Юсаги Анеко

Становление Героя Щита 22

Реквизиты переводчиков

Самый свежий перевод всегда можно найти на сайте нашего проекта:

https://ruranobe.ru/

Чтобы оставаться в курсе всех новостей, вступайте в нашу группу в Контакте:

https://vk.com/ru.ranobe

Переводчику на чай

QIWI-кошелек: +79176728067

Yandex.Деньги: 410017266948118

СБП: +79176728067

Любое распространение перевода за пределами нашего сайта запрещено. Если вы скачали файл на другом сайте - вы поддержали воров

Версия от 02.07.2023

Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов без разрешения запрещено

Начальные иллюстрации

Пролог. Застенчивый кузнец

Рен работал в деревенской кузнице. Когда металл разогрелся и размягчился в пышущем жаром горне, он наконец достал его, положил на наковальню и ударил молотом.

Во все стороны полетели искры. С каждым ударом слиток всё больше принимал форму оружия.

Мы с моей ученицей Имией делали украшения и по ходу дела наблюдали за работой Героя Меча.

Рен размахивал молотом предельно сосредоточенно, целиком и полностью увлечённый процессом.

— Герой Щита-сама?

— М? А, да, что?

Имия привлекла моё внимание, чтобы я осознал, что чересчур много смотрю по сторонам.

Меня зовут Иватани Наофуми.

Как-то раз я читал в библиотеке “Сказание о четырёх священных орудиях” и попал в параллельный мир, где из студента превратился в Священного Героя Щита, одного из персонажей произведения.

Миру, в котором я оказался, угрожают катаклизмы, известные как волны бедствия. Нас призвали как раз для борьбы с ними… Однако по пути я столкнулся и с кучей других трудностей.

Женщина по имени Ссука пыталась обвинить меня в изнасиловании, и мы до сих пор не смогли её поймать. Как бы мне ни хотелось её поскорее казнить, она, появляясь, постоянно натравливает на нас всяческих недоумков, а сама убегает.

В общем, если я буду пересказывать все испытания, которые пережил после призыва, то закончу только к вечеру.

Хотя поначалу я надеялся просто побеждать волны, чтобы мир мог спать спокойно, постепенно нам открылась правда о волнах.

Оказывается, волны вызывают самопровозглашённые боги — жители одного высокоразвитого мира, которые пользуются остальными мирами как игрушками. Если волну проигнорировать, то два мира сольются друг с другом. По какой-то причине через определённое количество слияний миры разрушаются.

Таким образом, наши враги — как раз самопровозглашённые боги, однако эти мерзавцы взяли за привычку перерождать в параллельных мирах всяких мразей, которые хотят только развлечений. Эти приспешники, которых мы называем авангардом волны, занимаются охотой на Героев, стиранием информации и разрушением инструментов — в общем, ослабляют защиту мира против волн.

Нам понадобилось много времени и сражений, чтобы добыть эти сведения. По ходу наших приключений мы пару раз посещали параллельный мир, где познакомились с Кидзуной Кадзаямой, Героем Охоты. В последний раз это случилось, когда мы после очередной битвы с перерожденцами — это ещё один термин для посланников самопровозглашённых богов — узнали, что Кидзуна и её друзья в опасности. Мы тут же прибежали на помощь, однако в ходе битв нами заинтересовались враги Сэйн — девушки из погибшего мира. После этого мы по неизвестной причине оказались в прошлом того мира, в который меня изначально призвало.

Как же меня раздражает, что даже беглый пересказ событий занимает столько времени.

Впрочем, в последнее время ситуация пошла на поправку. Совсем недавно нам удалось прикончить одного из самопровозглашённых богов, которые виновны в волнах. Он собирался устраивать с помощью волн игры на выживание, но мы смогли застать его врасплох и одолеть.

Благодаря этой битве мы узнали некоторые вещи. Оказывается, могучее Легендарное Оружие, символ Героев, бессильно против самопровозглашённых богов. Однако на них действует Нулевая Серия.

Эта Серия открылась, когда мы смочили оружие красным зельем, найденным в развалинах в наше время. Она и правда Нулевая — всё оружие этой серии имеет нулевые показатели атаки и защиты. Но по иронии судьбы оно способно наносить урон бесконечно могучим самопровозглашённым богам.

Если сопоставить материалы, найденные в развалинах, с остальными нашими знаниями, то можно прийти к выводу, что Нулевое Оружие дано Священным Героям для того, чтобы они сдерживали самопровозглашённых богов до прибытия неких охотников.

Вероятно, охотники на богов прибыли в этот мир где-то между нынешним прошлым и нашим будущим, и оставили Героям красное зелье. А мы им воспользовались, чтобы одолеть самопровозглашённого бога.

Как бы там ни было, сейчас наша задача — отыскать путь обратно в наше время. К сожалению, мы ещё не избавили прошлое от приспешников самопровозглашённых богов, однако и домой возвращаться всё-таки надо. Приходится находить время и для одного, и для другого.

Вот так и живём.

Прямо сейчас мы занимаемся тем, что готовимся к грядущим битвам, создавая новую броню и украшения в деревне, которая переместилась в прошлое вместе с нами. В деревне есть оборудованная кузница, в которой можно создавать что угодно — был бы кузнец.

Работу над бронёй я поручил Амаки Рену, Герою Меча. Он ученик Дядьки-оружейника, у которого я постоянно всё заказываю.

Пока он работает, мы вместе с моей ученицей Имией занимаемся ювелирным делом. Благодаря благословениям и прибавкам к профессиям, которые есть в Оружии, мне даже не нужно особенно напрягаться, чтобы получались достойные украшения.

— Герой Щита-сама, есть вот такой самоцвет, что с ним сделаем?

— Хм… прозрачность что надо.

Я просветил драгоценный самоцвет, оценивая качество. Получить оценку я смог бы и с помощью Щита, и хотя я вполне доверяю его мнению, мне не хочется потом обнаружить в камне даже небольшое помутнение.

— Ему нужна термообработка, правильно? — вставила Имия.

— Это, конечно, сделает камень намного ярче… но в процессе он может расколоться. Так что решай сама, Имия.

В этом мире есть некоторые игровые элементы. Украшения, например, дают прибавки к способностям и характеристикам.

Меня учил этим премудростям Ювелир — как позднее оказалось, один из лучших ремесленников в мире. Благодаря этому я умею создавать действительно стоящие вещи. По крайней мере, такая обо мне слава. Есть, впрочем, и люди, которые занялись ювелирным делом, но сразу же свернули с истинного пути. Я говорю про Ларка.

Что касается Имии, то она одна из рабов моей деревни, девочка из племени торкообразных. Своё настоящее имя она не раскрывает — якобы оно слишком длинное. У Имии очень ловкие пальцы, поэтому она тоже научилась искусству создавать украшения у Ювелира на правах моей ученицы.

Прямо сейчас она занималась огранкой самоцвета при помощи магии земли. Помимо всего прочего, эта магия позволяет изменять твёрдость камня, что очень удобно.

— Я думаю, этот камень… выдержит.

— Хорошо. Тогда пусть будет термообработка. Но что насчёт дизайна?

— Мы ведь договорились, что сегодня делаем украшения для Героя Меча-самы, не так ли?

— Ага. Можно было бы сделать ножны, но вместо этого по просьбе Рена сделаем что-нибудь другое. А то ему, видите ли, не хочется тратить время на выхватывание Меча.

Если прицепить украшение к Оружию, можно получить различные интересные эффекты. Помимо банального повышения характеристик они могут, например, изменять навыки.

Некоторые эффекты работают только у ножен, однако в таком случае для их включения придётся сначала убрать клинок, а потом снова достать его. Однако эффекты таких украшений особенно сильные, и Герой Катаны Рафталия, которую я называю своей правой рукой, использует украшенные ножны, чтобы резко ускоряться после обнажения клинка.

Сегодня мы собирались сделать украшения, которое можно прикрепить к рукояти Меча. Брелок, если говорить простыми словами.

— Вот бы нам повезло, и эти украшения добавили в Флоут-навыки самонаведение…

Увы, выяснить эффект украшений можно только методом проб и ошибок.

Рену, как оказалось, трудно управлять летающим мечом Флоут Сорда, однако в то же время он неровно дышит к этому навыку и мечтает овладеть им в совершенстве.

Впрочем, это не слишком удивляет, ведь даже самопровозглашённый бог пользовался похожим умением. Польза от него тоже очевидна, так как она значительно расширяет арсенал атак.

Но даже если мы не выловим никаких улучшений для Флоут-навыков, меня устроят и другие полезные прибавки. Потому что брелок на Оружие, в случае чего, можно отдать и Рафталии, и ещё кому-нибудь.

— Думаю, Герою Меча-саме понравилось бы что-то такое… — Имия достала чертёжную бумагу и начала рисовать эскиз.

Работать над украшением гораздо проще, когда перед глазами есть образ, пускай и схематичный. Поэтому я взял с Имии пример и тоже начал рисовать эскиз брелка с драгоценным камнем, который подошёл бы и Рафталии, и всем остальным. Не слишком большого, но заметного.

В надежде на то, что у украшения проявятся прибавки к Флоут-навыкам, я решил взять за основу одну… откровенно говоря, похожую на луковицу штуковину из известного аниме про роботов, которое прославилось птичьими крыльями и оружием с дистанционным управлением. Не смотревший решит, что это просто загадочное украшение.

Дорисовав, я посмотрел на работу Имии… и невольно нахмурился. Что это ещё за мечта юного гота? Тут и магическая диаграмма, и серебряный крест, а инкрустированный драгоценный камень похож на светящийся глаз. Какое-то злодейское украшение.

— Что это?..

— Ой? Вы хотите сказать, что Герою Меча-саме такой стиль не по нраву?

Нет, не спорю, попадание во вкусы Рена стопроцентное. Он когда-то был большим любителем строить из себя крутого… Но если вручить ему такое украшение со словами “мы знаем, тебе такое нравится”, то ему станет так стыдно, что он откажется от подарка.

Это будет всё равно что узнать, что твоя семья нашла твой секретный архив хентая.

— Хотя, ничего страшного. Даже если откажется, можно будет отдать кому-нибудь другому. Или я его на Щит нацеплю для проверки.

Откровенно говоря, мне захотелось увидеть реакцию Рена. В качестве отдельного магического инструмента это изделие нас наверняка разочарует, но как украшение к Оружию оно может оказаться вполне неплохим. Думаю, в качестве крышки для драгоценного камня Щита оно будет смотреться вполне неплохо.

— Что насчёт материалов? Я могу попробовать все, что у нас есть, но…

— Литьё из гравейковой руды заставляет оружие парить — это может приблизить нас к желаемому эффекту. Или, по крайней мере, даст прибавки к скорости.

— Хорошо. Тогда будем исходить из этого.

Вот. Поскольку Имия владеет ювелирным делом на одном уровне со мной, мы очень быстро приходим к согласию.

Мы занялись изготовлением моделей и отливкой. Так это и работает — дождаться, пока в горне кузницы расплавится металл, затем разлить его по формам и делать украшения.

Рен тем временем продолжал размеренно стучать молотом. Он настолько сосредоточен, что совершенно не замечает, как мы снуём туда-сюда. Умение фокусироваться — это с одной стороны достоинство Рена, но в то же время и недостаток, так как он легко перестаёт обращать внимание на то, что творится вокруг него.

Я посмотрел, чем он занимается. Вроде, катану куёт. Катана — это хорошо, потому что это орудие подходит и Рену, и Рафталии.

Закончив, Рен опустил раскалённый клинок в воду. Хм? Почему там закружился водоворот?

— Уф… — вытерев вспотевший лоб, Рен почуял за спиной меня и развернулся. — А, это ты, Наофуми?

— Вижу, ты совсем увлёкся работой.

— Ага.

— И как результат?

— Ну…

Рен вытащил клинок из воды и протянул мне. Оружие ещё явно не доделано — по крайней мере, не заточено. Однако воздух вокруг него вихрится.

— Вроде, получается неплохо. Этакая катана ветра, — заключил я.

Рен создаёт стихийный клинок. Я уже встречал похожее оружие раньше.

— Не скажу, что хорошее… Откровенно говоря, мне ещё далеко до учителя и других мастеров.

— Ты так думаешь?

Насколько мне показывает Щит, даже этот недоделанный клинок имеет высокое качество.

По законам этого мира если вливать в изделия Ци — энергию, которая курсирует по телу — то от этого повышается их качество. Например, еда становится гораздо вкуснее. Я вовсю пользуюсь этим в ювелирной работе. Не будет преувеличением сказать, что именно знание этой уловки отделяет хорошего ремесленника от плохого.

Конечно, это не совсем честно — выходит, что с помощью Ци кто угодно может создавать вещи, которые приближаются по качеству к шедеврам талантливых мастеров. Наверняка если тщательно присмотреться, то можно найти, в чём мои вещи уступают профессиональным ювелирам. Не то, чтобы я собирался с этим мириться, конечно.

— Да. Учитель на моём месте давно бы уже закончил, и его клинок получился бы гораздо лучше.

Учитель Рена — это бессовестный бабник, очень похожий на Героя Копья Мотоясу до того, как тот свихнулся. Про себя я называю его Мотоясу-2. Кузнец из него и правда хороший, однако я у него ничего не заказывал.

— Я в очередной раз осознал, что мне до него страшно далеко.

— Не убивайся так. И ещё… сосредоточенность — это, конечно, хорошо, но ты и отдыхать не забывай.

Пока мы ходили спасать мир Кидзуны, Рен был в нашей деревне за старшего, однако из-за ответственности слёг с нервным срывом. Как я выяснил, он не только пытался унять нарушителей спокойствия вроде Мотоясу, но и пытался продолжать тренировки, и упражнялся в кузнечном деле. В общем, поддерживал распорядок дня, в котором не было времени для сна.

Видимо, он из тех японцев, которые умирают от переработок.

— Да, я знаю. У тебя как дела, Наофуми?

— Вот, все детали отлили, осталось только отшлифовать и собрать. Да, Имия?

— Да! Я уже сделала одну часть, — отозвалась Имия и показала мне плоды своих трудов.

— Так что как освободишься, приходи, опробуешь.

— Понял. Проверю и скажу, какой у него эффект. Ты тоже готовься, я тебе щит делаю, — сказал Рен и показал пальцем на остывающий щит.

Насколько я помню, он сделан из останков Фэнхуана. Металл до сих пор был раскалён докрасна.

— Что-то он долго не остывает.

— Материал такой. Учитель говорил, его ни в коем случае нельзя насильно остужать, а то расколется.

Вспомнилось, как Дядя-оружейник много жаловался на трудности в работе с останками Лингуя. Однако в результате получился Панцирь Лингуя — мой основной щит, которым я сейчас пользуюсь чаще всего.

Так что даже если щит получится невзрачным, Рена стоит похвалить за то, что он смог придать материалу нужную форму. Притом относительно быстро — чувствуется, что Мотоясу-2 как следует научил его подстраиваться под особенности материала.

— Я в подмётки не гожусь учителю и пока не знаю всех особенностей металла, так что результат получится так себе, но кто знает, может, у него найдётся полезный навык. В общем, жди.

— Ага.

Учитель Рена выковал ему меч из останков Фэнхуана. Вернее, специальный парный меч, который можно использовать как два. Этот тип оружия здесь называется меч-ножницы.

Затем Рен посмотрел на только что выкованный клинок и протяжно вздохнул.

— Что, не получается?

— С чего ты так решил?

— Глядя на твою реакцию, трудно подумать как-то иначе.

Мне кажется, катана получается неплохой. Насколько мне известно, Рен использовал при её создании выпавшие из Фиро перья. Мотоясу бы позеленел от зависти, узнав об этом материале.

Фиро теперь помимо всего прочего Владыка Ветра мира Кидзуны. Её перья так и просятся в какое-нибудь снаряжение. Не ожидал, конечно, что от Фиро будет и такая польза… Возможно, потом из оставшихся перьев стоит сделать новый посох для Мелти.

— Нет, просто… Что бы я ни делал, мне постоянно кажется, что я упираюсь в стену и не могу сравниться с учителем по качеству. Он мне всегда говорил: “Скучные у тебя вещи. Ты просто стараешься быть хорошим учеником. Начни проявлять себя!” Вот только я не знаю, как это сделать.

Должен признать, что и этот клинок, и щит и правда выглядят как упражнения. Теперь всё понятно.

— Он прав, они скучные.

— Г-Герой Щита-сама… — Имия обомлела от того, что я не стал выбирать слова.

Мне нравится в ней то, что она реагирует как Рафталия. Если бы научилась чуть активнее меня останавливать, то мы бы с ней ещё сильнее сдружились.

Кстати, Рафталия сейчас занимается разъездной торговлей, как и Эклер — рыцарь Мелромарка, которая практически стала приёмной матерью Рена.

Они сказали, что по пути ещё будут тренироваться. С учётом их характеров они легко найдут общий язык.

— Ты стараешься быть отличником, работаешь без сучка без задоринки.

В целом мне нравится нынешний Рен, потому что с ним очень легко и удобно. Но всё-таки ему не помешало бы стать немного смелее.

— Бьёшь по больному. Учитель говорил то же самое. Мол, ты же не на массовое производство работаешь. И что, Наофуми? Ты знаешь, что мне делать?

Даже не знаю, стоит ли ему говорить. Возможно, молчание поможет ему найти ответ самостоятельно и вырасти над собой. Часто бывает так, что ремесленники вроде него долго трудятся и в конце концов постигают секреты мастерства. Например, я и сам освоил ювелирное дело благодаря тому, что убивал с его помощью время во время разъездов. И ещё лекарства делал — это было гораздо проще, потому что у меня был опыт готовки.

Я показал Рену наши с Имией эскизы.

— Вот твой ответ.

Рен недоумённо покрутил головой. Первым делом он посмотрел на мой рисунок и нахмурился.

— Довольно стильно. А это…

Он перевёл взгляд на рисунок Имии и потерял дар речи. По его лицу было видно, что он хочет нацепить этот брелок на Меч, но стесняется сказать об этом вслух.

— Это эскиз украшения, которое предположительно добавит Флоут-оружию самонаведение. Это если всё удачно сложится.

— Что? То есть…

— Разумеется, мы пытаемся использовать подходящие материалы.

Мне кажется, Мотоясу-2 — не говоря уже о Ювелире — как-то говорил о важности выбора материалов, изучения их особенностей и придания им правильной формы. Правда, он читал эту лекцию только раз, да и я слушал её невнимательно, поэтому она совсем вылетела у меня из головы.

Впрочем, по-настоящему Рену мешает другое.

— Но никакой материал не проявит своих свойств, если стыдиться и делать заурядные вещи. Скажу тебе простыми словами, Рен. Ты должен выпустить на волю свой характер… свои кринжовые увлечения.

Признаю, что выразился ужасно. На месте Рена я бы ни за что не согласился.

— Ч… что ты такое говоришь! У меня нет никаких… — крикнул Рен, задрожал и отвёл глаза.

Ясно, что он прекрасно меня понял, но из-за стыда не может ответить честно.

— Поясню такими же простыми словами: будь ты таким же самовлюблённым придурком, как раньше, ковал бы куда лучше. Если на то пошло, даже Мотоясу из перьев Фиро сделал бы такое, что твой клинок и рядом не стоял.

Насколько я помню, Мотоясу лично сделал одежду для всех своих Филориалов. И получилось у него так здорово, что даже Герой Шитья Сэйн считает его своим соперником. Однако качество его работ обусловлено исключительно болезненной любовью к Филориалам. Если бы я дал ему перья Фиро и попросил сделать одежду, которая помогла бы ей блистать ещё сильнее… он бы наверняка сделал нечто устрашающе мощное.

А вот согласится ли Фиро такое надеть — отдельный вопрос.

— Н-но разве это правильно?!

— Так уж устроен этот мир. Отвратительно до тошноты, да?

Здесь отъявленного двоечника ждёт больше успеха, чем старательного отличника — прямо как в плохом фэнтези, где автор пытается реализовать свои потаённые желания через главного героя. Я вполне понимаю, почему Рен не хочет с этим соглашаться.

— В общем, что я тебе пытаюсь сказать: перестань себя сдерживать и твори то, что подсказывают инстинкты. Разумеется, это сработает только в том случае, если ты владеешь основами профессии.

Судя по тому, что он сумел встроить перья Фиро в клинок, я думаю, навыков ему хватит. По крайней мере, я ещё никогда не вживлял эти перья прямо в металл и просто привязывал к украшениям. Мне казалось, что перьевой раствор выйдет некачественным. Однако Рен сумел сделать из него хороший клинок, а значит, в кузнечном деле он понимает. Всё, что ему осталось — сбросить оковы самоконтроля. Пока он стесняется и делает скучные вещи, ему не удастся проявить силу, сокрытую в материалах. Об этом говорили и Дядя-оружейник, и Мотоясу-2. Кстати, в тот раз Рен собирался делать меч, а теперь, пожалуйста: катана. Учителя сказали бы, что он услышал голос материала и подчинил его своей воле, но Рен, полагаю, до разговоров с металлом пока ещё не дошёл.

— Начни с того, что когда вливаешь Ци, пользуйся тем образом, что всплывает у тебя в голове.

— Ох… Мне учитель говорил то же самое. Откуда вы все это знаете?

— Это называется “опыт”.

Но я замечу, что во время готовки с продуктами не разговариваю. Это только Маро слышал их радость, но он к делу отношения не имеет. Вернее, это лично я всей душой не хочу, чтобы он имел отношение к какому-либо ремеслу.

Если кто-то считает, что продукты внимают моей воле, то я отвечу, что всего лишь работаю с ними так, как подсказывает мне опыт. Разве это можно назвать голосом продуктов? По-моему нет.

Да и вообще, я собирался готовить лишь для своих и быть этаким домашним поваром… но в последнее время я теряю уверенность в том, что меня можно так называть. В конце концов, я уже слышал в свой адрес совсем другие прозвища: Герой Подноса, Герой Кастрюльной Крышки… Но я не собираюсь мириться с этими издевательствами.

— Я понял, но… это будет трудно.

— Знаю, тебе неловко. Не бывает так, чтобы всё получалось с первого раза. Оттачивай мастерство, и постепенно научишься.

— Хорошо. Тогда последи за мной, пожалуйста. Если увидишь, что я опять себя сдерживаю — сразу скажи.

— Уверен? Я тебе так надоедать буду, что ты сосредоточиться не сможешь.

Рен молча кивнул, затем приготовился к перековке катаны.

— Ладно, я возвращаюсь к работе, буду тебе подсказывать в перерывах. Ну, за дело.

Итак, мы с Имией уселись недалеко от Рена и снова занялись украшениями.

Поскольку мы хотели сделать нечто с прибавкой к Флоут-навыкам, то за основу взяли гравейковый слиток одноимённой руды. Камни придётся обработать, чтобы они хорошо сочетался с этим металлом.

— Хм… — протянула Имия, разглядывая камень под названием Зелёный Кошкоглаз, который назывался так за вертикальную прожилку.

Да, думаю, это хороший выбор для украшения, которое должно дать Флоут-навыкам самонаведение.

Металлические части уже отлиты, осталось дождаться, пока они охладятся, и можно будет шлифовать. Имия тем временем приступила к огранке камня.

Дело движется быстро. Можно сделать паузу и посмотреть, что там у Рена.

Тот стучал по раскалённому металлу, меняя форму катаны. На первый взгляд могло показаться, что на наковальне лежал тот же самый клинок… однако его остриё стало шире и чем-то напоминало птичий клюв.

Рен начал стучать по нему, чтобы убрать эту особенность.

Я похлопал его по плечу, чтобы он не портил своё достижение. Рен опомнился, кивнул и вместо этого стал, наоборот, расширять утолщение.

Что-то мне подсказывает, что эта особенность отлично подходит оружию, в котором использованы перья Фиро. Пусть этот меч будет в форме птицы, он так наверняка станет намного быстрее.

Хотя я уверен, что на деле пользоваться им будет ужасно неудобно.

Понаблюдав за работой Рена, я вернулся за рабочий стол. Формы как раз успели остыть, так что я приступил к шлифовке. Обсудив с Имией термообработку камня, мы уже скоро закончили работу.

[Гравейковый крылоглаз

Качество: Высокое]

[Гравейковый крест третьего глаза

Качество: Высокое]

— Их ещё нужно зачаровать, но примерить можно уже сейчас.

— Да. Я недавно узнала, что зачарование — тоже очень сложный процесс, потому что даже сила магического потока влияет на результат.

Зачарование позволяет добавить украшению дополнительные эффекты, однако мы выяснили, что в случае аксессуаров для Геройского Оружия оно также может менять и базовые эффекты..

Если нужная нам прибавка проявилась у украшения с самого начала, его ни в коем случае нельзя зачаровывать. Вот почему первым делом изделия нужно примерять.

Отложив первые образцы в сторону, мы с Имией начали делать копии в надежде, что хотя бы у одной проявится полезный эффект.

Мы работали и обсуждали украшения, когда в кузнице вдруг подул ветер. Повернув голову, я увидел, что вокруг катаны, которой занимался Рен, вихрь стал ещё сильнее.

— Вижу, работа у тебя кипит.

— А-агх-х…

Кажется, Рену трудно даже держать клинок.

— Хватит вырываться! Я тебя даже не отшлифовал! — В сердцах закричал Рен на окутанный ветром клинок.

Он думает, что клинок сознательно вырывается? Сразу видно, Рен поддался своей сущности.

Катана плевать хотела на его указания, вокруг неё продолжал крутиться ветер. Присмотревшись, я увидел, что качество оружия и правда выросло. Но при этом появилось строптивость.

Эта непослушность мне кое-кого напоминает. Перья Фиро, значит? Я знаю, чем им можно пригрозить.

Подойдя к катане, я тихо сказал:

— Будешь так себя вести, сделаем из тебя алебарду и отдадим Мотоясу.

Незавершённая катана вздрогнула, а вихрь мигом утих. Кажется, Рен и правда создал оружие с характером Фиро.

— Надо же… — удивился Рен. — Такими темпами этот клинок и правда согласится стать катаной.

— Я просто вспомнил, что ты сказал про перья Фиро. На самом деле я не верил, что мои слова помогут, но…

— В общем, ты сильно помог. Теперь этот клинок станет лучше всех моих прежних творений.

— Раз так, удачной работы.

— Ага!

Вскоре после этого Рен доделал свой шедевр.

[Тати Владыки Ветра

Качество: Высокое

Дополнительные эффекты: Поддержка Мадракона, Сила Квартета, Благословение Филориалов, Повышение Ловкости, Клинок Ветра, Быстрый Заряд]

К счастью, Оценка помогла разобраться в свойствах катаны. Видимо, она отреагировала на перья Фиро. Но я заметил, что судя по прибавкам, Фиро уже считается скорее Владыкой Ветра, чем Филориалом.

С Клинком Ветра мы разобрались быстро — это свойство позволяет катане выпускать режущие порывы ветра при каждом взмахе. А Быстрый Заряд позволяет быстрее накапливать в клинке энергию.

— По-моему, у тебя получилось неплохое оружие. А что у него по характеристикам?

— Немного уступает оружию из Лингуя и Фэнхуана, которое делал учитель.

Хм… Возможно, оно даже превзойдёт эти оружия, если накачать его силой моего гнева через Мадракона и Фиро при помощи эффекта Поддержка Мадракона.

— Давай тогда скорее копируй его. Ещё и Рафталии дадим — посмотрим, что у неё проявится.

— Да, я уже.

Рен переключил Меч на Тати Владыки Ветра. Несмотря на странную форму первоисточника, Оружие приняло вид вполне заурядной катаны.

— В особых эффектах есть возможность использовать магию ветра и Хай Квик…

— Ну точно Фиро.

Значит, Рен во время использования этого меча может пользоваться магией ветра, расширяя арсенал своих возможностей. Поскольку это особый эффект, его нельзя будет использовать без этот клинка даже после освоения, но катана всё равно очень интересная.

— Из остального… “Ускоренный Заряд” и бонусы к росту ловкости при повышении Уровня.

Такое чувство, что у этого меча от начала и до конца упор на скорость.

— И навык, который называется… Свирель Ветра.

— Что он делает?

— Не знаю… В Brave Star Online такого не было. Сейчас проверим.

Если это сильный навык, то он нам очень пригодится в грядущих битвах. Уже начинаю предвкушать.

Мы вышли из кузницы, встали в безлюдном месте, и Рен воскликнул:

— Свирель Ветра!

Меч тускло засветился. Это что, навык, который привязывает меч к какой-то стихии? Раз так, то толку от него мало, потому что Рен и без этого умеет накладывать магию на меч.

Рен взмахнул Мечом, и тот издал высокий, пронзительный звук.

— Куэ… еда-а…

Перед кузнице пробежала стая обычных Филориалов. Как-то странно всё это. Их галдёж напомнил мне шум от стаи ворон.

— Ну и что это даёт?

Рен взмахнул Мечом ещё несколько раз. Стало ясно, что параметры звука напрямую зависят от движения.

— Ицуки бы, наверное, придумал, как этой музыкой магию применять.

Ицуки умеет играть музыку даже на листке. А там и до звуковой магии мира Кидзуны недалеко.

— Прости, я на духовых играть не умею.

— Наверное, это в копилку бесполезных навыков.

Остаётся только надеяться, что какая-то польза от него всё же есть. Главное — что Рен по-настоящему овладел кузнечным делом.

— Ну что, теперь давай проверим, что у меня получилось с украшениями.

Таким образом, весь сегодняшний день прошёл в экспериментах. Позднее мы дали Рафталии скопировать Тати Владыки Ветра, и ей достались те же самые способности. Однако навык был другой: Рубящее Крыло. Это навык с выхватыванием меча из ножен, который проводится в воздухе. Катана при этом будто обретает крылья и пускает вперёд режущую волну воздуха.

Точно такой же навык был у Владыки Ветра. Что бы сказала Фиро, если узнала?

“Бу! Сестрёнка Рафталия получила мою способность! Она будто говорит, что я не нужна!”

Да, зная Фиро, она вполне может выразиться именно так. И при этом не прекратит жаловаться на то, что её сделали Владыкой Ветра без её желания.

Глава 1. Прародитель

На следующий день после безвылазного сидения в кузнице.

Отложив проверку украшений на потом, мы прибыли в замок Шильтрана, чтобы поучаствовать в совещании. Как нам сказали, обстановка постепенно меняется, и поэтому необходимо обсудить дальнейшую стратегию. После недавних побед Шильтран воспрял духом и встал с колен. Наши с Имией усилия тоже способствуют восстановлению — мы с самого начала планировали продавать не пригодившиеся украшения богачам, чтобы помогать деньгами.

— Ну, и как там другие страны? — спросил я у Мелти, королевы Мелромарка, которой не повезло провалиться в прошлое вместе с нами и нашей деревней.

— Постоянно посылают людей, которые интересуются, что у нас и как.

— Но… — протянул Мамору следом за Мелти, держась за голову.

Мамору Сироно — предыдущий Герой Щита. Между его эпохой и моей этот мир слился с ещё одним. Сейчас он возглавляет страну Шильтран, которая в будущем станет Шильтвельтом.

Практически первое, что мы сделали после попадания в прошлое — это познакомились с Мамору и заключили союз как с ним, так и с Шильтраном, который в моё время стал крупной и важной страной под управлением полулюдей.

Однако в прошлом оказалось полно амбициозных стран. Одна из них, Пьенса, пыталась захватить Шильтран при всемирной поддержке. Благодаря нашей помощи атаку удалось отбить. Однако вскоре после этого мы узнали, что Мамору скрывает от своего народа две вещи.

Первая: священные расы полулюдей, которые в будущем будут править Шильтвельтом, были созданы именно им, нынешним Героем Щита, в результате экспериментов над сиротами Шильтрана.

Вторая: Мамору сражался с Судзаку, одним из зверей-защитников, который пытался накрыть этот мир барьером ценой множества жизни. В этой битве погибла возлюбленная Героя Щита, и сейчас он пытается вернуть её к жизни.

Я пока почти никому не рассказывал об этом даже в деревне. Но, думаю, в ближайшие дни это всё равно вскроется.

Однако сдаётся мне, что Мамору схватился за голову не из-за этого. Его явно тревожит что-то другое.

— Все эти гости как две капли воды похожи на шпионов, которые пытаются побольше про нас разузнать? — предположил я.

— Ага.

— Я его прекрасно понимаю, — вмешался Руфт. — Когда я правил Кутенро, мои генералы на совещаниях сидели с таким же видом.

Значит, он ещё помнит, каково было править Кутенро.

Что же, мне тоже стали чаще докладывать о том, что нашу деревню посещают какие-то люди. Скорее всего, думают над тем, как бы привлечь нас на свою сторону или, наоборот, так или иначе остановить нас.

К счастью, в моей деревне полно высокоуровневых бойцов, а маскирующие заклинания бессильны против рафообразных. Кроме того, постоянный дозор ведут Филориалы и другие монстры, поэтому незамеченным к нам никто не проникнет.

Вот им и остаётся, что умасливать Мамору и пытаться узнать побольше о его союзниках. Врагам Шильтрана наверняка интересно, кто мы такие и откуда взялись.

Похожими тактиками великие державы пользовались и в том мире, из которого я родом. Они присылали в далёкие страны миссионеров, которые на самом деле составляли доклады о местных войсках и посылали домой. Если там решат, что страна слабая — то начнут колонизацию, а если нет — ничего страшного, ущерба репутации миссионер не нанесёт.

Причин шпионить за нами достаточно: другие страны хотят выяснить, что за армия способна противостоять самопровозглашённым богам, и боятся за свою безопасность.

Я бы посоветовал Мамору просто отказывать этим посетителям, но не хочу, чтобы они днём и ночью разгуливали возле моей деревни.

Что-то я не по порядку рассказываю. В общем, так получилось, что моя деревня после провала в прошлое оказалась возле государственной границы Шильтрана. Какой-либо стратегической важности она не представляет.

И это прекрасно, мы и так заняты не только битвами против источников волн, но и поисками пути домой. Хотя хотелось бы верить, что победы над самопровозглашёнными богами приведут к тому, что будущему ничего не будет угрожать. В конце концов, нам и без волн есть с кем воевать — с людьми сестры Сэйн, к которым присоединилась Ссука. Это при их молчаливой поддержке авангард волны едва не разорил мир Кидзуны. Как мы уже знаем, эти силы заодно с самопровозглашёнными богами. Было бы здорово, чтобы победа над одним из них изменила историю и вычеркнула из неё врагов Сэйн, но боюсь, это чересчур оптимистично.

Однако всё это не имеет никакого отношения к возвращению в наше время — вопросу, в котором мы до сих пор нисколько не продвинулись. Но как раз поэтому мы должны заниматься им, а не разбираться, чего от нас нужно подозрительным личностям.

— Я думаю, по таким вопросам лучше обращаться к Мелти, это она у нас опытный политик.

До попадания в прошлое Мелти много наблюдала за работой предыдущей королевы, которая искусно лавировала в сложном, полном интриг политическом пространстве. Сейчас отличные условия для того, чтобы она проявила свои умения.

Как здорово, когда под рукой есть подходящий специалист.

— Любишь же ты меня эксплуатировать, Наофуми.

— Мы знаем, что делать на поле боя, но в политике ты разбираешься лучше нас, не так ли?

— Видимо… Я думаю, что пока можно не трогать этих сошек. Более того, сейчас самое время с их помощью показать врагам всю нашу мощь. Пускай трепещут.

— То есть они не должны увидеть, что у нас тут сплошная стройка?

Шильтран до сих пор не отстроен после разрушительной войны с Судзаку.

Торкообразные моей деревни — мастера на всей руки — помогают со строительными работами по всей стране. Благодаря им восстановление идёт полным ходом, хотя и мест, где царит разруха, ещё хватает.

— На этот счёт можно не переживать, состояние страны уже давно ни для кого не секрет, — ответила Мелти. — Ты бы лучше за своих подопечных переживал, Наофуми, — добавила она с мрачным видом и пояснила: — Я уверена, они прорабатывают все варианты того, как переманить тебя на свою сторону. Ты должен научить защищаться всех детей, а не только тех, кого посылаешь торговать.

— Всем поднять Уровень, что ли?

Вообще, нет ничего плохого в том, что мои войска станут сильнее.

В этом параллельном мире есть такая система: за убийство монстров начисляются очки опыта. Когда их набирается определённое количество, у бойца повышает Уровень, и он становится сильнее.

Если вспомнить нашу битву с сестрой Сэйн, то придётся признать, что Уровня сейчас не хватает даже Героям.

У Оружия есть множество способов усиления. Один из них — улучшение врождённых талантов. Он принимает в качестве оплаты Уровень и поднимает базовые характеристики Героя. Мы и сами уже вовсю пользуемся этим методом, однако битва против сестры Сэйн — тоже обладательницы Оружия — показала, что даже несмотря на одинаковые усиления между нами до сих пор чудовищная разница в Уровне.

При этом на поверхности разница может быть совсем незаметна — условно говоря, и у нас восьмидесятый Уровень, и у неё. Однако она накопила столько улучшений талантов, что реальная разница может быть далеко за сотню.

Из-за волн в мире расплодились монстры, которые угрожают людям. Истребляя их, мы поможем поддерживать порядок, а полученная сила пригодится после возвращения в будущее.

— Да, это хороший вариант. Или ты можешь устроить демонстрацию силы, чтобы враги поняли, что так просто похитить детей не выйдет. Однако опаснее всего то, что шпионы в поисках информации могут втереться в доверие не только к Героям.

— Ну… Будем верить, что в деревне понимают, что к чему.

Многие жители деревни — бывшие односельчане Рафталии. Почти все они прошли через рабство. Несмотря на жизнерадостность они уже вкусили горя и знают, насколько жестоким бывает мир.

Однако с другой стороны я не собирался спорить с тем, что и придурков среди них хватает.

— Надо только обратить внимание на болтливую псину, Кил и Филориалов.

— Зачем вы дважды сказали про Кил? — упрекнула меня Рафталия.

— Она дура дурой, поэтому я волнуюсь. Её даже похищать не надо, какой-нибудь переодетый шпион из неё легко всю информацию вытащит.

— Да, я… не могу с этим спорить, но…

— Как насчёт того, что он легко и непринуждённо оскорбил всех Филориалов? Очень жаль, что вы не обратили на это внимание, Рафталия-сан, — вступилась за любимых птиц Мелти.

— П-прошу прощения.

— Но это же правда.

— Да-да, — поддержал меня Руфт. — А ещё они страшные, когда сбиваются в стаи.

— Руфт, тебе пора прекращать постоянно общаться с рафообразными и наладить дружбу с Филориалами.

— Мне кажется, я не смогу…

— И ты ещё говоришь, что раньше обожал Филориалов? — сокрушённо вопросила Мелти и приложила ладонь ко лбу.

— Филориалы, вообще-то, существа по своей природе безжалостные, — вставил я. — Некоторые даже пытались съесть Кил и Имию. Руфт прекрасно понимает их.

Филориалы — это огромные птицы, которые любят впрягаться в повозки. Когда их выращивает Герой, их развитие идёт по особому пути. В большинстве своём эти существа прожорливые и жизнерадостные, однако и кровожадность в них тоже есть.

— Как мне на это реагировать? — растерянно спросил Мамору, следивший за нашим разговором.

Недавно мы выяснили, что вероятный изобретатель Филориалов — его боевая подруга, Герой Кнута Хорун.

В этой эпохе полно своих загадок, и нам нельзя расслабляться просто потому, что мы видели будущее. Мало ли, где нас поджидают неизведанные опасности.

— Кстати, Мамору. Как там твоя больная возлюбленная?

Прототипом для Филориалов послужила девушка Мамору — Герой Когтя Филория. Это имя она себе выбрала сама.

Про “больную” я высказался оптимистично, потому что фактически она умерла в бою. Однако Мамору пытается её воскресить. Сам по себе эксперимент по воскрешению прошёл совсем недавно, и я своим вопросом подталкивал предшественника к тому, чтобы он рассказал о нём.

— У него есть девушка? — Мелти посмотрела на Мамору, словно что-то поняв из моих слов.

— Всё хорошо. Благодаря вам она пошла на поправку… И кстати, здесь можно ничего не скрывать.

— Я уже догадалась, что именно ты скрываешь. Может, пора объявить об этом?

Сказывается голубая кровь Мелти. Ей совсем не трудно обходить в разговорах больные темы, если она понимает, что собеседник хочет сохранить нечто в тайне. Можно назвать это королевской учтивостью. Возможно, это необходимое качество, если пытаешься быть правителем крупнейшей страны мира.

— Да, уже пора. Всё это благодаря вам, Наофуми и остальные. Однако… я вас прошу не говорить Наталии, — Мамору усмехнулся и начал рассказывать Мелти свои секреты.

Он поведал ей, что накануне битвы с самопровозглашённым богом девочка по имени Сиан — одна из сирот, за которыми присматривает Мамору — помогла нам проникнуть в секретную лабораторию Шильтрана. Затем пересказал всю суть своего проекта по воскрешению Филории и биоалхимических экспериментов по выведению предков четырёх элитных рас Шильтвельта. Наконец, он рассказал про нашу битву. Не сумев нас одолеть, Мамору по совету Сиан признал поражение и рассказал нам о случившемся, после чего мы помогли ему разобраться с большинством насущных вопросов.

— Не скажу, что эти исследования мне по душе, но, возможно, наших врагов по-другому не победить.

После того, что Мелти увидела на волне, я не удивлён, что она так думает. У нас по счастливой случайности было подходящее оружие, но в противном случае мы бы ни за что не победили.

Кроме того, исследования Мамору так или иначе приведут к появлению Филориалов.

— Что же, всё понятно… Не думала, что Филориалы скрывают такую печальную тайну, — подытожила Мелти.

— Неужели ты так просто смиришься с этим, Мелти-тян? А ты, Руфт? — удивилась Рафталия.

— Что изменится, если я начну возмущаться? Наофуми ведь уже обо всём договорился, разве нет?

— Разве Мии-кун чем-то отличается от них? И с рафообразными похожая история, хоть они и появились иначе, — невозмутимо заявил Руфт.

Кстати говоря, в последнее время Руфт пользуется зверочеловеческой рафообразной формой, в которой звериного примерно столько же, сколько в Кил. Когда он переключается на получеловеческую форму, Рафталия начинает хмуриться. Думаю, причина в том, что он начинает напоминать ей отца. Иногда я даже задумываюсь, какую из форм Руфта Рафталия предпочитает.

— Да, конечно, ты ведь и сам жертва научных экспериментов. Зря я переживала насчёт твоей реакции.

— Здорово ведь получилось, — заявил Руфт, гордо демонстрируя свой облик.

Рафталия его проигнорировала.

— И кстати, — продолжила Мелти. — С учётом того, как сейчас выглядит деревня Наофуми, разве мы вообще вправе рассуждать об этичности?

— Ох… Это точно. Достаточно посмотреть на рафообразных, Руфта или Руфта. Наофуми-сама ещё заявлял, что хотел бы, чтобы и я стала как Руфт.

Видимо, Рафталии это и правда покоя не даёт.

— А-ха-ха... Значит, мы с тобой родственные души, — усмехнулся Мамору. — Рад, что мы с тобой на одной волне.

— Однако врагам об этом однозначно знать незачем, — заметила Мелти. — И от Наталии твои эксперименты лучше скрыть.

— Наверное… Хотя я больше всего боюсь, что моя помощь выйдет боком, после чего Мамору возненавидит нас и решит, что нашему союзу конец, — высказался я.

— Я просил вас о помощи с полным осознанием рисков. Даже если случится худшее, я на вас не обижусь… И о чём вообще речь, если Филория уже пришла в сознание? Этот вопрос можно больше не поднимать.

По ходу речи Мамору то и дело нервно смотрел на дверь. Его можно понять — Филория всё-таки его возлюбленная. Наверняка ему хочется всё бросить и побежать к ней сию же секунду.

— О, правда? — спросила Мелти.

— Да. Мы уже можем выпустить её из лаборатории.

Должен признать, я и сам не ожидал таких успехов.

— Она уже в сознании и разговаривает. Я уже успел рассказать ей о вас. Приходите к ней со мной, я хочу вас представить.

— Я, конечно, не против… Но если она растает при выходе из цистерны, то мы тут ни при чём.

— Зачем ты вообще предполагаешь такие ужасы, Наофуми? — удивилась Мелти.

— Даже если так случится, вина будет на мне, — заверил Мамору. — К тому же я делаю всё возможное, чтобы ничего такого не случилось, поэтому не волнуйтесь.

На этом заседание подошло к концу, и мы отправились в секретную лабораторию Мамору.

Мы спустились в подземелье замка Шильтрана. У самого конца лестницы нам помахала рукой Фитория — фамильяр Мамору и охранница входа в лабораторию.

Внешне она выглядит ещё моложе и ещё равнодушнее известной нам Фитории. Она чем-то напоминает робота — не проявляет никакой инициативы и умеет лишь выполнять приказы.

— Слушай, Наофуми. Это ведь… маленькая Фитория-сан? — Спросила Мелти.

— Возможно… Но я думаю, это всё-таки не та Фитория, которую мы знаем.

— Конечно, я и до этого не сомневалась в твоих словах, но по-настоящему поверила в них только увидев Фиторию.

— Ты лучше думай, что это Прото-Фитория.

— Просто потому что так круче звучит?

— Да нет… Она действительно чем-то отличается от нашей Фитории. Поэтому я думаю, что они всего лишь тёзки. К тому же Хорун говорила, что ещё продолжает над ней работать.

Возможно, у Фитории пока закончена только оболочка, а полноценную личность внутри неё вложат позже. Конечно, сейчас эта Фитория тоже похожа на нашу… но не совсем. Ей, как бы это сказать… недостаёт души. И это достаточно заметно, чтобы я делал выводы.

— Действительно, Наофуми-сама… Несмотря на всё сходство, это всё же не она. Теперь я действительно почувствовала, что вы говорили правду, — заявила Рафталия.

Тем временем мы вошли в лабораторию. Сироты уже закончили лечебные процедуры и отдыхали в замке, так что половина цистерн пустовала. В оставшихся плавали результаты ещё одного эксперимента Мамору — клоны Филории… будущие Филориалы.

Наконец, в самой последней цистерне мы увидели девочку. Она выглядела здоровее, чем в прошлый раз, и плавала с поднятой головой. У неё были длинные волосы и черты лица, напоминавшие одновременно Фиторию и Рэйн. Из спины торчали красные крылышки, но за это следовало благодарить гены Судзаку.

— О-о, пришли, наконец? — встретила нас Хорун, Герой Кнута этой эпохи.

Эта девушка, сама себя называвшая коварным алхимиком, вроде как далёкий предок алхимика Ратотиль, которая ухаживает за монстрами нашей деревни. Она в совершенстве освоила Звёздный Кнут и вовсю проводит различные научные эксперименты. Будучи союзницей Мамору, она принимала непосредственное участие во всех опытах этой лаборатории. Я предполагаю, что это не Мамору, а именно Хорун создала Филориалов и привила им нелюбовь к драконам. По её собственным словам, ей не нравится первенство драконов среди монстров. Рато, её наследница, тоже унаследовала это мнение.

— Раз вы здесь, то Филорию пора выпускать? По крайней мере, у меня всё готово.

— Спасибо, Хорун.

— Что насчёт Рэйн?

Действительно, Рэйн с нами не было, потому что она вовсю тренирует Сэйн.

— Она уже приходила и разговаривала с Филорией, но та почему-то разозлилась и прогнала её, — пояснила Хорун.

— Она что-то не к месту сказала?

Рэйн — это Герой Шитья из параллельного мира и предположительно предок Сэйн. Думаю, лучше всего её можно описать как чрезвычайно легкомысленную девушку. Её младшую сестру Филорию призвало в этот мир Героем Когтя. Рэйн искала её и в конце концов нашла здесь, заодно познакомившись с Мамору.

Она совершенно не умеет сдерживать себя, и однажды даже заявила мне, что “с тобой, наверное, и трахаться не больно”. Я ей этого ни за что не прощу.

В конце концов, мне есть что на это возразить! Я ведь могу при готовке резать продукты ножом!

“Но нож режет их своей собственной силой, а секс должен проходить по правилам безоружной атаки”, — всплыло в голове опровержение, но я тут же прогнал его.

Как бы там ни было, перлы Рэйн выдает регулярно. Вот и сейчас, наверное, сказала что-нибудь такое, что её собственная сестра не выдержала и выгнала её.

— Вначале разговор складывался хорошо. Но потом Филория её почему-то прогнала.

— Ага, понятно.

Интересно, как себя чувствует Рэйн после того, как сестра не разрешила ей поприсутствовать на таком важном и даже в чём-то торжественном мероприятии как выход из цистерны?

Вдруг я заметил в дверном проёме подглядывающую Сиан.

— Ой, сестрица Филория сейчас выйдет? — обратилась она к нам, окинув взглядом комнату.

— Скорее всего.

— А где Фоур?

— В деревне должен быть.

— Да? Почему?

— Нас сюда пригласили во время собрания, в котором Фоур не участвовал.

— Ясно.

Так вот, Сиан — это кошкодевочка-сирота и… судя по всему, далёкий предок хакукообразных — расы, к которой относится Фоур.

Тут вообще так, куда ни плюнь — всюду предки.

Сиан почему-то совсем не боится Фоура и охотно идёт с ним на контакт — совсем не так, как со мной и Мамору. Она даже пытается им командовать, словно старшая сестра.

Фоур чувствует себя неловко рядом с ней и старается без необходимости с ней не общаться. Скорее всего, Сиан чем-то напоминает ему Атлу.

— Филория, — сказал Мамору, но девушка в цистерне не отреагировала.

Она выглядела в точности как раньше, явных отличий я не заметил. Мы столкнулись с явным расхождением между представлениями Мамору и реальностью. Появилось неприятное предчувствие: неужели что-то пошло не так?

— Филория? Эй! Всё хорошо?!

Мамору кинулся проверять показатели, выведенные на экран перед цистерной, однако они сообщали, что девушка жива и здорова.

Гм? Мне показалось, или Филория попыталась незаметно приоткрыть глаза и посмотреть на нас?

— Что? Ох…

На экране вдруг появился какой-то текст. Увидев его, Мамору нахмурился и тяжело вздохнул. Затем несколько раз что-то напечатал на клавиатуре. Когда появлялись ответы, он озадаченно чесал голову. Наконец, он словно смирился с судьбой, поднял глаза на девушку, опустил плечи и заявил:

— Эх… Ладно! Всё готово к ритуалу! Восстань же, о сильнейшее создание из всех, сотворённых мной!

Что это за манера речи такая? Но не успел я удивиться, как Мамору нажал на кнопку. Вода в цистерне пошла пузырями и начала уходить. Раздался громкий пшик, повалил пар, и корпус цистерны раскрылся.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Долгожданное пробуждение от вечного сна! Торжественное возвращение Филории! — прокричала сквозь дым дремавшая в цистерне девушка, закрывая правый глаз и вставая в стереотипную позу. — Благодарю вас за пробуждение! Такими темпами ваши имена украсят первую же страницу Дарк Брейв Хрониклов[*], которые однажды расскажут историю Алой Ред Шедоувинг[*]! Проявите вашу силу и заслужите место в истории!

Филория смотрела на нас с самодовольным видом, закрывая рукой глаз.

Вокруг повисла тишина.

Её настоящее имя Рийн, поэтому я и раньше думал, что она немного странная. Ну кто будет пользоваться суматохой призыва, чтобы сменить имя на Филорию? Теперь понятно, кто.

— Прости, Мамору. Кажется, эксперимент по воскрешению провалился, или мы разбудили её слишком рано. У неё крыша даже не поехала, а помчалась. Предлагаю её поскорее грохнуть, а останки сжечь, пока ещё есть возможность.

— А? Эй! — с искренним изумлением на лице крикнула Филория.

— Я же говорил, — сказал Мамору с усталым видом, — Наофуми твои шутки не оценит.

— Это не шутки! Я Дарк Брейв! Я крутая!

Кажется, Мамору и Филория разошлись во мнениях.

— Сестрица Филория совсем не изменилась. А я так волновалась, — сказала Сиан.

— Вот это, по-твоему, успех?

— Угу, — Сиан кивнула.

Нет, но… от неё ведь за считаные секунды устанешь. Не понимаю вкусов Мамору. Тем более, я всегда считал его адекватным человеком — особенно после того, как он поставил под сомнение решение Шильтрана самоустраниться от борьбы с волнами и оставить её Героям. Под этим заявлением я бы и сам охотно подписался, но теперь Мамору себя показывает последним придурком.

— Она постоянно так дурачится, но в ответственные моменты становится серьёзной, — пояснила Сиан.

— А-а, это понятно… Лучше бы она всегда была серьёзной.

— Согласна.

— Может, надо было что-то подкрутить, пока она была в цистерне?

— Но тогда это было бы не воскрешение Филории. Наверное, Мамору мечтал именно об этом.

— Как о таком можно мечтать?

— Оставьте её в покое, ладно? Придёт время, и она ответит на все ваши вопросы всерьёз.

Но она… совсем не из тех людей, с кем я хотел бы общаться.

— Что-то рассказ Наофуми всё больше похож на правду, — сказала Мелти, вздохнула и кивнула.

— Мелти-тян? Почему ты так решила? — Удивилась Рафталия.

Впрочем, мы с Руфтом недоумевали не меньше, чем она.

— Наофуми, ты что, не знаешь? Среди Филориалов иногда встречаются некоторые, которые пытаются красоваться и пользуются похожими непонятными словами.

— Вот как? Не знаю и знать не хочу.

Все Филориалы, которых я знаю — легкомысленные обжоры. Таких тяжёлых помешательств я среди них не припоминаю.

— Если такой Филориал будет общаться с другими, то постепенно и они начнут пользоваться этой речью.

Боже, эта болезнь ещё и заразная. Настоящая инфекция.

— Как этот синдром лечить?

— Фиро-тян и Хиё-тян не дают ему распространяться. И у многих Филориалов иммунитет от него.

— Неужели это всё, что можно сделать?

— В изолированных случаях достаточно обычного наблюдения.

— Всё-таки надо делать всех деревенских монстров рафообразными.

— Ага! — Поддержал меня Руфт.

— Пожалуйста, не надо подводить черту под разговорами такими заявлениями, — попросила Рафталия. — И кстати, нам не помешало бы представиться.

— Ах да, точно…

Помахав Мамору, я обратился к Филории, которая до сих пор настаивала на своём, словно капризный ребёнок.

— Я Иватани Наофуми, Герой Щита будущего. С разрешения Мамору живу в его стране. Будем знакомы.

Филория повернулась ко мне. Что-то в ней неумолимо напоминает мне Фиро. Сразу видно — прародитель Филориалов.

Я протянул ей леденцы, которые берёг на подарки Кил и остальным.

— О, спасибо!

Филория тут же схватила сладости и забросила их в рот.

— Как сла-адко! Как вку-усно!

Даже не знаю, что сказать. Ощущение, будто кормлю Филориала. Вот она, сила генетики.

— Ну-ну, — машинально сказал я и погладил Филорию по голове.

— Э-э, Наофуми? — удивился Мамору.

— Э-хе-хе… Тьфу! Как ты смеешь так обращаться с Брейв Кло[*] из Дарк Брейвов?! Его рука! Она тверда как камень! Я не могу её сдвинуть!

Филория попыталась сбить мою руку, но у неё не получилось, и она начала причитать.

Долго ещё она будет дурачиться? Я не прочь посмеяться над весельчаком, но поймут ли меня, если я засмеюсь сейчас?

— М-Мамору-у!

Ну вот, она бросилась Мамору на грудь… видимо, ей стало не по себе. Она ведёт себя точь в точь как Филориал, принадлежащий Мамору. Да и Мамору вёл себя соответствующе — обнял Филорию и успокаивающе погладил по голове.

— Смотри какое дело… если будешь вести себя прилично, Наофуми начнёт отвечать серьёзно. А пока ты дурачишься, он будет относиться к тебе как к ребёнку.

— Бу-у… Поняла.

Я всерьёз задумался, не переименовать ли её в Фиро-номер-два. Кажется, я понял формулу: смешать Мелти с Фиро… и добавить старого Рена.

— Я Филория, Герой Когтя и союзница Мамору. Это просто чудесно, что ты из будущего.

— Чудесно?

Что-то она всё больше и больше меня настораживает. Появилось ощущение, что с ней не стоит общаться… но я проигнорировал его и спросил:

— Ты ведь понимаешь, что произошло?

— Да, и мне с трудом верится, что ради моего воскрешения пришлось пойти на такие святотатства. Это достижение столь зловещее, что его и ересью называть лестно. Но я признаю, что часть вины лежит на мне, столь просто павшей в бою… Я желаю вместе встать на путь искупления и истово стремлюсь положить конец волнам.

Это у неё такая привычка — использовать трудные для понимания обороты? Из-за этого с ней даже говорить не хочется.

— Филория. Следи за словами.

— Короче, я не одобряю действия Мамору, но что поделаешь.

Подумать только, что ей понадобилось так много слов, чтобы выразить эту мысль. Отвратительно. Но так или иначе, придётся свыкнуться с мыслью, что передо мной предок Сэйн и Филориалов.

— Ага, очень приятно. Раз ты всё знаешь, то Мамору уже рассказал тебе о нашей цели?

— Да. Ты очень помог Мамору, поэтому теперь наш черёд. Мы обязательно вернём тебя в будущее, — сказала Филория и поклонилась. — Мои крылья повреждены воскрешением. Однако думаю, что благодаря силе Судзаку я могу превращать их в световые. Приятно познакомиться, Герой, — с этими словами Филория достала Звёздные Когти.

Также они называются Клановыми. Смысл этого слова в том, что Клановые Герои — это подчинённые Священных Героев, как в клановой иерархии. Каждый Клановый Герой задуман как слуга конкретного Священного. Значит ли это, что Герой Когтя должен быть слугой Щита? Понятия не имею, но у моих подчинённых такого Оружия нет.

Глава 2. Методы усиления Когтей и Молота

— Так получилось, что в наше время Звёздные Когти достались врагам, поэтому мы так и не узнали, что у них за метод усиления. Может, расскажете?

— Чего? Наофуми… — Мамору уставился на меня. — Ты такой сильный при том, что не знаешь метод Когтей?

— Ну? Я обязан, что ли?

— Да нет… У меня вопросов к твоей силе нет с тех самых пор, как ты сказал, что этот мир объединился с миром Меча, и вы получили все их методы усиления.

— Кажется, ты уже забыл, поэтому напомню: прямо сейчас их методы у меня не работают.

Я потерял примерно половину методов усиления. Как я это определил? Да из разговоров с Реном. Я сейчас могу использовать только методы Щита и Лука, а он — Меча и Копья.

Вот почему нам всё это время приходилось действовать слаженно, усиливая друг друга с помощью Ци и навыков, чтобы не казаться слишком слабыми. Можно сказать, что во многом тянуть прежний уровень мне помогает метод усиления Кнута.

Не буду исключать, что меня может до сих пор поддерживать и метод Зеркала.

В любом случае, методы Молота и Когтя нам нужны позарез. Даже странно, что я до сих пор не спросил о них у Мамору.

— И несмотря на это ты так силён? Жуть какая.

— Ха-ха-ха…

Филория зловеще засмеялась. Решив, что она вновь дурачится, я покосился на неё. Девушка тут же вздрогнула и выпрямилась.

— Метод усиления Когтя — это мастерство навыков, — объяснил Мамору. — От использования одних и тех же навыков у них растёт уровень, что улучшает их.

— Например, могут понизиться затраты Духа, как-то измениться эффекты, увеличиться сила, сократиться время восстановления, — пояснила Филория.

Мастерство навыков, значит…

Я открыл список навыков — и действительно: как только я осознал метод Когтей, рядом с каждым навыком появилось по шкале. Всё понятно, чем больше я ими пользуюсь, тем удобнее они становятся.

О, система учла и то, что я пользовался навыками всё это время. Особенно высокий уровень она присвоила Эрст/Секанд/Дритт Шилду и Щиту Метеора, потому что я включал их больше всего. Нужно будет посмотреть, как эти навыки изменились от резкого повышения уровня.

Помимо них метод заметно сказался на Флоут Шилде, который я тоже вызывал довольно часто.

Увы, в этой эпохе этот метод повлияет лишь на Героев этого мира. Рену же до полной коллекции не хватает… вроде бы Топора?

— Насчёт метода Молота ничего не знаете?

— По легенде — синтез оружия.

В нашу эпоху никаких легенд о методах усиления Оружия нет. Их стёрли из истории.

Впрочем, если Мамору знает про метод Молота, то этого достаточно. Я постарался представить, как должен выглядеть синтез оружия. Вроде бы это не слишком сложно.

— Иными словами, ты можешь переносить самые полезные особые эффекты с одного оружия на другое.

Думаю, это надо проверить на самом развитом из моих щитов — Панцире Лингуя.

[Панцирь Лингуя 100/100

Способность освоена… Бонус экипировки: Навык「S Float Shield」「Reflect Shield」

Особый эффект: Гравитационное поле, Восстановление души К, Похищение магии К, Гравитационный выстрел К, Усиление регенерации, Сопротивление магии (Сильное), Устойчивость к молниям, Иммунитет к вытягиванию Духа, Поддержка магии, Поддержка заклинаний, Растущая сила

Особый специальный эффект: Щит Метеора (Лингуй)

Зачарование предмета ур. 10: Повышение показателя защиты 15%

◯ ◯ ◯ ◯ ◯ ◯]

Ага, внизу появились кружочки. Видимо, это и есть метод Молота.

Кстати говоря, Щит Милосердия существует в своей особой категории, и использовать его для синтеза не получится. Его даже усиливать нельзя, однако он влияет на все другие щиты. Можно считать, что частичка Щита Милосердия есть в любом, даже самом слабом щите.

Ладно, попробую посадить в один из кружков Щит Пожирателя Душ, что ли.

Кстати, одно из сходств Панциря Лингуя с Щитом Милосердия — эффект Поддержка заклинаний. Как и Посох Подонка, он ускоряет использование магии. Кроме того, этим же занимается личность Мадракона, которую он подсадил в мою голову. Благодаря этому я сейчас использую Либирейшн-магию вдвое быстрее, чем раньше.

Но что-то я отвлёкся.

Даёшь синтез с Щитом Пожирателя Душ!

[Панцирь Лингуя 100/100

Способность освоена… Бонус экипировки: Навык「S Float Shield」「Reflect Shield」

Особый эффект: Гравитационное поле, Восстановление души К, Похищение магии К, Гравитационный выстрел К, Усиление регенерации, Сопротивление магии (Сильное), Устойчивость к молниям, Иммунитет к вытягиванию Духа, Поддержка магии, Поддержка заклинаний, Растущая сила

Особый специальный эффект: Щит Метеора (Лингуй)

Зачарование предмета ур. 10: Повышение показателя защиты 15%

Пожиратель душ ◯ ◯ ◯ ◯ ◯]

Ага, у Щита Пожирателя Душ сбросились усиления.

Я попробовал добавить ещё несколько усиленных щитов, но какое-то ограничение не позволяло продолжить. Видимо, второй щит должен быть достаточно сильным?

Что-то пока не очень получается…

Глаз зацепился за Рефлект Шилд в описании Панциря Лингуя. Что-то я этим навыком совсем не пользуюсь. Вообще этот навык позволяет временно добавить контратаку любому щиту, у которого её ещё нет. Вот только обычно я пользуюсь либо Панцирем Лингуя, либо Истинным Щитом Магического Дракона, у которых и без того прекрасные контратаки, так что от этого навыка толку нет. Поправка — ещё я начал пользоваться Гневным Щитом, потому что он стал более-менее управляемым.

В общем, навык пылится без дела. Не был бы он таким узкоспециализированным… С его помощью нельзя, например, продублировать уже имеющийся эффект.

Хотя много ли вообще толку от контратак? Мне ведь всё равно не потягаться с силой Рафталии и Рена. Единственное, на что я могу надеяться — это на дополнительные эффекты от контратак, но в большинстве своём враги хорошо защищены от яда, паралича и так далее. К тому же я часто останавливаю атаки Щитом Метеора — в этом случае никакие контратаки не срабатывают.

Кстати, на меня ведь до сих пор действует сила Кланового Зеркала. Думаю, оно тоже оказывает какое-то влияние на Щит. Это видно хотя бы по тому, что мне порой открываются новые Зеркала. Кроме того, в Статусе заметны эффекты усилений, которые я проводил по его методу. Поэтому мои характеристики несколько выше чем у Рена, Рафталии и Фоура — по крайней мере, выше тех чисел, которые они называли. Будь у нас Ицуки, мы могли бы окончательно убедиться, что Оружие из мира Кидзуны продолжает влиять на нас.

Кстати, на Рафталию сейчас действуют Охотничье Оружие, Драгоценный Камень, Катана, Зеркало, Гарпун и Книга. К сожалению, отключился Ярлык, очень похожий по своим свойствам на Кнут. Однако уже выполненные им усиления ещё в силе, к тому же они не конфликтуют с усилениями Кнута. Однако Рафталия добавила, что коэффициенты усиления серьёзно пострадали.

Ладно, вернёмся к методу Молота.

Насколько я вижу, синтез можно отменять. Однако на Щите Пожирателя Душ появился какой-то счётчик оставшихся попыток, который показывал две из трёх. Что, если они закончатся?

— Мамору, у меня на щите какой-то счётчик.

— А, если он обнулится, не сможешь переключаться на этот щит. Восстановить заряды можно, впитав те же материалы, из которых открылся щит.

Так и знал, что надо ожидать чего-то подобного.

— Вообще, система синтеза достаточно глубокая. Иногда в результате получается оружие, которое нельзя получить иначе.

— О-о…

Мне вспомнился один известный рогалик[*], в котором можно получать оружие, сдавая усиленные клинки кузнецу. Особенно самый сильный меч той игры, который получается при синтезе по особым правилам.

Но, увы, сейчас о мечах мечтать не приходится — синтез доступен только мне, а не Рену.

— Вот бы как там забить слоты “тяжеловесом”, и можно будет не беспокоиться о еде.

— Ты о чём?

С таким щитом можно было не беспокоиться об эффектах, которые уменьшают желудок игрока.

— Ты про игру какую-то?

— Типа того.

Я уже сталкивался с таким эффектом, как Эволюция, но синтез может быть ещё одним способом получать улучшенные версии имеющихся щитов. Скорее всего, для этого лучше подойдут щиты, максимально улучшенные с помощью материалов по одному из методов Лука.

Филория вдруг гордо вскинула голову и переключила Когти. Теперь они выглядели как драконьи пасти.

— Вот, эти я синтезировала из нескольких видов когтей с прибавками на урон по драконам. Хе-хе-хе… Складывать подобное с подобным — верный способ нарастить силу и сгустить тьму…

— Ага, понял.

В целом меня радует мысль о том, что некоторые сочетания щитов могут создать новое оружие.

— А… И это всё, что ты хочешь сказать?

— Филория, не ожидай, что Наофуми будет тебе подыгрывать. Этот человек — настоящий эксперт в том, чтобы игнорировать кривляния остальных.

У нас разделение обязанностей: я игнорирую, Рафталия комментирует. Так что шутки советую адресовать ей. С этой мыслью я повернулся к своей самой верной спутнице.

— Наофуми-сама, не сваливайте на меня эту работу, я не хочу ей заниматься.

Откровенно говоря, общение с Филорией меня уже вымотало. Но можно хотя бы порадоваться тому, что я разжился ценной информацией.

Подводя итог, Клановый Молот оказался в некотором смысле кузнечным Оружием. Ничего не скажешь, легко запоминается.

Вопрос только в том, какие комбинации Щитов подают надежды. Разумеется, я попытался скрестить Гневный Щит и Щит Милосердия, но ничего не вышло. Нулевой Щит тоже ни с чем не сочетается. Очевидно, нестандартные щиты в этой системе не участвуют.

Думаю, в таких условиях правильнее всего будет скрещивать Панцирь Лингуя и Истинный Щит Магического Дракона.

Базой для всех моих опытов будет Панцирь Лингуя… Сдаётся мне, крайне мощный щит получился бы из смеси щитов всех зверей-защитников, но жаль, что мне это не светит.

На самом деле Гаэлион при желании мог бы стать Инлуном, но нам бы тогда пришлось с ним сражаться. Так что лучше, наверное, махнуть рукой? Или хватило бы чешуйки Гаэлиона? Мне вспомнились рассказы о том, что Мадракон в своё время был запечатан не хуже зверей-защитников. Возможно, какая-то совместимость между драконами и другими важными монстрами быть должна.

Впрочем, пока что мне для опытов хватит и щитов из останков Лингуя и Фэнхуана.

Итак, прибавив Истинный Щит Магического Дракона, я открыл у Панциря Лингуя два новых эффекта: “Чешуя дракона” и “Магический выстрел К”. Однако это не значит, что все контратаки срабатывают одновременно — их нужно выбирать, так что в битвах теперь появится ещё один стратегический элемент.

Всё-таки трудно привыкнуть к прошлому. Как же я рад, что считавшиеся утраченными методы усиления так легко и просто обнаруживаются снова.

— Кстати, какое последнее Клановое Оружие?

У Хорун Кнут, у Филории Когти, где-то есть Молот. Однако должно быть и четвёртое.

— Мы думаем… что это Повозка.

— Повозка?

Так и знал, что это она — та самая, которой в нашем мире владеет Фитория. Уверен на все сто. Одно только неясно: почему Фитория скрывала от нас правду?

— Какой у неё метод усиления?

— Неизвестно, потому что у неё было так мало обладателей. Даже арбитр разводит руками и не понимает, как Оружие может быть настолько привередливым.

Серьёзно? Можно я заберу назад слова о том, как в прошлом всё легко и просто? Получается, что Эссенция этого Оружия такая же подозрительно скрытная, как и будущая обладательница Повозки?

Как вернёмся, вытрясу из Фитории метод.

— Нам нельзя постоянно полагаться на силу Наофуми и других нашей гостей. Нужно поскорее найти достойного обладателя Молота, — заявил Мамору.

— А я чувствую в себе новую силу и готова пустить её в дело! Но сначала встречусь с остальными! — Филория помчалась вперёд, расставив руки в стороны, будто крылья самолёта.

Её характер напоминает мне Фиро.

— Может быть, ты для начала познакомишься с нами? — спросила Мелти.

— Ой, точно!

Филория торопливо пожала всем руки, завершая знакомство.

Вот так прошло возвращение в мир живых Филории — девушки с характером Филориала.

Как только мы вышли из лаборатории, к нам сбежались дети Мамору.

— Сестрица Филория!

— Да! Я вернулась! Надеюсь, вы все хорошо себя вели?! — Филория приняла ту же позу, в которой впервые появилась.

— Ага!

— Бессовестные врунишки! Мои глаза так просто не обмануть!

— Гха! Сестрица Филория злится!

Решив, что их сейчас будут ругать, дети развернулись, собираясь бежать. Однако Филория мигом встала на их пути и обвела взглядом. Она точно сердится?

Вдохнув и выдохнув, Филория положила руки на головы детей и ласково, но строго сказала:

— Я понимаю, что вы чувствовали, но вы должны останавливать Мамору, когда он заходит слишком далеко.

— Но… мы… хотели помочь ему…

— Тем не менее, я совсем не обрадовалась, когда узнала, что стало с вашими телами… Но что сделано, то сделано, так что больше эту тему не поднимаю.

— …

— Я понимаю, чья это вина. Возможно даже, что эти исследования были ключом к развитию Шильтрана. Но они… плохие. Ими нельзя гордиться, поняли?

— Да…

Филория улыбнулась и потрепала приунывших детей по волосам.

— Ну а теперь пришло время захватить мир с помощью пробудившейся в нас силы!

— Да-а!

Мы точно можем доверять Филории? Потому что такое чувство, будто в ней смешались две противоположные сущности: благородного героя, который свято чтит мораль, и беззаботной дурочки, которая не думает о последствиях.

Наверное, её можно считать такой же непостижимой как Садина.

Во время разговора к нам из двора замка вышли Рэйн и Сэйн.

— Я-то думала, что за шумиха. Вернулась всё-таки?

— А, госпожа Рэйн, это вы?

Весь настрой Филории куда-то подевался. Она обратилась к Рэйн словно официантка к постоянному гостю. При этом у неё дернулся глаз. Кажется, Филория недолюбливает эту девушку.

— Что значит “госпожа” и “вы”?! Я твоя родная сестра! — Рэйн схватила Филорию и утопила её голову в своей груди.

— Уа-а-а-а-а! Пусти меня, сиськодемон!

Я и не замечал, что у Рэйн настолько большая грудь. Мне казалось, она где-то на уровне Рафталии и Садины. И, разумеется, гораздо крупнее, чем у плоских Мелти и Фиро.

Хм? Но отсюда следует, что Рафталия тоже объёмистая. Хотя к чёрту такие мысли. Зачем вообще думать о груди? Скукотища одна.

Пока я молча думал о своём, Филория вырвалась из плена словно опытный дзюдоист и сразу отпрыгнула.

— Ты едва не вернула меня в загробный мир, коварная Брейв из параллельного мира!

Снова захотелось спросить Мамору, что он нашёл в этой девушке с переменчивым характером.

— Да уж… Это хорошо, что ты разговариваешь как прежде, но и твоя любовь к театральности ничуть не изменилась.

— Кхм… Госпожа, Рэйн, когда вы соизволите вернуться в ваш мир?

— Да что ты так с сестрой общаешься?!

Рэйн вновь попыталась заключить Филорию в объятия, но та предупредительно вскинула руки. Девушки выжидающе следили друг за другом. Из-за поднятых рук они напоминали двух медведиц, которые безуспешно угрожали друг другу.

— Эта земля — дом моей души. И я бы предпочла, чтобы сомнительные личности поскорее ушли восвояси.

Ясно одно: Филория недолюбливает свою сестру. В этом я её понимаю — я бы и сам предпочёл не общаться с этой извращенкой. Она постоянный источник грубостей в мой адрес, поэтому мне легко представить, что Филории до призыва в этот мир приходилось очень несладко.

Заодно я начал понимать эмоции Силдины и Сэйн. Видимо, старшие сёстры — они в большинстве своём именно такие. Хотя я продолжу лелеять надежду, что просто столкнулся с тремя исключениями, а реальность не настолько жестока.

— Ну что ты, Филория. Рэйн тоже переживала за тебя, не надо считать её злодейкой, — укоризненно вмешался Мамору.

— Ну ладно… Прости, — Филория поморщилась, но руки опустила.

— Надеюсь, это было искренне. Ну что, я так поняла, ты разговаривала с детьми?

— Угу, надо было их пожурить. Далеко не каждый заслужил мою похвалу.

— Мы все здесь сообщники в том, что творилось в лаборатории. И мы нисколько не сожалеем.

— Ладно, закроем эту тему. Кто это рядом с тобой?

— А, это Сэйн, она из нашего мира, но попала сюда из будущего вместе с Наофуми. Она говорит, что в будущем наш мир погибнет.

Сэйн хмуро следила за разговором Филории и Рэйн, но когда речь зашла о ней, она достала Швейное Оружие, затем протянула руку.

— Я Филория, Брейв Кло из Дарк Брейвов. Очень приятно.

— … — Сэйн посмотрела на меня, не понимая, как реагировать на эти слова.

Я взглядом попросил вести себя как обычно.

— Сэйн. Герой Шитья будущего. Хотя в последнее время меня уже не считают Героем.

Когда мы сражались с самопровозглашённым богом, он даже не стал рассматривать Сэйн как Героя. Всё из-за того, что Клановое Оружие погибшего мира теряет силу. Однако в последнее время Сэйн научилась разговаривать без пропусков в речи, вызванных ошибками в функции перевода.

— В её время умения, которыми пользуется Рэйн, уже утеряны. Вот поэтому Сэйн у неё учится, — пояснил я.

Филория наклонилась к Сэйн с таким видом, словно не поверила своим ушам.

— Что? Неужели ты умудряешься так долго её терпеть? Её бредни слушать — это же повеситься можно.

Я еле удержался от того, чтобы не крикнуть: “Кто бы говорил!”

Сэйн посмотрела на Филорию непонимающим взглядом.

— Сэйн и сама болтушка. Она много рассказывает о себе, — сказала Рэйн.

Кстати, и правда. Если уж Сэйн начала говорить, её не остановить. К тому же у двух девушек из одного мира наверняка много тем для обсуждения.

— Правда? Тогда и я попробую с ней поговорить. Интересно, как там оно в ином времени… Хе-хе-хе, да снизойдут на меня откровения Брейва будущего!

Вторая половина реплики меня встревожила, но я решил промолчать. В конце концов, пусть делает что хочет, лишь бы вреда не было.

— Рийн, ты ведь хорошо разбираешься в магии? Может, поучишь её? А то меня одной, кажется, не хватит, чтобы научить её световым крыльям.

— Не называй меня этим ложным именем! Ох, и тяжела участь Дарк Брейва, ведь её сестра так беспомощна. Да будет так. Хуже не станет.

О? Филория готова учить Сэйн магии их мира? Думаю, от этого она станет гораздо сильнее.

— Тогда пусть остаются здесь и занимаются дальше? — предложил я.

— Нет, Наофуми. Я думаю, сначала ей всё-таки нужно дойти до твоей деревни и познакомиться с Наталией, — ответил Мамору.

— Понятно. Да и полдень уже прошёл… Заберём Кил и остальных, пообедаем и заодно разберёмся с делами.

Мы отыскали команду Кил, которая занималась нашим магазином в столичном городе, и дружно вернулись в деревню.

Глава 3. Экспериментальное оружие Хорун

Вернувшись в деревню, я приказал команде Кил разойтись. Затем мы отправились на тренировочную площадку, где занимаются Фоур, Рен и Эклер. Как мне сказали, Наталия сейчас тоже с ними.

Мы дошли и…

— Ха-а! Восьмигранный…

— Даф-ф!

Наталия от души замахнулась молотом, пытаясь прихлопнуть Раф-тян-два, также известную как Даф-тян. Однако та с потрясающей лёгкостью уклонилась и словно в ответ стукнула Наталию по голове маленькой киянкой.

— Кх… Что это за существо такое?! Она слишком хорошо натренирована уходить от атак!

— Опять позоришься, уже входит в привычку… Но вздыхать об этом, похоже, бессмысленно. По крайней мере, ты сражаешься лучше своего отца, — тоскливо прокомментировал Аквадракон.

— Дафу-у!

Вот так мы неожиданно увидели, как Даф-тян практически издевается над Наталией.

— Рафу-у! — Раф-тян заметила нас и сразу подбежала.

— Мы вернулись.

— С возвращением.

Следом на нас обратил внимание Рен и прервал свою тренировку. Вскоре то же самое сделала и Наталия.

— Вас так много пришло. Что-то случилось? — поинтересовалась Наталия.

— Да так, мелочь одна.

— Тогда зачем вы здесь? Или это такое редкое и стоящее зрелище — увидеть, как арбитр уступает в бою?

— Дело не в этом. Я вообще не в курсе, насколько ты сильна.

Судя по тому, сколько нас предупреждал Мамору, она достаточно сильный боец, но я, наверное, переоценивал её, раз она не может совладать даже с Даф-тян.

— Дафу.

— Она какая-то ненормальная! Это существо двигается так, словно предвидит все мои действия!

— Ну, неудивительно…

Речь о рафообразной, которая смогла отбить даже лобовую атаку Садины. Думаю, даже среди моих спутников крайне мало бойцов, способных победить её в настоящей, серьёзной битве. Даже Рафталии оказалось очень трудно попасть Катаной по ней, когда она взяла под контроль тело Силдины. Более того, при этом Даф-тян нарочно поддавалась и подставлялась под удар, а Силдина сопротивлялась. Если Даф-тян и при таких условиях была сильна, то уж в форме рафообразной и свободная от всех ограничений она тем более непобедима.

— Даф-даф!

Вообще, я не собирался скрывать от Наталии сущность Даф-тян, но та зашумела, словно прося ничего не говорить. Не понимаю, в чём дело. Мне даже стало жаль Наталию, от которой все что-то прячут. Она не знает ни секретов Мамору, ни множества других вещей.

— Скорее всего, внутри неё какая-то созданная в Кутенро технология. Нечто вроде ядра императора драконов, — высказал Аквадракон неверную, но не слишком далёкую от истины догадку. — Хотя в будущем многие интересные технологии запечатаны, если Кутенро владеет такой силой, я думаю, за него можно не переживать. Она указывает нам как на это, так и на твои слабости.

— Лучше не надо. Если Наталия станет ещё сильнее, нам станет только хуже, — тихо проворчал Мамору.

Действительно, ничего хорошего это не предвещает. Она уже как-то раз чуть ли не собралась нас казнить.

— Почему бы тебе не поучиться у неё, раз представилась возможность? — предложил Аквадракон.

— Обидно с этим соглашаться, но ничего не поделаешь. Полагаю, ей есть чему меня научить. Но перед этим… — Наталия скосила взгляд на Филорию. — Я хочу понять, что здесь делает павшая в бою девушка. Ещё и с какими-то крыльями.

— Хе-хе-хе! Павшая в бою? Это ты пала жертвой обмана, арбитр, а должна уметь видеть истину, чтобы судить по справедливости! — отозвалась Филория подозрительно бодрым голосом, вновь закрыла глаз рукой и продолжила: — Я полагалась на некоторые коварные силы и, сопротивляясь им, изрядно ослабла. Предвидев грядущие трудности, я обратилась за помощью к Брейв Випу[*] и создала куклу, чтобы та сражалась вместо меня. Эта кукла и была уничтожена в бою.

Скорее всего, это оправдание придумал Мамору, решив, что оно сможет обмануть Наталию.

— Вот как?

Несмотря на подозрения во взгляде, похоже, что арбитр приняла объяснение. Скорее всего, причина в том, что даже Наталии не хочется слишком долго разговаривать с Филорией.

— Что касается крыльев, то ответь мне, арбитр, насколько хорошо ты знаешь мою расу? У нас есть способность впитывать силу некоторых сильных существ! И вот я смогла обрести силу Судзаку! А тебе остаётся только смотреть на мои будущие подвиги и оплакивать своё бессилие!

— Ты получила силу Судзаку? Ладно, хорошо. Действительно, я мало знаю об особенностях рас из параллельных миров.

Филорию трудно заподозрить в однозначной лжи. Тем более, Наталия призналась, что мало знает о её расе.

Но как же раздражает бойкость этой девушки! Она ведёт себя словно ребёнок, которому зачем-то хочется быть в центре внимания, а любые её слова могут с лёгкостью оказаться как правдой, так и ложью.

— Ладно. Вы что-то от меня хотели?

Видимо, Наталия тоже успела устать от Филории, потому что повернулась к нам. Прекрасно её понимаю. Сам стараюсь поскорее завершать разговоры с раздражающими людьми.

— Что ты знаешь про Клановый Молот? Мамору хочет нового союзника.

— Клановый Молот — это Оружие, существующее для поддержки Священного Щита. Его роль — быть кузнецом и советником Героя Щита. Это обусловлено самими свойствами этих орудий. Попробуй сравнить эффективность молота против щита, особенно в сравнении с когтями.

Речь сейчас шла не о Легендарном Оружии, а просто об абстрактном щите и о молоте — инструменте для нанесения дробящих ударов.

Что будет, если защищаться щитом от молота и от когтей? Когти — это инструмент для нанесения рубящих ударов. Этим они отличаются от рукавиц, которые лишь усиливают обычные кулачные удары.

Если боец, вооружённый когтями, попытается полоснуть щитовика, то тот с лёгкостью защитится, пользуясь размерами щита.

Однако с молотом так не выйдет. Молоту трудно повредить щит или доспех, зато импульс удара перейдёт в руку или тело.

Да, теперь понятно. Видимо, Клановый Молот — это своего рода антагонист Священного Щита. Поэтому было бы неплохо найти этому Оружию нового обладателя, чтобы держать его рядом.

— Нового союзника, значит? Я понимаю ход твоих мыслей, — кивнув, продолжила Наталия, пока я раздумывал. — Что касается Кланового Молота, то он исчез в неизвестном направлении после гибели предыдущего обладателя. Наверное, пора и правда выяснить, куда он подевался.

— Тебе под силу его отыскать?

— По крайней мере примерную область для поиска определить могу.

Она и такое умеет? Вот бы Рафталия и Руфт научились так делать.

С этой мыслью я повернулся к ним. Рафталия кивнула, словно прочитав мои мысли, а Руфт посмотрел на меня горящими глазами.

— Раз так, мне придётся на время вас покинуть.

Наталия собралась уходить, но тут вмешалась молчаливо стоявшая Хорун:

— Ну-ка стой-ка. Мало ли кому захочется повыяснять отношения с гуляющим по миру арбитром после того как ты встала на сторону Героев, победивших самопровозглашённого бога.

— С этим я и сама разберусь, — равнодушно отрезала Наталия.

Судя по её тону, она искренне ненавидит Хорун.

— Вот как? Значит, ты уйдёшь, не увидев доказательство моей доброй воли и новое изобретение?

— Ты опять что-то натворила? Неужели тебя ничто не учит?

— За кого ты меня держишь? Не волнуйся, ничего плохого не случится. Думаю, одна остановка в пути тебя особо не задержит, — заявила Хорун, слегка поддразнивая арбитра.

Наталия вздохнула.

— Ладно, всё равно мне по пути. Итак, что именно ты натворила?

— Потерпи, а то неинтересно будет. Так во-от, Мамору, Наофуми, Филория и повелительница, надеюсь, вы не против быстренько вернуться в Шильтран вместе со мной?

— Ты хочешь отложить обед на потом? — уточнил я и тут же ощутил на себе пристальный взгляд Наталии.

Посмотрел по сторонам и увидел искры в глазах других жителей деревни.

— О-хо-хо, раз так, сбегаем уже после еды, — сдалась Хорун. — Ничего, изобретения не сбегут. Заодно покажу тебе, как поживают дети, которые придут сюда пообедать.

Таким образом мы решили первым делом поесть, а уже потом идти разбираться с изобретениями Хорун.

Сдаётся мне, Наталия не возмутилась, потому что уже успела полюбить нашу еду.

— Гм. Да, это настолько вкусно, что пища Кутенро и рядом не стояла, — заявил Аквадракон, поедая угощения с впечатляющим аппетитом.

— Если достанешь мне морепродуктов, я могу воссоздать кухню Кутенро. Я ведь там бывал.

— Неплохая мысль. Можешь ждать гостинцев из нашего похода. Да ведь?

Интересно, как так получилось, что все известные мне драконы поголовно обжоры? Хотя не то, чтобы деревенские Филориалы чем-то отличались от них в этом отношении.

— Насколько достоверно ты можешь воссоздать вкус? — спросила Наталия, тоже заинтересовавшись вопросом.

Видимо, от долгой жизни за рубежом соскучилась по родной еде.

— О, братец Щита хочет готовить в стиле Кутенро? Он как-то раз делал эгфуву. Так вот, это была самая мягкая эгфува в моей жизни! — Руфт тут же пустился рассказывать о кухне Кутенро.

Некоторые из блюд той страны напоминают кухню Японии времён Эдо. Например, у них есть нечто, крайне похожее на некогда популярный в моей стране суп со взбитым яйцом. Дома его делать очень трудно; как правило, он получается довольно безвкусным. Нужно, чтобы и бульон был идеальным, и яйцо хорошо взбитым.

Базовый рецепт довольно простой: сделать бульон, разогреть в кастрюле, а затем вбросить туда взбитое яйцо и подождать, пока оно сварится. Используя разные бульоны, можно значительно менять вкус. И, конечно же, вкусом можно свободно управлять при помощи Ци — допинга от мира кулинарии.

— Ещё у него прекрасные сасими. Они у него получаются мягкие-мягкие, и прямо тают во рту, растекаясь соком.

Руфт вовсю пользовался возможностью рассказать Наталии о том, что я умею готовить.

— …

— Госпожа Наталия? — спросила Рафталия, и у Наталии подпрыгнули уши.

— Ч-что такое?

— Я очень рада, что еда Наофуми-самы пришлась вам по вкусу.

— Нет, дело не в этом!.. Просто я немного соскучилась по кухне Кутенро.

— По крайней мере всё, что готовил братец, мне понравилось. Мне даже казалось, что я у него ел вкуснее, чем когда был повелителем.

— Это хорошо, что ты такой честный, Руфт, но ты сейчас обижаешь людей, которые трудились ради тебя во дворце, — заметила Рафталия.

— Возможно, но… Силдина рассказывала, что наши повара тоже учились у Наофуми, когда он там был.

— Практически все повара пытаются украдкой посмотреть на то, как именно готовит Наофуми-сама… Пока мы находились в другом мире, он был Героем Зеркала, который как раз эксперт по кулинарии, и закормил многих людей почти до сердечного приступа.

Да, было дело. Выяснилось, что один из методов усиления требует кормить моих спутников.

— Звучит как изощрённое покушение на жизнь, — сказала Наталия.

— Это просто талант Героя Щита не так ли? По-моему, умение наслаждаться едой в компании спутников и через угощения завоёвывать их доверие — достаточно важный навык, — развеял Аквадракон сомнения Наталии.

И правильно, потому что нечего меня подозревать.

— Мамору-у! Моя еда куда-то неожиданно исчезла! Где она-а?!

— Филория, ты её только что всю проглотила, почти не пережёвывая. Забыла уже?

— Что?! Я этого не помню! Но вкусно было!

Значит, вкус она хотя бы запомнила. Видимо, ела на автопилоте.

— Ты просто увлеклась, поэтому всё и съела. Ты такая же обжора, как и раньше, — заключила Хорун.

Она, Мамору и Филория улыбались словно семья, наконец собравшаяся за одним столом.

Вдруг я заметил неподалёку от них Сиан и молчаливого Фоура.

— Везёт тебе, Фоур, если ты каждый день так питаешься.

— А, ага. С едой брата ничего не сравнится… Я однажды описал ему еду, которую делала моя покойная мать, и он сумел её повторить.

— Это был вкус твоей родины?.. Вот бы с ним познакомиться. Сделаешь?

— Н-но с такими просьбами лучше к брату…

— Могу обратиться и к нему. Но ты правда этого хочешь?

— Дай время подумать.

Обед в деревне получился шумным и закончился только когда еды совсем не осталось. Я замечу, что эта шумиха с участием Кил и остальных у нас каждый раз. Разумеется, я от этого постоянного балагана уже устал.

— Да-а, кормишь ты, конечно, шедеврами. Я иногда даже задумываюсь, не заняться ли исследованием того, как у тебя получается такая вкуснятина, — заявила Хорун.

После обеда мы вернулись в замок Шильтрана, однако разговор по-прежнему шёл о еде.

— У-у… Мамору, я так много съела, что меня, наверное, стошнит…

— Ради всего святого, только не здесь, — ответил Мамору Филории.

Сэйн, Рэйн и Филория съели больше всех. Это какая-то особенность их расы? Возможно, у небесников из параллельного мира отсутствует чувство меры в том, что касается еды.

Кажется, я вижу истоки прожорливости Филориалов.

— Неужели ты позвала ещё и меня ради того, чтобы исследовать именно это? — проворчала Рато.

С тех пор, как Хорун поработала с её любимым Мии-куном, она вечно не в духе.

— Что насчёт еды думают монстры? — спросила Хорун.

— Подавляющее большинство хотят, чтобы их кормил граф.

— Видимо, это потому, что я их почти не кормлю, — отозвался я.

Монстры, которые умеют прикидываться людьми — в частности, Филориалы, — могут иногда устраивать налёты на столовую, но остальным как правило ничего не достаётся. В основном наши монстры питаются овощами, которые даёт нам Биорастение.

Разумеется, рафообразных я втайне ото всех подкармливаю.

Вспомнилось, что любимчик Рато Мии-кун тоже где-то узнал о моей еде и успел её попробовать. По ходу дела он растёкся, словно выражая блаженство от вкуса. Однако вид растёкшегося рафообразного ударил по моей психике, и я надеюсь, что Мии-кун больше не будет показывать такие ужасы.

— Итак, сегодня я собираюсь представить мои новые изобретения арибтру, а заодно и потомкам.

— А-а, для этого? Тогда ещё ладно… — пробормотала Рато.

— Итак, куда ты меня ведёшь? — спросила Наталия.

— Вот сюда.

С этими словами Хорун к моему изумлению пригласила арбитра в подземную лабораторию Мамору. Казалось бы — как можно просто взять и привести Наталию в то место, которое они так тщательно скрывали? Но с другой стороны, если арбитр будет считать, что эта лаборатория принадлежит Хорун, то наверняка не будет устраивать допросы с пристрастием и изучать каждый уголок.

Вот она — хитрость. Готов поспорить, что за последние несколько дней особенно опасные образцы надёжно спрятали.

Хорун повела нас маршрутом, далёким от сектора Мамору.

Рафталия, уже осознавшая обман, шла с кислым видом, но только когда Наталия этого не замечала.

— Рафу.

— Дафу…

Раф-тянки восседали на её плечах и озирались, вызывая у меня улыбку.

Я держал Руфта за руку.

— Я и раньше предполагала, что ты обожаешь подземные лаборатории, а теперь убедилась в этом.

— Коварный алхимик не может без потайного логова!

— Это не повод для гордости, — устало заметила Наталия, когда Хорун вскинула голову.

Надо сказать, Хорун и под моей деревней прокопала лабораторию. Ещё можно вспомнить то место, в котором Кё проводил свои опыты. Алхимики — они все такие?

— Итак, чего ты пытаешься добиться, демонстрируя мне глубины потайного логова?

— Сейчас зайдём вот в эту комнату, и ты сама всё увидишь, — Хорун открыла дверь в конце коридора и завела нас внутрь.

Внутри это место… напоминало мне помещение под нашей деревней, где Хорун ставила опыты над Кил. У дальней стены в цистерне плавал какой-то молот. Что это такое?

— Даф?! — взвизгнула Даф-тян, едва увидев оружие.

Гм? Кстати, я… вроде бы видел его раньше.

— Это очередной эксперимент по переделке одного из тех артефактов, что мы нашли на священной земле Филориалов?

— Совершенно неверно. И вообще, это ещё незавершённый проект.

Я подошёл к канистре и осмотрел молот.

Молот с душой ———

Качество: ???

Дополнительные эффекты: ???

— Да, и правда недоделанное оружие… Удивительно, ты нам обычно свои незаконченные опыты не показываешь.

Хорун из тех учёных, которые держат свои разработки в строгом секрете, пока не доведут их до ума.

— Что это такое? — спросила Наталия, насупив брови.

— Странная штуковина. Я последнее время только и делаю, что удивляюсь, — Аквадракон разделил её мнение.

Как и они, я пока не понимал, что это за молот.

— Я не люблю давать коротких ответов, — начала Хорун. — Есть одна классическая алхимическая задача, и я всегда подумывала о том, чтобы тоже подступиться к ней, но по-настоящему меня к этой работе привели раздумья о мире будущего и о том, как можно заменить павших на войне бойцов.

— Э-э…

— Похоже, я уже поняла. Если я права, то ты опять создала чудовищную вещь, — сказала Рато. Видимо, её осенило.

— Ну, я с самого начала ожидала, что мой потомок поймёт смысл этого эксперимента.

— Просто я уже встречала людей, которые пытались решить эту задачу. В конце концов, в мире всегда хватает алхимиков и кузнецов, которые пытаются создать оружие, равное по силе Легендарному или хотя бы древним артефактам.

— А, так эта штука будет равна им по силе? — спросил я.

Если это какое-то мощное оружие, то почему бы и нет? Вернее, будущее оружие, потому что Хорун ещё не закончила.

Конечно, немного странно, что алхимик занимается кузнечным делом. Вспомнилось, что она переделку древнего оружия даже не считала за изобретение — так, модификация.

— Рэйн рассказывала, что перед тем, как попасть в наш мир, была в другом, где обитала раса живого оружия. Ты пыталась создать её у нас? — спросил Мамору.

— Да, это меня тоже заинтриговало, но нет.

Ничего себе, и такие миры бывают? Хотя чему я удивляюсь, в мире Кидзуны вон есть живые драгоценные камни вроде Терис. Вселенная — она бескрайняя, и в ней куча параллельных миров с удивительными расами.

— Хм…

Незаконченный молот. Явно сделан по подобию оружия Наталии.

Наталия. Не Герой, а арбитр и обладательница технологий Кутенро.

Хорун. Алхимик настолько умелый, что её знания котируются даже в будущем.

Алхимия. Основа этого эксперимента. Следовательно, эта вещь создавалась в первую очередь не как оружие, а как что-то ещё.

Раса живого оружия. Она наводит меня на мысль: что, если взять зародыш джевела из мира Кидзуны и до первого превращения в человека тщательно огранить его и превратить в украшение для Оружия?

Если оружие способно превращаться в человека — значит, это оружие с душой…

Я бездумно смотрел на плавающий в цистерне молот, и что-то в нём напоминало мне одну старую игру.

— Слушай, братец Щита. Это, случайно, не то оружие, которым пользовалась Силдина?

— Кстати, а ведь…

Наконец-то я понял, что именно напоминает мне это оружие. Это же молот повелительницы из прошлого! Силдина однажды использовала оставшиеся в нём воспоминания, чтобы воссоздать личность владельца.

Если предположить, что Хорун доделала этот молот, и он потом оказался в Кутенро, то…

— Это опыт по сохранению личности в оружии? — предположил я.

— О-о! Победитель — Герой Щита будущего! Моё изобретение устроено так, что на него можно записать личность какого-нибудь выдающегося человека, чтобы затем использовать умения, которыми он владел!

Иными словами, она подготовила оружие к хранению остаточных воспоминаний. Оказывается, они были записаны в него заранее и преднамеренно.

— Так я и думала. Но даже если предположить, что ты научилась вдыхать жизнь в предметы, разве тебе под силу записать в оружие чью-то личность? — спросила Рато.

— Делать невозможное возможным — как раз моя работа.

До нашего времени многие наработки Хорун не дожили, наверняка из-за вмешательства самопровозглашённых богов. Но хотя я мало знаком с изобретениями этой женщины, от человека, который создал Филориалов, можно ожидать качественной работы.

— Пока у меня выходит довольно сильное оружие, которое может не только подражать умениям, но и ускорять заклинания. Однако это всё-таки не живое оружие, в отличие от той расы. Принципиальная разница.

— Я, конечно, понимаю, о чём ты, но…

Что-то грань между её опытами и безумными экспериментами Кё начинает стираться. Тот тоже пытался сделать непонятное оружие, но у него оно было буквально живым. Хорун, в свою очередь, всего лишь пытается открыть с помощью своего оружия доступ к умениями и магии другого человека. Конечно, разница есть… но можно ли назвать её принципиальной?

— Кстати, чью именно личность ты собираешься вселять в молот? — спросил я.

Лишь бы не мою. Чтобы мой клон жил в каком-то оружии? Только через мой труп.

— Если бы не визит гостей из будущего, я бы обратилась с этим предложением к арбитру. В Кутенро уже сделали похожие технологии, поэтому выходцы из него должны быть хорошо совместимы с этим молотом. И в конце концов, Наталия — превосходный кандидат.

А-а, под похожими технологиями она имеет в виду силу откровений, которой пользуется Силдина. Она умеет вытягивать волю из предметов и воссоздавать личности тех, кто ими обладал.

— Что за шутки?! — возмутилась Наталия в точности как Рафталия.

Ух ты, она в гневе испустила волну Маны, которая всколыхнула ей и волосы, и костюм храмовой жрицы.

— Хм… Человеческое любопытство — страшная сила. Даже я, дракон, чья сущность заключена в ядре, поражаюсь этому изобретению.

Аквадракон отозвался о молоте с восхищением… но мне кажется, или в воздухе повеяло опасностью? Потому что Наталия уже разминается с молотом и надвигается на Хорун.

— Ой-ой-ой, Мамору, всё будет хорошо?

— Я уверен, Х-Хорун знает, что делать.

Рэйн и Мамору предвидели, что могут навредить себе неосторожным словом, поэтому свалили все переговоры на Хорун.

— Итак, с какой стати я должна участвовать в твоём эксперименте?

Вот он — вопрос, за неправильный ответ на который Хорун ждёт мгновенная казнь. Наталии уже плевать на полномочия повелительницы, она прихлопнет коварного алхимика исключительно из-за личной неприязни.

— О, что я слышу? На сей раз самопровозглашённого бога победил Герой Щита будущего, но что будет, когда он вернётся домой? Мы с Мамору и остальными слишком заняты в том числе Пьенсой, чтобы что-либо делать.

— И что ты предлагаешь?

— Твоя работа как арбитра — лишь наблюдать за Героями, в какую бы беду они ни попали, верно? Однако ты обладаешь крайне ценными умениями. Если мы скопируем их и дадим какому-нибудь сильному, но ограниченному в репертуаре бойцу, это даст нам дополнительное поле для манёвров.

— Ты всё сказала? — спросила Наталия таким тоном, словно ей уже не терпится сказать: “Тогда умри”.

Хорун ухмыльнулась и добила:

— То есть арбитр, не готовый идти на жертвы даже когда миру грозит опасность, считает себя вправе казнить Героев?

Повисла тишина.

Я, если честно, не ожидал, что Хорун настолько прямо обвинит Наталию.

И правда, что это за судья, который только карает Героев, но ничем не помогает миру? Это настоящий вредитель.

Кому станет легче, если от её слепого следования правилам погибнет мир?

И кстати, Хорун пришлась по душе Эссенции Кнута, так что у Наталии нет даже повода наказывать её.

Арбитр явно поведёт себя недостойно, если не прислушается к мнению одного из Героев, которые сражаются за этот мир на передовой. Казнить Хорун — это будет поступок, недостойный защитника мира.

— Тебе в последнее время никого переспорить не удаётся. Смирись, повелительница, — вмешался Аквадракон, положив подбородок на лапы.

— Но…

— Сейчас не время ставить собственные интересы выше мирового блага. Ты не на глупых Героев охотишься.

— Кх… — Наталия тоскливо опустила молот и отошла от Хорун.

Такие разговоры для неё — уже шаблон.

— Задача арбитра — временами наказывать Героев, а временами наставлять. Мы не должны постоянно полагаться на помощь пришельцев из будущего. Поэтому поучаствуй в этом эксперименте, благо он безобидный.

— Ты слишком легкомысленный! Представь себя на месте человека, которого будут копировать с помощью этой штуковины! — крикнула Наталия Аквадракону.

— Нисколько не легкомысленный. Неужели ты ничего не знаешь о драконьей жизни?

Действительно, драконы — долгоживущие создания, и успевают повидать всякое. А уж если они становятся императорами… Кстати, Аквадракон ведь дожил и до наших времён. Это, конечно, вызывает уважение.

— Возможно, с помощью этого молота в будущем появится копия твоей личности и снова подружится с Аквадраконом, — намекнул я.

— Сдался мне такой друг.

Эй, Аквадракон, ну-ка не мешай мне уговаривать Наталию! Она так себя совсем ненужной почувствует! А отчаявшийся человек способен на что угодно!

— Это мои слова, — бросила Наталия. — Я не желаю ещё и после смерти общаться с существом, которое постоянно смотрит на меня сверху вниз.

— Даф-даф-даф! — разозлилась Даф-тян.

— В общем, повелительница, я надеюсь на твою помощь в эксперименте по копированию сознания в молот, — сказала Хорун.

— Только помни, что я крайне недовольна. Я соглашаюсь подыграть тебе лишь потому, что это на благо мира. Если ты ответишь на мою доброту неуважением, я немедленно прикончу тебя!

— Да, меня это устраивает. И вообще, это пока прототип, так что вряд ли всё сразу сработает как надо. Буду понемногу чинить и править.

С этими словами Хорун достала какой-то подозрительный шлем и одела его на Наталию. Затем усадила её на стул и… думаю, Рен сказал бы, что подключение к VRMMO примерно так и выглядит. Надо будет как-нибудь привести его сюда. Заодно можно будет обсудить создание меча для хранения личности Рена.

Хорун какое-то время поправляла шлем, затем подошла к стене и дёрнула за рычаг, начиная эксперимент.

Комната наполнилась гулом, по тянущимся от шлема проводам побежали огоньки, направляясь в сторону цистерны.

— Смотрите, сейчас все её мозги и душа перетекут в молот.

— Наофуми-сама! — воскликнула Рафталия, а Наталия едва не выпрыгнула из стула.

— Такие происшествия — для дилетантов! Или ты мне не доверяешь? — спросила Хорун.

— Не хочу доверять.

— Пока ты отвечала, первый эксперимент уже завершился, — объявила Хорун, снова дёргая за рычаг.

— А?

Вода в сосуде с молотом забурлила и ушла. Стенки цистерны постепенно опустились. Хорун взяла молот и, немного подумав, вручила Наталии.

— Когда держишь его, слышно твой внутренний голос. Кажется, у него много чего накипело.

— У… Это…

— Я уверена, ты понимаешь, о чём я. Как бы там ни было, пусть прототип пока побудет у тебя. Думаю, постепенно копия твоего сознания успокоится.

— Что там? Что этот голос говорит?

Заинтригованный, я попытался притронуться к молоту, но Наталия вцепилась в него обеими руками и отвернулась.

Вспоминается, как я впервые попытался потрогать хвост Рафталии.

— Я никому не позволю притронуться к этому молоту! Возможно, его вообще лучше уничтожить здесь и сейчас!

— Это не поможет, потому что твой внутренний голос всё равно останется в обломках.

Да уж, ничего себе подарочек достался Наталии.

— Я вас прекрасно понимаю, — сказала Рафталия и положила руку на плечо Наталии.

Как она может понимать арбитра? Наталия тоже посмотрела на Рафталию недоверчиво, но увидела сострадание в глазах и поменяла своё мнение.

— Да, ты права. Мы с тобой одинаковые.

— Да. Поэтому мы справимся с этим вместе.

— Это ещё что? Откуда у них такая глубокая дружба? — спросил я.

— Не знаю, но разговор у них вышел интересный. Да, братец Щита?

— Ра-афу-у.

Пока мы с Раф-тян и Руфтом недоумевали, во взглядах окружающих появилось понимание. Чем дальше, тем загадочнее.

— А меня ты пригласила только для того, чтобы похвастаться новым изобретением? — спросила Рато, внимательно следившая за разговором.

— Нет, конечно. Я, вообще-то, хотела твоей помощи. Мне сейчас ужасно не хватает рабочих рук.

— Да-да… Видимо, то же самое можно сделать и с Мии-куном?

— Схватываешь на лету.

У Хорун и Рато начался заумный разговор, поэтому я решил, что пора уходить. Больше мы тут всё равно ничего не сделаем.

Наталия всю дорогу прижимала к себе молот, словно не хотела ни с кем делиться, что-то бормотала с полубезумным видом и плелась в самом хвосте. Аквадракон тоскливо вздыхал, глядя на неё.

— Что же… Я пойду поищу Клановый Молот. В смысле, посижу в укромном месте, пока не приду в себя.

— Ты путаешь то, что хотела сказать, и то, что обронила нечаянно, — поправил её Аквадракон. — Что же, это всё равно важное дело, которое поможет нам в будущем. Думаю, поиски займут несколько дней.

С этими словами парочка ушла… можно сказать, сбежала из замка. На самом деле Мамору уже указал ей направление — вроде как Молот должен находиться в той стране, где мы встретились с Наталией.

Думаю, следующие несколько дней она будет находиться там и следить за положением дел.

Глава 4. Геройская выставка

На следующий день я наконец-то представил плоды своих ювелирных изысканий при поддержке Рена и Имии.

Помимо них самих, украшения испытывали с нашей стороны Рафталия и Фоур, от местных Мамору, Филория и Хорун. Я бы пригласил ещё Рэйн и Сэйн, но почувствовал, что опять начнётся бардак, тем более, Филория была против их участия. Ладно, на этих двух испытаю позже.

Тем не менее, они воткнули в меня и Мамору наблюдательные иглы, поэтому слышат все разговоры. И правильно, потому что у нас тут одновременно и Геройское совещание, и проверка снаряжения, которое может нам пригодиться в будущих битвах.

Мелти прямо сейчас находится в замке Шильтрана. Она и Руфт помогают Мамору и его помощнику получеловеку-полубарану принимать послов других государств. Вроде бы это довольно эффективный приём дипломатического давления — показать послам, что Мамору не явится к ним по первому зову.

Надеюсь, Мелти из-за этого не пострадает. Конечно, её сопровождает Эклер, но всё же я волнуюсь.

— Да уж, Наофуми, ты столько разных украшений умеешь делать, — сказал Мамору, по моему примеру прицепляя к Щиту один из прототипов.

— Ну, да.

— О, вот этот и правда хороший. Даёт огромную прибавку к силе и дальности полёта Шилд Бумеранга.

Мамору попробовал запустить свой Щит, и тот улетел на огромное расстояние. Я успел заметить, что в отличие от прошлого раза он закрутился в воздухе, и на его краю появилась световая кромка. Кроме того, теперь Щит летел гораздо быстрее. Прибавка к силе очевидна. Аж завидно.

— Я его вообще-то Рену сделал…

Мамору только что испытал то украшение, которое я создавал в надежде на то, что оно добавит Флоут-навыкам самонаведение.

Кстати, у меня Шилд Бумеранга нет. Как сказал Мамору, он получил его от того же щита, который дал мне Фрисби Шилд. Откуда такая разница? Мы ведь оба Герои Щита. Из той же серии то, что у меня нет Шилд Чейна — этот навык, который используется после Шилд Баша для преследования врага. Сам Шилд Баш у меня есть, а вот Шилд Чейн не появился. Зато есть Чейн Шилд. Грустно, что мне не открылся навык с похожим названием и совсем не похожим эффектом. Не из-за названия грустно, а из-за того, что я опять остался без боевого умения.

Это меня ужасно раздражает — хотя Мамору тоже Герой Щита, между нами столько различий, что многие его советы мне не помогают.

— О-о! Это украшение мне по душе! Как тебя, Имия? Твоё мастерство радует тёмную душу Дарк Брейва! Я всенепременно желаю заказывать у тебя мои личные украшения.

— Э-э… — Имия растерянно посмотрела на нас.

Ещё бы — Филория вдруг подошла к ней, сжимая в руке Гравейковый крест третьего глаза.

— Это тоже для Рена.

Речь о том украшении, в котором глаз и магические диаграммы.

Кстати, Рен уже успел его опробовать — ему оно даёт прибавку к меткости Хандред Сорда. По словам Рена, это не какой-то уникальный навык, похожие есть как у Мотоясу (Эйминг Лансер), так и у Ицуки (Эрроу Рейн). Кроме того, украшение улучшает ночное зрение, позволяет видеть предположительную траекторию вражеских заклинаний, а также ускоряет чтение собственной магии.

Вот что получается, когда делаешь украшение в виде глаза — на выходе имеем улучшение зрения и прибавки к меткости… но я вообще-то надеялся на самонаведение у Флоут-навыков, так что с моей точки зрения попытка завершилась неудачей.

Тем не менее, четыре прибавки на одном украшении — это всё-таки солидно.

— Можно, конечно, поменять эффекты с помощью чар, но…

Я решил на всякий случай подождать с модификациями до тех пор, пока украшение не опробуют все присутствующие.

— Интересное это ремесло — ювелирное дело. Можно, я тоже попробую? — поинтересовалась Хорун.

— Зная тебя, ты сделаешь какие-нибудь полуживые украшения. Ну, как те растения.

Одно из недавних изобретений Хорун — листья для рафообразных. Если ей не терпится работать с украшениями, то у нас есть образцы тех штуковин, которыми наши враги захватывают в плен Оружие. Пусть изучит и придумает, как поскорее их отключать.

— Кстати, а ведь точно, те листья — вполне себе украшение.

— Так-то оно так, но если хочешь этим заниматься, то это уже не ко мне.

Моя работа — делать украшения из металла и самоцветов. Творить с помощью алхимии я не умею.

Однако теперь мне и самому стало интересно — возможно ли кристаллизовать какое-нибудь зелье и сделать из него украшение?

— Думаю, если молот Наталии сработает как надо, ты сможешь использовать полученные знания при разработке других украшений, — предложил я.

— Да, об этом надо будет подумать.

— Вот они, украшения?.. — пробормотал Фоур, поднимая одно из изделий.

— Гм… Тебе, Фоур, наверное лучше подойдут не украшения-брелоки, а какие-нибудь элементы обрамления.

Например, лента с шипами, которая наматывается на Рукавицу.

Несмотря на схожесть с Когтями, Рукавица в первую очередь полагается на дробящие удары. Конечно, острые варианты в арсенале Фоура есть, но он в любом случае пользуется ими иначе, чем Филория Когтями.

— Если у тебя есть пожелания — говори.

— Я даже не знаю, о чём просить… Понятно, что лучше с украшением, чем без него, но чего конкретно мне не хватает? Летающего оружия как у Героя Меча мне пока не попадалось. Просить украшение, которое позволит использовать Оружие обеими руками, тоже бесполезно — Рукавица так умеет по умолчанию.

Другими словами, Фоур пока не определился, какой именно эффект ему нужен. Оно и понятно — у него пока даже нет излюбленных навыков.

— Может быть, цепочка или верёвочка, которая соединяет Рукавицы?

Конечно, после этого его Оружие будет напоминать наручники, но мне интересно, какие у такого украшения будут эффекты.

— Брат, если на то пошло, больше пользы скорее будет от украшения в виде щитка, похожего на твоё Оружие.

А-а, и правда. Рукавица — это ведь по-хорошему даже не оружие, а элемент доспеха. Да, Фоур с её помощью сражается, но у неё должны быть и оборонительные свойства.

Маленькие щитки-баклеры в этом мире существуют, я их даже копировать могу. Интересно, а Фоур может? Или только цеплять к Рукавице как украшение? Вообще, сработает ли эта идея с щитком-украшением? Как к нему отнесётся сама Рукавица? Я-то только за, потому что чем большие оружия, тем лучше.

Но тут возникает ещё один вопрос: создание щитка-украшения — это кузнечное или ювелирное дело? Надо будет обсудить это с Реном.

— Кстати, что именно хотел Рен? — поинтересовался Мамору, опробовав украшения, сделанные мной для Меча.

— А, Рен всегда хотел в совершенстве овладеть Флоут Сордом. Так что я ему делаю не столько украшение, сколько помощника.

— Да, это должно быть очень удобно…

Мы с Мамору дружно призвали Флоуд Шилды и немного поиграли с ними. Ощущение, будто у тебя появилась третья рука. И защищать так гораздо удобнее.

— Может, в таком случае сделать украшение из фрагмента ядра дружественного императора драконов? Возможно, этот путь тоже ведёт к улучшенному управлению Оружием, — предложила Хорун.

Несмотря на свою ненависть к драконам, она совсем не против ими пользоваться.

Мне вспомнился Мадракон, который начинает шептать в моём сознании, когда я использую магию. С одной стороны он ускоряет заклинания, а с другой — так раздражает…

— Я так понимаю, ты намекаешь на Аквадракона?

Гаэлиона с нами нет, тело Мадракона в параллельном мире, а воспитывать новых драконов я не хочу. Тем более, что драконов в моей жизни и так хватает.

— Хе-хе-хе… Романтика летающих клинков щекочет душу! Я его прекрасно понимаю! — Филория только и делает, что позирует с украшениями в косплеерских позах и никак не может угомониться. — Значит, тебя зовут Рен, Герой Меча?! Знай же, что Дарк Брейв Филория разделяет твои чувства! Окунемся же вместе в пучины тьмы!

— Наофуми… — Рен нервно посмотрел на меня, умоляя спасти от Филории. Она постепенно надвигалась на него, прикрыв рукой глаз.

Сам он уже переболел этими увлечениями, вернее, пропитался к ним отвращением и старается забыть, но мир решил, что этому не бывать.

Мне даже жаль его стало. Наверное, это как у меня с Проклятием — я пытаюсь делать вид, что Гневного Щита не существует, но иногда мне приходится им пользоваться.

— Так, придумал. Рен, если ты возьмёшь её в помощницы, то вы сможете делать неплохое оружие даже в моё отсутствие, да? Ты, главное, держи её в узде и не забывай тех вещей, которым я учил тебя.

— Или, если перефразировать, ты предлагаешь раскопать моё постыдное прошлое и поставить его тебе на службу?! — не подумав, выпалил Рен и тут же переменился в лице, осознав, что сказал.

Нынче он старается держать всё в себе, но в последнее время я так часто его подкалываю, что он всё-таки не удержался. Хотя мы уже видели его честность, когда он пытался разговаривать в кузнице с мечом. Видимо, он сдерживает себя примерно как человек, которому нестерпимо хочется почесать руку.

— Рен, ты должен верить, что твои школьные супергеройские фантазии спасут мир!

— Ну всё, брат сдался. Аргументы закончились, пошёл пафос, — вмешался Фоур в самый неподходящий момент.

— Наофуми-сама, вы ведь когда-то и Кидзуне заявляли, что её лень спасёт мир. Это у вас излюбленное выражение?

— Это у меня капитуляция.

— Мне кажется, это признание не из тех, которые стоило делать вслух…

— Эй! — Рен в отчаянии попытался схватить меня.

Я ловко увернулся. Тем временем Филория подошла к Рену ещё ближе.

— Кх… Да когда же я убегу от своего прошлого?!

— По-моему, этими словами ты его только подпитываешь, — заметил я.

Впрочем, ладно. Я показал Рену пальцем на Мамору. Пусть помнит, что если нужна помощь, то “хозяин” так или иначе успокоит Филорию.

— А, Филория… Ты это, знай меру, — попросил Мамору.

— Э-э? Но если я подойду к этому с душой, Рен тоже станет сильнее!

— Я знаю, но… смотри, ему некомфортно. Мы, мужчины, трепетно относимся к таким вещам.

— Э-э? Как можно быть Героем, если у тебя есть чувство стыда?

— Почему это стыд мешает Герою?

— Потому что всеобщее внимание! Герой должен быть крутым и ярким, чтобы вести за собой народ! Поэтому если Герой стыдится, у него ничего не выйдет!

“Ах вот оно что…” — подумал я.

Мы с Мамору дружно посмотрели на Филорию. Помнится, я когда-то слышал, что военная форма специально делается как можно более крутой, чтобы поднимать мораль войск. Думаю, здесь работает то же правило.

— Поэтому настало время пробудить демонов, что дремлют в душе Рена! — заявила Филория.

— Наофуми… — Рен посмотрел на меня ещё серьёзнее.

Увы, несмотря на мои надежды, слова Мамору нисколько не убедили эту девушку.

Ладно уж, мой черёд.

— Рен, что думаешь насчёт этого украшения? — спросил я, показывая Рену сделанный Имией Гравейковый крест третьего глаза.

— А? Что я должен подумать?

— Когда мы придумывали и делали его, нам было стыдно за свою работу, но если теперь готовое украшение прикрепить к Оружию, то о нём почти и думать не будешь, да?

Рен молча посмотрел на Гравейковый крест третьего глаза.

— Порой когда творцу хочется провалится под землю от стыда за своё изделие, сторонний наблюдатель не видит в нём почти ничего предосудительного. Поэтому не напрягайся так.

К чести Имии должен отметить, что украшение выглядит достойно. Следует отдать должное её мастерству — она умудрилась и отразить увлечения Рена, и сделать украшение не слишком вырвиглазно-подростковым.

Если выбрать среди моих украшений такое, которого я стыжусь сильнее всего… то им, наверное, станет приманка, которую я сделал Кидзуне.

— Гмм…

— Когда мы делали это украшение, оно казалось не более чем приколом, но теперь оно выглядит вполне серьёзно, не так ли? Суть в том, что как бы ты ни стыдился своих выходок, если они приносят достойные результаты, то никто тебя ни в чём не упрекнёт.

— Но…

— Вспомни предыдущего ученика Мотоясу-2 — Дядю-оружейника. Казалось бы, суровый мужик, но он по моему заказу сделал пижаму в виде Фиро.

Это правда, среди работ Дяди-оружейника есть и такое. Наверное, для него это тоже та часть карьеры, которую он предпочёл бы забыть. И как бы мне ни хотелось расспросить его, как он себя чувствовал во время работы над пижамой, делать этого нельзя.

— Что? Да, я помню, что видел ту пижаму, но неужели её сделал Дядя?

— На самом деле это была многошаговая модификация кое-чего другого. Хочешь посмотреть?

Сейчас, спустя ещё несколько модификаций, Пижама Фиро стала спальной одеждой Мелти.

— Нет…

— Ну вот и всё.

— Как же вам повезло снова всё уладить, — как всегда метко уколола меня Рафталия.

Кстати, она ещё не знает, что я втайне попросил Сэйн сшить пижаму в виде Раф-тян. Правда, она сейчас слишком занята тренировками, чтобы заниматься моим заказом.

— Кстати, Наофуми. Ты умеешь пользоваться сам знаешь каким щитом Мамору?

— Это каким?

Мамору как-то показывал мне щит, явно сделанный по мотивам одного легендарного короля. Он что-то ещё от меня скрывает?

— Филория, неужели ты имеешь в виду этот щит? — ужаснулся Мамору и согнул палец на руке так, словно стрелял из пистолета.

Видимо, это какой-то понятный только им знак, обозначающий тот щит. Очень интересно. С учётом контекста, возможно, речь о каком-то щите, который нравится Филории, но вызывает у Мамору стыд.

— Не только его, ещё и этот, — Филория изобразила, как что-то взяла двумя руками и начала размахивать.

Чего? Что там у Мамору за ненормальные щиты?

Я вдруг понял, что хорошим это не кончится и попытался по-тихому исчезнуть, но в мои плечи вцепились одновременно Рафталия и Рен.

— Эй, вы чего?

— Если ты пытаешься сбежать, то не выйдет, — ответил Рен. — Пора поплатиться за то, что ты относишься к нам как к игрушкам.

— Вот именно, Наофуми-сама. Настал ваш черёд. Новые щиты сделают вас сильнее, не так ли?

— Кх…

Ах вы! Я ведь просто дал Рену пару советов относительно кузнечного дела! А что касается Рафталии, то я твёрдо буду стоять на своём и извиняться не собираюсь. Рафообразные должны заменить Филориалов. Нам не нужна резервная армия шумных птиц с тайной страстью к подростковому фэнтези.

— Вдруг Наофуми сможет скопировать эти щиты, но не овладеет ими? Хотя хуже от этого всё равно не станет.

— В любом случае несите их.

Рен и Рафталия подталкивали Мамору, наигранно улыбаясь. Глаза у них блестят как никогда.

— Э-э, ладно… Рэйн? Ты ведь смотришь? Можешь принести эти щиты? — обратился Мамору к незримой наблюдательнице.

После короткой паузы из воздуха появились Рэйн и Сэйн.

— Всем приветик! Я принесла щиты, как Мамору и просил!

— Ты вновь осмелилась явиться, любительница шуток ниже пояса?! — Филория вновь заговорила театральным голосом и указала пальцем на сестру. — Ты принесла то, ради чего тебя пригласили, так что уходи прочь, извращенка! Ты и твой потомок должны изучать магию в замке!

— После таких слов я точно никуда не уйду.

— Угу.

Разумеется, Рэйн и Сэйн хотели присоединиться к нам, поэтому высказались в одинаковом ключе.

— А, Рэйн, ты не могла бы увести эти девушку куда-нибудь подальше? — Рен неожиданно попытался скинуть Филорию на Рэйн.

— Что?! Брейв Сорд, чем тебя подкупила эта пошлячка?!

По Рену видно, что он не хочет иметь с Филорией никаких дел.

— Не надо портить мою репутацию! Я уже давно никому не продаюсь!

— Хе-хе-хе… Ты хочешь сказать, что отошёл от дел? Но я чувствую, что в глубине души ты мечтаешь о другом. Так прислушайся же к себе, и давай вместе прогоним эту извращенку!

Удивительно, что Филория до сих пор упирается. Видимо, она считает, что нашла родственную душу?

Надо, кстати, тщательно следить за тем, чтобы она не заразила моих Филориалов.

— Остановите её уже, кто-нибудь… — протянул Рен.

Тяжело ему приходится. Правда, в первую очередь из-за нас.

— Не нервничайте. Рэйн, мы уже договорились: ты присоединишься к испытаниям украшений позже, так что не спеши, — Мамору решил поддержать Филорию.

— То есть она будет после моего ухода? — уточнила Филория.

— Ага, — Рэйн кивнула. — Ну, я тут гостья, так что настаивать на чём-либо другом не буду.

Как же тяжело приходится Мамору со своими спутницами. Быть посредником между Филорией и Рэйн — это неблагодарная работа.

В моём случае это, наверное, то же самое, что нянчиться с Мотоясу. Хорошо хоть, что Фиро не Герой. Если её выберет какое-то Оружие, придётся тоже организовать смены, чтобы они не оказывались рядом.

— Зато нам можно просмотреть. Так что мы тут будем неподалёку болтать с Сэйн и присматривать за вами. Рийн, в смысле, Филория, постарайся больше никого не смущать.

— Это я и без тебя знаю! Но я должна пробудить силу, которая дремлет в глубине Брейв Сорда!

— Когда это закончится? — вздохнул я.

Чёрт возьми, они обе действуют мне на нервы. Старшая пошлячка, младшая живёт в мире фантазий — пойди ещё пойми, какая лучше. Меня даже сам вопрос о выборе между ними раздражает. Глубоко сочувствую Мамору.

Вспомнилось, что и у меня есть знакомая сладкая парочка: старшая сестра, которую невозможно вывести на серьёзный разговор, и слегка “особенная” младшая, которая обожает играть в карты. Я постарался не думать о них. В конце концов, с ними проще — их в крайнем случае можно подкупить алкоголем.

Может, этих двоих тоже лучше напоить и наслаждаться тишиной?

— Мамору, ты не думал о том, чтобы приучить их к выпивке[*]?

— Наофуми-сама, я заметила в вашей речи сноску к “алкогольной коме”.

Я в очередной раз удивился прозорливости Рафталии. Она настолько хорошо меня понимает, что я уже боюсь на неё смотреть, чтобы она не прочитала мои мысли.

— Если будете так себя вести — у вас Мамору впадёт в обычную кому! — крикнул я Рэйн и Филории. — Научитесь себя сдерживать, иначе будет как с Реном! Как с Реном!

— Повторять было не обязательно… — проворчал Рен.

— Вау! Какая тяжёлая жизнь у Героя Меча! Хорошо, в таком случае я, как мудрая старшая сестра, отойду и буду вести себя тихо.

— Кх… Ты ещё смеешь гордиться возрастом и мудростью? Что ты сказала Мамору? “Везёт тебе, ты Филорию дважды девственности лишишь”. Не думай, что я когда-нибудь забуду эти слова-а-а-а-а-а!!! — заявила Филория, испуская языки пламени из крыльев.

Даже не знаю, что тут сказать. Разве что “Рэйн опять за своё”. Теперь понятно, почему Филория с ней на ножах.

В этом смысле я искренне восхищаюсь Сэйн, которая умудряется терпеть Рэйн. Может, и мне надо присматривать за этой извращенкой, потому что она очень уж похожа на старшую сестру Сэйн.

— Ну ладно, до скорого!

Наконец, Рэйн вручила Мамору его заказ и ушла.

— Это и есть твои ненормальные щиты? — спросил я, ощупывая пару свёртков.

Ну, по крайней мере на ощупь эти штуковины точно имеют форму щитов. Вот только один из них на редкость огромный и напоминает размером и формой доску для сёрфинга.

— Да. Ну, ты открывай, смотри.

— Я сейчас подумал: Мамору, ты ведь мог просто сам переключиться на эти щиты, чтобы показать их мне.

— Мог. Но ведь подержать в руках настоящие гораздо интереснее, не так ли?

Очевидно, он к тому же рассчитывает меня удивить.

Ну что же… посмотрим, что за ненормальные щиты сделал Мамору — не исключено, что под влиянием Филории. Я развязал первый свёрток и увидел… круглый щит с дырой посередине. Только это была не совсем дыра, а дуло пистолета, врезанного в щит.

Если не ошибаюсь, это так и называется: пистолетный щит.

Кажется, пистолет в этой конструкции съёмный. Вместо него, наверное, можно и арбалет установить.

— Да, это… довольно странное оружие, — согласился я.

Приходится признать, что Мамору ушёл далеко вперёд в том, что касается исследований различных аспектов нашего Оружия. Что касается меня, то я никаких самостоятельных опытов не проводил и с самого начала всего лишь заказывал новые щиты у Дяди-оружейника.

— Что происходит, когда ты им пользуешься, Мамору?

— Ровно то, что и должно: если я спущу курок пистолета, он выстрелит. Правда, он однозарядный — я его просто для опытов сделал.

— Хм… Ты не пытался совмещать этот щит с мощной винтовкой или другим скорострельным оружием?

— В таком случае Оружие перестаёт воспринимать это сочетание как щит. Похоже, что предполагается именно пистолет. Копирование перестало работать даже когда я поменял его на арбалет.

Поскольку в этот мир попадают пришельцы из других миров, определённое количество огнестрельного оружия здесь всё-таки существует. Однако на него, как и на любое другое оружие, влияют характеристики, так что при низком Уровне толку от него мало.

Тем не менее можно попробовать собрать какой-нибудь щит-пулемёт и посмотреть, удастся ли Ицуки его скопировать. Правда, сдаётся мне, что эту штуковину не воспримут ни Щит, ни Лук.

Как бы там ни было, я взял щит в руку.

[Задействовано копирование оружия.]

[Требования к Железному Пистолетному Щиту выполнены.]

[Железный Пистолетный Щит:

Способность не освоена... Бонус экипировки: Меткость +2

Особый эффект: Волшебная пуля, Просвечивающий щит]

Этот щит гораздо слабее тех, которыми я сейчас пользуюсь. Но, как бы там ни было, копирование сработало, и я попробовал переключиться на Железный Пистолетный Щит.

— У тебя получилось?

— Как видишь.

Мамору тоже переключился на Железный Пистолетный Щит, направил его на первый попавшийся камень и нажал на спуск.

Раздался пронзительный, но не оглушительный звук, из Щита вылетела пуля и отскочила от камня.

— Вот как-то так. Самая большая трудность — эти пули слабее Шилд Бумеранга и Шилд Баша.

Мамору, в отличие от меня, умеет атаковать. Надеюсь, что и у меня этот щит будет работать. В идеале пусть пуля наносит фиксированный урон. Тогда я смогу ранить врагов даже со своим низким показателем атаки.

С этой мыслью я тоже спустил курок, однако раздавшийся хлопок был гораздо тише, чем у Мамору. Пуля лениво вылетела из Щита и слабо стукнулась о камень.

Повисло молчание. Все смотрели на мишень, которая даже не шелохнулась. Очевидно, характеристики всё-таки влияют на силу выстрела.

— Э-э… — протянул Мамору.

Чёрт! Так и знал!

Все вокруг молчали и выглядели так, словно пытались подобрать нужные слова. От этого мне стало ещё противнее.

Вот почему я пытался сбежать!

— Н-не знаю, что тут сказать, но… не унывай, ладно? — Филория даже перестала кривляться и попыталась меня утешить.

Не надо! Я себя ничтожеством почувствую! Не сыпь мне соль на рану!

— Написано “Волшебная пуля”, а на деле ерунда.

— Хм? У тебя это так называется? У меня “Одиночный выстрел”.

У нас с Мамору разные особые эффекты на одинаковых щитах? Так, нужно кое-что проверить.

Я влил в Щит Ману. Поскольку “пуля” волшебная, то я представил себе, как создаю магический снаряд, и снова спустил курок.

Однако на сей раз раздался лишь щелчок, а пуля не появилась. Видимо, сгусток Маны не может заменить снаряд. В свою очередь, первый выстрел не потратил никаких ресурсов. Может быть, в этот щит надо вкладывать не Ману, а заклинания?

Раз так, применю что-нибудь простое. Стоило об этом подумать, как проснулся засевший в моём сознании паразит.

— Мой выход, — промурлыкал голос двойника Мадракона.

— Фёрст Хил.

Это заклинание достаточно простое, чтобы я мог опустить основной текст практически без влияния на силу.

Я почувствовал, как внутри пистолета собралась Мана.

Стоило подумать, что теперь этот эффект надо испытать, как Щит сам собой повернулся к Фоуру. Затем раздался внушительный хлопок, и из Щита вылетела волшебная пуля. Кажется, где-то на фоне тихий голос произнёс: “Сейчас узнаем!”

— Уоа!

Мы стояли рядом, так что Фоур не успел увернуться, и пуля попала в него, разлетевшись магическими искрами.

Вроде бы он не пострадал. Хотя с учётом моей силы атаки удивляться нечему. Либо так, либо в него попал не боевой снаряд, а эффект Фёрст Хила.

— То есть этот щит превращает магию в пулю и стреляет ей?

— Брат, ты хладнокровно выстрелил в меня…

— Нет, вот этот выстрел был не мой.

— Сейчас окажется, что это выстрелила Атла-сан, чтобы пошалить и узнать, что будет, — предположила Рафталия.

— Да, это… было бы чудесно, — мечтательно отозвался Фоур.

Он что, мазохист?! Увы, я не могу назвать слова Рафталии бредом. В конце концов, чей-то голос я слышал.

Но что за сестра будет так уверенно стрелять в брата?

— Значит, ты теперь умеешь стрелять магией? Вот это да, — удивился Мамору.

— Всё бы хорошо, но моя магия — это только лечение и поддержка… и под поддержкой я имею в виду повышение характеристик.

— Это всё та магия, которой бесполезно стрелять. По крайней мере в наше время, — сделала вывод Хорун.

В этом мире заклинания исцеления умеют достигать цели без видимых снарядов, хоть и ограничены радиусом действия. С ними не нужно прицеливаться, в отличие от боевой магии.

— Да, у нас тоже. Не скажу, что это совершенно бесполезная функция, но мне трудно представить, в каких условиях она нам понадобится.

В принципе, с помощью этого щита можно повторить наш с Мадраконом манёвр по превращению заклинания в шарик для дальнейшего отражения от Зеркала. Но это очень сложная в исполнении уловка, тем более, я пока не вижу в ней смысла. У Рена сейчас усиливающие заклинания мощнее моих, а в этом мире, в отличие от мира Кидзуны, я не могу раздувать силу заклинаний.

Какой-то сложный для применения щит… даже в синтезе польза от него сомнительная.

— Может, в этом щите можно сохранить магию союзника? — предположил я.

— Давай попробую, — Рен поднёс руку к Щиту и зачитал заклинание.

Однако я не почувствовал, что магия вошла в пистолет.

— Кажется, у меня не вышло, — сказал Рен.

— Да что же с Щитом всё так сложно?!

Не понимаю, почему моё Оружие отвергает все уловки, которые только приходят к нам в голову. Если ещё раз встречу Эссенцию Щита, обязательно спрошу у неё, какого чёрта Мамору может атаковать, а я нет.

— Наофуми-сама, сердиться на этот счёт бессмысленно.

— Да, ты права. Ладно, что там дальше?

Я развязал второй свёрток, который принесла Рэйн.

Я с самого начала понял, что он огромный, но теперь смог оценить и масштаб вложенных Мамору усилий. Сверху и снизу в этом щите были вырезаны по три клинка. Это называется мечевой щит. Предполагается, что их можно вонзать во врага как вилы.

Понятно, что защищаться этим щитом тоже можно, но главное — это увесистое наступательное оружие. Видимо, именно про него говорила Филория, когда размахивала руками.

— На всякий случай — да, это считается щитом, — пояснил Мамору.

— Знаешь… Мне кажется, я видел его в Шильтвельте.

Видел, но не скопировал. Вернее, он был слишком похож на бутафорский, поэтому мысль о копировании даже не пришла мне в голову.

Вообще, в Шильтвельте похожие щиты используют в качестве причудливого варианта государственного герба или флага.

Я взял щит в руку, чтобы изучить его.

[Требования к Железному Мечевому Щиту выполнены.]

[Железный Мечевой Щит:

Способность не освоена... Бонус экипировки: Защита +3, Сила +2

Особый эффект: Усиленный Shield Bash, Размахивание, Подавление импульса]

Особые эффекты хороши, а вот характеристики не очень. Этот щит хорошо смотрится разве что на фоне тех готовых, что продаёт Дядя-оружейник. Но до моих нынешних не дотянет, как его ни усиливай.

Более того, этот щит даёт прибавку только к той силе, которая грузоподъёмность, а не к силе атаки. Так что даже если я переключусь на него и начну размахивать, то урон нанести всё равно не смогу.

Просто в качестве эксперимента я попробовал усилить этот щит рудой по одному из методов Лука. Этот метод даёт лишь ограниченные прибавки, зато без шансов на провал. У всех остальных щитов от этого метода растёт показатель защиты, но не атаки.

— И тут то же самое…

Я всё-таки переключился на щит и попробовал им помахать. Когда я сосредоточился на размахивании, сработавший особый эффект подсунул в голову образ правильного движения — этакий псевдонавык. Я попробовал его исполнить, но ударил только воздух.

Из-за огромных размеров мне приходится использовать обе руки. К тому же пока я размахиваю Щитом, по мне легко попасть.

Прибавка к Шилд Башу — это, конечно, здорово, однако доступный мне Шилд Баш лишь вызывает у цели головокружение. Правда, я совсем не против, если оно будет длиться дольше.

Какую-никакую пользу из этого щита можно извлечь только с помощью синтеза… Усиливать его бесполезно.

Что же, очередной бесполезный щит. Освою только ради бонусов экипировки.

— С учётом формы, оригинал этого щита можно использовать как доску для сёрфинга или каноэ, а другой пользы я не вижу.

— Сурово, но справедливо.

Даже создатель щита согласился со мной. Неужели этот щит настолько бесполезен даже для более агрессивного Героя Щита?

— Диковинка, а не щит, — заключил я.

— Но Мамору он дал огромную прибавку к силе атаки. Поэтому первое время он часто им пользовался, — пояснила Филория.

Чёрт… Как же я завидую сбалансированным характеристикам Мамору. Я со своим уклоном в защиту совершенно бесполезен сам по себе.

Но винить за это надо Щит! Почему он дал боевые способности Мамору, но не мне?!

— Ну что, Рафталия и Рен?! Довольны?! Ха-ха-ха-ха-ха!

— Почему ваш смех такой грустный?..

— Да, это мы тебя заставили, но…

— Наофуми-сама. Вы ведь так хорошо защищали нас именно потому, что у вас нет силы атаки…

— Вот именно. Ты не атакуешь, зато по показателю защиты ты железно лучший среди нас. У тебя оборона даже крепче, чем у Мамору, не так ли?

— В этом я ему, конечно, завидую, но… Поскольку мы оба Герои Щита, я лучше ничего не буду говорить, а то только хуже станет.

От заботы Мамору стало ещё паршивее. Я про вас всё знаю, черти! Вы все жалеете меня за низкую силу атаки! Как ни поддакивайте, мне всё равно противно!

— Я вам обоим это припомню!

— Я почти успела пожалеть о нашей выходке, но теперь мои чувства куда-то улетучились.

— Можешь считать это нашей местью за все твои розыгрыши.

— Зачем так конфликтовать с друзьями?.. — вздыхая, вопросила Хорун.

— Я думаю, это Наофуми так выстраивает отношения, — ответил ей Мамору.

— Постоянно подлавливать и подкалывать друг друга, пока не появится доверие… Да, этот метод мне по душе, — заявила Филория.

— Я не спорю, брат довольно часто устраивает такие сцены, но… — протянул Фоур.

— П-простите… Что насчёт украшений? — вмешалась молчаливая Имия, чтобы выручить меня и вернуть разговор в прежнее русло.

— Кажется, у меня здесь только одна союзница, и это Имия.

Я обнял Имию сзади и погладил по голове.

— А… ау-у-у-у… — она тут же оцепенела. Видимо, от застенчивости.

Появилась мысль — а не призвать ли Раф-тян и Руфта, чтобы отгородиться от этих забияк? Рафталия не подойдёт. Её, в отличие от них, слишком тискать нельзя, она от этого быстро начинает огрызаться.

— Наофуми-сама, перестаньте смущать Имию, — хладнокровно потребовала Рафталия, но я не прислушался к её просьбе.

— Ты в последнее время такая вредная, Рафталия… Я скучаю по тем временем, когда ты разговаривала как нынешняя Имия, — сказал я, упрямо лаская торкообразную.

— А… Я слишком многое себе позволила. Больше этого не повторится.

Ого? Рафталия сдалась?

Хотя да, обычно она отпускала безжалостные ремарки только когда речь шла о рафообразных. До того она всегда держала себя в руках и тщательно следила за словами.

— Ау-у-у… Р-Рафталия-сан? Мне…

— Не волнуйся, я не злюсь на тебя, — Рафталия глубоко вдохнула и повторила: — Наофуми-сама, Имии очень неловко. Пожалуйста, отпустите её.

Имия поддержала её кивком. Она не то стесняшка, не то социофобка.

Думаю, что от таких заигрываний с ней Рафталия ревновать не будет.

Если она готова идти на уступки, то прекрасно. Можно будет вовсю заняться исследованием рафообразных.

Я отпустил Имию и вернулся к украшениям. Что же, сегодня мы нашли несколько довольно неплохих. А вот мои работы могли бы проявить себя и получше.

— Ладно, народ, поделите эти украшения на те, которыми хотите пользоваться, и бесполезные. На бесполезные я наложу постоянные чары, чтобы сделать из них что-нибудь более толковое.

— Как скажете, — поддержала меня Имия.

— Слушайте! А вы мне спецукрашения не сделаете? — спросила у нас Филория с горящими глазами.

Наверняка она снова думает о чём-то, что в моём мире назвали бы мечтой геймера.

— Э-э… — протянула Имия.

— Сначала встречный вопрос — что такое в твоём понимании “спец”?

В нашей ювелирной отрасли это понятие далеко не однозначное. Будь мы в игре, я бы предположил, что имеется в виду эксклюзивное украшение, которое может экипировать только конкретный персонаж, но в реальности критериев специальности больше, и пойди пойми, о каком речь.

Украшение для конкретной расы или класса? Для конкретного Оружия? Например, у моего Щита таким спецукрашением может быть крышка для драгоценного камня. Правда, её нетрудно переделать в гарду для Меча.

— Ну… Это такие, которые сделаны специально для меня!

— Не спорю, бывают украшения, которые мы делаем под кого-то. Наверное, их можно назвать спецукрашениями. Вот только… трудно делать такие штуковины, когда плохо знаешь человека.

Ни я, ни Имия почти не знаем Филорию. Я пока вижу в ней всего лишь надоедливого подростка, живущего фантазиями.

— Может, попросишь Мамору сделать тебе кольцо в честь помолвки? У такого украшения наверняка проявятся какие-то специальные эффекты.

— Что?! — лицо Филории вспыхнуло красным, будто светофор.

— Н-ну ты что… мы… — Мамору тоже засмущался.

Так, хватит друг по другу вздыхать. Вон, уже и Хорун демонстративно обмахивает себя ладонью и закатывает глаза.

— Хм, спецэкипировка…

Листья, которые подарила нам Хорун — это на самом деле пример спецукрашений, созданных для рафообраных. Я видел, как Раф-тян научилась метать свой листок будто сюрикен. Вроде бы эти листья сделаны из Биорастения и светосакуры, их главная способность — размножаться. Вернее, создавать копии, которыми можно пользоваться как метательными снарядами. Получается нечто вроде сюрикенов или Ярлыка из мира Кидзуны. Копии через какое-то время сохнут и исчезают, но они живут достаточно долго, чтобы поразить цель.

Раф-тян любит раздавать копии своего листка рафообразным и учит их делать удивительные вещи. Они умеют показывать невероятные фокусы — например, на лету превращать листья в огненные шары. Правда, Рафталия хмурится, когда видит эти представления. Я ей предложил попробовать сделать то же самое с Клановой Катаной, ведь ей наверняка доступна ярлыковая магия мира Кидзуны. Однако Рафталия лишь косо на меня посмотрела.

В общем, пример спецукрашения у меня есть. Образец, так сказать.

Я начал представлять себе спецснаряжение для Раф-тян. Она, как и Рафталия, похожа на тануки. Моя первая ассоциация с тануки — сказки о том, как они превращаются в людей. Какие есть яркие образы тануки?

“Катикатияма”[*] не подойдёт. Конечно, будь здесь Эснобарт, мы могли бы легко писать иллюстрации к этой сказке, но я не согласен делать Раф-тян жертвой. Она же не тот злой тануки, который портил жизнь бабушке и дедушке.

Значит, надо выбрать снаряжение из другой известной истории…

Я достал листок бумаги и начал делать эскиз следующего украшения. Наверное, оно будет скорее кузнечным, а не ювелирным. Но главное — поскорее сделать зарисовку, пока образ держится в голове.

Сначала нарисую схематичную, но понятную Раф-тян… затем дам ей доспех, похожий на чайный котелок из “Бумбуку Тягамы”[*]. Затем Руфта и его версию… Он достаточно большой, чтобы его доспех был похож на полноценный котелок. И, наконец, Рафталию. Чтобы её доспех не шёл вразрез с костюмом храмовой жрицы, его нужно сделать из дерева, а ещё точнее — из светосакуры…

— Наофуми-сама? Что вы такое задумали?

Я опомнился, когда Рафталия схватила меня за плечо с нездоровым блеском в глазах.

— Спецэкипировку для тебя и не только, а что? Мне кажется, она должна выглядеть примерно вот так.

— Я уже поняла, что это броня для Раф-тян, но почему она так странно выглядит?!

— Это же “Бумбуку Тягама”?

— Точно. Я ещё помню по сказке.

Мамору и Рен заглянули в мои наброски и дружно кивнули.

— Первые два варианта хорошо получились, но Рафталии-сан такое не пойдёт, — сказал Рен.

— Тогда какого ещё тануки-ёкая взять за образец, чтобы его одежда подошла даже Рафталии? Акадэнтю, что ли?

— Это ещё кто такой? Никогда не слышал.

Мамору и Рен дружно покрутили головами.

— Это такой ёкай с острова Токусима. Он всегда носит расстёгнутую красную безрукавку, прикидывается младенцем и просит усадить себя на спину. Если согласишься, он от радости будет по тебе стучать.

— И всё? Он не станет тяжёлым, не обманет?

— Нет.

Он как Конаки-дзидзи[*], но только радуется.

Мамору и Рен притихли. Наконец, Рен пробормотал:

— Безвредно, конечно… но и бессмысленно.

В этом случае мы всего лишь наденем на Раф-тян красную безрукавку. Это наверняка будет очень мило. Я уверен, что образ этого ёкая ей очень подойдёт.

— Наофуми, пока тебя не было, Руфт носил нечто похожее, когда ходил к морю играть с Кил, — добавил Рен.

Надо же, Руфт уже обзавёлся такой одеждой? Впрочем, это ещё не специально сделанная экипировка, так что смысл в эксперименте всё равно есть.

— Что выберешь, Рафталия? Правда с красной безрукавкой есть одна тонкость — Акадэнтю кроме неё не носил вообще ничего.

— Ни то, ни другое.

Ну, ещё бы. Можно было не спрашивать.

— Ладно. Значит, закажу простенькую безрукавку Акадэнтю Сэйн… или любому другому швецу. Это простая вещь, но если тщательно подойти к выбору материалов, у неё может проявиться какой-нибудь эффект. А насчёт котелка, Рен, это твоя работа.

— Как это понимать?! И почему вы ответили “ладно”, если всё равно продолжаете?!

Ого, Рафталия возмутилась так, что у неё хвост дыбом встал. Я думал, если бодро продолжить, то она смирится с неизбежным. Видимо, не получилось?

— Это эксперимент по созданию спецэкипировки.

— Вы зря думаете, что это оправдание даёт вам право вытворять что угодно!

— Рафталия, — я взял её за плечи и перешёл на назидательный тон. Может, она хоть так согласится? — Я не собираюсь отказываться от идеи, которая может сделать нас ещё сильнее.

— А я не хочу с ней мириться, потому что если ваш замысел сработает с Раф-тян, то после этого пострадать могу я.

Рафталия не лезет за словом в карман, как бы я на неё ни давил. Что ни говори, спорить она научилась мастерски.

Получается, она тщательно обдумала мой замысел и ответила отказом… Но я так просто не сдамся!

Сделать рафообразных сильнее — это моя святая обязанность. Конечно, умом я понимаю, что к этому не обязательно относиться настолько серьёзно, однако мне нравится идея эксперимента со спецэкипировкой. В нём есть своя романтика, так что я доведу его до конца.

— Тяжёлая у тебя жизнь, сестра.

— Кстати, Фоур, у твоей расы ведь был какой-то особый наряд? Он тоже спецэкипировка?

— Если ты о том, что у него есть эффекты, которые действуют только на хакукообразных, то да, — честно ответил Фоур.

Да, разумеется. Это ключевое свойство. И отсюда следует, что снаряжение, которое даёт прибавки конкретной расе, действительно существует.

— Думаю, сестра смогла бы найти нечто похожее в Кутенро.

— Я понимаю, что мы можем попросить Наталию, но вряд ли она согласится отдать Героям будущего артефакты прошлого.

— Зная Наталию, она с радостью согласится одолжить их, — возразила Рафталия. — Потому что либо вы их получите, либо сделаете вместо них нечто сомнительное.

— Как бы там ни было, Наталии всё равно нет, — парировал я. — И не факт, что в нынешнем Кутенро есть спецэкипировка. Поэтому почему бы нам не сделать её самим вместо того, чтобы тратить время на расспросы? Тем более, что Наталия сможет в лучшем случае найти что-то для Рафталии, а у Раф-тян и рафообразных пока нет ничего кроме листков.

— Да уж, Наофуми решил твёрдо стоять на своём… — пробормотал Мамору.

— Кольцо только для меня… ах…

О? Филория почему-то надолго притихла и до сих пор краснеет. Впредь буду знать, что при ней эту тему лучше не затрагивать.

— Почему бы не надеть безрукавку Акадэнтю поверх одежды жрицы? Так хоть прилично будет, — предложил Рен компромиссный вариант.

— Разумеется, я и не собирался требовать, чтобы Рафталия сняла с себя всё остальное, — тут же поддержал его я.

— Это всё равно даже не обсуждается! — выпалила Рафталия.

Казалось бы, у неё уже в составе одежды есть безрукавка. Да, ещё одна сверху будет выглядеть глуповато, но если считать её накидкой, то в целом наряд не будет вызывать вопросов.

— Наш разговор мне напоминает недавнюю встречу Наталии и Хорун, — сказала Рафталия.

— Это точно.

— Зачем вы сравниваете ваши споры с моими? Я так обижусь! — воскликнула Хорун, а Рафталия глубоко вздохнула.

— Ладно, — сказала она мне. — Только знайте меру. Я не хочу надевать сомнительные наряды на голое тело.

— Разумеется. Ты за кого меня держишь?

Вот так я сумел избежать репутации человека, который купил девочку-рабыню, вырастил её и раздел догола, чтобы она носила только накидку Акадэнтю. Кстати, удивительно, что биографию Рафталии можно уместить в одно предложение.

Так, о чём мы там говорили? Да, точно, о спецэкипировке. Думаю, этот термин подходит к любому снаряжению, которое делается под конкретного человека. Можно относиться к этому просто как к искренней и старательной работе, за которой стоит забота о нём. И я уверен, что создание украшения эксклюзивно для Рафталии станет для меня прекрасным упражнением. Как ни крути, она моя самая надёжная союзница. К тому же без неё я бы не получил Раф-тян.

При мысли об украшении для Рафталии я тут же подумал о браслете, который когда-то давно ей сделал. Но если делать копию, то как именно? На какие прибавки к характеристикам я должен ориентироваться? От этого зависит выбор материалов.

Мне кажется, что Рафталии подошли бы и изящно обрамлённые драгоценные камни, но они не вяжутся с тем образом, что у меня сложился.

— Н-Наофуми-сама?

Я взял Рафталию за руку, чтобы оценить размеры её запястья.

В прошлый раз я делал упор только на полезность украшения. Теперь надо постараться, чтобы оно одновременно было удобное, правильного размера и не мешалось в бою. Материалы тоже надо выбрать соответствующие. Какие вообще материалы имеют для Рафталии особое значение? Наверное, Камень Воли Сакуры, светосакура и некоторые зелья, которыми я пользовался по особым случаям.

Ага, вроде бы всё начинает складываться. Единственная трудность, что даже несмотря на всё планирование у меня вряд ли получится украшение, которое даст ей прямые прибавки к навыкам.

— Кстати, Рафталия. Куда подевался тот мячик из Шаров?

— Что? А… я его берегу и держу в шкафу в своей комнате, — ответила Рафталия с нежной улыбкой, наверняка вспоминая времена вскоре после нашей первой встречи.

— У нас ведь был запас останков Шаров, чтобы его можно было залатать в случае чего?

Я не слепой и уже заметил, что Рафталия относится к мячу как к сокровищу. Я в своё время купил его без задней мысли, но у неё с ним связаны очень важные воспоминания.

— Да.

— Раз такое дело, можешь потом дать излишки? Я их добавлю в украшение, чтобы оно тоже было счастливым.

Припасы, связанные с мячом, позарез нужны мне, чтобы сделать спецэкипировку Рафталии.

— Хорошо.

— Иногда мне жаль Рафталию, потому что ей приходится мириться с кривляниями Наофуми, но в такие моменты вспоминаю, что они прекрасно ладят, — прошептал Рен.

Мы же всегда так общаемся, разве нет?

— Мне кажется, или у него появился толковый замысел?

— Похоже, что да.

Хорун и Имия дружно поглядывали на нас и улыбались. Эй, ну-ка не пялиться!

— Сразу скажу — не волнуйся, я не собираюсь делать стринги из останков Шаров.

— Ради такого я вам их точно не отдам!

Почему у нас разговор всегда куда-то не туда заходит? Я ведь всего лишь хочу попрактиковаться в создании сильной спецэкипировки.

— Что-то мне кажется… сделать спецэкипировку, которая будет хорошо сочетаться с Оружием — задача особенно сложная.

Сначала нужно попробовать создать всего лишь снаряжение, которое подходит Рафталии и рафообразным, а затем уже думать о том, как совместить это с наклонностями Оружия.

Как бы там ни было, выставка и примерка украшений продолжалась целый день.

Что мы получили по итогам?

Я — увеличение прочности Щита Метеора, максимального расстояния до Флоут Шилда и свободное отражение любой Фёрст и Цвайт магии. Во время отражения я также могу усиливать магию с помощью Ци, однако новое украшение ломается после нескольких отражений.

Рен — прибавку к меткости Хандред Сорда, ночное видение и предсказание магических траекторий.

Рафталия — дополнительные звёзды у Стардаст Блейда, разлетающиеся режущие лепестки сакуры при каждом взмахе Катаной и прибавку к запасу Маны.

Фоур и Филория — детектор уязвимых точек, который включается во время атак, прибавки к накоплению Духа и скорости.

Сэйн и Рэйн — усиление всех атак с участием нитей, укрепление тех же нитей, а также прибавки к характеристикам фамилиаров.

Мамору — общее улучшение Шилд Бумеранга, усиление Шилд Баша и автоприменение Щита Метеора.

Хорун — увеличение времени действия всех связывающих навыков Кнута, паралич цели обычными атаками и ускорение фармацевтических процессов.

Думаю, самое впечатляющее из этого — автощит Мамору. Мы уже проверили, этот эффект сам по себе регулярно окружает его Щитом Метеора. Я, разумеется, хотел забрать это украшение себе, но у меня он не проявился. Щит, что ли, не той системы?

Чёртова Эссенция… Сколько ещё ты будешь меня унижать? Ещё немного — и я точно переквалифицируюсь в Героя Зеркала.

Мамору, конечно, говорил, что тоже завидует моему отражению заклинаний, но я думаю, по сравнению с моей завистью это мелочь.

Видимо, мы оба мечтаем о том, чего нам не хватает. Хорошо там, где нас нет.

Хорун тоже обрадовалась своим прибавкам, хотя они казались мне скучными. Правда, я уже догадываюсь, для чего они ей.

Глава 5. Вся сила рафообразных

На следующий день мы с Рафталией занялись магической тренировкой.

В последнее время Рафталия полагается в бою исключительно на навыки и другие силовые приёмы, а заклинания почти забросила. Осознав, что сейчас, вероятно, её в плане магии обогнала даже Раф-тян, она решила всерьёз поработать над собой.

Разумеется, она занята лечением травм Кил и остальных, а также другими мелочами, но теперь хочет поискать в магии боевую пользу.

Она может легко сбивать врагов с толку, вплетая в боевой стиль иллюзии и действуя с ними заодно. Порой встречаются противники, устойчивые к ним, но это лишь вопрос силы заклинаний.

— Что же, давайте.

— Ага.

Рафталия принялась читать:

— “Как источник силы, я повелеваю. Расшифруй законы мироздания…”

Она использовала магию с помощью силы земли, а я проверял, возможно ли её успеть расшифровать и прервать.

— Мой выход.

Мадракон у меня в голове самостоятельно провёл анализ и подсунул контрзаклинание.

Нет, так не пойдёт. Насколько я знаю, он не может прервать магию Либирейшн-класса. А значит, Рафталия пытается использовать Дритт.

Хотя благодаря Мадракону Рафталия научилась использовать силу земли, она так и не освоила составление сложных заклинаний.

— Так, стоп.

— Есть…

— Гм… Я рад, что ты можешь использовать силу земли, но почему у тебя так плохо с магией?

— П-простите, — Рафталия повесила голову, стыдясь собственного бессилия.

— Не бери в голову. Может… лучше отработаем магию мира Кидзуны?

— Вы в ней разбираетесь, Наофуми-сама?

— Ну, более-менее. Кроме музыкальной.

Её у нас лучше всего понимает Ицуки. Я знаю, что иногда эту магию можно включить просто пением, как это делает Фиро, но я в этих принципах не разбираюсь.

— Мадракон ведь научил тебя использовать технику магических каналов?

Мадракон может требовать силу от своих приспешников, а затем преобразовывать эту энергию в магию. Этот принцип — использование чужой энергии — очень схож с силой земли. Если установить канал связи с надёжным союзником, то можно будет полагаться на его силу, как бы вас ни раскидало по миру.

Наверное, это можно расценивать как сделку с дьяволом, дающую доступ к его магии.

Я более-менее знаю, как работает эта техника, потому что мне про неё услужливо рассказывала паразитирующая личность Мадракона. Однако похоже, что эта техника совместима не с любым Оружием — в моём случае она срабатывает только когда у меня выбрано зеркало. Есть над чем работать.

— Д-да, но…

Я уверен, это именно то, что нужно Рафталии. Чем больше помощников, с которыми есть магические каналы, тем сильнее и быстрее заклинания. Не будет преувеличением сказать, что эта техника совмещает положительные качества составных ритуалов и силы земли. Судя по тому, что в мире Кидзуны это знание раньше было запечатанным, её возможности должны быть по-настоящему огромными.

Вот только приёмником силы могут быть только владельцы Оружия мира Кидзуны, к тому же получившие благословение Мадракона.

— У кого я должна брать силу? Разумеется, я понимаю, что есть вы и ваши союзники, но…

— Я, конечно, готов делиться с тобой силой, но что-то подсказывает, что после этого урон от твоей магии будет ещё меньше.

На самом деле моя помощь наверняка хорошо сочетается с её магией иллюзий. Вот только если я буду подпитывать её магию, то вряд ли смогу пользоваться своей. Так что этот вариант, конечно, существует, но меня одного на роль её подпитки недостаточно.

— Рафу!

Пока мы стояли и разговаривали, ко мне вдруг подбежала Раф-тян и попыталась обратить на себя внимание.

— О… Возможно, ты могла бы заручиться помощью рафообразных.

— Что? Наофуми-сама?

Раф-тян родилась из волоса Рафталии, поэтому ей должно быть легко питать Рафталию энергией. Их магия проистекает из единого источника, так что сила заклинаний Рафталии наверняка дойдёт до уровня составных.

— Это как с Квартетом Мадракона. Он ведь сам создал всех этих существ из огромных сгустков Маны, а затем заставил поклясться себе в верности.

— Наофуми-сама, вы как-то называли Раф-тян тёмной владычицей рафообразных… Но в таком случае это звание перейдёт ко мне.

— Тёмная владычица Рафталия…

А что, вполне неплохо. Тёмная владычица, правая рука Дьявола Щита.

— Наофуми-сама!

— Не относись к этому так серьёзно. Если ты соберёшь всю силу рафообразных и научишься выплёскивать её в виде магии, то сражаться наверняка станет легче, правда?

— Хорошо, я попробую… Мадракон научил меня основам, так что я попытаюсь, хотя совсем не хочу полагаться на такую силу.

Вот так мы и договорились о том, что Рафталия попытается взять силу рафообразных, чтобы с её помощью использовать магию на манер Мадракона.

— Э-э… Ладно, Раф-тян, помоги мне.

— Раф!

— Я попробую собрать остальных. Эй, рафообразные!

Рафообразные, которые находились в загоне, выслушали наше объяснение и дружно согласись помочь.

— Раф-ф! — дружно выкрикнули они, всячески красуясь перед нами.

— Хорошо… а теперь… — Рафталия сосредоточилась, подняла руки и начала читать заклинание.

Глядя на неё в одежде жрицы, я не мог не вспомнить Грасс.

Само по себе чтение заклинаний Мадракона — искусство несложное, потому что они основаны на текстах силы земли. Поскольку Рафталия знает основы, осталось лишь выяснить, хватит ли ей благословения.

Поскольку эта магия требует помощников, она, очевидно, может считаться составной. Прямо сейчас помощники стоят рядом, так что всё должно получиться… надеюсь.

— “Откликнитесь на зов, мои соратники, и проявите магическую силу, которая напитает меня!”

— Рафу!

Откликнувшись на голос Рафталии, рафообразные начали передавать ей силу.

— У… — Рафталия качнулась вперёд и едва не упала.

— Всё хорошо?

— Д-да… но… кх… Ч-что-то…

Раф-тян вдруг вспыхнула, взлетела, зависла над Рафталией… превратилась в крылатую накидку и наделась на Рафталию.

Из-за этого — или нет? — у Рафталии появился огромный второй хвост из чистого света.

— Что это?.. — нахмурившись, спросила Рафталия, окидывая взглядом накидку и новый хвост.

Затем она взмахнула рукой в сторону. По пути из её ладони вылетели три снаряда в форме шариков инь-ян.

Немного прищурившись, приставила ладонь к обнажённой Катане. Кажется, она собирается сделать что-то ещё.

— Пятиэлементная небесная диаграмма.

Под ногами Рафталии вспыхнула особая магическая диаграмма, предваряющая магию повелительницы Кутенро. Несмотря на сложность этой магии, Рафталия применила её, совершенно не напрягаясь.

— Восьмигранный…

Обычно этот приём занимал у Рафталии достаточно долгое время, но теперь она просто встала в стойку и взмахнула Катаной перед собой.

— ...клинок судьбы.

Раздался приятный чистый звук, оставленная мечом линия резко расширилась.

— Что-то это совсем не то, чем пользовался Мадракон. Весь смысл был в том, чтобы тратить полученную энергию на магию. Почему ты вместо этого используешь приёмы повелительницы?

— Э-э… Да, и правда. Просто я чувствую внутри себя странную силу… Она рвётся наружу, но я не совсем понимаю, как сделать из неё заклинание.

Ах вот оно что? Ну, если этой силой можно пользоваться, не зачитывая длинных текстов, то это, наверное, неплохо.

Я подошёл и ощупал световую накидку Рафталии. А, я не сразу заметил, но у неё есть капюшон, который выглядит как голова Раф-тян. Я расправил его и надел на голову Рафталии.

— Интересно, это сама Раф-тян?

О, глаза на капюшоне посмотрели на меня. Ну и чудеса вытворяет Раф-тян. Не думал, что она такое умеет.

Что касается хвоста, то он… какой-то странный. Такое чувство, будто он сделан либо из уплотнённого воздуха, либо из сгустившейся Маны.

— Попробуй всё-таки использовать магию. Прямо на мне.

— Есть.

Рафталия вновь сосредоточилась и прочитала заклинание, которому её научил Мадракон:

— “Приди, сила, наводящая иллюзии, и через истинную силу всеистребляющего колдовства обратись миражами для врагов моих… Повелительница повелевает: утопи сих врагов в море иллюзий!” Маповелительница: Наслоение Фантомов!

Магия Рафталии сработала успешно, и вокруг меня появилось множество силуэтов, наполовину растворённых в тумане. Видимо, это и есть фантомы.

Кстати, так получилось, что я до сих пор никогда был мишенью магии Рафталии.

Зато я присутствовал на иллюзорной битве повелительницы из прошлого и женщины-лисицы. Прямо как в тот раз воображение рисовало мне в тумане какие-то образы.

— Рафу!

— Наофуми-сама? С вами всё в порядке?

Вокруг появилась целая армия Раф-тянок и две Рафталии. Хм, и правда сильная иллюзия.

— Всё хорошо, Рафталия, хотя иллюзия довольно мощная, — ответил я.

— Э-э, Наофуми-сама? Я не там…

Чего? Эти Рафталии существуют только в моём помутнённом сознании?

Хм… Интересно, заклинание Тленная Материя, которое Раф-тян применяет с моей помощью, ощущается так же? Я отношусь к этой магии легкомысленно, но она, кажется, крайне опасная.

— Понятно. Просто эта магия позволяет проецировать сложные наваждения, — сказала Рафталия, когда туман вдруг частично развеялся.

— Похоже, в этом режиме тебе доступны очень сильные иллюзии.

— Да, пока рафообразные и Раф-тян делятся со мной силой, все заклинания применяются очень быстро, хотя по силе не уступают составным.

Если она во время первой же тренировки показывает такие результаты, то техника Мадракона достойна уважения.

— Кроме того, я выяснила ещё одну вещь… — Рафталия указала пальцам на свой огромный световой хвост. — Похоже, этот хвост умеет впитывать магию. Полагаю, если закрываться им от заклинаний, он впитает в себя часть их Маны.

— То есть это аналог Абсорба Мотоясу?

Абсорб — это уникальная Геройская магия, доступная только Мотоясу. С её помощью он может впитывать Копьём вражеские заклинания и превращать их в свою Ману. Трудность только в том, что во время действия Абсорба ему нельзя сходить с места, или эффект прервётся. Однако Рафталии хвост двигаться не мешает. Полагаю, что с другой стороны Абсорб наверняка эффективнее, но если рассматривать хвост как упрощённую версию, не ограничивающую мобильность, то это всё равно солидная прибавка к защите.

— Да, я думаю, эти способности похожи друг на друга. Но хотя от этой силы множество пользы, я не совсем понимаю, откуда взялись накидка и хвост.

— Я тоже.

У Мадракона они не отрастали.

Скорее всего, это следствие того, что силой с Рафталией делятся именно рафообразные.

— Они все наследники твоей сущности. Возможно, это следствие того, что ты собираешь вместе однородную силу. Может, уточним у Хорун или Рато?

— Если честно, я не хочу знать правду.

— Но она может оказаться полезной в грядущих битвах.

— Я понимаю, но… Так, сначала отключу магию.

Рафталия остановила магические потоки. Туман окончательно развеялся, накидка и световой хвост тоже пропали.

— Рафу-у, — Раф-тян приняла прежнюю форму и села на плечо Рафталии.

— Рафу.

Остальные рафообразные устало расселись на земле.

— Гм… Видимо, тут работают такие же принципы, что и у вселения Грасс в Силдину?

— Скорее всего, это близкие явления. Можно сказать, что Раф-тян собрала всю силу рафообразных и принудительно влила её в меня по принципу силы откровений.

Хм… С другой стороны это можно рассматривать как своего рода режим форсажа для Рафталии.

— Судя по всему, рафообразные сильно устают от того, что делятся с тобой Маной, — прокомментировал я.

— Думаю, эту способность лучше всего беречь как козырь. Как видите, она открывает доступ к сильным умениям.

— Да. Но твоя неопытность в магии никуда не исчезла, поэтому продолжай тренироваться. Поскольку рафообразные быстро выматываются, в следующий раз планируй занятия с расчётом на подпитку от меня или Рена.

— Есть.

Тем временем к нам подошёл Руфт. Разве он не должен помогать Мелти в замке Мамору?

— Я слышал голос Рафталии, который просил поделиться с ней силой.

А-а. Значит, Руфт достаточно сильно связан с рафообразными, чтобы тоже слышать призыв.

— Да, я… упражнялась с магией параллельного мира…

— Причём получилось на удивление неплохо. Всё-таки магию Мадракона нельзя недооценивать. Недаром он Магический дракон, хоть и больной на всю голову.

Я объяснил Руфту, как работает новый режим Рафталии. Тот сначала понимающе кивал, но затем озадачился.

— Судя по рассказу… Это похоже на Астрал Энчант.

— А… И правда, — вспомнил я.

Астрал Энчант — это способность, которая временно наделяет конкретного человека огромной силой. Вот только для неё нужно благословение повелительницы и барьер Камня Воли Сакуры. Нам, как Героям, она недоступна, однако в теории с её помощью можно собрать Уровень и силу союзников в каком-то одном бойце. Действительно, общий принцип схож, разве что Астрал Энчант собирает силу добровольцев с помощью светосакуры и барьера Камня Воли Сакуры.

— Может, это и есть Астрал Энчант, который сработал из-за того, что мы в деревне? — спросил я у Раф-тян.

— Раф?

Нет, недоумевающая мордочка — это не ответ.

— Почему бы просто не проверить, как эта техника работает в другом месте? — предложил Руфт.

— И правда.

— Наофуми-сама, я прекрасно понимаю ваше желание ставить опыты…

— Но что? Это ведь очень полезная сила, хотя, скорее всего, доступная только тебе.

— Наверное, мне трудно смириться с мыслью о необходимости рафообразных…

— Опять ты за своё? Какая же ты упрямая.

— Это ужасно, меня назвал упрямой Наофуми-сама… — Рафталия расстроенно опустила плечи.

— Ладно, давайте попробуем снаружи деревни. Рафообразные, вы готовы? — спросил Руфт.

— Раф!

Судя по бодрому отклику, рафообразные уже успели более-менее отдохнуть.

Итак, мы вышли за пределы деревни, чтобы снова испытать усиливающую магию Рафталии. В результате выяснилось, что она доступна везде. Однако вскрылась и сложность: без Раф-тян этот режим включить нельзя. Другие рафообразные не могут её заменить.

— У тебя такой замечательный новый хвост, Рафталия, — завистливо высказался Руфт.

— Это точно. А её накидка напоминает мне кигуруми, только с открытым лицом.

— Ваши слова меня совсем не радуют, — заявила Рафталия и натянула капюшон на лицо.

Видимо, она совсем не против ходить с лицом Раф-тян. Кстати, когда она так делает, глаза Раф-тян помогают ей искать и анализировать цели. К тому же она позволяет видеть души.

В целом новая магия — это уникальная сила Рафталии и Раф-тян, которой они могут пользоваться где угодно.

Глава 6. Выбор Героя Молота

Через несколько дней Аквадракон вышел на связь с Мамору и дал ему указания. Мы собрали объединённый отряд и отправились на встречу с Наталией, которая разыскивала Клановый Молот.

К тому времени она уже выяснила, что предыдущий обладатель Молота был убит самопровозглашённым богом, однако Эссенция успела ускользнуть, чтобы её не начали использовать во зло.

Теперь, после нашей победы над самопровозглашённым богом она перестала прятаться и начала испускать сильные сигналы, по которым Наталия и нашла её.

Именно туда Мамору и направился в компании толковых бойцов. Мы с Рафталией, Руфтом и Раф-тянками присоединились к нему на правах туристов.

Разумеется, в выборах нового Героя мы постараемся не участвовать. Что, если у нас вдруг получится стать Героем этой эпохи? Что тогда станет с будущим? Слишком уж рискованный эксперимент.

Кстати, Рен и Филория остались в кузнице. Как сказала Эклер, несмотря на невыносимый характер, Филория куёт вполне неплохие вещи. Однако в последнее время она как-то странно себя ведёт во время работы — в неё словно вселяется прежний Рен. Нет, если её окликнуть, она станет сама собой, но в остальное время бормочет непонятные слова и принимает супергеройские позы.

Думаю, пока за ней присматривают Эклер и Виндия, ничего страшного не случится. Но есть у меня подозрение, что Филория постепенно заражает всё вокруг себя своими фантазиями, и рано или поздно этот синдром выйдет из-под контроля.

Хорун и Рэйн с нами не пошли. Хорун занята исследования, а Рэйн учит Сэйн магии.

— Прибыли, наконец?

Наталия встретила нас в одном из уголков огромного леса, который принадлежал той самой стране, некогда управляемой девятихвостой лисицей.

Именно там мы впервые встретили Наталию — она занималась убийством пресловутой лисицы. Очнувшийся от чар король попытался натравить на арбитра стражу, чтобы отомстить за убийство возлюбленной, и за это был уничтожен Аквадраконом, спутником Наталии.

— Не думал, что ты управишься так быстро, — не удержался я от комментария.

— Да. Оказывается, в окрестностях уже шепчутся о появлении Молота, и сюда постоянно приходят смельчаки, которые надеются стать Героями… Однако нужно иметь недюжинную силу, чтобы зайти так глубоко в лес.

— Видимо, кандидату предлагается пройти испытание силы, прежде чем стать избранным. Какой-то это неудобный способ поиска Героев по сравнению с призывом из параллельного мира, — заметил я.

— Настоящее неудобство — это призвать Героя из мира, который также страдает от волн. Ты ведь понимаешь, что такое бывает? — парировала Наталия.

Действительно, такой вариант тоже возможен. И совсем нетрудно представить, что у подобного призыва могут быть неприятные последствия.

Собственно, у нас есть отличные примеры таких Героев — это Силдина и Филория.

Что, если самопровозглашённый бог организует смертельную битву между двумя мирами… и призванному Герою придётся выступать против своей родины?

Например, если бы мне предложили сражаться за мир Мелромарка против Японии… то в своё время я не задумываясь встал бы на сторону Японии. На моё счастье, никакие волны Японии пока не угрожают.

В свою очередь, у Силдины накопилось к нашему миру много обид, поэтому она, возможно, выбрала бы спокойную и безбедную жизнь в каком-нибудь параллельном мире. Тем не менее, во время наших приключений в мире Кидзуны она говорила, что хочет домой. Возможно, это следует расценивать как то, что она изменила отношение к своему миру?

Раз так, то выходит, что знакомство со мной может влиять на людей и положительно. Например, Силдина теперь намного лучше ладит с Руфтом. Она стала для него таким же заботливым опекуном, как Садина для Рафталии.

И я отказываюсь считать, что она ладит с нами только для того, чтобы пить в моей компании.

— Идите за мной, — сказала Наталия и повела нас туда, где находится Клановый Молот.

Мы долго шли по затянутому туманом лесу, почти не видя дороги. Признаюсь, что мысль о Легендарном Оружии, дремлющем в мглистом лесу, меня вдохновляет. Романтику подкрепляют и слова о том, что до него может добраться лишь сильный смельчак.

Это совсем не как Рукавица, которая просто дожидалась своего часа в центре города. Возле неё постоянно толпились кандидаты и громко возмущались, когда у них ничего не выходило.

Наконец, деревья расступились, и мы увидели на поляне освещённое пятно. Именно на нём покоился Клановый Молот. Как и Клановая Рукавица, Молот был вставлен в какой-то пьедестал, напоминающий камень Розетты.

— Итак… В связи с отсутствием обладателя Священного Лука я как арбитр вынуждена опираться на мнение одного лишь Героя Щита, — Наталия повернулась к Мамору. — Должны ли мы найти подходящего кандидата в параллельном мире с помощью ритуала призыва, или же попытаемся отыскать достойного обладателя среди собравшихся?

Ну, наша стратегия и правда ставит в приоритет сбор сил. Мы должны успеть до того, как самопровозглашённые боги попробуют устроить ещё что-нибудь.

Если обладатель Кланового Молота станет нашим союзником, то политически Шильтран на этом так выиграет, что Пьенса уже не сможет диктовать ему свою волю.

Это также — хочется верить — станет поводом для переговоров с Героем Лука о создании объединённой структуры для противостояния самопровозглашённым богам.

Конечно, преимущество уже сейчас на стороне Шильтрана, но после такого оно станет решающим.

— Сначала попробуем знакомых мне людей. Если не получится, то проведём ритуал. Я… не хочу вовлекать в это невинного жителя другого мира.

— Понимаю. Действительно, с этого и начнём.

Когда короткий разговор подошёл к концу, спутники Мамору начали испытывать свою удачу. Среди них были некоторые из его подопечных детей, включая Сиан.

Когда дошла очередь Сиан, Молот выскользнул из её рук. Девочка приземлилась на пятую точку и поморщилась от боли. Затем она умылась ладонью, словно кошка, и как ни в чём не бывало спряталась за Мамору.

— Не получилось.

— Да уж.

Сиан высказалась о своей попытке точно как Атла, когда у той не получилось достать Звёздную Рукавицу.

Надеюсь, в будущих битвах против монстров и самопровозглашённых богов нам не придётся никем жертвовать.

Размышляя о своём, я ждал появления нового обладателя Молота, однако в конечном счёте ни один из спутников Мамору не приглянулся Эссенции.

— Что скажешь, Герой Щита будущего? Твои союзники будут пробовать?

— Если у них получится, ничем хорошим это не кончится.

В таком случае мне придётся оставить “счастливчика” в этой эпохе.

— Насчёт последствий… Они будут зависеть только от мнения Кланового Молота.

Ого, я не ожидал от Наталии такой терпимости.

— Дафу.

— Рафу.

Раф-тянки дружно подали голос. Вспомнилось, что Даф-тян умеет пользоваться молотами.

— Думаю, ей можно дать попробовать, — предложил я, держа перед собой Даф-тян.

— Даф! Даф-даф-даф!

Ого! Ничего себе, как она возмущается. Неужели настолько не хочет? Ну, значит не судьба. Я опустил Даф-тян на землю.

— Как необычно видеть рафообразного, который вырывается из объятий Наофуми-самы.

— Ну, дык.

Мы уже знаем, что в Даф-тян живёт душа повелительницы из прошлого. Наверняка у неё есть какие-то свои причины.

— Тогда… Пусть Руфт попытается, что ли. Если у него получится, объясни Оружию, что ей придётся отпустить его перед возвращением в будущее.

У Руфта неплохо получалось орудовать топором. С Оружием он станет сильным бойцом.

— Как пожелаешь, братец.

— Насколько мне известно, повелители могут быть избраны Героями только в исключительных обстоятельствах, — вмешалась Наталия.

— Этому есть какая-то причина? — Уточнил я.

— Всё-таки их задача — следить за Героями. Чем по-твоему обернётся назначение надсмотрщика на должность Героя? Или ты думаешь, что Оружие и заключённая внутри него Эссенция не учитывает таких вещей?

А-а, кажется, начинаю понимать. Если человек, задача которого — не допускать злоупотреблений, получит тот самый инструмент, с помощью которого эти злоупотребления совершаются… то его тут же можно будет подозревать в предвзятом отношении к самому себе.

— Но тогда что насчёт меня? — Рафталия, обладательница Клановой Катаны, нахмурилась.

— Это Оружие из параллельного мира, поэтому тут мне сказать нечего. Однако Молот — Клановое Оружие нашего мира, — внесла ясность Наталия.

Видимо, Оружие параллельного мира может принадлежать повелителям Кутенро.

— Значит, Руфту нельзя владеть Оружием?

— Ну вот… Даже немного обидно, — сказал Руфт, видимо, с нетерпением ждавший своей очереди.

Если Наталия против, то ничего не поделаешь. Я не хочу идти наперекор законам Кутенро.

— Тогда что? Попробуем пригласить каких-нибудь других знакомых Мамору, а потом проведём ритуал? — спросил я.

— У меня есть на примете кое-какие кандидаты, так что я свяжусь с ними. Прошу подождать с призывом.

Видимо, Мамору знает каких-то людей, которые могли бы стать Героями.

Ну а сегодня, видимо, можно сворачиваться.

Но пока мы разговаривали...

— Как же надоело… Вот бы достойный обладатель поскорее нашёлся!

— Д-дафу-у!

Наталия провела пальцем по рукояти Кланового Молота.

Вдруг Оружие выскочило из пьедестала и присосалось к её руке. Даф-тян зашипела, её волосы встали дыбом. К её чести, она пыталась остановить Наталию.

— А…

Пьедестал заблестел и начал таять в воздухе, а Наталия ошарашенно смотрела на прилипший к руке Молот.

Мы, уже собиравшиеся уходить, дружно перевели на неё взгляды.

— Надо же… Какой интересный выбор сделал Клановый Молот. Понимает ли он, к чему это приведёт? — удивлённо высказался Аквадракон.

Это же надо — та самая девушка, которая предостерегала Руфта от попытки, сама стала избранной.

Молот, вложившийся в руку Наталии, блестел изо всех сил, словно настаивая на правильности своего выбора. Наталия хлопнула по лбу рукой.

— Эссенция сделала арбитра Героем?.. О чём она только думала?!

Однако Оружие не реагировало на её крики.

— Ты стала обладательницей Кланового Оружия, этого уже не изменишь. Отныне тебе придётся исполнять две роли и доказывать миру, что ты достойна быть Героем. Да пребудет с тобой ещё больше смирения, чем прежде, Герой Молота Наталия.

— Замолчи уже! — прикрикнула Наталия на Аквадракона. — Я тут из последних сил сдерживаюсь, чтобы не послать ко всем чертям и мир, и свою судьбу! Мы ведь на днях успешно определили причину волн! Раз так, то откуда взялась необходимость нарушить традицию?!

Кажется, Наталия сейчас поставит рекорд по скорости заражения Проклятием. По-хорошему с падшими Героями должен разбираться как раз арбитр, так что она подаст плохой пример.

— Н-но с точки зрения боевой мощи это ведь прекрасный выбор, — попытался переубедить её Мамору.

Мне бы не пришло в голову так сделать — вот ещё одно различие между нами.

— Э-э… Вы только не унывайте.

— Как здорово получилось!

— Рафу.

Рафталия, Руфт и Раф-тян кто как мог пытались утешить Наталию.

— Ох… Хотя я крайне недовольна случившимся, предлагаю двигаться обратно. И как же так только могло получиться?

По крайней мере я согласен с тем, что странно требовать от неё исполнения обязанностей арбитра после обретения Оружия.

Получается, что она владеет как силой Героя, так и способностью её запечатать.

Наталия, которая выглядела гораздо измученнее, чем в начале нашей встречи, повесила Молот на спину и поравнялась с нами. Мы уже собирались пойти обратно, как вдруг…

— Хм?

Я посмотрел в чащу леса.

Кусты шелохнулись, и на миг я будто увидел нечто золотистое и напоминающее пушистый хвост.

— Наофуми-сама?

— А, нет, ничего.

Предположив, что за нами просто наблюдал какой-то монстр, я ускорил шаг, чтобы догнать остальных.

Глава 7. Секрет происхождения повелительницы из прошлого

Мы вернулись в замок Шильтрана, где рассказали Мелти и остальным о том, что Клановый Молот выбрал Наталию и сделал её Героем.

— Хе-хе-хе… В армии Дарк Брейвов новое пополнение! Покарай врагов своей тёмной силой, падший арбитр!

Выслушав очередную порцию бреда Филории, Наталия подняла Молот, шагнула к ней… и остановилась.

— Так, Филория! Не провоцируй её! — вмешался Мамору и предупредил свою девушку.

— Что тут сказать? Я всё понимаю, но ей придётся очень тяжело, — Рен смотрел на Наталию с сочувствием.

— Почему тяжёлые испытания выпадают именно тем, кто их не хочет? — прошептала Рафталия, проникновенно глядя куда-то вдаль.

— О! Классная цитата получилась! — бурно отреагировала Филория.

— Как меня угораздило оказаться в одной компании с такими самобытными людьми?

Как понимать Наталию? Она считает, что Герои — это сборище людей с личностными отклонениями? Я с этим не согласен — из этого следует, что я тоже ненормальный.

— Ты прямо не стесняешься сыпать оскорблениями в адрес Эссенций Священного и Кланового Оружия, — прокомментировал я.

На самом деле у меня тоже есть вопросы к принципам, по которым Эссенции отбирают Героев. Однако мои мысли даже близко не стояли рядом со словами арбитра.

Хотя у Наталии, наверное, сейчас всего лишь приступ ненависти ко всему живому. Лучше просто подождать, пока она успокоится.

— Как бы там ни было, у Шильтрана теперь такое преимущество, что мы можем пресечь в зародыше любые поползновения Пьенсы, — высказался я.

Насколько я понимаю, у Пьенсы всего один Герой — Лук. Неучтённой остаётся только Повозка, но она вроде бы не у них.

— Это точно. Не думал, что всё изменится настолько быстро, — согласился со мной Мамору.

Теперь мы сможем заняться поисками пути в будущее, не переживая за тылы.

— Видимо, в ближайшее время вся наша стратегия будет сводиться к улучшению имеющегося Оружия? — уточнил Мамору.

— А как же, — согласился я. — Оружие должно быть сильным, иначе какой в нём смысл?

— Силы нам и так хватает, так что особенно переживать по этому поводу не надо.

В наш разговор неожиданно вмешалась Наталия, которую словно осенило:

— Так, подождите. Если я теперь Герой Молота, то что насчёт той штуковины, которую вы мне дали несколько дней назад?

— Разумеется, ты больше не можешь ей пользоваться, — ответил я.

— Разве не очевидно? — поддакнула Хорун.

Что я точно знаю — так это то, что Священные и Клановые Герои не могут использовать в бою что-либо кроме собственного Оружия. Отсюда следует очевидный вывод — Наталия больше не может использовать экспериментальный молот Хорун.

— Если честно, мне было бы очень интересно испытать его в бою, но ничего не поделаешь, — кивая, продолжила Хорун.

— А, можно тогда я его заберу? — вызвался Руфт.

— Что за шутки?! Я никому его не отдам!

Неужели она настолько стыдится того, что это оружие может нам разболтать?

— Я понимаю, что не могу им пользоваться, но можно буду хотя бы носить на спине? Понимаю, что так молот будет бесполезен, но всё-таки?

— Нет, твоё Оружие должно отреагировать даже в таком случае. Единственное, что может помочь, это удаление особых свойств, — ответила Хорун.

Думаю, в её словах можно не сомневаться.

— Нет, я никому не позволю притронуться к этому молоту! А тебя, коварный алхимик, я рано или поздно прикончу собственными руками!

Кажется, она пытается прийти к душевному равновесию через ненависть к Хорун.

— Я надеюсь, Гнев не проглотит её так же как вас, Наофуми-сама…

Интересно, возможно ли это? Ненавидит ли Наталия Хорун так же как я Ссуку? Мне кажется, что нет. Судя по тому, что Хорун делится с арбитром силой, отношения между ними далеко не самые плохие.

— Даф-даф-даф-даф!

Даф-тян истерично топала ногами, словно в поддержку Наталии. Правда, ничего кроме умиления она не вызывает.

— Недолго тебе осталось негодовать по поводу моего молота. В своём окончательном варианте он наверняка станет первоклассным оружием.

— Хотелось бы мне тебе верить.

Несмотря на всё ворчание, мы приняли Наталию в ряды Героев. Хотя казалось, что эта девушка при первой же возможности убежит от своих обязанностей, мы знали, что чувство долга не позволит ей так поступить.

И всё-таки какая же это мерзкая работа — быть Героем. Иногда мне кажется, что Эссенции из кожи вон лезут, лишь бы причинить нам побольше страданий.

Вечером того же дня, когда Наталия стала Героем, я сидел у себя в комнате, то рисуя эскизы новых украшений, то смешивая лекарственные травы.

— Рафу.

— Дафу.

Ко мне пришли Раф-тянки.

Рафталия в последнее время занята работой над ментальными травмами Кил и других детей, поэтому мы теперь в основном ночуем раздельно.

— О? Вы что, хотите спать у меня?

Что касается Раф-тянок, то они ложатся где попало. Правда, в последнее время обычно рядом с Рафталией, потому что помогают ей с терапией.

— Даф.

Даф-тян шагнула вперёд, встала на задние лапы и высоко подпрыгнула. Раздался хлопок, и она прямо в воздухе превратилась в повелительницу из прошлого.

— Хм? Что случилось?

Если она приняла этот облик, то, видимо, хочет о чём-то поговорить?

— Кстати, я никогда не понимал, почему ты не пользуешься этой формой. Есть какая-то причина?

— Для поддержания формы нужна энергия, которая очень медленно копится. Если бы я знала про это раньше, то расходовала бы её экономнее.

Ах вот в чём дело.

В плане мастерства повелительница из прошлого ещё умелее Силдины, поэтому ей бы воевать на передовой, однако она крайне редко принимает гуманоидную форму. Я всё гадал, в чём причина, а оказывается, в нехватке энергии. Весьма неожиданное неудобство.

— Итак, ты сейчас превратилась, чтобы мне что-то сказать? Причём вкратце?

— В принципе да.

— Не хочешь попросить Хорун, чтобы она с помощью биоалхимии продлила время превращения?

Стоило договорить, как повелительница из прошлого поморщилась от отвращения.

— Не шути так. Моё состояние и так противоестественное. Не хочу становиться чем-то ещё более извращённым.

— Ладно-ладно.

Что же, как было ясно по поведению Даф-тян, повелительница из прошлого очень не любит Хорун.

— Тем более, это и не нужно — постепенно скорость набора энергии увеличивается сама собой. Грустно об этом говорить, но скорее всего причина в том, что я привыкаю к новой форме.

Ого… Значит, постепенно ей будет проще превращаться.

— Хотя я не хочу затягивать разговор… Мне многое нужно тебе сказать.

— Ладно.

Интересно, она специально пришла ко мне именно когда в моей комнате нет Рафталии?

— Первым делом я должна объяснить, кто я вообще такая.

— Предок Рафталии, да? Судя по всему, ты родилась несколько позже Наталии… Однако у тебя был молот, очень похожий на эксперимент Хорун.

Если честно, я и правда очень плохо представляю себе, кто такая повелительница из прошлого. Ясно только, что она примерно наравне с Рафталией и Наталией.

— Видимо, в настоящей истории этот молот появился позже, и ты получила его для опытов? — предположил я.

— Нет. Он и был создан именно так, а я родилась внутри него.

— Иными словами, ты… остаточные воспоминания Наталии?

— Почти, но не совсем. Если точнее, я появилась в этом молоте спустя несколько лет, когда закончился процесс копирования личности.

Иными словами, Раф-тян-два, она же повелительница из прошлого, это не сама Наталия, а производная от копии личности, которую сделал молот?

— Я не знаю, что так на меня повлияло — погружение в прошлое или постепенное привыкание к этому телу, но сейчас я… нет, термин “вспоминаю” тут не подходит. Скорее, белые пятна в моей памяти заполняются сами по себе.

— О-о…

Я почти успел обрадоваться, что она сможет рассказать нам про события этой эпохи, но раз она родилась позже, то на такую помощь рассчитывать не приходится.

— Однако я уже понемногу вспоминаю то, что должно случиться после этих времён. Меня начнут постоянно выносить из Кутенро в качестве оружия арбитра. Я буду вселяться во владельцев молота силой откровений и карать монстров и Героев, которые вышли из-под контроля.

А-а, так её всегда призывали так же, как это делала Силдина?

Так это, получается, не столько повелительница, сколько выездной каратель Кутенро?

В перспективе её так и ожидает бесконечное участие в дурацких конфликтах.

— Однако со временем моя жизнь как разумного оружия подошла к концу. Дальше ничего не происходило, пока Силдина не пробудила меня своей силой.

— Думаешь, эта пустота означает, что волны на какое-то время прекратились?

— По крайней мере… — повелительница из прошлого отвела взгляд. — Я помню бесконечные битвы с разными новыми врагами. Это были группы, в которых всегда был кто-то похожий на Макину. Могут ли они быть её союзниками? Вот вопрос, который не даёт мне покоя.

— Понял…

Перемещение в прошлое — это само по себе необычайное происшествие. Но теперь, словно этого было мало, я всюду нахожу новые сведения, дающие пищу для раздумий. Пока что у меня нет однозначного ответа на все вопросы, но это лишь подчёркивает необходимость скорейшего возвращения в наше время.

— Кстати, почему ты ничего не сказала Аквадракону?

— Мы давние напарники поневоле. Если я его разговорю, то устану слушать. Тем более, мой рассказ мало что изменит.

Ах вот оно что. Кажется, повелительница из прошлого всегда недолюбливала Аквадракона. И, действительно, она не так уж и много может ему рассказать.

— К тому же если я появлюсь в таком облике перед нынешней повелительницей… она может бурно отреагировать.

А, ну да. Чувствую, что Наталия надломится сразу в нескольких местах, если ей такое показать. Психически она до сих пор чересчур нежная. Вряд ли она переживёт новость о том, что среди пришельцев из будущего затесался её клон.

— Значит, подытожим: ты — это молот, на который записалась чуть более взрослая личность Наталии?

— После чего меня извлекли из молота и поместили в этот сосуд.

— Кстати, почему у тебя голос немного похож на Хорун?

— Не знаю.

— Может, она добавила частичку своей личности в молот?

— Если можно, я тебя попрошу не предполагать такого. Думаю, это время так повлияло. По крайней мере в мои последние вылазки до Силдины мне уже говорили, что я как-то странно разговариваю.

— Ага, понял. Ну, и что ещё ты пришла мне сказать?

Эта… будущая Наталия очень похожа на Рафталию, если последней накинуть несколько лет. Из-за этого мне трудно относиться к ней как к повелительнице из прошлого.

— Может, ты хотела почитать мне нотации на тему того, что нельзя менять будущее? Тогда я напомню, что это ты помогла добить лисицу, которая в наше время стала бы приспешницей Такта. Сдаётся мне, после такого не воскресают.

— Хм? Нет, я более-менее уверена, что это другая.

Ответ “более-менее” меня не успокаивает. Снова вспомнился тот загадочный хвост, который я сегодня видел.

— Более того, мне самой интересно увидеть, к каким изменениям приведут мои действия. Поэтому упрёков не жди.

— Ясно. Значит, никто мне не помешает обсудить с Хорун превращение Филории в рафо…

— Если ты это сделаешь, то пощады не жди. Знай меру.

Чёрт, и она туда же!

— Более того, меня крайне раздражает то, как ты спелся с коварным алхимиком и потакаешь её безобразиям.

Как я и думал, Хорун ей не по душе.

— Тогда что? Ты тратишь драгоценную энергию просто ради ворчания?

— Нет, конечно. Я знаю нечто, что может оказаться для нас зацепкой. Увы, мои воспоминания о нём очень мутные.

— И что это?

— Мы видели нечто крайне похожее в руинах Филориалов перед тем, как попасть сюда.

— Ты, случайно, не про тот странный механизм, который включил Мотоясу?

Мы видели там комнату с полом в виде песочных часов.

— Кажется, это была… установка для управления временем.

— Хорошо, но в этом мире нет руин Филориалов. Или тот храм более древний, чем они?

Вспомнилось, что Мамору говорил о какой-то святой земле. Думаю, в конце концов она и стала теми развалинами, которые мы по приглашению Филории посетили, пока бегали от Церкви Трёх Героев.

Но где же искать руины? Вроде бы Мелти как-то пыталась поспрашивать, где они находятся в этом мире, но ей сказали, что ничего подобного не знают.

Трудность в том, что мы находимся в мире до слияния. Его рельеф совсем другой, поэтому географические знания особенно не сопоставишь. Например, в будущем на дороге, которая ведёт от Мелромарка и Шильтвельта в Фобрей, есть пустыня, а в этом мире её нет.

— Будет очень обидно, если окажется, что источник этой установки — мир Копья.

— Как ни прискорбно, это вполне возможно, — согласилась повелительница из прошлого.

— Это уже не смешно.

Как же нам попасть обратно?

— Я не говорю, что мы в полном тупике. Возможно, надежда появится после того, как мы отыщем Клановую Повозку.

— Каким образом Повозка может нам помочь? — Удивился я.

— Таким, что её сила — в перемещении. Она похожа на Клановую Лодку параллельного мира. Я уверена, ей под силу привезти нас в мир Меча и Копья, если мы воспользуемся нашим Священным Мечом как ориентиром.

Что, серьёзно? Хотя чему я удивляюсь, если Эснобарт приплыл в наш мир на Клановой Лодке, пользуясь украшением-якорем? Наверное, и мы сможем сделать то же самое.

Но как же я недоволен хитростью наших врагов! Это же надо — забросить нас в тот мир, из которого нет пути обратно!

— Ты уверена, что Повозке это под силу? Клановая Катана, например, не может переместить Рафталию в мир Кидзуны.

— Поэтому это всего лишь надежда, а не решение всех проблем.

— Ясно…

Осталось только разобраться, где эту Повозку искать.

Как нам сказали, это крайне привередливое Клановое Оружие, которое не хочет выбирать обладателя. Более того, никто даже не знает, где она находится. Может быть, нам стоит взять на поиски Фиторию, которая станет в будущем её хозяйкой?

— Я понял, что ты предлагаешь, но вопрос в том, как искать то, чего никто не видел.

— В этой эпохе она… должна находиться в том месте, которое Герои называют святым.

— Так ты, оказывается, знаешь?

— Только что вспомнила.

Вот и как после такого доверять этой повелительнице? Наталия точно впадёт в отчаяние, если узнает, что это её будущее.

И всё же оказывается, что на святой земле есть что-то важное. Однако сам Мамору говорил, что это бесполезное место.

— У… Кажется, моё время на исходе, — повелительница из прошлого выпустила дым и вновь превратилась в Даф-тян. — Дафу-у, — вздохнула она.

Ей что-то не нравится в этом облике? Наверное, если бы у Рафталии была рафообразная форма, она относилась бы к ней точно так же.

Ладно, надо погладить Даф-тян — пусть это будет награда Наталии за превращение в рафообразную.

Но когда я протянул руку, Даф-тян отпрыгнула от меня, словно зверёк, у которого сработал инстинкт самосохранения.

— Дафу-у-у! — зашипела она на меня.

Кажется, она догадалась, что я пытался сделать. Ладно, задумка не удалась.

— Я тебя понял. Значит, завтра предложу Мамору сходить на святую землю.

— Даф.

— Рафу.

Итак, благодаря информации от повелительницы из прошлого я узнал нашу следующую цель: святая земля.

Глава 8. Нулевая Зона

— Эй, Наофуми!

Утро следующего дня началось с нервного стука Мелти в мою дверь.

— Чего тебе надо в такую рань?..

— Тревога! Срочно вставай, я тебя введу в курс дела!

— Да-да. Ну, что там? Нападение Пьенсы?

— Да, только не прямое!

Опять?.. До чего упрямая страна.

А ведь я надеялся, что заявление о присоединении Героя Молота к силам Шильтрана успокоит их. Аж злость берёт. Не пора ли нанести Пьенсе по-настоящему сокрушительный удар? Мне уже кажется, это лучше, чем доверять дипломатию Мамору. Пусть узнают, что такое жить в страхе и ожидании вторжения.

— Если говорить точно, то они по очереди нападают на все страны, которые посылали Шильтрану предложения о заключении союза!

— То есть Пьенса показала своё настоящее лицо?

Кажется, это проявление отчаяния. Но неужели они могут просто взять и напасть на другие страны? Общественное мнение ведь будет на нашей стороне.

— Я не знаю, что у них на уме. Но они идут напролом. Моей Тени чудом удалось спастись.

— Так и есть… — появилась вслед за Мелти сильно побитая и израненная Тень, опираясь на плечо Рафталии.

Судя по тому, как она замотана бинтами в несколько слоёв, раны у неё и правда серьёзные. Её личные рафообразные тоже заметно пострадали и лишь чудом не сваливались с плеч Тени.

Наш враг довольно силён, раз сумел отыскать Тень и так сильно потрепать.

— Наофуми-сама, положение крайне серьёзное, — сказала Рафталия.

— Это я уже понял, но первым делом вылечите Тень.

— Я бы есть поддержала вас, но не думаю, что такие раны под силу даже вам, Герой Щита-доно.

— Рафу…

— Уж с такими я справлюсь.

Мне уже приходилось лечить Атлу, которую все считали безнадёжным случаем. А в случае Тени можно даже выбирать между магией и лекарствами.

Или есть какая-то причина, по которой она так говорит?

Тем не менее, я попробовал прочитать заклинание, выбрав целью Тень и косплеящих под ниндзя рафообразных.

— Мой выход.

— Олл Либирейшн Хил.

Заклинание окутало тень и рафообразных-косплееров исцеляющим светом. Теперь их раны должны…

Но стоило подумать об этом, как из раненых снова пошла кровь.

— Как это?!

— Армия Пьенсы есть испытывает какое-то странное оружие, урон от которого невозможно лечить… Армия страны, которая хотела дружить с Шильтраном, тоже не есть смогла сопротивляться натиску, потому что их раненые не есть поддавались лечению.

Этого ещё не хватало… Несомненно, мы имеем дело с каким-то проклятием. Наверное, эти раны сродни тем, которые я получил из-за Блад Сакрифайса.

Объединив силы с Мадраконом, я попытался изучить раны Тени. Хорошо если их можно вылечить с помощью магического ритуала или святой воды… потому что иначе раненых ждёт смерть. Они постепенно истекают кровью и слабеют на глазах.

— Рафталия, неси их в наш госпиталь.

— Есть.

— Наофуми… С ними всё будет хорошо?

— Мелти, я их вылечу. Обещаю. Позови Рато и Хорун.

— Ладно.

Мы уложили Тень и рафообразных на койки в госпитале и снова попытались оказать им первую помощь.

Вскоре прибежали Рато и Хорун. Мы вместе попытались изучить раны.

— Что-то это не очень похоже на проклятие, — заявила Хорун.

— Действительно, — согласилась Рато. — Скорее выглядит так, будто нечто зафиксировало раны в открытом состоянии. Возможно, если бы исцеляющее заклинание применил не граф, от него бы стало ещё хуже.

Учёные заключили, что лечение может даже навредить пациентам. А оговорка про меня была к тому, что я не могу наносить урон — в том числе заклинаниями исцеления. Когда моё заклинание превратилось из лечебного в боевое, оно развеялось само по себе. Так уж, к моему огромному сожалению, устроена моя сила. Хотя на сей раз это свойство, по всей видимости, спасло Тень от ещё больших мучений.

— Это крайне злобная и коварная ловушка. Не думаю, что у Пьенсы были технологии, способные создать такое, — заключила Хорун.

— У нас в будущем есть проклятия, которые мешают лечению… но такого я ещё не встречала, — сказала Рато.

— Ваши мысли, конечно, интересные, но как нам это лечить?

— Если эта рана фиксированного размера… То что будет, если её углубить? Она залечится?

— Собирая информацию, я есть видела тех, кто пытался это проверить… Однако в таком случае рана лишь есть становится глубже.

Тень изучала наших врагов. По-видимому, это включало и знакомство с состоянием тех, кого они ранили.

Чёрт, я ведь и сам думал предложить этот метод! А от него, оказывается, только хуже.

— Можно поместить вас в питательный раствор… Но сначала проверим.

Рато достала пробирку и вылила её содержимое на рану Тени.

Повалил чёрный дым, потекла кровь, рана стала ещё глубже.

— Кажется, ты их так только добьёшь, — прокомментировала Рато.

— Но ты же должна понимать, что совсем незаживающие раны бывают только в литературе, — невозмутимо парировала Хорун.

Да что же это такое? Мне тоже вспоминаются легенды моего мира, в которых встречается оружие, оставляющее раны навсегда.

— Можно попытаться перебить этот эффект пересадкой клеток. Однако… эта ловушка так тщательно продумана, что я не удивлюсь, что она блокирует лечение даже на клеточном уровне.

Чёрт… каким же злодеем нужно быть, чтобы придумать такое оружие? Такое чувство, будто это враги Сэйн делятся с Пьенсой технологиями. Хотя, конечно, если уж мы попали в прошлое, то и они могут здесь оказаться…

— Вы ей можете как-нибудь помочь?

Если мы не можем залечить рану, есть вариант удалить весь участок кожи. Но вопрос ещё, приживётся ли потом новая кожа после пересадки.

Вдруг мне вспомнилось, как Кидзуна спасала Цугуми после опытов, а также уничтожала силу перерожденца, который пытался украсть Оружие.

— Рафталия.

Я мог бы обратиться и к Рэну, и к Сэйн, которые тоже пришли посмотреть, но мне кажется, Рафталия управится быстрее всего.

— Да?

— Попробуй ударить по ране Нулевой Катаной.

— Что? Но…

— У Нулевого Оружия нет силы атаки. И я думаю, это единственное оружие, которое может справиться с настолько злобной силой.

Эта технология настолько извращённая, что её только и остаётся что назвать нечестной. А главный метод борьбы с нечестной силой — именно Нулевое Оружие.

— Хорошо.

Рафталия достала Катану, переключила её на Нулевую и провела остриём вдоль раны Тени.

— Кх-х-х… — застонала та от боли.

Раз так, значит, какой-это эффект есть. Пора попробовать ещё раз?

— Фёрст Хил.

Я тут же выпустил заклинание в рану, которую потревожила Рафталия. Однако ничего не изменилось. Кровь продолжала течь.

— Нет… — протянула Рафталия.

— Даже Нулевое Оружие не помогает? — проворчал я.

Что же это за сила такая — одновременно и нечестная, и разрешенная? Так и хочется подколоть создателя Нулевого Оружия на тему того, зачем у него есть такая серая зона.

— Подумать только, что всё настолько серьёзно, — сказала Рато.

— Кх… Даже мой гениальный мозг не может родить решение здесь и сейчас, — нервно продолжила Хорун. — Хотя… если переместить её душу в гомункула…

— Ты успеешь?! — спросил я.

— Н-не есть волнуйтесь… Я не есть собираюсь умирать…

Хотя Тень говорила тихим и слабым голосом, на умирающую она и правда не тянула. Вот только с таким кровотечением она протянет дня два, не больше. Разве этого достаточно, чтобы ворваться в Пьенсу и прижать к стенке ответственного?

Может, идея Хорун — единственный способ успеть?

— Да уж, трудная задача… — даже в речи обычно самоуверенной Хорун можно заметить её внутренние колебания. — Можно попробовать принудить клетки к делению… но вряд ли тот, кто придумал такие раны, не учёл такую возможность…

По её нерешительности я понял, что она и правда не знает, что делать. Похоже, правильный метод лечения знает только разработчик этого оружия. Но он, если к нему обратится, наверняка выставит неприемлемые встречные требования.

— Наофуми… — Мелти посмотрела на меня с мольбой во взгляде.

Если мы согласимся на оккупацию Пьенсы, то спасём Тень и её рафообразных. В противном случае наши поиски сильно затормозят — а возможно, даже сделают невозможным — возвращение в будущее.

И всё же…

— Герой Щита-доно. Вы есть не должны мириться со злодеяниями Пьенсы и выполнять их требования ради меня…

— Р-рафу… — рафообразные замотали головами, поддерживая тень.

— Время… ещё есть. Я есть прекрасно понимаю, что чувствует королева. Но я есть счастлива, ведь у меня ещё есть время сказать ей всё, что я не успела раньше.

— Ра-афу.

Всё, я решил. Причём ещё давно — когда потерял Атлу, положился на спутников, а затем поговорил с Атлой внутри Щита.

Я больше никого не хочу терять, чего бы мне это ни стоило. Я буду защищать остальных любой ценой.

Я сжал кулаки, чтобы не издавать неподобающих звуков. Вдруг мне почудился голос.

“Ты уверен?”

Я слышал его впервые. Но… что-то в этом голосе показалось мне знакомым. Он напоминал мой собственный… но не до конца.

Что это такое? Казалось, будто голос доносится из Щита, но в то же время он раздавался прямо в моей голове.

Впрочем, сейчас важнее не источник голоса, а что он говорит.

Да, я был уверен. Хотя после войны с Церковью Трёх Героев роль Тени в моей жизни сильно уменьшилась, она всё равно старалась поддерживать нас. Сейчас, после попадания в прошлое, она собирала информацию о Пьенсе и помогала Мелти с её работой. И что самое главное — я не сомневаюсь, что она тайно поддерживала нас далеко не в одной битве.

Я не хочу терять ни одного из своих помощников.

“Этот путь может быть трудным. Возможно даже, что ты никогда не станешь прежним. Ты уверен, что не пожалеешь?”

Да какая разница? Я принял решение и колебаться не собираюсь. Ради спасения товарищей я готов на любые меры.

“Тогда ~~~~ ответит на твою решимость”.

Голос будто бы стал громче.

“Забудь о ~~~~ и достигни Нулевой Зоны…”

Начало нуля изменилось и достигло Нулевой Зоны: Высшая!

Сила атаки -1

Увеличена проницаемость магии

Освоена Анти-межпространственная защитная преграда (Слабая)

Перед глазами вдруг промелькнули системные надписи. А затем в голове возник метод лечения этой раны.

— «Откликнись на мой зов, прозрачная тьма, что исторгла из себя всё, став истинной пустотой, и прояви себя.»

— Н-Наофуми-сама?

— Что-то случилось? — спросила Хорун.

— Я не знаю, но… Наофуми-сама словно что-то излучает.

Чёрт возьми, как же сложно составить это заклинание!

Оно не похоже на привычный пазл, и Мадракон почему-то не реагирует.

Как бы описать ощущения от составления этого заклинания? Представьте пазл, скрещенный с ловлей аквариумных рыбок сачком, как на фестивале. Это головоломка, которую приходится собирать, двигая тончайшие плёнки.

— «Я, Герой Щита, повелеваю земле и небесам: пусть исправится мироздание, пусть хлынет гной в пустоту.»

Ошибаться можно, но от этого заклинание потребует ещё больше времени. Сложность просто запредельная.

Тем не менее я упрямо строил заклинание.

— «Как источник силы, я повелеваю всему: сотри сим заклятия, что я сочту нечестными.» Олл Фёрст Хил Зеро!

Я почувствовал, как моя рука обмякла. Эта магия потребовала всей моей Маны.

— Что это было? “Зеро”? — прошептала Рафталия.

Вдруг из моей руки в сторону Тени и рафообразных вылетело пространственное искажение. Оно прикоснулось ко всем ранам, после чего растворилось в воздухе.

Кажется, я в этот момент на миг потерял сознание, потому что начал падать.

— Наофуми-сама?!

К счастью, Рафталия успела меня подхватить, потому что очнулся я не на полу.

— У…

— Вы в порядке?!

— Д-да… со мной всё хорошо. Я за раз потратил всю Ману, вот и в обморок упал.

— Неужели вы теряете сознание, когда остаётесь без Маны?

— Но что это была за магия? — поинтересовалась Хорун.

— Не знаю. Она просто пришла мне в голову — больше мне нечего про неё сказать.

Лично меня больше интересует загадочное сообщение про Нулевую Зону: Высшую. Когда эта способность появилась в Статусе, рядом с ней добавился индикатор, показывающий “3%”.

— Что с Тенью?

— Вроде ничего не изменилось.

Я выпил несколько зелий, чтобы восстановить Ману. До конца восполнить запас не получилось, но по крайней мере пропала усталость.

Так… Я очень надеюсь, что эта магия делает что-то полезное, а не просто расходует Ману.

Я попробовал снова применить исцеляющую магию. На сей раз рана исчезла.

— О-о…

— Что именно ты сделал? — спросила Хорун. — Я ведь подозревала, что эти раны в принципе невозможно вылечить.

— Сам не знаю. Но эта магия появилась от эволюции способности на одном из тех щитов, которые открылись от сделанных тобой листьев.

Я пока не знаю, что и почему произошло. Пока можно лишь порадоваться тому, что мы нашли способ лечить неизлечимое.

— Осталось только исцелить их.

— Герой Щита-доно… Спасибо вам.

— Рафу-у.

— Хватит благодарностей. Лечитесь и восстанавливайте силы.

— Я есть понимаю вас.

— После этого… Тени надо тоже всерьёз заняться тренировками, чтобы не отставать по силе от остальных.

Хотя Тень всегда была достаточно сильной, мы никогда, например, не усиливали её по методу Кнута.

Я должен делиться силой со всеми, кто помогает мне.

Наши враги коварны. Они пытаются ранить и убить нас всеми возможными методами. Нам нужно все возможные благословения, чтобы никто не умер, когда что-то подобное произойдёт в следующий раз.

— Есть надеюсь на ваше снисхождение. Если желаете, в качестве благодарности я есть могу превратиться в Рафталию и сказать любые слова, какие вы захотите. Рафу-ун, — Тень добавила паршивую имитацию речи Раф-тян в конце.

— Тебе правда хочется умереть сразу после спасения? — спросил я.

Почему-то у Тени дурацкое чувство юмора. Это у неё что, за шутку считается?!

— Как бы там ни было… Ясно, что впереди нас ждут крайне неприятные события.

Мысленно обливаясь холодным потом, я подлатал Тень и рафообразных своими заклинаниями. После этого мы решили встретиться с Мамору и обсудить дальнейшие шаги.

К моему искреннему раздражению, похоже, что поездка в святую землю откладывается на потом.

Мамору со своими товарищами, уже проведавший о шумихе, пришёл в нашу деревню. Мы собрались в столовой, и я рассказал ему о случившемся. Когда Мамору узнал об угрозе со стороны Пьенсы, в помещении воцарилась мрачная атмосфера.

— Оружие, раны от которого может лечить только Наофуми… — пробормотал Мамору, складывая руки на груди. — Возможно, всё не так плохо, ведь мы хотя бы нашли, чем ответить.

— Что-то подсказывает, что этой силой нельзя пользоваться слишком часто. В основном из-за кошмарного расхода Маны, — возразил я.

Эти заклинания настолько прожорливые, что я теряю сознание. К тому же они медленно читаются.

— Как они вообще добились такого эффекта? Это какие-то чары или особенности материала? Или, возможно… — Рен уже пытался раскрыть секрет вражеского оружия словно заправский кузнец.

В будущем мы не видели ничего подобного. И более того, это настолько необычный эффект, что даже Хорун не смогла придумать ему схему лечения.

— Возможно, я смогу подобрать другую терапию, если мне принесут образец оружия или хотя бы нескольких пациентов для опытов. Правда, есть важный нюанс, я не гарантирую, что подопытные выживут.

Медицина — она вообще строится на множестве экспериментов и жертв. Даже Хорун не сможет придумать лечение без человеческих потерь — вот насколько коварное оружие добыли наши враги.

— Это… оружие, оставляющее незаживающие раны, будто пришло прямиком из мифов, — пробормотал Мамору.

Я тоже так подумал. Похоже, это крайне распространённые мифы.

— Так и есть. В легендах моего мира такое оружие тоже встречается.

Из самых известных — Фрегарах и Гае Булг из кельтских мифов. Думаю, что арпа из древнегреческой мифологии сюда тоже подходит.

Мы сейчас находимся в параллельном мире со множеством игровых элементов. Я не удивлюсь, если здесь есть оружие, вдохновлённое мифами.

И, возможно, наши сложности с лечением обусловлены тем, что использование такого оружия трудно назвать нечестным.

Помеха лечению — достаточно простой и понятный проклинающий эффект, но над ним явно поработали, чтобы сделать настолько зловещим и коварным. Такое чувство, будто этому проклятию отключили восприимчивость к тем методам развеивания, которые должны у него существовать.

— Не исключаю, что подобное оружие могло найтись в каких-нибудь развалинах, — напомнил Мамору о том, что в этой эпохе, в отличие от наших, существует и другое могущественное оружие, помимо Священного и Кланового.

Хотя в руинах Филориалов нашего мира Рен тоже отыскал какой-то меч. Как его, Ашкелон? Это знаменитый меч для убийства драконов, и я не удивлюсь, если он сохранился с древних времёни. Хотя с другой стороны, это могла быть работа одного из Героев.

— Но мне кажется, это оружие… появилось подозрительно вовремя, — закончил мысль Мамору.

Вполне возможно, этот козырь был у них и раньше. Однако почему его пустили в ход именно сейчас? У них настолько отчаянное положение, что пришлось идти на крайние меры? Нет, совпадение настолько неестественное, что здесь это не оправдание.

— Мелти, Тень ничего не говорила?

— Нет… По её словам, враги вдруг напали и пустили в дело это оружие.

— Кажется, разумнее всего предположить, что за этим стоят какие-то другие люди, а Пьенса просто пользуется положением.

— Скорее всего, — согласилась Мелти. — И что ты предлагаешь? Думаешь, встречное нападение здесь поможет?

Я молча посмотрел на Наталию — как-никак, сила арбитра сейчас у неё.

— Действительно, творятся странные дела, однако рассуждать о нападении на Пьенсу преждевременно. Если враги не используют Геройское Оружие, то я не могу поддержать вас в применении Героев для ответа.

Похоже, она решила ответить исключительно как арбитр. Наталия по-прежнему верит, что силу Героев ни в коем случае нельзя использовать для развязывания конфликтов.

— Что касается тех, кто не относится к Героям — они вольны участвовать в войнах. Это касается как Пьенсы, так и Шильтрана.

— То есть ты сделаешь исключение только в том случае, если Герой Лука Пьенсы стоит за этим вторжением и имеет к нему отношение? — уточнил я, и Наталия молча кивнула.

Она совсем не против вражеского вторжения, если оно стало возможным исключительно благодаря развитию технологий, а не опоре на силу Героев. Эта позиция меня раздражает.

— Мы доказали свою ценность для мира победой над источником волн. Это же какую наглость надо иметь, чтобы на нас нападать? Разве это не угроза для мира? — возмутился я.

— Скорее всего, с точки зрения Пьенсы угроза для мира — это, наоборот, мы. Точнее, для того мироустройства, в которое они верят, — парировал Мамору.

По его словам выходит, что наши враги исповедуют пьенсоцентричность. В их понимании мирования гармония строится вокруг Пьенсы, которая управляет окружающим миром по своему усмотрению.

Их можно понять, ведь раньше эта философия работала. Они находили оправдания для того, чтобы подавлять остальные страны своим могуществом. Однако сейчас, после нашего появления, всё резко изменилось, и теперь мировые события выходят из-под контроля Пьенсы.

Из-за этого они, по-видимому, плюнули на поиски оправданий? Иначе с какой стати враги затеяли полномасштабное вторжение и пустили в ход оружие, оставляющее незаживающие раны?

— Видимо, так и есть, — поддержала Мелти Мамору и развила тему: — Они нападают на остальные страны с криками о том, что Шильтран прятал ото всех огромную силу, достаточную для противостояния волнам.

Видимо, это часть гнилой человеческой природы — беспокоиться о личной выгоде больше, чем о каких-то там волнах бедствия. В Мелромарке будущего такой подход тоже процветал.

Похоже, что в каждой эпохе можно найти страну, управляемую безнадёжными подонками. И я очень рад, что Пьенса рано или поздно исчезла. Но хотя это естественно, что злодеи получили по заслугам… к моему огромному сожалению, корни того же самого зла вновь проросли в Мелромарке.

Значит ли это, что в Пьенсе можно найти предков Мелти?

— Ладно… Давайте я скажу то, что вы все уже подумали. Возможно ли, что Пьенсу тайно поддерживает самопровозглашённый бог? — спросила Мелти и посмотрела на меня и Наталию.

— Вполне возможно, — согласилась арбитр. — Однако у вас нет веских доказательств.

— Хм… Нам будет трудно оправдать даже наблюдение, — поделился своими мыслями Аквадракон. Затем посмотрел на меня и предупредил: — Твоя ярость увеличилась. Держи её под контролем.

Я что, кажусь таким раздражённым? Вроде ненависть к миру не излучаю, настроение у меня тоже неплохое.

Ладно, вернёмся к делу. Действительно, наши враги из тех, которые после случившегося решат напасть исподтишка. Момент для появления подозрительного оружия выбран настолько удачно, что я даже не сомневаюсь, кто за этим стоит. Но в то же время я уверен, что если мы попытаемся оправдать этим вторжение, то враги будут всё отрицать.

И что самое главное — даже разрушение Пьенсы ничего не изменит, так как самопровозглашённые боги дадут силу какой-нибудь другой стране.

Что нам нужно, так это выкурить и замочить тех подонков, которые управляют Пьенсой словно кукловоды.

План, конечно, простой, но никаких конкретных соображений по претворению его в жизнь пока нет. С какой бы стороны подойти к этой задаче?

— При желании нам под силу подкосить Пьенсу, — заявил Мамору. — Пускай у них есть мощное оружие, им сначала придётся попасть по нам. Мы можем отправить штурмовой отряд из не-Героев, чтобы застать врасплох вражеские силы. После победы они принесут нам оружие, чтобы мы могли изучить его и создать метод лечения.

— Ну, это самый безопасный вариант, — согласился я. — Ещё можно обратить украденное оружие против врагов. Я не знаю, как они на это ответят, но рано или поздно их теневые покровители должны проявить себя.

Откровенно говоря, моему раздражению нет пределов. Как же бесят враги, которые пользуются методами Ссуки!

— Ты не против, если мы тем временем проникнем в Пьенсу, чтобы разведать обстановку? Это ведь не развязывание войны? — уточнил я у Наталии.

Та в качестве ответа медленно закрыла глаза. Ни “да”, ни “нет”, но она не возражает против вылазки. Очевидно, официальное одобрение она давать не хочет.

— А как там поживают планы Пьенсы по захвату святой земли? Если нас что-то задержит во время вылазки, то мы не успеем никуда добраться, даже по срочному поводу.

Мамору обращался к Мелти и к своему баранообразному советнику.

— Всё как прежде, — сказала королева Мелромарка. — Своим жителям они твердят, что их курс остаётся тем же самым: они должны захватить святую землю, после чего все Герои присягнут им наверность, а волны будут уже не страшны.

— Именно, — подтвердил советник.

Гм… Почему Пьенса так упрямо рвётся к святой земле? Может, у них для этого особые причины? Шильтран — он, казалось бы, перед самым носом, но они всё равно настаивают на важности именно святой земли.

— Как гласит информация, которую передала нам тень, они направили несколько небольших элитных отрядов в сторону святой земли, — добавила Мелти.

— Ага… Но сколько времени понадобится Пьенсе, чтобы переключиться на захват Шильтрана? — спросил я.

— Прямо сейчас они бросили все силы на другие государства, так что время пока есть. Вторжения можно не бояться… пока что.

— Мы отправимся на поле боя. Там опасно, поэтому я думаю, брать ли с собой кого-то кроме Героев…

— Наофуми, я не против, чтобы они тоже сражались, но что, если кого-то ранят? — справедливо заметила Мелти.

Прямо сейчас раны могу лечить только я. Если кто-то из деревни получит тяжёлую травму или умрёт…

Но с другой стороны, если наш отряд будет чисто Геройским, у врагов появится повод обвинить нас в нарушении правил.

— Если честно, мне кажется, что по-быстрому раздавить Пьенсу — самое простое решение, — признался я. — Не хочется затяжной войны.

Вдруг Мамору поднял руку.

— Я хочу поговорить с Героем Лука. Узнать у него, правда ли он готов участвовать в этом конфликте, забыв о морали? Неужели он считает, что война даёт им право опускаться до такого?

— Да, будь у ваших стран гонка вооружений, придраться было бы не к чему, но оружие появилось в такой момент, что Пьенса не сможет смыть это пятно с репутации. Пьенса считает Героев символом справедливости, и если мы отберём последнего, преимущество перейдёт к нам, — согласился я.

В этом мире не принято решать военные конфликты с помощью Героев. Их здесь приравняли к оружию массового уничтожения. Поэтому в этой эпохе Героев демонстрируют противнику словно козырь, хотя в игре они не участвуют. Их задача — всего лишь устрашать.

Если в Пьенсе потеряют оправдания своим действиям, то превратятся в кровожадных паразитов, мечтающих о мировом господстве.

Правда, сработает ли этот план — зависит от того, как пройдут переговоры с Героем Лука. Будь он таким же, как прежний Ицуки, я бы не питал никаких надежд, однако в прошлый раз он принимал участие в битве чуть ли не из-под палки, к тому же он готов к переговорам.

— Тогда давайте сделаем так: команда нападения проникнет в Пьенсу, команда защиты займётся обороной святой земли, — предложил Мамору.

— Думаю, это самое то, — согласилась Мелти.

— Я лично возглавлю отряд внедрения. Однако мне понадобится помощь людей Наофуми.

Я должен выделить ему эксперта по шпионажу… но не Тень, потому что она раскрыла себя.

— Наофуми-сама, — обратилась ко мне Рафталия. — Если речь о внедрении, мне кажется, лучше всего послать меня.

Раса Рафталии в совершенстве владеет магией сокрытия и иллюзий. Действительно, она для этого задания подходит лучше всего.

— Но…

Готов ли я послать Рафталию к врагам, оружие которых оставляет незаживающие раны?

— Разумеется, одна я не пойду. Я уже заручилась поддержкой рафообразных.

— Кстати, — вдруг вмешалась Рато, чтобы выступить с предложением: — Можно ли пропустить такую атаку и при этом не пострадать? Я уверена, что способ есть. Тело, которое моя коллега создала для Мии-куна, может быть использовано в качестве одноразовой биологической брони.

— Да, этот метод может помочь. Тело можно замаскировать под одежду, которая будет раздуваться перед пропущенным ударом — так он не повредит носителю, — согласилась Хорун.

— Одноразовое тело — это, конечно, удобно, а запасные-то есть? — спросил я.

— Оно формально относится к слизнякам и точно так же способно к размножению через паразитическое слияние.

Ну вот, пошла профессиональная терминология. От неё в голове возник образ злобного слизняка, который поглощает своих жертв и растёт в объёмах. Думаю, если такое существо примет облик одежды, то её носитель и правда сможет пережить атаки.

— Если использовать иллюзии рафообразных, то тело Мии-куна можно выдать за одежду. Думаю, ему самое место на вылазке, — поддержала Мелти.

Рафталия собиралась сказать что-то ещё, но её перебила Наталия:

— Я тоже собираюсь в Пьенсу.

Прямо сейчас Наталия не только арбитр, но и Герой Молота. Её репертуар в целом такой же как у Рафталии, так что особых проблем быть не должно, но…

— Я и сама долгое время гадаю, не сбился ли Герой Лука с истинного пути. Пора спросить его: это Пьенса заставляет его участвовать в бессмысленных конфликтах в то время, как на первом месте должна стоять защита мира от волн?

— Даф! — одобрительно воскликнула повелительница из прошлого (и будущая Наталия).

Мне одному кажется, что Даф-тян портит всю серьёзность атмосферы?

— Хе-хе-хе… Проклятие антилечения? Сама мысль о нём воодушевляет меня! И я хочу показать демону, что пустил его в ход, всю глубину адских мук! — начала выступать Филория. — Мамору! Какой пример подадут Герои простому народу, если испугаются этого проклятия?! Мы должны быть светочем и символом отваги!

— Филория… Да, ты права. Вот почему мы должны отыскать Героя Лука.

Думаю, пришло время поделиться с остальными тем, что я вчера узнал от повелительницы из прошлого относительного святой земли, раз у нас всё-таки намечается туда вылазка.

— Ну что, — сказал я. — Значит, Мамору с преимущественно своими союзниками проникнет в Пьенсу, а остальные займутся захватом святой земли, которая им так нужна, чтобы мы могли заявить о нашем праве на победу.

Пьенса считает, что захват святой земли должен сплотить Героев вокруг того, кому это удалось. Интересно, будут ли они кричать, что Шильтран не считается, потому что это “злая” страна?

— Наофуми, я тебе ещё раз скажу, что по-хорошему в этой земле не должно быть ничего такого… но я думаю, тебе стоит там побывать и самим всё увидеть, — ответил Мамору.

— Тогда решено, Мамору! — выпалила Филория. — Я и Дарк Брейвы займёмся Пьенсой в то время как Наофуми со своими приспешниками познакомится со святоземцами!

Ух, Наталия резко нахмурилась. Кажется, Филории не стоило вслух причислять её к Дарк Брейвам.

— Святоземцами? — переспросил я.

— Да. Это потомки спутников самых первых Героев, которые решили жить на святой земле, чтобы защищать её. В основном это человекоящеры и нтэ-жимны.

— Хм, Рен? — вдруг обратилась к Рену Эклер.

— Что?

— Мне очень интересно увидеть этих святоземцев. Ты не против, если я присоединюсь к вам?

— Что скажешь, Наофуми?

— Она могла бы обратиться прямо ко мне, а не к тебе…

Я почему-то обзавёлся посредником. Наверное, причина в том, что Эклер комфортнее обращаться с различными просьбами именно к Рену.

— Ты что-то надеешься отыскать на святой земле? — спросил я.

— На самом деле да, — призналась Эклер. — Это такое же личное дело, как у королевы Мелти и её предшественницы к святой земле Филориалов.

— О?

— Самым верным соратником моего отца был… прямой потомок человекоящера, некогда служившего Герою Щита. К сожалению, он, как и мой отец, погиб в самой первой волне, защищая людей.

— Это был для тебя кто-то важный?

— Один из моих наставников, которого я почитала как воина. Он часто заменял мне отца, когда тому приходилось заниматься срочными делами. Именно он привил мне такое отношение к полулюдям… Стараниями отца ему удалось построить особняк и завести семью… но боюсь, что их всех…

— …

Какая трагичная история. Но она прекрасно объясняет, почему Эклер хочет встретиться с сородичами этого человека.

Когда-то мы считали Руфта — весьма близкого родственника Рафталии — причастным к нападению людей из Кутенро на Рулорону. Сначала мы думали отомстить ему, но потом узнали, что он только формальный повелитель и на самом деле находится практически в плену. После этого нам сразу захотелось его спасти.

— Я могу пойти с вами, чтобы телепортировать к точке недалеко от святой земли, — сказала Хорун.

— Значит, мы сможем попасть туда быстро. Ладно. Со мной пойдут Эклер и Рен.

— Благодарю.

— Что же, отряд Наофуми разведает обстановку на святой земле… — сказал Мамору.

— А мы будем защищать страну! — выкрикнул Фоур, сжимая кулаки.

Его рвение тоже легко понять, ведь рано или поздно эта страна станет Шильтвельтом.

— Только не переусердствуй. И все остальные тоже помните — если увидите у врагов подозрительное оружие — ни в коем случае не позвольте им вас ранить. Ясно?

— Да!

— Конечно, братец! — звонко выпалила Кил.

Пока ещё сложно сказать, сумела ли она победить ментальную травму, однако жители моей деревни в любом случае достаточно могучая сила, способная остановить наступление Пьенсы.

Но, увы, не более — общественное мнение пока не позволяет нам наступать самим.

Как ни прискорбно, первым делом нужно во что бы то ни стало выбить из руки Пьенсы их последний козырь — Героя Лука.

— Думаю, я тоже выберу святую землю, мне она интересна, — заявила Мелти, вставая со своего места. — Что насчёт тебя, Руфт?

— И я пойду туда. Полезно разведать обстановку в разных местах, чтобы быть готовым к любым битвам.

— Верно. Ну что, Наофуми, отправляемся?

— Да. Время уходить.

Совещание подошло к концу, мы подготовились к битвам. Первым делом мой отряд, Мамору и Хорун отправились на святую землю.

Глава 9. Геройская аура

Навык Хорун в мгновение ока переместил нас ближе к святой земле.

Я осмотрелся. Речка течёт, вдали видны умиротворяющие холмы.

— Я знаю это место. Нам туда, — сказала Мелти и указала пальцем.

— Совершенно верно, — Хорун кивнула.

— Мы с матерью уже были там, когда объезжали места, связанные с легендой о Четырёх Священных Орудиях.

Действительно, королева Мелромарка — а если точнее, мать Мелти — вовсю занималась исследованием легенды. Вероятно, отец Эклер тоже был здесь.

— Ну что, давайте знакомиться с местными?

— Да.

Мамору тоже на время присоединился к нам, чтобы проводить к нужному месту.

Святая земля Филориалов будущего состояла из пустых развалин и была практически недостижимой для обычных смертных. Однако в этом мире попасть в неё оказалось не слишком сложно, а постройки, хоть и древние, ещё не обветшали до конца.

Вот они — остатки страны, некогда основанной первыми Героями Щита и Лука… Остаётся лишь вздохнуть о цикличности мира — любое государство переживает как взлёт, так и падение. Даже когда мы вернёмся в наш мир и положим конец войне с волнами… Мелромарк, наверное, всё равно не просуществует вечно.

Шильтран, страна Мамору, в некотором смысле сохранится в будущем, однако пройдёт через множество преобразований и станет Шильтвельтом.

А что касается Фобрея, то пока остаётся лишь гадать о том, когда именно возникла эта страна.

Как бы там ни было, пока Пьенса собирает силы для нападения на святую землю, мы должны подготовиться к отражению удара.

За время моих раздумий мы дошли до какой-то деревни.

— Это Вушиль — деревня тех, кто следит за святой землёй, — пояснил Мамору у ворот.

— А-а… — я посмотрел вперёд, на улицу и жителей.

Население состояло из одетых как крестьяне человекоящеров… только на редкость широкоплечих и мускулистых. Скорее, это были крокодилообразные зверолюди, работающие в полях мотыгами. Были, впрочем, и полулюди, за которыми волочились крокодильи хвосты. Видимо, для этой расы смена форм между зверочеловеческой и получеловеческой в порядке вещей.

Кроме того я заметил зверолюдей, похожих на куниц. Эти выделялись стройностью, намекавшей на исключительную проворность.

Что касается женщин, то они в основном занимались домашними делами, возясь с корзинами и кадками. А дети носились по улице.

— А, господин Мамору.

Когда мы вошли, к Мамору обратился один из местных. Однако первым делом он почему-то подбежал ко мне, чтобы поклониться. Лишь после этого он подошёл к Мамору. Тем временем спутники Героя Щита прошлого вышли вперёд и поздоровались с незнакомцем.

— Чем обязаны этому внезапному визиту?

— Да так, есть одно мелкое дело. До нас дошли новости, что Пьенса хочет захватить святую землю, поэтому мы пришли разведать обстановку.

— Понятно. Это возмутительно, что они хотят замарать грязью наши легенды… Пожалуй, вам стоит поговорить со старожилами.

— Можешь помочь с этим?

— Положитесь на меня.

С этими словами местный житель ушёл в деревню в компании спутников Мамору.

Уже скоро он вернулся с престарелым человекоящером. Тот постоянно водил перед собой тростью — видимо, плохо видел.

Как и первый селянин, он почему-то первым делом посмотрел на меня.

— Какая приятная встреча, господин Герой Щита Мамору. Вушиль никогда не забудет всего, что вы для нас сделали.

— Господин старейшина, это не Мамору, — подсказал ещё один человекоящер, видимо, помощник старейшины.

— О? Правда? Но я обращаюсь к человеку, которого окутывает аура Героя Щита.

Аура, значит? Вот я и дожил до того, что меня начали узнавать кто по ауре, кто по кровожадности, которую я излучаю. А вот про Мамору старейшина, кажется, почти забыл.

— Э-э, давно не виделись, — заговорил Мамору.

Старейшина повернулся к нему с изумлённым видом.

— Да? Но тогда кто этот человек, овеянный сильнейшей аурой?

Вокруг меня и правда такое сильное поле? Ну и экстрасенс же нам попался.

— Это очень долгая история, — решил подать голос я. — Меня зовут Иватани Наофуми. Я вообще-то тоже Герой Щита, но тот Герой Щита, которого вы знаете, это вот он.

— Ох… Похоже, без основательного разговора здесь не обойтись.

Нас пригласили в деревню и повели к большому дому. Впрочем, недостаточно большому для всех нас, так что мы решили, что на переговоры пойдут только некоторые Герои.

— Наверное, это и есть его родина… — пробормотала Эклер, пока мы шли.

— Ты уверена? — спросил Рен.

— Да. Тот человекоящер, друг моего отца, однозначно относился к той же расе, что и все местные жители. Я точно помню, как удивлялась, почему он мускулистее других ящеров. Я заметила представителей этой расы ещё в Шильтране, поэтому уже долгое время хотела во всём разобраться.

— Ясно…

Если Эклер выглядела радостной и воодушевлённой, то взгляд Рена, наоборот, стал тоскливым. Однако Эклер этого не замечала — её глаза скользили от жителя к жителю и горели примерно так же, как в день знакомства с непобедимо адаптирующейся бабулькой.

— Отец всегда говорил, что ему было очень трудно обзавестись таким помощником… Якобы он хотел быть последним жителем святой земли и умереть на ней же.

Возможно, это и правда в каком-то смысле счастье — увидеть родину бывшего наставника в ту эпоху, когда здесь жили его сородичи.

Ладно, пусть Эклер пока разговаривает с Реном, а нам предстоит важный разговор внутри дома.

— Даже не знаю, с чего начать… — пробормотал Мамору.

— Перескажи ему всё и не торопясь, — посоветовала Хорун.

— Да, и правда. Надеюсь, вы не против, если я буду говорить тихо.

Мамору и Хорун рассказали старейшине обо всех событиях, которые произошли начиная с нашего появления, аккуратно обходя тему воскрешения Филории и прочих преступлений.

Я тем временем проникался тем, насколько в этой деревне доверяют Мамору и всему, что он говорит.

— Понятно… Значит, из будущего… — старейшина повернулся ко мне. — Первые Герой Щита и Герой Лука доверили моему племени защиту этой земли. Я Сэйдор, нынешний вождь. Очень рад знакомству.

— Повторюсь, конечно, но я Иватани Наофуми. Это возле меня Рафталия, она арбитр будущего.

Затем я объяснил про Мелти, Руфта, Рато, Сэйн и так далее.

— Я очень признательна, что вы уже представились. Если кто-то забывает сказать своё имя Наофуми-саме, он сразу же выдумывает этому человеку дурацкую кличку.

Кажется, Рафталия как обычно чересчур сильно переживает по поводу имён.

— Да? Кстати, каким бы в таком случае моё имя? Я был бы очень рад это узнать.

— Старейшина ящеролюдов.

— Банальщина.

— Тихо. Лучше к делу переходи, — бросил я ехидничающему Мамору.

— Меня весьма обнадёжили новости о том, что теперь вашей силы хватает для убийства злодеев, которые стоят за волнами.

— Это, конечно, прекрасно, но теперь дела у Пьенсы идут так плохо, что она планирует захват святой земли, — ответил Мамору старейшине. — Мы слышали, они собираются послать туда с этой целью элитные отряды, поэтому пришли на разведку.

— Безусловно, святая земля очень важна для нас. Это то место, где когда-то процветал огромный город… Мне нетрудно понять, с какой целью эта страна надеется завладеть им, но неужели эти амбиции стоят того, чтобы перекраивать миропорядок? — риторически вопросил Сэйдор, почёсывая подбородок. — Что же, я согласен. Поскольку с вами есть Герой Щита, обладающий сильнейшей аурой, я не смею вам препятствовать. Вы можете посетить святую землю.

— Благодарю вас.

В будущем святой землёй завладела Фитория и скрывала её от чужих глаз с помощью непроходимого леса. Интересно, а в этой эпохе есть похожий защитный механизм?

— Что же, я проведу вас.

— Спасибо.

Разговор закончился быстро, и мы пошли смотреть на святую землю.

Пока мы шли, я всё пытался понять, есть ли в моей внешности что-то необычное.

— Что-то случилось, Наофуми-сама?

— Я правда что-то излучаю?

В своё время Атла говорила, что у меня особенная аура. После этого нечто подобное ощущала Сиан. Теперь к этим экстрасенсам присоединились человекоящеры и куницы, живущие возле святой земли. Меня даже начали принимать за Мамору, а на самого Мамору смотрят как на обычного человека.

— Э-э… Да, так и есть. Не знаю, как это объяснить, но при виде вас у меня всегда возникало странное чувство. Поначалу оно меня пугало, но затем я осознала, что оно загадочным образом притягивает к вам.

— Гм…

Похоже, что и Рафталия что-то чувствовала.

— Фоур рассказывал, что и он, впервые увидев вас, ощутил нечто странное. Он предположил, что похожее чувство, но гораздо более ясное, посетило и Атлу.

Может быть, обладатель Щита располагает к себе полулюдей и зверолюдей?

— Нас сегодня столько путают, что я чувствую себя ущербным по отношению к Наофуми.

Не понимаю, почему Мамору, ещё один Герой Щита, воспринимается местными жителями как менее примечательный? Он ведь может атаковать! В некотором смысле он лучше меня!

— Я только и делаю, что иронизирую и пренебрегаю обязанностями. Что это за бред — считать меня более достойным Героем?

— Ты даже сейчас иронизируешь. Ты, Наофуми, и правда грубиян, однако опыта у тебя побольше моего. Особенно опыта общения с другими Героями.

— Это потому что в моём мире Священных Героев вдвое больше.

Правда, мне пришлось сильно попотеть, чтобы подружиться с этими Героями, в том числе с Реном. Возможно, что из-за этого конфликта моя аура стала сильнее, чем у Мамору. Или настоящая причина в том, что ко мне привязалось Клановое Зеркало. Отсюда можно прийти к греющему душу выводу, что я стал этаким полуторным Героем, который круче остальных.

Хотя нет, считать себя лучшим — это образ мышления Такта, так что не буду.

Тем более, что с великой силой приходит великая ответственность, а зачем мне ещё больше неприятностей?

— Разве это достаточное объяснение? — возразил Мамору. — Я думаю, твоя аура обусловлена тем, что ты за всё берёшься с остервенением и готов трудиться на благо тех, кто в тебя верит…

— Давай ты перестанешь выражаться как второй Рен? У тебя, если что, популярность тоже зашкаливает. Герою она вообще положена по умолчанию.

— Ты меня звал? — отвлёкся Рен от разговора с Эклер.

— Нет, не обращай внимания. Я пытаюсь объяснить человеку, что лестью от меня ничего не добиться.

— Но ведь я даже не пытался тебе льстить… — протянул Мамору.

— Мстить придуркам, не гнушаясь никаких методов! Разве есть в мире другое занятие, от которого так же поёт душа?

— Наофуми-сама, выражение лица, — предупредила Рафталия.

Ну а что я могу сделать? Будущее просто кишит безнадёжно гнилыми злодеями. Здесь они, правда, тоже есть, но скрываются.

— И всё-таки по сравнению с будущим эта эпоха лучше.

Она нравится мне хотя бы тем, что тут не вычищены знания о прошлом. Да и люди, вроде, более толковые.

— Как неприятно это слышать… Складывается впечатление, что все наши усилия будут напрасны, — Мамору нахмурился.

— Ничего не напрасны. Кое-что в будущем всё же осталось. И ты ведь помнишь слова Хорун о том, что ничто не длится вечно?

Я решил на всякий случай поспорить со словами Мамору. Не хватало ещё, чтобы его разочарование аукнулось в будущем.

— Совершенно верно, — подтвердила Хорун. — И даже этот поход — всего лишь одна из вещей, которые бесследно растворятся в вечности.

— Я готов согласиться с Наофуми в этом, но не в том, что от мести врагам поёт душа, — проворчал Мамору.

— Я считаю, вы должны придерживаться своего мнения. Это одна из черт Наофуми-самы, которую я не слишком понимаю, — поддержала его Рафталия.

Больно мне нужно твоё понимание.

— Есть в мире люди, которых мама в детстве не научила относиться к людям так тебе хотелось бы, чтобы относились к тебе. Мне просто нравится, как они начинают жаловаться, когда по-свински начинают обращаться уже с ними. Пусть знают, что нечего обижать других, если не готов быть обиженным сам.

Они сами виноваты, что творят зло, но при этом не готовы столкнуться со злом сами. Я повидал уже слишком много негодяев, которые после поражения ноют и скулят как побитые псы.

— Рен, тебе ведь тоже на душе полегчало, когда Ссука разок сдохла?

— А-а, ну… да, знакомое чувство.

Стоило упомянуть Ссуку, как взгляд Рена померк. Видимо, он до сих пор не победил ментальную травму.

— Упрямая сволочь, нет бы оставаться мёртвой.

Так или иначе она должна быть наказана. С учётом её способностей к перерождению больше всего мне хочется создать механизм, который бы мгновенно убивал её прямо в точке воскрешения. Эти киллы на респауне, если выражаться по-геймерски, станут отличной пыткой, если мы сумеем точно определить, где именно она появляется после смерти. Уверен, Райно и остальные жертвы Ссуки будут довольны.

— Наофуми-сама, давайте сменим тему.

— Ты уверена?

Мне об этом даже думать приятно.

— Да. Потому что мне кажется, в противном случае ваша Геройская аура почернеет.

— Я ведь ей не управляю…

Да, я выполняю свои обязанности как Героя, но не чувствую, как излучаю ауру. Может, у меня не получается сдерживать Дух? Кстати, а не Дух ли это? Я попробовал сосредоточиться на нём и собрать внутри себя.

— Наофуми-сама, что вы делаете?

— Пытаюсь сдержать свой Дух.

— По-моему ничего не изменилось. Мне кажется, ваша аура — это нечто другое.

Ну и что мне с ней делать?

— Что это вообще такое, быть Героем? — Рен посмотрел вдаль.

— Не знаю…

Мамору почему-то подхватил мысль и даже посмотрел в ту же точку, что Рен.

— Это вы к чему? К тому, что я веду себя как дурак, а не Герой? Вы это Мотоясу скажите.

— Мотоясу, конечно, дурак, но мне кажется, что мир несправедлив… Да, Наофуми, я доверяю тебе… но в твоей силе есть какая-то странность, которую я никак не могу принять как должное.

— Ты пожалеешь, если будешь меня раздражать своими рассуждениями!

— Наофуми-сама, если вы не прекратите ваши шутки, такое мнение о вас станет повсеместным, — вмешалась Рафталия, тоже глядя на меня глазами Рена.

Эй, что значит “шутки”?! Чёрт возьми! В чём я виноват?! Хватит на меня так смотреть!

— Что-то в последнее время Наофуми сам себя подставляет своими шутками, — прошептала впереди Мелти, украдкой косясь на меня.

Тихо! Всем молчать!

— Может быть, братец просто пытается разрядить обстановку? Мне кажется, благодаря этому с ним легче завести разговор, — Руфт решил в ответ вступиться за меня.

— Так, конечно, тоже можно сказать, но мне кажется, мы такими темпами настолько расслабимся, что даже нужный тонус потеряем. Тем более, его если послушать, начинает казаться, будто он в последнее время тратит все силы на дурачества, — парировала Мелти.

Что в моих действиях похоже на дурачество?!

Мне стало жаль самого себя. Лучше буду молчать.

Итак, какое-то время я не участвовал в разговорах. По пути встречались монстры, но нашему отряду сейчас уже никто не страшен.

Я думал, что мы наткнёмся на элитные отряды Пьенсы, но никого похожего так и не встретилось. Возможно, мы сумели их опередить.

В конечном счёте мы добрались до святой земли на удивление легко и просто.

Перед нами стояли заброшенные каменные дома, вдалеке виднелся старый замок. В отличие от крепости Мадракона этот замок явно проигрывал битву со временем.

В наше время эта местность почти целиком заросла лесом, но в прошлом растения пока не слишком распространились.

Интересно, где именно мы находились, когда пришли к Фитории? В будущем всё так изменилось, что я ничего не узнаю.

— Ну и что ценного здесь вообще есть?

Пьенсе зачем-то позарез нужна эта земля, но я не понимаю, для чего именно. Кому могут понадобиться эти развалины? Конечно, поблизости живут расы, которые очень ценят это древнее королевство, но я вижу в этом лишь идолопоклонничество. Конечно, Мелти и Мамору считают, что здесь должна дремать некая сила, но…

— Пьенса считает, что Герои прошлого оставили здесь оружие, магию и в целом силу. Однако мы пока нашли только одно. Мы стараемся не говорить о нём, — ответил Мамору.

— Вероятно, некоторые артефакты могут быть закопаны в землю, но кроме той единственной находки других пока не было, — прокомментировала Хорун.

— Это… Клановая Повозка? — спросил я, опираясь на рассказ повелительницы из прошлого.

— Если ты и сам уже знаешь, можно не тратить время, — Мамору кивнул. — Нам сюда.

Нас повели дальше. Мы прошли через заброшенный город, вошли в замок, похожий больше на огромный каменный забор на подставке… и добрались до одной из комнат развалин.

На одной из стен я заметил смутно знакомые рельефы. Они напомнили мне те, что я видел в библиотеке-лабиринте мира Кидзуны.

Мамору поднёс к рельефам Щит, драгоценный камень в середине Оружия сверкнул и выпустил луч. Пол загудел, резонируя с камнем, и разъехался в стороны, открывая взгляду лестницу вниз.

— Ничего себе механизмы, — восхищённо протянула Мелти.

Похожую штуковину я видел в подводном храме архипелага Кальмира.

Не теряя времени, мы пошли вниз. Лестница казалась бесконечной. Светила нам Рафталия при помощи своих заклинаний.

— Слушай, а почему эту страну вообще забросили? — обратилась Мелти к Мамору, сгорая от интереса к потерянной истории. — К нашей эпохе эти развалины настолько обветшали, что о них все забыли, но я хочу о них узнать.

— Говорят, будто внезапно напавший Судзаку в одночасье уничтожил эту страну.

Ага, мне вспомнилось, что и Лингуя в своё время запечатали после его появления. Другими словами, звери-защитники нападали на мир и раньше. А эта страна в числе пострадавших от их появления.

— Но об этой стране также говорят, что её правительство прогнило почти до основания, — заметила Хорун. — В древних проповедях нападение Судзаку даже называли очищающим пламенем.

— Наверное, никакое золотое время не спасает государства от дальнейшего упадка… — печально протянула Рато.

Тем не менее, Шильтвельт будущего до сих пор держится. Конечно, он поменял название, однако потомки шильтранцев до сих пор защищают свою землю. Получается, что в конечном счёте они сберегли наследие Мамору.

— Ладно… думаю, мы почти дошли, — сказала Хорун, и я почти сразу же увидел, что лестница кончается.

А впереди… было то, чего мы и ждали. Звёздное Оружие, вмурованное в уже хорошо знакомый нам пьедестал. Оно выглядело как примитивная колесница.

— Вот она, легендарная Клановая Повозка, — сказал Мамору.

Человекоящеры и куницы дружно кивнули и посмотрели на Оружие.

— Значит… она и правда здесь, — прошептала Мелти, неотрывно глядя на пьедестал.

— Наофуми, это правда, что вы знаете будущего обладателя этого Кланового Оружия? — спросил Мамору.

— Да. Она упрямо отказывается в этом признаваться, поэтому мы никогда не знали наверняка, но я считаю, что Повозка у неё.

— Ясно…

— Причём вы лично знаете обладателя, — добавил я.

Не только Мамору, но и Хорун быстро догадалась, на кого я намекаю и спросила:

— Это ведь… Фитория, да?

Я кивнул.

— Ладно, Герой Щита будущего. Ты и так уже многое узнал, поэтому пришло время рассказать тебе ещё кое-что, — продолжила коварный алхимик.

— Что именно?

— Ты уже слышал одну причину, по которой Филориалы обожают повозки. Но есть и вторая.

Она рассказывала, что привила Филориалам эту привычку для того, чтобы решить логистические проблемы Шильтрана.

— Мамору, ты ведь не против?

— Да, я согласен. Уверен, Наофуми примет это как должное, да и незачем скрывать это от него.

Получив разрешение Мамору, Хорун снова посмотрела на меня.

— Как я уже говорила, Клановая Повозка — крайне привередливое Оружие.

— Ага, помню.

— Как и остальное Клановое Оружие, она задумана быть помощницей Священному. Как думаешь, Щиту или Луку?

Какому Оружию принадлежит Повозка?

Да, это важный вопрос. Принадлежность Оружий — это та причина, по которой у нас в этой эпохе не хватает методов усиления.

Рену из методов доступны Меч, Копьё и принадлежащие им Оружия: Метательное, Посох и Рукавица.

В моём случае это Щит, Лук, Когти, Молот и Кнут.

В сумме нам двоим не хватает Топора и Повозки. Повозка прямо перед нами, и следовательно, Топор сейчас находится в мире Меча и Копья.

— Щиту принадлежат Когти и Молот, — ответила Хорун. — Это проверенный факт, подтверждённый арбитром.

Кстати, в нашей эпохе Когти принадлежат Шильтвельту, а Молот — Шилдфридену, ещё одному королевству полулюдей. Хотя Оружие нашло себе новый дом, оно всё ещё тяготеет к Щиту.

— Значит, по методу исключения, Луку остаются Кнут и Повозка.

— Именно, — подтвердила Хорун. — Думаю, Священное Оружие можно представить в виде основателей сект, а Клановое — в виде апостолов.

Герой Щита, Герой Когтей и Герой Молота…

Мамору на передовой, Филория в выставленными перед собой Когтями, Наталия с занесённым Молотом.

— Я смотрю на это так: Щит выбрал эти Клановые Оружия в качестве своих слуг за взаимоотношения между типами оружия.

А-а, понятно. Действительно, Мамору во всех отношениях стоит выше Филории, однако заискивает перед Наталией — прямо как их Оружие.

Видимо, и у меня есть Оружие, перед которым я должен заискивать, и это Клановый Молот.

Действительно, хотя щиты — как и мечи — очень сильны в битвах против когтей и другого рубящего оружия, они мало что могут сделать против дробящих ударов молотом. Они не только отдаются в руку, но и проникают даже под доспехи.

— Но что насчёт Священного Лука? — задумчиво закончила Хорун.

Повозку можно рассматривать как аналог танка. Но что насчёт Кнута?

Кнут — оружие для хлестания, с которым связан твёрдо негативный образ укротителя зверей. Я себе сразу представляю дрессировщика, который подчиняет зверей своей воле при помощи этого оружия. Эта же особенность нашла отражение в методе усиления: конечно, метод Кнута позволяет Герою стать сильнее самому, однако он в первую очередь предназначен для его окружения.

Далее, какие образы связаны с Повозкой, с древним военным транспортом? В неё впрягают лошадь и въезжают на поле боя. Что теперь будет, если совместить всех Героев?

Герой Кнута будет подстёгивать монстров, которые везут повозку, а Герой Лука будет стоять на площадке и обстреливать врагов.

Это сочетание даст Герою Луку прекрасную мобильность. Несмотря на огромную силу атаки, ему важно не оказываться посреди боя близко к врагам.

— Получается единый механизм, — ответил я.

— Вот именно.

Повозка обеспечивает защиту и быстрое перемещение. При необходимости она может прикрыть двух других Героев, которые ей пользуются.

— И вот эта привередливая Клановая Повозка сделала заказ моему Клановому Кнуту.

— Какой?

— Она попросила о монстре, который бы существовал именно для повозок. Поэтому в результате я начала работу над… думаю, ты уже догадываешься, чем.

Над Филориалами. А за основу она взяла гены возлюбленной Мамору.

Действительно, даже в моё время эти существа кажутся искусственными и не похожими на что-либо. Я больше не встречал монстров, которые бы так радовались повозкам. Конечно, некоторых из них можно впрягать вместо Филориалов — например, драконов и гусеницандов — но я пока не видел, чтобы хоть у кого-то ещё такое стремление было заложено во врождённые инстинкты.

Задача Кланового Кнута — дрессировать монстров, а Клановая Повозка одним своим существованием подразумевает монстра, который бы её тягал. Вот почему это Оружие попросило о монстре, который бы в совершенстве владел этим искусством и любил повозки.

— Говорят, будто все Герои Клановой Повозки были монстрами. Драконы, грифоны, пегасы… но как ты думаешь, разве смог хоть один из них толком освоить Оружие?

Нет, разумеется. Мне кажется, любой монстр будет сражаться эффективнее самостоятельно, а не запряжённый в повозку.

— Разве к Филориалам это не относится?

Я никогда не видел, чтобы Фиро пыталась атаковать врагов с помощью повозки. Наоборот, она с неё пылинки сдувает.

Правда, конечно, были случаи, когда она сталкивала с дороги Мотоясу.

— Давай посмотрим на это с другой стороны. У меня ведь удалось создать существо, которое лучше обращается с Клановой Повозкой? Я говорю про навыки, магию и ключевую для Повозки склонность к защите Героев.

— Откуда я знаю? Я никогда не видел навыки Повозки… или видел?

Кажется, Фитория пользовалась ими, когда сражалась с бушующим Лингуем. Она увеличила повозку до своего размера, превратила в шипастую и ударила ей Лингуя. Значит, этот приём, Краш Чарж, всё-таки был навыком.

— Я видела боевые повозки. Они напоминали шипастые тараны.

Мелти объяснила ещё подробнее. Оказывается, существовали специальные осадные повозки с шипами на упряжке. Если запрячь в них несколько Филориалов, получится грозное оружие. Якобы такими пользовались, чтобы сносить двери во время штурма крепостей.

— Действительно, это и должна быть их роль, — подтвердила Хорун. — Филориалы — крайне сильные тягловые животные даже без благословения Героев. Они не умеют ловко маневривать, но даже обычному Филориалу, не Королеве, под силу пользоваться тяжёлой повозкой.

Мне вспомнилось, что Фиро достаточно легко управлялась даже с тяжело нагруженной повозкой. Я удивлялся тому, как одно существо может быть настолько сильным, а оказывается, всё дело в прибавках, которые она получает как Филориал.

— Любовь к повозкам и при этом готовность использовать их в качестве оружия. Вот, о чём Клановая Повозка попросила Клановый Кнут, — закончила Хорун.

— Кажется, это феерически самовлюблённое Оружие.

— Не могу с этим спорить.

Кто должен спорить с такими заявлениями, если не Хорун?!

Как бы там ни было, если Повозка попросила создать существ, которые бы безоговорочно любили её, то она законченный нарцисс.

— Так… а теперь я предлагаю рассмотреть ситуацию, в которой я бы не встретила Героя Щита будущего.

— Говори уже нормально, я устал от твоих загадок.

— Какой ты некультурный, Герой Щита будущего. Но ладно, подскажу. Как бы поступил Мамору, когда его план по воскрешению Филории не привёл бы к желаемым результатам?

— Наверное, этот вопрос надо задать Мамору, а не мне, — возразил я, и Хорун перевела взгляд на Мамору.

Тот слегка помрачнел и посмотрел куда-то вдаль.

— Если бы я не встретил Наофуми, а воскрешение Филории зашло бы в тупик, то я бы попытался в качестве утешения создать нашего ребёнка. Я продолжил бы опыты со смешением наших душ, чтобы...

— Герой Щита будущего и Мелти, я слышала, о чём вы шептались, когда увидели Фиторию.

— Не может быть…

Неужели Фитория — это…

— Вероятно, та Фитория, которую вы знаете, отличается от нашей плотностью души. То, что вы видели — это насаженные на чистую душу гены Мамору и Филории, воплощение того, какой бы стала их дочь.

— А что насчёт этой Фитории?

— Самый стабильный из созданных нами контейнеров. Она бездушная кукла; гомункул, который умеет лишь отвечать на примитивные вопросы.

— Хочешь сказать, Фитория твой фамилиар?

— В неё пока что заложено слишком мало сущности, чтобы говорить о сознании или душе. Но если бы всё случилось, как сказал Мамору, мы бы обязательно это исправили.

— Что насчёт Раф-тян?

Можно ли проводить параллели между ними? Раф-тян разумная и способна общаться.

— Ваши фамилиары созданы по технологиям другого мира, не так ли?

— Так значит… Фитория-сан — это… — обомлела Мелти, впрочем, как и все остальные.

— Я предполагаю, что Мамору захотел бы, чтобы частичка покойной Филории жила бы в их дочери, что закрепило бы за ней судьбу Героя.

Изначально созданная в качестве эксперимента по выведению идеального обладателя Клановой Повозки, а позднее ещё и принявшая на себя роль дочери, которую Мамору создал себе от скорби.

Если Хорун говорит правду… то Фитории остаётся только посочувствовать.

В будущем мы видели, что она полна решимости сражаться ради мира. Это её собственное желание или искусственное? Хотя нет, уж чего, а неискренности мы в ней точно не почувствовали. Ради защиты мира она готова даже уничтожить Священных Героев, если понадобится.

— Ты говорил, что Филориалы в большинстве своём беззаботные. Думаю, за этим стоит то, что Мамору всегда мечтал о жизнерадостной, весёлой дочери.

— Но сейчас это уже… — возразил было Мамору, и вдруг его глаза забегали.

— Что-то не так?

— Фитория просит, чтобы я призвал её.

— Она как Раф-тян? Понимает всё, что с тобой происходит?

— Возможно… Фимоноасбор!

Мамору применил навык призыва фамилиаров — очевидно, аналог Рафосбора.

Перед нами тут же возникла Прото-Фитория и молча уставилась на Мамору.

— Ну, Мамору вернул себе Филорию, так что теперь ему это не нужно, — высказала Хорун мысль, которую не успел закончить Мамору.

Фитория посмотрела сначала на неё, затем на Мамору.

— Я стану Героем, потому что хочу этого. Мы созданы ради дорогого нам человека, — прошептала она, затем во весь голос заявила: — Мы ещё не рождены!

С этими словами Фитория коснулась Клановой Повозки… однако Оружие никак не отреагировало и осталось в пьедестале.

Значит, оно не согласно выбрать Фиторию своим обладателем?

— Мне нужно кардинально измениться, чтобы быть избранной Клановой Повозкой. Предлагаю: господин-сама, сделайте меня вашей дочерью.

Повисло молчание.

“Мы ещё не рождены”, да?

Вспомнилось, что я однажды играл с характеристиками Раф-тян и повысил ей изменчивость. В результате она превратила монстров деревни в рафообразных, которые живут у нас и по сей день.

— Возможно… я уже прошёл точку невозврата, — вздыхая, сказал Мамору после слов Фитории. — Я поговорю с Филорией, и мы вместе решим. Согласна?

— Принимаю ответ… — сказала Фитория и молча встала возле Мамору.

— Мы изучили, что происходит на святой земле. Что дальше? — вмешалась Рафталия.

— Надо поймать лазутчиков Пьенсы и завладеть Клановой Повозкой, чтобы святая земля перестала их интересовать. Кроме того, Клановая Повозка может открыть нам путь в мир Меча и Копья, где должен быть секрет возвращения в наше время.

— У тебя что, зацепка появилась? — удивился Рен.

— Да. Это пока только предположение, но ты же помнишь храм, который был в гнезде Филориалов будущего? Так вот, есть версия, что в этом всём замешано устройство, которое включил Мотоясу.

— Та штука? Да, и правда. И если его нет в этом мире, оно должно быть в другом.

Рен согласен с тем, что зацепка весьма правдоподобная.

Сможем ли мы добраться до мира Меча и Копья — вопрос пока открытый, но оттуда нам наверняка будет намного проще попасть в будущее.

— Но я думаю, что самое первое, что нужно сделать — разобраться с людьми Пьенсы, которые пытаются проникнуть на эту землю.

— Да, вы правы. Тем более, Мамору потребуется время, чтобы закончить работу над Фиторией. Думаю, нам пора возвращаться, — предложила Рафталия.

Мы согласились с ней, вышли из подземной комнаты, где хранилась Клановая Повозка, и телепортировались в нашу деревню.

Глава 10. Спецэкипировка

Итак, остаток дня мы потратили на разработку графика патрулирования святой земли.

Вечером мы с Рафталией и другими жителями деревни снова телепортировались туда. Смысл вылазки был в том, чтобы получше изучить местность, а также, возможно, остановить лазутчиков, которые наверняка перемещаются в тёмное время суток.

Однако нашлась и третья причина — по словам Мамору, неподалёку от святой земли находится популярный горячий источник. Поэтому я решил, что после патрулирования можно будет там искупаться.

Я отправил подчинённых на разведку, проинструктировав в случае чего кричать и пускать заклинания. В результате я и сам не заметил, как остался наедине с Рафталией.

— Мы сменили эпоху, но всё равно в конечном счёте пришли сюда.

— Да уж.

Мне вспомнилось, как мы побывали на святой земле в первый раз — тогда нас переместила сюда Фитория во время нашего бегства от Церкви Трёх Героев. В тот раз это место напоминало почти исчезнувшие развалины, однако сейчас природа только начала делать своё дело. Нас окружали могучие каменные постройки, заросшие молодыми кустами.

Мы с Рафталией разговаривали на одной из полян. С трудом верится, что со временем здесь всё настолько изменится.

— Наверное, однажды и наша деревня точно так же истлеет, — пробормотал я.

— Мне кажется, есть только одно аномальное место, которое неподвластно времени, и называется оно Кутенро.

— Я даже не знаю, чем это объяснить. То ли помогает защита Аквадракона, то ли традиции, которые свято берегут повелительницы, то ли ещё что-то...

Как говорила Мелти, даже Шильтвельт не появился легко и просто. Шильтран тоже ждала трудная судьба.

Первая страна, основанная Героями, превратилась в заброшенные развалины. Никто не знает, сохранится ли в будущем наша деревня. От этих мыслей стало немного грустно.

У самопровозглашённых богов есть вечность, поэтому они не знают упадка, но сдаётся мне, что вместо этого у них гниют души.

Я до сих пор плохо понимаю, кто те люди, которые охотятся на богов. Ясно лишь, что именно они оставляют нам полезные подарки. Теперь к ним добавился ещё один — Нулевая Зона. Что это вообще за способность такая? В глубине души я задавался вопросом: стоит ли ей пользоваться? От неё веяло какой-то опасностью — казалось, что если пойти по этому пути, обратной дороги уже не будет.

Хорошо, конечно, что эта сила помогла мне спасти Тень… но с ней всё равно нужно быть очень осторожным. Я и так уже заплатил за неё одним очком силы атаки. И это при том, что их и так не хватает.

Если от Нулевой Зоны я буду и дальше терять силу атаки, то скоро она дойдёт до нуля.

— Думаю, мечтать о том, чтобы созданное тобой сохранилось в будущем — это прекрасно. А вот стремиться к вечности — это, наверное, плохо, — высказался я, вспоминая Фиторию будущего, которая не стареет, хоть и не бессмертна.

Мадракон, по его словам, тоже со временем осознал глупость Эснобарта, а затем и людей.

Пускай души монстров и людей сильно отличаются друг друга, быть может, это закономерное следствие долгой жизни.

Фитория так и не пропиталась ненавистью к людям, но стала держаться от них подальше. Мадракон откровенно презирал людей и мечтал их уничтожить. Но возможно, они оба испытывали те же самые чувства.

Самопровозглашённые боги обещают исполнить любое желание. Должно быть, они могут дать и бессмертие.

Как тут не вспомнить арабские сказки про джиннов из ламп, да и в целом сюжеты про исполнение желаний? Часто ли герой, когда ему предлагают что угодно, просит о бессмертии? На удивление редко.

Конечно, как правило смысл таких историй в том, что к бессмертию прилагается суровое наказание, но возможно, если человека сделать бессмертным безо всяких проволочек… то со временем он начнёт играть с параллельными мирами в поисках хоть какого-то развлечения.

Трудно это — жить вечно. Часто можно слышать, что бессмертные считают смерть за счастье.

Вода застаивается без течения. Наверное, и душа тоже. Вот почему перерожденцы становятся сволочами даже от жалкого подобия бессмертия, которое они получают от самопровозглашённых богов.

Интересно, задумываются ли перерожденцы о том, в чём вообще смысл перерождения? Наверное, для многих из них это всего лишь возможность прожить вторую жизнь, сохранив воспоминания о первой.

И ладно бы речь шла о том, чтобы прожить новую жизнь лучше старой, однако я ещё не видел, чтобы перерожденцы выбирали в жизни правильный путь. Все они хотят лишь силы и власти, чтобы жить в своё удовольствие, причинять страдания людям и целым мирам, а также убивать всех, кто им не нравится. В довершение всего они пытаются заполучить в собственность симпатичных существ противоположного пола для удовлетворения плотских желаний.

Возможно, что именно перерождение с воспоминаниями способствует гниению души.

Будучи в Японии, я читал много историй о перерождении в параллельные миры и мечтал о таком же… Но потом меня самого призвали в иной мир и бросили в водоворот событий. Мне пришлось пройти огонь и воду. Я расстался с иллюзиями о том, что параллельные миры будут со мной ласковыми. А когда я думаю о том, что причина моих мучений — межпространственная война, развязанная извечными… то прекрасно понимаю Хорун, которая отказывается исследовать бессмертие.

И я не позволю гадам, которые вытворяют такое в наших мирах, жить вечно.

Сколько мучений пришлось пережить безвинным людям и монстрам из-за самопровозглашённых богов? Сможем ли мы в наше время положить конец войне с извечными? Да, мы получили некоторые инструменты охотников, но как решить проблему в корне — пока совершенно непонятно.

Единственное, что пока приходит на ум — это попасть в мир самопровозглашённых богов, и уж там разобраться с ними так, что они больше ничего не будут делать.

Деицид в параллельном мире, ага?

Мне вдруг вспомнилась Грасс. По её словам, перед тем, как попасть в наш мир, её команда убила Священных Героев другого мира, чтобы оставить его без опоры и погубить. Только так они могли защитить свой собственный мир.

Во многих мирах Священный Герой всего один, и его убийство означает гибель мира.

Возможно, вот на что нужно рассчитывать, а не на истребление всех самопровозглашённых богов.

Не исключаю, что именно об этом говорила сестра Сэйн, когда сказала, что Оружие не всегда будет нашим союзником. Даже в мире извечных должно существовать Священное Оружие, которое может быть уничтожено. Это столп, на котором держится мир, и в то же время ключ к его уничтожению.

Разумеется, пока невозможно сказать наверняка, существует ли Священное Оружие в мире самопровозглашённых богов. Например, я не помню, чтобы нечто подобное было в моей родной Японии. Нет, его могли где-то прятать, никому не рассказывая, но…

— Наофуми-сама?

— Гм? А.

Что-то я отвлёкся от разговора с Рафталией на бесконечные догадки, которые всё равно не могут дать ответов. Надо переключиться.

— Я надеюсь, наша деревня просуществует ещё долго. Может, не так, как Кутенро, но всё же.

— Конечно, Наофуми-сама.

Вдруг я задумался о том, как именно Рафталия меня называет.

— Слушай, Рафталия.

— Что такое?

— Может, перестанешь уже прибавлять к моему имени “сама” и называть на вы?

Вообще, если так посмотреть, любовь моего окружения к пошлым темам наверняка вызвана тем, что они не видят никакого развития отношения между мной и Рафталией. Собственно, никакого развития и нет. К тому же если мы переспим, то страшно даже представить, как на это отреагируют некоторые из моих спутников.

А уж если подтвердится теория про “никакой боли, одно удовольствие”, то тут тем более непонятно что начнётся.

Впрочем, всё это сейчас неважно.

— Что? Но…

— Понимаешь, в чём дело… На первых порах в этом обращении был смысл — оно давало понять, что я твой хозяин. Но мне кажется, это уже перестало быть важным.

Причём давно.

На самом деле я надеялся, что Рафталия рано или поздно сама перестанет обращаться ко мне на “вы”. Однако она продолжает затягивать, и я решил, что пора обратить на это внимание.

Она постоянно подыгрывает моим дурацким шуткам и вправляет мне мозги, когда я ошибаюсь. Именно поэтому я ей доверяю.

Однако она продолжает называть меня “Наофуми-сама”.

В ответ на мою просьбу Рафталия вдруг покраснела. Да, ничего удивительного, что она стесняется. Это очень трудно — называть человека иначе.

— Н-Наофуми… — выдавила из себя Рафталия. — ...са… ма, — и всё-таки добавила злосчастный суффикс.

Затем немного покрутила головой и…

— Наофуми-са… — повторила она, и вновь неудачно.

Неужели “сама” в её понимании — неотъемлемая часть моего имени?

— Это намного сложнее, чем мне казалось… — с трудом пробормотала Ратфалия, краснея ещё сильнее.

Вот уж не думал, что спустя столько времени она не сможет обращаться ко мне на “ты” просто из-за стыда.

— Я столько времени называла вас “Наофуми-сама”, что как теперь ни пытаюсь, по-другому не получается…

Гмм. Несмотря ни на что, Рафталия очень легко смущается. И от этого даже мне уже стало неловко. Я почувствовал, как мои мысли дрейфуют куда-то не туда.

— Интересно, если мы поженимся, ты станешь… Рафталией Иватани?

— Д-даже не знаю…

— Или Её Величеством Повелительницей Рафталией Иватани? В нашем мире королевам принято добавлять новые имена к своим.

— Ох, перестаньте так шутить!

Да. Думаю, именно такие разговоры нам даются лучше всего.

— Надеюсь, однажды ты начнёшь разговаривать со мной на ты.

— Да, Наофуми-сама. Если это ваш приказ, то я постараюсь.

— Не приказ. Просто хочу, чтобы ты меня звала именно так, — полушутливым тоном ответил я, и Рафталия улыбнулась, словно забыв про смущение.

— Кстати, существуют ли в этом мире японские фамилии?

— Да, я слышала об этом. Иногда этим пользуются, чтобы доказать родство с Героями.

О-о… Значит, в этом мире должны быть Судзуки, Сато и так далее?

— Если бы я попытался поменять свою фамилию так, чтобы она была звучнее и лучше подходила этому миру, то перевёл бы Иватани как Роквалли. Я уже пользовался этим псевдонимом в Зельтбуле, но тогда это было два слова.

Наверное, в случае нашей с Рафталией свадьбы эта фамилия стала бы в этом мире обычным делом.

Вдруг мне вспомнилось, что у Сэйн тоже есть фамилия — Лок. Что, если это изменённое Рок? И что это — совпадение или…

— А, совсем забыл.

Я взял Рафталию за руку и положил ей на ладонь украшение.

Оберег Героя Щита (только для Рафталии)

Увеличение защиты (Большое), Экстренное лечение, Улучшенное прикрытие, Доказательство доверия, Увеличение силы повелительницы, Усиление магии иллюзий, Метка Эссенции, Увеличение всех характеристик (Среднее)

Качество: Высокое

Это был браслет из бусинок.

Я нанизал их на нить из останков Шаров, а бусины сделал из памяти о приключениях, которые мы вместе пережили: из осадков лекарств, из миракской руды архипелага Кальмира, из останков Лингуя и Фэнхуана, из Камня Воли Сакуры. Удалось даже сделать бусину из листка, который дала нам Хорун.

На одной из бусинок я вырезал флаг, помня о том, как в своё время Рафталии пришёлся по душе детской обед с флажком. Надо сказать, у неё вообще особое отношение к флагам. Думаю, это всё тянется от того флага, который я видел во время восстановления Рулороны.

Хотя мне немного стыдно дарить спецэкипировку, да ещё и с таким именем, я сделал этот браслет именно потому, что забочусь о Рафталии.

— Это…

— Практичное украшение, всё как ты любишь.

Однажды я спрашивал у Рафталии, какие украшения ей нравятся, и она попросила что-нибудь полезное в бою.

Думаю, у оберега достаточно прибавок, чтобы быть практичным. Хотя я всё равно очень смущаюсь, глядя на него.

— Ох… Вы, конечно, правы, но я тоже радуюсь подаркам.

— Мне кажется, я немного прогадал с браслетом из бусинок.

— Вы так считаете?

— Да.

По крайней мере, это совсем не то украшение, которое дарят возлюбленной. Будь на месте Рафталии другая девушка, она ожидала бы что-нибудь более романтическое — кольцо, например — а при виде такого браслета наверняка разозлилась бы.

— Тебе нравится?

— Да… Я буду дорожить этим подарком.

Рафталия бережно надела браслет и кивнула, глядя на луну. Затем она принялась изучать бусы. Я чувствовал, как её радость передаётся мне.

Она даже прослезилась. Не зря старался, значит.

— Только дорожи им в меру. Не забывай брать его с собой в битвы.

Сокровище не должно лежать без дела. Мне хорошо известна такая геймерская болезнь, как хомячество — это когда бережёшь лечилки и не применяешь их до самой победы над последним боссом.

— Даже если что-то случится с браслетом в бою, меня это не расстроит — ведь главное, что он помог тебе. Я готов чинить его столько, сколько потребуется. Поэтому носи его постоянно.

— Как скажете. Но я… всё равно хочу относиться к нему бережно.

— Наверное, в следующий раз надо будет сделать что-нибудь модное и больше подходящее твоей внешности.

Рафталия носит одеяние жрицы… так что и её украшения, наверное, должны быть в японском стиле.

— Мне кажется, тебе бы подошла заколка в виде листа…

— Простите, но… у нас уже есть Раф-тян, которая носит на голове украшение-листок, поэтому хотелось бы без этого.

— Да, и это умилительно. Руфт тоже пытался так ходить.

— На что бы вас это ни вдохновило, я это носить не собираюсь.

— Ладно, понял.

— Вы всё настроение испортили…

Как же так получается, что между нами атмосфера романтики никогда не задерживается?

Понимаю, что я сам виноват, но всё же.

Облака расступились, и луна стала ярче. В её ярком свете Рафталия показалась мне ещё красивее, чем обычно. Когда-то она была маленькой девочкой, но теперь выросла в настоящую красотку. Что самое поразительное — при этом она фактически остаётся ровесницей Кил и остальных.

— Что же, Наофуми-сама, давайте продолжим наш обход и заодно сходим в тот горячий источник, о котором говорил Мамору. Я уверена, что остальные уже там.

— Правильно говоришь.

Мы выдвинулись к горячему источнику. Рядом с ним нас ждала Раф-тян, глядя на луну.

— Рафу!

— А, Раф-тян. Как тут у вас дела?

— Раф.

Видимо, докладывать не о чем.

Раф-тян заметила браслет на руке Рафталии и наигранно поднесла лапки ко рту.

— Раф…

— Что это за выражение лица? Я за тобой такого не замечал, подражаешь Кил, что ли?

— Раф-фу, — Раф-тян посмотрела на луну и похлопала себя по животу, словно пытаясь сделать вид, что ничего не было.

Эх, красота. Тануки, любующийся луной, — готовый сюжет для картины.

— Тут такая красивая луна, что хочется сделать данго[*] и смотреть на неё вместе со всеми.

Если ещё собрать рафообразных и заставить играть на барабанах, получится совсем сказочная атмосфера. Когда всё закончится, надо будет пригласить Грасс и остальных и устроить цукими[*] где-нибудь в Кутенро.

— Это какой-то ритуал вашего мира, Наофуми-сама?

— Да.

— Рафу.

Раф-тян создала магией огоньки, которые парили словно светлячки и подсвечивали округу. Теперь атмосфера стала ещё таинственнее и приятнее.

Мы неспешно продолжили путь к горячим источникам, где нас вроде как должны были ждать.

— Вот это я понимаю, местечко с видом.

Общая ванна с горячей водой шла ступенями и находилась на открытом воздухе. Рядом стояли мужские и женские раздевалки — хотя в чём смысл, если сама ванна всё равно общая?

— А, братец пришёл! — воскликнула Кил, услышав нас.

— Мы уж думали, что-то случилось, — добавил Фоур.

Рен, кажется, уже достаточно прогрелся, потому что охлаждался на одном из камней. Эклер и Мелти сидели в воде недалеко от него.

Что до Кил и остальных… то они даже в горячем источнике умудрялись играть в догонялки.

Мамору и его людей ещё не было. Впрочем, он сказал, что придёт позже.

На всякий случай мы держали оружие поблизости, чтобы в случае чего нас не застали врасплох.

— Что же, Наофуми-сама. Давайте тоже в источник.

— Ага, разумеется.

Мне больше нравятся домовые ванны, но и такие тоже ничего. Конечно, это место в любой момент может превратится в поле боя, но я надеюсь, что враги не нападут прямо сейчас.

К счастью, вечер прошёл мирно, и мы все как следует отдохнули.

Глава 11. Охота на динозавров

Прошло несколько дней.

— У-у… Это есть какое-то издевательство — брать меня в такие походы сразу после выздоровления.

— Раф-фу.

Мы продолжали жить в постоянных телепортациях между деревней и святой землёй. Чтобы развеяться, мы начали принимать заказы из деревни на истребление местных опасных монстров.

Что касается Мамору и его людей, то они сейчас всерьёз занялись проникновением в Пьенсу, так что мы их практически не видим.

Ещё одна — скорее всего, никому не интересная — новость в том, что Эклер быстро сдружилась с человекоящерами и теперь вовсю тренирует их. Мамору так или иначе оказывает помощь деревне, в том числе методом усиления Кнута, поэтому человекоящеры достойно держатся в тренировочных битвах.

— Ты уже успела достаточно восстановиться, так что иди и помалкивай.

Я отправился на очередную прокачку, взяв с собой Тень и одну ниндзя-рафообразную.

— Ага, на вид она здорова как бык.

— Я есть тяжелобольная!

Помимо этого с нами были Рафталия, Руфт, как всегда болтливая Кил и впервые за долгое время Сэйн.

Из-за её магических тренировок я в последнее время практически не разговаривал Сэйн, но постоянно замечал, как она посматривает на меня издалека. Мне настолько стало от этого не по себе, что я решил хоть на этот раз взять её с собой.

Что касается Раф-тян и Даф-тян, то они вместе с Наталией отправились помогать Мамору. В случае чего я всегда могу призвать их навыком, так что ничего страшного. К тому же с нами ниндзя-рафообразная.

В общем, группа у нас прекрасная. И даже если ворчливая Тень попытается сбежать, у нас есть Рафталия, которая мигом её поймает.

— Я тоже считаю, что эксплуатировать Тень — это неправильно, — согласилась Рафталия.

— А по-моему такое ранение — как раз самая веская из причин для того, чтобы поскорее брать её на прокачку, — парировал я.

В плане умений и мастерства Тень, конечно, многому научилась в нашей деревне и в Кутенро, однако даже несмотря на Повышение Класса она серьёзно не дотягивает до Кил и остальных в плане Уровня и характеристик.

И раз так, лучше поработать над этим, чтобы в будущем от неё было больше пользы. Тем более, что она оказалась на редкость выносливой девушкой, и встала на ноги, как только у неё начали затягиваться раны. Думаю, я бы после тяжёлой травмы и госпитализации не сумел бы так быстро восстановиться.

— Мой долг есть… сбор информации, разведка во вражеском тылу и охрана королевы Мелти…

Прознав о том, что Мамору и остальные собираются попасть в Пьенсу, Тень тут же вызвалась снабдить их информацией и проводить до нужного места. Однако я остановил её и чуть ли не силой включил в наш отряд.

— Братец как раз и злится на тебя за то, что ты попыталась выполнить свой долг сразу после выздоровления. Я понимаю — сам в своё время пропустил важные события из-за травмы.

Кил очень кстати вспомнила, что сама из-за ранений не смогла участвовать в войне с Лингуем.

— Если ты так хочешь помочь другой команде, то должна сначала стать достаточно сильной, чтобы избегать вражеских атак, — заключил я.

— Обидно, но я не есть могу возражать. Вы есть слишком суровы, Герой Щита-доно. Надеюсь, вы есть будете со мной ласковее.

— Что это ещё за просьбы?! Куда с тобой ещё ласковее?!

Я должен был трогательно помахать ей платочком, когда она с койки попыталась прыгнуть сразу в пекло? Мне кажется, это уже не ласка, а наоборот.

— Герой Щита-доно, если вы есть заставите меня набирать Уровень вместе с вами… значит ли это, что я есть стану вашей любовницей?

— Что? Это так работает? — удивилась Кил.

— Ты считаешь, я помогаю спутникам с прокачкой, чтобы сделать их своими любовниками? А ты, Кил, заткнись!

Такая мысль может прийти в голову только перерожденцам и старому Мотоясу. Хотя нет — я не совсем понимаю, зачем требовать от любовницы высокого Уровня.

— Но Герой Щита-доно, большая часть людей, с которыми ходите на прокачку, есть ваши любовницы.

— Я что, тоже любовник братца?

— Вот с чем, а с этим я точно не согласна… — вмешалась Рафталия. — Не волнуйся, Кил-кун, это неправда.

— Что насчёт Фоура? Или Руфта? — не унимался я.

— Я? Я твой любовник, братец? Ах да, тебе ведь нравится эта форма!

Руфт принял жеманную позу. Как же ему нравится зверообразная рафообразная форма. Я согласен, она милая, но сейчас она, наоборот, некстати.

— Кил-кун и Руфт. Пожалуйста, помолчите. Ваше участие в этом разговоре только портит настроение Наофуми-саме.

— Да-а?

— Что-то я ничего не понял, но ладно.

После этого разговора Тень вновь посмотрела на меня.

— Так вы есть утверждаете, что у вас нет любовниц?

— Мне кажется, тебе всё-таки стоило разок умереть.

За кого она меня держит? Почему никто не может забыть, как я в своё время сгоряча обнял Фоура?

— Хорун-доно мне есть рассказывала, что Герой Щита есть любит души, а не тела… Поэтому ему не есть важна ни раса, ни пол.

Вот тварь! Из-за неё Тень считает меня каким-то воплощением любви. У нас уже есть драконы и Мотоясу — хватит этому миру ловеласов, которые готовы ради своих эмоций ломать любые преграды!

— В последнее время вы есть уделяете много внимания Кил. Есть пытаетесь затащить её в постель?

Это намёк на ту поездку, в которой мы вскрыли травму Кил, и на мои действия в повозке?

— Так это правда? — спросила Кил.

— Ты что, уже забыла, что произошло? Ты такого наговорила, что мне пришлось тебя наказать. Или тебе не хватило?

Она издевалась надо мной — в частности, предлагала завести серьёзные отношения с Рафталией — поэтому я взял её с собой в поездку и всю дорогу тискал.

— Э! Мне, конечно, было приятно, но страшно до ужаса, так что не надо! Рафталия-тян! Прости, пожалуйста!

Кил сложила руки перед собой и закивала перед Рафталией, вымаливая прощения.

— Я не держу на тебя зла за тот случай, но прошу, перестань провоцировать Наофуми-саму.

— Кстати, Кил, вся та поездка была задумана как наказание для тебя. Просто так вышло, что по пути я увлёкся обсуждением ювелирного дела с Имией.

Что Кил, что Имия — всеобщие любимчики нашей деревни, но из этого не надо делать лишних выводов. Признаю, Имия очень милая, особенно тем, что похожа на Рафталию, и кроме того вроде бы сама не против отношений со мной. Я тоже подумываю об этом, но только после того, как закончится война. В противном случае в будущем на меня нападут ненасытные звери. Я даже могу назвать этих зверей по именам: Садина и Силдина.

Интересно, откуда вообще взялся слух о том, что я беру на прокачку тех, кого хочу сделать своими любовниками? Как только найду эту сволочь, её ждёт суровое наказание.

Наверное, это опять Кил. Кажется, пора вспомнить про рабскую печать!

— Братец, что ты на меня так смотришь? Что я сделал?

— Готова поспорить, Наофуми-сама подозревает, что слухи о прокачке с любовниками распространяешь именно ты.

— Враки! Это не я! — закричала Кил.

Меня это не убедило. Слухи имеют свойство расползаться без желания распространителя.

— И кстати, как в таком случае объясняется то, что я брал с собой Сиан? — спросил я у Тени.

— Те, кто уже есть влюблены в других Героев, есть очевидное исключение из правил. Однако у меня есть нет сильных чувств по отношению к Героям, поэтому я опасаюсь стать следующей мишенью.

— Тогда не волнуйся, тебе просто кажется. Кстати, я даже не уверен, девушка ты или замаскированный парень. И с чего я должен в тебя влюбиться? Я тебя даже от других Теней отличаю только по речи.

Тень умеет выдавать себя за королеву, и я действительно до сих пор до конца не уверен, девушка ли это.

Она умеет быть и двойником Мелти, и даже в своё время прикидывалась жителями деревень, которые я посещал, пока меня обвиняли в похищении второй принцессы.

В общем, в моём досье напротив настоящего пола Тени до сих пор стоит знак вопроса.

— Ого! Вы не есть шутите! Ваше лицо есть выражает полное безразличие! Для вас я есть безымянное создание! Рафталия-доно! Я есть чувствую себя ущербной по сравнению с вами!

— Э-э… Я советую вам не воспринимать это как соревнование, уважаемая Тень.

— Но мне есть всё равно обидно!

— Сестрица… или братец Тень, ты хочешь, чтобы братец Щита воспринимал тебя как девушку?

— Я просто не есть хочу этого пренебрежительного отношения.

— А-а. Ну, братец бывает грубым, но я уверен, он ценит тебя, так что не волнуйся.

Кил как всегда любит говорить слова, за которые не собирается отвечать.

— Я думаю, самый простой способ определить пол человека — это спросить у Мотоясу, — предположил я.

Он видит свиней вместо всех женщин, кроме Фиро, и эта его способность поразительно точная. Думаю, ему не составит никакого труда вывести Тень на чистую воду.

— Однако… — продолжил я. — Мне это, откровенно говоря, не важно. Ты для меня всё равно единственная и неповторимая Тень.

Разве это так важно, какого пола Тень? Я должен быть с ней мягче, если она женщина, и строже, если мужчина? Что за глупости! Будь я таким феминистом[*], разве мечтал бы о том, чтобы Ссука горела адским пламенем?

— Теперь я есть полностью понимаю чувства королевы Мелти! — закричала Тень с дрожащими от напряжения кулаками.

Что там она поняла?

— При чём тут Мелти-тян? Рафталия-тян, можешь объяснить? — спросила Кил.

— Полагаю, ей тоже не нравится, когда её называют по должности. А Наофуми-сама долгое время обращался к ней только как ко второй принцессе.

— А-а, понятно.

— Короче говоря, перестаньте рассказывать, что я вожу людей на прокачку, чтобы сделать их любовниками, потому что это неправда. И вообще, как ты могла поверить такой лжи, если твоя работа — собирать информацию?

— Я есть на этапе проверки правдивости этих слухов! Это есть эксперимент, и его не есть обязательно проводить на мне! Вы есть можете с тем же успехом затащить в постель Кил!

— Меня?! Я всё-таки должен стать любовником брата?!

— Кил-кун, не обращай внимания.

— Тихо! Ты идёшь с нами, и делаешь это молча! А хочешь, чтобы я тебя запомнил — скажи, как тебя зовут!

— Не-е-е-ет! Есть нет!

Да она просто издевается! Даже представиться не хочет. Или это из той серии, что ниндзя не имеет своего имени?

Да уж. Я не общаюсь с другими Тенями, так что меня устраивает статус-кво, но как же я устаю от неё.

— Всё, хватит, закрыли эту тему. Если хочешь снова шпионить в Пьенсе, то сначала набери Уровень, стань сильной и научись уходить от опасности в случае обнаружения.

— Но я не есть подозревала, что меня вообще найдут.

Как рассказывала Тень, она скрывалась возле поле боя и наблюдала за ситуацией, когда её вдруг обнаружили. Она не успела даже подумать о бегстве, как на неё напали. Надо отдать должное — она молодец, что умудрилась спастись, несмотря на ранение. Видимо, бросила какую-то дымовую шашку? Или притворилась мёртвой? Так или иначе, Тени — мастера выживания, и именно поэтому она всё ещё с нами.

— Рафталия, насколько ты оценишь незаметность Тени и её маскировки?

— Что? А, сейчас скажу… Я думаю, она прекрасно прячется, и её могут обнаружить разве что мы или очень сильные заклинания. В случае маскировки раскрыть её ещё сложнее.

— Я, например, по запаху её не найду, — Кил тоже высоко отозвалась о мастерстве Тени.

С другой стороны, Кил и внимательность — вещи несовместимые.

— Я есть и такое умею…

Тень вдруг скинула с себя одежду… и превратилась в Садину.

— О! Круто! Сестрица Садина!

— Как тебе есть такое, Наофуми-тян?

Хорошо, я признаю, что маскируется она здорово. Только выбор маскировки неудачный.

— В этом облике от меня есть будет ещё больше пользы, не так ли, Герой Щита-доно?

— Прекрасно. Народ, во время битв пользуйтесь ей как живым щитом. Настоящая Садина бы легко с этим справилась.

— Не есть шутите так! Я есть ещё не восстановила силы! — выкрикнула Тень и отменила маскировку.

С одной стороны прекрасно, что нам наконец-то выдалась возможность поговорить, но с другой — какая же она надоедливая! Не умеет шутить, но изо всех сил пытается. Ни за что бы не подумал, что у Тени такой характер. Наверное, надо было перед выходом попросить Мелти прочитать ей лекцию о недопустимости кривляний.

— Хватит пустых разговоров, пришло время прокачки. Кстати, по пути нам могут встретиться лазутчики Пьенсы, так что не расслабляйтесь и всегда будьте готовы к битве. А тебе, Тень, тем более нужно молиться о битве с вражескими шпионами, потому что подобное наверняка ждёт тебя и во время твоих вылазок.

— Я всё же есть надеюсь, что эта встреча пройдёт мирно.

Весь смысл наших походов — в совмещении прокачки с поисками агентов Пьенсы. Я даже спутников выбирал так, чтобы они легко находили скрывающихся врагов.

Обычно я отправляю Руфта с Реном и Фоуром, но что-то он отстаёт по Уровню от остальных, поэтому сегодня я решил подтянуть по характеристикам не только Тень, но и его. В конце концов, он тоже занимает у нас ключевую должность, наравне с Тенью и Мелти.

Что касается Мелти, то она охотится с Реном и Эклер. Жители деревни почему-то назвали получившиеся группы “рафы” и “филориальщики”, но я стараюсь об этом не думать.

Да уж, вступление получилось чересчур длинным.

Итак, мой неугомонный отряд побеждал сильных монстров, которые водятся возле святой земли, и искал незащищённые проходы, через которые могли проникнуть враги.

Конечно, с тем же успехом мы могли ждать их на самой святой земле, но кто-то ведь должен защищать покой тех, кто живёт в этих краях. Тем более, это выгодно тем, что мы получаем неизвестные нам материалы.

Итак, мы патрулировали территорию, на которую нас послали…

— Что-то монстров подозрительно много. Может, они в эту эпоху в принципе многочисленнее?

Мы шли звериной тропой, которая привела нас в скалистую местность… похожую на парк юрского периода.

Здесь все монстры были доисторическими: тиранозавры по имени Кайзер Рекс, а также Императоры Трицератопсов, Короли Стегозавров, Лорды Птеродактилей… В общем, здесь сплошь разгуливала какая-то аристократия от динозавров.

Видимо, их тоже придётся истребить, раз уж мы здесь?..

Если забыть про остальной мир, то можно подумать, что мы действительно провалились в прошлое. Вот уж действительно, в параллельных мирах чего только не увидишь. Даже зверолюдей, похожих на динозавров — не зря ведь деревенские человекоящеры так напоминали аллигаторов.

Удивительно, конечно, что динозавры живут так близко к стране, населённой разумными существами. Конечно, с годами экосистемы меняются, но даже это не объясняет, почему динозавров так много.

— Слушай, Тень.

— Что есть такое?

— Эти монстры водятся в наше время?

— Я есть далеко не эксперт в таких вещах, но есть видела похожие кости в музее Фобрея.

Думаю, если бы мы взяли с собой Рато, она бы потеряла голову и кинулась всё исследовать.

Хотя чего я так удивляюсь, в этом мире ведь есть и драконы, и грифоны... Раньше я бы сомневался, по зубам ли нам такие монстры, но сейчас они вряд ли нам что-то сделают.

— Ну что, давайте с ними повоюем?

— А, есть.

— Я готов! — выпалил Фоур.

— Они напоминают мне того монстра, от которого вы меня спасали! Но теперь я уже не беспомощный! Гав-гав!

— Готова!

Рафталия, Руфт, Кил и Сэйн схватились за оружие и встали в боевые стойки. Кстати, Руфт сражается топором. Как он сказал, ему нравится оружие потяжелее.

— От нас есть будет польза?

— Р-рафу?

Тень и ниндзя-рафообразная выглядели взволнованными.

— Не беспокойтесь. Когда Садина водит группы на подводную охоту, там твари ещё страшнее.

Моря этого мира — настоящие сокровищницы. Подводные монстры дают много опыта, поэтому мы часто ходили на них охотиться, однако без косаток заниматься этим себе дороже.

С другой стороны, на земле мы победим кого угодно. Тем более, эти монстры не особенно впечатляли.

— Пока не поднимете Уровень, держитесь поближе ко мне. Впрочем, вы вроде как опытные бойцы, так что должны понимать, что даже с высоким Уровнем на рожон лезть не надо.

— Это безусловно есть так, но…

— Я начинаю! — Рафталия выхватила Катану из ножен и бросилась навстречу динозаврам, которые уже успели заинтересоваться чужаками, нарушившими границы их владений, и бежали к нам с налитыми кровью глазами.

Руфт и Сэйн последовали примеру Рафталии.

— Гяо-о-о-о! — взревел Кайзер Рекс и словно пытаясь опередить остальных прыгнул к Рафталии.

В полёте он выдохнул пламя, а при приземлении попытался укусить. Несмотря на кровожадность, атакует он довольно метко. Челюсти сомкнулись именно там, где находилась Рафталия. Однако она сама вдруг расплылась в воздухе, после чего вдруг появилась сбоку от монстра и рассекла ему шкуру возле рёбер. Раздался смачный звук, хлынула кровь.

— Ха-а-а!

Однако Рафталия так быстро юркнула под монстра, что на неё не упала ни одна капля, и на пути полоснула над собой.

— Гяо-о?!

— Он намного крепче, чем я ожидала. Мне показалось, будто его мышцы пытаются поймать клинок.

— Посмотрим! — Руфт воспользовался тем, что всё внимание Кайзер Рекса было приковано к Рафталии, прыгнул к макушке монстра и попытался застать его врасплох ударом топора.

— Гяо-ом?!

— И вот тебе до кучи! — Руфт продолжил свой натиск пинком, а затем прочитал заклинание: — Цвайт Илюжн!

Пока Руфт приземлялся, Кайзер Рекс яростно взревел и побежал на нас… но ошибся с направлением градусов на девяносто, поэтому укусил лишь воздух и ударил хвостом по земле.

Видимо, попался на иллюзию. Однако Кайзер Рекс оказался умнее обычного монстра. Он тут же начал принюхиваться и искать, где настоящие враги. Опираясь на нос, он нашёл будто бы настоящего Руфта и попытался его укусить, но вновь поймал только воздух.

Увы, обоняние не помогает против иллюзий Рафталии и рафообразных. По-моему, Рато и Хорун в своё время восхищались этим. По их словам, лисообразные полулюди и магия школы иллюзий могут определять наваждения по запаху, однако c Рафталией это не сработает, потому что её способности слишком сильны.

Прямо как в фольклоре, где тануки лучшие обманщики, чем лисы. Повелительница из прошлого тоже умудрилась скрыть свой запах от лисоженщины из гарема Такта, так что в силе их способностей можно не сомневаться.

Правда, в некоторых регионах Японии у поверья есть дополнение, что барсуки превосходят и тех и других, но ладно.

В последнее время Раф-тян научилась создавать видения даже лучше Рафталии, так что я думаю, что сейчас именно она наша лучшая иллюзионистка.

— Благодаря Рафталии-тян и Руфту его сейчас можно колошматить, как захочется! Га-ав!

Кил с лаем обрушила на монстра свой клинок. Она сражается обычным мечом, но он кажется огромным из-за небольших размеров собачьей формы.

— Сэйн-сан!

— Угу!

Немного припозднившаяся Сэйн разделила Ножницы на два клинка и стала кромсать Кайзер Рекса обеими руками. Динозавр не успевал защищаться, и один из клинков Сэйн вонзился ему в горло.

— Я добиваю! Быстрый Клинок: Размытый Штрих!

Как только Кайзер Рекс выгнулся от боли, Рафталия проворно отрубила ему голову.

Так и не успев толком атаковать, динозавр рухнул на землю, поднимая клубы пыли, и немедленно скончался.

— Он был куда быстрее и крепче, чем я ожидала, — призналась Рафталия.

— Однако крайне уязвимым к иллюзиям, — заметил Руфт.

— Действительно. Самое важное, что наши умения очень эффективны против него.

— А мои?.. — спросила Сэйн.

— Конечно, если ты будешь тормозить врагов, нам будет ещё легче, — заверил её Руфт.

— Кажется, я тут самый слабый, — проворчала Кил.

— Кил-кун, ты достаточно проворная, чтобы сбивать врагов с толку, — возразила Рафталия.

— Да? Но я хочу быть быстрым как ты, Рафталия-тян. Наверное, надо попросить братца Меча подобрать мне подходящий клинок.

— Кстати, Кил, — вмешался я. — Почему ты решила сражаться мечом?

Кил отсекла мечом хвост Кайзер Рекса и повернулась ко мне. Несмотря на маленький рост, она неплохо управляется с этим оружием.

— Хм? Ты мне сам его дал, вот и пользуюсь.

— Но ты можешь сражаться и клыками, и что там ещё есть у монстров.

В зверочеловеческой форме Кил становится достаточно зубастой, и мне всегда казалось, от её челюстей толку будет больше, чем меча. Более того, иногда я даже видел, как она вгрызается во врагов и пытается их растерзать.

— Братец, ты относишь меня к монстрам?

— Ты себя видела? Даже у Раф-тян лучше получается держать клинок. Тебе нужно более подходящее оружие.

— Кил-кун также может сражаться в получеловеческой форме, — напомнила Рафталия.

— М… Нет, в этой форме я гораздо быстрее, поэтому мне она нравится больше.

Когда Кил в собачьей форме, она ведёт себя на поле боя как пёс на прогулке. С учётом того, что в этом облике она становится где-то на треть ниже, я даже удивляюсь тому, как хорошо она воюет.

— Да, эта форма лучше. Тем более, она миленькая, — поддакнул Руфт, словно этого и ждал.

— Я не миленький! Я крутой!

— Да? По-моему, всем известно, что ты именно милая.

— Знаю, но я хочу быть крутым!

Когда Кил с Руфтом одновременно спорят и побеждают монстров, возникает ощущение, что попал в какой-то боевик для девочек. Они ведь оба милашки и деревенские маскоты.

— Давайте двигаться дальше.

Рафталия повела наш отряд воевать с появившимся Императором Трицератопсов, словно ничего в разговоре её не смутило.

— Как быстро и легко есть проходят битвы. Глядя на количество очков опыта, я есть осмелюсь предположить, что эти враги должны требовать от нас больше времени и усилий.

— Возможно, причина просто в нашей силе, но мне кажется, всё дело конкретно в Руфте, который уже сражается наравне с Рафталией. А вот Кил оказалась в отстающих.

Не зря он двоюродный брат Рафталии. Да и прибавки зверочеловеческой формы нельзя недооценивать.

Кил, конечно, по сравнению с ними серьёзно не дотягивает.

— Братец! Я ничем не хуже! Я как раз набирался сил, чтобы доказать это!

Ну-ну.

— Смотри мой коронный удар! Га-ав!

Вокруг Кил появилось свечение. Вот ты какой, натиск световой собаки.

— Цвайт Вайлдфэнг!

А-а, так это магическая атака?

Кил доступна магия звериной стихии. Это значит, что она может, например, повышать свои характеристики рычанием.

Видимо, прямо сейчас она окутала себя Маной, чтобы увеличить силу атаки, а затем исполнила рывок с помощью заклинания.

— Я есть всё больше убеждаюсь, что буду вам только мешать.

— Рафу.

— Не волнуйся. Я им, знаешь ли, тоже не нужен, пока они успевают уворачиваться от атак.

Всё, что я сейчас могу — метать Аттак Саппорты и поднимать им характеристики заклинаниями. Возможностей для манёвров у меня нет, потому что я должен защищать Тень и ниндзя-рафообразную. Не то, чтобы меня это тяготило.

— Эрст Шилд, Секанд Шилд.

Один Лорд Птеродактилей резко спикировал, пытаясь напасть на моих союзников и вновь улететь, поэтому я создал на его пути преграды.

— Кяо-о-о-о! — пронзительно завизжал Лорд Птеродактилей.

Кажется, он не ожидал, что врежется в непонятно откуда взявшийся щит.

— Ха-а!

Сэйн превратила Ножницы в Клубок и опутала Лорда Птеродактилей. Рафталия немедленно добила врага Катаной. Одновременно с этим Сэйн превратила нити в паутину, готовясь ловить новых Лордов Птеродактилей.

— Сюда, зверушка! Вот так! Кил!

— Ага!

Руфт поймал Короля Стегозавров в ловушку с помощью магии иллюзий, а затем набросился на него с топором при поддержке Кил.

Судя по тому, что все без исключения динозавры били непонятно куда, магия Руфта и Рафталии действовала прекрасно. Из-за этого мне только и оставалось, что бездельничать. По-видимому, чудовищная сила этих динозавров компенсируется беззащитностью перед иллюзиями.

Как бы там ни было, мы без особых сложностей прореживали популяцию и поднимали Тени уровень. Очки опыта текли рекой. По эффективности такая прокачка почти догоняет подводные вылазки Садины.

Интересно, почему монстры этого мира дают столько опыта? Хотя я до сих пор не знаю, что Мамору и его люди думают о нашей силе, они однозначно считают наш Уровень слишком низким. Кстати, раз на то пошло, как они умудрились Повысить Класс? У них нет ни императоров драконов, ни Филориалов. Даже рафообразных нет. Как в таких условиях провести второе Повышение? Или в это время действуют более простые правила — например, что у союзников Героев Уровень не ограничен?

— Пора есть и мне попробовать! Хайд Бихайнд!

Когда характеристики Тени значительно поднялись благодаря Уровню и усилению врождённых талантов, она решила присоединиться к битве и выпустила в Кайзер Рекса своё заклинание. Динозавр вздрогнул и обернулся.

Что это за магия такая?

— Это ведь… магия тьмы? — прошептала Рафталия.

Её магия иллюзий находится на стыке света и тьмы, поэтому она неплохо разбирается в смежных стихиях.

— Есть совершенно верно. Я есть всегда изучала в первую очередь магию, которая отвлекает вражеское внимание.

Понятно. Иначе говоря, Тень умеет становиться невосприимчивой или как сейчас заставлять врагов чувствовать чьё-либо присутствие за своей спиной, чтобы пробегать мимо, когда они оборачиваются. Она эксперт в незаметности, но подходит к ней иначе, чем Рафталия.

Мне вспоминается ниндзя, с которым дружила Кидзуна. Видимо, все такие люди мыслят одинаково.

Так или иначе, когда Кайзер Рекс отвлёкся, Рафталия и остальные быстро расправились с ним.

— Когда я есть вместе с рафтенью, в мире есть нет мест, куда я не есть могла бы прокрасться!

— Ты так называешь своих рафообразных?

— Они есть Тени и рафообразные, поэтому рафтени. Но это есть обозначение, а не имена.

— Не будь занудой!

Я уважаю Тень за попытки оставаться безликой, но при этом она сразу выделяется на общем фоне своей речью. А когда я слышу про рафтеней, мне так и хочется съязвить, что Тень смотрит слишком много Наруто.

— Рафтень… Неужели нельзя было выбрать другое название?

Даже Рафталия нашла повод для возмущения. Не мне, конечно, её в этом поддерживать, но я понимаю её желание пожаловаться.

— Ах да, я принёс рафтени снаряжение, пусть они его носят, — сказал я, достал свёрток и вручил его рафтени на плечах Тени.

— Это… разве не есть наш обед?

Что это за вопрос? Тень считает, что я постоянно ношу с собой еду? Очевидно, когда мы проголодаемся, то вернёмся на обед в деревню с помощью портала.

— Неужели нет? А я была уверена…

— Я тоже так думал.

— И я! Весь день предвкушал, а тут такой облом!

— Угу.

Рафталия и остальные поддержали Тень, и от этого на душе стало тоскливо. Они считают, что моё кулинарное мастерство автоматически означает, что я ношу в свёртках еду?

— Вы все неправы. Я собирался испытать одну вещь на Раф-тян, но теперь придётся это сделать вот так.

— Знаете… У меня плохое предчувствие…

— Если этот прототип сработает как надо, я сделаю версию для Руфта.

— О? И что там такое? Интересно стало.

Руфт немедленно заинтересовался разработкой для рафообразных.

Рафтень тем временем развернула свёрток и достала его содержимое. Им оказался доспех в виде тягамы — котелка, над которым я недавно раздумывал.

Прототип тягамы рафообразных (только для рафообразных)

Повышение защиты, Устойчивость к рубящему оружию (Средняя), Устойчивость к пронзающему оружию (Средняя), Устойчивость к огню (Большая), Устойчивость к ветру (Большая), Устойчивость к воде (Большая), Устойчивость к земле (Большая), Чары магической защиты, Усиление магии иллюзий (Среднее), Преобразование Маны в тепло, Парение на выхлопе, Повышение мобильности, Сила Лингуя, Черепаший панцирь

— Э-э… Что это, Наофуми-сама?

— Гм? Это броня для рафообразных, вдохновлённая снаряжением Бумбуку Тягамы, ёкая-тануки из одной сказки.

— Нет, это вы уже рассказывали. Я хотела спросить, когда вы успели это сделать?

— Очевидно, это я делал не сам, а заказал у Рена. Так, вот ты, подними лапы, сейчас надену.

— Р-раф?

Судя по лицу рафтени, она пыталась сказать: “Что? Я должна это носить?”

Впрочем, её можно понять. Если она косплеит ниндзю, то вряд ли хочет носить тяжёлое снаряжение.

— Не волнуйся. Эта броня использует останки Лингуя таким образом, чтобы не вредить подвижности. В остальном она металлическая, так что её будет трудно пробить оружием, которое наносит незаживающие раны.

Так или иначе, я одел тягаму на рафтень. Кстати, её костюм ниндзя, как и одежда Фиро, соткан из Маны. Надо бы и Раф-тян сделать какой-нибудь костюмчик… Наверное, одежда жрицы — самый безопасный вариант? Правда, я уже отказывался от этой идеи из-за того, что разозлилась Рафталия.

Рафтень высунула из котелка голову и конечности. Тягама сидит на ней как панцирь.

— Рафу, — она осмотрела себя и нахмурилась.

— Да-а, черепаха получилась, — разочарованно протянула Кил.

Что ей не нравится?

— Ух ты-ы-ы, вот ей повезло… — Руфт завидовал с горящими глазами.

— Нисколько не повезло. Наофуми-сама…

— Рафталия, я сделал тебе украшение, так что почему бы и нет?

— Вы правы, но… кажется, вы только что обесценили ваш подарок.

— Я выясняю, как у меня получилось — если хорошо, то затем это снаряжение появится у Раф-тянок. С его помощью можно улучшить им защиту и усилить магию.

Проверив, что тягама хорошо сидит, я попросил рафтень пройтись.

— Р-раф?

Сначала шаги давались ей тяжело, однако все прибавки сработали как надо, и уже скоро рафтень начала ловко скакать и в конечном счёте запрыгнула обратно на плечо Тени.

— Кстати, с помощью этого снаряжения ещё можно короткое время парить на выхлопе Маны.

— Раф?

Рафтень для проверки спрыгнула с плеча и зависла в воздухе, выпуская горячий воздух из юбки тягамы.

— По сути оно работает.

Я привлёк Рато и Хорун к разработке этого снаряжения. Когда я поделился идеей с Хорун, она заинтересовалась ей и помогла довести тягаму до ума.

— Р-рафу.

Рафтень выхватила из доспеха короткий клинок и показала Тени, что может сражаться так же проворно, как обычно. Вернее, даже проворнее, потому что парит в воздухе.

— Я есть вижу, что ей ничего не есть мешает двигаться! Но как это есть возможно?!

— Вот это и есть кошмарная сила спецэкипировки.

— Однако я не есть могу назвать воина в таких доспехах синоби.

— Тут одно из двух: либо мы называем рафтень не синоби, а ёкаем, либо меняем ей внешность магией.

— Отличное предложение, Наофуми-сама. Почему бы нам по такому же принципу не превратить мою одежду жрицы в доспех?

— Ни в коем случае.

Костюм жрицы существует для того, чтобы ублажать мой взор.

— Я вас не понимаю, Наофуми-сама.

— Здорово… может, и я себе иллюзию доспеха наколдую?..

— Ману нельзя тратить на такие глупости.

Почему Рафталия предлагает изменить вид своей одежды, но отказывает в этом Руфту? Ей кажется, что избавиться от одежды жрицы — это не глупость? Или это попытка повлиять на меня?

— Хочешь, я тебе сделаю спецэкипировку в виде костюма жрицы?

У нас ведь есть Сэйн, Герой Шитья. Это значит, что ей можно заказать одежду, и наверняка получится что-нибудь достойное.

— Ты же справишься? — спросил я.

— Разумеется, — Сэйн самоуверенно кивнула.

— Кстати, раз на то пошло. Ты не хочешь спросить своего предка о традиционной одежде вашей расы и сделать себе что-нибудь в таком стиле?

— Эта одежда не изменилась с годами.

Ах вот оно что. Действительно, Рэйн одевается как Сэйн. Это только Филория ходит в платье.

— Я тоже хочу спецэкипировку! Она сделает меня сильнее!

— Тебе-то чего не хватает, Кил? Разонравился торговый костюм?

— Ты меня так одел только для того, чтобы я привлекал посетителей! Сильнее я от него не становлюсь!

Кил возмущённо залаяла. Будто я виноват, что милые костюмы идут ей лучше всего!

— Тогда… набедренную повязку?

— Я буду сражаться в нижнем белье? Хотя неважно, лишь бы стать сильнее.

— Нет, Кил-кун. Я всё-таки считаю, что разгуливать в таком виде неправильно.

— Но в деревне я и так всегда в набедренной повязке.

В перерывах между разъездами Кил часто гуляет по деревне в нижнем белье. Никто не обращает на это внимания, потому что ей идёт, но в каком-то смысле это и правда нехорошо.

— Давайте не есть тратить время на пустую болтовню и двигаться дальше.

Тень звонко выхватила клинок и ловко полоснула подбежавшего Кайзер Рекса. Затем она поднесла ладонь к окровавленному лезвию и прочитала заклинание:

— Блад Дрейн!

Тень подняла свой меч танто, и тот начал вытягивать кровь из раны Кайзер Рекса. Из неё вылетали крупные капли крови, поднимались выше и чернели на глазах.

— А теперь… Блад Рейн!

Вылетевшая из Кайзер Рекса кровь дождём пролилась и на него, и на остальных динозавров, которые нас окружили. Шкуры монстров внезапно задымились.

— Есть сейчас!

— Рафу!

Парящая в воздухе рафтень откликнулась на команду и стала метать дротики. Они легко впивались в динозавров, и те закачались от боли.

— Ха-а!

Рафталия, Руфт и Сэйн дружно кинулись в бой. Я заметил, что их атаки входили гораздо глубже, чем раньше.

— Вы им что, защиту понизили? — спросил я.

— Ого! Как круто!

— Есть верно. Это есть магия тьмы, которая одновременно наносит урон и уменьшает защиту цели.

Кровавый дождь — это что-то из арсенала злодеев. Но, наверное, эта магия достаточно эффективная, чтобы закрыть на это глаза.

Став сильнее, Тень почти сравнялась с Рафталией по скорости. Эта характеристика у неё в особом почёте, поэтому именно её я развивал в первую очередь с помощью улучшения талантов.

— Ты его очень неплохо ударила.

— Оружейник, к которому вы часто обращаетесь, есть сделал мне клинок из останков Лингуя.

А-а, так это, получается, танто Лингуя? Тогда его сила не должна удивлять.

— Мне кажется, на сегодня достаточно. Думаю, мы проредили расплодившихся монстров.

Тень уже опережала по скорости Руфта, и я думаю, что на этом можно закругляться. Почему я сравниваю с Руфтом? Дело в том, что его самого полностью устраивает собственная скорость и запасы Маны, поэтому он просит меня поднимать ему силу атаки.

Собственно, я так и сделал, так что в результате этой охоты Руфт начал размахивать топором куда быстрее, чем раньше. Боец из него всё лучше и лучше, но ему мешает одно: он по-прежнему сражается дешёвым железным топором, купленным в магазине.

— В следующий раз попрошу Рена сделать тебе новый топор, Руфт.

— Не обязательно топор. Просто мне нравится им размахивать, не более.

— Руфт, ты полагаешься только на грубую силу, у тебя нет никакого изящества, — пожурила его Рафталия.

— Я и сам это понимаю. Всё, что я знаю — это лишь самые основы фехтования, которым меня учила Силдина ещё в наше время. Ну и азы использования Ци от бабули.

Похоже, помимо оружия Руфту ещё не хватает обучения военному делу.

Кстати, забыл упомянуть, что Рен сделал ещё и клинок для самозащиты Мелти, пользуясь перьями Фиро. Если мне не изменяет память, Мелти и Эклер решили владеть им вместе, и оба умеют им пользоваться.

— Может, и мне пора поменять оружие? — пробормотала Кил, оглядывая свой меч.

— Тебе чем хочется сражаться?

— Мм… Перед тем, как мы провалились в прошлое, я всегда считал, что братец Косы… в смысле, Ларк такой крутой! — Кил замахала руками, будто что-то косила. — Но сражаться когтями как у Филории, наверное, тоже весело… Что же выбрать.

— Кил, ты дружишь с Филорией?

— А? Ну, да. Она такая интересная! И как я пытается быть крутой!

Я как раз собирался по ходу разговора создать портал в деревню, но тут Тень резко повернулась к стоящему вдали кусту. Остальные тоже перевели взгляды, словно что-то заметив.

— Похоже, наше возвращение откладывается, — сказала Рафталия.

— А я так хотел, чтобы сообщение о вражеских агентах оказалось дезинформацией, — проворчал Руфт.

— Мы есть знаем, что вы там! Лучше есть выходите сами! — скомандовала Тень и метнула свой клинок.

Из куста выскочили фигуры.

— Тьфу! Заметили, всё-таки.

Это был двухвостый лисочеловек, зверочеловек-леопард и вооружённый косой зверочеловек-орёл.

Не могу вспомнить: разве в этом мире и раньше были птичьи зверолюди?

Последней появилась пара людей. Один из них держал посох, второй кинжал.

Глава 12. Военные Пьенсы и не только

— А, они всё-таки здесь. Кстати, запашок и правда есть, — Кил принюхалась.

Человек с посохом и человек с кинжалом прятались за получеловеком и зверолюдьми, поэтому я не мог их толком рассмотреть.

— Очевидно, без этих мер всё равно не обойтись. Ха! — лисочеловек чем-то ударил по земле.

Вдали из земли выскочили железные штыри и превратились в огромную клетку, в которой оказались как мы, так и враги.

Я помню эту штуковину. Она называется Клеткой Пленяющих Молний, её уже использовал против нас Мотоясу во время конфликта с Церковью Трёх Героев.

Или, во всяком случае, это что-то очень похожее, потому что я вижу возле прутьев молнии и пламя.

Что же, видимо, клетки для предотвращения бегства существовали и в прошлом. Однако эта на вид гораздо мощнее, чем та, которую мы встречали.

В воздухе вдруг появился дракон и использовал магию.

— Гяо-о-о-о-о-о!

Судя по моим ощущениям, он только что создал Драконье Святилище. Враги явно готовы на всё, чтобы мы не сбежали.

— Это есть вы?..

— Гм? Смотри, это ведь те, которых мы зарубили. Как странно. Нам ведь сказали, что раны от этого оружия никогда не заживают, да? — сказал леопард лису.

— Я-то откуда знаю? Может, это просто кто-то в той же одежде.

— Да, точно. Никто не может выжить, если получит такую рану нашим оружием.

Я слышал, как Тень шумно дышала, пытаясь сдерживать злость.

— Герой Щита-доно, вы есть должны скрыть, что вылечили меня, — прошептала она. — Нам есть невыгодно, чтобы они есть знали правду.

Действительно. Мне незачем раскрывать им все карты.

— Насколько ты оценивашь их силу? Это спутники Героя Лука?

— Это есть один из элитных оперативных отрядов Пьенсы, однако они никак не есть относятся к Герою Лука. Тем не менее, они есть достаточно усилены, и победить их будет не есть легко.

Думаю, они стоят на ступень ниже Героев, где-то наравне с Кил.

— Ну что? Вы, наверное, уже слышали слухи о нашем оружии?

Кажется, враги собираются начать с разговора. Раз так, то я готов на небольшую беседу. Хотя негодяи этого мира страдают от самовлюблённости, по сравнению с нашей эпохой среди них намного меньше любителей навязывать другим своё мнение под видом дискуссии.

— Ага, наслушались уже. Ну, и в чём цель разговора? Вы же пришли захватить святую землю, верно?

Немного странно, что в качестве оккупационного войска Пьенса отправила такой крошечный отряд. Другое дело, если бы они искали Клановую Повозку. Однако в таком случае в отряде был бы Герой Лука, потому что как иначе вытащить Оружие из пьедестала?

— Такой приказ у нас тоже есть, однако в первую очередь нам поручили найти Героев. Вернее, именно вас.

О как? Пьенса тоже разыскивает отряд, который смог победить одного из организаторов волн? Неужели они думают, что мы согласимся, если на нас надавить? Храбрости им не занимать — тем более с учётом того, как здорово им досталось от Мелти на дипломатическом поприще.

— Зачем им братец?

— Кил-кун, ш-ш! Не мешай Наофуми-саме. Давай просто помолчим, — предупредила Рафталия нервничающую Кил.

— Для чего? — спросил я.

— Может, перестанешь поддерживать жалкий Шильтран и присоединишься к Пьенсе? Если бы не твоя поддержка, Шильтран бы нам в подмётки не годился. Да, даже с учётом Героев Щита и Кнута.

Видимо, в Пьенсе ещё не знают про воскрешение Филории. Видимо, им просто не могут объяснить его так, чтобы они поверили.

— А как же недавно появившийся Герой Молота?

После того, как арбитра Наталию избрали новым Героем, она заявила всему миру о том, что останется в Шильтране ради улаживания конфликта.

— Если ты про арбитра, то Пьенса в курсе. Но мы думаем, она согласится с нашим мнением, что миру необходимо единство, чтобы пережить грядущие битвы и одержать верх над волнами.

С одной стороны, он говорил правду, но с другой — в каждом его слове сквозило пренебрежение. Очевидно, Наталия с ним не согласится.

— Но вернёмся к делу. Вся королевская семья Пьенсы обещает вам тёплый приём. Заманчивое предложение, не так ли?

— Прости, но я не вижу в нём особенной выгоды для нас, — ответил я.

Двухвостый лис нахмурился.

— Защищать мир от волн, имея всестороннюю поддержку большой и сильной страны — разве это не идеальные условия для несения геройской службы? Мы можем дать тебе столько способных помощников, женщин и прочих ресурсов, что крошечному Шильтрану и не снилось.

Ах вот оно что, я настолько нужен Пьенсе, что меня пытаются соблазнить благами. Вот только в своё время я уже герцог Мелромарка — страны, захватившей весь мир. Что мне толку от опеки страны, которая будет разрушена в будущем? Тем более, неизвестно ещё, чем закончится жизнь в государстве, которое не стесняется использовать оружие, оставляющее незаживающие раны.

— Сочувствую, но я не придурок, и дешёвой роскошью меня не соблазнишь. Да и какой уважающий себя Герой купится на уговоры страны, которая твердит о противостоянии волнам, но на самом деле мечтает под шумок захватить мир?

— Если так, нам хватит и того, что ты откажешься от союза с Героями Щита и Кнута нашего мира. Можно сказать, корень конфликта наших стран в том, что они не хотят подчиняться нашим приказам.

— Подчиняться? Когда ты так говоришь, мне становится жаль Героя Лука, который у вас живёт.

Даже по этому короткому разговору стало ясно, что ни к каким компромиссам они с самого начала не готовились. Для них привычно вести дела с позиции силы и общаться приказами. Прекрасно понимаю, почему Мамору и Хорун сопротивляются.

В такие минуты хорошо понимаешь, насколько талантливой была королева, которая убеждала страны разобрать устаревшие барьеры и объединиться ради противостояния волнам. К счастью, Подонок после раскаяния унаследовал её принципы, так что королевская семья Мелромарка в наше время ведёт себя получше правителей Пьенсы.

Что касается Фобрея, то эта страна тоже любила давить на соседей и привлекать Героев. Однако о переманивании речи не шло, как и об использовании в военных целях. Видимо, в прошлом короли были ещё наглее.

— И кстати, как вы планируете выстраивать отношения с нашим миром? — решил я попробовать небольшой блеф.

— Естественно, Пьенса возражает против того, чтобы чужаки хозяйничали в нашем мире. Однако мы готовы проявить снисхождение.

— Снисхождение? Обойдусь и без него. Я прекрасно понимаю, что вы пытаетесь решить всё силой, и легко могу представить, что вы будете делать после захвата мира.

Жажда власти не имеет границ, и Пьенса уже знает, что волны — это по своей сути слияние миров.

— Ты думаешь, я одобрю голубые мечты о великой Пьенсе, которая управляет целыми мирами?

— Какая чушь, — процедил лис.

Даже в мире Кидзуны правители были не настолько самовлюблёнными. Наверное, у них был хотя бы страх перед волнами… правда, о перерожденцах такого сказать не могу.

— Судя по твоим ответам, говорить больше не о чем. Очень жаль, твоё согласие сильно облегчило бы нашу задачу.

— Ещё бы. Ну, что теперь?

Я сильно сомневаюсь, что отряд, который начал с такой неприкрытой враждебности, просто раскланяется и уйдёт.

— Так или иначе, Пьенса не может сидеть сложа руки, пока в мире есть отряд, убивший источник волн. Если не хотите присоединяться к нам, придётся вас устранить.

Лисочеловек подал знак, и его товарищи подняли оружие.

Что теперь, вызывать Раф-тян? Решив, что время настало, я сосредоточился на Рафосборе. Послышался громкий хлопок, и перед нами появилась Раф-тян. Кажется, ей пришлось прорвать барьер, чтобы переместиться сюда.

— Рафу-у! Раф-раф! — нервно заголосила она.

Похоже, Мамору тоже столкнулся с какими-то трудностями.

Затем Раф-тян показала на временами пролетающего в небе дракона. Видимо, он и есть источник этих трудностей.

— Рафтени могут использовать Святилище?

— Рафу…

Ну вот, покачали головами. Видимо, нет.

Без них Раф-тян может разве что устроить с драконом игру в постоянное переписывание Святилища. Да и от тягамы вряд ли будет толк — скорее всего, наэлектризованная клетка не даст ей летать.

Раз так, лучше пока приберечь Святилище Раф-тян на потом.

— По-моему, вы бы лучше дождались, пока мы окончательно разберёмся с волнами, а потом уже напали на нас, — высказал я своё мнение.

— Некоторые в Пьенсе считают, что такое ожидание приведёт к значительным неудобствам. Есть также мнение, что мы должны проанализировать технологию, которая помогла вам победить источник волн.

— Извини, конечно, но ты же не думаешь, что мы так быстро сдадимся?

— Очевидно, мы бы вообще не появились здесь, не будь у нас сильного козыря.

После этих слов лисочеловек и его зверолюди-помощники бросили в нас клинки.

— А! Будьте есть внимательны!

— Летите, Фрегарах Кастомы!

Раздался гул, и брошенные клинки вдруг устремились к нам, словно двигались сами по себе.

— Щит Метеора!

Я создал барьер, затем Флоут Шилды и отбил ими летающие мечи.

Они будто поняли, что так просто нашу оборону не пробить и попадали на землю. А, нет, они вновь полетели на нас, но теперь на малой высоте. Это какое-то самонаведение?

— Уо! Так вот как они работают! Вот это скорость! — Кил смотрела на мечи круглыми глазами.

— Им есть под силу преследовать жертву бесконечно, пока они не есть нанесут ей рану… Я есть поражена тем, что вы есть смогли отбить их, Герой Щита-доно.

— Тем не менее, они на удивление мощные.

Флоут Шилды тоже далеко отбрасывает, когда они отбивают их мощные атаки. Хорошо хоть, что не ломаются.

— Ого! Не ожидал, что у них найдётся, чем ответить.

— Раз так, пора использовать сами знаете что!

С этими словами отряд Пьенсы дружно приблизился к нам. Лисочеловек и зверолюди метнули в нас ещё по одному мечу.

Щит Метеора по-прежнему держался.

Однако затем тот враг, что с кинжалом, превратил своё оружие в какой-то бур и тоже метнул его.

— Шилд Брейкер V!

Послышался громкий хруст, и Щит Метеора разбился.

— Что?!

Судя по всему, это был навык, причём усиленный. Неужели этот загадочный человек — тот, о ком я думаю?!

Впрочем, сейчас нужно как можно скорее поднять характеристики спутникам, чтобы они могли лучше реагировать на происходящее.

Я сосредоточился и зачитал заклинание:

— Олл Либирейшн Аура!

Наложив усиление, я принялся отбивать Щитом летящие в нас клинки.

— Ха-а!

— Есть в бой!

— Погнали!

— Раф!

— И я!

Рафталия, Тень, Кил, рафтени и Руфт бросились вперёд, как только мне удалось создать пробел во вражеских атаках.

— Байнд Ваер!

Одновременно с этим Сэйн выпустила нити, чтобы опутать противников.

Что же, хотя наши враги могут потягаться по скорости с Кил, они явно просчитались, вызвав на бой Рафталию и остальных. А с учётом того, что Тень тоже подняла уровень, ничто не помешает нам с лёгкостью…

— Герой Посоха взывает к Эссенции, Миру и Силе земли. Да соединится моя Мана с силой Героя и да сплетёт новую силу. Как источник силы, Герой Посоха повелевает: расшифруй законы вселенского мироздания и надели сих всесторонней силой. Олл Релиз Аура Х!

Похожий на колдуна враг с посохом прочитал заклинание, и троица разношёрстых бойцов резко ускорилась! Они с лёгкостью разорвали нити Сэйн и устремились к нам.

— Оп!

Рафталия схлестнулась с лисочеловеком; Кил, Тень и рафтени с леопардом, а Руфт и Сэйн с орлом.

Что касается орла, то его оружие парило в воздухе рядом с ним, окутанное воздушными потоками.

— О да, вот это по-нашему. Теперь я понимаю, что значит переполняться силой!

— Что… это за сила?

Рафталия бросила взгляд на врагов с кинжалом и посохом, которые по-прежнему стояли в тылу. Затем она отбросила лисочеловека в попытке уйти от навязанного противостояния, но он снова сцепился с ней клинками.

Хотя я по-прежнему успешно останавливаю летающие клинки, в таких условиях нельзя исключать, что рано или поздно кто-нибудь из моих спутников пропустит удар.

— Какая же… это есть… трудная ситуация.

— Раф.

— Они вдруг стали намного проворнее, чем раньше, — высказал общую мысль Руфт.

— Неужели у них есть… Братец, мы справимся?

— Вы что… серьёзно? — пробормотал я, сверля взглядом стоявших поодаль… обладателей Посоха и Метательного Оружия.

— Сенсеи, вы не могли бы заняться этим типом с Щитом? Кажется, он их лидер.

— Уничтожить их по очереди, так? — уточнил враг с Метательным Оружием.

— … — враг с Посохом поморщился так, словно ему было противно разговаривать. Он направил на меня навершие Оружия и закричал: — Эрст Бласт V! Секанд Бласт V!

Из Посоха вылетели лучи. Я успел защититься Щитом и заблокировать залпы, но какие же они мощные!

— Гх-х… уоа-а!

Как только я отразил лучи, в меня полетели топоры, словно дождавшись своей очереди.

— Эрст Троу, Секанд Троу, Дритт Троу! Торнейдо Троу Х!

— Шилд Призон!

Топоры, летящие поодиночке, я поймал Оружием, а когда вокруг завертелся стальной вихрь, я создал вокруг себя клетку щитов.

Послышался оглушительный лязг, щиты вокруг разбились, но благодаря тому, что я вложил в навык достаточно Ци, мне удалось пережить натиск.

Чёрт… Да, теперь сомнений уже не осталось.

— Что-то я не могу понять. Откуда у вас вдруг взялись Герои Посоха и Метательного Оружия? — проворчал я, вглядываясь в лица врагов.

Разумеется, это были не Подонок и Лисия.

Герой Посоха носил плотную мантию и скрывал лицо под капюшоном, но кажется, это была девушка. Что до парня с Метательным Оружием, то это был парень лет двадцати с короткими волосами, одетый как бандит с большой дороги.

Видимо, это и правда Герои Посоха и Метательного Оружия этой эпохи.

— Мы можем спросить у вас почти то же самое, — отозвался лисочеловек, продолжая скрести Катану Рафталии своим клинком.

— Вы ни в чём не виноваты, — сказала девушка с Посохом. — Мы видели вашу битву и даже хотели вам аплодировать. Но… именно поэтому сейчас мы должны сразиться с вами.

— Только ваша смерть может спасти наше Священное Оружие! — подхватил парень с Метательным Оружием.

— Так! Подождите! Давайте поговорим! — попытался докричаться до них я.

— Мы не предадим Оружие. Сражайтесь! Потому что иначе… — Герой Посоха прочитала в меня заклинание: — Олл Релиз Флэйр Х!

Со всех сторон ко мне слетелись всполохи адского пламени и оглушительно взорвались.

— Кх-х-х! Ха-а!

Я влил Ци в новое украшение, чтобы усилить его способность к отражению магии. Да, эта функция рано или поздно сломает изделие, но сейчас у меня нет выбора!

Я чувствовал, как украшение хрустит и покрывается трещинами, но оно создало вокруг меня отражающий барьер, перенаправляющий все взрывы.

— Что?! Ты отразил магию?! — потрясённо выкрикнула девушка с Посохом.

Всполохи слетелись к ней и…

— Берегись!

Герой Метательного Оружия подскочил к ней, повалил на землю и прикрывал собой, пока всё вокруг превращалось в пылающее море.

Я тем временем защищал от огня Рафталию и остальных спутников. К моему огромному сожалению, вместе с этим я отвёл огонь и от вражеских бойцов ближнего боя.

— Гха-а-а… — простонал Герой Метательного Оружия. Его спина практически обуглилась.

— Сейчас! Я вылечу тебя! Олл Релиз Хил Х!

— С-спасибо… Неужели этот Герой Щита может отражать заклинания Релиз-класса? Я постепенно понимаю, что он действительно силён. Это нужно учитывать.

— Да, ведь он сумел уничтожить самопровозглашённого бога. Зря мы ожидали чего-то иного.

Хотя Герои не скупились на похвалу, они не меняли враждебного настроя.

— Зачем вы это делаете? Мы же явно можем договориться…

— Отвечу так: мы не должны мириться с вами. Мы обязаны сразиться с вами в полную силу! — ответила Герой Посоха.

— Да. Если мы не казним вас… то наш мир… — пробормотал Герой Метательного Оружия.

Ну вот, теперь становится понятно, что ими движет. Также нетрудно догадаться, откуда у Пьенсы вдруг появилось оружие, раны от которого не заживают.

— Они взяли в заложники ваш мир и Священных Героев, и заставляют вас сражаться с нами?

— …

Молчание — знак согласия.

Им нельзя сопротивляться Пьенсе или вставать на нашу сторону. Вот почему они так неохотно разговаривают со мной.

Что же, этого и стоило ожидать от создателей смертельной игры, которые привыкли наблюдать за ней с комфортом из безопасности. Как только они обнаружили угрозу, то тут же не жалея сил занялись её устранением.

Но не лично, потому что они боятся получить сдачи. Поэтому они придумали другой план — вот этот.

Самопровозглашённые боги тайно снабдили Пьенсу загадочным оружием, а затем приказали Героям параллельного мира убить нас. Скорее всего, они так и будут придумывать всё новые способы избавиться от нас.

Кажется, они догадались, что я всего лишь выдавал себя за охотника на богов. Вряд ли бы они строили такие козни против настоящих охотников.

Однако я замечаю в поведении самопровозглашённых богов оттенки отчаяния. Как Пьенсе не стыдно участвовать в их подлых выходках?

Я посмотрел на лисочеловека — похоже, именно он главный в этом отряде.

— Чего? — огрызнулся он. — Хочешь сказать, сенсеи помогают нам не по своей воле?

— Будто сам не знаешь.

— Не знаю. Мы всего лишь военные, хоть и с высоким рангом.

Наши враги — офицеры, но не генералы. Поэтому всё, что их интересует — эта битва.

— Но должен сказать… я искренне восхищаюсь тем, с какой лёгкостью ты отражаешь наши козыри, — похвалил меня лисочеловек за то, что я сдерживаю летающие клинки. — Хотя жаль, что ты этим сильно усложняешь нашу работу.

— Это и есть оружие, которое по слухам оставляет незаживающие раны?

— Оно самое. Страшно?

— Ну так, в меру.

— Вот это ты даёшь. Ну что! Пора бы…

— Да, пора бы и нам начать сражаться всерьёз! — выкрикнул я, проводя синтез Панциря Лингуя с ещё одним щитом.

А именно — с Железным Пистолетным Щитом. Настало время использовать Волшебную пулю!

Зачитав заклинание, я выстрелил. Думаю, это единственное, чем мы сможем победить вражеское заклинание усиление, повышенное до класса Х!

— Олл Либирейшн Аура! — Панцирь Лингуя выпустил сгусток усиливающей магии из драгоценного камня. — А теперь… Рафталия! И остальные! Отбивайте пока вражеские атаки!

— Есть! Ха-а-а-а-а! Руфт!

— Ага!

— Раф!

Рафталия, Руфт и Раф-тян дружно создали магическую диаграмму.

— Пятиэлементная небесная диаграмма! Камень Воли Сакуры! Я повелеваю тебе силой арбитра!

Рафталия переключилась на Катану Камня Воли Сакуры. Топор Руфта тоже вспыхнул розовым.

— Ха-а!

— Что? Я теряю силу!

— Мы предполагали, что у них тоже есть арбитр… но только этого нам сейчас не хватало!

Рафталия и остальные с лёгкостью отбросили от себя врагов, а затем сбили летающие вокруг клинки.

— Кх…

— Братец, неужели ты всё время защищал нас от этого шустрого оружия?!

— Ого! Это ведь то, у которого не заживают раны?! Жуть какая! — высказался Руфт.

— Мы должны остановить его, пока есть возможность! — воскликнула Рафталия.

— Мы есть можем с этим помочь!

— Нет! Держитесь позади! — возразила Рафталия.

Тем не менее Тень вышла вперёд, и устрашающие клинки попытались разрубить её. Но безуспешно — Тень вдруг превратилась в сгусток тьмы и исчезла. Однако клинки не растерялись, снова нашли цель и полетели к ней… вот только Тень и рафтень снова появились и сбили смертоносное оружие.

— Вот есть ещё одно применение Хайд Бихайнду.

— Байнд… Ваер, — Сэйн опутала клинки своими нитями.

Они быстро разрубили те, что намотались на лезвия, но освободить рукояти оказалось не так-то просто.

— Чейндж Шилд!

Освободившись от охоты на клинки, я превратил Флоут Шилды в Зеркальные Щиты, чтобы отражать ими заклинание, выпущенное Панцирем Лингуя.

Очень здорово, что я теперь могу в одиночку выполнять тот же фокус, с которым мне помогал Мадракон во время использования Кланового Зеркала.

Отражающие Флоут Шилды уже автоматически, без моего вмешательства использовали навык из арсенала Кланового Посоха.

В голове всплыло его название, так что я воскликнул:

— Меджик Призон!

Я уже сбился со счёта, сколько раз магический сгусток отражался от усиленных Ци зеркал и понятия не имел, до какого коэффициента мне удалось его разогнать, но думаю, его хватит для того, чтобы противостоять вражеской магии.

Я отдал команду, сгусток Олл Либирейшн Ауры разорвался и усилил выбранных мной союзников.

Мне показалось, будто моё тело вдруг стало легче. Быстро отбив Флоут Шилдами освободившиеся клинки, я открыл Рафталии и остальным дорогу к контратаке.

— Я начинаю! Восьмигранный… выпад судьбы!

— Я тоже! Восьмигранный удар судьбы!

Раф-тян создала барьер, и Рафталия с Руфтом дружно использовали свои сильнейшие приёмы, обрушивая удары как на летающие клинки, так и на заметно ослабших бойцов Пьенсы.

— Уо! Такие атаки пропускать нельзя!

Лисочеловек и его товарищи быстро отпрыгнули, оставив попытки сдерживать нас. Поэтому наш натиск сосредоточился на вёртких клинках.

У них не получилось уклониться, и атаки бросали их из стороны в сторону.

— Вам не уйти. Световые крылья: включение.

Сэйн догнала остальных, превратила Ножницы в два меча… и выпустила из спины крылья. Только не птичьи, а как у бабочки, причём другого подвида, нежели у Рэйн. Тем не менее, Сэйн стала гораздо быстрее, и использовала крылья, чтобы настигнуть зверочеловека-орла.

— Кх… Ты и летать умеешь, Герой Шитья из параллельного мира?!

— Ты крупно ошибся, если думал, что единственный умеешь летать.

Каждый раз, когда Сэйн взмахивала крыльями, с них опадали какие-то самонаводящиеся чешуйки. Они летели к орлу и скромно взрывались при ударе о него.

Затем Сэйн напала по-настоящему, используя оба клинка и фамилиаров. Первым делом она ударила вертикально правым клинком, затем оттолкнулась от противника крылом, чтобы быстро развернуться, взмахнула левым клинком горизонтально, напала фамилиарами со спины…

— У, гх… Слишком много оружия! Фезер Шот!

Вынужденный обороняться орёл ответил Сэйн заклинанием, но та вовремя отступила и снова насела на врага.

— Тогда попробуй вот это!

Орёл замахнулся своей косой, но Сэйн поймала оружие за древко и обратила клинок против врага.

— Ты ~~~~.

— Госпожа Сэйн говорит, что знает по-настоящему сильного бойца с косой. Тебе ещё многому нужно учиться.

Впервые за долгое время фамилиару пришлось расшифровать слова Сэйн.

— Она слишком быстрая! Сенсеи!

— Ладно уж, — Герой Посоха зачитала заклинание. — Герой Посоха взывает к Эссенции, Миру и Силе земли. Да соединится моя Мана с силой Героя и да сплетёт новую силу. Как источник силы, Герой Посоха повелевает: расшифруй законы вселенского мироздания и отними у сих всестороннюю силу. Олл Релиз Дебаф Х!

Паразитирующий на моей душе Мадракон тут же проанализировал заклинание и сообщил, что это аналог Олл Либирейшн Дауна Х, которым пользуется Ицуки.

Ну, я не удивлён. Если твой враг слишком усилился, его нужно ослабить.

Но!

— Думаете, нас будет так просто подкосить магией? — процедил я в сторону военных Пьенсы, а не Героя Посоха. — Ха-а!

Я собрал возле себя всё заклинание Героя Посоха и затушил его при помощи Магзорцизма, одного из потерянных умений стиля непобедимых адаптаций. Пускай я не смог помешать чтению заклинания, но ослабляющая магия сама по себе достаточно слабая, чтобы я мог её обезвредить.

— Он остановил заклинание?! Как это возможно?!

— Вы, наверное, опытные солдаты, но мы прошли через такое, что вам и не снилось.

Если бы мы не придумывали такие фокусы, то не выжили бы.

— Гх… Да что же их так трудно победить?!

— Вам будет проще убедить своё начальство отказаться от планов по захвату мира, чем избавиться от нас. Вы ведь должны были догадаться, кто стоит за действиями Пьенсы?

— Как бы да, но это приказы начальства, и у нас… нет права их обсуждать.

Вот она, армейская дисциплина. Вот бы рыцари нашей эпохи сохранили это мышление, что личное мнение не должно влиять на службу.

Хотя да, мы сейчас сражаемся против полулюдей и зверолюдей. Если их принципы и могли где-то сохраниться, то только в Шильтвельте и Шилдфридене.

Я переглянулся со спутниками. Рафталия убрала Катану в ножны и сложила перед собой руки, собирая Ци.

— Откликнитесь на зов, мои соратники, и проявите магическую силу, которая напитает меня!

Она собирала силу рафообразных для какого-то сильного приёма.

— Рафу-у-у!

Вокруг Раф-тян собрался свет. Она превратилась в накидку и приземлилась на Рафталию.

Руфт пригнулся, распушил хвост и принял боевую стойку. Сэйн зависла с расправленными крыльями и перекрестила перед собой клинки.

Кил тоже перестала жизнерадостно лаять и кровожадно прищурилась, словно готовая напасть волчица. Или щенок сибирской хаски.

Тень и рафтень приготовили свои танто и скрылись во тьме, выискивая возможность нанести удар.

Команда у меня, конечно, собралась разношёрстая, но смотрится достойно.

— Кажется, пора прекратить жалеть козыри!

Лисочеловек приказал товарищам метнуть в нас остальные мечи, которые ещё оставались в запасе.

— Щит Метеора!

У меня как раз перезарядился Щит Метеора, и я снова установил барьер, отбив четыре новых снаряда.

Хотя мне очень хочется, чтобы Рафталия и остальные разгромили врагов, им нельзя попасть под удар этих мечей, потому что вылечить такие раны будет очень трудно. Однако с учётом того, как быстро двигается летающее оружие, нас так могут вынудить уйти в глухую оборону.

— Вепон Призм Х!

Вдруг Герой Посоха выпустил в небо нечто вроде переливающегося всеми цветами радуги драгоценного камня.

Что это?

— Это есть!.. Герой Щита-доно! Похожий навык был у Его Величества Подонка!

Глава 13. Гневное озверение

От слов Тени я вспомнил, что у Подонка и правда было нечто похожее…

— Фрегарах Кастом Х! — применил Герой Метательного Оружия навык, совпадающий названием с именем зловещих клинков.

— Эрст Шилд! Секанд Шилд! Дритт Шилд! Чейндж Шилд! Никому не лезть вперёд!

— Что?!

Я выставил барьеры, добавив к ним Флоут Шилды, затем превратил всё в Щиты Камня Воли Сакуры и стал готовиться к вражескому навыку.

Брошенный Героем меч попал в летающий драгоценный камень, размножился и обрушился на нас дождем.

Щиты громко лязгали, принимая тяжёлые удары, и ломались один за другим. И это несмотря на то, что Камень Воли Сакуры должен быть особенно эффективным против Героев. Наверное, это следует расценивать как то, что наши враги хорошо знакомы со способностями арбитров.

Их Священные Герои в заложниках, так что приказы чужих арбитров для них сейчас пустой звук. Даже не так — я думаю, их готовили к такому.

— Гх…

Я вышел вперёд, чтобы основная часть урона пришлась на меня, а не спутников. Вскоре клинки пробили последнюю линию обороны и начали кромсать нас.

Как же больно… такими темпами на нас живого места не останется.

Вот уж не думал что они додумаются у такого. Действительно, теперь я припоминаю. Подонок как-то объяснял, что навыки вроде Меджик Призм в комбинациях с другими открывают множество тактических возможностей.

Кажется, основной целью врагов был я. По крайней мере, клинки упрямо слетались именно ко мне.

И правильно, остальные я тоже не упущу!

Я собрал их с помощью Точки, затем использовал Хейт Риэкшен, чтобы привлечь ещё больше внимания.

— Наофуми-сама?!

— Братец?!

— Б-братец!

— Не волнуйтесь за меня, нападайте!

— Но!..

— Это мелочи! Сейчас вы должны думать только об атаке! Победите их, пока они занимаются мной! Угх-х…

Не знаю, сколько ещё проживёт эта призма, размножающая клинки, но если Рафталия и остальные не прибьют врагов, я не выживу!

— ~~~~ вперёд! — Сэйн первая устремилась к вражескому Герою Посоха. — Световые крылья! Ещё… сильнее!

Крылья Сэйн вспыхнули, и она на полной скорости врезалась в Героя Метательного Оружия, перегородившего путь к девушке.

Благодаря Лисии я хорошо представлял, как сражается обладатель Метательного Оружия. Я знаю, что он довольно слаб в ближнем бою.

— Рафталия, быстрее! Сейчас не время колебаться! — скомандовал Руфт.

— Но как же Наофуми-сама?! Эти клинки…

— Не думайте о них! Мы должны как можно скорее закончить эту битву!

— Есть верно! Если мы не есть уничтожим этих врагов, Герой Щита-доно не есть выдержит! Именно сейчас есть крайне важно напасть всем, что у нас есть есть!

— Раф!

Руфт, Тень и и рафтень пытались заставить Рафталию отбросить сомнения. Однако она продолжала смотреть на меня в растерянности.

— Братец… На этот раз я… Я решил! Я стану сильнее ради тебя! Ву-у-у-у!

Кил опомнилась и протяжно взвыла, выгибая спину.

Перед глазами зажглась иконка Помощи озверению и предложение использовать Чейндж Шилд.

Всё это похоже на… ага. Вопрос только в том, готов ли я положиться в этом деле на Кил.

Если я правильно помню, примесь другой магии даст Кил ещё больше вариантов внешнего вида, но тут надо подумать, кто может помочь.

Рафталия и Раф-тян? Конечно, их магия света и тьмы довольно сильны, но мне кажется, самое большее, чем они могут сейчас помочь — это просто выполнять уже отданные приказы. Иллюзии примешивать не надо, их и со стороны можно использовать.

Ровно то же самое я мог сказать про Тень.

Насчёт Сэйн я даже не знаю, на что она способна.

Наконец, моя исцеляющая и усиливающая магия… думаю, здесь не поможет.

Ладно, Кил, только не геройствуй. Если понадобится, отключу усиливающий поток.

— Чейндж… Шилд.

Включив Помощь озверению, я использовал Чейндж Шилд.

Два моих Флоут Шилда вспыхнули и стали Щитом Милосердия и Гневным Щитом.

Тело Кил начало пульсировать, увеличиваться в размерах и покрываться багровой шерстью.

— Га-а-а-ав!

Встав на четыре лапы, Кил окружила себя чёрным пламенем. Её скорость увеличилась до уровня Рафталии и нынешней Сэйн.

— Ч-что это такое?

— Озверение?!

— Вы оставите братца в покое! Га-а-ав!

Кил мчалась вперёд, оставляя за собой светящийся след. На бегу она превратилась в пылающего цербера и бесстрашно напала на военных Пьенсы.

— Я не могу бездельничать, пока Кил-кун сражается! Приди, сила, наводящая иллюзии, и через истинную силу всеистребляющего колдовства обратись миражами для врагов моих… Повелительница повелевает: утопи сих врагов в море иллюзий! Маповелительница: Наслоение Фантомов!

Рафталия тут же использовала заклинание, наводящее на врагов сильнейшую иллюзию.

— Ч… что это?! Какая сильная магия… я понимаю, что это иллюзия, но не могу её развеять! Что за чудовище её наложило?!

— Даже… Клановый Посох не может проанализовать эту магию. Наверное, это и есть тот уровень, которого мы должны достичь, чтобы надеяться на победу.

— Но мы всё равно не можем проиграть! Если мы не видим врагов, значит, будем стрелять во все стороны!

— Да!

Договорившись между собой, Герои Посоха и Метательного Оружия вскинули Оружие и стали палить навыками куда попало.

— Скилл Призм V… Пушка Метеора Х!

Герой Посоха запустила в воздух ещё один драгоценный камень и с его помощью залила градом снарядов всё, кроме своих союзников.

На сей раз она не полагается на магию — видимо, боится, что я снова её отражу.

— Залп Метеора Х!

Герой Метательного Оружия разбросал вокруг какие-то гранаты. Когда они взорвались, во все стороны полетели звёзды.

Некоторые выстрелы попали по нам, и я понял, что перед глазами у меня краснеет.

Что же, вот я и увидел метеорные навыки Посоха и Метательного Оружия.

— Мы не сдадимся!

Хотя Сэйн тоже досталось, она бесстрашно вцепилась в Героя Метательного Оружия.

— Кх… Она совсем себя не жалеет!.. Хотя чему я удивляюсь. Буду сражаться в полную силу!

Хотя Герой Метательного Оружия до сих пор не вырвался из иллюзии, он как мог держал удар. Пускай он не даёт сдачи, но твёрдо стоит на ногах. Видимо, выносливости у него хоть отбавляй.

— Кх…

Я заметил, что лисочеловек что-то распыляет вокруг себя.

— Отлично! Всё-таки удобная вещь, помогает даже против иллюзий! Простите, но мы не готовы проигрывать!

— Можно подумать, мы собираемся сдаваться! — воскликнула Кил и укусила лиса за хвост.

— Гха-а-а-а! Га-а-а! Горячо! П… пусти!

Лис колотил Кил как мог, но та упрямо кусала и не отпускала. Шерсть вокруг места укуса постепенно подгорала.

— Не забывайте про меня!

Орёл без колебаний устремился к Сэйн и перегородил ей путь к Герою Метательного Оружия. Героев и военных трудно назвать близкими друзьями, но они понимают, что должны сражаться вместе.

— Ха-а-а!

Рафталия прокладывала Руфту и Тени путь к врагам, сбивая все снаряды Катаной.

— Я больше не могу сражаться вполсилы! Пожалуйста, пусть этот удар станет последним!

Рафталия замахнулась Катаной на Героя Посоха, но на её пути вдруг встал леопард. Он расправил перед собой какую-то тонкую ткань и поймал ей клинок.

Оружие Рафталии со свистом прошло сквозь него.

— Такое чувство, что мой клинок… у…

Остриё Катаны вдруг возникло за Рафталией и рассекло ей плечо.

Эта ткань искривляет пространство и заставляет оружие появляться за спиной хозяина?! Я уже встречал такие барьеры — ими пользовался самопровозглашённый бог и рядовые солдаты из армии сестры Сэйн.

— О-о… оно и правда работает. А я думал, этому платочку ни за что не остановить по-настоящему сильный удар.

— Чем сильнее они бьют, тем мы ближе к победе!

— Зря надеетесь! Это сущий пустяк!

Рафталия ударила в обратную сторону, на ходу переключаясь на Нулевую Катану. На сей раз клинок с лёгкостью разрубил ткань.

— Уо!

— Иллюзия отключилась! Все назад! — скомандовала Герой Посоха, вставая перед леопардом вместе с Героем Метательного Оружия. — Давай! Сейчас Герой Щита как раз не может двигаться!

— Ага! Пора и нам использовать сильнейшие навыки! Мьёльнир Х!

— Ёрмунганд Х!

Появились огромный, окутанный молниями метательный молот и светящийся фиолетовый посох. Враги собирались метнуть их в Рафталию и Сэйн.

Имя молота я узнал сразу — это знаменитое оружие бога грома. Ничего удивительного, что здесь он существует в виде навыка.

А что касается Ёрмунганда, навыка Героя Посоха… то он, скорее всего, каким-то образом связан с Фенрир Форсом моей эпохи. Ведь Ёрмунганд — брат Фенрира, пожирателя богов. Должно быть, Посох специализируется на подобных навыках.

Рафталия поднесла ладонь к Катане, влила в неё Ци, создала на земле магическую диаграмму… и разрубила её клинком.

— Хватит! Вы больше не раните Наофуми-саму! Небесный пятиэлементный круговорот!

Кажется, Рафталия заставляла себя сражаться через силу — из её раненого плеча хлынула кровь, и её накидка быстро окрашивалась красным. Казалось, будто она сражается в алом кимоно.

— Гх-х… Она опутала меня диаграммой… Не могу пошевелиться! — закричала Герой Посоха.

— Я помогу! — Герой Метательного Оружия бросил молот.

Однако Сэйн оплела грозовое оружие нитями, затем переключилась на Ножницы и напала на Героя Метательного Оружия.

Думаю, благодаря ей этот Герой нам сейчас не так страшен, как Герой Посоха.

— А после круговорота…

Остановив вражескую атаку, Рафталия выхватила вторую Катану, ускорилась и пустила в дело другие навыки.

— Братец! Сейчас будет жарковато, потерпи!

Кил мотнула головой, перебрасывая через себя лисочеловека, затем глубоко вдохнула и выпустила в меня чёрное пламя.

Я думал, что обожгусь, но не ощутил даже тепла. Скорее всего, сказывается моя связь с Гневом.

Огонь Кил заставил летающие вокруг меня клинки отступить. Знаю, что ненадолго… но теперь я могу помочь Рафталии.

— Аттак… Саппорт!

Я метнул шип в Героя Посоха. Он пролетел между стаей клинков и попал точно в цель.

Рафталия бросила на меня быстрый взгляд. Ох, у неё слёзы в глазах. Чувствую, после битвы она будет очень зла.

— Призрачный Клинок: Душегуб!

— Что?! А-а-а-а-а!

Пропустив удар, Герой Посоха завопила от того, что в одночасье осталась без Духа, а затем упала навзничь, потеряв сознание.

— Т-ты в порядке?! Эй!

Герой Метательного Оружия подбежал к своей неподвижной напарнице и попытался её растолкать, но безуспешно.

В следующее мгновение летающие клинки исчезли — остались только четыре из тех, что метнули в нас военные.

— Щит… Метеора.

Я вновь создал барьер, чтобы остановить их, но… Кх. На мне уже живого места не осталось, всё тело ноет от боли.

— Сделаем это ради братца!

— Мы не есть подведём!

— Раф-ф!

Руфт обрушил топор на лиса, а Тень и рафтень кромсали леопарда быстрыми ударами.

— Кх… Я им тоже покажу! Фх-х-х-х!

Кил встряхнула головой, прогоняя слабость, глубоко вдохнула и выпустила чёрное пламя теперь уже во врагов.

— Гха!

Лисочеловек чудом успел достать из кармана уже третий по счёту артефакт, похожий на коготь. Он помог защититься от топора, но лис всё равно улетел от силы удара. Тем временем, изрезанный леопард попал под пламя.

— Нужно есть добить его! Блад Дрейн!

— Рафу-у!

— Гха-а-а! Они… тянут мою кровь?! Что?!

— Пора вам есть познакомиться с болью тех, кто есть получил из-за вас незаживающие раны!

Тень и рафтень вытянули кровь из раненого леопарда, затем повернулись к орлу, с которым воевала Сэйн.

— Блад Дрейн!

— М? Моя кровь! Гх-х-х!

— Получай!

— Вот ты и попался! — воскликнул один из фамилиаров вслед за Сэйн, которая как раз ударила орла Ножницами.

— Я не проиграю! Когда я ударю тебя этим оружием, твоя рана никогда не заживёт!.. Что? — орёл напал на Сэйн, но та спокойно приняла удар. — Ты… жертвуешь собой? Уважаю!

Он камнем полетел к земле. Сэйн тоже приземлилась с торчащей из неё косой, отключила крылья и подбежала ко мне.

Тем временем Рафталия приставила остриё Катаны к шее Героя Метательного Оружия. Она излучала такую свирепость, что наши противники сразу поняли: всего одно движение, и их убьют на месте.

— Это пламя замедляет исцеление! Ну что, каково это — проигрывать?! — выпалила Кил, подражая мне.

— Гх-х… Кажется, ничего больше тут не сделать.

Вдруг летающие мечи со свистом вернулись к врагам. Два из них по пути напали на Рафталию.

— Ха-а!

Та отбила эти снаряды, но Герой Метательного Оружия воспользовался моментом, схватил Героя Посоха и отпрыгнул.

— Уходим, — скомандовал лис. — После всего, что мы сделали, Герой Щита уже не выживет.

— Да, наверное. — Если честно, мне жаль. Я не думал, что он настолько силён.

— Так приказала страна… и королевская семья Пьенсы. Извини, но это война. Пойми, что сила приносит несчастья.

— Я не собираюсь просить у вас прощения. Это для защиты нашего мира…

Товарищи лиса — за исключением потерявшей сознание Героя Посоха — на прощание бросили нам по несколько слов.

Напавшие на Рафталию клинки уже вернулись к хозяевам. В тот же миг они достали из карманов какие-то простыни и накинули их на себя. Простыни упали на землю, и мы увидели, что враги исчезли. Сами простыни тоже бесследно растворились.

— Они есть спрятались? — спросила Тень.

— Нет. Я не чувствую их, — ответил Руфт.

— Могу точно сказать, что поблизости их нет. Скорее всего, они уже убежали очень далеко, — заключила Рафталия.

Видимо, это был какой-то метод межпространственного перемещения.

Так или иначе, наши враги выбрали бегство. Хотя ничего удивительного — любой, кто знает об их оружии, при виде моих ран решил бы, что я не жилец.

В принципе мне казалось, что мы могли выиграть эту битву, но больно уж наши враги здорово убегают.

Вдруг я почувствовал, что пропало драконье Святилище, которое мешало нам покинуть поле боя. Кажется, враги заметают за собой следы.

— Ха-а… ха-а…

— Наофуми-сама! — Рафталия подбежала ко мне.

— Братец! У…

Как только я убрал Гневный Щит с помощью Чейндж Шилда, озверение Кил подошло к концу, и она тут же упала на землю.

Сила Гневного Щита несколько уменьшила урон от незаживающих ран, но я всё равно держусь из последних сил… Кх…

— Неужели когда используешь силу братца, становится так… плохо?

— Зато ты нас спасла, Кил-кун.

— Но… я пока не могу сказать, что принёс пользу… Мне надо стать ещё сильнее, — отозвалась Кил, понемногу отклеиваясь от земли.

— Герой Щита-доно! С вами всё есть хорошо?

— По мне непонятно, что ли?

Я весь в кровоточащих ранах! Уже теряю сознание от потери крови!

Но нельзя сдаваться, потому что обморок будет означать смерть. Я не допущу этого чисто из принципа.

— Рафталия, сохраняй бдительность и смотри за окрестностями. Сэйн…

— Я не ~~~~

— Госпожа Сэйн хочет сказать, что сначала ваше лечение, затем всё остальное.

— Ладно. Приподнимите меня.

Я достал из Щита зелье, восстанавливающее Ману, и начал читать заклинание.

Кх… Оно и так сложное, а из-за потери крови пользоваться им особенно трудно. Что ни говори, эта магия не из тех, которыми пользуются в бою.

— Фёрст Хил Зеро.

Первым делом я наложил это заклинание на себя, чтобы нейтрализовать эффект незаживающих ран.

Нулевая зона: 5%

Перед глазами промелькнуло сообщение. В следующий миг вся моя Мана закончилась, и я едва не потерял сознание.

— Наофуми-сама!

Голос Рафталии вырвал меня из тьмы небытия. Я выпил ещё одно зелье.

А теперь твоя работа, Мадракон.

— Мой выход!

— Либирейшн Хил.

Мои раны быстро затягивались… но я всё равно потерял слишком много крови и чувствовал себя слабым. Голова по-прежнему кружилась… но я должен помочь раненой Сэйн.

— Теперь твоя очередь, Сэйн.

— Я в порядке.

— Не ври. Руфт, держи её.

— Угу.

Почему Сэйн пытается храбриться после того, как получила сильнейший удар? Она попыталась отпрыгнуть, но Руфт по моему приказу поймал её.

Я наложил заклинание и… ух… как же тяжело не упасть в обморок.

Нулевая зона: 7%

— Осталось… только вылечить.

— Наофуми-сама…

— Рафу…

— Братец…

Мои раны затянулись, но кровь не вернулась. Наверное, надо будет потом принять один препарат, помогающий организму её вырабатывать, хотя он считается в этом мире довольно опасным.

— Народ, готовьтесь к битве. Если они напали на нас, то Рен и остальные тоже наверняка столкнулись с засадами.

Я посмотрел на покрасневшую одежду Рафталии. Да уж, серьёзно она себя ранила. И я только сейчас задумался, насколько это странно — причинять вред самому себе.

— Олл Либирейшн Хил.

Я наложил на всех исцеляющее заклинание, выпил ещё зелье… как же это надоедает. Я достал коголевую ягоду, которую берёг для особых случаев, и забросил в рот.

Она вернула мне и Ману, и Дух, но… как я и боялся, усталость не прошла.

Неужели нет способа убрать эти безумные траты Маны у Нулевой зоны? Больно уж трудно устроены у неё заклинания. Разница по сравнению с Либирейшном как между небом и землёй. Разумеется, в том смысле, что Либирейшн легче. Его хоть можно в бою применять.

Вылечив Рафталию, самую тяжелораненую среди оставшихся, я выдохнул. Мои доспехи тоже сильно пострадали, и на их ремонт уйдёт куча времени… Будто мало было хлопот.

— Идём на помощь Рену, Фоуру и остальным. Только сначала сломайте эту клетку.

— Есть!

— Сейчас! — Сэйн кивнула.

— Может быть, её есть просто открыть?

— Если тебе это по силам, то давай.

— Я есть, конечно, обучена таким делам… — Тень обвела клетку взглядом. — Но я не есть понимаю механизма, по которому она есть открывается. Скорее всего, сломать её есть будет быстрее.

— Ещё бы.

— Раз так… Я этим займусь! Скорее всего, клетка умеет возвращать атаки, поэтому не стойте рядом! — Рафталия влила Ци и Ману в Катану, затем применила навык: — Быстрый Клинок: Размытый Штрих!

Из клетки посыпались искры. В ответ полетели молнии и пламя, но Рафталия развеяла их Оружием.

Насколько я вижу, атака прошла половину толщины прутьев.

— Если уж Рафталия добилась только такого, то лучше пусть Сэйн, Руфт и Тень не вмешиваются, иначе мы замучаемся с контратаками .Тут бы помог Аттак Саппорт… но мишень довольно маленькая. Хотя не слишком.

Кил тоже нельзя привлечь, она до сих пор не преодолела отдачу от озверения. Видимо, отдача и правда серьёзная.

Раньше у меня не было такого впечатления, потому что Мадракон спокойно пользовался этим режимом. Очевидно, Кил не настолько выносливая. Здорово, что она смогла нам помочь, но перебарщивать не надо.

Я ударил по клетке Аттак Саппортом, и Рафталия сломала её вторым ударом.

Если бы клетка умела регенерировать, нам бы всё-таки пришлось искать способ её открыть, но эти опасения оказались напрасными — брешь почти приглашала нас наружу.

— Сейчас включу Щит Метеора… Всё, выходим.

Клетка всё ещё искрилась, поэтому я защитил союзников Щитом Метеора, и мы выбрались наружу.

— Ладно! Пора помочь Рену. Кил, ты…

— У-у, братец… Почему я такой жалкий? Даже по сравнению с Руфтом, — Кил пожаловалась на собственную слабость и закрыла лицо руками, пытаясь спрятать слёзы досады.

— Не сравнивай себя с другими. Твоя помощь спасла нас. А если ты считаешь, что этого всё равно мало… значит, тебе всего лишь надо тренироваться дальше.

— Я хочу… быть ещё сильнее. Я хочу быть полезной тебе и остальным… у-у… — Кил попыталась сдержать всхлипы. — Рафталия-тян… Отправь меня в какое-нибудь безопасное место. Иначе я буду вам мешать.

— Кил-кун…

— Пожалуйста… Я толком не могу двигаться. Не хочу, чтобы вы об меня спотыкались.

— Хорошо… Манускрипт Возврата.

Рафталия применила навык и переместила Кил к Песочным Часам Шильтрана.

Спасибо, Кил, ты очень помогла. Конечно, ты любишь дурачиться, но я обещаю, что твоя решимость не будет напрасной.

Подлечившись всеми доступными средствами, мы отправились на поиски группы Рена, которая тоже занималась истреблением монстров.

Глава 14. Знающие Клановые Герои

Мы двигались по маршруту, которым на святой земле пользовались для обхода территории. По нему же собирался пройти отряд Рена, но сдаётся мне, их тоже поймали в клетку и Святилище дракона, чтобы они не смогли убежать.

Остаётся надеяться, что они не пострадали.

Мы бежали, ориентируясь на указания Раф-тян. Наконец, впереди и правда показалась клетка — точно такая же, как была у нас.

— Рафталия!

— Есть!

Я метнул Аттак Саппорт, и Рафталия разрубила прутья навыком.

Мы не останавливаясь вбежали внутрь. Там мы увидели израненных и тяжело дышащих Рена, Эклер и Хиё, которые стояли кольцом, защищая Виндию и Мелти. Последняя сжимала в руке меч и поддерживала стену ветра, которая защищала её отряд. Скорее всего, этот меч из перьев Фиро помог Раф-тян добраться до нас.

Однако отряд Рена не мог остановить копья, которые в них летели. Все наши союзники истекали кровью.

— Наофуми! — увидев нас, Мелти просияла. — Наофуми пришёл!

— О, да? Наконец-то подкрепление, — отреагировала Эклер.

Вокруг их отряда летала стая копий, то и дело нанося меткие удары.

Нам достались мечи, а тут, значит, копья… Видимо, враги осторожничают. Они знают, что Рен Герой Меча и не хотят, чтобы он скопировал мечи, наносящие незаживающие раны.

— Подкрепление?!

Как и в нашем случае, врагами выступала пара Героев — на сей раз Топора и Рукавицы — а также несколько военных Пьенсы: получеловек-волк, зверочеловек-тигр и, кажется, один обычный человек.

Похоже, в Пьенсе различные расы спокойно уживаются друг с другом.

Кстати, этот человек, кажется, командир отряда.

— Герой Щита?! Что случилось с первым взводом?!

— Ты поверишь, если я скажу, что мы их прогнали?

Командир замолчал. Поди, задумался о чём-то.

— Так или иначе, нужно уменьшить количество врагов. Займись остальными! — крикнул Герой Рукавицы.

— Погоди! — попытался остановить его командир. — Стой, кому говорю!

Однако Герой Рукавицы, одетый примерно как Фоур, метнулся ко мне и использовал навыки:

— Эрст Раш V! Секанд Раш V! Дритт Раш V! Лунный пинок V! Кулак истребителя тигров V!

— Оп, оп, хоп.

Какая знакомая комбинация. Я уже сталкивался с ней, когда тренировался с Фоуром.

Я смог отбить и увернуться от всех атак, по ходу дела отражая копья.

— Что?! Ты предвидишь мои движения?!

— Неужели вам не сказали, что у нас тоже есть Герой Рукавицы?

— Сказали! Но мы не можем отступить! — выпалил Герой Рукавицы и взглядом подал сигнал своей напарнице — миниатюрной девушке с Топором.

На ней появилась хоккейная маска. Тут тоже понятно, чего ожидать.

— Джейсон Мёрдер Х!

Да! Этот навык я тоже знаю! Это усиленная версия того, которым пользовался Доспех.

— На землю! — скомандовал я, когда в нас полетела рубящая волна в виде красной бензопилы.

К счастью, область поражения этого навыка достаточно ограниченная. Нырнув под него, я схватил Героя Рукавицы за руку.

— Как тебе такое?! Тёртл Раш Х!

В ответ Герой Рукавицы выпустил в меня навык свободной рукой. Я ощутил мощный удар и поэтому мигом догадался, с чем имею дело.

— Ммпф!

Я запустил циркуляцию Ци по телу. Кх… Усиления Ци немного не хватило, так что часть урона я всё-таки получил.

— Т-ты отразил навык?! Гф!

Изо рта парня полилась кровь. Однако он проглотил её и застучал по моей руке с такой силой, будто пытался сломать её.

— Отпусти его! Кресент Брейк Х!

Герой Топора набросилась на меня, чтобы помочь товарищу, и попыталась обрушить размашистый удар. Когда топор опустился, он оставил в воздухе след в виде полумесяца.

— Мы тоже не собираемся бездельничать!

— Не забывайте о нас!

— Ха-а!

— Я есть!

Рафталия, Руфт, Сэйн и Тень дружно остановили мощный навык Героя Топора.

— Давайте пользоваться возможностью, пока она есть! — Мелти подняла свой меч.

— Да!

— Куэ-э-э!

— Рафу-у-у!

Мелти организовала составное заклинание с участием себя, Виндии, Хиё и непонятно когда добежавшей до них Раф-тян.

— Фиро-тян… помоги мне! Я взываю к вам, мать-земля и твои пречистые силовые потоки: укажите путь всему живому и дайте им сил. Внемлите моим словам, силовые линии. Как источник силы, мы повелеваем: расшифруй законы мироздания и ниспошли удар, что истребит сих вредителей! Высшее составное заклинание: Божественная молния!

Усилиями заклинательниц на отряд Пьенсы обрушилось нечто похожее на Приговор!

— Магия молний?! Раз так… ха-а-а!

Едва командир понял, чем имеет дело, он развернул искривляющее пространство полотно и направил его вверх. Молнии прошли сквозь ткань и бесследно исчезли.

Чёрт, как же бесит.

— Мы это предвидели! Ха-а!

— Куэ!

Мелти взмахнула перед собой мечом, а Хиё — крылом. Вместе они выпустили режущую волну воздуха, к которой примешались брызги яда.

— Уо! С ними не расслабишься! — Тигр ловко прокрутил перед собой копьё, останавливая атаку.

Жаль, она наверняка могла его отравить.

— Угх… — вдруг обронил Тигр и зажал рукой рот, словно его тошнило. — Это… кровь?

Раф-тян и Хиё зловеще ухмыльнулись друг другу.

— Куэ…

— Рафу-фу…

Вдруг вокруг военных Пьенсы проступило фиолетовое облако. Ого, так Хиё всё это время тайно распыляла яд? А Раф-тян помогла его спрятать…

Я слышал о ниндзя, которые высасывают из раны кровь и делают из неё оружие. И, в конце концов, у нас есть Рен с его арсеналом бесчеловечных атак. Однако Раф-тян и Хиё превзошли по жестокости даже настоящих ниндзя.

— М! Я есть ощущаю поблизости нехорошие мысли! Откуда они есть исходят? Кто есть относится ко мне с таким пренебрежением?

— Если у вас сложилось такое ясное впечатление, то это Наофуми-сама.

Какое же у них развитое шестое чувство. Впрочем, сейчас не время дурачиться.

— Они распылили яд!

— У нас есть лечебный спрей! Срочно используйте!

Чего у них только нет. Волк и правда достал из кармана банку со спреем и раздавил её ногой, распылив содержимое.

— Вперёд! Гей Балг[*] Кастом!

Военные Пьенсы метнули ещё несколько копий. Они целились… в Мелти и Виндию!

— Мелти!

— Королева!

— Ваше Величество!

Рен и Эклер, сражавшиеся плечом к плечу, тут же кинулись ей на помощь. Тень тоже бросилась наперерез, отбив атаку Героя Топора.

—Виндия!

Я тем временем ударил Героя Рукавицы Аттак Саппортом, затем бросился защищать Мелти. Рен нацелился на летящие в Виндию копья.

— Уо-о-о-о! Меч Метеора Х! Штормовой Меч Фэнхуана Х!

Рен переключился на два Меча, выпустил звёзды и провёл выпад клинками-фениксами, чтобы спасти Виндию от смертельной опасности.

— Шилд Призон!

Я защитил Мелти и остальных с помощью клетки из щитов.

— Лёгкий снег!

— Угх…

Рафталия использовала навык, который отнимает у врага Ману, и отправила Героя Рукавицы в нокаут.

— Вам не взять его в плен! Торнейдо Экс Х!

Миниатюрная девушка с Топором закрутилась так, что превратилась в торнадо. Она подлетела к Рафталии и набросилась на неё, защищая Героя Рукавицы.

— Камнелом Х!

Земля содрогнулась, когда Герой Топора с оглушительным грохотом создала ударом небольшой кратер. Рафталия отпрыгнула далеко назад, и девушка воспользовалась этим, чтобы поднять Героя Рукавицы и отпрыгнуть. Всё, что она сейчас делала — это помогала ему.

Тем временем Рен закончил читать заклинание:

— Либирейшн Меджик Энчант!

С помощью этой магии он впитал в Мечи остатки составного заклинания Мелти, а затем…

— Лайтнинг Сорд!

Мечи засветились и заискрили от молний. Рен встал в боевую стойку и посмотрел на противника. Прямо сейчас он выглядел… с одной стороны как бесстрашный герой, но с другой — как красавчик-мечник, кумир подростков. Особенно это впечатление подчёркивалось снаряжением, которое Рен выбирал по своему вкусу.

Когда я вижу его таким, то… гм. Да, понимаю, почему Рен хочет порвать со своим прошлым. Даже невзирая на то, что он стал действительно сильным и надёжным союзником.

— Лайтнинг… Хандред Сорд Х!

Рен вскинул меч, и на врагов обрушилась стая грозовых клинков. Военные Пьенсы снова ответили на это полотном, которое перемещало атаки в неизвестном направлении, а вот Герою Топора пришлось отбиваться изо всех сил. Тем не менее, некоторые клинки всё же задели её до крови.

— Я так и знала, что замучаюсь сражаться с тобой, Герой Меча!.. — процедила Герой Топора, глядя на Рена.

— Наофуми, эти двое…

— Да, это Клановые Герои, верно? — перебил я.

— Похоже на то, — Рен кивнул. — Причём они ещё отразили некоторые из моих навыков так, словно знали о них заранее.

— Так же как и ты, — вставила Герой Топора. — Ведь у вас есть Герой Рукавицы из параллельного мира.

— Правда, между этими Героями огромная разница в умениях, — заметил я.

На самом деле я не мог по-настоящему оценить эту разницу, так как увидел лишь несколько навыков этого Героя. Но уже очевидно, что он, по-видимому, не обучен использовать Ци, так как ничего не сделал с отражением своей то ли игнорирующей защиту, то ли пропорциональной атаки и получил урон. Фоур бы на его месте развеял эту атаку так же как я. В этом смысле он лучше натренирован. С другой стороны, атаки этого Героя Рукавицы мощнее, но это, скорее всего, заслуга усиливающей магии.

— Уверена, он бы не согласился с тем, что уступает вашему Герою. Но… я должна признать, что вы сильнее.

— Я правильно понимаю, что вашего Священного Героя взяли в плен?

Как я и ожидал, она промолчала и заговорила о другом:

— Мы не можем проиграть вам. Это нужно нашему миру и нашему Герою.

Хм… Раз такое дело, можно спросить одну вещь:

— Кстати… Какой метод усиления у Топора?

Конечно, она из другого мира, так что Щит не станет от этого сильнее, но вдруг этот метод поможет Рену?

— Наофуми, это как-то слишком уж прямолинейно.

— Телесное усиление. Но объяснять его сложно и долго.

Ого, всё-таки люди в прошлом отвечают совсем не так, как в будущем — там бы мне просто многозначительно отказали. Здесь много серьёзных людей, которые сражаются за долг и честь. Обожаю эту эпоху.

— Если хочешь, чтобы я рассказала об этом, то…

— Хватит пустых разговоров! — вмешался человек из числа военных Пьенсы, который наверняка руководил этим отрядом.

Эх, на самом интересном месте! Помолчал бы!

— Уходим! Конечно, я недоволен результатами, но мы смогли ранить врагов. Осталось подождать, пока они… ослабнут, и напасть снова. Есть только один способ вылечить эти раны — прийти в Пьенсу. Буду молиться, что всё у вас сложится благополучно.

Летающие копья вернулись в руки военных, а Герой Топора взвалила на себя Героя Рукавицы и отбежала.

Враги накрыли себя загадочным полотном и исчезли.

С их точки зрения они столкнулись с неожиданным подкреплением. Неизвестно, что ещё может случиться, когда имеешь дело с толпой Героев. Поэтому они решили, что нужно отступить. Тем более, что они успели нанести моим союзникам незаживающие раны.

— Сбежали, значит… — пробормотала Эклер. — Всё-таки они не похожи на некоторых перерожденцев и церковных фанатиков, которые до самого конца прут напролом.

Ещё бы, ведь мы имеем дело с Героями и военными. Они тщательно придерживаются планов, которые принесут им победы в общем и в целом.

Однажды мы смогли запутать армию Пьенсы, столкнув её с толпой монстров, но теперь они ведут себя совсем иначе.

Вот уж действительно, в одиночку я бы не захотел сражаться против такой страны. Тем более, что теперь в её распоряжении зловещее оружие. К тому же им хватило ума не использовать мечи против Рена, чтобы он не смог их скопировать. Возможно, они встроили в оружие механизмы самоуничтожения на случай, если оно попадёт в руки врага, но даже это не отменяет риск того, что Рен коснётся одного из мечей во время бою и обратит их силу против Пьенсы.

— Каким-то чудом мы всё-таки выжили… — Мелти выдохнула. — Но они, конечно, нашли себе очень неприятных союзников.

— Насколько я понял, самопровозглашённые боги испугались нас и решили похитить Героев параллельного мира, чтобы заставить их союзников сражаться с нами, — объяснил я ей ситуацию, пока занимался лечением.

— Да, это достаточно эффективный способ избавиться от людей, которые представляют для них угрозу, — согласилась Мелти. — Тем более, они практически не рискуют.

— Они и в будущем такие же коварные.

Получается, это всё-таки из-за них все беды будущего? Мы убили в прошлом одного из высокопоставленных богов, и они тут же решили сменить тактику, чтобы и с ними не случилось того же самого?

Однако что-то тут не складывается. Насколько я понял, самопровозглашённые боги слишком любят внимание.

— Судя по всему, помощникам Пьенсы хочется ранить нас, чтобы заставить плясать под их дудку, — заявила Мелти.

— Ага. Они не боятся случайно убить нас, но, наверное, и правда рассчитывают управлять нами при помощи угроз.

— Но весь их план строится на предположении, что оружие сработает как надо.

— Ага. Но они наверняка учитывают и появление метода лечения.

Увы, хотя против нас незаживающие раны использовать бесполезно, для всего остального мира новое оружие по-прежнему представляет смертельную опасность.

— Если мы обратимся к другим странам с предложением покарать Пьенсу за союз с самопровозглашёнными богами, то на этом можно построить альянс… но это будет крайне трудно, — Мелти нахмурилась в точности как Подонок. — Я знаю, что есть страны, которые будут готовы сражаться за правое дело… но в их правительствах тоже могут сидеть хитрецы. Они будут громко заявлять о восстановлении справедливости, при этом рассчитывая сдаться Пьенсе при первой же удобной возможности.

Действительно, такой альянс нам не нужен. Я уже сейчас предвижу, как “союзники” будут нас критиковать: мол, если Пьенса союзничает с непобедимыми существами, которых под силу одолеть только нам, то почему мы сами не нападём на врагов?

Что касается самой Пьенсы, то пока неизвестно, будут они хранить молчание или делать громогласные заявления. Тут пока пятьдесят на пятьдесят.

Кажется, Мамору и его товарищам придётся доработать свой план борьбы с Пьенсой. По крайней мере, уже сейчас ясно, что переманиванием на нашу сторону Героя Лука дело не кончится.

— Жаль, конечно, что девушка с Топором не успела рассказать про свой метод усиления.

— Даже если бы ей дали договорить, не факт, что её метод не изменился в будущем, — заметил Рен.

— Это, конечно, важный момент.

От частичной убеждённости метод не откроется. Вот бы у нас были основания твёрдо верить, что Топор не менялся со временем…

— Видимо, их Священным Героем тоже был Меч? — уточнил я.

— Однозначно, — подтвердил Рен.

Меня раздражает ситуация, в которой мы оказались. Теперь нам приходится сражаться даже не с перерожденцами, а с другими Героями.

Здорово было бы найти с ними общий язык и общие ценности, как это произошло с Грасс и Ларком, но сдаётся мне, что пока их Священные Герои в заложниках, нам это не светит.

Единственный подход, который я вижу, строится на том, что нам под силу победить тех, кто им угрожает. Если мы каким-то образом спасём заложников, Герои наверняка помогут нам.

— Кажется, защищаться тут мало. Нам придётся нападать самим, если мы хотим победить.

— Да… И похоже, нашим врагам было важнее напасть на тебя, чем на святую землю, — вставила Мелти.

— А на остальных? Мне кажется, они и на Фоура напали.

Я волнуюсь, потому что на Рафосбор откинулась лишь Раф-тян.

— Я тоже беспокоюсь. Давай скорее к ним! — потребовала Мелти.

Объединившись со второй патрульной группой, мы вернулись в деревню.

— Ребята! Вы в порядке?!

Телепортировавшись, мы увидели следы недавней битвы.

У входа в деревню сидел окровавленный Фоур. За ним стоял Мии-кун. Мамору, Рато, Хорун и остальные оказывали пострадавшим первую помощь.

— А, брат, это ты? Всё хорошо, погибших нет. Как ты и предупреждал, у врагов было необычное оружие. Какое-то время мы сражались с ними всей деревней, а потом вдалеке вдруг взорвалась сигнальная ракета, и враги отступили.

Я осмотрел раны Фоура. Судя по тем из них, которые не смогли вылечить, они незаживающие.

— Очевидно, их целью было ослабить нас, — заявила Хорун. — Но твои действия обратили их в бегство, герой Щита будущего. Во всяком случае, враги обменивались между собой какой-то информацией.

— Я так и понял, что причина в этом. Сюда не приходили обладатели Кланового Оружия?

— Вы и против таких людей воевали?

Видимо, самопровозглашённые боги запугали только четырёх Героев. После нашей победы и помощи Рену мы успешно прогнали их всех.

— Перед тем, как мы сядем обсуждать, надо вылечить раненых. Соберите всех, у кого незаживающие раны — мне будет проще помочь всем разом.

Таким образом мы решили поговорить уже после первой помощи.

— Хорошо, что раненых оказалось не так много.

Большую часть урона приняли на себя Фоур и Хорун. Остальные почти не пострадали.

— Мии-кун жертвовал собой, чтобы защищать остальных.

А-а, его вязкое тело всё-таки пригодилось? Правда, мне кажется — нет, я уверен — что он уменьшился в размерах.

— Рафу-у.

— Нас защищали мои прототипы жилеток из Мии-куна., — Рато показала на свалку вещей, оставшихся после битвы.

Она состояла преимущественно из окровавленной плоти.

— Тем не менее, враги умудрялись прорывать эти жилетки или даже сдирать их сосредоточенным натиском.

— Но самое главное, что худшего мы избежали, — подытожила Хорун.

Может, и мне надо было попросить эту жилетку? Хотя вспоминая, как меня атаковали, она бы не помогла. Меня бы всё равно искромсали.

— Теперь, когда у меня столько образцов ранений, я могу заняться их исследованием, — сказала Хорун.

— Я только за то, чтобы ты нашла методику лечения и распространила её по миру.

— Я постараюсь.

— Кстати, что ты здесь делаешь, Мамору? — я перевёл взгляд.

— Да так… Мы шли по Пьенсе, когда рафообразные вдруг забили тревогу. Мы срочно вернулись, чтобы помочь.

Судя по всему, на Мамору никто не нападал. Возможно, его просто не нашли, ведь он занимался тайной вылазкой.

— Я прогнала врагов своей силой! — заявила Филория, гордо выпячивая грудь. Интересно, что такого она сделала? — Как же трудно, когда сестра совершенно бесполезная.

— Ну-ну… Совсем себя захвалила, — усмехнулась Рэйн.

Я молча показал пальцем на Филорию. Мамору хмыкнул и пояснил:

— Она выпустила из крыльев перья, которые сводили с ума самонаведение вражеского оружия. К тому же она хорошо сражалась на передовой, пользуясь бронёй из Мии-куна. Правда, даже ей оказалось не под силу спасти Фоура от ранений.

Перья — это вроде как магия? Достаточно удобный приём, который тем более не зависит от Оружия.

Тем временем к нам подошла Наталия с перекинутым через плечо Аквадраконом.

— Ситуация всё ближе к войне, — заявила она. — И как арбитр, и как Клановый Герой я вынуждена признать, что Пьенса переступила границы дозволенного.

— Что думаешь насчёт Героя Лука?

— Я по-прежнему считаю, что мы должны расспросить его о происходящем, однако без наказания, похоже, не обойтись. Если он поддерживает Пьенсу, то стал врагом мира. Это и есть красная черта.

Хотя преимущество сейчас на стороне Пьенсы, это целиком и полностью заслуга самопровозглашённых богов. Раньше у Шильтрана был козырь в рукаве — я и мои союзники, однако теперь у Пьенсы ту же самую роль исполняют Клановые Герои. Тем не менее, из разговоров с ними я понял, что наши причины участвовать в войне кардинально различаются. Мы находимся в Шильтране исключительно из-за того, что ищем обратный путь в будущее. Наши Священные Герои не в заложниках.

— Будь крайне осторожна. Впереди ещё более суровые битвы, — предупредил Аквадракон.

— Да… — Наталия кивнула.

— Но я не могу понять одну вещь. Почему Герой Лука не участвовал в этой битве? — задался я вопросом

— Действительно, странно, — поддержала меня Рафталия. — Хотя его присутствие только облегчило бы нам работу…

— Мог ли в его отсутствии быть какой-то смысл? — пробормотал Мамору.

По их мнению Герой Лука вовсе не безнадёжен. Возможно, что он не согласился с политикой Пьенсы, за что был либо брошен в темницу, либо вообще убит. Хотя мне не хочется верить, что Пьенса совершит такую глупость. Герой нужен им как минимум для усиления армии. Даже если те Клановые Герои, с которым мы столкнулись, использовали будущее Звёздное Оружие, им нужен был посредник, чтобы применить их методы к армии.

Это сродни тому, как мы с Реном не можем использовать все методы самостоятельно. Те Герои, которых мы сегодня видели, использовали только методы, доступные Рену. Что там из его методов усиливает соратников? Посох магию, Рукавица навыки, Метательное Оружие поднимает пределы улучшения другого Оружия с помощью денег. Топор… вроде как усиливает тело, так что он, вероятно, выступает близким аналогом Кнута.

Если в деле замешаны самопровозглашённые боги, у них могут быть Герои и из других миров. Чего они сейчас добиваются? Вероятно, пытаются выяснить, связаны ли мы с охотниками на богов. Неприятно осознавать, что нас изучают под микроскопом.

— Мамору, как проходит твоя вылазка?

— Пока что мы видели только вездесущие объявления о том, как страна славно побеждает благодаря новой технологии. Придётся забраться ещё глубже.

Это всё, что они пока узнали? Хотя, времени пока прошло не так много.

— Пока вы этим занимаетесь, надо ещё поскорее захватить Клановую Повозку и посетить мир Меча и Копья.

Скорее всего, именно там находятся взятые в плен Герои, потому что они не могут покинуть свой мир без особого разрешения Эссенции.

Разумеется, я не исключаю того, что самопровозглашённые боги могли обойти этот механизм, но в таком случае нам придётся продолжить поиски уже здесь.

— Кстати… Всё было бы намного проще, если бы Рена телепортировало в тот мир во время волн.

— Вот уж точно. Я и сам постоянно об этом думаю, — согласился Рен, положив руку на Меч.

Это очередной пример подозрительной несговорчивости Оружия? Оно издевается над нами? Не понимаю, почему Священное Оружие настолько не хочет нам помогать…

— Если Оружие захочет ещё сильнее испортить нам жизнь, то запретит мне и Рену покидать мир.

Мы сейчас находимся в мире Мамору, поэтому если Оружие не разрешит нам межпространственные перемещения, я прикажу Атле избить Эссенцию.

Кажется, драгоценный камень на Щите только что сверкнул. Либо это Эссенция просит не натравливать Атлу, либо Атла рапортует, что готова посодействовать.

— Если бы миры соединило волной, мы могли бы воспользоваться суматохой и попасть туда незамеченными. Хотя…

Организаторы волн охотятся конкретно на нас. Не очень верится, что они позволят нам такие путешествия. Я бы на их месте так не ошибся. Но если бы я узнал, что мы нашли способ путешествовать между мирами, то тут же устроил бы волну, чтобы попытаться нас убить.

Впрочем, я бы вообще не стал терпеливо ждать, пока мои враги ищут способ перемещаться между мирами.

— Мамору и Филория. Вы решились насчёт Фитории?

Филория покраснела и потупила взгляд.

— Мне с трудом верится, что у нас будет дочь, которую я не рожала… И что мы возложим на неё жестокую миссию… Но если Фитория правда этого хочет, то я согласна.

— Если что, у меня всё готово, — сказала Хорун, достала нечто похожее на ядро императора драконов и вручила Мамору. — На самом деле я собиралась лишь проследить за тем, как ты создашь эту вещь сам, но время поджимает, так что я всё сделала сама.

— Хорун…

— Это кристаллизованная форма всех элементов, которые, по моему представлению, должны быть у твоего с Филорией ребёнка.

— Неужели такое вообще можно сделать? — удивился я.

Такое чувство, будто для Хорун нет ничего невозможного.

— Я использовала систему наследования императоров драконов и технологии, по которым сделала молот Наталии. И это, кстати, не душа, а просто препарат, который поможет Фитории развить её самостоятельно.

Хорун много изучала драконов, чтобы обоснованно критиковать их. Иными словами, она знает множество связанных с ними технологий.

— Что осталось сделать — это провести ритуал перед Клановой Повозкой и включить этот кристалл. Он настроится на Повозку, и она должна выбрать Героя.

— Тогда давайте сбегаем на святую землю за повозкой? Время деньги, — предложил я, и тут у меня закружилась голова.

— Наофуми, ты чего?! — воскликнул Рен.

— Да так, не волнуйся. Я всего лишь потерял много крови, поэтому ко мне ещё не вернулись силы. Скоро пройдёт.

Я достал со склада коголевую ягоду и съел её. Только я могу ими так питаться, зато они действуют на меня лучше любого лекарства.

— Ничего себе “всего лишь”...

— Наофуми-сама, пожалуйста, перестаньте издеваться над собой.

— Знаю. Но мы всего лишь собираемся забрать Повозку.

— Есть…

Только для начала заглянем к Песочным Часам Шильтрана, чтобы забрать Кил.

— Кил-кун так хорошо сражалась.

— Ага…

Мы сбегали за Кил, которой уже успели оказать первую помощь. Она совсем восстановилась и при виде нас завиляла хвостом.

— Братец! Как всё закончилось?

Пришлось всё-таки обнять Кил, и она тут же вылизала мне лицо. Ну точно собака. Повадки один в один.

— Ну, без особых трудностей. Лучше скажи, как ты сама.

— Болят все суставы, но двигаться могу.

— Если ты не до конца поправилась, то не надо слишком усердствовать.

— Но я не хочу лежать и бездельничать из-за такой мелочи!

— Мы уже обо всём слышали. Ты молодец, — обратился Фоур к Кил.

— Братец Фоур, после озверения ужасно болит тело. Неужели ты это терпишь?

— Я редко им пользуюсь. У тебя всё правда плохо?

— По моим подсчётам озверение практически не нагружает тело, — вмешалась Хорун. — Что конкретно произошло?

— Братец дал мне свою силу.

— Я призвал проклятый щит, чтобы мы пережили опасный момент.

— Тогда ничего удивительного, что нагрузка была больше ожидаемой, — заключила Хорун.

— Но я стал таким сильным! Правда… было ужасно неприятное чувство. Мне казалось, будто я ненавижу всех. Это и есть твой козырь, брат?

Ну вот, Кил пришлось познакомиться со влиянием Гневного Щита на психику. Хорошо, что проклятие не поразило её саму, зато оно ударило по ней отдачей.

— Если я научусь пользоваться этой силой дольше… — Кил смотрела на меня полными надежды глазами.

— Я бы предпочёл всё-таки без этого. И кстати, ты так и не приняла форму цербера. Не захотела?

Конечно, Хорун предупреждала её, что изменение будет безвозвратным. Тем не менее, Кил использовала озверение именно в такой форме.

— Ничего. Если я привыкну к этой силе и форме…

Что-то не нравится мне это “если”.

— Думаю, это происшествие заслуживает тщательного расследования, — вмешалась Хорун. — Надо разобраться, не привела ли отдача к неприятным последствиям.

— Ты только сейчас осознала опасность своих опытов? — насела Рато на Хорун, словно давно этого ждала.

— Не моя вина, что через Кил прокачивают неожиданно много силы.

— В деревне графа такое нужно учитывать всегда.

— У тебя язык без костей, да?

— Кто бы говорил.

— В общем, Кил, — перебил я учёных. — Эта сила опасна для жизни, так что не пользуйся ей, пока Хорун и Рато тебя как следует не осмотрят.

— Ладно. Но я стану крепче.

Думаю, эти события многому научили Кил. Я надеюсь, что она повзрослеет и осознает смысл битв.

— Да уж, ты совсем себя не жалеешь. Как и все остальные, — вздохнула Рафталия.

— Рафталия-тян, я тебе отвечу от лица всех: на себя посмотри.

— Правильно говоришь. Ловко ты её на место поставила, — поддакнул я.

Мы всегда побеждаем какими-то безумными методами. Ничего удивительного, что Кил берёт с нас пример.

После этого разговора мы отправились на святую землю.

Глава 15. На святой земле

— Гм?

Обсудив происшествие с человекоящерами в деревне, мы выдвинулись в сторону Повозки, чтобы провести ритуал.

Вдруг драгоценный камень в Кнуте Хорун начал мигать.

— Что бы это значило? — спросила она, наклоняя голову и поднимая Кнут.

Может быть, это предупреждение об опасности?

Стоило подумать об этом, как раздался грохот, и со святой земли повалил дым.

— Что это?!

Мы кинулись вперёд, чувствуя поблизости нечто чудовищно сильное.

— Что происходит? — спросил я.

— По-видимому, это сработала ловушка святой земли, — ответила Хорун.

— Там и такое есть?

— А как же. Она срабатывает, если кто-то пытается открыть дверь к Клановому Оружию без разрешения его обладателя.

Похоже, что святая земля была под надёжной защитой.

— Это значит, что Пьенса послала ещё один отряд лазутчиков?

— Видимо, да… — ответила Хорун на мою догадку. — Но если там находится Герой Лука, то защита Клановой Повозки вряд ли бы сработала… Не нравится мне это.

Интересно, может ли такой поворот вообще хоть кому-то нравиться?

Мы бежали со всех ног, пока не добрались до источника дыма.

— Вы уже здесь, что ли?

Поднялся ветер, дым рассеялся… И мы увидели самопровозглашённого бога в собачьей шапке. Он окружил себя искрящимся барьером, затем неведомой силой поднял сопротивляющуюся Клановую Повозку и вырвал её из пьедестала.

— Я знал, что ваша страна разыскивает эту игрушку, а теперь увидел, что у неё и защита игрушечная, — он посмотрел на нас так, будто искал согласия. — Хотя эта земля вам тоже важна… Всё-таки именно здесь древние Герои создавали всякие устройства, чтобы мешать нам. Неприятно, конечно, но сейчас уже неважно.

— Ты! — Рен не задумываясь выхватил Нулевой Меч и встал в стойку.

— О? Я пока не настроен на битву. Насколько я вижу, вы уже придумали, как справиться с моими подарками? — сказал самопровозглашённый бог и шёпотом добавил: — Тоже мне, самые умные.

Затем он переместил Повозку, защищаясь ей словно щитом.

— Тогда что тебе нужно? Что ты собираешься сделать с Повозкой? — спросил я.

— Я что, должен вам всё объяснять? Вы убили бога, и теперь будете наказаны за этот великий грех.

— Какого бога, какой грех? Мы просто отомстили сволочи, которая наслаждалась убийством людей.

— Вы как обычно строите из себя воплощение справедливости и мешаете нам.

Ага, из этих слов можно сделать вывод, что они по-прежнему думают, будто нас поддерживают охотники на богов.

— Раз так всё сложилось, то и я вам кое-что скажу. Вы пользуетесь Героями как своими пешками и радуетесь тому, что портите нам жизнь. Ну и чем вы лучше нас?!

Кажется, он чего-то не понимает. Или… охотники на богов действительно так себя ведут?

Наверное, лучше пока помолчать — неудачное объяснение может выйти нам боком.

— Тем более, что вы стали ещё сильнее. Зачем вы пытаетесь выглядеть так злобно? Угрожаете, что ли? — спросил самопровозглашённый бог, глядя на нас.

Я и до встречи с ним излучал злобу. Сейчас её стало ещё больше? Не понимаю я, что он несёт.

А вот то, что стали сильнее — это разумеется, ведь мы теперь знаем метод Молота.

— Теперь те, на кого вы работаете, должны взяться за ум. Раз уж им так нравится смотреть издалека, то я забираю Повозку, чтобы они не смогли вмешаться! И передайте им! Этот мир полон людей, мечтающих удовлетворить жажду власти! Они не заслужили спасения!

— С этим не спорю.

Я искренне недоволен тем, что времена меняются, а люди — нет.

В нашу эпоху и Мелромарк, и Фобрей, и даже Шильтвельт мечтали о том, чтобы владеть всем миром, но и во времена Мамору каждая страна имеет непомерное самомнение. Хотя, конечно, прошлое лучше будущего уже тем, что тут не принято выяснять отношения между Героями. В наше время и Рен, и Ицуки, и тем более Мотоясу с самого начала рассматривали друг друга как соперников.

— Наофуми-сама!

— Но мы сражаемся ради тех, кто не такой.

Вот мой ответ, и я говорю совершенно искренне. Попав в параллельный мир, я встретил немало людей, которые мне помогали, и пришёл к этому выводу.

— Поэтому мы будем мешать вам ещё больше, чем сейчас. Знаю, что так нечестно, но на войне как на войне.

Есть куча людей, которые оправдывают свои действия стратегией, тактикой и так далее, но в глубине души они все мерзавцы. Но я готов опорочить своё имя как угодно, если это поможет защитить дорогих мне людей.

Я больше не в том положении, когда меня обвиняли в несуществующем преступлении, и никто за меня не вступался. В этом мире у меня достаточно тех, кто доверяет мне и кого я хочу защищать. Вот почему я готов терпеть любые оскорбления.

А слушать ругань тех, кто пытается ранить моих подопечных — это даже приятно.

— Запомни главное правило: не делай ничего, если не готов к аналогичному ответу.

Слишком уж много развелось людей, которые верят, что им ничего не будет. Разумеется, участники любой войны действуют так, чтобы получать как можно меньше урона, но готовиться-то всё равно нужно к худшему.

А если какие-то мечтатели этого не делают и думают только о победе, то я их проучу — пусть почувствуют себя на месте своих жертв.

— Пф… Перестань уже красоваться. Твои помощники решили только наблюдать, можешь на них не рассчитывать.

— Тебе не кажется, что они ни во что вас не ставят и поэтому считают, что нам не нужна их помощь?

Я решил приукрасить свой блеф. Пусть считает, что охотники не помогают нам, потому что не считают этого бога достойным противником.

— Вы уверены, что хотите затягивать противостояние? Может, лучше поскорее попросите пощады? Так вы легче отделаетесь, — многозначительно предложил я.

Этот самопровозглашённый бог тоже занимался стримингом волн, и я могу предположить, что его отношение к охотникам обусловлено тем, что они иногда устраивают внезапные набеги и убивают его зрителей.

Самопровозглашённые боги не признают правил. У них неуёмная фантазия, которую удобно подпитывать, пока они сами себя не напугают. А волнение и страх могут привести к ошибкам.

— Как ты смеешь так говорить, житель никчёмного мира?

О? Неужели сработало? Я взглядом сообщил Рену, Мамору и Хорун, что пора отобрать Повозку.

Уловив посыл, Рен шагнул вперёд. Самопровозглашённый бог, словно опомнившись, пронзил меня поистине смертоносным взглядом из-под собачьей маски. Затем он поднял повыше Повозку и начал улетать.

Как бы её вернуть? Повозка ведь относится к помощникам Лука?

— Мамору, прикажи повозке как Герой, чтобы она сопротивлялась сильнее.

Уверен, что самопровозглашённый бог пытается похитить Оружие по принципу перерожденцев. Приказ Священного Героя не сработает, если Оружие держит правильный владелец, но я не думаю, что Повозка одобрила такого обладателя. И раз так, то приказ Мамору должен освободить её.

— Ч-что мне делать?!

Неужели Мамору не в курсе? Видимо, он ещё не сталкивался с перерожденцами, которые отбирают Оружие.

Может, я попробую вместо него? Я поднёс руку к Щиту… но тут самопровозглашённый бог начал летать из стороны в сторону на огромной скорости.

— Я не поддамся на провокации. Я знаю, что вам нужна эта Повозка. Поэтому в качестве наказания я забираю её с собой. А ещё…

— Ай?!

— Куэ?!

— Эрст…

Я попытался создать щит, но не успел. Самопровозглашённый бог так быстро подлетел к нам, что глаза не поспевали. Он схватил сидевшую на Хиё Мелти и снова взмыл ввысь.

Чёрт… Ещё немного, и я бы его поймал. Но он выбрал слишком уж неожиданную цель, и я не успел отреагировать.

— Её я тоже забираю как заложницу!

— Мелти!

— Королева Мелти!

— Ваше Величество!

Тень и Эклер кинулись было вперёд, но самопровозглашённый бог уже набрал высоту.

— Кх-х… Да ладно? Ты уверен, что из меня хороший заложник? — дерзко спросила Мелти, стараясь не стонать в хватке противника.

— Да, именно ты мне и нужна. До меня доходили слухи, что ты у них главный стратег и мастер дипломатии. Тебя называют хитрой лисицей.

Лисицей? Мелти заработала такую же кличку, как и её мать.

— Ха… — Мелти улыбнулась с достоинством королевы. — Для меня честь слышать такое от тебя.

Кажется, она и правда гордится своей славой. Наверное, для неё эта кличка — ещё один шаг на пути к тому, чтобы стать настоящей королевой. Я и сам не имею ничего против того, чтобы её называли лисицей, ведь это слово не связано для нас ни с чем дурным.

— Но не думай, что Наофуми начнёт сдавать в политическом плане из-за моего отсутствия. Меня легко заменить.

— Скоро узнаем, правда это или нет. Ведь вы прогневали всемогущего бога!

— Вот как? Неужели всемогущий бог не способен предсказать будущее? Смешно слышать.

— Что?! Ты насмехаешься надо мной?!

— Я всего лишь говорю правду. Всемогущему богу ни к чему заложники. Я смеюсь над тем, что ты, наоборот, демонстрируешь нам своё бессилие.

Мелти уверенно стояла на своём, совмещая невозмутимость матери и волю отца.

— Просто скажи то, что думаешь на самом деле: “Я не хочу умирать! Хватит! Не убивайте!” Только учти! Этого будет слишком мало, чтобы Наофуми, Шильтран, его Герои и их спутники пощадили тебя!

— Кх…

— Мне остаётся только процитировать Наофуми! Перед тем, как наносить удар, будь готов к тому, что его нанесут в ответ!

— Замолчи! Ещё слово — и расстанешься с жизнью!

Самопровозглашённый бог швырнул Мелти в сторону Повозки. Затем и сам подлетел к Оружию, чтобы окружить его барьером, и начал взлетать.

Хм? Драгоценный камень на Повозке вспыхнул, Оружие изменило форму… и поймало Мелти?

— Что ты собираешься с ней делать?! — крикнул я врагу.

— Ничего такого. Передайте тем, кто за вами стоит: если они хотят, чтобы я пощадил вашу подружку, пусть отключат барьер и убираются к чёрту! Иначе я не только убью эту девочку, но и как следует накажу этот мир! Посмотрим, чего стоит ваша справедливость.

Напоследок расхохотавшись, самопровозглашённый бог исчез.

— Чёрт…

Он налетел на нас так быстро, что я не успел отреагировать. В результате мы остались и без Клановой Повозки, и без Мелти. Эх, удалось бы подобраться поближе, я бы призвал Эрст Шилд и, возможно, спас бы пленницу.

— Герой Щита-доно!

— Иватани-доно!

В возгласах Тени и Эклер слышались упрёк, торопливость и замешательство.

— Нам опять не хватило скорости… Будь мы быстрее…

— Он забрал Мелти! — воскликнула Рафталия.

— Успокойтесь. Он сразу сказал, что взял её в качестве заложницы. Иными словами, он не собирается её убивать. Кроме того, он не перерожденец, поэтому я не думаю, что она станет наложницей в его гареме.

— Я этого так не оставлю! Я должна защищать Её Величество королеву Мелти наравне с Героями! — разозлилась Эклер.

— Есть так!

— Сначала мы должны выяснить, куда он утащил Мелти, затем найти способ помочь ей. Какая твоя работа, Тень?

— Есть выяснять и шпионить. Значит, я есть должна выяснить, куда её забрали! Ему не есть скрыться от меня — я есть преследовала даже Героев, умеющих телепортироваться!

— Я думаю, на этот счёт можно особенно не беспокоиться, — сказала Хорун, показывая на драгоценный камень Кнута.

Из него выстрелил тонкий луч.

— Похоже, Клановая Повозка сообщает нам, где находится, — пояснила учёная.

— Если есть идти на свет, то найдём злодеев?

— Именно. Вот только…

Хорун посмотрела туда, куда показывает луч.

Могло показаться, что он направлен точно в Шильтран… но нет. Я прекрасно понимаю, что на самом деле луч указывает намного дальше. А что находится за Шильтраном? Легко догадаться. Там Пьенса, которой и помогают самопровозглашённые боги.

— Её Величество…

— Как мы есть вернём её?

— Судя по всему, самопровозглашённые боги считают, что за нами стоят некие создания, которые причиняют им неудобства — например, им мерещится какой-то барьер. Во время прошлой битвы с самопровозглашённым богом враг заявил, что не видит обо мне информации — думаю, за это надо сказать спасибо Нулевому Оружию.

Сложно сказать, о каких явлениях идёт речь — физических или психологических. Однако самопровозглашённые боги не прибегают к грубой силе и пользуются хитрыми уловками. Похоже, они опасаются нападать на нас в лоб. Если отрезать им путь к бегству и навязать битву, то у нас будут все шансы на победу.

— Похоже, Повозка оценила всю серьёзность положения и сменила облик, чтобы защитить Мелти, — продолжил я. — Не знаю, хватит ли этого, но речь всё-таки о Клановом Оружии. Будем молиться, что оно справится. Но даже если нет, это всё равно не повод сдаваться.

Клановая Повозка подсказала нам, где её искать. У нас есть надёжная зацепка, так что опускать руки нельзя.

— И раз так, мы вернём Мелти, заберём Клановую Повозку и нападём на врагов в лоб. Пришло время стереть Пьенсу с лица земли во всех смыслах этого слова.

У нас достаточно Героев, чтобы уничтожить противника. Да, у Пьенсы есть свои Герои, но это ерунда. Мы побеждали и в более невероятных условиях.

Если я пойду на уступки из-за того, что Мелти в заложницах, она сама мне этого не простит.

Однако мои мысли прервала огромная тень и хлопки крыльев.

Эпилог. Покоритель драконов

Я повернулся и увидел огромного дракона в европейском стиле. Именно его я видел во время битвы с военными Пьенсы.

Что это значит? Враги решили нанести превентивный удар?

Громко хлопая крыльями, дракон приземлился и сказал:

— Герои Шильтрана, арбитр и дракон-защитник, я здесь не для того, чтобы сражаться с вами.

Дракон поклонился и принял облик человеческой женщины.

— Это… это ты, да? — подала голос Хорун.

— Какая долгожданная встреча, леди Хорун.

— Я её точно не ждала. Что тебе нужно? — цедила Хорун, с отвращением глядя на перевоплотившегося дракона.

Я молча показал на него, и Хорун, поморщившись, пояснила:

— Это дракон… вернее, императрица драконов, выращенная Пьенсой… вернее, Героем Лука.

— Если быть ещё точнее, я единственный образец, над строением которого поработала леди Хорун, — добавил дракон.

— Ну на-адо же, какая ты скромная. Только попробуй сказать, что не помнишь, какие слова бросила мне вдогонку, когда я уходила из Пьенсы.

— Я не собираюсь менять своё мнение и по-прежнему считаю драконов сильнейшими монстрами. Однако, леди Хорун, вы должны были догадаться, что я здесь не для того, чтобы обсуждать этот вопрос.

— Как-то непривычно видеть императора дракона без раздутого сомнения.

Она точно императрица драконов? Вернее, я уже встречал одного такого в окружении Такта, но это ещё хуже.

— У меня есть драконья гордость. И поэтому я рассчитываю, что вы согласитесь на разговор, ведь я удостоила вас присутствия.

Гм… Что-то её манера речи напоминает мне “слабейшего из императоров драконов”.

— Кроме того… Во мне есть какое-то желание относиться к тебе со снисхождением… — сказала драконица Пьенсы, глядя на меня и слегка краснея.

Что это такое? По моей спине пробежали неприятные мурашки, и я сразу вспомнил Мадракона.

— О да, — поддакнул Аквадракон и предательски заявил: — Я и сам инстинктивно хочу благосклонности Героя Щита. Поскольку у него нет силы атаки, когда он пытается гладить против чешуи, получается очень приятно.

— Это правда? Хотела бы я и сама это испытать.

— Кстати, Гаэлион тоже мне говорил, что ему нравится, когда Герой Щита ласкает его против чешуи, — неожиданно согласилась Виндия.

Мне всегда казалось, что Гаэлион подозрительно часто трётся о меня. Неужели он на самом деле наслаждался массажем эрогенных зон? Если это и есть причина его игривости, мне нельзя больше подпускать его к себе.

А что касается Мадракона, то он не хитрил и открыто признавался мне в любви. До ухищрений он не опускался.

— Надо же… Он прирождённый покоритель драконов, хоть и в нетрадиционном смысле этого слова. Кто бы мог подумать, что драконы так любят его, — удивилась Наталия.

— Нет, мы с моим потомком провели опрос и выяснили, что это относится к большей части монстров. К тому же он сталкивается с монстрами ещё чаще, чем Мамору, — пояснила Хорун при помощи непонятно когда собранной статистики.

Какого чёрта! На что она намекает?

— Вы помните, как Герой Лука говорил, что у вас наверняка есть способность притягивать к себе монстров?

— Рафталия, ты что, тоже хочешь поговорить на эту тему?

— Может, отсюда же симпатии полулюдей и зверолюдей? — предположила Виндия.

— Наофуми… Его любят все, кроме обычных людей, — Рен посмотрел на меня с сочувствием.

— Я уже хочу всё бросить и убежать.

— А-а… Кажется, Наофуми-сама сейчас начнёт убегать от реальности. Мы слишком отвлеклись, и что самое главное — сейчас наши мысли должны быть не о нём, а о Мелти-сан.

— Правильно, — отозвался я. — Думайте о ней, а не обо мне.

Если честно, мне плевать, какие там у меня особенности. Да, я тоже заметил, что в последнее время пользуюсь подозрительной популярностью среди драконов, но у меня нет на них фетиша.

Моё единственное желание — это как следует выспаться в комнате, полной бесконечных Раф-тян и рафообразных.

— Наофуми-сама, перестаньте корчить подозрительные рожи, пока я пытаюсь поменять тему, — предупредила Рафталия, вздрогнув будто от омерзения.

Как я и предполагал, она всё лучше читает мои мысли. Теперь я в этом не сомневаюсь.

— И что же от нас нужно императрице драконов из той самой страны, которой помогает наш главный враг? — спросил я.

— Ах да, я же собиралась объяснить. Что же, не буду терять время: я хочу, чтобы вы остановили безумство Пьенсы и спасли моего хозяина, Героя Лука.

— Спасли?

Как я уже упоминал, довольно странно, что Герой Лука совершенно не участвовал в недавних событиях. Я списал это на то, что Лук и Щит не ладят друг с другом даже в прошлом, однако Рафталия заверяла меня, что этот Герой достаточно адекватен, чтобы прислушиваться к словам других. Просто он не может покинуть Пьенсу — слишком уж многое удерживает его там.

— Я прошу прощения за тот барьер, который мешал вашему бегству. Мне пришлось создать его, иначе моего хозяина ждала бы смерть.

— Что с ним? — спросил Мамору.

— Как только стало известно о вашей победе над самопровозглашённым богом, королевская семья Пьенсы ужасно разозлилась. Но затем их настроение улучшилось, и они заговорили о захвате мира. Я тогда считала, что они просто убегают от реальности в мир фантазии, — рассказала императрица драконов меланхоличным голосом.

“Нашим правителям не удалось стать королями мира, вот они и потеряли связь с реальностью”, — решили жители Пьенсы, включая Героя Лука и его союзников.

Однако затем в Пьенсе появились странные люди с Клановым Оружием из параллельного мира. Они предложили свою помощь и оружие, которое оставляет незаживающие раны. С их помощью началось вторжение в страны, которые думали отказаться от союза с Пьенсой в пользу Шильтрана.

Разумеется, Герой Лука тоже подумал, что тут что-то нечисто, и выразил протест королевской семье, однако в ответ всех дорогих ему людей взяли в заложники, а его самого бросили в темницу. Он стал марионеткой Пьенсы, и поэтому императрице драконов приходится помогать этой стране.

Естественно, я уже догадывался, кто стоит за этими поступками.

— Ты уверена, что тебе можно с нами разговаривать?

— Я считаю, что сильно рискую… но жизнь моего хозяина тоже в опасности. Я пытаюсь разделять его любовь к миру.

О, хороший ответ. Потому что я в основном знаком с Героями, которые думали про себя: “О да! Я попал в мир игры, которую знаю вдоль и поперек!” Хотя, конечно, сейчас даже они сражаются на благо мира.

Рен, очевидно, пытается искупить свои грехи.

Ицуки защищает справедливость Лисии.

Мотоясу… старается ради Фиро?

А я? Я тоже уже решил, что буду спасать мир ради Рафталии и всех остальных.

Если бы самопровозглашённые боги или правители какой-либо страны похитили дорогих мне людей и заставили бы меня сражаться против Героя, который сумел убить одного из врагов мира… я бы этого тоже не вынес и пришёл бы просить о помощи, невзирая на опасность.

— Одну из моих спутниц только что похитили. Ты ведь поможешь спасти её?

— Я сделаю всё, что в моих силах. Поэтому я и обратилась к вам.

— О как…

— Насколько я понимаю, самопровозглашённые боги не могут предугадать ваших действий. Иными словами, рядом с вами я могу укрыться от их глаз.

Это, предположительно, заслуга какого-то барьера, который создаёт вокруг нас Нулевое Оружие. Он не позволяет самопровозглашённым богам обнаруживать нас издалека.

— Я испытываю ужасное, нестерпимое желание повиноваться тебе, — императрица драконов склонила передо мной голову. — Никогда раньше не испытывала ничего подобного.

Кстати, Нулевое Оружие эффективно работает против бессмертных и поэтому наводит ужас даже на драконов. Мне вспомнилось, что до попадания в прошлое Гаэлион пытался держаться от него подальше.

Судя по недавнему обсуждению поглаживания против чешуи, драконы рядом со мной испытывают одновременно страх и влечение. Интересно, связано ли это с Нулевой Зоной? После того, как я использовал Зеро-заклинание, Аквадракон сказал, что ощутил странную кровожадность, которая исходит от меня.

— Ты сказала, что сделаешь всё, что в твоих силах. Чем конкретно ты можешь нам помочь?

— Я знаю тайную дорогу во дворец Пьенсы… включая информацию обо всех системах безопасности. Я также могу помочь в битвах, если до этого дойдёт. А если… ты подключишь меня к передатчику своей силы… то и я… стану сильнее…

— Раф.

Драконица Пьенсы вдруг потянулась ко мне, словно в трансе. Раф-тян запрыгнула мне на плечо и шлёпнула её хвостом по лицу.

— Что со мной… было?

— Ты вдруг протянула ко мне руку с потерянным видом. Пыталась поглотить меня?

Если Мадракон мог впитывать Героев, то я не удивлюсь, если это под силу другим императорам драконов.

— У меня и в мыслях такого не было!

Наверное, Раф-тян тоже предупредила её, чтобы она не лезла ко мне.

— Передатчик? Да, тоже чувствую его, — сказал Аквадракон, приближаясь ко мне.

— Раф!

Его тоже будто загипнотизировало, и Раф-тян пришлось стукнуть его.

— Гх… Опомниться не успеешь, как набрасывается неудержимое желание. Кто вживил в него этот передатчик?

— Я!

Мне почудился гордый голос… а затем я почувствовал, как внутри меня поднялась злость. Что он со мной сделал?

Эй, ты! Это из-за тебя меня теперь считают покорителем драконов (и их сердец)?! Ещё раз увидимся — ты за это заплатишь.

И кстати, неужели его устраивает такая ситуация?! Из-за него на меня теперь нападают другие драконы!

Но копия Мадракона не отвечала на мысленную ругань. Знаю, это всего лишь ограниченный клон, который отвечает на ключевые слова и вопросы, связанные с магией, но я всё равно зол на него!

— Это работа Мадракона… Кажется, он придумал какую-то схему, чтобы с её помощью подключаться к моему Гневу, — пояснил я, хлопнув себя по лбу.

— А-а… Получается, Наофуми-сама, если вы подключитесь к другому дракону, он сможет питаться вашей силой, как Мадракон?

— Видимо, теперь у меня есть такая способность. Наверное, то, что случилось с Кил — тоже её проявление.

— Но дракон должен быть достаточно сильным, иначе эта энергия поглотит его, — заметил Аквадракон. — Она действительно странная… пожалуй, даже проклятая.

Он про мой Гнев? Неудивительно, что драконы тянутся к нему — жажда силы у них в крови. Так или иначе, теперь я знаю, что могу при желании усилить Аквадракона или императрицу драконов Пьенсы.

— Итак, могу я рассчитывать на твою помощь? Если ты спасёшь моего хозяина, я исполню любое твоё желание… Богатство, моё тело, моё сердце — всё, что пожелаешь.

— Как это понимать? — перебила Рафталия зловещим голосом.

— Прозвучало так, будто она хочет выйти за меня замуж.

— …

Она должна была возразить!

— Это любовный треугольник? — вставил Мамору крайне опасный термин.

— Какой интересный механизм привлечения драконов. Очень хочется в нём разобраться, — глаза Хорун вспыхнули любопытством. — Я с его помощью могу та-ак проучить Героя Лука.

— Нисколько не интересный, — отозвался я. — Тот, кто вживил его в меня, настоящая сволочь.

— Наофуми-сама, если Герой Лука Пьенсы узнает об этом, с ним случится то же, что с Ларк-саном.

Какая неприятная аналогия. Я ведь даже не пытался отобрать девушку Ларка. Просто у Терис не все дома.

А теперь выясняется, что из-за Мадракона я испускаю “драконьи феромоны”.

— Я слышал, что любовь близка к ужасу… Должно быть, благодаря этому, а также твоей ауре, ты и привлекаешь драконов, — сделал Аквадракон странный вывод.

— Герой, любимый всем миром… Хе-хе, как интересно.

Нет, Филория, в этом нет ничего интересного. Молчала бы лучше. И сестра твоя, которая стоит позади и хитро улыбается, пусть помалкивает.

— Нельзя ли пока отключить этот передатчик?

Пока действует этот автособлазнитель драконов, я не могу чувствовать себя в безопасности.

— Хм… Пожалуй, если я подключусь к тебе, то мне ничто не помешает внести некоторые правки, — предложил Аквадракон.

— Подожди, лучше уж я этим займусь, — возразила императрица драконов. — Разве это вопрос, требующий вмешательства дракона-защитника? Я смогу извлечь из него ещё больше силы.

— Какая чушь!

Аквадракон и императрица драконов Пьенсы уставились друг на друга, пуская искры из глаз.

— Тебе повезло, что Аквадракон так относится к тебе. Я ещё никогда не видела его таким.

— Даф.

Наталия и Даф-тян наблюдали за происходящим с видом победителей. Им кажется, что они нашли слабое место Аквадракона?

— Думаю… я больше доверяю дракону арбитра. Так что выберу его.

— О да! Мои добродетели победили!

Какие ещё добродетели? Почему всё драконы начинают вести себя одинаково, когда дело касается меня?!

— О нет… — императрица драконов посмотрела на меня ревнивым взглядом.

Прости, но я ничего не чувствую, когда женщины строят мне глазки. Вернее, мне это даже неприятно.

— Перестань. Я ненавижу, когда на меня так смотрят.

— Кстати, я тоже, — поддержал меня Рен.

Нам обоим вспоминаются заискивания Ссуки.

Тем временем Виндия схватила императрицу драконов за руку. Видимо, её радует встреча с любым драконом. Ну и ладно, лишь бы не забывала об осторожности, хотя эта драконица и вызвалась быть нашей союзницей.

— Хочешь понравиться Герою Щита? — спросила она, и императрица драконов молча кивнула. — Тогда лучше не пытайся с ним заискивать. Мой дракон Гаэлион долго исследовал различные способы не злить его, и я могу с тобой ими поделиться.

— Виндия? — Рен встревожился и подбежал к ней. — Слушай, Наофуми это не понравится. И вообще, то, что она императрица драконов, ещё не повод ей всё рассказывать!

— Это уже моё дело, — безразлично бросила Виндия.

— Аквадракон, вылечи уже меня.

— Ага.

Аквадракон начал возиться с моим Щитом. Его чешуя немного потемнела и заблестела.

— О-о… Это и правда потрясающая сила…

— Да. И я вижу, что аура несколько ослабла, — заявила императрица драконов, с завистью глядя на Аквадракона.

— Тебе всего лишь нужно постараться и понравиться Герою Щита. У тебя для этого будет много возможностей, ведь ему нужна твоя помощь в будущих битвах.

Виндия так искренне пытается помочь драконице, что мне становится не по себе. Я, конечно, понимаю, что она без ума от драконов, а Гаэлиона любит до безумия. Видимо, совсем оголодала без любимого дракона? Нет бы довольствоваться Аквадраконом.

— Кстати… Надо попробовать влить эту силу в рафообразных.

— Рафу? Раф-раф.

Хотя, мне вспомнилось, как рафообразные помогали подавлять силу Гневного Щита, когда я им пользовался. Видимо, они могут принимать эту силу, но не пользоваться я.

— Вот бы мне научиться ей пользоваться, — мечтательно протянул Руфт.

— Не говори так, у меня мурашки по коже, — отозвалась Рафталия.

— В общем, так. Императрица драконов Пьенсы, будем мы спасать твоего хозяина или нет — Пьенса всё равно должна быть наказана за помощь злодею, который похитил Мелти.

Все присутствующие одобрительно закивали.

— Я понимаю. Действия Пьенсы невозможно оправдать. Её королевская семья пытается продать наш мир врагам, и поэтому должна быть уничтожена.

Отлично, теперь у нас есть союзник в Пьенсе. Наша первая задача — спасти из плена Мелти и Героя Лука.

Да уж, спасение Мелти… как тут не почувствовать себя героем, который спасает принцессу из замка? Вернее, в нашем случае королеву.

— Настало время захватить Пьенсу. Будучи охотниками на самопровозглашённых богов, мы должны избавить эту страну от гнили, которая заставила её заключить этот мерзкий союз!

— А, отлично сказано! Хе-хе-хе… Дарк Брейвы готовы помочь тебе! Да ведь, Мамору?! — энергично поддержала идею Филория, улыбаясь Мамору.

— Да… Я устал терпеть, — судя по голосу, Мамору тоже рвётся в бой. — Я волнуюсь за Героя Лука и хочу поставить точку в этой затянувшейся войне!

— Знаете, Наофуми-сама… Мне вспоминается наше вторжение в Кутенро… Вы так легко заразили остальных этой идеей.

— О-о, так вот как это случилось? — разрядил обстановку Руфт, который в то время был повелителем Кутенро и, следовательно, нашей главной мишенью.

— Да, там было то же самое, — подтвердил я. — Разве что сейчас у нас ещё больше решимости.

Мелти — всеобщая любимица. Наверное, если похитят меня, реакция будет не такой бурной. Я прямо чувствую, как мои союзники легкомысленно решат: “Он, конечно, не может сражаться, но и убить его не выйдет!”

— Пусть почувствуют на своей шкуре, что такое справедливое возмездие!

Как бы мне ни хотелось вернуться в будущее, теперь у нас появилось дело поважнее. Тем более, нам позарез нужна Клановая Повозка, чтобы добраться до мира Меча и Копья. Во время нашей вылазки нужно вернуть её, спасти Героя Лука и заодно проучить самопровозглашённого бога. Полные решимости, мы начали готовиться к войне

Послесловие

Спасибо, что купили 22 том. Снова у нас одинаковые цифры в названии. В прошлый раз такое было в 11 томе, и с него прошло, что характерно, тоже 11 томов. Во время работы над 11 томом я гадала, протянет ли Щит так долго. Как видите, протянул, и всё благодаря вашей поддержке.

Время послесловия.

О сюжете 22 тома.

На сей раз у нас продолжение арки прошлого. Думаю, в своей основе этот том отвечает на некоторые вопросы о персонажах, которых Наофуми встречал в своё время. Самыми важными событиями стали появление Филории и тяжёлая жизнь Наталии. Помимо этого я продолжала работу над реабилитацией скучных персонажей. Впрочем, в случае Рена я решила, что с него хватит лёгкой жизни, и столкнула его с мечтами юности, от которых он пытался убежать. Так что в этом томе его ждали страдания. Он старался, работал, но оказывается, что для создания по-настоящему стоящих вещей он должен мириться с болезненными воспоминаниями. Думаю, это сродни тому, как у мастеров получаются главные шедевры не когда они вкладывают как можно больше сил, а когда расслабляются.

Также моя личная рекомендация — Раф-тян-два и Руфт. Они засветились на иллюстрациях, где ими можно полюбоваться. Правда, когда смотришь на ту иллюстрацию, где они вместе с Рафталией, возникает ощущение, будто это стая енотов вышла на охоту. Да, ассоциации у меня именно со стаей, а не группой. Может, когда-нибудь и Наталия в неё вольётся?

Ну и, конечно, этот том слегка развил отношения Наофуми и Рафталии.

Об оружии, созданном Реном.

В этом томе мы увидели новое оружие, рождённое из синтеза материалов Фиро и фантазий из тёмного прошлого Рена. Как автор произведения, я полагаю, что в правильных руках это изделие может сломать к чертям весь баланс. Оно позволяет пользоваться магией ветра даже без природных склонностей! Это уже уровень Героя!

Полагаю, для Рена, наконец-то вылезшего из своего панциря, создание этого оружия стало именно тем моментом, когда он встал на один уровень с Наофуми, Мотоясу и Ицуки.

Вообще-то из Рена и просто кузнец вполне неплохой… поэтому за странными особенностями его искусства может стоять и Эссенция Меча. Она, наверное, ярче остальных Эссенций отражает природу Героя.

Кстати говоря, интересно представить, что было бы, обладай и Щит способностью открывать Наофуми доступ к другим школам магии. Разумеется, о боевых заклинаниях речь не идёт — так просто ограничения не обходятся.

Об истинной сущности Даф-тян.

Итак, Даф-тян оказалась жившей в молоте копией личности Наталии, которую в далёком прошлом сделала Хорун. Замечу, что это идеальная копия, так что Даф-тян и Наталию можно считать одинаковыми персонажами.

В какой-то момент в дело вмешались уникальные технологии Кутенро, ещё больше приблизившие копию из молота к оригиналу.

Хотя Даф-тян много знала о событиях прошлого, поломка и отключение молота привели к тому, что у неё появились провалы в памяти — всё по законам жанра.

Наверное, молот отключился при каких-то трогательных обстоятельствах. Ну, например, у неё была крепкая дружба с одной из обладательниц, и когда стало ясно, что победить очередного злодея возможно только самопожертвованием, будущая Даф-тян из последних сил сказала: “Ты — повелительница Кутенро… Да, от твоего удара меня не станет, но пусть это не остановит твою руку!”

Но после таких трогательных фантазий придётся вернуться к мысли о том, что теперь эта девушка стала рафообразной. Судьба жестока.

О Филории.

Итак, в этом томе нас осенило присутствием Филории, прародительницы всех Филориалов.

Она во всех смыслах невыносимая девушка, однако имеет и вторую личность — когда действительно нужно, в ней просыпаются серьёзность и заботливость. Так сказать, несмотря на все её кривляния, она точно знает, как вести себя так, чтобы не доставлять людям настоящих неудобств. Скорее всего, именно поэтому Мамору её полюбил. Другими словами, эта девушка умеет сочетать в себе и детскость, и взрослость. Но вопрос в том, посчастливится ли нам увидеть Филорию с её лучшей стороны.

Есть ли среди Филориалов будущего такие, которые похожи на неё? Среди обычных вроде бы нет, но можно вспомнить одного Чёрного Филориала. И ещё одного Филориала, глубоко связанного с Мотоясу, правда, существующего лишь в сеттинге.

Об оружии, оставляющем незаживающие раны.

Это довольно распространённые артефакты в легендах и вообще в художественной литературе. Однако существуй такое оружие на самом деле, сражаться против него было бы настоящим мучением. Оно по всем параметрам попадает в категорию нечестных. Разумеется, команда Наофуми тоже смогла бы получить от него выгоду, если бы умудрилась скопировать, но враги заранее подумали об этом и выбирали именно такие цели, которым не под силу скопировать снаряды. Хотя, конечно, они учитывали и силу союзников Наофуми. В следующий раз они начнут учитывать и то, что Наофуми под силу исцелять эти раны.

О Нулевой Зоне.

Сюжетный элемент, который не пригодился мне в веб-версии. Хотя Нулевая Зона отличается от Проклятия, она отображает нечто, что может оказаться расплатой.

Эта сила доступна крайне немногим. В этих заклинаниях заложено довольно многих всяких смыслов, и я надеюсь, вам понравится их разгадка.

Раскрываю секреты и говорю о жизни.

Работая над этим томом, я хотела рассказать кое-какие истории и продвинуть отношения Наофуми и Рафталии перед тем, как арка прошлого войдёт в завершающую стадию. События этого тома ещё обязательно скажутся в будущем (правда, только в пределах арки прошлого).

Что касается моей жизни, то я в последнее время очень занята благодаря тому, что меня начали вовсю издавать. Так сказать, радостная утомлённость. Надеюсь, я и дальше буду подниматься по этой карьерной лестнице.

Спасибо, что прочитали. Надеюсь, встретимся в послесловии 23 тома.

Послесловие команды

Переводчик

Здравствуйте, с вами переводчик Щита. Спасибо, что прочитали 22 том.

Итак, спустя семь лет работы настало время написать эти слова:

Щит теперь в онгоинге.

Если честно, мне до сих пор не верится, что это произошло. Хочу передать благодарности всем читателям и причастным к проекту, в том числе издателям Щита в России за то, что они не попросили нас убрать проект с сайта. Да, мы стараемся об этом не говорить, но если бы со стороны официальных издательств поступила хоть одна претензия к этому проекту, мы бы немедленно удалили его с сайта и прекратили перевод. Однако этого так и не случилось, так что ура.

Итак, что я хочу сказать про этот том? Да на самом деле ничего. Он гораздо лучше, чем некоторые из тех, что были раньше, но планка, что и говорить, довольно низкая. Впрочем, давайте радоваться хотя бы тому, что том получился “выше плинтуса”. Единственное, что меня в нём действительно расстраивает, это композиция. Зачем нам двойная (практически тройная) битва в конце тома и затишье первые 11 глав? Нельзя ли как обычно сделать две крупных битвы за том? И ради чего было расчищено место в первых главах? Ради новых игрушек, которые потом будут пущены в ход в битве? По-моему, Юсаги с этим переборщила. Давайте посчитаем: новое оружие работы Рена, метод Клановых Когтей, новые украшения, молот Хорун, новый боевой режим Рафталии, Нулевая Зона, спецэкипировка… Если честно, хватило бы и одной-двух вещей из этого списка. Мы и результаты опытов с Кил разыграть успели только сейчас, а когда в игру полноценно вступят новые прибавки — и подумать страшно.

Да уж, “когда” — это самый правильный вопрос, который сейчас можно задать. 22 том вышел в июне 2019 года, так что вот уже два с половиной года о продолжении Щита ничего не известно. Будет ли оно — тоже никто не знает. И я, если честно, совсем не против, если Щит здесь и закончится.

Что же, поговорим о главном, о моих дальнейших планах. Сначала о долгосрочных:

Я не против закрыть на этом проект и не горю желанием переводить ранобэ Копья.

Однако я не утверждаю, что это решение окончательное и пересмотру не подлежит. Факт в том, что я как всегда хочу как следует отдохнуть от Щита. Даже если следующий том выйдет в феврале, я точно не сяду переводить его сразу же. Потом, когда у меня снова появится вдохновение, я уже буду смотреть по ситуации. Впрочем, судя по тому, что пожертвований на Щит уже много лет приходит крайне мало, спрос на этот тайтл так себе.

Повторюсь, это было описание моих долгосрочных планов. Вопрос о том, как жить дальше, явно встанет не раньше второй половины 2022 года.

Теперь о краткосрочных планах.

Особенно внимательные читатели уже наверняка заметили появление в проекте страницы второго фанбука: https://ruranobe.ru/r/tnynn/x6. Да, я тоже собираюсь его перевести, и да, это тоже сборник дополнительных глав к томам, на сей раз с 10 по 19 включительно. Однако перед этим фанбуком нужно сделать ещё одно дело.

Вы ведь заметили, что в какой-то момент из томов исчезли послесловия автора? Теперь мне их дали, и я собираюсь после новогоднего кутежа где-то в феврале перевести их и вставить в тома. А уж затем, весной, приступлю к работе над фанбуком. Не хочу говорить точнее, чем “весной”, потому что неизвестно, когда меня завалит другой, не связанной с Щитом работой.

На этом всем спасибо и всех с наступающим 2022 годом!

Примечания

1

Хроник Тёмных Героев.

2

Алой Алой Тенекрыльи.

3

Героем Когтя

4

Вероятно, речь про Mystery Dungeon.

5

Герою Кнута.

6

алкогольной коме.

7

В этой сказке злой тануки убил бабушку, сварил из неё суп и под видом бабушки скормил его дедушке. Позднее дедушка попросил доброго кролика отомстить за бабушку, и добрый кролик в конце концов утопил злого тануки.

8

Сказка про доброго тануки, который превращается в котелок для чая

9

Дед-оборотень. Тоже прикидывается ребёнком и просится на руки, но после этого становится тяжёлым и насмерть давит добряка.

10

Десерты на палочке.

11

Вечеринку с любованием луной.

12

В Японии это слово означает скорее симпа или инцела.

13

Gáe Bulg — копьё из кельтской мифологии

Content

Юсаги Анеко Становление Героя Щита 22

Реквизиты переводчиков

Начальные иллюстрации

Пролог. Застенчивый кузнец

Глава 1. Прародитель

Глава 2. Методы усиления Когтей и Молота

Глава 3. Экспериментальное оружие Хорун

Глава 4. Геройская выставка

Глава 5. Вся сила рафообразных

Глава 6. Выбор Героя Молота

Глава 7. Секрет происхождения повелительницы из прошлого

Глава 8. Нулевая Зона

Глава 9. Геройская аура

Глава 10. Спецэкипировка

Глава 11. Охота на динозавров

Глава 12. Военные Пьенсы и не только

Глава 13. Гневное озверение

Глава 14. Знающие Клановые Герои

Глава 15. На святой земле

Эпилог. Покоритель драконов

Послесловие

Послесловие команды

Примечания