Мари Аннетт

Якобсен Роб

Украденное волшебство и прочие злоключения

Аннетт Мари, Роб Якобсен

Украденное волшебство и прочие злоключения

(Кодекс гильдии: Искаженный — 4)

Перевод: Kuromiya Ren

ГЛАВА ПЕРВАЯ

— Вот-вот начнется кошмар.

Винсент Парк рядом со мной согласно кивнул. Мы давно уже не делили кабинку, но он одолжил пустое кресло Линны, даже не спросив. Я не жаловался. Из моей кабинки было удобнее следить за остальными в кабинете, чем из его.

— Она же не сделает этого? — прошептал Винни. — Это так глупо.

Я покачал головой.

— Я бы не звал это глупым. Отчаянным — возможно. Точно гневным. Но она не глупая.

В передней части общего кабинета агент Клэрис Виньо стояла, скрестив руки, топала ногой по полу, как ударенный током Майкл Флэтли. Ее кудрявые черные волосы подпрыгивали от ее стука ногой, а ее глаза, обычно мягкие и дружелюбные, смотрели на один из трех входов в кабинет с яростным ожиданием.

Все остальные тайно наблюдали за ней с той же обреченностью, что и я. Атмосфера в участке была ядовито напряженной с тех пор, как Созэ проявил сторону диктатора, и после недавних событий уровни паранойи, замкнутости и «мне не платят за этот бред» поднялись так высоко, что почти покинули орбиту.

— Я должен остановить ее, — буркнул я, выбираясь из укрытия за стеной кабинки. — Отвлечь хотя бы.

Винни поймал меня за рукав и потянул.

— Ты хочешь сказать старшему агенту, что делать?

— Я хочу убедиться, что хороший агент не разрушит свою карьеру, приняв решение от злости.

— Не преувеличивай. Это не разрушит карьеру, — сказал Винни с привычной нахальной уверенностью, но он не мог скрыть морщину тревоги между бровями. Он тоже переживал за агента Виньо.

Честно говоря, Винни не был таким плохим. Враг моего врага — мой друг, и все такое. Плюс, Винсент Парк доказал, что сомневаться в нем не стоило — важная способность, кстати. Когда было важно, он бился на стороне справедливости, и это помогало немного лучше терпеть его нахальство всезнайки.

Он мне все еще не нравился. Это было невозможно. Как мороженое со вкусом печени. Кому такое могло нравиться? Но я мог терпеть его.

Застряв между желанием отвлечь агента Виньо и настойчивой хваткой Винни на моем рукаве, я задержался на минуту. Дверь распахнулась, и гроза существования участка прошла в проем.

Агент Созэ, Внутренние дела. Я не знал его имя. Не хотел его узнавать. Мне хватало знать, что он был самым скользким злом, и его устраивали все методы злодея, пока он мог скрыть их за видом правосудия МП, и у него был тоталитарный контроль над участком и всеми агентами.

Если казалось, что я преувеличивал его качества, я мог представить Дело А: около недели назад он воскресил древнюю возможность МП позволять убирать целую гильдию. Он не справился — хотя был близко — но то, что его устраивало массовое убийство, было бесспорным фактом. А еще он почему-то нацелился на «Ворону и Молот».

За ним в кабинет прошел один из его взаимозаменяемых прихвостней, которых он брал для поддержки его захвата участка. Сегодня это был агент Каде, сильный и тихий, чуть за сорок, с плечами полузащитника, вечной щетиной и стрижкой Брюса Уиллиса. Его нам представили как волшебника, но он выглядел так, словно полагался на кулаки, а не магию.

Агент Виньо повернулась к Созэ, едва он появился.

— Агент Созэ! Я требую объяснений!

Я скривился от ее агрессивного тона. Это плохо для нее обернется.

— В чем проблема, агент? — спросил сухо Созэ. Он не понизил голос, потому и прибыл в кабинет, а не встретился с агентом Виньо наедине: он намеревался подать пример всем.

Агент Виньо понимала это, или злость мешала ей думать?

— Вы уничтожили расследование шести месяцев! — она почти кричала. — Мы с моей командой были в неделях от победы над целой цепочкой преступной активности!

Обычный шум в кабинете драматично пропал, все агенты делали вид, что не смотрели на зрелище. Мы все знали о подпольной сети преступников, выполняющих незаконные задания в Ванкувере, и она медленно, но верно распутывала сеть — пока Созэ не остановил это ранее утром.

— Вся незаконная система наград имеет один фиксатор — одна личность действует как банк и брокер, — кипела агент Виньо. — Мы знаем от нашего информанта, что фиксатор записывает всех пользователей, клиентов и убийц. Если его поймать, будут улики на десятки преступлений, может, сотни.

Созэ глядел на нее, словно она была тупой собакой, слюна которой капала на его ковер.

— У вас огромные стремления для дела, основанного на безосновательных заявлениях непроверенного информанта. Вы не только потратили полгода своего времени, но направили целую команду на эту глупую погоню.

— Глупую… — она яростно запиналась. Было странно видеть агента Виньо, обычно похожую на воспитательницу в садике, такой сорвавшейся. Созэ так влиял на людей.

— Я забрал власть над этим участком с одной ясной целью, — сказал он, оскал проник в его мертвый голос. — Убрать неэффективность, неумение и коррупцию среди агентов тут. Мои подчиненные в процессе определения, какие грехи относятся к вашему расследованию, агент Виньо.

— Вы… издеваетесь? — Виньо сжала кулаки. — Это безумие! Вы намеренно блокируете мое расследование, да? Почему?

Темные глаза Созэ сузились.

— Сомневаетесь в моей честности, агент Виньо?

— Именно так, — закричала она, шагнула к его лицу, ее голос стал рычанием. — Я сомневаюсь в вашей честности, в вашей этике и в вашей адекватности!

— Ох, блин, — буркнул Винни.

— Звучит ужасно похоже на непослушание, — отметил Созэ. Он оглянулся на своего лысого напарника. — Агент Каде, отведите агента Виньо в камеру.

Виньо отпрянула, гнев тут же сменился шоком.

— Вы меня арестовываете?

Созэ изогнул губы в слабой и склизкой улыбке.

— А вы сопротивляетесь аресту?

Агент Каде вытащил наручники и надел их на запястья Виньо. Она не боролась, была слишком потрясена для этого. Кабинет был таким тихим, что металлические щелчки наручников звенели эхом в пространстве.

С тех пор, как Созэ захватил наш участок, все агенты были на взводе. Даже агенты, которые поддерживали Созэ — о таком никто, правда, не говорил открыто — не были расслаблены. Но в этот миг у всех давление поднялось. Наверное, таким и был план Созэ.

— Я дам вам время в камере обдумать вашу позицию в вашем прекращенном расследовании, — Созэ говорил с Виньо, но обращался ко всем нам. — Если мы не договоримся, я лично разберу все ваши дела. Я проверю историю работы, вашу личную историю и историю вашей семьи, пока не будут раскрыты все ошибки, поражения и грехи. Это ясно?

Просто.

Диктаторский.

Кошмар.

Виньо не ответила, стиснула зубы.

Созэ кивнул Каде, и тот увел агента в наручниках к двери, за которой был лифт — а дальше были камеры. Они ушли, и я заметил капитана Блит, прислонившуюся к стене у дверей лобби, скрестив строго руки.

Она все это видела, но, как и мы, ничего не могла поделать.

Созэ окинул кабинет взглядом, словно правитель, обозревающий сжавшихся вассалов, удовлетворенно кивнул и пропал зловеще, как появился. Тихий гул разговоров растекся по кабинету без него.

Я обмяк на стуле, уставший от очередного морального поражения.

Винни с дрожью выдохнул. Хоть кошмар прошел, он не освободил стул моей напарницы.

— Что будет? — тихо спросил он.

Я покачал головой. Я знал не больше него. Будущее нашего участка было таким же ясным, как грязные воды, потревоженные кормлением пираний.

— Наверное, нам стоит работать, пока Созэ не решил, что отлынивание — главный грех, — я с неохотой сел ровно и взглянул на Винни. — Над чем ты нынче работаешь?

Он пожал плечами, избегая моего взгляда.

— Над мелочами.

Не ответ в стиле Винни. Обычно он хвалился о важных делах, которыми занимался вместе с опытным старшим агентом, Бреннаном Харрисом. Винни начал в МП в одно время со мной, и он каждый день носил шорты на работу. Но с тех пор, как он встал в пару со своим кумиром, его гардероб резко изменился в сторону строгих костюмов, какие предпочитали старшие агенты, как Харрис.

Кто-то сказал бы, что переход от шортов до костюма был развитием. Я считал это побочным эффектом.

Отставим моду, Винни должен был следовать за Харрисом, как щенок лабрадора с ирокезом. Но не только агент Виньо разозлила Созэ. Козел из Лос-Анжелеса поставил Харриса в пару с одним из своих лакеев, чтобы наказать Винни, оставив агента-новичка без напарника.

Мне было его жаль. Шок, да, но команде против Созэ нужно было держаться вместе.

Винсент стучал беспокойно пальцем по столу Линны, потом склонился ко мне.

— Я говорил с агентом Харрисом ранее утром. Созэ назначил его расследовать смерть главы гильдии.

Мои брови подпрыгнули. Главы гильдий были экспертами в обществе мификов, и внезапная смерть в их рядах была тем, что МП всегда воспринимало серьезно.

— Харрис сказал, какой глава? — спросил я.

— Джорджия Йоханнсен из «Arcana Historia».

Я выругался под нос. Я бывал в той гильдии пару раз, хотя не встречал главу.

— Библиотекарь нашел ее мертвой в гильдии этим утром, — сказал Винни. — Дело в том, что, пока агент Харрис говорил со мной, мимо прошел агент Созэ. Когда он понял, что мы обсуждали, он рявкнул на агента Харриса, чтобы он держал детали дела закрытыми.

— Закрытыми? — повторил я, хмурясь. — Дело о смерти главы гильдии не считается сразу же конфиденциальным.

— Вот именно.

Я задумался на миг, а потом отодвинул стул.

— Идем.

Капитан Блит еще бродила по периметру кабинета — не удивительно, ведь Созэ лишил ее почти всех обязанностей — и ее брови приподнялись с вопросом, когда мы с Винсентом подошли.

— Эй, капитан. Винни рассказал мне кое-что интересное.

Я махнул, чтобы он говорил. Он неловко переминался, надул щеки и повторил то, что рассказал мне. Блит хмурилась все сильнее с каждым словом.

— Я об этом ничего не слышала, — сухо сказала она. — Созэ явно подавил информацию.

— Точно, — согласился я. — Иначе об этом уже знал бы весь кабинет.

Капитан поджала губы, пока думала.

— Агент Моррис, я хочу, чтобы вы и агент Шен немедленно отправились в «Arcana Historia».

— Вряд ли Созэ одобрит наше появление на возможном месте преступления.

— Мне плевать, что одобрит агент Созэ. Он не просто так молчит об этом, и я хочу знать, почему. Мои слова понятны, агент Моррис?

Я слабо кивнул.

— Все ясно.

— А я? — спросил Винни, глядя на нашего босса с выжиданием.

Блит обдумала его вопрос.

— Мне нужно, чтобы вы не привлекали внимания, но общались с агентом Харрисом.

Винни впитал это, опустив с поражением плечи. Ему не нравилось, что он будет брать у кумира информацию о враге, но, к моему удивлению, он ответил твердо:

— Да, мэм.

Капитан окинула кабинет взглядом.

— Где агент Шен? Она должна быть на работе.

— Я найду ее, — ответил я, — и заберу в магические земли подозрительных смертей глав гильдий и агентов-козлов из Внутренних дел.

— Займитесь этим.

Мы с Винни разделились, вернулись в свои кабинки. Я заблокировал компьютер, схватил черную джинсовую куртку со спинки стула и пошел к лифту. Мне не нужно было искать агента Линну Шен. Я знал, где именно она была.

Она пряталась.

ГЛАВА ВТОРАЯ

— Я не пряталась.

— О, я тебя умоляю, — сказал я Линне, выходя из лифта на парковку под землей. — Ты юркнула за картонную коробку, когда я вошел.

Обычный облик моей напарницы — куртка с капюшоном и джинсы, ее надежная сумка на плече, бусины в длинных темных волосах и постукивающие браслеты с каждым шагом — не вязался с ее напряженным поведением. Ее плечи были скованными, и игривый блеск в ее глазах, который я обожал, отсутствовал.

— Коробка даже не была большой, — дразнил я, надеясь заставить ее закатить глаза, что она делала часто. — Ты была ужасной в прятках в детстве.

— Я кое-что уронила, — она прошла к стороне водителя нашей роскошной машинки с четырьмя дверями. — И поднимала это, вот и все.

Мы сели в микромобиль. Со второй парой дверей машина притворялась, что была больше, чем на самом деле. Пара наших прошлых моделей с двумя дверями были уничтожены — одна от бомбы, другая из-за истерики демона — и я немного надеялся, что дополнительное место не даст мне съесть свои берцовые кости при столкновении.

— Что уронила? — спросил я, пока напарница выезжала из парковки во влажную и прохладную погоду. — Расписание? Мы должны были начать работу над отчетом о «Морских Дьяволах» еще вчера.

— Мы будем делать этот дурацкий отчет?

Было даже обидно называть наш отчет по гильдии «Морские Дьяволы» дерьмом, ведь им хотя бы можно было удобрять.

Гильдия «Морские Дьяволы» была из списка Созэ, которым он мстил за оскорбление. Они сыграли роль, помешав стереть «Ворону и Молот» на прошлой неделе, и Созэ очень хотел уничтожить их. Потому властный козел открыл расследование законности всех действий в истории гильдии.

Это была охота на ведьм с бумагами, на которую могли уйти месяцы, и Созэ поручил это нам, наказывая за наше участие в спасении «Вороны и Молота».

Я не был рад мысли, что буду вредить гильдии, которую мог считать «хорошей», но для вида я притворялся работающим в кабинке последние три дня. Линна тем временем была в архивах, избегала контактов с людьми и/или мификами.

— Нет, — ответил я. — Но можно помогать мне притворяться, что мы делаем отчет.

— Вообще-то, — сказала она, пытаясь возмущаться, — этим я и занималась в архивах.

— Или, — парировал я, погрозив пальцем, — твоя новая стратегия может быть связана с порталами, которые Созэ и его отряд украли из твоей подземной лаборатории?

Ее юмор растаял.

— Прошли дни, Кит.

— И мы не слышали ничего о порталах от Созэ или тех прихвостней, которые ходят за ним, — я поправил ноги, чтобы не свело мышцы. — Думаешь, если прятаться в архивах, он забудет о тебе?

Она крепче сжала руль.

— Я думала, что он назовет порталы уликой, что я занималась незаконной магией. То, что он не сделал этого, беспокоит меня.

— Беспокоит? Я думал, если безумец, жаждущий власти, ненавидящий нас больше, чем Индиана Джонс ненавидит змей, не обвиняет тебя, то это облегчение.

— Я не хочу быть арестованной, но если Созэ не использует порталы как улики, значит, он хочет скрыть их существование.

— Потому что использует их.

Она кивнула.

— Но для чего?

Тишина наполнила тесный салон машины, пока мы обдумывали ужасные и жуткие варианты того, что мог сделать Созэ с порталами в скользких лапах.

— Я нашла кое-что в архивах, — вдруг сказала она. — Это в моей сумке.

Я схватил ее сумку с центральной консоли и открыл. Внутри был обычный набор опасных артефактов — ее деревянный кубик Рубика, оглушающие шарики, импульсивный деревянный нож, который мог обездвижить мишень или пользователя, а еще тонкая папка.

Я вытащил ее.

— Это?

— Ага.

Я раскрыл папку, ожидая то, что облегчит или усложнит нашу гору проблем. Но хмуро уставился на ксерокопию файла из… 1927? Я смотрел на темный смазанный текст, который напечатали на печатной машинке до Второй Мировой войны.

— «Публичная заметка о мифике», — прочел я вслух. Взгляд скользнул к имени под заголовком, и мой рот раскрылся. — Лон Чейни?

Линна улыбнулась.

— Ага.

— Этот парень — легенда! Он был величайшим актером немого кино своего времени. Человек тысячи лиц! Он был Призраком Оперы, Квазимодо, Фейгин в «Оливере Твисте»! — я вчитался в документ. — Откуда в МП файл о нем?

— Как думаешь?

— Ни за что. Он был мификом?

Она кивнула.

— Тут не сказано, каким типом, но…

— «Мистер Чейни использует свои надежные магические способности, чтобы проникнуть в разумы страдающих персонажей, которых изображает». Звучит как Психика. Это так круто! — я с неохотой оторвал взгляд от документа. — Это часть твоего дела?

Она пожала плечами, глядя на дорогу.

— Я просто подумала, что тебе будет интересно.

— Точно, — я уже уткнулся носом в папку, любопытство обжигало все фибры моей кинофильной сущности. Чейни был скрытным, и я хотел увидеть, что МП в прошлом знало о его секретной жизни.

Я закрыл папку, только когда Линна остановилась на узкой улице, где нас ждала «Arcana Historia». Архитектура здания напоминала серый кирпич: прямоугольное и скучное. Линна остановила машину за двумя другими автомобилями МП, и мы вошли в парадные двери.

Внутри был пустой стол в приемной для частного репетиторства — прикрытие гильдии. Мы прошли за двери с мутным стеклом, попали в небольшое фойе, миновали витрину с древними гримуарами, через не запертую дверь попали в сердце гильдии: огромную библиотеку, полную книг о магии, зельях, чарах, истории и прочем, что только могло заинтересовать книжного червя в сверхъестественной теме.

Я ожидал найти парад агентов, выбранных Созэ, и труп, но увидел лишь одного человека: пожилую леди с грудой седых кудрей на голове, сидящую за столом в центре библиотеки. Ее заплаканные глаза пусто смотрели вперед, она шмыгала носом.

Линна устремилась к старушке.

— Эдит?

— Агент Шен, — вяло поприветствовала она. — Вы тут для…?

Линна опустилась на стул рядом с Эдит.

— Простите. Как вы тут?

— Она была, казалось, в порядке прошлой ночью. Мы говорили про обновление каталога Спириталис, — Эдит судорожно вдохнула. — Я работала с Джорджией почти пятнадцать лет, и теперь она… не верится.

Слезы выступили на ее глазах, и Линна нежно сжала ее ладонь, тихо утешая ее.

Я стоял на уважительном расстоянии, прислонился к краю стеллажа. Я был в «Arcana Historia» пару раз, но Линна часто посещала библиотеку. Она, наверное, подружилась с библиотекарями во время визитов, включая Эдит.

— С вами уже говорили? — спросила Линна после паузы. — Агенты?

Эдит покачала головой.

— Не после того, как я показала ей… отвела ее к Джорджии.

— Ее? — спросил я. Агент Харрис был разным, но его нельзя было принять за женщину.

— Агент. Сильного вида женщина в сером костюме.

Это напоминало агента Суарез из лакеев Созэ. Я видел снаружи машину МП, но надеялся, что она принадлежала кому-то из работников МП, но не прихвостню Созэ.

— И еще агент, — добавила Эдит. — Он прибыл через пару минут, представился. Назвал себя агентом Харрисом. Он собирается поговорить со мной после того… как осмотрит сцену.

— Где они сейчас? — спросила Линна.

— В лазарете.

Я нахмурился. Что? Я еще не слышал такое слово. Звучало вычурно.

Линна, похоже, знала, чем был лазарет.

— Там Джорджия?

Библиотекарь кивнула.

— Я думала, что была первой тут этим утром, потому что обычно я открываю библиотеку по средам. Но…

— Вы знаете, почему Джорджия была в лазарете? — спросила Линна, сжимая ладонь Эдит.

— Она порой оставалась допоздна, изучала новинки, — ответила Эдит. — Это не было необычным. Она предпочитала так делать, когда библиотека закрывалась, ведь у книг чувствительная природа. Так она была в уединении.

Мой интерес к этому месту возрос. Что за чувствительные книги скрывала «Arcana Historia»?

— Джорджия была тут прошлой ночью, когда вы уходили? — Эдит кивнула, и Линна окинула взглядом просторную комнату. — Вы заметили что-то необычное утром?

— Нет. Все было на местах. Я сняла охрану и заварила чай. Только тогда я пошла проверить, оставила ли Джорджия мне работу в лазарете… Я отперла дверь и… нашла ее.

Эдит тихо всхлипывала. Линна обвила рукой ее плечи, немного сжала.

Было странно видеть мою напарницу, которая когда-то угрожала перестроить мои внутренности в грубое подобие Стоунхенджа, утешающую так нежно. Я уже знал, что у Линны Шен было больше сторон, чем я видел, и это укрепило мое мнение.

— Мы с агентом Моррисом поговорим с другими агентами, — сказала она Эдит. — Мы скоро к вам заглянем.

— Еще вопрос, — встрял я, сделал голос тише, чтобы успокоить. — Быстрый. Вы сказали, что сняли охрану. Она была включена всю ночь?

— Да, — она вытерла глаза смятым платком. — Никакой активности не записано. Никто другой не снимал охрану, внешние двери были заперты… Джорджия… не уходила домой ночью.

Я кивнул. Раз Джорджия не уходила, вряд ли кто-то входил в здание.

Линна обняла старушку еще раз, а потом поманила меня за собой мимо книжек.

— Лазарет? — шепнул я, поравнявшись с ней. — Что это?

— Запертая комната, где библиотека держит все книги, которые могут быть слишком опасными на полках.

— Слишком опасными?

— Книги с незаконной магией. Обычно их изымают во время рейдов или на черном рынке. Если книгу считают безопасной, она попадает на полку. Если нет, она находится на карантине или уничтожается. Джорджия Йоханнсен была одной из немногих мификов в городе, которой МП позволила принимать такие решения.

— Опасные и незаконные книги, — сказал я. — Думаешь, ее убили из-за инструкции с опасным заклинанием?

— Мы даже не знаем, убили ли ее. Я не хотела спрашивать Эдит о причине смерти.

Линна повела меня по ряду книг в короткий коридор, замерла у двери с табличкой «Только члены гильдии». Она открыла ее.

Внутри лазарет странно напоминал то, что я и представлял. Пыльные стопки книг в разных состояниях разрушения были собраны на длинном столе у стены, и ряд запертых шкафов был у стены напротив. Флуоресцентные лампы гудели над нами, бросали до боли яркий свет на комнату.

Агент Харрис стоял у стола, голубые латексные перчатки резко контрастировали с его черно-белым нарядом, пока он делал записи.

Перед ним была Джорджия Йоханнсен. Она была на коленях, склонилась вперед под углом, от которого должна была упасть лицом на пол, если бы веревка не обвивала ее шею, привязанная с другой стороны к запертому шкафу за ней.

Харрис поднял взгляд, недовольный нашим неожиданным появлением.

— Что вы тут делаете?

Линна смело прошла в комнату.

— Прибыли помочь с расследованием.

Ее заявление было таким деловитым, что агент Харрис не стал задавать вопросы. Он просто нахмурился и опустил взгляд на свои записи.

— Тут нечего расследовать. Как видите, это похоже на суицид.

— Где агент Суарез? — спросил я.

Он пожал плечами.

— Она была тут, когда я прибыл, но вскоре ушла.

Я бросил на Линну взгляд. Она приподняла брови. Почему Суарез прибыла и ушла, не поучаствовав в расследовании?

Линна вытащила телефон и стала фотографировать лазарет, пока я разглядывал тело. Печаль наполнила меня. Я не знал Джорджию, но ее смерть оставит след на многих жизнях. Главы гильдий были основными фигурами в жизнях членов гильдий и местного общества мификов. Ее будет не хватать.

— Нет следов борьбы, — сказал монотонно Харрис. — Нет ран на жертве, кроме тех, что связаны с повешением. Нет следов взлома на двери.

Линна задумчиво хмыкнула, сосредоточенная на фотографиях. Я повернулся к незаконным книгам на столе, многие были на языках, которые я не мог прочесть. Джорджия была с ними осторожна — кроме одной. Та выглядела так, словно закладкой была граната. Страницы были смятыми, рваными, а корешок изогнулся так, что просто полистать незаконные тайны было почти невозможно.

Под книгой был знакомый пластиковый пакетик с клипсой — пакет для улик МП.

— Линна, — буркнул я, поманив ее взмахом руки.

Она посмотрела на рваную книгу и пакетик МП.

— Улики по делу. Довольно стандартно. Все неизвестные книги считаются подозрительными, попадают сюда на осмотр в пакетах.

Она сдвинула книгу, чтобы увидеть номер дела на пакете. Агент Харрис подошел к ней. Он поднял свой более качественный фотоаппарат и сделал фотографию.

— Вам стоит забрать книгу и пакет, — сказала ему Линна, фотографируя на телефон предметы. — Может, это ничего, но…

— Что тут?

Голос донесся с порога лазарета — голос звучал так, словно его смазали вонючим рыбьим жиром.

Холодные глаза агента Созэ смотрели на нас, он уродливо оскалился. За ним стояла агент Суарез, женщина за сорок, которая напоминала здание, в котором мы были — прямоугольная, скучная, в сером костюме.

— Что вы тут делаете, агент Шен, агент Моррис? — осведомился Созэ.

— Расследуем смерть уважаемой главы гильдии, — парировала Линна, опуская телефон. — По приказу.

— Не помню, чтобы давал такой приказ.

— Не удивительно, — сказал я шутливо. — Наш приказ от капитана Блит.

— Вы уже не слушаетесь ее, агент Моррис. Вы слушаетесь меня, — он прошел в комнатку, Суарез — за ним. — И я не понимаю, как что-то тут может помочь вам с отчетом о «Морских Дьяволах».

Мы с Линной не успели ответить, он напал на Харриса:

— Что у вас?

— Предварительный вывод — смерть от самоубийства, — отчеканил он. — Удушье, если точнее. Мне еще нужно взять отпечатки и собрать…

— Это не потребуется, — перебил Созэ.

Харрис напрягся. Нарядный подлиза или нет, но он всегда был примерным агентом, придерживался процедуры расследования. Он был известен в участке за удары других агентов сводом правил, если они не соответствовали его стандартам.

Но, похоже, он был не таким верным принципам, потому что быстро взял себя в руки.

— Да, сэр.

Линна тоже напряглась, но, в отличие от Харриса, не смогла справиться с собой.

— Не обязательно? Это стандартная процедура.

Созэ медленно повернулся к нам, прищурил холодные глаза.

— Сомневаетесь в моих приказах, агент Шен?

Его тон вызвал холод во мне. Вопрос напоминал его спор с агентом Виньо ранее утром — но Линна этого не знала. Ее не было при той ссоре, а я был занят Лоном Чейни и не рассказал ей.

Я опустил ладонь на ее плечо, успокаивая, но она стряхнула мою руку.

— Мне просто интересно, когда я пропустила новые протоколы расследования, — ответила она, скрывая возражение за тонким слоем дипломатии.

Созэ грозно шагнул вперед, вена пульсировала на его лбу от злости.

— Я тут не переписываю протоколы, агент Шен. Моя цель — избавить ваш жалкий участок от коррупции, неэффективности и неумелости, которые бушуют у вас.

— Неумелость? — сухо повторила она. — Например, когда не берут отпечатки на месте преступления?

— Линна, не надо, — прошипел я.

Вена на голове Созэ запульсировала сильнее.

— Неумелость как не выполнение простых приказов. Неумелость у многих ваших коллег, потому агент Суарез будет заниматься этим делом.

Суарез прошла в комнату, задела меня квадратным плечом и забрала из рук Харриса его работу толстыми пальцами.

— Отдайте телефон, агент Шен, — приказал Созэ.

Линна отпрянула.

— Что?

— Вы делали фотографии. Те фотографии теперь часть расследования агента Суарез.

Она скрипнула зубами.

Вот и стало сложнее. Я был неописуемо рад этому хорошим ванкуверским утром. Мы должны были залечь на дно и позволить Созэ творить то, что ему хотелось? Или бороться и вызвать больше опасного гнева Созэ?

Сковорода или огонь?

— Живо, агент Шен.

Линна в ответ сунула телефон в сумку.

Глаза Созэ выпучились, как у глубоководной рыбы, которую вытащил на поверхность бессердечный ученый — но я мог наслаждаться зрелищем лишь миг. Он резко успокоился, и улыбка, похожая на тигровую акулу, исказила его лицо удовлетворением.

— Агент Суарез, агент Харрис, — сказал он, почти напевая от радости, — арестуйте их.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вот вам и сковорода. Мы прыгнули сразу в огонь.

В моих планах на сегодня не было ареста, и я бросил в лазарет галлюцибомбу, разделил себя на три. Каждый Кит ударил по челюсти агента-врага. Когда ты видел, как кто-то замахивался в твое лицо, невольно пытался отпрянуть, даже когда шансы на то, что враг тебе лишь казался, были один к трем.

Суарез и Харрис отшатнулись, а мой настоящий кулак задел скулу Созэ. Он едва уклонился от моего неожиданного удара, но мне это и было нужно — путь к двери.

Я сжал руку Линны и потянул ее за порог.

— Остановите их! — рявкнул Созэ.

Мы побежали по короткому коридору, Линна вытащила из-под одежды кулон с кошачьим глазом.

— Ori menti defendo!

— Ori decasus dormias!

Харрис прокричал заклинание поверх Линны, и шипящая магия цвета охры задела вспышкой мое левое плечо. Моя рука онемела.

Знаете, что? Я забираю все почти комплименты, которые говорил в сторону агента Харриса.

Разум Линны был защищен от моих искажений, и я изменил галлюцинацию, заставил нас взорваться. Поразительный взрыв радужного цвета и огромных пропорций взревел в коридоре, а, когда он угас, мы с Линной исчезли.

Хотя на самом деле мы бежали между высокими стеллажами с книгами.

Обычно я ощущал бы безопасность, надежду на чистый побег, но я уже недооценил Созэ раз. В прошлый раз я столкнулся с ним лицом к лицу, и на него не действовали мои искажения. Потому я пытался ударить его по-настоящему, а не искажением.

Ладно, это была одна причина. Я хотел, чтобы тот удар попал.

Топчущие шаги трех пар ног следовали за мной и Линной, мы пронеслись мимо Эдит, которая повернулась на стуле, чтобы понять, что за шум. Мы побежали к выходу, я изменил галлюцибомбу, разместил ложную дверь поверх настоящей. Я открыл ее, не замедляясь — сильнее, чем намеревался. Она громко ударила по стене.

— Они прошли в дверь! — заорал Харрис.

Блин.

Мы с Линной поспешили по широкому залу к входу. Я использовал то же искажение со стеклянными дверями, скрывая наш выход, и Линна прошла первой. Я следовал за ней, когда ослепительный оранжевый взрыв разбил окно рядом со мной. Закрыв руками голову, я вылетел на тротуар.

Агент Созэ стоял в позе стрелка в дальнем конце зала, направлял убийственный артефакт в мою сторону.

— Что вы делаете? — заорал Харрис, тормозя рядом с ним. — Это могли увидеть все на улице!

Рот Созэ двигался от слов, которые я не слышал.

Я повернулся, прыгнул к Линне и схватил ее за пояс. Мы упали на землю, вторая оранжевая вспышка убрала двойные двери и их раму. Осколки посыпались на нас.

— Сюда, — выдохнул я, поднимая Линну с собой. Я прижал ее к стене здания. Созэ не мог пока попасть по нам, и я сосредоточился на машине. Фальшивые Кит и Линна появились на передних сидениях, фальшивая версия машины отъехала от обочины, визжа шинами.

Созэ появился в проеме без дверей, мрачно смотрел на уезжающую машину. Он направил на нее артефакт.

Харрис сжал его руку и опустил, чтобы артефакт был направлен на землю.

— Возьмите себя в руки! — прошипел старший агент. — Мы на людях!

Созэ замотал головой, заметил потрясенных пешеходов, глядящих на разбитые двери и осколки стекла. Машины проносились по улице, водители замедлялись, глазели.

Щурясь от концентрации, я заставил фальшивую машину резко развернуться на перекрестке. Это вызвало фальшивые гудки машин неподалеку, и наша машина пропала из виду. Я похвалил себя за реалистичное дополнение в виде недовольных водителей, гудящих из-за моей машины.

Суарез присоединилась к двум другим агентам и вытащила ключи от машины из кармана.

— Последуем за ними?

Созэ покачал головой.

— Мы не готовы пока к способностям Морриса. Разберемся с ним позже. Заканчивайте с суицидом и доложите мне в участке позже.

— Да, сэр, — сказали двое агентов.

Я сжимал искажение, скрывая настоящую машину, пока Созэ забирался в черный седан. Он сказал, что пока не был готов к моим способностям. В нашу прошлую встречу он видел сквозь мои искажения, но сегодня обманулся. Какую уловку или технику он использовал против моих способностей?

Седан выехал в поток машин и умчался. Харрис и Суарез недовольно посмотрели на бардак на входе, пошли по стеклу, хрустя, в гильдию.

— Кит?

Неуверенный и натянутый голос Линны потряс меня, и я понял, что крепко прижимал ее к себе, обвив руками ее пояс. Я так сосредоточился на искажениях, что и не понял, что придавил ее к своей груди.

Я убрал руки по бокам, словно так мог доказать, что объятия не были намеренными.

— Прости!

Она не смотрела мне в глаза, попятилась, опустив голову.

— Мы… пойдем?

— Да, уходим отсюда.

Она пошла к стороне водителя, а я огляделся, проверяя, что никто не смотрел на нас. Не видя возможных свидетелей, я убрал искажение и сел на пассажирское место. Едва я пристегнулся, она надавила на газ.

— Хорошо, что мы еще целые, — подытожил я. — Плохо — мы теперь на вершине списка тех, кого Созэ хочет убить.

Линна порезала медленный Приус, резко повернула направо на следующей развилке.

— Созэ с ума сошел? Он собирается арестовывать всех агентов, которые не слушаются его безумных приказов?

Я следил в боковое зеркало за окном. Погони не было.

— Видимо, да. Он посадил под замок агента Виньо, когда она обвинила его при всем участке в закрытии ее расследования.

— Что? Когда?

— Ранее сегодня.

— Почему ты мне не рассказал?

— Ты отвлекла меня актером немого кино, — я выглянул в заднее окно. — Думаю, мы успешно сбежали.

Когда свет на следующей развилке стал красным, Линна поменяла полосу, чтобы мы свернули направо на улицу Турлоу.

— А я просто не отдала телефон, — буркнула она.

— Думаю, проблема крупнее, — сказал я, озвучивая очевидное. — Думаю, это связано с недавно умершей главой гильдии.

— Созэ не блокировал бы расследование самоубийства без повода. Он что-то скрывает. Нам нужно понять, что.

— И не дать Созэ взорвать нас в процессе.

— Мы не можем возвращаться в участок, — она отвела взгляд от дороги на меня, ее глаза были чуть расширены, словно она только поняла, сколько вариантов пропало. — И в наши квартиры. Там Созэ будет искать дальше.

— Мы не можем отправиться туда, куда ходили обычно.

Линна сняла ремешок сумки через голову и бросила сумку на мои колени.

— Мой телефон там. Позвони Блит — на ее личный номер, а не рабочий.

Я порылся среди ее вещей Арканы и нашел телефон.

— Вы встречались для тайных рабочих сессий? Или это девичники? Вы ели вместе замороженный йогурт и сплетничали о регламенте МагиПола?

— А?

— Я о том, что у меня нет личного номера Блит.

Линна закатила глаза.

— Она дала мне его для экстренных ситуаций, типа такой.

Я нашел ее номер и нажал. Капитан ответила после одного гудка.

— Что такое, агент Шен?

— Простите, что разочаровываю, кэп.

— Агент Моррис. Что происходит?

— Ничего серьезного. Просто Созэ попытался убить нас в «Arcana Historia».

Шорох раздался в трубке, а потом захлопнулась дверь.

— Я возвращаюсь к себе. Встретимся там. Я отправлю код двери.

Вызов закончился, и я бросил телефон Линны в ее сумку.

— Видимо, ты знаешь, где живет капитан?

Она ухмыльнулась.

— А где еще нам проводить девичники?

* * *

Мы ехали в Олимпийскую деревню, Линна впивалась в руль. Она постоянно хмурила темные брови, и я гадал, вернулось ли ее усиленное напряжение, или дело было в наших новых проблемах.

Я сам не был рад ситуации, но у меня такое уже бывало. Я уже убегал от закона, из дома приемной семьи, даже убегал от Линны.

Но для нее это было в новинку. О, она точно видела достаточно врагов — от убийц с демонами до жуткого сексуального друида-плута — но когда дом не мог быть твоей базой, а союзников оставалось мало — все становилось куда хуже.

После пары кругов и нескольких ненужных поворотов, чтобы проверить, что Созэ с его бандой не ехали за нами, Линна нашла парковку в переулке перед рядом высоких худых домов, собранных вместе, словно жилища-сардины в банке, ухоженные живые изгороди скрывали одинаковые входные двери.

Машина остановилась, и Линна выключила двигатель, но не шевелилась. Моя напарница сжимала руль крепко и яростно глядела в окно.

— Станет проще, — сказал я, нарушая молчание.

Она не шевелилась.

— Что?

— Я о побеге.

Она медленно вдохнула, надувая грудь.

— Это не… я могу с этим справиться.

— О?

Ее взгляд бегал, словно перед ней висели строки слов, и она искала верные для своего языка. Я тихо ждал, готовый слушать, когда она решит поделиться.

А потом она сжала ручку двери и открыла ее.

— Идем.

Я вздохнул, выбрался из тесной машины. Это раздражало, но то, что Линна сдерживалась, не удивляло. Это было справедливо: она держала в себе все, что могла, а я очаровательно дразнил ее, пока хотя бы часть не выбиралась.

Она решительно пошла вдоль домов, и я быстро догнал ее, глядя на одинаковые здания, которые различали только номера на дверях.

Хотя…

— Это ее дом? — я указал на второй дом с конца.

Линна нахмурилась.

— Как ты понял?

— Я очень внимательный, — я невинно пожал плечами. — Например, даже когда моя напарница стойко терпит все, я вижу, когда она…

— Нет, — перебила она. — Адрес капитана не раскрывается — и не просто так.

— Окна другие, — мы подходили к тому дому, и разница стала заметнее. — В окна других домов можно заглянуть, но окна Блит не просвечивают… как эмоции некого агента, кстати…

— Потому что там не стекло.

Моя очаровательная настойчивость не помогла. Сунув руки в карманы, я перестал изображать очарование и спросил:

— Тогда что это? Магический пластик?

— Пуленепробиваемый полимер.

Я приподнял бровь.

— Это не входит в стандартный набор вариантов. Паранойя?

Линна подошла к входной двери и ввела код, который Блит прислала, на панели над дверной ручкой.

— Ее положение делает ее мишенью. Она — не параноик. Она умная.

Панель звякнула, и Линна открыла дверь зловеще тихого и мрачного первого этажа. Мы вошли, озираясь в открытой гостиной — скучный диван напротив телевизора на стене, торшер в углу и небольшая коллекция черно-белых фотографий городских пейзажей, идеально отображающих строгую хозяйку.

Дверь показалась необычно тяжелой, пока я закрывал ее за собой. Ее стук тут же вызвал щелчок засова, и писк сообщил, что дверь была заперта. Она улучшила и систему безопасности?

Я едва заметил в полумраке дома, но на внутренней стороне входной двери в металле был вырезан сложный круг — массив арканы.

— Заклинание защиты? — предположил я, невольно понизив голос до шепота. Что-то в пребывании в доме Блит без хозяйки требовало говорить тише.

Линна взглянула туда.

— Массив отрицания.

— Твоя работа?

— Нет.

Я прошел в главную комнату, осторожно озирался. Все было ужасно тихим, неподвижным. Пол не скрипел под ногами, холодильник на кухне за гостиной не гудел, и свет не мелькал в окнах.

Было жутко.

— Думаю, глава человеческой полиции не живет в крепости на одного человека, запертой магией отрицания, — прошептал я, прошел к лестнице, ведущей на второй этаж.

— Куда ты?

Я посмотрел на свою ногу на первой ступеньке, потом на напарницу, которая замерла у дивана.

— Наверх?

— Мы тут не рыскаем.

— Я не рыскаю, — сказал я слишком возмущенно. — Я проверяю, нет ли лишних ушей и нарушителей. Разве тишина тут не зловещая?

Она закатила глаза.

— Кит, ты сам сказал. Это место — крепость. Мы защищены.

— О, — я посмотрел на свою ногу и прошел еще пару ступенек. — Тогда я рыскаю.

— Кит.

Зловещее покалывание, которое я ощущал от тишины и теней, не пропало на вершине лестницы. Слева коридор вел к запертой двери. Справа была другая закрытая дверь. А впереди? Верно, третья запертая дверь.

Странно, да? Кто запирал все двери, пока не был дома? Может, в тех комнатах прятались батальоны темнофей и демонов, скрывались от взглядов и голодно ждали, пока мы подойдем ближе.

Я открыл ближайшую дверь, увидел просторную ванную с душем, направленным на меня. Я вспомнил Нормана Бейтса и его нож мясника.

— Что ты делаешь? — прошипела Линна за мной.

— Ищу злодеев. Рыскаю. Зови это, как хочешь.

Незнакомый голос пронзил воздух:

— Вряд ли вы найдете преступников в моем шкафу с лекарствами, агент Моррис.

Я этим не горжусь, но я вскрикнул. Негромко, но так, что не мог списать это на икоту.

К счастью — или нет, зависит от взгляда — тот голос не принадлежал злодею-фейри, ждущему, чтобы утащить меня в другой мир. Он принадлежал капитану Блит, которая стояла на вершине лестницы, скрестив руки и хмуро глядя на меня, не скрывая раздражения.

— Эй, кэп, — вяло поприветствовал я. — Вы поверите, если я скажу, что искал антацид? День был нервным, и я завтракал остатками пиццы.

Блит отвернулась от меня и пошла вниз по лестнице.

— Нам нужно поговорить.

Линна драматично закатила глаза и пошла за начальницей на первый этаж. Почему я ощущал себя тут странным?

На кухне внизу Блит включила свет и поставила чайник на плиту, когда я оправился от смущения и спустился. Я пересек порог кухни из гостиной и заметил еще одну закрытую дверь слева.

Кладовая? Лестница, ведущая в ее тайное секс-подземелье? Проход в Нарнию? Проклятые закрытые двери! Мое любопытство не выдерживало.

Линна уже описывала капитану нашу приятную встречу с Созэ и Суарез. Блит прильнула к стойке, скрестив руки на груди, сдержанно и внимательно слушала историю.

— Я не ожидала, что это произойдет так быстро, — пробормотала она, когда Линна закончила.

Я потыкал пластиковый фрукт в декоративной миске на столе.

— Вы знали, что Созэ станет злодеем из комикса и попытается сжечь нас?

— Я знала, что станет хуже, и что-то заставило агента Созэ действовать смелее, — Блит схватила чашку и чайный пакетик из шкафа. — Потому я послала вас в «Arcana Historia».

Линна приподняла брови.

— Вы знаете, что затевает Созэ?

— Не совсем, — капитан посмотрела на нас, решительно хмурясь. — Мы знаем, что Созэ действует не один. У него есть подчиненные, которые слушаются без вопросов, но есть и другие союзники в МП.

— Да, тот, кто спустил ему с рук почти уничтожение «Вороны и Молота», — едко сказал я.

Она кивнула.

— Кто-то в высших рядах Внутренних дел поддерживает Созэ. Но, думаю, все тянется глубже. Он не мог остаться безнаказанным за такое со всего одним или двумя союзниками в верхних эшелонах власти МП.

— Стойте, — я бросил несъедобный фрукт и шагнул к ней. — Так группа психопатов, как Созэ, прикрывает его путь к власти? Сколько людей в МП участвует в этом?

— В том и вопрос, — мрачно ответила Блит. — И это нам нужно узнать. Чтобы понять, насколько далеко разошлась коррупция, нужно узнать цель Созэ. Чего он пытается достичь и зачем?

Тишина давила на нас. Я впился пальцами в виски, ухудшая внезапную головную боль, а не прогоняя ее. Друг или два у верхушки уже были плохой новостью, но это? Сколько крупных шишек МП покрывало Созэ? Как далеко это разошлось — и какой была цель? Почему наш участок так их привлекал?

— Созэ арестует вас или убьет, едва увидит, — сказала Блит, отвлекая меня от хмурых мыслей. — Вам придется залечь на дно и не попадаться ему. Я должна играть роль в участке, но мне нужно, чтобы вы продолжили расследовать смерть Джорджии Йоханнсен. Ищите…

Внезапный удар сотряс потолок, донесся откуда-то сверху. Мы подняли головы, растерянно хмурясь.

— Эм, — неуверенно начал я. — У вас же там не живет особенно огромный пудель?

Блит сжала губы. Она сняла чайник с плиты и пошла к лестнице.

Что-то мелкое и блестящее вылетело из тьмы на вершине лестницы. Оно устремилось вниз по дуге, неслось к Блит. Она подняла ладонь, и предмет застыл в воздухе.

Небольшой сосуд с зельем, розово-голубое содержимое зловеще переливалось.

С тихим шипением и хлопком газообразное содержимое стало серым, и сосуд взорвался густым облаком тумана, которое наполнило дом, мешая нам видеть, какая опасность спускалась по лестнице.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Все вокруг скрыл белый туман, и я успел недовольно подумать, что напавший был или везучим, или опасно умным — потому что одна маленькая дымовая бомба обезвредила мои искажения и телекинез Блит.

Едва я подумал об этом, с места, где я видел капитана в последний раз, донесся стук столкнувшихся тел. Оханье, потом грохот перевернутой мебели.

— Блит? — заорал я, делая пару неуверенных шагов вперед.

— Кит! — позвала Линна где-то за мной, но я ничего не слышал от Блит.

— Линна, используй…

Я не успел закончить, тень появилась в тумане — крупный мужчина в черном несся ко мне, нацелив кинжал на мою грудь. Я сжал его запястье, оттолкнул кинжал от своих органов, но он оттолкнул меня. Я рухнул на кухонный стол, проехал по нему и упал за ним вместе с миской пластиковых фруктов.

Я упал на пол, подумывал сделать себя невидимым, но это уже делала дымовая бомба. Мне нужно было создать искажение и отвлечь мистера с ножом, но я не видел его. Мне нужно было бросить галлюцибомбу на весь дом, но это ударило бы и по Блит и Линне. Если Линна использует чары кошачьего глаза, я смогу…

Нет. Она использовала их, пока мы убегали от Созэ, Суарез и Харриса. Заклинание нужно было перезарядить.

Скрипя зубами, я заполз под стол. Если я позову Линну и Блит, я себя выдам. Линна явно думала о том же, потому что была тихой. Я прислушивался, искал звуки.

Что-то громко застучало, и я выскочил из-под стола, понесся на звук. Тень в тумане — новый друг с ножом — склонилась над стойкой кухни спиной ко мне. Но он был не один.

Линна выгнулась под ним, царапала его ладони на ее горле, ее ноги беспомощно били по шкафам.

Я бросился на его спину, намереваясь ударить его по ребрам и сломать пару костей. Он развернулся, протащив Линну за шею, бросил ее в меня. Я врезался в нее, поймал ее за пояс, пока она кашляла.

Напавший вытащил из одежды другой нож. Черная шапка, солнцезащитные очки и маска на нижней половине лица скрывали его черты, но я как-то знал, что он ухмылялся. Язык его тела кричал о предвкушении.

Но туман рассеивался. Я видел его — и я мог целиться.

Я ударил его подлым искажением, которое меняло местами пол и потолок резко и через случайные промежутки. Он отпрянул в стойку, поднял руку, кинжал блестел. Он бросил нож мне в лицо.

Тупая рукоять ударила меня по скуле так, что голова откинулась. Линна дернулась в моих руках и прохрипела:

— Ori dormias!

Я ощутил движение ее руки, она бросила оглушающий шарик, и я услышал, как он застучал обо что-то твердое. Я смаргивал звезды, пытаясь разглядеть злодея с ножом, а он убегал с кухни, пропал в рассеивающемся тумане.

— Он убегает, — выдавил я, шагая за ним — но звук засова остановил меня. Дверь распахнулась, холодный воздух задел туман.

— Кит, ты в порядке? — спросила Линна, появляясь рядом со мной.

Я осторожно проверил ноющую скулу. Он бросил нож так сильно и быстро, что я не успел склониться, но он был пойман в искажение, так что напутал с техникой. Если бы по мне попал клинок, мое лицо стало бы менее симметричным.

— Я в порядке, — сказал я ей. — А ты?

— Порядок, — ее голос хрипел, как у курильщика, она прижимала ладонь к горлу. Козел с ножом почти задушил ее.

Тихий миг, мы смотрели в глаза друг друга, нечто невысказанное висело между нами. Я не знал, что. Облегчение, что мы не были ранены? Остатки страха от того, что мы были в смертельной опасности? Раздражение, что напавший сбежал, и я не так прочел миг, отчаянно надеясь, что Линна переживала за меня не просто как за напарника?

Ее глаза вдруг расширились, она отвела от меня взгляд.

— Капитан Блит?

Я вернулся в реальность, ругаясь, и повернулся к лестнице, где я в последний раз видел капитана.

— Блит?

Туман был на уровне колен, драматично покачивался от ветра из открытой двери. Он кружился, и я заметил светлую голову у пола.

Мы с Линной поспешили к ней. Она сжималась у стены, столик лежал на боку неподалеку. Ее грудь вздымалась и опадала от неглубокого быстрого дыхания, и она сжимала обеими ладонями рукоять кинжала, вонзенного в ее правое бедро.

— Капитан! — Линна упала на колени рядом с Блит. Кровь пропитала ее штаны вокруг ножа, уже собиралась на полу.

Блит приоткрыла глаза.

— Он целился в… бедренную артерию. Не… дала ему… вытащить.

Паника кипела в моей голове, я пытался вспомнить детали курса оказания первой помощи. Бедренная артерия. Большая артерия в области паха. Если ее перерезать, жертва истекала кровью до смерти за три-пять минут.

Нож в ее ноге закрыл рану, только потому она еще была жива. И она могла держать нож, пока он был в ней, только из-за ее безумно сильных навыков телекинеза.

— Хорошо, — выдохнула Линна. — Все хорошо. Держите нож. Кит, дай мне свой пояс.

Я снял его и передал ей. Она осторожно обвила им бедро Блит выше ножа.

— Мы не можем везти ее в участок, — сказала мне Линна, ее лицо было белым. Она затянула плотно пояс на ноге Блит. — Это опасно. Где ближайшая больница?

— У целителя больше шансов спасти ее.

— Во многих гильдиях есть целители, но можно ли доверять…

Я вскочил на ноги.

— «Ворона и Молот»! Это боевая гильдия. У них будут целители. И какая еще гильдия на сто процентов против Созэ?

Гримаса исказила лицо Блит. Я не понимал, было это от боли или мысли, что ее жизнь будет спасать гильдия ее врага, Дариуса Кинга.

— Нам нужно отнести ее в машину, — сказал я. — Может…

Блит выдавила:

— Ключи.

— А?

— Карман.

Линна поняла быстрее. Она вытащила ключи Блит из ее кармана, нажала кнопку «разблокировать», потом сунула их в свой карман.

— Придется вытащить нож перед тем, как мы будем вас двигать, капитан.

Блит кивнула.

Я вбежал на кухню и вернулся с полотенцем. Линна затянула пояс сильнее на бедре Блит, осторожно убрала ладони капитана и сама сжала рукоять ножа.

Блит зашипела, Линна вытянула клинок, и я прижал полотенце к ране. Кровь пропитала ткань, мое сердце колотилось.

Линна давила, я поднял Блит на руки и вынес ее наружу. Ее черный джип стоял перед домом, и Линна одной рукой открыла заднюю пассажирскую дверцу.

Мы вместе устроили капитана на заднем сидении. Я втиснулся в ограниченное место на полу, чтобы давить на рану, а Линна села за руль и завела машину, набирая при этом номер в телефоне.

— Дариус, — сказала она. — Мы едем в вашу гильдию. Капитана Блит пронзили. Ей срочно нужен целитель.

Я слышал приглушенный голос в трубке, но не мог различить слова.

— Ладно, — ответила Линна. — Будем через пять минут.

Она бросила телефон на пассажирское место.

Пять напряженных минут спустя она пронеслась мимо фасада «Вороны и Молота», завернула в переулок за гильдией и остановилась на парковке.

У задней двери гильдии ждал мужчина в костюме с черными волосами с проседью и идеально ухоженной бородой: Дариус Кинг, глава гильдии и хитрый лис «Вороны и Молота». С ним был крупный мускулистый мужчина с темной кожей и бритой головой, который мог быть боевым мификом, но держал яркую аптечку в руке.

Они поспешили к машине, я распахнул дверцу. Блит сжала мою ладонь, ее губы дрожали.

— Все хорошо, кэп, — сказал я, успокаивая, игнорируя то, каким мокрым от крови стало полотенце. — Вы будете тут в безопасности.

Она вонзила ногти в мою кожу.

— Эггерт, — хрипло пролепетала она. — Позовите Эггерта.

Я не успел понять слова, Дариус и целитель появились у дверцы. Я выбрался, целитель склонился внутрь. Он быстро оценил состояние Блит, они с Дариусом вытянули ее из машины. Дариус нес ее, целитель давил на рану, они быстро направились в гильдию.

Мы с Линной закрыли дверцы джипа и последовали за ними. Задняя дверь вела на узкую кухню с салонными дверями. Мы прошли в них, оказались в тускло озаренном пабе, где было несколько членов гильдии, сразу посмотревших на нас. Дариус, целитель и Блит пропали из виду.

Женщина с дружелюбным лицом и темными волосами, собранными в кривой пучок, поспешили к нам — Клара, помощница Дариуса.

— Агенты, — с тревогой сказала она, — вы ранены?

Мы покачали головами.

— Где капитан Блит? — спросил я.

— Дариус и Майлс отнесли ее в лазарет. Наш другой целитель, Элизабетта, в пути, — Клара смотрела на нас с тревогой. — Почему бы вам не привести себя в порядок? Я принесу холод для вашей щеки, агент Моррис.

Я резко заметил боль, пульсирующую в левой стороне лица.

Клара отвела нас в душевые в подвале, где мы с Линной разделились, чтобы помыть руки и убрать кровь с одежды, насколько могли. Вещи Линны были не такими грязными, но я выглядел как косплеер Керри, и когда Клара принесла мне мешок льда, она дала и чистую футболку.

С приятно холодным мешком у щеки и тесной футболкой, натянутой на груди — не мой стиль, обещаю — я утомленно сидел в кабинете Дариуса, пока Линна описывала наш день главе гильдии. День был адским.

Дариус, наверное, знал хорошую химчистку, вяло подумал я. Ему стоило найти химчистку, судя по пятнам крови, которые появились на его рубашке и жилетке.

Как обычно, серебряный лис не выдавал мысли, пока Линна говорила. Если я что-то понял, так это то, что он был взволнован.

— До атаки капитан Блит приказала нам продолжить расследовать суицид Джорджии, — сказала ему Линна, завершая историю.

Морщинка появилась между бровями Дариуса.

— Это был не суицид.

— Откуда вы знаете? — спросил я.

Напряжение проступило на его лице — боль горя, которое он не мог скрыть.

— Я знал Джорджию. Ее смерть не была самоубийством.

Я убрал мешок льда от лица.

— Вы были с ней близки?

— Я дружу со всеми главами гильдий в Ванкувере — хотя бы общаюсь, — напряжение на его лице изменилось. — Думаете, Созэ вовлечен в смерть Джорджии?

— Его поведение указывает на это, — сказала Линна. — Мы просто не знаем, почему или как.

— И вы думаете, что Созэ стоит за нападением на Аурелию?

Мне всегда было не по себе, когда Дариус звал капитана по имени.

— Скорее всего… — я прижал холодный мешок к щеке. — Мы не смогли определить убийцу, но он проник в дом Блит незаметно, был готов к ней с дымовой бомбой.

Дариус кивнул, знакомый с большой слабостью телекинетиков: им нужно было видеть предмет, чтобы им двигать.

— Атака была продумана.

— Да, хотя вряд ли убийца ожидал, что мы с Линной будем с ней.

Серые глаза главы гильдии глядели на нас.

— По-вашему, Созэ мог приказать убийство капитана участка?

— Возможно, — ответил я. — Он пересек черту с тех пор, как пытался стереть вашу гильдию. Угрозы людям, вмешательство в дела, атаки на другие гильдии, арест агентов, попытки убить нас, применение магии на публике, кража у Линны…

Напарница пронзила меня взглядом, предупреждая, и я не озвучил слово «порталов», мысленно побил себя за то, что чуть не раскрыл ее самую большую тайну.

— Он сорвался, — вяло заключил я, поправляя край тесной футболки, которая задиралась на животе. — Когда мы сможем увидеть Блит?

Дариус приподнял бровь, зная, что я сменил тему.

— Это будет не скоро.

— Нам нужно с ней поговорить.

— Ее восстановление важнее всего. Она потеряла опасно много крови, нельзя добавлять проблемы.

Мы с Линной мрачно переглянулись. Мы позвонили капитану Блит, потому что у нас не было вариантов, Созэ хотел убрать нас навсегда, но она, похоже, не могла помочь.

— Когда ее можно будет передвигать, — продолжил Дариус, — я заберу ее в надежное место, где Элизабетта и Майлс смогут ухаживать за ней, где никто не сможет найти ее и добить.

— Где это? — спросила Линна.

— Вам лучше не знать, — он увидел, что мы хотели протестовать, и поднял ладонь. — Чем меньше людей это знает, тем безопаснее будет для Аурелии.

В этом была логика.

Линна согласилась, вздохнула и кивнула.

— Ладно.

Дариус отклонился на стуле, переплел пальцы.

— Какой ваш следующий ход?

Мы с Линной были в тупике, и я хотел получить помощь от опытного, непоколебимого бывшего убийцы с хорошими связями, который ненавидел Созэ, как мы, но его гильдия была с огромной мишенью от Созэ. Он должен был заботиться о членах гильдии, и мы не могли просить о большем, он уже спасал и защищал Блит.

— Мы справимся, — сказал я, звуча бодро. — Позаботьтесь о Блит, и мы разберемся с Созэ.

Я не понимал, поверил ли он моей браваде, но он не пытался искать в ней дыры, и я это оценил.

— Дайте знать, если что-то будет нужно.

— Ага. Идем, Линна.

Мы покинули его кабинет, пошли по гильдии. Только когда мы вышли и зашагали к джипу Блит, она заговорила:

— Почему ты не попросил Дариуса о помощи? — сказала она. — Я думала, ты это сделаешь.

— Он нам не нужен, — я подмигнул ей. — Блит уже сказала, что нам делать дальше.

— Да?

— Ага. Сказала позвонить Эггерту.

Облегчение Линны дрогнуло.

— Эггерт?

— Эггерт, — подтвердил я. — Наш любимый бывший охранник с усами…

— Кит, — перебила она, вздохнув. — Просто процитируй, что сказала Блит.

— Это все. Она это сказала.

Она растерянно посмотрела на меня, и я не мог ее винить. Мне нравился Тревор Эггерт, но я не понимал, как он мог нам помочь. Созэ прогнал его на прошлой неделе за то, что он был человеком, и мы о нем ничего не слышали с тех пор.

Можно было понять слова Блит лишь одним образом.

К сожалению, просто позвонить ему не вышло бы. Прибыв в «Ворону и Молот», мы с Линной выключили телефоны, чтобы нас не отследили. Нам нужно было сделать это до поездки к гильдии, но мы думали только о спасении капитана.

Мы поехали в ближайший мобильный магазин, купили телефоны. Стоя с Линной на парковке рядом с машиной Блит, я вытащил SIM-карту из своего изначального телефона, включил его и нашел в контактах номер Эггси. Я добавил номер в новый телефон и нажал на кнопку вызова.

Шли гудки, я заметил, что Линна поглядывала ниже моего лица. Может, стоило перестать поправлять тесную футболку и позволить ткани задраться на моем прессе.

Это был хороший знак, да? Ее влекло ко мне? Или она поглядывала как на зубы, в которых что-то застряло, и ты невольно смотрел туда, пока человек говорил?

Знакомый голос зазвучал в моем ухе.

— Алло?

— Эй, Эггси, — поприветствовал я, собравшись с мыслями. — Это Кит. У меня новый номер.

— Вижу. Как ты?

— Бывало лучше. У меня плохие новости, — я помедлил, подбирая слова. — На Блит напали днем. Она жива, но в плохом состоянии.

— О, блин. Где она теперь?

Я вспомнил предупреждение Дариуса о раскрытии местоположения.

— Мы отвезли ее к целителю, она в хороших руках. Она успела попросить меня позвонить тебе.

— Да? Хм, — раздался звук, который мог быть только усами Эггерта, задевающими микрофон телефона. — Похоже, пора.

— Что пора?

— Пора показать вам Бэт-пещеру.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Выглядишь бодро, — отметила Линна, пока вела джип Блит на запад по брусчатке улиц Гастауна. — Забыл, что нас чуть не убили дважды сегодня?

— Мелочи, — отмахнулся я. — Эггси обещает показать Бэт-пещеру. Я пытаюсь подавить надежду.

Она закатила глаза.

— Думаешь, Тревор Эггерт тайно окажется Бэтменом?

— О, нет. Его усы ужасно не подходили бы к капюшоном Темного Рыцаря. Он мог бы быть моим Альфредом.

— О, так ты — Бэтмен.

— Ага. Я уже выполнил пункт с хмурым сиротой.

— Хмурым? — Линна повернула на Кордову, повезла нас в центр. — А если я хочу быть Бэтменом?

Я обдумывал это, оценив ее желание спорить. Ее напряжение заметно отступило с тех пор, как мы покинули «Ворону и Молот», но ее плечи все еще напоминали мрамор.

— Это можно представить, — признал я. — Гаджеты и склонность к жестокости.

— Ты можешь быть моим Робином.

— Фу… — я сморщил нос. — О! Что насчет Чудо-женщины?

Линна съехала с Кордовы на кольцо дороги рядом с высоким многоквартирным домом со стеклянными стенами.

— Я не хочу быть Чудо-женщиной. Я хочу быть Бэтменом.

— Нет, я буду Чудо-женщиной. У нее был невидимый самолет!

— Подходит, — согласилась Линна, останавливаясь на парковке.

— Погоди, — сказал я, глядя на неожиданно знакомую гостевую парковку. Я выглянул в окно, понял, что это был не просто высокий многоквартирный дом со стеклянными стенами. — Что мы тут делаем?

Она открыла дверь.

— Мы на месте.

— Нет, нет, — я упрямо рассмеялся. — Это ошибка.

Эггерт написал нам обоим адрес Бэт-пещеры, но я был занят, добавлял важные контакты в новый телефон — и отправил нескольким свой новый номер, так что не смотрел туда.

Она нахмурилась.

— Почему это ошибка?

Я махнул без слов на роскошное здание. Она выглянула на дом в открытую дверцу, ее глаза расширились от осознания.

— О, — она взглянула на меня. — О.

— Это точно то место?

Она показала мне телефон. Я прищурился, глядя на адрес, все еще отрицая, но все было верно, даже номер квартиры.

— Да вы издеваетесь! — прорычал я, и восторг из-за «Бэт-пещеры» сгорел от вспышки досады. Что такое, Блит?

Мы вошли, миновали первые двери. Линна не успела ввести на панели номер Эггерта, дверь запищала, и я открыл ее, швейцар обошел стол с широкой улыбкой.

— Мистер Моррис! — он протянул руку. — Давно не виделись.

Я тряхнул ладонью, скрывая плохое настроение.

— Эй, Харди. Как поживаешь?

— Не жалуюсь. Что привело тебя сюда?

— Навещаю друга.

— О, отлично! — он дружелюбно улыбнулся мне. — Я не понимал, что новый житель был твоим другом.

— Ага, — буркнул я.

Харди пропустил меня с Линной к лифту, мы поднялись на одиннадцатый этаж. Через мгновения я недовольно смотрел на серебряные цифры на двери: 1106.

Я просто стоял, мысленно ругая Блит, и Линна подошла и постучала в дверь. Она раскрылась, стало видно Эггси, усы торчали над улыбающимися губами.

— Эй, агенты. Приветствую в Бэт-пещере.

— Видимо, все-таки я — Бэтмен, — буркнул я, проходя внутрь.

Линна издала тихий звук горлом, который был недостаточно нейтральным, чтобы скрыть ее изумление.

Я разулся, ощутил паркет под ногами. Знакомая открытая планировка встретила меня роскошно большой кухней, окнами во всю стену с видом на гавань и широким электрическим камином.

Но гостиная стала центром наблюдения. Длинный широкий стол был заполнен тремя мониторами, ноутбуком, лабиринтом кабелей, которые тянулись к множеству компьютеров на полу под столом. Один монитор был разделен на квадраты, каждый был с кадром камеры наблюдения в участке МП.

— Не все тут мне по силам, — сказал Эггерт, пока я поражался разнице между тем, как я помнил комнату, и ее нынешним состоянием. — Но я стараюсь выполнять просьбы капитана Блит. Можете сказать, что с ней случилось?

— Убийца, — ответил я. — Наверное, посланный Созэ, но доказательств пока нет. Ты был тут с тех пор, как он уволил тебя?

Эггси кивнул.

— Капитан сразу связалась со мной, сказала, что у нее есть новая работа для меня. Она все тут устроила. Наверное, ожидала, что нам понадобится база для операций вне участка.

Линна постучала по монитору с материалом с камер наблюдения.

— Так ты наблюдал за нами.

— За Созэ, — исправил он. — В основном.

— Запасные глаза Блит, — буркнул я.

— Что теперь?

— В последнее время кэп много знала о том, где этот мерзавец, и она объясняла это «запасными глазами». Это был ты.

Эггерт смущенно улыбнулся.

— Виноват.

Линна склонилась к трем экранам.

— Как ты получил доступ к охранной системе участка?

— Спросите капитана, — он покачал головой, сел на стул на колесиках. — Я лишь следую ее указаниям.

— Похоже, у капитана много тайн, — я прошел на кухню. Окна давали вид на воду, северный берег вдали, якобы бесконечное небо. — Ты знаешь, как давно у Блит это место?

— Мило, да? — ответил он, не понимая. — Она сказала, что забрала его, как только разобралась с преступником, который тут жил. Похоже, это хорошее место для скрытия мификов. Люди не задают вопросы.

Я со стоном сел на стул за островом, сжал голову руками.

— Что-то не так, агент Моррис? — спросил Эггси. — Ты же не ранен?

— Только эмоционально, — буркнул я. — Ты знал, что я сейчас живу в комнате размером с чулан и делю ванную с тремя другими парнями?

Растерянное молчание Эггси было ответом.

Я не понимал, что Линна подошла за мной, но она нежно похлопала меня по плечу.

— Не принимай это близко к сердцу, Кит. Это хорошее место для тайной деятельности. Потому преступникам тут нравится, да?

Я поднял голову, мрачно посмотрел на нее.

— Бывшим преступникам, — исправилась она.

Мой взгляд не изменился.

Ее губы дрогнули.

— Что ж, в любом случае, с возвращением домой, Бэтмен.

Я застонал. Блит нужно было скорее выздороветь, чтобы я задал пару острых вопросов о ее решениях с недвижимостью. Она устроила тут Бэт-пещеру, потому что могла быть тут скрытной?

Или ее забавляло то, что ей принадлежала квартира, которая была раньше моей?

* * *

Мой желудок звучал как гиппопотам, рычал от голода. Когда мы добрались до убежища Эггерта, близился ужин, мы с Линной пропустили обед из-за побега и стремления спасти капитана.

Эггерт предложил купить ужин в итальянском ресторане дальше по улице, куда я порой ходил, когда жил тут. Эггси сообщил, что Блит оставила ему немного наличных, чтобы прикрыть растраты операции, но он использовал их на рестораны в районе. Он пообещал выбрать лучшее в меню, и мой аппетит временно приглушила картинка, как он втягивал в рот спагетти, несмотря на щетку усов.

Один с Линной в моей бывшей роскошной квартире я хмуро глядел на качество, удобную мебель и чистоту, по которой я ужасно скучал, пока жил в тесной съемной комнате последние восемь месяцев.

Блит хорошо напомнила, сколько платили за преступления.

— Нам нужен план, — сказала Линна. Она сидела на стуле Эггси, следила за камерами на мониторе. Созэ стоял у бывшего кабинета Блит, что-то обсуждал со своим лакеем, агентом Барроус, крупным мужчиной с хвостом и постоянным планшетом, с которым он все время сверялся. Судя по вниманию Линны, она пыталась читать по губам.

— У нас есть цель, а не план, — ответил я с дивана. Мое любимое место. Тут я сидел и смотрел фильмы в свободное время. Если подумать, у меня было больше свободного времени и куда меньше столкновений со смертью. — Убрать Созэ. Вот цель. Я только не понимаю, как это сделать.

Она развернула стул ко мне.

— Старым методом.

— Уточни. В прошлой моей жизни «старый метод» означал украсть все, чем кто-то владел. Или убить.

— Мы найдем доказательства того, что он делает, и раскроем его.

Я поджал губы, обдумывая возможности.

— Когда Созэ пытался стереть «Ворону и Молот», это было доказательством, что он занимается темными делами, и его даже по рукам не ударили. Как и сказала Блит, он действует нагло, потому что знает, что друзья в верхушке МП защитят его.

— Тогда нужно доказательство, которое не скрыть, — она склонилась вперед, уперла локти в колени. — Доказательство, что он убил главу гильдии и попытался убить капитана Блит.

Я приподнял брови.

— А мы знаем, что это сделал он? Убийца с дымовой бомбой не был Созэ, а о смерти Джорджии мы знаем лишь, что Созэ хочет назвать это суицидом, а Дариус не согласен.

Линна закатила глаза.

— Потому нам нужно расследовать, Кит. Капитан Блит сказала нам работать над делом о смерти Джорджии.

— Хорошо, — согласился я. — И какая у нас теория? Она умерла в запертой комнате в пустой запертой гильдии. Если мы не попали нечаянно в адаптацию классики Агаты Кристи с мификами, ничто в той сцене не кричало об убийстве.

— Верно, — она подняла палец. — Но есть модель.

— Что за модель?

Она снова закатила глаза.

— Сходство между «Arcana Historia» и домом Блит.

Я задумался на миг и понял.

— Заперты! Дом Блит был заперт как Пентагон. У нас загадка с двумя запертыми комнатами.

— Ты так говоришь, словно это интересная настольная игра в детектив.

— Я говорю так, — ответил я, — будто это в тысячу раз интереснее, чем разбираться в законности действий за всю историю «Морских Дьяволов».

Она фыркнула.

— Тут не спорю.

— Нам нужно понять, как это сделал Созэ, — я перебирал идеи в голове. — В «Пестрой ленте» злодей посылает ядовитую змею в дыру в стене…

Линна подняла руку, перебивая меня.

— Ты описываешь мне историю Шерлока Холмса из Википедии?

Я пожал плечами.

— Это тайна закрытой комнаты. Показалось важным.

— Вряд ли Созэ использует змей.

— А феи? — предположил я. — Они могут проходить сквозь стены, да?

— Созэ не спиритуалист, — сказала она, разбивая мою теорию о скрытой сети убийц-фей. — У меня была теория. Настоящая теория.

— Ладно. Давай послушаем.

Линна встала со стула Эггси и глубоко вдохнула.

— Он мог использовать порталы. Мои порталы.

— Твою мать, — прошептал я, понимая значение той теории. — Вот и скрытый след.

— Мы знаем, что у Созэ порталы, — она расхаживала по свободному участку пола. — И это объяснило бы, как он попал в лазарет, не активировав сигнализацию.

— И как кто-то попал в дом Блит, — добавил я. — Но на Блит напал не Созэ.

— Значит, это сделал один из его агентов, или он нанял убийцу. Не важно.

— Но это важно, ведь нам нужно это доказать.

Вздохнув, она плюхнулась на стул Эггси.

— Нам нужны улики.

Я склонился на диване.

— Мы не можем вернуться в библиотеку или дом Блит. Прихвостни Созэ будут искать нас. И, если он стоит за этим, обе сцены уже вычистили.

— Я сделала фотографии в «Arcana Historia», — сказала она, вытащила новый телефон и нажала на экран, — но Харрис дольше находился на месте преступления, чем мы. Если бы мы получили файл дела…

Она прищурилась, глядя на телефон, и раздраженно вздохнула.

— Мне запретили доступ.

— Уже? — я быстро вытащил телефон, попытался войти в архивы МП. Сообщение об ошибке всплыло, уведомив меня, что мой аккаунт был отключен. — Он не теряет время, да?

Без логинов мы не могли даже увидеть базовую информацию в архивах, к которой был доступ у всех мификов, не то что файлы дел.

— Вряд ли у тебя есть хобби воровать пароли коллег? — спросил я.

— С твоим искажением мы могли бы подойти к участку и поговорить незаметно с агентами, но…

— Мы не знаем, кому доверять, — закончил я. — Разговор будет риском, даже с агентами, которые вроде бы на нашей стороне. Нет гарантий, что они не побегут к Созэ, чтобы ударить нас в спину.

— И мы не знаем, кто крот, — добавила она.

Ох, крот. Скрытый агент, который выдавал неизвестному количеству плутов тайны участка.

Блит намекнула нам о существовании утечки информации из участка пару недель назад. Потом Зак — известный еще как Кристальный Друид, Призрак, жуткий, но довольно красивый чувак, который убивал людей, но многие из них были большими, так что он считался хорошим — раскрыл, что знал и использовал крота в нашем участке годами. Он отдал нам флешку с уликами утечки, которая должна была помочь, но наше расследование зашло в тупик.

Мы знали достаточно, чтобы понимать, что не могли пока поймать подлеца, а он все время продавал закрытую информацию МП всем с достаточно толстым кошельком…

Погодите…

— Крот! — воскликнул я, напугав Линну. — Нам нужна информация. Она есть у крота.

Моя напарница сидела и молчала, стуча задумчиво пальцем по столу.

— Мы решили, что это было слишком опасно.

— Ситуация изменилась. Отчаянные время — отчаянные меры.

Она покачала головой.

— Может, нам стоит снова посмотреть операции. Если мы сможем понять, кто крот, у нас будет преимущество. Мы сможем их шантажировать.

— Во-первых, — ответил я, подняв палец, — я потрясен и рад слышать, что ты предлагаешь темное искусство шантажа.

Она в третий раз закатила глаза.

Я выпрямил еще палец.

— Во-вторых, мы бились головами об эту стену так долго, что повредили мозг. Если мы будем смотреть на те операции, даты и прочее, ученые сотрясения захотят, чтобы мы отдали им серое вещество после смерти.

— Ученые сотрясения?

— Уверен, такая профессия есть.

— Да, невропатолог, — сообщила она.

— Смысл в том, — сказал я, вернувшись к теме, — что у нас только Эггерт, его компьютеры и милый вид за окнами моей бывшей квартиры. Использование крота — не лучший план, но единственный план, — я нахмурился. — Значит, этот план лучший.

Она скривилась.

— Где флешка?

Я вытащил ключи из кармана куртки и потряс ими. На кольце брелока висела черно-серебряная флешка. Зак использовал крота годами, получал нужную информацию, чтобы существовать незаметно, и он записывал все те беседы. Или операции. Мы с Линной смогли датой и временем сузить круг подозреваемых до старших агентов, которые были в участке не меньше шести лет, у которых был доступ к информации высокого уровня. Но оставалось все еще много подозреваемых агентов.

Линна приподняла бровь, глядя на мой брелок.

— Я думала, Блит сказала тебе не брать флешку в участок.

— Она была на мне. Безопаснее, чем в ящике с носками, да?

Я не хранил ничего ценного в квартире после того, как во время саги Зака туда вломился жуткий луминамаг и оставил на прощание нож в моей ноге.

Линна уступила мне стул, и я отцепил флешку от ключей и вставил ее в левый компьютер. Зак добавил указания, как связаться с кротом, но мы с Линной решили, что попытки заставить крота выдать себя обманом не стоили риска. Если мы ошибемся, крот спрячется. Или хуже.

Но пока мы не пытались обмануть их. Мы нуждались в услугах крота.

Я открыл папку, там была программа, которую мы еще не включали, и файл с названием «Указания». Я открыл последний, моргнул из-за больших букв посреди простого файла.

НИКАКИХ ИМЕН

НИКАКИХ МЕСТ

НИКАКИХ ГЛУПОСТЕЙ

Зак не выражался витиевато.

Дальше были инструкции, как запустить программу, ввести сложный URL и пароль из цифр, букв, символов, египетских иероглифов, двух картин Ротко и текста Эллы Фицжеральд.

Программа была браузером Тор — зашифрованной сетью, которая делала возможным анонимное использование интернета — и ссылка привела нас на черную страницу с мигающим зеленым курсором в верхнем левом углу. Выглядело как экран загрузки в «Матрице». Или классике Анжелины Джоли и Джонни Ли Миллера «Хакеры».

Не зная, что еще делать, я ввел сложный пароль и нажал «enter».

Одно слово сверкало в ответ:

>ОЖИДАНИЕ…

И мы ждали.

— Уверен насчет этого? — спросила Линна, пока мы смотрели на мигающий курсор.

— Нет, — честно ответил я.

Она издала звук между стоном и вздохом, стала нервно расхаживать между столом и окном. Мне хотелось закрыть глаза и расслабиться в мягком стуле, но я не хотел отвлекаться от экрана.

Через пару минут ходьбы Линны по паркету появилось новое сообщение:

>КАПИБАРА НА СВЯЗИ.

— Он тут! — сказал я, сев прямее.

Она поспешила к столу и посмотрела на монитор.

— Что нам сказать?

Мы не успели решить, крот прислал сообщение:

>КАПИБАРА: КТО ЭТО?

— Скажем, что мы — Призрак? — спросила Линна.

Я покачал головой.

— Никаких имен.

— Вряд ли это считается именем.

Мои пальцы стучали по клавиатуре:

>ВЫ: НУЖНА ИНФОРМАЦИЯ О СМЕРТИ ДЖОРДЖИИ ЙОХАННСЕН

>КАПИБАРА: ЧТО ТЫ ИЩЕШЬ?

Я посмотрел на Линну, та пожала плечами.

— Что угодно. Все.

>ВЫ: ВСЕ. ФОТО, ВИДЕО НАБЛЮДЕНИЯ, ОТЧЕТЫ И Т.Д.

>КАПИБАРА: КРУПНЫЙ ЗАКАЗ. ЭТО БУДЕТ ДОРОГО СТОИТЬ.

>ВЫ: СКОЛЬКО?

>КАПИБАРА: 10K.

— Ого, — буркнул я. — Бизнес крота процветает.

Линна скрипнула зубы.

— Это жадность.

— Вряд ли у тебя есть наследство с шестью нулями?

— Я — агент МП второго поколения. Это ты работал на крупную юридическую ферму.

— Ага, но мои деньги изъяли, помнишь?

— Так что делать? Торговаться?

Еще сообщение появилось на экране:

>КАПИБАРА: ТЫ МОЖЕШЬ ЗАПЛАТИТЬ ИЛИ НЕТ?

Замок квартиры щелкнул, и Эггерт вошел, гордо показывая два огромных бумажных пакета, от которых пахло райским чесночным садом.

— Четыре вида пасты, — сообщил современный мужчина из рекламы «Marlboro», — а еще лепешка с прошутто, хлеб с корицей и рикоттой, который на вкус лучше, чем…

— Эггси, — перебил я, голодный мозг пытался понять, что было важнее — еда или крот. — Сколько наличных Блит оставила на операцию?

— О, я не считал.

— Где они? Можешь взять? Быстро!

Он бросил бумажные пакеты угощений на остров на кухне и поспешил по коридору к моей бывшей спальне.

Новое нетерпеливое сообщение появилось на экране:

>КАПИБАРА: У ВАС 1 °CЕКУНД.

— Скорее, Эггси! — крикнул я.

Он рылся в шкафу, и я услышал его ворчание:

— Лучше бы вам не делать ставки онлайн деньгами капитана.

Я в панике склонился над клавиатурой и ответил:

>ВЫ: ДЕНЬГИ ЕСТЬ.

— Что ты делаешь? — прошипела Линна. — Мы еще не знаем, сможем ли заплатить!

— Надеюсь, Блит оставила серьезную сумму, — я пытался игнорировать то, как во рту выступила слюна от запаха итальянской еды. — Если нет, разберемся.

Она недоверчиво приподняла бровь.

— Как?

— Ты предлагала шантаж.

Появилось новое сообщение:

>КАПИБАРА: КУПЮРЫ БЕЗ МЕТОК В БУМАЖНОМ ПАКЕТЕ. ОСТАВЬТЕ В УРНЕ В СЕВЕРНОМ УГЛУ НИЖНЕГО УРОВНЯ ПЛОЩАДИ РОБСОН В 7 ВЕЧЕРА СЕГОДНЯ. ПОТОМ ЗАЙДИТЕ ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШИХ УКАЗАНИЙ. ЗОВИТЕ СЕБЯ ЛЕПЕСТОК РОЗЫ.

>КАПИБАРА ВЫШЕЛ.

Закрыв браузер, я медленно выдохнул, Эггерт вернулся в гостиную с серебряным чемоданом в руке. Линна забрала у него чемодан, бросила на стойку кухни рядом с пастой в пакетах, открыла его. Стопки разноцветных канадских купюр были внутри, несколько стопок были начаты, видимо, оттуда Эггерт брал деньги на дорогие блюда.

Я тихо присвистнул.

— Шантаж не нужен.

— Столько наличных… — тихо пробормотала Линна. — Капитан Блит планировала это годами.

Я взял стопку по пятьдесят и посчитал большим пальцем.

— Надеюсь, мы выбросим десять тысяч не зря.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— У меня плохое предчувствие, — раздался голос Линны в моем ухе.

Я поправил наушник.

— Насчет моего парика? Согласен.

Я прошел мимо припаркованной машины на улице Хоуэ, заметил свое отражение в окне. Длинные черные волосы не подходили Киту Моррису.

— Насчет сделок с кротом МП, — сказала Линна из безопасности моей бывшей квартиры, сидела за столом в гостиной.

Я поправил дешевые солнцезащитные очки на носу, хотя было почти семь вечера, и солнце пропало за горизонтом.

— Я выгляжу как Томми Вайзо.

— Мы не знаем, кто крот, — продолжила моя напарница. — Это может быть ловушка.

— Зак получал так информацию годами. Думаю, мы можем доверять, что крот сделает то, что сказал.

— Совет Зака меня не утешает.

Я пересек улицу и вышел на площадь Робсон, трехэтажную площадь в сердце Ванкувера. Справа была галерея искусств, а слева — лестница, ведущая на нижний уровень площади, где каток под куполом использовали, несмотря на среднюю температуру.

Я спустился по лестнице.

— Зак точно не ходил в парике и темных очках ночью.

— Это прикрытие, Кит. Я думала, ты будешь рад ходить инкогнито на тайной шпионской миссии.

— Я был бы больше рад, если бы не выглядел как Винсент Вега с похмельем, — в конце лестницы я замер, сжимая дорогой бумажный пакет в руке чуть крепче, глядя на горстку прохожих на открытой площади. Никто не вызывал подозрения. — Этот дешевый наряд убирает веселье от игры в Джейсона Борна.

— Мы не знаем, какой мифик этот крот, — напомнила мне Линна. — Твои искажения могут не скрыть тебя. Поспеши. У тебя две минуты.

Я сверился с часами. Да, 18:58. Пора найти ту урну.

Я повернул к северному углу нижнего уровня, где салон для ногтей и кабинет юриста встречались на краю площади. Зеленая железная урна была у их дверей.

Я миновал колонну, выпустил галлюцибомбу, которая сделала меня двойником Мэтта Деймона в джинсах и серой футболке. Я собирался бросить в урну пачку денег, так что крот был неподалеку, следил за процессом — потому я и удвоил прикрытие.

Держась периметра площади, я добрался до урны ровно в 19:00. Я огляделся и сунул бумажный пакет с его содержимым внутрь.

— Готово, — сказал я Линне. — Отправляй сообщение.

В наушниках зазвучал стук клавиатуры. Я отошел от урны, разделил себя искажением, послал фальшивого Мэтта Деймона по площади, а настоящий я, теперь невидимый, скользнул в нишу, откуда я видел урну.

То, что мы нуждались в информации крота, не означало, что я не мог выследить его в процессе.

— Ладно, — выдохнула Линна. — Сказала, что мы бросили деньги. Теперь…

Ее голос затих.

— Что?

— Блин, — она резко выдохнула. — Крот говорит, что оставил пакет для нас в тележке с лобби отеля «Ванкувер» — и работники скоро заметят ее и уберут.

— Твою налево! — прошипел я, вытащил наушники и поднял очки на лоб. Покинув укрытие, я побежал по площади, чуть не сбил группу подростков, покидающих каток. Я побежал по лестнице, минуя по три ступеньки за шаг, мышцы напрягались, насколько могли. На вершине я устремился налево, к противоположной стороне улицы от площади.

На дороге передо мной свет был красным, но машин было мало, и я побежал дерзко на другую сторону, огибая такси, которое не знало, что я там был, ведь я еще был невидимым.

Я скользнул в узкий проем между крытой остановкой и зданием, сбросил невидимость и продолжил бежать.

Мне повезло: снова красный свет на развилке. Отель было видно, но машин тут было больше, и я нажал кнопку на переходе, ждал брешь между машинами. Рядом со мной расслабленный мужчина средних лет в толстовке курил самокрутку, судя по запаху, в ней не было табака. Он взглянул на меня с широкой улыбкой.

— Нравятся твои волосы, — хрипло сказал он.

— Хотите? — спросил я.

Его глаза расширились.

— Ага.

Свет стал желтым, пара машин пронеслась по переходу, остальные замедлялись.

Я сорвал парик и бросил его и очки новому другу.

— Все ваше.

— Ого, — туманно обрадовался он, а я побежал по улице.

Я попал на парковку отеля, замедлился до бодрой ходьбы, пытаясь перевести дыхание, а потом прошел в лобби.

Женщина за столом дружелюбно кивнула мне, и я ответил тем же, окинул лобби взглядом в поисках вещей крота. Справа юный работник разглядывал сумку на тележке в углу.

Я подбежал к нему.

— О, как хорошо. Я думал, что потерял это!

Работник посмотрел на меня.

— Это ваше?

— Ага, — я сжал ручки пакета. — Я ехал в аэропорт и понял, что забыл сумку.

Юноша вежливо улыбнулся.

— Какой номер комнаты, сэр? Чтобы я подтвердил…

Я отвернулся от него и быстро пошел к двери.

— Прости, самолет через час!

Снаружи я поспешил прочь от отеля, завернул за угол и остановился перед ювелирным магазином на другой улице. Я вернул наушники в уши и набрал Линну.

— Забрал? — спросила она тут же.

— Думаю, да, — я сел на колени, расстегнул сумку. Внутри была стопка папок с печатями МП. — Да, забрал.

— Хорошо. Эггерт выехал за тобой.

— Спасибо, — я прислонился к витрине ювелирного магазина. — Не верится, что он нас обыграл.

— Если бы он рисковал, он бы не продержался так долго.

— Скользкий тип, — буркнул я. — Мы должны были продумать это лучше. Если бы Эггерт был за компьютером, ты могла бы пойти со мной, один из нас остался бы выслеживать крота.

— Мы не могли это предсказать. И ловля крота была второстепенной. Мы получили то, что нам было нужно.

Я посмотрел на сумку и незаконное содержимое.

— Надеюсь, этого хватит.

* * *

Эггерт высадил меня в Бэт-пещере, отправился на ночь домой, оставив меня и Линну изучать улики, полученные от крота. Мы вскоре поняли, что в папках с печатью МП почти ничего не было.

— Это ничего не стоит, — ворчал я. — Они все убрали под ковер.

Линна листала десятки фотографий с места преступления, которые сделал агент Харрис.

— Я боялась этого.

— Ни вскрытия, ни проверки на яды, — я бросил папку на столик между нами. — Слова Эдит — лишь пара предложений, хотя она нашла тело. Даже если это было самоубийство, это некачественная работа.

Я перечитал страницу отчета, заполненного агентом Суарез. Там не было ничего нового: смерть от удушья, запертая комната, никаких аномалий в системе охраны. Суарез даже добавила, что стресс на работе мог заставить Йоханнсен лишить себя жизни.

Просто бред, от начала до конца.

— Есть каталог улик? — спросила Линна, глядя на фотографии.

Я порылся в бумагах перед собой и отдал перечень ей.

— Нашла что-то?

— Возможно, — она просмотрела страницу, хмурясь. — Странно.

— Что?

Она подняла фотографию уничтоженной книги и пакета от улик под ней.

— Официальный пакет МП для улик, да? С номером дела и всем прочим.

— И?

Она вернула каталог улик.

— Что тут сказано?

Я осмотрел страницу.

— Ничего. Просто «пакет для улик, порванный».

— Не указан номер дела, или каким было дело. Зачем это опустили?

— Лень? — предположил я. — Неумение? Приказы Созэ? Он не дал Харрису взять и отпечатки…

Я утих, приподнял брови.

— Приказы Созэ, — мрачно повторил я. — Он хотел, чтобы номер дела на пакете скрыли?

— К сожалению, мы не можем ответить на вопрос, ведь нет доступа к базе данных.

Я с улыбкой подвинулся к столу.

— Но мы знаем того, у кого есть доступ.

— Нет, Кит, — Линна прошла за мной. — Мы не будем платить еще десять тысяч долларов за номер дела!

— Ты права, — я вставил флешку Зака в компьютер. — Мы ничего им не заплатим.

Линна склонилась над моим плечом, пока я загружал браузер и вводил пароль. Через миг в чат вошла Шиншилла.

— Шиншилла? — спросил я.

— Когда я говорила при передаче денег, была «Ондатра».

Как и раньше, крот сначала спросил, кем мы были, и я послушно сказал, что был «Лепестком розы», как нас назвали перед передачей денег.

>ШИНШИЛЛА: ЕСТЬ ЕЩЕ ПРОСЬБА?

>ВЫ: ЕСТЬ ПРОБЛЕМЫ С ПРОШЛЫМ ЗАКАЗОМ. КОЕ-ЧЕГО НЕ ХВАТАЕТ.

>ШИНШИЛЛА: Я ДАЛ ВСЕ, ЧТО ТАМ БЫЛО.

>ВЫ: ВЕРЮ. НО Я ПОЛУЧИЛ ФОТО МЕСТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ С ПАКЕТОМ ДЛЯ УЛИК С НОМЕРОМ ДЕЛА, НО НЕТ НИКАКОЙ ИНФОРМАЦИИ О ТОМ ДЕЛЕ.

>ШИНШИЛЛА: ПРОБЛЕМА В АГЕНТЕ, КОТОРЫЙ ЗАПОЛНЯЛ ОТЧЕТ.

>ВЫ: ТЫ ЗНАЕШЬ, КАК И ВСЕ, ЧТО НОМЕР ДЕЛА С ТОГО ПАКЕТА ДОЛЖЕН БЫТЬ В КАТАЛОГЕ УЛИК. Я ЗАПЛАТИЛ $10,000 ЗА ВСЮ ИНФОРМАЦИЮ ПО САМОУБИЙСТВУ ЙОХАННСЕН. Я ХОЧУ ПОЛУЧИТЬ ТО, ЗА ЧТО ПЛАТИЛ.

>ШИНШИЛЛА: Я НЕ ВОЗВРАЩАЮ ДЕНЬГИ. ПРОЩАЙ.

Линна сжала мое плечо и прошипела:

— Сделай что-нибудь.

>ВЫ: ПОГОДИ.

Мы смотрели тихо на экран, ждали сообщение, что крот вышел. Этого не произошло. Мои пальцы вернулись к клавиатуре.

>ВЫ: ПРОСТО ПОСМОТРИ ДЛЯ МЕНЯ ДЕЛО. 3 °CЕКУНД ВРЕМЕНИ СОХРАНЯТ МЕНЯ КАК КЛИЕНТА.

Ответа не было, лишь мигал курсор.

— Он еще там? — спросила Линна.

— Думаю, да.

Наконец, появился текст.

>ШИНШИЛЛА: КАКОЙ НОМЕР ДЕЛА?

Линна оббежала диван, схватила фотографию с места преступления и подвинула ко мне по столу. Я ввел номер и нажал «enter».

>ШИНШИЛЛА: МИНУТУ.

Радостный выдох Линны защекотал мою шею, она снова склонилась над моим плечом.

— Я думала, что он откажется.

— И я, — я бросил взгляд в сторону, ее лицо было в дюймах от моего, и я забыл, что хотел сказать.

Сообщение от крота вернуло мое внимание к экрану.

>ШИНШИЛЛА: ДЕЛА С ТАКИМ НОМЕРОМ НЕ СУЩЕСТВУЕТ.

— Что? — воскликнула Линна. — Это невозможно!

Я согласился и ввел это.

>ВЫ: ЭТО НЕВОЗМОЖНО.

>ШИНШИЛЛА: ТОЧНО ПРАВИЛЬНЫЙ НОМЕР?

Я схватил фотографию и сравнил с сообщением, отправленным мною ранее. Я ощущал, что Линна делала за мной то же самое.

>ВЫ: ДА, ПРАВИЛЬНЫЙ.

>ШИНШИЛЛА: ТОГДА Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО СКАЗАТЬ. ФАЙЛА В СИСТЕМЕ С ТАКИМ НОМЕРОМ ДЕЛА НЕТ.

>ШИНШИЛЛА ВЫШЕЛ.

— Что ж, — я закрыл браузер. — Это помогло.

Линна скрестила руки на груди.

— Как?

Я вытащил флешку.

— Теперь мы знаем, что кто-то поместил на пакет для улик фальшивый номер дела — и сколько ты готова поставить на то, что это был Созэ?

Линна отошла от стола, задумчиво щурясь.

— Зачем? Какая цель?

— Это, — сказал я, вернувшись к дивану и плюхнувшись на подушки, — фантастический вопрос.

Моя напарница продолжила расхаживать.

— Джорджия получала потенциально незаконные книги в пакетах для улик все время. Это было частью ее работы. Книга была особенной?

Я взял стопку фотографий и стал их снова перебирать.

— Она могла быть опасной? Может, там было какое-то заклинание.

— Вряд ли. Она была слишком повреждена, чтобы заклинание внутри еще работало.

— А если книга не была повреждена, когда она ее получила?

Линна нахмурилась, потом покачала головой.

— Джорджия умела проверять заклинания на опасность. Убийца мог покрыть страницы ядовитым порошком, но яд убил бы ее, а не заставил повеситься.

Она была права. Что бы ни было в книге, это не заставило бы ее повеситься, и книга не могла инсценировать суицид, если ее убило что-то еще.

— Что еще мы знаем о Джорджии? — размышлял я вслух, глядя на фотографию в ладони, где был брелок главы гильдии с пластиковым корги. — Похоже, она любила собак.

— Она была в «Arcana Historia» почти двадцать лет, — сказала Линна. — Не замужем, без детей, но с двумя корги дома.

— И она любила странный кофе, — отметил я, подняв фото с содержимым урны лазарета, где был бумажный стаканчик от кофе с написанным снаружи заказом. — Темная обжарка с пакетиком мятного чая.

— Это странный кофе.

Я прищурился, глядя на стаканчик, пытаясь понять логотип.

— «Кофейня Молли Роджер». Я бывал там. Это в паре улиц на запад отсюда, прямо на набережной.

Линна повернулась ко мне посреди шага, уголки ее губ опустились.

— Это далеко от «Arcana Historia». Зачем ей заказывать кофе там?

— Хороший вопрос. Если стаканчик недавний, может, получится выяснить, — я взглянул на свои часы. Почти одиннадцать вечера, кофе уже не продавали. — Утром.

Сжимая и разжимая ладони от раздражения, Линна была готова спорить, но поняла тщетность.

— Видимо, да. Мы ничего толком не можем сейчас сделать. Нужно поспать.

Я разделял ее раздражение, но день был очень долгим. Я пошел в ванную умыться и ополоснуть рот, напомнил себе найти завтра щетку. Когда я вернулся в гостиную, я увидел Линну, сидящую на диване, глядя вдаль с напряжением на лице.

— Ты можешь поспать в кровати, — сказал ей я.

Она моргнула пару раз, мозг вернулся в настоящее.

— Что, прости?

— Я могу спать на диване. Кровать твоя.

— О, — она звучала удивленной предложением. — Я могу поспать тут. Это твоя кровать.

Я покачал головой.

— Теперь все принадлежит Блит, и мне не по себе от кровати, которой владеет капитан. Я слишком много раз валялся на этом диване. Я посплю тут.

Она слабо улыбнулась.

— Спасибо.

Она встала с дивана, прошла мимо меня к спальне, напряжение исходило от ее тела.

— Линна, — пробормотал я. — Ты в порядке?

Она замерла на пороге спальни, но не оглянулась на меня.

— Просто устала. Долгий день.

— Мы разберемся в этом, — сказал я ее спине, пытаясь успокоить тоном. — Я знаю, что это лишь стаканчик кофе, но хоть что-то. Мы делали больше с…

— Кит, — твердо перебила она, все еще говоря с дверным проемом. — Я в порядке.

Она пропала в моей бывшей спальне. Было время, когда я был бы в восторге от перспективы, что загадочная и красивая агент Шен скользнет под одеяла моей кровати. Я мог бы игриво намекнуть на общую кровать.

Двигаясь скованно, я упал на мягкие подушки дивана. Эмоциональные двери Линны были заперты, никого не впускали. Это было нормой, да? Так почему каждый ее отказ так жалил?

И почему я еще пытался?

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Я переоценил способность спать на этом диване.

Да, я засыпал на этом месте десятки раз, обычно во время фильма с пустой банкой «Dr. Pepper» и миской с остатками попкорна на столике. Но тогда я не был в ушибах, уставший и в стрессе после столкновений со смертью.

Я ворочался почти час, а потом отбросил одеяло, которое Линна нашла где-то в спальне. Оно было мягким, запах немного напоминал о капитане Блит — тот же стиральный порошок? Запах Блит и расслабленность были противоположностями, как и мягкость и Блит. Двойной дискомфорт для мозга.

Я сел, вяло посмотрел на стол с техникой, потом встал и потянулся. Компьютеры источали жар, как маленькие обогреватели, и я разделся до трусов, чтобы не страдать от тропической температуры в комнате. Я прошел босиком по паркету к ванной. Может, прохладный душ поможет расслабиться. Ванная была напротив спальни, и я замер у закрытой двери, гадая, спала ли Линна. Звук душа разбудит ее?

— Эй.

Я вздрогнул от ее приглушенного голоса. Звучало так, словно она была прямо за дверью. Я открыл рот, чтобы извиниться, но она заговорила снова:

— Да, это я. Прости, что звоню поздно.

Я моргнул, глядя на закрытую дверь.

— Как…

Ее голос стал тише. Она отошла от двери. Я не шевелился, ощущая себя виновато и растеряно. Виновен за подслушивание, растерян из-за того, кому она звонила, когда думала, что я спал, пока мы были в бегах, и связываться с кем-то было риском.

— …знаю, — ее голос снова стал четче, она подошла ближе. — Я посреди дела, я не могу…

Я снова упустил ее слова. Она, похоже, расхаживала.

— Уверен? — пауза. — Ладно, просто… не связывайся, если не… ага. Я позвоню, — долгая пауза. — Да.

Я сжимал и разжимал пальцы. Отойдя от ее двери, я прошел в ванную и заперся, включил душ.

Мы многое пережили вместе с Линной. С первых бурных недель она, новичок-гений, которой нужно было доказать способности, и я, аферист без забот, работали каждый день, как напарники, рисковали жизнями, защищали друг друга.

Мы были близко, но не так сильно. Не так близко для тревожной уязвимости, которую она выразила одним тихим «ага». Что бы они ни обсуждали, это было связано с недавним напряжением Линны.

Но, когда я спросил об этом, она была «в порядке».

Как Линна могла доверять мне свою жизнь, но не остальное? Так боялась моих способностей? Или она не отвечала на мои чувства взаимностью, не хотела обманывать меня, ясно показав, что отношений не будет?

Может, я был наглым, но я был уверен, что нравился ей. Я дважды поцеловал ее, оба раза она ответила так, как мог только человек, которому нравился поцелуй. Я не просил ее признаваться в любви или прыгать со мной в постель. Я просто хотел ее дружбы.

Но она не давала даже этого. Она не открывалась мне насчет этого тайного раздражителя, пыталась скрыть от меня тот звонок. Она имела право на свои тайны, особенно в личной жизни. Проблема была в том, что она скрывала все личное, и я уже не знал, что делать. Сдаться и относиться к ней как к коллеге? Я пытался представить это, но не смог, как и не мог перестать переживать из-за того, кому она звонила, почему не говорила мне, и что происходило.

Душ не помог расслабиться, а дал больше времени наедине с мыслями. Я закончил после десяти минут с губкой и под струями, использовал только кусок мыла, потому что шампунь пах как Блит, а я такой запах не хотел. Я вытерся полотенцем, натянул трусы и выглянул в коридор.

Дверь спальни все еще была плотно закрытой, свет не сиял под ней, и я прокрался в гостиную. Сев на диван, я включил телевизор, пролистал список названий на «Netflix», пытаясь выбрать что-то медленное и тихое, чтобы уснуть. Мне повезло, в категории «медитативная драма» всплыл «Трудности перевода». Это был идеальный одинокий фильм для бессонной ночи.

Я сделал звук как можно тише. Обмякнув на подушках, я смотрел, как машина Билла Мюррея ехала по Токио после его неловкого приема в роскошном отеле.

Когда два главных героя собирались ложиться спать, дверь спальни застучала. Я отыскал пульт и нажал на паузу.

Линна прошла в комнату мелкими шажками. Я открыл рот, чтобы извиниться, но голос пропал. Она кутала плечи в пушистое одеяло, похожее на то, что я сбросил раньше, и ее ноги оставались на виду от середины бедра. Гладкие и подтянутые голые ноги.

Половина моего мозга впилась в то зрелище, готовая разглядывать каждый изгиб, от бедер до колен, голеней и узких лодыжек, а другая половина сразу же стала думать, что на ней было — или чего не было — под одеялом.

После до смущения долгого мига созерцаний я мысленно ударил себя и сосредоточился на ее лице. Ее щеки заметно порозовели.

Я кашлянул и виновато улыбнулся ей.

— Прости. Фильм тебя разбудил? Не стоило…

Я умолк, она пересекла комнату и опустилась на диван рядом со мной. Не возле меня, но и не на дальнюю подушку. Где-то между. Она еще краснела, и я ощущал немного жара на своих щеках — и не от тепла компьютеров. Я был почти голым, да и Линна была не особо одетой. Я подумывал накрыть колени одеялом, но было поздно — она села на него.

— Я не могла уснуть, — пробубнила она. — Это «Трудности перевода»?

Ее волосы были не в привычном хвосте, редкое зрелище. Сияющие черные пряди ниспадали почти до локтей, спутанные от попыток уснуть до этого.

Или словно она запускала в них руки много раз. Я хотел это сделать. Хотел…

Она поймала мой взгляд, ее глаза были темными, уставшими и со странным вопросом.

Ой, она задала вопрос.

Я отвел взгляд, пока не сказал что-то глупое.

— Эм… да. «Трудности перевода».

Она отклонилась, устраиваясь удобнее. Она решила посмотреть фильм со мной?

— Мне… включить заново?

— Не нужно. Я видела его раньше.

Это удивило меня. Она смотрела не так много фильмов, по сравнению со мной. Не зная, что думать, я нажал на кнопку.

Фильм продолжился, но я толком не смотрел. Линна глядела на телевизор, не поглядывала в мою сторону, ее лицо еще было румяным. Она заерзала, поправляя одеяло. Через пару минут она вытянула ноги, заерзав снова. Я с трудом перевел взгляд на экран.

— Тут тепло, — прошептала она.

Я кивнул.

— Я наполовину голый не ради веселья.

Хоть мой взгляд был прикован к фильму, я ощущал, что она с любопытством посмотрела на меня. Умный ответ, Кит Моррис.

— Тут нет кондиционера? — спросила она.

Я смотрел на нее миг. Может, нехватка сна или растаявший от жары мозг помешали понять, что в моей старой квартире был встроенный кондиционер.

— Есть, — ответил я, злясь на себя.

Я вскочил и прошел по комнате к термостату возле ванной, стал возиться с экраном. Тихий гул холодного воздуха стало слышно.

Я обернулся, заметил, как Линна быстро отвела взгляд от моей голой спины.

Медленно вернувшись к дивану, я опустился на подушку рядом с ней. Если я хотел действовать, момент был удачным. Будет ли шанс лучше? Она пришла ко мне, пока я был почти без одежды, сама была полураздетой, в темной комнате, пока мы были одни.

Ветерок кондиционера задел мою голую кожу, остужая тело и мысли. Линна ясно показала свое мнение насчет наших отношений. Никакого флирта. Никакой романтики. Никаких свиданий.

И никакого отдыха за «Netflix».

Я взглянул на ее профиль, она смотрела на телевизор. Я без слов потянул из-под своих ног уголок одеяла и сел ровнее. Пока она не дала намек, она была со мной только ради общества. Это не было ужасным. Я хотел проводить больше времени с ней.

Я просто хотел быть достойным больше общества без слов, и чтобы в следующий раз, когда я спрошу, как она, она призналась, что не была в порядке.

* * *

«Кофейня Молли Роджер» была размытой.

Или так казалось моему сонному мозгу. Несмотря на десять минут ходьбы от Бэт-пещеры до кофейни, мне было сложно выбраться из хватки сна. Я глупо отказался от варева цвета грязи в руке Эггерта в квартире ради кофе в «Молли Роджер».

Прошлой ночью мы с Линной посмотрели весь фильм. Только после титров она пожелала тихо спокойной ночи и ушла в спальню. Я крепко уснул, проснулся усталым, недовольным, виноватым и растерянным.

После семи утра мы вошли в кофейню и оказались в конце очереди работников с яркими глазами и строгими костюмами, готовых встряхнуть организм кофе в пиратском стиле перед рабочим днем.

— Я возьму кофе, — сказала Линна. — Почему бы тебе не узнать у барист, помнит ли кто-то Джорджию?

Я вяло кивнул и вышел из очереди, устремился к баристе, выбрал кудрявого двадцатилетнего парня, похожего на Джастина Тимберлейка.

— Эй, — сказал я, стараясь убрать утреннюю вялость из голоса. — Есть пара вопросов.

— Очередь там, — ответил он, не отрывая взгляда от капучино-машины. Пар от молока на миг закрыл его лицо.

— Я не ищу очередь, — сказал я ему. — Я ищу ответы.

Бариста, который был не в настроении играть Тимберлейка, хмуро взглянул на меня, но увидел значок МП — он из-за моего искажения напоминал значок полиции Ванкувера.

Он не был впечатлен, нахмурился сильнее.

— Я ошибся с вашим заказом, офицер?

Что-то сказало мне, что он не был фанатом полиции Ванкувера.

Я поднял телефон, показал фотографию Джорджии Йоханнсен.

— Узнаешь эту женщину? Мы думаем, что она была тут от двух до четырех дней назад.

— Нет, — сказал он, окинув взглядом фотографию. Он закончил напиток, который делал, добавив корицу, и опустил на стойку. — Сухопутный латте с корицей!

Хорошо одетая женщина на каблуках прошла мимо меня и забрала ультрасладкий псевдокофе.

— У нее был необычный заказ, — с нажимом сказал я. — Темная прожарка с мятным чаем.

Бариста сморщил нос.

— О, это я помню. Вы ее арестуете? Потому что пить сразу кофе и чай — преступление.

Я хотел согласиться, но пытался выглядеть как офицер-профессионал.

— Когда она была тут?

— Вчера — нет, два дня назад, в обед, — он наполнил новую чашку миндальным молоком и поставил его под пароварку. — Она была с одним из завсегдатаев и еще парнем.

Линна обошла угол стойкий и дала мне чудесный большой и горячий стакан кофе.

— Особый сонный Кит, — сказала она так тихо, чтобы бариста не слышал.

Я моргнул.

— Что это?

— Средняя прожарка с двойным эспрессо, большая порция.

Ого. Обычно я так и пополнял энергию.

— Мы зовем это Деревянная нога и Повязка на глаза, — исправил ворчливый бариста, слух у него был лучше, чем я ожидал.

Я снял крышку с напитка и подул на темную поверхность, чтобы кофе остыл достаточно для глотка. Пахло так вкусно, но я обжигал язык слишком часто в жизни, чтобы пить лаву с запахом бобов.

— Расскажи ей то, что рассказал мне, — сказал я баристе.

Он наполнил чашку дрип-кофе и потянулся к крышке.

— Что вы должны арестовать женщину за ужасный выбор кофе?

— Нет, то…

— Молоко капитана! — объявил он, ставя стакан на стойку. — Леди без вкусовых рецепторов была тут два дня назад в обед с двумя парнями. Один — завсегдатай, его зовут Ансон.

Линна потягивала свой напиток, не переживая из-за обжигающей температуры.

— Ты знаешь его фамилию?

Бариста фыркнул.

— Конечно, нет.

Мы с Линной тихо смотрели на него, не хотели принимать отсутствие информации как ответ.

Он вздохнул.

— Он работает где-то рядом. Редактор или что-то такое. Приходит каждый день и заказывает белый мокко с соевым молоком и булочку с кунжутом и крем-сыром. Вчера его не было.

Линна уже взяла телефон, искала в интернете Ансона, который мог быть редактором.

— Спасибо за помощь, Оскар, — сказал я.

— Меня зовут не Оскар.

— Правда? А похож на Оскара.

Хмурый Бариста недовольно посмотрел на меня и вернулся к работе.

Я повернулся к Линне, та улыбнулась и подняла телефон с фотографией серьезного мужчины средних лет.

— Ансон Гудмен, главный редактор новостного издания мификов.

— Он близко? — спросил я.

Она кивнула.

— За соседней дверью.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— «Тихоокеанская научная фантастика и фэнтези», — прочел я, глядя на медную табличку рядом с лифтом. — «Основано 2004. Номер 611».

Большие пальцы Линны порхали по экрану телефона, она писала сообщение.

— Эггерт говорит, что Созэ прибыл в участок и отправился в свой кабинет.

— А его прихвостни?

— Маркович, Суарез и Каде тоже в участке. Эггерт не видит двух других на камерах, но мы, наверное, в безопасности.

Лифт звякнул, и мы прошли в зеркальный салон.

— Я помню таблички этого места, — сказал я, когда дверцы закрылись. — Я приходил в это здание регулярно, когда жил в своей квартире, но не знал, что тут газета мификов.

— Зачем ты приходил сюда? — Линна указала на плакат на стене лифта. — На горячую йогу?

Она знала, что я занимался йогой — из-за множества преимуществ для здоровья — но она звучала неуверенно, словно я мог рассмеяться.

— Обычно я ходил на виньясу, — ответил я с улыбкой, — но да.

Она задумчиво хмыкнула, взгляд стал странно далеким. Я хотел спросить, в чем дело, но понял, что ее щеки чуть порозовели. Что она представляла сейчас?

Двери лифта раздвинулись, возвращая Линну в реальный мир, и мы прошли в коридор с серым ковром и синими стенами. Мы повернули налево и зашагали к кабинету 611, где нас ждала «Тихоокеанская научная фантастика и фэнтези».

ТНФФ была гильдией, отличающейся от остальных в городе. Она выглядела как журнал, издавала спекулятивную фантастику и странные интервью или статьи. Но на самом деле гильдия была единственным источником новостей мификов в Ванкувере. С создания она существовала только онлайн, сайт был защищен паролем, и туда можно было попасть только тем, у кого были действующие номера МИ.

Линна открыла дверь, и мы тут же столкнулись с женщиной за тридцать с синими прядями волос. Она сидела за столом, жевала бутерброд. За ней были три кабинета, двери были закрытыми.

Удивление мелькнуло на ее лице. Она не привыкла к неожиданным появлениям.

— Эм, у вас назначено?

— Вы — Жасмин Рэй? — спросила Линна. Я тоже узнал женщину со страницы «Наша команда» на сайте ТНФФ. Там были перечислены шесть работников, включая Ансона Гудмена, который явно был главой гильдии.

— Да, но…

Мы с Линной почти в унисон показали значки.

Жасмин хмуро посмотрела на них, потом окинула нас взглядом.

— Вы из МП? Серьезно? Эта гильдия старше вас двоих.

— Этой гильдии всего пятнадцать лет, — буркнул я.

— Нам нужно поговорить с Ансоном Гудменом, — сказала ей Линна. — Он тут?

Женщина вздохнула.

— Не знаю. Наверное.

— Не знаете? — я махнул на три двери кабинетов. — Так нам нужно самим выяснять?

Она раздраженно сжала губы.

— Он был в своем кабинете прошлой ночью, и его дверь была заперта утром. Я не знаю, остался ли он там. Он не ответил, когда я стучала.

— Эм… он часто запирается в кабинете на ночь?

— Нет. Он вел себя странно со вчерашнего обеда, — неохотно добавила она.

— В каком плане странно?

— Как с паранойей, — она посмотрела с тревогой на третий кабинет. — Отменил все встречи и заперся внутри. Открыл дверь только для того, чтобы я передала ему еду перед тем, как ушла прошлой ночью.

Линна взглянула на меня. Случайная зацепка с кофе становилась все интереснее.

— Это его кабинет? — я указал на дверь.

Жасмин кивнула, мы с Линной подошли к последней двери. Шторы были сдвинуты, свет не горел. Если он прятался внутри, он бы включил свет?

— Что-то произошло вчера? — спросила Линна у Жасмин, следующей за нами. — Что-то вызвало у него паранойю?

— Не знаю точно. Я передала ему звонок перед тем, как он закрылся, но не знаю, было ли это из-за него.

Линна поджала губы.

— Звонок от кого?

— Не знаю. Номер был скрыт. Но мужской голос.

Я постучал костяшками по двери.

— Мистер Гудмен? МП. Нам нужно с вами поговорить.

Тишина.

Я подергал ручку, но было заперто. Я взглянул на Жасмин.

— У вас есть ключ?

Она покачала головой.

— Единственный ключ у Ансона.

Линна порылась в сумке, но ее решение точно включало разрушение ручки или двери взрывом.

— Есть пара шпилек? — спросил я.

Она перестала искать что-то волшебное. Приподняв бровь, она порылась в сумке и вытащила две черные шпильки. Я пару секунд придавал им нужную форму, а потом склонился над ручкой и вставил их в замок.

— Стандартное обучение МП, — шепнула Линна Жасмин, которая явно смотрела на мою спину с подозрением.

Ложь гражданскому? Ой-ой, Линна. Мои навыки взлома были из моего ужасного детства. Я мог искажать все, что хотел, но искажения не отпирали дверь, когда приемные родители закрывали от тебя дом холодной зимней ночью.

От толчка шпилькой замок поддался, ручка повернулась. Я открыл дверь, и она ударилась обо что-то твердое.

Жасмин не шутила, сказав, что Ансон забаррикадировался в кабинете. В брешь шириной в дюйм я видел высокую деревянную мебель — наверное, спинку книжного стеллажа. Мы с Линной толкнули плечами дверь, медленно сдвинули стеллаж с дороги, пока не смогли протиснуться в комнату.

Кроме стеллажа, кабинет был удивительно чистым.

Только мертвое тело лежало на столе.

— Ансон! — закричала Жасмин, пролезая в брешь за нами.

Она попыталась пробежать мимо нас, но я поймал ее за руку и спокойно встал перед ней, мешая ей видеть главу гильдии.

— Оставьте это нам, ладно?

Линна осторожно шагнула к Ансону, прижала пальцы к его шее, искала пульс. Она подняла голову с сочувствием в глазах.

— Мне жаль, Жасмин.

— Боже, — прошептала репортер, слезы лились по ее щекам.

Я нежно сжал ее ладонь.

— Почему бы вам не выйти на минуту?

Она моргнула сквозь слезы и кивнула.

— Можете кому-то позвонить? — спросил я. — Один из нас может остаться с вами.

— Нет, все хорошо, — сказала она, шмыгая носом. — Я буду в порядке.

— Дайте знать, если что-нибудь нужно, — я сдвинул стеллаж сильнее, чтобы Жасмин было легче выйти, а потом закрыл за ней дверь. Я развернулся, увидел Линну с ладонями на бедрах, она глядела на тело Ансона.

— Это не может быть совпадением, да? — сухо сказал я. — Два мертвых главы гильдии в запертых комнатах?

— Тут не изображено самоубийство, — отметила она.

Я обошел стол, увидел предметы вокруг обмякшего Ансона.

— Нет таблеток, петли, пистолета, заметных ран. Как Созэ выкрутится из этого?

Это явно был Созэ. Я не сомневался. Скользкий гад убивал глав гильдий и использовал свою власть в участке, чтобы скрыть происшествия и подавить расследования смертей.

— Два суицида были бы подозрительны, — мрачно размышляла Линна, пока искала в комнатке подсказки. — Думаю, это спишут на смерть естественным путем. Может, сердечный приступ. Он был холодным, так что мертв уже несколько часов.

— Кроме того, что Созэ — воплощение боли в ступнях с властными друзьями, еще и тошнотворно гнусный, зачем ему убивать глав гильдий? Какой мотив?

— Мы можем не знать мотив, — сказала Линна, склоняясь рядом со столом, — но мы знаем метод.

Она выпрямилась, подняла маленький черный диск чуть больше подставки под чашку, на поверхности были вырезаны едва заметные руны.

— Блин, — прошептал я. — Портал.

Напряжение вернулось в ее плечи с полной силой, и она не была рада тому, что ее теория подтвердилась.

— Убийца сбежал, убив Ансона, с помощью этого. Активировал портал, прыгнул и вышел где-то вне здания.

Я медленно кивнул.

— Он не смог забрать с собой портал. Значит, такой должен быть и в лазарете в «Arcana Historia».

— Суарез прибыла туда первой, по словам агента Харриса.

Я выругался под нос.

— Она отсутствовала, когда мы прибыли. Наверное, вынесла портал из здания. Харрис мог и не заметить этого.

Мы снова разделились, быстро и тихо обыскали кабинет. Мы делали фотографии телефонами всего, что казалось хоть немного важным, хотя почти ничего не было. Ансон был требовательным, все было чистым и упорядоченным. Не на месте был только большой конверт на столе, который был разорван так, словно оскорбил мать Ансона, за что был избит.

— Я проверю Жасмин, — сказал я Линне, сделав фотографию обрывков бумаги.

Я нашел ее за столом у входной двери, она глядела в пустоту. С ее волосами с синими прядями и размазанной тушью она напоминала Аврил Лавин в эру «Sk8er Boi».

— Вы смогли с кем-то поговорить? — тихо спросил я.

Она кивнула.

— Я позвонила на горячую линию.

Я не сразу понял, какую горячую линию она имела в виду. Ужас пронзил меня.

— Горячая линия МП? Зачем? Мы уже тут.

— Знаю, — буркнула она, едва взглянув на меня, в тумане от шока и горя. — Я лишь подумала… что они могли послать кого-то… опытнее.

Заметка: надевать скучный черный костюм на место преступления было неплохой идеей. Свидетели не подумали бы, что мне нужна помощь старшего агента.

— Когда вы позвонили? — спросил я, стараясь убрать панику из голоса.

— Как только вышла. Они сказали, что немедленно пришлют кого-то.

Я выдавил фальшивую улыбку.

— Молодец. Я сейчас.

Я поспешил в кабинет Ансона так быстро, как только могли нести ноги после двойного эспрессо. Я плотно закрыл за собой дверь.

— Созэ в пути, — сказал я Линне, фотографирующей тело. — Будет тут с минуты на минуту.

— Блин, — она сунула портал в сумку. — Уходим отсюда.

Мы обошли стеллаж и хотели открыть дверь, когда звук входной двери ТНФФ остановил нас.

— Где тело? — спросил у Жасмин знакомый мерзкий голос. — И два других агента? Они еще тут?

Я скрипнул зубами от бодрого тона Созэ. Он жаждал шанса поймать нас.

Ее голос приглушила дверь кабинета Ансона. Жасмин подтвердила, что мы были там. Шаги застучали к порогу, дверь распахнулась. Она ударилась об стену, и стало видно Созэ и агента Яо, лакея из Внутренних дел со стрижкой в стиле «Beatles» и круглой бородой. Они окинули взглядами комнату, искали нас.

Но не могли найти, ведь мы с Линной были в углу за столом, скрытые моим искажением.

— Я их не вижу, — сказал Яо. Он прошел в комнату, едва взглянул на тело Ансона, пока разглядывал пол. — И артефакта не вижу.

Созэ стиснул зубы, вена пульсировала на его щеке.

— Проверь другие комнаты. И осторожно. Ты знаешь, на что он способен.

Ах, как мило. Созэ боялся моей магии.

Яо помедлил.

— У вас есть еще зелье ментальной стойкости?

— Если бы было, я бы его использовал, — рявкнул Созэ. — Ищи.

Яо быстро вышел из кабинета. Уродливое лицо Созэ исказил оскал, пока он разглядывал комнату. Он уже вытащил узкий серебряный артефакт, держал его перед собой, готовый взорвать на огненные кусочки то, что пошевелится.

Я сжал зубы, скрипел ими слишком тихо для него. Зелье ментальной стойкости. Так он был временно неуязвим для моих искажений.

Повезло, что его запасы закончились.

— Я знаю, что вы, гады, можете быть тут, — прошипел он. — Я дам вам пять секунд, чтобы показаться и вернуть артефакт, а потом подожгу тут все. Пять, четыре, три…

Его отсчет прервался из-за аудио-галлюцинации, которую я добавил к невидимости. Стук сотряс окно за столом Ансона. Созэ посмотрел на звук. Фальшивый Кит держался за толстым стеклом в перчатках, какие были у Тома Круза «Миссия невыполнима», когда он лез по «Бурдж-Халифа».

Созэ застыл, потрясенный сценой. Ложный Кит отцепил ладонь от окна, показал ему средний палец и прыгнул в пустоту, пропадая из виду.

Когда Созэ прижался носом к стеклу, чтобы увидеть мой танец с притяжением, мы с Линной проскользнули мимо него, вышли из кабинета и поспешили к входной двери.

Через минуту мы были на улице, живые и свободные, добывшие вход в портал, но в смятении из-за еще одного убитого главы гильдии. Хаос расследования усиливался.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Мы вернулись в квартиру, сделав пару кругов, убедившись, что нас не преследовали, пересеклись с Эггси и оставили артефакт-портал из кабинета Ансона в особом сейфе отрицания, который Блит добавила в спальне.

А потом перекусили.

Боги погоды решили убрать дождь в Ванкувере в тот день, и мы с Линной отнесли японские блюда в ближайший парк напротив гавани, оставив Эггерта с компьютерами присматривать за гадами из Внутренних дел. Кроме одинокого бегуна, были только мы.

Я запихивал якисобу в голодную пасть, пока напарница сидела с нетронутым нигири с лососем на коленях, глядя вдаль.

— Ты предпочла бы бургер? — решил я, воткнул палочки для следующей порции. — Не пойми превратно. Это вкусно. Но когда на меня нападают стресс и голод, нет ничего лучше сочного бургера с дополнительным…

— Дополнительным беконом, сыром и хрустящим луком.

Я моргнул.

— Не знал, что у нас совпадают предпочтения в бургерах.

Она закатила глаза.

— Я предпочитаю кусочек жареного ананаса в бургере.

Я снова моргнул.

— Жареный ананас — это вкусно. Но откуда ты знаешь мои любимые добавки к бургеру?

Не отвечая, она выбрала кусочек сырой рыбы и сунула в рот.

— Так много.

— Восемь кусочков суши. Это даже закуской не считается.

— Я про наше расследование.

Думая о бургерах, я согласно хмыкнул.

— Это как ужасная комбинация фастфуда: два убийства, одно покушение, еще и скрытность на высшем уровне МП.

— Ага, — ее голос звучал сдавлено.

— Что-то в гильдии Ансона привлекло твое внимание? — спросил я, проглатывая лапшу. — Там был кусочек, нужный для нашего паззла? Мы подтвердили, что Созэ использует порталы, но я не нашел ничего, что помогло бы нам продвинуться.

Линна тыкала нигири.

— Порталы — это проблема.

Я ждал миг, что она продолжит.

— Конечно, проблема. Они помогают Созэ убивать людей.

— Но в этом нет смысла.

Я снова ждал, но она ничего не добавила. Подавляя раздражение, я ровно сказал:

— Я не эксперт отрицания, так что тебе придется объяснить мне. Насколько я понимаю, Созэ или его подчиненные проходят порталом в закрытую комнату, убивают жертву, прикрывают убийство нужным видом и уходят порталом. Когда вызывают МП, он следит, чтобы один из его лакеев прибыл первым и забрал портал входа. Я что-то упустил?

Она проглотила еду.

— Две вещи. Во-первых, им нужно поместить артефакт выхода в запертую комнату заранее, чтобы перенестись внутрь.

— Точно, — я собирал остатки лапши в коробке. — Есть теория насчет этого?

Она задумчиво хмыкнула, тыкая свою еду палочками.

— Они не могли сунуть его под дверь. Его нужно было бы спрятать, но не в чем-то твердом, типа шкафа или выдвижного ящика, иначе убийца сломал бы себе шею, выбираясь из портала.

Я представил, как Созэ выскочил из портала и оказался в тесном выдвижном ящике, что его раздавило. Это вызвало неожиданную радость. Видимо, я улыбался, потому что Линна с любопытством приподняла бровь.

— Ты это представил, да?

Моя улыбка расширилась.

— А ты нет?

Она снова закатила глаза.

— Смысл в том, что ему понадобился бы способ пронести портал выхода безопаснее. Как пустая картонная коробка или…

— Книга! — сказал я. — Гримуар в пакете от улик.

Она прищурилась, обдумывая мою теорию.

— Это могло сработать.

— Это объяснило бы, почему крот не нашел то дело. Пакет был фальшивым. Гримуар тоже мог быть фальшивой уликой. Он нужен был, чтобы портал попал в лазарет, — я вспомнил кабинет Ансона. — Конверт на столе Ансона. Он был разорван, как книга. Их разрывает, когда человек выходит из них.

— Итак, Созэ прячет портал в книгу и отправляет ее в «Arcana Historia», потом посылает другой Ансону, — Линна стучала пальцами по контейнеру с едой. — Как портал попал в дом Блит?

Я пожал плечами.

— Спрятал портал в папке? Бросил в ее сумку? Погоди, Блит носит сумку?

— Были способы это сделать, — согласилась Линна. — Но остаются вопросы. Как он знал, что жертвы будут в комнате в то время? Откуда он знал, что Джорджия и Ансон были одни?

— Слежка?

— Как следящему проникнуть в запертую библиотеку посреди ночи?

Она была права.

— Это вторая проблема, о которой ты говорила? — спросил я. — Слежка?

Она покачала головой.

— Нет. То были мои порталы. Я создала их, так что…

Ее взгляд стал далеким, она думала о чем-то, уголки губ опустились.

— Ты ощущаешь вину? — выпалил я, мысль всплыла в голове так резко, что я не смог остановить вопрос. Ее магия могла быть инструментом, с помощью которого убили двух глав гильдий и чуть не убили нашего капитана.

Она нахмурилась.

— Что?

— Это не твоя вина, — мягко сказал я. — Если Созэ убил их, он сделал бы и это и без твоих порталов.

Ее большие карие глаза посмотрели на меня, но я не знал, была она удивлена или в смятении.

— Я знаю, Кит. Я не корю себя за то, что Созэ украл мою магию для своих целей.

Она отвела взгляд на миг, и потеря контакта о многом говорила. Она не корила себя, но все же страдала от этого. Она ощущала ответственность.

— Ладно, — осторожно согласился я. — Тебя беспокоит что-то еще? Ты была напряжена, и я знаю, что это не из-за безумной карусели жизни в бегах. Ты была на взводе до этого.

Я вспомнил подслушанный звонок, пока ждал ее ответ, но разочарование пронзило меня, когда она сказала:

— Я в порядке.

Я ненавидел эту фразу.

— А мне так не кажется. Что тебя тревожит? — я склонился ближе. — Мы пережили много стресса за время работы вместе, но ничто не беспокоило тебя так.

Она снова отвела взгляд, словно не могла выдерживать мой пытливый взгляд дольше пары секунд.

— Тебе не о чем переживать.

— Но…

— Перестань, Кит. Я в порядке.

Снова это. Фраза будто застыла от лака.

Я обмяк на скамье в поражении.

— Ладно. Так что за вторая проблема с порталами?

— Время перезарядки, — она отложила недоеденный нигири и скрестила руки. — Я знаю, сколько перезаряжаются порталы. Время не совпадает.

— Сколько у него наборов?

— Два или три, — она сжала губы в тонкую линию. — Я сразу забрала другие, отчасти завершенные порталы, но забыла, что оставила несколько заряженных в машину с лазером для последнего шага. Видимо, Созэ понял, как их завершить. Это не сложно. Я уже проделала всю тяжелую работу, — с горечью добавила она.

— Для каждого перемещения нужен набор, и каждое убийство требует двух телепортаций — вход и выход, — я обдумал три атаки с порталами. — Кроме дома Блит. Тот, кто напал на нас, только вошел порталом, а потом убежал. Как долго перезаряжаются порталы?

— Больше сорока часов, — ответила она. — Времени между убийством Джорджии и Ансона для полной зарядки двух наборов не хватает, не учитывая дом Блит.

— Созэ украл все из твоей лаборатории. Он мог создать еще…

— Нет. Даже если он понял процесс — в чем я сомневаюсь, ведь он не волшебник отрицания — минимальный период для создания набора порталов — три недели. Там несколько фаз зарядки, которые не пропустить.

Я закинул руку на спинку скамьи, отклонился и закрыл глаза.

— Как же он это проворачивает?

— Понятия не имею.

— Может, ему помогли, — размышлял я, не открывая глаза. — Команда лучших гениев отрицания, которую он мог собрать или подкупить.

— Насколько я знаю, никто в городе — или провинции — не знает о порталах. Если только…

Мои глаза открылись от опасений в ее голосе.

— Если что?

Она неуверенно прикусила губу, потом посмотрела на меня.

— Помнишь Робин Пейдж?

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Робин Пейдж ужасала.

По рассказам.

Все контракторы демонов, как по мне, были хотя бы немного не в себе, раз прыгали с головой в кровожадный пруд вечного осуждения в обмен на управление существом из ада. И, по моей оценке, адекватность Робин Пейдж вызывала еще больше вопросов. Не из-за того, что она казалась помешанной на летучих мышах, а потому, что она казалась нормальной.

Это пугало.

В мире управления демоном она точно была черным поясом — она как-то обыграла шестерых контракторов опытнее нее, не вспотев — но при этом ей нужно было встать на носочки, чтобы быть ростом в пять футов. Она выглядела как ребенок библиотекаря, напоминала испуганную церковную мышь. Когда я сделал вид, что арестовываю ее, она чуть не расплакалась.

Она была ходячим противоречием. Добавьте еще пару встреч, отчасти связанных с порталами, и это делало ее очень интригующей.

— Какие шансы, что Робин под каблуком Созэ? — спросил я у Линны, пока мы поднимались на лифте к шестому этажу здания, где жила Робин. Мы уже навещали ее дома, но с тех пор она переехала. Пришлось звонить Кларе, помощнице главы «Вороны и Молота», чтобы узнать новое жилье контрактора.

— Невелики, — ответила моя напарница.

— Но нам нужен боевой план на случай, если беседа приведет к опасному танцу с ее демоном.

Линна пожала плечами.

— Как всегда. Ты отвлекаешь ее, а я справляюсь с демоном.

Мы использовали такую стратегию в прошлом, работало отлично на демонах с законным контрактом. Контракторам нужно было сосредоточиться, чтобы управлять действиями демона, а мои искажения умели разбивать концентрацию.

— Ты же не хочешь полагаться на случай? — с нажимом спросил я. — Робин — не обычный контрактор.

— Если ее защитника нет рядом, думаю, мы будем в порядке.

Двери лифта разъехались, и стало видно длинный коридор. Надо же — на середине коридора Робин стола перед дверью квартиры с ключами в одной руке, смотрела на телефон в другой. Она была не одна, но ее спутник не выглядел как защитник контрактора.

В каждой руке у него была многоразовая сумка для продуктов, на голове была низко натянута кепка «Ванкуверских Гризли». Его красная кофта с длинными рукавами липла к худому телу, намекая, что под тканью были одни мышцы. Более странным было то, что он был в солнцезащитных очках в тускло освещенном коридоре… и он был босым.

Он уже повернул голову к нам, когда двери лифта открылись, и он не отводил взгляда, пока мы проходили в коридор. Может, он был ее защитником? Просто не любил обувь.

— Мисс Пейдж, — позвала Линна, пока мы шли к ним.

Робин оторвала взгляд от телефона, ее выражение лица не было удивленным или радостным.

— Агент Шен, агент Моррис… я как раз читала сообщение Клары, что вы заглянете. Вы быстро сюда добрались.

— Зови меня Кит, — сказал я ей, надеясь, что дружелюбие прогонит ее недовольство из-за нашего неожиданного визита. — У нас есть пара вопросов о расследовании. Можешь уделить несколько минут?

Она взглянула нервно на своего спутника.

— Я сейчас немного занята.

Он не двигался, напоминал статую, сумки свисали с его рук. От нервного поведения Робин и того, как босой спутник держался позади нее, я ощутил тревогу. Она была в опасности? Она была его заложником?

Я напомнил себе, что Робин Пейдж была контрактором мирового класса. Если бы парень в кепке был угрозой, она направила бы своего демона порвать его на клочки. Может, они были на свидании, и она переживала, что мы все портили?

— Мы просто хотели узнать твое мнение, — заверила ее Линна. — Это всего на пару минут.

Робин снова взглянула на своего парня или похитителя, который не реагировал толком, и кивнула.

— Ладно.

Она отперла дверь квартиры и прошла внутрь, мужчина последовал за ней. Мы с Линной вошли осторожнее.

Квартира напоминала коробку, как было во многих зданиях, построенных пару десятков лет назад, но место обновили техникой и напольным покрытием. Сразу на входе была кухня, довольно просторная, почти все место занимал остров-стойка. С другой стороны была гостиная, где был лишь серый диван и скопление коробок.

Робин устремилась на кухню, а парень в темных очках опустил сумки на стойку. Он прислонился к стене у входа на кухню, то ли мешал Робин выйти, то ли перекрыл путь нам.

— Ты только переехала? — спросил я, пытаясь рассечь беззвучное напряжение болтовней, пока мы с Линной размещались с другой стороны стойки от нее.

— Ага, — Робин стала выгружать сумки, пытаясь занять руки. — В старом доме был пожар.

— Обидно, — я посмотрел на огромную пачку муки, которую она достала. Сумка не выглядела тяжелой, пока ее держал ее друг. — Будешь что-то печь?

— Печенье, — буркнула она. — Так с чем нужно помочь?

Я сел на барный стул, Линна решила стоять. Робин не попросила друга покинуть комнату, значит, он был мификом, которого она знала достаточно, чтобы вести этот разговор при нем.

— У нас необычное дело, — сказала моя напарница, понимая, что мы попали в неприятную ситуацию. — С необычной магией.

Робин закончила выгружать покупки. Она взглянула на своего спутника и вытащила огромную миску.

— Что за необычная магия?

— Порталы, — сказал я ей.

— Порталы?

Ее ладонь коснулась инфернуса, висящего на ее шее. Инфернусы были ключом к власти контрактора над его демоном, и мне не нравилось, что она тянулась к нему, услышав о порталах.

Линна опустила руку к сумке, готовая достать один из множества артефактов, если Робин вызовет демона для крови и драки. С другой стороны острова Робин не видела движение Линны, но часовой на кухне заметил. Хоть его взгляд скрывали темные очки, я ощущал, что он был сосредоточен на моей напарнице.

— Я не знаю ничего о порталах, — сухо сказала Робин. Она сжала пакетик коричневого сахара вместе инфернуса.

— Мы встречались пару недель назад и говорили о массиве с элементами Арканы Фенестры, — напомнила ей Линна, убирая руку от сумки.

Я посмотрел на мистера в солнцезащитных очках.

— Для тех из нас в комнате, кто не понимает мертвые языки, это «магия портала» на латыни, да?

— Более-менее.

— Хотя ты можешь знать мертвые языки, — сказал я парню. — Я не слышал твое имя.

Он повернул голову ко мне.

— Зет.

— Зет? — повторил я. — Как буква?

— Да.

Он почти не говорил, но почему-то его тон звучал грозным. Его расслабленная поза у стены должна была не привлекать внимания, но он не был спокоен. И очки не могли скрыть то, что он пристально следил за нами.

— Это сокращение? — спросил я. — Зандер? Зеппелин? Зорро?

— Нет. Просто Зет.

Я кивнул.

— Я хотел быть просто Кеем, пока не понял, что люди подумают, что я все время соглашаюсь с ними.

— Массив, о котором ты спрашивала, — перебила твердо Линна, меняя курс разговора. — Что ты узнала о нем?

— Толком ничего, — Робин отвернулась от стойки к плите. Та запищала и загудела, стала прогреваться. — Это был проект, который я исследовала в свободное время.

— А тот случай с огромным монстром и вертолетной площадкой? — спросил я. — Мы нашли там портал. Огромный.

Робин стояла спиной к нам, смотрела на плиту.

— Я говорила, что не связана с тем массивом. Он… был кое-чьим еще.

Я пожал плечами.

— Мы просто ищем ответ. Порталы для исследований, портал на площадке, теперь еще порталы. Сейчас ты связана с двумя пунктами из трех.

Робин развернулась, сдвинула брови, в глазах искрился гнев.

— Вы сказали, что хотели услышать мое мнение, а теперь обвиняете в связи с порталами?

Я поднял руки.

— Я не хотел так выразиться.

— И, — рявкнула она, — разве не вы говорили мне не упоминать портал в отчете МП?

Она не ошибалась. Полтора месяца назад мы с Линной согласились, что мудрее было бы убрать слова о портале от чужих глаз — особенно, Созэ. Мы не хотели, чтобы расследование порталов в Ванкувере подвергло опасности Линну, так что предложили Робин и ее кузине опустить эту деталь в отчетах, которые они заполняли в участке.

— Так и было, — подтвердила Линна.

— Но теперь МП расследует порталы? — Робин повернулась к холодильнику, двигалась резко, и я прищурился, глядя на ее спину, пытаясь связать эту версию с робкой девушкой, которая чуть не заплакала, когда я разыграл ее.

Линна подавила раздраженный вздох.

— Эта ситуация иная.

Робин вернулась к стойке с коробкой яиц и разбила два в миску.

— Как?

— Мы выслеживаем убийцу, — ответил я.

Ответ был не совсем точным, но поразил так, что Робин оторвала взгляд от миски. Она взглянула на тихого напарника.

— Убийца… использует порталы?

— Похоже на то, — подтвердила Линна.

— Как?

— Они попадают к жертвам через порталы, потом незаметно сбегают с места преступления.

— Я даже не знаю, как… — Робин умолкла, глядя то на Линну, то на меня. — Вы же не думаете… Я не убийца.

— Ты так говоришь, но сама жутко похожа на убийцу, — сказал я. — Как Суинни Тодд, но с сахарной пудрой вместо пирогов с мясом.

Она сжала миску, костяшки побелели.

— Что?

Ее босой страж напрягся, словно сжатая пружина, готовая раскрыться. Линна закатила глаза, повернувшись ко мне.

— Кит, — предупредила она.

Я усмехнулся.

— Шучу. Мы знаем, что это не ты.

Робин немного расслабилась и повернулась к холодильнику. Она вернула яйца и пришла с новым ингредиентом.

— Я честно толком не знаю ничего о…

— Погоди, — перебил я. — Это сметана?

Она замерла посреди опустошения контейнера в тесто.

— Эм, да.

Я с интересом приподнял бровь, но не успел обсудить детали печенья со сметаной, Линна снова заговорила:

— Ты знаешь агента Созэ?

Робин кивнула, добавила в миску ваниль. Что она такое делала?

— Что ты знаешь о нем? — с нажимом спросила Линна.

— Только то, что слышала от согильдийцев в «Вороне и Молоте».

— Ничего хорошего, — сказал я, невесело фыркая. — А ты, Зет? Сталкивался с Созэ?

— Нет, — ответил он, звучало не как прямой ответ, а как прямая угроза.

Я старался не пялиться на него. Что-то в нем было не так. То, как он говорил, грозное присутствие и странный наряд — все это указывало, что он что-то скрывал. Нечто опасное. Линна так сосредоточилась на Робин, что не заметила, но я следил за ним все время, подозрения росли с каждой секундой.

Робин повторяла предупреждения Дариуса, которые он озвучил гильдии насчет Созэ, а я создал искажение — Разделенный Кит — и покрыл им всю квартиру. Оставив фальшивого Кита на стуле, я невидимо пошел вокруг стойки, ближе к загадочному незнакомцу.

Оттенок его кожи был необычным. Светло-коричневый, но с красноватым тоном. И это было не милым румянцем. Я еще не видел такого тона кожи, и чем ближе я к нему был, тем больше это поражало.

Я уже почти наступал ему на ноги. Он был на пару дюймов ниже меня, но это не уменьшало его угрозу. Вблизи ощущение, которое не давало мне покоя с тех пор, как мы подошли к нему и Робин в коридоре, стало достаточно сильным, чтобы мое сердце колотилось от впечатления, что на меня охотились. Мой мозг был убежден, что я уже не был главным хищником в комнате, и он вызвал адреналин в крови, готовясь биться или бежать.

Я пытался заглянуть сквозь отражающие линзы его очков. Желание раскрыть, кем он был, гудело во мне сильнее, словно опасность росла с каждым мигом. Зная, что это сорвет мое прикрытие, я медленно поднял руку, тянулся пальцами к его очкам.

Я почти задел дужку, когда тиски сжали мое запястье — ладонь Зета.

Я застыл, потрясенный его молниеносным движением и силой в его пальцах — пальцы были с темными острыми ногтями, ужасно похожими на ногти.

— Что ты делаешь? — прошептал он, выдавливая спокойно жизнь из моей руки.

Как он меня видел?

Я попытался вырваться из хватки. Он не убрал пальцы, его рука даже не дрогнула. Я был выше и тяжелее, чем он, но он был будто из камня, я не мог его сдвинуть.

Я хотел бежать, снова дернул руку, отпуская при этом бесполезное искажение. Линна и Робин вздрогнули от моего неожиданного перемещения со стула к месту возле Зета. Они напряглись, тут же поняв ситуацию.

— Отпусти, — процедил я.

К моему удивлению, Зет отпустил мою руку, но сжал моего горло, поднял меня над полом и отшвырнул с нечеловеческой силой.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Я упал на остров на спину, проехал по нему, размахивая конечностями, и рухнул за край, потрясенный мозг еще пытался понять неожиданное перемещение.

В тот же миг спина врезалась в ковер у ног Линны, Зет приземлился на стойку на корточки, очки были направлены на меня и Линну, когти были на согнутых пальцах, длинный тонкий хвост развернулся за ним, острый конец метался.

На спине на полу у меня был лишь миг на реакцию — и я ударил Зета подлым искажением. Все перед ним разделилось на десяток фрагментов, где все крутилось, и, в отличие от искажения невидимости, это повлияло на него — он пошатнулся, хвост стал метаться сильнее, словно искал равновесие.

Но моя надежда погасла так же быстро, как загорелась, когда он застыл через миг. Он спрыгнул со стойки, задел грудь Линны. Она рухнула на спину рядом со мной, кубик Рубика вылетел из ее рук. Зет приземлился между нами, ладони были на наших шеях. Его пальцы были как железо, перекрыли путь воздуху.

Робин вышла из кухни, появилась в поле моего зрения. Она замерла рядом со мной, посмотрела на двух беспомощных агентов МП на полу гостиной.

— Вы пришли расследовать меня?

Ее вопрос был каменным, как враждебность в ее голубых глазах. Блин, она стала крепче с нашей прошлой встречи.

Я хрипел, и Зет ослабил хватку так, чтобы я смог набрать воздух в легкие.

— Мы расследуем порталы, — искренне и с отчаянием сказал я. — Мы думали, что ты что-то знаешь.

Она прищурилась, глядя на меня странно отвлеченно, а потом осведомилась:

— Зачем ты пошел к Заиласу?

Заилас. Все-таки «Зет» было сокращением.

Я взглянул на Заиласа. Он все еще был в очках, но теперь я знал, что они скрывали — красные глаза демона. Спутником Робина был ее демон под прикрытием. Он ходил, говорил, подражал человеку, и она ходила с ним за покупками.

— Я не нападал, — невинно сказал я, пытаясь не тратить зря ограниченный запас воздуха. — Его очки сидели криво. Я хотел их поправить… тайно, чтобы не смущать его…

Мой голос оборвался, Заилас сжал мои голосовые связки как мяч от стресса.

Робин села на пятки.

— Я расскажу небольшой факт о демонах. Они знают, когда кто-то врет.

Блин.

— Зачем ты пошел к нему? — снова спросила она.

Заилас ослабил хватку, и я вдохнул. Моя паника росла каждую секунду, пока он прижимал меня. Он был небольшим для демона, но, судя по всему, он был так же опасен, как его крупные родственники.

— Он казался подозрительным, — я выбрал честность в этот раз. — Я хотел посмотреть ближе на то, что он скрывал. Мне просто было любопытно!

Хмурясь, Робин взглянула на Заиласа. Он смотрел на жертв, но его голова чуть склонилась к ней. Тишина тянулась, словно вот-вот могла ударить молния, и я хотел бы видеть Линну, убедиться, что Заилас не лишил ее сознания хваткой на горле.

— Тц, — буркнул демон, звук был раздраженным.

Робин поджала губы, тряхнула головой.

— Ты и агент Шен помогли Дариусу, Эзре и Тори. Я не хочу вас ранить. Если Заилас вас отпустит, вы меня выслушаете?

— Выслушаем, — выпалил я, хватаясь за шанс отогнать неизбежную смерть.

— Агент Шен? — спросила Робин.

— Да, — прохрипела Линна. — Я тоже буду слушать.

Хватка на шее пропала, и Заилас встал во весь рост плавно и грациозно. Я отодвинулся и поднялся, Линна тоже так делала, я не успел протянуть к ней руку. Мы повернулись к контрактору и демону.

Вблизи Заилас мог распороть нас раньше, чем Линна произнесет заклинание, и мои искажения только раздражали его. Мы не могли побороть его физическую силу и скорость, и я переживал, что он не был скован, мог полностью управлять своей взрывной магией.

Выжидание повисло молчанием между нами, но мы не успели его нарушить, громкое мяуканье зазвучало на уровне лодыжек. Другой хищник с когтями и хвостом, жаждой крови, вступил в бой, но это был не демон.

Это был кот. Милый черный кот с белыми лапами лениво прошел к Заиласу и потерся об его ногу.

Заилас игнорировал кота с белыми лапами, грозно глядел на нас. Но все знали, что кота, который хотел внимания, не удавалось игнорировать. Он снова мяукнул, запрыгнул на его бедро и с помощью когтей полез по его джинсам и кофте, добрался до шеи и устроился на его плечах, громко урча.

Коты были магами. Только так можно было объяснить, почему, несмотря на опасность для жизни, я хотел погладить его. Сильно. Но я не собирался приближаться к Заиласу.

Глупый демон. Дай погладить кота.

Робин кашлянула.

— Я знаю, как это выглядит, но у нас с Заиласом контракт.

— Я-я-ясное дело.

Саркастический ответ вылетел из моего рта раньше, чем я подумал, как глупо было злить контрактора и ее демона. Я скривился от своего опасного желания, сердце безумно колотилось.

— Нет, у нас правда контракт, — Робин постучала по инфернусу. — Просто, кхм, он свободнее обычного. Но он не кровожадный монстр, как другие демоны.

— Иногда, — исправил Заилас, — я делаю исключения.

Его голос вдруг изменился, он странно произносил слова. Незнакомый акцент делал каждую согласную грубее, подчеркивал злобу в его тоне.

— И вы сделаете исключение, — продолжил он, поднял очки и снял тем же движением кепку. — Вы сделаете вид, что я скован полноценно контрактом, а я сделаю вид, что слушаюсь контракта полностью, и никто не умрет.

Робин чуть скривилась от его угрозы, но я едва заметил, глядел на сияющие красные глаза, впивающиеся в мой череп. В его глазах сиял ум, и этот момент в нашей встрече ужасал больше всего.

— Никто не умрет? — тихо повторила Линна. — С таким незаконным контрактом… — она взглянула на Робин. — Ты вообще можешь им управлять?

— Это не требуется. Он управляет собой, — Робин сцепила пальцы перед собой. — Мы долго прожили без того, чтобы он убивал, и он спас много жизней.

Мой разум прокрутил все дела и случаи, где всплывало имя Робин Пейдж, и много вопросов вдруг получили ответы.

— Знаете, что? — резко сказал я. — Думаю, мы начали не с той ноги. Или когтя. Или не важно. Мы тут не проверяем твоего демона. Нам нужна твоя помощь.

Алые глаза Заиласа чуть сузились, Линна что-то буркнула под нос, там явно было мое имя раздраженным тоном. Может, я спешил с доверием, но что еще нам делать? Мы не могли врать, раз демоны ощущали ложь — удобная сила — и мы не могли просто уйти из квартиры.

И любопытство боролось с желанием защитить свою жизнь. Как и почему Робин заставила демона одеться как человека, нести ее покупки и дружить с котом? Кот все еще был на его плечах, урчал, будто просил накормить его.

— Мы проверяем агента Созэ и его лакеев как убийц, — продолжил я, делая вид, что мои нервы не пылали от желания отбежать от демона на пару футов. — Созэ пытался стереть твою гильдию, значит, мы вчетвером на одной стороне.

Заилас нахмурился.

— Это не означает, что мы в одной стране.

— На одной стороне, — исправил я. — Означает. Созэ — наш общий враг. Мы не можем одолеть его, если бьемся друг с другом.

Точнее, если Заилас убьет нас первым, потому что я не мог одолеть демона, стоящего в трех футах от меня, когда мои искажения толком не влияли на него.

— Так вы сохраните нашу тайну? — спросила Робин.

— Ага, — твердо согласился я.

Робин смотрела на Линну. Моя напарница переминалась, с опаской поглядывала на демона, а потом вздохнула.

— Да, мы сохраним тайну.

Заилас кивнул, подтвердил правдивость наших слов своим встроенным детектором лжи. Этого хватило Робин. Она улыбнулась с облегчением, вернулась к стойке на кухне, взялась за тесто для печенья, словно ее демон не напал только что и чуть не убил двух агентов МП в ее гостиной.

Остальные не были готовы расслабиться. Хоть мы дали обещания хранить его тайну, Заилас все еще пристально следил за нами. Его внимание оставалось на нас, он снял кота с плеч, бросил его на диван — но нежно, отметил я.

Его хвост метался, как у раздраженного кота на диване, Заилас отошел на кухню за Робин, замер у дальнего края острова, где мог защищать ее и напасть на нас с равной легкостью. Я смотрел на него, изображал спокойную уверенность, которую не ощущал, пока проходил к месту у стойки напротив него. Мое горло еще болело от его хватки, напоминало об опасности.

— Итак, — Робин бодро месила тесто, — как я могу помочь с Созэ и порталами?

Линна осторожно приблизилась к стойке, описала Робин все, что творил Созэ: украденные порталы, два убитых главы гильдий, атака на Блит, время перезарядки и факт, что мы решили только, что кто-то со знаниями об отрицании помогал Созэ.

— Потому мы захотели поговорить с тобой, — объяснила моя напарница. — Только ты можешь что-то знать о порталах.

— Я не эксперт — даже не близко — но некоторые массивы можно настроить, чтобы сократить период перезарядки. Это возможно для портала?

Пока Линна и Робин обсуждали все, что читали о магии, я следил за настоящим демоном, стоящим неподалеку. Без очков и кепки стало видно короткие рога Заиласа, торчащие из спутанных черных волос, а еще глаза горели как красные угли. Они пронзали меня взглядом, пока я смотрел на него, не мог сдержаться.

— Хочу спросить, — тихо сказал я, чтобы не мешать важному разговору рядом с нами. — Каково это?

— Что?

— Ад. Как в «Константине»? Красный классический пейзаж? Пустыни, лава, страдающие вечно духи, которых мучают жуткие чудища в крови, с вилами и огненным дыханием? Или как в «Куда приводят мечты»? Пустой и нереальный пейзаж, от которого дрожит душа?

Он ответил низким рычанием.

— Ты мало фильмов смотришь, да? — спросил я.

— Я не смотрю на экран, — ответил он.

— Почему нет? Тебе это выглядит иначе? Дело в глазах демонов? Ты видишь цвета, которые не видят люди? Или у тебя зрение-рентген?

— Ты слишком много говоришь.

— Благословение и проклятие. Я удивлен, что ты говоришь. Я думал, что вы говорите только кулаками, если понимаешь, о чем я.

Он приподнял губу, стало видно белые безупречные зубы с хищными острыми кончиками.

— Я использую для этого когти.

Дрожь пробежала по моей спине.

— Эм, да, но насчет темы — у демонов есть свой язык? У тебя хороший английский, кстати, но есть акцент, значит, родной язык у тебя другой.

Он раздраженно буркнул:

— Zh’ūltis.

— Да, вот так. Что это означает?

— Глупо, — перевел он с опасным блеском сияющих глаз.

— Я это запомню, — я не переживал от его оскорблений. — Можешь научить меня ругаться? У демонов же есть ругательства?

Я получил только рычание в ответ.

— Как насчет ускорения перезарядки без изменения массива? — услышал я Робин.

Линна склонилась ближе.

— Как? Второстепенным заклинанием?

— Возможно, — пробормотала Робин, наливая тесто на пергамент. — Я читала о зарядке массива в книге об астральной аркане.

— Но чарам зарядки тоже нужно будет перезарядиться, — возразила Линна. — Вряд ли это поможет Созэ.

Звучало запутанно для меня. Зарядка в зарядке. Массив в массиве. Такое волшебство низкий мифик психики, как я, почти не понимал, так что я повернулся к Заиласу.

— Если я дам тебе фразу на английском, — сказал я, — ты мог бы перевести ее на демонический?

— Нет.

— Не можешь? Или не станешь?

Он скривил презрительно губы. Значит, второе. Это можно было изменить.

— Можно обменяться, — предложил я. — Ты научишь меня чему-то на своем языке, а я дам тебе крутую фразу на английском взамен. Есть цитаты Самуэла Л. Джексона, которые тебе чудесно подойдут.

— Нет, — повторил он.

— Ладно тебе. Я знаю, что ты вряд ли столкнешься со змеей в самолете, но все же…

— А нексус? — спросила Робин, вдруг воодушевившись, случайно раздавив шарик печенья, превратив его в оладушек на пергаменте. — Агент Созэ мог так заряжать порталы!

Линна нахмурилась.

— Это ускорило бы процесс?

— Думаю, да, — Робин быстро исправила форму печенья. — Я читала о них. Их десятки в зоне Ванкувера, одни сильнее других.

— Они могли бы усилить в три или четыре раза скорость перезарядки артефакта?

— Не знаю. Я знаю только теорию зарядки нексуса.

— Эм, — вмешался я, — для тех, кто знает меньше в комнате, что за нексус?

— Конструкт волшебства для усиления, — быстро ответила Линна. При виде моего пустого взгляда она добавила. — Они в местах, где естественные энергии земли сосредоточены и могут усилить определенные типы заклинаний арканы. Во многих городах с мификами их хотя бы несколько. Если Созэ использует одну из таких точек, мы могли бы поймать его при процессе.

Уголки губ Робин опустились.

— Если не знаете, какую точку он использует или когда, это долго проверять.

Мы с Линной переглянулись, не могли спорить с оценкой Робин. Она отнесла печенье к плите, отправила в нагретую духовку. Она вернулась к стойке и стала убирать. Я потер ладонью лицо.

— Это неплохая зацепка, — сказал я, — но вдвоем мы будем долго проверять больше пары нексусов. И если мы будем действовать долго, он сможет убить снова. Так за месяц закончатся главы гильдий в Ванкувере.

Тревога сморщила лоб Робин.

— Другие агенты не помогут вам?

Линна покачала головой.

— Мы не можем никому доверять. Мы не знаем, кто заодно с Созэ.

Мы были беглецами, которые не могли вернуться в участок, но это не стоило упоминать.

— Ясно, — Робин смотрела на рукомойник, полный грязных блюд, а потом повернулась к Заиласу. Они переглянулись, и она посмотрела на меня и Линну. — Я могла бы помочь с нексусами.

— Как? — спросила моя напарница.

— Не только я, — уточнила Робин. — Мои согильдийцы будут знать больше о нексусах Ванкувера, чем я, и я могу попросить их проверить те места.

Запах печенья наполнил кухню, и я сглотнул слюну в предвкушении, а потом сказал:

— Уверена, что они сделают это для нас?

Робин кивнула.

— Никто не ненавидит агента Созэ больше «Вороны и Молота».

— Это отлично, — сказал я. — Но вам двоим лучше держаться подальше от нексусов или мест, где может появиться Созэ. Его ничто не сдерживает. Вы не захотите с ним биться, особенно в вашей… уникальной ситуации.

Робин сжала губы.

— Мы будем осторожны.

— Где ближайшие сильные нексусы? — спросила Линна. — Мы с Китом можем начать их проверку.

— Эм… — Робин посмотрела вверх и влево, словно перебирала знания в голове. — Я помню лишь пару мест. Одно в Мемориальном саду Нитобе, но я не знаю, насколько сильное то место.

— Мы можем начать там. Дай знать, как все пройдет с согильдийцами, и смогут ли они помочь, — Линна поправила ремешок сумки на плече. — Идем, Кит.

Я поднял руку.

— Не так быстро. У меня два незаконченных дела. Я не уйду, пока не попробую печенье. А еще мы с Заиласом не завершили беседу.

Сияющие алые глаза сузились, глядя на меня.

— Нет.

— Не провоцируй его, — прошипела Линна.

— Я просто хочу обмен.

Рычание вырвалось из горла демона.

— Ты когда-нибудь прекращаешь?

— Редко, — я ухмыльнулся. — Просто пара демонических слов за пару строчек из моей библиотеки цитат из фильмов. Что скажешь, Зет?

— Если ты перестанешь со мной говорить, — прорычал он, — я научу тебя одной фразе.

Моя ухмылка стала искренней улыбкой.

— Отлично.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Eshanā hh’ainun mailēshta, — прорычал я демоническим голосом.

Линна закатила глаза, заводя машину.

— Сколько раз тебе нужно это повторить?

— Столько, сколько нужно, чтобы я не забыл, — сказал я, пристегиваясь. — Только я во всем мире могу цитировать Джона Макклейна на демоническом, и будет преступлением против фанатов «Крепкого орешка» во всем мире, если я облажаюсь.

Она бросила на меня взгляд, отъехала от многоквартирного дома и повернула на 4-ю Авеню — по прямой к университету. Серое небо заметно тускнело, невидимое солнце стало опускаться, делая город мрачнее, чем обычно в зимние месяцы.

— Вряд ли это означает то, что ты думаешь, — сообщила она мне.

— Откуда ты знаешь? — я прищурился. — Ты же не знаешь демонический?

Я был уверен, что адские языки входили в стандартный курс. Но я был просто искажатель, что я знал?

— Нет, — признала она. — Но синтаксис не совпадает. И сам подумай. Почти вся фраза — бессмысленное вставное слово. Как он это перевел бы?

Я нахмурился.

Она убрала руку с руля, чтобы поднять палец.

— И он сказал, что научит одной фразе. Он не обещал, что это будет то, о чем ты просил.

— Eshanā hh’ainun mailēshta, — прошептал я, перебирая каждый звук. А потом сравнил с английской версией. — Йо-хо-хо, у…

Недовольный ванкуверский водитель загудел за моим окном, перекрыв мой перевод.

— В любом случае, — сказала Линна, гневный водитель миновал нас у Мак-5, явно злясь, что мы ехали по своей полосе в рамках скоростных ограничений. — У нас есть зацепка, это уже хорошо.

— Да, нексусы, — я оставил демоническую цитату и пытался вспомнить что-то об этом. — Что именно мы ищем? Мы поймем, когда увидим?

— Артефакт будет отмечать место, но не будет заметным. Я смогу его опознать. Нужно будет просто ждать потом, появится ли Созэ.

Я разочарованно хмыкнул.

— Я думал, что нам нужно будет что-то делать. Что-то круче — волшебнее — чем это.

— Боюсь, нет. Просто основы работы детектива.

Я обмяк на сидении, радуясь месту для ног в джипе, но гул в кармане джинсов перебил мое наслаждение. Я вытащил телефон и проверил экран: сообщение от Веры, которая еще не ответила на мое сообщение о новом временном номере.

Будучи контрабандисткой на темной стороне закона, высокая провидица с татуировками была одним из моих странных союзников. После того, как я вступил в МП, она держалась на расстоянии. Я не ожидал, что она мне ответит.

Я разблокировал телефон и тут же опешил из-за предложения заглавными буквами, которое она прислала мне:

ТЫ ХОТЬ ПОНИМАЕШЬ, В КАКОМ ДЕРЬМЕ ОКАЗАЛСЯ?

Я прочел снова сообщение, убедившись, что не упустил ничего, потому что я догадывался, в какой ситуации находился.

Но откуда Вера знала об этом?

— Что происходит? — спросила Линна, поглядывая на мое растерянное лицо.

— Не уверен, — я послал Вере знак вопроса.

Через секунды она ответила сообщением.

Ситуация жизни и смерти, идиот. Особенно, твоей.

И Линны!

Это не утешало. Я ввел ответ:

О чем ты?

Ее ответ был быстрым, но не помог.

Встреться со мной как можно скорее. Если не хочешь умереть.

Как-то ее сообщения становились все мрачнее. Мой телефон снова звякнул, она прислала точку на карте — точку за не работающим пивзаводом на восточном конце Кицилано.

— Вера думает, что мы в опасности, — сказал я Линне.

Моя напарница фыркнула.

— Ей не нужно было рассказывать нам это.

— Это может быть что-то другое, — сказал я. — Она хочет встретиться.

— Сейчас? А нексусы?

Я тоже хотел проверить зацепку, но Вера не связывалась бы просто так, это было важно.

— Нам нужно сначала увидеть ее.

Моя напарница взглянула на меня, поджав губы.

— Ты еще доверяешь ей?

Линна и Вера не ладили. Классический пример людей на противоположных сторонах закона, которые не понимали друг друга, а невинный Кит постоянно оказывался между ними. Им пришлось работать вместе в прошлом, но их сотрудничество не вызвало теплых чувств.

— Она не давала нам повода не доверять, — я махнул большим пальцем за плечо, указывая назад. — Нам туда.

Линна вздохнула, оглянулась, нашла брешь в потоке машин и быстро развернулась, направила джип туда, откуда мы приехали.

Я быстро написал Вере, что мы были в пути. Линна вела машину, а мои нервы покалывало. Я поглядывал в зеркала, выглядывал из окон машины. Ничто не выглядело подозрительным, но я не знал, что должен был заметить.

Меньше, чем через десять минут, мы съехали с главной дороги на дорожку из гравия, которая вела к парковке старого пивзавода с юга. Ограда из сетки с колючей проволокой была на северной и восточной сторонах, кривое бетонное здание перекрыло запад.

Джип тяжело ехал по кочкам, гул двигателя зашумел за нами. В зеркалах я заметил мотоцикл с человеком в черной коже. Он огибал худшие ямы зигзагом.

— Это она, — сказал я.

Вера подняла руку с руля и быстро замахала. Линна замедлила джип посреди парковки. Я открыл дверцу, Вера спрыгнула с мотоцикла, едва успела выпрямить подставку в спешке. Она побежала к нам, дико махала руками. Она что-то кричала, но слова приглушал шлем.

— Что? — осведомился я, адреналин кипел во мне из-за ее тревожных действий.

Она сняла шлем, стало видно короткие светлые пышные волосы.

— Прочь из машины!

Я обычно не выполнял слепо приказы, но когда кто-то кричал команду таким тоном, я слушался, а потом уже задавал вопросы. Я выпрыгнул из машины, прокатился по гравию и повернулся, убеждаясь, что и Линна так сделала. Она повторила за мной, отставала на долю секунды.

Я уловил гул сверху, вытянул шею. Маленький белый предмет на высоте тридцати футов несся к нам — дрон.

— Кит! — тревожно заорала Вера.

Дрон оказался над джипом, и синий свет озарил его брюхо. Плеск тускло сияющей жидкости, капли пролились на металлическую крышу джипа со стуком.

Миг ничего не происходило. Только пропеллеры дрона гудели — а потом жижа взорвалась.

Ослепительный бирюзовый свет окутал джип, и волна взрыва сбила меня на задницу. Я вскочил на колени, шатаясь от удара и холода. Вместо огненной боли я почти замерз. Холод ударил меня вместе с толчком от взрыва, и температура тела так резко упала, что мои зубы стучали, открытые участки кожи онемели.

Я поднял с трудом голову, мои глаза расширились при виде машины Блит, которая была разорвана, но при этом скована огромным неровным синим куском льда.

Я безумно озирался.

— Линна?

Вера появилась рядом со мной, сжала мою куртку, чтобы оттащить меня от джипа и гудящего в тридцати футах над нами дрона.

— Нужно уходить…

— Линна! — снова заорал я, убирая руку Веры. Я побежал вокруг машины, прошел слишком близко к облаку холода вокруг льда. Холод проник в мои кости, мышцы дрожали. Но потом я прошел кусок льда и заметил Линну.

Она отползала ото льда на дрожащих руках, все ее тело сильно содрогалось.

— Линна! — я затормозил рядом с ней и сжал ее левую руку. Вера оказалась рядом через миг, потянула за правую руку Линны. Мы подняли ее, а потом Вера застыла.

Мне не нужно было знать, что показывал ей дар, потому что дрон несся к нам, и грядущая опасность была очевидной. Теперь мы собрались вместе, и он мог одолеть нас одним ударом.

Какой больной гений придумал взрывать людей алхимическим льдом с помощью дрона?

— Бегите! — взревел я, не дожидаясь, пока Вера увидит все.

Мы поспешили прочь от дрона, он летел за нами, покачиваясь, невидимый оператор пытался выровнять его курс. Казалось, оператор не хотел тратить алхимический лед на промах, давал нам этим небольшое преимущество. Очень маленькое.

Впереди был заброшенный пивзавод, и мы бежали к нему так быстро, как только могли нести замерзшие ноги. Но оператор понял, куда мы направлялись, и дрон опустился, был в пяти футах над нашими головами, он не отставал от нас.

Его брюхо засияло голубым.

— Осторожно! — завопил я.

Потянув Линну с собой, я бросился влево, Вера — вправо. Ком голубой жидкости упал на землю, где мы были. Лед распространился так быстро, словно взорвался динамит, и во второй раз меня сбила с ног ледяная волна.

Мы с Линной рухнули, я обвил ее руками, защищая. Холод сильнее, чем в тот гениальный раз, когда я упал в Тихий Океан посреди зимы, пронзил мою кожу. Мышцы сдавил инстинкт сжаться в комок, но я заставил себя подняться, тянул Линну за собой.

— Сюда! — Вера поманила нас за собой, побежала к тяжелой стальной двери в ближайшей стене пивзавода. Она вытащила что-то из кармана куртки и подняла перед собой. — Ori impello maxime!

Почти невидимая рябь силы вылетела из ее кулака и понеслась к двери пивзавода, срывая ее с петель и бросая где-то за порогом.

Но мы с Линной все еще были в опасности.

Дрон спикировал к нам. Мои искажения не могли помочь против камеры, а оружия у меня не было. Я мог только отступать, а он приближался.

Линна отпрянула от моих рук и повернула ладонь. Я подумал на дикий миг, что она бросит оглушающий шарик, но она метнула горсть земли и гравия в летящий дрон изо всех сил. Камешки отлетели от его легкого тела и одного из четырех пропеллеров, от этого он пьяно качнулся в воздухе.

Я сжал другую ее ладонь, и мы побежали в открытый дверной проем, во тьму пивзавода, повернули в сторону за порогом. Моя спина врезалась в стену, спина Линны была у моей груди, мы укрылись внутри. Мы сильно дрожали, и я стиснул зубы, они бесконтрольно стучали.

Вера была с другой стороны от входа, прижималась к стене, как я. Гул дрона приблизился к открытой двери. Я сдвинул Линну в сторону и приготовился.

Я поймал взгляд Веры, знал, что у нее был тот же план, что и у меня: разбить тот гадкий дрон об пол, едва он влетит в дверной проем, и надеяться, что мы не будем заморожены в процессе.

Гул стал громче. Потом звук вдруг отступил. Стало тихо.

Я шумно выдохнул.

— Что теперь?

Лицо Веры было мрачным.

— Убийца так просто не сдастся. Едва вы вернетесь туда, дрон атакует снова.

— Прости, но… — я склонил голову, словно в ушах мог быть лед, — ты сказала «убийца»?

— Я говорила, что вы в дерьме, — она кивнула на темный интерьер пивзавода. — Идем.

Не думая, я поймал Линну за руку и шагнул вперед, ведя ее за собой. Она вытянула руку, двигаясь скованно, и удар отрицания задел меня — но я не успел отпустить ее, ее пальцы стиснули мои, она поспешила за мной, не отставая.

Я крепче сжал ее руку, грудь болела, но у меня не было времени изучать свои ощущения.

Наши шаги, шумное дыхание и стук зубов разносились эхом в просторном помещении. В остальном было тихо. Во тьме я мог различить силуэты огромных механизмов, которые раньше производили дешевое пиво. Тут воняло затхлым хмелем и плесенью.

Вера повела нас к металлическим ступеням, которые тянулись вверх посреди комнаты, а оттуда зашагала по узкому мостику в пятнадцати футах над полом, который тянулся решеткой.

— Куда мы? — прошептал я, потирая свободной рукой другую для тепла.

— Как можно выше, — загадочно ответила Вера.

Я понял, что она ожидала второй раунд с дроном, и я огляделся, но видел лишь оттенки черного и серого.

— Думаешь, он последует сюда за нами?

Она прижала палец к губам.

Я притих и слушал. В стороне разрушенной двери знакомый гул, который все больше меня раздражал, становился громче.

Блин.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Мы старались осторожно шагать по мостику, пока не нашли еще лестницу, которая вела на этаж выше, почти под потолок, и нам с Верой пришлось чуть пригибаться, чтобы не задевать макушками балки.

Гул дрона стал вдвое громче, к шуму добавились эхо и дрожь. Он был внутри.

— Времени мало, — сказала Вера. — Есть план?

— У меня? — я покачал головой. — Если оператор не прячется тут, он вне моей досягаемости. Я не знаю, задеваю ли его искажением.

Линна убрала руку из моей, и моей замерзшей ладони стало еще холоднее. Она порылась в сумке, вытащила кубик Рубика. Она смотрела на него пару ценных секунд, шумные лопасти дрона гудели громче. Она сжала одну сторону, медленно повернула ее, потом еще раз. Она повторяла движения шесть раз, пока одна сторона кубика не собралась в круглый массив.

— Это новый ужас, который ты придумала недавно? — с опаской прошептал я.

Она покачала головой.

— Я подправила щит-купол, сделав его сильнее против стихии воды.

— Не льда?

— Лед сделан из воды, Кит.

Я открыл рот, потом закрыл его. Подмороженный Кит думал медленнее правильно прогретого, ясно?

— Он сможет остановить атаку дрона? — спросила Вера.

— Должен, — ответила Линна, но не придала мне уверенности.

— Хорошо. Есть план, — ее глаза остекленели от видения будущего. — Как только дрон…

С громким воем дрон поднялся между мостиками в двадцати футах перед нами. Он повернулся, стало видно мигающий красный огонек.

Камера.

Направленная на нас.

— Щит! — заорала Вера.

Дрон наклонился и ускорился, пересекая расстояние, намереваясь разбить нас. В пяти футах от нас он застыл и отклонился, показывая свое брюхо. Голубое сияние снова вспыхнуло.

— Ori te formo cupolam! — закричала Линна, направляя деревянный кубик на дрон.

Но робот с пропеллерами не пролил на нас жижу, а выстрелил ею, словно опасным мячом. Водный щит Линны мерцал вокруг нас миг, а потом жижа попала по нему.

Лед взорвался на щите. Мерцающий барьер выдержал удар, доказывая умения Линны.

К сожалению, мостик был не таким крепким.

Металл заскрежетал, разбитый льдом, и мостик выгнулся и оторвался от креплений. Через миг под моими ногами не было ничего твердого. Мостик раскололся посередине, и место, где я стоял, провалилось, как люк.

Я рухнул с криком. От отчаяния, а не из ловкости я схватился за перила по пути. Мой вес тянул с болью за руку, и я цеплялся за перила так, словно от этого зависела моя жизнь — а так и было.

Лед рухнул на пол в двадцати пяти футах ниже моих свисающих ног, сделал кривую платформу для момента, когда я неизбежно отпущу перила.

— Кит!

Паника пронзила голос Линны, и я вытянул шею, поднял взгляд. Она сжимала перила той части мостика, что свисала под углом в сорок пять градусов. Ее кубик Рубика и щит пропали, наверное, она выронила артефакт, когда опора пропала.

— Кит, держись! — кричала она, расставив ноги, словно хотела приблизиться к моей разбитой части мостика. — Я…

— Нет! — я вытянул другую руку, сжал перила, но движение моего веса заставило перила застонать. — Не приближайся, Линна.

Ее лицо побелело, бледный овал во тьме.

— Но, Кит…

За утихающим шумом падающего металла и льда стал громче жуткий гул. Дрон несся во тьме, выбрал новое положение — в шести футах над моей головой. Я беспомощно свисал и смотрел, зная, что мне конец, отпущу я или нет.

— Кит! — завизжала Линна.

Синий свет озарил брюхо дрона.

— Ori impello maxime!

Голос Веры прозвенел в грозном триумфе, и я запоздало заметил, что она цеплялась за другую сторону разбитого мостика, скрытая в тенях, целилась артефактом в дрон.

Магический серп ударил по летающему монстру, словно боксер по чашке. Пропеллеры разбились, куски полетели во все стороны, тело дрона врезалось в стальную колонну.

На чудесный миг я подумал, что мы были спасены.

А потом дрон взорвался.

Весь алхимический лед, которым его снарядил оператор, взорвался, как Кракатау, опасные копья ледяной ненависти полетели во все стороны. Холодная волна врезалась в меня, весь жар пропал из моего тела, и меня оторвало от перил.

Я будто парил от того, что меня подхватила волна, на ледяном облаке.

А потом я понял, что на самом деле падал сквозь воздух с запахом пива, словно леденец в форме Кита, который разобьется об бетон внизу.

Удар сотряс мое онемевшее тело, встряхнул кости.

О, я умер. Я упал с высоты двух этажей, разбился об пол пивзавода, а теперь встречу Святого Питера у жемчужных врат. Я надеялся на три вещи: неограниченную вредную еду, неограниченные фильмы и неограниченное время с Джиллиан, ведь если я попал в рай, она тоже будет там.

Но вместо постоянного «Netflix», конфет и лучшей приемной мамы в мире я ощутил холод и пульсирующую боль в теле, словно меня ударили сразу всюду.

Я приоткрыл глаза, увидел пар от своего дыхания перед лицом. Я лежал на том, что выглядело как мостик — тот, что был на уровень ниже, понял я. Подавив стон, я сел и вяло посмотрел на темные силуэты тяжелых механизмов. Если загробная жизнь не пахла хмелем и плесенью, я еще не умер.

Я не только был на уровень ниже от прошлого положения, но и был в двадцати футах от разбитой части мостика, где висел. Взрывная сила отбросила меня, и я не рухнул, а пронесся по горизонтали.

Я посмотрел на дрожащие ладони в царапинах. Я пролетел по воздуху, как тряпичная кукла, и не только рухнул на мостик, но и инстинктивно сжался и не дал голове разбиться.

Стоило купить билет лотереи.

— Кит!

Звонкие шаги сопровождали резкий голос Линны, мостик дрожал от ее движений, и ее стало видно, она бежала из тьмы ко мне.

— Лин…

Я не успел выдавить ее имя, она добралась до меня. Она упала на колени, обвила меня руками и уткнулась лицом в мое плечо. Раскрыв рот, я не шевелился, подозревая, что все-таки умер.

Я хотел поднять ноющие руки и обвить ее ими, но она отпрянула. Ее покрасневшие глаза разглядывали мое лицо, а потом она кашлянула.

— Я думала, ты упал, — прохрипела она. — Ты в порядке?

— Кроме того, что ощущаю себя как кукла для битья в морозильнике, я вряд ли где-то сломан, — я повел ноющими плечами, дрожь росла в мышцах. — Ты ранена?

— Я в порядке.

Почему-то я уже не доверял этим словам.

— А Вера?

— Я тут, — она прошла в поле зрения, хромая, сжимая перила. — Но мы не можем тут болтать о погоде. Убийца, возможно, еще не закончил.

Отлично.

С помощью Линны я поднялся на ноги, дрожь сотрясала все мое тело. Холод только усилился, пока мы ковыляли по мостику к лестнице, рука Линны была вокруг моего пояса, моя была на ее узких плечах.

— Будем говорить на ходу, — предложил я. — То есть, Вера, объясни, пожалуйста, почему кто-то хотел разобраться с нами, как с Ханом Соло.

Обе женщины посмотрели на меня растерянно.

— Он замерз в конце «Империя наносит ответный удар», — уточнил я. — Не лучшая отсылка. Думаю, мое серое вещество еще замерзшее, и это возвращает меня к вопросу. Что это был за ледяной ад?

— Это был Дедал, — ответила Вера, мы спустились на первый этаж.

Я сжимал перила свободной рукой. Мышцы ощущались так вяло, что каждый шаг был трудом.

— Это псевдоним?

Вера кивнула.

— Я не знаю настоящего имени, так что не спрашивай. Он новый — он и его дроны.

— В каком плане новый?

— Черные точки. Вы оба отмечены. Об этом я хотела предупредить вас, но Дедал добрался до нас первым.

— Отмечены черной точкой? — спросил я, ощущая странную смесь интриги и ужаса. — Как у пиратов?

— Примерно так. Это все скрыто, но я люблю знать о таком.

— То есть, — буркнула Линна, — тебе нравится использовать знания, чтобы найти клиентов и вывезти их.

Вера проигнорировала это.

— Повезло вам. Я проверяла сегодня список и увидела ваши имена.

Линна отошла от меня, поспешила к груде обломков, куда упал ее кубик Рубика. Она сунула его в сумку, вернулась ко мне и снова обвила меня рукой, словно я мог упасть без нее. Я не жаловался.

— Есть награда за наше убийство? — спросила она у Веры.

— Убийцы не делают это ради веселья. Многие из них.

Моя напарница прикусила губу, ее лицо было тревожным. Она взглянула на меня.

— Это кажется тебе знакомым?

— А?

— Дело Виньо.

Лампочка вспыхнула в моей голове. Блин, она была права. Агент Виньо сорвалась на Созэ, потому что он подавил ее расследование преступной системы, ужасно похожей на эти черные точки. Было совпадением, что он подавил действия Виньо за пару дней до того, как операция, которую она расследовала, была использована против его врагов?

Да, это не звучало как совпадение.

— Он подставил нас? — яростно спросил я. — Он заблокировал Виньо, чтобы использовать незаконную систему наград?

— Кто? — спросила Вера.

— Агент Созэ, — прорычала Линна, мы с ней думали об одном.

Я сжал крепче ее плечи.

— Он поднял ставки. Мы украли его игрушку для убийств из кабинета Ансона, и теперь он злится.

— Ясное дело, — сказала Вера, мы остановились у выбитой двери, через которую вошли в пивзавод. — Это заметно по тому, как он платит.

— Насколько большая награда? — спросил я, было ужасно интересно, сколько стоила моя жизнь, по мнению Созэ, в долларах и центах.

Вера выглянула из проема и взглянула на меня.

— По сто за каждого.

Я разочарованно нахмурился.

— Сто баксов? И все?

— Сто тысяч.

— О! — мое обиженное эго поднялось к новым высотам. Было нечто крутое в том, что тебя ненавидели или боялись так сильно, что Созэ был готов выложить крупную сумму, чтобы убрать меня. Но я быстро понял, что мои с Линной смерти стоили довольно много, так что Дедал с дроном был не единственным убийцей, который надеялся исполнить черную точку и получить нашу кровь на своих руках. — Блин.

— Ага. Полное дерьмо. Половина преступного мира в Ванкувере ищет агента Морриса и агента Шен, — Вера скрестила руки. — Потому я и вызвала вас на встречу. Вам нужно покинуть город. Я доставлю вас к грузовому кораблю в гавани, перенесу вас через Тихий океан. А дальше вы уже сами.

Я нахмурился.

— Ты не можешь просто перевезти нас через границу. Мы сможем укрыться в Сиэтле, пока это не утихнет.

— Утихнет? — Вера фыркнула. — Такое не утихнет. Нужно переехать навсегда.

— Навсегда? А нельзя убрать точки с наших имен?

— Я о таком способе не знаю, — она взглянула на меня и Линну, увидела схожее упрямство. — Такие награды редкие. Не так много людей дают за убийство сто тысяч, но когда они так делают, это работает. Каждый раз.

— А тот, кто управляет этим? — сказал я. — Что ты знаешь о нем?

Вера пожала плечами.

— Почти ничего. Слышала, что его зовут Сундук. Но это может быть и она, а то и инопланетянин.

— Но если мы найдем его, — сказал я, — мы сможем заставить его отозвать точки. И, — нервный восторг наполнил меня, я вдруг задрожал от энергии, — мы сможем получить улики, что Созэ заказал нас! Когда Виньо кричала на Созэ, она сказала, что мастер наград записывает «всех пользователей». Мы сможем доказать, что он пытался убить нас.

Линна загорелась, ее энтузиазм не уступал моему.

— Верхушке МП будет сложно проигнорировать агента Внутренних дел, который пытался убить агентов.

— Двух птиц одним камнем в железе, который его друзья в верхушке не смогут убрать под ковер.

— Или вы можете не умирать, — возразила Вера. — Моя лодка в пяти минутах езды отсюда. Я могу сделать вас свободными от этого дерьма до полуночи.

Я тепло улыбнулся ей.

— Я ценю предложение. Серьезно. Но я не буду убегать от этого.

Линна согласно кивнула.

— Твои похороны, — буркнула Вера. — Я туда не пойду, кстати.

— Что еще ты можешь рассказать о Сундуке? — спросил я.

— Ты не слушал? — с сарказмом спросила она. — Ничего. Никто ничего не знает о нем.

— Виньо знает, — напомнила мне Линна.

— Но она заперта.

— А ее файлы — нет.

Я ухмыльнулся ей.

— Ты намекаешь на то, о чем я думаю?

Моя напарница вздохнула.

— Хотелось бы иначе.

— Если вы планируете проникнуть в участок, — Вера встала между нами, — то я в этом участвовать не буду.

— Нам не нужно проникать, — заявил я. — У нас есть кое-кто внутри.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Мы с Линной шли бок о бок по треснувшему асфальту. Дорога была тихой и темной, фонари были тусклыми и грязными. Я двигался увереннее, и мы уже не держались друг за друга, просто шагали рядом, на своих орбитах.

Это происходило постоянно. Мы все сближались, сближались… а потом снова ускользали друг от друга.

Мой взгляд задержался на ее профиле, я вспомнил панику в ее голосе, когда я свисал с края мостика. Я помнил, как она обняла меня. Если бы я обнял ее в ответ, она отпустила бы? Это что-то изменило бы? А если я что-то начал прошлой ночью? Она давала намек, или я не так все понял?

Я вытянул руку, пальцы робко искали ее, но я не успел ее коснуться, опустил руку. Я так устал, все болело, и сердце тоже устало.

Мы покинули джип Блит во льду на парковке пивзавода, и Вера уехала, когда мы отказались от ее плана спасти нас. Я не винил ее. Она уже рисковала ради нас. Дедал уже был на нашем хвосте, и если бы Вера не помогла, когда он ударил, мы умерли бы от первого же удара дрона.

Я поежился от мысли.

Линна взглянула на меня, но молчала. Тишина казалась разреженной, хрупкой, словно слова ждали, когда прорвутся.

— Кит…

Я замер, повернулся к ней. Она посмотрела на меня, поймав нижнюю губу зубами. Ее рот открылся на миг, снова закрылся. Она отвела взгляд от вопроса в моих глазах.

Я тихо и тяжко вздохнул.

Фары озарили нас. Красный пикап старше меня ехал по темной дороге. Я узнал стиль Эггси и убрал искажение, которое скрывало меня и Линну от взглядов. Он подъехал к нам, окно опустилось, и стало видно его роскошные усы и улыбку.

— Эй, — сказал он. — Запрыгивайте.

— Ты — просто спаситель, — ответил я, желая сесть. Мы вызвали его, когда отошли от пивзавода, и я не хотел больше идти.

Мы с Линной забрались, моя напарница втиснулась посередине на длинной скамье. Наши бедра были прижаты, чтобы у Эггерта было место для вождения, но я постоянно озирался, проверял все вокруг нас. Я не мог больше скрывать нас, чары кошачьего глаза Линны нужно было заряжать, и я не мог сделать Эггси невидимым. Я пытался, но, видимо, у охранника были не только усы, потому что я не мог заставить его исчезнуть.

Мы описали ему наш день, от убийства Ансона до проблемы с черными точками, но мы почти не могли ничего с этим сделать, лишь залечь на дно, пока Дедал и его соперники не поняли, где мы были. Он высадил нас у квартиры, и мы пошли в мое старое жилище, не обнаружив слежки или убийц.

Внутри я тут же опустил ноющее тело в мягкие объятия дивана. Тихий стон вылетел из моего горла, я откинул голову. Мне нужны были обезболивающие и горячая ванна.

От стука я приоткрыл глаза, увидел, что Линна сидела за компьютером, склонилась к монитору.

— Что ты делаешь? — спросил я.

— Здороваюсь с кротом.

Я заерзал на мягких подушках, повернулся в ее сторону.

— Думаешь, он ответит?

— Почему нет?

Я взглянул на телефон, понял, что было почти восемь.

— Потому что он вряд ли уже на работе. Наверное, он зарылся в нору с бокалом вина. Или что там пьют кроты.

Линна закатила глаза.

— Уверена, что наш крот использует не компьютер МП для своего…

— Рытья?

— Ага.

Я пожал плечами.

— Стоит попробовать.

Линна повторила тот же процесс, что был в прошлый раз, начав с флешки, а потом застучала по клавиатуре. Она отклонилась и ждала, а я взял пульт и включил телевизор. Я пролистал список фильмов, но толком ничего не привлекло меня.

Да, безумие. Кит Моррис, эксперт по фильмам из Университета Хобби, не мог выбрать следующий фильм. Я миновал «Смерть на похоронах», «Семь психопатов» и «Фарго», меня не интересовали два часа мрака об убийстве, трупах и кровопролитии. Где были фильмы для моментов, когда ощущал себя как эскимо, которое недавно растаяло в жестоком цикле сушки в барабане? Или фильмы, когда ты хотел задушить врага веревкой для белья? У нас был план борьбы с Созэ, и было физически больно сидеть и ждать.

Или, может, мне было просто физически больно. Вполне возможно.

Наконец, я выбрал классику 1973-го — «Аферу», которая не подходила моему настроению, но мысль о команде Пола Ньюмана и Роберта Редфорда, которые мстят жестокому боссу мафии, почему-то привлекла меня. Лучше, чем листать список следующий час. Я поправил подушку под правой рукой, а потом вытянул ноющие ноги со стоном.

Линна встала из-за стола. Пока Редфорд терял кучу наличных в рулетке, я слушал, как она шумела на кухне. Холодильник открылся и закрылся. Через миг она прошла в гостиную и протянула мне стакан холодной воды и две белые таблетки — обезболивающее.

— Спасибо, — сказал я, удивленный и благодарный. Я бросил таблетки в рот и выпил половину воды парой глотков.

Она прошла к столу. Я ожидал, что она сядет в стул на колесиках, но она поправила монитор. С дивана было видно зеленый текст «Ожидание…», она подошла и села рядом со мной.

В отличие от прошлой ночи, она села на среднюю подушку, которая была ближе ко мне. Воспоминание о том, как она обнимала меня в пивзаводе, вернулось в мою голову, и я перевел взгляд на экран, где Редфорда был тот самый босс мафии.

Я пытался поглядывать на монитор, ждать, когда крот войдет, но боль и усталость давили на меня. Мой подбородок опустился, глаза слипались.

— Кит?

Теплая нежная ладонь похлопала меня по щеке. Я поднял подбородок с груди, увидел склонившуюся ко мне Линну, она тревожно хмурилась.

— Ты же не ударялся головой?

— А? — о, она проверяла, не было ли у меня сотрясения. — О, нет. Не ударялся. Мозг в порядке.

Я слышал свои уставшие слова и не мог убедить даже себя, что мое серое вещество не расплескалось в голове.

— Уверен? — она осторожно коснулась пальцами моего черепа, перебрала мои волосы, пока искала раны.

Мои глаза закрылись сами, волна расслабления пронеслась по мне. Ох, это было приятно. Я хотел, чтобы она перебирала мои волосы все время, пока вселенная не умрет.

— Кит?

— Хм?

— Ты в порядке?

— Все хорошо, — я говорил невнятно, не открывая глаза. — Просто устал.

— Ладно.

Ее ладони пропали с меня, но мое разочарование перебил ее вес, прильнувший к моему боку. Она прислонилась ко мне, была так близко, что я ощущал слабый цветочный запах ее волос.

Я не открывал глаза, ведь то, что они были закрыты, могло привести к такой близости. Она чуть заерзала, устраиваясь удобнее, и тихо выдохнула. Я мог выделить в том выдохе эмоции, но лишь догадывался. О чем бы она ни думала, все было заперто за ее ментальными стенами крепости.

Может, я слишком устал, чтобы переживать из-за отказа, а, может, было проще с закрытыми глазами, но я нашел ее руку, скользнул по ней ладонью и переплел пальцы с ее. Ее пальцы крепко сжали мои, и я тихо выдохнул.

Через мгновения я погрузился в беспокойный сон.

— Он тут!

Вопль Линны и резкое движение вытянули меня из снов. Мои глаза открылись, мой левый бок был холодным без ее тепла. На экране шла игра в покер в поезде. Я проспал полчаса.

Линна села за стол, ее пальцы уже быстро стучали по клавиатуре. Я поднялся сонно с дивана и подошел к ней, склонился над ее плечом — наши места поменялись с прошлого раза, когда мы связывались с кротом. Зеленый текст сиял на черном экране.

>БОБЕР ВОШЕЛ В ЧАТ.

>БОБЕР: КТО ЭТО?

>ВЫ: ЛЕПЕСТОК РОЗЫ.

— Что у них с грызунами? — сказала Линна, готовая печатать, ждущая ответ.

— Это же крот, — ответил я. — Это сочетается с грызунами.

>БОБЕР: НАДЕЮСЬ, НОВЫХ ПРОБЛЕМ НЕ ВОЗНИКЛО.

>ВЫ: МНЕ НУЖНО БОЛЬШЕ ИНФЫ.

>БОБЕР: Я ДАЛ ВСЕ.

>ВЫ: ДРУГОЕ ДЕЛО.

>БОБЕР: КАКОЕ?

Линна помедлила, взглянула на меня.

— Я не знаю номер дела. Как его описать?

Я склонился и напечатал:

>ВЫ: АГЕНТ ВИНЬО БЫЛА ГЛАВНЫМ СЛЕДОВАТЕЛЕМ.

>БОБЕР: У АГЕНТОВ МНОГО ДЕЛ. И ВИНЬО ЗА РЕШЕТКОЙ.

>ВЫ: МНЕ НУЖНО ПЛАТИТЬ ЗА ЭТИ КРУПИЦЫ?

>БОБЕР: ЭТО БЕСПЛАТНО.

Линна отодвинула мои руки от клавиатуры, но шлепнула сильнее, чем нужно, и из-за того, что я склонялся над ней, я практически врезался лицом в клавиатуру.

Я умудрился сохранить лицо, но при этом неуклюже проехал пальцами по клавишам.

>ВЫ: 2Q43WESRDYFUVGHB;/LM.

>БОБЕР: ЧТО?

Линна посмотрела на меня большими глазами — смесь раздражения и страха.

— Что теперь сказать?

— У тебя власть над клавиатурой, — ответил я, отходя. — Разговор твой.

Ее ладони замерли над клавишами на миг, а потом она ввела ответ.

>ВЫ: ПРОСТИ. КОТ ПРОБЕЖАЛ ПО СТОЛУ.

— Неплохо, — фыркнул я, вызвав недовольный взгляд напарницы.

>БОБЕР: У МЕНЯ НЕТ ВРЕМЕНИ НА ЭТО. ДАВАЙ ДЕТАЛИ, ИЛИ Я УХОЖУ.

>ВЫ: НЕЗАКОННЫЕ ЗАКАЗЫ. МНЕ НУЖНО ВСЕ, ЧТО БЫЛО У АГЕНТА ВИНЬО В ЭТОМ ДЕЛЕ.

Курсор мигал, мы ждали ответа.

— Думаешь, кот его отпугнул? — поинтересовался я. — Все-таки грызуны боятся кошачьих всюду.

Она задумчиво поджала губы.

— Те файлы хорошо защищены. Может, крот не знает, найдет ли к ним доступ.

Через пару секунд пришел ответ:

>БОБЕР: 3K. УРНА ВОЗЛЕ РЕМОНТА КОМПЬЮТЕРОВ НА БРОДВЕЙ И КИПАРИС В 23.00. ПРИШЛИ СООБЩЕНИЕ, КОГДА ОСТАВИШЬ ИХ ТАМ.

>БОБЕР ПОКИНУЛ ЧАТ.

Линна шумно выдохнула и отклонилась на стуле.

— В этот раз хотя бы дешевле, — сказал я. — Крот дает скидку на закрытые дела? Или это скидка за повторные услуги? — я представил содержимое чемодана Блит, пытался мысленно посчитать деньги. — Но если так продолжать, Эггерту придется перейти с дорогой пасты на лапшу быстрого приготовления.

Через два часа я снова прятал деньги в бумажном пакете в урну, но в этот раз без дурацкого парика, а в капюшоне и шарфе на нижней половине лица. Снаружи было прохладно, не только я из ночных прохожих оделся теплее.

Я снова создал свою копию, которая ушла от урны, а я остался невидимым и ждал крота.

Линна снова получила ответ от крота и послала меня бежать за посылкой по улицам. В этот раз сверток был не в руках работника отеля. Крот оставил его на карусели на игровой площадке в двух улицах южнее.

Я добрался туда раньше, чем хулиганы унесли сверток, там была не сумка, я чуть помятый рождественский подарочный пакет. Я поднял пакет и заметил ярлык на ручке.

Я перевернул его, и моя кровь похолодела.

Кому: агент Моррис

Продолжай хорошую работу.

От: Твой новый друг

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

— А Винсент? — предположила Линна.

— Винни был первым, кого я подозревал, но перестал, — ответил я. — Крот давал информацию Заку до того, как мы стали работать в МП. Мы ищем кого-то старше.

Мы с Линной болтались у края парковки для работников университетской больницы, где были с середины утра. Нас не видел одинокий охранник, мы следили за задним ходом, ждали мишень. Мы оделись как можно неприметнее: темные джинсы, толстовки и солнцезащитные очки, которые купил нам Эггерт.

Мы могли лишь ждать — и надеяться, что не привлекли внимание убийц по пути сюда — так что обсуждали по кругу, как наш «новый друг» понял, что Лепестком Розы был агент Кит Моррис. Хотелось спросить у Зака — снова — не было ли у него намеков на то, кем был крот, но друид не ответил на мое сообщение о новом номере. Он или снова пропал с радара, или бросил телефон, которым связывался со мной в последний раз. Он менял телефоны, как мы с Линной — машины.

— Я был скрыт одеждой, — буркнул я не впервые. — И я использовал искажения. Как это не сработало?

— Может, крот понял как-то иначе, — предположила Линна, тоже не впервые.

— Но как?

— Не знаю, Кит. Мы можем сосредоточиться на Сундуке? Это важнее.

Она была права. Не важно, кем был крот, если нас добьет убийца до того, как мы уберем черные точки и добудем улики против Созэ. Если это сработает, Созэ окажет нам услугу: вместо трудного процесса ловли его на зарядке порталов в точке нексуса и понимания, как он убил двух глав гильдий, мы могли обвинить его в попытке убить нас.

Я поджал губы. Мы так сосредоточились на том, как убили Джорджию и Ансона, что не подумали, почему. Зачем Созэ убил их? Те главы гильдий были тихими. А вот Дариус Книг был влиятельным и громким, то играл по законам МП, то действовал за их рамками, как мастер-шахматист. Если Созэ пытался ослабить гильдии города, убрав глав, он выбрал не те мишени.

— У него долгая смена? — буркнула Линна, глядя на часы. — Мы ждали часами.

Дело Виньо направило нас к университетской больнице, где ее информант в операциях Сундука работал на не-мифической работе. Было рискованно заходить в больницу и искать информанта, так что приходилось ждать.

Прошло еще двадцать минут, задняя дверь выпустила двух уставших женщин, а потом появился наш мужчина.

— Это он, — сказал я.

Доктор Ллойд Маркл: высокий и широкий мужчина с песочными волосами, где уже виднелась седина, короткими и стильно подстриженными. Он был целителем, а не только врачом скорой помощи.

— Идем, — сказала Линна, пока мы смотрели, как доктор в синей форме и ветровке шел решительно к своей машине. — Ori menti defendo.

Чары кошачьего глаза защищали ее разум, и я накрыл парковку искажением, скрыл нас от охранника и всех неподалеку. Две женщины уже уехали, и, насколько я видел, больше никого поблизости не было. Но я не рисковал.

— Давай сыграем в спокойного копа и нервного копа, — шепнул я, пока мы шли к Ллойду.

— Это как хороший и плохой копы?

— Ага. Нам нужно, чтобы он сотрудничал, так что не можем вести себя мягко, чтобы он отпирался, — я поднял руку, показывая одну сторону воображаемых весов, а потом поднял другую, уравновешивая. — Но и травмировать его нельзя.

— А ты все продумал, — пробормотала Линна робко.

Я пожал плечами от той неуверенности.

— Я учусь.

Я недавно понял, что некоторые линии не стоило пересекать, хоть мои искажения были безобидны физически. Те линии порой сдвигались, особенно, при встрече с грозным злом, но этот случай был не таким.

Ллойд замедлился у своего черного БМВ, и я сосредоточился дополнительно и убрал его разум из своей галлюцибомбы.

— Доктор Маркл, — позвала Линна, когда он вытащил ключи из кармана.

Ллойд обернулся. Если наше неожиданное появление потрясло его, он не подал виду.

— Я могу помочь? — вежливо спросил он.

— Можете, — ответил я. — И мы можем помочь.

Он изумленно ухмыльнулся, словно считал, что помощь от меня и Линны в нарядах для прикрытия была забавной.

— С чем помочь?

— С вашим боссом. Жутким, который страшно ведет дела.

Его лицо ничего не выдавало.

— Я не знаю, что это означает.

— Не нужно врать, доктор Маркл, — твердо сказала Линна. — Мы уже знаем о вашей работе с агентом Виньо.

Ах, его глаза сверкнули. Страх. Почти как признание.

— Как долго это займет, док? — спросил я. — Чтобы Сундук узнал, что вы его предали?

Лицо Ллойда без эмоций не выдержало, черты исказил страх.

— Возможно, только мы в состоянии вытащить вас из этого живым, — тихо сказала ему Линна.

— И кто вы? — осведомился он. — Откуда вы все это знаете?

— Ну, — я глубоко вздохнул, — кстати о жутких и гадких боссах, бородавка во главе нашего участка заплатил вашему боссу, чтобы повесить на наши головы незаконную награду.

Ллойд нахмурился.

— Участок? Так вы…

Линна перебила его, показав значок из кармана.

— И с ним еще гады, — добавил я, не давая Ллойду времени задуматься, могли ли два подростка за двадцать быть агентами МП, — которые закрыли расследование агента Виньо о Сундуке.

Глаза доктора расширились.

— Значит, у него доступ к ее файлам, — уточнила Линна на случай, если он не понял. — Те файлы называют вас информантом. Раз наш босс говорил с вашим боссом, думаю, у вас будут серьезные проблемы.

Я кивнул.

— И, учитывая его работу, наказание за предательство будет ужаснее лишения телефона.

Квадратная челюсть Ллойда опустилась от страха.

— Мне нужно идти.

Он повернулся к машине, стал возиться с ручкой дверцы.

— Куда? — резко спросила Линна.

Он оглянулся на нас.

— Как можно дальше. И вам стоит так сделать.

Поддерживая галлюцибомбу, чтобы скрыть меня и Линну ото всех, кроме Ллойда, я атаковал его разум и создал Разделенного Кита. Он повернулся к машине, а фальшивый Кит сидел на крыше, мрачно глядел на него. Доктор испуганно отпрянул, оглянулся. Настоящий я пропал, там стояла только Линна, строгая и неприступная.

— Это не единственный вариант, док, — сказал ему ложный Кит, а моя голова гудела от сложности искажений.

— Мы знаем, что он следит за вашим сыном в Новой Шотландии, — сказала Линна, добавив нотку сочувствия в голос. — Думаете, вы сможете прибыть к нему вовремя и спасти его?

Рот Ллойда Маркла задрожал, он смотрел на нее.

— Что это такое?

Судя по документам крота, Сундук заставлял Ллойда работать его личным врачом — медик мафии — угрожая жизни его отстраненному сыну в Галифаксе, Новая Шотландия. Хоть он не видел сына несколько лет, Ллойд явно любил мальчика.

— Мы можем помочь, — сказал фальшивый Кит. — Вам и вашему сыну.

— Но сначала вам нужно помочь нам, — добавила Линна.

Левая ладонь фальшивого Кита достала шар огня размером с теннисный мяч и подбросила в воздух. Огненная сфера разделилась на три шарика меньше. Они упали, мой двойник стал жонглировать ими, выглядя как шут из загробного мира.

— Это не угроза, — сказал мой двойник. — Просто это так работает. Вы приведете нас к Сундуку, а мы убедимся, что он не навредит вам или Ллойду-младшему.

— Как вы это сделаете? — тихо спросил доктор.

Фальшивый Кит поймал три огненных шара и хлопнул в ладоши. Три огонька взорвались, поглощая искажение. Он и огонь тут же исчезли.

— Есть способы, — сказал настоящий я, завершая представление.

Ллойд, который был в шоке от перепадов, повернулся еще раз и увидел, как мы с Линной серьезно глядели на него.

Моя напарница протянула руку.

— Я поведу.

Через две минуты Линна твердо давила на педаль газа блестящей БМВ Ллойда, и мы втроем неслись по 4-й Авеню прочь от университета.

— Уверены, что это хорошая идея? — спросил Ллойд с заднего сидения. — Сундук знает мою машину. Если он поставит на меня черную точку, все убийцы в городе будут знать, что мы едем.

— У нас нет другой машины, — признала Линна под нос.

Я погрузился в мягкое переднее сидение роскошной машины. Редкое в мире могло быть лучше удобного сидения.

— Мы часто разрушаем машины, так что заранее извиняемся, если ваша машина станет разбитой через пару часов, — я посмотрел на центральную консоль между собой и Линной. — О! Подогрев попы!

Я нажал на кнопку и ощутил, как нагретая подушка стала ласкать мое уставшее тело. Я мог даже стонать от радости. Мне было плевать, если меня слышали. Мы ехали к еще одному опасному преступнику Ванкувера, и было бы обидно не порадоваться удобствам на пути туда.

— Сундук на севере, — сказал Ллойд, игнорируя мой гедонизм. — Нужно ехать по Второму Мосту.

— Что у него за штаб? — спросил я. — Заброшенный склад? Подвал? Крутой небоскреб?

— Контактный зоопарк.

— Что, простите?

— Контактный зоопарк Боумэна. Это его прикрытие.

— Слишком в стиле Роберта Пиктона, как по мне, — буркнул я. — Так его зовут? Боумэн?

— Нет. Он купил ферму пару лет назад и оставил название, — Ллойд вздохнул. — Я не знаю настоящего имени. Он не говорил, и я не спрашивал. Он отмывает деньги через зоопарк, и никто не думает искать преступника в бизнесе, ориентированном на семью, где постоянно ходят школьники.

— Расскажите о зоопарке, — приказала Линна. — У него есть стражи? Охрана?

— Там только работники. Они выглядят дружелюбно, устраивают детям милые туры со свиньями и курицами, но все они — обученные убийцы, — он бросил взгляд на заднее окно БМВ. — Вы можете ехать быстрее? Мы тут на виду.

— Мы не хотим привлекать внимание, — ответила Линна. — Сколько работников…

С грохотом заднее стекло разбилось. Крича, Ллойд прижался к сидению, накрыл голову руками. Еще три удара, пули вонзились в БМВ.

— Пистолеты! — закричал я, обмякнув на сидении и надеясь, что нагретая кожа могла остановить пулю. — Кто-то в нас стреляет!

Линна нажала на газ, роскошный седан понесся по четырехполосной улице, обогнул до ужаса медленный универсал.

Еще два выстрела зазвучали после протяжного гудка другой машины. Я посмотрел в боковое зеркало, увидел два одинаковых белых пикапа, которые объехали универсал и следовали за нами. Из пассажирского сидения первого пикапа свисал мужчина в маске-черепе, направлял на нас пистолет.

Он выстрелил и разбил мое зеркало.

Я опустил голову ниже.

— Это Дикари Западного Побережья! — пролепетал в панике Ллойд.

Звучало как банда серфингистов, и я яростно выругался.

— Почему они стреляют в нас?

— Потому что хотят нас убить!

— Это ясно, — рявкнул я. — Но разве они не мифики? Что за банда убийц не использует магию?

— Те, которые не хотят, чтобы люди знали о магии! Они используют оружие не-мификов на публике.

— Какие заботливые, — прорычал я и повернулся к Линне. — Можно оторваться от них?

Еще пуля влетела в заднее окно и врезалась в панель приборов между нами. Мы втроем отпрянули, словно это могло как-то помочь.

— Я не могу оторваться от пуль, — сказала моя напарница. — Ты можешь отогнать их искажением?

— Я могу поймать стрелка, но не могу бить других без галлюцибомбы, а это затронет всех на улице.

Это было проблемой: постараться спасти нас и рискнуть людьми на улице, используя искажение против злодеев… или нет. Но если ничего не делать, мы умрем в стиле Сонни Корлеоне без шанса защититься.

— Кит, — тревожно сказала Линна, пули все отлетали от машины. — Мой телефон… в моей сумке.

Я схватил ее сумку с центральной консоли и вытащил оттуда телефон.

— Кому звонить?

Она указала вперед.

— Нам нужна помощь.

Я выглянул в треснувшее стекло. Слева поднимался знакомый многоквартирный дом над соседними зданиями.

Это могло помочь.

Я открыл телефон Линны, вздрогнул от выстрела, который разбил зеркало на стороне водителя. Я пролистал контакты, нажал на номер. Робин Пейдж ответила после двух гудков.

— Агент Шен, как проходит расследование? — вежливо спросила она.

— Это Кит, — сказал я ей. — И не так чудесно. Мы в черном БМВ, за нами гонятся психи с пистолетами в двух белых пикапах на 4-й, и мы едем в твою сторону.

Миг тишины.

— Серьезно?

— Ужасно серьезно, — ответил я. — Нам нужен твой демон.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

На соседней улице от дома Робин пуля пробила заднее колесо БМВ.

Линна выругалась, машина виляла. Металл скрежетал, рваная резина не мешала краю задевать асфальт. Она дико озиралась, повернулась к входу в гараж парковки.

— Не туда! — заорал Ллойд с заднего сидения. — Мы будем в ловушке!

Я сжимал ручку дверцы одной рукой, в другой был телефон Линны.

— Я склонен согласиться с не таким и хорошим доктором.

Ничего приятного не происходило в гаражах.

Казалось, каждый раз, когда мы с Линной заезжали в бетонные парковки, на нас нападали телекинетики, контракторы демонов или маги-убийцы. В этот раз за нами гнались безумцы в масках-черепах.

К сожалению, без шины и с двумя белыми пикапами за нами выбора не было. Мы миновали дорожных полицейских на входе, и я поднес телефон к уху.

— Планы изменились, — сказал я Робин, БМВ несся к подземной парковке, два пикапа повернули за нами. — Мы не доедем до тебя. Мы заехали на парковку…

Линна обогнула столб на скорости, потом нажала на тормоза так резко, что телефон вылетел из моей руки. Мы замерли со скрежетом в дюймах от пары припаркованных Приусов.

Пикапы Дикарей остановились за нами. Их дверцы распахнулись, и восемь бандитов в масках вышли, каждый держал пистолет. Мы были в меньшинстве, но теперь мы были не на виду людей, что многое меняло.

Потому что теперь я мог бить их галлюцибомбами.

— Линна, Ллойд, не попадайтесь на глаза, — приказал я, бросая искажение на парковку. Линна недавно использовала кошачий глаз, чары нужно было перезарядить, так что я не мог сделать ее невидимой. Но если она просто не будет попадаться на глаза, это и не потребуется.

Дикари с масками-черепами шли к БМВ, и я создал искажение, что дверцы открылись. Фальшивые версии меня, Линны и Ллойда выскочили, захлопнули дверцы и побежали в разные стороны. Фальшивый Ллойд не был качественным, но это не было важно, когда убийцы видели его спину, пока он безумно бежал между припаркованных машин.

Выстрелы звенели, оглушали хаосом, но мои искажения бежали. Дикари опустошили магазины по дюжине несчастных машин. Крича друг другу, восемь бандитов разделились, побежали за моими фальшивками. Я опустился ниже на сидении, уверенный на девяносто пять процентов, что они пробегут мимо машины, не заметив настоящих людей за тонированным стеклом.

— Стойте! — крикнул кто-то.

Затаив дыхание, я оглянулся в разбитое заднее окно.

Дикарь #8 отстал, пистолет был в одной руке, телефон — перед лицом.

— То была фальшивка! — крикнул парень. — Психик обманывает нас!

Эм, что?

Семь других парней ужасно синхронно повернулись к БМВ, подошли к нему с трех сторон. Вдруг меньшинство стало серьезной разницей.

Линна пригибалась как можно ниже на месте водителя, сумка была на ее коленях. Она посмотрела на меня безумными глазами, пока банда приближалась к машине, половина заряжала пистолеты по пути. Мой разум гудел, смятение мешало думать. Они знали о моих способностях. Скользкий Созэ явно подсказал, как лучше убить искажателя.

Дикарь подошел ближе к окну Линны, заглянул в стекло.

Она сжала ручку и открыла дверцу в убийцу. Он отшатнулся, и она выскочила. Она нанесла кулаками три быстрых и жестоких удара по его мягким точкам. Он отлетел, она метнула оглушающий шарик в ближайшего парня, крича заклинание.

Я не мог быстро добраться до нее, бросил искажение Киномеханика в разумы Дикарей на ее стороне машины, пока они не пронзили ее пулями. Они могли подозревать, что я погрузил их в мир зеркал, но это не мешало им отвлечься.

Они пошатнулись, растерянно махали пистолетами, и Линна бросила второй шарик в парня, которого ударила. Он рухнул.

Окно рядом со мной разбилось.

Я повернул голову к бьющемуся стеклу, увидел дуло пистолета. Паника пронзила меня. У меня была доля секунды, чтобы не дать ему нажать на спусковой крючок, и только один трюк из искажений мог остановить кого-то.

Я обрушил искажение чистого ничего на разум убийцы, схватил дуло пистолета и попытался вырвать его из его ладони. Но другой бандит был там, оттащил друга в сторону, нацелил серебряный артефакт на мое горло. Я переключил Помутнение на него, открывая дверцу. Я застрял в машине. Нужно было выбраться.

Я прыгнул на бетон и сел на корточки, сбил обоих за животы. Они упали, но были все еще вооружены, и я не хотел играть с пулями, так что сделал себя невидимым.

Раздался оглушительный выстрел — и я с ледяным ужасом вспомнил об искажении с зеркалами, которое стало едва заметным, когда я отвлекся на Помутнение.

— Он там!

Два Дикаря на моей стороне машины направляли на меня телефоны, они камерами видели сквозь искажения. Я мог одолеть это, сосредоточившись, не спеша, но у меня не было времени.

Гадко улыбаясь, они подняли другие руки. В одной ладони были осколки-клинки льда, другой поднял телекинезом пару острых дисков.

Ох, веселье. Они добавили мифические пряности в этот бой, и я не мог защититься ни от магии, ни от пуль.

— Зараза, — буркнул я и сделал единственное, что мог.

Я поймал Помутнением всех.

Боль пронзила череп, тошнота сдавила желудок на миг, невыносимое напряжение от превращения самого сильного и широкого искажения в галлюцибомбу. Мужчины скулили и кричали, падали и извивались, но я едва замечал, поглощенный усилиями удержать искажение.

Мне нужно было держаться. Каждый миг был еще секундой жизни — для меня и Линны.

Мои колени упали на бетон. Тело тряслось, мышцы слабели, голова кружилась. Крики утихли. Разумы ускользали от меня.

Что-то острое и холодное прижалось к моей щеке.

Мои глаза открылись. Криомаг тяжело дышал, стоял надо мной, подняв плечи, маска черепа злобно усмехалась.

— Гадкие психики, — прошипел он, ледяной клинок был в дюйме от моей глазницы.

Я напрягся, ждал убивающий удар.

Вспыхнул красный свет.

Я не видел, что произошло, что ударило Дикаря. В один миг он собирался пронзить ледяным кинжалом мой глаз, а потом все стало алым, и череп Дикаря провалился с брызгами крови.

Он рухнул на бок, и пятно размером с человека врезалось в следующего убийцу.

Кепка на голове, хвост метался за ним, Заилас ударил мужчину так сильно, что его шея сразу сломалась. Демон оттолкнулся от трупа и полетел к следующей жертве. Алые когти сияли на пальцах, он вонзил их в грудь Дикаря.

Трое мертвых за шесть секунд.

Оставшиеся Дикари отреагировали на резню, выстрелили пистолетами и магией, но Заилас был молниеносным пятном. Четвертый убийца умер от его когтей, он прыгнул на крышу БМВ, вены красной магии бежали по его рукам, сияли сквозь рукава. Он спокойно махнул на выживших противников.

Ярко-красные круги появились под Дикарями. Они едва успели взглянуть на магию под своими ногами, и Заилас щелкнул пальцами. Четыре заклинания сработали, четыре фонтана крови залили бетон, четыре тела упали.

В гараже стало тихо, я слышал только свое шумное дыхание.

— Заилас!

Голос Робин прозвенел резко и тревожно. Заилас повернулся на ноге и спрыгнул с машины, приземлился на стороне водителя.

Я встал, дрожа, подавляя желудок. Мой разум очищался, ведь я уже не искажал, и я был рад понять, что не сломал себя. Я просто потратил силы быстрее обычного.

Скрипя зубами, я поспешил вокруг БМВ, туда, где пропал Заилас. Я обогнул бампер и застыл.

Линна была на земле, Робин сидела на коленях с одной стороны от нее, Заилас — с другой. Кровь пропитала толстовку Линны над ее плечом от раны в верхней части груди.

Мое сердце взорвалось от ужаса, билось в горле.

Линну подстрелили.

Ее подстрелили, а я не знал. Не только не знал, но и использовал Помутнение на ней, пока она теряла кровь. Стыд и страх приморозили меня к месту.

Она тяжело дышала, зажмурилась от боли. Заилас трогал ее рану, потом прижал к ней ладонь. Магия потянулась от его ладони, засияла на торсе Линны.

— Что ты делаешь? — громко осведомился я, отыскав голос.

Заилас проигнорировал меня, демонический массив появился на Линне.

— Он исцеляет ее.

Тихий ответ Робин не сразу пробил туман паники в моей голове.

— Что? — прохрипел я.

Рот Заиласа двигался от хриплого заклинания. Его магия яростно сверкнула, и Линна выгнулась, звук боли вылетел из ее горла. Робин придавила плечи Линны, держала ее на месте, и после пары секунд Линна обмякла на окровавленном бетоне.

Ее грудь вздымалась и опадала, черты расслабились, напряжение от боли растаяло.

— Исцеляет? — повторил я. — Демоны умеют… исцелять?

— Некоторые, да, — Робин посмотрела на меня, морща лоб в тревоге. — Ты в порядке?

— Я? В порядке. Как Линна?

— Чистая рана, — Заилас встал, хвост нетерпеливо дергался. — Я все исправил. Будь благодарен, hh’ainun.

Мои мышцы расслабились, и я поспешил к Линне, занял место Заиласа. Оставив меня с напарницей, Робин отошла осмотреть жестокие смерти в гараже.

— Линна? — прошептал я, задел пальцами ее щеку.

Она сдвинула брови, приоткрыла глаза.

— Кит?

Я просунул руки под ее спину и голову, поднял ее с холодного бетона. Ее дыхание было ровным. Облегчение заполнило мой уставший мозг.

— Прости, — прошептал я. — Я не хотел тебя ранить.

Она посмотрела на меня, слабо улыбаясь.

— Не ты же был с пистолетом?

— Нет, но я…

— Тогда все хорошо, — сказала она. — Ты не можешь спасти меня от всего.

Мое сожаление дрогнуло от ее слов, ее юмора среди боли и кровопролития. Она была права. Я не мог защитить ее ото всех убийц, плутов и гадов в масках и с пистолетом.

Но я хотел попробовать.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

На парковку вот-вот могли спуститься копы МП и людей, так что мы решили переместиться. Ллойд пропустил кровавую победу Заиласа над Дикарями: из-за страха и моего искажения он отключился на заднем сидении БМВ. Мы привели его в чувство, забрали вещи и бросили расстрелянную машину.

Заилас остался «убрать», пока остальные поспешили к квартире Робин. Линна была скрыта посреди группы, чтобы не было видно одежду в крови. Пока мы спешили по тротуару, я невольно скользил взглядом по пятнам крови на ее одежде, бледному лицу и неровной походке.

Если я не хотел до этого искать Сундука, теперь я горел яростным желанием разбить всю операцию мерзавца.

Заилас догнал нас, когда мы проходили в квартиру Робин. Кроха-контрактор отвела Линну в спальню, чтобы она привела себя в порядок и переоделась в одолженную одежду. Я упал на диван, уперся локтями в колени, сжал кулаки. Ллойд заперся в ванной, наверное, пытался взять себя в руки.

Чем дальше он был от Заиласа, тем лучше. Не стоило не такому хорошему доктору знать, что его спас не очень плотно скованный контрактом демон, управляющий своей магией. Кстати, демонические лучи смерти Заиласа были жутким сюрпризом. Насколько я знал, демонам не нужны были лучи для проявления жестокости, и магия вместе с его уже впечатляющими навыками боя делали Заиласа еще страшнее, чем я представлял.

Моя голова опустилась ниже между плеч. Если бы Заилас не прибыл в тот момент, мы с Линной были бы мертвы. Ллойд тоже. Я думал, что было совпадением, что ледяной дрон Дедала не боялся моих искажений. Но эти бандиты использовали камеры телефонов, чтобы одолеть мою магию, и все это ограничивало мои силы.

Если так продолжится, если мы не уберем Сундука, мы станем едой для червей.

Что-то твердое ударило меня по затылку не очень-то нежно.

Я вскинул голову, поднял взгляд и увидел Заиласа перед собой, он кривил губы.

— Ай.

— Не будь слабым, hh’ainun.

Мой рот раскрылся.

— Слабым?

— Ты проиграл, но не умер. Если ты жив, ты еще можешь победить.

— Легко говорить суперсильному демону.

Он сморщил нос.

— Я похож на сильного демона?

Я моргнул. Он был самым мелким, худым и наименее жутким демоном из всех, что я видел, а я успел повидать достаточно, вступив в МП.

— Ты слабый по меркам демонов?

Он склонился ближе, алые глаза сияли.

— Если ты умнее врагов, тебе не нужно быть сильнее.

Дверь спальни открылась, перебив наш уютный разговор, и Робин вышла. Линна следовала за ней, бледная, но все же здоровая. Она сменила кровавую толстовку схожей, зеленой. Не глядя мне в глаза, она села рядом со мной.

— Я объяснила Робин черные точки, — тихо сказала она, глядя на свои ладони, беспокойно переплетая пальцы. — И почему на нас напали.

Робин села на кофейный столик, повернулась к нам и кивнула с мрачным видом.

— Нужна наша помощь с Сундуком?

Я ощутил, как что-то обжигало левую сторону моего лица, взглянул туда и обнаружил предупреждающий взгляд Заиласа. Он словно говорил: «Не смей втягивать нас глубже».

— Нет, — твердо сказал я. — Вам двоим лучше покинуть город.

Робин моргнула.

— О чем ты?

— Созэ будет в том гараже, — сказала Линна, немного бодрости вернулось на ее лице в форме тревоги. — Если он поймет, что был вовлечен демон, у вас будут проблемы.

Кусая губу, Робин взглянула на Заиласа.

— Мы собирались в путешествие в следующем месяце, но я могу забронировать билет на эту ночь. Зора уже следит за вероятными нексусами парой команд. Я скажу ей связываться напрямую с вами, если она что-то обнаружит.

Я кивнул.

— Хорошо. Тебе лучше собрать вещи и поскорее отправляться в аэропорт.

— Ладно. Вы сразу уйдете?

— Нет времени, — сухо сказала Линна. — Нам нужно двигаться, пока нас не догнал очередной убийца.

— Не хотим закончить как Ансон, — добавил я. — Или Блит. Или Джорджия.

Робин сжала губы в тонкую линию, в глазах было горе.

— Вам нужно отомстить за них. Особенно, за Джорджию. Она была чудесной.

Я приподнял брови. Мы говорили ей об убийствах глав гильдий в прошлый раз, но она не комментировала жертв.

— Ты ее знала?

— Я довольно часто ходила в библиотеку «Arcana Historia», и я встречала ее пару раз. Она всегда помогала. Я даже видела ее за день до…

— Ты видела ее за день до ее смерти? — резко спросила Линна, склоняясь вперед. — Ты не упоминала это вчера.

— Мы говорили о порталах. Я думала о них, а не о времени встречи, а потом вспомнила, — она заерзала. — Я видела ее мельком. Она вернулась с обеда, упоминала, что… ох.

Теперь и я склонился ближе.

— Что?

— Она сказала, что только видела моего главу гильдии. Они встречались за кофе, — ее глаза чуть расширились. — Она и Дариус, наверное, дружили. Он знает, что ее убили, а не она оборвала свою жизнь?

— Знает, — мой голос звучал вяло. — Он сам нам сказал, что это было не самоубийство.

Тот красивый дьявол с серебряным языком. Я знал, что он вел себя странно, узнав о смерти Джорджии. Он не только не упомянул, что видел ее за часы до ее смерти, но и скрыл отношения с ней. Если они встречались за кофе, то…

— Кофе! — выпалил я.

Линна дернулась на диване.

— «Молли Роджер»! Бариста сказал, что Джорджия встречалась с двумя мужчинами. Ансон Гудмен и кто-то еще.

— Блин. Джорджия, Ансон и Дариус встречались за кофе перед смертью Джорджии, — я отклонился, дав новой информации перевариться в голове. — Кто-то звонил Ансону перед тем, как он вошел в режим паранойи.

— Думаешь, это тоже был Дариус? — спросила Линна.

— Возможно, — я резко встал. — Нам нужно поговорить с ним.

— Нет, — несмотря на такой ответ, Линна тоже встала. — Мы не можем приближаться к «Вороне и Молоту», когда на нас охотятся. Нам нужно разобраться с Сундуком, пока мы не наткнулись на другие группы, жаждущие награды.

Она была права. Мы не были готовы к такому вниманию убийц. Если мы не хотели улететь с Робин и Заиласом, мы могли избежать быстрого отбытия под землю, отыскав Сундука и заставив его отозвать заказ.

Хотя проникновение в зоопарк, полный обученных мификов-стражей, не был безопаснее прогулок по окрестностям в ожидании, пока убийцы найдут нас.

— Пора идти, Ллойд, — крикнул я в сторону ванной.

Линна прошла к двери, я следовал за ней, тревоги крутились в голове, а потом по черепу снова прилетел удар.

— Заилас! — прошипела Робин. — Зачем ты его бьешь?

Я повернулся, демон опустил руку.

— Твой враг — наш враг, — его акцент стал сильнее, голос был хриплым и грозным, полным предупреждения. — Не подведи, Кит Моррис.

Он поддерживал меня или угрожал мне?

— Понял, Зет.

Я поспешил за Линной, признавая, что было что-то успокаивающее в том, что за меня болел грозный демон, машина для убийств — даже если он просто тоже хотел истребления Созэ.

И все же я не могу жаловаться. Не каждый день меня пытался приободрить демон.

* * *

Контактный зоопарк Боумена устроился в горных лесах Северного Ванкувера на дороге из гравия в паре поворотов от главного шоссе. Полуденное солнце было высоко в небе, рассеянные лучи проникали сквозь облака. Недавний дождь наполнил ямы в гравии водой, которая плескалась, пока наши шины прыгали по выбоинам.

Оставив «БМВ» Ллойда на парковке, мы снова нуждались в новой машине. Робин одолжила нам синий «Mercedes-Benz» своей кузины, но очень нервничала, передавая ключи, просила нас пообещать даже не царапать машину.

Мы были в четвертой машине за три дня, так что не стоило давать такое обещание. Хорошо, что страховые компании не знали о нашей истории жестокого обращения с машинами. И хорошо, что Робин не знала всей этой истории.

— Зоопарк окружен электрической оградой, — сказал нам Ллойд, Линна направила синий седан с дороги в неглубокую канаву. — Выйти или войти можно только через врата, но там сигнализация. Зоопарк закрылся для публики около часа назад, так что врата будут заблокированы.

Линна выключила двигатель.

— А работники? Когда они уходят?

— Они будут тут еще какое-то время, заканчивая дела и заботясь о зверях.

— А камеры наблюдения? — спросил я, думая о Дикарях и их телефонах.

— Я их не видел, но это не означает, что их там нет.

Линна посмотрела между деревьев, пыталась увидеть врата.

— Сколько у него работников?

— Я знаю о четырех. Охранник врат — юноша по имени Деннис, аэромаг. Есть два работника фермы, Грейси и Джейни, кузины и сильные ведьмы с фамильярами-темнофеями. И личный страж Сундука. Не знаю его имени, но он — телекинетик, под два метра ростом, одни мышцы.

— Значит, он может все бросать разумом, — сказал я. — А сам Сундук? Какой у него класс?

— Не знаю. Я не видел, чтобы он использовал магию.

Линна постучала пальцами по рулю.

— Судя по файлам агента Виньо, Сундук заставляет вас помогать ему с диабетом?

— Да. Он не лечится в обычной больнице, чтобы оставаться скрытным. Я проверяю его раз в неделю, даю рецепты, все такое, — Ллойд заерзал на сидении. — Насколько я знаю, он замкнут, немного ипохондрик.

— Звучит жутко, — едко сказал я.

Ллойд замотал головой.

— Может, так не звучит, но вы его не встречали. А его власть? Влияние? Люди вокруг него? За это нужно переживать.

Я отклонился на сидении.

— Так какой план, напарница?

Она быстрее застучала пальцами. Она уже была собой — умная, независимая, эмоции были закрыты от остального мира — но я переживал. Мы еще не побыли наедине с атаки на парковке, так что я не смог ее проверить. Она пережила гонку, выстрел в грудь, исцеление магией демона и мое самое жуткое искажение. И оставалось еще нечто скрытое, что висело над ее головой последние дни.

Но если бы я спросил об этом, она просто сказала бы, что была «в порядке».

— Наш план зависит от того, уверен ли доктор Маркл, что там нет камер наблюдения, — сказала она через миг.

— Говорю же, я не видел камер, но они могли быть скрытыми.

Я отклонил голову на сидение, прогнал все, кроме грядущей проблемы.

— Как по мне, это стоит риска. Лучше, чем лезть по забору под напряжением.

Линна кивнула.

— Так и сделаем.

— Что сделаем? — нервно осведомился Ллойд. — Какой план?

— Все просто, — я хитро улыбнулся ему. — Ты проведешь нас во входную дверь.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Мы с Ллойдом приблизились к контактному зоопарку пешком — для тех, кто смотрел, Ллойд был один. Я скрывал себя от глаз галлюцибомбой. К сожалению, Линне пришлось двигаться в кустах, стараться не шуметь, а не полагаться на мои искажения. Ее артефакт еще не зарядился достаточно, чтобы снова его использовать.

После недавнего неприятного случая с врагами, много знающими о моих способностях, я ощущал себя не так уверенно, как обычно. Но хоть Созэ дал Сундуку информацию обо мне, злодей-ипохондрик не подозревал, что две жертвы придут к его убежищу.

— Уверен насчет этого? — прошептал доктор, подходя к домофону. — Ты еще тут?

— Да и да, — ответил я, дав голосу вылететь из искажения и успокоить его.

За вратами дорога из гравия вела к небольшому квадратному зданию с приветственной табличкой на фасаде. За ним был большой красный амбар рядом со старым домом фермера, который обновили. Вокруг дома были разные загоны и клетки для зверей: курицы, свиньи, павлины, козы и несколько пони на далеком поле.

И тут воняло навозом. Сильно.

Ллойд нажал на кнопку домофона.

— Ау?

Через пару секунд голос ответил:

— Мы закрыты. Откроемся завтра в девять.

— Это Деннис, охранник, — Ллойд нервно огляделся, а потом снова нажал на кнопку. — Это доктор Маркл.

— Вы не должны сегодня быть тут.

— Мне нужно его увидеть. Это важно.

Долгая пауза. Ллойд потирал квадратную челюсть, пытаясь подавить очевидную тревогу. Наконец, дверь здания ближе к вратам — где была приветственная табличка — распахнулась. Вышел парень на год или два младше меня. Он был среднего роста, с широкими плечами, щетиной и стрижкой-ежиком. Джинсы, оранжевая клетчатая рубашка и шумная связка ключей на поясе дополняли его дружелюбный сельский вид.

Он прошел к вратам и с опаской посмотрел на Ллойда, скрестил толстые руки.

— Что такого важного, доктор Маркл?

— Это между мной и ним.

Деннис недовольно цокнул языком.

— Все не так…

— Ori dormias, — произнес я, метнул оглушающий шарик Линны в парня с двух футов. Он отлетел от его груди, и парень сжался на земле до того, как я смог поймать отскочивший шарик. Я убрал искажение, сунул руки между прутьев решетки, схватил его и притянул ближе, снял связку ключей с его пояса.

Линна выбежала из зарослей к нам, стяжкой прикрепила фермера к вратам. Я в это время пытался подобрать ключ из множества к электронной системе возле домофона. После нескольких проб я нашел тот, что отпер врата.

Ллойд ошеломленно смотрел на Денниса, который лежал без сознания без причины.

— Ведите, доктор, — сказал я, снова став невидимым.

Он кивнул и прошел во врата. Я следовал за ним по грязной дороге из гравия, миновал здание с вывеской, мы направились к красному амбару. Я не скрывал свои следы ног искажением, это только зря тратило бы мои силы, мой мозг все еще болел после Помутнения. Линна шла в дюжине шагов за нами, бегала от укрытия к укрытию.

Мы с Ллойдом миновали центр, две низкие и худые женщины, которым было далеко за тридцать, вышли из свинарника с пустыми ведрами от еды, какой фермеры кормили четвероногий будущий бекон.

Грейси и Джейни — кузины-ведьмы. У одной были длинные золотистые волосы в густой косе, которая свисали до пояса и покачивалась при ходьбе. У другой было черное каре, странно ухоженное среди вони и соломы.

Они с вопросом посмотрели на Ллойда.

— Потерялись, доктор? — едко спросила блондинка.

Брюнетка опустила свое ведро.

— Где Деннис?

Ллойд помедлил, не знал, что сказать. Он не умел импровизировать.

Блондинка резко огляделась и заметила Денниса без сознания у ворот. Она указала и хотела прокричать предупреждение, когда я — я был куда опытнее в импровизации — добавил большого злого кабана в свинарник. С оглушительным визгом он стал месить грязь и навоз как бык на родео.

Кузины-ведьмы посмотрели в смятении на свинарник.

Я заставил кабана копать меньше, и он заявил голосом киношного испанца:

— Меня зовут Свиниго Монтоя. Вы убили моего отца. Готовьтесь умереть.

Свиниго поспешил к деревянной ограде и прыгнул, пролетел невозможно высоко и пересек ограду на фут выше края.

Ведьмы отпрянули, желая избежать смерти от мстительного кабана. Блондинка сделала два шага и оказалась лицом к лицу с Линной, которая подошла, пока я отвлекал. Линна выпустила оглушающий шарик, ведьма-брюнетка бросилась в другую сторону — ко мне.

Я был невидимым, поймал ее за талию, выбил из-под нее ноги и швырнул ее в грязь. Линна оказалась там через миг, обвила запястье ведьмы браслетом и пробормотала заклинание. Ведьма обмякла и притихла.

Я вскочил на ноги, внимательно озирался. Мы убрали ведьм, но если у них были фамильяры, фейри-защитники могли появиться в любой миг и отомстить за них. Я прищурился, ждал, пока проходили секунды.

Ничего? Ллойд упомянул их жутких темнофеев, да?

— Что тут происходит? — закричал бас со стороны амбара.

Я думал, что появился фей — но хоть он был не обычным на вид человеком, огромный мужчина с пивным животом был под два метра ростом, его лицо смутно напоминало мопса, так что он вряд ли был сверхъестественным существом. Он просто был большим и уродливым.

Безымянный страж-телекинетик прибыл.

Раз я еще не отпустил искажения, он видел не только доктора Маркла, Линну и двух ведьм без сознания, но и кабана, готового мстить за своих.

Телекинетик повернулся к Ллойду и Линне, пошел к ним, скаля зубы.

— Что вы сделали с Грейси и Джейни?

— Я не… — пролепетал Ллойд. — Это не… я просто стоял тут…

Для того, в чью работу входила быстрая реакция на чрезвычайные ситуации, не такой хороший доктор плохо соображал, когда его допрашивали грозные мифики. Я напомнил себе посоветовать курсы актерского мастерства после этого.

В это время я заставил Свиниго Монтою бежать вперед, встать перед телекинетиком и смотреть на него глазами-бусинками.

— Не лезь к кабану, юноша, — угрожал Свиниго. — Получишь копытами.

Огромный мужчина глупо нахмурился, явно сомневался в своей разумности, и эта пауза дала Линне возможность вытащить третий оглушающий шарик. Она быстро произнесла заклинание, и я добавил шарик в свое искажение невидимости. Когда она метнула, он не отреагировал — в этом он был чуть умнее собаки — но, конечно, она бросила шарик. Просто он этого не видел.

Он попал по его животу. Великан накренился, рухнул на землю со стуком, от которого я скривился. Падение было долгим.

Утомленно выдохнув, я прильнул к амбару и убрал искажения. Обычно галлюцинации не забирали так много энергии, но я не вернулся к полному запасу. Зато я успешно разобрался со всеми опасными защитниками Сундука, и получилось хорошо после двух последних встреч с грозными мификами.

— Остался только Сундук, да? — спросил я, глубоко дыша.

— Ага, — согласилась Линна, скрепила стяжкой запястья телекинетика без сознания. — Но у меня кончились оглушающие камешки.

Доктор, который резко вздрогнул, когда я появился рядом с ним, смотрел на сцену.

— Это было…

— Круто?

— Странно.

Приняв это за комплимент, я отошел от стены и открыл рот, чтобы спросить у Ллойда, где найти Сундука, когда меня остановил громкий скрип. Дверь амбара в трех футах правее меня распахнулась.

В дверном проеме стоял и глядел на нас низкий мужчина средних лет с седеющей бородкой на обвисшем круглом лице и тонким хвостом волос. Я глазел в ответ.

— Это он! — закричал доктор. — Сундук!

Парень яростно взглянул на Ллойда и захлопнул массивную дверь амбара. Я бросился вперед, не дал ей закрыться. Толкнув всем весом, я сдвинул дверь и юркнул внутрь.

Сундук бежал по широкому ряду между пустыми стойлами лошадей. Я вернул невидимость и погнался за ним, Линна втиснулась в брешь за мной. Сундук добрался до конца ряда и пропал в открытом дверном проеме. Я побежал туда.

Я добрался до двери, а Сундук появился на пороге с пистолетом в руке.

Мне уже надоели пистолеты.

У входа в амбар Линна быстро пятилась. Сундук нацелился на нее, она выскочила наружу, оставив меня одного с нашим врагом.

Страх усиливался в моей груди с каждым быстрым вдохом. Даже без пистолета этот мужчина мог легко вызвать самых опасных убийц города убить кого-то с жадным пылом — я испытал это с Дикарями — и остановить их можно было только серьезными союзниками. Он был боссом мафии, окутанном тайнами, уютно устроившийся в тени, скрывался на виду.

Он был почти богом.

Казалось, кто-то постоянно лил ледяную воду на мой позвоночник. Мое тело похолодело, ладони задрожали. Реакция «бей или беги» гремела во мне, но биться уже не хотелось.

Мелкие глаза Сундука разглядывали пустой проход, не видели сквозь невидимость искажения. Он напряженно улыбнулся.

— Ты тут, да, Кит Моррис? — его голос звенел злобой, пугал сильнее грозного рычания Заиласа. — Ты не можешь сбежать. Покажись, и я буду милосерден.

Я глядел на него, дрожа, адреналин бежал по венам. Только ужас из-за того, что Сундук увидит меня, заставлял поддерживать невидимость.

Сундук двигал пистолетом в стороны, словно думал, куда выстрелить.

— Я не из тех, кого стоит злить, мистер Моррис.

Я верил ему. Страх охватил меня, словно, чем дольше я стоял рядом с ним, тем сильнее страх впивался в меня. Парализующий ужас угрожал поглотить меня изнутри.

— У тебя три секунды, чтобы показаться, — заявил Сундук, и парализующий страх от его угрозы сковал мою грудь.

Ощущение было таким сильным, что не ощущалось реальным.

А потом я понял. Страх не был реальным. И хоть осознание не отогнало ужас, он ослабел достаточно, чтобы я мог соображать.

— Время вышло! — сообщил Сундук. — Покажись, и я подумаю…

Я не дал ему закончить. Я убрал невидимость. Он повернул голову ко мне с триумфом на лице.

И я ударил его Помутнением.

Он сильно пошатнулся. Он не ощущал опоры, потерял хватку на пистолете. Он выпал из его ладони, Сундук рухнул на бок, отлетел от дверной рамы и рухнул лицом на грязный бетон. Его конечности содрогались, он закричал в ужасе.

А я? Я был свободен от ужаса. Ни капли страха не было во мне, только гнев.

Я отпустил Помутнение. Сундук обмяк на полу, тяжело дыша и скуля. Теперь я видел его с ясной головой, едва мог поверить, что он напугал меня. Если бы новичок в восковом музее мадам Тюссо попытался бы сделать Стивена Сигала, а потом оставил его на солнце жарким летним днем, получился бы Сундук.

Стареющая и наполовину растаявшая звезда фильмов восьмидесятых не должна была ужасать.

Я прошел вперед, отбросил ногой оброненный пистолет подальше. Он поднял голову, а я сел на корточки перед ним, широко улыбаясь.

— Я считаю себя дружелюбным, — сказал я, рычание в голосе не совпадало со словами. — Думаю, люди заслуживают второй шанс, не держу обиды. Но для тебя я сделаю исключение.

Я ткнул пальцами между его бровей.

— Это была лишь капля моих психических сил, и если ты хотя бы подумаешь, что можно влиять на меня эмоциями, я покажу тебе, что могу делать, когда злюсь.

Жалкая трата кислорода заставила меня дрожать как ребенка, и это разозлило меня. Мне хватало такого в старой гильдии.

Квентин, мой бывший товарищ по «ККК» и типа друг, тоже был эмпатом. Его способность управлять эмоциями с помощью разума превосходила умения этого шута. С его смерти я несколько ночей лежал без сна, гадая, была ли наша дружба настоящей. Истинная сила Квентина была в мелочах, он тонко владел своей опасной силой.

Ладно, у меня были проблемы с эмпатами.

Мое лицо проявило не самые хорошие чувства, и Сундук не сомневался ни в моей угрозе, ни в намеке, что я был сильнее и хитрее него как психики.

Он вяло хмурился, гнев шипел в воздухе вокруг него, пока он подавлял утечку эмоций.

— Чего ты хочешь? — процедил он.

— Все просто, — сказал я, скаля зубы в еще одной невеселой улыбке. — Я хочу жить.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

За дверью, у которой стоял Сундук, была кладовая, которую превратили в кабинет. С помощью Линны я оттащил его внутрь и сковал его запястья наручниками МП из ее сумки, они подавляли магию. Мы оставили его жалко обмякшим на стуле. Я бы угрожал ему его же пистолетом, чтобы отомстить, но оружие было блефом. В нем не было пуль.

Идеальное оружие для слабака, который лишь лаял, но не кусал.

Ллойд присоединился к нам в амбаре, задержался на пороге, растерянно и нервно поглядывал на Сундука. Наверное, он впервые ясно видел мужчину, тоже не мог поверить, что боялся обвисшего слабака с хвостом.

Я скрестил руки, стоя перед Сундуком.

— Пора покончить с этим.

— Ничто не остановит то, что тебя ждет. Ты — ходячий мертвец, — он оскалился, глядя на Линну. — И ты, милая.

— Думаю, ты недооценил наши силы убеждения, — ответил я. — Уверен, ты в курсе впечатляющих способностей моей напарницы. Говорят, у нее есть заклинание, которое может поменять местами твои почки и уши, и ты будешь слышать бульканье своих внутренностей, пока будешь медленно умирать от сепсиса.

К сожалению, он выглядел скорее возмущенным, чем напуганным.

— Просто скажи, что вы от меня хотите.

— Убери черные точки, — приказал я. — Живо.

— Это не так просто.

Я понизил голос до рычания:

— Сделай, чтобы было просто.

Он покачал головой, бородка в стиле Сигала тряслась.

— Система так не продумана. Когда награда заплачена, она остается, пока заказ не выполнен. Кнопки «отмены» нет.

Линна скрестила руки, подражая моей агрессивной стойке.

— Так исполни заказ. Отметь нас мертвыми.

Сундук помедлил, сжал пухлые губы, обдумывая предложение, ведь если он отметит нас мертвыми, его друзья-убийцы не придут спасать его жалкий зад.

Я склонился ближе.

— Хочешь провести больше времени без чувств перед решением?

Он побледнел от напоминания о Помутнении.

— Ладно. Я это сделаю.

— Чудесно. За дело.

Сундук придвинулся к ноутбуку и неловко стал стучать по клавиатуре скованными ладонями. Я встал за его плечом и смотрел, как он вводил пароли для доступа к программе наград. Все было удивительно простым. Два клика, кнопка «подтвердить», и рядом с моим именем и именем Линны появилась надпись «УБРАН».

— Готово, — сказал он, перешел на другой экран. — Это список наград, к которому есть доступ у убийц. Видишь? Заказ отмечен как выполненный, информация про вас двоих уже недоступна.

Несколько болезненных узлов напряжения в пояснице пропали.

— Вот, — завершил Сундук. — Вы теперь в безопасности. Можете идти.

— Хорошая попытка, жалкий гад, — я презрительно фыркнул. Я поманил Ллойда к нам. — Эй, док. Есть просьбы к бывшему боссу?

Ллойд шагнул к Сундуку, сжав кулаки, челюсти были напряженными.

— Ты оставишь меня в покое. Навсегда. И моего сына тоже.

Сундук чуть сжался.

— Твоего сына?

Глаза Ллойда пылали возмущением.

— Ты отзовешь своих людей в Новой Шотландии. Дашь им новые приказы никогда не трогать моего сына. И я хочу услышать, как ты это делаешь.

Козел с бородкой скривился.

— Я… не могу так сделать.

— Почему? — Ллойд посмотрел на меня ради поддержки. — Заставь его так сделать!

— Нет, — неловко сказал Сундук. — Я не могу.

Я не сдержался, мрачный смешок сорвался с моих губ.

— У него нет людей в Новой Шотландии.

Сундук сжался на стуле, глаза сверлили дыру в полу, подтверждая мои подозрения.

— О чем ты говоришь? — спросил Ллойд в тревожном смятении.

— У него тут людей почти нет. Посмотрите на это место, — я махнул на старую кладовую с печальным столиком. Тихое ржание лошади подчеркнуло мои слова. — У него есть едва ли законный аэромаг и две ведьмы без фамильяров. Из охраны у него был только великан, который так растерялся из-за говорящего кабана, что даже не использовал телекинез. Ты или другие не смеялись в гадкое лицо Сундука, потому что он управлял эмоциями с помощью своих небольших способностей эмпата. Все это игра. Думаю, даже та уродливая бородка не настоящая.

Я потянулся над столом и вырвал пару волосков из бородки.

— Ай, — пискнул Сундук, отодвигаясь от меня.

Я пожал плечами.

— Не важно. Моя точка зрения понятна.

— Так мой сын в безопасности? — спросил Ллойд.

— И всегда так было, — ответила Линна. — Система наград была опасной, и мы разберемся с этим.

Она закрыла ноутбук, отцепила провод от розетки и сунула его в свою сумку. Сундук жалобно застонал, его источник дохода забрали.

— Мы знаем, что у вас есть записи обо всех сделках, — сказала она ему тоном, намекающим, что она может превратить его глаза в рыбок. — Где они?

Эмпат указал на ее сумку с его ноутбуком.

— Все там.

— Бред, — рявкнул я. — Ты печатал двумя пальцами, словно курица. Ты явно из тех, кто пишет на бумаге.

— Нет, я храню все…

Он умолк, я послал онемение и тьму в его разум.

— Все в моем блокноте. Нижний выдвижной ящик стола.

— Так лучше, — мрачно сказал я, выдвинул ящик и вытащил черный блокнот. Я полистал его. — Что это такое?

Страницы заполнял бред — хаотичный набор букв, в которых не было видно смысла.

— Это шифр, — заявил нахально Сундук. — Только я могу его прочесть, так что, если хотите знать, что там, придется оставить меня в живых. Можете начать с того, что снимете наручники.

— Кем ты себя возомнил? — спросил я, Линна взяла у меня блокнот, посмотрела на первую страницу. — Серийным убийцей?

Ухмылка Сундука стала шире.

— Я могу помочь вам, если…

— Это шифр сдвига, — сухо перебила Линна. — Один из простейших шифров.

— А кто ты? — спросил я у нее. — Алан Тюринг?

Она показала мне страницу, держала палец у записи в верхнем правом углу.

— Видишь? «+6», — каждая буква на странице сдвинута на шесть от той, что нужно. Е — это А и так далее.

Триумф Сундука сдулся, как воздушный шарик, и он явно стыдился себя.

— Неудачный из тебя злодей, — разочарованно сказал я ему. — Я ожидал тут Ганнибала Лектора, а смотрю на смесь Гарри и Марва из «Один дома».

— Что будете с ним делать? — спросил Ллойд.

— Не переживай. Мы тут справимся, — я грозно улыбнулся Сундуку. — Мы о нем позаботимся. Да, Линна?

* * *

— Вы хотите, чтобы я кормил его, поил и все такое? — спросил Эггерт, глядя мрачно на Сундука, прикованного к плите на моей бывшей кухне.

Я кивнул.

— Считай его домашним растением. Злым домашним растением. По уму он недалеко ушел.

Хоть я не был рад привести эмпата с бородкой в наш скрытый штаб, выбора не было. С наручниками МП на запястьях он хотя бы не мог манипулировать эмоциями.

Пока я описывал Эггерту новое задание, Линна сидела на диване, уткнувшись носом в блокнот Сундука, расшифровывала загадку уровня пятиклассника на лист бумаги.

— Если он сделает что-то подозрительное, — говорил я Эггси, — можешь стрелять в него.

Бывший охранник склонился ко мне и шепнул:

— У меня уже нет пистолета.

— Он этого не знает, — тихо ответил я.

— Точно, — Эггерт выпрямился и выпятил грудь. — Я его застрелю. Я люблю стрелять в людей.

Я похлопал его по плечу.

— Молодец.

— Спасибо.

Я поспешил к дивану, плюхнулся рядом с Линной и ее переводом. Ее ручка двигалась яростно по странице.

— Есть что-то? — спросил я.

Она вздохнула.

— Это займет время. Он записывал все. Сделки, задания, даже пару списков покупок.

— Гениальный мозг, — я издал смешок. — Нельзя врагам знать, что ты ел брокколи и говядину.

— Тут морепродукты и тонизирующая вода.

— Фу, — я заглянул в блокнот, где она писала. — Созэ еще нет?

— Нет, но я найду его.

И когда она сделает это, у нас будет доказательство, что скользкий агент из Внутренних дел заплатил преступнику, чтобы нас убили, и это будет первым шагом к разрушению его домика из карт.

Конечно, мы все еще не знали, почему он убил двух глав гильдии и сделал так, чтобы их смерти не выглядели как убийства.

И как он и его банда заряжали украденные порталы.

И как Дариус Кинг был вовлечен во все это.

И кем был крот.

И откуда крот знал, кто я.

Моя нога беспокойно дергалась. Столько вопросов без ответов, улики против Созэ ничего сразу же не исправят. Без Блит я даже не знал, что делать с уликами. Мы не могли просто заявиться в участок с ними.

— Нужно поговорить с Дариусом, — тихо буркнул я. — Он как-то с этим связан, может даже знать, что нам делать с уликами Сундука.

Линна рассеянно кивнула, сосредоточенная на работе.

— Мы можем пойти к нему, как только я найду тут Созэ. У нас есть время, раз уже не нужно переживать из-за убийц.

Мой ответ перебил гул телефона Линны, лежащего на кофейном столике перед нами. Она с неохотой отложила блокнот и взяла телефон.

— Не знаю этот номер.

— О, загадочный номер, — сказал я. — Включи громкую связь.

Она закатила глаза, но так и сделала.

— Алло?

— Агент Шен, — зазвучал деловитый женский голос. — Это Зора из «Вороны и Молота». Робин сказала звонить тебе, если будут новости о нексусах.

— Есть новости? — бодро спросил я.

— Да, но кто ты?

— Кит… кхм, агент Моррис.

— О, да, забавный парень.

Линна снова закатила глаза.

— Смотря кого спрашивать.

— Не важно. Я следила за нексусами на горе Бернаби, и я вроде видела одного из ваших ребят. С ним была стопка небольших черных дисков.

Мы с Линной переглянулись — Робин угадала. Созэ использовал нексусы, чтобы ускорить зарядку порталов.

— Как он выглядел? — спросил я. — Как монстр из «Формы воды», но больше схожий на человека?

— Эм, нет. Он крупный и лысый.

— Каде, — заявила Линна. — Где он сейчас?

— Я следую за ним на запад по Гастингс, недалеко от ТНВ.

— Следи за ним и оставайся на связи, — сказала моя напарница. — Мы выдвигаемся к тебе.

Линна сунула блокнот Сундука и свой перевод в сумку и вскочила с дивана.

Я повернулся к Эггерту.

— Следи за ним, ладно?

— Хорошо, босс, — ответил Эггси, изобразил пальцами пистолеты. Он направил их на Сундука и прищурился. — Будешь плохо себя вести, и эти пистолеты станут настоящими. Я очень люблю всаживать пули в злодеев.

В другом времени Тревор Эггерт заставил бы Джона Вейна приносить ему деньги.

Через пару минут мы с Линной были в пути. Время тянулось медленно, пока мы уезжали от центра, оживленные сияющие улицы сменились темной спокойной зоной. Мы догнали Зору на пригородной улице Маунт-Плезант, напротив заброшенного скейтпарка, здание было лишь тенью в ночи. Таблички стройки вокруг парковки указывали, что его снесут ближе к концу месяца.

Линна припарковалась за черным купе Зоры. Боевой мифик «Вороны и Молота» прислонялась к капоту машины, с головы до пят в черном. Как Вера, она была грозной блондинкой, и, как Робин, она была невысоким ужасом. Я как-то раз видел ее с двуручным мечом размером почти с нее.

— Где он? — спросила Линна.

Зора указала на скейтпарк.

— Он уехал на маленькой машинке МагиПола за погрузочную платформу. Я видела, как он припарковался, но не хотела приближаться.

— Правильно, — сказал я. — Кого-то еще видела?

— Нет. Но там пара других машин, так что кто знает?

Я посмотрел на темную пустую парковку у скейтпарка.

— Я могу провести нас туда незаметно.

— Эм, вам нужна помощь с… этим? — спросила Зора, неловко улыбаясь.

Я покачал головой. Она была бы ценной, но я не мог добавить ее в искажение невидимости за короткое время. И я не хотел втягивать невинного мифика в этот потенциально смертельный конфликт.

— Круто, — выдохнула она, но помахала ладонями, забирая свои слова. — Я хочу помочь. Просто двадцать минут назад разместили крупную награду, и все в «Вороне и Молоте» отправятся за ней. Не хочу отставать.

— Никаких проблем, — сказала Линна с благодарной улыбкой. — Мы дальше сами.

— Круто! — она открыла дверцу машины. — Увидимся позже, МП.

И она уехала. Как только ее машина завернула за угол, Линна активировала бедный кошачий глаз, а я применил галлюцибомбу, делая нас невидимыми. Мы пошли по улице и на парковку.

— Раз это явно логово суперзлодея Созэ, — прошептал я, — нам нужно быть настороже. Тут могут быть ловушки, подельники и качественное оружие.

Линна закатила глаза.

— Логово суперзлодея? Там хоккейный каток, Кит.

— Канадское логово суперзлодея.

— Вряд ли у Созэ есть логово.

— О, ладно тебе. Все в нем кричит «злодей из комикса в стиле рыбы». Конечно, у него есть логово суперзлодея.

За углом здания, как и сказала Зора, машинка стояла у платформы. Черный джип стоял неподалеку. На платформе ржавая металлическая дверь была приподнята на пару дюймов, и оттуда тусклый оранжевый свет падал во тьму.

Мы с Линной направились туда. Я добавил дверь в искажение, убрал движение и шум из восприятия всех в моей галлюцибомбе. По моему кивку Линна толкнула дверь.

Со скрипом она поднялась достаточно, чтобы я прополз под ней по бетону. Я придерживал дверь рукой, помог Линне проникнуть внутрь и опустил шумные металлические врата за нами.

Когда я обернулся, чтобы понять, куда мы прибыли, мое лицо озарила улыбка.

— О. Боже.

— Не говори, — прошептала Линна.

Я не сдержался.

— Это логово суперзлодея!

Она вздохнула.

— Ненавижу, когда ты прав.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Темная комната.

Зловещий оранжевый свет тускло озарял бетонные стены.

Огромный черный стол с монохромными деловыми стульями вокруг него.

Ряды передовых технологий выстроились вдоль стены рядом с горой подозрительных твердых черных ящиков — в таких хранили биологическое оружие или технологии, несущие конец мира, в шпионских триллерах.

Логово было как из Бонда, все части словно запихали в блендер, а потом разбросали по заброшенному складу катка. По краям были ряды огромных механизмов с толстыми трубками и изолированными воздуховодами — охлаждающая установка, поддерживающий лед на катке замерзшим — трубы зловеще написали среди теней на краю света. Место было продуманным и хаотичным одновременно.

Все воняло Созэ.

— Не Каде, — отметил я. Два лакея Созэ — Суарез и тощий друг Дракулы, Маркович — стояли у техники, тихо обсуждали то, что могло быть жуткими заговорами убийства. Я привык видеть их в одежде агентов, костюмах и галстуках, но они сменили эти наряды на черные костюмы мификов. Бронежилеты, шлемы, боевые пояса и черные штаны.

Пугало то, что они выглядели увереннее и уютнее в боевом снаряжении, а не в скучных костюмах, от этого я нервничал.

Агент Каде, которого я хотел увидеть, отсутствовал. Он был с важными порталами, нам нужно было найти его.

— Он должен быть где-то тут, — сказала Линна, тоже разглядывая боевые наряды Марковича и Суарез. — Нам нужно найти порталы, пока их не использовали снова.

— И нужно понять, на ком они планируют использовать их.

Моя напарница мрачно кивнула, указала на Марковича и Суарез.

— Давай подойдем ближе. Может, что-то узнаем.

Приближаться не хотелось, и я напомнил себе, что мы были невидимы для их разумов. Мы двигались по тесному логову, стараясь не задевать мебель и оборудование, Линна вытащила кубик Рубика и стала его крутить.

— Щит? — спросил я.

— На всякий случай, — подтвердила она.

Похоже, нервничал не только я. От этого мне стало лучше.

— Ты можешь оглушить их? Я предпочел бы их без сознания.

— Я использовала все камешки в зоопарке. Им нужно зарядиться.

— Да, я это знал.

Она постучала по кошачьему глазу, кулон мешал ей стать жертвой искажения, которое скрывало нас.

— И он только отчасти заряжен. Не знаю, как долго он протянет.

— Мой мозг тоже, — ответил я, огибая стул на колесиках возле огромного стола.

Мы приближались к двум лакеям, стало слышно их тихие слова.

— Это не дождь, — сказала Суарез коллеге. — Это нехватка солнца.

Маркович кивнул с сочувствием, его жилет скрипел.

— Я вырос в Сан-Франциско. Когда мы это закончим, я вернусь домой за загаром.

Серьезно? Он выглядел так, словно луч солнца мог превратить его в пыль. Но, что важнее, два злодея жаловались на погоду в Ванкувере, это не было полезными данными.

Я посмотрел на стол. Черный чемодан был открыт, и внутри были четыре черных военных противогаза. Холодок пробежал по моей спине.

Линна сжала мою руку, и я посмотрел на нее. Я проследил за ее напуганным взглядом на монитор за Суарез и Марковичем, там был материал с камеры наблюдения — и там Кит и Линна сияли в черно-белом низком качестве.

— Блин, — прошипел я.

Я заметил камеру на стене за лакеями. Она была нацелена на дверь выше, но в кадр попадали мы с Линной, пока мы ходили по кладовой.

К счастью, Суарез и Маркович так отвлеклись, ругая погоду, что не заметили наши потрясенные лица на экране за ними. Я быстро убрал нас с монитора, мы с Линной поспешили мимо стола, нашли укрытие в углу логова между черными ящиками и доской на колесиках.

Я заметил стикер на боку доски: «Имущество МП Ванкувера».

Созэ воровал вещи из участка? Мой взгляд скользил от наклейки к содержимому доски, и сердце дрогнуло, все внутри сжалось на миг потрясения, я шатался ментально и физически.

— Линна, — пораженно прошипел я, указывая на доску.

Она следила за Суарез и Марковичем, рассеянно взглянула на доску и опешила. Ее рот раскрылся.

Если бы это было настоящее логово суперзлодея, содержимое доски было бы зашифровано. Или оно было бы на экране во всю стену, а не на обычной белой доске. В любом случае, данные не были бы понятными шпионам врага, как мы.

Но операция Созэ не переживала из-за скрытности. Слишком сложно для таких, как Каде и Суарез. На доске черным маркером была нарисована старомодная карта идей. Выглядело как мозговой штурм в старшей школе, пока ученик пытался сочинить эссе по «Королю Лиру». Линии тянулись от центрального круга, связывали лабиринт имен. Многие из них были незнакомыми, но парочку я узнал.

Джорджия Йоханнсен и Ансон Гудмен, оба зачеркнуты.

Аурелия Блит, рядом с ее именем был знак вопроса.

И от капитана Блит тянулись линии с самыми знакомыми именами: Кит Моррис и Линна Шен. Нас тоже вычеркнули. Сундук отметил нас мертвыми, и никто не понял, что его заставили.

Но мое сердце колотилось не от этого. Мой пульс участился из-за смеси шока, смятения, тайны и понимания, ведь центром карты был тот, кого я знал.

Дариус Кинг.

— Блин, — прошептал я. — Дариус не просто вовлечен в это. Он в центре. Все имена связаны с его.

— Кто все те люди? — Линна сжала губы, считая тихо имена. — Пять, шесть, семь…

— Наконец-то!

Громкий вопль Марковича заставил меня и Линну вздрогнуть. Он и Суарез подошли ближе к нам, пока говорили, но смотрели на тускло озаренную тьму, которая вела глубже в лабиринт механизмов.

Каде прошел меж двух жутких охладителей, деловито и решительно двигаясь. Он был в черном боевом наряде злодея, но без шлема.

— Мы уходим? — нетерпеливо продолжил Маркович. — Если мы задержимся, Созэ придется снова делать фальшивую награду.

Суарез взглянула на телефон.

— Барроус говорит, что осталось несколько человек.

— Мишень среди них? — спросил Каде, его голос был каменным, как и лицо.

— Да. Все готово.

— Хорошо. Тогда…

Каде умолк. Он скользнул взглядом по комнате, замедлился заметно там, где были мы и Линна. Мое сердце колотилось от свежей дозы адреналина, но он помедлил лишь миг, а потом повернулся к монитору с материалом с камеры наблюдения. Он глядел туда пару секунд, щурился, словно соображал. Это точно было тяжело для него.

— Идите к машинам, — сказал он, глядя на коллег. — Я прибуду с порталами следом.

Суарез распрямила толстые руки с потрясенным выражением лица.

— У тебя их нет с собой? Что ты…

— Если бы я хотел отвечать на вопросы, я бы так сказал, — он заткнул Суарез стальным взглядом. — Идите в машину. Живо.

Она и Маркович с лицами без эмоций направились к платформе, и я понял с удивлением, что Каде не только был с порталами, но и управлял другими лакеями. Интересно.

Каде выждал миг, убеждаясь, что они выполнили его приказы, а потом повернулся и пошел туда, откуда прибыл.

Я склонился к Линне.

— Как только приведет нас к порталам, разберемся с ним.

Она кивнула.

— Идем.

Мы поспешили вокруг стола, Каде уходил глубже в лабиринт механизмов. За их логовом зла не было огней, и тени окутали нас. Он двигался неспешно, давал нам много времени догнать его, но, когда мы оказались в десяти шагах от него, он ускорился, словно вспомнил, что времени было мало.

Хмурясь, я гадал, почему Каде хранил порталы так далеко от их логова. Почему не прятать их в тех черных ящиках?

Его силуэт, темное пятно среди темного оборудования, прошел меж двух штук, обернутых изоляцией, трубы тянулись от них. Он дошел до стены, резко повернулся, пропал из поля зрения.

Мы поспешили за угол, и на миг я видел только тьму, но прямоугольник чуть темнее показал открытый дверной проем. Я скользнул к порогу и заглянул, но была кромешная тьма.

— Он вошел туда? — шепнул я Линне.

— Не знаю.

— Он шел в эту сторону… — боясь оттягивать и потерять его, я прошел в проем и порылся в кармане. Линна сжала крепко другое мое запястье, а я вытащил телефон.

Изменение освещения сильно ударяло по моим искажениям, но выбора не было. Заставляя уставший мозг сосредоточиться, я включил фонарик на телефоне.

На миг вспышка света ослепила. Она рассекла мое искажение, но я быстро оправился, направил больше внимания на искажение, чем на озаренное пространство.

Может, потому я не увидел его.

— Вовремя.

Каде холодно и изумленно прорычал это, и что-то ударило меня между лопаток. Ток пробежал по позвоночнику в мозг. Телефон выпал из моей руки, я накренился к полу, тело и разум затмила жестокая пустота.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Боль привела меня в чувство. Она была в левом запястье, обжигала до плеча. Вся конечность пылала, плечо могло вот-вот быть вывихнуто.

Я со стоном приоткрыл глаза. Зрение расплывалось, я озирался, пытаясь понять, где я был. Что за огромные механизмы?

О, Точно. Заброшенный каток. Мы шли за Каде во тьму с механизмами, когда…

Воспоминание вернулось вспышкой, и я очнулся. Ужасная боль в руке и плече была из-за того, что весь мой вес свисал с левого запястья, которое было приковано наручником, перекинутым через металлическую двухдюймовую трубу, прикрученную к бетонной стене. Другой конец был на запястье Линны. Она свисала за руку, обмякла без сознания.

Мои ноги задевали пол, я смог встать и убрать вес с несчастной руки.

— Линна! — прошипел я, придвинул ее к себе свободной рукой, чтобы убрать давление с ее запястья.

— Наконец, очнулся.

Я повернул голову на голос, искал источник. Мы с Линной были прикованы к трубе в дальнем углу зоны с механизмами, и я не видел логова зла со столом и техникой, но неподалеку был один из светильников на подставке.

Агент Каде стоял в резком оранжевом сиянии, свет отражался от бритой головы.

— Добрый вечер, мистер Моррис, — мягко сказал он.

Мое сердце уже колотилось, но ледяное предвкушение в его тоне заставило пульс участиться сильнее. Хотелось бросить в него искажением, но я не мог. Наручники были от МП, с заклинанием отрицания, так что у меня не было доступа к магии. Я даже не ощущал тепло магии в голове.

Линна пошевелилась. Ее голова у моей груди поднялась, она огляделась. Она охнула, звук был сдавленным от страха.

— Я рад, что вы проснулись до того, как я ушел, — губы Каде растянулись в самой холодной и насмешливой улыбке в моей жизни. — Я хотел рассказать вам, как рад, что вы пережили заказ Созэ.

Из-за какой-то ужасной причины он искренне радовался, но наручники и жуткая улыбка показали, что добра в его искренности было мало.

Он постучал по стопке темных дисков-порталов в ладони.

— Вы не знаете, как мне было скучно. Библиотекарь и репортер — слишком просто и быстро. Ваш капитан была немного интереснее — я пустил ей кровь, хотя этого мне было мало.

Он шагнул ближе, перекрыл собой свет. Тени упали на его лицо, его глаза ярко сияли во тьме.

— Но теперь я кое-что жду. Награду за то, что завершил изначальную цель.

Мое дыхание было шумным, и хоть я знал, что смысла не было, я боролся с наручниками, словно мог оторвать трубу от бетонной стены. Линна сжала кулак у моей толстовки.

— Для моего начальства вы уже мертвы, — пальцы Каде стучали по порталам. — У нас будет много времени вместе без помех. Без спешки. Я могу побыть с вами столько, сколько захочу. И мы обсудим, куда пропала ваш капитан.

Он склонил голову, и полоска света озарила его язык, он облизнулся.

— Но сначала мне нужно завершить миссию. Пока ждете… — он вытянул ногу, носком открыл тяжелый чемодан на полу рядом с ним. — Можете об этом подумать.

Я старался не смотреть. Я знал, что не стоило. Но невольно опустил взгляд. Я хотел, чтобы это было не как в фильмах. Я жалел, что смотрел «Бешеные псы», «Казино» или «Настоящая любовь». Я жалел, что узнал острые тонкие инструменты, что знал, что они делали с телом человека.

— Я скоро вернусь, — голос Каде проник в мои уши, устроился в голове, словно болезнь, порождающая страх. — Прощайтесь, пока ждете, мистер Моррис и мисс Шен. Позже шанса не будет.

Его шаги застучали по полу, но я глядел на чемодан. Мои глаза отмечали детали, пятна засохшей крови и отпечатки пальцев. Он уже использовал те инструменты.

Дверь закрылась вдали, звук эхом пронесся по пространству. Остался только гул светильника и наше быстрое дыхание.

— Кит, — прошептала Линна.

Я резко вдохнул.

— Нужно убираться отсюда. Телефоны… у нас есть теле…

Не думая, я ослабил хватку на ней, чтобы проверить карманы. Она охнула с болью, скользнула по мне, наручники натянулись, ее вес свисал с ее запястья.

Я притянул ее к себе, поднимая ее с ног. Я был на полфута выше нее, и с нашими запястьями, скованными над головами, я мог стоять, а она — нет. Если я отпускал ее, она беспомощно свисала, не могла коснуться ступнями пола.

— Прости, — выдавил я. — Ты можешь проверить мои карманы?

Она скользнула свободной ладонью в карманы моих джинсов, потом проверила свои.

— Ничего. И моя сумка пропала, даже браслеты. Он забрал все.

— Ладно… тогда освободимся как-то иначе.

Звучало просто и уверенно — хотя я тяжело дышал — но слова были бессмысленным блефом. Паника в голове гремела с каждым мигом, мы осматривали трубу, наручники, стену. Мы пытались отцепить трубу, ослабить болты, вытащить ладони из наручников. У нас не было топора, чтобы перерубить цепочку наручников, так что мы не могли освободиться силой.

Через пятнадцать минут тщетных стараний мы вернулись к тому, с чего начали: я держал Линну у своего тела одной рукой, ее свободная рука обвила мою шею, и мы просто ждали, пока Каде вернется.

Желание звать на помощь до крови в горле было сильным, но мы были в бетонной гробнице заброшенного здания, окруженного пустым полем и парковкой. Никто нас не услышит.

— Может… Зора станет нас искать, — предположила Линна, пытаясь убрать дрожь из голоса. — Она знает, что мы шли сюда. Если не услышит ничего от нас…

— Но она ушла за крупной наградой. Сколько… — я умолк, глаза расширились. — Блин. Помнишь слова Марковича?

Она резко вдохнула.

— Что-то о Созэ и фальшивой награде.

Ругательства вылетели из меня с шумным выдохом.

— Это ловушка. Они идут сейчас за ним.

— За кем?

— Дариусом, — я скрипнул зубами. — Ложная награда, чтобы все ушли из гильдии. Барроус следит за гильдией и докладывает Суарез. Она сказала, что осталось несколько человек. И Каде сказал, что отпразднует выполнение цели. Это убийство Дариуса.

Линна покачала головой — не спорила, а была в ужасе.

— Дариус слишком умен для них. Он — маг-убийца. Он…

— Не знает о порталах, — перебил я. — Один из них уже где-то близко к Дариусу, уверен. Они застанут его врасплох, как Джорджию и Ансона. И если убийцы Сундука умели побеждать мои искажения, Каде точно продумал, как подавить магию Дариуса.

Сокрушительная тишина опустилась между нами. Каде шел убивать Дариуса. А потом он вернется убить меня и Линну как можно медленнее и ужаснее. И мы не могли ничего остановить.

— Когда Каде вернется, — хрипло сказал я, — ему придется снять наручники, чтобы начать ужасы. Я дождусь шанса и ударю его Помутнением, так мы добудем ключи.

Линна глядела на меня, и я не мог вынести ужас в ее глазах.

— Не сработает, — ее голос был тихим, полным боли. — Он будет это ожидать, а даже если нет… он уже победил твою невидимость.

— Я сам виноват, включил фонарик, но если я…

— Нет, Кит, — она закрыла глаза. — Он заманил нас во тьму и напал сзади. Он знал, что мы были там.

Я задыхался от правды ее слов, не хотел это признавать.

— Созэ использовал зелье, чтобы видеть сквозь мои искажения неделю назад. Думаешь, Каде его принял?

— Не знаю. Возможно.

В ее «возможно» были большие сомнения. Пока мы не появились, Каде верил, что мы умерли. Зачем ему тратить ценное зелье, чтобы уберечься от мертвого искажателя?

Я выругался, склонив голову.

— Нам нужен план. Нам нужно что-то сделать.

Рука Линны крепче обвила мою шею, она уткнулась лицом в мое плечо. Мы держались друг за друга, грелись в объятиях, только это могло защитить нас в буре паники и ужаса, грозящей смести нас.

Секунды становились минутами. Прижимая ее к себе, я утомлял руку и спину, но предпочел бы порвать мышцы, чем отпускать ее. Я бы отгрыз себе руку, но не дал Каде навредить ей. Она была для меня важнее всех в мире. Я должен был защитить ее.

Боль медленно собиралась в моей груди, становилась сильнее. Я уже раз сегодня не смог защитить ее, когда бандиты в масках выстрелили в ее грудь. Хуже — я погрузил ее в Помутнение. Не только ее тело пострадало, но и разум.

Не открывая глаза, я опустил лоб на ее плечо.

— Эй, Линна?

— Да? — прошептала она.

— Скажи что-нибудь хорошее.

— Хорошее?

— Да, например, что было самым вкусным в твоей жизни? Или в каком безумном месте ты была? — если я не мог защитить ее физически, может, мог отвлечь от боли и неизбежной гибели. — Какое у тебя любимое воспоминание из детства?

Она чуть заерзала в моей хватке, наручники скрежетали по трубе. Я притянул ее ближе, забрал больше веса, чтобы ее рука не напрягалась. Мое плечо ныло от глубокой боли, которую я игнорировал.

— Глупое, — робко сказала она, — но там был фильм…

Я толкнул ее щеку своей.

— Ты говоришь на моем языке.

— Он называется «Ловушка для родителей».

— Ремейк с Линдси Лохан или оригинал с Хейли Миллс?

Наши щеки соприкасались, я ощутил ее улыбку.

— Линдси Лохан.

— Не видел его.

— Серьезно? Мистер Энциклопедия Фильмов? — она тряхнула головой. — Это был мой любимый фильм в детстве. Я смотрела его раз сто. Когда я болела, когда было нечем заняться в выходные, я и папа…

Она напряглась, ее конечности застыли, словно она превратилась в камень. Я не видел этого, но ощущал — и это напряжение она носила с собой днями, не хотела об этом говорить. Похоже, напряжение было связано с ее отцом. Ему она звонила посреди ночи? Возможно… но вряд ли. Их отношения не были дружелюбными. С тех пор, как она обнаружила его незаконную сторону, их связь отца и дочери развалилась.

— Что происходит, Линна? — мягко спросил я. — Что ты не рассказываешь мне?

Она отвернула лицо от моего.

— Нам не нужно сейчас говорить об этом.

— Тогда когда об этом говорить? — сказал я, тут же пожалев, что голос прозвучал грубо. Я медленно вдохнул, поправил хватку на ее талии и сделал слова тише. — Я переживаю за тебя, Линна. В последние часы жизни хотелось бы ощутить, что и я для тебя важен.

Она молчала.

Глупые эмоции. Это был неправильный подход.

— Прости. Я…

— Конечно, ты важен для меня, — прошептала она. К моему потрясению, она звучала обиженно. — Как ты мог в этом сомневаться?

Мой рот закрылся. Я резко вдохнул.

— Потому что ты ничего не рассказывала. Я просто хочу знать тебя. Я хорошо знаю агента Шен, но едва знаю Линну, потому что ты всегда отталкиваешь меня.

— Я не… — она шумно выдохнула. — Я не могу просто… вывалить на тебя все свои тревоги. Это мои проблемы. Не твои.

— Но это мы делаем, напарница, — задел ее щеку своей. — Мы помогаем друг другу с проблемами. Ты делала это для меня с первого дня. Позволь сделать это для тебя.

Она не ответила, и мое сердце упало, как свинцовая гиря, на дно Марианской впадины.

— Когда мне было тринадцать… — она громко сглотнула. — Когда мне было тринадцать, у папы обнаружили рак. Лейкемию.

Уродливое холодное чувство вонзилось в мой живот. Я представил Линну-подростка, узнавшую, что у ее папы рак, весь страх, гнев и беспомощность, которые она ощущала. Я хорошо знал те эмоции.

— Он прошел облучение и химиотерапию, не мог работать почти год, — она вжалась лицом в мое плечо. — Порой едва мог двигаться, и мы сидели вместе на диване и смотрели «Ловушку для родителей» по кругу. Только это могло заставить его смеяться.

— Но ему стало лучше? — спросил я. Папа Шен еще был жив, насколько я знал.

— Да. Но мама позвонила на прошлой неделе и сказала, что… рак… он…

— Вернулся.

Она кивнула, ее подбородок задел мою ключицу.

— Со всем происходящим это не казалось важной темой беседы. Я думала, что это покажется легкомысленным, ведь я и папа… у нас сложные отношения. Я даже не знаю, что чувствую насчет этого. Скулить об этом, когда Созэ рушит наш участок и ворует мои порталы, пытается убить всех в «Вороне и Молоте» — я не хотела, чтобы ты думал, что меня отвлекло нечто такое…

— Такое важное? — пробормотал я, сжимая ее талию. — То, что это личное, не значит, что это не может быть важным. Это твой папа, Линна. Даже если отношения сложные.

Она выдохнула с дрожью. Она звучала неуверенно во время тайного звонка — видимо, проверяла обстановку с мамой.

— Ты не должна нести это одна. Я не знал своих родителей, но, — мой голос дрогнул, — рак забрал у меня кое-кого очень важного.

Она моргнула, ее ресницы задели мою щеку, влага ее слез текла по моей коже. Ее пальцы сжались за моей шеей, скользнули в мои волосы, и она подтянулась.

Ее губы задели робко и с вопросом мои. А потом она поцеловала меня — по-настоящему. Нежно, печаль смешивалась с надеждой.

Она отодвинулась, ее рука дрожала от усилий держаться выше. Мои мышцы тоже ныли. Сколько еще мы сможем так держаться? Как скоро я уже не смогу держать ее, и наручники вопьются в ее деликатное запястье?

— Кит.

Я стиснул зубы.

— Кит, думаю, есть способ сбежать.

Мои глаза открылись, надежда с болью расцвела в моей груди. Я вытянул шею, чтобы видеть ее лицо. Она поймала мой взгляд, ее глаза были серьезными и решительными.

— Ты можешь нас освободить, — сказала она. — Тебе нужно исказить реальность.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

— Прости, — вяло ответил я. — Что мне нужно сделать?

— Исказить реальность? — спокойно повторила она.

Я посмотрел на наручники на наших запястьях.

— Даже если бы я знал, как искажать реальность по приказу, а я это не умею, это наручники с отрицанием.

— Отрицание блокирует особые магические способности, — она покрутила запястьем, цепочка наручников звякнула. — Наручники МП подавляют известные типы магии.

Я застыл.

— А мое искажение реальности…?

— Полностью неизвестное. Я нее нашла ни одной записи о нем. Может, это даже не Психика.

Пузырек надежды снова стал надуваться, но я замотал напряженно головой.

— Такая логика даже для меня звучит слабо, и это не отменяет факта, что я не знаю, как.

— Ты делал это уже два раза, — яростно сказала она. — И ты спас оба раза мою жизнь. Ты можешь сделать это снова.

Кровь неслась по венам — хотя она и не замирала — и приходилось управлять дыханием, пока я не ослабил сильнее уже уставшие мышцы. Я не пытался искажать реальность, кроме двух успешных случаев. Я пробовал в опасности пару раз, но не справился.

И я не изучал способность по простой причине: искажение реальности забирало мою магию, словно Сахара — воду. После последнего раза, когда я превратил крюк в якорь, я был без магии сорок восемь часов.

Но потеря магии не будет важна, если я буду мертв. Не было смысла сдерживаться.

— Ладно, — крепко сжимая Линну, я сжал пальцами другой руки цепочку наручников. — Я попробую.

Я выдохнул, закрыл глаза и представил, как металлические кольца становятся пластиком. Дешевым и хрупким пластиком, из какого были игрушки из магазина, где все было за доллар. Серый. Дешевый, с острыми краями там, где встречались две половинки. Хлипкие звенья с брешами.

Точка в моей голове, где я обычно ощущал магию, была приглушенной и темной, магия отрицания в наручниках подавлял обычное искажение. Может, Линна была права, и моя магия, искажающая реальность, не пострадала. Я не знал, как она ощущалась. Может, она еще работала.

Я наполнил разум всеми деталями пластиковых наручников, в какие хотел превратить металлические, но холодная сталь под пальцами не менялась. Да и с чего бы? Искажение реальности было магией божественного уровня. Мифики могли творить безумие, но я не знал никого, кто мог изменить предмет на молекулярном уровне силой воли.

Но если я смог превратить палочку в змею, а крюк — в якорь, должен справиться и тут. Даже с наручниками, подавляющими магию. Искажение реальности уже нарушало законы вселенной. Почему не нарушить и законы магии?

Я отогнал сомнения, сосредоточился на искажении изо всех сил. Я питал свое отчаяние мыслями о чемодане с блестящими инструментами в крови, кошмарной улыбке Каде, его жутком голосе. Я бил мозг ужасом и беспомощностью, представлял себя еще в ловушке, когда Каде вернется, представлял, что он сделает первым делом…

— Кит, — прошептала Линна.

Мои мышцы были напряжены, дыхание шумело за сжатыми зубами. Звенья из металла впивались в мою ладонь, я сжимал пальцы так, словно мог сокрушить цепочку голой рукой.

— Не работает, — слова вылетели, и я покачнулся вперед, чуть не выронил Линну. Она обвила меня рукой и ногами, висела так, а я почти обмяк. — Я не могу это сделать.

— Можешь, — ее лицо оказалось перед моим, карие глаза горели убеждением. — Ты можешь это сделать, Кит. Ты всегда недооцениваешь себя и свою силу, но ты очень силен. Ты — сильнейший мифик из всех, кого я знаю.

Я скривился.

— Но…

— Попробуй еще раз, — она отпустила меня, отодвинулась. Она сжала цепочку наручников свободной рукой, ее вес поднял мою часть наручника выше по трубе. Она висела там, руки напряглись от усилий. — Старайся, Кит!

Вдохнув, я сжал свой наручник, другая ладонь стала кулаком. В этот раз я не закрывал глаза. Я смотрел на Линну, ее упрямо сжатые челюсти, решительный блеск глаз. Ее страх отодвинулся из-за ее веры в меня. Ее веры, что я мог это сделать. Мог спасти нас.

Спасти ее.

Обжигающее желание защитить ее поднялось в груди, горело в основании черепа. После того, как ее подстрелили, Линна сказала, что я не мог защитить ее от всего. Но сейчас я мог спасти ее. Я не буду беспомощно свисать с трубы на заброшенном катке, пока лысый маньяк будет резать ее ножами в крови. Я не дам Каде навредить ей.

Я не дам ей умереть.

Я снова сосредоточился на наручниках. Представил, как их металл становится серым пластиком, представил глупые детали игрушки, заставил работать каждую клетку мозга.

Жар обжег мою ладонь и запястье.

Хрясь.

Линна упала, рухнула на попу. Я пошатнулся, потеряв равновесие, но спохватился, а она подняла руку. Наручник свисал с ее запястья, на нем болтались два звена сломанной цепочки. Она с потрясением надавила на рычажок игрушки, и наручник открылся. Он упал на пол с глухим стуком пластика.

Она посмотрела на меня, ее восторг усилился.

Я шумно выдохнул, расстегнул наручник на своем запястье и бросил на пол к ее. Вдох. Выдох. Облегчение билось с новым ужасом, я искал в голове источник света и тепла. Хоть теперь наручники с отрицанием были лишь игрушкой, та точка в моем мозге была темной и пустой, словно клетки ампутировали.

— Моя магия пропала, — тихо сказал я.

Ее восторг дрогнул, она поднялась на ноги, тревога сжала уголки глаз. Ее ладонь обвила мою, сжала в утешении.

— Она вернется, — она потянула меня за собой. — В прошлый раз ведь вернулась? Важно то, что мы сбежим.

Да. Побег. Самое важное дело.

Мы миновали охладитель, добрались до склада. Все выглядело так, как мы оставили это, но чемодан с противогазами пропал. И черных ящиков стало меньше — не только из-за того, что Каде один принес для нас полюбоваться. Пропал не один ящик.

— Нужно предупредить Дариуса, — тревожно сказал я, разглядывая комнату. — Может, уже слишком поздно, но…

— Сюда!

Линна вернулась в угол у доски. Каде бросил ее сумку на пол в тенях. Она надела ремешок на плечо и повернулась ко мне. Наши телефоны были в ее руках — оба разбиты.

— Блин, — прорычал я. — Тут где-то есть еще телефон?

Мы огляделись. Решив, что телефонов не было, мы повернулись друг к другу. Понимание пробежало между нами от взгляда, и мы побежали к двери у платформы погрузки.

Если мы не могли позвонить Дариусу и предупредить его, придется сделать это лично.

Наш одолженный «Mercedes-Benz» ждал там, где мы его припарковали, и Линна вытащила ключи из сумки. Мы забрались в машину, пристегнулись и помчались за секунды. Темные дороги мелькали, сияние фонарей было пятном. Было поздно, улицы почти опустели, холодный ветер усилился, носил листья и мусор по асфальту.

Путь был сразу и долгим, и слишком коротким. Долгим, потому что Каде уже мог биться с Дариусом, если еще не одолел его, а коротким, потому что я не мог придумать, как это предотвратить.

Если мы подъедем к гильдии, Каде и его сообщники заметят нас и тут же нападут — и, возможно, убьют меня и Линну, добавив вишенку на торте убийства. Но если мы не приблизимся к гильдии, мы не сможем предупредить Дариуса.

Линна проехала на красный на пустом перекрестке в улице от «Вороны и Молота», я открыл рот, чтобы озвучить сомнения насчет наших действий, но она заговорила первой:

— Отстегни ремень и будь готов выпрыгнуть, — сказала она, отстегивая свой ремень.

У меня не было плана, а у агента Шен был.

Я сдвинул ремень, почти жалея, что остался без его безопасных объятий. Линна понеслась к трехэтажному зданию «Вороны и Молота» с безрассудством. Гильдия выглядела тихо и мирно, все окна были темными, кроме одного, сияющего на третьем этаже. Каде и его команды не было видно, но если бы они были неуклюжими, им не удалось бы убить уже двух глав гильдий.

Линна нажала на тормоза и выкрутила руль. Я схватился за панель приборов, машина развернулась на сто восемьдесят градусов и резко остановилась, конец был в двух футах от двери «Вороны и Молота», нос был направлен на перекресток.

Я приходил в себя от маневра, а она широко распахнула дверцу. Я быстро сделал так же. Мы выскочили, пригнулись, чтобы дверцы защитили нас, и когда никто не обрушил на нас магию, мы поспешили к входу в гильдию.

Дверь не была заперта, и мы прошли в тускло освещенный паб. Я быстро окинул зал взглядом, там не было членов гильдии или бандитов. Не удивляло, ведь фальшивая награда выманила их боевых мификов, и все остальные были дома, готовились ко сну.

— Наверх, — сказал я кратко.

Линна повернулась к лестнице и побежала по ней. Я устремился следом, мозг быстро перебирал возможные исходы: Каде мог уже ударить, и мы найдем тело Дариуса в его кабинете; Каде заметил нас и ударит, пока мы не предупредили Дариуса; или Каде знал, что мы собирались вмешаться, и отменит атаку этой ночью.

Третий вариант не подходил ненормальному убийце, который хотел праздновать сегодня убийство, мучая меня и мою напарницу, так что нас ждали варианты один или два.

Мы взлетели по лестнице на третий этаж, пронеслись по короткому коридору и ворвались в открытую дверь в конце без предосторожностей.

Большой кабинет был с четырьмя заваленными столами офицеров гильдии, по одному в углу, и по центру хватало места, чтобы дважды сделать колесо. Три стола были пустыми, а четвертый был занят.

Юноша с рыжими волосами оторвал взгляд от стопки бумаг, его голубые глаза расширились от удивления. Аарон Синклер, подсказала память. Один из лучших боевых мификов гильдии. Я недавно встречал его, вытаскивал из камеры.

— Моррис? — вяло сказал он. — Что…

— Где Дариус? — перебил я громко и встревожено. Не дожидаясь ответа, я пошел к закрытой двери напротив себя — к кабинету Дариуса. — Он тут?

— Дариус? Он…

Ручка повернулась, дверь его кабинета открылась. На жуткий миг я представил Каде на пороге с окровавленным оружием в руке и улыбкой садиста на лице.

Но это был Дариус, живой, приподнял темные брови над пронзительными серыми глазами, когда вышел из кабинета.

— Агент Моррис? — тихо и напряженно спросил он.

Облегчение охватило меня на миг.

— Дариус, вам нужно убираться оттуда, пока…

В ушах хлопнуло, давление в комнате изменилось — и со звуком рвущейся бумаги кружащийся овал зеленого света разбил стопку папок на столе напротив стола Аарона. Портал раскрылся, бумага взлетела.

Из зияющей дыры вышел не человек, а небольшая сфера. Она устремилась к потолку от взрывной силы портала-выхода. Стекло разбилось, гадкий желтый газ полетел оттуда, наполняя комнату.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Едва портал открылся, я стал двигаться — прыгнул к ближайшему столу. Желтое облако двигалось по комнате, я сжал стул на колесиках, поднял его и бросил в окно.

Стул пробил большое окно, и ветер ворвался в комнату, густой пар дико извивался.

Этого было мало.

Воздух опалил мое горло, когда я вдохнул, боль расколола легкие. Я пошатнулся, точки всплыли перед глазами, легкие пытались уползти в живот, спасаясь от ядовитого воздуха.

Пока я вдыхал и давился, портал выплюнул Каде. Он вылетел из зеленой воронки, сжался в комок и приземлился в центре комнаты, противогаз был на лице. За ним появились Маркович и Суарез. Последним был Яо, выглядел как солдат военно-морских сил, а не молодой Пол Маккартни, которого обычно напоминал.

Команда приземлилась, разделилась и нацелила одинаковые черные пистолеты на Дариуса быстрым отточенным маневром, который занял чуть больше двух секунд.

— Ori eradendi torrens!

Голос Линны звенел сдавленно и хрипло, словно она едва смогла выдавить слова, и стена водянисто-голубого света пронеслась по комнате. Она врезалась в ряд убийц до того, как они выстрелили, отталкивая их. Суарез и Маркович врезались в столы.

— Бегите! — выдавила Линна.

Ее слова были для Дариуса и Аарона, и я понял, как разбитое мною окно помогало против токсичного облака газа, который обжигал легкие. Я стоял на ветерке, неплохо держался на ногах, но дальше от окна нормально дышать не получалось.

Дариус прижал рукав к носу и рту, плечи дрожали, грудь тряслась — и Аарон был дальше всех от окна, упал на колени и кашлял.

Барьер Линны остановил Каде и его команду, но ненадолго. Каде первым оправился, направил снова оружие на Дариуса — но бывший убийца, даже страдая от ядовитого газа, не сдавался так легко.

Каде не успел нацелить пистолет на важные органы, Дариус пропал.

Я шагнул к двери, зная, куда отправится невидимый Дариус, но вид Каде вызвал страх в моих пылающих внутренностях. Исчезновение Дариуса не остановило убийцу. Его пистолет уверенно двигался за мишенью.

Он выстрелил.

Дариус появился, уклоняясь от выстрела. Он упал на пол, шарик зелья взорвался на столе за ним, серебристая жидкость разлетелась во все стороны.

Дариус перекатился, направил ладонь на ряд убийц. Они испуганно выругались — раз невидимость не работала, он, похоже, ослепил их. Он вскочил на ноги, накренился.

Серебристое зелье блестело каплями на его левой щеке, шее и плече.

Я достиг его через миг, придержал и повел к выходу. Мы сделали два шага, и шарик зелья пронесся мимо моей головы, промазав на дюйм. Я оглянулся, Каде целился в нас, хотя его глаза двигались за очками противогаза, не видели.

Потянув Дариуса, я склонился и побежал к выходу. Впереди Линна закинула на плечи руку Аарона, помогала кашляющему магу дойти до двери.

— Идите! — выдавила она.

Шарики зелья летали над нашими головами, чудом не попадая, мы пересекли порог. За мной и Дариусом Аарон повернулся, чуть не придавил Линну к стене, направил дрожащую ладонь на кабинет.

Огонь озарил его ладонь и вылетел наружу. Огромный порыв смерти пронесся по кабинету, превратил все в алый огонь.

Я не думал, что это остановит тех подготовленных гадов.

Мы спускались по лестнице, мы с Линной придерживали двух магов. Они кашляли — кашель был влажным, словно их легкие были сделаны из липучки. Линна задыхалась, ее воздушные пути были лишь немного здоровее, а мое горло горело так, словно я глотнул кипящей воды.

Нужно было выбираться отсюда. Если мы доберемся до машины до того, как Каде и его команда догонят нас, мы сможем выжить.

Мы дошли до конца лестницы. Тусклый паб, обычно уютный, казался пустым и зловещим. Каждая день скрывала потенциального врага. Я потянул Дариуса к входной двери гильдии.

Дверь распахнулась.

На пороге в черном боевом наряде был мужчина с хвостом волос, в котором я узнал Барроуса. Он направил пистолет с ядом в лицо Дариуса. Луминамаг взмахнул рукой, и вспышка света, который мог соперничать с солнцем, сверкнула перед лицом убийцы. Он сжался с криком боли, ослепленный яркой атакой.

К сожалению, меня тоже ослепило.

Перед глазами мелькали белые пятна, я ничего не видел. Стучащие шаги сообщили, что Каде и его три помощника были на лестнице. Один из них гневно кричал, что-то врезалось в мое плечо, и я упал на пол. Какофония криков и заклинаний наполнила паб.

Я встал на колени, быстро вытер слезы, текущие из пострадавших глаз, чтобы очистить зрение. Раздался грохот, так близко, что левая барабанная перепонка угрожала лопнуть.

— Кит!

Голос Линны, но я не видел ее. Хлопки пистолетов разрывали воздух, потом снова загремела вспышка магии. Я вскочил, едва мог различить силуэты. Передо мной был длинный барьер высотой до груди — стойка бара. Пока меня не поджарило заклинание, какого я не видел, я сжал стойку и перемахнул через нее, рухнул на другой стороне.

Пару раз с болью моргнув, я прочистил зрение, выглянул поверх бара. Каде и его команда объединилась с Барроусом. Они сняли противогазы, бросили пистолеты и атаковали.

Трое против шести, творился хаос.

Доказывая, что маги ужасали, Аарон окутал одного из двух своих противников огнем. Маркович упал, катался по полу в тщетной попытке потушить пламя, крича от неописуемой агонии, но второй противник пиромага так просто не дался. Аарон направил огонь на него, Барроус резко махнул длинным кинжалом в руке. Ветер сбил огонь, он повернул кинжал, послал острый клинок воздуха к Аарону.

Аарон уклонился, прозрачный клинок не попал по его груди, но задел руку.

Линна билась с Суарез и Яо, оба были вооружены артефактами, которыми стреляли по ней. Она подняла мерцающий голубой щит, но он не продержится долго, и она могла лишь защищаться.

Третий бой: Дариус против Каде. Луминамаг должен был без проблем одолеть волшебника, но Каде не был обычным мификом. Дариус даже не использовал свою магию, ведь она не работала на Каде — даже слепой, Каде знал, куда бить.

Или Дариус не использовал магию, потому что не мог. Кровь запачкала его рот от внутреннего вреда, нанесенного ядовитым газом, и его ударило серебристое зелье Каде. Его движения были неровными, неуклюжими, а не плавными и точными, как было в прошлом.

Каде обходил Дариуса, держал низко кинжал в руке. Голодная улыбка садиста растянула его губы, он побежал. Они столкнулись с быстрыми ударами, и Каде пошатнулся, запнулся об упавший стул, появившийся в поле зрения. Каде оправился, изумленно улыбнулся. Кровь текла из пореза на плече Дариуса.

Даже с неизвестными способностями Каде Дариус, Аарон и Линна были мификами высокого класса, должны были справиться. Но маги были отравлены и без оружия, а Линна использовала почти все артефакты.

Мы проигрывали.

И я не мог никак изменить исход. В моей голове была темная дыра на месте магии. Я ничего не мог, кроме как стать щитом из плоти для одного из моих союзников.

Было почти иронично. Последние недели я страдал от неуверенности из-за своей силы, из-за того, как использовать силу, как действовать, когда другие знали о моих способностях, как биться, когда мою магию одолевали. Я был или самым сильным на поле боя, или почти бесполезным, и чего-то между никогда не было.

Линна билась за жизнь передо мной, и едва я выскочу из укрытия, я буду мишенью. Ей придется отвлекаться, защищая меня. Так было и с Дариусом и Аароном. Без моей магии я был без оружия, беспомощный. Хуже, я был помехой.

Боль пронзила грудь от мысли.

Я был ничем без своей магии? Искажатель был всем, чем был Кит Моррис?

Против дрона Дедала я был бессилен, меня спасла контрабандистка, которая видела будущее.

Против Дикарей мои искажения не работали, и меня спас демон с его опасной магией.

Против Каде я был слишком уверен в своей невидимости и завел Линну в засаду, где мы чуть не погибли.

Я не просто полагался на магию, а стал зависеть от нее. Я стал искажетелем, который не мог действовать, если не мог применить галлюцинацию или скрыть себя.

К черту это.

Что сказал Заилас? «Если ты умнее врагов, тебе не нужно быть сильнее».

Я посмотрел на Дариуса и Каде, Аарона и аэромага, Линну с ее двумя противниками, а потом на шкафчики вокруг себя, искал, чем мог сражаться. Бутылки напитков, стаканы, венчики, бочка эля. Ничто не кричало о варианте «умнее врагов». Я посмотрел на стену, искал то, что мог использовать.

И кое-что ждало меня.

Над баром, едва заметный в тенях, висел серебряный боевой молот. «Молот» в «Вороне и Молоте». Тяжелый симметричный набалдашник на конце длинной старой деревянной рукояти.

О, вот и оно.

Мне не нужно быть сильнее или умнее врагов. Мне нужно было оружие крупнее. Заилас это одобрил бы.

Я запрыгнул на заднюю стойку. Мои ладони сжали гладкое древко, я потянул за него.

Молот не сдвинулся.

Блин, он был кузеном Мьёльнира? Я не был достоин? Я не был чистым сердцем, как Капитан Америка, но…

Взрыв магии окутал щит Линны, и он разлетелся искрами. С воплем радости Яо направил на нее кинжал с вырезанной руной.

Скрипя зубами, я потянул за молот, и в этот раз он отцепился, его вес чуть не снес меня со стойки. Я хотел верить, что он признал меня достойным, но был уверен, что он не сдвинулся сразу, потому что был тяжелее смарт-кара.

С боевым молотом в руке я шагнул с задней стойки на бар. Подняв оружие над головой, я взревел в стиле Леонидаса, бросился со стойки, направив молот в голову Яо, который ничего не подозревал.

Волшебник отпрянул, и молот пролетел мимо, так близко, что задел его грудь. Стальной набалдашник рухнул между его ног, раскалывая паркет.

Но не важно, промазал ли я.

Серые искры слетели с набалдашника, волна силы вылетела из оружия. Залп отбросил Яо, два стола и шесть стульев по пабу. Они пролетели двенадцать футов и рухнули грудой обломков и сломанных костей.

Божественное оружие разрушения.

Каде, Суарез и аэромаг повернулись ко мне и нацелили следующие атаки на бедного искажателя без магии с огромным молотом.

Большая ошибка.

Дариус сделал едва заметное движение левой ладонью, и свет вспыхнул перед глазами Каде. Аарон послал шар огня к аэромагу, а голос Линны прозвенел:

— Ori te formo cuspides!

Черные шипы вылетели из ее кубика и ударили по Суарез.

Я поднял молот в воздух, нацелился на прямоугольного бандита и ударил по полу. Вторая волна разрушения вылетела из оружия, сбила оглушенную Суарез с ног. Она пропала среди разбитых стульев.

Дариус напал на Каде. Ослепленный, но не обездвиженный, Каде махнул кинжалом, но Дариус поймал его за запястье. Он жестоко ударил кулаком по щеке Каде.

Ладони Аарона озарил огонь, но он не успел добить Барроуса, согнулся, кашляя. Барроус направил кинжал на пиромага — но Линна подошла к нему слева. Бросив артефакты, она прыгнула на него, как таран, била кулаками, ногами и трюками на уровне черного пояса. Избегая его бронежилета, она била по коленям, горлу, паху, потом закрутила его руку так, что я услышал хлопок.

Я повернулся к Дариусу, сжимая боевой молот, но не только я понял, что ход боя изменился. Кривя губы, Каде вытащил что-то из-за пояса и бросил на пол.

Мелкий сосуд разбился, с шорохом еще одно облако дыма поднялось оттуда. Я сжался, задержал дыхание, а серый туман заполнил паб. Все пропали, и я снова ничего не видел.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Дым наполнил воздух. Мои легкие горели от желания получить кислород, и я не смог остановить себя, вдохнул. Воздух был немного перечным на вкус, но горло не стало гореть еще сильнее. Это была дымовая бомба, а не ядовитое облако.

Каде применил трюк с исчезновением мага из Вегаса.

— Линна? — прокричал я.

Тень появилась в тумане — слишком высокая для моей напарницы. Я поднял молот, Барроус в крови и ожогах бросился ко мне, скаля зубы, глаза были дикими. Я стиснул зубы от усилий, махнул молотом по горизонтали.

Молот врезался в его руку — и молния пробежала по его телу. Он отлетел и рухнул на пол, дым поднимался от обмякшего тела.

Да ладно. Этот молот был Мьёльниром? Я ударил Барроуса как Тор!

Еще тень появилась в тумане. Я приподнял Мьёльнир, готовый подтвердить свое место как нового Бога Грома вторым ударом молнии, но там был не враг. Это был Кай Ямада, еще один лучший боевой мифик «Вороны и Молота», он был в черной одежде, держал метательный нож, трещащий электричеством.

Блин. Я не вызвал молнию Мьёльниром. Это был просто электромаг.

— Моррис! — рявкнул он, больше силуэтов двигались за ним — подкрепление гильдии. — Что…

— Кит!

Вопль Линны рассек мое разочарование насчет не-Мьёльнира, и я толкнул рукоять молота к Каю, повернулся и побежал на голос Линны.

— Линна? — позвал я.

— Тут!

Я нашел ее рядом с Дариусом, который прислонялся к столу, прижав ладонь к руке, кровь текла между пальцев. Аарон обмяк на стуле возле главы гильдии, быстро дышал, прикрыв глаза, кровь текла из множества порезов.

— Где Каде? — спросила Линна.

Я дико озирался в белом тумане.

— Не знаю. Он пропал в дыму, а меня отвлекла молния.

Ее лицо помрачнело от того же осознания, что возникло и у меня: Каде сбежал.

— Он вернется в свое логово, — сказал я. — Он не может оставить вещи, ведь мы знаем, где то место.

— Ты прав, — Линна выпрямилась. — Если поспешим, сможем поймать его.

— Стойте, — хриплый приказ Дариуса остановил нас. Глава гильдии смотрел на туман. — Кай!

Электромаг появился из рассеивающегося тумана, несколько мификов, которых я смутно узнал, следовали за ним. Он посмотрел на своего друга, Аарона, с тревогой в темных глазах.

Он посмотрел на Дариуса.

— Да, сэр?

— Сопроводи агента Шен и агента Морриса.

— Понял, — он махнул группе за собой. — Санъяна, позаботься об Аароне и Дариусе.

Женщина с сумкой медика с яркой отметкой прошла вперед, а он повернулся к нам, выжидая.

Я не был против поддержки от мага высокого класса. С новым помощником за нами мы побежали по пабу, минуя больше членов «Вороны и Молота» по пути. Похоже, вся команда, которая отправилась на ложное задание Созэ, вернулась.

Снаружи дул ветер, наша машина была там, где мы ее оставили, дверцы были открыты, фары горели, двигатель гудел, ключи были в зажигании, чудом не украденные. Мы с Линной запрыгнули туда, Кай сел сзади, и мы поехали по тому пути, по какому прибыли в «Ворону и Молот».

Пока Линна вела машину, я быстро описал Каю ситуацию. В зеркало заднего вида я наблюдал, как его лицо из настороженного становится мрачным, а потом холодным от злости, когда я закончил. Мои нервы гудели, словно я вот-вот мог получить худший удар током, если бы коснулся проводника.

Нарушив десяток правил дорожного движения, Линна тихо остановила машину на улице у катка. Мы вышли, не говоря, Кай беззвучно шел за нами, пока мы с Линной скользили вдоль здания. За углом была дверь платформы погрузки, через которую мы входили в логово до этого. Судя по лучу оранжевого света на парковке, она была полностью открыта.

Я подал сигнал Каю, быстро выглянул из-за угла и отпрянул.

Мы не только нашли Каде, но и курица-наседка вернулась в курятник. Созэ вышел из склада, и его лицо в тот миг, когда я взглянул, было розового цвета испорченного лосося — наверное, побочный эффект гнева на поражение лакеев в попытке убить всех нас.

Каде был за боссом, спокойно нес один из черных ящиков.

— Созэ и Каде, — шепнул я спутникам.

— Они тебя видели? — спросила Линна.

— Нет, но…

Она напряженно кивнула. То, что они не увидели меня, не означало, что они не были в курсе нашего присутствия. Каде как-то чудом улавливал, где находились люди, что не имело смысла, ведь он должен быть стандартным волшебником.

Стандартным психопатом, серийным убийцей и обожающим пытки волшебником. Но смысл был понятен.

Ветер донесся до нас голос Созэ. Он был слишком далеко, чтобы было слышно полные предложения, но я различил слова «неумелые», «уничтожить» и почему-то «невыносимо».

— Нужно подобраться ближе, — тихо сказал Кай.

Я снова выглянул из-за угла. Каде и Созэ поменялись местами: Каде вел, беспечно нес черный ящик от платформы, а Созэ плелся за ним, крича ругательства в его спину.

— У тебя нет дальней атаки? — спросил я у электромага, пожалев на миг, что оставил роскошное оружие «Вороны и Молота» позади

— Не на таком расстоянии, — ответил он.

А расстояние только росло. Они пошли не к машинам МП у погрузочной платформы, а по парковке. Куда они направлялись?

Линна, Кай и я, пригибаясь и двигаясь тихо, поспешили вокруг угла здания и к двум машинам. Я надеялся, что ветер, который жалил глаза и безжалостно трепал волосы, скроет наши шаги. Может, странным навыком Каде был слух. Это могло быть. Судя по моему опыту в «ККК», психики с суперслухом были ужасно неприятными.

Мы втроем сели на корточки за ближайшей машиной МП, смотрели через ее окна на двух гадов, которые остановились посреди парковки, озаренные светом из открытой двери платформы. Кит вытянул шею, оценивая углы атаки, но покачал головой. Мы все еще были слишком далеко, чтобы человек-молния мог устроить электрическую бурю.

Но мы были достаточно близко, чтобы слышать их.

— Я пытаюсь, — почти кричал Созэ подчиненному, кипя от ярости, — полностью осознать вашу бездарность. Вас было больше, вы их обхитрили, и теперь мне придется объяснять Консилиуму, почему мертвые тела в той жалкой гильдии принадлежат только твоим «хорошо обученным» солдатам!

Консилиум? Это было новым.

Со скукой слушая возмущения босса, Каде опустил черный ящик и скрестил толстые руки.

— И твое без сомнений неправильное поведение с Моррисом и Шен, — продолжил Созэ. — Они не только все еще живы, но и могут появиться в любой миг с поддержкой половины участка.

— Я пойму, если они приблизятся, — холодно ответил Каде.

Лысый мерзавец переоценивал свои силы восприятия.

Кай вытащил пару маленьких метательных ножей из ножен на предплечьях.

— Если нападем резко, я смогу приблизиться.

Я покачал головой, указал на пистолет на бедре Каде. С зельями или пулями, он был слишком опасен. Мы сделаем меньше десяти шагов, и парковка превратится в тир Каде.

Ветер усиливался, хлопал меня по ушам, было сложнее расслышать их слова.

Созэ, к счастью, стал кричать громче:

— Консилиум получит полный отчет о том, как вы не смогли убить Дариуса Кинга!

Каде повернулся к боссу.

— Это был твой план, Созэ.

Ветер стал сильнее, я пытался что-то услышать.

— Тебе приказали разобраться с Дариусом Кингом, — продолжил Каде с оскалом. — Убить его, не забрав все знания из его мозга, — чистая бездарность, как ты любишь говорить.

Каде вложил столько насмешки в эти слова, что я оценил бы это, если бы не ненавидел его так же, как Созэ.

— Потому, — продолжил Каде, сунул ладонь в карман, — Консилиум дал мне разрешение убрать помехи — включая тебя.

Рот Созэ раскрылся, черная дыра на белом лице, ветер бил парковку все сильнее. Ветер звучал почти неестественно, как ритмичный хрип.

Кай указал наверх.

— Смотрите!

Едва заметный в ночном небе, черный вертолет без отметок опускался к парковке, пока не завис в тридцати футах над Созэ и Каде. Веревочная лестница упала с вертолета, развернулась и задела асфальт в паре футов от двух мужчин.

Созэ дернулся к веревке, отчаянно тянулся к ней руками.

Каде вытащил мелкий предмет, рот двигался от слов, которые унес ветер. Малиновый свет вспыхнул на артефакте, и от залпа крови в результате все во мне сжалось.

Созэ накренился. Его тело рухнуло на асфальт, голова откатилась, отрезанная.

Убрав артефакт в карман, Каде взял черный ящик одной рукой, схватился за веревочную лестницу другой. Он повернул голову, посмотрел с парковки на мое убежище за машиной.

Он поймал мой взгляд и улыбнулся — так же, как улыбался мне и Линне, когда говорил, что скоро вернется за нами.

Холодок пробежал по мне, а он наступил на нижнюю ступеньку. Вертолет стал подниматься с ним, а мы могли лишь смотреть сквозь окна машины, сердце билось в моем горле.

— Он улетает! — закричала Линна, вскакивая.

Она не успела выпрямиться выше машины, Кай утянул ее вниз.

— Не шевелись, — прошипел он. — Ты не видишь стрелка в вертолете?

Мои нервы обожгло, я посмотрел на взлетающий вертолет. В тусклом свете кабины я различил открытую дверцу и мужчину в черном, свисающего оттуда рядом с чем-то длинным, похожим на пулемет.

— Что делать? — тревожно спросила Линна.

Если бы я знал. Я лишь раз летал на вертолете, но не бился с таким. Галлюцибомба могла поймать пилота и обрушить вертолет, но такого варианта сейчас не было.

Вертолет поднимался в ночное небо, я повернулся к платформе. Мы упустили Каде, Созэ был мертв, но логово осталось. Они не успели бы все убрать. Может, там остались улики, которые привели бы нас к тому, кто дал приказы Созэ и Каде — Консилиуму.

Оглушительный грохот положил конец той мысли.

Я юркнул за машину, тело отреагировало на звук раньше, чем понял мозг. Огромный шар огня вылетел из погрузочной платформы. Жар и оранжевый огонь лились изнутри, черный дым поднимался в небо.

Мы сжались за машиной, а огонь распространялся, поглощая все на складе и платформе.

Я коснулся плеча Линны.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

Я оглянулся на Кая.

— А ты?

— Порядок.

Линна встала, глядя на разрушение, а потом посмотрела на безголовое тело Созэ на асфальте.

— Что это было? — пробормотала она.

— Не знаю точно, — процедил я, отклонил голову, разглядывая ночное небо. Вертолет улетел. — Но ничего хорошего.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Напевая заставку из «Принца из Беверли-Хиллз», я отпер дверь своей квартиры. Не той, где я снимал комнату и делил ванную с тремя другими парнями. Другой квартиры.

Дверь распахнулась, и я прошел в старую квартиру, которая была теперь новой, пока Блит не выгнала меня. Вряд ли она станет. Не было повода для меня не жить в Бэт-пещере, приглядывая за компьютером, пока Эггси тут не было.

Я старался бодро напевать, хотя тревоги терзали мое настроение, пока шел на кухню и опускал мешки с покупками на стойку. Я уже принес рюкзак одежды и туалетных принадлежностей для спальни и ванной, а теперь пополнял запасы на кухне. Эггси был рад есть доставку каждый день, но я был готов изменить это.

Я выгрузил покупки на стойку, поместил почти все в холодильник и шкаф, а потом стал мыть листья салата. Салат с курицей и авокадо с зеленой чудесной заправкой вот-вот будет.

Через двадцать минут я резал два приготовленных куриных филе на слайсы, чтобы добавить в большую миску зелени, когда входная дверь открылась. Линна прошла в квартиру, на ее куртке были капли дождя.

— Прости, опоздала, — сказала она, тяжело дыша, пока разувалась. — Пахнет чудесно.

Я выдавил улыбку, она сняла куртку и поспешила ко мне. Я вытащил две большие миски, разделил салат пополам и вонзил в миски по вилке. Она выбрала миску и села напротив меня.

Я сунул вилку зелени в рот, делал вид, что не замечал ее пристальный взгляд на моем лице с вялым выражением на нем. Она без слов вытащила из сумки бутылку содовой и поставила передо мной.

Я моргнул, глядя на «Dr. Pepper». Мой любимый напиток.

— Ты всегда пьешь это, когда в стрессе, — тихо сказала она. — Все еще ничего?

Мне не нужно было уточнять, что означал ее вопрос. Я придвинул бутылку и открутил крышку.

— Ничего.

Она сжала губы.

— Она вернется.

Я не стал отмечать, что изменил реальность больше семидесяти двух часов назад. В прошлый раз магия вернулась после сорока восьми часов пустоты. Плохой знак.

— Искажение реальности точно требует безумного количества магии и усилий, — продолжила она понимающим тоном, и мне хотелось верить каждому ее слову. — Конечно, это на время выжгло твои способности. Это как перетрудить мышцу. Нужно время, чтобы оправиться.

Я кивнул, надежда боролась с пессимистичным страхом, что магия пропала навсегда.

Она съела пару вилок салата.

— У меня есть хорошие новости.

— О?

— Капитан Блит вернулась в участок и передала все наши улики о преступлениях Созэ и показания «Вороны и Молота» Судебному совету. Несколько других агентов тоже подали отчеты о злоупотреблении властью Созэ.

Вчера наш бесстрашный капитан вернулась домой из места, где Дариус прятал ее, пока она выздоравливала. Я еще не видел ее, но Линна занесла наши отчеты и улики о преступлениях Созэ и Каде.

— Отлично, — я потягивал шипучий напиток, пузырьки и сладость прогнали часть мрака, как всегда. — Хотя я уже это знал.

Она нахмурилась.

— Откуда?

Я кивнул на компьютер.

— Спросил у друга-грызуна.

— Ты про крота? Ты болтал с кротом?

— Почему нет? Он знает, кто я, и разговор с ним дал шанс понять его намерения.

— Его намерение — заработать на тебе, продавая тайны МП.

Я махнул вилкой.

— Помнишь записку? «Продолжай работу». Какую работу он имел в виду? Мог говорить о решении убийства Джорджии или борьбе с Сундуком, или даже работу против Созэ. Все это положительные стороны.

Она разглядывала салат с морщинкой между бровей. Я ждал, что она упрекнет меня за доверие хитрому агенту, но она удивила меня кивком.

— У меня есть сомнения, что крот — лишь торговец информацией для своей выгоды, который использует свое положение в МП, — сказала она, — но ты можешь быть прав, у него может быть и другой мотив.

— Рад слышать, но я и переживаю.

— Переживаешь?

— Ты строго относилась к этике со дня нашей встречи, — напомнил я ей.

Она приподняла бровь.

— А ты все время пытался увести меня на темную сторону.

— Верно.

— А я притянула тебя на сторону законопослушного агента, да?

— Притянула? Скорее притащила.

Она закатила глаза.

— Еще есть линии, которые я не пересеку. Не важно, плохой крот полностью или отчасти. Но если он делает вид, что у него есть мораль, это можно использовать, чтобы одолеть его.

Из меня вырвался смешок.

— Это жестокий агент справедливости, которого я знаю и люблю.

Ее глаза расширились, она вдруг сосредоточилась на еде. Я моргнул, глядя на ее румяные щеки, и запоздало понял, что сказал. Дюжина вариантов кружилась в голове — сделать вид, что я этого не говорил, изменить тему, пошутить — но я не хотел избегать темы, раз нечаянно поднял ее. Я отчасти признался ей, пока мы были скованы, ждали, что Каде убьет нас. Почему не завершить дело?

Я открыл рот, но не успел заговорить, Линна подняла взгляд.

— Я говорила с родителями.

Это остановило мое, скорее всего, смущающее признание.

— Как твой папа?

— Не очень хорошо, — она прикусила губу, впившись зубами так, что я скривился. — Кит, ты был прав. Это важно для меня, хотя у меня смешанные чувства к папе. Я не могу просто игнорировать это.

Я отодвинул миску с недоеденным салатом и уперся локтями в остров на кухне.

— Конечно.

Она шумно выдохнула.

— Родители попросили меня приехать домой на время.

Я застыл на месте.

Растерянно глядя на салат, она не видела моей реакции.

— Врачи говорят, что ему нужна паллиативная помощь, и моей маме тяжело справиться. Я нужна им. Но… — она подняла взгляд. — Я нужна и тебе. Мы нужны друг другу.

Я глядел в ее встревоженные карие глаза, в голове крутилось «Я должен был такое ожидать».

— Я поеду с тобой, — выпалил я, но ответ был неправильным. Я не мог убежать в ЛА, когда Каде был на свободе, «Консилиум» скрывался в тени МП, на спине Дариуса была мишень, а его непонятная связь со всем этим не была решенной.

— Кит… — прошептала она.

Я расправил плечи и попробовал снова:

— Делай, что считаешь нужным. Линна, а я буду тут, когда ты вернешься.

— Я должна остаться. Тут так много происходит. Слишком опасно оставлять тебя одного со всем.

Я потянулся над стойкой и обвил ее ладонь своей.

— Если не поедешь, будешь жалеть до конца жизни. Ванкувер и ЛА разделены одним полетом. Я буду обо всем писать, и если нужно будет вернуться, ты окажешься тут через день.

Она прикусила губу снова, мучила нежную кожу.

— Ты не расстроен?

— Нет, — я убрал руку, глядел минуту на свой салат, а потом продолжил есть, но не замечал вкуса. — Не расстроен. Обещаю.

Мы закончили ужин, разговор перешел к темам легче. Вместе мы убрали на кухне и загрузили тарелки в посудомоечную машину. Стало тихо, но тишина была уютной, каждый затерялся в своих мыслях.

Я закончил вытирать стойку, Линна замерла неподалеку со странно робким выражением лица. Я ощущал ее близость, бросил тряпку в рукомойник и повернулся к ней.

— Кит, кхм… нам обоим не мешало бы отвлечься, и… кхм, тут хороший телевизор.

Я кивнул на ее почти предложение.

— Хочешь посмотреть фильм?

— Да.

Подавляя улыбку, я пошел в гостиную и плюхнулся на диван. Это был уже наш четвертый просмотр фильмов на этом месте. Она села рядом со мной, а я не мог сдержать улыбки.

— Помнишь первый фильм тут? Ты хотела запереть меня, а я убедил тебя заглянуть за моими вещами.

Она мягко улыбнулась.

— И ты как-то убедил меня посмотреть с тобой «Касабланку».

— Думаю, ты просто пожалела меня. Я ощущал себя жалко, горевал, что терял удобную квартиру и коллекцию фильмов.

Она спасла мою коллекцию фильмов. Хоть мы едва знали друг друга, она вернулась за фильмами, пока арендодатель не выкинул мои вещи и выставил квартиру на продажу.

— Ты боялся потерять свободу, — прошептала она. — Это не жалко. Это всех пугает.

Я отклонился на подушки, направил пульт на огромный экран, пока следил за ней краем глаза.

— Я думал тогда, что ты была такой строгой.

— Я строгая.

— Нет, — я листал приложения. — Я еще не видел твоего сострадания тогда. Что будем смотреть?

Она сжала губы и встала. Я привстал, не понимая, как расстроил ее, уже готовый умолять ее не уходить, но она ушла недалеко. Она вытащила из сумки DVD-кассету, прошла ко мне и вручила мне фильм.

Я перевел взгляд с ее розовых щек на кассету. На меня смотрели две Линдси Лохан в подростковом возрасте, между ними было название: «Ловушка для родителей».

Ей не нужно было ничего говорить.

Через две минуты начались титры, и мы сидели на диване бок о бок, нас разделяли несколько дюймов. Но, пока на экране показывали сжато историю любви Денниса Квейда и Наташи Ричардсон, моя напарница придвинулась ближе. Она без слов прижалась к моему боку, опустила голову на мое плечо, и я обвил рукой ее талию, притянув ее еще ближе к себе.

— Кит, — прошептала она, пока нам показывали золотоискательницу Мередит Блейк у бассейна. — Можно спросить… кого ты потерял из-за рака?

— Мою приемную маму, Джиллиан. Она была лучшим приемным родителем в моей жизни. Без нее… — слова застряли в горле, я не смог закончить. — Я был с ней два года, но этот период закончился слишком рано.

Слишком рано, чтобы перечеркнуть все мои ужасные отношения с приемными родителями, их детьми, властями и людьми в общем, и это сделало меня холодным и безразличным настолько, что работа на Ригеля не беспокоила меня.

— Расскажешь о ней? — тихо спросила Линна.

Я почти отказался, но было правильно рассказать ей. Хотя было больно. Хоть я от этого скучал по первому человеку, любившему меня, и голос обрывался. Это того стоило, потому что Джиллиан хотела бы узнать Линну, второго человека в мире, которого я любил.

Когда я притих, Линна сжалась рядом со мной, ее голова была на моей груди, ухо — у сердца. Фильм еще играл, но мы уже не смотрели.

— Спасибо, — прошептала она. — Я не могу… не могу сейчас, но, когда вернусь, я тоже расскажу тебе о своем детстве.

Я играл с кончиком ее хвоста, водил пальцами по шелковистым прядям.

— Когда ты собираешься уезжать?

Она молчала миг.

— Моя мама забронировала для меня билет на самолет. Рейс завтра утром.

Ее слова резали меня. Так скоро?

— Но я попрошу их передвинуть рейс. Я не могу улететь, пока твоя магия не вернется.

Я легонько потянул ее за хвост.

— Скорость возвращения моей магии не изменится от общества. Тебе не нужно ждать.

— Но…

— Не трать время, Линна. Ты не знаешь, сколько его осталось, — я погладил большим пальцем ее щеку. — Я отвезу тебя в аэропорт утром.

— Ладно, — прошептала она.

Я притянул ее ближе, желая оставить ее рядом с собой на ночь — и не отпускать утром. От мысли, что она улетит, я словно попадал в симулятор землетрясения. С момента, как моя жизнь перевернулась — когда я из подельника Ригеля стал заключенным МП, а потом агентом — Линна была там.

Но семья была семьей, и я научился у Джиллиан, что нужно было ценить время с семьей. Линне нужно было лететь, а мне придется разбираться со всем, пока она не вернется.

* * *

Солнце заглядывало за шторы, разбудило меня утром. После мига растерянности я понял, где был — на диване в своей квартире. Или квартире Блит. Не важно. Я был укрыт одеялом до подбородка, был в футболке и джинсах.

Мы уснули после фильма.

Мы…?

Где была Линна? Я сел и огляделся. Ее не было видно. Душ не шумел, и я не слышал ничего, кроме тихого гула холодильника на кухне.

Я посмотрел на часы. Чуть после восьми. Мы должны были уехать час назад в аэропорт, чтобы успеть на ее рейс до ЛА.

Как только я свесил ноги с дивана, я увидел кусочек бумаги из принтера на кофейном столике. Я читал достаточно отчетов Линны, чтобы тут же узнать ее почерк.

Кит,

Прости, что не попрощалась. Я напишу, когда прибуду в ЛА. Береги себя.

Линна

Я перевернул записку, искал что-нибудь еще. Там не было записей, и сердце упало в пятки. Даже если она не хотела, чтобы я отвез ее в аэропорт, она могла разбудить меня и попрощаться. Мы не знали, когда она вернется.

И вернется ли.

Я сокрушил эту мысль, перечитал ее короткую записку. Мои отношения с Линной были расширенной игрой в перетягивание каната. Она позволяла притянуть ее ближе, а потом тянула с силой сотни Лу Ферриньо. Она целовала меня, потом запихивала мне в горло ярлык «коллеги». Она призналась в сложных отношениях с отцом, но отказалась говорить о его болезни. Она поделилась со мной любимым фильмом, обещала рассказать о своем будущем, уснула в моих руках… но пропала следующим утром без слов.

Иногда я был уверен, что она любила меня. В другие дни я сомневался, думала ли она обо мне.

Мои ладони были в мозолях, а сердце устало.

Я застонал, потер пересохшие глаза и пошел на кухню. Кофе мог очистить голову. Может, тут был эспрессо, чтобы я сделал «Особое для Сонного Кита», как Линна звала тот вид кофе.

Я поставил воду греться, открыл холодильник, чтобы выбрать из вчерашних покупок завтрак, но бекон, яйца, фрукты и йогурт были не по центру на верхней полке, как я ожидал. Вместо них пять бутылок «Dr. Pepper» выстроились аккуратным рядом, словно приветствовали меня.

Я глупо улыбнулся. Линна носила все это в сумке? И она думала, что литры жидкого сладкого рая восстановят мои способности искажателя?

Конечно, нет. Я знал, когда она вручила мне бутылку прошлой ночью, что это не было связано с магией. Она принесла это, потому что знала, что мне это нравилось, и хотела, чтобы мне стало лучше.

Как она знала мой особый заказ кофе.

И мой любимый бургер.

Как копия старого файла МП о Лоне Чейни, которую она сделала для меня из-за того, что мне это понравилось бы.

Как она спасла мою коллекцию фильмов от арендодателя.

Я вздохнул и отклонился на остров кухни, лампочка загорелась в сонной голове.

О, Кит, ты эмоционально низкорослый дурак.

Линна не была склонна к большим жестам романтики, смелым заявлениям о любви или ночным обсуждениям своей истории, но она все время показывала мне сотней мелочей, что она думала обо мне, обращала внимание, знала меня так, как не знал никто живой, и что она заботилась обо мне.

Почему я ждал, пока она пропадет, чтобы понять это?

Качая головой, я закрыл холодильник. Графин кофе был наполовину полным, и если я отправлюсь в душ, кофе будет готов, когда я вытрусь. Я снял футболку и джинсы, скомкал их и бросил через гостиную в сторону спальни, собирался отправиться в душ, когда стук в дверь остановил меня.

Линна передумала и вернулась? Эггерт и его пышные усы был готов начать день? Капитан Блит решила заглянуть ко мне? Ох, я надеялся, что это была не Блит. Я не был готов объяснять, почему я был почти голый у нее на кухне.

Стойте. Линна, Эггси и Блит были с ключами. Кто же стучал?

Был лишь один способ узнать. В дверь снова постучали, и я не стал переодеваться, решил ответить на стук в трусах и носках.

Я тут же пожалел, когда открыл дверь и увидел Дариуса Кинга в безупречном синем костюме с жилеткой и пиджаком.

— Дариус? — выпалил я, скрестив неловко руки на груди.

Он приподнял бровь от моей частичной наготы.

— Агент Моррис. Я мешаю?

— Нет, нет, — я открыл дверь шире для него. — Заходите.

— Благодарю.

Он прошел внутрь, я поспешил на кухню, чуть не врезался в остров, скользя на носках.

— Хотите кофе? — лепетал я. — Свежий почти готов. Средняя прожарка. Вкусный и горячий.

Я повернулся, а он все еще смотрел на меня, изумленно приподняв бровь.

— Знаете, что? — сказал я, плохо изображая беспечность в голосе. — Я возьму штаны. Кофе весь ваш, если хотите.

Я поспешил к скомканной одежде и натянул ее. Когда я вернулся на кухню, Дариус налил нам по чашке кофе.

Я выбрал чашку и благодарно кивнул.

— Как вы узнали, где меня найти?

— Ты жил тут раньше, да?

— Ага. Прошедшее время.

Он медленно сделал глоток кофе, лицо было загадочным, как у лиса.

— У тебя были интересные несколько дней.

— Преуменьшение.

Он опустил чашку, изумление пропало с его лица.

— Реальность неприятна, но я не дожил бы до этого дня, если бы не вы с агентом Шен. Я не был готов, это нужно изменить.

Я посмотрел на него с вопросом.

Он уперся локтями в стойку, переплел пальцы.

— Расскажи мне все.

— Все?

— Созэ, Каде, Аурелия, участок, убийства, порталы, крот. Все.

Он знал и о кроте?

Я разглядывал мужчину напротив. Дариус Кинг. Опасный глава грозной гильдии. Бывший убийца, подозреваемый в убийстве половины Высшего Судебного совета. Мастер-манипулятор с дюжиной скрытых мотивов, какие я мог и не мог представить.

Дариус мог помогать или мешать, зависело от ситуации. Я верил в него раньше, но это отличалось. Он просил раскрыть информацию и тайны, которые Блит доверила только мне и Линне.

С другой стороны, Дариус был ключевым игроком во всем этом, и я не знал, почему. Он знал то, чего я не знал. Много важного, скорее всего, включая причину, по которой Каде убил Джорджию и Ансона.

— Если я расскажу все, — медленно сказал я, — и вам нужно это сделать. Начав с того, почему вы — номер один в списке убийств Консилиума.

Жуткий холод появился в серых глазах Дариуса от слова «Консилиум». Бывший убийца улыбнулся, и мне захотелось спрятаться под столом.

— Это мой план, агент Моррис. Нужно больше, чем можем сделать мы по отдельности, чтобы искоренить Консилиум.

— Но мы не будем делать это одни, — отметил я. — Мы с Линной не получили все улики, какие хотели, но достаточно, чтобы МП начала расследование действий Созэ и того, кто тянул за его нити.

— Этого не будут. Улики пропадут. Ваши свидетели загадочно умрут. Дело зачахнет до того, как продвинется, и никто даже не заподозрит глубины коррупции.

Дрожь пробежала по моей спине от уверенности в его заявлении.

— Почему вы так думаете?

— Потому что так было в прошлый раз.

Дыхание застряло в моем горле.

— В прошлый раз?

— У нас общие цели, агент Моррис. Вместе у нас будет шанс.

Я склонился ближе.

— Вы намекаете на то, о чем я подумал? Команда в стиле Танго и Кэш?

Он холодно улыбнулся.

— Ты согласен?

Я подавил невольный восторг, поднес кружку к губам и сделал самый долгий глоток, пытаясь подражать тому, как загадочно глава гильдии пил кофе, пока думал обо всем, что подразумевал вопрос. Судя по его терпеливому взгляду, ответ изменит мою жизнь.

Я опустил чашку. Уперев ладони в стойку, я медленно выдохнул.

— Да, согласен.

Content

Мари Аннетт и др Украденное волшебство и прочие злоключения