пригляделся к дверному проему.

Входная дверь хлопнула, и Аарон проснулся с храпом, поднял голову с подушек. Его сонные голубые глаза прищурились в смятении.

Мужчина остановился на пороге гостиной.

— Кай! — вскрикнула я, чуть не опрокинув попкорн на диван, вскакивая на ноги. Я пересекла комнату и сдавила его в объятиях. Он обвил меня руками не менее крепко.

— Чувак, — воскликнул Аарон за мной. Он хлопнул лучшего друга по плечу. — Наконец-то!

Кай вяло улыбнулся, был бледнее обычного.

— Я ненадолго.

Моя радость сгорела. Я отодвинулась из его объятий и сжала его руки.

— О чем ты? Ты… не…

Конечно, он не вернулся навсегда.

Варвара была мертва, ее армия плутов — выжившие — были арестованы и в МагиПоле. Но победа над волшебницей не изменила судьбу Кая. Он все еще должен был вернуться к семье, и непослушание все еще означало смерть.

Аарон тихо выругался.

— Я пришел за вещами, но у меня есть пара минут, — Кай увел нас к дивану. — Как дела, Тори?

Я опустилась на диван, увлекая Кая за собой. Хоши подняла голову. Она подняла крылья и пропала из виду. Прутик взглянул на нас, буркнул что-то, нажал на паузу на пульте и тоже пропал. Я нахмурилась. Он забрал пульт от телевизора с собой в мир фейри?

Я поискала взглядом пульт на полу. Ха, похоже на то.

— Я в порядке, — сказала я Каю, Аарон сел с другой стороны от меня. — Элизабетта подлатала меня ночью, а потом я спала до трех часов дня.

— Как Эзра?

— Спит наверху. Его аэромагия возвращается, но он все еще слаб. Панцирь его опустошил.

Он нахмурился с тревогой.

— Ты говорила с ним?

— Пару раз, но он был не очень-то разговорчив.

Аарон отвел взгляд, стиснув зубы. Кай потер ладонью лоб, тоже напряженный. Прошлой ночью я вкратце и шепотом рассказала им, как Варвара пыталась подчинить Эзру, и как он сорвался от ярости, а я остановила его Панцирем.

— Нам нужно поговорить с ним, — прошептал Кай. — Это… Он говорил все время…

— Что если он потеряет контроль по-настоящему, — мрачно закончил Аарон, — он не хотел навредить остальным.

— Дариус обещал сделать это, — Кай закрыл глаза, морщинки вокруг его рта стали глубже. — Но я думаю… Аарон, нам нужно сделать это. Сделать ради него.

Аарон сжал кулаки.

— Демон может дать отпор. Нужен план…

Я сжала их руки.

— Нет.

— Тори, — тяжко сказал Аарон. — Знаю, это сложно, но дело не в нас. Дело в Эзре, и…

— Нет, — нервы пылали. — Мы пока не сдаемся.

Они не смотрели мне в глаза, я ощущала от них отчаяние. Я стиснула зубы, гадая, пора ли посвятить их в мои тайны. Нет. Они теряли надежду, так что им нельзя был говорить, что Этерран уже подавлял Эзру. Я не могла рисковать.

И меня ждало важное обсуждение.

— Нам нужно всем поговорить с Эзрой, — сказала я. — Не спешите.

Аарон с дрожью выдохнул.

— Точно. Ты права. Не нужно спешить.

Кай кивнул, плохо скрывая облегчение.

— Как все в гильдии? Элизабетта и Майлс работали допоздна, когда я уходил прошлой ночью.

«Уходил» было мило сказано. Макико утащила его, хотя половина ребят из гильдии еще были ранеными. Но половина их команды тоже пострадала, и ей нужна была помощь, чтобы доставить их к их целителям.

Аарон отклонился на диване.

— Все, кто был сильно ранен, вне опасности, кроме Зоры, но Элизабетта и Майлс сказали, что она поправится.

— Зора? — Кай помрачнел. — Она была в паре с Робин Пейдж.

Два мага многозначительно переглянулись.

— Я поговорю с ней, — сказал Аарон. — Выясню, что случилось.

Я не успела спросить, хотел он поговорить с Зорой или Робин, Кай вытащил телефон и проверил время.

— Мне нужно идти.

Я схватила его за руку раньше, чем поняла, что двигаюсь.

— Не уходи. Ты нужен нам тут.

Он накрыл мою ладонь своей.

— Знаю, Тори, но я должен.

— Кай…

Он поднял взгляд на Аарона, чьи глаза пылали.

— Ты убегаешь? — спросил пиромаг. — Или борешься?

— Мне надоело убегать.

— Хорошо.

Я в тревоге нахмурилась.

Кай сжал мою ладонь и поднялся на ноги.

— Не знаю, что я могу сделать, или как все исправить, но я попытаюсь.

Нервы бушевали, но я улыбнулась в ответ на решимость на его лице. Мы вместе поднялись по лестнице, мы с Аароном помогали — хотя скорее мешались — пока Кай собирал одежду, оружие, снаряжение и гаджеты в сумку. Мы ждали в коридоре, когда он зашел в спальню Эзры, а потом вместе спустились по лестнице.

Кай закинул ремешок сумки на плечо.

— Заботьтесь об Эзре. Я вернусь так скоро, как смогу.

— Постарайся, — я обвила его руками. — И ты будешь отвечать на телефон?

— Да.

Хорошо. Потому что вскоре они оба мне понадобятся.

Парни обнялись, и Кай оставил нас с Аароном стоять бок о бок за дверью. Он пересек дорожку к черному седану у обочины. Он сел на заднее сидение, повернул к нам бледное лицо, а потом закрыл дверцу.

Машина уехала, Аарон обвил рукой мои плечи, прижал меня к себе. Моя рука скользнула вокруг его пояса, пальцы сжали его футболку.

— Он вернется, — прошептал Аарон. — Найдет способ.

Если кто и мог разобраться в этом, то это Кай. А у меня были свои проблемы.

Я прогнала Аарона к дивану, зная, что он уснет через пять минут, и опешила, увидев, что Прутик вернулся к телевизору, и фильм играл дальше. Качая головой, я поднялась по лестнице.

Я долго стояла у спальни Эзры, смотрела на дверь. А потом открыла ее. В комнате было темно, его гитара была силуэтом в углу. Эзра был неподвижным под одеялами, но, когда я подошла к кровати, тень его головы повернулась.

— Тори? — прошептал он.

— Эй, — я села на край кровати. — Как ты себя чувствуешь?

— Все еще уставший, — признался он. — Не думаю, что я когда-то так уставал.

— Панцирь — это нечто, да?

Пауза.

— Тори, ты… Что ты сделала…

Я подняла ноги на кровать и придвинулась ближе.

— Я сделала это, чтобы сохранить тебе жизнь, Эзра. Я ни о чем не жалею.

Он молчал, и я могла догадываться, о чем он думал. Я знала его достаточно долго, чтобы читать его молчание.

Я сохранила ему жизнь, но это было тщетно. Его время истекало. Он потерял контроль и не мог дальше изображать нормальную жизнь, пока его эмоции — и разум — были в опасности. Он был угрозой для всех вокруг него. Вскоре он попросит Аарона, Кая или Дариуса убить его, пока он никому не навредил.

Но он этого не говорил, и я была рада.

Я нашла его лицо в темноте, скользнула пальцами по его щеке. Мой большой палец обвел нижнюю губу Эзры, я склонилась и нежно поцеловала его. Его ладонь скользнула по моему плечу, поднялась по шее и запуталась в моих волосах.

Я приподняла голову, задела его губы своими.

— Не сдавайся пока что, Эзра.

— Как я могу бороться с этим? — прошептал он. — Как мне это остановить?

— Доверься мне, — я прижалась лбом к его лбу. — Потерпи еще немного.

Он утомленно вздохнул. Я устроилась рядом с ним, держа его за руку. Пару минут я ощущала его взгляд на своем лице, хотя в темноте было мало видно. Постепенно его дыхание стало ровным, грудь медленно вздымалась и опадала в ритме сна.

Я оставалась там, гладила его ладонь, обводила костяшки, находила мозоли за годы тренировок. Мой взгляд задержался на окне, но я не видела небо, где за густыми тучами зимы сияла полная луна.

Эзра вздохнул глубже. Воздух вылетел из его легких. Он сжал мои пальцы и расслабился.

Тусклый красный свет появился во тьме.

Я посмотрела в те алые глаза.

— Этерран.

— Тори.

Я сжала ладонь Эзры. Ладонь Этеррана. Грань между ними стиралась, их судьбы сплетались, их время почти вышло.

Страх пронзил меня, но решимость была сильнее.

— Этерран, нам нужно поговорить.

* * *

Вид пустой Дамы Пик, пожелтевшей от времени, обтрепавшейся на краях, причинял боль как открытая рана. Два дня никак не притупили ощущения.

Другие мои артефакты лежали на столе: рубин с чарами падения, чары допроса, кастет. Заменить зелья сна и дымовые бомбы можно было легко, попросив у Син, но это… это было другим делом.

У стола со мной были четверо из моей гильдии. Лим и Цзя горбились от возраста, их волосы были белыми, они тихо сидели. Велдон в жирной ковбойской шляпе хмурился, глядя на ряд бывших артефактов. Рамзи с черными волосами, падающими на подведенный глаз, смотрел на меня с долей сочувствия.

— Этот, — Цзя постучала морщинистым пальцем по зеленому кристаллу. — Аркана, что влияет на разум, незаконна и строго наказуема.

— Такие чары создают редкие, — добавил гулким голосом Велдон. — Но если найти такого мифика… будет много стоить.

Рамзи раздраженно посмотрел на старого волшебника.

— Тори не хочет продавать чары на черном рынке. Она хочет вернуть утерянную магию.

— Этот мне не нужен, — сказала я. — Даже если бы вы могли это сделать, я не попросила бы никого делать незаконную магию, — я отодвинула зеленый кристалл. — Что насчет чар падения?

Велдон хмыкнул.

— Я больше знаком с сильной версией — decidas in astris — но могу попробовать отыскать детский, если хочешь. Может, чары не будут такими же.

— Не будут, — заявил Лим. Он поднял рубин и уложил на свою ладонь. — Это не простой камень. Это кристаллизованное алхимическое зелье.

Рамзи присвистнул, а я моргнула.

— Это зелье?

— Ему придали форму кристалла, да. Его использование как сосуда для чар может усиливать или менять чары, но я мало знаю о таком создании артефактов.

— Где ты его взяла? — спросил Рамзи.

— У Кристального друида. У… Призрака.

Его глаза расширились.

— Ты купила у него магию?

— Нет, украла, — игнорируя его шок, я спросила. — Вы можете наполнить его новыми чарами падения или… это не так просто?

— Не так просто, — Велдон приподнял край шляпы. — Чарам нужно работать с алхимическим сосудом в единстве и все такое, но я могу сделать тебе новый стандартный талисман.

— Ясно, — я подавила разочарование. — Ладно.

— Я знаю усиливающие чары, — негромко сказал Лим, поднимая медный кастет. — Я смог бы повторить его без особых проблем.

Мое сердце подпрыгнуло.

— Это было бы чудесно.

Кивнув, он убрал медный кастет в свой карман. Мы посмотрели на последний артефакт на столе: бывшую Даму Пик, теперь пустую карту.

Рамзи с тихим благоговением поднял карту.

— Чары отражения не такие редкие, как отрицающая магия, но это было чем-то другим.

Лим поправил очки с толстыми стеклами.

— Перезаряжалась за пять минут, говоришь? Необычно.

Велдон склонился над картой.

— Рисунок пропал. Знаете, что это значит?

Трое кивнули, а я нахмурилась.

— Что это значит?

— Рисунок был частью чар, — объяснил Рамзи. — Может, инженер использовал особые чернила или спрятал руны в рисунке. Не знаю точно, но то была работа мастера.

— И… вы хотите сказать…

Лим покачал головой.

— У нас с Цзя нет навыков в отрицающей магии.

Я с мольбой посмотрела на Велдона.

— Единственные отражающие чары, которые я знаю, — сказал он, — работают только на астральном волшебстве, и это не для боя. Перезаряжается две недели.

Две недели? Это было бесполезно. Я в отчаянии повернулась к Рамзи.

Он опустил пустую карту на стол передо мной.

— Я поспрашиваю, может, кто-нибудь продает что-нибудь похожее, но… этот артефакт был исключительным, Тори. Его будет сложно заменить.

Я кивнула без слов. Четыре мифика отодвинули стулья от стола.

— Я начну подготовку к усиливающим чарам завтра, — сказал Лим. — Дам знать к концу недели, когда они будут готовы.

— Спасибо.

Цзя похлопала меня по плечу, проходя мимо, два пожилых волшебника пересекли комнату и ушли вниз по лестнице. Велдон замер, хмыкнул и пошел за ними.

Рамзи склонился и приобнял меня одной рукой.

— Есть множество артефактов, Тори. Ты найдешь новые, которые тебе подойдут, а я буду сообщать, если появится что-нибудь интересное.

— Ага, — пробормотала я. — Спасибо, Рамзи.

Он ушел вниз по лестнице, оставив меня одну в большой комнате на втором этаже. Гул и смех доносились из паба внизу, но это веселье не привлекало.

Я коснулась уголка пустой карты, глаза жгло. Я подозревала, что Дама была неповторимой. Я поняла это, как только увидела, что рисунок пропал. Я не считала ее важнее Эзры, но повторяла в голове ее последние мгновения и гадала, что могла сделать иначе. Было ли время отбросить карту? Если бы я стала действовать раньше, я могла бы спасти Даму Пик?

У этих вопросов не было ответов.

Я собрала артефакты, разложила их по карманам и мешочкам пояса. Я поднялась на ноги, посмотрела на окна, за которыми сияло солнце, кроме одного, забитого досками.

Я вытерла щеки и пошла вниз. Я прошла в паб, и меня окутали тепло и свет. Больше половины гильдии были там, ели и пили, праздновали тяжелую победу.

Трех моих любимых магов не было в пабе, но я старалась не думать об этом.

— Тори! — отчаянно позвал Купер из-за бара. — Замени меня через пять минут, мне нужен перерыв…

— Не-а, — я сверкнула улыбкой. — Приказ Элизабетты. Я должна неделю отдыхать.

— Но…

Клара вырвалась из-за дверей кухни, держа в руках тарелки пряных куриных крылышек.

— Купер, хватит докучать Тори! Она еще выздоравливает!

— Но мне нужен перерыв, — проскулил он.

— Ты работал всего два часа! — закричала она. — И в баре бардак! Ты разлил все напитки, которые подавал? Где полотенце?.. Что? Как это — ты не можешь найти полотенце?

Смеясь, я пошла дальше, пока Клара ругала Купера, и ученик-волшебник сжимался с каждым злым словом все сильнее. В подвале я убрала боевой пояс и артефакты без магии в шкафчик и вернулась в паб.

Я повернула к лестнице на второй этаж и попала в засаду.

Син схватила меня за руку, Сабрина — за другую. Кавери встала передо мной, глаза пылали.

— Эм… — я посмотрела на них по очереди. — Привет?

— Ты, — заявила Син, — должна кое-что объяснить.

— Да?

Кавери ткнула меня в солнечное сплетение.

— «Боевой алхимик», который приходил в гильдию за номером твоего телефона. Которого ты позвала. Который отравил нашего главу!

— Забавно, что на самом деле он…

— Ты сказала, что встречалась с ним! — выпалила Сабрина, тряся меня за руку, словно так из меня высыпалась бы правда. — Ты встречалась с Призраком? Ты знала, что он был Призраком? Он…

— Кристальный друид! Все ведьмы в провинции слышали о нем! — Кавери ткнула меня снова. — И его фамильяр — Ночная орлица! Ты знаешь легенды о ней? Она…

— Он тебя похитил, — заявила Син. — Прошлым летом тебя не было две недели, а потом ты появилась и не говорила о произошедшем, — она склонилась ближе, ее взгляд пугал напряжением. — Теперь ты все нам расскажешь. Все.

Мой рот открылся, потом закрылся.

— Эм, я не встречалась с ним, начнем с этого. Я просто выдумала это, чтобы объяснить, откуда знала его. И я не могла говорить о прошлом лете, потому что… кхм…

— Ты связывалась с ним после этого? — осведомилась Кавери. — Как хорошо ты его знаешь? Все говорит, что он нас предал. Ты…

Я высвободила руки из хватки Син и Сабрины.

— Мне нужно идти.

— Не ускользай от объяснений…

— Мне нужно идти, — рявкнула я. — У меня назначена встреча.

— Какая?

— С Дариусом.

Удивление озарило их лица, и Кавери с Сабриной с неохотой попятились. Я прошла к лестнице.

— Тори.

Я замерла с неохотой.

Син остановилась у лестницы со мной, убрала прядь серебристо-лиловых волос за ухо.

— Ты в порядке?

— Да.

— Ты не хочешь говорить о Призраке, — поняла она.

— Не хочу.

Она кивнула.

— Я скажу остальным. Мы не будем тебя беспокоить насчет этого, — я неуверенно подняла взгляд, и она улыбнулась. — Но если нужно излить душу, дай знать.

Глаза покалывало от слез, я быстро обняла ее и пробормотала:

— Спасибо.

Она ушла к остальным, а я пошла вверх по лестнице. Я получала не только от них вопросы о Призраке, и не только они упоминали его предательство. Меня мутило от этого. Почему я ощущала ответственность за его поступки? Почему я ощущала вину, словно всех подвела? В нашу стратегию его включил Шейн, а не я.

На середине пролета к третьему этажу я замедлилась. Голос, звенящий гневом, доносился из кабинета. Кстати о Шейне…

Я поспешила вперед, голос стал четче.

— …отказали мне.

Дариус ответил слишком тихо, чтобы можно было разобрать слова. Я прошла в большой кабинет, где стояли столы Жирара, Табиты и Феликса, полные бумажной работы, но без офицеров. В дальнем конце была открыта дверь в кабинет Дариуса.

— Ты знаешь, как долго я занимался делом Варвары? Два года, Дариус! Я начал два года назад!

— Я восхищен твоей преданностью дела.

Я прокралась по комнате. Подслушивать было плохой привычкой, но… что поделать?

— Но, — добавил Дариус, — если бы ты не пересекся с Призраком и не узнал бы, что он уже бился с Варварой, дело не достигло бы удовлетворительного завершения.

— Удовлетворительного? — рявкнул Шейн. — Разве я доволен, что МП отказали мне в награде за нее?

— Они предлагают долю награды тебе и вовлеченным гильдиям, — отметил Дариус. — Щедрый миллион каждому, и это…

— Мне плевать на деньги! — громкий стук, словно ладони обрушились на стол. — Ты сказал агентам, что Призрак убил ее. Ты им сообщил, я знаю.

Долгая тяжелая пауза.

— Я подал полный отчет, как требовалось, — негромко сказал Дариус. — Как МП распределило награду, не мое дело.

— Ты сделал это назло мне, — еще удар по столу. — Я тебе еще отплачу за это, Маг-убийца. Я обрушу все твои преступления на твою голову, и ты…

Стул загремел по паркету.

— Ты найдешь себе новую миссию, Шейн. Еще раз полезешь к моей гильдии…

Мурашки побежали по моим рукам.

— Это угроза? — низким и твердым голосом спросил Шейн.

— Если так ты хочешь воспринимать наше прощание, — ответил вежливо глава гильдии. — Хорошего дня, мистер Давила.

Я отошла в сторону, когда шаги загремели по полу. Шейн вышел из кабинета, его лысая голова была розовой от гнева. Заметив меня, он сжал губы и прошел мимо.

Он был почти у двери, когда я окликнула:

— Шейн.

Он оглянулся, мышцы дергалась на щеке.

— Теперь вы пойдете за Заком?

Он оскалился.

— Призрак не стоит моего времени.

— Хотя он вас предал?

— Я ожидал этого от него, но не думал, что он победит, — он пересек порог. — В отчете Дариуса о ее смерти не упоминалась демоническая магия, но в моем будет.

Он ушел за дверь, его ноги затопали по ступенькам.

Мне стало холодно и внутри, и снаружи, я потерла ладонями руки. Почему Шейн сказал мне, что заметил демоническую магию в здании, где умерла Варвара? Если способности охотника раскрыли источник той магии, он бы уже арестовал или убил Эзру.

Я сглотнула и заглянула в кабинет Дариуса. Глава стоял за своим столом и улыбнулся при виде меня.

— Как раз вовремя, Тори.

Я прошла внутрь.

— Вы на самом деле написали в отчете, что Зак убил Варвару, чтобы насолить Шейну?

— Не только по этому поводу, — он опустился в кресло и указал на стул напротив него. — Ты попросила о встрече из-за Зака?

— Нет, — я закрыла дверь кабинета и села. — Зак ушел.

— Он вернется?

Я посмотрела на свои ладони, помнила ощущение его кожи под моими пальцами, когда я вкладывала Панцирь в его ладонь.

— Не знаю.

Дариус отклонился.

— Тогда с чем я могу тебе помочь?

Я зажала ладони между колен, чтобы прогнать то ощущение.

— Вы знаете, что Эзра использовал демоническую магию в том здании, — я заставила себя поднять взгляд. — Он сорвался.

— Это случалось в какой-то степени и раньше, — пауза. — В этот раз было иначе?

— Да, — я замолчала, перевела дыхание. — Он попросит вас убить его. Может, не сейчас, но скоро.

Лицо Дариуса стало нечитаемым.

— Ясно. Аарон и Кай знают об этом?

— Они… говорили об этом.

— И они хотят взять это жуткое бремя на себя, хотя Эзра просил меня годы назад сделать это вместо них, — он разглядывал меня. — Ты тут, чтобы я сделал это первым?

— Нет, я тут, чтобы попросить вас не убивать Эзру, когда он попросит.

Вспышка удивления.

— Оборвать жизнь Эзры, пока он еще в своем разуме, это милосердие, Тори.

— Знаю, но спасти его жизнь куда лучше. Вы говорили, что то, чего хочет демон Эзры, не может быть хорошим для Эзры, но, возможно… в этом случае все не так.

Я медленно и с дрожью вдохнула и рассказала главе гильдии, что случилось на Рождество — как Этерран научился управлять Эзрой, пока тот спит, как он пробрался в мою комнату, и как мы договорились. Я рассказала Дариусу о моем расследовании, и как я встретилась с творцом инфернусов. Я описала срыв Эзры и Этеррана от рук Варвары, и как Этерран шептал: «Я хочу свободу больше, чем это тело».

Я не упоминала только, что Робин тоже искала демонический амулет, я еще не обдумала эту проблему.

Когда я закончила, Дариус молчал. Я занервничала сильнее, пока он разглядывал меня серьезными серыми глазами.

— Боюсь, ты дала мне еще повод, чтобы действовать быстрее, а не ждать.

Я склонилась, сжала колени руками.

— Я рассказала все, чтобы вы поняли, почему нам нужно подождать.

— Почему же?

У меня уже не было артефактов или магии. Зак ушел. Кая поймала его семья. Аарон был раздавлен, боялся того, что будет дальше. А сила Эзры иссякала, его воля к борьбе рассыпалась на кусочки.

Но я не была готова отчаяться. Я не собиралась сдаваться.

— У нас с Этерраном есть план, и мне нужно, чтобы вы мне доверились.

Content

Мари Аннетт Пороки друида и водка