Парсиев Дмитрий Яковлевич

ВАМП

Глава 1

Очень тяжел мир на минус третьем уровне духовности. Каждый вдох — борьба с плотностью, каждый шаг — сражение с силой всемирного тяготения. Здесь даже думать больно. Да-да. Я уже вижу, как вы посмеиваетесь. Мол, ну это ты учудил, Витя. Мол тебе, Витя, даже думать и то больно… смейтесь, сколько хотите. Думать всегда больно, а в этом мире особенно…

Казалось бы, у меня простая задача. Доберись до куска редкой серы, хватай и чеши к порталу. И может быть тебе повезет. Может быть тебе удастся обойти тысячу других таких же раскоряченных бедолаг и попасть в десятку счастливчиков. О чем тут думать? А тут есть, о чем думать. Еще как есть.

Вон к тому куску гребут сразу двое грязных оборванцев. Скорее всего они доберутся до него раньше меня. Какой смысл переть туда третьим, да еще и с явным отставанием? Уж лучше вон на тот кусок нацелиться. На него желающий всего один, и этот один дальше меня. Этот один опоздает. А вон тот кусок подальше вообще бесхозный. Пройди лишние двадцать шагов и бери безо всякой конкуренции.

Но, как всегда есть «но». При гравитации в семь с половиной «же» эти двадцать лишних шагов могут и боком выйти, к тому же там лава побулькивает, там чего доброго и провалиться можно. А тот добытчик одинокий, когда увидит, что вперед меня не успевает, просто напросто изменит курс и погребет мне наперерез. А мне не нужен никакой «перерез». В портале всего десять посадочных талонов, здесь на минус третьем сражения затягиваются до неприличия.

Вы спросите: ну и что ты надумал, Витя? А я отвечу. Надо переть к тому куску, на который двое глаз положили. По той простой причине, что эти двое до куска не дойдут. Эти двое сцепятся раньше. А я их обойду под шумок. Вот так вот. Вот такой мой коварный план. А вы говорите, думать не больно. Больно, еще как. Просто не думать — еще больнее.

Делаю четыре шага. Мучительно толкаю в себя вязкий воздух минус третьего мира, потом давлю из себя отработку. Теперь еще четыре шага. Вдох-выдох, четыре шага. Ага, замечаю, что голубчики, конкуренты мои, уже зыркают друг на друга недобро. Они уже сами понимают, что без боя им не разойтись. Главное, чтоб меня они не сразу заметили. Я двигаюсь немного иным курсом, делаю вид, будто тот кусок мне совсем не интересен.

Есть. Бродяги схлестнулись. Пошло месилово. Бьют друг друга жестоко. О честном поединке даже речи нет, ставка на убийство любой ценой. Первая часть моего плана удалась. Начинаю понемногу загребать в сторону серы, отставляю ногу в бок, будто камешек попался на пути, будто вынужденно ногу сместил, а затем будто еще раз камешек… и снова шаг чуть вбок. А потом еще раз и еще. Бродяги остались за моей спиной, оторвался на несколько шагов. Все, теперь можно не тратить силу на обманные маневры. Я теперь успеваю.

Три шага всего осталось, я уже очень хорошо могу разглядеть ценную добычу: «сверхтяжелая сера, алхимический реагент, чрезвычайно редкий», но тут бродяги меня заметили… и мой коварный план дал сбой… бродяги, сука, резко передумали друг друга убивать. Ну так-то конечно, когда я такой красивый тяну свою руку загребущую к вожделенному куску породы, смысл дубасить друг друга актуальность потерял… припускают за мной рука об руку. Даже друг друга поддерживают. Да я прям миротворец какой-то. Примиряю непримиримых врагов. Ненадолго, конечно, если меня догонят и серу отберут, примирение тоже актуальность потеряет.

Проталкиваюсь через тугую атмосферу. Моя цель — портал. Бродяги отстают от меня почти на десять шагов. Для этого мира отставание большое. К тому же они дыхание посбивали пока дрались. Не догонят. А я уже вижу портальную площадку. Сотня шагов до нее. Для этого мира расстояние большое. Можно и не дойти.

А почему так много народу чешет к порталу? Неужели все успели редкой серы натырить? Нет, ни фига подобного. Больше половины из них даже не пытались искать серу, зачем ее искать, если можно отобрать? Вон та парочка, что не тратила время на маневры, меня явно обгоняет. И явно на меня посматривает. Плохо дело, двое бродяг за мной по пятам чешут, другие двое на подходе встречать будут. Такого мой коварный план не предусматривал.

И что делать? Не знаю, что делать. С четырьмя мне никак не справиться. Хоть серу выбрасывай. Встречающая парочка все ближе. Обойти себя они не дадут. Бродяги за моей спиной в спину дышат. Рвут легкие на ходу, понимают, иного шанса не будет. Думай, голова моя отяжелевшая, думай скорее. Нужен новый план…

А ведь мне только что мысль приходила. Тужусь, напрягаю последние силы перегорающего моего разума. Вспомнил: «хоть серу выбрасывай». Серу можно бросить, они отстанут. Но это плохой план. Что я буду делать без серы? Или тоже попробую отобрать? А у кого я буду отбирать?

Кручу головой и вдруг… вижу, мать. Не надо ни у кого отбирать. Вон лежит кусочек. Маленький, правда, меньше моего. Но хоть какой-то. Шакалы, что меня обошли, уже руки в замах отводят, думают, сейчас меня бить начнут. Фиг вам. Бросаю серу в аккурат между встречающими и догоняющими, как шайбу на сбрасывании. Что, не ожидали? Рвите друг другу глотки. А я в сторонку… я в сторонку.

Шаг… еще шаг… отошел. Спешу к другому куску. За моей спиной начинается битва двое на двое. Плевать. Мне не до них. Подбираю серу. До портала шагов двадцать. Пара ловкачей уже на площадке, дух переводят. Ничего, восемь талонов еще не прокомпостировали. Осталось десять шагов. Еще трое заползли. Половина мест на «Ноевом ковчеге» занята, надо поторопиться, но я и так спешу как могу.

И тут пласт затвердевшей лавы проламывается снизу и башка вылазит: «лавовый аспид, уровень неизвестен». Ну что ж. Вот значит, в чей хвост моя плеть превратилась. Лавовый аспид выталкивает свое тело на поверхность подостывшей корки. Я хлещу его по башке и пытаюсь обойти. Может отстанет? Нет. Не отстает.

Мне каких-то пять шагов осталось. Восемь тел уже на портальной площадке и девятое всего в шаге. Ломлюсь бешеной улиткой, ну же… всего три шага осталось. Аспид хватает меня пастью за пятку. Падаю на четвереньки, пытаюсь вырвать ногу, тщетно. У него пасть — капкан. Сапог рассыпался на пиксели, прощай мой полный сет. Скриплю зубами, ползу к портальной плите. Боль адская, ногу как в мясорубке крутит.

Хватаюсь руками за портальную плиту. Тащу на нее себя вместе с аспидом. Аспид на плиту не хочет. Зацепился и повис, как якорь. А мне проще ногу себе отрубить, чем забить эту тварь. Конкуренты уже на подходе. Черт с ним, лучше без ноги, зато жив останусь. Бью по собственной конечности чуть ниже колена. Удар… второй… третий. Кость с хрустом перерубается. Аспид сползает с портальной площадки забирая с собой часть моей ноги.

«Внимание! Портал полностью заполнен. Начинается перемещение». Портальная площадка окутывается силовым полем. Главное успел. А нога отрастет… я надеюсь… да нафиг, с моей регенерацией обязательно отрастет. «Внимание. Вы перемещены в мир с нейтральной духовностью. Поместите добытую серу в свой инвентарь и откройте окно торговли. Ценный ингредиент понадобится для восстановления настроек и обратной телесной трансформации».

Понимаю, вот для чего сера была нужна. Чтоб превратить меня обратно в демона двадцатого уровня. Открываю инвентарь, наработанным движением перемещаю серу из своей левой руки… это что еще за фигня? Почему вместо целого куска породы, у меня какая-то давленая крупа? И тут же догадываюсь. Пока сражался с аспидом, кусок раскрошился. Он и так был невелик, а теперь…

«Объем вещества критически недостаточен. Восстановление прежних настроек будет осуществлено на 8 %. Вы согласны?» Мля. А вот чо будет, если я скажу, что не согласен? Меня выкинет обратно в кратер? Одноногим? Но сраные восемь процентов? Черт с вами, жму на согласие. «Восстановление настроек произведено. Выше головы, оборванцы, может быть вам повезет…»

Я плохо понимаю, куда меня занесло. Окутывающее площадку силовое поле исчезло, теперь вместо кратера с застывшей лавой вижу вокруг помосты, на помостах скамьи, на скамьях разнорасовые разумные. Сидят как зрители в цирке, на нас горемычных кидают оценивающие взгляды.

Ну капец. Сейчас все будет по законам жанра: из одной жопы мы выбрались, но выбрались не на свежий воздух, просто перебрались в другую жопу, — сейчас нас будут в рабство продавать. Или на гладиаторские бои. Ага. Классный будет из меня гладиатор: одноногий, с восемью процентами восстановленного потенциала. Противники будут дохнуть от смеха. Вон уже и распорядитель расхаживает, привлекая внимание почтенной публики.

— Итак, дамы и господа, — соловьем запел распорядитель, — Эти десять закаленных воинов проведшие многие годы борьбы в немыслимом по тяжести мире. Обошли и изрубили на куски тысячи конкурентов, чтобы прорваться к порталу…

Насчет «многих годов» распорядитель, по-моему, приврал. Хотя… там же времени нет как такового. Сколько я шатался по минус третьему одному богу известно.

— Стражники, блюстители, бойцы, телохранители…

— Ищейки, преследователи, ваши верные последователи…

— Они смогут все. Они способны на все, — ушлый распорядитель, не щадя голосовых связок, набивает нам цену, — Плету стихотворно, цена смехотворна. Цена фиксированная. Десять тысяч за каждого. Начинаем с наиболее уважаемых домов. Прошу вас, лорд Тимерий, право первого выбора за вами.

Со скамеек по очереди поднимаются важные лорды и леди и отбирают себе по одному грязному бродяге, будто диковинного щенка для личной псарни. Меня одно радует — гладиаторства не будет. И меня не радует другое, — разобрали всех, кроме меня. И вот прямо сильно сомневаюсь, что меня просто так отпустят и цену за портал не выставят. Выставят, можно даже не сомневаться.

— Неужели никто не возьмет одноногого воина? — голосит распорядитель, и недовольно косится на меня как на подгнивший, несвежий товар, — Неужели никто не проникнется судьбой этого бедолаги? Ведь его придется отправить обратно.

Как обратно? Меня обратно? Не-не. Давай, мужичок, дави на жалость. Пусть лорды проникнутся моей судьбой. На минус третьем с двумя-то ногами делать нечего, а уж мне… тщетно. «Начинается обратный отсчет. Вы будете возвращены на прежнее место: 9… 8… 7… … 4… 3…» Да как так? Неужто все напрасно?

— Постойте, — с заднего ряда поднимается мой припозднившийся спаситель, — Я его возьму.

— Благородный поступок с вашей стороны, лорд… э-э, — распорядитель всматривается, стремясь узреть моего благодетеля, — Лорд Аристарх.

Имя лорда распорядитель почему-то произносит без прежнего энтузиазма. Видимо его узнал. А узнав, понял, что на жалость давил зря… жалость в данном случае неуместна… Поворачивает голову ко мне и взгляд у него сочувствующий:

— Ну что ж, парень, — говорит он мне негромко, — Тебе что так, что этак… не повезло.

Глава 2

Я ослаб, и не только от потери крови. Полноги — это сама по себе большая потеря. Сам подняться не могу… да и смысла не вижу. Куда я упрыгаю на одной ноге? Сижу на жопе, жду, когда ко мне подойдет пресловутый лорд и… оп-па, а я его тоже узнал. Это же тот самый вежливый патриарх вампиров. И пока совершенно не понимаю причины сочувствия ко мне распорядителя.

Этот вампир Аристарх одно из самых адекватных существ, что я встречал. Он харю высокомерную не кривит, сам спускается на площадку, переводит распорядителю нужную сумму, а затем присаживается рядом со мной на корточки. В его глазах участие и радость встречи, будто встретил старого знакомого и захотел перекинуться с ним парой слов.

— Почему он считает, что мне не повезло? — спрашиваю простодушно у вампирского лорда.

Аристарх едва заметно одними только уголками губ усмехается.

— Ты нужен мне на Земле, в своем мире. Там задашь свои вопросы, там будут ответы, — он склоняется к моей шее и чувствую, как морозный вампирский клык протыкает мне кожу.

«Вам в кровь введен сильнейший нейротоксин. Немедленно примите вакцину». И где бы мне ее немедленно взять? — успел подумать, перед тем как вырубиться…

Очухался? Вроде очухался… Жив? Вроде жив. Лежу в мягкой кровати, под покрывальцем. Надо мной потолок беленый, вокруг стены с веселенькими обоями. Комнатка небольшая, но уютненькая. И сила притяжения — родной один «же». Я на Земле? На Земле. И тут же сомневаюсь, что на Земле. Таких неземных девушек на Земле не бывает. А она стоит возле моей кровати, и мне очень хочется думать, что она мне не померещилась.

— Пришел в себя? — спрашивает она неожиданно глубоким голосом с чарующей хрипотцой.

Она не так канонически прекрасна, как Алена, не так откровенно сексуальна, как Куколка, не так мила и жизнерадостна, как Стрелка… она вообще не такая. Ее красота не от мира сего. Волосы ее черны как ночь, кожа бела как молоко, а взгляд ее глаз глубок как космическая бездна. Она очень напоминает Лию, матриарха вампиров, что я встретил тогда в метро. Но тоже не она. Похожа, но не она.

— Как я здесь оказался? — спрашиваю.

— Ты был переправлен порталом, — отвечает внеземная девушка.

— Что, прям сюда?

— Не сюда, — терпеливо отвечает девушка, — В приемный покой нашей больницы. Но ты был без сознания. Мы тебя перевезли в наш дом.

— И долго я тут… в отключке?

— Нет, что ты. Чуть больше суток.

Какой я молодец. Всего пара вопросов, и уже выяснил, что есть некие «мы», эти «мы» имеют свой дом. И эти «мы» не поленились, перевезли, хотя могли оставить меня в больнице… или не могли?

— А почему в больнице не оставили? — ну а что, пока девушка дает ответы, есть смысл задавать вопросы.

— Слишком дорого, — мне начинает казаться, что эта девушка обладает безграничным терпением, что будет отвечать на все мои вопросы с неизменной готовностью и предупредительностью, — Не волнуйся, здесь мы о тебе позаботимся не хуже, чем в больнице.

С чего она решила, что я волнуюсь? А, впрочем, ничего она не решала. Просто говорит со мной так, как принято говорить с больничными пациентами. Подозреваю, она — врач или медсестра… сестра милосердия, ей больше походит именно такое словосочетание — сестра милосердия.

— А зачем вам обо мне заботиться? — не, я так-то рад сделать допущение, что эта удивительная девушка увидела меня, бессознательного калеку, и воспылала желанием меня приютить, а заодно и приласкать… но я уже большой мальчик. В альтруизм и любовь с первого взгляда верить отвык. И лучше я сразу задам этот циничный вопрос, чтобы потом не удивляться, с чего это мне выкатывают счет за «заботу».

— Потому что ты один из нас, — мой вопрос девушку не обидел, не оскорбил, не смутил, она несокрушимо спокойна, как пресс-секретарь министерства обороны в чине генерал-полковника стратегических ядерных сил, — Потому что ты тоже вамп.

— Вамп? Это вампир что ли? — начинаю догадываться, что встреча с патриархом вампиров для меня добром не обернулась.

— Нет-нет. Мы вампы. Мы другие, — говорит девушка с ангельским терпением.

Я согласно качаю головой. Очень хочется верить этой девушке. Но я научился держать свои хотелки в узде. Повисает пауза. Я пялюсь на девушку, девушка молчит, наверно ждет от меня новых вопросов.

— Меня зовут Луна, — сообщает она со вздохом.

Она улыбается мне, и улыбка эта неожиданно теплая. Все-таки Луна — очень подходящее для нее имя. Прекрасная, внеземная, недоступная и… холодная. А тут такая теплая улыбка. Меня это сбивает с толку. Я смотрю в ее бездонные черные глаза и безбожно туплю.

— Поставь ему градусник, — вдруг говорит кто-то иронично за ее спиной, — Один естественно-научный факт лучше десятка убедительных заверений.

Луна оборачивается себе за спину, ее теплая улыбка не пропадает, а даже наоборот, подогревается еще на пару градусов. Она смотрит на вошедшего не только тепло, но еще и преданно. В дверном проеме стоит мужчина интеллигентного вида с аристократическими чертами.

— А это Сат, — Луна указывает на интеллигентного аристократа, видимо, продолжает знакомить меня с новыми реалиями, — Сат вечно над всеми подшучивает. Но ты не думай, Сат очень вдумчивый и ответственный человек. Он наш вожак.

Последние слова Луна произнесла с явным уважением без намека на шутку, а я отмечаю про себя это необычное звание — «вожак».

— Ну, а ваше имя, молодой человек, — обращается Сат ко мне, подойдя к кровати, — Можем мы узнать?

— Вик… — начинаю я, но под льдистым хирургическим взглядом Сата голос мой неожиданно срывается в сип, и окончание проглатывается.

— Очень приятно, Вик, — Сат вежливо наклоняет голову в знак приветствия и реально протягивает мне медицинский термометр. Я беру его и на автомате засовываю себе под мышку. С детства забитый шаблон, что докторов нужно слушаться, иного действия мне не оставляет. И я только теперь догадываюсь взглянуть на их всплывающие системки: «Сат, высший вамп, ур. 57», «Луна, высший вамп, ур 36»

— Так вот, — Сат по-профессорски наставительно поднимает вверх указательный палец, — Это трогательная и поучительная история о том, как патриарх вампиров со своей стаей блуждал в мрачном, сыром и темном подземелье. Его спутница и любовь всей жизни по имени Лия ослабла после перехода с минус второго уровня духовности и уже готовилась умереть окончательной смертью. Но на счастье в подземелье им повстречался очень странный демон…

— И что же в нем странного? — невольно перебиваю Сата, несколько уязвленный такой характеристикой, догадавшись, что «странный» демон — это я.

— О-о, — моей уязвленности Сат явно не заметил, приняв за чистое любопытство, — Этот демон был настроен на матрицу этого мира. Будто бы в этом мире он родился. Согласись, это странно… этот мир не демонский.

— Да, странно, — с готовностью соглашаюсь, в этом плане мой случай и впрямь не ординарный.

— Так вот. Этот демон щедро поделился с Лией своей огненной кровью. Настолько щедро, что, Лия в тот же миг прошла трансформацию… за ней трансформацию прошли остальные члены вампирской стаи. Как ты уже догадываешься, все они стали вампами.

— Я только пока не понял, — говорю честно, ибо давно усвоил, что лучше выставить себя дураком и задать глупый вопрос, чем строить из себя умного и творить глупости, — Чем вампиры отличаются от вампов?

— А ты градусник-то достань, — Сат с намеком замотылял указательным пальцем над моей подмышкой.

Достаю градусник.

— Тридцать шесть и шесть, — озвучиваю. Я ни фига не понимаю. Нормальная температура. Что не так-то?

— О-о, я вижу ты удивлен, — Сат снова по-своему истолковал мое замешательство, — Но это факт. Вампы отличаются от вампиров теплокровностью в плане биологическом, а кроме того, что важнее, вампы не являются нежитью в плане духовном!

Ну что ж. Старый хрен Аристарх не просто меня вырубил и не просто меня на Землю порталом перекинул, он мудила этакая, меня обратил в этого самого вампа. Одно радует, я остался живым и теплокровным. Вызываю интерфейс… вкладка личных характеристик:

Исходная, титульная раса: человек.

Вторичная раса: вольный демон.

Текущая раса: высший вамп.

М-да. Хорошо еще мой послужной список не отражает, что в шкуре зомби я побывал тоже. В каком-то смысле быть нежитью мне не привыкать. Не знаю, как теперь истолковали Сат и Луна мою хмурую озабоченную физиономию, но тактично решили оставить наедине с собой. Они двинулись к выходу из комнаты, и когда Луна уже взялась за ручку двери, я задал еще один вопрос.

— А когда?

— Что когда? — не поняла Луна

— Когда произошла эта трогательная и поучительная история?

— Семнадцать лет назад, — буднично ответила девушка и закрыла за собой дверь.

Жесть. Не соврал распорядитель про «многие годы борьбы в немыслимом по тяжести мире». Может тот мир и не имел времени в привычном понимании, но по ощущениям именно так, именно годы борьбы… а на Земле, значит, с тех пор прошло семнадцать лет: «где мои семнадцать лет… где мой черный пистолет… где меня сегодня нет…». Долой лирику. Я снова здесь. Разберемся, не впервой.

Откидываю одеяло. Не хотел выказывать при Луне и Сате, но левая нога ниже колена зудит и чешется. Знаю, это еще не показатель. Про фантомные боли в отсутствующих конечностях я наслышан. Впиваюсь взглядом. А нога-то отрастает. Ниже колена она маленькая и плохо сформированная, как заготовка, но растет помалу, что не может не радовать. От осознания нефантомности зуда, этот зуд в растущей ноге только усилился. Ничего. Пусть зудит, зудит, значит чешется. А теперь посмотрим характеристики. Подозреваю, что хорошие новости для меня закончились, и не ошибаюсь.

Уровень 1

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Силы:

Сила напряжения — 2 (25)

Взрывная (резкая) сила — 2 (25)

Выносливая сила — 2 (25)

Сила телесной крепости — 2 (25)

Эпена — 1

Свободных очков характеристик — 0

Ну что, снова здравствуй первый уровень. Даже не особо удивлен. Другое важнее, насколько порезали в характеристиках. Если смотреть на непосредственные числа, то просто жестоко порезали. Одни гребаные двойки. Это показатели дряхлого старика, а именно так я себя и чувствую, дряхлым стариком.

Но теплится надежда относительно тех циферок, что в скобках. В бытность мою демоном имел везде по двадцатке. Потом в минусом третьем мире, мои двадцатки ужались до единственной двойки, которую я поднял до двух с половиной. То есть при обратной конвертации должны были получиться те самые 25 очков в каждой характеристике.

Очень похоже, что так и произошло бы, если б хватило редкой серы, но ее хватило только на восьмипроцентное восстановление. Двойка — это аккурат восемь процентов от двадцати пяти. Может мне система чего подскажет? Молчит как партизан на допросе. Мол разбирайся Витя сам. Ладно, будем разбираться.

И будем исходить из того оптимистического допущения, что свои урезанные показатели удастся как-нибудь восстановить без повышения уровня. Потому иначе — жопа. Иначе, чтоб вернуть хотя бы прежние демонские силы надо взять больше семидесяти уровней. На моих стартовых условиях, подозреваю, это нереально.

Что еще? Еще сменилась специализация. Вместо прежнего рывка какая-то трансформация в энергию. Нафиг. К энергетическим экспериментам я пока не готов. Тем более там расходуется некая эпена, а у меня этой эпены кот наплакал одним глазом — жалкая однерка. Посмотрим, что у меня со способностями:

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,3 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,4 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Здесь все осталось, как в минус третьем на порядок порезанном мире, но опять же добавились обнадеживающие целые числа в скобочках. Будем надеяться, что найдется способ вернуть все утраченное. В конце концов у меня нога как-то регенерирует, и регенерирует явно не на жалкие ноль три. Жалкие ноль три, полагаю, мало чем отличаются от обычной человеческой способности к заживлению ран. Так что не дрейфь, Витя, были бы циферки в скобочках, а как те скобочки раскрыть, со временем придумается.

Меня отвлек звук открывающейся двери, и я вынырнул из интерфейса. Снова зашла Луна. Все-таки она потрясающе красива. Ее утонченные черты безупречны. Ее движения наполнены неземной грацией.

— Вик, пора сделать инъекцию, — и голос ее наполнен чарующей хрипотцой.

Ну надо так надо. Я, правда, не вижу в ее руках шприца. Но кто знает, может она носит в инвентаре для сохранности. Выражаю готовность, киваю согласно.

— Поверни голову к окну, — озвучивает несколько странную просьбу.

Поворачиваю голову к окну. Черт знает. Может она стесняется? Может неловкость испытывает? Может ей так спокойней, делать инъекцию, когда пациент не смотрит… и вдруг чувствую, как щекочет мое ухо прикосновение ее волос, как ее губи касаются моей шеи, а затем… затем морозный вампирский клык протыкает кожу: «вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 2,3 сроком на три часа».

Слышу удаляющиеся шаги и звук закрываемой двери. Все. В окно можно больше не пялиться. Можно даже издать рыкающий звук. Вот лежал Витя спокойно, вот думал Витя о делах своих скорбных… нет, надо было прийти и совершить такой сексуально-возбуждающий укус в мою чувствительную шею. Луна умотала, а что я теперь со своим стояком делать буду? Не, никакая она не сестра милосердия. Поступать так — совершенно бессердечно.

А кроме того она в один миг разбила на мелкие кусочки мою хрустальную надежду на собственную регенерацию. Реген у меня заемный, Луна впрыснула мне что-то своим вамповским клыком. И подняла до две целых три десятых. Коню понятно, что мои собственные — те самые три десятых. Кстати, у меня тоже должны появится такие клыки. Провожу языком по зубам. Зубы обычные. Снова открываю вкладку персональных данных:

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 0

С клыками оказалось все просто. Они вытягиваются по желанию. И так же по желанию втягиваются. Погонял туда-сюда пару раз. Нормально. Клыки работают без скрипа, смазывать литолом не требуется. Осталось приноровиться, чтоб не втыкать их по неопытности в собственную губу, ибо ощущение не из приятных. А вот что за лазерный резак?

Хотел уже полезть в инвентарь, но одернул себя. Спокойно, Витя. Система, конечно, пойдет навстречу. Воплотит твою способность в предмет, как это случилось с плетью. Но лучше не ограничивать себя привычными представлениями. Давай, включай воображение. Это способность, а значит резак не обязан иметь постоянную форму.

Не сразу… очень не сразу, но получилось. И сразу скажу. Резачок у меня хилый, слабенький резачок. Зато поупражнявшись, смог заставить его принимать разные формы: от исходящей из указательного пальца тонкой иглы до некого рассеянного пучка. Практический смысл моих потуг пока не ясен, но начало положено.

Все, хватит валяться. Решительно откидываю покрывало и свешиваю ноги на пол. Левая короче правой, вставать на нее не то чтобы больно, скорее неприятно. Но разрабатывать как-то надо. Я уже заприметил вторую дверь и… да, она ведет в санузел с туалетом, душем, умывальником и большим зеркалом.

Ох. Ну и рожа у меня. Вот реально не сразу поверил, что этот лысый, темноликий, с глубоко залегшими складками от крыльев носа к уголкам рта — это я. Ох не пощадила меня судьбинушка. А превращение в вампа добавило еще пару штрихов к портрету: заострившиеся верхушки ушей и совершенно черные зрачки. М-да, взгляд у меня мягко говоря невеселый, скорбный какой-то взгляд. А, впрочем, в этом даже есть некий шарм, этакий угрюмый скиталец, не знавший слов любви.

Одетая на меня пижама с веселеньким узором в виде легкомысленных смайликов сильно с моей мрачной рожей контрастирует. Мысль о том, что одевала меня скорее всего Луна, отогнал, как несвоевременную и неконструктивную. Не стоит сейчас о таких вещах думать. Лучше подумать, во что мне переодеться. Мой доспех звездного охотника не вынес запредельных нагрузок минус третьего мира, рассыпался в прах. Спереть не могли, он был ко мне привязан, а в инвентаре даже мышь повеситься не сможет: ни крюка, ни веревки.

Скинул пижаму осмотрел тело многострадальное. И раньше лишнего веса не имел, а теперь совсем отощал. Оно и к лучшему, с моими двойками в показателях лишняя масса мне не по карману, увы даже мышечная. Принял душ, взбодрился. Повздыхал и напялил смешную пижаму обратно, другой одежды нет. Выхожу из душа и встречаюсь взглядом с Луной, видать стояла тут, ждала окончания моих водных процедур. В руках держит костыли.

— Вик, постарайся пока не нагружать ногу, — Луна протягивает мне костылики, — Костные ткани пока слишком мягкие. И вот еще…

Подает мне домашний тапочек, один единственный и само собой правый. Дожил ты Витя: пижама, костыли, кефир и манная каша. Начну смотреть футбол, буду болеть за какой-нибудь Уругвай, не так обидно, если проиграют.

— Спасибо, — послушно обуваю тапок и опираюсь подмышками на костыли.

— Сейчас будем обедать, — сообщает Луна, — Я помогу тебе спуститься вниз.

— Не-не, — отказываюсь категорически, — На пару десятков этажей вполне смогу спуститься самостоятельно.

— Пару десятков не надо, — Луна улыбается, — Всего на один.

Глава 3

Насчет манной каши я ошибся, но вот прям очень несильно ошибся, из разряда: не в бровь, а в темя. Получил тарелку овсянки, которую смел за несколько секунд. Не, я не любитель овсяной каши, просто не вижу смысла смаковать невкусную еду. Сат с Луной только по первой ложке зачерпнули, я уже пододвигаю к себе чашку чая. Чай кстати недурственный, на минус третьем о таком только мечтать.

Глядя на мою скорость поглощения пищи, Луна еще больше раскрыла свои прекрасные глаза, а Сат даже крякнул и головой покачал, видимо, в восхищении. Ну а что? Я привыкший жрать на коленке в любых условиях. А последние семнадцать лет мне вообще рассиживаться было некогда.

Попиваю чай, тут уж можно не торопиться, глазею украдкой по сторонам. Домик у них небольшой, но уютный. На втором этаже, как я понял, две спальни, одну из которых выделили мне. На первом маленькая столовая совмещенная с кухонкой и, подозреваю, еще одна спальня. Одним словом, домик на немногочисленную среднебюджетную семью.

— А вы здесь вдвоем живете? — спрашиваю.

— Вчетвером, — отвечает Сат и тут же поправляется, — До твоего появления жили вчетвером. С нами еще Юп и Мерка, но они сегодня на дежурстве.

— Вы в больнице все работаете?

— В приемном покое, — уточняет Сат, — Встречаем экстренных пациентов. Что-то вроде бригады скорой помощи. Обычно наше дежурство ночное, но иногда приходится выходить в дневную. Сегодня как раз такой день. Юп и Мерка на «сутках».

Все-таки это удивительно, вампиры — врачи. Прям разрыв шаблона. Хотя, не вампиры они… вампы.

— Ты удивлен нашим выбором профессии? — от Сата мой скепсис не укрылся.

— Ну… есть немного.

— Это наш осознанный выбор, — Луна подключается к разговору, — Спасаем жизни. По-моему, это здорово.

— Я думал врачи больше не нужны. Каждый может прокачать регенерацию, потом всякие зелья исцеления, целительская магия опять же…

— Все это есть, — соглашается Сат, — Но случаи бывают разные. Иногда ни регенерация, ни зелья помочь не успевают. Требуется экстренная помощь.

Я плохо представляю, что за особый случай может потребовать вмешательства хирурга или какого-нибудь реаниматолога, и, если честно, вдаваться в подробности не хочу.

— А много вообще вампов? — пытаюсь сменить тему, и умница Сат с готовностью ее меняет.

— Все, кто есть, живут в этом доме, — отвечает он, — Так что с тобой — пятеро.

— Хм. Небольшая у нас… «популяция», — опять я удивлен.

— Ну, как я уже говорил, основатели нашей линии два бывших вампира Аристарх и Лия. К сожалению, остаться в этом мире они не смогли. Им пришлось отсюда уходить.

— А что случилось?

— Причина чисто внутренняя. Они так и не смогли полностью настроиться на матрицу Земли. Даже став вампами, они теряли здесь силу. Земля оказалась к ним недружелюбна.

— Ага. А вы значит…

— Да, все верно, — подтверждает Сат мою догадку, — Раньше мы были людьми. Но… обстоятельства сложились так, что по разным причинам всем нам четверым пришлось пройти трансформацию для смены расы.

— Понимаю, Аристарх со своими ребятами вынужден был уйти, а вас оставил здесь.

— А ты знаком с Аристархом? — тут же спрашивает меня Сат. Прям возбудился даже, прям чуть ли не с мольбой ждет от меня положительного ответа.

— Знаком. Меня обратил тоже он, — отвечаю, — Я не сразу понял, почему он меня закинул порталом одного. Теперь понимаю, местный климат ему противопоказан.

— Вик, черт возьми, — вот я не подозревал, что Луна способна ругаться, но глазки у нее разгорелись, по всему видать тема важная и наболевшая, — Не томи. Что велел нам передать Аристарх? Столько лет от него ни единой весточки. Мы тут как брошенные…

Поймав строгий взгляд Сата, Луна осеклась, а я напрягся. А что такое? Луна сболтнула что-то лишнее? А какие от меня у них могут быть секреты? Я ж вроде член семьи теперь? Или не член? Или член, но не семьи?

— Луна несколько преувеличивает, — сухо говорит Сат, — Не все у нас безоблачно. Поначалу совсем тяжко было… видишь ли, невежественного народу здесь хватает. Для многих разница между вампиром и вампом неочевидна. Так что пришлось нам столкнуться с дискриминацией по расовому признаку. И кстати, одна из причин по которой мы выбрали путь врачевания. Все-таки уважаемая профессия…

— Понимаю, — говорю, — Спасая жизни, нарабатываете репутацию и лояльность населения.

— Ну зачем ты так, Вик, — вскидывается Луна, — Мы не ради репутации…

— Прошу извинить, — тут же включаю заднего, похоже я затронул больное место, — Оскорбить не хотел. Правда не хотел.

— Да ладно, — Сат отмахивается и кривится, — Ты полностью прав, Вик. Все эти семнадцать лет мы честно пахали. И да, наша репутация за эти семнадцать лет подросла. И все же. Что Аристарх просил для нас передать?

— А вот это уже совсем странно, — говорю, — Единственное, что сказал Аристарх, я ему нужен здесь на Земле. А еще он сказал, что здесь я получу ответы на все вопросы.

— И больше ничего? — Луна явно расстроена.

— Мне жаль, — а мне реально жаль, ребят я обломал, — Я действительно не понимаю, какой с меня здесь толк. Я выбрался из мира с минус третьим уровнем духовности. Я калека не потому, что у меня нет ноги. Я калека, потому что все мои характеристики снижены в десять раз.

— Да? — Сат явно переспрашивает из вежливости. Он слишком расстроен и погружен в себя, не ожидал, бедолага, что Аристарх не пришлет со мной никакой весточки.

Хоть он и одернул Луну, но я же не слепой, я вижу, он точно так же чувствует себя брошенным здесь. И он может сколько угодно заливать, как сильно он прокачал здесь репутацию. Для всех местных демонов, орков и прочих горожан он мало чем отличается от обычной ненавистной нежити.

Так что зря я напрягся, нет у Сата от меня никаких секретов, может ему просто стыдно, а может не хочет грузить меня проблемами в первый же день. Но уже поэтому я должен сразу расставить все точки. Чтоб не подавать пустой надежды. Открываю просмотровый доступ к своим характеристикам. Пусть сами все увидят. Сат сегодня верно подметил. Один факт лучше десятка заверений.

Единственное, я скрыл свои циферки в скобках. Во-первых, уже вбитая привычка не выкладывать сразу все карты. Во-вторых, я пока сам не знаю, что эти циферки значат. Может я сам питаю пустые надежды… а Сат и Луна молодцы, быстро взяли себя в руки. Начали изучать мои характеристики. Сначала формально, просто чтоб не обидеть невниманием. Потом заинтересованно.

— Ты знаешь, Вик, — протянул Сат, закончив изучать персоналку, — На самом деле все далеко не так плохо, как кажется.

— Да ладно, Сат, — морщусь, — Не надо меня "лечить". Я прекрасно отдаю себе отчет, насколько все плохо.

— Подожди, — пресекает Сат, вот все же чувствуется в нем внутренний стержень, умеет мужик стоять на своем, — Я не пытаюсь замазывать тебе глаза розовыми соплями. Послушай.

— Хорошо, — соглашаюсь, хотя и не без внутреннего сопротивления, — Слушаю.

— Во-первых, ты высший вамп. Это уже значит, что инициировал тебя либо сам Аристарх, либо Лия…

— Ты только не обижайся, Вик, — перебивает его Луна, — Сат всегда все раскладывает по полочкам. Это не от недоверия.

Киваю. Я бы на недоверие не обиделся. Я сам недоверчивый.

— Ты — высший вамп, что указывает на твой диапазон возможностей, — продолжает Сат, — И что еще очень важно. У тебя есть эпена…

— А-а, кстати, что это?

— Эпена — наш вампский аналог магической силы. Да, сейчас она у тебя на минимуме, но главное, что есть. Прокачаешь резервуар эпены, станешь способен на многое. Черт с ней с телесной силой, — Сат улыбается, видя мою хмурую рожу, — Мешки таскать не сможешь. Эка невидаль. Грузчиков и без тебя хватает. А вот стать хирургом…

— Хирургом? — смотрю исподлобья на Сата: он прикалывается? — нет, он не прикалывается.

— Да-да, хирургом, — подтверждает Сат, — Лазерного резака нет ни у кого из нас. Ты хоть отдаешь себе отчет, какие ювелирные разрезы ты способен делать? Тебе же цены не будет.

— Э, ребята, не так быстро, — отгораживаюсь от этих сподвижников раскрытыми ладошками, — Я так-то от медицины далек. Как свинья от калачей.

— Научишься, — Сат вздыхает, — Судя по всему Аристарх вытаскивать нас отсюда не собирается. Так что… времени у тебя навалом.

— Ну не знаю, — качаю головой, — Это все надо осмыслить.

— Осмысляй, Вик, — поддерживает меня Сат, — Ты знаешь, до тебя нас было четверо. Четверка — стабильное число, самодостаточное. И я подумал грешным делом, что вот Аристарх прислал к нам пятого. Что грядут перемены. Но… с твоими силовыми показателями эти перемены возможны только в нашей области, только в медицине.

Не скажу, что полностью принял его доводы, уж очень Сат зациклен на медицине. А с другой стороны, если мои двойки в силовых показателях так и останутся двойками, о том, чтобы бегать по тоннелям и зомбей мочить, можно забыть. Поблагодарив за обед и содержательный разговор, отправляюсь обратно в свою комнатенку. Луна опять порывается мне помогать, но я снова отказываюсь. Хотя, чего там, подъем на костылях на второй этаж — для меня акт борьбы с земным тяготением. Плевать, на минус третьем было тяжелее.

Запираюсь в своей спаленке. Подтаскиваю к окну табуреточку, присаживаюсь по-стариковски с кряхтением, обозреваю окрестности, собираюсь с мыслями. Смотреть не на что. Окно выходит на пыльный замусоренный двор. Единственная полезная информация — на дворе лето. Чтоб выяснять, как за семнадцать лет изменился город, надо выходить на улицу.

Нет, Витя, долой мрачные мысли. В этом доме уже есть два разочарованных жизнью чело… вампа. Они хорошие ребята, хотя и наивные, надеются на помощь, ждут, что Аристарх их заберет в светлый добрый мир без расовой ненависти. Однозначно наивные. Хирурга из меня хотят сделать… и чего только от безнадеги людям в голову не придет, смех, да и только.

Решил начать с отжиманий. Хватило на четыре раза. Лежу мордой в пол, отдыхаю. Новый подход. Теперь три отжимания всего. Ну да, с моей выносливостью отдыхать надо дольше. Отдыхаю дольше. Новый подход. Опять четыре раза. Сука, а кто сказал, что будет легко? Снова отдыхаю. Снова четыре раза.

Для разнообразия решил пресс покачать. Лучше б не разнообразил. Меньше бы расстроился. Снова отдыхаю. Фигня. Я упорный. Буду чередовать отжимания и пресс. Чередую, отдыхаю. Снова чередую, снова отдыхаю, теперь уже дольше. Руки болят, мышцы пресса судорогой свело. Холодный пот на лбу выступил. Походу я перенапрягся.

Слышу, кто-то дергает за ручку двери, а затем стучится вежливо. Вот на фига я заперся? Подымаюсь, помогая себе костылями, ковыляю к двери, отпираю. В комнату заходит Луна. Заходит не сразу, мгновение колеблется, стоя перед порогом, не ожидала, что я запрусь.

— Извини, — говорит она, — Ворвалась к тебе…

— Не-не. Все в порядке. Валяюсь, бездельничаю.

— Вик, мы сейчас в ночную идем. Надо сделать инъекцию.

А, да. Забыл про инъекцию.

— Мне лечь?

— Не обязательно, — опять эта теплая улыбка, — Можешь даже не отворачиваться.

Луна подшагивает ко мне в плотную, кладет ладони мне на плечи и приподнимается на цыпочках, все-таки она ниже меня ростом. Я чувствую, как ее грудь касается моей груди. Губы касаются моей шеи, волосы слегка щекочут мою щеку. Она пахнет цветочными лугами, ночным свежим ветром и звездным летним небом. А затем опять этот разряд эротического тока. Даже перед глазами слегка поплыло: «вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 2,3 сроком на три часа».

Она отступает от меня. Мне кажется, или ее это тоже возбуждает? Вон дыхание участилось, легкий румянец на щеках. И она похоже смущена. Разворачивается и поспешно выходит. Уже из коридора доносятся торопливые слова:

— Вик, до утра остаешься один. Захочешь есть, спускайся в кухню. Не стесняйся.

Все, она упорхнула. Пошла вместе с Сатом отрабатывать ночную смену в приемном покое. А я опять остался в смятении. Какие у Луны отношения с Сатом? При мне они знаков особых не выказывали, но ведь это еще ничего не значит. Люди, давно живущие в браке, ведут себя довольно сдержанно, тем более при посторонних. А я как бы совсем еще не свой. Вполне такой посторонний.

Спокойно, Витя. Надо отвлечься. Сделаю еще заходец на отжимания. Раз… два… три… еще на раз меня должно хватит. Поджилочки трясутся, но четвертый я сделаю. Делаю четвертый. Поджилочки уже не трясутся, поджилочки ходуном ходят. При попытке отжаться в пятый раз я рухну мордой в пол. Но я все равно пробую.

Пока не рухнул. Держат ручонки. Ладно, идем вверх. На минус третьем привык к тому, что одно простое усилие может растянуться по времени в десятки раз. Сжимаю зубы и толкаю локти на разгиб. И потихоньку идет. Суставы ломит будто в мясорубке, но я продолжаю. Тащу и тащу… из меня какой-то утробный вой рвется, а все равно тащу и тащу…

Есть. Пять отжиманий. Руки подкашиваются, и я чувствительно припечатываюсь подбородком об деревянный пол. Отдыхай Витя. Ты молодец. «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 1,9» Это чо щас такое было? Офигело пялюсь на системное сообщение.

«А я скажу тебе, Витя, что это такое было, — говорю мысленно сам себе, — это ты вышел, Витя, за собственные пределы. Сейчас можешь немножко отдохнуть, а потом продолжим». И я продолжаю: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 1,5»

По-моему, я уже изучил все сучки и трещинки деревянного пола. Ничего. Для повышения навыка медитации это только на пользу. Жаль, что нет у меня такого навыка. Но все равно на пользу. Сколько раз я уже вышел за свой предел? Не помню, сука. У меня кровь носом идет, закапал все трещинки и сучки, теперь придется медитировать на неприглядного вида подсохшие бурые кляксы.

Я отдохнул. Иду на очередной заход. Пошел отсчет. Первый… второй…когда ж закончится это самоистязание? Делаю пятый отжим. Ни оливкам, ни винограду по пять отжимов не делают. Потому что отжимать на пятый раз уже нечего. А я из себя давлю. По ощущениям от меня даже жмыха не осталось, но я все равно жму. Сейчас свалюсь… нет сука, держу пока. И делаю еще одно отжимание, шестое. «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,2»

Жесть. Я не только исчерпал всю заемную регенерацию, даже из своего резерва хапанул. Э, а не случилось ли так, что я от перенапряга свой реген насовсем понизил? Лезу в персоналку. Выдыхаю. Все нормально. Через час регенерация вернется в нормальный для меня показатель в ноль три. Скверно другое, мои силовые характеристики по-прежнему на двойках.

Зато разглядывание персоналки натолкнуло на мысль. У меня ведь тоже вампский клык. А вампский клык — это, на минуточку, моя особая способность. Смогу я сам себе инъекцию сделать? Да, показатели не сдвинулась, но я шесть раз только что отжался. Так или иначе прогресс есть. Выдвигаю острые как шприцы клыки и с мыслью об инъекции втыкаю в собственную нижнюю губу.

Получилось, мать. «Вам введена сыворотка регенерации, регенерация повышена до показателя 0,5 сроком на три часа; метаболизм понижен до показателя 0,3 сроком на 1 час». Ну да, бесплатно ничего не бывает. Но главное, работает. Загоняю в нижнюю губу еще одну инъекцию: реген — 0,8; метаболизм — 0,2. Гулять так гулять, повторяю процедуру: реген — 1,1; метаболизм — 0,1.

На этом хватит пока. Сгонять метаболизм до нуля откровенно боязно. Как бы ненароком в кому не впасть. А теперь еще один заход на отжимания. Жму, и прям чувствую, как внутренние телесные силы переходят в тот самый стрессовый режим. Делаю пять отжиманий… делаю еще одно… красный туман перед глазами, соображаю плохо, но продолжаю и делаю седьмое.

Лежу на полу деревянной колодой, сил нет даже голову повернуть, читаю новое сообщение: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,1 сроком на 5 часов. Выносливая сила + 1» Ты это сделал, Витя. Сила: плюс один. Все, можешь отдыхать.

Глава 4

Вот не припомню, чтоб когда-то поутру мне было так хреново. Даже на минус третьем… даже до апокалипсиса, когда просыпался с тяжелейшего бодуна. Мышцы забило так, что руку полностью разогнуть не могу. Да и не хочу. Любая попытка пошевелиться отзывается целым каскадом мышечной боли.

Чтоб немного себя отвлечь, вызываю интерфейс и открываю вкладку персоналки:

Уровень 1

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Силы:

Сила напряжения — 2 (25)

Взрывная (резкая) сила — 2 (25)

Выносливая сила — 3 (25)

Сила телесной крепости — 2 (25)

Эпена — 1

Свободных очков характеристик — 0

Способности:

сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,4 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,4 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 0

И несмотря на адскую боль я доволен. Я еще не победил, но путь виден, и первые шаги сделаны. Не только прокачалась выносливая сила, и к регенерации одна десятая добавилась. Не зря вчера нижнюю губу истыкал. Она до сих пор опухшая, будто пчелы пожалили.

Однако вставать все-таки надо. Чую, скоро заглянет Луна делать мне инъекцию. Как бы она не расстроилась, увидев мое овощеподобное состояние. Морщусь, шиплю, как змея, но с кровати сползаю. М-да. А моя нога за ночь совсем нисколько не отросла. Весь реген потратил на выход за свой предел.

Делать нечего, делаю себе три инъекции, поднимая регенерацию и снижая метаболизм до ноль-одного. Боль в мышцах как-нибудь перетерплю., а конечность надо отращивать. Охая, доползаю до душа. Под горячей струей становится легче. Не знаю, сколько ребята платят за горячую воду, но отказать себе в удовольствии не могу.

Наверно, целых полчаса так простоял. Кожа раскраснелась, кровушка по жилам разогналась, жить можно. Выключаю воду. Вытираюсь, облачаюсь в пижаму с веселыми смайликами, костыли под мышками, правый тапочек обут. Вместе со мной из душевой кабинки выкатываются клубы горячего пара. Мысленно обещаю себе, что счет за коммуналку ребятам компенсирую.

Выхожу из спальни в коридор, с первого этажа доносятся голоса, звон посуды. А я со вчерашнего обеда не жрал. Надеюсь, меня накормят. Делаю морду кирпичом, спускаюсь вниз, стараясь не гримасничать. Легче мне, конечно, стало. Но совсем боль не ушла. В столовой кроме Луны и Сата вижу еще двоих. И вот сразу становится понятно, что эти двое — пара. Сидят рядышком, касаются друг друга непринужденно, проявляют взаимную заботу.

Они даже чем-то неуловимо похожи, как люди, что давно вместе, обретают одинаковые привычки, жесты и мимику, манеру общения. А у этих даже прически одинаковые. Оба носят растаманские дреды. Они меня замечают первыми.

— Хай, ты тот самый? — весело спрашивает девушка.

— Поверь, он самый тот, — важно подтверждает ей парень, и девушка смеется, будто ей напомнили смешную шутку.

— Эй, вы двое, полегче, — одергивает их Луна, — Чтоб усваивать ваши прикольчики, нужно пройти долгий период адаптации.

— С последующим курсом реабилитации, — так же важно подтверждает парень.

— Не обращай на них внимания, Вик. Как ты догадался, это Юп и Мерка, теперь вся семья в сборе.

Киваю, здороваюсь со всеми сразу. Сажусь за стол. Луна ставит перед мной тарелку овсянки. Юп и Мерка откровенно пялятся на меня, когда я беру в руку ложку. Я морщусь и ответно впериваю взгляд в этих дредоносцев. Они оба одновременно спохватываются.

— Ой, Вик, извини, — Мерка строит гримаску ненатурального раскаяния, — Мы очень хотим на это посмотреть…

— На что посмотреть? — бурчу, — Как я буду кашу жрать?

В знак подтверждения Мерка часто и мелко трясет головой, дреды на ее башке болтаются как крученые макаронины. Походу о скорости моего потребления пищи Луна с Сатом уже растрепали. Подчеркнуто неторопливо зачерпываю ложкой кашу, отправляю в рот, тщательно и медленно жую. У меня так и так нижняя губа распухла, быстро кушать не в состоянии. Юп и Мерка синхронно тягостно вздыхают. «Вот же ж показушники, хреновы», — думаю с неудовольствием.

— Дайте человеку спокойно поесть, — пытается их пристыдить Луна.

— «Человеку»! — Юп тут же цепляется за сказанное и задирает вверх указательный палец, явно пародируя Сата, — Дай «человеку» мяса, если уж кровь «человеку» не полагается.

— А что, мы… в смысле вампы, пьем кровь? — спрашиваю осторожно.

— Они тебе даже этого не рассказали… — Юп обвинительно повышает голос, — …чистюли

— Вот ты и расскажи, — парирует Луна, а я отмечаю, что Сат вообще в разговоре не участвует, к выходкам Юпа и Мерки он совершенно индифферентен.

— Вообще-то мы не пьем кровь, — начинает рассказывать Мерка вместо Юпа, — Как видишь, рацион у нас самый обычный, человеческий…

— Но пить кровь мы способны, — вскидывается Юп.

— Люди тоже способны пить кровь, — возражает Мерка.

— Да, но люди не получает за это опыт!

А вот тут я уши свои островерхие навострил. Тема набора опыта — зело важная тема. А Юп и Мерка, похоже, не так сдержаны на язык, как Сат и Луна.

— Ага, только для получения опыта жертву нужно высушить полностью, то есть до смерти, — Мерка смотрит на Юпа обвиняюще, и тут уже, пользуясь случаем, за сказанное цепляюсь я сам.

— Погодите, — встреваю, — За убийство так и так опыт дают. В чем разница?

— Никакой разницы, о том и речь, — говорит Мерка таким тоном, будто подводит итог старому спору, но задетый Юп не желает прекращать разговор.

— Ты просто не знаешь, — упрямится он, — Ты никого и никогда до смерти не выпивала.

— Оставьте этот пустой спор, дети мои, — голос, наконец, подает Сат, — Мы никого не убивали, не убиваем, и убивать не собираемся. Слава богу, у нас другой способ набора опыта. Вполне мирный. Точка!

На некоторое время устанавливается тишина. Каждый молча поглощает свой завтрак. Я тоже глотаю кашу, распухшая нижняя губа совершенно не держит, мне приходится прижимать ее пальцем, чтоб овсянка обратно не вываливалась. Глядя на мои мучения, Мерка не выдерживает первой:

— Вик, что у тебя с губой?

— Ставил инъекцию с сывороткой регенерации.

Вот, сука, не ожидал, что эти четверо способны так громоподобно ржать. А еще врачи… никакого, мля, гуманизма. И главное, совершенно не понимаю, что не так…

— Вик, прости, — Луна первая отсмеялась, — Но зачем так варварски это делать?

— А как по другому-то? — мне теперь не только обидно, еще и злиться начинаю.

— В интерфейсе ставишь галочку: «режим само-инъекции». Все просто, и никакого самоистязания.

Мля-я. Чувствую, как краснею до корней волос. Вот молодец ты, Витя. Очень по-русски. Покуда гром не грянет, вамп в инструкцию не глянет. Поднимаюсь из-за стола.

— Спасибо за завтрак, — говорю подчеркнуто сухо, — Если не возражаете, я у себя чай попью.

Под всеобщее молчание Луна подрывается с места, наливает мне чай и подает кружку. Принимаю с коротким кивком и пытаюсь идти на костылях, одновременно держа в руке кружку. Само собой, задача непосильная. Чувствую спиной, как на меня смотрят четыре пары глаз. К дьяволу отбрасываю костыли и костыляю на своих двоих, при этом безбожно припадая на короткую левую ногу.

Понимаю, что веду себя как мальчишка, но поделать с собой ничего не могу. Разве только шаг приходиться сбавить, мое слабое тело к быстрому подъему по лестнице не способно. Одышка, ломота в суставах и мышечная боль безжалостно настигают уже на сраной третьей ступеньке. Луна подхватывает мои упавшие костыли, догоняет на лестнице, отбирает кружку.

— Вик, не дури, врач сказал не нагружать ногу. А я между прочим врач. Вот и слушай врача.

Честно сказать, забота Луны мне приятна. Принимаю от нее костыли, ковыляю дальше наверх, Луна поднимается следом. Захожу в свою спальню, Луна тоже заходит. Ставит кружку с чаем на табуретку.

— Вик, не обижайся на нас, — просительно говорит Луна, — Мы тут все немного… нервные. И твое появление такое… такое неоднозначное. Нас всех это всколыхнуло. Сегодня на ночном дежурстве только о тебе и говорили.

— О том, как я кашу жру? — не, ну реально, что еще они могли обсуждать? Разве только мои двойки в показателях.

— Ну зачем ты так? Ты пойми, мы все живем очень однообразной жизнью: дом-работа. А тут появился ты, такой загадочный, неведомый… Сат говорит, что ты поднялся прямо из преисподней, что Аристарх отправил тебя потому, что ты способен на решительный поступок, что ты наконец раскачаешь наше тихое болото…

— Благодарю за доверие.

— Ты все-таки обиделся, — констатирует Луна со вздохом, — Пожалуйста, не суди о нас скоропалительно. Я сейчас сделаю тебе инъекцию и оставлю одного.

Луна подходит ко мне, а на меня опять накатывает смятение.

— Подожди, послушай, — я пытаюсь подобрать слова, но не могу даже собраться с мыслями и вываливаю то, что лежат на поверхности, — Луна, ты очень красивая девушка. Потрясающе красивая. Какие у тебя отношения с Сатом?

— Вик, давай не так сразу, а? — мне кажется, или в ее прекрасных глазах какая-то потаенная боль?

— Ладно не сразу так не сразу, — стараюсь не выдать досаду и раздражение. Ну а что? Трудно сказать: живем вместе или не живем вместе? — вечно у женщин все не просто.

Она виновато улыбается и смотрит на меня с благодарностью, видимо за то, что согласился замять тему, снова подшагивает, кладет мне руки на плечи и приподнимается на цыпочках, но я нахожу в себе силы отстраниться.

— Нет. Твои инъекции слишком уж эротичны. А я не хочу с первого дня пребывания устраивать любовный треугольник. Справлюсь как-нибудь сам.

— Сам ты не справишься, — мягко, но твердо говорит Луна, — Завтра ты должен выйти на работу.

— Да? Не знал, что здесь такое суровое трудовое законодательство.

— Только для нас. Мы — вампы, мы должны неукоснительно соблюдать уложения гвоздя.

— Чьи уложения?

— «Гвоздя», Вик. Гильдия Вольных Охотников, аббревиатура ГВО, в простонародии «Гвоздь». За последние годы гильдия вошла в силу, разрослась до уровня трудового профсоюза. Она много чего контролирует. В том числе и условия нашего здесь пребывания. Понятно?

Припоминаю гильдию, Турист-отель, бегемотоподобного орка Боргу.

— Понятно.

— Тогда не спорь и… — Луна смотрит на меня лукаво, — …получай удовольствие.

— Ну смотри, ты сама настояла.

Позволяю Луне сделать мне очередную инъекцию… и опять прокатывает неконтролируемая волна возбуждения. Прихожу в себя от ее сдавленного шепота: «ну все, Вик, все, отпускай меня, черт». Отпускаю. Не помню, когда сжал ее в объятиях. Ее глаза подернуты поволокой, может я и ошибаюсь, но готов спорить, что она возбуждена не меньше меня.

— Мы потом вернемся у этому… разговору… обязательно, — она торопливо выходит из комнаты и закрывает за собой дверь.

Заваливаюсь на кровати на спину, руки завожу за голову, гляжу в потолок, прихожу в себя. Жду, когда схлынет возбуждение и накатившая злость на Луну. Чего я собственно завелся? Всяко бывает в жизни. Живут люди с нелюбимыми мужьями или женами. И не расходятся. Никогда не понимал, но кто я такой, чтоб кого-то судить? В конце концов, ее жизненных обстоятельств я не знаю. А время оно само по местам все расставит.

Хотя, складывается у меня подозрение, что у этой семейки тайн и секретов хватает. За семнадцать-то лет и у обычных людей скелеты в шкафу появляются. А тут вампы. Их всего четверо, и живут в окружении, прямо скажем, не самом дружелюбном. Юп вон не просто так про кровь сегодня заговорил. Видать, поднакопилось у мужика. Но я и Сата понимаю. Сат разумен, Сат осторожен. Ведет семейство по пути мирного развития. Кто я такой, чтоб судить Сата?

Черт. Что ж нога-то так зудит и чешется? А, ну да. Я ж сам себе три инъекции вкатил, пусть и слабых, и потом Луна еще одну. У меня реген сейчас разогнался выше тройки. А в те времена, когда у меня была тройка в регенерации на мне рваные раны в считанные минуты зарастали. И даже отжиматься пока не буду. Пусть уже чертова конечность отрастет до нормы. Хватит с меня этих инъекций от Луны. Ни к чему хорошему они не приведут.

Видимо задремал, а проснулся от выскочившего сообщения: «регенерация успешно завершена, состояние тела — 100 % целостности». Вот и чудно. Сто процентов целостности это хорошо. Можно переходить к «отжимным процедурам», только бы пожрать сначала. Тарелка овсянки, как прошлогодний снег — лишь в воспоминаниях, да и те поблекли и давно растаяли.

Выхожу в коридор без костылей. Ходить по дому в одном тапке считаю бессмысленным, а второго мне не выдали. Не хочу лишний раз выставлять себя шутом, ничего, полы здесь чистые как в операционной, можно и босиком походить. Зато так можно идти бесшумно. Полы не только чистые, но и нескрипучие. В доме тихо, пользуясь возможностью подкрадываюсь к двери второй спальни на втором этаже. Ничего не слышу. А, впрочем, что я могу услышать? Люди спят после ночной смены.

Спускаюсь вниз и подкрадываюсь к еще одной закрытой двери. Раньше я предположил, что там тоже спальня. А дверка-то закрыта неплотно. Заглядываю в щель. Двуспальная кровать. Из-под одеяла торчат две башки, рассыпав по подушкам кручено-макаронные дреды. Посапывают. Юп погрубее, Мерка — потоньше. Дрыхнут голубчики.

Простейший метод исключения не оставляет сомнений — Сат и Луна занимают вторую спальню наверху. Даже не скажу, что особо расстроился, и без того уже догадался, что Сат и Луна тоже — пара. Все. Тайный любовник — не мое амплуа. Если Луна с Сатом, то с Сатом. Предпочитаю играть в открытую, я не картежник, и вообще тяготею к командным видам спорта. Тема закрыта. Никаких больше инъекций.

Прохожу на кухню. Открываю холодильник. Забавный агрегат. Вместо электричества запитан неизвестной мне энергией. Но холодит исправно, и даже лампочка испускает синеватый магический свет. На полке нахожу сыр и колбасу. На столе имеется нарезанный хлеб. А еще недавно я думал, что на бутерброды смотреть не смогу. Нормально смотрю, после овсянки можно сказать, смотрю вполне одобрительно. Подкрепляться желательно основательно. Регенерация требует обильного питания.

Кипячу воду на магической плитке, завариваю чай. Жаль газеты нет никакой. Любопытно, что стало с миром за семнадцать-то лет. А, впрочем, вряд ли здесь в ходу газеты. Скорее новости передаются прямо через интерфейс. Надо будет у Луны спросить, как это у них работает. Может подписываться надо? Ну это потом. Допиваю чай, доедаю бутеры. Пора.

И опять при подъеме наверх сдыхаю на четвертой ступеньке. Коленки трясутся, поджилки дрожат. Развалина, да и только. Затаскиваю тушку свою дряхлую на второй этаж, добираюсь до комнаты, падаю на кровать. Пять минуток на отдых, а потом за работу. Кстати, Луна говорила про режим самоинъекции. Надо посмотреть.

Интерфейс… характеристики… особые способности… ага, режим самоинъекции… так, еще и описание есть. Куда деваться, почитаю инструкцию: «доступны инъекции: повышенная регенерация, повышенный метаболизм, повышенное сопротивление ядам… для усиления свойств инъекции можно задействовать эпену…». О сколько же открытий чудных сулит нам чтение инструкций нудных… м-да. И поэтично, и поучительно. Даже моя единичка эпены позволяет усилить инъекцию на двадцать процентов.

На всякий случай просматриваю более общую инфу по инъекциям: «… внимание, для предотвращения побочных эффектов при введении инъекции представителям иных рас…», — по фигу, представители иных рас пусть бреются вафельным полотенцем. Их побочные эффекты меня не волнуют. Вкатываю самоинъекцию. Ну вот. Совсем другое дело. Будто рюмочку намахнул: «Гарсон! Реген три раза на четвертый столик…»

Кстати, как быстро восстановится потраченная единичка эпены? Через пять минут? Тогда подожду… через пять минут, если не стеснять себя в пафосе, то назовем громко — «бар маны» … бар маны восстановился, то есть единица эпены снова в моем распоряжении. Вторая инъекция… еще пять минут, и третья. Ну что, Витя, поотжиматься не желаешь? А надо, мля…

Может выход за «свой предел» мне стал легче даваться, может Система, однажды поддавшись, стала сговорчивей… не знаю, но уже через полтора часа самоистязания с блаженным вдохом роняю со стуком голову на деревянный пол, читая вожделенный текст: «Внимание. Вы совершили чрезмерное усилие, задействован стрессовый режим регенерации, ресурс регенерации снизился до показателя 0,1 сроком на 5 часов. Выносливая сила + 1, Сила телесной крепости + 1, регенерация + 0,1, метаболизм + 0,1» Отлично. Можно отдохнуть.

Глава 5

На этот раз вырубился прямо на полу. Системный таймер показывает, что проспал около трех часов. Дело к вечеру, но еще заход на «холодный отжим» за сегодня сделать успею. Как там поживают мои характеристики?

Сила напряжения — 2 (25)

Взрывная (резкая) сила — 2 (25)

Выносливая сила — 4 (25)

Сила телесной крепости — 3 (25)

Эпена — 1

Свободных очков характеристик — 0

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,5 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,5 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2).

Все отлично. Не знаю, сколько времени уйдет на то, чтобы догнать свои параметры до указанных в скобках значений, но, когда это случится, я… только не сглазь, Витя… на первом уровне буду иметь такие цифры, какие не каждый доберет к пятидесятому. Сами посудите: когда будучи молодым, здоровым и сильным парнем я впервые получил системные характеристики, они значились в пределах от 12 до 15.

Учитывая, что за каждый уровень в силу идет всего единичка, догнать до двадцати пяти все четыре показателя я смог бы как раз уровню к сорок пятому — пятидесятому. А теперь сравним соотношении прокачки: с первого уровня и с пятидесятого… да я просто имею колоссальную фору. Если бы не превратился в вампа, с таким заделом мне бы светил прямой путь в архидемоны. Что, впрочем, неважно, теперь мне светит прямой путь в какие-нибудь архи-вампы… только не сглазь, Витя…

Слышу, как хлопнула дверь, шаги в коридоре, голоса… надо сходить на разведку, посветить лицом, чтоб потом не отвлекали. Выхожу, сразу натыкаюсь на Луну. Она свежа, как хорошо отдохнувший… вамп.

— Вик. Мы в ночную. Хозяйничай, — Луна идет к лестнице, а мне приходит мысль, и мысль неприятная. Они все четверо работают, а я вроде как на иждивении…

— Подожди, Луна, — окликаю, — Я в порядке. Нога отросла. Не хочу в доме торчать.

— Вот и отлично, — в коридоре появляется Сат, мой разговор с Луной он явно слышал, — Пора осваивать азы профессии.

— Сат, — Луна косится на меня с сомнением, — Вик еще не окреп. Сегодня ему выходить не обязательно…

— Бросьте, — принимаю вид молодцеватый, — Крепче уже не стану. Сто процентов целостности. Мне бы только это… одежку какую…

Все-таки они классные ребята. Все четверо кинулись подбирать мне одежку. Сат и Юп повытаскивали чуть не весь свой гардероб. Поэтому все их вещи, что выглядят новыми или дорогими я старательно отбраковывал, ссылаясь на якобы «не мой фасон». В итоге выбрал старые крепкие штаны Юпа и ношеную ветровку Сата. Башмаки тоже выбрал разношенные. Сат пытался их отобрать, напирая, что этим башмакам на свалке давно прогулы ставят.

— Зато удобные, ногу не натирают, — аргументирую свой выбор, — Вот скажите, братцы, какая меня ждет работа? Явно ведь не связи с общественностью?

— Ну это как посмотреть, — хмыкает Юп, — Санитар на входе в каком-то смысле — визитная карточка приемного отделения.

— Вот видите, — не ведусь на юповский подкол, — Санитара ноги кормят. Так что, спасибо, Сат, лакированные штиблеты выпрошу у тебя, когда соберусь сводить девушку в ресторан.

На том порешили. Юп и Сат выделили мне еще по футболке, и кое-чего по мелочи, вроде трусов, носков. На этом гардеробную эпопею, к моему облегчению, закончили. Успели перед выходом попить чаю, и вот я выхожу в город по прошествии семнадцати лет.

Не скажу, что внешне город как-то кардинально изменился. Ну вывески всякие поналепили, в витринах подсветка магическая, старый асфальт частично поменян на булыжную мостовую, как явное указание на деградацию индустриального уклада. Ну еще вот фонарей понатыкали вдоль дорог монструозного вида, будто это не фонари, а прожекторы ПВО. Черт знает, может просто дизайн такой?

Народ все такой же разнорасовый. Снует деловито, кто пешком, кто на извозчике. Мы, кстати, пешком. Сат сказал, что больница недалеко, так что они всегда ходят пешком. А я подозреваю, ребята деньги экономят… оно может и недалеко, но я еле дошел. Помню вон у Куколки показатели и то были по семерочке, а у меня двойки гребаные. Я слабее любой девчонки… но дошел.

Больницу я вспомнил. Она и до апокалипсиса была больницей. Сат отвел меня в административное здание в отдел кадров, где какой-то хамоватый орк меня оформил. Вот некоторые вещи не меняет даже апокалипсис. Мелкий чин, умишко воробьиный, а туда же, раздуваясь от самодовольства, старательно выказывает свою власть, а Сат, умный интеллигентный… вамп… врач, между прочим, вынужден себя держать вежливо и предупредительно.

— Зачем ты привел сюда это мясо? — рявкнул орк, как только мы с Сатом вошли в кабинет, — Я уличными патрулями не заведую.

— Вы ошибаетесь, уважаемый, — Сат отвечает терпеливо, — Он «высший», вы же видите. Освобожден от патрулирования.

— Действительно, высший, — орк прочел мою системку, однако толерантности во взгляде не прибавилось, зато прибавилось подозрительности, презрительности и омерзительности, — Вы что там, клятая полунежить, научились клепать высших кровососов?

— Нет, не научились. Он прибыл из другого мира.

— А-а, — облегченно тянет орк, припоминая, — Это тот одноногий?

— Он самый.

— Ладно, — «смягчается» орк, типа одолжение делает, — Оформляю санитаром.

— Медбратом, — поправляет Сат в робкой попытке выбить мне должность получше.

— Ты мне указывать еще будешь, кровосос, — тут же вызверяется орк, — Санитаром нах!

«Вы приняты на должность санитара в городскую больницу во врачебную бригаду Сата» — оповещает меня система. Вот чо за нах? То демоны меня в свой взвод опередили… «воюй, сказал комбат, а что недострелили, так я невиноват…» Теперь орк-хамло меня в больницу на работу принял, даже согласия не спросил. И это при том, что Сат отмазал меня от какого-то патрулирования. Это что за патрулирование такое, если грязная санитарская работа гораздо предпочтительнее?

Не знаю, но выясню. Сат мне не отвечает. Идет насупленный, сопит в обе носопырки громко и недовольно. Еще бы, такой удар по утонченному докторскому самолюбию от орочье-чиновничьего быдла. Да и ладно, я и сам уже догадался, что «полунежить» — еще не самый обидный эпитет в отношении нашего брата вампа.

— Вот, Вик, — Сат меня привел, — Наше рабочее место. И сразу скажу, в саму больницу нам нельзя. Оштрафуют. Можем находиться только в пределах этого пристроя… а, — тут он припоминает и добавляет нехотя, — …еще можем в подвал спускаться. Там у нас морг.

— Морг? — переспросил я довольно громко, стоявшие в белых халатах Луна, Юп и Мерка разом ко мне обернулись, — А что покойнички… они разве в зомби больше… не того?

— Того. Еще как того, — Юп с удовольствием подключается к разговору, — Мотай на ус, Вик, первое, что ты делаешь для пациента — это пристегиваешь ремнями к каталке. Считай, золотое правило нашей техники безопасности.

— Жесть, — вырывается из меня, — А нафига такие сложности? Еще и морг…

— Ну мы должны предъявить… скажем так, тело… представителю страховой компании. А после передать родственникам, если таковые объявятся.

— На хрена родственникам зомбаки? — реалии современного медобслуживания откровенно поражают мое неподготовленное сознание.

— Эх, Вик. Всякое бывает. Поработаешь с нами, не такого насмотришься.

— Да хватит, Юп, жути нагонять, — пеняет ему Мерка и поясняет, — Обычно родственники просят, чтоб тело мы упокоили. В последней просьбе, сам понимаешь, отказать мы не можем. Родне отдаем как положено, вполне мертвенького.

— Как это мертвенького? — переспрашиваю ошарашенно, — Оно ж рассыпается… упокоенное тело…

— А на то у нас есть способность — свежевание, — снова встревает Юп, — Тебя ж на работу приняли? У тебя она должна открыться.

Открываю системку: «вам доступна новая способность — свежевание. Подтвердите обретение способности», — что характерно отказа система не приемлет. По всему видать, не умеющему «свежевать» санитару в больнице делать нечего. Подтверждаю, способность полезная, в жизни пригодится.

Луна мне выдала белый халат, который я тут же надел. Все мля. Я теперь заправский санитар. Готов ставить зомбакам уколы… желательно железным колом и проверять давление… желательно пудовым прессом. Но проходит час, пошел второй, а мы сидим рядком на кушеточке, провожая скучающими взглядами проходящих через приемный покой редких посетителей.

Один раз, правда, в приемное отделение затащили до невменяемости бухого хоббита извозчика, лягнутого в башку собственным ослом. Луна начала было делать ему перевязку, а Юп показывать, как тело крепится ремнями к каталке, но прибежал какой-то больничный врач, наорал на нас, что мы де пытаемся отжать его застрахованного пациента, и укатил хоббита в больничные глубины. Мы вернулись на кушеточку.

— Слушайте, ребята, — спрашиваю осторожно, — Вы не подумайте, я против такой непыльной работенки ничего против не имею…

— Не спеши с выводами, — откликается Юп, дреды его колышутся, как спелые колосья, — Скоро стемнеет, поверь скучно не будет.

— А что, наши пациенты болеют только в темное время суток? — задаю резонный вопрос.

— В точку, — подтверждает Юп, — Когда вылазят скрипуны, тогда и наши пациенты появляются.

— Юп, — Мерка толкает своего парня локтем в бок, — Объясни Вику нормально. Он ведь про скрипунов даже не слышал.

— Правда ваша, — подтверждаю, — Не слышал.

— Ну, скрипуны — неизбежное зло любого портового города… — начинает объяснять Юп.

— Пардон, — вежливо останавливаю Юпа, зачем-то перейдя на французский, — Не знал, что город перешел в разряд портовых. Это, типа, последствие глобального потепления?

— Это, типа, последствие наличия межмировых порталов, — отвечает Юп, — У нас тут транспортный хаб. Стационарные порталы коротко называют портами. И этих портов у нас пять штук. Поверь, через магические порты проходят такие объемы грузов, что нашим морским портам в привычном понимании и не снились.

— Зате-ейливо.

— А ты думал… половина городского населения работает в портах, вторая половина обслуживает тех, кто работает в портах.

— Ну а кто ж такие скрипуны? — задаю еще один резонный вопрос

— Твари неживого хаоса. Вокруг портов постоянно появляются спонтанные «пробои» из параллельных пространств. Что-то вроде побочного эффекта. Вот из них скрипуны и лезут.

— И скрипуны эти опасны… — делаю предположение.

— Очень опасны, — Мерке тоже захотелось принять участие в моем просвещении, — Они не просто наносят раны, а еще запускают самые непредвиденные мутации.

— И что за мутации? Рога могут вырасти?

— Зря смеешься. И рога, и жабры, и копыта, но хуже другое… — Мерка явно не шутит, она предельно серьезна, — …мутация внутренних органов. Вот вчера, к примеру, у одного парня печень мутировала и превратилась в почку. Иметь лишнюю почку может и неплохо, но при этом не иметь ни одной печени — совсем нехорошо.

— Это верно, — хмыкает Юп, — Когда у тебя нет ни одной печени, лишняя почка радости не приносит.

— Э-э. И как это лечить?

— А вот тут мы подошли к главному. Магия исцеления здесь бессильна. Она не воспринимает мутировавший орган как болезнь. Подлечить почку она может, а вот превратить ее обратно в печень — фиг!

С моих губ готов был сорваться очередной резонный вопрос, но тут притащили пациента, резко стало не до разговоров. Бедолагу уложили на каталку. Юп и Мерка умело и привычно фиксируют его ремнями. Я пока не лезу, просто смотрю. Собственно, ничего сложного. Затянуть ремнями ноги, руки, голову… так я тоже смогу.

— Рваная рана от плеча до локтя правой руки, — проговаривает Сат по ходу осмотра, Луна делает пометку в ЛПО, то бишь в листе первичного осмотра, — Срезайте одежду.

Юп кинулся было за ножницами, но Сат его останавливает:

— Это задача Вика, — говорит он и смотрит на меня льдистым своим хирургическим взглядом.

«Для Вика, так для Вика, — думаю, — не зря я упражнялся со своим лазерным резаком». Выставляю от ногтя указательного пальца сантиметровое лезвие и в несколько движений срезаю рукав довольно плотной кожаной куртки. Сат недовольно хмурится, видимо, считает мои действия недостаточно умелыми. Зато сам я от себя тихо офигеваю. Толстую куртку портового грузчика мой резак раскроил как бумажку… движением пальца… без усилий… это ж просто круть!

— Наблюдаю скоротечные мутации кожного покрова и мышечных тканей в области ранения, — продолжает Сат осмотр теперь уже голой руки, — Что явно указывает, рана нанесена скрипуном.

Луна с непроницаемым видом делает пометки в ЛПО, а у меня глаза лезут из орбит. Кожа вокруг раны прям на глазах превращается в какую-то роговую крокодилью шкуру. Из оголенной мышцы словно бамбук ползут какие-то отростки, закручиваясь в колечки и спирали. Мне даже подумать страшно, во что превратится эта рука через несколько минут.

— Юп, анестезия… давай сразу универсальную, — командует Сат.

Я думал, Юп сейчас куснет пациента своим клыком, но он лишь загоняет ему в вену иглу с гибкой трубкой, а конец трубки надевает себе на клык. Соглашаюсь, так эстетичней, да и удобней. Кровь по трубке поднимается вверх до клыка Юпа, навстречу кровяному току из клыка вниз устремляется светлая жидкость, видимо та самая анестезия.

Жидкость смешивается с кровью, а затем эта смесь будто под давлением закачивается в тело пациента. Юп сдергивает трубку с клыка, несколько капель оставшейся в ней крови брызгают ему на подбородок, отчего Юп становится похож на «настоящего» вампира.

— Мерка, диагностируй, — Сат отдает следующее распоряжение.

Мерка вставляет свой клык в эту же трубку. И снова кровь поднимается вверх пока не достигает ее клыка. Мерка будто пробует кровь на вкус, а может так оно и есть.

— Квартерон. Три четверти — орк, одна четверть — гном, — отчитывается Мерка, из-за надетой на клык трубки голос ее слегка шепелявит, — Группа крови два-джей-четыре-сигма-положительная.

— Готовь антимутаген, — Сат кивает удовлетворенно.

И опять из клыка в трубку проливается жидкость, смешивается с кровью и уходит в тело.

— Наблюдаю снижение мутагенной активности, — говорит Сат, — Что с ритмами?

— Остановка правого сердца, — это уже Луна, — Левое сердце сто восемьдесят.

— Штатно, — кивает Сат, — Но куб адреналина можно…

Теперь «переходящую» трубку надевает Луна. Процедура повторяется.

— И сразу реген ему, — добавляет Сат, — Может удастся обойтись без ампутации, хотя… слишком много тут у него понаросло…

А у пациента действительно «понаросло», без содрогания на его руку смотреть невозможно.

— Может попробуем посрезать? — предлагает Юп.

— Да куда там… потеря крови слишком… а, впрочем, попробуем… Луна, метаболик третий ему, Вик будет резать.

— Вик? — Четыре пары глаз, одна из этих пар моя, таращатся на Сата.

— Ну а что? — спокойно отвечает Сат, — Не сложнее, чем куртку срезать. Мы подскажем. Рано или поздно молодому человеку надо осваиваться.

Ага. Молодой человек — это типа я. Да по фигу. Крови я не боюсь. Порежу, чего там. В край, если напортачу, парню так и так руку ампутируют. Снова активирую резак.

— Срезай сразу с корнем, — Сат ободряюще подмигивает, — Задача простая, должна остаться только «чистая» кожа и мышечная ткань.

Это жесть, конечно, резать по живому, но я режу. Сначала всю ороговевшую кожу.

— Края прижигать не забывай, — прикрикивает на меня Сат.

Да ну в жопу. Я автоген что ли? Но все-таки пробую. Перенастраиваю резак на пучок, пробую… мля, получается, присушенная кожа тут же перестает кровить.

— Хорошо, Вик, теперь мышцу.

Куда мне деваться, принимаюсь за мышцу. Тут все сложнее. Отличить «чистую» мышечную ткань от мутировавшей сразу не получается, но Сат терпеливо подсказывает. Справляюсь и мышцей.

— Отлично, — Сат любуется моей работой, но загордиться собой не успеваю, — Лазерный резак — вещь, ну а ты, Вик, не переживай. Научишься со временем…

Вот жеж Сат… добрый вамп. Мог бы и меня похвалить.

— Все. Заканчиваем, — Сат без всяких трубок вытягивает пальцами прямо из своего клыка что-то вроде паучьей нити, продевает в иглу и начинает шить.

Ну круто, конечно. Нафига на нитку тратиться с такой способностью. Сат штопает ловко, умело. Пять минут и страшная рана стянута широкими, но частыми стяжками. При чем чудо-нитка, извлеченная из Сатова клыка прямо на глазах растягивается в пленочку. Еще минута, и вместо шва — сплошная заплата. Рана полностью закрыта.

— Оформляй, — бросает Луне Сат, — Повезло парню. Руку сохранили, денег ему сэкономили. М-да. Только вот вряд ли он оценит нашу заботу…

Глава 6

Дальше пациенты повалили один за другим. Мой круг обязанностей очертился: принимаю, кладу на каталку, фиксирую ремнями, срезаю лишнюю одежду. А, да, еще Луна настроила мне право на просмотр личных данных на наличие страховки. Если пациент застрахован, я жму на кнопку, за ним приходят две гоблинские медсестренки, и укатывают в больницу. Если страховки нет, пациент — наш клиент.

Иногда Сат доверяет мне «чего-нибудь порезать». Правда, когда в очередной раз я как-то не так «порезал» мутировавший кишечник, Сат обозвал меня крабом криворуком и долго ругался. Не, я тоже Сата понимаю. Мало того, что работа напряженная, так еще вонь с той кишки была такая, что глаза резало. В общем, моя карьера хирурга закатилась сразу после резкого взлета. Из хирургов пришлось в одночасье переквалифицироваться в полотеры. Потому как последствия неудачного разреза пришлось устранять тоже мне.

Ближе к утру мы начали зашиваться, и у меня добавилась еще одна обязанность — не дать клиен… пардон, пациенту сдохнуть, до того, как дойдет его очередь. Моя единичка эпены позволяла раз в пять минут вводить только одну вакцину из двух имеющихся: либо регенерацию, либо метаболик. И я вводил на свое усмотрение, ребята были слишком заняты.

Я рассудил так: если пациент потерял много крови, то регенерация ему важнее, а если сильно повреждены внутренние органы, то метаболик поддержит жизнедеятельность на уровне химических и биологических процессов. Чуть позже, когда озвучил Сату свой терапевтический подход, Сат его одобрил, но посоветовал чередовать обе вакцины. Ну я и так чередую. Тоже научился втыкать в вену иглу с трубкой. Пять минут — прыскаю реген, еще пять минут — прыскаю мет. Ничо сложного.

В целом, работа, конечно, каторжная, зато время пролетает незаметно. Один только гном, поганец, нам сильно кровь попортил. Вернее, гномов было двое, потому что один притащил другого. Обычно нам просто спихивали пациента, а этот гном был толи родственником, толи корешом пострадавшего. Уходить он не собирался, решив проконтролировать, как будут лечить его друга, и постоянно мешался.

Лично я вытолкать этого доброхота не смог и вынужден был терпеть, как он дышит на меня смесью чеснока и перегара и лезет с дурными советами. Мало того, когда за потерпевшего взялись Сат с ребятами, гном и здесь не отходил. Чего-то требовал, стращал и ругался.

— Так, — Сат посмотрел на него строго, — Присутствовать при операции, а тем более выдвигать требования могут только плательщики. Вы подтверждаете готовность оплатить лечение вашего товарища?

Пьяный гном икнул и быстренько из приемного покоя сдриснул. А Сат молодец, ловко от гнома отделался. Надо будет взять на заметку, гномы — редкие жадюги. Второй гном, который покалеченный, имел серьезную травму головы. Половина его башки стремительно мутировала в какую-то звериную морду с вытянутой пастью. Даже смотреть жутко.

Сат и ребята потратили на него много сил и времени, буквально вытащили с того света. Ему даже черепную кость нарастили, а это требует вливания огромного количества силы. Но как только этот гаденыш очнулся, устроил скандал, заявил, что лечили его плохо, бездарно… вообще не лечили, а теперь деньги вымогают. Одним словом, редкостная гнида.

Сату пришлось вызывать дежурного представителя страховой компании, чтоб тот подтвердил факт проведенной операции. Представитель неожиданно занял сторону гнома. И в итоге тот свалил, не подписав никаких бумаг, умудрился отбрехаться и не дать доступ к собственным системным логам, хотя мы имели на этот доступ полное право. Даже спасибо не сказал. Остаток смены отрабатывали с тягостным осадком на душе.

— Вот как тут быть? — бледный от злости Сат задал риторический вопрос никому конкретно не адресованный, — Мы пашем в условиях полевого госпиталя. Делаем почти невозможное. А потом эти… эти… слов нет…

А я этого гнома запомнил, и имя, и адрес, и место работы. Гном все это указал, когда заполнял претензию по «факту оказания медицинских услуг ненадлежащего качества». Я пообещал сам себе, что паскудыш заплатит. Ребятам, правда, ничего не сказал. Не надо им знать о моих планах, сто пудов — не одобрят.

Когда небо начало светлеть наплыв пациентов пошел на убыль, а с приходом утра и вовсе иссяк.

— Ну что, Вик, — обратился ко мне Юп, когда мы расселись рядком на кушеточке со стаканчиками кофе в руках, — Сбежать от нас еще не появилось желания?

— Брось, Юп, — говорю, — Вы делаете большое дело. А уродов хватало во все времена. Если зацикливаться на каждом уроде, никакое дело с места не сдвинешь.

— Золотые слова, — вдруг гаркнул Юп на все приемное отделение, и все заулыбались, даже мрачный Сат хмыкнул.

— А ты, Вик, удачу носишь, — вдруг сказала Луна своим глубоким голосом, — Сегодня не потеряли ни одного пациента. Такие «сухие» дежурства нечасто выпадают.

— Тогда это стоит отметить, — Сат допил свой кофе и поднялся с кушетки, — Господа! Дежурство окончено. Предлагаю пропустить по рюмочке.

— Ну если сам Сат это предлага-ает… — протянул Юп.

Мы сняли свои халаты, что вечером были белыми, а к утру стали не красными даже, какими-то бурыми, и пошли по тихой утренней улочке, заполненной птичьей трелью и терпким тополиным запахом. Юп мне нашептал по секрету, что хозяин кафешки, в которую мы направляемся, знавал Сата еще до «апокалича», очень хорошо к нему относится и делает приличную скидку.

Кафешка оказалась маленькая, уютная и, как бы это сказать, очень человеческая. Видимо потому, что хозяин ее оказался человеком… во всех смыслах. Сата он уважительно называл Сатурн Генрихович, самолично застелил свежую скатерть, самолично принял заказ и самолично принес нам еду и выпивку.

Я почувствовал, что косею, уже после второй рюмки, а потому решил на алкоголь не налегать. Все ж таки способности мои не те, что прежде. А Сат с Юпом намахивают только так, чувствуется докторская закалка. Луна с Меркой, кстати, тоже не особо от них отстают. Видно, что все они устали не только физически, душевно тоже. Теперь вот, снимают стресс старым как мир способом.

Луна сидит ровно напротив меня и нет-нет да останавливает на мне взгляд своих бездонных глаз. И от ее взглядов мне становится неспокойно как-то. Ну зачем она? Ведь я уже дал себе слово, что отбивать ее у Сата не буду. Мы семья, а Луна мне что-то вроде двоюродной сестренки. И все на этом. Чтоб отвлечься завожу разговор на тему скрипунов.

— Слушайте, ребята, — говорю, — Я так понял, что эти скрипуны по ночам лезут из всех щелей. А дома или вот в приемном покое тоже могут вылезти?

— Что по ночам, это верно, — отвечать мне вдруг взялся сам Сат, — От солнечного света они загибаются почти мгновенно…

— Как вампиры… — встрял Юп и демонстративно вытянул свои клыки.

— Да. Как вампиры, — с усмешкой подтвердил Сат, — Но во всех домах стоят сторожевые амулеты. Ни к нам домой, ни в больницу они не сунутся. По дорогам, которые освещены магическими фонарями, тоже можешь ходить безбоязненно.

Ага. Понимаю. Те монструозные фонари вовсе не прожектора ПВО, а защита от скрипунов.

— А почему тогда столько пострадавших? — спрашиваю.

— Дураков всегда хватает, — это уже снова Юп, — Бухнет в баре, захочет отлить по дороге домой, зайдет в кустики, куда фонарь не добивает и… вуаля… лови встречу со скрипуном.

— Вон как, — киваю и беру на заметку. Ходить по ночам надо со всей предосторожностью.

— А почему их так называют?

— Их появление сопровождается звуком похожим на скрип. Так что, пропиши себе на подкорке: скрип услышал, делай ноги.

Сат с Юпом заказали еще графинчик водки, а я присоединился к Луне и Мерке, которые попросили чаю. Но меня и от чая разморило, да и ребята, по-моему, тоже носами клюют. Сат расплатился за всех, и мы отправились домой.

Дома Мерка взялась поить чаем поднабравшегося Юпа, а я пошел в свою комнату. Сат и Луна тоже пошли в свою спальню. Поймал себя на мысли, что мне прям не терпится посмотреть, — у них одна кровать на двоих, или они спят порознь. Осадил себя, сделал внушение, что это не мое дело и торопливо, чтоб себя не искушать первым зашел в свою комнату.

Сил хватило только на то, чтобы скинуть с себя куртку, ботинки снял еще в прихожей на первом этаже, и завалился на кровать. Проспал до вечера. Дневной зной спал. В открытое окно колыша занавески ветерок задувает вечернюю прохладу. Тихо, даже умиротворенно. Так бы и валялся, вставать совершенно не хочется, но звон посуды с первого этажа напоминает о еде. Мысль о еде заставляет осознать, что я опять голоден.

Ничего, пять минут потерплю. Сначала хочу взглянуть на свои показатели. Во время дежурства система выдавала оповещения, которые я не читал, было некогда. Теперь можно… даже нужно.

Уровень 3

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения — 3 (25)

Взрывная (резкая) сила — 2 (25)

Выносливая сила — 4 (25)

Сила телесной крепости — 3 (25)

Эпена — 1 (2)

Свободных очков характеристик — 2

Способности: сопротивление ядам 0,3 (3), регенерация 0,7 (3), каменная кожа 0,2 (2), метаболизм 0,7 (4), усиление костной ткани 0,3 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,2 (2), диагностика крови 1.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 2

А неслабый такой прогресс за ночь дежурства. И опыта подкинули, аж два уровня взял… и характеристики поднялись на единичку, все кроме резкой силы. Что в общем понятно, резких движений я старался не делать. Регенерация и метаболизм поднялись до ноля семи, что тоже объяснимо, я этих вакцин за ночь вкачал пациентам бесчисленно. Эпена осталась на единичке, но зато появилась двойка в скобочках, что означает, видимо, потенциал развития.

А, да, еще появилась «диагностика крови». Юп говорил, для нас эта способность естественно присуща, как часть способности «клык вампа», что она прокачивается легче всего, даже без вложения очков способностей. Вот и ладно, пусть и дальше «сама прокачивается». При всем уважении к ребятам, я себя доктором ну никак не вижу. Со временем придется им об этом сказать, но не сейчас. Сначала восстановлю свои старые параметры, а потом уже и буду принимать решения и делать заявления.

А пока однозначно только одно, пока не подниму все показатели до значений в скобках, свободные очки трогать не буду. Пусть копятся. Свое добро карман не жмет. Все, можно идти вниз. Спускаюсь в столовую и вижу только стоящую у плиты Луну.

— А где все?

— Ушли по делам, — отвечает Луна, — Мы часто берем подработку на стороне. Садись, Вик. Буду тебя кормить.

Она ставит передо мной тарелку плова и пока наливает чай, плов я успеваю умять. Луна забирает пустую тарелку, не сдерживая улыбки.

— Вик, мне страшно подумать, в каких переделках ты успел побывать за свою жизнь.

— Та… ничо особенного, — пожимаю плечом и кривлю щеку.

— Прибедняешься, — констатирует Луна и улыбается, — У тебя такой взгляд…

— Какой?

— Ну, будто ты видел нечто за гранью… не знаю, как объяснить…

— Может и видел. Только ничего такого за той гранью нет, — не люблю говорить о себе, но именно рядом с Луной мне почему-то хочется выговориться, — Понимаешь, меня занесло по моей же дурости в мир с отрицательной духовностью. Очень тяжелый мир… но я выбрался, повезло… а потом еще раз повезло, меня нашел Аристарх и заплатил за мое вызволение.

— А как ты познакомился с Аристархом? Если, конечно, это не секрет…

— Секрет, — говорю с улыбкой, — Но с тобой я им поделюсь.

— Рот на замок, — Луна проводит щепоткой перед своими губами, будто застегивает молнию, — Никому не расскажу.

— Тот «очень странный демон», что поделился с Лией своей кровью — я.

— Демон? — Луна ошарашена, — Ты раньше был демоном?

— Был, — отвечаю просто, — Но сначала был человеком.

— То есть, это уже вторая твоя трансформация?

— Ну да, — рассказывать, что я побывал еще и зомбаком не имею ни малейшего желания, впрочем, тот период я практически не помню.

— Потрясающе. Фактически ты стоял у истоков нашей расы!

— Ну, если быть до конца честным, я там не стоял… валялся, прислоненный к стеночке.

— Опять прибедняешься, — Луна смотрит на меня без осуждения, просто озвучивает наблюдение, — Посуди сам, Вик, в каждом из нас частичка твоей крови.

Мне неловко слушать про «истоки расы» и «частички крови», на деле я просто подвернулся Аристарху, как подходящий донор, не больше.

— А ты, Луна. Как ты стала вампом? — перевожу тему разговора.

— У меня все очень тривиально. Аристарх пришел в больницу в поисках лекарства для своей Лии. Он искал Сата, но сперва встретил меня… он говорил, что на Лию я похожа…

— Ты вправду на нее похожа. Черные волосы, молочно-белая кожа и космический взгляд. Воплощение галактики, ты похожа на млечный путь.

— Спасибо. Мне давно не говорили комплиментов.

— Я просто озвучил наблюдение, как доктор доктору.

— Пусть так, но я не была врачом.

— Да?

— Я была пациенткой Сата. И моя болезнь была неизлечима.

— Но ты должна была стать «игроком».

— А я и стала. В моем интерфейсе постоянно горела иконка вечного дебафа, неизбывного проклятия. Я не смогла исцелиться даже с приходом системы. Все мои характеристики были порезаны на восемьдесят процентов.

— Жесть.

— Вот именно. И когда Аристарх предложил мне трансформацию как способ избавиться от проклятия, я согласилась.

— Вот как. А остальные?

— Сат был главой отделения гематологии и моим лечащим врачом. Я к тому времени пролежала в больнице больше полугода. Сама не заметила, как у нас завязались… отношения. Он, кстати, присутствовал при моем обращении. Помочь Аристарху он ничем не смог, но попросил, чтоб тот обратил и его тоже…

— То есть Сат пошел на это ради любви к тебе?

— Получается так, — Луна вдруг понизила голос и опустила взгляд, будто в произошедшем чувствует себя виноватой, — Когда наша больница стала «поселением», он имел очень высокую репутацию, фактически был правой рукой коменданта. А сейчас… сам видишь.

— Думаешь, он жалеет, что стал вампом?

— Думаю, он никогда в этом не признается.

— Ну да, ну да. Сат — мужик, — киваю согласно, — А Мерка и Юп?

— Эти двое пошли на трансформацию вполне осознанно. С приходом системы они не получили целительских способностей, хотя работали врачами в отделении у Сата и вне медицины себя не мыслили. Зато теперь Юп — потрясающий реаниматолог и анестезиолог, Мерка не имеет равных в диагностике.

— Это да. Это я и сам понял, что Юп прирожденный ре…экхм… аниматор, — мне захотелось поднять Луне немного настроение.

— Шутишь, — Луна не удержалась, улыбнулась, — Только пожалуйста, не вздумай при Юпе такое ляпнуть. Ре-анимато-лог!

— Понял, понял… постараюсь не спутать.

Луна замолчала, уставившись в свою кружку с чаем. Вон как получается. Она ведь не сказала, что Сата полюбила… она сказала, что у них завязались отношения. А это может означать что угодно помимо любви. Благодарность, привязанность к врачу от которого зависела ее жизнь… а потом еще и чувство вины… Луна явно чувствует за собой вину, если бы Сат остался человеком, сейчас не терпел бы все эти унижения…

— О чем ты задумался, Вик?

— Я? Да так… слушай, а почему у вас у всех такие «планетарные» имена? Они что-то значат?

— Нет. Нет, Вик. Ничего они не значат, — Луна снова улыбнулась только уже совсем невесело, — Сата именно так и зовут — Сатурн, так родители назвали. Ну а мы уже за компанию…Луна, Юпитер, Меркурий… тогда нам это казалось… правомерным что ли… чуть не демиургами себя считали, думали, будем создавать новую расу. Увы, для расы нас слишком мало. Скорее нежизнеспособная боковая ветвь, неудачная мутация…

— И что за упаднический настрой? — раздается с порога голос Юпа.

Ни я, ни Луна не заметили, как вернулись ребята, а они уже проходят к столу

— Луна, ставь чай, — требует Юп, потирая ладошки, — На смене один кофеин хлебаем…

Глава 7

Вторая моя ночная смена в приемном отделении началась с потери пациента. К нам привезли мелкого гоблина с раскуроченной грудной клеткой. Бедолага имел уже не зеленоватый цвет кожи, как положено, а какой-то серый. И без того мелкие птичьи черты лица его заострились еще сильнее. Дыхание очень поверхностное и частое. Зрачки не просто расширены, подернуты мутной пеленой.

— Мы ничем уже не поможем, — Сат покачал головой, и посмотрел на меня своим жестким взглядом, — Давай, Вик. Укол в сердце. Вот сюда, видишь? В этот желудочек. Он умрет мгновенно… безболезненно. Это твоя работа, Вик.

Вот чо Сат меня «лечит»? Думает, мне трудно добить умирающего гоблина? Подхожу к телу, вытягиваю свой резак в тонкую иглу и… понимаю, что убить беззащитного мелкого парня действительно не просто. Это не то, что в бою. Паренька мне жаль.

— Точно не поможем?

— Вик, Сат не ошибается, — говорит Юп, — Это будет акт милосердия. Только не забудь активировать «свежевателя». Зомби нам тут ни к чему.

Киваю. У мелкого гоблина под развороченными ребрами хорошо видно едва бьющееся маленькое сердце. Я уже научился видеть признаки скоротечной мутации. Он не жилец. Его сердце стремительно превращается в какой-то другой орган. Может тоже в почку… да хоть в мозг… как разница?

Набираюсь решимости и делаю укол в сердце, в тот самый желудочек, указанный Сатом. Он тут же затихает, будто успокаивается, даже болезненная гримаска на лице разглаживается.

— Вот и все. Отмучился, — Мерка с головой накрывает гоблина застиранной серой простынкой.

Мне приходит сообщение о получении опыта, которому я впервые в жизни не рад.

— Юп, — говорит Сат, — Помоги Вику оттолкать каталку в морг, заодно дорогу покажешь.

— Я и сам справлюсь.

— Да где ты справишься, а хотя… Вик, смотрю ты взял два уровня… куда вложился?

Вот же ж Сат, внимательный сукин сын, все подмечает.

— Поднял силовые характеристики, — отвечаю, фактически не соврав.

— Мы ведь это уже обсуждали, — Сат мною недоволен, — Ты не грузчик, и твоему резаку для хирургии сила не нужна. Вкладывай все в эпену. Вик, я серьезно…

Не, я Сата прекрасно понимаю. Он предельно прагматичен. Довести мои силовые показатели с двоек хотя бы до десяток — значит вложить восемь-ю-четыре-равно тридцать два уровня. Луна, Юп и Мерка за семнадцать лет даже до сорокового недотянули. А Сат ждет, что я начну вкладываться именно в эпену, без нее хирурга из меня выйдет. Вот что мне делать? И врать не хочется, и раскрываться раньше времени тоже. Но тут мою сторону принимает Юп.

— Вика тоже можно понять, — говорит он, — Как жить мужику с двойками в показателях? Пусть уж хоть до пятерочек доведет. Двенадцать уровней возьмет быстро.

— Да что ж я разве указываю Вику? — Сат недовольно хмурится, — Его дело. Пусть сам решает.

От меня отстали, вот и ладно. Хотя, подозреваю, ненадолго. Сат въедливый… в хорошем смысле, всегда гнет свою линию. Но надеюсь, хотя бы уровня до двенадцатого на мозги мне капать не будет. Я оттираю Юпа от каталки, мол дорогу показывай, сам покачу. Уж тело мелкого гоблина мне транспортировать по силам.

До морга мы двинули по переходу, из больницы выходить не пришлось. Длинный коридор, постепенно снижающийся до уровня минус первого этажа по типу пандуса. Так что докатил без проблем. А вот перевалить тело с каталки на металлический стол сам не смог, Юп мне помогал. Задрала моя беспомощность, надо срочно поднимать характеристики.

На обратном пути Юп взялся объяснять мне принципы хозрасчета нашей медицинской бригады.

— Понимаешь, Вик, пациент платит сто монет, — рассказывает он, — Пятьдесят забирает больница, еще тридцать забирает профсоюз…

— Это который «Гвоздь»?

— Он самый. Нам с операции всего двадцать монет остается. На пятерых, Вик! А самое хреновое знаешь, что?

— Пока нет.

— Если пациент скончался, денег нам не платят, а вот мы все равно должны выплатить больнице двадцать пять монет. Типа за пользование инфраструктурой. Вот так вот. Считай, каждая смерть — наш чистый убыток. Вот такая экономика…

— Эксплуатация какая-то… а кровососами они почему-то нас называют.

— Вот именно.

— А тот гном вчерашний, который от платы отбоярился… получается тоже наш чистый убыток?

— А как же, — подтверждает Юп, — Двадцать пять монет больница с нас вычтет… если не больше. Тот гном ведь еще и жалобу накатал. Запросто можем на штраф попасть.

— Я чет не понял. Профсоюз же вроде должен за наши права бороться? Или он только деньги отжимает?

— Так в том и дело, Вик. Если б не профсоюз, нам бы вообще работать не разрешили.

— Херня какая-то. Реально вас… то есть нас тут за негров держат… слушай, Юп, а это что за дверь?

— Раньше был тренажерный зал… вернее, зал и сейчас тут есть, только теперь он нафиг никому не нужен.

— Юп, я гляну, а? Там открыто?

— Не знаю. Может и открыто. На черта его запирать.

Тяну за ручку, действительно не заперто. Заглядываю и сразу понимаю, то что нужно. Тренажеры на любые группы мышц, все, что душе угодно.

— Ты чего довольный такой, Вик? — Юп смотрит на меня со снисхождением, — Многие пробовали поднять силовые показатели через упражнения, ни у кого не вышло. Системное ограничение. Это я тебе как доктор говорю.

— Мой случай особый, — осторожно возражаю, — Я слетел до двоек, когда загремел в мир с отрицательной духовностью. Вдруг удастся вернуть хотя бы часть прежних показателей.

Не то что я не доверяю Юпу, скорее просто боюсь сглазить, а потому про цифры в «скобочках» опять умалчиваю.

— Ну что ж, попробуй, — говорит Юп, — Вдруг да получится… — тут ему приходит какая-то мысль, и он резко вдохновляется, — А действительно, вдруг получится! Это же будет прецедент! Можно будет диссертацию написать.

У-у-у. Эвон куда Юпа занесло — диссертацию. Нафиг, нафиг. Мне слава не нужна. Теперь уже точно рассказывать никому ничего не буду.

Мы возвращаемся в приемный покой, где меня уже ждет мой «клиент»: креплю тело ремнями к каталке, проверяю наличие страховки, срезаю лишнюю одежду, вкатываю «кубик» регена. Эту работу я выучил на отлично.

Ближе к утру мы опять начали зашиваться. Сат снова решился меня привлечь в качестве «недохирурга». Но сегодня я не лажаю. Не туплю. Режу как надо. Своим резаком владею все лучше, даст бог, скоро так наловчусь, комарам на лету буду жало подтачивать. В общем, ночь прошла штатно, хотя и не без нервов.

Сперва «потеряли» еще одного пациента, и мне пришлось делать еще одну ходку до морга под недовольный бубнеж сопровождающего Юпа. А потом к нам притаращилось очередное пьяное хамло. Здоровенный мужичина потный, вонючий с брезгливой харей, начал наезжать, едва войдя в приемный покой.

— Слышь ты, кровососик, — это он мне, — Сюда подошел…

Что мне делать, я подошел.

— Штанину мне закатай, упырь, — мурло указывает пальцем на окровавленную штанину, — Ну чо вылупился. Суетись.

Паскудник уселся на нашу кушетку и вытянул ногу в грязном башмаке, видимо, облегчая мне доступ «к штанине». Сат увидел в моих глазах что-то нехорошее и предупреждающе покачал головой, мол не ведись, Вик, мол он специально провоцирует. Ну я и не ведусь. Смотрю этому уроду на кончик носа и представляю мысленно, как буду срезать ему лазерным резаком сначала левую ноздрю, потом правую…

Мудак вперился в меня своим налитым глазом, видит, что я не кидаюсь выполнять его требования, скинулся в зверя. Заорал так, что волосы на теле встопорщились. Голосистый, сука. А я стою себе, на переносицу его смотрю, прикидываю мысленно, как переведу свой резак в режим тонкой иглы и проткну ему глазное яблоко… и отверстие прижгу, чтоб глаз через отверстие вытекал медленно-медленно… животное совсем взбеленилось и переключилось на Луну.

— Слышь ты, кровососка, щас сосать будешь, поняла? Быстро сюда подошла, — рявкает так, что уши закладывает, — Вы тут все мне будете…

После того, как он начал оскорблять Луну, планка моя с грохотом упала на бетонный пол. Тут бы мне и пришел конец, этот гондон меня бы в грязь втоптал и не вспотел, но ситуацию снова спас Сат. Сцедил в шприц из своего клыка дозу убойной анестезии, подошел сбоку и воткнул в шею. Гнида тут же отключилась.

— На каталку его, — спокойно приказывает Сат.

Кладем тело на каталку. Я с особым удовольствием креплю ремни и мстительно взрезаю его штанину до самого паха, заманается зашивать обратно. Сат осматривает его ногу.

— Мутации нет, — сообщает Сат, — Пьяный урод просто где-то поранил ногу.

— Я бы все-таки ампутировал, — вношу кровожадное предложение, но все смотрят на меня с осуждением.

— Вик, мы давали клятву Гиппократа.

— А гиппопотаму вы клятву не давали? — огрызаюсь, хотя понимаю, что сам неправ.

— Не говори ерунду, Вик, — морщится Сат, — Вколи ему реген и выкатывай на выписку. Не наш пациент…

Пациент может и не наш, но настроение испоганил. Реген я ему вколол и на выписку откатил, а еще глянул наличие страховки. Не, мне по фигу, есть ли у него страховка, я его персональные данные считал. Имя, адрес, место работы. У меня походу начинает оформляться список личных врагов. Гном — первый, этот — второй.

И кстати, далеко не все наши пациенты бухие. Их, конечно, достаточно, хватает и тех, что под наркотой. У меня диагностика крови поднялась до второго ранга, я теперь наличие в крови препаратов влет определяю. Но добрая треть поступивших оказывается в трезвом уме и твердой памяти.

— Слушай, Юп, — спрашиваю ближе к утру, когда поток пострадавших от скрипунов сошел на нет, — Ты говорил, горожане нарываются по пьяной глупости. Но ведь и трезвых хватает…

Юп пожимает плечами:

— Так среди трезвых тоже дураков достаточно. Не забивай себе голову.

— Не только в дурости дело, — возражает Луна, — Бывает, перегорают отпугивающие светильники. Бывает, защитные артефакты из строя выходят.

— Вот именно, — Мерка решила проявить женскую солидарность, — у тебя, Юп, кругом одни дураки. Один ты умный.

— Э, девочки. Давайте без наездов, — Юп примирительно выставляет ладони, — Я так-то по ночам по городу не шляюсь. Работаю, знаете ли, по ночам.

По окончании смены мы уже ни в какую кафешку не пошли, сразу отправились домой. Оно и верно. После того как Юп просветил меня об уровне наших заработков, сам понимаю, на кафешки мы ни разу не зарабатываем. А еще, оказывается, ребята за дом платят пятьсот монет в месяц. Короче, после апокалипсиса врачи лучше жить не стали. Живут от зарплаты до зарплаты… хотя, я не знаю, как зарабатывают другие больничные целители. Может это только нашего брата вампа так притесняют.

Дома мы попили чай и разбрелись по своим комнатам отсыпаться. Прежде чем провалиться в сон, открываю свои характеристики:

Уровень 5

Снова взял два уровня. Отлично, хотя и предсказуемо. Вчера мне до четвертого совсем немного оставалось. Теперь же едва перевалил за пятый. Завтра хорошо если возьму хотя бы один.

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Что за трансформация в энергию, пока загадка для меня. Не потому что я такой нелюбопытный. Спецуха моя пока не активна, система ругается и требует более высоких силовых показателей… будто от перехода «в энергию» я могу надорваться.

Сила напряжения — 4 (25)

Взрывная (резкая) сила — 3 (25)

Выносливая сила — 6 (25)

Сила телесной крепости — 4 (25)

Эпена — 1 (2)

Свободных очков характеристик — 4

А прогресс неплохой, сегодня даже «резкая сила» прокачалась. Выносливость вообще на две единицы поднялась. Так держать, Витя. Еще бы эпену подтянуть, чтоб Сат ко мне с ее прокачкой не приставал.

Способности: сопротивление ядам 0,4 (3), регенерация 1 (3), каменная кожа 0,4 (2), метаболизм 1 (4), усиление костной ткани 0,5 (3), сопротивление ментальному воздействию 0,4 (2), диагностика крови 2.

И здесь прогресс налицо. «Лед тронулся, господа присяжные…» Даже каменная кожа и костная ткань вверх поползли. Причина мне неизвестна, но самому факту от этого рад не меньше.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 4

Ну что ж. Свободные очки пусть копятся. Пока прокачка и так идет, вкладывать их не рискну, чтоб не дай бог там чо не сбойнуло. Уже засыпая, успел подумать, что неплохо бы заранее прикинуть стратегию прокачки способностей, но система как обычно скупа на информацию. Справок и гайдов не предоставляет… зараза такая.

Сегодня проспал меньше, а выспался лучше, сказываются прокачанные циферки, я в этом уверен. Мне все больше нравится моя комната. Окно выходит в уютный дворик, охотно впуская внутрь тепло и запахи лета. И занавесочка колышется до того уютненько… поваляться что ли еще? Ну, пятнадцать минуточек можно и поваляться… но тут перед мысленным взором встает давешний мудозвон, что орал на меня, а потом на Луну… отчетливо вспоминаю ту словесную гниль, что извергалась из его грязной пасти: «отсосешь», — сам сука отсосешь.

Кулаки и зубы сжимаются сами собой. Желание поваляться как ветром сдуло. Сученок ответит. И гном тоже ответит. Поднимаюсь решительно, одеваюсь, спускаюсь в столовую. Внизу опять вижу одну только Луну, и отмечаю невольно, что я этому рад.

— А где ребята? Опять по делам… — спрашиваю с потаенной надеждой, что именно так и окажется.

— Да, Вик, — Луна улыбается, она тоже рада меня видеть, — Как раз собралась обедать. Садись.

Помогаю Луне накрыть на стол, берусь нарезать хлеб, мы садимся… сам не заметил, как успокоился. Вот есть люди с шилом в жопе, сами по жизни взбудораженные и окружающих заводят, а есть наоборот… вот Луна как раз из второй категории. Рядом с ней медитировать можно. Одно слово — сестра милосердия. Пять минут рядом посидел и спокоен как слон.

Хотя нет, не совсем спокоен. Иногда она как глянет на меня глазищами бездонными и весь душевный покой пропадает. И главное непонятно, что она там себе думает? Не знаю, что думает, но невольно вспоминаю, как ее губы касались моей шеи… нет уж, тема закрыта. Подрываюсь, отношу в раковину свою пустую тарелку, включаю воду. Пока мыл свою тарелку, Луна тоже поднялась из-за стола и подошла… тоже с тарелкой.

— Давай, помою заодно, — говорю.

Принимаю тарелку и случайно касаюсь ее руки. Да что ж такое? Почему меня так шибает эротическим током? Я вроде не мальчик давно. Но эта женщина меня притягивает. Заканчиваю с посудой, перекрываю воду. Надо валить. Валить, пока глупостей не наделал.

— Луна, я сегодня пораньше хочу на работу пойти

— Зачем? Там другая бригада дежурит.

— В тренажерку.

— Вик, ты как будто меня избегаешь…

— Вот еще. Ничего подобного, — таращу глаза, изображая честность и пячусь к прихожей, где мои ботинки стоят.

Только выскочив из дома, дух перевел. Не понять мне этой женщины. Внешне спокойная как буддийский монах, а в глаза ей заглянешь… тихий омут с чертями. Оп-па, это с какой скоростью я чешу по тротуару? Даже обгоняю некоторых неспешных прохожих. То-то дыхалку сбил. Однако скорость не сбавляю, напротив, вгоняю себе три инъекции с регенерацией и прибавляю шаг. До больницы добрался в состоянии близком к помрачению, до того вымотался, но системное оповещение о прибавке выносливой и резкой силы поднимает настроение, подтверждая, что мучал себя не напрасно.

В приемном покое обнаруживается бригада эльфийских целителей. М-да. Эльф, он и в белом халате — эльф. Они эту надменно-брезгливую харю с молоком матери что ли впитывают?

— Чо хотели?

Почему не спросить нормально: «что хочешь?». Нет, надо вот в этой суконно-чиновничьей манере задать вопрос в прошедшем времени, мол «хотели», но успели расхотеть.

— В тренажерный зал. Им же все равно никто не пользуется.

Возражений у эльфов не нашлось, хотя явно «хотели». Просто из эльфийской говенности своей предпочли бы меня не пустить, но пока скрипели своими мозговыми шестеренками, я прошмыгнул в коридор больничного перехода. Пусть бесятся, засранцы. Мне в больницу заходить нельзя, так я и не захожу. А на подземный этаж запрет не распространяется.

Глава 8

Ну что сказать, — тренажеры рулят. Возможность подобрать вес под предельное усилие на любую группу мышц — это вам не от табуретки отжиматься. Ну и реген с метаболизмом подросли, позволяют ставить по четыре инъекции. Теперь разгоняю регенерацию почти до двух единиц, а это сильно облегчает задачу выхода за собственные пределы.

В общем увлекся, даже начало смены пропустил. Не умывшись, не причесавшись примчал на свой пост, готовый получать от Сата втык, слушать ругань, гундеж и бубнеж. На удивление, обошлось. Моя вампская медбригада была застана мною на кушеточке со стаканчиками кофеина в руках.

— Извините, братцы, — начинаю каяться и виноватиться сразу с порога, — Увлекся на тренажерах.

Сат только вяло отмахнулся от меня как от мухи, Луна ободряюще улыбнулась, Мерка лениво мазнула по мне взглядом, и только Юп снизошел до пояснений:

— Сегодня же понедельник, Вик, — Юп шумно и смачно отхлебнул из стаканчика, — Раньше часу ночи мог и не показываться…

— А то и двух… — добавляет Сат, — …у нас аврал с пятницы по воскресенье. Понедельник — самый тихий день.

— Вот именно, — соглашается Юп, — Ну как успехи?

Грамотно прибедняться меня жизнь не научила, но прятать рожу свою довольную как-то надо, поэтому я как умею, скраиваю кислое выражение, должное обозначить крайнюю степень разочарованности… но тут же спохватываюсь, переигрывать тоже ни к чему, кислую мину резко меняю на «угрюмую решимость идти до конца»:

— Надежда умирает последней.

— Ну-ну, — кривится Юп, явно принимая мою показательную решимость за признак недалекости моего ума, — Ты это, Вик… ага… главное не сдаваться.

На этом Юп теряет ко мне интерес, зато на мою голову интерес ко мне просыпается у Мерки.

— А мне кажется, Вик немного поднабрал мышечной массы, — может она просто хотела меня подбодрить, но вместо меня подбодрила остальных.

— Черт, а ты права, — Сат меряет меня оценивающим «докторским» взглядом, — А ведь мы его даже не взвешивали…

И меня взяли в оборот, м-да, засиделись ребятки на кушеточке, а тут подвернулась такая подопытная «свинка». Сначала меня взвесили, Луна вписала в маленький блокнотик мой почти бараний вес в жалкие 62 кг. Потом измерили рост, потом подступили ко мне с портновским метром и законспектировали объем бицепса, бедра, запястья, икроножного обхвата и плечевого пояса.

— Ну хватит, ребята, — пытаюсь унять разошедшихся докторюг, а то ведь реально вцепились как в лабораторного мышонка, того и гляди засядут строчить диссертацию.

— Терпи, Вик, — Юп радостно скалит зубы и наматывает мне на руку шину для измерения давления, — Наука требует жертв.

Отстали от меня только минут через двадцать.

— Ну что ж, показатели сняты, — сообщает Сат удовлетворенно, — Если не считать крайней степени истоще… пардон, отощания, пациент полностью здоров. Прописываю тебе трехразовый мясной рацион, побольше мучного, жирного и…

— И упражнения в тренажерке, — подсказываю я.

— Совершенно верно, — важно кивает Сат, — И упражнения в тренажерке. Показания будем снимать каждые… эм-м…

— Семь дней, — еще раз подсказываю.

— Ну пусть так, — соглашается Сат, — До двух часов можешь не показываться. Только не переутомляйся чрезмерно.

Пока начальство не передумало, уматываю обратно в тренажерку. Успею на беговой дорожке поднять выносливость, а может еще и по груше постучу, а то резкость растет пока медленнее всего.

Мои опасения, что рост характеристик замедлится или даже стопорнется, улетучиваются с каждым системным оповещением о прибавке очередной единички. Способности тоже уверенно «ползут в гору». К двум часам ночи я выжат как лимон и доволен как слон. Такими темпами скобочных значений достигну за несколько дней.

Возвращаюсь в приемный покой. Ребята как раз заканчивают очередную операцию. Аврала нет, очереди нет. Действительно — сегодня не в пример спокойней. По всему видно, по понедельникам народ по кабакам ночами не шляется, понедельник — день трудовой и тяжелый.

— Вик, — Луна глянула на меня и в ее глазах отразилась озабоченность, — Сат же сказал тебе не переутомляться.

— Да я норм…

— Да какой норм? Черные круги под глазами. Садись на кушетку, поставлю тебе витаминчик.

Ну уж нет. Я помню, как Луна мне инъекции ставила. Нафиг витаминчик, да еще при всем честном народе. Но тут вижу, она достает иглу с трубкой, понимаю, что эротического укуса в шею не предвидится. Успокаиваюсь, присаживаюсь на кушеточку и только теперь обращаю внимание, что на кушеточке сидит недавно прооперированный пациент. Странно. На фига его оставили в приемном покое?

Пока Луна вкалывает мне витамин, успеваю украдкой рассмотреть соседа. Темнокожий, с развитой мускулатурой, по всем признакам, включая туповатый, расфокусированный взгляд — обычный демон. Вот только системка над его головой выдает иное: «вамп, уровень 1».

— Э-это что? — осторожно спрашиваю у Луны.

— Не что, а кто. Наш новый соплеменник, — сообщает Луна безо всякой радости в голосе, а я совершенно сбит с толку.

— Аристарх опять пополнение прислал? — аккуратненько пихаю локтем в бок новоявленного соплеменника, но тот совершенно не реагирует.

— Оставь его, Вик, он в отключке… при чем тут Аристарх? — Луна хмурится, — Наш пациент, полчаса назад был демоном, но увы… мутация зашла слишком далеко.

— Бр-р. Ничо не понимаю, а почему он не помер, как другие «нормальные» пациенты?

— Очевидно. Очень хотел жить. А побороть мутацию он мог только одним способом, пройти трансформацию в вампа.

— Погоди, — перебиваю, — Ты хочешь сказать, что вы способны превращать демонов в вампов?

— Почему только демонов? — удивляется Луна, — Всех. Этот парень пока был в сознании, попросил нас заранее, мол если другого варианта не останется…

— Какой продуманный демон, — я с уважением кошусь на соплеменника, бывшего и нынешнего одновременно, — Я тока другого не пойму, а раньше него до этого никто не додумался?

— Вик, не тупи, — встревает Сат, — Ты ведь в курсе как к нам относятся. Абсолютное большинство предпочитает тупо сдохнуть, чем превратиться в вампа.

— Да? — удивляюсь, — Ну значит я к этому большинству не отношусь.

— Ты, Вик, пупок с ноздрей не путай. Ты — высший вамп, а он — просто вамп. Этому парню должность санитара не светит.

— Да капец, какая престижная должность, — огрызаюсь, но тут до меня доходит, что парень и впрямь приписки «высший» не имеет, — А кстати, почему он не высший, как мы?

— Потому что инициировать «высшего» может только патриарх, а среди нас, если ты, Вик, не заметил, вот ведь незадача, нет ни одного патриарха, — Сат уже не сдерживает раздражения, — Хватит вопросов, нового пациента притащили. За работу.

Пожимаю плечами и иду встречать нового пациента. В третьем часу ночи работы все-таки прибавилось, и нового соплеменника пришлось выкинуть из головы, тем более, что он так и сидел на кушетке в состоянии полной прострации. Уже под утро я только уточнил у Юпа, почему у парня первый уровень, Юп ожидаемо ответил, что трансформация всегда скидывает до первого, так сказать, позволяет начать с «чистого листа».

Когда наша смена закончилась, бывшего демона растормошили и повели домой. Может он и превратился в вампа, но ума ему трансформация явно не прибавила.

— Ловко я смухлевал, — имбецильно усмехается мой бывший-нынешний соплеменник, увидев свет нового утра, — Обманул костлявую.

— Тебя как зовут-то, мухлеван?

— Ась?

— Вик, — одергивает меня Сат, — Поверь, особо сближаться с этим парнем не стоит.

— А он разве не с нами будет жить?

— С нами… но недолго, — бурчит Сат и замолкает.

Я пожимаю плечами и тоже замолкаю. А что мне в конце концов больше всех надо? Хотя, вопросов, конечно, поднакопилось. Вот не верю я, что этот демон единственный, кто предпочел трансформироваться, чем сдохнуть. И вот непонятно мне, почему новому соплеменнику ребята не рады, хотя сами же его и обратили. Впрочем, тут я догадываюсь, они давали клятву гиппо-по-крату, рады-не рады, а для сохранения жизни и по согласию пациента вынуждены были обратить.

Вернувшись домой и позавтракав, ребята отправились отсыпаться после ночной смены, а нового соплеменника так и оставили сидеть на кухне. Пожрав, он слегка ожил и мне удалось его разговорить. Еще вчера он был низшим демоном двадцать четвертого уровня, и уровень этот по нынешним временам совсем невысокий.

Прошлой ночью, возвращаясь в казарму из кабака, не заметил потухшего фонаря, получил встречу со крипуном, который его здорово подрал. Патруль парня подобрал, только когда фонарь снова заработал, а потому спасти бедолагу было уже нереально. Вот и рискнул, перед тем, как отключиться, попросил, чтоб превратили в «полунежитя».

— И сколько очков характеристик с тебя слетело? — спрашиваю.

— Так эта, напряжуха была двадцать три, а теперь девятнадцать, — пожалобился бывший демон, — Усиление слетело…

— А резкость… выносливость?

Демон морщил лоб, с арифметикой не дружил, но мне удалось выудить из него, что потерял он в сумме в четырех показателях силы двенадцать единиц. Похожая картина и по очкам способностей. В общем, он слетел на первый уровень, потеряв при этом, если судить по числам примерно уровней двенадцать. Половину от прежнего. По-моему, парень получил отличный старт, хотя сам этого явно не понимает.

А мне становится еще более непонятно, почему пациенты предпочитают тупо дохнуть. У вампов точно такие же возможности для прокачки характеристик и способностей, а перспектива начать с первого уровня, сохранив при этом половину наработанного потенциала дает колоссальное преимущество. Ничо не понимаю… но выясню. Достали меня мои таинственные «родственники» со своими вечными недомолвками… обязательно выясню. Оставив соплеменника дремать на кухне, пошел в спальню, но перед тем как провалиться в сон, привычно промониторил свой прогресс:

Уровень 6

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения — 9 (25)

Взрывная (резкая) сила — 8 (25)

Выносливая сила — 11 (25)

Сила телесной крепости — 8 (25)

Эпена — 2

Свободных очков характеристик — 5

Способности: сопротивление ядам 1,2 (3), регенерация 2,2 (3), каменная кожа 1,2 (2), метаболизм 2 (4), усиление костной ткани 1,2 (3), сопротивление ментальному воздействию 1,2 (2), диагностика крови 2.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 5

Все идет по плану. Я теперь не уступаю по силе девчонкам, не занимающимся спортом. Уже засыпая, успел подумать, что эпена у меня тоже прокачалась, можно будет порадовать Сата…

Из-за того, что все утро выуживал ценные сведения из своего недалекого соплеменника, проснулся только к вечеру. Умываясь, оглядел себя в зеркале. А ведь действительно мышечной массы прибавилось. Теперь это видно без всяких замеров невооруженным глазом. Палево… мля.

Натянул самую растянутую футболку, поверх накинул куртку. Маскировка так себе. Спустился на первый этаж с мыслью о еде и опять застал одну только Луну.

— А где этот наш… новый член стаи?

— Сат повел его к «Гвоздям», — Луна разводит руками, будто давая понять, что судьба этого парня предрешена, — Его припишут к патрульным.

— Послушай Луна, — я стараюсь звучать нейтрально без грубости, — Ты не хочешь рассказать, какого лешего у вас здесь творится?

Луна смотрит на меня задумчиво, полагаю, набирается решимости. Она уже наполняет воздухом легкие, чтоб начать говорить, но тут открывается входная дверь, заходят Сат, Юп и Мерка.

— Так, ребята, — Сат заговаривает прямо с порога, — В подземке перегорел целый пролет светильников. Ремонтники отказываются начинать работы без медбригады под боком. Им уже средь бела дня скрипуны мерещатся.

— Если в подземке света нет, так может не зря они боятся? — Луна, сестра наша милосердия, готова заступаться за кого угодно, даже за ремонтников.

— Ну… может и не зря, — Сат спорить не настроен, — Мы только что из Гвоздя. Хотят, чтобы немедленно выезжали. Деньги хорошие… в любом случае отказать профсоюзу мы не можем.

— Да, конечно, — спохватывается Луна, — Пять минут, и я выхожу.

— Мне только обуться, — выражаю готовность немедленно выходить, но Сат отрицательно качает головой.

— Не надо, Вик. Мы-то там нужны для подстраховки ради галочки в листе профсоюзной заботы о трудящихся, а тебе и вовсе там делать нечего. У меня для тебя другое задание будет.

— Слушаю.

— Мы сегодня должны сделать плановый осмотр в доме терпимости, но с этой профсоюзной халтуркой никак не успеваем.

— Блин, Сат. Меня, конечно, греет идея провести медосмотр целого борделя, но какой из меня нафиг доктор?

Сат отмечает мой горящий взгляд, из его горла вырывается невольный смешок:

— Ничего сложного, Вик. У тебя же второй ранг диагностики крови?.. ну вот. Просто проверишь кровь. Если у девочки обнаруживается условная «простуда», колешь сопротивление ядам. Если не обнаруживается, колешь реген для поддержания работоспособного состояния… а, да, несколько девочек у них выходят ночью на улицу, этим надо вколоть антимутаген. Открой обмен, поставлю на карте метку борделя. Ок?

— Ок, — отвечаю на автомате и открываю интерфейс.

Ребята выходят, а Луна в последний миг задерживается.

— Идите, я догоню, — выкрикивает вслед выходящим и прикрывает входную дверь.

Подходит ко мне и смотрит прямо в глаза.

— Вик, я надеюсь, ты не будешь искать продажной любви? — буравит меня взглядом, от которого становится неуютно.

— Так я эта… — начинаю тупить как заправский демон, но Луна один черт меня не слушает, обхватывает руками за шею и целует в губы. Отстраняется. Улыбается загадочной женской улыбкой, грозит пальчиком и выходит из дома. Приехали…

И вот что мне теперь делать? Походу, придется говорить с Сатом. Нет. Бессмысленно говорить с Сатом, сперва надо прояснить отношения с самой Луной, хотя сама Луна серьезного разговора избегает… а придется. Пора уже задать вопросы… пора получить ответы.

По дороге в бордель открываю в интерфейсе вкладку способностей. Свободные очки у меня есть, а антимутаген в текущих реалиях лишним не будет: «желаете обрести способность сопротивление мутациям 1 ранга?» Жму на согласие. Вот еще одна веская причина пройти трансформацию в вампа. Сомневаюсь, что другие расы имеют возможность получить такую зело важную способность, потому как иначе бы на этих скрипунов охотились все подряд. Пора…пора задавать вопросы.

Уже на подходе до меня доходит, почему место расположения борделя показалось таким знакомым. Еще бы. Моя альма-матер. Надо же, за семнадцать лет заведение так и не переехало. А что тут сказать? Новому миру не нужны университеты, новому миру нужны бордели.

Универ не узнать. Некогда строгий фасад украшен финтифлюшками, первый этаж превратился в стеклянную витрину. Понимаю, ночами в свете красных фонарей витрина демонстрирует предлагаемый товар. Внутри тоже все изменилось. Гардеробы снесли, стены перепланировали. Теперь первый этаж целиком отдан под кабак с кабаре. Посетителей не видно, не время еще, но музыканты уже расчехляют инструменты, снуют официанты, мелькают тела полуодетых девиц. М-да, атмосфера дышит скорым праздником.

— Вы к кому? — вежливо осведомляется привратник в ярком мундире и свирепой рожей головореза.

— Медосмотр, — отвечаю сухо.

— А-а, — привратник считывают со всплывающей системки мою расовую принадлежность, — Поднимайтесь на второй этаж. Я вас провожу.

Пока поднимаюсь, пока прохожу в комнату для осмотра слышу, как шуршат вокруг меня занавески, шуршат юбки, шуршат девичьи шепотки.

Глава 9

— К нам прислали нового доктора.

— А он симпатичный?

— Ушастенький…

— Все вампы ушастенькие…

— И лысенький…

Сдавленные смешки шуршат за спиной как мышки. Захожу и прикрываю за собой дверь. Я — доктор, мать, делаю себе внушение, я к девичьим смешкам и шепоткам безучастен как истый профи. Скраиваю рожу кирпичом, будто осмотр девушек легкого поведения для меня дело привычное и даже рутинное.

— Пусть по одной заходят, — отдаю распоряжение зашедшему вместе со мной мордовороту, но тут же вспоминаю, что иглы с трубками я не взял.

Вот засада. И как я теперь буду им кровь проверять? Кусать каждую? И куда мне их кусать… в какое, извините, место? Ситуацию спас привратник, заметивший мой шалый, затравленный взгляд.

— Иглы вот в этой тумбочке, — докладывает он невозмутимо.

Да, этому парню можно в покер играть. Чужие эмоции на раз считывает, свои умело скрывает. Еще бы, поди-ка не первый день в борделе работает, тут любой натренируется держать покер-фейс. Благодарю привратника, достаю иглы с трубками. Облегченно выдыхаю. Молодцы ребята, озаботились запасом.

Привратник уходит обратно на первый этаж бдить, а я начинаю прием. И довольно скоро понимаю, что переживал зря. Никто не пытается меня совратить и затащить в постель. Никто не говорит мне скабрезностей, все чинно, благородно. Ну посматривают с любопытством на мои уши и на мою лысину. Ничего страшного, просто девочки не видели раньше лысого вампа.

Сами-то девочки всех рас и цветов кожи. Орчанки вон, ничего такие бабенки, кровь с молоком. Мускулистые, фигуристые. И гоблинши, хоть и тонкокостные, но вполне миловидны лицами и скроены изящно. Одним словом, девушки здесь на любой вкус. Только под конец одна бойкая смугляшка черноглазая совсем юная позволила себе выйти за рамки «уставных отношений».

— А как тебя зовут? — с порога спрашивает меня бойкая девчуля.

— Доктор Вик, — отвечаю важно, а как еще представляться, если ей больше пятнадцати лет с виду не дашь? Однако ответ мой вызывает реакцию противоположную ожидаемой, та прыскает в кулачок.

— Доктор Вик… да… звучит. А меня Люта.

— Люта… ага, тоже звучит, — возвращаю «любезность».

— Все так говорят, — с вызовом заявляет Люта, будто я позволил себе в чем-то усомниться, — Я наполовину темная эльфийка. Понимаешь?

— Круто… не вертись, Люта, а то я в вену тебе не попаду, — по всему выходит, она не только выглядит на пятнадцать, она действительно малолетка.

— Ой, доктор. Простите доктор, — Люта принимает образ пай-девочки: коленочки вместе, спинка прямая, глаза честные-честные…

— Все хорошо, Люта, ты здорова…

— Ой, доктор. Вы так забавно шепелявите, когда у вас эта трубка на зубе надета.

— Слушай ты, Гюльчатай! — раздражаюсь, — Попрошу не перебивать… значит так, ты здорова, могу поставить тебе инъекцию регенерации либо антимутагена.

— Меня зовут Люта, — егоза недовольно надувает губки, но надувает ровно на одну секунду, чтобы дуться на меня дольше, она имеет слишком подвижную психику, — Лучше антимута… как там… гену. Понимаешь? Реген у меня самой прокачан.

— Ох, Люта, готово. Иди уже с глаз моих, зови следующую.

— Док Вик, а можно лысину потрогать?

— Еще чего?.. черт, какой я тебе доквик?

— Сам-то обзывался, — вредина показывает мне язык и тут же без всякого перехода продолжает, — Ну я, когда была маленькая, жила с народом дроу. Понимаешь? Меня водили в храм, а там идол был. Понимаешь? Он тоже лысый и на тебя похож. Папка меня поднимал, чтоб я потрогала ему лысину. Понимаешь? Потому что на удачу…ну пожа-а-а…

— Черт с тобой, трогай лысину и вали, зови следующую.

— Ой, у тебя шершавится, — сообщает Люта, проводя ладошкой по моей голове.

— В каком смысле?

— Щетинка. У тебя волосы отрастают, а ты не сбрил.

— Вот и хорошо. Пусть отрастают. Чтоб всякие козявки не лезли.

— Сам козявка.

— А ну брысь отсюда. Зови следующую.

— Нету больше никого, — с победным видом заявляет Люта, будто бы этим ответом меня уела, — Я была последняя. А еще мне сказали отвести тебя к боссу.

— Ну пошли… раз сказали.

Мы спускаемся на первый этаж и Люта подводит меня к боссу, и тут… босс меня узнает.

— Виктор? Охренеть, точно ты?

— Котяра? Жив еще, пожиратель оливок?

Мы обнимаемся с Котярой, как старые добрые друзья после многолетней разлуки. Люта пронаблюдала сцену радостной встречи округлившими глазами и тут же куда-то усквозила, будто ветром сдуло. Котяра ведет меня к дальнему столику, на ходу подавая подвернувшемуся официанту затейливый пальцевый знак. Мы еще не успели усесться, а на столике появляются два бокала, бутылка коньяку и вазочка оливок.

— Витя, про тебя столько слухов ходило… — Котяра на правах хозяина разливает, — …за встречу.

Чокаемся, выпиваем. Заедаем оливками.

— Теперь меня зовут Вик.

— Да? Ладно. Пусть будет Вик, — Котяра разливает повторно и сразу поднимает бокал, — Вздрогнем… да, каких только слухов про тебя… то ты в зомби превратился, то в демона, потом вообще пропал… ни слуху, ни духу… сколько ж тебя не было? Лет десять?

— Семнадцать.

— М-да. И вот нарисовался. Как тебя в вампы занесло? Да еще и в высшие!

— Случайно вышло, — кривлюсь, — Главное жив.

— Это верно. Жив — это главное. Давай… за жизнь.

— Будь здоров… — чокаемся, выпиваем, закусываем. И понимая умом, что лезу не в свое дело, но видать, коньяк в голову ударил, задаю вопрос, — Слушай, Котяра, я все понимаю, дело торгашеское — беспринципное, но зачем ты малолетку на работу взял?

— Ма-ло-летку, — повторяет Котяра по слогам и смотрит на меня изучающим-вопрошающим взглядом.

— Да-да. Нефиг на меня так смотреть. Я же не слепой. Ей еще в куклы играть…

— В ку-клы… — снова повторяет за мной Котяра и усмехается, — Дай угадаю, Вик. К тебе на прием влезла мелкая, чернявая, верткая как мартышка и щебечет, не замолкая, как стая воробьев?

— Ну…

— А теперь еще раз угадаю, — Котяра уже не стесняясь растягивает лыбу от уха до уха, — Она развела тебя на инъекцию антимутагена.

— Э-э… мля-я…

— Да ладно не тушуйся, считай, моя недоработка. Нечего было эту шлындру к тебе отправлять.

— Так она того… не того… не занимается этим…?

— Ох, Вик, ты извини за прямоту, — Котяра качает головой, будто поверить не может, — Все-таки ты — не семи пядей во лбу. Но я-то, слава богу, еще мозги не растерял. Я это ходячее бедствие к клиенту на пушечный выстрел не подпущу… — тут Котяра поворачивается к залу и громко и даже довольно грозно кричит, — Мишка, Лютка! А ну быстро сюда, черти босоногие.

На Котяровы вопли прибегают двое: та самая Люта и еще один паренек, чуток ее постарше.

— Да, дядя Кот.

— Да, пап.

О как. А Котяра-то у нас отец семейства. А, впрочем, чему я удивляюсь, за семнадцать-то лет…

— Куда ночью собрались, лишенцы? — Котяра грозен, только что шерсть на загривке не топорщится.

— Пап, мы никуда… — начинает оправдываться парень, не замечая бегающих глазенок Люты, — …после того раза мы…

— Не врать мне! — бушует Котяра, — А кто доктора на антимут развел, я что ли?

— А, ну это… — парень не иначе картину произошедшего влет уяснил и тут же начал девчонку выгораживать, — …это мы так с Люткой на спор… исключительно пошутить.

— Я сказал не врать! — орет Котяра, — Значит так. Сегодня будете драить все здание. Чтоб блестело как младенческая попка после купания. Ясно?

— Пап, мы же это…

— Вам все ясно?! — перебивает Котяра парня, — Сейчас же тащите ведра. Начнете с ресторана.

Оба подростка обреченно кивают, разворачиваются и удаляются, поникнув головами, шмыгая носами. Котяра снова оборачивается ко мне, наливает по полной, отхлебывает неслабо.

— Такие вот дела, Вик, — вздыхает обреченно, — А ты говоришь, торгаш беспринципный. Устроил тут у себя детский пансионат…

— Вот оно как. Извини, Кот. Не знал, что ты ей дядя.

— Да какой я ей в жопу дядя? — моя очередная «догадка» вгоняет Котяру в досаду, — Пришла пару лет назад. «Возьмите меня клиентов обслуживать. Я уже большая. Понимаешь?» — Котяра бесподобно пародирует манеры Люты, — «Я наполовину темная эльфийка. Понимаешь?» … а сама еще нос подтирать не научилась… сопля зеленая. Пришлось приютить. Да и Мишке хоть какая-то компания. Он ведь тоже полукровка. Такой же выблядок…

— А Мишка, он тебе кто? — спрашиваю осторожно, а то достало меня выглядеть дураком.

— Сын, кто же еще, — и опять Котяра мною недоволен, — Кому бы я еще позволил себя папой называть?

— Да ну тебя, — тут и сам начинаю заводиться, — Пойди разберись с твоей Санта-Барбарой.

— Извини, Вик, не кипятись, — смягчается Котяра, — Давай еще по одной.

Мы выпиваем еще по одной… за детей…

— В первый год дело было, когда еще здесь гардеробные решетки стояли, — по ходу Котяре захотелось выговориться, — Ну и сошелся я с одной эльфийкой. Завертелось-закрутилось. Она забеременела. Вот так Мишка у нас и народился.

— Это сколько ему сейчас?

— Шестнадцать исполнилось.

— Рад за тебя. Жена… сын…

— Я тебе поражаюсь, Вик, — хмыкает Котяра, — У тебя что ни предположение, то обязательно мимо кассы… черт, ты только не заводись опять… нету у меня жены. Для эльфов смешение кровей — позор до седьмого колена. Так что эльфийка моя практически сразу срулила в родной мир. Потому и Мишка изгоем рос. Его я, считай, один и воспитывал.

— Я помню тогда семнадцать лет назад, — аккуратно, как мне кажется, перевожу разговор в менее эмоциональное русло, — Эльфы здесь хотели на широкую ногу развернуться.

— А ты сам-то, Вик, — Котяра смотрит на меня наметанным торгашеским взглядом и как обычно сразу выкупает, — Так говоришь, будто эти семнадцать лет мимо тебя прошли. Я бы предположил, что ты в тюрьме сидел. Но тюрем нынче нет. Это я точно знаю.

— Верно говоришь. В тюрьме я не был. Был подальше в местах похуже…

— Понятно. В местах «столь отдаленных».

— В очень отдаленных местах. Даже вспоминать не хочется.

— Да ладно. Я ж с пониманием.

— Так что с эльфами? Там у них был главбосс по имени Леноэлам. Что-то слышал о нем?

— Да, припоминаю, — подтверждает Котяра, — Там была какая-то темная история про то, как некий архидемон заманил того эльфа в подземку и завалил его самого и всю его компашку. Потом архидемон свалил, потому как наш мир ему стал неинтересен, но и эльфы после этого к старушке Земле резко охладели. Они еще делали какие-то попытки… ходили слухи, что эльфы экспортировали отсюда березовую древесину. Нафига им береза, не спрашивай, не знаю. Но и береза в итоге оказалась не того качества… кстати, с той историей и твое имя поминалось… тогда я даже поверил, что ты стал демоном, теперь вижу, ошибался…

Поправлять Котяру, что он не ошибался, не имею желания, а потому просто отхлебываю из бокала. Но мне приятно услышать подтверждение, что Леноэлам все-таки сдох. И что я, пусть и тупо в качестве наживки, в этом поучаствовал. Поделом засранцу.

— Но это все не отменяет того факта, — продолжает Котяра, — Что Мишка мой — полукровка. Что для людей, что для эльфов — он чужак. Я его сдерживаю, как могу. Но умом-то понимаю. Одна ему дорога — в охотники на скрипунов.

— Это что за профа такая?

— Это не профа. Это крест. Сам посуди. Зомбей, нежить, хаоситов давно повывели. Профессии никакой Мишке не светит. Ему только на скрипунах опыт набивать.

— Ты гонишь, — таращусь на Котяру и поверить не могу, — Парень с виду не дурак, что мешает его к своему бизнесу пристроить?

А ты сам ничего не замечаешь, Вик? — Котяра кривит кислую ухмылку и разливает по бокалам, — Вот глянь по сторонам, что ты видишь?

— А что я должен увидеть? Ресторан, официанты, музыканты… мля, не грузи, Котяра.

— Клиентов, Вик, — подсказывает с горечью в голосе, — Клиентов ты здесь много видишь? А ведь восемь вечера почти.

— И вправду, — до меня докатывает, — Пара столиков всего занята. Чо за байда? Пандемия, экономический кризис?

— Опять ты не попал, — вздыхает Котяра, — В наркоте все дело.

— Не знал, что дурью барыжишь.

— А я и не барыжу, Вик. Всегда был против этого говна. Но поверь, ради бизнеса пошел бы и на это…

— Но…?

— Сейчас в моду вошел шорк, новая дурь. Но уже полгорода подсела.

— А что тебе мешает ею торговать?

— Трепетное отношение к моей частной собственности. Чтоб торговать шорком, придется отдать Гвоздю долю в бизнесе.

— Гвоздь? Это который профсоюз?

— Он самый. Гвоздь — эксклюзивный поставщик. Больше ни у кого шорка нет.

— Йоп. И здесь этот Гвоздь. А кто им рулит вообще?

— Орк по имени Боргу.

Я чуть было коньяк не в то горло не залил.

— Как это Боргу? Я думал полковник с ним разобрался.

— Ну нет, — Котяра отрицающе мотает башкой, — Терки у них были поначалу. Но, что Боргу, что полковник — ребята деловые, расовой ненавистью не озабоченные. Если есть возможность договориться без кровопролития, сам понимаешь…

— Понимаю, они договорились.

— Хотя, знаешь, Вик. Полковник сидит на корневом портале и думает, что город у него в кармане. А Боргу тем временем сначала профсоюз создал, теперь вот частный бизнес под себя подгребает. Аукнется полковнику… и очень скоро аукнется.

— Сам-то что делать будешь?

— Выбор невелик, — Котяра морщится, — Месяца два-три еще побарахтаюсь. А потом, либо закрываться, либо под Гвозди ложиться. Как понимаешь, ни тот ни другой исход Мишкиной карьеры в бизнесе никак не подразумевает.

Котяра подзывает официанта с явным намерением повторить коньяк, но я поднимаюсь.

— Извини. У меня еще дела сегодня.

— Ну как хочешь… погоди, не убегай. Тридцать монет за медосмотр…

Открываю обмен, получаю перевод от Котяры. За семнадцать лет наличных денег так и не появилось. Видать, просто нет смысла.

— Вик, погоди еще полминуты.

— Слушаю.

— Возьми Мишку под свое крыло.

— Ты обалдел, Котяра? Или наклюкался? Я санитар в приемном покое.

— Вот ты только мне не рассказывай, — Котяра щурится и хмыкает, — Как только ты прокачаешь способность сопротивления мутациям, или что ты там сейчас прокачиваешь, сразу свалишь от этих докторов скрипунов резать. Что, скажешь не так?

— Да ну тебя. Провидец, хренов. Все пока.

Встаю и торопливо иду на выход. Вслед мне раздается совершенно трезвый голос Котяры:

— Обещай хотя бы подумать, Вик. Я буду очень благодарен.

Черт, засиделся с Котярой. А мне еще качаться, да потом на смену успеть. Решаю воспользоваться подземкой. И время сэкономлю, и посмотрю, что за чудо маго-инженерной мысли. Любопытно.

Спускаюсь в метро. А здесь оживленно. Народ валом прет. У турникета система запрашивает добро на списание монеты. Подтверждаю, прохожу и встаю на эскалатор. На мага-тяге он работает ничуть не хуже, чем на электричестве. Ловлю странное чувство нереальности. Метро кажется таким привычно родным, что ностальгия накатывает, аж в груди щемит.

Вот только кроме людей здесь гномы, орки, гоблины… эльф смазливый, до того высокомерный, что даже снобливый наглосакс отдыхает… компания обвешанных острым железом низших демонов чинно дожидается состава… абсурд и смешение реальностей.

В вагоне мне сидячего места не досталось. Всю дорогу обалдело глазел на клыкатого орка, читающего сильно засаленный сборник еврейских анекдотов. За всю дорогу орк так ни разу и не засмеялся, но читал неотрывно.

Чтоб согнать с себя хмель вкатил две само-инъекции сопротивления ядам. За две остановки успел полностью протрезветь. А ведь прав Котяра. Я дурак недалекий, а он как хороший шахматист, на несколько ходов вперед просчитывает. В сущности, став вампом, я стал идеальным охотником на скрипунов. Кто еще кроме вампа может прокачать сопротивление мутациям? Кто еще кроме вампа может в полевых условиях натыкать сам себе инъекций и перебороть в сущности любую дрянь?

В приемном покое опять натыкаюсь на бригаду эльфийских целителей. На этот раз они мне ничего не говорят, но пока иду мимо них к переходу, провожают поганенькими взглядами. Бегу вниз по пандусу, вот и дверь качалки. Дергаю. Закрыто. Понимаю, подговнили эльфы. Настучали администрации, и вход в зал мне перекрыли.

Глава 10

Догадываюсь, что идти просить ключ от зала — дело бесперспективное. И что делать? Не, я могу, конечно, своим лазером выжечь замок, но что потом будет? Очевидно, ничего хорошего. Эльфы опять настучат, а создавать ребятам проблем не хочу. Стою у закрытой двери, размышляю. Даже открываю характеристики, прикидываю, сколько за сегодня смогу поднять, если все-таки сломаю замок.

А поднять могу прилично. Сучьи эльфы. Мне бы буквально еще три-четыре дня на тренажерах… а что это не так? Вроде все так. Раз за разом прокручиваю, но не могу ухватить… ага, вот что не так. Моя спецуха изменила шрифт: «специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)»

Трансформация в энергию теперь активна! Ну что ж. Пора выяснить, чем меня наградила система. Догадки-то конечно имеются, но ведь то догадки… активирую, одна эпена списывается на активацию. Оставшаяся эпена дает мне секунду на состояние «энергии». Вот почему раньше не работало, с единственной эпеной в запасе активация не имела смысла. Делаю шаг сквозь закрытую дверь и… не встречаю сопротивления словно призрак бестелесный. Я в зале… секунда трансформы истекла, я снова стал плотным, но теперь я в зале.

Оборачиваюсь. Дверь закрыта, дверь не пострадала. Отлично. Я даже боюсь представить, какие перспективы передо мной открываются. Я ж теперь могу сквозь стены ходить… я крут, мать. Надо будет только в эпену вложиться, а то одна секунда — это мало совсем.

В этот раз качался с особым упорством и осознанием, что возможность заниматься в самое ближайшее время могут прикрыть окончательно, но к двум ночи явился в приемный покой. Кач качем, а службу мою санитарскую никто не отменял, хотя, если честно, те крохи опыта, что с нее перепадают уже сегодня не позволят взять нового уровня. Очков опыта за каждую смену дают примерно одинаково, а требования от уровня к уровню растут в геометрической прогрессии. Вон ребята, застряли на уровнях тридцать плюс, а они здесь семнадцать лет горбатятся. Прав Котяра, в санитарах я долго не задержусь.

— Вик, — окликает меня Юп, заставляя вынырнуть из размышлений, — Откати тело в морг. Мы все заняты пока.

Сат бросает на Юпа хмурый взгляд, будто даже с осуждением, но молчит, сразу возвращается к работе. А мне кажется странным, чего это Сату не понравилось? Катать тела в морг — моя прямая обязанность. Может переживает, что у меня силенок не хватит тело с каталки на стол перевалить?

— Все ок, Сат, я справлюсь, — даю понять, что переживать за меня не нужно, и берусь за каталку.

Накрытый простыней труп оказался чуток тяжелей, чем я предполагал, и когда каталка взяла разгон с наклонного пандуса, я ее малость упустил. Ничего страшного, докатившись до ровного каталка сама замедлилась и лишь слегка под небольшим углом зацепила за стенку. Труп тряхануло, но не выкинуло. Только простынка, которой тело накрыли, сползла.

Подхожу, чтоб поправить простынку, но взгляд мой останавливается на лице покойного. Вот те раз. Это ж наш новый соплеменник, недавний демон. М-да. Недолго он в вампах проходил. Откидываю простыню полностью и осматриваю труп. На теле несколько ранений, но только часть ран имеют признаки мутации. Только часть. Минимум две раны нанесены отнюдь не скрипуном. Чтоб это определить, моего опыта достаточно, слишком уж картина очевидна.

Первую мысль, потребовать от Сата немедленных объяснений, почему он умолчал про смерть «нашего парня», отбрасываю, как скоропалительную и недальновидную. Промолчу. Понаблюдаю. Они ведь заняты были. А смена еще длинная. Поделиться грустной новостью время у ребят будет. А вот если до конца смены ничего не скажут, значит ребята мутят, темнят или как минимум чего-то недоговаривают.

Смена прошла в рутине. Седьмого уровня я ожидаемо не взял. Шкала опыта едва проползла до половины. И ребята мне так ничего и не сказали. Поразмыслив, решаю поговорить для начала только с Луной. С ней у меня сложились наиболее доверительные отношения.

А потому ни по дороге домой, ни во время завтрака ничего не спрашивал. Только сообщил Сату, что из полученных за осмотр тридцати монет, одну потратил на проезд в подземке. Сат сказал, чтоб эти деньги я оставил себе на расходы. На этом разговор исчерпался. Поднялся к себе, принял душ, перед сном уже привычно глянул свой прогресс:

Уровень 6

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения — 14 (25)

Взрывная (резкая) сила — 12 (25)

Выносливая сила — 16 (25)

Сила телесной крепости — 15 (25)

Эпена — 2

Свободных очков характеристик — 5

Способности: сопротивление ядам 1,8 (3), регенерация 2,6 (3), каменная кожа 1,8 (2), метаболизм 2,6 (4), усиление костной ткани 1,8 (3), сопротивление ментальному воздействию 1,8 (2), диагностика крови 2, сопротивление мутациям 1.

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак

Свободных очков способностей — 4

Неплохо. По меньшей мере вернул себе силовые показатели, что имел до обретения системы.

Сегодня проспал недолго. Для восстановления с каждым днем требуется все меньше времени. Оделся, спустился вниз в столовую, где уже привычно застал Луну. Увидев меня, она сразу поднялась со стула, будто именно меня и ждала.

— Давай обедать, Вик, — улыбается, смотрит приветливо. Либо она очень хорошая актриса, либо не считает, что от меня скрыли нечто важное.

— Подожди с обедом, давай поговорим.

Она видит мой напряженный взгляд, и, по-моему, она все понимает. Садится снова за стол, сложив руки перед собой.

— Почему вы мне не рассказали? — умышленно ставлю вопрос вот так без пояснения, даю понять, что нам обоим известно, о чем именно «не рассказали».

— Ты про парня, что привезли сегодня мертвым, — даже не уточняет, а констатирует Луна.

— А его уже мертвым привезли?

— Такое бывает. Пациенты иногда умирают по дороге в больницу.

— А вампов? Их всегда привозят мертвыми?

— Нет.

— Послушай, Луна. Не заставляй из тебя клещами вытягивать. Работу санитара вы почитаете за благо, а службу патрульным — приговором… новому соплеменнику вы не рады, а его гибель вы даже не считаете поводом для разговора… что с вами не так?

— Ну зачем ты так, Вик?

— Извини, но я устал от ваших недомолвок.

— Может хотя бы поедим сначала.

— Нет, черт. Давай сначала поговорим.

— Ну хорошо. Только придется рассказывать с самого начала.

— Потерплю.

— Когда Аристарх с командой ушел, мы остались вчетвером. Но мы были полны оптимизма. Мы — представители новой расы, очень перспективной… такие возможности открывались. А мы еще и высшие…

— А кстати, чем отличается высший вамп от просто вампа?

— Только одним. Высший вамп способен обращать. Просто вамп — нет.

— То есть я тоже могу обратить в вампа любого?

— Любого гуманоида с его согласия, — уточняет Луна.

— Понятно. Слушаю дальше.

— Так вот, мы были наивны и полны оптимизма. Особенно Сат был окрылен, — продолжает Луна, — Наше поселение на восемьдесят процентов состояло из медработников. Почти половина из них врачи. Но с приходом системы людям пришлось озаботиться вопросами выживания. В итоге даже среди врачей мало кто стал системным целителем, большинство обрело воинские специальности.

— Как Юп и Мерка? — припоминаю давешний рассказ Луны.

— Да. Мерка была стрелком, Юп владел клинками, но после трансформации в вампов они вернули себе возможность работать по профессии. И многие завидовали, Вик. Тогда многие в поселении готовы были сменить расу, чтоб снова стать врачами. Даже комендант был согласен…

— И что-то пошло не так?

— К коменданту пришли из гильдии вольных охотников, — говорит Луна с застарелой болью в голосе, — Дали понять, что новую сильную расу возле себя не потерпят. Комендант внял и пошел на попятную. Мы стали изгоями. А всех, кто обращается к нам с просьбой обратить…

— … вы отправляете на убой, — договариваю за Луну.

— Не так, — вкидывается Луна, но тут же сникает, — Вернее, сначала мы думали, что не так. По договору с Гвоздем право на врачебную практику получают только высшие, простые вампы причисляются к патрулю.

— И какой срок жизни простых патрульных вампов?

— Полной недели не протянул ни один.

— М-да. Начинаю понимать, почему народ предпочитает тупо дохнуть. Стать вампом — это даже не мизерный шанс, это насмешка какая-то.

— На самом деле все равно просят. В месяц не по разу, Вик. Представляешь сколько вампов за семнадцать лет Гвоздь отправил на тот свет?

— Целое кладбище вампов, — согласно киваю.

— Ну вот. Теперь ты все знаешь. Имеешь полное право нас презирать, — сухо говорит Луна.

— Да с чего бы? Луна, ты из меня дурного обличителя не делай. Вот ей богу, тебе во времена Пушкина родиться надо было: «в вашей воле меня презреньем наказать…» вы выживаете, как умеете… а Боргу ловок, паскуда. Нашел способ нейтрализовать потенциально сильную расу… а я-то все понять не мог, почему нет желающих стать вампом? Ведь такие перспективы!.. ловок Боргу. Везде толстые лапы засунул.

— Ты знаешь Боргу? — в голосе Луны озабоченность и даже тревога, — Он очень опасен, Вик. С ним лучше не связываться.

— Да, я знаю Боргу. Но видел его семнадцать лет назад, — пытаюсь успокоить Луну, — К тому же был тогда демоном. Вряд ли он меня узнает при встрече.

— Вик, я вижу, ты что-то задумал, — Луна смотрит на меня своими бездонными глазами.

— Пока еще не задумал. Но делать что-то надо. Мне такое прозябание не по душе.

— Тогда ты должен знать. Я тебя поддержу… даже если Сат будет против.

— Спасибо. Но у меня пока нет никакого плана. Одно могу сказать, из санитаров я уволюсь.

— А мне кажется, у тебя есть план, только ты нам не доверяешь…

— Тебе доверяю.

— Нет, Вик. Не доверяешь. И правильно делаешь, потому что мы — слабаки.

— А я, мля, полубог. Мифический герой.

— Опять прибедняешься, — Луна смотрит на меня лукаво, — Может я и трусиха, но я наблюдательная трусиха. Я помню тебя в первый день — кожа да кости. А теперь ты оброс мускулами. Вон у тебя даже волосы на голове начали отрастать.

Луна решительно поднимается со стула, огибает стол и подходит ко мне вплотную. Я тоже поднимаюсь со своего стула. Ее пальцы ощупывают мои плечи, руки, грудь, заныривают под футболку и ощупывают живот. Это похоже на медицинский осмотр, но это слишком чувственный осмотр, сексуальный.

Я обнимаю ее за талию и привлекаю к себе. Мы начинаем целоваться. Страстно, как люди, истосковавшиеся по телесной близости. Я, понятно, почему. У меня не было женщины семнадцать лет. А почему она?.. плевать. Подхватываю ее на руки и несу на второй этаж. Луна ойкает, но быстро понимает, что нести ее мне вполне по силам. Она только прижимается ко мне еще теснее.

Поднимаюсь в свою комнату, ставлю ее на ноги и закрываю дверь на щеколду. Мы стаскивает друг с друга одежду торопливо, нетерпеливо, а потом она берет меня за руку цепкими пальцами и увлекает к кровати, в безумный омут диковатой почти животной страсти…

М-да. Вот вам и сестра милосердия, замужняя женщина… только через час мы остановились, чтобы перевести дух. Ее голова на моей подушке, черные волосы на белом полотне. Она улыбается… немного нежно… немного задумчиво…

— Жалеешь о содеянном? — спрашиваю.

— Еще чего? Жалеть о содеянном хорошо рядом с Сатом. Он создает для этого комфортные условия. Рядом с тобой, Вик, хочется предаваться безумству.

— С тобой тоже.

— Будем считать, обмен комплиментами состоялся, — улыбается, проводит ладошкой по моей обрастающей голове, — Не торопись увольняться, Вик, если у тебя нет плана, то и внимание привлекать к себе не стоит. Мы тебя прикроем.

— Ты думаешь?

— Убеждена… давай одеваться, теперь я буду тебя кормить. И еще раз, Вик, с Сатом я поговорю сама. Дай мне три дня.

— Хорошо, — вздыхаю, — Три дня. Имей в виду, потом я просто объявлю, что ты — моя женщина.

— Нисколько не сомневаюсь. Ты прямолинеен и безжалостен. Из тебя бы вышел хороший хирург…

Я поел наскоро, вот не хочу сейчас встречаться с Сатом, и, получив от Луны на выходе «чмок в щечку», вымелся из дома. Не знаю почему, ноги сами понесли к борделю. Не, сексом с Луной я вполне насытился, я хочу поговорить с Котярой. Чтоб не тратить лишнее время на дорогу, две станции проехал на метро.

Поймал себя, что пялюсь в окно электрички с глупой улыбкой. И ни единой мысли, одно только знание, что Луна — теперь моя женщина. И плевать на все остальное, настолько плевать, что нет даже тени желания заниматься ни самоанализом, ни внешней аналитикой. Привратник пропустил меня без лишних вопросов, а вот Котяра, увидев меня, удивленно приподнял брови.

— Шарфы, шапки… — озвучиваю старый пароль тех времен, когда Кот еще заседал за гардеробной решеткой.

— Перманентно, — Котяра произносит старый отзыв и кивком приглашает идти следом.

— Слушаю, — деловым тоном произносит Котяра, когда мы усаживаемся в его директорском кабинете.

— Кто такие охотники на скрипунов?

— Вообще-то тебе следовало у Мишки об этом спросить… или у Люты.

— То есть они в теме?

— В теме — это громко, — я чуть не физически ощущаю, как цепкие глаза Котяры «ощупывают» мое лицо, — Я все-таки ограждаю их, как могу. Но по двадцать четыре уровня они набили не на социалках. Позвать?

— Погоди. Что ты вкладываешь в слова «взять их под свое крыло»? Ты ведь понимаешь, трястись с ними я не буду. Носы подтирать не буду.

— Я это понимаю, Вик, — говорит Кот устало, — Но я помню, что о вверенных людях ты заботился, риски старался минимизировать. Ты не подумай, это только кажется, что у них ветер в голове… но если они будут с тобой, мне спокойнее…

— Ладно, зови, — может мне показалось, но Котяра будто бы выдохнул с облегчением.

У Люты закатаны рукава, у Мишки мокрые пятна на коленках. Примчав в кабинет к Котяре, они замерли на входе, настороженно переводя взгляды с меня на Котяру и обратно на меня.

— Вольно, — Котяра усмехается, — Песочить вас за косяки пока никто не собирается. Сортиры домыли?

— Угу, — бурчит Мишка, Люта обиженно шмыгает носом.

— Тогда слушайте сюда, — голос Котяры строжает, — Дядя Вик возможно… повторяю, возможно возьмет вас в свою команду. Слушаться его безоговорочно.

— Чо, прям как тебя, дядя Кот? — офигело переспрашивает Люта.

— Даже еще безоговорочней! — сурово уточняет Котяра, — Если нареканий не будет, то возможно… повторяю, возможно, я разрешу вам официально вступить в охотники…

— Ур-ра-а…

— А ну тихо, гопота мокрозадая, я еще не договорил, — Котяра морщится, — Введете Вика в курс дела. В городе его не было семнадцать лет. Со скрипунами он пока…

— Все верно, — подтверждаю слова Котяры, — Скрипунов я пока в глаза не видал.

Повисает звенящая тишина. Я прямо слышу, как шуршат от напряга подростковые мозговые извилины. Впрочем, тут бы любой призадумался. Двух бойцов двадцать четвертого уровня приставляют к полнейшему нубу шестого левела. Однако авторитет Котяры в глазах Мишки и Люты слишком высок, оспаривать его решение они не допускают даже в мыслях.

— Но вы не думайте, — все же вдается в пояснения Котяра, со значением сдвинув брови, — Вик очень опытный боец. А уровень у него низкий…

— Из-за трансформации, — подсказываю, — Слетел до первого.

— Ну, оно ведь того стоило? — осторожно уточняет Мишка.

— Разумеется, — отвечаю со сдержанным достоинством, опуская тот факт, что моего желания оборачиваться на вампа никто не спрашивал.

— Ну, и когда начинаем? — Люта азартно сверкает глазками, ей походу вообще все пофигу, ей главно, дядя Кот разрешает «вступить в охотники».

— Освобожусь в два ночи, — обозначаю постулат, что это они должны под меня подстраиваться, а не наоборот.

— В самый раз, — Мишку обозначенное время вполне устраивает, — Раньше ловить нечего. В два будем ждать тебя… вас… в Белоконе.

— Это бар, где охотники на скрипунов собираются, — поясняет мне Котяра, — Я тебе метку на карте поставлю.

— Тогда порешали, — поднимаюсь, — Пора пощупать этих ваших скрипунов за вымя.

— У них нет вымени, — радостно поправляет меня Люта.

— Примолкни, — осаживает ее Котяра, — Классиков читай, за умную сойдешь.

Уже выйдя из борделя, ловлю запоздалые сомнения. А не поторопился ли я? Я ведь только что взял ответственность за двух подростков. Оно мне надо? Ну, они так и так уже занимаются охотой. Если окажутся неуправляемыми, просто откажусь иметь с ними дело. Умница Котяра оговорил такую вероятность, он выделил это слово: «возможно».

Глава 11

Через приемный покой прошел без осложнений. Сегодня здесь дежурят медсестренки гоблиняшки. Обе со мной поздоровались, даже улыбнулись. А они ничего такие, смазливенькие, и цвет кожи вполне приятный, нежно-оливковый. С каждым днем расовые отличия вроде формы ушей, характерного прикуса или цвета кожи в глаза бросаются все меньше. Привыкаю похоже…

На этот раз хватило ума перед дверью тренажерки снять одежду и переместить в инвентарь. Вчера испытывал некоторое неудобство, после перехода в состояние бестелесности, вещи упали на коридорный пол, где и провалялись сиротливо до конца тренировки, а заниматься на тренажерах в чем мать родила оказалось не вполне комфортно, а к тому этот иррациональный страх: а вдруг на выходе шмотья моего не окажется?

Зато сегодня все вышло как надо: разделся, проник, снова оделся. До полвторого ночи тянул, тягал, толкал и отжимал. Показатели довел до двадцаток. Вот точно, мне еще одну, край две тренировочки, и увижу по 25 во всех силах. Для меня сейчас уже стокилограммовая штанга — вполне рабочий вес, а на что буду способен прокачавшись до упора, боюсь загадывать.

Переместившись из тренажерки в коридор, подумал, что надо нарабатывать навык быстрого солдатского одевания. Не дон Жуанства ради, а боеготовности для. Чую, в охоте за скрипунами оно понадобится. Зайдя в приемный покой, решаю резину не тянуть. Тем более у ребят как раз выдался перерыв.

— Сат, разговор есть.

— Луна мне уже сказала. Поддерживаю, — о как, я и раньше знал, что Сат у нас тоже не любитель тянуть резину, но думал, он будет возражать, — Вик, тебе и впрямь нет смысла торчать здесь в будние дни. Будешь выходить с пятницы по воскресенье. В остальное время занимайся, чем хочешь.

Ага. Не знаю, что сказала Сату Луна, но вариант он предложил приемлемый. Для всех приемлемый. Молодец Сат, и я получаю относительную свободу, и ребята в авральные дни без дополнительной пары рук не останутся.

— Тогда я пошел? — уточняю несколько неуверенно, ждал, что придется стоять на своем, может даже ругаться, может даже хлопать дверью, а прошло все так просто…

— Да, конечно, иди, — отпускает меня Сат и даже не спрашивает, куда именно я собираюсь. Оно и к лучшему. При всем уважении, Луна права. Нет у меня к ним полного доверия.

До бара «Белый конь» чешу пешком. Подземка уже не работает. Хорошо, есть встроенный навигатор. Оставленная Котярой метка на карте, позволила проложить кратчайший освещенный фонарями маршрут. Но все равно к двум ночи не успел. Захожу в бар. Припоминаю по «прошлой жизни» до апокалича, что когда-то давно здесь собирались байкеры.

Впрочем, нынешний контингент хоть и лишен железный коней с внутрицилиндровым сгоранием, пропитан тем же духом воспламенительных паров и искрящего авантюризма. Народу много, и народ этот шумный. За ближайшим столиком гном борется на руках с орком. Окружившая толпа, размахивает бутылками, не замечая, как из них давятся наружу и летят во все стороны ошметки пивной пены, азартно болеет за обе стороны противостояния. Чуть дальше вижу бильярдный стол, играющий против гоблина демон тужится в тщетных попытках хоть как-то смухлевать. Но бильярд — не кости. Мухлеж у демона «не катит» в прямом смысле слова.

Отыскать в этой гомонливой толпе Мишку и Люту кажется сложным только на первый взгляд. Видеть еще не вижу, но со стороны барной стойки отчетливо слышу знакомое «воробьиное чириканье» с характерными «наездными» интонациями:

— Как это ты мне не нальешь? Я уже взрослая, понимаешь? Морда твоя прохиндейская, я же не шорк у тебя заказываю, а пи-и-во… понимаешь? Ну пожжа-а-а…

— Куда тебе пиво, малявка? — гудит в ответ рассудительно-корректный бас бармена, — Если деньжата появились, так возьми антимут… понимаешь? — он явно передразнивает Люту.

— Это ты не понимаешь, — сердито возражает Люта, — Засунь свой антимут, сам знаешь… понимаешь?.. у нас теперь свой вамп в команде, понимаешь? Сдался нам твой антимут, понимаешь?

Ну что ж, нисколько не сомневался, что Люта растрезвонит обо мне на всю ивановскую. Сегодня будет ей урок. Гребу к стойке, работая локтями, и, хотя силушки у меня не слабо прибавилось, местные посетители тоже не слабаки.

— Кому ты опять заливаешь? — бармен продолжает выдавать гулкие басы, — Вампы дохнут до рассвета, — это непреложно… эта народная мудрость родилась раньше тебя… малявка.

— Ты что же, морда, ты думаешь я вру? — голосит Люта, — Да я… да мне…

Мне, наконец, удается протолкаться к стойке. Картина ожидаемая. Люта сидит на высоком барном табурете, пытается прожечь густую барменскую бороду пылающим взглядом. Взмокший Мишка стоит рядом и бессильно скрежещет зубами, его попытки отвлечь Люту от глупого спора остаются без внимания. Ну что ж, пора вмешаться…

— Рюмку водки санитару приемного покоя, — по-гусарски громко оглашаю заказ, одновременно, спихивая Люту с табурета.

— Глядите, он реально вамп! — в баре повисает такая тишина, что становится слышно, как натужно сопят и порыкивают борющиеся на руках гном и орк.

— Высший вамп, прошу заметить, — делаю тонкую поправку, закидываю в себя поданную барменом водку и поворачиваюсь к Люте и Мишке, будто бы только что их заметил, — А вы что тут бездельничаете? А ну за мной.

— К-куда? — таращится на меня Люта.

— Как куда? В приемный покой, буду учить вас ставить клизму… друг другу…

Тащу через весь зал красную как вареный рак Люту, Мишка влачится следом, посетители бара ликуют:

— Теперь понятно, что у вас за команда…

— Лютка-санитарка! Ах-ха-ха, ах-хаха.

— Лютка, твое оружие теперя — клизмоган!

На улице, пока Люта не успела опомнится от позора и не начала вырываться, припускаю уверенным быстрым шагом. Но уйти далеко она дала, опомнилась…

— Ты! Ты что? Ты совсем что ли?! — Люта уперлась в мостовую как упрямый ослик обоими «копытцами».

— Мишка, а ты куда смотрел? — понимая, что «стучаться в разум» упершейся возмущенной девахи сейчас бессмысленно, перевожу строгий взгляд на парня, — Она по жизни все ваши секреты выбалтывает?

— Э-э, я вообще-то здесь рядом стою, — возмущается Люта.

— А ты помолчи, пустомеля, Котяра велел меня слушаться? А?

Носовое шмыганье дает мне повод заключить, что «да, велел».

— Вот и ладно, пошли.

— Куда?

— Я же сказал, в приемный покой.

— Да нафига?

— А вы сами не понимаете? Или вы серьезно думаете, что охотники — это такое рыцарское братство, где все друг другу братья и сестры?

— Ну типа, да.

— Тогда объясните мне, нафига за нами те хмыри увязались? — осторожным кивком показываю за спину.

Вообще-то, указывал я наугад, мне просто нужно было посеять в малолетних неокрепших черепах ростки сомнения. Но «угад» сработал. Прямо в десяточку попал мой «угад». Разглядев преследователей, Люта враз перестает упираться и послушно позволяет вести себя дальше.

— Ты их узнала? — спрашиваю негромко.

— Ага, — так же тихо отвечает Люта, — Мутные типы. Поставляют бару наркотик-шорк и…

— И что еще?

— И антимут.

— Ну вот, как минимум во мне они видят конкурента. Сколько стоит порция антимута?

— Семьдесят.

— Еще что-то объяснять надо?

Люта прониклась и до приемного покоя не проронила больше ни слова, а у меня малость отлегло, все же девка она неглупая, а заскоки будем лечить… надеюсь, заскоки лечатся.

Заявившись в приемный покой, бросаю Сату коротко: «мы тут постажируемся немного», — и выдаю Люте с Мишкой по белому халату. Сат с ребятами если и удивились, то вида не подали. Показываю подросткам как крепить тела ремнями к каталке, ну а шваброй орудовать их еще до меня неплохо обучил Котяра.

Мы включились в работу. Я даже был задействован для срочного хирургического вмешательства. Трое мутных типов, что шли за нами, через какое-то время заглянули внутрь. Увидев, что «все при деле», повертели головами, сделали вид, будто ошиблись дверью, и умелись восвояси. Ну что ж, легенду мы себе обеспечили. Громко так обеспечили, Люта, выходя из бара имела позора «полные штаны» … да и Мишка, подозреваю, не меньше

Для верности, чтоб быть уже совсем уверенным, что «хвост отвалился», пробыли в приемном покое еще около часа. Потеря времени — не беда. Зато молодняк проникся. Насмотревшись последствий скоротечных мутаций у пациентов, оба вид имеют бледный и нездоровый. Ничего, им это полезно. Пусть воочию увидят, какова может быть цена ошибки охотника на скрипунов.

Для закрепления обучающего эффекта, заставил Люту и Мишку катить труп до морга, одного из пациентов спасти не удалось. Предварительно выяснив у Юпа, где находится дворовый выход, оставил тело в морге, вывел «свою команду» на больничные задворки. Теперь я уже точно уверен, за нами никто не пойдет.

— Вот вам два урока, — говорю на ходу, торопливо удаляясь от больничного комплекса, — Вы охотники. Охотник — значит хищник. Хищник никогда не нападет на жертву, пока не убедится, что рядом нет других хищников. Понятно?

— Понятно, — кивают засранцы, засранцы прониклись, однако Мишка решается уточнить, — Но ведь раньше за нами никто не следил.

— Может и не следил, — хмыкаю, — А теперь вы в моей команде. Теперь осторожность — ваше второе «я».

— А второй?

— Чего второй?

— А второй урок?

— Смерть всегда рядом. В вашем случае — страшная и мучительная. Понятно?

— Понятно, — припоминая увиденное в приемном покое, кивают засранцы, засранцы прониклись.

Выбираемся на тротуар. Идем прогулочным шагом. В принципе, паранойю уже можно прикрутить, но я хочу убедиться, что ребятки урок усвоили, что слово «осторожность» для ребяток навсегда станет не абстрактно-пассивным понятием, а активной движущей силой.

— А куда мы теперь? — первой не выдерживает Люта.

— Так это у вас надо спросить, — отвечаю невозмутимо, — Где ваши охотничьи угодья? Ведите мастера Йоду юные подаваны.

— Кто такие подаваны?

— Те, которые подают пустую надежду… Люта, не беси меня своими вопросами…вот почему-то кто такой мастер Йода, у тебя вопроса не возникло.

— Так это и так понятно, — Люта обезоруживающе улыбается, — Ты — мастер йода, зеленки, мазей и микстур, — и глаза у засранки такие честные-честные. Драть, однозначно драть солдатским ремнем со звездой на пряжке.

— Здесь недалеко есть бывшая электроподстанция, — подает Мишка конструктивный голос, — Но вообще-то четыре утра — самое опасное время. Папа нам строго запрещал охотиться после четырех.

— Справедливо, — соглашаюсь с рассудительным Мишкой, — Сегодня полноценно охотиться не будем. Сегодня вы меня просто вводите в курс дела, но… ты прав, осторожность превыше всего.

Останавливаюсь. Вызываю интерфейс, просматриваю свои характеристики. У меня четыре свободных очка способностей. Недрогнувшей дланью вкладываю три из них в сопротивление мутациям, доводя способность до третьего ранга. Иголку с трубкой я на этот раз не забыл…

— Закатывайте рукава, добрый доктор будет ставить вам инъекцию.

Первой, кто бы сомневался, влезла Люта. Получив «укольчик», она с жадностью вчиталась в видные ей одной строчки интерфейса:

— Третий ранг! На пять часов! — офигело озвучивает она, — В баре такая вакцина стоит сто пятьдесят монет. Да еще фиг купишь!

— Да дядя Вик, мы за тобой, как за каменной стеной, — согласно поддакивает Мишка, получив свою порцию, он тоже первым делом глянул в характеристики.

— Насчет каменной стены ты призагнул, — кошусь на Мишку, выражая взглядом недовольство. Не хватало, чтоб они рядом со мной страх теряли, — У меня так-то шестой уровень. И давай без «дяди», просто Вик.

— Ладно. Вик. Так что, идем к подстанции?

— Валяй. По дороге расскажешь, почему именно подстанция.

— Так заброшенный объект. Электричества теперь нет. А на заброшках ни артефактов, ни фонарей никто ставит не будет. Там скрипунам раздолье.

— Логично.

— Вик, вот ты говоришь шестой уровень…

— Так и есть.

— А когда стал вампом слетел до первого?

— Угу.

— А насколько тебе порезали?..

А Мишка молодец. Вдумчивый мужчина подрастает, весь в отца.

— Вообще-то мой случай особый, но по рассказам коллег и собственным наблюдениям система по характеристикам и способностям срезает ровно половину уровней.

— Это если у меня сейчас восемнадцать в выносливости, срежет до девяти? — уточняет Люта.

— Нет, Люта, — поясняю терпеливо, — У тебя сейчас 24 уровень. Значит скинет в общей сложности 12 поинтов. Примерно по три очка с каждой характеристики.

— Так это немного, — прикидывает Люта, — Считай, набрал двенадцать уровней и все восстановил?

— Верно. Но ты губу-то закатай. Тот бармен верно подметил, вампы дохнут до рассвета.

— Но ты жив.

— А я высший. Меня самолично патриарх обратил. Вам такого не светит.

— Мы пришли, — Мишка указывает рукой на мрачное кирпичное здание, обнесенное почти полностью поваленным деревянным забором с остатками колючей проволоки.

— И какие наши действия? — уточняю.

— Внутрь мы не ходим. Слишком опасно. Просто ждем. Скрипун сам нарисуется. Только это… тебе стоит создать группу и включить в нее нас с Лютой.

— И что это даст?

— Как что? Во-первых, мы всегда будем знать, кто где находится. На карте будут метки. Во-вторых, можно установить равное распределение опыта. Со своей шестеркой быстро в уровнях подтянешься.

— Дельно… а как включать в группу?

— В интерфейсе. Там вкладка есть — «групповые настройки».

— Ага… так… готово. Приглашения разостланы. Добавляемся, молодежь.

Скрипун ждать себя не заставил. И звук на самом деле такой, будто кто-то медленно выдирает доску из забора, разве только помелодичней чуток.

— Сейчас появится, — подсказывает Мишка.

Мы вертим головами, по сторонам. В такой темноте я вижу плохо, но у Мишки с Лютой походу прокачано ночное зрение.

— Вон он, — Люта показывает пальцем.

Всматриваюсь в темноту. Сперва вижу что-то похожее на колебания горячего воздуха над костром. Потом начинаю различать легкое свечение. Мне это очень напоминает призрачных крыс, с которыми я намучался когда-то в метро. Этих крыс нужно было подлавливать в момент материализации, иначе урон по ним просто не проходил. Скрипун, имеющий, как и я шестой уровень, оказался явлением такого же порядка.

— Лютка, стань его, — выкрикивает Мишка и Люта шепчет слова заклинания.

Скрипуна опутывает соткавшаяся прямо из воздуха шипастая лоза. Скрипун дергается… и проплывает сквозь лозу, лишь оставив на ее иглах маленькие клочки тумана.

— С первого раза часто не проходит, — Мишка явно передо мной оправдывается за неудачу Люты, а та снова шепчет…

Еще одна лоза опутывает призрачное тело, и на этот раз удачно. Скрипун начинает рваться из пут, но Люткино колдунство его держит, с каждым рывком он становится все более плотным, и все крепче его удерживает заклятие. Приходит черед Мишки. Я гадал, каким оружием тот владеет, но Мишка тоже оказался магом. Разряд синей молнии шарахает по скрипуну и снимает четверть «здоровья».

Пока Мишка жарит скрипуна молниями, а Люта обновляет заклинание шипастой лозы, успеваю рассмотреть полностью материализованного скрипуна. Он человекоподобный, но с ярко выраженными звериными чертами: зубастая вытянутая пасть, уши торчком, длинные когти. Гнолл, фактически. Уведомление о получении опыта дает понять, что с скрипуна ребятки добили.

— А вы молодцы, — я действительно впечатлен.

— Мы сработанная группа, — самодовольно заявляет Люта, — Я станю и делаю его твердым. Мишка долбит молниями.

— А если вдарить по нему молнией, когда он в виде призрака? — любопытствую.

— Урон не пройдет, — вздыхает Мишка, — Мы с Лютой друг друга дополняем.

— Это я вижу, что дополняете, — соглашаюсь, — Боюсь, в вашем тандеме я — лишний.

— Да где лишний? — возражает Люта, — Знаешь, Вик, я сегодня в приемном покое насмотрелась, понимаешь? … спасибо тебе, прорекламировал свои услуги очень доходчиво… лучше мы с Мишкой будем делиться опытом, зато иметь под рукой целителя, понимаешь? Мишка, ты «за»?

— Полностью, — кивает Мишка, и будто угадав мои мысли, снимает еще невысказанное возражение, — И мой папа тут не причем. С целителем у нас будет полноценная группа.

Глава 12

Да, Витя. Приехал ты, Витя. Будешь шустрить на поддержке у двух подростков. И Лютка, гадюка, как вывернула: «прорекламировал свои услуги очень доходчиво…» — зараза мелкая. Ладно, вставать в позу сейчас не к месту. Они хоть и мелюзга, а в четыре раза по уровням превышают. Чего еще было ожидать? Сейчас они мастера, а я подмастерье.

— Ладно. Поехали дальше. Какие наши дальнейшие…?

— Ждем следующего, — Мишка пожимает плечами.

— Ага. Ждем, — соглашаюсь.

Вскоре показывается «следующий». Новый скрипун имеет пятый уровень и в отличие от предыдущего имеет сходство не с собакой, а с крысой. Но тактику сражения ребятки не изменили ни на волос: Лютка станит шипастой лозой, Мишка лупит молниями. Надо сказать, ребятки хоть и однообразно действуют, но молодцы, в мое время магов вовсе не встречалось. Впрочем, они ж полукровки, могли получить магические способности по эльфийской линии.

Мишка с Лютой «приняли» еще троих «пациентов», и мне оставалось только отыгрывать зрителя и смотреть как заполняется полоска опыта. А кстати, неплохо так заполняется, даже при том, что опыт на троих распределяется, до седьмого уровня мне чуть-чуть осталось.

Сбой отработанной тактики случился на шестом по счету противнике. Лютино заклятие сработало только с третьего раза, скрипун забился в объятиях шипастой лозы всего в пяти метрах от нас, но это еще не проблема. Проблема обозначилась в полный рост, когда следом выполз еще один скрипун.

— Придется тикать, — кричит Мишка, — Два сразу — слишком опасно.

Ну что, Витя. Пора включаться в работу. Хватит отсиживаться за худыми юношескими спинами. Вкидываю оставшееся очко способностей в «лазерный резак».

— Добивайте своего, — кричу, подрываясь с места, — Задержу второго.

Бегу на скрипуна с характерными кошачьими чертами. У меня с кошко-людами старые счеты. Кошачья морда меня злит и дополнительно мотивирует. Подскакиваю, вытягиваю резак в двадцатисантиметровый клинок. М-да, а чего я ожидал на втором ранге способности? До меча кладенца его качать и качать.

Рублю по наглой кошачьей морде. Лазер рассекает воздух, но не причиняет призраку никакого урона. Скрипун бьет в ответ и пропарывает мне бок. Не так чтоб очень глубоко пропарывает, но не будь у меня третьего ранга сопротивления мутациям, удар был бы смертелен. А так: «полное восстановление организма через 20 минут». Пободаемся.

Пробую подловить скрипуна в миг материализации во время удара, но повторяется история моего противостояния с призрачными крысами. Он наносит мне урон, а я ему нет. Тупо не успеваю ухватить тот краткий миг, когда он становится плотным и, соответственно, уязвимым. Да, жаль, что у меня нет такой фишки, как Люты. К тому же скрипун поумней той крысы. Когда я пытаюсь подставить ему под укус свою руку, тот просто игнорирует и предпочитает полосовать меня когтями.

Шкала здоровья не сказать, что критически быстро, но ползет вниз. Скрипун азартно скалится, я не снял с него ни единого поинта. Черт, неужели не найдется на него управы? Все идет к тому, что не найдется, он меня явно побеждает. Мысль о том, что мой удел — стоять за спинами в качестве ходячей аптечки, злит до зубовного скрежета. Чтоб сделать хоть что-то, выиграть хоть немного времени врубаю трансформацию в энергию: «внимание, в энергетическом состоянии лазерный резак не может корректно функционировать, лазерный резак переключен в режим «призрачный резак».

Мать. Это то, о чем я подумал? Пока не истекла отведенная секунда моего состояния энергии, луплю клинком по кошачьей морде. Есть! Урон прошел. Еще удар. Урон прошел. Еще удар. Снова в кассу. Но добить гада не успел. Секунда закончилась, я снова стал телесным. Скрипуну поплохело, конечно. Почти половину здоровья я у него снял, но у меня эпена восстанавливается со скоростью одна штука в пять минут. Пока я буду ее копить, он меня докушает.

А собственно, чего я очкую? Это очки способностей я все потратил, очки характеристик ждут, когда я их вложу. Нефиг очковать, все очки в эпену. Вгоняю все пять, и снова перехожу в энергию. Что, кошачья морда, не ждал такой подставы от дяди Вика? На тебе по мордам. На тебе еще раз… Двух секунд хватило, чтоб дорубить скрипуна до полного развоплощения. Для экономии эпены тут же возвращаю плотное тело.

— А ты крут, — Мишка явно впечатлен, он тактично прикрывает меня собою от Люты, пока я второпях напяливаю свалившиеся штаны.

— Еще как понимаю.

Не все так безоблачно, как может показаться со стороны. Призрак уязвим для другого призрака, не только я насовывал скрипуну, скрипун меня тоже подрал, так что, находясь в энергетическом состоянии неуязвимым я не был. Более того, в теле энергии мой запас здоровья вдвое меньше, чем теле плотном. Но это мелочь. У меня есть свой способ побеждать этих тварей, вот это главное.

— Вообще-то, Вик, это было… неосторожно, — пеняет мне Мишка, — Сам говорил про осторожность, а сам вон чо…

М-да. Так-то он прав. На первый раз следовало выходить против скрипуна так, чтобы ребятки были не заняты и в случае чего смогли прийти мне на помощь. А я погусарить захотел, взыграло у меня, видите ли. Но, сделанного не воротишь, придется делать вид, будто все так и было спланировано могучим облстатом:

— Все под контролем. Я с подобными противниками уже встречался, — умудряюсь почти не соврать, — Если что, сбежать успел бы.

— А, ладно, — Мишка принимает мое «объяснение», — Светает, Вик. Дальше здесь ловить нечего. По домам?

— Действительно, светает… вы идите, я тут помедитирую еще, — и пресекая вероятные возражения, добавляю строго, — Встречаемся в два ночи в приемном покое. Вопросы?

Вопросов у подростков не нашлось. Ушли, хотя и косились на меня недоверчиво. Не верят, засранцы, что дядя Вик будет сидеть тут в потоптанном репейнике и медитировать. Ну… так-то правильно, что не верят. Уж очень меня заинтересовало здание подстанции. Не само здание, если быть точным, а тот факт, что окна в нем заделаны кирпичной кладкой. Причем в свете восходящего утра отчетливо видно, что кирпичи — не фабричные. Узнается ручная лепка. Очень похоже, изменения были произведены после апокалича… намного после…

Последняя схватка принесла мне седьмой уровень, и я сразу довожу количество эпены до восьми единиц. Чую, только в нее и буду вкладываться. Куда девать очко способностей, пока не знаю, пусть «полежит», есть не просит. Дожидаюсь полного восстановления всех показателей и направляюсь к забору, окружающему здание. Никакой калитки в нем не видно, а потому, проще слить две эпены и потратить десять минут на ее восполнение, чем лазить по кустам в поисках прохода. Тем более, подозреваю, никакого прохода здесь нет. Скрипунам проход не нужен.

Проникнув на территорию, обхожу здание самой подстанции. Ага, вон и дверь. И тоже заделана конкретно. Так замурована, чтоб, не попотев не вскрыть. Но для меня не проблема, давно прошли те нежные времена, когда я шлялся с кувалдой по подъездам. Второранговый лазерный резак, и этим все сказано.

Впрочем, и с резаком удалось вскрыть дверку не сразу. Прямо вот очень мне интересно становится, что здесь такого припрятали… в глухом месте, где даже днем ни один приличный горожанин не ходит, а уж по ночам, когда тут скрипуны хозяйничают? Очень мне интересно.

Отваливаю дверь в сторону, захожу внутрь. Тьма египетская. Может хоть факел какой соорудить… но у меня даже спичек нет. «Рекомендация: вы можете обрести способность — ночное зрение». С одной стороны, жаль тратить очко способности там, где можно обойтись техническими устройствами. Но магический фонарь мой канул в лету, денег на новый накоплю нескоро. А к тому, мне теперь так и так предстоит вести ночной образ жизни. Взять ночное зрение сам бог велел.

Соглашаюсь на трату, прозреваю в непривычном зеленоватом спектре и бреду дальше. Мне бы еще какую способность на обнаружение тайников и кладов, а то тут можно долго бродить в поисках того, не знаю, чего и где… однако, долго бродить не пришлось, приключение нашло меня само. Сразу два скрипуна вылетели навстречу, перепугав чуть не до усрачки.

— Ой, йоп… — обратился я к скрипунам в неконструктивной попытке диалога и перешел в энергию.

Я с ними разделался, конечно, и даже не пострадал почти, если не считать потраченных нервов, но пять эпены улетело как с куста. Пришлось возвращаться в безопасное место к выходу на солнечный свет и ждать на крылечке двадцать пять минут, пока эпена не восстановится. Не, так не пойдет. Если после каждой схватки тратить столько времени на восполнение эпенической энергии, прокачка быстро не пойдет.

Пока сидел, жмурясь на рассветное солнышко, одолеваемый сомнениями, что вряд ли я здесь чего найду, да вряд ли какой дурак здесь будет что-то прятать, энергия восстановилась. Решаю, раз уж полчаса тут проторчал, зайду еще разок. И снова бреду по коридору, заглядывая в помещения. Ну да, Витя с одного раза не понимает. Витя пока лоб не расшибет, другого пути искать не станет.

Скрипун двенадцатого уровня здоровенный и сердитый вылетел, гад, прямо из стены карать непрошенного гостя. Чтоб его утихомирить едва эпены хватило, да еще подрал меня неслабо. И опять после схватки пришлось тикать на свет, ждать, пока зарастут многострадальные ребра и откатится энергия. Повреждения, полученные в состоянии призрака, после возврата в телесность никуда не деваются: сломанные кости, разорванные ткани, вспоротая кожа и хлещущая кровища.

Зато получил восьмой уровень и треть шкалы до девятого. Сразу вкидываю свободное очко в эпену. Не так уж и плохо. Валить до дому? Ну уж нет. Меня обуял дух стяжательства. В таком замурованном доме, да с такой охраной обязательно должны прятаться ништяки. Так что, как в песне про американский бомбардировщик: сделаю еще один заход.

Продолжаю. Первый этаж обошел весь. Признаки схрона, клада, тайника отсутствуют. Ничего, в здании второй этаж имеется. Может там чего найду… нашел… как не найти — очередные неприятности! Витя только их находить и умеет. У Вити самый прокачанный ранг способности — поиск неприятностей. Слышу характерный скрип, перехожу в энергию, встречаю очередного гада во всеоружии. Меня появлением сквозь стену врасплох уже не застанешь. Обвыкаю, мать.

Первым кидаюсь на противника. Пять секунд на схватку — это, на минуточку, последующие полчаса простоя. Но девятый взял. Убегаю на первый этаж, выскакиваю на улицу. Должен бы начать привыкать к такому режиму: считанные секунды на бой и долги-долгий перекур… но почему-то никак не привыкается. А вот бесит все сильнее, это «да».

Присаживаюсь на замусоренное крылечко, походу, сроднился я с ним. Скоро утро закончится, ребята уже дома наверняка. Но я упорен. А кстати, девятый уровень взял. Вкидываю очко в эпену: «внимание: ваш резервуар эпены достиг первого порогового значения в 10 единиц, скорость восстановления потраченной эпены увеличена до 1 эп в 3 минуты, эпена больше не расходуется на переход в состояние энергии».

А вот это по-царски. Это прям сильно облегчает жизнь. Теперь у меня есть десятисекундный бой в призраке с возможностью менять состояние без потери эпены и с получасовым полным восстановлением. Так жить хоть немного, но веселей. Теперь точно никуда не уйду, пока все здание не излажу.

Снова поднимаюсь на второй этаж. Прохожу прежним маршрутом. Ага, мне остается осмотреть последнее помещение. Но толкнуть дверь не успеваю, раздается скрип. Отработанно перехожу в призрак и разворачиваюсь. Скрипуна нет. Зато слышу еще один скрип с другой стороны. Поворачиваюсь, и опять никого…

Секунды утекают, а скрипы не прекращаются: сзади, снизу, сбоку… скрипы есть, а скрипунов нет. Понимаю, что вертеться на одном месте — дело неполезное, кидаюсь прямо сквозь закрытую дверь. В конце концов, я ж тоже теперь призрак, я тоже способен сквозь стены ходить. Просачиваюсь в последнее необследованное помещение, — вот и тот скрипун, что издает все эти скрипы.

Пятнадцатый уровень. Он хитрее своих низкоуровневых коллег. Скрипач, мать, выискался. Пытается раздергать мое внимание, издавая целую серию скрипов. Недолго я радовался, что направление, с которого атакует скрипун, легко вычисляется на слух. А это скверно, это потеря драгоценных секунд.

Задолбал скрипеть, сволочь несмазанная. Я тебя смажу сейчас… призрачным резаком. На этот раз — человеко-бык. Закос под минотавра, большого, свирепого, страшного… хорошо, что я ему призрачный рог успел отсечь призрачным лазером до того, как он воткнул его в мое призрачное брюхо.

И все же едва успеваю с ним разделаться. Десять секунд — это, оказывается, так мало. За десять секунд можно много чего успеть, а еще больше можно не успеть за десять секунд. Особенно, когда попадается такой «мясной» клиент. Задолбаешься отделять ливер от карбоната, грудинку от вырезки и антрекот от огузка…

Ладно, все, можно выдохнуть: «примите поздравления: локация полностью зачищена… вы получили десятый уровень… член отряда Мишка получил двадцать пятый уровень… член отряда Люта получила двадцать пятый уровень… вы получаете триста монет… есть вероятность дополнительного приза…»

Э… але… это чо, я типа данж зачищал? А где спрятанные сокровища? Сундук золота… чемодан баксов… на худой конец кейс героина… где вот это все? Я за триста монет горбатился что ли? Облазив все здание, собрав на себя всю паутину и тщательно все обыскав, прихожу к неутешительному выводу, что «да», я горбатился за триста монет.

Плащ призрачного охотника, который выпал с босса пятнадцатого уровня, в качестве компенсата даже не рассматриваю. У плаща единственный полезный эффект — не сваливается с меня после перехода в энергию. А то мне не пофигу… а то прям напрягало, что скрипуны могут принять меня за нудиста.

Мне пора бы уже успокоиться, пора уже рассмотреть свои полстакана не с точки зрения верхней пустой его части, а в части нижней наполненной, но меня несет: задрала эта тенденция, вечно что-то или кто-то отъедает у меня опыт, то шашка системная, то командиры-демоны, теперь вот двух спиногрызов взял себе в команду. Двадцать пятый уровень взяли моими стараниями…

И только выбравшись из темного здания на свет божий и присев на облюбованном-заплеванном бетонном крылечке, почувствовал, что начало попускать. Так-то четыре уровня сегодня взял, подсказывает светлая сторона моего рассудка. А триста монет, между прочим, вся моя медбригада за смену зарабатывает, а я эту сумму поднял в одиночку.

А Мишка с Лютой сейчас у Котяры сортиры драят и офигевают, откуда им столько опыта перепало? Засранцы, — думаю с умилением, — Они ж умненькие, они ж понимают, что это дядя Вик для них постарался…

И плащик, справедливо говоря, мне к месту пришелся. Подаренная ребятами одежда конкретно извалялась в грязи и пыли. Не приноровился еще, забываю о падающих шмотках, когда перехожу в энергию и вспоминаю, только когда возвращаю плотное тело и обнаруживаю себя голым.

Как бы я сейчас по городу шел в таком виде? А плащик хотя бы выглядит солидно, как-никак системна вещь! Конструктивная сторона моего разума повысила мне настроение и пробудила желание открыть меню характеристик, чтоб полюбоваться достижениями и посмаковать открывшиеся возможности:

Уровень 10

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения — 21 (25)

Взрывная (резкая) сила — 20 (25)

Выносливая сила — 23 (25)

Сила телесной крепости — 22 (25)

Эпена — 10

Свободных очков характеристик — 1

Эк я в борьбе со скрипунами подтянулся по силовым показателям, не хуже, чем в тренажерке. Чуть-чуть до верха осталось. И я думаю, свободные очки и дальше буду в эпену вкладывать. Прав Сат, физически сильных грузчиков без меня хватает. Тем более, с моим заделом я и так могу почти любому грузчику фору дать.

Способности: сопротивление ядам 2,6 (3), регенерация 3, каменная кожа 2, метаболизм 4, усиление костной ткани 2,4 (3), сопротивление ментальному воздействию 2,4 (2), диагностика крови 2, сопротивление мутациям 3, ночное зрение — 1

Особые способности: клыки вампа, лазерный резак — 2

Свободных очков способностей — 3

И со способностями все отлично. Регенерация, каменная кожа и метаболизм и вовсе достигли расчетных значений и избавились от скобочек. И я надеюсь, очень скоро от скобочек совсем избавлюсь…

Глава 13

По дороге к дому думаю, куда вложить три свободных очка способностей. Не скажу, что вариантов до фига, система как была скупердяйкой, так ею и осталась, но ошибиться все равно боюсь. Это первые десять уровней взять легко. Так что, выбирай с умом, обратно не отыграешь. Совершенно точно два очка пойдут на лазерный резак, столько нужно, чтоб поднять его со второго ранга до третьего. В условиях скоротечности моих боев, резак нужно прокачивать. Это коню понятно.

А вот что делать с оставшимся очком? Придержать и подкопить? Чтобы дальше качать резак до четвертого ранга уже не два очка понадобятся, а все четыре. Стоит ли сейчас упираться в прокачку одного только резака? У меня ведь еще одна особая способность имеется: клык вампа. Та-ак, а что мне сулит клык вампа? Ну, тут есть варианты, но все какие-то с уклоном в медицину. А где я и где медицина?

Вот скажем, доктора дают клятву не навредить. Судя по поведению моих соплеменников вампов, эта клятва превратилась для них в доминирующее мировоззрение, чуть не христианский догмат, что предписывает: если тебе дали в морду, подставляй ее дальше, авось супостат устыдится… ну или устанет, на худой конец.

Уж лучше кодекс самурая, который учит из всех путей выбирать тот, что ведет к смерти. Хотя и это не мое. Лично я из всех путей предпочту тот, что ведет к смерти… пациента. Потому как берусь лечить неохотно и только тех, кому череп жмет. Не, не по пути мне при такой-то личной философии ни с медициной, ни с самураями.

Но блин, не ночное же зрение мне прокачивать? Я ж искать черных кошек в темных комнатах не собираюсь… а кстати, к слову о зрении. Что-то попадалось мне среди прочих медицинско-диагностических вариантов. Где это? Ага, вот. Видение ауры. Открываю описание. Читаю: «видение ауры — позволяет видеть ауру существ на расстоянии до пяти метров за любыми преградами, требование — клык вампа 2».

А ведь это ж то, что нужно. Это ж гораздо лучшего ночного зрения. Фактически — рентген. Скрипуны, засранцы, взяли моду вылетать прямо из стен. А с такой способностью я их и сквозь стены увижу. Однозначно, беру. Вкладываю очко в клык вампа, в активированном меню кликаю способность «видение ауры», подтверждаю выбор.

Теперь я иду мимо жилых домов и с непривычки таращусь на ауры жильцов… прямо сквозь стены, мать. И вижу прекрасно: кто еще дрыхнет в постельках, у тех аура ровная неяркая; кто кофеем заправляется перед трудовым днем, тут уже аура ярче и подвижней; а кто и повеселей чем занимается… и кто бы знал, что во время утреннего секса ауры так полыхают…

Какая клевая способность. Мне теперь хоть шпионить, хоть хаты обносить… эх, почему нету способности по поиску ухоронок и тайников? Враз бы обогатился. Хотя, вряд ли. Наличность нынче не в ходу, все платежи через систему, а иные ценные вещи народ скорее в инвентарях носит. Из инвентаря фиг что украдешь.

И все же, приобретение ценное. Вот еще в дом не зашел, а уже вижу: ребята за столом сидят, чаи гоняют. По ауре личность определить не могу, но и так догадываюсь. Во главе стола само собой сидит Сат, у плиты кипятит что-то не иначе Луна, Юп с Меркой как всегда рядышком в обнимочку. Так-то я, чего греха таить, надеялся, что они уже разошлись по комнатам отсыпаться. Но не расходятся. Догадываюсь, меня ждут. Разговор будут со мной вести… о том, как мы дальше будем сосуществовать. Ладно, чо. Назрел такой разговор. Решительно открываю входную дверь.

— Привет всем, — жизнерадостно сообщаю с порога, — Как смена прошла?

— Рутина, Вик…

— О, десятый уровень взял…

— Чай будешь?

— Так! — осаживает всех Сат, шлепая ладошкой по столешнице… легонько так шлепая… но люди вокруг интеллигентные, тонкого понимания, замолкают сразу, уставляются на Сата, я тоже уставляюсь на Сата, — Вик, десятый уровень — это здорово, вижу ты в плечах раздался, нарастил мышечную массу… и я тебя понимаю, как мужчину…

О как! Меня как мужчину понимают. Становится любопытно, слушаю дальше.

— Вик, пойми, я не вправе лезть к тебе с советами, — продолжает Сат, показывая сморщенным видом, что говорить со мной так ему не хочется, но приходится, — Посмотри хоть немного на перспективу…

Э-э. А чо, я как та стрекоза? Живу одним днем? Хрен знат. Наверно, мудрому Сату виднее. Выказываю ответный вид, мол готов внимать. Сат не разочаровывает, Сат дальше вещает:

— Ты взял десять уровней, Вик, и, я так понимаю, все свободные очки вложил в телесную крепость. Извини за прямоту, но не думал, что тебя так заботит твой внешний вид. Это глупо, Вик, ты понимаешь, все вложить в крепость тела — это как взять большой тяжелый внедорожник со слабосильным движком от малолитражки и маленьким топливным баком. Надеюсь, такая аналогия тебе понятна?

Я внутренне посмеиваюсь, аналогию Сат подобрал удачную. И ведь действительно, в глазах Сата я вложился именно в телесную крепость. Просто потому, что окреп настолько, что в глаза бросается…

— А может я на тренажерах прокачался? — говорю подначки ради, но Сат шутки в моих словах не усматривает.

— Да брось, Вик, — Сат кривится, — Мы немножко подыграли твоему честолюбию, но вижу, зря… только усугубили. На тренажерах силовые характеристики поднять невозможно. И ты сам это знаешь.

Мне все трудней сдерживать рвущийся из меня смех, особенно глядя на сверх озабоченную физиономию Сата. Так-то я его понимаю. Я в его глазах как тот качок на анаболиках, посвятивший жизнь наращиванию мышц ради самих мышц. Но смех смехом, а цирк пора заканчивать, пора просветить ребят, показать свои статы, а то ведь реально видят во мне недоумка… однако Сат разошелся, вставить слово не дает, продолжает меня укорять как напрудившего щенка:

— Вот ты, Вик, вероятно себя героем чувствуешь, думаешь, мы скоты терпеливые, а ты хозяин каменных джунглей… мы твари дрожащие, а ты право имеешь…

А вот сейчас не до смеха стало… вот это обидно было. Ну почему интеллигентных людей так заносит по жизни? Не могут они обойтись без достоевщины. Но я молчу, пусть Сат доскажет все, что про меня думает.

— А на деле, Вик. Ты не понимаешь простых вещей. Ты не потянешь против Гвоздя. Гвоздь весь город в руках держит. А ты мало, что сам сгинешь… еще подросткам этим головы задурил. Сколотить ватагу из малолетних балбесов… это же смешно, Вик.

Теперь у меня совсем пропало желание что-либо объяснять. Мои объяснения сейчас будут восприниматься как оправдания. Нет уж. Проходили. Только начни оправдываться, потом по жизни будешь виноватым ходить.

— А причем тут Гвоздь? — спрашиваю, — Когда это я Гвоздю дорогу перешел?

Сат хмурится и шумно отхлебывает чай, вместо него отвечает Юп:

— Сегодня в приемный покой приходили люди из профсоюза. Замечание нам делали, мол почему это наш сотрудник не на рабочем месте, мол почему это он в рабочее время по кабакам шарится…

Луна подошла со спины к сидящему на стуле Сату и положила ему ладони на плечи.

— Вик, не обижайся на Сата, он тут наговорил тебе… Сат всегда слишком бурно реагирует, когда «гвозди» начинают из себя строить…

— Ага, пупы земные, — подхватывает Мерка, — А Сат бесится…

— Да не бешусь я, — расстроенно возражает Сат, похоже весь боевой пыл он уже выпустил. Под пальцами Луны плечи его утратили напряжение, сам он сразу как-то поник.

Ну да. Теперь понимаю. Посреди смены приперлись ребятки из профсоюза, и опять принародно Сата унижали, так сказать, на место ставили. А крайний, само собой, Витя. Не, правильно, что не стал я ничего объяснять. В сущности-то — ерунда, а не проблема, а Сат уже Федор Михалыча в суе поминает.

— Слушай, Сат, — стараюсь говорить ровно без сердца, — За свои поступки оправдываться не собираюсь, но подставлять вас не хочу. У меня и раньше не было желания санитаром работать. Сегодня же схожу и уволюсь.

— Ты все не так понял, Вик, — морщится Сат, похоже и сам уже не рад, что затеял этот разговор, — Никто тебя не гонит. Я пытаюсь донести до тебя простую мысль, что бегать ночами по городу и скрипунов резать — это путь в никуда.

— А, по-моему, это твой путь в никуда, — вот достало меня сдерживаться, раз уж взялся Сат говорить откровенно, так и быть, я тоже скажу, что думаю, — С этой вашей работы в приемном покое ни опыта, ни денег, ни репутации. А для охоты на скрипунов вампы, считай, самой природой всем обеспечены, один только иммунитет к мутациям чего стоит. Вы давно могли стать самой эффективной бригадой… профилактической бригадой, если такая терминология тебе больше по душе. Очищали бы город от скрипунов. Пользы было бы не меньше.

— Не имею склонности бегать ночами по подворотням, — вскидывается Сат и раздувает ноздри, как старый контуженный боевой конь, спутавший чахоточный кашель с барабанным боем, — Я посвятил свою жизнь медицине и менять ее не собираюсь. А ты, Вик, поступай, как знаешь. Мы тебя прикроем. Просто показывайся вечером в приемном покое, чтоб соглядатаи из Гвоздя видели, что ты ходишь на работу.

Сат встает из-за стола и уходит наверх в спальню. Юп с Меркой поднимаются следом и запираются у себя. Я тоже хотел уйти, но Луна чуть не силой усадила и принялась кормить.

— Слушай, — мы остались вдвоем, она сидит за столом напротив, подперев подбородок кулачком, — Сат ведь не прав, да?.. что ты все очки вложил в телесную крепость…

— Не прав, — киваю сдержанно, — Я вложил все очки в эпену.

— Так что, ты действительно поднял силу на тренажерах?

— Не совсем. Я вернулся с минус третьего мира, сохранив всего восемь процентов силы. На тренажерах я просто восстанавливаю то, что уже имел раньше.

— И сколько у тебя?

— Сейчас двадцатки. Полный потенциал — по двадцать пять во всех четырех характеристиках.

— Солидно… — Луна качает головой, она удивлена, — … но рассказывать Сату ты об этом не хочешь.

— Да я собирался… только что собирался… честно, а потом разговор куда-то не туда пошел…

— Ну и правильно, что не рассказал, — поддерживает меня Луна, — Даже скажи ты Сату про свою реальную силу, ничего бы не изменилось. Он видит в тебе хирурга… и не хочет видеть никого другого.

— Вот и я так думаю. Ладно, пойду отсыпаться.

— Вик, а ты ночью охотился на скрипунов? — спрашивает Луна… заинтересованно так спрашивает, прям напрашивается догадка, что в отличие от Сата она свою жизнь медицине посвящать не собирается.

— Да, — отвечаю осторожно, — А что?

— Да так. Просто любопытно…

Луна замолкает, я еще жду несколько секунд, но по ее сжатым губам вижу, что больше она ничего не скажет. Да и ладно. Пусть думает… решимости набирается. Мне пока и так в команде балласта хватает. Благодарю Луну за завтрак и отправляюсь к себе. Мне тоже отоспаться надо.

Проспал часа четыре не больше. Раскрыл глаза с мыслью, что до вечера времени много, но я, черт возьми, отлично отдохнул и выспался. Валяться в кровати желания нет. Умылся, спустился в пустую столовую. Луна, наверное, еще спит. Можно заварить себе чаю, но «лысым» чаем сыт не будешь, а лезть в холодильник не хочу.

После сегодняшнего разговора с Сатом неловко мне хозяйничать и шарить по полкам. И раньше не было у меня ощущения семейной общности и бюджетного единства, а теперь уверен, что и не появится. Может, не чужой я в этом доме, но своим себя тоже не чувствую. В конце концов за ночную зачистку данжа система мне отсыпала от щедрот старухи процентщицы, пожрать на стороне денег хватит.

Выхожу из дома, иду по проспекту прогулочным шагом, высматриваю заведение общепита. Ничего такого, что вызвало бы внутреннее доверие, не попадается, зато попадается вход в метро. Гляжу на деловито спешащих входящих и выходящих через стеклянные двери, и появляется ностальгическое желание прокатиться.

У турникета даю согласие на списание монеты и встаю на эскалатор. Э-э. А почему у меня вместо трехсот с небольших монет на счету на две сотни меньше? Вызываю интерфейс-журнал, просматриваю, тихонько ругаюсь. Мишка и Люта не только мой опыт попилили, еще по сто монет на них перечислено: «тип распределения опыта и ресурсов в команде — поровну, желаете изменить настройки?»

Кривлюсь, но настройки не меняю. Не хочу выглядеть жлобом и жадиной из-за сраных двух сотен. Захожу в поезд, привычно берусь за поручень, упираюсь ступнями в пол, когда тот трогается и берет разгон. Любопытно, а если Котяра подкинет Мишке на карманные расходы, эти деньги тоже автоматически распределятся на всю группу?

Пока еду, гоняю мысль о финансовой системе… Системы. Ведь все бабло системное. Как система регулирует объем денежной массы? У нее есть свой центробанк? Сомневаюсь. Скорее какой-нибудь системный алгоритм. Раз система подкинула мне монет за зачистку данжа, значит в целом она постоянно вливает средства в общий денежный оборот, а значит, количество системных монет во вселенной постоянно растет.

Впрочем, не только растет. Вот если почил некий член профсоюза от укуса скрипуна. Куда деваются монеты с его личного счета? Не стало товарища, не стало и его денег. Хотя… может наследникам как-то передаются? Как мало я знаю о мире. И что обидно, оставаясь в команде Сата, и не узнаю ничего. Что я видел за эти дни? Дом — приемный покой — работа… снова дом — приемный покой — работа. Не, я понимаю, именно так проходит жизнь большинства. Но душа все равно противится.

На остановке большая часть пассажиров повалила на выход, и я поддался стадному чувству, тоже вышел из вагона. Типа накатался. С толпой поднялся на поверхность. Народ деловито по тараканьи быстро рассосался, а я остался у выхода из метро вертеть башкой: и вот чо я здесь вышел? Взгляд зацепился за вывеску орочей забегаловки. Сойдет. Я ж пожрать хотел. Место в самый раз.

Захожу. Ничо так, прилично. На столиках белые скатерти, официанты опрятные, публика приличная, подвешенный на стенке плоский телевизор транслирует музыкальный клип… Телевизор!? Нет конечно. Что-то вроде маговизора. Но я все равно впечатлен. Выцеливаю свободный столик, прохожу, сажусь. Возле меня тут же возникает улыбчивый официант, кладет передо мной меню. М-да. Очень даже улыбчивый. Настолько, что сразу видно, верхние клыки у него подпилены.

Ну а что? Это даже похвально. Не всем нравятся вытарчивающие из-под губы клыки. Делаю заказ, официант дает обещание скоро вернуться и уматывает со скоростью Карлсона, ему бы еще моторчик на копчик для полноты образа. В ожидании заказа осматриваюсь. Однозначно, мне нравится это общество мирного сосуществования рас. За соседним столиком откушивает компания, состоящая из гнома, гоблина и демона. В магоящике поет женское трио из эльфийки, орчанки и хоббитки.

Официант не соврал, вернулся через путь минут, выставил на стол заказанное мною рагу по орочьи, эльфийский салат «косарь» и кружку темного гномьего пива. Потираю руки, я оголодал, но официант трется возле меня и не уходит. Может теперь порядки такие? За еду нужно платить вперед? Перечисляю на счет заведения сумму по чеку, но официант продолжает маячить за моим плечом.

— Что-то не так? — уточняю.

— Э-э. Имеется в наличии… — туманно сообщает официант, преданно заглядывая мне в глаза.

— Что в наличие? — мне пока ни фига не понятно.

— Ну… шоркнуться можно…

— Ах. Шоркнуться… теперь понимаю… и сколько? — не, баловаться наркотой не собираюсь, просто хочу уяснить уровень цен.

— Семьдесят пять… всего.

— Спасибо. Не надо.

— Только для своих… семьдесят, — официант прилипчив, как августовская муха.

— Дай мне пожрать спокойно, — начинаю выходить из себя.

— Какая нервная полунежить, — официант с подпиленными верхними клыками передергивает плечами, будто оскорблен в лучших чувствах и, наконец, отчаливает.

Шоркнуться… мля… дожили, официанты в открытую наркоту толкают… еще полунежитью обозвал. Весь настрой испоганил. А еще пять минут назад я чувствовал себя частью благополучного толерантного общества. Ладно хоть жратва вкусная и пиво отменное. Настроение немного выправилось, но чаевых оставлять не стал.

Глава 14

Выйдя из закусочной, решил прогуляться и сам не заметил, как ноги донесли до борделя. Истосковался по душевному обществу… и женщины тут не при чем. Котяра мне хоть и не друг, даже приятелем можно назвать с большой натяжкой, но пообщаться нормально больше просто не с кем. А у него все равно сейчас затишье, если и пойдут клиенты, по любому ближе к ночи. Мордоворот на входе пропустил без единого вопроса, даже поздоровался вполне вежливо. Захожу в ресторан, а вот и Котяра о чем-то лениво перетирает с барменом.

— Не помешаю?

— О, Вик, привет, — завидев меня Котяра радостно улыбается, — По писярику?

— Как отказать хорошему человеку…

Подсаживаюсь к барной стойке, как по волшебству передо мной появляется узорный стакан с янтарной жидкостью и блюдце с оливками.

— Вздрогнем, — Котяра чокается со мной и смачно отхлебывает, — Ты как, по делу или…

— Так… просто зашел. Не поверишь, захотелось поговорить с нормальным человеком.

— Да? — Котяра косится на меня с прищуром, — Устал от неадеквата?

— Нет, что ты. Я ж теперь с докторами общаюсь. Люди умные, образованные… Достоевского цитируют…

— Ты мне-то не ври.

— Я серьезно… наливай давай. Просто в забегаловку сейчас заходил. Мало того, что полунежитью обозвали, так еще шорк навяливали. Реально, при всем честном народе.

— Честной народ от шорка морду не воротит, — наставительно поясняет Котяра, наливая, — А борьба с оборотом наркотиков отсутствует, как явление.

— Да ладно. Ну пусть так. Разве сам народ не понимает, что наркота — это зло?

— Наркота — зло, — согласно кивает Котяра, — А шорк нет.

— Как так?

— А вот так. Отходняка нет. Ломки нет. Привыкания нет. Негативных последствий для организма нет. Одно сплошное удовольствие.

— Фига се.

— Ага. И всей этой радостью заправляет «Гвоздь», — впервые на моей памяти Котяра теряет самообладание, отпивает нервно, проливает на подбородок, а потом припечатывает стакан с вискарем о стойку так, что из него выплескивается.

— Но так не бывает, Кот, — я тоже отхлебываю, стакан ставлю аккуратно с легким корректным пристуком, — Никакой производитель не станет отдавать эксклюзив единственному дистрибьютеру. Или «Гвоздь» сам и есть производитель?

— Это вряд ли, — Котяра отрицающе качает головой, — У Гвоздя нет таких связей и нет таких мощностей. Гвоздь — сборище авантюристов. Понимаешь?.. тьфу-ты… шлындра мелкая, вот не зря говорят: слова паразиты. Теперь ко мне прицепилось.

— Понимаю.

— Не ерничай.

— Да я ж не со зла. Наливай давай.

Котяра смягчается, наливает, выпиваем.

— Они мне сегодня все уши прожужжали.

— Кто?

— Мишка с Лютой, кто еще… говорят: дядя Вик то, дядя Вик се… ты прям герой у них.

— Э-э. Мне еще вот этой юношеской эйфории не хватало.

— Ты, о чем?

— Я о том, — морщусь, — Что если они решили, будто поймали удачу за хвост и держат бога за бороду, то лучше сразу нам разбежаться. Не, я не о себе пекусь, о них. Сам знаешь, как бывает, когда люди теряют осторожность.

— Они не потеряют Вик, — заступается Котяра, — Но ты прав. Внушение сделаю.

— Вот будь любезен. Не дай бог с ними что случится. Я же в твоих глазах виноватым буду.

— Ох, — Котяра вздыхает тяжко, — Давай, за подрастающее…

— За них, засранцев, — отхлебываю, — Ну так что? Сборище авантюристов держит монополию на уникальную дурь, и на поставщика никак не выйти?

— Не-а, — Котяра кривит щеку, — У Гвоздей собственная портальная лока. Охраняется как форд Нокс. Шпиона не зашлешь. Чужого не пропустят.

Тут мои извилины начинают вертеться во вполне определенном направлении. Меня, по идее, никакой форд Нокс не остановит. Я куда хочешь могу пролезть.

— А если найдется такой шпион, что сумеет вычислить поставщика шорка, — спрашиваю осторожно, — Он ведь сможет неслабо бабла поднять, а?

— Пятьдесят кусков, если выведет на поставщика, — могильным голосом говорит Котяра, долго смотрит на меня внимательно, и чего-то во мне высмотрев, добавляет, но уже почему-то скороговоркой, — И на процент с продаж может рассчитывать.

Я присвистываю.

— Вик, ты парень с пониманием, но на всякий предупреждаю, Мишку в это не впутывай.

— Уж не дурак. И не фиг на меня смотреть угрожающе, — осаживаю Котяру, — А то обижусь, и прям щас твоих спиногрызов пошлю куда подальше. Я так-то просто спросил.

— Ну-ну, спросил он, — Котяра хмыкает, не верит, рожа торгашеская.

— Ладно, дело к вечеру, давай на посошок… будем…

До приемного покоя иду пешочком. Благо недалеко, но за полчаса прогулки алкоголь выветривается. Заодно сопротивление ядам подросло на одну десятую. Ох, чую, сегодня из тренажерки выйду совсем без скобочек в параметрах. Вдохновенно толкаю дверь, захожу и… меня встречают три эльфийские целительские хари и одно мурло орка больничного охранника.

— Это он? — вопрошает орк охранник и эльфы, гаденько ухмыляясь, утвердительно кивают, орк набирает в легкие воздуха и оглашает трубным гласом, — Тренажерный зал закрыт для посещений.

Сдали меня эльфы, тварюшки подлые.

— А я и не в зал, — принимаю вид независимый и деловой.

— А куда, мля, задохлик? — охранник тоже погано лыбится.

Он, чо, задохлик! Ну да, понимаю. Меня здесь помнят слабосильным и немощным, вот и ладно, пусть и дальше таким считают.

— Так в морг, — сочиняю на ходу, — Сат просил осмотреть тело почившего пациента.

— Иди за мной, — охранник с издевкой делает ручкой приглашающее движение.

Вот суки. Делать нечего. Направляюсь следом за охранником, чуть не физически ощущая спиной приторно-радостные взгляды заложивших меня эльфов. По дороге в морг мучительно борюсь с желанием треснуть орка по башке. Тот доводит меня до двери морга, самолично открывает.

— Осматривай.

Захожу внутрь. Иду вдоль столов с трупами, накрытыми простынями, делаю вид, будто ищу какой-то определенный. И тут взгляд цепляется за бирку на большом пальце одного из них. Тело слишком крупное, длины простынки не хватило, чтоб закрыть его полностью. На бирке выведено скорым карандашом: «вамп, бывш. демон, дата//время смерти».

Это ж тот соплеменник из демонов. Видать до сих пор никто не забрал. Откидываю простыню, чтоб посмотреть на лицо. Да, тот самый мухлеван, что обманул костлявую, хотя и ненадолго, на сутки едва. Я даже помню его раны, из которых только некоторые нанесены скрипунами.

А что это у него с затылком? Приподнимаю и поворачиваю голову. Задняя часть черепа остается лежать на столе. Йоп. Она спилена. Кто-то копался в его башке, причем уже после смерти. И нафига?

— Ну ты закончил? — кричит мне с порога охранник, заходить в морг он явно не хочет.

— Да. Заканчиваю, — поворачиваю голову мертвого демона-вампа как было и накидываю простыню.

— Осмотрел?

— Ага.

Охранник доводит меня до выхода из приемного. Чую, его воля, он бы меня пинком наружу выпроводил. Эльфы даже не пытаются сдерживать злорадные ухмылки. Да и хрен с ними. Выхожу с гордо поднятой головой. Независимым и неторопливым шагом иду до конца квартала на тот случай, если охранник смотрит мне в след. А затем заворачиваю за угол.

Тоже мне, подлянщики выискались. И кого они пытаются не пустить? Меня? Даже моим тапочкам не смешно. Обхожу больницу и подхожу к черному ходу. Я прошлой ночью здесь выводил свою малолетнюю команду. Заперто? Плевать. Скидываю всю одежду и убираю в инвентарь, оставляю на себе только плащ призрака, этот с меня не свалится.

Перехожу в энергию, просачиваюсь, возвращаю плотное тело. Никого? Никого. Вот и чудно. Дохожу по пустому гулкому коридору до тренажерки и повторяю процедуру просачивания через запертую дверь, и вот я в тренажерном зале. Выкусите, буратины сучковатые. Не с вашими опилочными мозгами пытаться остановить Вика, идущего к цели.

В половине второго ночи, толкая от груди ста пятидесяти килограммовую штангу, получаю системное оповещение: «вы полностью восстановили силовые характеристики и способности, дальнейшие физические нагрузки не имеют смысла». Ой, спасибо тебе, система. А то так увлекся, что перестал смотреть в интерфейс. Ставлю штангу, окидываю тренажерный зал прощальным взглядом. Спасибо тебе, зал. Ты мне очень помог, но больше, надеюсь, не увидимся.

Мне хочется петь и смеяться, однако я собран и деловит, иначе не удержусь, выбью с ноги чертову запертую дверь, а мне следов лучше не оставлять. Просачиваюсь в коридор, оттуда через черный ход на улицу. Обхожу больницу, чтоб зайти как положено: в дверь приемного покоя. Если следит сейчас за этим входом охрана, пусть знает, Вика здесь не было, Вик только что пришел.

Теперь вместо эльфов здесь мои соплеменники. Встречают меня скучающими взглядами. Мне хочется проорать о том, что у меня по 25 во всех силовых показателях, но я сдерживаюсь, только незаметно подмигиваю Луне. Она одна знает мою тайну, пусть так и остается. Старательно принимаю такой же скучающий вид, натягиваю белый халат, присаживаюсь на кушеточку. Мерка протягивает мне стаканчик кофе, сдержанно киваю в знак благодарности. Типа, еще одна рутинная ночная смена.

К двум ночи подтягиваются Мишка и Люта. Тоже одевают белые халаты, тут как раз притащили пациента, но подростки больше мешаются, чем помогают. Минут через двадцать Сат не выдерживает и заявляет, что «стажеров» он больше не задерживает, что они и так уже «помогли».

— Вик, — говорит он раздраженно, — Дуй со своей санитарной командой в морг. Там вы хотя бы никому не навредите.

— А чего там в морге делать? — непонятливо переспрашивает Люта, — В морге же мертвяки одни. Понимаешь?

— Полы помоем, — сквозь зубы негромко цедит Мишка и тащит Люту за рукав.

— А-а, так бы и сказали, — Люта пожимает плечами, позволяет Мишке стащить с себя белый халат и увлечь в переход.

Меня, конечно, сильно подмывает спросить Сата про морг, в смысле про спиленный череп лежащего там трупа демоно-вампа, но я сдерживаюсь. Не к месту сейчас. Мы втроем идем по переходу, Люта порывается свернуть к моргу, и Мишке приходится снова хватать ее за рукав.

— Куда, блин, — ругается он, — Дальше. Нам к черному входу.

— Ах… к черному. Как вчера, — прозревает, наконец, Люта, — Так бы и сказали. А то в морг полы мыть… ну я и пошла. Понимаешь?

Выбираемся из больничных стен на открытый воздух и уже знакомыми дворами закоулками как можно незамеченными выходим на соседнюю улицу.

— Куда пойдем? — спрашиваю.

— Так это. Можем пойти как вчера… к подстанции.

— Там делать нечего пока. Я ее зачистил.

— В каком смысле?

— В прямом. Вошел и покрошил всех скрипунов. Система посчитала как зачистку локации. Даже денег подкинула.

— Круть.

— Так вот откуда нам деньги пришли. А сам говорил, что просто помедитируешь. Это не по-командски, понимаешь? Мы же команда.

— Понимаю. Сегодня сделаем «по-командски». Ну, золотая молодежная рота, есть мысли?

— Можно в бывший трамвайный парк, — предлагает Люта.

— А он большой? — уточняю.

— Огромный. Скрипунов оттуда лезет — тьма. Возле него всегда по несколько команд работает.

— Люта, мы не будем работать «возле». Это раз. И мы не должны светиться перед другими командами. Это два.

— Тут недалеко есть автосервис, — предлагает Мишка, — Не маленький. Там и ТО проходили, и мойка была. Но и не такой огромный как парк.

— То, что нужно.

Автосервис действительно оказался недалеко, но по дороге Люта успела достать своим щебетом: «Мы реально внутрь пойдем?.. это круто, понимаешь?.. охотники никогда в здания не ходят, потому что опасно, понимаешь?..» Ох, нелегко будет Мишке с такой избранницей, хотя, чего не отнять, девка она не только шустрая, а еще и красотка.

Прибыв на место, обхожу двухэтажное здание бывшего сервиса, хочу разведать подходящий проход внутрь, а заодно убедиться, что других охотников за скрипунами здесь нет. Локация действительно немаленькая. Пока ходил, Мишка с Лютой успели прикончить пару вылезших из стен скрипунов. Судя по крохам капнувшего опыта, уровень у них был низкий. Ну что ж, все по законам прохождения данжа. Самые высокоуровневые противники сидят внутри в самом труднодоступном месте.

Как и во вчерашней подстанции в сервисе чьей-то заботливой рукой все окна добросовестно замурованы. Но я теперь не покупаюсь. Искать клады, уверен, здесь бесполезно. Ничего кроме самих скрипунов мы здесь не найдем. Завершив обход, даю команду закатать рукава.

— Зачем рукава? — Люта сегодня явно тупит.

— Стажеры-санитары, мойщики сортиров и охотники за скрипунами подлежат обязательной вакцинации, а вы, как на грех, принадлежите сразу ко всем трем названным группам лиц.

— А-а, то для вакцины…

— За мной, — командую негромко, убирая в карман иглу с трубкой, и веду команду к присмотренной мною двери.

— Ого, — Мишка осматривает дверь, — Неслабо заколочена. Что вообще-то странно, скрипунов никакая дверь не остановит.

— Это не от скрипунов, это чтоб никто внутрь не заходил, — поясняю и активирую резак, — Но мы войдем.

Лазерный резак третьего ранга крут, но минут десять провозился. Дверь заделана на совесть. Прежде чем войти, запоздало оглядываюсь на ребят.

— Черт, забыл сказать, там будет темно, как у негра в… глаз выколи, у вас фонари какие… освещение…

— Мишка может светящийся шарик… — Люта аж приплясывает от нетерпения, — Он же маг молнии, понимаешь?

— Это хорошо. Врубай свой шарик. И здесь пока стойте, я позову.

Захожу первым. Просто хочу убедиться, что мое пятиметровое видение ауры на скрипунах тоже работает. Осматриваюсь в зеленом спектре ночного зрения. Длинное и узкое помещение. Конкретно здесь была станция техобслуживания. На «яме» ржавеет брошенное авто. Видать не прошла, бедолага, техосмотр, и уже никогда не пройдет.

Ага. Работает мое видение. Вижу за стенкой неописуемое свечение в четко очерченных границах. Похоже на тень на стене, только наоборот. В том смысле, что эта тень светлая на черном фоне. «Светлая тень» неуловимо напоминает силуэт обезьяны. Скрипун меня почуял, заскрипел и плавно двинулся в мою сторону, пролетел сквозь стену. А он действительно обезьяноподобный.

Перехожу в энергию, в два удара резака распластываю скрипуна. Седьмой уровень — для меня не противник. Тут же возвращаю телесность. Эпену надо экономить. Тихонько ругаясь, поднимаю с пола упавшую одежду и обувь. Блин, и как бы я без плаща здесь охотился в компании Люты. Срочно надо обзаводиться полным комплектом призрачного охотника. А то ведь стыда не оберешься. Забрасываю шмотки в инвентарь и выхожу наружу. Мишка и Люта смотрят на меня как… как не знаю на кого.

— Ой, Вик, а ты забавный, понимаешь? В плаще и босиком.

— Так, — начинаю свирепеть, — Кому не нравится мой дресс-код, тот может не ходить.

— Мне все нравится, — Люта тут же включает заднюю, — Я сказала — забавный, понимаешь? Забавный — значит нравится.

— Ладно. За мной.

И мы пошли. В сущности, основную работу проделывали Мишка с Лютой. Все-таки разница в уровнях пока ощутима. Моя основная задача — вовремя предупредить, если скрипун прячется за стенкой или каким-то другим объектом. И когда он вылетает, Люта уже повернута к нему лицом, держит наготове свою магическую лозу, а Мишка формирует в ладонях синеватый искрящейся сгусток.

Ну еще я открываю двери. В тех случаях, когда дверь заперта с «той» стороны. Я перехожу в энергию, просачиваюсь, отпираю дверь. Так устроены двери. Если они заперты, то всегда есть обратная сторона, с которой они легко открываются, там почти всегда оказывается шпингалет или собачка замка. А если не оказывается, лазерный резак к вашим услугам.

Не, совсем уж без работы я тоже не остаюсь. Когда на нас вылетает пара, а то и тройка скрипунов, вступаю в сражение. Но учитывая улиточную скорость восстановления эпены, я скорее подстраховка, чем основная ударная сила. И, наконец, последнее по счету, но не по важности. Я слежу за сроком действия вакцины, и всегда готов обновить инъекцию, а случись что, могу не только антимут вколоть.

Одним словом, подростки рядом со мной чувствуют себя вполне уверенно. Даже когда Люту полоснул когтями подло выскочивший скрипун, обошлось испугом. От одиночного удара моя вакцина девчонку уверенно защитила, а затем я взял скрипуна на себя и уделал самолично. Что тут скромничать, я — не основной дамагер, но без меня зачистка локации была бы невозможна.

Глава 15

Идем неспешно, но ровно. Истребление скрипунов суеты не приемлет. После станции ТО проходим ремонтный цех, утыканный ржавыми подъемниками будто виселицами, затем мойку с желтыми пыльными сдохшими керхерами, затем зачищаем выставочный павильон подержанных машин, здесь, оказывается, был не просто сервис, а целый комплекс, даже кафешка была для посетителей.

Мне приходится смотреть не только по сторонам. Иногда скрипуны пикируют на нас сквозь потолок, а потому, взяв новый уровень сразу вкладываюсь в видение ауры, увеличивая радиус действия способности до десяти метров. Скрипуны здесь «жирнее», чем во вчерашней подстанции, опыт рекой, я получаю новые уровни один за другим. Даже Мишка с Лютой уже двадцать шестой взяли. Такая математика мне нра…

— Первый этаж зачистили, — говорю, присаживаясь на старую покрышку, — Передохнем немного.

— А чего отдыхать-то? Понимаешь?

— Чтоб у меня эпена полностью восстановилась, не беси меня Люта, — перевожу взгляд на Мишку, — Что там на втором? На кой вообще в сервисе нужен второй этаж?

— Офисы, наверно, — Мишка пожимает плечами.

— Ну да, — соглашаюсь, — Офисы, страховые конторы и прочие административные помещения. А это скверно.

— Почему?

— Потому что маленькие помещения, нет возможности для маневра. Или вы можете применять магию на невидимого противника?

— Нет. Нужно видеть. Если он за стенкой, магия не наводится. Понимаешь?

— Понимаю. Значит так. Скрипунов будем выманивать по одному и паровозить сюда на первый этаж. Иначе можем огрести. Понятно?

— Угу.

— Вот то-то. Будьте здесь. Ждите меня. Ясно?

— Ясно.

Иду вверх по лестнице. Вот почему нельзя было сделать нормальные бетонные ступени? На этих металлических ребристых я себе все ноги собью, туда-сюда бегать. И обуваться бессмысленно. Обувание — до первого перехода в энергию. Ладно пофигу. У меня каменная кожа второго ранга.

Поднимаюсь на второй этаж, открываю незапертую легкую ДСПэшную дверь. За ней коридор со множеством дверей. Прав был Мишка. Офисы. Дверь подклиниваю ботинком. Мне тут долго паровозить, пусть открыта будет. Вижу сквозь стенку ауру летящего на меня скрипуна. Ну что ж. Первый пошел. Дожидаюсь, когда подлетит поближе и начинаю пятиться вниз по ступенькам.

— Тащу первую рыбку, — негромко оповещаю ребяток, сбегая вниз, — За работу.

Пошла рутина. Скорость выноса снизилась, но и «рыба» жирнее. Я зашпынял бедного Мишку, постоянно напоминая следить за тылом, но, считаю, тут лучше перебздеть. Скрипун с легкостью может пролететь сквозь стену или потолок и зайти со спины. Обошлось. Скрипуны послушно паровозились по мере зачистки второго этажа. Наше счастье, твари они все ж таки безмозглые.

Как итог, вышел на босса, что сам идти на меня не пожелал, засел в самом дальнем директорском кабинете. Я взял паузу, вложил еще два очка в видение ауры. Теперь у меня пятнадцатиметровый радиус обнаружения, и излазил повторно все здание. Убедился, что остался только босс, других скрипунов нет, и позвал Мишку с Лютой.

— Этот последний, — говорю, — К нему сами пойдем.

— А чего так?

— Так начальник, мля. Ему по коридорам летать — не по статусу.

К боссу в кабинет заходим робко и даже застенчиво. Вот я едва сдержался, чтоб не постучаться вежливо. А ну как не пожелает нас принять? А босс сурьезный. Такой могутный полусвин тридцатого уровня. И повозиться с ним пришлось. Однозначно, в одиночку я бы этого хряка не одолел. Бился он страшно, трижды вырывался из Лютиных пут, умудрился дотянуться до Мишки и нанес ему нехорошую рану. Кабы не мои вакцины, не знаю, как бы Мишка восстанавливался.

Но справились: «вы зачистили локацию… вы получаете опыт… вы получаете новый уровень… вы получаете 600 монет… вы получаете приз». О как счастья навалило. А главное приз прям по заказу — ботинки призрачного охотника. Бегать босиком больше не придется.

— Так это что, действительно была системная локация? — Мишка прочитал полученные уведомления.

— Она самая. Мы вычистили очередной гнойник на теле любимого города. За что нам почет и награда.

— Обалдеть, — у Люты глазенки от счастья горят даже при тусклом свете Мишкиного светового шарика, — Три уровня за ночь. Понимаешь? У меня теперь двадцать восьмой. Понимаешь?

Еще бы мне не понимать. Я сам восемь уровней взял. Деловито натягиваю призовые ботинки. Подросткам приза не досталось. Ничего перебьются. Им помимо опыта по двести монет перепало. Обложить их что ли командирским налогом? Им по малолетству двести многовато, а мне двести откровенно мало. Я мужчина взрослый. Не, не буду. У нас все по-честному, делим поровну.

Выходим из здания. Ого. Светает уже. Я и не заметил, как ночь прошла. Предвкушаю, как доберусь до дому и завалюсь спать, и тут замечаю впереди три смутно знакомые фигуры. Стоят прямо на пути, не иначе нас поджидают. Убегать и прятаться смысла не вижу, мы ничего противозаконного не делали.

Подходим ближе. Точно, те мутные типы из бара, что следили за нами до приемного покоя. Вроде Люта говорила, эти трое имеют отношение к Гвоздю и поставкам шорка. Останавливаюсь метрах в трех, Мишка и Люта за моими плечами, насупленные и на все готовые.

— Удачная охота, — не столько спрашивает, сколько утверждает один из них, — Локу зачистили.

— Да куда нам. Так, краями ходим.

— Не скромничай, кровососик. Системное оповещение не врет. Зачистили локу.

— И что?

— А ты непонятливый? Сказали же тебе, в больнице сидеть и пациентов принимать. Поясняю последний раз. Ты влазишь в интересы Гвоздя. Себя не жалко, детишек пожалей. На это раз понятно излагаю?

— Понятно.

— Возвращайся в больницу, вамп. Больше тебя предупреждать не будут, — трое типов поворачиваются и уходят, растворяются в предрассветной мгле.

Приехали. Влез в «интересы Гвоздя». Клятый Гвоздь. У него тут кругом интересы. Шагу не ступить, чтоб не вляпаться в их интересы, кругом нагадили.

— Что теперь делать Вик? — у Мишки скулы обострились, парень явно напугался.

— Пойдем к Котяре, — говорю со вздохом, — Сдаваться будем.

— Не-не. Не надо к дяде Коту, — встревает Люта, — Понимаешь? Он нас на охоту больше не отпустит.

— Вот именно поэтому мы к нему и пойдем все вместе.

По дороге Люта неуклюже пытается меня отговорить рассказывать все Котяре. Мишка молчит, бредет понуро, хорошо хоть он понимает серьезность ситуации. Доходим до борделя. Привратник окидывает взглядом наши хмурые рожи и, по-моему, все влет понимает. Мишку и Люту отправляет куда-то, меня одного отводит к столику, делает знак зашоренному уставшему официанту. Я прошу принести чашку кофе.

Пью кофе и жалею, что не попросил водки. С таким настроением без ста грамм никак. Через пару минут подсаживается Котяра в мятом костюме, спать он явно еще не ложился. Котяра ставит на стол бутылку и два стакана.

— Рассказывай, Вик. Что у вас стряслось?

— Стряслось то же, что и обычно, — усмехаюсь, — Я возомнил себя самым умным.

— Самокритику ценю, — Котяра разливает вискарь, — А поконкретнее.

— Мы зачистили локацию скрипунов.

— Локацию?! Я не ослышался?

— Не ослышался. Я еще вчера удивился. За каким лешим в той подстанции все окна замурованы…

— Та-ак, — Котяра даже утратил неизменный покер-фейс, лицо слегка вытянулось от удивления.

— Сегодня приходим к автосервису. Та же картина. Кирпичная кладка на окнах и наглухо заколоченные двери.

— То есть сервис — это уже вторая локация? — уточняет Котяра, все-таки соображает он быстро.

— Угу. Угадай, кто ждал нас выходе?

— Гвоздь, — уверенно заявляет Котяра.

— Ты-то откуда знаешь?

— Если бы я знал, Мишку с тобой не отпустил бы, — Котяра разливает, — Я просто сопоставил факты.

— Может и со мной поделишься? — чокаюсь и выпиваю залпом.

— Запросто. Стационарные артефакты, что отпугивают скрипунов, поставляет Гвоздь, уличные фонари, отпугивающие скрипунов, поставляет тоже Гвоздь, дальше продолжать?

— Понял. Достаточно. Это их бизнес. Они замуровывают брошенные здания, чтоб там в темноте заводились скрипуны. Со временем скрипуны «жиреют», в смысле в уровнях подрастают. Здание приобретает статус локации. Вот с-суки, они сами разводят этих скрипунов, чтоб потом наживаться на артефактах.

— Истинно так, — Котяра задумчиво перекатывает во рту вискарь и качает головой как китайский болванчик.

— Так что, Котяра, лавочку придется сворачивать.

— Это ты, о чем сейчас? — Котяра выныривает из своих мыслей.

— О том, что нам придется разбегаться. Мишке и Люте рядом со мной слишком опасно теперь.

— А без… тебя? — спрашивает Котяра вкрадчиво.

— Не понял.

— А ты посуди сам, Вик. Эти малолетние шалопаи, — Кот указывает себе за спину кивком головы, и я вижу, что Мишка с Лютой нерешительно и с тоской на лицах мнутся у барной стойки, — Свой двадцать четвертый уровень набивали больше двух месяцев. А с тобой, Вик, за два дня взяли по четыре уровня.

— И что?

— Не понимаешь? Ты открыл шкатулку, которую обратно уже не закрыть. Они уже вкусили этот плод. Им по пятнадцать лет, Вик. Ты думаешь, они забудут, как лихо зачищали с тобой локацию? Думаешь, они будут тянуть лямку, как и раньше?

— Блин. А я-то что могу?

— Не знаю, пока, — сердито отзывается Котяра, — Я одно сейчас понимаю. Без тебя они в беду попадут скорее…

— Ну уж нет. Я тебе сразу сказал. Нянчиться не буду. Я и сам-то…

— Что сам? — Котяра жжет меня взглядом, — Откажешься от охоты?

— Это уж вряд ли. Обожду недельку, покумекаю… а там видно будет…

— Вот и чудно. Так и сделаем.

— Блин. Как сделаем?

— Обождем недельку. Уж неделю я их удержать смогу. Загружу, так сказать, общественно полезной работой. А там придумается что-то… давай, Вик, за все хорошее.

Вот не ждал, что разговор с Котярой так повернется. Но он прав, торгаш хитрозадый. Подростки не удержатся, полезут в локацию без меня и нарвутся. Из борделя вышел в чувствах смятенных. Иду понуро, на душе хмуро. Та-ак, мысли поперли в рифму, а это плохой знак, сначала стишки полезут, потом депрессия нахлобучит.

Утро перешло в день, солнце в зените. И сушняк после Котового вискаря, и жрать охота. Вижу хоббитскую вывеску: «Сытая нора». Знакомое заведение. Когда-то я здесь лихо дрался с гномом. Захожу. Настроение паршивое, вот даже с удовольствием сейчас ввяжусь в драку. Но нет. В заведении тихо. Публика чинно откушивает. По магоящику транслируют мыльную оперу про неразделенную любовь маленького, но гордого хоббита к мускулистой, но ранимой орчанке.

Заказываю хоббитские грибы в горшочке со сметаной, демонское рагу с волокнистым мясом в вулканическом остром соусе и эльфийский травяной эль. Пока ем, попускает немного. Мысли замедляются, начинают затекать в здравое русло практического рассуждения. В конце концов ничего страшного не произошло. Гвозди вычислили нас по системному оповещению о зачистке локации. Но ведь мы можем не зачищать локи полностью.

Делаем так: доходим до босса, босса не трогаем. Лока осталась не зачищенной? Так точно. Не зачищенной. Системного оповещения не будет? Не будет. Мы тихо сваливаем, и никто не узнает, что мы здесь были. За недочищенную локу система денег не подкинет, конечно, придется искать заработок на стороне, но это уже частности.

Заказываю еще одну кружечку травяного эля. Вулканический соус и впрямь очень острый. Летали бы здесь мухи, я бы им на выдохе крылья подпаливал. А эль ничего, освежает. М-да. Придется озаботится заработком. А ведь Котяра сулил большие деньги, если я вычислю поставщика наркотического шорка. Даже процент с продаж обещал. В его художественный свист про то, что наркотой он принципиально не банчит, не верю. Тут, как говорится, к Станиславскому не ходи. Тем более, шорк вроде безвредный совсем. А что? Это и меня бы обеспечило, и Котяре бы бизнес выправило…

Из «Сытой норы» выхожу немного повеселев. Еще поспать бы часика четыре, и совсем утро вечера мудренее будет. Даже если утро давно прошло. Иду домой в целенаправленном стремлении добраться до постели. Желательно, чтоб при этом не наткнуться на Сата, не хочу выслушивать от него очередные нотации. Черт, а ведь к нему опять Гвозди придут, опять будут на вид ставит, что у него санитары от работы отлынивают.

Обошлось. К моему приходу и Сат, и Юп с Меркой и отоспаться успели, и свалить по частным вызовам. Дома меня встречает Луна.

— Я уже поел, — говорю с порога, — Но чаю попью.

Луна кивает и наливает мне чай. Ставит передо мной кружку, присаживается рядом, в задумчивости теребит край скатерти.

— Что-то случилось? — спрашиваю.

— Я поговорила с Сатом, — она спохватывается и отпускает скатерть, — Сказала, мне надоело изображать супружескую пару. Мы давно живем как посторонние. Зачем изображать то, чего нет…

— И что Сат?

— Пожал плечами. Сказал, — «поступай как хочешь».

— А про нас с тобой ты ему не говорила?

— Нет. Но я думаю, он догадывается… Вик, я хочу переехать отсюда. Мне будет неловко оставаться с ним под одной крышей.

— Ты права. Переезжать надо. Я тоже здесь не в своей тарелке… ты что-то не договариваешь.

— Возьми меня на свою охоту, Вик. Мне все здесь осточертело. И этот дом, и приемный покой, и пациенты…

— Я тебя понимаю. Будем охотиться вместе, только…

— Что только? — Луна смотрит на меня настороженно, — Думаешь, из меня не выйдет толк?

— Не в этом дело. Сегодня люди из Гвоздя подходили… с угрозами.

— Понимаю. Никто не хочет связываться с Гвоздем.

— Я не боюсь Гвоздя. Но ты должна знать, я ввязался в опасное дело.

— Вик, ты думаешь, я не понимаю? Слово «опасность» и слово «риск» у тебя на лбу написаны. Ты — дитя Марса. Твое полное имя Виктор, да? Виктор в переводе — значит победитель.

— Э-э. Не знал, что я с Марса.

— Так говорит астрология. Вот, скажем, у Сата на лбу написаны слова «стабильность» и «защищенность». Сат — это Сатурн. Поверь, свой выбор я делаю осознанно.

— А Луна? Что значит Луна в астрологии?

— Карма. Я твоя карма, Вик. Я могу быть благословением, а могу и наоборот. Для кого-то я могу быть и черной луной. Тут, как карта ляжет.

— У-у. Все, хватит с меня астрологии. К тому же я в нее не верю. Для меня ты можешь быть только белой луной, чистой и прекрасной. Сейчас допью чай и пойду искать нам новое жилье.

— Еще чего? Ты допьешь чай, и мы пойдем в твою комнату.

— Да? Тогда я его уже допил.

Луна хватает меня за руку и чуть не силком тащит на второй этаж, а затем мы запираемся в моей комнате. И снова меня будто в омут затягивает в эту страсть истосковавшихся по ласке… ненасытных… почти обезумевших от одиночества. А ведь уже начал думать, что в прошлый раз мне это показалось… ни фига… не показалось. Такой же срыв башки… и снова время утратило свой счет.

— О чем ты думаешь? — время вернуло обычный бег, мы как два насосавшихся клопа, сытых и ленивых.

— Ни о чем. Ты мне голову взорвала. Думать я не способен.

— Но я же вижу. Я тебя складка на лбу.

— Ах, это… это так, фигня.

— Скажи мне.

— Вчера зашел в морг. Случайно. Увидел тело со спиленным черепом. Теперь никак не выходит из головы.

— Ты про демона, которого мы обратили в вампа?

— Да, про него.

— Ох. Я думала, Сат давно отказался от этой затеи.

— Затеи?

— Сат ищет способ снова стать человеком.

— Оригинально он его ищет… в черепе мертвого демоно-вампа.

— Он извлекает спинномозговую жидкость. Сат физиолог, где же еще ему искать? Мы стали вампами после укуса. Отсюда вывод — вампами нас делает некая субстанция, что была впрыснута в нашу кровь. Вот и ищет эту субстанцию. У него были разные теории — вывести субстанцию из организма, найти химический блокатор… много разного… Вик, у тебя глаза слипаются. Ты не спал еще?

— Не-а.

— Спи. Не буду тебе мешать.

— Не-а. Со мной останешься.

— На твоей сиротской кровати? Сам не отдохнешь и мне бока отдавишь, — Луна выскальзывает из моих объятий и встает, — Отсыпайся, Вик.

Я уснул еще до того, как Луна вышла из комнаты.

Глава 16

Как говорится, втянулся в график. Привык к ночному образу жизни, и день мой начинается вечером. Согласно старому Хуану, сумерки — это трещина между мирами. Мне кажется, я застрял между мирами безо всяких сумерек, болтаюсь между мирами независимо от времени суток. Но мне плевать, я не философ. Я — чело… вамп практический… хотя и недалекий. Да, поумнеть немного было бы не лишним.

Я бегу от общества, но неизменно в нем оказываюсь со всеми вытекающими ответственностями. Меня приняла семья вампов во главе с бедолагой Сатом, жалеющем о потере человеческого статуса, и я часть семьи, я несу ответственность. Мне навялили двух подростков. Я конечно их использую, но я в ответе за них, сука, хотя приручать их не собирался.

А еще я влюбился в женщину. Я, лысый, умудренный, циничный, утративший веру во все хорошее. Как я мог? Не знаю. Теперь мне нужно обеспечить себя и свою женщину отдельным жильем. В минус третьем мире было очень хреново, но там я не должен был ничего и никому… а здесь должен. Здесь, сука, мир намного духовней, здесь без обязательств никак.

Ну что, позанимался самобичеванием? Пожалел себя горемычного? И хватит на этом. Переходим к повседневности. С чего я начинаю день? С системного профиля. Есть чему порадоваться, я взял вчера восемь уровней. Очки характеристик идут в эпену. Тут думать не о чем. Тут только радоваться и все. Я избавился от клятых скобочек:

Уровень 18

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в секунду)

Сила напряжения — 25

Взрывная (резкая) сила — 25

Выносливая сила — 25

Сила телесной крепости — 25

Эпена — 19

Свободных очков характеристик — 0

Ну ведь радуется глаз, а? А самочувствие! Я крут, я силен как бык, я ловок как мангуст и вынослив как верблюд. И даже круче. Как там у Пушкина? «Ай да Штирлиц, ай да сукин сын?» Ай да я… да-я, да-я, да-я. Чем не цыганский напевчик? Красавчик, чего там. И волосы на башке отрастают. Не такой уж я и лысый теперь.

С очками способностей опять застрял. Не, не потому что глаза разбегаются от широты выбора. Система по-прежнему напоминает советский союз с пустыми прилавками. Деньги есть, а купить на них нечего. По итогу мучительных размышлений вкладываю четыре очка в лазерный резак. Он теперь джедайскому мечу ничем не уступает. Разве только светится не так ярко и звуковых эффектов не имеет. Ну никакого пафоса, блин. Ненавижу это системное скупердяйство.

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 3, каменная кожа 2, метаболизм 4, усиление костной ткани 3, сопротивление ментальному воздействию 2, диагностика крови 2, сопротивление мутациям 3, ночное зрение — 1, видение ауры -2

Особые способности: клыки вампа — 3, лазерный резак — 4

Свободных очков способностей — 2

Оставлю два очка пока. Может потом чо придумается. Зато никаких скобочек. Я полностью вернул все способности. Это формально у меня восемнадцатый уровень. А по сути я где-то шестьдесят плюс. И это неслабо. Хэ, меня многие считают за слабосильного. Пусть считают. Я коварен, и не тот, кем кажусь. И мы еще посмотрим на крутость Гвоздя. На всякий Гвоздь найдутся свои пассатижи.

Все, хорош валяться, надо валить. Внизу в столовой никого нет и меня это радует. Не придется никому ничего объяснять. Ей богу при вампах я как несовершеннолетний иждивенец. Живу с детским ощущением, что меня могут оставить дома делать уроки. Однозначно, Луна права, пора искать собственное жилье. Без него я примак и звать никак.

Деньги на первое время есть, немного, о собственном доме можно даже не мечтать, но снять угол хватит. И где мне искать этот угол? Можно сходить к Котяре. Тот наверняка подскажет. Но, во-первых, не хочу бегать к Котяре по любому вопросу. Во-вторых, на то она и собственная берлога, чтоб о ней никто из знакомых не знал. Мало ли что, вдруг придется переходить на нелегальное положение.

В очередной раз иду не куда, а откуда. От центра. Чем дальше от центра, тем дешевле должно быть жилье. Все-таки вампы живут в хорошем доме и в хорошем месте недалеко от больницы. Иду почти бездумно, куда ноги вынесут. До дежурства еще долго, в спортзале делать больше нечего. Гуляй — не хочу. Даже на метро садиться не буду.

Разглядываю вывески, витрины и прохожих. Идя мимо домов разглядываю ауры за стенами. Забавно наблюдать за горожанами, полагающими, что их никто не видит. Даже если видны одни только размытые силуэты, видение ауры не дает нормальной картинки, но все равно забавно.

Зажглись фонари. Ого, а я загулялся. Дело к ночи. Где я вообще? Упер в какой-то район на отшибе. Открываю карту. Далеко я от центра упорол, как бы не пришлось нанимать извозчика. А это что еще за отметка у меня на карте? Припоминаю, эту отметку я поставил после знакомства с паскудным гномом, что ушел, не заплатив за лечение, и жалобу накатал.

Усмехаюсь, вроде шел бездумно, а на деле подспудная мыслишка меня именно сюда вывела. Гном живет совсем рядом. Ну что ж. Попробую навестить грубияна и жалобщика. Дом — стандартная девятиэтажная свечка из бетонных панелей. Дверь в подъезде железная, но не запирается. Захожу внутрь. Подъезд хоть и тускленько, но освещен. А чо, и лифт работает?

Жму кнопку вызова. Загудело… заработали механизмы… реально лифт работает. А собственно, чего я удивляюсь. Если уж метро ходит, магоящики в кабаках мыльные оперы показывают, лифт — это так, мелочь. Судя по номеру квартиры, гном живет этаже на седьмом. Поднимаюсь до седьмого. Угадал. Вот его дверь. Тоже железная. Жму кнопку звонка. Раздается трель. Жду…

Снова жму кнопку звонка… снова жду. Сканирую квартиру на наличие ауры — пусто. Походу, гнома дома нет. И чего делать? Известно чего, подожду… и подожду прямо в квартире. Куковать на лестничной клетке несолидно. Одежду в инвентарь. Теперь на мне только плащ и ботинки призрачного охотника. Наверно со стороны я выгляжу очень загадочным персонажем. Плащ и ботинки не закрывают только две части тела: лысую голову и голые икры. М-да. Очень загадочно я должен выглядеть со стороны… ну или очень комично. Просачиваюсь внутрь.

— Вечер в хату, — озвучиваю блатное приветствие сиплым голосом заправского домушника.

Зря старался. Дома никого. Осматриваюсь. Однокомнатная тесная холостяцкая квартирка. Невооруженным глазом видно, что холостяцкая. На кровати комканное белье, на стуле мятое шмотье. Заглядываю в кухню. На столе грязь, в раковине гора немытой посуды, на плите подгоревшая сковорода. Так даже лучше. Если бы у гнома была семья, дело бы сильно осложнилось.

Чаю что ли себе сделать? Не нафиг. Не хочу рыться в грязной посуде, а ничего чистого у гнома нет в принципе. Обойдусь. Присаживаюсь в кухне на табуреточку, сижу жду. Пока жду, в голову начинают лезть неприятные мысли. Ну вот придет этот гном, что я ему скажу? Что он урод? Так он не согласится. Что он должен заплатить? Так он и с этим не согласится. Убивать его что ли из-за сраных ста монет? Блин… не знаю.

Через сорок минут ожидания гном пришел. Сначала слышу механическое «вжик-вжик» дверей лифта, потом шаркающие шаги, тяжелое дыхание, бубнеж и клацанье ключа в замочной скважине. А затем открывается дверь. Гном пришел домой.

— Кто здесь? — гном щелкает выключателями, в грязной квартире становится светло и неуютно, по стенам в сторону ближайшей щели щемятся тараканы.

Я поднимаюсь с табуретки молча. А чего отвечать? Все что нужно гном прочитает в моей всплывающей системке.

— Ты то что тут делаешь, кровосос? — ага, системку гном прочитал.

— Ты не заплатил за операцию, — говорю спокойно.

— Ты охренел? — если гном и дальше собирается общаться исключительно в вопросительном ключе, мы далеко не уедем.

— Это ты охренел, — поправляю гнома, — Жить хочешь, заплатишь.

— Это ты охренел! — орет гном, м-да не умею я заводить с гномами содержательных бесед.

Гном извлекает из инвентаря части доспеха и очень сноровисто и быстро в них облачается. Ну что ж. Я с самого начала не верил, что он предпочтет просто заплатить. Даю возможность оппоненту приодеться, если он полагает, что доспех его спасет, разуверять не стану. Облаченный доспех — законный трофей, не мародерка какая.

Последней из инвентаря гном извлекает внушительных размеров секиру и кидается на меня, думает, в его тесной кухне уворачиваться мне некуда. А мне и не нужно уворачиваться. Перехожу в энергию, пролетаю прямо сквозь гнома, оказываюсь за его спиной. Не ожидал родимый? А кухонному столику хана, гномская секира перерубила его пополам.

Возвращаю телесность и всаживаю в спину гнома джедайский резак четвертого уровня. Гном орет, будто его режут и резво отпрыгивает вглубь кухни, в аккурат на то место, где до этого стоял я. Только одного не понимаю, а чего он не сдох? Гном разворачивается, вполне себе живой и боеспособный. Я снял у него от силы процентов семь здоровья. Как так?

— Не ожидал, кровососик? — гном тяжело дышит и азартно скалится, — Доспех с резистом на энергетические атаки. Заточен против скрипунов и таких как ты.

Эк он меня к скрипунам приравнял. Обидно даже. А главное, впору пожалеть, что позволил гному облачиться. Фигня. Я его и так дорежу потихоньку. Так даже лучше. Растяну удовольствие. Гном снова бросается на меня. Повторяю маневр: энергия, широкая спина, удар. И опять минорный урон. Нормально, за пятнадцать, край двадцать ударов все равно его уделаю. Продолжаем.

Гном прячет секиру в инвентарь и извлекает внушительный кинжал. Это он хорошо придумал. В тесном помещении с кинжалом намного сподручней. Вот же ж, гнида, сообразительная. Наш бой, похожий на корриду, продолжается. В кухне гнома не осталось ни одного целого предмета, но меня он не задел ни разу. Я его намного резче. А вот гномику все хуже. Половину очков здоровья я с него снял. В какой-то миг паршивец перебегает из кухни в комнату. Это он чо? Надеется от меня сбежать? Наивный.

Думаю, настал психологически подходящий момент предложить гному переговоры. Забегаю в комнату. Не, это я наивный. Гном скорее удавится, чем копейку мне заплатит. Он выхватил из инвентаря флакон зелья и заливает себе в глотку. Заборное такое зелье, явно дорогое, здоровье гнома резко поползло вверх. Что делать, пляшем дальше.

Все-таки родился я дураком и дураком помру. Причем очень скоро. Увлекся, не уследил. Эпена закончилась, а гном еще жив. Он будто почуял или догадался.

— Что, кровосос, закончились твои фокусы с призраком? Теперь я тебя буду убивать.

А у гнома слова с делом не расходятся. Он реально взялся меня убивать. Мой резак резко стал очень проигрышным оружием против его кинжала. У меня-то доспеха нет. Кручусь как белка, ухожу прыжками да перекатами, но гному все же удается зажать меня в углу. Все похоже — это конец. Гном кидается на меня в замахе. Перехватываю его руку с кинжалом, у меня тоже силушки хватает.

Выбить кинжал из его руки мне удалось, но мы сцепились и перешли в партер. Гном роняет меня на пол и придавливает немалой своей тушей. Бороться с гномами близко к бессмысленному. Рука — капкан, захват — удав. Сопротивляюсь, сколько могу, но гном обхватил меня за туловище двумя руками и сдавливает все сильнее. Я уже слышу, как трещать мои ребра. Долго они не выдержат.

Шлем у гнома немного съехал и приоткрыл могучую бычью шею. Мои руки прижаты к телу, резаком не дотянуться. Могу укусить его напоследок, но толку не будет, у меня не волчья пасть, разодрать горло не получится. А если по-другому? «желаете использовать способность клык вампа?» Еще как желаю. «выберите действие» … «вы выбрали полное иссушение, предупреждаем…»

В задницу предупреждения, когда твою грудь ломают под механическим прессом не до предупреждений. Втыкаю клык в гномью шею и прям чувствую, как слабнет его хватка. А еще через несколько секунд гном превращается в невесомую высохшую мумию и опадает облачком черных пикселей. Все, нету больше гнома, будто и не было никогда. Интерфейс разражается портянкой сообщений.

«Вы одолели противника, вы получили опыт, вы получили новый уровень, вы впервые использовали расовую способность «иссушение». Внимание, иссушив разумного, вы переступили нравственную черту, вы изменили свою природу, вы обрели особую специализацию — кровопийца. Увы, за все приходится платить, вы утратили способность вакцинирования разумных, теперь ваш клык способен нести только смерть через иссушение»

Приваливаюсь к стеночке, пытаюсь осмыслить, что я тут опять натворил. И пока крутится только одна мысль — вакцинировать других я больше не способен, моя врачебная карьера официально закончена. Да и в жопу врачебную карьеру. Не очень-то и хотелось. А плюшки какие мне с того перепали? Перепали, как без них.

«Особая специализация — кровопийца, вы способны тянуть жизненную силу противника без телесного контакта на расстоянии до трех метров, нанося урон и восстанавливая потраченную эпену» Хм. Неплохо. Очень неплохо. А кстати. У меня сейчас полный бар эпены. Это видать потому, что гнома высушил. Так, а еще плюшечки будут?

«Вы получили достижение — первый в своей расе. Вы первый вамп, решившийся на иссушение разумного. Награда — расход эпены на состояние энергии снижен до 1 эпена в 5… перерасчет с учетом обретения особой специальности… расход снижен до 1 эпена в 10 секунд». А вот это сильно. Это я неслабый бонус отхватил. В сущности, мне увеличили длительность нахождения в призраке в десять раз. Раньше расход был одна эпена в секунду. Щедро. Не ожидал от Системы. А с другой стороны «первый в своей расе». Такие достижения достаются одному на миллион. А может и реже. А кроме прочего я ж теперь неэстетичный и аморальный «кровопийца». За это своя компенсация.

Уровень 19

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в 10 секунд)

Особая специализация — кровопийца.

Сила напряжения — 25

Взрывная (резкая) сила — 25

Выносливая сила — 25

Сила телесной крепости — 25

Эпена — 19

Свободных очков характеристик — 1

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 3, каменная кожа 2, метаболизм 4, усиление костной ткани 3, сопротивление ментальному воздействию 2, диагностика крови 2, сопротивление мутациям 3, ночное зрение — 1, видение ауры -2

Особые способности: клыки вампа — 3, лазерный резак — 4

Свободных очков способностей — 3

И кстати. Я уровень взял, могу довести очки эпены до юбилейной двадцатки. Насколько помню, на двадцати раньше давали бонусы. Может и теперь будут? Вкладываю очко в эпену: «поздравляем, вы достигли порогового значения всех характеристик в 20 ед., восстановление эпены ускоряется до 1 эпена в 2… перерасчет с учетом обретения особой специальности… ускоряется до 1 эпена минуту». Просто праздник какой-то. Что мне еще сделать, чтоб получить возможность оставаться в призраке неограниченное время?

Ага. Размечтался. Однако, пора валить. Уже бегут досужие граждане, я слышу их тяжелый топот. Ну так-то да. Пошумели мы с гномом знатно. Всю хату разнесли. Странно еще, почему раньше народ не набежал. Наверно ждал подкрепления. Не, мне тут массовое скопление агрессивно настроенных личностей не нужно. Я сам личность не публичная.

Закидываю в инвентарь доставшиеся от гнома трофеи, перехожу в призрак и перемещаюсь на балкон, затем на нижний балкон, затем еще на этаж ниже. Любопытно. Если я в виде призрака сигану с пятого этажа? Ведь не должен разбиться? Ведь призрак массы не имеет? Ладно. Сегодня выяснять не буду. Сквозь балконы последовательно проваливаюсь до первого и только потом спрыгиваю на землю.

Отхожу за кустики, одеваюсь, а то в одном плаще и ботинках выгляжу подозрительно. Плащ, напротив, убираю в инвентарь. Все, теперь по виду я ничем не отличаюсь от остальных работяг. Дворами да закоулками выбираюсь на дорогу, бреду до ближайшего метро, а оно, оказывается, совсем не близко. Подземка нынче сильно укоротилась. Упс, а метро не работает. В связи с поздним временем суток закрыто до утра. Ну что делать, от гномовой квартиры я ушел далеко, можно и на таксо…

— Извозчик! Извозчик, мать. До приемного покоя за три монеты… черт с тобой за семь… что значит, зачем мне в больницу?.. ну, считай, что болен… нет, не заразен… не ссы извозчик, душевные недуги респираторно не передаются… как доктор тебе говорю, не видишь, дурак, что я высший вамп?.. ну хорошо, десять монет как с куста… кровопийца ты, а не извозчик.

Глава 17

Извозчик оказался мало, что жадным, так еще и неторопливым. Чес-с-слово, пешком быстрее бы добежал. И нафига я ему десять монет заплатил? До приемного покоя добрался в третьем часу ночи. Хоть я теперь и «кровопийца», но легенду поддерживать надо. Я ж как никак санитар, я ж человек в белом халате и с гуманной профессией. Однако до двери не дошел. В двух шагах меня перехватывает… Котяра?

— А ты чего тут делаешь? — я удивлен, — В борделе случилась эпидемия?

— Мишка. Мишка сбежал.

— Как? Куда?

— Охотиться.

— Я так понимаю, вместе с Лютой?

— Да куда ж без нее, Вик помоги мне их найти. Они в твоей команде. У тебя должна быть отметка на карте.

— А у тебя они разве не отмечены?

— Вышли из семейной группы, засранцы. Поймаю, мытьем сортиров не отделаются.

— Ага. Это правильно, — открываю карту, — Вижу. То самое трамвайное депо. Вот куда они полезли, недоумки мелкие… черт, там же огромная лока.

— У меня повозка, Вик.

Котяра кидается к запряженному лошадью экипажу. На козлах сидит привратник мордоворот, тот, который обычно встречает на входе.

— Езжай сам, — кричу Котяре в спину, — Я пешком быстрее.

Прикидываю направление по сторонам света и припускаю бегом. Теперь уже в мою спину что-то кричит Котяра, но я не слушаю. На ходу перехожу в призрака и пролетаю сквозь забор. С моей способностью могу на прямки бежать, прямо сквозь здания. Возвращаю телесность в целях экономии эпены, добегаю до следующего препятствия, перехожу в призрак, а затем снова возвращаю телесность.

Какая-то чуйка, недоброе ноющее чувство заставляет меня выкладываться в полную силу. Уже недалеко. Добегу за считанные минуты. «Внимание, член группы Мишка подвергся нападению… внимание, член группы Люта подвергся нападению…» Проклятье.

Влетаю на территорию трамвайного парка. Вряд ли за это время Котяра преодолел хотя бы половину пути. Ему на колесном транспорте придется делать немалого кругаля. Сверяюсь с картой. Две зеленые точки на территории парка, но хотя бы не в здании, хватило ума не лезть внутрь. Бегу точно по карте, вроде рядом должны быть, почему я их не вижу?

— Вик! Скорей. Сюда, — узнаю Лютин голос, верчу головой, ага вон те кусты, вламываюсь в кустарник.

— Да где вы, блин?

— Здесь, внизу.

Опускаю взгляд. Вижу. Лежат в траве. А почему у них руки за спиной? Связаны, что ли? Подскакиваю, опускаюсь на колени. У-у. Оба ранены. И ранены нехорошо.

— Что случилось, черт?

— Потом, Вик. Коли антимут, срочно. Нас скрипун подрал.

И тут я подвисаю. Я ведь теперь «кровопийца». Никакого антимута вколоть никому я уже не могу. Осматриваю их раны. Плохо дело. До больницы не дотянут.

— Как же так ребятишки? — говорю с тоской, — Ну как вы вляпались-то так?

— Мы не собирались в локу соваться, просто хотели опробовать новые возможности. Мы же с тобой по четыре уровня взяли.

— Не усидели, значит, засранцы. А где скрипун, который вас подрал?

— Гвозди нас поймали, понимаешь? — Люта глотает слезы, — Связали суки, понимаешь? Стояли и смотрели, как скрипун нас дерет, но добить ему нас не дали, хотели, чтоб мы помучились, завалили его и ушли. Нам срочно антимут нужен.

— У меня больше нет антимута.

— Как нету?

— Нету. Я получил особую спецуху. Больше не могу вакцинировать.

— Значит мы умрем, — говорит Мишка, он пытается унять дрожь, но я вижу, как его трясет от ужаса.

— Вы не умрете.

— Вик, — голос у Мишки срывается, — Постарайся хотя бы ее дотащить до больницы. Вдруг успеешь?

— Не успею. Но вы не умрете. Вы сейчас дадите согласие на смену расы.

— Плохой выход, понимаешь? Нас все равно угробят.

— Вас теперь так и так угробят. Гвозди вам подписали приговор. Вы уже ничего не теряете. Давайте согласие.

— Я согласна.

— Мы согласны.

Вот и молодцы. Выпускаю клык и наклоняюсь: «Желаете применить способность клык вампа?.. вам доступны только два действия: иссушение и обращение, выберите нужное». Одна минута на Лютку, одна минута на Мишку. Передо мной два новоиспеченных вампа первого уровня. Руки я им развязал и привалил рядышком к одному дереву. Пусть очухиваются.

Сам я после обращения в отключке больше суток провел, но у меня был особый случай, я был едва жив и без ноги. Сижу жду. Проходит, минута, затем еще одна. Мишка открывает глаза первым. Взгляд шалый, испуганный.

— Все нормально, Мишка, я рядом, — судорожно подыскиваю нужные слова, надо его как-то отвлечь, — Так, Мишка, скажи мне, что у тебя с характеристиками, сильно порезали?

— Ты был прав, Вик, — сообщает Мишка, просмотрев свой профиль, — По характеристикам потерял четырнадцать уровней. По способностям даже чуть меньше.

Молодец Мишка, старается держаться молодцом, сопли не распускает, надо удержать его в конструктивном русле. Я вижу, Люта тоже ожила.

— А у тебя как?

— Такая же фигня. И плюсом добавилось сопротивление мутациям.

Все-таки они слишком взрослые для подростков. Прошли по краю, но держатся без истерик.

— Вот и хорошо, — говорю бодрым голосом, — Четырнадцать уровней — ерунда. Махом восполним. Плюс перспективы…

— А еще системное уведомление, — перебивает Мишка мой оптимистический спич.

— Уведомление?

— Угу. Читаю: в соответствии с договором, заключенным между профсоюзом гильдии вольных охотников в лице Боргу и расой вампов в лице Сата, вы переходите в подчинение гильдейского патруля. В течение двенадцати часов вы обязаны явиться… и бла-бла-бла.

— У меня тоже самое, — поддакивает Люта, — Что нам делать, Вик? Нас ведь прирежут в первом же ночном патруле.

— А что тут делать? — поднимаюсь на ноги, — Двенадцать часов у нас есть. Значит так. Пока не прокачаете сопротивление мутациям до третьего ранга, соблюдать предельную осторожность.

Прежде чем повести их в ангары трамвайного депо, достаю трофейный доспех с гнома, но обламываюсь. Доспех имеет расовое ограничение — только для гномов. Жаль. Хороший доспех. Одного из них смог бы хорошо защитить. Но ничего, обойдемся.

Тащу ребят к монструозным воротам, через которые выгоняли трамваи. Замурованы на совесть. К гадалке не ходи, здесь очередная локация скрипунов. То, что нужно. Эх, про Котяру-то я забыл. Он на подходе где-то. Не, Котяра будет не к месту сейчас.

— Мишка, сюда Котяра сейчас скачет на тачанке. Ты можешь ему отписаться?

— Я уже, — Мишка хлюпает носом, — Папа пишет, что нас прибьет.

— Не прибьет. Он отходчивый.

Начинаю обход и нахожу обычную дверь «для людей». Она тоже накрепко заделана, но у меня резак четвертого уровня. Справляюсь за несколько минут. Еще раз предупреждаю молодежь, чтоб вперед не совались. Захожу первым и тут же натыкаюсь на скрипуна.

— Та-ак, а почему не используем средства индивидуальной защиты? — докапываюсь до скрипуна суконным инспекторским голосом, — Почему без медицинской маски?

В два удара наказываю нарушителя санэпидпредписания, а на меня уже вылетает следующий, собакоподобный гнолл.

— Та-к, а почему без намордника? — продолжаю отыгрывать чиновника бюрократа, не ради собственного развлечения, хочу отвлечь Мишку и Люту от тяжких дум о будущем, — Прививка от чумки, бешенства имеется? Сам вижу, что не имеется. Придется ставить прививочку.

Ставлю гноллу «прививочку», иду дальше. Лока здесь и впрямь огромная, скрипунов до черта. Бредущие за моей спиной подростки постепенно втянулись в мою «игру», отвлеклись, заперешептывались, оттаивают и млеют от скорости набора опыта. А то, начальные уровни — они такие. Не прошло получаса, как они взяли по пять уровней, догнали свой «сопромут» до третьего ранга и даже успели по паре очков вкатить в свои основные атакующие способности.

— Вик, можно мы тоже будем атаковать? Так быстрее пойдет, понимаешь?

— Черт с вами, атакуйте, на из-за моей спины ни на шаг. Ясно?

И впрямь быстрее пошло. Они очень скоро вернули силу своих основных заклинаний, а затем и превзошли прежние возможности. Мишка теперь шарашит цепью молний, Люта опутывает по несколько тел за раз, да еще и урон проходит от ее шипастой лозы, не особо большой пока, но и то хлеб.

Ну а я забыл, что такое пустой бар эпены. Никаких больше долгих восстановительных посиделок. Тяну силу из скрипунов, эпена восстанавливается сама собой. «Кровопийца» рулит. Мы вошли в азарт. Скрипуны нам не противники. Валим их пачками. Один раз всего присели попить чайку из термоса и слопали по паре бутербродов, спасибо запасливой Лютке. Не, зря я на нее грешил, хорошая у Мишки будет жена, заботливая.

Мы завалили трех мини-боссов локации, с которых мне выпали штаны, куртка и перчатки призрачного охотника. Для полного сета осталось добыть только шляпу. Надеюсь полный сет будет давать доп-характеристики. Мишка с Лютой не претендуют, они теперь и так довольны как дети в цирке. Причем главный клоун на арене почему-то — я.

Юношеское сознание подвижно и отходчиво. Мне моя вынужденная клоунада уже поднадоела порядком, с трудом гашу в себе порывы сказать Люте, чтоб перестала глазеть на меня с открытым ртом. Ну подумаешь, блин, умею в призрака превращаться и говорить противным скрипучим чиновничьим голосом. Эка невидаль. Но креплюсь, веду команду дальше и дальше.

— Ну что, молодые люди, — окидываю ребят директорским взглядом на совещании, — Остался один только глав-босс. Надо решить, будем ли мы его валить.

— А чего тут думать, — Люта радостно лыбится, предвкушает очередной цирковой номер, — Однозначно валить.

Ответом Люту не удостаиваю, не командирское это дело, пояснять младшим чинам очевидные вещи.

— Мишка, — картинно заламываю бровь, — Поясни девушке, чем чревато, если кончим глав-босса.

— Пройдет системное оповещение, что лока зачищена. Гвозди тут же сюда примчатся. Забыла, как в прошлый раз было?

— Ой, да. Не подумала, так бы сразу и сказали… с-сори.

Мы с Мишкой переглядываемся с одинаковым недоумением на рожах. Вместо обычного «понимаешь?», Люта выдала новое слово — «сори». Готов биться об заклад, Мишкины юношеские лобные складки выражают то же опасение, что и мои умудренные морщины: а ну как после обращения в вампа, у Люты в башке что-то поменялось? Вдруг какие иные химические процессы запустились в мозговых извилинах? А насколько далеко могут зайти подобные изменения?

— Ну вы чего подвисли? — не выдерживает Люта, — Время-то идет, понимаешь? Часики тикают, понимаешь?

Мы с Мишкой одновременно с облегчением выдыхаем. Сбой оказался не системный. Случайный сбой, будем надеяться, разовый.

— Значит так, — беру слово как отец, как командир и как старший по должности, — Надо выяснить, что происходит снаружи. Есть подозрение, что Гвозди и без того в курсе нашего местоположения.

— Да как мы выясним? Это только ты умеешь сквозь стены смотреть, понимаешь?

— Уймись, дитя, — отмахиваюсь от Люты и поворачиваюсь к Мишке, — Там Котяра наверняка снаружи трется, спишись с ним, пусть обрисует обстановку.

Мишка погружается во внутренний интерфейс. Догадаться, что он печатает текстовое сообщение, а затем читает ответ, можно только по едва уловимым микро-движениям зрачков.

— Вик, ты прав, — отчитывается Мишка, — Папа пишет, вокруг трамвайного парка собралось больше десятка Гвоздей… и не только они. Охотники на скрипунов и прочие зеваки. Одним словом, полно встречающих.

— А вот это хорошо. Это нам на руку, — потираю ладошки, — Гвозди при свидетелях беспредельничать не станут.

— Вик, — Мишка смотрит на меня настороженно, — А надо нам усугублять? Гвоздям очень не понравится, если доведем дело до полной зачистки локации.

Мишка мне импонирует, что не рвется на рога, как Люта, пытается просчитать последствия; вдумчивый паренек, весь в отца, но в этот раз я собираюсь настоять на своем.

— Верно соображаешь. Гвозди будут в бешенстве. Но пойми другое. Они и так уже нас приговорили. Если б не их садистские наклонности, вы бы уже были мертвы. Поверь, вымаливать у них прощение бессмысленно.

— Ну да, — Мишка мрачнеет, — Они хотели, чтобы мы с Лютой помучились перед смертью.

— Вот именно. А за босса нам будет опыт и призы. За зачистку локи нам опять же опыт и деньги. Мы неплохо приподнялись на этой локе, даже я четыре уровня взял. Но нет совершенству предела. Мишка, у нас один вариант — усиливаться. А босс — это усиление.

Мишка хмуро кивает. Люта коварно усмехается, усиливаться на зло врагам она согласна. Я получил общекомандное согласие, мы идем на глав-босса. Боссом оказывается полулось с огромными рогами. Если эти рога подцепить к трамвайным проводам, тот бы мог перевозить на себе дофига пассажиров. Однако транспортный потенциал скрипунского босса нас не интересуют. Бой выходит жесткий, затяжной, но предсказуемый… мы победили.

«Поздравляем, босс повержен, локация зачищена, вы получаете, опыт, вы получаете уровень, вы получаете 3000 монет на групповой счет, вы получаете награду». А вот и шляпа призрачного охотника. Тут же напяливаю на себя. Видок у меня, подозреваю, аховый. Шляпа, длиннополый плащ, все шмотье в один цвет, прошу заметить, черный. Мне еще разжиться тросточкой и совсем буду как «денди лондонский одет». Впрочем, и так неплохо. На мне полный системный сет: умный проникнется, дурак мимо пройдет. Оба варианта целиком устраивают.

«Полный сет призрачного охотника. На двадцать процентов снижает затраты на поддержание состояния энергии, на десять процентов повышает скорость передвижения в состоянии энергии, на пятнадцать процентов усиливает эффект расовой способности «кровопийца». У-у. Зачетная одежка. В свете такого шикарного подгона, стоит крепко задуматься, ибо задуматься есть о чем.

До сих пор я, не заморачиваясь, вкладывал все свободные очки в эпену, но в свете последних обретений за прошедшую ночь бар эпены ни разу не опустился более, чем наполовину. А ведь еще костюмчик даст дополнительную экономию. Отсюда вывод. Пора вернуться к прокачке силовых характеристик. Стычка с гномом показала, силы много не бывает. Вкладываю пять свободных очков в дорогую сердцу резкую силу.

И еще одно соображение, и опять возникшее после боя с гномом. Его клятый доспех почти полностью нивелировал крутость моего резака, а у меня в аккурат скопилось восемь очей способностей. Столько нужно на последний пятый апгрейд. Тратить? Восемь на пятый ранг, столько же потрачено на все предыдущие четыре. Ладно, чего там, в свое время огненная плеть на пятом ранге превратилась в плазменную.

«Поздравляем, ваш лазерный резак достиг предельного пятого ранга и преобразован в резак темной пустоты, обретает некоторые свойства антиматерии». И? Это все описание? Почему не написано, что мой новый крутой резак способен пробить любой доспех? Опять придется все проверять опытным путем.

Уровень 24

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в 10 секунд)

Особая специализация — кровопийца.

Сила напряжения — 25

Взрывная (резкая) сила — 30

Выносливая сила — 25

Сила телесной крепости — 25

Эпена — 20

Свободных очков характеристик — 0

Способности: сопротивление ядам 3, регенерация 3, каменная кожа 2, метаболизм 4, усиление костной ткани 3, сопротивление ментальному воздействию 2, диагностика крови 2, сопротивление мутациям 3, ночное зрение — 1, видение ауры -2

Особые способности: клыки вампа — 3, резак темной пустоты

Свободных очков способностей — 0

— …так что делать-то будем? — Мишка озабоченно заглядывает мне в глаза.

— А? Чет я задумался немного, — смахиваю интерфейс и переключаюсь на реальность, — Торчать здесь дальше бессмысленно. Пойдем наружу.

— А Гвозди?

— А что Гвозди? Мы ничего противозаконного не делали. Задерживать нас не имеют права. Тем более при свидетелях. Вперед молодежь. Котяра там заждался уже, тазик икры наметал.

Первым направляюсь к выходу. Шляпу, плащ и перчатки скидываю в инвентарь. Не стоит светить полным сетом перед той публикой. Мишка и Люта угрюмо бредут следом, весь их бодрый настрой испарился в одну секунду. Да уж. В одночасье их мир переменился. Скрипуны теперь для них — не самый страшный противник. Что там говорить. Скрипуны для них теперь так, развлекуха, веселуха и источник опыта. Настоящие враги там, за пределами локации.

Глава 18

Выходим на свет утреннего солнца, и по тому как напряглись и побледнели мои ребятки, догадываюсь, увидели своих убийц.

— Те трое? — уточняю у Мишки.

— Да, — цедит Мишка сквозь зубы.

Те самые… трое мутных, что не дают нам прохода… что, следили и вынюхивали… те, что угрожали, а потом без всяких нравственных терзаний подвели подростков под страшную смерть. И теперь они нас встречают. Да не одни, а с группой поддержки. Опасаются, что ли?

— Вампы пойдут с нами.

— Да с хера ли? Двенадцать часов еще не закончились.

— Есть опасения, что попытаются скрыться.

— В жопу засунь опасения.

— Много себе позволяешь, кровосос.

Подбегает Котяра.

— А ну убрал руку от моего сына, — в гневе Котяра страшен, но Гвозди слабины не дают.

— Шлюх в борделе стращай, — Гвозди ведут себя борзо, свидетели их не смущают.

Я смотрю на лица собравшихся здесь охотников за скрипунами. Ну же, ребятки, включайтесь, проявите уже цеховую солидарность, но… понимаю, на свидетелей я рассчитывал зря. Никакие они не свидетели, они все здесь заодно. У кого имеются остатки совести, опускают глаза, у кого и такая малость отсутствует, смотрят на меня прямо и нагло, мол нечего было нарываться, мол так тебе, выскочка, и надо.

Понимаю. Они свои уровни измором берут, а сейчас глядят на Мишку с Лютой и завидуют. Подростки взяли за ночь по семнадцать уровней, а этим горе-охотникам о таком только мечтать. Не станут они помогать, скорее наоборот, помогут конвоировать. И отбиться нереально. Здесь десяток Гвоздей и еще больше «сочувствующих».

Так и двинулись. Мы с Котярой обступили Мишку и Люту, нас четверых взяли в кольцо Гвозди, внешний круг образовали добровольные дружинники из гильдии охотников на скрипунов, конвоиры сраные. И не стремно им, уродам. Такой процессией прошли по утреннему городу до здания патруля. Шествие замыкала Котярина конная повозка с одиноким привратником на козлах.

В здание нас с Котярой, само собой, не пустили. Мишку с Лютой завели внутрь и захлопнули тяжелую дверь. Охотники тоже внутрь не вошли, потоптались, позыркали на нас с Котярой и умелись. Мы остались на крыльце вдвоем.

— Я это так не оставлю, — Котяра недобро сощурился, — Права не имеют. Подключу связи, отпустят, еще и извинятся будут.

— Ага. Давай. Вытаскивай ребят, — поддакиваю, — А я пока тут покараулю.

Котяра забирается в свой экипаж, сердито бурчит своему помощнику, тот кивает и натягивает вожжи. Ну что ж, я тоже без дела сидеть не буду. Выжидаю несколько минут, тяну дверь, разумеется, она на замок не закрыта, как-никак здание патруля — заведение общественное. И тут же натыкаюсь на постового.

— Куда? — голос такой стальной-стальной и взгляд такой строгий-строгий.

Может он видел, как меня не пустили несколько минут назад? Может ему даже приказали меня не пускать? Не факт. Есть вероятность, что он вот так рявкает и мурло брезгливое корчит на всех без исключения.

— Так эт-та. Демоны фонарь разбили. Вот. А я видел. Желаю дать показания.

— Во втором окне дежурный офицер, — говорит постовой и смотрит сквозь меня как сквозь пустое место.

Понимаю. Всех постовых мира обучает какой-то антигуманист: сообщать минимум информации, чтоб посетитель чувствовал себя тупым и растерянным. Чтоб посетитель задавал уточняющие вопросы просящим тоном, а постовой, соответственно мнил себя самым умным. «Во втором окне дежурный офицер». Скверное сегодня утро. Началось с уродов, и конца уродам не предвидится. Я просто прохожу мимо постового. Пошел он в жопу прямо сквозь второе окно и в компании дежурного офицера.

Постовой меня не останавливает, продолжает смотреть куда-то в пространство своего сознания пустым коровьим взглядом. Походу, именно это от меня и требовалось, просто пройти мимо. А что дальше? Я оказался в небольшом помещении по типу большой прихожей. В стене справа действительно два небольших окна. В одном из них, под табличкой «окно № 2» и впрямь виднеется красная лоснящаяся самоварная харя. Готов ставить четыре против одного, эта харя принадлежит дежурному офицеру.

Дежурный офицер во втором окне на меня не смотрит, мне это только на руку. Общаться с ним желания не имею. Я имею желание пройти дальше, но проход в глубину здания забран решеткой. А что тут поделаешь? Так оборудовались ментовки во времена народной демократии, всеобщего гуманизма и главенства конституции, глупо думать, что во времена Гвоздя ментовки станут оборудовать иначе.

Подхожу к решетке решительным шагом, делаю вид, будто высматриваю кого-то знакомого в глубине коридора с той ее стороны. Чтоб просочиться мне достаточно доли секунды. Нужен лишь миг и подходящий момент, когда ни постовой, ни дежурный офицер на меня не смотрят. Осторожно кидаю взгляд через плечо. Постовой уставился куда-то в стену, из окна номер два на меня «глядит» лысина дежурного офицера. Отлично. Я готов перейти в энергию, но тут из-за коридорного угла показывается один из тех «мутных» Гвоздей, и, конечно, сразу меня узнает.

— Ты совсем непонятливый? — спрашивает меня Гвоздь с досадой в голосе, — Значит так. Я только что отправил рапорт твоему начальству.

Моему начальству? Гвоздь меня удивил. За последние двое суток столько всего произошло, я успел подзабыть, что трудоустроен. А что у меня есть еще и начальство… любопытно, кого он имел ввиду? Сата?

— Что уставился? — срывается Гвоздь, не иначе его выбесила моя непонятливость во взгляде, — Тебя ждут в отделе кадров. Имей ввиду. Если тебя уволят за прогулы, тоже пойдешь служить в патруль.

О как! А ведь Гвоздь мне идею подсказал. Всего-то делов, уволиться из больницы, и я окажусь рядом с Мишкой и Лютой. Разворачиваюсь и выхожу из здания. Не, я не собираюсь сразу идти в отдел кадров. Прежде хочу убедиться, что с моими ребятками все в порядке. В конце концов я Котяре обещал. Пусть за пределы тамбура я не попал, но примерную планировку здания выяснил.

Обхожу вокруг. Вот и черный ход. Куда без него. Люблю черные ходы. Черные ходы располагаются на задворках в укромных местах где нет лишних глаз и никогда не охраняются. Просачиваюсь сквозь дверь. Тот же самый коридор, только с обратной стороны. Вон даже вижу решетку в конце коридора. Еще недавно я за ней стоял.

Судя по аурам, на первом этаже народу хватает, но по двое никого. Сомневаюсь, что Мишку и Люту разделили. Держать их вместе проще. Значит придется подниматься, здание четырехэтажное. Держать их могут, где угодно. Прежде, чем я успеваю прикинуть маршрут подъема на верхние этажи, вижу, как какая-то фигура в одном из кабинетов приняла стоячее положение и двинулась к двери. Черт. Он же сейчас выйдет в коридор. Палево.

Фактически на рефлексах перехожу в призрака, влетаю в ближайшее пустое помещение и оказываюсь… в уборной. Ну так-то да. Туалет по логике располагается в конце коридора, и туалет этот единственный: «…все жили вровень скромно так, система коридорная, на сорок кабинетиков всего одна уборная…» Плохо другое, тот, кто вышел из своего кабинета, идет именно сюда. Благо, соседний с туалетом кабинет тоже пуст. Перемещаюсь в него.

Видно по всему, мое везение на этом закончилось. В следующем кабинете кто-то сидит. Зашедший в туалет тоже присел, боюсь надолго. И по коридору идут еще двое. И идут либо тоже в туалет, либо сюда. До туалета не доходят, останавливаются, и я слышу звяканье ключа. Обложили… демоны. Придется выпрыгивать наружу прямо сквозь стену, другого пути не осталось. В очередной раз перехожу в призрака, уже собираюсь покинуть здание, но в последний миг обращаю внимание, что шкафчик придвинут в угол неплотно. Я вполне смогу за ним спрятаться.

Решаю, что лучше переждать за шкафчиком, чем потом заново проникать в здание. Затаиваюсь. Возвращаю плотное тело. Под моей ногой негромко хрупает. Раздавил чего-то. Пофигу. Двое заходят в кабинет. Один садится за стол, другой остается стоять. И тут я слышу голос того самого «мутного Гвоздя», главного во всей троице. Он говорит отрывисто, деловито, в приказном тоне.

— Сразу после полуночи. Особняк тот же. Получишь сигнал о неисправности артефакта. Этих отправишь. Сам останешься снаружи.

— Все как обычно, — не спрашивает, а констатирует второй.

— Да, все как обычно. Потом я тебе отпишу. Заберешь обоих. Постарайся довезти их до больницы еще живыми. Это важно.

— Не понимаю. Так и так они сдохнут. Прирезать и все. Тела развеются. Зачем эти игры в достоверность?

— Не твое дело, сержант, — «мутный Гвоздь» повышает голос, — Заберешь и доставишь. Бабло по итогу, сумма та же.

— Так в этот раз их двое будет, — возмущается второй.

— Будет двое… но сумма та же, — урезает Гвоздь.

— Как скажете, — тот, кого назвали сержантом, говорит с плохо скрываемой досадой, — Мое дело маленькое.

— Вот и помалкивай.

— Да не хочу я лезть в ваши дела, — начинает заводиться названный сержантом, — Просто не понимаю, ради чего такая сложность? Не только от скрипунов дохнут разумные. Бытовых убийств в разы больше.

— Сержант, — раздражается «мутный Гвоздь», — Чтобы горожане продолжали выкладывать свои денежки за артефакты от скрипунов, надо, чтоб время от времени кто-то подыхал от этих скрипунов. Ясно тебе? Реклама — двигатель торговли.

— А зачем тогда вы подкармливаете всю эту кодлу охотников за скрипунами? Они же вам бизнес портят.

— Не глупи, сержант. Охотники тоже нужны. Чтоб население видело, что борьба со скрипунами идет в поте лица и без поклажи рук.

— Ладно, — сдается сержант, — Просто нерационально. Тащить их через весь город… они ведь и удрать могут.

— Они у меня на поводке. Удерут, далеко не убегут… слушай, сержант, мы с тобой давно в деле, — Гвоздь снижает тон, — Скажу тебе по-свойски, потому что ценю твою исполнительность. Так вот, ты достаточно исполнительный, чтоб дорасти до прапора, и до сих пор был достаточно нелюбопытным, чтобы целиться еще и в лейтенанты. Я доходчиво поясняю?

— Вполне.

— Вот и порешали. Сразу после двенадцати. Маршрут сам прикинешь.

Глав-Гвоздь выходит из кабинета. Сержант начинает сердито сопеть и выдвигать-задвигать ящики стола.

— Будет двое, но сумма та же, — передразнивает сержант, — Жмоты гвоздатые… объясняет он доходчиво… объяснятель херов.

Последний ящик задвигается с громким стуком, и сержант, громко проскрежетав отодвигаемым стулом, встает и тоже выходит из кабинета. Я остаюсь один. М-да. Это я удачно за шкафчик спрятался. Нет никаких сомнений, речь сейчас шла о моих ребятках, а этот сержант — командир патруля.

Теперь я точно знаю, сейчас с ними все в порядке, здесь их не убьют, будут инсценировать схватку со скрипунами в каком-то особняке сразу после двенадцати ночи. Торчать здесь дальше бессмысленно. Надо идти увольняться, а затем успеть до вечера устроиться в патруль. Непременно нужно все устроить так, чтоб меня взяли на патрулирование вместе с Мишкой и Лютой.

Чтобы не тратить лишнее время на дорогу, решаю пару станций проехать в подземке. Мог бы нанять извозчика, но чем-то притягивает меня метрополитен, ностальгия, наверно. Сидячего места в вагоне мне не достается, привычно цепляюсь за поручень и привычно заглядываю в книжку читающего… читающего эльфа.

«… Клавдия Ивановна была глупа, и ее преклонный возраст не позволял надеяться, что она когда-нибудь поумнеет…» … э-э… «Двенадцать стульев»? Не перестает меня удивлять метро. Я как-то успел сродниться с мыслью, что чувством юмора эльфы не обладают от слова совсем, а тут классика советской сатиры. А, нет, рано я удивился. Эльф в раздражении захлопывает книгу. Юмора не понял.

А я теперь вижу обложку и понимаю, на что повелся эльф и почему взялся эту книгу читать. Впал, бедолага, в заблуждение. Какой-то шутник подправил первую букву в фамилии автора: Эльф и Петров «Двенадцать стульев». Хэ-хэ. Действительно, смешно кто-то пошутил. Кстати, неплохое название для небольшого тематического ресторанчика.

Выбираюсь из подземки и почти вприпрыжку тороплюсь к административному больничному зданию. В отдел кадров меня Сат однажды водил, дорогу помню. Поднимаюсь на нужный этаж, вежливо стучусь и отворяю дверь.

— Вызывали?

На меня уставляются колючие буркала того самого хамовитого орка, что принимал меня в свое время на работу. Я и подзабыл, насколько противная у него харя. Утро плавно переходит в день, а парад уродов только набирает обороты.

— Ты! — рявкает орк-кадровик, брызгая слюной на лежащий перед ним анкетный бланк, — Совсем охренел? Работу прогуливаешь?

— Готов написать заявление по собственному желанию…

— Кого, нах, интересует твое желание? — орет кадровик, — Я тебя сгною, кровосос, в патруль вылетишь!

— Ну, в патруль, так в патруль, — отвечаю, смиренно потупив глаза.

— Пошел вон!! — орк побагровел от натуги, как бы кондратий не хватил, а я его даже вакцинировать не смогу, я ж теперь эгоистичный кровопийца.

— Да щас, — встаю в позу, — Ты слово-то держи. Сказал в патруль, значит в патруль.

— Да я тебе… да я тебя… — походу доводы у орка закончились, — Вон отсюда!

Орк все орет и орет, терпеть его лай надоело, да и смысла нет. Ясно же, ни хрена эта гнида не решает. Вот сука. Выхожу из кабинета и громко бабахаю дверью, даже штукатурка с потолка посыпалась. Что же мне сделать, чтоб срочно сослали в патруль? Может прибить урода? Не, здесь этого делать не стоит. Я тогда не в патруль, сразу на виселицу отправлюсь. Но мысль дельная.

В моем черном списке после того, как гнома упокоил, осталось всего одно имя. А список с единственным пунктом — не список, а халтура. Решено, вношу пометку на карте, жаль домашний адрес подсмотреть не догадался, приходится метить больничный отдел кадров. Однако, что делать дальше?

Выхожу на улицу. По-хорошему надо сходить домой, объясниться с Луной. А то пообещал девушке заняться поиском жилья и пропал. В приемный покой прошлой ночью даже заглянуть не успел, Котяра меня перехватил перед входом. К Котяре, кстати, тоже надо будет зайти, но позже. Времени до вечера много. Успею.

Бреду по улице неторопливо, от больницы до дома ходьбы десять минут, как вдруг перед взором выскакивает значок интерфейса. Черт, напугался. Что еще за хрень? «Вам пришло текстовое сообщение от члена команды Мишка. Желаете прочитать?» Желаю, конечно. «Вик, папа нас вытащил, просит тебя срочно прийти к нам в заведение. Мишка». Вот те раз. Молодец, Котяра, сдержал слово. Окликаю подвернувшегося извозчика.

— В бордель.

— Не рановато?

— Я по ночам работаю. Поехали, давай, без разговоров.

Дожили. Извозчики моралисты. Устраиваюсь в коляске, и тут меня накрывает волна стыда. Вот ты, Витя, дурак. Мог и раньше с Мишкой списаться. Совсем забыл про групповой чат. С другой стороны, не полез бы в здание патруля, не узнал бы про планы Гвоздей. Тем не менее, решаю отписать Мишке ответное послание, не потому, что на то есть особая нужда, а чисто для практики.

И как тут буквы писать? Кликать по кнопкам я умею, а вот текстовым редактором ни разу не пользовался. С горем пополам удается написать одно единственное слово: «еду». Ничего, Вить, все приходит с опытом, наловчишься еще, будешь романы строчить. Извозчик довозит меня до борделя и провожает ироничным взглядом, тщательно пряча завистливый вздох. Ага, моралист липовый.

Захожу в заведение. Мордоворот привратник сидит на табуреточке привалившись к стеночке. Китель расстегнут, глаза красные от недосыпа. Вымотался бедолага, ну, я, кстати, тоже уже не помню, когда спал. Делаю привратнику знак, чтоб не вставал, тот благодарно кивает и вялой кистью отмахивает направление в сторону ресторана.

В ресторанном зале похоже собралась вся обслуга, включая бордельных девочек. Мишка и Люта ввиду отсутствия посетителей заняли центральный столик. Вокруг них крутятся будто наседки над цыплятами. Стол заставлен яствами, каждый второй спрашивает, что «еще вкусненького» им принести. Остальные стаскивают на соседний стол всякие нужные для похода вещи, скопившаяся гора позволяет предположить, что бордель решил организовать экспедицию на северный полюс.

Глава 19

— Что за кипиш? — спрашиваю.

— А, это ты, Вик, — Котяра имеет вид чрезвычайно озабоченный, — Вот, собираемся.

— Куда?

Котяра отводит меня к дальнему столику. Присаживаемся. Подлетает официант, выставляет бутылку, стаканы, оливки и испаряется. Котяра разливает.

— Дело такое, Вик, — чокаемся, выпиваем, — Я вытащил их только до вечера. Они — не преступники, удерживать их Гвозди не вправе, но…

— То есть от патруля ты их не отмазал?

— Не отмазал. Там системный договор. Так вот… я хочу отправить их из города. И у меня к тебе будет просьба.

— Хочешь, чтоб я пошел вместе с ними? — догадываюсь.

— Да. Хотя бы на первое время.

— Не хочу тебя пугать, Котяра… я подслушал разговор Гвоздя с патрульным сержантом…

— И?

— Гвоздь сказал, что держит их на поводке… если ты в курсе, что это.

— В курсе, — Котяра мрачнеет, трет пальцами веки, — Ты в этом уверен, Вик?

— Он так сказал. Он уверен, что сбежать они не смогут. Может ты мне объяснишь?

— Все просто, Вик. Ты всегда знаешь, где находятся члены твоей группы. Поводок — тоже самое, такая же метка на карте. Одноразовый артефакт. Весьма недешевый. Клять! — Котяра припечатывает кулаком об стол, — Не поскупились, гниды. Из города бежать бессмысленно, догонят… очень быстро догонят.

— Не понимаю.

— Ну чего ты не понимаешь?

— Чего они так ополчились на вампов? Зачем поголовно истребляют?

— Не тупи, Вик. Все очевидно. Команда подготовленных вампов способна зачистить от скрипунов весь город. Прямая угроза бизнесу.

— Нет, погоди, Котяра. В городе есть и другие силы, намного могущественней. Тот же полковник. Он весь город под собой держит. На кой он терпит эти рассадники скрипунов? Дураку ведь понятно…

— Дураку, может и понятно, а простому обывателю ни черта не понятно, — Котяра усмехается, — Гвозди замуровывают заброшенные здания под предлогом заботы о населении, мол типа для того, чтоб оградить горожан, мол, если стукнет с перепоя горожанину в голову влезть в заброшенное здание, то попасть он в него не сможет.

— Но там локации! Системные локи!

— А кто в них бывал кроме тебя, Мишки и Люты? Кто может подтвердить, что там локи? Ты, кстати, Вик, в такой же опасности. За тебя они тоже возьмутся…после Мишки.

— Ладно. Поясни мне, как работает этот поводок? Теперь что, любой Гвоздь знает, где находятся Мишка и Люта?

— Не любой. Только тот, кто использовал артефакт. Во время контакта с жертвой артефакт активируется. Так что, на поводке скорее всего кто-то один: либо Мишка, либо Люта.

— Значит идти в патруль им все-таки придется.

— Придется, Вик. Но я с них глаз не спущу. Возьму бойцов и поеду следом.

— Ага. Правильно, придется ребятишек опекать…

— А ты чего рожу кривишь, Вик? Буду опекать, мне другого не остается. Если надо, буду самолично приводить их в патруль, а потом самолично забирать.

— Да я ж не спорю, — пытаюсь успокоить Котяру, а сам лихорадочно соображаю. Не выйдет у него ни черта с этой опекой. Гвозди настроены серьезно, Гвозди не потерпят, — Я их забираю до вечера, — заявляю неожиданно даже для себя.

— Куда еще?

— Так надо, Котяра. Я сделаю их сильнее.

— В каком смысле?

— Мишка тебе еще не рассказал, что я получил особую специализацию? — выдерживаю вопросительный взгляд Котяры, если честно, вдаваться в подробности не хочу.

— Говорил, — недосказанность Котяре не нравится, но он уже понял, что подробностей не дождется, — Что вроде ты теперь не можешь вакцины ставить.

— Вот и они добрыми докторами тоже не станут.

— Ты уверен? Что за спецуха такая? — Котяра все же пытается меня дожать.

— Мишка тебе потом сам расскажет. Поверь, это их усилит, существенно…

— Ладно, делай, как знаешь, — Котяра будто постарел за эту ночь, никогда раньше не видел его растерянным, — А к полковнику мы ходили…

— В смысле?

— В прямом. Собрали целую делегацию. Пришли жаловаться на Гвоздя.

— И что?

— Ничего. Выслушал, покивал, обещал подумать… все еще думает… Вик, помоги им выжить…

Киваю. Поднимаюсь и иду к столику, за которым сидят подростки.

— Подъем, молодежь, хватит рассиживаться.

— А Мишка не ест ничего. Понимаешь? Дурак, я ему говорю, пожрать надо. А он не ест. Вик, скажи ему.

— Что, Мишка, кусок в горло не лезет?

— Не лезет, — признается Мишка

— Так, Люта, собери тормозок. Бутеры там, термос с чаем. Как ты умеешь. Только быстро. У нас еще дел до вечера…

Котяра стоит молча и смотрит исподлобья с тоской и немым укором, засунув руки в карманы, как я вытаскиваю подростков на улицу чуть не силой. Бордельная обслуга провожает нас такими взглядами, будто я их на казнь повел. Не бордель, а дом уныния какой-то.

— Куда мы, Вик? — в Мишкином голосе черная безнадега.

— А ну отставить нюни, — говорю строго, — Мы идем бороться за жизнь. Других занятий в ближайшее время у нас не будет. Понятно?

Затаскиваю их в метро. Проезжаем две остановки. Хорошо, что я их забрал от Котяры, они б там так и сидели, растекаясь как кисель. А тут отошли немного, ожили.

— Вик, мы в больницу что ли идем?

— Не совсем. Стойте здесь, дорогу не переходите. А я на разведку. Вопросы потом.

Хочу убедиться, что кадровик еще на рабочем месте. В административное здание меня пускают пока без вопросов. Поднимаюсь на этаж, иду по коридору. Заглядывать в кабинет мне не нужно. Вижу по ауре, что клиент еще здесь. Вот и хорошо. Разворачиваюсь, выхожу, иду обратно к подросткам. Они мнутся на тротуаре, лица озабоченные, чуют, что их не на селфи сессию позвали.

— Значит так, — отвожу их в сторонку, где нет лишних ушей, и начинаю накачку, — Вы должны усвоить главное. Гвозди объявили нам войну, и уже пытались вас убить. Теперь вы тоже должны быть готовы.

— К чему? — спрашивает Мишка осекающимся голосом.

— К войне. К тому, что вам тоже придется убивать. Не скрипунов… разумных.

— Мы это понимаем.

— Вот и хорошо, что понимаете. Вы теперь не просто охотники на скрипунов, вы теперь охотники широкого профиля. Слышишь, Люта, этот будет твой. Мы его выследим, как выслеживают жертву, и ты его прикончишь без всякой жалости.

Да, я решил, что первой убийство совершит именно она. У нее меньше тормозов, больше импульсивности. Она справится. А там уже на Лютином примере и Мишке деваться будет некуда.

Ждать долго не пришлось. В начале шестого орк-кадровик вышел. Он не нанял извозчика, чего я опасался, а пошел пешком. Мы двинулись следом по противоположной стороне улицы шагах в тридцати. Люта прониклась, личико сосредоточенное. Кулаки сжала до белых костяшек. Пусть набирается решимости. Это полезно. Пройдя пару кварталов, орк зарулил в шашлычную.

Мы зашли в кафетерий напротив. Заказали по чашке кофе. А потом заказали еще по одной, орк оказался любителем кушать и выпивать неторопливо. Ребятишки сидят как на иголках, заказал им еще и по эклеру и заставил лопать. Съели. Какой подросток способен отказаться от сладкого? Ага. Вот и орк вышел. Расплачиваюсь, мы выходим из кафе. Слежка продолжается. Ведем клиента еще три квартала, а потом он вдруг пропадает из вида.

— Черт, вы видели, куда он срулил? — обращаюсь к подросткам.

— По-моему во двор свернул.

— За мной.

Перебегаем на другую сторону улицы. Быстрым шагом доходим до угла здания, где видели орка в последний раз. Вон он, голубчик. Отлить захотел. Идем следом, начинаем сокращать дистанцию. Кадровик заходит в кустики, начинает расстегивать ширинку и вдруг оборачивается. Спалились… нет, орк нас не разглядывал, просто увидел прохожих, решил зайти в кустики поглубже. Он проходит еще несколько шагов в заросли, прикрылся старой ржавой будкой. Так даже лучше. Подходим.

— Люта, пеленай его.

Шипастая лоза опутывает орка, а я едва успеваю дернуть Мишку за руку, который на автомате уже формирует в руках свою молнию.

— Куда? Она сама должна.

В два прыжка сближаюсь с кадровиком и толкаю с разбега. Орк валится на землю. Пробиваю ему ногой под дых, чтоб не орал, а то ведь он мужчина голосистый. Орк лежит на боку, вращает выпученными глазами, но сделать ничего не может, магическая лоза держит крепко.

— Люта, клык активируй.

— Чего?

— Клык, мля.

— Зачем?

— Ну уж не для инъекции… Мишка, помогай… башку ему к земле прижми… Люта, не спи. Кусай в шею.

Люта заторможена как сомнамбула. Неужели я ее переоценил? Но нет. Плотно сжатые губы растягиваются в оскале, и я вижу, как вытягиваются голубоватые острые как шило клыки. Люта опускается на колени и склоняется над шеей орка. Орк понимает, что с ним собираются делать что-то очень нехорошее. Начинает дергаться остервенело как щука в сетях.

— Высуши его, — говорю сквозь зубы приказным тоном, прижимая дергающегося кадровика к земле, и Люта вгоняет клык в орочью шею.

Секунда… вторая… третья… да, когда ж подействует? Тело орка начинает обмякать, еще пара секунд, и он перестает сопротивляться, как снулая рыбина, а затем осыпается невесомым пиксельным пеплом. Все, теперь не осталось даже пепла.

— Вот и все, ребятки. Мишка, помогай, хватай Люту под другую руку.

Люта в прострации, зрачки расширены, смотрит в пустоту, с подбородка стекает кровь. Состояние Мишки ненамного лучше. Но Люту послушно подхватывает, закидывает ее руку себе за шею.

— Куда? — одергиваю Мишку, — Не на улицу. Вглубь двора.

Мы тащим Люту прочь от места убийства. Она пока не соображает. У нее шок. Пересекаем двор насквозь. Выходить на улицу нам сейчас не стоит.

— Мишка, давай в соседний двор, вон там лавочка.

Садим Люту на лавочку. Ее срочно надо приводить в чувства, от места преступления мы и на сто метров не отошли. Мишка суетится, шлепает ее неумело по щекам, шепчет что-то успокаивающее. Я мониторю обстановку. Вроде пронесло. Никто не орет «караул», «убили», «милиция», «мама». Но делать что-то надо.

— Лютка, — говорю проникновенно, — Ты спецуху получила?

— Получила, — отвечает Люта неживым голосом.

— А какую?

— Кровопийца, — в голосе интонаций ноль.

— И что тебе это дает?

— Усиление лозы… дополнительный урон ядом… вампиризм: лоза вытягивает силу противника, восполняет эпену.

— Неплохо, да?

— Не то слово. Это жесть какая-то.

— Люта, надо валить.

— Чего?

— Валить надо.

— Я только что убила того мужика, — отвечает невпопад, ее глаза вдруг распахиваются и обретают глубину, — Это ужасно. Понимаешь? Это очень стремно.

— Конечно понимаю. Нет ничего хуже убийства. Но эту войну они начали. Люта, надо идти.

И Люта встала и пошла, и в ее глазах навсегда поселилась изморозь. Она перестала быть подростком. Взгляд убийцы — взгляд старика, заглянувшего в могилу. Не, я не собираюсь себя винить. Не я ее сделал убийцей, а Гвоздь. Гвоздь и будет отвечать… оправдывай себя, Витя, сколько хочешь. На душе все равно погано…

Мы идем и идем. Все трое погружены в себя, чувство времени и чувство пространства пропали, будто это какая-то защитная реакция сознания. Хочется идти вот так бесконечно, куда глаза глядят. Идти и ни о чем не думать.

— Вик, куда мы идем?

— А? Еп. Задумался, — трясу башкой, отгоняя ватную муть, — Сколько времени?

— Седьмой час.

— А во сколько вам надо быть в патруле?

— К десяти.

— Нормально. Время есть… Мишка, лови извозчика. Теперь твоя очередь становиться кровопийцей.

Доезжаем до района, где живет еще один урод из моего черного списка. Заслужил ли он смерти? Навряд ли. Просто грязная бухая скотина, ляпнувшая то, чего ляпать не следовало. Скорее всего какой-нибудь обычный грузчик, не имеющий к Гвоздю никакого отношения. Но я не стану говорить об этом Мишке. Этот грех я возьму на себя.

Панельная пятиэтажка. Крайний подъезд. Заходим. Поднимаемся на третий этаж. Я жму на кнопку звонка. Не работает. Стучу в дверь, затем еще раз посильнее. Я же вижу по ауре, что «клиент» дома. Уже собираюсь перейти в энергию и проникнуть в квартиру в виде призрака, как замечаю, аура покачнулась и тронулась с места.

— Идет, — говорю негромко Мишке, — Готовься.

Мишка часто спазматично задышал. Люта гладит его по спине, пытается успокоить. Молодец, девочка. Заботится. Понимает, что Мишке сейчас предстоит пережить.

— Хт-то там? — голос пьяный, скорее даже вдрызг пьяный.

— Скорая инфернальная помощь. Ставим инъекции, вакцины, по желанию вводим в запой на материалах заказчика…

— Мат… мати… риал… — дальше совсем не разборчиво.

— У нас только спирт. Зато медицинский, чистый, как слеза, — продолжаю набивать себе цену, — Открывай.

За дверью тяжкие вздохи и долгие попытки открыть дверь. Да что у него там, кодовый замок? Наконец, дверь распахивается. Лестничную площадку окатывает невыносимой кислой вонью.

— Вы кто?

Пробиваю в челюсть и захожу внутрь. Хозяин квартиры от моего удара вырубился. Упал на грязный пол прихожей, его сразу начало обильно тошнить. Сука. Вот сука. Жил скотиной и помрет ею. Переворачиваю его на живот, чтоб не захлебнулся рвотой раньше времени и затаскиваю в комнату.

— Люта, дверь закрой… Мишка, он твой. Извини, сейчас не до брезгливости.

Мишка кивает и выпускает клыки. Так даже лучше. Утративший человеческий облик, считай, не человек уже. На этот раз все прошло иначе. Было противно, даже омерзительно, но как-то буднично. Будто мы и впрямь усыпили больное животное. Мишку трясет, как без этого. Ничего. Скоро очухается. Главное уйти побыстрее.

Выглядываю на лестничную клетку. Тихо. Выхожу первым, ребятки за мной. Я все боялся какой-нибудь подлянки от судьбы. Что нарисуются нежеланные свидетели, или что-то в этом роде. Обошлось. Мы вышли из подъезда, никого не встретив. Будто вымер подъезд. Идем к дороге, спокойно, неторопливо, прогулочным шагом. Дело сделано. Уже усевшись в экипаж с хоббитом на козлах, легонько толкаю Мишку локтем в бок.

— Что дали?

— Почти то же, что и Люте. Усиление молнии и вампиризм, — Мишка отвечает неохотно, мыслями он все еще в той грязной вонючей квартире.

— Встряхнись, выкинь из головы. Он бы и сам скоро сдох. Тут никакой реген не спасет. Лучше о другом подумай.

— О чем?

— О том, что будешь дальше прокачивать. Я вот когда вампиризм получил, начал в силовуху очки вкладывать. С эпеной теперь проблем нет.

— А сколько у тебя в эпене?

— Двадцать очков.

— У меня даже больше. Двадцать пять, — в голосе Мишки прорезается гордость.

— И у меня двадцать пять, понимаешь? — встревает Люта, ей тоже охота порисоваться, — Мы с Мишкой одинаково все вкладываем.

— Ага. Это вы молодцы, — я тихо радуюсь, что подростков удалось отвлечь разговором, — Но вы на меня не смотрите. Сами решайте. У вас другая магия. Может вам и эпены надо больше, больше чем мне.

— Надо пробовать, — к Мишке начинает возвращаться свойственная ему деловитость, — Мы же пока не знаем, как работает этот вампиризм… Вик, а мы куда сейчас?

— В патруль, ребятки. Отмазать вас не получилось. Договор оказался системный. Сбежать тоже не выйдет. Кто-то из Гвоздей на вас поводок повесил.

— Я знаю, кто, — говорит Люта с угрозой в голосе, — Тот главный в их троице. Коз-зел. Я видела, как он печать надломил.

— А план у нас есть хоть какой-то? — спрашивает Мишка, на него враз навалились все прежние страхи.

— Спокуха, молодежь. План есть, — у меня и впрямь начал прорисовываться образ действий, теперь я даже рад, что не записался в патруль, — Значит так. Вы по-прежнему в моей команде, у меня, считай, тоже поводок. Вас из вида не упущу. Сразу после двенадцати сержант патруля прикажет вам обследовать особняк, под тем предлогом, будто там артефакт испортился.

— Сержант?

— Ага. И вы ему не доверяйте. Он с Гвоздями заодно. Вас пошлет, а сам снаружи останется. Потому как в том особняке Гвозди устроят на вас засаду.

— Тогда мы сбежим.

— Ни в коем случае. Нарушение системного договора — это как дезертирство с поля боя.

— Так что же делать?

— Тяните время. Не отказывайтесь, но используйте любой повод задержаться, хотя бы на несколько минут. Чтоб я успел туда пролезть раньше вас. Понятно?

— Понятно, только это… Вик, папа сказал, вместе с нами в патруль пойдет.

— Боюсь, Котяра вам не поможет. А вот дров наломать сгоряча может. Ты, Мишка, если какой затык случится, отпиши отцу, что у нас есть свой план, чтоб на рога лез.

— Хорошо.

— Вот и договорились. Подъезжаем.

Глава 20

Высаживаемся у здания патруля. Вот были здесь этим утром, а столько всего случилось за день, будто неделя прошла. Постовой за дверью сменился. Не такой урод, как с утра был. Смотрит на моих ребяток вроде бы даже с сочувствием. И пропускает нас, не сказав ни слова.

Вечерний сумрак тамбура-прихожей разгоняет синеватая магическая лампочка. Ведущая в коридор решетка по-прежнему заперта. Окошко № 2 теперь закрыто. Видно по всему у дежурного офицера рабочий день закончился. В прихожей нас встречает человек, что тоже не может не радовать. Орочьи клыкастые морды осточертели, а тут мужик людской расы, по-военному подтянутый, на висках ранняя седина. Уверенный и спокойный взгляд серых глаз располагает к доверию, но…

Недолго я пребывал в благостном неведении, что парад уродов на сегодня, наконец, закончился. До тех пор пребывал, пока располагающий человек не заговорил. Его голос я хорошо запомнил. Так вот он какой, продажный сержант, что метит в прапоры, а может даже и в лейтенанты. Я ж до этого только его ауру видел. Теперь вижу глазами. М-да. Внешность бывает обманчива.

— Приветствую, молодые люди, — говорит он поставленным сержантским бодрым голосом, — Добро пожаловать в патруль.

Вот кабы не знал, что это за гнида, чес слово повелся бы. Но я-то знаю, удерживаю каменное выражение, ребятки видят мою настороженно-хмурую физиономию и проникаться к сержанту доверием тоже не спешат. Сержанта, похоже, это нисколько не смущает.

— Вы переходите под мое командование, — добавляет он, оглядывая Мишку и Люту чуть ли не отеческим доброжелательным взглядом, — А лишних попрошу покинуть здание.

Понимаю. Лишний это — я, но спорить и вставать в позу не собираюсь. Напоследок хлопаю Мишку по плечу, подмигиваю Люте и выхожу наружу ровно в тот миг, когда перед крыльцом у тротуара останавливается конный Котярин экипаж, в котором кроме самого Котяры и его мордоворота привратника, сидят еще трое, видать те самые бойцы, о которых он говорил еще днем. Ну что ж. Я и раньше знал, что у Котяры слова с делом не расходятся. Группа сопровождения прибыла в полном составе.

Котяра видит меня, собирается что-то у меня спросить, но я делаю едва заметный отрицающий жест кистью руки. Котяра мое движение считывает и тут же отворачивается. Вот и хорошо. Лишнего внимания мне не нужно. Засовываю руки в карманы и легким неторопливым шагом стартую вдоль по улице. Прохожу мимо Котяриной повозки, даже не взглянув на нее, и иду дальше.

Вот не верю я, что Гвозди не предприняли меры предосторожности. Гвозди — не дураки. Наверняка отправили за мной хвост, и пусть этот «хвост» видит меня расслабленным и незаинтересованным. Прохожу два квартала, сворачиваю за угол и кидаю за спину быстрый незаметный взгляд. Ага. Успеваю заметить, как скорым шагом чешет голубчик, перебегая улицу. По мою душу чешет, тут к гадалке не ходи.

Продолжаю дефилировать, тщательно изображая гуляку Джонни Уокера с этикетки на бутылке вискаря. Лето перевалило за середину. К десяти солнце успевает закатится. Зажигаются монструозные фонари. Чет я так и не понял, нафига они такие огромные? Ну пусть они оборудованы отпугивающими артефактами, но разве артефакты могут быть размером с чемодан? Они ж магические? Надо будет при случае полюбопытствовать у Котяры.

Заруливаю в заранее присмотренный ресторанчик. Народу немного, народ еще не разгулялся. Прохожу вглубь помещения, присаживаюсь. Подлетает расторопный официант. Отмечаю краем глаза, что мой соглядатай тоже вошел. Делаю большой обстоятельный заказ. Даю понять, что сюда я пришел надолго. Уже возвращая меню, задерживаю на официанте вопросительный взгляд. Официант понятливо склоняется пониже.

— Мне бы… э-э… шоркнуться, так сказать, — обозначаю пожелание.

— Вас понял, — официант многозначительно двигает бровями вверх-вниз, — Сделаем в лучшем виде.

— И вот еще… э-э… любезный, хотелось бы посидеть со вкусом в спокойной обстановке, так сказать. Найдется у вас какое-то более приватное местечко?

— Есть кабинки, — сообщает официант с любезной безотказностью, — Никто не помешает.

Позволяю труженику сервиса отвести себя в кабинку.

— Ага. То, что нужно, — благосклонно киваю, — И вот еще, счет давайте сразу.

Счет тут же прилетает, интерфейс высвечивает окно торговли. Однако, цены конские. Но делать нечего, оплачиваю. На краешек стола будто случайно из рукава официанта выпадает маленький пакетик. Меня оставляют одного. Я умышленно заказывал блюда, не требующие долгой готовки, но ресторан есть ресторан. Минут двадцать, а то и полчаса прождать придется.

Выхожу из кабинки, направляюсь в туалет. Пакетик с шорком смываю в унитаз. Умываю лицо холодной водой, верный способ унять ноющие виски, я ж вторые сутки без сна. На обратном пути отмечаю, что мой «хвост» на месте. Сидит с кружкой пива недалеко от входа и тщательно изображает медитативную самопогруженность. Сиди родной, тебе еще долго тут сидеть. Возвращаюсь в кабинку.

Мне уже принесли салатик. Сметываю салатик. Заносят печеное мясо с гарниром. Съедаю мясо. Что там еще было в заказе? Ага. Несут пирожки под закусь и бутылки. Я заказал не стопки, не графины, а бутылки; вместе с пирожками они отправляются в инвентарь. Не оставлять же, когда такие деньги уплачены. Все, здесь делать больше нечего. Перехожу в энергию и вываливаюсь из ресторана прямо сквозь стену.

И подкрепился и от хвоста избавился. Припускаю бегом. Мишка и Люта, судя по карте, уже идут в патруле и удалились от меня на несколько кварталов. Не страшно, до двенадцати еще далеко, нагнать успею. Стараюсь бежать только дворами, а когда приходится пересекать улицы, перехожу на шаг. Привлекать внимания не хочу. Мало ли на ночных улицах глаз у Гвоздя.

К половине двенадцатого нагоняю патруль. Зрелище трогательное и даже умилительное. Мишка и Люта в сопровождении сержанта идут по городской улице, следом за ними катит возглавляемый встопорщенным Котярой экипаж с бойцами. Вид у Котяры воинственный, показывает всем видом, что патруль в обиду никому не даст. Охраняемый патруль, — просто сюр какой-то. Ладно чо, все идет по плану. Держусь на безопасном расстоянии. Сейчас главное — себя не выдать.

Без четверти двенадцать Котяриному экипажу путь перегораживают полтора десятка бойцов. Подкрадываюсь ближе.

— С дороги, черти! — орет Котяра.

— Городская стража, ни с места, — не менее грозно орет в ответ вышедший вперед эльф.

Признаю, этот эльф может позволить себе орать на Котяру. Шестьдесят второй уровень плюс элитный доспех и численное превосходство стоящих за ним парней.

— Я спешу. Не имеете права задерживать, — хорохорится Котяра.

— В двух кварталах отсюда ограбили лавку уважаемого горожанина, — чеканит эльф-стражник, — Согласно полученной ориентировке, ваши приметы совпадают.

— Да вы охренели? Я сам предприниматель! Какие в жопу приметы?

— Пятеро человек. Приехали на конной повозке, — информирует эльф, — Мы вынуждены вас задержать для опознания свидетелями.

Котяра не дурак, должен понимать, что Гвозди его выводят из игры под надуманным предлогом, но из-за Мишки может и глупостей наделать. Что же делать? Очевидно. Надо писать Мишке. От волнения да с перепугу мне удается набрать нужный текст фактически молниеносно: «Мишка, отпиши отцу, чтоб не сопротивлялся. Вик».

И это я решил, что писал молниеносно? Не успел начать толком обдумывать альтернативный вариант дальнейших действий, как получаю от Мишки ответ: «Переслал папе твое сообщение, папа написал: «я понял». Мля, он чо, уже успел списаться с Котярой и ответ от него получить? Еще через пару секунд приходит пояснение: «папа написал: «сделаю, как сказал Вик». Так-то я в шоке. Как они умудряются переписываться с такой скоростью? Может способность какую прокачали?

Не, это просто я такой тормоз. Они семнадцать лет оттачивали навыки «зрачкового» набора текста, а я даже на обычной клавиатуре только одним пальцем умел печатать. Главное, Котяра не стал сопротивляться, отправился в сопровождении стражников на «опознание свидетелями». Я почти уверен, никакого ограбления не было, во всяком случае, свалить на Котяру они ничего не смогут, потянут время и отпустят.

Ну что ж. Теперь, я надеюсь, Гвозди уверены, что все препятствия устранены. Сколько там времени? Без пяти двенадцать. Мне пора выдвигаться на опережение. Пулей пересекаю очередной двор. Ну, и где тот таинственный особняк? Перехожу дорогу и перебегаю следующий двор.

Может я чего не понял? А где Мишка с Лютой? Оглядываюсь. Вон они. Стоят перед сержантом прямо на перекрестке. Сержант им что-то объясняет, но с такого расстояния я не слышу ни черта. Куда он их пошлет? И главное, прохожих по улицам слоняется немало. Я понимаю, конечно, что Гвозди ребята борзые, но устраивать убийство при свидетелях не станут даже они.

«Член группы Мишка переслал вам метку на карту». Ай да Мишка. Молодца. Открываю карту. Ну, где метка? Вот она. Вон тот двор через дорогу. Особняк в глубине двора. Теперь понятно, что там за особняк. Бывший детсад или что-нибудь в этом роде. Чтоб не дай бог не попасться на глаза сержанту оббегаю крюком аж до следующего перекрестка. Надеюсь, мой наказ Мишка помнит и будет тянуть время сколько сможет.

Залетаю в нужный двор. Действительно особняк. Трехэтажный, неосвещенный, по виду заброшенный. Странно, никто не положил глаз на недвигу в центре города? Подкрадываюсь ближе, в лунном свете различаю строительные леса. Понятно. Не заброшенный он, просто делают капремонт. На ночь строители разошлись, вот и опустел особнячок.

Добегаю до стены. Эпену надо беречь. Десять единиц всего в баре осталось. Не учел, что придется красться в призраке без возможности восполниться от противника. До противника еще добраться надо. А я дурак, последние пять очков в силу вогнал. Теперь поздно жалеть. В очередной раз перехожу в призрака и просачиваюсь в здание. Возвращаю плотность. В баре осталось девять очков эпены. Желательно больше ее не тратить.

Переключаюсь на режим ночного зрения. Внутренность особняка раскрашивается в зеленоватые оттенки, зато теперь я хорошо вижу. Стремянки, кисти на длинных ручках, жестяные ведра. Ага. Вот что за запах по ноздрям ударил, запах краски. Маляры здесь работали. Приходится смотреть под ноги, тщательно выбирая место, куда поставить ногу. Жестяные ведра имеют нехорошую тенденцию попадаться на пути, опрокидываться и катиться с громким неприятным звуком.

Пересекаю окрашенное помещение и оказываюсь в коридоре. Куда идти теперь? Скорее всего я проник в здание с тыльной части, главный вход в противоположной стороне. Мишка с Лютой явно ведь через форточку не полезут. Зайдут через парадный, как все приличные люди. А значит и засада будет именно там. Крадусь дальше. Попадаю в холл с лестницей на верхние этажи. Никого. За холлом коридор продолжается.

Пол крепкий, под ногами не скрипит, но идти стараюсь как можно мягче. Чую, засада совсем близко. Одно радует, засадники сейчас следят за входом, по идее, смотреть себе за спины не должны. До дверного проема, которым заканчивается коридор, подбираюсь, прижимаясь спиной к стеночке, даже дышу через раз. Выглядываю одним глазом. А вот и засада.

Те самые трое мутных Гвоздей, я их даже со спины легко узнаю. Давно они нам кровь портят. А это еще что? В двух шагах от меня покачиваются с деревянным скрипом как две старые березы на ветру два скрипуна. Не понял. А почему скрипуны на Гвоздей не нападают? Неужто научились приручать скрипунов?

Нет. Не научились. Скрипуны привязаны к месту каким-то артефактом. Артефакт прямо на полу лежит, если бы не легкое магическое свечение, я бы его не заметил. Понимаю, Гвозди собираются действовать проверенным методом. Скрутят моих ребят, а потом напустят скрипунов, чтобы потом сержант смог выдать убийство за несчастный случай на трудовом патрульном посту.

Нет ребятки. Фигушки. Вытягиваю резак. После последнего апгрейда он стал выглядеть иначе, даже в кромешной темноте особняка резак выделяется неестественной космической чернотой. Присаживаюсь на корточки, делаю подшаг из положения полуприсядь и рублю резаком по артефакту. Жесть. Резак не только артефакт разрезал, еще и в полу оставил ровный глубокий разрез, и при этом совершенно бесшумно. На то он и резак темной пустоты. Одно сказать: вещь!

Заныриваю обратно в коридор и прижимаюсь к стенке. Стоявшие ко мне спиной Гвозди ни черта не заметили, но уже через пару секунд слышу сдавленную ругань и взаимные упреки из трех глоток сразу. Скрипуны напали на Гвоздей. Ждать и надеяться смысла нет. Скрипуны не столько реальная сила, сколько отвлечение внимания.

Снова выглядываю из-за дверного косяка. Одного Гвоздя скрипуны все же умудрились неслабо подрать. Уже неплохо. Минус один противник. Еще один Гвоздь отпрыгнул ровно на то место, где до этого покачивались прижатые артефактом скрипуны. Я его достану легко. Хватит прятаться. Выпрыгиваю из проема и сношу ему голову. Последний оставшийся Гвоздь добивает скрипунов обычным клинком и поворачивается ко мне. Мы остались один на один, но Гвоздь испуганным не выглядит. Усмехается даже.

— Говорил же тебе, сидеть в приемном покое. Говорил же не лезть не в свое дело. Ты сам виноват, — и почему плохие парни не могут обойтись без этого пафоса?

Гвоздь вытаскивает из кармана артефакт и бросает мне под ноги. «Внимание, вы попали под воздействие артефакта энергетической блокировки». Я обездвижен так же, как до этого были обездвижены скрипуны. Даже пошевелиться не могу. Перехожу в энергию, может в призраке смогу вернуть подвижность? Ни фига. Блокировка энергетическая. Я попал. М-да. С таким артефактом Гвоздь может позволить себе любой даже очень высокомерный пафос.

Он не торопится меня убивать. Наслаждается собственным превосходством и моей беспомощностью, поигрывает в руке узорным клинком. Хотелось бы надеяться, что он будет долго и нудно толкать пафосную речь плохого парня до тех пор, пока не зайдут Мишка с Лютой и не шарахнут по нему молнией. Но так бывает только в кино.

— Теперь я тебя убью, — кратко сообщает Гвоздь, размахивается и рубит.

Это конец. Не, ни фига. Шевелиться не могу, но превращаться в призрака по-прежнему способен. Перехожу в энергию. Клинок проходит сквозь меня. На рожу Гвоздя наползает хмурое и недоуменное выражение. Такой подставы от меня он явно не ожидал. Я не могу пошевелить даже щекой, но мысленно выкраиваю на лице самую кривую ухмылку, мол «как ты собираешься меня убить, родной? Своим чрезмерно раздутым пафосом?

Гвоздь снова рубит, а я снова перехожу в энергию. Эпена утекает как песок сквозь пальцы. «Уймись Гвоздище, ты смешон» — отправляю очередной мысленный посыл. Но он, сука, не унимается. Наносит еще один удар и еще. «Лучше дружку своему помоги. Его скрипун подрал».

— Ему уже не помочь, — неожиданно отвечает Гвоздь и сплевывает на пол, фига се, похоже последнюю мысль я подумал очень «громко».

Он рубит еще раз. У меня последняя единица эпены. Десять секунд призрака, а потом он меня все-таки зарубит. Мы еще немного играем в гляделки, а затем Гвоздь издает отчаянный рык и выдает еще одну серию ударов. Все, эпена кончилась, мне остается рассчитывать только на Мишку с Лютой. Пора бы им здесь объявиться.

— Ладно, кровосос. Считай выкроил себе пару минут жизни, — Гвоздь нехотя отступает, — Как думаешь, я убиваю скрипунов? При помощи вот этой штуки, — вытаскивает какой-то короткий жезл, — Ты, конечно, ловко скрипунов освободил. Теперь понадобится время, чтобы он подзарядился. А знаешь, как он работает? — Гвоздь вертит жезлом у меня перед глазами, — Догадываешься, кровосос. Он сделает тебя твердым.

Гвоздь прячет жезл и напоследок потрясает перед моим носом еще и мечом. Если он сейчас нечаянно заденет мою шею, брызнет кровь.

— Так даже лучше, — решает Гвоздь, — Я сейчас убью твоих детишек, а ты посмотришь, как я буду их убивать. А потом без спешки и суеты продолжим.

Глава 21

Гвоздь поворачивается лицом ко входной двери. Почти в тот же миг дверь открывается. На пороге стоят Мишка и Люта, над их головами левитирует маленький шарик света. Их ладони окутаны сиянием, они готовы к схватке. Магическая лоза опутывает Гвоздя, следом ему в макушку прилетает молния. Да такая яркая, черт. В особняке же темень непроглядная, а тут молния. Она теперь наверно навсегда отпечатается на сетчатке моих застывших глаз. Однако… Гвоздю хоть бы что. Живее всех живых, поганец.

— Неплохо прокачались, — хвалит Гвоздь, — Но вам это не поможет.

Люта еще раз выпускает свою лозу. Гвоздь радостно скалится, лоза истончается и расползается прямо на глазах. Я припоминаю, где-то слышал, что зрачки способны двигаться даже у полностью парализованных. Вызываю вкладку группового чата, уж не знаю зрачком или третьим глазом, но мне удается набить Мишке очередное «молниеносное» сообщение: «Арт на полу».

Мишка смотрит на меня, затем опускает взгляд на лежащий артефакт, а затем разряжает еще одну молнию. Спасибо тебе сердешный. На этот раз выжег всю оставшуюся сетчатку. Не, я не в претензии, артефакт превратился в пепел. Да чего там артефакт, у меня наверно яйца обуглились. Одним словом, грех жаловаться. Да и рефлексировать некогда, главное, я снова могу двигаться.

И не только двигаться, каким-то чудом режим ночного зрения продолжает выдавать устойчивую картинку. Гвоздь уже поворачивается в мою сторону, почуял неладное, но куда ему тягаться с моей резкостью. Стремительный росчерк резака и его голова падает на пол раньше его тела. Мишка смотрит на меня сочувственно.

— Вик, ты цел?

— Цел, — говорю ворчливым голосом, — Вы чего долго так? Меня чуть не порезали.

— Не, ну нормально. Понимаешь? — влезает Люта, — Сам сказал тянуть время, а сам возмущаешься, понимаешь?

— Люта, — кричу, — В сторону!

Люта ойкает и резво отпрыгивает. Всем бы такую реакцию. С пола поднимается подранный скрипунами Гвоздь. Вернее, от прежнего Гвоздя там мало чего осталось. Сильно мутировавший зомбак 49 уровня. Мы с Мишкой еще не успели запустить сердца, пропустившие по удару от испуга за Люту, а мелкая стервоза уже опутала зомбака лозой. И оглядывает нас с видом валькирии победительницы, «мол, куда вы без меня, мужичье…»

На всякий случай ищу взглядом остальные тела. Ну да. Другие двое были обезглавлены и успели рассыпаться, оставив после себя две кучки с добычей. Мишка на эти кучки уже поглядывает маслянистым алчным глазом. Фигушки, пока со всеми противниками не разберемся, никакой добычи. Там на улице между прочим еще сержант болтается. С ним тоже надо что-то делать.

В этот миг открывается дверь, и сержант заходит сам. Какой тактичный мужчина, не заставил за собою бегать.

— А вот и наш бравый сержант, — делаю приглашающий жест, — Пришел забирать искалеченные детские тела.

— А что здесь произошло? — вежливо спрашивает сержант, не замечая, как задергалась в нервном тике его щека.

— Что, не ожидал?

— А чего я… собственно… ожидать? — сержант продолжает играть в непонятки, но его выдают мышечные реакции, он невольно сглатывает пересохшим горлом как рыба.

— Вот его, — Люта мстительно указывает пальчиком за сержантское плечо и выпускает зомбака из пут.

В общем, я не стал дожидаться, когда зомби догрызет сержанта. Не из гуманизма, а исключительно из практических соображений. Сержант верещал как свинья на бойне и рисковал сорвать секретность собственной операции. Ну пошла операция не по сценарию, зачем же орать-то?

А нам светиться совсем ни к чему. Зарубил обоих, в смысле зомбака и сержанта зарубил, и словил оповещение: «вы получили опыт, вы получили уровень, рекомендация: возьмите способность сопротивления энергетическим воздействиям». Беру без вопросов. В свете последних событий, мне без такой способности совсем никак. Гвоздь, гад, меня чуть было не прикончил.

Присаживаюсь на корточки, приваливаюсь спиной к стене. Вымотался. Обычное дневное зрение потихоньку восстанавливается. Я снова вижу свечение Мишкиного шарика. Вместе с Лютой они азартно перебирают трофеи. Подозреваю, там есть полезные вещи. Гвозди были упакованы очень неслабо.

— Вик, добыча зачетная. Будешь смотреть?

— Берите себе, — говорю устало, — Заслужили.

— Почти все с расовым ограничением. На вампов ничего нет.

— Да? И что в ней зачетного?

— Так на продажу. Папа сможет взять хорошую цену.

— А. Тогда вот еще на продажу, — достаю доспех гнома, — Пусть Котяра тоже реализует. В инвентарь к вам влезет? А то я забываю про него все время.

— Влезет, — с энтузиазмом подтверждает Мишка, забирая трофеи с гнома, — Вик, я так понимаю, от поводка мы избавились, нам можно домой?

— От поводка избавились, это верно, но домой вам пока нельзя. С отцом спишись. Мол все живы, переходим на нелегальное положение. Пусть Котяра там узнает по своим каналам, что нам теперь инкриминируют.

— Я уже. Папа пишет, его отпустили, за нас волнуется. Так куда мы?

— Хороший вопрос, — достаю из инвентаря пирожки для подростков и бутылку коньяку для себя, делаю хороший глоток из горлышка, — Для нас сейчас самые безопасные места это…

— Это какие? — подгоняет нетерпеливая Люта, принимая от меня пирожки.

— Это локации скрипунов, как ни странно. Есть чо на примете недалеко?

— Есть. Тут недалеко заброшенный цех.

— Вот в него и пойдем.

Выглядываю из особняка первым, произвожу визуальную разведку. Постройка старая, звукоизоляция хорошая. На вопли сержанта никакая кавалерия не прискакала, и вообще, тихо. Народ не просто безмолвствует, народ спит. Уходим без осложнений. Подростки собраны, и я бы даже сказал, спокойны. Вот что значит гибкая юношеская психика.

Мишка приводит нас к обещанному цеху, и по замурованным окнам сразу становится понятно, в нем очередная локация. Я теперь своим резаком могу прорубить проход прямо в кирпичной стене без особых напрягов, но вместо этого очень аккуратно вскрываю дверь. Стараюсь нанести как можно меньше видимых повреждений, чтоб со стороны казалось, будто вход по-прежнему накрепко заколочен.

В общем на входную дверь времени ушло едва ли меньше, чем на засевших внутри скрипунов. Цех небольшой, лока слабенькая. Зато снаружи дверь кажется неповрежденной, я даже накрест нашитые доски не стал курочить, ловко срезал шляпки забитых в них гвоздей. Открыли, вошли, закрыли, как так и было. После зачистки решаем устроиться на пыльных тюках с какой-то материей. В этом цехе, судя по всему, когда-то делали мягкую мебель.

— А как же мы будем спать? Понимаешь? — Люта проявляет беспокойство, — Когда в пятнадцати шагах скрипунский босс разгуливает?

— Люта, сама знаешь, что будет, если мы пришьем еще и босса, — поясняю терпеливо, — Не пройдет получаса, как сюда сбежится десяток Гвоздей и взвод товарищей охотников, которые нам совсем не товарищи.

— Да это понятно. Боязно спать. Понимаешь?

— Во-первых, боссы статичны и никуда не ходят, во-вторых, мы теперь нелегалы. Был бы в здании бос или не был, всем отрядом мы теперь не спим. Кто-то по-любому на карауле.

— А. Ну так-то «да».

— Мишка, через четыре часа тебя разбужу, — подвожу итог дискуссии и демонстративно отворачиваюсь, — Все, отбой.

Мишка гасит свою магическую «лампочку». Подростки засыпают почти мгновенно. Меня тоже отчаянно клонит в сон. Сколько я уже не спал? Неважно. Встаю на ноги, начинаю прохаживаться. Скрипунский босс в другом конце цеха скрыт за перегородкой, но я вижу его ауру. Пока шла зачистка, он беспокойно метался, теперь замер в одном положении. Вот и хорошо. Лока не считается зачищенной, искать нас здесь никому и в голову не придет.

Чем бы себя занять? А, кстати, взял двадцать пятый уровень. Очко способности вложил в сопротивление энергетическим воздействиям, и, я считаю, вложил очень выгодно. Сначала попался гном с энергетическим доспехом, потом Гвоздь с энергетическим артефактом. И каждый раз на пределе сил. Однозначно, чрезвычайно выгодно я вложился. Спасибо тебе Система, иногда подкидываешь очень правильные пряники.

Вообще говоря, из десятка моих штатных способностей, четыре относятся к так называемым сопротивлениям. М-да. Наверно полноценного мага из меня никогда не выйдет. Зато могу сопротивляться. В каком-то смысле меня можно назвать «танком». Не на физическом уровне, на тонком: яды, мутации, ментальный контроль, теперь еще энергетические воздействия. Научиться бы сопротивляться собственной глупости, цены мне не будет.

Забавно получается. Я вроде давно уже не человек, а все следую пути человеческой расы, пути сопротивления. Наверное, когда-то тысячи лет назад в мире людей была магия, а потом исчезла. Не потому, что выродились маги, не потому, что пропала магическая сила, а потому, что люди научились магии сопротивляться. Но вода камень точит. Магия вернулась, а разум закостенел, продолжает идти по пути сопротивления.

Довольно умозрительной философии. У меня есть проблемы понасущней. Очко характеристик я пока не вложил. Вроде решил, что запас эпены у меня достаточен, что сила солому ломит, и вложился в резкость. Может поторопился? Может мне и дальше вкладываться в эпену? Не знаю. Гвоздь меня подловил так, что никакие запасы эпены не спасли бы.

С другой стороны, состояние призрака в условиях нарастающей внешней опасности зело актуально. Что важнее? Иметь достаточно силы для победы или эпены для побега? Тут уже не просто тактика, тут уже стратегическая основа принципа выживания. Не, чет я опять полез в глубокие рассуждения. Оставлю пока силовое очко свободным. Война сама план подскажет.

Лучше буду думать о чем-нибудь приятном. О Луне. Она ведь переживает, потеряла меня. Может вообще решила, что я сбежал? Поматросил и бросил. Тьфу ты. Это называется думать о приятном? Луну навещу. Вот прям сегодня. И хватит об этом думать. Только не хозяин я своим мыслям. Так до утра и гонял о разном… ну или мои мысли меня гоняли. В семь утра растолкал Мишку и с удовольствием завалился спать.

— Вик. Ви-ик. Вставай, а? Полдень уже.

— Что? Чего раньше не разбудили? — принимаю сидячее положение. В цеху темень, в голове полная дезориентация, — Сколько времени?

— Первый час дня. Понимаешь? Полдень.

Киваю. Тру глаза. Пытаюсь собраться с мыслями. Ночью так старательно свои мысли гнал прочь, что они-таки разбежались. Зашкерились по закоулкам сознания, отчего в голове теперь стоит звенящая пустота. Достаю бутылку, делаю большой глоток. М-да. Начинать день с коньяка — не самый лучший ход, но… по пищеводу побежало тепло, взгляд сфокусировался, в голове прояснилось.

— Мишка. С отцом списывался?

— Он все утро с папочкой переписку ведет, понимаешь? — Люта явно пребывает в раздражении, бездействие для нее почти невыносимо, — Целый роман уже написал.

— Отставить ябедничать, — одергиваю Люту, — Так. Мишка, давай коротко, по существу.

— Если коротко, — Мишка скребет подбородок, — Мы с Лютой в розыске, про тебя никаких сведений.

— В каком смысле «никаких сведений»? — чет я пока еще плохо соображаю, где там у меня бутылочка?

— В том смысле, что про тебя не поминают. Ни ориентировок, ни запросов, ничего. Про тебя ни слова.

— А. Это хорошо.

— Вик, что нам делать? Папа пишет, хочет подыскать нам убежище получше. Но это только к вечеру. Нам до вечера здесь сидеть?

— Ну, раз папа сказал до вечера, значит придется сидеть.

— А ты?

— Я на разведку.

— Так нечестно, понимаешь? Сам гулять пойдешь, а мы тут сиди…

— А ну цыц. Не гулять… на разведку, — назидательно качаю перед Лютиным носом указательным пальцем и делаю еще один долгий глоток из бутылки.

— И это называется групп-лидер, понимаешь? Ты алкаш, а не лидер.

— Лидер, тот кто бежит впереди остальных. А я не лидер, я вожак, — делаю многозначительное выражение и начинаю пятиться к стеночке, понимаю ребятишек, торчать в темном цеху скучно, но… не маленькие, сами должны соображать.

Вываливаюсь из цеха прямо сквозь стену. Осматриваюсь. Никого. Только голуби, кошки, заросли репейника и все засрано выше упомянутыми природными созданиями. Все нормально, пейзаж вызывает восхищение. Первым делом навещу Луну. Я так решил.

Чтоб не тратить время, ловлю извозчика, по дороге обдумываю свое положение. Ни Гвоздь, ни патруль меня не разыскивают, что хорошо, но странно. Тот шпик, который пас меня в ресторане, рано или поздно должен был дотумкать, что я слинял. Или не дотумкал? Может просидел там сколько положено и ушел в полной уверенности, что я по-прежнему зависаю в приватной кабинке. В любом случае, Гвоздь меня в покое не оставит, Котяра прав, я такая же помеха их бизнесу, как любой вамп. А то, что я высший, их не остановит.

Прежде чем войти в дом минут двадцать слонялся по округе, высматривая ауры в соседних зданиях. Пришел к выводу, что за домом не следят. Луна оказалась на кухне, будто ждала меня. Увидела, обрадовалась, кинулась на шею. Я стою, млею. И вот чего полночи гонял, всякую фигню думал? Наобнимавшись, Луна отступает на шаг, оглядывает меня с интересом.

— Ой, Вик, ты такой загадочный… пропал на двое суток, вернулся в странной одежде… она системная?

— Системная, — отвечаю с досадой, черт, совсем забыл снять шляпу, плащ и перчатки, так и проехал через пол города в полном сете. Ну что сказать, молодец, Витя. Так держать. Это называется, не привлекать внимание.

— Ты голоден? Садись, буду тебя кормить.

— Спасибо, но некогда. Я ненадолго, — Луна кидается к плите, но я ловлю ее за руку, — Хотел тебя повидать, сказать, что в ближайшее время дома не появлюсь.

— Что, еще на двое суток?

— Как получится, может и дольше.

— Тогда я так просто тебя не отпущу. Пойдем наверх.

И вот как тут отказать? Мы поднимаемся в мою комнатку. А комнатка изменилась. В ней появились вещи, которых раньше не было: стул, у которого спинка завалена платьями, круглое зеркало на стене, какие-то безделицы…

— Чего удивляешься? Я переехала в твою комнату.

— Мне стыдно. Обещал снять отдельное жилье, а сам ношусь ночами по каким-то заброшенным цехам.

— Отработаешь… на огороде, — Луна, смешно кривляется и показывает язык, хватает за отвороты плаща и тащит к постели.

— Мне в душ надо, — говорю просительно.

— Сам сказал, некогда. Обойдемся.

И мы обошлись… теперь лежу на кровати, закинув руки за голову, и смотрю, как Луна примеряет перед зеркалом мою шляпу, которую сама до этого с меня сорвала и швырнула на пол.

— Луна…

— ?

— А почему вы не пользуетесь чатом? Разве в вашей… в нашей медбригаде нет чата?

— Чата?

— Ну чтоб писать сообщения.

— Ах, ты об этом, — поворачивается ко мне, принимает соблазнительно-игривую позу, кроме лихо заломленной шляпы на ней ничего не надето, прикладывает палец к губам, изображая задумчивость, — Был у нас чат. Но мы же всегда вместе. А чат платный. Сат решил, — нецелесообразно.

Лезу в интерфейс, открываю групповую вкладку, где тут настройки чата? Ага, действительно. Чат — системная услуга, стоит пятьдесят монет в месяц. Не так чтобы много, но на эти деньги можно неплохо посидеть в неплохой компании в неплохом ресторане. А кто ж тогда оплатил чат моей боевой группы? Ну да, плательщик — Мишка.

— Вик, ты чего там подвис?

— Скряга, этот Сат. Зажлобил пятьдесят монет. Луна, я хочу принять тебя в свою группу. Тогда мы всегда будем на связи. Пересылаю Луне приглашение.

— Своя группа… — Луна смотри на меня изучающе, — Да, что-то такое я и предполагала. А как же приемный покой?

— Вчера честно пытался уволиться. Кадровик наорал на меня и выгнал.

— А твоя группа…

— Те двое подростков. Мишка и Люта. Так вышло, мне пришлось их инициировать. Они теперь тоже вампы.

— Ого. И давно?

— Вчера ходили в свой первый патруль. И за их выживание пришлось сражаться. Они и сейчас в опасности.

«Луна приняла приглашение вступить в группу». Она присела на край кровати, сняла шляпу и положила себе на колени.

— Теперь я в твоей команде, Вик. Что еще я должна знать?..

Глава 22

— Э-э, нет, взгляд не отводи. Скольких вам пришлось убить?

Мля. Сестры милосердия, оказывается, умеют стоять на своем.

— Семерых, — отвечаю нехотя, — Из них минимум трое состояли в Гвозде, еще один — сержант патруля. Так что сразу хочу…

— Не надо меня отговаривать, и не заставляй повторяться, — перебивает Луна, — Я уже говорила, как мне все это осточертело. Вик, мне не восемнадцать лет. Я взрослая девочка.

— Выглядишь на восемнадцать, — бурчу ворчливо.

— Не пытайся уйти от темы комплиментами. Скажи честно, ты считаешь меня слабачкой, приспособленкой и неудачницей.

— Да с чего ты такую чушь… — возмущаюсь, — …я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Поздно. Ты меня совратил? Ты меня поманил? Ты меня от мужчины увел? Да, да, да… и в группу принял. Давай, рассказывай, загадочный и опасный парень по имени Вик, что там нужно сделать, чтобы ты принял меня в свою команду не формально, а по-настоящему. Пройти через какой-нибудь жуткий и кровавый ритуал в стиле колумбийской мафии?

Усмехаюсь криво. Фига се у нее воображение. И ведь при этом попадание случилось стопроцентное. Спохватываюсь и пытаюсь состроить покер-фейс. Поздно.

— Что, действительно ритуал!? — смотрит ошарашенно, — Давай, рассказывай.

— Нет никакого ритуала…да подожди, не дави…я расскажу. Все просто, мы получили особую специализацию. «Кровопийца». Для этого нужно высушить кого-то вампским клыком. Получаешь усиление и возможность вытягивать эпену на расстоянии, но теряешь способность вакцинировать других. Вот и все, — и торопливо добавляю, — От тебя этого не требуется.

— Ну надо же, — Луна в задумчивости качает головой, — Юп годами об этом болтал, а ты просто взял и сделал… как говоришь называется? Кровопийца? Да, подходящее название.

— Слушай, я не хочу, чтобы ты убивала, очень не хочу.

— Да-да. Все верно, — Луна меня не слушает, ушла в себя, не ко мне обращается, просто проговаривает вслух, — А ведь у меня есть на примете один кандидат…

— Какой еще кандидат? — мне становится тревожно, — Ты о чем?

— Эльф один из смежной бригады. В приемном покое тоже работает. Который год прохода не дает. Знал бы ты, Вик, как он мне надоел… а Сат даже не заступился ни разу, интеллигенция, — последнее слово Луна говорит, как выплевывает.

— Луна. Ты меня пугаешь, — я конечно помню бригаду эльфов целителей, урод на уроде, но такой ход мыслей мне совсем не нравится.

— Прости, Вик. Ты прав, — вздыхает, трясет головой, будто отгоняя дурные мысли, протягивает мне шляпу, — Я буду ждать тебя здесь.

Вот так-то лучше. Торопливо одеваюсь, целую Луну на прощание и убегаю, пока еще чего-нибудь не растрепал. На улице меня попускает. Что ты за человек, Витя? Вроде не совсем дурак, но рядом с женщиной крыша слетает, как шляпа с головы. Кстати, в инвентарь ее, в смысле шляпу, и плащ с перчатками тоже. Куда теперь? Неплохо бы пообщаться с Котярой. Он там какое-то убежище подыскивает. Но сначала хочу кое-что проверить.

Три остановки на метро, десять минут пешком, и я снова захожу во вчерашний ресторан. Повезло, тот же официант, и он меня узнает.

— Здравствуйте, здравствуйте, прошу к столику… или вы опять… на приватные посиделки?

— Сегодня нет времени. Просто ужин.

Официант принимает заказ, но уходить не торопится, притопывает носком, будто хочет что-то сказать.

— Вы берете чаевые? — закидываю пробную удочку.

— Лучше отдельным платежом… и указать номер столика… у вас сегодня четвертый.

Ага. Оплачиваю сегодняшний счет, формирую еще один платеж на двадцать монет с пометкой «4» в графе «примечания» и подтверждаю оплату. Взгляд официанта мгновенно светлеет.

— Вчера вас искал друг.

— Друг? — переспрашиваю.

— Ну, он так сказал, — поправляется официант, — Главное, сидел здесь три часа. За все время выпил две кружки пива… да, а потом, знаете ли, спохватился. Вас спрашивал.

— Что, прям по имени?

— М-м. Нет, сказал «ищу своего друга высшего вампа». Я так понял, это он про вас.

— Да, скорее всего. И?

— Что «и»? Ах, да, я заглянул в кабинку, вас уже не было… я ему так и сказал, мол у нас вход свободный… и выход тоже. Вы же мне заранее все оплатили… если клиент заплатил, мы никого не удерживаем…

— А во сколько?

— Что?

— Во сколько он спохватился?

— Ну-у. После двух. Я, знаете ли, не засекаю. Некогда мне.

— Понял. Спасибо.

— Приятного аппетита, — официант отчаливает.

Ну что ж. Мой соглядатай караулил меня до двух ночи, потом решил проверить и понял, что упустил. Это значит, я как минимум под подозрением. Любопытно, а есть вообще в городе подобные мне, способные ходить сквозь стены? Скрипуны могут. Призрачные крысы могут. Но они порождения хаоса. А я не пойми чего порождение. Три трансформации плюс пешая экскурсия по минус третьему миру. Не, теоретически, мне подобные возможны, а практически?

Мне приносят обед, и умственные потуги приходится прекращать. К тому же какой-то посетитель попросил прибавить громкости маговизора. Началась передача спортивного матча, судя по действу, нечто среднее между лаптой и баскетболом. Правил игры я в упор не понимаю, а потому смотреть совершенно не интересно. Быстро расправляюсь с обедом и выхожу.

Вечереет. Теперь точно пора идти к Котяре. Может его тоже в группу принять? Чтоб, так сказать, — всегда на связи? Не, не надо мне постоянного контакта с озабоченным папашкой. У меня есть связной в лице Мишки, этого вполне достаточно. Денег на счету осталось мало, пойду пешком. Ничего. Скоро Котяра реализует доспех гнома и добычу с Гвоздей, разживусь звонким безналом.

Пока иду до борделя, темнеет окончательно, зажигаются фонари. Привратник встречает как родного и сразу ведет до кабинета. Захожу. Однако, сдал Котяра за последние дни. Вид даже не помятый, пожеванный какой-то вид. Волосы всклокочены, под глазами темные круги, движения дерганые. На рабочем директорском столе стоит на две трети отпитая бутылка.

— Ну ты как? — спрашиваю сочувственно.

— А-а, — отмахивается Котяра, выставляет еще один хрустальный стакан, разливает, — Спасибо тебе, Вик, если б не ты…

Выпиваем. Полминуты молчим.

— А что за городская стража тебя повязала? Ни разу не сталкивался.

— Да какая в жопу стража? — Котяра разливает, — Громкое самоназвание, на деле частное охранное предприятие с уклоном в рэкет. Бабло стригут и «крышу» дают. Короче — еще одна структура Гвоздя.

— Ребята выглядели серьезно.

— У них работа такая — серьезно выглядеть. Выкинь, Вик, меня отпустили ровно в половине первого, сделали вид, будто ошибочка вышла… и… я твой должник. Я не просчитал, а ты просчитал. Ты вошел туда раньше Мишки и тех уродов поубивал.

— Не всех. Мишка мне помог.

— Не прибедняйся, Вик. Если б не ты, Мишка был бы уже мертв.

— Кстати о Мишке, он говорил, ты подыскал какое-то убежище, — перевожу разговор на другую тему.

— Ну как подыскал… — Котяра погонял в бокале янтарную волну и отхлебнул, — Скорее договорился…

— О как. Уж не с полковником ли?

— Нет, к сожалению. С гоп-гоблинами.

— Йоп… гоп… стоп… это еще кто такие?

— Есть такая подраса гоблинов подземная. В городе ведь функционирует едва ли треть от всех станций метро. А вся периферия заброшена. Вот там они живут.

— Хера с-се. И ты им доверяешь?

— Если честно, нет. Но других вариантов пока не вижу… давай, Вик, за все хорошее, — выпиваем за все хорошее.

— Значит гоп-стоплины?

— Гоп-гоблины, Вик, — Котяра усмехается, — Но мыслишь в верном направлении. Темные делишки: кражи, незаконная торговля и прочее. Этакая воровская гильдия.

— Ого. Как мало я знаю о нашем городе.

— Меньше знаешь, крепче проживешь.

— Погоди, Котяра, я чет не понял. А какая в нашем городе незаконная торговля? Когда тут даже наркоту официанты почти в открытую толкают.

— Ну, например, крайне редкий гномий доспех, — Котяра лыбится, ему явно нравится говорить на тему торговли, — Мне Мишка уже переслал перечень того, что вы поснимали с убиенных Гвоздей. Доспех, что ты ему отдал на реализацию, тоже описал.

— И чо? Системе разве не пофигу? Система вроде все выкупает, пусть и с дисконтом.

— Во-первых, система все выкупает за полцены, во-вторых, не забывай, система — есть отражение личных чаяний в частности и плод общественного договора в целом.

— Ты не умничай. Объясни по-простому.

— Можно и по-простому. Уникальным вещам система ведет учет. Если ты сейчас сунешься в любой торговый терминал с наивным желанием сбагрить системе доспех с того гнома, система полюбопытствует: а откуда это ты, Вик, тот доспех взял? А можешь ли ты предъявить подтверждение, что приобрел его честным путем? А, Вик? И если не можешь, система отправит тому гному контрольный запрос. И дальнейшая судьба сделки будет зависеть от его ответа. Гном подтвердит запрос? Предоставит логи по факту передачи доспеха?

— Не предоставит, — морщусь, — Он умер.

— Вот то-то, — Котяра наставительно задирает вверх указательный палец, — Давай, за честную торговлю и прозрачное ведение бизнеса.

Тост какой-то мутноватый, с подтекстом, но придраться не к чему, пригубляю.

— Я так понимаю, с теми хоп-гопниками ты ведешь дела, Котяра. Я так понимаю, они твои деловые партнеры…

— Верно понимаешь, Вик. Именно партнеры. Не друзья, не соратники, не союзники. И ваши трофеи буду реализовывать через них, и они будут торговаться как за родную маму. Но! С Гвоздями они ведут позиционную подковерную борьбу за сферы влияния. И потому согласились предоставить убежище… хотя и не бесплатно…

— И много хотят?

— Хэх, когда я им сказал, что убежище требуется для вампов, они запросили двести доз антимутагена.

— Да они охренели.

— Не то слово. Но это еще цветочки. Когда я им сказал, что антимута не будет, они выставили другие условия…

— Не тяни за хвост, Котяра. Чего они еще хотят?

Котяра лукаво щурится, он сейчас на пике блаженства, он царь и бог торговли, он забесплатно приобрел мое безраздельное внимание и предвкушает что это еще не предел.

— Они хотят… — Котяра выдерживает еще одну драматическую паузу, — … они хотят, чтобы вы зачистили от скрипунов несколько тоннелей.

— Мля, Котяра. Вот надо было мне нервы на кулак мотать? Из-за такой фигни…

— Из-за фигни? — возмущенно вскидывается Котяра, — Я выторговал вам возможность охотиться на скрипунов без препятствий, без последствий, без проблем. Качаться и набирать уровни в тепличных условиях подземки, и ты называешь это фигней! — Котяра очень натурально скидывается в незаслуженно обиженного. Еще один, блин, лицедей на мою голову.

— Ладно, ладно. Считай, что я проникся. Считай, что по моей небритой щеке катится непрошенная скупая слеза… давай… выпьем. Ты молодец, Котяра.

— Вот то-то, — Котяра смягчается и уязвленную гордость изображать перестает, выпиваем.

— Какие наши дальнейшие?.. — перевожу разговор в прикладную плоскость.

— Ну, ждем часиков до двух ночи и едем забирать Мишку и Люту.

— Что значит — едем? В каком смысле — едем?

— В прямом. Садимся в экипаж и…

— Блин, Котяра, ты бы поспал, а? А то тебе с недосыпу придет в голову еще и факельное шествие устроить. Кидай метку, я сам смотаюсь по-тихому, сам ребяток приведу.

— Метка не нужна, — Котяра хмурится недовольно, но мою критику не оспаривает, — Сюда их веди.

— Не понял. Ты говорил стоп-гоблины шкерятся по окраинам. А твой бордель центрее некуда. Ты ничо не спутал?

— Вик, — Котяра обиженно надувается, — Совсем за идиота меня держать не надо. Ты вообще в курсе, что это здание строилось еще при советской власти?

— Здание старое, — соглашаюсь, — Но связи пока не вижу.

— При Сталине возводилось. Короче, только между нами, Вик, — Котяра понижает голос до степени полнейшей конфиденциальности, — Под зданием бомбоубежище… с проходами… можно попасть в инженерные тоннели метрополитена.

— Он оно че! — начинаю догадываться, как именно Котяра связан с воровской гильдией, имея такой шикарный подземный проход из центра на окраину, он может выступать посредником, курьером и еще бог знает, какие схемы реализуются в его предприимчивой голове, — Погоди, так может воспользоваться твоими контрабандными норами и просто вывести ребяток из города? Стоит ли связываться с этими…

— Стоит, Вик, — Котяра отмахивается, — Я узнавал. По окраинам стоят пограничные дозоры с поисковыми артефактами. Ни войти, ни выйти. Вычислят.

— Вот прям сто процентов? — переспрашиваю недоверчиво.

— Сто не сто, но остаться в городе — риска меньше. Я прикидывал.

— Ну как скажешь, — поднимаюсь со стула, уже собираюсь выходить, вспоминаю, что хотел еще кое-что уточнить, — Да, Котяра, а где у Гвоздя портальная локация? Можешь метку переслать на карту?

— Не вопрос, — Котяра уставляется прямо перед собой, переключаясь на внутренний интерфейс, — Что, хочешь рискнуть?

— Возможно… — принимаю от Котяры входящее сообщение и выхожу.

Решаю извозчика не брать, прогуляюсь, время еще раннее. По пути вызываю карту, что там мне переслал Котяра? Ловлю острое ощущение узнавания. Еще бы, все эти портальные локи зачищали мы с Куколкой, когда я был демоном, а она суккубой… кроме одной единственной, кстати, а что там было? Парк аттракционов? Кинотеатр? Хоть режь, не помню. Вот эта единственная локация и есть та, что подмял под себя Гвоздь.

Увеличиваю масштаб, пытаюсь прикинуть планировку. Ого. За семнадцать лет место явно изменилось, складов каких-то понастроили, пандусов понатыкали, заборов нагородили. Ну так-то понятно. Портальная локация — крупный логистический хаб с огромным грузопотоком. Так даже лучше. Чем больше объект, тем проще найти маленькую лазейку.

В общем, пока шел по ночному городу, постарался как можно точнее запомнить количество, размеры, взаимное расположение зданий. Лазутчику, то есть мне, может пригодиться. Подойдя к цеху, где оставил Мишку и Люту, сперва убеждаюсь в отсутствии посторонних аур, внутрь вваливаюсь без заморочек прямо сквозь стену.

— Черт, Вик, нафига так пугать? — жалуется вздрогнувший Мишка, — Черкнул бы два слова.

— Извини, все забываю про этот чат. Как обстановка?

— У нас все тихо, босс не приближался.

— А где Люта?

— Спит. Я на карауле.

— А. Молодец. Буди ее. Отец ждет.

Обратный путь занимает намного больше времени. Крадемся дворами, пустырями и отшибами, широких улиц избегаем, патрули пережидаем. Пару раз даже наткнулись на скрипунов, которых, само собой, упокоили, не упускать же халявный опыт. Один раз не удержался, отвесил Мишке подзатыльник.

— Блин, Мишка. Вот нафига ты молнией опять своей сверкаешь. В такой тьме за версту же видно. Зарекусь с тобой ходить без маски для сварщиков.

— Извини, Вик, я по привычке, — теперь уже Мишка извиняется.

— Проехали, но чтоб без команды никакой больше магии.

Тем не менее, до борделя добираемся практически без приключений. Осторожно стучимся в дверь черного хода. Открывает нам Котяра самолично, похоже, ни фига он не спал. Глаза еще более воспаленные и шалые.

— Добрались, — выбегает навстречу, обнимает Мишку.

Чтоб Люте не было обидно, ее обнимаю я, однако нужного понимания мой жест доброй воли не вызывает.

— Вик, ты сдурел? Понимаешь? Лучше бы в цеху меня обнял, когда я по тебе соскучилась. Понимаешь? Теперь-то ни к чему уже. Уже успел мне надоесть…

— Это чем я успел тебе надоесть? — поражаюсь.

— Бурчишь, ворчишь, придираешься…

Котяра смеется, увидев своего ненаглядного Мишку, он будто груз скинул. Перехватывает Люту и обнимает ее тоже. На этот раз Люта сносит объятия безропотно.

— Вы голодные? — спрашивает Котяра.

— Спрашиваешь, — отвечает Мишка.

Котяра тащит подростков куда-то в глубины помещения. Я иду следом. Спускаемся в пыльный подвал, освещенный тусклой магической лампочкой, где сервирован и накрыт стол. Выглядит нереально: грязный подвал со ржавыми водопроводными трубами и ресторанный столик со свечами, разве что вместо официанта прислуживает Котярин мордоворот-привратник.

На скорую руку набиваем желудки, рассиживаться некогда. Все, что не съели перекочевывает в Лютин инвентарь. Привратник отпирает тяжелую дверь из толстого металла.

— Вход в бомбоубежище?

— Оно самое.

Не думал, что бомбоубежище может находиться так глубоко под землей. Впрочем, если бомба подразумевалась ядерная, глубина в самый раз. Молчаливый привратник продолжает вести нас: отпирает очередные двери, пропускает, снова запирает. А мы идем все дальше и все глубже под землю.

Глава 23

— Мне кажется, мы спустились ниже уровня метро, — озвучиваю опасение.

— У метро бывают разные уровни, — сухо поясняет Котяра и мы идем дальше.

Наконец, оказываемся в начале длинного коридора. Ну очень длинного, конца не видно. Мордоворот-привратник плюет на ладони и берется за ручки строительной тачки, припаркованной у стены. Хорошая такая тачка, вместительная, на двух колесах. В таких тачках возят песок, цемент или щебень. В этой же конкретной тачке какой-то сундук. Реально, сундук.

— Слышь, Котяра, — не выдерживаю, — Ты заодно решил перепрятать золото Колчака?

— Очень смешно, — Котяра хмыкает, — Это арт, Вик, отпугивающий скрипунов.

— О, впечатляет, кстати, давно хотел спросить, а почему эти артефакты такие огромные? Они ж вроде магические? Вроде ж магические вещи громоздкими быть не должны?

— Спроси, что полегче, — кривится Котяра, — Эти арты по идее стационарные. Вмуровываются в здания или на фонарях крепятся. Гвозди на них держат монополию. Туда вопросы, там ответы.

Припоминаю, что у Гвоздей, которых мы кончили в особняке были артефакты, способные и обездвижить скрипуна, и сделать его плотным. И эти «игрушки» были совсем не огромными. А, впрочем, может все дело в цене? Вещички-то магические, для таких стоимость может оказаться обратно пропорциональной размеру и весу.

— Все равно не вижу смысла всю дорогу толкать эту хрень. Мы тебя скрипунам в обиду не дадим.

— Я в вас не сомневаюсь, — поясняет Котяра, — Но я вас отведу и оставлю. А мне еще потом обратно возвращаться.

— Ну как скажешь, — соглашаюсь, в конце концов Котяра здесь рулит, я-то так, пассажир.

Мы идем по коридору, что кажется бесконечным. У Мишки над головой светится магический шарик света, слегка разгоняя тьму шагов на десять, не больше. Замыкающим идет котярин мордоворот и катит отчаянно скрипящую тачку. Несмотря на окружающий индустриальный бетон, скрип тачки и одинокий магический светильник создают таинственный антураж этакого гномьего шахтерского забоя. Одним словом, романтика.

Начинают встречаться развилки, но Котяра направляет уверенно, явно знает дорогу. В какой-то миг вываливаемся в большой тоннель, здесь по-другому и очень знакомо пахнет, вижу уходящие вдаль рельсы.

— Мы-таки пришли в метро? — уточняю.

— Ага.

— Так ведь скоро утро, начнут ходить поезда.

— Не переживай, Вик, мы почти дошли.

И действительно в двадцати шагах нас поджидает самоходная дрезина, — тележка на железных вагонных колесах. Возле нее с ноги на ногу переминается позевывающий гоблин, заждался, видать.

— Знакомьтесь, — сообщает Котяра без тени шутки, — Бугор гоп-гоблинской артели по прозвищу Свищ, прошу любить и жаловать. Он ваш гостеприимный хозяин.

Смешок я с трудом, но сдерживаю. Не главарь, не босс, а именно бугор, при этом мелкий как прыщ, пардон… Свищ. В общем, постараться пришлось, чтоб сдержать смешок. Мишка, Люта и я грузимся в самоходную тележку. Гоблин активирует магический двигун, и тележка, погромыхивая колесами на рельсах, начинает резво набирать скорость. Котяра машет нам на прощание рукой, гоблин начинает напевать: «Кондуктор не спеши-и-ит, кондуктор понимаи-и-ит». Я все-таки не выдержал и хмыкнул.

Гоблин мою ухмылку заметил, заулыбался как звезда эстрады и запел: «а я сяду в кабриолет и уеду куда-нибудь». Надо сказать, песни он подбирает в тему. Мы едем на приличной скорости да в открытой телеге, как говорится, с ветерком, реально как в кабриолете.

Уже через несколько минут подростки начинают подпевать гоблину и смеяться над его незатейливыми шутками. Что сказать, забавный парень, даром что бугор воровской гильдии. Минут через сорок Свищ сбавляет скорость.

— Все, — поясняет он, — Здесь уже поезда не ходят. Тока мы тут ездим.

Вскоре телега останавливается. Выгружаемся, и снова ныряем в боковой тоннель без рельсов. Свищ ведет нас еще минут пятнадцать по явно обжитому подземелью. Видны следы пребывания разумных: обертки, огрызки, окурки и бутылки, изредка попадаются и сами разумные, само собой гоблины, как правило, пьяные.

Мы идем по тому же тоннелю, но теперь с обеих сторон он облеплен дверями, как самодельными заплатами, разных форм и размеров, установленными вкривь и вкось, запертыми и разинутыми. Хорошо, что карта отрисовывает все перемещения. Сам я бы давно запутался.

— Вот ваша хата, — гоблин отпирает дверь, — Располагайтесь, обживайтесь… сейчас кухаря озадачу, подгоним вам царский завтрак.

— Спасибо, мы поели, — отвечаю сдержанно.

Меня начинает напрягать располагающая улыбка этого гоблина. Слишком открыто он улыбается для бандитского главаря. Доводилось мне встречать таких, развлекает и веселит тебя всю дорогу, а потом оказывается, что последним смеется именно он, остальным к тому времени уже не до смеха.

— Как скажешь, — шутовская маска на мгновение слетает с гоблина, обнажая действительное его лицо — расчетливое, безжалостное и совсем не веселое.

— Котяра сказал, мы здесь не задаром будем отдыхать, — продолжаю расставлять точки над «i».

— Правильно сказал, — Свищ бросает на меня быстрый взгляд, — Когда возьметесь за дело?

— А чего тянуть? Мы привычные. Ночью работаем, днем отсыпаемся.

Может мне показалось, но гоблин глянул на меня одобрительно, вроде как с симпатией.

— Сейчас пришлю к вам шустрилу, проводит, — гоблин еще раз пробегает взглядом по нашим фигурам, может он и пытается выказать себя валенком, но я-то вижу, взгляд у него цепкий, — Если что, обращайтесь. Котяра за вас вписался, для Котяры мы делаем подгон со всем уважением.

Свищ уходит, я с облегчением выдыхаю. Не прост. И лучше с ним не шутить… совсем… даже в шутку с ним шутить не надо. Котяра вон при встрече был предельно серьезен, а у торгашей на такие вещи особое чутье.

Осматриваю «хату». Небольшая, но и не склеп. Четыре топчана, стол, пара грубых лавок, есть приточная вентиляция и даже санузел. Не отель, но лучше, чем в грязном цехе на пыльных тюках. Опять же Котяра с голодухи загнуться не даст. Перезимуем. Любопытно, Луна бы согласилась на такие условия? Даже лишний топчан имеется? На фиг, лезут же в голову дурные мысли. Нечего Луне здесь делать.

Вежливый стук в дверь сигнализирует, что прибыл наш проводник. Кивком головы показываю ребяткам следовать за мной и выхожу за дверь. Мишка с Лютой немного удивлены моей сдержанности, но глупых вопросов не задают. Взрослеют ребятки прямо на глазах.

Отправленный Свищом «шустрила» смешить нас не пытается, песнями и анекдотами не развлекает. Быстрым шагом семенит по подземным ходам, мы молча поспеваем. Минут через двадцать останавливается перед крупным зевом, забранным сплошными тяжелыми воротами.

— Там скрипунов много… лютых… те, которые сами вылазят, мы их тута кончаем, а внутрь не идем.

Ну да. Перед воротами что-то вроде боевого поста из нескольких вооруженных гоблинов.

— Отпирай, — говорю, — А как войдем, запирай обратно.

— Вы это… — гоблин отодвигает тяжелую задвижку, — … обратно пойдете, так постучите. Тута всегда наши есть. Услышат, так откроют.

— Ага, — успокаиваю, — Постучим, не переживай.

Заходим в тоннель, ворота за нашими спинами торопливо захлопываются, Мишка зажигает световой шарик.

— И здесь тоже рельсов нет, понимаешь? — удивляется Люта, — Это не метро.

— Нам по фигу, что рельсов нет, главное, чтоб скрипуны были, мало ли тут тоннелей, — обозначаю односторонний пофигизм нашей командной позиции, — Готовы, молодежь? Попрыгали.

Ну что сказать? Подземные скрипуны имеют существенное отличие от надземных. Если на поверхности нам попадались твари человекоподобные, прямоходящие, с признаками мутации в какого-нибудь зверя, то здесь под землей только крысы, крысы и еще раз крысы. Зато всех мастей, видов и размеров.

Мишка с Лютой быстро провели классификацию, разделив их на три основных вида: крысы огромные, бегемото-образные, толстоногие — танки; крысы приземистые мускулисто-массивные, похожие на кабана и набирающие таранный разбег по прямой — дамагер-дилеры; крысы ягуаро-подобные, гибкие, тощие, невероятно верткие — роги. С игровым сленгом я знаком плохо, но тут и так все понятно: тяжелые танки, пробивные дамагеры и верткие роги. Не спутаешь.

Я ожидал легкую прогулку, успел привыкнуть, что скрипуны нам не соперники, и первую сотню шагов, пока скрипуны лезли на нас по одиночке, так и было. А потом они резко поумнели и начали сбиваться с стаи. Первая же организованная атака заставила понервничать. И ведь твари сообразительные, ломанулись на нас сбоку прямо из стены. Фактически застали врасплох.

Благо, Люта реагирует быстро, опутывает шипастой лозой передовых противников, и задние половины их туш застревают в стене, следом подключается Мишка, мне приходится выполнять функцию телохранителя и отбиваться от кошачеподобных рог, которые сигают даже с потолка. Кабы не моя прокачанная резкость, не знаю, чем бы закончилось это столкновение.

Постепенно напор тварей начинает ослабевать, Люта магичит с шальными глазами, как стахановский передовик производства, Мишкины молнии шарашат целыми каскадами. А неплохо уже прокачались мои ребятки.

Отбились. И как я ни старался не подпускать вертких гадов, раны получили все. «Рекомендация: для ускорения заживления ран и подавления мутагенных изменений в поврежденных тканях используйте само-инъекции». Эпена есть, следую совету системы. Мишка с Лютой тоже потихоньку восстанавливаются.

— Понимаю теперь, почему гоблины зареклись сюда соваться. Скрипуны здесь уровнями выше и организованней, чем на поверхности. И я не уверен, что нам самим следует идти дальше.

— А что еще остается-то? — возражает Мишка.

— Ну, мало ли, — делаю неопределенный жест.

— Мишка, прав. Надо чистить дальше, понимаешь?

Молодежь высказалась за продолжение «крестового похода», и я чешу репу. Что надо идти дальше, я согласен. Но тактику нужно менять.

— Значит так, — сообщаю решение, — Я иду впереди. Вы в тридцати шагах сзади. Я буду наживкой. Вы подключаетесь, когда начнется замес, когда скрипуны на меня это… как ты там говорил… сагрономятся?

— Сагрятся, Вик. А ты выдержишь? — Мишка хмурится, ему не нравится идея прятаться за моей спиной.

— Я-то как раз выдержу. А главное, мне не придется отвлекаться на защиту ваших бренных тушек.

Мои доводы пусть не сразу, но были приняты. Я пошел впереди, и новая тактика показала свои преимущества. Когда из стены на меня вывалилась крысиная орава, я крутился, уворачивался и отбивался от вертких противников, а Мишка и Люта, стоя на безопасном расстоянии, методично прикончили свиноподобных, а затем в несколько приемов затюкали здоровенного бегемота, его не спасло даже то, что пару раз ему удавалось разорвать Лютины путы, она тут же пеленала его снова.

Второй раунд прошел гораздо менее болезненно. Я получил несколько легких ранений, подростки — ни царапины. Они только пожаловались, что во время боя я передвигался слишком быстро и непредсказуемо, и им приходилось сдерживаться, чтоб я ненароком не попал под дружественный огонь.

— Хорошо, учту на будущее, — соглашаюсь, и когда пошла следующая атака, стараюсь не оставаться в гуще врагов, окруженным тварями, а постоянно смещаюсь на периферию основного скопления, предоставляя ребяткам для атаки групповые цели.

Так вышло намного лучше. Мишка и Люта отработали со стопроцентным потенциалом, а мне в сущности приходилось не столько сражаться, сколько носиться кругами и акробатничать на стенах, удерживая на себе внимание противника.

— Это называется кайтить, — сообщает Мишка с довольным видом.

— Ты не умничай, умник выискался, — ворчу беззлобно, на самом деле я доволен. Тактика оттачивается и совершенствуется — это главное.

Я получил двадцать шестой уровень. Опыт льется щедро, противники большие, толстые и многочисленные. А через полчаса взял двадцать седьмой и сразу вложил два очка способностей, подняв видение ауры до третьего ранга. Теперь меня врасплох застать еще труднее, готовящуюся атаку вижу сквозь толщу грунта в тридцатиметровом радиусе. Время от времени коварные лазутчики предпринимают попытки атаковать снизу прямо из-под земли. Куда там. Все их маневры вижу прекрасно и успеваю подстроиться.

Продолжаем движение по тоннелю, и я жалею, что не узнал заранее его длину. Как далеко нам топать? Впрочем, неважно. Отпашем смену, уйдем, потом вернемся и дочистим. После двух часов непрерывных сражений, взяв двадцать восьмой уровень, интересуюсь у ребят, не пора ли возвращаться, но подростки единодушно настроены идти дальше.

— Туда-сюда ходить. Сколько времени потеряем, понимаешь?

— Понимаю. Но отдыхать тоже надо. Усталость накапливается, повышается вероятность ошибки.

— Так давай отдохнем, — с готовностью предлагает Люта, — Я тебе чайку налью, понимаешь?

Вообще-то мы недавно делали бутербродный перекус с чаем, и я имел ввиду полноценный отдых, но вижу, ребята рвутся в бой.

— Сами-то как? — все же уточняю.

— Мы в порядке.

— Ладно, идем дальше.

Взяв двадцать восьмой, поднимаю сопротивление энергетическим воздействиям до второго ранга. Урон от крысюков-скрипунов заметно снижается. От быстрых, вертких, но сравнительно слабых «ягуаров», как я их называю, и бегать-то лень. Ну подумаешь, кошак когтями полоснул, пятнадцать минут на регенерацию, и я как новый.

И мы идем дальше. Пробиваемся с боями еще около четырех часов, а затем сходу вступаем в сражение с каким-то монументальным крокодилообразном крысом. Крокодайл настроен серьезно, претендует на звание противника дня, рвется из пут, неплохо держит удары молнии. Я сначала хотел отдать его на откуп ребятишкам, но в итоге пришлось тоже поучаствовать. Массовых атак, как у Мишки и Люты у меня нет, зато от моего резака никакая крокодилья шкура не спасет.

— Э-э. Я не понял, — добив скрипуна, ошарашенно кручу башкой, — А дальше куда идти?

С трех сторон нас окружают стены. «Поздравляем. Вы зачистили локацию, вы получили опыт, вы получили уровень, группа получила 4200 монет, есть вероятность получить добычу». О как. Это оказывается был босс локации, а я не отдуплил. Устало присаживаюсь на корточки.

— Молодежь, добычу проверьте. С такого красавца должно упасть что-нибудь ценное.

Мишка и Люта с готовностью кидаются к трофеям, а я открываю профиль. Получил тридцатый уровень, пора вкладывать добытые потом и кровью очки в усиление меня любимого. В отношении способностей раздумывать особо не о чем. Два накопленных очка в сопротивление энергиям, оно себя неплохо показало:

Уровень 30

Специализация — трансформация плотного тела в энергию (активируемая способность, расход на поддержание энергетического тела 1 эпена в 10 секунд)

Особая специализация — кровопийца.

Силы:

Сила напряжения — 25

Взрывная (резкая) сила — 30

Выносливая сила — 25

Сила телесной крепости — 25

Эпена — 20

Свободных очков характеристик — 6

Способности:

сопротивление ядам 3, регенерация 3, каменная кожа 2, метаболизм 4, усиление костной ткани 3, сопротивление ментальному воздействию 2, диагностика крови 2, сопротивление мутациям 3, ночное зрение 1, видение ауры 3, сопротивление энергетическим воздействиям 3.

Особые способности: клыки вампа 3, резак темной пустоты

Свободных очков способностей — 0

В дальнейшем придется копить очки способностей аж четыре уровня и решать, что важнее: четвертый ранг сопротивления энергии, ибо пока не ясно, а будет ли он актуален этот четвертый ранг, или брать четвертый клык вампа. Повышение ранга «клыка» может дать что-нибудь новенькое, непредсказуемое, но при этом очень полезное.

А вот с силами я подвис уже сейчас. Шесть накопленных очков, и пока не знаю, в эпену их вгонять или тело прокачивать. Сегодня недостатка в эпене не испытывал, скрипуны шли потоком, успевал восполнять запасы за счет своего «кровопивца». А если опять придется ныкаться от разумных, хитрых и весьма осторожных существ, обладающих чувством самосохранения и не спешащих делиться со мной силой?

В этих подземельях потенциала еще уровней на десять, край на пятнадцать. Потом мы их просто перерастем. И вот боязно прямо, вложу сейчас эти очки, не взвесив, не продумав, не просчитав, а потом буду локти кусать. В общем, еще не решил, оставлю пока свободными.

Глава 24

— Вик, — подошедший Мишка выводит из раздумий, — Вот эта вещица для тебя.

— Че это? — принимаю от Мишки колечко, узенькое, неказистенькое, по виду оловянное, дешевле него только деревянное.

— Статы почитай.

Читаю статы: «кольцо стремительности: +5 % к скорости передвижения в состоянии энергии». Ого, зачетна весчь. Все пальцы такими унизать, и я в призраке буду двигаться со скоростью брошенного камня… не, даже со скоростью полета стрелы… одергиваю сам себя, мол губу, Витя, не раскатывай, скажи еще, будешь двигаться со скоростью орбитального спутника. Ага. Но колечко из разряда «моя прелесть», с этим не поспоришь. На обратном пути подростки тоже озадачиваются вопросами прокачки.

— Вик, а вот эта способность — видение ауры, стоит брать? Ты реально скрипунов сквозь стену видишь?

— И не только скрипунов, — отвечаю, — Любых разумных вижу. И даже, если зрение меня не подводит, активированные артефакты «фонят» немного. Так что пару очков вкладывайте смело, пригодится… только… вы ведь вместе по жизни. Пусть кто-то один берет.

— Лютка возьмет, — решает Мишка и, надо же, мелкая егоза не возражает, принимает его право решать, — А я сферу света прокачаю, на третьем ранге позволяет ослеплять и дезориентировать противника.

— Нормально, — одобряю Мишку, — У меня так одни сплошные сопротивления.

— На то ты у нас и танкуешь…

Морщусь, но молчу. Какой подросток нынче пошел меркантильный. Я у них, видите ли, танкую. Я им, видите ли, полезен. Нет чтоб посочувствовать…

На выходе из тоннеля стучаться не пришлось. Судя по всему, словили гоблины уведомление о свершившейся зачистке. Встречают целой делегацией во главе со Свищом.

— Вы что, фраерки, всю кишку прокачали? — спрашивает недоверчиво.

— До самой крышечки, — отвечаю с достоинством.

Мы выходим, гоблины нетерпеливо прут внутрь, рожи радостные, ладошки потненькие, спешат осваивать отвоеванные у скрипунов недра. Ну не будем им мешать, возвращаемся в свою «блат-хату», застаем в ней Котяру.

— Уже соскучился? — не могу удержаться от подкола.

— Я вообще-то тебя дожидаюсь, — сдержанно отвечает Кот, — Толкнул ваши трофеи, кое-что приобрел, — Котяра протягивает подвешенный на нитке красный камушек в форме капли, — Вик, это тебе.

Беру в руки, читаю статы: «ожерелье кровавого камня; расовое ограничение — только для вампиров и вампов; привязка к владельцу — не продать, не потерять; дополнительный резервуар магической силы — аккумулирует 15 единиц эпены». Скока, скока? Пятнадцать единиц? Это ж почти удваивает мой текущий запас. Хера-ссе мне Котяра «кое-что приобрел». А кроме того, ожерелье «…не падает с владельца после перехода в энергию…», как и кольцо, кстати.

— Это ж по чем ты это приобрел?

— Ну, — Котяра кривится, — Все, что выручил с ваших трофеев… и даже немного из своих добавил.

Вот уж удивил меня Котяра. Никогда не замечал за ним бесконтрольных приступов щедрости.

— Вот не надо на меня так смотреть, — морщится Котяра, роль мецената ему походу самому не слишком приятна, — Да, я умею быть благодарным. А тебе, Вик, я благодарен.

А ведь Котяра сейчас переживает не самые лучшие финансовые времена. Но не поскупился, добавил из своих, при том, что трофеи как бы вовсе не мои личные, а наши общие с Мишкой и Лютой. Вызываю окно торговли и пересылаю на Котяру тысячу монет.

— Спасибо, Вик, но это ни к чему, подарок же.

— Брось, я эти деньги за день заработал, а нам еще не один тоннель зачищать.

— Это что, вы столько получили за зачистку тоннеля? — офигевает Котяра.

— Я столько получил, — уточняю.

Котяра сурово смотрит на Мишку и Люту, и я только теперь понимаю, что подростков спалил, но ничего, пусть делятся барышами. Их собственные хотелки могут и подождать. Судя по тяжким вздохам каждый из них тоже делает перевод.

— Три тысячи за один день, — охает Котяра, — Кучеряво живут охотники на скрипунов.

Вообще-то система отвалила на троих четыре двести, но я молчу, вон Люта и так уже смотрит на меня глазками мультяшечной кошечки.

— Хэх, может и мне в вампы податься, а? — начинает прикидывать Котяра, — И гори этот бордель синим пламенем.

— Успеешь еще свой бордель спалить, — пытаюсь урезонить, — Мы пока и сами справляемся.

Котяра кивает согласно, тяжело поднимается с лавки, Миша кидается его провожать.

— На связи, — бросает Котяра и выходит.

— На связи.

После его ухода я заваливаюсь спать. Мишка с Лютой не возражают. Выспались в том цеху на сутки вперед. Мне тоже на сон много времени не требуется. В семь вечера заваливаюсь спать, в одиннадцать уже «огурцом». Бодр и полон сил. Люта начинает извлекать из инвентаря продукты, видимо ждала, когда я проснусь. Садимся за стол, ужинаем.

— Какие планы, Вик? — спрашивает Мишка, — Пойдем чистить следующий тоннель?

— Пойдем, но позже. Хочу сползать на поверхность. Есть дела.

— А, понятно, — Мишка переглядывается с Лютой, думая, что я их гляделок не замечу.

— Без меня на зачистку прошу не ходить, — ага, в точку попал, подростки кривятся, бездельничать, сидя в четырех стенах, им совсем неохота.

— Хотя бы глянуть обстановку, Вик, — просительно тянет Люта.

— Ладно, глянуть можно, — разрешаю, все равно ведь не усидят, к тому же прокачались они неслабо, уж не пропадут.

Благодарю Люту за ужин и выхожу в тоннель. Подвернувшийся пьяненький гоблин за пять монет скидывает мне на карту маршрут ближайшего выхода на поверхность. Да, недолго я пребывал в мечтах о доходах. Все доходы ушли на ожерелье, но оно того стоит. А главное, вопрос, куда вкладывать очки характеристик, больше не актуален. Эпены у меня теперь хватает.

Пытаюсь все накопившееся шесть очков запихнуть в любимую резкую силу и получаю от системы отлуп: «несбалансированность… бла-бла… растяжения, разрывы и надрывы… бла-бла… ухудшение целостных показателей…» Ладно че…

Силы:

Сила напряжения — 27

Взрывная (резкая) сила — 32

Выносливая сила — 25

Сила телесной крепости — 27

Эпена — 20 (+15)

Свободных очков характеристик — 0

…раскидал согласно рекомендациям. Так тоже неплохо.

На поверхности темно и малолюдно, — мое любимое время суток. Ловлю извозчика. Котяре я не все деньги отдал, добираться буду с комфортом. Немного не доехав до места, высаживаюсь. Теперь ногами со всей осторожностью обхожу портальную локу Гвоздей. Одно дело видеть план с высоты птичьего полета, другое — вживую своими глазами.

Да, пришло время пощупать Гвозди за вымя, метафора получилась так себе, но не за шляпки же мне их щупать? Во-от… за вымя. Ну что сказать, лока охраняется, можно даже сказать хорошо охраняется, но… не от меня. Приближаюсь к забору, сканирую окружающие ауры. В двадцати шагах ни души. Перехожу в призрака, просачиваюсь, осматриваюсь.

Прямо передо мной большой складской ангар, навряд ли здесь будут прятать ценную наркоту, но внутри никого, а че бы и не взглянуть? Для меня раз плюнуть. Втекаю в ангар: тюки, мешки, штабеля и ящики. Однозначно, искать шорк здесь бессмысленно. Переходим к следующему зданию. Что у нас здесь? Стеклотара, по большей части заполненная вино-водочным содержимым. Тоже не в кассу.

В противоположную часть локации не иду. Там активная движуха. Портал продолжает принимать и отгружать продукцию даже по ночам. Вижу подвижные фигурки грузчиков и неподвижные фигуры учетчиков. Работайте, ребята, не буду отвлекать.

Пробираюсь дальше. В следующем здании, судя по аурам, народу хватает, и это не склад, это типа рабочей подсобки, где работяги переодеваются, перекусывают и отдыхают. Кто-нибудь станет складировать шорк в подсобке? Вряд ли. Иду дальше. Пережидаю парочку охранников, прогуливающихся по территории. Гуляйте мимо парни. Проверяю еще несколько строений, все не то.

Вроде все осмотрел. А нет, не все. С бочку и незаметно притулился контейнер, крепкий, металлический, запертый и опломбированный. Вот это уже теплее. Проникаю в него и… бинго. Посередочке на поддончике лежат аккуратно уложенные, тщательно упакованные пачечки с белым порошком. И что особенно умиляет — на каждой пачке имеется бумажная нашлепка с именем производителя: «Торговый Дом «Ситари», алхимические реагенты со всего света и со всей тьмы». Кто молодец? Я молодец. Пришел, увидел, срисовал…

Закидываю одну пачку в инвентарь, здесь делать больше нечего. Обратно иду тем же маршрутом. Никто мен не увидел, никто тревогу не поднял. Вываливаюсь сквозь забор из локи и спокойно ухожу в горизонт. Смешно даже, Котяра столько сил положил, чтоб узнать поставщика. Невольно начинаю насвистывать, выхожу на дорогу:

— Извозчик! До борделя за пять монет… а черт с тобой, за семь, я сегодня добрый.

Доезжаю, отпускаю экипаж. М-да, я теперь в борделе бываю чаще, чем дома. Хорошо, Луна об этом не знает. Мордоворот-привратник улыбается как родному, проводит в кабинет. Присаживаюсь в кресло, закидываю ногу на ногу.

— Наливай, — требую у Котяры, глядящему на меня вопросительно.

— Ты чего такой возбужденный, Вик? — спрашивает Котяра, но бутылку и два стакана достает, наливает.

— Сперва выпьем, — требую, и Котяра послушно со мной чокается.

Выпиваю, ставлю стакан, достаю из инвентаря пачку с наркотой и небрежным жестом шлепаю ее на стол. Котяра переводит невозмутимый взгляд с меня на пачку и обратно на меня.

— Ну ты чего, Котяра? Обидно даже… подсказываю: ты меня должен спросить — «это то, что я думаю?», а я тебе такой отвечаю — «да, черт возьми, это то, что ты думаешь…»

— Эк, у тебя воображение разыгралось, — хмыкает Котяра.

— Але, гараж. Котяра, ты куда там уткнулся?

— В интерфейс я уткнулся, — поясняет Котяра, — Пишу Свищу, чтоб выдвигался на своей телеге, потому что Вик, то есть ты, судя по всему, обнес схрон Гвоздей. Я все правильно пишу?

— Ты все правильно пишешь, — начинаю напрягаться, — А что, без Свища мы шорк от хлорки не отличим?

— Не отличим. Свищ — алхимик. Считай, эксперт мирового уровня… ага… пишет, что выезжает, ай-да, нам еще через катакомбы пилить.

И мы пилим через катакомбы. Ладно хоть в этот раз Котяра не припахал мордоворота катить тачку, отпугивающую скрипунов. Ну а что? Это он мне сказал, что их отпугивает арт в сундуке, а вот у меня по прошлой прогулке сложилось ощущение, что тачка сама скрипит так пронзительно, отчего другие скрипуны ее тупо боятся. Типа принимают за скрип альфа-самца или что-нибудь в этом роде.

Одним словом, согласился Котяра с моими доводами, что в обратную сторону можно и по поверхности на извозчике доехать, тачку с мордоворотом оставил. На том же месте, где и раньше, нас дожидается Свищ. Я думал, прямо тут и состоится дегустация… или как там алхимики определяют наркоту, но мы садимся в самоходную телегу, и гоп-гоблин привозит нас в свои пещеры.

Кстати, пока ехали, мне пришло системное сообщение о получении нового уровня. Это типа так Мишка с Лютой «глянули обстановку», мне на целый уровень скрипунов уже набили. Забыли засранцы, что мы в одной команде, и опыт мне идет наравне с ними. Принялись радостно мочить скрипунов, думая, что, если я не вижу, так и не узнаю. Ухи пооткручу и носы пооткусаю.

Но это потом. А пока Свищ приводит нас в свою, как он выразился, берлогу. Мы с Котярой присаживаемся на лавочку, а гоблинский бугор, присев за столом, аккуратно вспарывает пачку, макает в прореху слюнявым пальцем и тащит в рот. Пробует на вкус, качает головой вполне удовлетворенно. Ясное дело, и без него понятно, что в пакете не хлорка.

— Ну так что, — не удерживаюсь, — Це шорк?

— Ну как тебе сказать… — начинает гоблин издалека, — … на девяносто девять целых и семь десятых — это шорк.

— Мне не нравятся эти десятые. Что там за подвох?

— Очень просто, фраерок, — гоблин поднимается из-за стола, — Пойдем, своими глазами увидишь, скорее в тему въедешь.

Далеко идти не пришлось, буквально в соседнюю комнату. Свищ откидывает тряпку и перед мои глазами предстают аккуратные пачки точь-в-точь как те, что я видел в контейнере у Гвоздей, как та, что я притащил в своем инвентаре. И даже этикетка совпадает вплоть до мельчайших деталей: «Торговый Дом «Ситари»… со всего света и со всей тьмы».

— Это Джем, — поясняет Свищ, — Самый популярный легкий наркотик во вселенной. Клан Ситари не единственный его поставщик, но один из самых крупных.

— А что тогда есть шорк?

— Шорком его делает малюсенькая добавка в те самые три десятые процента. Таинственный микро-компонент превращает заурядный Джем в неповторимый Шорк.

— М-да. Обломчик вышел, — хотя «обломчик», сказано мягко, ты потерпел фиаско, Витя.

— Вик, а ты реально влез к Гвоздям в порт? — спрашивает Котяра.

— Да.

— Может ты чего упустил? Подумай, вспомни, осознай. Может заметил что-то?

— Да что бы я там заметил? — кривлюсь, — Свищ же сказал, три десятые процента. Пробирку с этим компонентом можно в жопе носить. Тут склад не нужен.

— Так-то «да», — соглашается Свищ, — Но тут любые зацепки могут помочь, я знаю многие миры, я знаю их уникальные товары. Может ты видел что-то особенное?

— Не видел я ничего особенного. Склад с тряпьем видел, склад с бухлом видел. Там огромные ангары, грузопоток непрерывный. В конце концов, почему ты решил, что этот компонент поступает через портал? Может у Гвоздей здесь свой внутренний поставщик?

— Ты извини за прямоту, фраерок, — гоблин снисходительно ухмыляется, — В вашем захолустном мире алхимиков такого уровня просто нет и быть не может. Уж в этом я кое-что понимаю.

— Ладно, убедили, — соглашаюсь с доводами Свища, — Какие мысли? Где искать этот компонент, в каком направлении приложить усилия?

— Тебе, фраерок, стоит прилагать усилия в направлении леса.

— Ты охренел, гопник? — беру гоблина за грудки и отрываю от пола.

— Фраерок, грабельки убери, — каким-то непостижимым образом, болтающийся в воздухе Свищ умудряется сохранять достоинство и даже некоторую вальяжность.

— Отпусти его, Вик, — Котяра успокаивающе похлопывает меня по руке, — Я думаю, он имел ввиду другое.

— Да? И что же? — аккуратно ставлю гоблина на место.

— Вернемся в комнату, — невозмутимо предлагает Свищ.

Гоблин включает магоящик, щелкает каналами, пока не попадает на новостную передачу. Миловидная девушка неопределенной расы не очень умело имитирует «взгляд на камеру», читая при этом новости прямо из своего интерфейса, отчего кажется, что она что-то изучает на кончике носа: «… и теперь к криминальным новостям. Ранее мы уже сообщали, что к исчезновению троих представителей профсоюза и сержанта ночного патруля могут быть причастны двое подростков вампов, их фото вы сейчас видите на экране.

Теперь расследование вышло на след высшего вампа, вероятного сообщника, и скорее всего главаря вампской банды. Следствие располагает неопровержимыми уликами, что недавнее шокировавшее весь город убийство главного врача больницы совершил именно он». Вот те раз. Вычислили меня Гвозди… и кстати, почему у меня на фото такой дурацкий вид? Где меня, блин, вообще сфотографировали?

— Не все ли равно где тебя срисовали, Вик? — видать, последний вопрос я задал вслух, — Скриншот могли сделать в том же здании патруля.

— А, ну да… йоп… — тут до меня доходит, — … а с какого перепуга на меня повесили какого-то главврача? Я его в глаза не видел.

— Тем хуже для тебя, фраерок. Если коновала к тебе до стопки подшили, значит расходную накладную на тебя уже выписали.

— А можно тоже самое, но простым языком? — огрызаюсь, — Гоблинскую блатную феню, извините, не изучал.

— Можно и по-простому. Гвозди — не дураки. Смерковали уже, что шороху им не пара малолеток наводит. Ты, фраерок, для них опасность, а не малолетки… или спорить будешь?

— Спорить не буду, — соглашаюсь с гоблином, — Но я пока до конца не понял, что ты мне предлагаешь? Бросить Мишку и Люту и в леса податься?

— В леса, в поля и в степи, шире дали — больше места, ты пойми, фраерок, сейчас ты малолеткам не в гору, а в обрыв. Без тебя мы их заныкаем, время переждем, а потом подмажем, где надо, и обратно на поверхность выведем… а ты их за собой только в пиксельный пепел утащишь.

— Вот значит, как, — оборачиваюсь к Котяре, — Извини, Кот, не думал, что так обернется. По одному твоему слову я встану и уйду. Если ты согласен со Свищом, что без меня им будет безопасней…

— Это ты меня извини, Вик, — Котяре разговор явно неприятен, но говорит он ровно и взгляд не отводит, — Если бы ты нашел поставщика, еще был бы смысл трепыхаться, я бы поднял всю торговую гильдию, а так… для всех будет безопасней, если ты уйдешь из города. Тебе уйти — не проблема. Ты сквозь стены ходишь и сквозь город пройдешь.

— Понимаю, — встаю с лавочки, — Надо, так уйду. Хотя и не понимаю, почему вы все терпите этих Гвоздей: воровская гильдия, торговая гильдия, у демонов три порта, да сам полковник корневой портал держит, — если вы объединитесь в единый молоток, этот Гвоздь по самую шляпу в гроб вобьете… не понимаю…

— Вик, ты куда?

— Да свалю я из города, свалю. Но мне, знаешь, надо кое с кем попрощаться… а Мишке и Люте передавай привет. Сам я к ним не пойду… в виду представляемой опасности.

Что забавно, в этот миг мне приходит системное сообщение: «ваша группа зачистила локацию, получен опыт, получен новый уровень, групповая награда — 3600 монет». О как, я и впрямь ребяткам больше не нужен, локи со скрипунами они теперь и без меня способны зачищать.

Глава 25

Выбираюсь на поверхность. Вдыхаю вольный, не зажатый в тоннелях воздух. Мне бы радоваться, ведь по большому счету избавился от обузы. За Мишку и Люту мне больше не отвечать. А сердце щемит. Вот что ты за человек, Витя? Ведь не хотел взваливать на себя подростков? Не хотел. Так и сняли с тебя этот груз. Возрадуйся, лишенец, одной заботой меньше, ан нет, неспокойно, коробит, мля…

«Вам пришло сообщение от члена группы, открыть?» Открыть, конечно, может Мишка решил пару слов черкнуть… нет, не Мишка. Сообщение от Луны: «Очень соскучилась». Ох, никогда не умел отвечать девушкам на СМС-ски. Написать: «и я соскучился», — как-то глупо, будто у меня нет воображения, и я способен только повторять уже написанное; написать коротко: «я тоже», — и вовсе грубо получится, похоже на отписку…

Ладно, напишу что-нибудь чуть позже. А вообще с Луной нужно поговорить, нормально с глазу на глаз. Все идет к тому, что из города мне придется бежать. Захочет ли она уходить куда глаза глядят, как выразился Свищ, в леса, в поля и в степи? Посмотрим. Но пока я еще не ушел. Пока есть у меня еще одна мыслишка, которую я хочу проверить.

Если этого самого микрокомпонента требуется так мало, значит не просто в ступке его с Джемом замешивают. Нужна ведь какая-то алхимическая лаба? Нужна. А раз ее нет в порту, значит она должна быть в офисе Гвоздей. В той самой бывшей гостинице, где тусили все эти вольные охотники. Вот я и схожу. В конце концов, если ничего не найду, смогу сказать себе, что сделал все от меня зависящее.

Извозчика ловить мне теперь опасно, мой портрет по магоящику показывают, да просто не поленится любой прохожий считать мою системку, и привет, — высших вампов в городе раз, два и обчелся. Пойду пешочком, так спокойнее, хотя пилить тут прилично. Одного я не учел, ночь подошла к концу, с рассветом на улицу выполз народ, и чем ближе к центру, тем его больше.

Уж не знаю, звезда моя несчастливая или кто-то из бдительных прохожих меня срисовал, но до офиса Гвоздей дойти не дали. Вижу, стоят трое молчаливых граждан на перекрестке, делают скучающий вид, но я понимаю, ждут, когда поближе подойду. Разворачиваюсь в обратную сторону. Фигушки. Оттуда еще три лба ко мне приближаются.

Перебегаю дорогу, залетаю во двор. Следом за мной топот ног. Ладно хоть в милицейские свистки не свистят. Бегу через двор, хочу выскочить на соседнюю улицу, но и тут супостаты путь перекрыли. Ныряю в заросли кустарника. Проект по озеленению дворов давно канул в лету, а растительности хватает, даже больше стало. Понимаю, что в кустах все равно найдут, но бежать просто некуда, обложили со всех сторон. Сжимают кольцо. Неужели попался?

В последний миг, когда уже начинают проламываться через заросли туши преследователей, делаю последний финт: перехожу в призрака и проваливаюсь сквозь землю. Слышу, кричат над головой, переругиваются, спорят, кто из них меня упустил, а я засел в толще земли, отсчитываю секунды и утекающие очки эпены. Что будет, когда эпена кончится? Просто вытолкнет на поверхность или на молекулы меня разорвет и с землей перемешает? Выяснять совсем не хочется.

Сначала опустел мой собственный резервуар, пошел расход из накопителя в ожерелье, как быстро время летит, вот уже последнее очко эпены «снимается со счета», затикали последние десять секунд. Вроде над головой стихло, светятся чьи-то ауры недалеко в пределах двора, но чьи они? Может просто жильцы из домов повыползали. Надо выбираться. Поднимаюсь на поверхность, возвращаю плотное тело. Ого. От густого кустарника остались редкие ветки, да и те поломаны. Как стадо бегемотов пробежалось.

Засовываю руки в карманы, типа я тут гуляю, иду потихоньку в сторону улицы в надежде, что преследователи мои никого во дворе не оставили. Зря надеялся. Кто-то заорал за спиной, поднимая тревогу. Обратно во двор уже щемятся блюстители. На этот раз они общей толпой бегут, один выход из двора свободен. Припускаю со всех ног, эпена кончилась, вся надежда на резкость и выносливость.

Миную один двор, залетаю в другой, перебегаю дорогу, снова ныряю в какую-то подворотню. Из подворотни выбегаю на широкую улицу. Сворачивать некуда, бегу по улице. Погоня немного отстала, но расслабляться и думать нечего. Наверняка они друг с другом по чату переписываются, вмиг новых загонщиков организуют.

А что это за знакомые такие огромные мрачные ворота? Прямо ностальгией повеяло. Точно. Здесь портальная лока, которую мы с Куколкой для полковника зачищали. Где-то должна быть калитка поменьше. Вот она. Забегаю, в проходной встречают два амбала:

— Вы к кому?

— Так я это… к полковнику.

— Полковник по личным вопросам не принимает.

— Так я по делу.

— По какому еще… делу?

Амбалы подчеркнуто неторопливы, а я уже слышу топот и близкие крики, погоня на подходе.

— Скажите «удачливый демон» пришел, он поймет.

Амбалы меня оглядывают с нескрываемым подозрением, считывают системку, ухмыляются и качают головами. Но все же один из них скашивает взгляд, переводя внимание на интерфейс. Пишет кому-то, хмурится, ждет ответ. Секунды текут, сейчас сюда ворвутся Гвозди, они тут рядом за дверью.

— Проходи, — разрешает амбал и отстраняется, пропуская меня внутрь.

В этот же миг входная дверь открывается с громким бабахом, в проходную забегают блюстители.

— Ни с места, вы арестованы…

Отыипитесь буратины, я уже вошел… надеюсь амбалы слабины не дадут, и амбалы слабины не дают:

— Здесь частная территория, — слышу за спиной.

— Пропустите немедленно! Городская стража!!

— Вот и сторожите… за дверью…

Дослушивать, чем закончится перепалка, желания нет. Мне навстречу по коридору уже спешит какой-то молодой человек.

— Вы к полковнику?.. я провожу.

Молодой человек доводит меня до кабинетной двери, сам остается в приемной, он, судя по всему, полковничий секретарь.

— Здравия желаю, — захожу в кабинет, излучая радость встречи.

— Угу. И тебе… — бурчит полковник, особо радостным он не выглядит, — Это как же тебя угораздило?

— В смысле?

— В смысле в вампы?

— Та, долгая история.

— Долгих историй не люблю, — хмурится полковник, — Ну, так чего ты хочешь?

И вот что ему сказать? Правду? Не, не стоит. Буду делать вид, что по делу. Осталось придумать — по какому…

— А вы разве не догадываетесь? — качу пробный шар.

— Ко мне в последнее время все приходят по одному и тому же делу — жаловаться на Гвоздей. Если и ты туда же, лучше не трать время… ни мое ни свое.

О как! Дело обрисовалось само собой. Осталось построить разговор так, чтоб полковник не выставил меня за дверь в ближайшие пару минут.

— Как скажете, если вам плевать, что они весь город под себя подмяли, так мне и подавно… — пожимаю плечами, мол куда мне убогому до высших эшелонов, мое дело маленькое, но замолкать мне нельзя, надо чем-то грузить полковника, — …только ведь они не остановятся. Сегодня у них профсоюз и городская стража с патрулем. Завтра правительство назначат и проведут судебную реформу…

— Вот ты что думаешь? — срывается полковник, — Ты думаешь, такой умный, а я такой тупой? Или ты думаешь, я слепой?

Хера с-се. Не ожидал, что полковник так возбудится. Надо ковать железо, пока оно горячее, красное и пластичное.

— Так и я о том же. Я, между прочим, тоже думал, что корневой портал передаю в надежные руки, — захожу с козырей, ну а что мне остается? — Я, между прочим, думал, в городе будет править человеческая раса, а не орки эти… гребаные.

— Пошли, — полковник решительно поднимается с места, — Пошли, сам все увидишь.

Полковник решительно выходит из кабинета и прет куда-то по коридору широким солдатским шагом. Подорвавшийся было с места секретарь, повинуясь властной отмашке, осаживается обратно на пятую точку. Я поспешаю следом за полковником. Недавно мне гоблин говорил нечто подобное, перед тем как показать пачки с легкой наркотой. Мол своими глазами увидишь, быстрее в тему въедешь. Ага. Я увидел, радости от увиденного не испытал.

Полковник проводит меня по коридорам, выходит на лестницу, ведущую вниз, и начинает спускаться. Сбегая вслед за ним по ступенькам, гоняю мрачную мысль, что слишком часто в последнее время меня водят по подземельям. Спускаемся на несколько пролетов, но идти по тоннелям нам не приходится. Полковник своим ключом отпирает массивную бункерную дверь.

— Заходи, — роняет сквозь зубы.

Мне чет прям неуютно стало. Одно утешает, если б полковник хотел меня порешить, так глубоко под землю вести было не обязательно. Захожу и… с огромным трудом узнаю это место. Уж очень оно изменилось. Раньше здесь был обычный тоннель, посреди которого я воткнул обелиск. А теперь! Огромный зал размером с футбольное поле, сводчатый купольный потолок.

— Ого, — выражаю потрясение, — Ни фига вы тут помещеньице отгрохали.

— Это не мы, сдурел что ли? Кирками нам лет триста такое долбать, — полковник морщится, — Корневой портал сам под себя выбрал породу и создал этот алтарный комплекс.

— Круто.

— Ага. Давай, поближе подойдем.

Подходим поближе. Обелиск не узнать, он и сам раздался ввысь и вширь. Монумент, так его за ногу.

— Давай, вызывай интерфейс, подключайся к терминалу, — подгоняет меня полковник, — Я тебе максимальный допуск сейчас настрою.

Ну раз сам полковник велел… интерфейс… вкладка подключения к внешним устройствам: «модератор с ником «Полковник» передал вам временный административный доступ».

— Фига с-се. Полковник, вы мне настолько доверяете?

— Не обольщайся. Читай общее состояние устройства.

Читаю: «корневой портал, планетарный, полностью функционален, принадлежность… ошибка… раса… ошибка, отклонено… калибровка устройства не завершена».

— Говоришь, в надежные руки передал? — взгляд у полковника нехороший, недобрый какой-то взгляд.

— Я не знал. А как же вы им… того… пользуетесь?

— Если б ты еще и знал! — полковник потрясает сжатыми кулаками, но тут же осаживает сам себя, — Пользоваться не проблема. Порты работают исправно…

— А в чем тогда проблема? — спрашиваю осторожно, боюсь, как бы тащ полковник не психанул, он и так вон на грани уже.

— Проблема в сумме с восемью нулями, — полковник начинает говорить негромко вкрадчиво, как мурлыкающий тигр перед обедом, — Понимаешь, какая штука. Корневой портал снимает немаленький такой процентик за все портальные операции. Представь себе, с нашей локи он тоже мзду берет, не смотрит, что она человеческая. Вот такая вот неподкупная таможня. А доступа к счету у меня нет.

— Как это нет?.. йоп… и какая, говорите, сумма подвисла?

— Почти четыреста миллионов. Неплохо, да? За семнадцать лет активной торговли. Близок локоть, да не укусишь. Так что? — полковник нависает надо мной угрожающе, — Ты все еще хочешь знать, почему я не выхожу войной против Гвоздя… или сам догадался?

— Догадался.

— Молодец, а теперь читай описание неисправности.

Читаю: «начальная настройка произведена с нарушениями, человеческая раса не прописана во вселенском перечне торгующих рас, калибровка мира не завершена, требуется донастройка, требуется первенец расы».

— Кто… что требуется? — охреневаю.

— Первенец расы! — рявкает полковник, — И я очень надеюсь, что это ты. Давай парень, не разочаруй меня. Ты ведь хочешь стать самым богатым парнем в нашем мире? Надеюсь, что хочешь… калибруй, донастраивай… а я в долгу не останусь. Как только я получу доступ к деньгам, я быстро город к рукам приберу, а слово «гвоздь» будет вымарано из местного лексикона.

Делаю глубокий вздох, подхожу к обелиску вплотную и прикладываю ладони к прохладному камню: «проверка расового соответствия, отказано, ваш индивидуальный слепок уже вписан в матрицу обелиска… вы не являетесь первенцем расы». Обломчик. Который уже по счету за последнее время? Лучше не считать.

— Увы, — отхожу от обелиска, — Мне жаль, но я не тот парень.

Полковник кивает устало.

— М-да. А я вот надеялся до последнего. Есть мысли, где искать этого… первенца?

— Не знаю, но подумаю.

— Думай, — соглашается полковник, — Но, если ничего не надумаешь, ко мне лучше не приходи. В следующий раз прятать тебя не стану, лично передам в руки Гвоздям. Тебе все ясно?

— Ясно, здесь есть другой выход? А то на поверхности меня караулят.

— Есть ход, ведущий в метро, пойдем, — полковник ведет меня к еще одной бункерной двери, откидывает запоры, выпускает и прежде чем захлопнуть ее за мной, кидает в спину, — Не проговорись, парень, или мне тоже придется открыть на тебя охоту.

— Понимаю.

— Хорошо, что понимаешь. Я добавил тебя в свою группу, если что пиши.

Понимаю, зачем он добавил меня в группу, чтоб всегда видеть на карте место моего нахождения. Пофиг, сливать полковника не собираюсь. Тяжелая створка закрывается, слышу лязг накидываемых запоров. Я остаюсь один. Как говорится, в темноте, да не в обиде. Или там в тесноте? Неважно. Ночное зрение мне пока не отказало. Открываю карту. Семнадцать лет назад я тут уже ползал, схема ближайших тоннелей у меня есть. Так что, плутать не придется. Вопрос в том, куда теперь идти? Может пора уже признаться самому себе, что толку от меня ноль.

Что поставщика шорка я не нашел и уже не найду. А значит, спасти Котяру от разорения мне удастся. Что полковника я подвел, настоящим хозяином корневого портала он не стал и не станет. Какой нафиг первенец расы? Какой конкретно расы? Бред. Не с моим умом такие головоломки разгадывать. К тому еще на меня повесили убийство главврача, а Мишке и Люте вообще без меня только спокойней будет.

Остается Луна. Смешно. Я приду и скажу: айда в леса, со мною тебе будет рай в шалаше. Уж лучше вообще к ней не ходить, не встречаться, не смущать ее дурными перспективами. Вывод очевиден, ты неудачник, Витя. А красивым и умным девушкам нечего делать рядом с неудачниками. Кстати, я ей так и не отписался… и не буду. Я все-таки должен поговорить с ней нормально с глазу на глаз.

Обскажу Луне обстановку, она женщина умная, не станет делать скоропалительных глупостей. Она выглядит на восемнадцать, но она возможно даже старше меня. И она останется в городе. А я… я опять пойду не «куда», я опять пойду «откуда». Только ночи дождусь. Пока не стемнеет на поверхности мне слишком опасно. Отдыхай, Витя. Присаживайся на корточки, прислоняйся спиной к шершавой холодной стене и отдыхай.

Поспать не вышло. Едва начал задремывать, как выскочило сообщение: «внимание, член группы Мишка подвергся внешнему воздействию… член группы Люта подверглась внешнему воздействию…» Что еще за фигня? Пошли зачищать очередной тоннель со скрипунами и нарвались? Вызываю карту… где их метки? Вот они. Оба в гоблинском подземелье, никаких скрипунов там быть не может. И вдруг обе метки гаснут: «групповой чат заблокирован, местонахождение членов группы Мишка и Люта заблокировано».

Что еще за херня? Подрываюсь и бегу как угорелый. Где-то недалеко заканчиваются эти старые подземные ходы и есть переход в тоннель метро. Ага. Вот он. Чем хороши тоннели метрополитена — они широкие, прямые и длинные. Вот только нафига я выскочил перед едущим поездом? Теперь бегу прямо перед ним, освещаемый его фарами.

Молодец, Витя. «Бежать впереди паровоза» — раньше считалось выражением метафорическим, ты доказал, что это не метафора. Любопытно, машинист меня видит? Какого размера у него сейчас глаза? Не, надеюсь, он не уставился на меня выпученными глазами, он трет их руками и пытается проморгаться, решив, что словил глюк.

Отпрыгиваю в сторону, прижимаюсь к стене, пропускаю пару вагонов и запрыгиваю на крышу мчащегося поезда. С моей резкостью такой фокус — не проблема. Так-то лучше. Заодно силы поберегу. Главное башку высоко не поднимать, чтоб не разбить голову о потолочные перекрытия.

Проезжаю четыре станции. Радиальные ветки теперь коротенькие, поезда далеко не ходят. Спрыгиваю с крыши и снова чешу на своих двоих. Тут недалеко уже. Вот своротка в гоблинские подземелья. Первым делом проверяю нашу «блатную» хату. Пусто. Ничего, где живет бугор по прозвищу Свищ, я тоже знаю. Душу вытрясу из засранца.

Глава 26

Захожу к Свищу, сидит за столом, смотрит на меня спокойно, ненапряженно, впрочем, с выдержкой у этого парня проблем нет, не сомневаюсь.

— Где подростки? — расшаркиваться с ним смысла не вижу.

— С ними все в порядке, фраерок.

— Я не спрашивал, как у них дела, я спросил, где они нахо…

Договорить мне не дали, прятавшиеся в соседней комнате маги ударили одновременно: «вы атакованы магией тьмы… вы атакованы магией света… рекомендация: обретите способность сопротивления тьме… обретите способность сопротивления свету, желаете взять? Да/нет». Меня корежит, будто выкручивают как мокрую тряпку. Ноги не держат, кажется падаю на пол, но точно понять не могу, восприятие нарушено.

Мучительно пытаюсь собрать глаза в кучу, чтоб удержать перед взором хотя бы интерфейс. Мишка и Люта подарили мне два уровня, нужно только ткнуть на надпись «да». И мне это удается. Становится чуть легче, но… тело все равно не слушается… пытаюсь перейти в призрака… опять облом: «возможность перехода в энергию заблокирована, повысьте уровень сопротивления тьме… повысьте уровень сопротивления свету…» приехали, свободных очков способностей больше нет.

— Ну что, фраерок, хреново тебе? — голос Свища доносится искаженным, едва его узнаю, — А я тебя предупреждал, греби до леса… ты не послушал, да еще в центре засветился. Отдыхай пока.

Не знаю, сколько я так «проотдыхал». Мне до того хреново, что даже на хронометре не могу внимание сфокусировать. И все это время агрессивное давление не ослабевает. Крутых магов Свищ на меня натравил.

— Ну ты как, жив еще? — видимо Свищ вернулся, — Ты извини, фраерок, ничего личного. Котяра мягким стал, но я ему подсоблю. Сдам тебя Гвоздям… Гвозди взамен с малолеток предъявы снимут… не сразу, но снимут… сечешь, фраерок?.. а Котяра ничего не знает, на него не думай, ну и я… не корысти ради…

Может начал адаптироваться к незнакомой магии, может какие резервы организма подключились, начинаю понемногу обретать контроль… не над телом, пока только над телесными ощущениями. Пытаюсь открыть глаза и сосредоточить на внешнем, но сосредоточиться не получается. Только теперь отчетливо ощущаю, что меня тащат. Двое тащат, а потом меня кладут куда-то.

Слышу какой-то искаженный звук, будто далекий звон колокола. Догадываюсь, это стук железных колес на рельсах. Понятно, «погрузили в кабриолет…покатили куда-нибудь…» Ощущение времени размыто, сколько едет дрезина на маге-тяге, определить не могу, но осознаю, когда она останавливается. Меня опять тащат. Удается сосредоточиться на интерфейсе: семь часов вечера. Долго я «отдыхал». Чувствую, меня опускают на землю и прислоняют спиной к стене. Могу пошевелить пальцем, не более того. Остается только ждать. Ждать приходится долго.

— Опаздывают, Свищ, — говорит кто-то недовольно.

— А ты куда-то торопишься?

— Не, я так… может маляву черкнуть? Маны уходит много, седьмой накопитель распечатал.

— Кому я маляву черкну? — огрызается Свищ, — Я с Гвоздями в чатах не тру. Метку на карте поставили, стрелку забили. Жди, йоп, придут… маны он пожалел.

Однако накопители маны у гоблинов все-таки не бесконечные. Маги начали чередоваться, то магией тьмы меня плющат, то магией света. Мне от этого послабления проку мало. Могу немного шевелиться, могу видеть пещеру, в которой мы «отдыхаем», вот и все мои возможности.

Вдруг оживает интерфейс: «вы получили групповой опыт… вы получили групповой опыт… получили опыт… вы получили уровень». У меня глюки? Хочу просмотреть событийный журнал, но меня отвлекает возглас:

— О, наконец-то… идет.

— Чо? Один всего?

— Одна! Чикса это.

— Что-то странно.

Полностью согласен с гоблинами, действительно странно. По тоннелю идет девушка, ее женственная фигура, обтянутая белым докторским халатом, отчетливо выделяется на фоне темных пещерных стен.

— Ты кто, мля?

— Скорая инфернальная помощь. Доктора вызывали?

Девушка входит в круг света, отбрасываемого гоблинским фонарем и вскидывает руки, творя заклятье. Гоблины, все как один падают, их тела крутит судорогой, изо рта валит пена. Вот значит, как это выглядит со стороны. Пусть помучаются, я в этом состоянии несколько часов кряду провел.

— Вик, ты как? — спрашивает Луна.

— Уже лучше, — как только гоблинских магов скрючило, их проклятья тут же перестали на меня действовать.

Поднимаюсь на ноги. Потряхивает неслабо, ведет, как пьяного, но махнуть резаком я в состоянии. Обезглавливаю магов, они в этой компашке самые опасные, затем режу носильщиков. А где Свищ? Убег, зараза. Почуял, что жареным сейчас запахнет, видать, и сбег. Вот гнида.

— Ты очень вовремя. Я уж думал все, отбегался.

— На тебе лица нет, мучили? — Луна меня обнимает, гладит мое лицо, я туповато улыбаюсь, не оклемался еще толком и не поверил еще до конца, что спасен.

— Уже лучше… а как ты здесь оказалась?.. откуда у тебя такая убойная магия?.. о, и когда ты успела взять сороковой уровень? Может я того… брежу?

— Ты не бредишь, Вик. А как я получила четыре уровня, это к тебе вопрос.

— Ко мне? — и тут до меня доходит.

Вот ты тупица, Витя. Вот ты тормоз. Ну конечно, я же сам Луну принял в свою группу. Ясность мысли начинает возвращаться, что радует несказанно. Я принял ее в группу ради чата и совершенно не подумал, что она тоже будет получать групповой опыт. А сколько уровней я взял в этих подземельях? Семь? Восемь? Ну вот, а она взяла четыре. У меня сейчас тридцать третий, у нее сороковой.

— И все равно, не понимаю, как ты здесь оказалась?

— Я тебе сообщения писала, ты не отвечал.

Какое простое объяснение. Девушка не получила ответа на сообщения. Я-то только одно видел, остальные, видимо, приходили после того, как меня спеленали.

— Извини, я…

— Сама догадалась, что ответить ты не можешь, — перебивает меня Луна, — Я сильно за тебя испугалась, Вик. Твое фото по маговизору в новостях показывают, говорят, что ты убил нашего главврача.

— Это неправда.

— Я знаю, что неправда, — Луна улыбается, заглядывает мне в глаза, — И так целый день на нервах, а потом…

— Что потом?

— А потом ко мне опять подкатил этот эльф из смежной бригады… попытался подкатить… а на деле только гадости говорил… урод.

— Что ты натворила?

— Я его высушила. Я теперь Черная Луна и больше никому не смогу ставить инъекции. И не жалею, не надо так смотреть. У меня открылась ветка проклятий, вложила в нее очки с четырех уровней и пошла тебя искать.

— А, понимаю, у тебя на карте есть моя метка.

— Да, Вик, я знала, что ты в подземке. А потом увязалась за тремя Гвоздями, поняла, что они идут по твою душу.

— А так вот откуда на меня свалился групповой опыт…

— Это я их убила. И пошла дальше… потом тебя увидела и этих…

— Гоблинов.

— Да, гоблинов… дальше ты сам видел…

— Вот как оно сложилось, — качаю головой, — Свищ все учел, кроме одного. Он не знал, что в моей группе есть еще и Черная Луна.

— Теперь пусть знает.

— Послушай, Луна, — беру ее за плечи, привлекаю к себе, — Ты сама все понимаешь. За мной охотятся. И на поверхности, и под землей, мне больше нельзя оставаться в городе.

— Я пойду с тобой, — твердо говорит Луна, — Даже не смей меня отговаривать.

— Я умею ходить сквозь стены, а ты нет.

— Мне не нужно ходить сквозь стены, Вик. За мной никто не гонится. Я просто найму извозчика и выеду за город.

Вот ведь, а. Она все предусмотрела. И как ее отговаривать? И нужно ли отговаривать? Ты ведь хочешь, Витя, чтоб Луна пошла с тобой? Хочешь, конечно. Еще как хочешь.

— Черт, Луна. Я все равно должен тебя предупредить. Я иду в неизвестность. Я понятия не имею, что меня ждет там за городом…

— Помолчи, — она трогает мои губы прохладными пальцами, — Не трать силы. Я иду с тобой. Скажи лучше, куда мы пойдем? На север или на юг?

— Можем и на юг. Попробуем догнать уходящее лето.

— Звучит романтично. Тогда решено. Я буду ждать тебя на южном шоссе на выезде.

— Ты прямо сразу хочешь туда ехать?

— Сначала зайду попрощаться с ребятами. Ты ведь знаешь, Сат скряга, не оплачивает даже чат.

— А, хорошо. Я провожу тебя на поверхность.

— Вик, я сама дойду.

— Не спорь с мной. Можешь нарваться на скрипунов, и неизвестно, остановят ли их твои проклятья.

— Да, ты прав. Я теперь буду слушаться тебя беспрекословно.

— Ты прям мечта, а не женщина.

Узкие извилистые тоннели, по которым ведет меня Луна, к метро не имеют отношения. Частые развилки разводят коридоры не только по горизонтали, многие имеют уклон.

— Как ты здесь ориентируешься? — спрашиваю.

— Аристарх, когда обратил меня… ну в вампу… передал маршруты всех подземелий, они же тут долго бродили.

— А-а, понятно.

— Вот здесь, Вик, — останавливаемся перед металлической лестницей с перилами, ведущей вверх почти вертикально, — Отсюда и до дома недалеко.

— Ладно. Значит на юг?

— Да.

— До встречи.

Мы целуемся. Я не хочу отпускать Луну наверх, но понимаю, для нее это важно. Не может не попрощаться с людьми, с которыми провела бок-о-бок много лет. Она поднимается по ступенькам, держась за перила, я стою, задрав голову вверх… любуюсь.

— Ну Вик, не надо так пялиться, — бросает мне сверху.

— Ладно-ладно, не смотрю уже…

Ну что ж. На юг, значит на юг. Сколько лет я не был на море? Во-от. Пора побывать. «Член группы Мишка прислал сообщение». О. Мишка на связь вышел. Это хорошо, надеюсь, Свищ не соврал, с ребятами ничего плохого не случилось. Открываю: «Вик, с нами все в порядке. Гоблины, придурки, опоили какой-то дрянью и оттащили к папе. Говорят, что Гвоздей мы можем больше не опасаться, сказали, взамен отдадут им тебя. Будь острожен. К гоблинам не ходи, там засада. Папа передает привет, тоже за тебя переживает, просит передать, что об авантюрах Свища не знал. Мы с Лютой снова на связи. Пиши».

Гора с плеч, однако рано подросткам расслабляться, набираю ответное сообщение: «Поторопились гоблины. Проблему с Гвоздями не решили. На поверхность не суйтесь. Котяре привет» — ну, как-то так. А гоблины и вправду придурки. Отчитались, блин, о непроделанной работе. Ладно, Котяра сообразит, ребят спрячет, хотя… гоблинам на его месте, я бы больше не доверял.

Черт, ведь я свалю из города, а проблемы здесь останутся. Котяра разорится, подросткам придется прятаться до скончания века… а ведь отсюда до офиса Гвоздей совсем недалеко, и на этот раз ночь на дворе. Попытаться еще раз? Но я Луне обещал бежать из города, она меня ждать будет… ну и ладно, я ж не собираюсь нарушить обещание. Пока она прощается с ребятами, я тоже кое-какие дела доделаю. Смотаюсь до офиса Гвоздей.

Выбираюсь на поверхность по той же лестнице. Осматриваюсь. Узнаю места. Центр города, я его хорошо знаю. Главное дворами, Витя, главное глупостей не делать. Добираюсь до бывшего Турист-отеля, а ныне здания Гильдии Вольных Охотников в просторечии — Гвоздя. Способность просачиваться сквозь стены мне в помощь, как и способность видеть сквозь стены ауры живых существ.

Начинаю обыск прямо с подвала, вероятность, что секретную лабораторию разместят именно в нем наиболее высока. Но нет. В подвале запустение и склад старых ватных матрасов. Поднимаюсь из подвала на первый этаж. Пробегаю по коридору: планировку здания помню, первый этаж — место собраний, сауна и ресторан. Не, здесь лабы нет. Поднимаюсь выше.

Когда кто-то идет навстречу, ныряю в любое пустующее помещение, жду, чтобы прошел, и продолжаю осмотр. Мне даже не нужно заглядывать в каждую комнату, чем занимаются внутри прекрасно видно по аурам. Прохожу этаж за этажом. Лабы пока нет. Мне осталось проверить самый верхний этаж, где самые люксовые номера, в одном из них глав-эльф держал Куколку и меня шантажировал. Я помню, я этого не забуду.

Проверяю люксы одним за одним, и опять ничего. Остался последний. Тот самый номер с пафосным первым номером. Он не пустует, внутри кто-то есть. Аккуратно втекаю в стеночку, в сам номер не проваливаюсь, высовываю из стены только один глаз, и сидящего за столом узнаю сразу. Ну вот и повстречались.

Огромная туша орка Боргу развалилась в монументальном кресле с массивными подлокотниками. Почти как на троне сидит. На лбу морщины, взгляд устремлен вдаль, не иначе думает очередную думу, как подмять под себя то, что еще не подмято. И никого больше, орк здесь один.

Ну что, Витя, один росчерк резака и многие проблемы этого города разрешатся. Готов рискнуть? А орчина прокачался, восемьдесят шестой уровень — это вам не кот нагадил. И, судя по энергетическому фону, в комнате хватает артефактов, очень может быть, что охранных. А ну как меня обездвижит как тогда в особняке или скрючит как в «берлоге» гоп-гоблина. До сих пор ведь в себя не пришел.

И хочется и колется. Вот, казалось бы, четыре шага и один замах, но… дадут ли мне сделать эти четыре шага. А кроме того, решатся ли со смертью орка проблемы Котяры, Мишки, Люты, униженных вампов, моих сородичей? Не факт, но я рискну. Другого шанса не будет. Только Луне надо отписаться. Нехорошо выйдет, если из этого здания уйти не получится.

Вызываю окошко текстовых сообщений. Луна вне чата. Как это вне чата? Уже холодея от нехорошего предчувствия, вызываю карту, ее метки на карте тоже нет. Так, спокойно, Мишка в «онлайне», сперва у него спрошу. Печатаю: «Мишка, почему я вас с Лютой на карте не видел и чат не работал?». Через несколько секунд получаю ответ: «гоблины взяли у Гвоздей арт — полог тьмы, это специально, чтобы ты нас не смог отыскать».

Вот как. Гоблины использовали артефакт, чтоб меня к себе заманить, а кто Луну похитил? Тоже гоблины? Не факт. Она вон сегодня какого-то эльфа высушила. Да мало ли недоброжелателей у вампов. В любом случае, авантюра с нападением на орка Боргу отменяется. Если меня прикончат, Луне помочь будет некому. Отступаю в коридор. Живи толстяк… пока что.

Выбираюсь из здания без приключений, только эпену почти всю растратил. Надо бы подкопить. Ничего… подкопится по дороге. Дворами и переулками бегу до нашего вампского дома. В столовой горит свет, вижу по аурам, там двое. Сидят за столом, чай, что ли пьют? Странно как-то. Слишком мирная картина, и потому подозрительная. Стараниями Луны получил еще один уровень, вкладываю очко в сопротивление тьме, может это субъективно, но мне казалось, что тьмой корежило сильнее чем светом, и… поосторожней, Витя. Не попадись.

Заглядываю в окошко. Действительно двое, действительно чай пьют. Юп и Мерка, дредоносцы наши. Но я бдительность не теряю, в дом просачиваюсь через заднее крыльцо. Я, блин, готов подозревать всех подряд. Сканирую наличие аур и артефактов. Больше никого и ничего. Только после тщательной проверки всего дома, захожу в столовую.

— Черт, Вик, это ты! — Юп и Мерка чуть не подпрыгивают, — Напугал.

— Извините, ребята. Времена пошли неспокойные. Я с черного хода зашел.

— А, понятно, чай будешь?

— Спасибо, не до чая. А где Луна?

— Луна? — вижу удивление на их рожах.

— Луна, мля, где она?

— Вик, ты пойми правильно… начинает Юп.

— Мля, не надо меня лечить! Не надо пытаться объяснять так, чтоб я понял «правильно», просто говорите, как есть.

— Нам нечего скрывать, — встревает Мерка, — Мы Луну не видели больше суток.

— Как это больше суток?

— Ну так. Мы даже в ночную смену не пошли. В городе черте что творится. Юпа в булочной чуть не избили, увидели, что он вамп, и накинулись… пока патруль пришел, пока разобрался, пока нас отпустили… нафиг, мы теперь дома сидим.

Понимаю, в свете последних событий иметь всплывающую системку — высший вамп, все одно, что ходить с черной меткой на лбу. Но мне непонятно другое. Луна пошла домой, но домой Луна не попала.

— А Сат где?

— Сат? в больнице, наверное, мы его тоже сутки не видели.

— А что ему в больнице торчать?

— Может опять в прозекторской застрял. Экспериментирует…

— Понятно, я пойду.

— Вик, постой. Что вообще творится? Тебя в чем только не обвиняют.

— Некогда сейчас… сидите дома, ребята. Скоро все решится.

Глава 27

Выхожу из дому. Попробую сгонять до приемного покоя. Других мест, где еще искать Луну, не представляю. И тут меня осеняет: Сат «опять в прозекторской застрял. Экспериментирует» — у меня будто паззл сошелся в цельную картинку. Вспоминаю демона, что был обращен в вампа, которому Сат после смерти черепушку вскрыл. Бегом, Витя, чеши со всех ног, и успевай на бегу молиться, чтобы не опоздал.

Залетаю в больницу через черный ход, бегу по коридору. Морг заперт и заперт изнутри. Просачиваюсь внутрь. Никого не вижу. Где тут у них прозекторская? Это же то место, где трупы вскрывают. Должно быть рядом. Ага, вон дверь в смежное помещение. Через щель пробивается лучик света. Толкаю дверь. Захожу.

Луна лежит на металлическом столе под ослепительно ярким освещением. Без сознания, но жива. Пока еще жива. Сат стоит в нескольких шагах и перебирает какие-то инструменты, толи бормочет под нос толи напевает. Поднимает взгляд и видит меня.

— А, это ты, Вик, — говорит совершенно спокойно, — Ты не вовремя.

— По-моему, в самый раз, — говорю, — Что, ей тоже череп отпилишь?

— А ты догадлив, — Сат усмехается, — Не ожидал. С виду обычный бандит с большой дороги, а черепушка варит. Как догадался?

— Взялся помочь одному знакомому отыскать поставщика шорка.

— Многие пытались, — Сат усмехается.

— Да, — соглашаюсь, — Многие. Только искали не там. Они думали, для его производства нужен алхимик мега-уровня. А оказалось, достаточно одного ретивого докторишки, любителя копаться в телах мертвых вампов.

— Вампы — уникальная почти эндемичная раса, если не считать кочующей группы Аристарха, мы существуем только здесь на Земле.

— Ага. Вот и я так подумал. Шорком торгуют только здесь. И это мне сразу странным показалось. Наш мир считают захолустьем.

— Наш мир и есть захолустье, — подтверждает Сат, — Если бы шорк научились делать в ином мире, никто не стал бы продавать его здесь.

— Да. А еще я искал лабу.

— Чего ты искал?

— Лабораторию, где ингредиент смешивают с «джемом», и не нашел.

— Лаборатория есть здесь в больнице, неплохая, кстати. Раньше, до всего этого апокалипсиса мы проводили довольно серьезные исследования. Я заведовал кафедрой гематологии. Но особые свойства спинномозговой жидкости изучал уже тогда.

— Ах вот оно что, — что-то меня начинает подбешивать самодовольная рожа Сата, — Спинномозговая… а я думал, тебе нужна вампская кровь.

— Если бы нужна была кровь, не понадобилось бы убивать столько вампов, — Сат включает «профессора», — Организм вампа легко восполняет объем крови в организме. Хватило бы одного единственного донора.

— Я другого не могу понять. Зачем так все усложнять? Оборачивать кого-то в вампа, потом отправлять в патруль, чтобы подставить под скрипуна.

— Это как раз важно. Именно скрипуны запускают мощнейшую метаморфозу во всем организме. Без нанесенной скрипуном раны не будет того эффекта, — Сат растягивает губы в ухмылке, — Самый оптимальный вариант, чтобы пораженного мутагеном пациента доставили еще живым.

— Ого. Целая производственная цепочка. А я до последнего считал, что Гвозди занимаются только геноцидом вампской расы.

— Поначалу именно так и было, — Сат кивает, — Но однажды я смешал полученный образец с легким наркотиком, результат ошеломил…м-да… так родился шорк… Боргу сразу за него ухватился, с помощью шорка он приберет к рукам весь город.

— А тебе? Что тебе обещал Боргу?

— Место главврача, — Сат пожимает плечами.

— Так значит, это Гвозди убили главврача больницы, чтоб освободить для тебя его место?

— Все верно. Завтра будет объявлено о моем назначении.

— Ну и гнида же ты, Сат, — пора заканчивать этот разговор, — Даже Луну не пожалел ради теплого места. А я думал, ты ее любил.

— Любил, — Сат начинает говорить жестко, — А она меня нет. Ты что думаешь, я позволил бы ей убежать с тобой? Нет уж… что смотришь? Это ты все испортил. Ты сорвал поставку, когда спас этих молокососов, ты украл мою женщину… хочешь, чтоб она осталась жива? Давай, ложись вместо нее. Поверь, больно не будет, пожертвуй собой ради любимой. Гвозди получать новую партию шорка, а Луну я и пальцем не трону. Как тебе?

— Не. Не пойдет. Не хочу ложиться под нож, как жертвенная овечка.

— Хочешь посопротивляться, — Сат извлекает из инвентаря скальпель и ножовку, сразу видно, вещички системные со статами, денег немалых стоят… он реально думает, что может меня победить этими сугубо медицинскими инструментами?

— Дяденька, не убивай, — добавляю в голос дрожи, ну не смог удержаться и не потроллить доктора.

— А я тебя не убью, — у Сата в одной руке скальпель, в другой — ножовка, он наверно думает, что выглядит как страшный и жестокий, внушающий ужас, маньяк-убийца, — Я тебя только обездвижу. Ты забыл? Ты мне нужен живым, калека.

— А-а, точно. Я ж калека. Я ж тебе свой профиль показывал с одними двойками. И теперь ты думаешь, что мол я — легкая добыча. А учитывая, что ты вдвое выше меня по уровням…

Сат делает выпад, пытаясь полоснуть скальпелем. Какой смешной дядя. Легко блокирую удар и пробиваю ему ногой в грудину. Отлетает на несколько шагов и впечатывается башкой в шкафчик с инструментами. Подхожу, достаю резак, что ему отрезать для начала? Легкой смерти гаденыш не дождется.

— Если убьешь меня, — сипит Сат, — Луна так и останется в коме. Без меня ее не вывести.

Блефует гнида… или нет? Подхожу к Луне. Дыхание есть, пульс есть… да, Витя, доктором ты так и не стал, но подпускать Сата к Луне боязно. Он ведь реальный маньяк. А Сат воспользовался моментом, выбрался из-под шкафчика, поднялся на ноги, опять наставил на меня свои «игрушки». Может руку ему отрубить? И тут начали барабанить в запертую изнутри дверь морга.

— Ну вот и все, — Сат скалится недобро, — Вот и Гвоздики подоспели… сейчас выбьют дверь и тебя повяжут.

Он снова пытается меня достать своим скальпелем и получает еще один удар ногой в грудину. Ничему его жизнь не учит. Подхожу, переворачиваю на живот, завожу руки за спину, связываю подвернувшимся резиновым шлангом. Пусть отдыхает пока. Черт, но как же мне Луну привести в чувство? Трясу ее за плечо, как трясут спящих, без толку. Это не тривиальный сон, это искусственная кома.

Впрочем, даже будь она в сознании, сквозь стены ходить не умеет. А дверь уже держится на одной петле, сейчас высадят. Ладно, чо. Возьму Сата в заложники, приставлю ему "ствол" к виску. Может и не рискнут Гвозди меня трогать, ведь без него секрет шорка будет утерян… я надеюсь. Беру его за ворот, вытаскиваю из прозекторской в помещение морга, встречать гостей готов. Очередной могутный удар и дверь окончательно слетает с петель.

— Котяра?! — вот кого я никак не ожидал здесь увидеть.

За Котярой следом забегает мордоворот-привратник, Мишка, Люта и еще какие-то неизвестные мне граждане. Последними заходят Юп и Мерка. Смотрят ошалело на связанного Сата.

— Вот такие дела, ребята, — сообщаю, — Секретный ингредиент для производства шорка Сат извлекал из спинномозговой жидкости вампов, причем желательно, чтоб эти вампы были еще живыми. Там в прозекторской Луна в коме. Сможете помочь?

Юп с Меркой уходят в прозекторскую, а я только теперь замечаю дикое несоответствие в Котяриной системке — «вамп, ур 1»

— Котяра, ты что с собой сделал?

— А что мне оставалось? — отвечает Котяра с вызовом, — Вот, попросил Юпа. Раз Мишка вамп, то и я теперь тоже…

Что тут сказать, уважуха Котяре, решился на поступок ради Мишки. Мог бы, правда, по дружбе меня попросить, ну да ладно… я не в обиде.

— А как вы здесь оказались?

— По твоим следам, — Котяра пожимает плечами, — Свищ, недоумок, сознался, что хотел тебя Гвоздям сдать. Я поднял кого смог из нашей торговой гильдии… Мишка сразу догадался, что ты Луну ищешь.

— Э-э. А как догадался?

— Так Луна в нашей группе, забыл? — поясняет Мишка, — А когда ее метка пропала, да плюс ты сам в чате вопрос задал, мы с Люткой все поняли.

Действительно. Луна в группе, подростки не слепые, Витя — дурак. Все норм. Жизнь катится в обычной колее. Все вокруг соображают лучше меня.

— Сначала в вампский дом забежали. С тобой буквально на минуту разминулись. Потом сюда. Юп и Мерка с нами пошли.

— Надоело нам дома штаны просиживать, — Юп выходит из прозекторской, — С Луной все в порядке. Она не в коме была, просто обездвижена, там артефакт был использован.

Следом выходят Мерка и Луна. Я с облегчением выдыхаю.

— А с этим что делать собираешься? — Котяра указывает на Сата.

— Перевоспитывать, блин, что-что? Сам не догадываешься? Он жив до сих пор только потому, что врал про кому.

— Ну тогда с вашего позволения, — Котяра решительно подходит к Сату и всаживает ему в шею новообретенный вампский клык, несколько секунд и от Сата ничего не остается, разлетелся на пиксели.

— А ты, Кот, прямо на ходу подметки рвешь, — говорю одобрительно, — Что, получил «кровопийцу»?

— Бери выше, — Котяра радостно скалится, — Не абы кого, высшего вампа высушил, представителя нашей же расы. Достижение и особая способность «кровопийца каннибал».

Вот же ж, торгаш хитрозадый, во всем умудрится извлечь дополнительную выгоду. Отхватил какое-то «кан-ибальское» достижение.

— А кроме того, — продолжает Котяра, — Мне будет приятно осознавать, что жирную точку в производстве шорка поставил именно я… и вот что, Вик, из города вам вместе с Луной придется бежать, — Котяра виновато разводит руками, — Она у Гвоздей тоже в черном списке.

— Свищ настучал, — не спрашиваю, а утверждаю, — Не парься, мы и так решили вместе уходить.

— Тогда поторопитесь. Мои ребята оцепили больничный вход, но долго они не продержатся.

— Я чет тебя не узнаю, Котяра. Решил пойти войной против Гвоздя?

— Ну нет. Война — не наш метод, мы торговцы. Но митинг решили организовать… по-взрослому, со сжиганием покрышек и демократическими лозунгами… у Гвоздей сейчас положение шаткое, на обострение не пойдут… я надеюсь.

Мы с Луной прощаемся с ребятами и бежим через больничные подвалы. Оказывается, они тоже выводят в подземку. Не знаю, где Котяра раздобыл планы Сталинских подземелий, на за карты ему спасибо.

— Вик, постой, — Луна заставляет меня остановится, заглядывает мне в глаза, — Ты меня спас…

— Так ты меня первая спасла.

— Ну да, — Луна прижимается ко мне всем телом, я чувствую, как она дрожит, — До меня только сейчас докатывает, с каким чудовищем я жила под одной крышей. Я ведь не в коме была. Сат меня обездвижил, но все-все слышала… и все чувствовала… как, Вик? Как я могла столько лет доверять этому… уроду?

— Он ловко играл на твоем чувстве вины, — обнимаю Луну, глажу по спине, стараюсь успокоить, — Манипулятор, очень хитрый, очень расчетливый… как ты вообще оказалась в больнице, я думал, ты домой пошла.

— Так я и шла домой, встретила его по дороге… попросил меня помочь… ассистировать, сказал это быстро.

— Надо же. Нелепая случайность. Хорошо хоть, не стала роковой случайностью.

— Да. Как хорошо, что Аристарх прислал именно тебя.

— Надеюсь, не зря. Нам надо бежать… ты готова идти дальше? К утру желательно бы убраться из города.

Однако побег удается плохо. Такое ощущение, что Гвозди загнали в подземку весь боевой личный состав. Раз за разом мы напарываемся на засады и заслоны. Убегаем, петляем, сбиваем преследователей со следа. И когда кажется, что все, скинули хвост, опять натыкаемся на Гвоздей.

Мы носимся по подземелью несколько часов, а не смогли выбраться не то что из города, даже из центра. Пока нас спасают только карты разветвленных тоннелей, что дал Луне Аристарх, и Сталинские ходы, переданные Котярой. Несколько раз нам удалось оторваться благодаря моей способности ходить сквозь стены, я выманивал Гвоздей за собой, заводил в тупик, а потом уходил прямо сквозь толщу земной породы. Если бы не амулет-накопитель эпены, меня бы наверно уже расплющило.

— Вик, — Луна смотрит на меня с безысходной печалью, на ее щеках грязные разводы от тоннельной пыли, — Это все из-за меня. Ты бы давно уже сбежал сквозь стены, тебя им не удержать. А я… я твоя обуза… не нужно погибать нам обоим… уходи.

— Еще чего? — пытаюсь оттереть ее испачканные щечки, но у меня руки ничуть не чище, — Ты тут не при чем.

— Опять врешь.

— Нисколько. Ты заметила, как быстро они нам перекрывают все ходы? Это Свищ, паскудыш. Я думаю, он накинул на меня поводок, видит меня на карте. Я с такой штукой уже сталкивался.

— Значит мы умрем.

— Мы не умрем, пошли, — тащу Луну за собой, — Есть еще одно место.

А вот теперь я вру… наполовину вру… если я на поводке, то мне уже не выбраться, а вот Луну я собираюсь вытащить… если моя сумасшедшая догадка окажется верна. Довожу ее до сейф-двери, ведущую в алтарный зал корневого портала. Спасибо полковнику, он показал мне этот ход. А заодно показал, как открывается эта дверь изнутри. Просачиваюсь, отпираю, запускаю Луну. А затем снова запираю дверь.

— Эта дверь задержит их ненадолго, — говорит Луна.

— Я знаю, пойдем к обелиску, — веду ее по огромному залу, по идеально гладкому полу.

Луна проникается. Корневой портал мира впечатляет. Здесь даже звуки не такие как в тоннелях, здесь можно ставить орган, акустика — закачаешься. Обелиск светится внутренним светом, прямо завораживает.

— Луна, приложи ладони к обелиску.

— Зачем?

— Хочу проверить одну догадку. Корневой портал не до конца откалиброван. Требует «первенца расы».

— Первенца расы?

— Ага. Полковник предполагал, что это я. Но полковник ошибался. Я думаю, что это ты.

— Я? Почему я?

— Ты первый человек, обращенный в вампа. Ты сама рассказывала, первой Аристарх обратил именно тебя. Ты — первенец. Прикладывай ладони.

Луна осторожно тянет ладошки к светящемуся каменному столбу, я запускаю подключение к внешнему системному устройству: «первенец расы — принято, для завершения калибровки первенец будет перенесен в верхний мир человеческий расы, начать перемещение? Да/Нет»

— Вик, что происходит? — Луна встревожена.

— Все в порядке, Луна, ты отправишься в верхний мир.

— А ты?

— Мне пока придется остаться здесь.

— Нет, Вик, я без тебя никуда не пойду.

Вот что за народ эти женщины? Несколько минут назад она предлагала ее бросить, потому что она, видите ли, обуза. Теперь она без меня никуда не пойдет. А ведь я уже слышу визгливые звуки взрезаемого железа, Гвозди уже ломают дверь.

— Ты забыла? Я убегу сквозь стены, меня никому не удержать.

— Я тебя больше никогда не увижу?

— Мы увидимся, обещаю. С минус третьего мира вернулся и в плюс первый как-нибудь пролезу.

Что Луне придется как-то уживаться с еще тремя моими любыми женщинами, лучше благоразумно умолчать. Как там звучит поговорка? Богатый хвастает тяжелой мошной, а дурак — красивой женой. Нафиг-нафиг. У меня их там три наверху и все красотки.

Луна отступает на шаг размыкая контакт. Ну блин, вот как ее уговаривать? Резак Гвоздей уже пропилился насквозь, я вижу летящие снопы искр. Дверь доживает последние секунды.

— Обними меня, — по ее испачканным щекам катятся слезы.

Я ее обнимаю, а она дарит мне поцелуй. Мы уже взрослые, нам не по восемнадцать лет, оба понимаем, что этот поцелуй — последний, что никуда я на самом деле уже не убегу. Дверь вылетает с грохотом, в алтарный зал бегут досужие люди.

— Иди, — разворачиваю ее к обелиску, и она меня слушается, вот и умница.

«…начать перемещение?» … «ДА» … «первенец расы перемещен, калибровка завершена, человечество внесено в реестр торгующих рас…»

Я остался один… если не считать спешащих ко мне бойцов Гвоздя. А почему так мало? Пятеро… из них один маг. И так прямо спешат, чуть не падают, будто последняя электричка от перрона отходит. А-а, понимаю… жадность. За мою голову назначена немалая награда, и один из загонных отрядов решил с товарищами сочным куском не делиться и инфу слегка придержать, отделить мою голову от моего туловища усилиями своей спетой компашки. Ну так-то понятно, их пятеро, а я один. Ладно ребята, я только рад, я даже приложу все усилия, чтоб кусок этот встал вам поперек горла.

Глава 28

Маг пытается меня обездвижить средненьким довольно заклинанием из магии природы. Ну уж нет. Сопротивляемость не зря прокачивал. Перехожу в призрака, липкая злая магия не отстает, давит и на сознание тоже, но я немного научился бороться с этим давлением. Я как сквозняк, я в любую щель могу просочиться. Не ожидали, парни? А я еще не весь свой репертуар исполнил на этой сцене, я еще только начал…

Бойцы норовят насовать в меня острое железо… обломайтесь, железо не может причинить вреда бестелесному существу. А вот я могу по желанию менять свое агрегатное состояние. Минус один джентльмен удачи, а в следующую секунду минус еще один: мой клинок режет все. Оставшиеся трое — опытные бойцы, соображают быстро, достают из заначек резервы последнего шанса, бережно припасенные артефакты, но я слишком резок, я предугадываю их движения, я ухожу с линии атаки, как муха от зажатой в руке газетки. Последним прирезаю мага, полностью восстанавливая за его счет потраченную за бой эпену. Как ни странно, маг оказался для меня наименее опасным противником.

Может мне дадут уйти? — сумасшедшая мысль пробивает нервную систему как электрический разряд… нет, не дадут. В зал спешит новый отряд, больше прежнего. Двенадцать ловцов моей души, включая трех магов. Но я сдаваться не собираюсь. На пощаду мне надеяться нечего. Щедрой рукой начинаю выкладывать все свои козыри, не только те, что припрятаны в рукаве, но даже те, что зашиты под подкладку.

Я использую знания хирургии, нанося коварные убийственные удары в уязвимые зоны гуманоидных тел. Я беззастенчиво использую преимущества моего пустотного клинка, способного пробивать то, что пробить невозможно. Мой полный сет задирает характеристики скорости до такой степени, что для стороннего наблюдателя я превращаюсь в стремительную смазанную кляксу. Девятерых из двенадцати я убил, и только трое магов пока живы, потому что не приближались ко мне ближе, чем на тридцать шагов.

Они меняют тактику с наступательной на сдерживающую. Стягивают путами останавливающих заклятий. Моя эпена вытекает как песок сквозь пальцы, естественный запас я исчерпал, но у меня есть свой артефакт с заемной силой. Я вас, уродов, достану. Не достал… не успел. Зал наполняется новыми преследователями. Их много. Больше сотни рыл. Наверное, и впрямь весь послужной состав собрался. А впереди всех массивная огромная фигура… Боргу лично нарисовался, дабы покарать оборзевшего вампа. Ну что ж, я рад, что наркобизнес ему зарубил. Подохну не зазря.

— Тебе конец, слышишь? — ревет Боргу на весь огромный алтарный зал, — Будешь умирать в мучениях!

Мне следовало бы придумать какой-то достойный ответ в геройском духе, но ничего подходящего в голову не приходит. Все производственные мощности моего разума заняты одной единственной мыслью, что я скоро умру и скорее всего в мучениях. «Вам пришло личное сообщение от лорда Аристарха. Принять?» Совершенно на автомате жму «да».

Читаю: «долго же ты возился, парень». Это он, о чем вообще? Впрочем, неважно. Другие маги Гвоздей уже сблизились на расстояние действия заклятий. Меня начали плющить так, что ясно соображать я уже не в силах. «Аристарх запрашивает приглашение на перемещение через корневой портал. Желаете пригласить Аристарха в ваш мир?» Хватает сил еще раз нажать «да». Фигли мне остается?

Вспухает синеватая пленка портала, через которую в алтарный зал начинают продавливаться вампы… пардон ВЫСШЫЕ ВАМПЫ. А последним, как башенка на торте… как вишенка на танке самый высший и самый крутой архивамп лорд Аристарх 104 уровня собственной персоной. А ведь он после трансформации из вампира в вампа как и все слетал до первого уровня. Очень бы мне хотелось взглянуть на его реальные статы. Аристарх по-хозяйски оглядывается, видит мою тушку, скрюченную под действием злобной магии Гвоздей и хмурится.

— Кто посмел? — спрашивает негромко, но отчетливо, и эхо его голоса гулко отражается от высоких купольных стен. Толпа спешащих по мою душу боевых Гвоздей рефлекторно подтормаживает и даже сбивается с шага… и кое-кто даже слегка сдает назад.

Аристарх еще раз хмурится и делает кистью едва заметный пасс, от которого добрая треть Гвоздей разлетается как пластиковые кегли от удара тяжелого шара.

— Разберитесь с этими, — бросает архивамп своей команде и начинается бойня.

Не, я пытался… когда ослабло магическое давление и мне удалось подняться на ноги, даже порывался кричать, мол «большого не трожьте… бегемотик мой… я сказал, горбаты-ый…» Куда там. Полсотни прокачанных высших вампов смели деморализованные остатки Гвоздей за какие-то секунды, а Боргу был зарублен одним из первых. Так-то понятно. Аристарх бы и один справился, подозреваю, ему было тупо лень еще пару раз рукой махнуть.

Вот надо же. Пять минут назад я ждал неминуемой лютой смерти, а теперь мы сидим с Аристархом на раскладных походных стульчиках и беседуем «за жизнь» на фоне обелиска корневого портала. Вампский лорд в характерной своей манере говорит со мной как со старым, добрым знакомым.

— Удачно вышло, — сообщает он таким тоном, будто случайно встретил меня на улице и слегка обрадовался, — Я как раз собрал рейд для похода в долину ужаса. И тут прилетает системное сообщение…

— А скажи, Аристарх, — пользуясь благодушным настроением патриарха, задаю вопрос, — Вот ты отправил меня сюда на Землю, задачу никакую не поставил, что делать не объяснил, а еще высказываешь претензию, что я долго возился…

— Не обижайся, — говорит мне Аристарх с королевской снисходительностью, — Те четверо, которых я здесь оставил, не справились за семнадцать лет. А ты уложился менее, чем за месяц. Мне не стоило так высказываться. Прости старика, я просто слишком долго ждал.

— А-а, пардон, с чем конкретно я справился менее чем за месяц?

— Что значит, с чем? — удивляется Аристарх, — Разве Сат не рассказывал? Они должны были сделать этот мир пригодным для нашего обитания.

Да, узнаю старика патриарха. Не найти способ адаптироваться к миру, а прогнуть этот мир под себя, чтобы он сам стал пригодным.

— Сат мне ни фига не рассказывал. Он тут увлекся производством наркотиков.

— Плохо, — Аристарх хмурится.

— Плохо, не то слово, наркоту он делал из спинномозговой жидкости убитых вампов.

— Что-о?!! Как он посмел? Где он?

— Умер, — пожимаю плечами, — А скажи, Аристарх, теперь этот мир стал пригоден для вашего обитания?

— О, да. Теперь он подходит почти идеально, — патриарх одаривает меня благосклонным взглядом, — Ты завершил калибровку, вписав вампов в матрицу мира. Лучшего исхода и не придумать.

— Вообще-то… случайно вышло.

— Скро-омник, — тянет патриарх и одобрительно хлопает меня по плечу.

СПУСТЯ МЕСЯЦ. Послесловие.

Ну что сказать, после той учиненной Аристархом бойни, прозванной в народе битвой у алтаря, уже целый месяц прошел. Кстати, патриарх ни в какую не соглашается, что мои действия были продиктованы чистой случайностью. Он говорит, что полковник так или иначе все равно бы на меня вышел и рассказал про недонастроенный корневой портал. А я бы потом все равно рано или поздно притащил к нему Луну. На мой довод, что Луну без крайней нужды я бы ни за какие коврижки в верхний мир не отправил, да она бы и сама не согласилась, он только посмеивается.

— Все твои женщины отправляются в верхний мир, такая у тебя судьба, — говорит он со значением и после не забывает меня подколоть, — Однажды тебе придется с ними всеми встретиться. Не боишься, что они будут тебя встречать со скалками и сковородками в руках? — одним словом, давит на больную мозоль.

А еще он говорит, что иметь судьбу первенца эволюции не так и плохо: я первый человек, ставший демоном; Куколка первый человек, ставший суккубой; Алена, став системной жрицей, эволюционировала в существо верхнего мира.

— Ты сам первенец и окружен первенцами, — втолковывает мне Аристарх, — Лия благодаря тебе превратилась из вампира в вампа, она тоже первенец. Никуда бы ты не делся от корневого портала. Система сама бы затолкала, — я с ним не спорю. Глупо спорить с патриархом, который знаком с Системой гораздо лучше меня.

Аристарх решил осесть здесь на Земле, говорит, что в нашем захолустном, но еще не изгаженном мире больше возможностей, тем более, в обжитых мирах вампов недолюбливают. Я ему пытался возражать, что вампов и здесь тоже недолюбливают, но он только отмахивается в своей безапелляционной манере, мол здесь на Земле, если кто-то не желает «долюбливать» вампов, то это его проблемы, а отнюдь не вампов.

Так что теперь Аристарх разворачивается в городе на широкую ногу. Порт Гвоздей после их разгрома он забрал, сообщив всем заинтересованным лицам, что Гильдия Вольных Охотников, в просторечье Гвоздь, за геноцид вампской расы объявляется террористической организацией вне закона, а их собственность переходит к пострадавшей расе в качестве компенсации. Спорить с патриархом никто не рискнул.

Далее, узнав, что демоны держат в городе целых три порта, Аристарх созвал старейшин всех рас, только эльфов все почему-то дружно проигнорировали, и заявил, что единоличное владение тремя портами создает торговый дисбаланс. Полковник патриарха поддержал, и демоны согласились продать два порта. Один порт отошел торговому союзу гоблинов и орков, другой — аналогичному объединению гномов и хоббитов.

Надо сказать, обсуждать условия сделки прибыл лично мой старый знакомый архидемон лорд оружейник лавовых кузниц и почетный генерал стального легиона, так что демоны в накладе не остались. Новые владельцы заплатили сполна, а власть в городе, опять же по предложению Аристарха, перешла совету старейшин: полковник представляет расу людей, Аристарх расу вампов, Ярый капитан — демонов, и так далее. Всего в совете пять голосов по числу портов. Очень демократичное и сбалансированное правление, если не считать той малости, что должность старейшины выборной не является.

Как только прекратились поставки шорка, Котярин бордель сразу «пошел в гору». Сам Котяра теперь, правду сказать, не только своим бизнесом занимается, по ночам лазит с Мишкой по тоннелям, истребляет скрипунов. Уже набил двадцать пять уровней, а заодно и системных денег за зачистки локаций поднял немало.

Мишку из моей боевой группы торгаш хитрожопый, ясное дело, перетащил в свою собственную, так что мне с их похождений ни опыта, ни денег не перепадает. При этом Котяра продолжает вероломно считать себя моим другом, даже стребовал моего согласия отыграть на свадьбе Люткиного посаженного отца. Я отказываться не стал, тем более, что до свадьбы еще далеко.

Мерку назначили новым главврачом больницы, а Юп стал ее замом. На их характере это никак не отразилось, остались такими же славными ребятами. Мерка, правда, расплела свои дреды, считает, что главврачу такое не к лицу. Юп так и продолжает ходить с кручеными макаронами на голове. Ему на общественное мнение всегда было плевать с высокой колокольни.

Я тоже без дела не остался. Меня назначили командиром ночного городского патруля, в народе его уже прозвали сокращенно Ногопа. Мля, обязательно горожанам придумывать всякие звучные названия. Не, я не парюсь. Ногопа так ногопа. Привык уже. Кстати, в ногопу беру только тех, кто соглашается сменить расу на вампскую. Потому как именно вампам резать скрипунов и сподручней, и безопасней.

А что? Вампская раса нынче считается престижной. У меня тут желающих попасть в ногопу и обратиться в вампа огроменная очередь. Еще бы, заработок приличный, плюс премиальные, плюс интенсивная прокачка по уровням. Так что от желающих отбою нет. А я тоже всех подряд не принимаю. У меня штат ограниченный, к выбору сотрудников подхожу вдумчиво и неторопливо.

Одно напрягает, в коридоре перед моим кабинетом постоянно торчит толпа желающих. Так что я назначил Люту своей помощницей. Она принимает заявления от соискателей и проводит с ними содержательные беседы, которые я слышу из своего начальственного кабинета:

— Не напирайте, ироды, понимаешь?.. Когда рассмотрит, тогда и рассмотрит, мне начальство не докладывает, понимаешь?.. — и все в таком духе.

Люта бесится, конечно. Это я настоял, чтоб она осталась в моей группе, хотя Котяра и к ней тянул свои волосатые лапки. Перебьются. Люта у меня тоже неплохой системный опыт получает. И не только за лично убиенных нами скрипунов. Я, как командир всего патруля, имею право отжимать часть опыта со всей своей команды. А у меня между прочим, сто двадцать патрульных по штатному расписанию. Так что опыта мне перепадает всяко побольше, чем Котяре с Мишкой. Ну и с Люткой делюсь маленько… от щедрот… хотя она все равно ночами в патрули со мной ходит, там на скрипунах и отрывается.

Разве только денег идет поменьше. Львиная доля бабла от системных вознаграждений за зачистку локаций уходит на содержание самой патрульной службы. Но это ерунда. С деньгами у меня теперь проблем нет совсем. Полковник не обманул, когда корневой портал откалибровался и счет с четырьмястами миллионов разморозился, тот честно выплатил мне десять процентов.

Так что, я теперь миллионер и очень богатенький жених не только по меркам нашего захолустного мира. Заморачиваться с деньгами не стал, передал Аристарху на развитие бизнеса, получив немалый такой пакет акций нашего вампского порта. Раз в неделю приходится посещать собрание акционеров и слушать отчеты менеджеров о проделанной работе.

В общем, жених я — завидный, только с невестами пустовато. Не, красивых девчонок вокруг хватает. Любых рас и на любой вкус, но, блин, я как подумаю, что за мной из верхнего мира наблюдают четыре мои любимые женщины, сразу отпадает желание с кем-то знакомиться.

Я этого не знаю, конечно, может и не наблюдают, может у меня просто из-за Аристарховых подколок развилась паранойя. На деле-то он сам ни черта не знает, в мирах с положительной духовностью он отродясь не бывал. Зато говорит, скоро будет собирать рейд в минусовой мир, хочу напросится с ним. А что? Уж до минусовых планов бытия всевидящие ока моих женщин, я надеюсь, не добивают. Уж там-то я оторвусь. Эх. Скорее бы.

От автора.

Друзья, полагаю меня будут спрашивать, планирую ли я продолжать эту серию. Отвечу заранее авансом. Сейчас ставлю галочку об окончании серии. Считаю ее законченной. Тем не менее продолжение возможно, но позже, не в ближайшие месяцы. Чтоб не начать повторяться, нужно «очистить жесткий диск», только так потом в чистом поле смогут завестись и зароится новые идеи. Кто знает, может эти идеи выстроят новый домик.

А пока переключаюсь на новую серию. Это будет лит-рпг с уклоном в «мечи и магию» с большим количеством компьютерных персонажей, клановыми замками и коварным искусственным интеллектом. Многие смотрели фильм «Матрица», там ИИ загнал все человечество в виртуальные капсулы, но ни слова о том, как именно ему это удалось. Вот, хочу написать, как это могло произойти. Так сказать — «Матрица-начало».

И приглашаю почитать еще одну мою полностью написанную трилогию. По незнанию и недостатку опыта писал ее с прицелом на подростков, но написал сложно, не «по-детски». И мир сложно продуманный, и само повествование имеет несколько сюжетных линий — от бойца до князя. Но язык легкий, ручаюсь. Главное вчитаться. Приведу коммент, оставленный одним из читателей, на мой взгляд он точно подметил «невнятность» начала и сильные стороны в целом:

«Начало радует.

Такой резкий поворот от — на первый взгляд- "лубочного" русского фентези чуть ли не к научной фантастике, и обратно к фентези, которое совсем не такое "типичное", каким может сперва показаться.

Главное, не судить по обложке и не бросить чтение на первой главе.»

Вот и я хочу повторить, не бросайте на первой главе… и на второй тоже. А потом сюжет закрутится, можете не сомневаться. Первая книга "Нифриловая башня" бесплатно здесь: https://author.today/work/113983

Всем удачи

Октябрь 2021

Content

Парсиев Дмитрий Яковлевич ВАМП

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28