Мелкие трудности

Пролог

Суна хлопнула дверью своей комнаты и быстро задвинула засов, ругаясь под нос. Разговор молодой девушки с отцом прошел ожидаемо плохо.

-Дерьмово! — поправила девица сама себя, пнув стул ногой. Мебель выдержала удар, как впрочем и нога в прочном сапоге, предназначенном для хождения по горам.

Суна вообще предпочитала практичную одежду и обувь, в которой можно было не бояться, что она порвётся к демоновой матери во время охоты за очередной дикой козой. Возможно родишь золотоволосая девушка в каком-то другом месте, всё было бы иначе. В Бериле, столице Ахитского королевства, юные девы грезят красивыми платьями и статными кавалерами. Всё таки стольный град имеет блестящее общество, говорят там даже в королевском дворце стали проводить не только пиры, но и балы по эльфийскому обычаю. Хватает досуга и развлечений для молодых девиц и в других крупных городах. Тот же Осатомон, столица южного герцогства, не смотря на относительную близость с границей степи, был большим культурным центром. Там проводились турниры и пиры, где молодые люди могли познакомиться друг с другом, а родители имели все шансы не только славно хлебнуть вина, но и обсудить брачные союзы. А ещё там хватало портных и даже было целых два театра, Старый и Новый. Да, Свет свидетель, даже в Сивро у девушки были бы шансы вырасти нечто подобающее званию благородной дамы. Всё таки крупный торговый город.

Но Суна родилась в Осколто. Малом владении на самой границе человеческих земель. Её отец, эр Хитт, владел небольшим замком, запирающим вход в долину с двумя деревнями, где жили его немногочисленные сервы. Сам замок тоже был не обременён большим количеством людей, в нём обитал десяток воинов, да три десятка слуг, включая старого Эфи, бродячего монаха церкви Света, что был наставником сначала девушке, а потом её младшему брату в грамоте и счёте. Агни к наукам кажется даже имел склонность. Суна же, или как её называла покойная мать Сунэли, к долгому сидению над пергаментом или берестой предрасположена не была. Зато была гибкой, сильной и весьма недурно управлялась с луком. Эр Хитт когда-то имел глупость обучить дочку нелёгкой науке выслеживания и добычи дичи, до которой сам был весьма охоч и юная девица нашла для себя смысл жизни. По крайней мере все дальнейшие попытки как-то повлиять на дочь потерпели провал. Розги она терпела стоически, тем более из-за живости характера перепадало ей и раньше не редко, а попытки удержать её в замке по началу приводили к тому, что она сбегала. Стены старой твердыни были достаточно побиты временем, чтобы лазать по ним стало не сложнее, чем по отвесным скалам, в чём Суна изрядно поднаторела. Так что с некоторых пор эр Хитт стал выходить из замка не на охоту за дичью, а на поиски дочери. Кончилось дело тем, что он поставил на её окно решётку и начал ремонт замка, для чего от отрога Ходячих Валунов стали возить камень.

Предсказуемо отношения с отцом у девушки испортились. А когда тот начал пытаться выдать её замуж всё пошло ещё хуже. Нет, явись за ней на четырнадцатилетие прекрасный принц в сияющих доспехах и на белом коне, то Суна с радостью бы упала в его объятия. В конце концов тот должен был бы увести её в место по лучше одинокого замка на краю известного мира, за котором на картах обычно писали "здесь живут чудовища" и порой даже дорисовывали ходячие камни. Но свататься приехали ближайшие соседи из Ливэ. Только вот девушка была решительно настроена против того чтобы переехать в другой такой же замок, где ей придётся жить не с отцом, а с новоиспечённым мужем, который был на два года старше её, но едва обогнал в росте. В общем сватовство закончилось разбитым носом Рина ма Ливэ и бланшем под глазом у Суны. Жених пропустил первый удар от неожиданности, но подраться был определённо не дурак, а потому сунул девушке кулак в лицо раньше, чем сам сообразил, что делает. Дальше "бойцов" растащили, а наследник Ливэ обзавёлся пятном на репутации. Язык Суны был не менее остр, чем её стрелы и сказать пару ласковых она успела, все присутствующие услышали. Не говоря уже о разбитом носе опозорившегося парня, над которым поработал кулачок маленькой девочки. На том сваты как-то кончились. В округе не было подходящих мужчин, более далёкие эры не слишком интересовались возможностью получить невестку из медвежьего угла. Суна продолжала пытаться выбираться на охоты, потому что по сути не имела других развлечений.

Достигнув восемнадцати лет девушка пришла к выводу, что стать чьей-то женой ей вообще вряд ли удастся. Кто-то ниже по положению убоится гнева её отца, который был вообще-то довольно крут нравом, достойных кандидатов среди равных нет и не предвидится, а тем кто выше она сама по определению была не интересна. Потому жизнь оставляла ей по большому счёту два более или менее реалистичных пути. Остаться жить в замке родителей, официально став старой девой, а фактически возможно составив пару с одним из воинов папаши. Или отправиться в монастырь Света. Второй по большому счёту был единственным приемлемым выходом, чтобы выбраться в большой мир. В монастыре конечно пришлось бы заниматься всякой нудятиной, уж старый Эфи рассказать об этом успел весьма красочно. Но были же там в конце концов и не только переписчицы книг, но и сестры-госпиталки? Да, Суна не смогла обучиться даже зачаткам врачевания Светом, но уж повязки-то менять она умела! А это был выход, это был шанс. Можно было даже отправиться с какой-то армией в военный поход! Воображение молодой девушки даже рисовало там встречу с кем-нибудь, кто мог бы завоевать её сердце. В конце концов ряды сестёр можно было и покинуть после войны, это хоть и было грехом, но не большим. О одной такой сестре-госпиталке, даже пел заезжий бард, который посетил их медвежий угол. Но Суна усиленно гнала от себя подобные мысли. Принц на белом коне, которого она встретит на войне и поможет залечить раны молодого, сильного тела... Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Отец видимо считал так же. По крайней мере при попытки обсудить возможный уход в монастырь Света они опять разругались в пух и прах.

Вдруг мысли девушки прервал боевой рог со стены замка, предупреждающих о непрошеных гостях. Сердце пропустила удар, а Суна тут же метнулась к окну, гадая кто пожаловал. Орки ли, ходячие камни, которые заскучали в своих долинах или соседи, решившие что их собственная долина могла бы и сменить хозяина? Последнее конечно случалось редко, но увы, порой всё же эры решали земельные споры силой оружия. Но вместо этого взору девушки предстала странная процессия. Во главе небольшого отряда из-за поворота горной дороги выехал статный рыцарь высокого роста на огромном гнедом коне. Но рядом с ним шагал тот, по сравнению с кем могучий воин казался маленьким ребёнком, что едва достаёт до пояса взрослому. Камни дороги к замку Осколто топтал сапогами великан в броне и с гигантским боевым молотом на плече. Шлемы и рыцаря и великана были закреплены на поясах, а не скрывали голову, что было знаком добрых намерений. Вслед за ними ехал воин в кольчуге и подросток в простой рубахе, оба держали знамёна. Вепрь и Рысь. Подросток при этом кажется почти светился от гордости. Далее следовали ещё несколько воинов в однотипной броне, что повторяла облачение того, кто нёс стяг вепря. Замыкали процессию жрец Света в светло-сером облачении с жёлтым изображение солнца на груди сутаны и маг с седой бородой в синей мантии. За ними следом ехала, по видимому, телега с припасами, на козлах которой сидела молодая медноволосая девушка в светло-сером платье. Возможно послушница жреца... Суна почувствовала лёгкий привкус зависти на губах. Пока она сидит здесь, кто-то катается с рыцарями, магами, жрецами и даже великанами по миру! Почему всё так не справедливо?!

Девушка отвернулась от окна и решительно зашагала к двери. Сейчас отец наверняка натягивает кольчугу, чтобы выйти на стену и поприветствовать странных гостей при параде. Так что есть все шансы успеть примчаться туда раньше. Гнать её, устраивая скандал, никто не будет. Уж точно не при гостях или недоброжелателях! А значит появится шанс рассмотреть прибывших получше, а главное прийти вместе с отцом в главный чертог, узнав кто они и зачем прибыли в их захолустье. Но надеждам девушки не суждено было сбыться так скоро. Кроме засова с её стороны, был ровно такой же с противоположной и сейчас он был задвинут. Ещё одна мера эра Хитта для предотвращения побегов дочки. Похоже отец посмотрев из окна понял мысли Суны даже раньше, чем те пришли к ней в голову и отправил кого-то её запереть. А возможно отдал приказ сразу после их ссоры, чтобы она снова не сбежала на охоту ночью и её не пришлось искать на козьих тропах или в Пещере отшельника, получившей название из-за странствующего монаха, поселившегося там лет сто назад и через три года отдавшему Свету душу. Суна с силой пнула дверь и описала ситуацию со всей страстью горской девушки:

-Троллье дерьмо!

А потом достала из под кровати аккуратно закреплённый там кинжал и полезла подковыривать доски потолка. Этот путь наружу она довольно давно держала в тайне и было бы неплохо, если бы всё так и оставалось. Но что поделать? Отчаянные ситуации требуют никак не менее отчаянных действий!

Глава 1

-... и смотрю я на него, он на меня, в его глазах появляется искра понимания, он тут же разворачивается и бежит догонять вестового, пока тот не запрыгнул на лошадь! — эр Эдво травил рассказы в стиле поручика Ржевского на пару с эром Хиттом, в чей замок мы прибыли перед последним рывком к Рирту. До шуток про то, что на рояль лучше не гадить, потому что «не поймут-с» пока не дошло, но я чувствовал, что оставалось не долго.

Миры рознятся, но надо заметить, что пьянки везде примерно одинаковы. С каждым стаканом женщины на них всё красивее, а добыча всё больше. Только что в средневековье среди рыцарей речь реже идёт о рыбе, зато чаще говорят о благородных оленях или военных трофеях. Ма Гратан и м'Осколто вместе не воевали, встречаясь с орками порознь, так что и баек про свои схватки со степняками тоже рассказывали изрядно, хвастаясь друг другу. Хотя тут старались всё таки не перебарщивать. Было бы очень обидно быть однажды пойманным на лжи и быть вызванным на поединок. Уж очень большой вес здесь имеет слово благородного человека и уж очень серьезно за него тут спрашивают. И не меньшее значение имеет репутация. В своё время это было очень хорошо показано одним нюансом в Игре престолов. Раз самый честный человек Вестероса сказал, что у него бастард, значит у него бастард и ни одна собака не прикинула, где он его прижить-то мог. Так прямой как палка лорд Эддард Старк оптом налюбил всех в Семи королевствах, включая самых хитрых интриганов и политиков.

К своему удивлению я вообще довольно часто обращался в этом перерождении к опыту из книг, фильмов и игры из прошлого мира. В прошлой жизни мне как-то не пришлось пообщаться ни с облечёнными властью людьми, ни с матёрыми вояками, ни с настоящими волшебниками. Первых я в живую только издали видел, когда вместе с одним серьёзным театром огня в Стрельне выступал в масовке. Вторые как-то прошли мимо круга общения скромного фаерщика. А что до третьих, то по моему на матушке Земле остались только шарлатаны. Так что приходилось шевелить мозгами, слушать советы умных людей здесь и вспоминать, что показали на экранах или напечатали на страницах книг там. Книги, кто бы знал, как я скучал по ним в магическом средневековье. Литература, кино, интернет, музыка... В двадцать первом веке осталось вообще очень много замечательных вещей, которые доступны там даже простым обывателям, но тут порой не светят и элите общества. К примеру максимум музыки, которая доступна здесь — это акустика от какого-нибудь менестреля на пиру. Поставить что-то под настроение во время тренировки... Ну может быть наследнику престола такое счастье может перепасть и кто-то будет декламировать героические балады, а вот петь и играть, когда в замковом дворе под бронёй потеет обычный рыцарь большинство менестрелей не будут. Потому что на их пение на регулярной основе у обычного рыцаря тупо денег не хватит. А кто-то вроде Глама Серебряного языка, который радовал нас сегодня, может просто отказаться. Всё таки один из самых известных музыкантов Ахитского королевства. Сейчас он правда не пел, уже успев исполнить свою короткую программу и по-моему напрашивался на неприятности.

Когда местные разобрались кто к ним пожаловал, нас пустили внутрь и мы обменялись любезностями в главном чертоге небольшого горного замка. Размеры твердыня из серого камня имела скромные, но была определённо крепким орешком. Эр Эдво с эром Хиттом вспомнили, как славно пьянствовали на праздники жизни в Осатомоне десять лет назад, а потом начался пир в честь дорогих гостей. По седеющему мужику было видно, что он в своём захолустье истосковался по новостям и развлечениям. Ну а у нас было с собой и то и другое. Собственно когда менестрель начал песнь о Храбром Килане и прекрасной Алаиде к нам и присоединилась дочь местного владетеля. Папаша был этим не слишком доволен, но выгонять не стал. А бард теперь присел девушке на уши. Суна м'Осколто в охотничьем костюме и со светлыми волосами, стриженными под каре конечно выглядела типичной борзой пацанкой с поправкой на средневековый антураж, но видимо в каждом девичьем сердце живёт тяга к молодым музыкантам. И чтобы она не привела юное создание на сеновал или что-то вроде того, я решил всё таки одёрнуть Глама. А то как бы чего не вышло.

-Не рассказывай сказки, парень! Дихосов было всего лишь трое, мэтр Авалий даже разогреться не успел, прибив огненным шаром только одного — произнёс я с усмешкой.

-Да и того эр великан успел познакомить со своим топором — поддержал меня седобородый маг — А когда наш юный спутник выбежал из избы с мечом на перевес, убивать стало уже некого, нечистые твари кончились.

После таких заявлений Глам слегка сдулся и не так пушил хвост перед юной девушкой, а обсуждение стало более конструктивным и правдоподобным, только эр Эдво высказал своё фи за то что его на ту "вечеринку" не позвали.. К тому же обсуждение быстро свернуло к местной нечисти, если ходячие камни можно так назвать.

-Как ходили, так и ходят — сообщил эр Хитт — Но к счастью по прежнему не стремятся уходить из Рирта на соседние земли.

-В хрониках говорили, что они бросали преследование людей у некой незримой черты, после чего возвращались в долину. Известно где она находится? — осведомился я.

-В десяти шагах у Сидячего быка — к моему удивлению ответила дама, а не её отец — Ну, это камень такой, уведите и не спутаете. Но если далеко не убежать, то продолжают там топтаться, а не уходят обратно.

-Суна! — рявкнул эр Хитт на дочь аж слегка побагровев.

-Оно случайно вышло, я горную козу гнала и немного увлеклась... — начала девушка съезжать с тонкого льда, на который сама себя загнала своими же словами. А я начал подозревать, что полезла она к Рирту не в приступе охотничьего азарта, а под действием хрестоматийного женского любопытства.

Спустя пару минут семейного разговора по душам и нескольких обещаний всыпать розг по молодой заднице мы наконец вернулись к каменным гигантам. Свежая информация в целом подтверждала данные из хроник. Булыжники были по росту примерно между мной и человеком, а так же преследовали всё живое, что им встречалось. Воевать местные с ними не пытались, разве что ещё в стародавние времена предприняли несколько попыток заманивания необычных противников в ловушки. Парочка организованных камнепадов этих тварей на тропе к Сидячему быку не убила. Откопались и пошли дальше, вроде бы даже часть мелких камней в себя вобрали. Последнее было пожалуй особенно неприятно. Камень и так штука довольно крепкая, ещё не хватало, чтобы противники "регенерировали" повреждения. Но были и приятные новости. К примеру ходячие валуны не кидались камнями, как заправские катапульты. А то помню я каменных големов из третьего Варкрафта, которые имели такую вот замечательную способность. Конечно рассуждать о вполне реальных антропоморфных ходячих камнях, беря за пример персонажей компьютерной игры, это тот ещё бред, но что ж поделать, если никакого другого опыта борьбы с подобными противниками ни у кого из присутствующих здесь нет. Собственно пока что наш план вообще сводился к тому, что мы будем как-то подманивать "булыжники" по одному, а я буду гасить их своим двуручным молотом, который мне специально для этого отковал родственник эра Эдво.

К моему великому счастью эта задача не стояла в формате "Сделай или умри!". Если булыжники окажутся неуязвимыми, то мне просто придётся служить Килану и жить с этого, а не со своей земли, которую мне пожаловал его отец. Собственно вероятно в этом и был план владетеля герцогства Осато, в котором мы все находились. За двести лет никто с Риртом ничего сделать не смог, а телохранитель-великан это стильно, модно, молодёжно. Но мне всё таки хотелось бы определённой независимости. В средневековье таковую дают только титул и земля, на которой ты крепко стоишь двумя ногами. То есть имеешь крестьян, которые платят налоги, замок, который лучше осаждать несколько лет, чем пытаться штурмовать и воинов, которые готовы драться за тебя хоть с самими демонами. Тогда даже король дважды подумает прежде чем требовать от тебя что-то, чего ты можешь не захотеть сделать. Собственно вся история средневековья — это борьба королей с их своевольными вассалами. Кстати не всегда успешная, Великая хартия вольностей одного островного государства подтверждает.

Мне независимости разумеется хотелось. Пусть я и не собирался слать Килана, которого спас от вассалов дяди его жены, троллю в дупу. А подумывал честно служить минимум месяц в году, не откупаясь "щитовыми деньгами". Но всё таки есть разница между служить по собственному выбору и за хорошие деньги. Или служить, потому что деваться больше некуда, ведь нет других источников существования. Причём разница тут существует не только в плане какого-то самоуважения, хотя и это присутствует. Она в первую очередь выражена в отношении к тебе со стороны сюзерена. Подобное в общем было и в моём прошлом мире. Одно дело, когда ты грамотный специалист, у которого хватает денег с предложениями по работе от конкурентов и ты можешь просто послать излишне борзое начальство на х@й при попытки на тебя поорать. Другое, если ты специалист низкой квалификации, на чьё место завтра же можно найти ещё кого-то с улицы, ты опутан кредитами и тебе можно написать всякого говнеца в трудовую и характеристику с последнего места работы. Тут уж придётся от начальства всё терпеть, и крик, и мат, и вытирание ног о гордость и хватание за жёпу, если уж не повезло быть ещё и девушкой. Потому что выхода нет, деться некуда и мудачьё в начальственных креслах это чувствует круче, чем акулы пресловутую каплю крови в воде. А я очень хотел выход иметь. Как собственно и возможность при случае возражать начальству хоть матерными конструкциями.

Причём выход хотелось бы по лучше варианта просто снова уйти на восток по дальше от цивилизации. Оно конечно можно и среди великанов прогрессорством заняться, благо в Ахитском королевстве я подсмотрел много толковых вещей начиная от трёхполья и заканчивая информацией о способах добычи железа и его ковки. Но это был бы очень длинный путь к комфортным условиям жизни. Пришлось бы сначала найти некое племя моих сородичей и постукать местного вождя с целью обретения достаточного авторитета или же нагнуть шамана. Потом понадобилось бы убедить всё племя поступать не так, как поступали их предки, а так как им говорю я. И опять не обошлось бы без славного постука несогласных на радость Горку и Морку. Потому что примитивы по другому не понимают. Затем скорее всего понадобилось бы либо долго и упорно обучать первобытных великанов премудростям земледелия и ремёсел, что тоже дело не простое, тем более что я только подсмотрел, а не занимался всем этим сам долгие годы. Возможно даже пришлось бы похитить несколько человек, чтобы заставить их быть педагогами. И следить чтоб не сбежали. Ну а ещё стукать соплеменников раз в пару недель, чтоб слушались мелких и слабых существ. Да, в примитивном обществе царит культ силы. Если ты слаб, то всем положить, что ты там говоришь. Слушают только того, кто может заставить себя быть услышанным. И вот в случае успеха всех этих начинаний лет через пятнадцать жить станет неплохо. Но это не точно.

В общем я считал, что постукать ходячие камни будет всё таки несколько проще и быстрее. А великаны... Ну встану крепко на земле, тогда может быть прогуляюсь восточнее договориться с каким-нибудь племенем и сманю несколько юношей стукать орков за "многа еды" и "блескучие рубила". А там уж даже можно будет немножко приучить их к цивилизации армейскими методами. В конце концов дисциплина и сержантские лещи из любой обезьяны могут сделать солдата и даже человека. В широком смысле слова конечно.

Глава 2

Следующим же утром мы двинулись в дальнейший путь, покинув гостеприимного хозяина. Эр Хитт выделил нам провожатого из своих воинов, который не редко промышлял охотой в том числе и в нужной нам стороне. Его роль правда порывалась исполнить и дочь местного рыцаря, но её инициатива была зарублена на корню и хорошо что в рамках приличий. Хотя кто знает, возможно сейчас упругая задница молодой девы плотно общается с отцовским ремнём или обещанными вчера розгами. Всё таки общество тут патриархальное, а женщины редко имеют право голоса равное мужскому, тем паче рыцарскому. В принципе к авторитетным дамам можно причислить жриц, в первую очередь коллег Силаниля, да магес. Остальные являются чрезвычайно редкими исключениями из правил. Так что кое-кто в замке Осколто в ближайшие дни наверно будет с трудом сидеть после воспитательной работы родителя. Сделав очередной шаг я мотнул головой, стараясь выгнать из неё лишние мысли. Я всё таки подросток, даром что борода уже успела прорости, а мысли о упругой заднице молодой блондинки настраивали меня на вполне понятный лад и в штанах становилось тесно. А думать надо было о другом и уж тем более верхней головой, а не нижней. Невольно вспоминался персонаж Адриано Челентано из "Укрощения строптивого", который шёл колоть дрова, когда чувствовал плотские желания. У меня конечно тут дерева маловато, но зато камня до ебе... Много в общем камня.

Наш путь пролегал по горной дороги до деревушки с тривиальным названием Верхняя Каменка. Не так далеко была Нижняя, но там удобные для выработки булыжники закончились и люди двинули сюда, чтобы добыть материалы для ремонта замка владетеля. С работой всё вроде завершилось, но народ от уже построенных жилищ уходить не стал, тем более вблизи были вполне пригодные для выпаса животины места. Кстати говоря чисто технически территория уже была спорной между Риртом и Осколто, но в силу того что тут недавно был только один владетель, то претензии предъявлять глупо. Да и даже если я решу все проблемы и отгрохаю себе замок, обзаведясь дружиной, вряд ли будет смысл наезжать на эра Хитта. Мужик он вроде нормальный, с соседями желательно иметь хорошие отношения, а потому есть смысл попробовать всё уладить полюбовно.

Старостой оказался Глэнс, ещё крепкий мужик лет около пятидесяти. Я вообще как-то обратил внимание, что старосты здесь довольно сильно похожи. Толковые хозяйственники, уже не молодые, но ещё без признаков старческой немощи, физически крепкие мужики. Вероятно схожие управленческие проблемы разных деревень требуют схожих "кадровых решений". Хакен, наш провожатый, разъяснил старосте ситуацию, тот ещё раз заломил шапку перед знатными господами и сказал:

-Милости просим. Уж и постой организуем и накормим, раз эр приказал.

-Приятно видеть такое гостеприимство и радушие — усмехнулся я, а потом залез в кошелёк и вытащил четыре серебрушки — Прими за постой и пищу, добрый человек.

-Да не стоило, эр же приказал — невнятно ответил мужик, но деньги с моей лапы всё таки смахнул довольно шустро.

Конечно можно было воздержаться от подобных жестов щедрости. Владетель деревни действительно нарезал задачу организовать нам нормальную ночёвку, но я предпочёл заплатить, даром что поиздержался. В конце концов мне тут вполне возможно придётся крестьян переманивать из этой самой деревни. Для этого стоит иметь репутацию доброго и щедрого господина, а не злобного и жадного великана. К тому же положительная мотивация творит с людьми чудеса, накормили нас в том вечер от пуза, на следующей день дали ещё припасов в дорогу, а ночью организовали всё по высшему разряду на сеновале, полном душистого сена. Разве что без весёлых девок.

От Верхней каменки до Сидячего быка было чуть больше полу дня пути, так что мы слегка потерпели с обедом. Приметный валун странной формы и правда несколько напоминал севшего за задницу рогоносца, так уж его обточили ветра и дожди. Рядом с ним мы и устроили привал.

-И правда похож — хмыкнул эр Эдво, рассматривая камень.

-Да — кивнул я, сев на шкуру пещерного медведя — Странно, но от него не тянут магией.

-А должно? — поднял бровь рыцарь.

-Ну вообще было бы неплохо, если бы ходячие камни останавливала какая-то волшеба. Повторили бы её с мэтром ма Листом, быстренько решили бы проблему, выгнав булыжники к оркам и я бы начал выбирать место под замок.

-Мечтать не вредно — хохотнул ма Гратан.

-Вредно не мечтать — в тон ему ответил я.

Во время приёма пищи обсудили наш дальнейший план. Как и ожидалось у самого Быка мы решили лагерь не устраивать. Конечно булыжники останавливаются по прежнему, но зачем искушать судьбу? На дороге в минутах сорока пути назад было подходящее место, на него и двинули. Изгибы ландшафта там давали нам неплохую защиту от ветра, а не так далеко тёк один из маленьких горный ручьёв, которых здесь к моему удивлению хватало. Там мы в итоге и разбили юрту, где предполагалось жить всей частной компании. Дело кстати оказалось несколько более сложным, чем рассказывал словоохотливый продавец. Всё таки это не кровать из Икеи собрать. Особенно муторным оказался кегере, каркас стен из мелких жердей, которые связывались между собой крест на крест... Дело явно было не для моих здоровенных лап, так что хвала духам, что у меня были помощники. Но зато результат превзошёл все ожидания. Всё таки чувствовалось, что конструкция была вылизана поколениями и поколениями кочевников. Всё в ней было на своём месте, ни прибавить ни убавить. Не хватало только печи, за которую я и решил браться, после того как посмотрю что в округе творится в нави.

-Сил, ты ведь всё помнишь? — поинтересовался я, устраиваясь по удобнее.

-Не трогать тебя, а главное ничем и ни при каких обстоятельствах не мешать бить колотушкой в бубен? — ответил молодой жрец Света ответом на вопрос, как заправский еврей.

-Я в тебе и не сомневался — мне осталось только хмыкнуть, отслеживая краем глаза, как Авалий достаёт из своих вещей талмуд и писчие принадлежности. Дух исследователя в старом маге отнюдь не погас и он по прежнему изучал волшебу великанов. Хотя мы и пришли с ним к предварительному выводу, что в освоении магических школ друг друга для нас нет особого смысла. Если моя магическая энергия шамана была устроена так, чтобы оперировать ей в нави и передавать духам, то "мана" ма Листа явно предназначалась для прямых операций в яви. Переучиться и переломать себя в теории было можно, но после даже многих лет практики я не сравнюсь с арканистом, который учился как должно с детства. Так же как и маг не сравнится с полноценным шаманом. Конечно предстояли ещё проверки и не мало, но пока что мне виделось, что стоит направить усилия на что-то вроде артефакта-преобразователя. Если нам удастся сделать эдакий магический "трансформатор", то я получу возможность кидаться огненными шарами хоть и хуже арканиста, но всё же сильно лучше, чем сейчас. А Авалий получит доступ к энергии, которой можно будет заинтересовать духов, чтобы заключить договоры с некоторыми из них. Хочется верить, что наша поделка при этом выйдет не слишком громоздкой. Одно дело сидеть в своей башне, ведя исследования, где под артефакт можно хоть целый этаж выделить, другое попробовать утащить огромную дуру в военный поход. Взаимовыгодное сотрудничество учёных должно быть взаимовыгодным!

Умостившись по удобнее на толстой шкуре, я начал бить в бубен и постепенно освободился от оков плоти. Гектор, как и всегда, был рядом, активно крутя головой с кисточками на ушах. Ощущалась тень присутствия медведя от шкуры, но он предпочитал находиться на своём слое нави, где властвует дух его вида. Или в области. Привычные для материального мира определения мест и явлений не отражают природу вещей в изнанке мироздания. Мне же было достаточно того, что в случае проблем медвежий душ придёт ко мне на помощь во исполнения договора, по которому я потихоньку кормлю его энергией.

-Ну что, тоже чувствуешь? — поинтересовался я у молодого рыся, видя, что он морщит нос и топорщит шерсть на холке в жесте угрозы.

Навь здесь была... неправильная. Она вся в принципе не склонна быть стабильной и похожей на явь, но тут это ощущалось болезненно чётко. По морю тоже постоянно перекатываются волны, но в нём обычно не бывает трещин. Осмотревшись сквозь стены юрты, которые стали почти прозрачными, я решил войти в навь поглубже. Но тут же выскочил обратно с матом, едва не влетев обратно в физическое тело. Чувство было будто я едва не шагнул с края лесов куда-то в пропасть. Пожалуй даже с чаном раскалённого до жидкого состояния металла на дне. В глубине нави бурлила энергия, перемешивая её слои, более или менее стабильным был только тот, который соседствовал с тварным миром. По нему я и решил прогуляться к Сидячему быку. Мда, здесь Михалыча лучше не звать... Может со своего медвежьего плана одним куском и не дойти.

Было непривычно идти по нави куда-то ногами почти как в материальном мире. Обычно расстояния там эфемерны и преодолеваются одним лишь желанием куда-то или к кому-то попасть. Но здесь я предпочёл шагать чётко видя куда ставлю ногу. Так определённо было безопаснее. Чем ближе мы были к неведомой границе, тем более странные вещи творились с миром духов. Он то растягивался, то наоборот спрессовывался, то был вязким, как кисель, а в паре мест здешний "воздух" застыл прозрачными кристаллами. Это было странно и противоестественно. Конечно я не могу быть полностью объективен в своём суждении, всё таки являясь отпрыском яви, но всё же мне казалось именно так. К тому же Гектор судя по всему разделял моё мнение.

До камня мы в целом дошли довольно быстро и даже прогулялись немного дальше. Стабильных кусков там становилось всё меньше и по ним в принципе можно было передвигаться при должной осторожности и сноровке. К тому же "странности" в основном сменили просто области бурлящей энергии. Но я тем не менее понимал, почему духи мест отсюда ушли. Одно дело прогуляться на несколько минут, другое постоянно перемещаться, бдительно смотря по сторонам, чтобы не развоплотиться. К тому же духам не идёт на пользу близкое соседство с явью, если у них нет в ней материального якоря. К примеру вроде меня для Гектора или их вместилищ для Петра с Феонором. Нашлись здесь кстати и отражения ходячих камней. В нави они выглядели просто сгустками энергии, привязанным к якорям и не более. Даже у самых примитивных и далёких от нас, разумных существ в привычном понимании, есть свой аналог разума. Пусть странный, оперирующий иной логикой и понятиями, но есть. Здесь же я не видел ни проблеска. Если это духи, то какие-то прям совсем альтернативные.

-Странное зрелище, не правда ли? — с этими словами рядом со мной появился ирбис серого окраса.

-Это ещё мягко сказано — кивнул я, рассматривая собеседника, чьё приближение заметил, благодаря знакам, полученным от Коня, договор с которым я прилежно соблюдал, в том числе поддерживая здоровье лошадей нашего отряда. Меня определённо решил посетить младший дух, ведающий популяцией усатых хищников, которые стояли на верху пищевой цепочки в этих горах. Если конечно людей не считать. Гектор смотрел на родственничка без страха, но с настороженностью.

-Появились какие-то идеи, как избавить мои охотничьи угодья от этой погани? — подарил он мне клыкастую улыбку.

-Во-первых наши — хмыкнул я, обозначая свою жизненную позицию. Не все духи одинаково доброжелательны к шаманам, есть среди них альтруисты, есть и те, кто не против сесть на чужую шею и прокатиться с ветерком — А во-вторых пока новых мыслей нет. Буду пробовать работать из тварного мира.

-Ну вот когда поработаешь мы и поговорим, что тут моё, а что будет нашим — махнул хвостом кошак и исчез.

Мне осталось только тихо хохотнуть. С чувством собственной важности у ирбиса всё было отлично. Что уж говорить о том, что три долины, где теперь творится безобразие для его подопечных в реальном мире были не слишком интересны в силу того, что были заняты людьми, мешавшими доброй охоте. А потому этот дух плотоядного кошака вряд ли был до смерти опечален потерей возможности заглянуть в их изнанку. Но всё же это была его территория, а хищники не любят, когда на их территорию кто-то посягает. Ну а разговор о том, где тут и чьё и правда стоит отложить. Перед делёжкой шкуры медведя всё же надо бы убить. А идти на охоту лучше не с прилипшим к спине животом и хорошенько выспавшись в тепле.

Так что я вернулся к своему телу и мы с Петром взялись за повторение печи из землянки далеко на востоке. За вечер я не стремился сотворить шедевр, увидев который любой каменщик удавится от зависти. Да и не смог бы. Но "вырастить" небольшую печурку примерно метр высотой у меня вполне получилось. Только вот дымоход я ей поднял лишь до своего пояса, а дальше дело пошло с таким скрипом, что мной было принято волевое решение пока что забить и предоставить возможность работать повару. В любом случае это было лучше примитивного очага. А в сутках в этом мире не бесконечное количество часов. Так что Алисанда рьяно взялась за готовку на "волшебной" печи, чтобы мы смогли поесть перед сном, а я сел отдыхать.

За молодой девушкой во время работы было приятно наблюдать. Даже не потому что великаны, как и люди, могут вечно смотреть на огонь, воду и то, как трудится кто-то другой. Просто Алисанда умела, а главное любила готовить. Наверно художник у мольберта производит то же впечатление, что и она у печи. Тем более, что сама печурка нам с Петром удалась, пусть не по внешнему виду, но по функционалу. В итоге гуляш получился отменный, а молодая девушка зарделась от похвалы.

В жизни её семьи вообще случились весьма значительные изменения. Не так давно всё летело под откос, а теперь они слуги пусть и странного, но эра. Что по понятным причинам поднимает вчерашних крестьян куда выше в местной табели о рангах. К тому же я доверил Влару нести моё знамя, тем самым обозначив его если ни как оруженосца, то как пажа точно. Это уже и вовсе заявка на переход в воинское сословие, которое стоит здесь на вершине общества. Старшая в семействе пока что имела все шансы стать в перспективе ключницей замка. Только младшая сестра пока не проявила никаких талантов и не получила никакого дела в силу малолетства, а посему лишь помогала в готовке Алисанде. Но я надеялся что в будущем и с неё будет польза. Верные люди это конечно хорошо, да только верность — это не профессия. Для хорошего места нужны ещё и способности выполнять некие обязанности.

Что же до моего отношения к ним, то я видел перед собой такой же якорь, каким я сам являюсь для Гектора или шкура для Михалыча. Они живое доказательство того, что я остался прежним человеком с прежними понятиями и правильном и неправильном, пусть и в новом теле. Для меня это стоило очень дорого.

Глава 3

Рассвет наша малая компания встречала уже у Быка, встав засветло. В первую вылазку кроме меня шли лишь Авалий и эр Эдво. Первый чтобы проверить как хорошо ходячие камни держат удар магией, второй на случай если у меня всё пойдёт не по плану и булыжник придётся отвлечь, пока я не встану с земли и не задам стрекача в сторону Сидячего быка. Силаниля, Глама и остальных было решено оставить здесь. Рисковать ими смысла не было, а вот полевой госпиталь лучше бы иметь по ближе. Я не был в прошлой жизни большим специалистом по медицине, но всё же слышал о бриллиантовых минутах, золотом часе и серебряных сутках. Так что понимал необходимость оказания как можно более скорой медицинской помощи. Жизнь в этом мире так же давала мне доказательства правильности такой позиции.

-Но тёмную ночь сменит алый рассвет

Верный предвестник наших побед

Демонов тьмы встретит звон топоров

Им не сберечь в этой битве голов

Рой метких стрел нашу песню споёт

Каждый, кто жаждет войны, тот умрёт... — тихо напевал я себя под нос, рассматривая скалы, окрашенные в красный восходящим солнцем, когда был прерван.

-Опять великанские песни — произнёс рыцарь — О чём эта?

-О том, что солнце наш союзник в борьбе со злом. И о топорах со стрелами... — я взвесил в руках свой молот — Правда сегодня предстоит поработать кое-чем потяжелее.

-Это уж точно — хмыкнул ма Гратан — Топор о камень только затупишь. А стрелой булыжник и вовсе не проймёшь. Если только какой-то сильно волшебной.

-Пока что таких не придумали — педантично сообщил ма Лист — Да и сомневаюсь что придумают. Мы, маги, знаете ли, тоже хотим жить, так что вряд ли кто-то создаст для лучника снаряд, способный ударить так, что снесёт каменную стену и любой магический щит.

-Никогда не стоит недооценивать идиотов — хмыкнул я — Однажды может найтись и такой.

-Идиот вряд ли сможет это сделать просто в силу своего идиотизма — отмахнулся маг. Но я был всё же склонен с ним не согласиться. Что мой прошлый мир, что этот, оба полны дебилов. Обязательно будет среди них тот, у кого будут нужные магические таланты и причины. Жадность. Желание убить какого-то другого мага или с гарантией укокошить аристократа с хорошей охраной. А возможно его просто кто-нибудь плотно возьмёт за причинное место и заставит работать на себя. Или уже заставил. И лежит сейчас под замком в главном соборе той же церкви Света или просто в подвале королевского дворца огромный ящик стрел-магобоев. А их создатель давно тихо прирезан, кремирован и развеян по ветру. Потому что на данном этапе развития общества подписки о неразглашении не канают-с. Только зачистка свидетелей, только хардкор.

-Ладно — махнул я рукой — дальше мы без вас.

-Да хранит вас Свет — осенил нас знаком своей веры Силаниль — Будьте там осторожней.

-Уж постараемся — осталось мне только хмыкнуть.

Дальше мы двигались молча. В принципе порядок действий был определён заранее, так же как и несколько планов на случай, если всё пойдёт по одному месту. Было бы конечно неплохо иметь чёткий план на случай, если провалится вообще всё, но такой к сожалению может быть только у одного хитросделанного парня с острыми резиновыми ушками на маске. Потому что он Бэтмен, да. Кстати интересно в какую тварь бы я превращался, если бы моим тотемным зверем стала летучая мышь? Бррр, страшный был бы наверно аки ядрёная война, зато вампиры бы за своего небось принимали и делали «Ку» два раза… Ну или что там вместо этого у кровососов.

Ход моих мыслей прервало появление первого булыжника. Горная дорога как раз сделала очередной поворот и мы увидели перевал со входом в долину, где слонялась ходячая скала и правда похожая на каменного голема из третьего варкрафта, только без глаз и прочего на лице. На "плечах" существа сидел такой же безликий камень, как и все остальные. Осторожно выглянув за угол из-за скалы на повороте, я поднял руку, останавливая своих спутников.

-Вижу первого, слоняется на входе в долину — раздался мой тихий шёпот — Вроде больше никого. Ну или они стоят. Странно.

-Что именно? — поднял бровь ма Лист.

-Для огромной каменной махины эта тварь шагает очень тихо. Я его по звуку вообще сначала не разобрал. Тут пол сотни метров конечно, но всё же.

-Странно — кивнул эр Эдво, помнящий насколько у меня острые чувства — Предложения?

-Да никаких — мотнул я головой — Действуем по плану.

Мои спутники кивнули. Дорога тут была достаточно широка чтобы разъехалась пара телег, так что меня место устраивало. Ма Лист же вовсе никаких проблем не имел, а потому выглянул из-за угла, прищурился сосредотачиваясь и долбанул по булыжнику зарядом электричества. Мы не вполне доверяли историческим хроникам, а потому реши испытать разные виды магии сами, когда будем приманивать каменюку по ближе к моему молоту и по дальше от его собратьев.

Молния к нашему сожалению никакого эффекта не принесла. Жаль, я ещё с прошлой жизни помнил, что Медный всадник в городе на неве стоит на Гром-камне, который по легенде в своё время раскололо молнией. Но то ли легенда не совсем правдива, то ли ма Лист бьёт по слабее грозовых туч. В общем ходячий булыжник не пострадал, а лишь побежал к магу. Вторым заклинанием, брошенным во врага, был огненный шар. Особых надежд мы на него самого не возлагали. Камни горят плохо, если это конечно не уголь. Но следующим пунктом был заряд холода. Впрочем никакого видимого эффекта он тоже не дал, от перепада температур тело крага трескаться не начало, двигаться медленнее он тоже не стал. Обидно-с. Последним заклинанием ма Лист проморозил дорогу перед поворотом этого недоущелья между скал, а потом развернулся и побежал к лошади с несвойственной себе скоростью. Что могу сказать, тут с магами почти всё как на Земле с генералами. В военное время бегущий сломя голову волшебник вызывает панику... Но и в мирное в общем тоже, потому что демон его знает, что он мог случайно в каком-нибудь ритуале наворотить и чего сейчас будет.

Я же замер за поворотом с молотом, который занёс для удара почти так же, как игрок недухоскрепного бейсбола заносит биту. Шаги бегущего врага было отлично слышно, я чётко представлял, где он находится, а потому когда каменюка выехал по заботливо намороженному льду вдарил что было сил по его "плечу", откалывая руку. Изначально хотелось попасть в голову, хоть там вряд ли есть мозги и не заметно органов чувств, но всё же раз она существует, то для чего-то нужна. Но скользил булыжник от меня далековато и мне просто было нормально не достать до его бестолковки. Правда и так вышло неплохо, под ударом молота камень плеча раскололся, конечность упала на землю, а в моих руках завибрировала цельнометаллическая рукоять. Ощущения были не из приятных, но успешно нанесённый урон их с лихвой окупал.

Ходячий камень закрутился вокруг своей оси и по инерции врезался в противоположный склон, обрамляющий дорогу. Но атаковать его гостеприимно подставленный тыл я не успел. Голова-булыжник развернулась на сто восемьдесят градусов, "колени" выгнулись в другую сторону, а потому мы с врагом встретились лицом к лицу. Я отстранённо сделал вывод, что органы чувств на голове всё таки присутствуют, иначе бы он ей не крутил. А сам начал бесхитростно месить врага молотом, зажимая его к скале и стремясь отбить ему вторую руку. Но моим планам не суждено было сбыться. Вверх от ступней по камню к плечу побежали кусочки породы, складывающиеся в новую руку. Чуть меньший поток шёл к той конечности, которой эта тварь защищалась от моих ударов, латая повреждения.

И тут я совершил ошибку. Стало очевидно, что силы моих ударов критически не хватает для откола крупных кусков как в том случае, когда мой молот в первый раз встретился с булыжником, который двигался навстречу с приличной скоростью. А потому я решил всё же добраться до головы странного создания в надежде, что её повреждения могут переломить ход схватки, пока вторая рука ещё не сформировалась до конца. И ударив по безликому камню я подошёл слишком близко. Эта тварь быстро метнулась вперёд и не обращая внимания на урон заключила меня в воистину сокрушительные объятия. Я аж взвыл! Удары молота резко стали неэффективны, потому что мне было толком не размахнуться, а вторая рука монстра быстро восстановилась и мои рёбра затрещали. Сил ходячему камню было определённо не занимать. Под хруст своих костей я выронил оружие с сделал то, чего пожалуй сам от себя не ждал. Частично обратившись в зверя, я ответил борьбой на борьбу и пользуясь разницей в росте слегка наклонился, обхватив тело моего врага. А потом оторвал его от земли и почувствовал, как его заколотило в натуральных конвульсиях! Он по прежнему пытался выдавить из меня внутренности, переломать рёбра, теперь ещё бил меня по голове ногами, "колени" на которых гнулись в любую сторону, но трясся как лист на верту и терял камень за камнем, а я со звериным рыком терпел его удары, ощущая как по морде и из пасти течёт кровь.

Это противостояние длилось несколько десятков секунд, пока в моих руках пополам не раскололось тело врага и нижняя его часть не упала на землю, начав обрастать породой вновь. Я резво оторвал самый крупный центральный обломок от дороги и увидел одним не залитым кровью глазом, что процесс вновь пошёл в нужную мне сторону. Куски камня стали отваливаться, пока в моей руке не оказался полупрозрачный кристалл неправильной формы.

Я усмехнулся, а потом закашлялся, выплёвывая кровь. В следующую секунду горная дорога резко прыгнула мне в лицо. Угасающим сознанием я отметил, что нос снова хрустнул.

Глава 4

Я плыл в тягучей жидкости. Мои чувства не могли определить есть ли вокруг меня что-то кроме мутного и белёсого киселя без верха и низа. Я не дышал, но и не испытывал дискомфорта от невозможности сделать глоток воздуха, наполняя лёгкии. Было лишь движение неизвестно откуда и неизвестно куда, которое внезапно прервалось, когда я вынырнул на поверхность, а потом к своему удивлению смог вылезти из "киселя" целиком, встав на него, как на землю. Белёсую муть сменила белёсая равнина, по которой перекатывались медленные и ленивые волны. Одна из них слегка подняла и меня, заставив развести руки, удерживая равновесие как при качке на палубе корабля. Лишь после этого я поднял взгляд к сиреневому небу, где вращались три солнца. Внезапно во всех светилах появилось по вертикальному зрачку. Три исполинских глаза заглянули казалось мне в саму душу и я почувствовал грохочущий удар по своему разуму, от которого закричал, хватаясь за голову. Спустя мгновение наступила тьма и давление пропало, оставив после себя головную боль и ломоту во всём теле, особенно в рёбрах.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что я просто очнулся и вспомнить, что же произошло перед тем, как меня отправили в нокаут. Мда, великаны существа крепкие, но похоже у всего есть пределы. С другой стороны можно с абсолютной точностью утверждать, что если голова болит, то она есть. Но какого хрена темно? От ударов по голове всякое бывает, случается люди даже слепнут...

-Эй, есть здесь кто? — произнёс я, одной рукой щупая голову, которая была в какой-то влажной и холодной тряпке, а другой снимая что-то вроде одеяла со своей груди и проверяя что там с моими многострадальными костями. Внезапно вернулось обоняние и мой нос получил удар запахом уксуса. Хм, наверно можно констатировать что на моей башке охлаждающий компресс или что-то вроде того.

-Да, эр Магнус. Я здесь — откликнулся девичий голос.

-Леди Суна? — переспросил я, втягивая ноздрями воздух и убеждаясь, что слух меня не обманул — Вас-то сюда каким ветром? Или это меня в Осколто зачем-то перетащили?

-Да нет, вы всё там же не далеко от Сидячего быка — отозвалась дочь эра Хитта несколько уставшим голосом — У вас кстати очень удобная юрта.

-Ага — тупо ответил я, переваривая информацию. Голова соображала с трудом — Но вы собственно тут как оказались? Где все? И почему я ни демона не вижу?

-Повязку я тебе на глаза наложил — раздался сонный и какой-то сварливый голос Силаниля — Один из них чуть не вытек к демоновой матери. Ты как вообще, живой?

-Не дождёшься — хмыкнул я, прислушиваясь к организму. Чувства конечно слегка сбоили, но сердце билось сильно и ровно, а ещё мне дико хотелось жрать, что было верными признаками выздоровления после каменных звездюлей — Кстати если не начнёте отвечать на мои вопросы, я начну злиться и кидаться чем попало куда повезёт.

-Ну точно всё в порядке — хохотнул жрец — Ну давай. В общем все здесь, спят просто. А...

-Уже не спят — раздался отвратительно весёлый голос эра Эдво — Вижу наш герой очнулся! Кстати, как и положено герою, в окружении красавиц.

-Да — хмыкнул Сил — В общем леди Суна решила сходить поохотиться в окрестности Верхней каменки, любопытство повело её заодно посмотреть как тут у нас дела с каменными гигантами. И похоже леди забыла предупредить об этом эра Хитта. Но так как дама помогала менять тебе повязки и ты определённо идёшь на поправку, то думаю вскоре тебе придётся защищать её от отцовского гнева.

-Твоё святейшество, ты меня часом женить не успел, пока я без сознания был? — подозрительно осведомился я. Нет, оно конечно хорошо и Суна девка симпатичная да ладная, но как-то ситуация начала приобретать странный душок. Духи разбери местные обычаи... А ну как после оказания врачебной помощи мне действительно придётся жениться, потому что подобное здесь поинтимнее какого-то там секса? Я конечно не то чтобы против семейного счастья и половой жизни с красивой барышней, но мужская гордость несколько восстаёт против идеи идти к алтарю, как барану на привязи. Всё таки это мужик должен женщину к нему вести.

-Да не, не успел ещё — хохотнул эр Эдво — Но ты вовремя проснулся. Ооо, тут такое творилось, ты б видел...

-Хм, кстати о видел и вовремя— ответил я, продолжая ощупывать голову, точнее какой-то «тюрбан» из тряпок на ней — Сколько я провалялся и можно ли уже снять с глаз эту демоному повязку?

-Три дня, эр Магнус — раздался робкий голос Алисанды — Мы все очень за вас переживали.

-А повязку давай снимать, всё равно надо посмотреть что там — произнёс Силаниль.

В общем в итоге выяснилось, что хоть мне и досталось изрядно, но на счёт вытекающего глаза жрец всё таки приврал и косплеить одного примарха не придётся. И Авэ Император, что так! Всё таки бинокулярное зрение наше всё. Но зато я словил тяжёлое сотрясение и несколько переломов рёбер, ушибы, ссадины и прочее же считать и вовсе не стоило, даром что морду мне булыжник расколошматил до состояния куска мяса.

-Рад видеть ваши лица — наконец произнёс я, когда повязка была снята, а адепт Света просвятил меня о моём состоянии — Сил, чего кстати целых три дня. Не ты ли утверждал, что тебе такие травмы вылечить что высморкаться?

-Не всё так просто оказалось — слегка посмурнел жрец в свете лучины — Я вообще опасался, что ты станешь единым со Светом. Уж не знаю что с этими ходячими камнями не так, но божественная сила почти не действует на раны, нанесённые ими. Так что готовься выздоравливать сам.

-Хо... Неприятно, но мы, великаны, народ крепкий. Приду в норму, никуда не денусь — проворчал я. Всё таки задержка с выздоровлением была неприятной. Но возможно шаманизм сможет добиться успеха там, где магия света спасовала? — Кстати о долбанных булыжниках. Там вроде кристалл был, что с ним?

-К сожалению пыль с ним — подал голос ма Лист — Когда вы, коллега, упали, мы с эром рыцарем быстро смогли поднять его над землёй и не дать гиганту собраться вновь. Благо ваша ладонь сама не разжалась и крупного контакта с землёй не произошло. Потом мы вынуждены были как можно скорее доставить вас к Силанилю, а заодно убраться из опасной зоны, куда могли бы прибыть другие каменные гиганты... Но в общем когда мы миновали Сидячего быка, в моём кармане уже была только пыль. Моя вина, поздно почувствовал что что-то происходит.

Я на это лишь кивнул. С одной стороны конечно паршиво, что мы лишились "сердца гиганта", чем бы оно ни было. С другой я не вижу смысла сношать мозг тому, кто эвакуировал мою тушку в сторону медицинской помощи. Тем более Авалий кажется и так себя накрутил за эти три дня. Как учёный, он пролюбил уникальный образец. Это уже было очень болезненным ударом по его душевному равновесию. Как соратник, он прошляпил не менее уникальный трофей, ради которого я чуть не отправился на новое перерождение. Учитывая же отношение в средневековом обществе к трофеям... Оу, да тут всё совсем тяжко. Я могу сейчас с него требовать практически всё что угодно. А если не требовать ничего, то всё равно маг окажется мне должным по самое не могу. Но уж лучше так.

-Дерьмо случается — выдал я наконец цитату Форреста Гампа — Ладно, мы живы, а значит будут и ещё камни.

-Ооо, это будет отличная песня — протянул Серебряный язык — Герой вновь готов к подвигам не смотря на раны, ведь три дня и три ночи у его постели...

Договорить менестрелю не дала Алисанда, бесхитростно огрев его по хребту пустым котелком, а потом в сердцах выдала:

-Да куда ж вы? Костям хоть срастись дайте!

Картина прерванного спича была столько комичной, а девушка с покрасневшими от эмоций щеками столько забавной, что я невольно рассмеялся, а потом был вынужден хвататься за рёбра. Да, конский ржач и их переломы — это две слабо совместимые вещи. Слава духам, что они мне ещё осколками лёгкие и крупные сосужы не попротыкали к демоновой матери, а то мог бы кончиться раньше, чем меня дотащили до Быка. За что двум людям отдельная благодарность. Ну и навыкам мага в телекинезе конечно.

-Не переживайте, юная леди — отвесил я шутливый поклон, как только справился с болью — Пока не восстановлюсь никуда не полезу. Кстати может наконец мне кто-нибудь даст еды?

Разумеется мою просьбу выполнили незамедлительно. Хотя до рассвета была ещё пара часов, тем не менее запас готовой пищи был оставлен, его было необходимо лишь разогреть. Хорошо иметь под рукой мага, который может заморозить продукты и не дать им испортиться. Плохо, что я как-то не обзавёлся пока духом холода.

Духи. В следующие дни, когда мои кости срастались, я вообще много думал о них сидя на шкуре и любуясь горными пейзажами рядом с юртой в перерывах между попытками подкамлать своё здоровье. К моему удивлению гиганты действительно нанесли повреждения не только физическому телу, но и энергетическому, что тормозило процесс. Ну а ещё были размышления о том, что я идиот с суицидальными наклонностями конечно. Куда ж без этого-то? Я определённо впал в грех самоуверенности и вместо того чтобы совершенствоваться, как шаман, начал решать проблемы просто как великан. Да, огромная физическая сила и буквально пара фокусов действительно прокладывали мне путь через невзгоды с должным успехом, но лишь до поры до времени. Да, это позволило получить эрство, которое магам не дают. Но я не смог вовремя остановиться, подумать и поменять линию поведения. Из-за чего чуть не сдох глупейшим образом. Снова. Моя большой и сильный великана, моя иметь тяжёлый молоток, который в дорога делать шаманством прочнее… Тфу, млять!

Что не говори, а хороший удар по башке крайне сильно стимулирует мозговую деятельность. Теперь мне были очевидны мои ошибки. Проблему магической аномалии, породившей ходячие камни стоило решать не с помощью физической силы, а с помощью шаманства и магии. Ну или как минимум не надеяться на отвлекающий фактор в виде эра Эдво, а просто призвать духа медведя. Дал бы ему бодаться с булыжником, а сам бы его разобрал… Но вместо этого я продолжил отыгрывать воина, который немного умеет в магию, хотя эрство уже было у меня в кармане и в этой вредной для здоровья клоунаде не было нужды.

А теперь я сижу, шаманю свои кости и страдаю. Всё таки переломы, которые отдают болью на каждом вдохе весьма значительно влияют на мировоззрение и мироощущение. Остаётся принять свои ошибки, разобрать их и не повторять. Увы, но опыт — это сын ошибок трудных.

Второй темой моих размышлений были, как ни странно, девушки. Как выяснилось Алисанда с Суной едва не передрались за почётную обязанность смены моих повязок под чутким руководством Силаниля. И я не знал, что и думать. Нет, с молодой деревенской девушкой всё было вполне понятно. Герой спас её и её семью, так что ему надо отплатить добром. Духи, мне вообще порой неловко было от тех взглядов, что эти дети на меня бросали! Особенно Алисанда. Я даже допускал, что захоти я затащить её в кусты, ей бы и в голову не пришло сопротивляться. Но к сожалению или к счастью я не проникся ещё средневековыми понятиями о том, что нормально, а что нет и не был готов потрахивать простолюдинок направо и налево просто пользуясь своим эрским положением. Низко это и не правильно. Особенно если простолюдинка ещё не вышла из подросткового возраста.

Суна же… На какой-то момент конечно закралось подозрение, что провинциальная девушка захотела большой экзотики, но визит её отца расставил всё по местам. Как выяснилось, юная леди м'Осколто имела эпичных размеров шило в заднице и порывалась уйти в сёстры во Свету, чтобы избавиться от опеки папаши и вообще заняться каким-то значимым делом. Так что в очередной раз сбежав на охоту и обнаружив, что тут под боком жрец Света оказывает медицинскую помощь, она ухватилась за шанс показать всем вокруг и в первую очередь себе, что из неё выйдет отличная сестра-госпиталка. Возразить аргументировано отец ей в этот раз кстати не смог. С его стороны вообще было бы политически не верно как-то её наказывать за то, что она помогала в лечении соседа, который взялся за решение застарелой проблемы и даже достиг кое-каких успехов. Да, отхватил конечно в ответ, но зато ходячий булыжник таки прибил! А это было ровно на один ходячий камень больше, чем удалось уничтожить за последние двести лет. Тем более, что я уже сомневался, что объединённое войско герцогских бойцов и вассалов тогда кого-то положило… По крайней мере мне тяжело представить, что они как-то сумели поднять камни в воздух, а всё остальное в нашем с ма Листом исполнении против булыжника было неэффективно.

Кстати сама победа над ходячим камнем вызывала у меня вопросы. Начиная с того, что сама критическая слабость противников была довольно странной. Для передачи магической энергии не обязателен физический контакт, к тому же камни имели внутри некий кристалл, который от неё только что не светился, если я правильно помню свои ощущения. Но однако же я поднял врага над землёй, а он сначала забился в «истерике», а потом рассыпался на куски. Хм, кстати вроде бы был в легендах моего прошлого мира какой-то герой, который начисто лишался сил, если его отрывали от земли. А заканчивая тем, что я не могу представить, как люди бы могли поднять одного из каменных гигантов в воздух два века назад. Магия на них не действовала, а делать подобное в ручную с огромной и тяжеленой тварью, что активно пытается превратить тебя в кровавую лепёшку… Приврали ли хроники или объединённое войско применило что-то, чего мы не знаем? Или они элементарно приняли желаемое за действительное, а камни просто восстановились от повреждений и по прежнему гуляют по долинам Рирта? На некоторые вопросы пока что не было ответов.

Но зато у меня было время обдумать свои дальнейшие действия. В частности я пришёл к выводу, что не шибко хочу снова становиться мишенью для ударов каменными конечностями. Для этого у меня есть Мтхалыч, пускай отрабатывает договор. Только надо будет по дальше прогуляться от нестабильной области нави и яви, чтобы совершить призыв. Впрочем вполне возможно, что поработать медведю придётся только один раз. Всё зависит от кристалла, точнее от того представляет ли он какую-то реальную ценность или является просто неким магическим курьёзом, не несущим никакой пользы. Если так, то и демон с ним.

Потому что в моей многострадальной голове родился план, как решить проблему каменных гигантов, поселившихся на моей земле. Рискованный конечно, но на мой вкус всё таки менее опасный, чем идея снова сходится с подобным противником в чисто рукопашной схватке. Старик Йар правда в своё время предостерегал меня от подобного. К тому же тут ещё и сам эфир был нестабилен. Но именно последним я и хотел воспользоваться, ведь опасен он был отнюдь не только для меня. Но прежде чем пытаться ударить по ходячим булыжникам буйством нави, к которому они явно имеют самое непосредственное отношение, мне стоило вдумчиво подготовиться. Всё же подбираться для этого к ним придётся весьма близко, а я ещё имею некоторые планы на эту жизнь. Да и духи его знает кем придётся стать в следующей… Надеюсь не каким-нибудь насекомым, которое раздавит тяжелый ботинок.

А пока что я сидел на шкуре и смотрел, как солнце заходит за скалы, крася всё вокруг в оттенки красного. В прошлой жизни я не шибко любил горы, мне как-то ближе было море. Здесь же надо было признать, что они мне нравятся. Может и прав был Высоцкий, когда говорил, что лучше них могут быть только они же, но на которых ещё не бывал. В любом случае судьба распорядилась так, что теперь мой дом здесь. Нужно лишь выгнать из него паразитов, которые не дают обрести крышу над головой. Мои губы сами собой сложились в улыбку, когда я поймал себя на мысли, что действительно готов остаться здесь жить не по чужой воле, а по велению собственной души.

Глава 5

Сегодняшнее утро началось для меня с прогулки поближе к Верхней каменке и по дальше от аномалии, которая творила непонятно что с миром духов в Рирте и его ближайших окрестностях. За две недели я более или менее пришёл в норму благодаря запасам жизненных сил великаньего тела, шаманизму и магии Света Силаниля. В отношении потерянного времени конечно ходячий камень подгадил мне знатно, если бы не его непонятное воздействие на моё духовное тело, то с помощью волшебства восстановление после травм заняло бы от силы пару дней. Но вышло что вышло. У меня даже зародилось подозрение, что булыжник неким образом повторил деструктивную шаманскую технику для ближнего боя, которой я не так далеко отсюда порадовал одного мажора. Конечно это была не именно она, но сходство «симптомов» определённо было на лицо.

Однако теперь я снова был в нормальной форме и следовало идти навёрстывать упущенное, начиная второй раунд, он же матч-реванш. Собственно для подготовки к нему и пришлось отойти туда, где мир духов был постабильнее, чтобы призыв прошёл без неожиданностей. Было бы безумно глупо долго и упорно делиться с духом своей энергией, чтобы лично отправить его на перерождение по собственной тупости и безалаберности.

-Пьяный Винни-Пух тащился по лесу,

Встали у него вдруг дыбом волосы.

Увидел он Пятачка в траве некошеной

В клетчатых штанах, почти не ношеных — пробасил я, пройдя наконец достаточное расстояние, а потом скинул с плеч шкуру пещерного медведя.

С духом кабана у меня как-то не сложилось, но оно наверно и к лучшему. Злобный нрав и агрессия диких лесных свиней были мне слишком хорошо известны, а потому эти твари мне больше всего нравились в виде еды. Хорошая свинья не корни деревьёв подкапывает, а на тарелке лежит. Но вот Винни-Пух у меня имелся, правда был он не плюшевым мишкой и звался Михалычем. И сейчас шкура вновь стала могучим зверем, который был ростом с меня, когда вставал на задние лапы. Сейчас он кстати проделал именно это, а потом издал громоподобный угрожающий рёв, смотря на меня своими серебристыми глазами, материализовавшегося в тварном мире духа.

-Не зыркай — хмыкнул я на это, игнорируя вызывающее поведение духа — Время исполнять уговор.

Зверюга мотнула лобастой головой, но подчинилась. Договор был нерушим и настало время отрабатывать за ту энергию, которой я его кормил. Вообще странные у нас были взаимоотношения. Когда-то он пытался убить меня и съесть, но потерпел неудачу. Ходя за шерстью вообще можно вернуться стриженым. Потом мы сумели найти общий язык с ним после его смерти и теперь не только медвежья шкура грела меня в непогоду, но и он сам был готов появиться в материальном мире, чтобы помочь мне в доброй драке, за что я помогал ему стать сильнее в мире нави, поднимаясь всё выше в иерархии духовных сущностей. Пожалуй между нами было взаимное уважение двух хищников, но друзьями мы уж точно не были.

-Вот и славно — проворчал я, когда мы с моим «питомцем» начали путь обратно наверх к нашему лагерю и он пристроился шагать рядом со мной — Смотри на всё веселей, возможно ты сегодня отожрёшься энергией от пуза.

В ответ мой спутник только снова недовольно рыкнул. Михалыч не понимал слов в привычном людям или великанам понимании, как и я не понимал его "медвежий язык". Но как шаман и дух мы вполне себе комуницировали. Можно было конечно не дублировать духовный посыл сотрясением воздуха, но я приобрёл такую привычку в пути с Востока на Запад из дикости и первобытности к прогрессивному раннему средневековью, чтобы не забыть человеческую речь. Собственно по той же причине я регулярно напевал всякую дичь, когда меня никто не слышит. Да и когда слышат тоже. В конце концов уважающие себя шаманы имеют право на некоторую чудаковатость, положение обязывает. Медведь же похоже просто поступал так, как привык делать при жизни.

Лагерь нашей «экспедиции» встретил меня сонными лицами, выражение которых быстро сменялось на удивление. Да, я не каждый день прихожу с утренней прогулки держа ладонь на загривке пещерных медведей. Конечно я предупреждал, что сегодня мы выдвинемся к долинам Рирта снова, а мне надо будет утром покамлать, но подробностей не говорил.

Первым нашёлся как ни странно наш маг:

-Могли бы и разбудить, молодой человек — с некоторой досадой произнёс он — Не каждый день увидишь, когда призывают духов из-за кромки.

-Каюсь, грешен — развёл я руками — Но вам добрых пол ночи снились кошмары, так что я предпочел дать вам поспать по дольше, мэтр.

-Лишний час ничего бы не поменял — махнул Авалий рукой, но кажется несколько сменил гнев на милость. Или просто не захотел развивать тему своих снов — Ладно, раз все готовы, то стоит выдвигаться.

Возражать никто не стал, хотя мне пришлось поотбиваться от вопросов. Но однако наша новая вылазка началась , благо для призыва я встал засветло. В прошлой жизни у меня не особенно получалось просыпаться без будильника, да и с ним выныривать из царства Морфея было тяжеловато. Здесь же жизнь научила вставать утром тогда, когда пожелал вечером перед сном. Помешать этому могла лишь поистине вселенская усталость.

В этот раз наш поход отличался в общем-то немногим. Силаниль с несколькими воинами вновь остался недалеко от Сидячего быка. Но со мной, Авалием и эром Эдво отправилось ещё четыре человека, которые двигались чуть позади по лощине между двух скал. В передовую группу не было смысла включать больше бойцов, чем могло бы хоть как-то уворачиваться от магического камня в ограниченном пространстве, но общим решением было постановлено, что мою тушу рыцарь и маг больше вдвоём никуда не потащат. Я бы может вообще никого кроме Михалыча с собой не взял и предпочёл видеть всех во втором отряде, но ма Лист всё таки мог заморозить землю на пути противника и своеобразный маленький каток имел неплохие шансы помешать погоне в случае нашего поспешного отступления. А ма Гратана без членовредительства просто было не уговорить идти где-то кроме как впереди. Да, рыцарство головного мозга выглядит именно так. Впрочем будь он прагматичным трусом, то вряд ли бы я мог назвать его другом и надёжным соратником.

Заглянув за последний поворот дороги перед перевалом, в этот раз противника мы не увидели. Переглянувшись наше маленькое войск из трёх разумных не считая медведя, молча двинулось вперёд. Когда-то на входе в первую из трёх долин Рирта стоял замок местного владетеля. Когда мы ступили на перевал, то увидели лишь его обломки. Зрелище было печальным. Стены горной твердыни, удачно вписанной в ландшафт не отличались циклопической толщиной, главной защитой замка было его крайне неудобное положение для штурмующих. Это сыграло злую шутку с защитниками. Циклопов здесь не случилось, но в некоторых ходячих булыжниках были заметны части стен крепости, которые можно было отличить по цвету и форме.

Самих ходячих камней было к моему удивлению не так уж и много. Каждого отдельно я сходу не посчитал, но на глаз их было десятков пять. Либо очевидцы со страху наврали хронистам двести лет назад, либо остальные гуляют в двух других долинах.

-Хм, думал будет больше — практически повторил мои мысли эр Эдво.

-Нам и этих за глаза да за уши, если все на нас побегут — тихо ответил Авалий. Старый учёный был готов идти на риск ради магической науки и новых открытий, но на тот свет отнюдь не торопился.

-Если побегут они, то мы побежим ещё быстрее — хмыкнул я — Ваше магейшество, как вам тот парень с прямоугольным камнем из стены в плече?

-Подойдёт, сейчас передам ему приглашение на свидание с вашим молотом. Готовы? — произнёс ма Лист примериваясь и бросая взгляд на нас — Ну тогда начнём.

В этот раз маг сразу начал со льда, заряд которого заставил булыжник покрыться инеем и бодро двинуть в нашу сторону. К моему великому облегчению побежал к нам только он, остальные продолжили бесцельно слоняться. Магия предсказуемо прямого вреда непонятной твари не нанесла. Но такой цели никто и не ставил. А через несколько секунд ходячий булыжник столкнулся с Михалычем, которого я отправил навстречу врагу. И их столкновение вышло эпичной! Каменный гигант почти поставил на дыбы и опрокинул медведя, врезавшись с него, но материализовавшийся дух всё таки выдержал удар. Теперь он обхватил врага лапами и терпя удары беспалых рук, пытался отгрызть противнику голову. У него даже получалось, булыжник крепился к торсу лишь неведомой силой, которую челюсти зверя постепенно перебарывали, двигаясь навстречу друг другу как лезвия ножниц по металлу, которые медленно, но верно режут лист меди.

Я в свою очередь решил не отставать от своего питомца и тоже бросился в бой. Источником существования врага в силу неведомых причин был его контакт с землёй. А потому я от души размахнулся и перебил твари одну из ног на уровне, где у людей обычно находятся колени. В этот раз шлем не ограничивал обзор, так как остался в лагере слишком повреждённым для эксплуатации. Моя же атака оказалась болезненной для противника, который едва не утратил равновесие. Но как и в прошлое столкновение с таким врагом, камни с земли поструились вверх, чтобы новая нога начала отрастать. Только мы с медведем не собирались давать булыжнику времени на восстановление. Ещё двумя размашистыми ударами я отбил ходячему камню руки в локтях, пользуясь тем, что в этот раз он не пытается бить меня в ответ и можно полностью вложиться в атаку. А потом бросил молот на перевязь за спину и схватил камень за полторы ноги. Медведь же наконец отгрыз каменную голову и повинуясь моей команде упал на бок и перевернулся на спину, продолжая сжимать торс врага в могучих лапах. Теперь уже не очень-то ходячий камень осталось только держать, не давая ему дотянуться до земли. Судороги врага продлились недолго и нанести мне существенного урона не сумел. А Михалыч… Ну я его для того и призывал, чтобы он в этот раз поработал боксёрской грушей за меня.

Только вот едва моя клешня сомкнулась на кристалле вокруг которого развалилась порода, мне осталось только прошипеть:

-Твою мааать… — малый урон от заклинаний каменных товарищей не слишком взволновал, но сейчас они похоже всё таки заметили, что у их собрата проблемы. И три ходячие скалы бодро бежали к нам — Мэтр, лови кристалл и ходу.

Ма Лист не смотря на возраст ловко поймал брошенную ему добычу. Только вот отъехал он не слишком далеко, хотя в своё время мы договаривались, что в случае чего я могу отправить их с эром Эдво вперёд, а сам немножко задержать преследователей вместе с медведем. Впрочем времени на размышления осталось не слишком-то много, враги приближались и я перешёл к плану Б, который вообще хотелось бы для начала использовать на одиночном противнике… Но мы предполагаем, а судьба располагает.

Так что я снова схватил в руки молот, размахнулся и метнул его в голову самому последнему из противников. До Тора Одиновича мне конечно было, как раком до Шанхая, но мимо цели я не промахнулся. Каменную бошку это правда не снесло, но противник замедлился и кажется даже оказался слегка дезориентирован. Только думать об этом было некогда! Одного из беспокойных булыжников вновь взял на себя Михалыч, а второй надвигался на меня и я сделал подшаг, хватая его за каменные руки и упирая ногу в торс, а потом перебросил через себя старым добрым приёмом из дзюдо, который освоил ещё в школе благодаря приятелю, ходившему в секцию. После чего сгруппировался и откатился в бок на пару метров, обдирая бока.

Когда-то старый Йар говорил мне, что в своём теле нельзя входить в навь более чем на мгновение, но даже его может оказаться слишком много чтобы выжить. Во время долгого пути к людям, я проверил его слова и проведя оное мгновение в мире духов вылетел обратно в тварный мир как пробка из бутылки шампанского, после чело едва не убился о ближайшее дерево. Парочка новых экспериментов на больших полянах дала мне понять почему так происходит. Оказалась, что во всём виновато само движение планеты. Покидая реальный мир, я терял некую часть инерции, к тому же планета продолжала крутиться и вокруг своей оси и вокруг солнца. А потому возвращался я с некоторым ускорением относительно поверхности земли. Собственно поэтому нельзя было проводить в нави более краткого мгновения, а то останешься там на подольше и материализуешься над землёй в сотнях километров от точки входа и до кучи со скоростью в два-три маха, размазовшись о воздух. Разобравшись в причинах я немного поиграл с эффектом, даже сумел несколько уменьшить свою скорость при выходе в реальный мир, поняв в какую сторону двигаться, чтобы проводить в нави несколько секунд, но дальше забросил это дело, не видя практической пользы. Нет, в перспективе это конечно могло дать чуть ли не технологию перемещений через навь на подобии телепортации, только нужны были горы расчётов и филигранные действия в точном соответствии с ними. А я не очень представлял, как рассчитать в лесу движение планеты и точки на ней, а потом в соответствии с этими расчётами на одной интуиции придать себе нужное ускорение при выходе из нави в новом месте. Души, я даже не знал сколько учитывать переменных. Вращение планеты вокруг своей оси, вокруг солнца, движение звёздной системы в галактике, движение самой галактики... Где кончались действующие факторы было не ясно.

Получив в схватке с ходячим камнем по голове, я вспомнил и о этих своих скромных экспериментах и о том, что навь в Рирте напоминает самодвижущееся минное поле. Ну и о том конечно, что секунды вполне достаточно, чтобы затащить врага в изнанку мироздания и вернуться назад. Так что проведя несколько экспериментов на обычных булыжниках, сейчас я отправил в энергетическую аномалию нави своего противника. А перекатываясь по камням и гася инерцию, бросившую меня в бок, увидел, как по воздуху прошли концентрические волны, напоминающие круги на воде. После обычного булыжника такого не было, но этот в принципе на то и ходячий, чтоб отличаться, заключил я и вскочил на ноги. Для встречи следующего противника пришлось отбежать в сторону, чтобы шагнуть в стабильный островок нави и не развоплотиться там. В остальном всё было примерно так же. Захват, бросок, попытки погасить инерцию и мат сквозь зубы из-за того, что почва здесь уж больно каменистая. Третий оппонент успел изрядно помять медведя, так что о молоте речи опять не пошло, я быстро отправил в мир духов и его. А потом мои глаза расширились, я схватил с земли оружие с земли, развернулся на сто восемьдесят градусов и дал дёру что было сил, слыша за спиной удары лап Михалыча и топот множества каменных ног. После уничтожения четырёх гигантов к нам бежала уже вся долина ходячих камней. А впереди активно нахлёстывали лошадей Авалий и эр Эдво, которые тоже верно оценили ситуацию. Одна радость, остальные беспокойные булыжники были подальше, а потому мы имели неплохую фору. Я даже сподобился крикнуть магу вопрос, вместо того чтобы беречь дыхание.

-Мэтр, в кристалле-то что-нибудь разглядеть удалось, пока я занят был?

-Полон энергии, которая стоит где-то между моей и вашей, но это всё — отозвался маг, не оборачиваясь — Обидно, опять Быка обойдём и в пыль рассыпется.

-Э не — крикнул я, прибавляя ходу и смотря на Михалыча, который меня догнал и теперь держался вровень. Да, слухи о медлительности медведей сильно преувеличены, они вообще-то и оленя догнать могут. Обычно топтыгины правда не способны поддерживать высокий темп долго. Но духи не знают усталости, а так же лишены некоторых других минусов живых существ. — Есть у меня на него планы, так что давайте сюда.

Спустя несколько секунд энергетическая вкусняшка оказалась в зубах пещерного медведя, который ею весело захрустел набегу. А я смотрел уже не только затем куда ставлю ногу, чтобы не навернуться и не быть растоптанным к демоновой матери толпой каменных гигантов, но и за тем, как медвежья шерсть обретает оттенок серого гранита. Зрелище было фантастическим.

От автора

Приветствую уважаемых читателей. Я безумно рад всех вас снова «видеть», ещё больше рад от того, что моё творчество по прежнему вам интересно. Огромадное спасибо вам за лайки, за интересные комментарии и особенно награды. Я ещё книгу не написал, потому мне даже как-то стрёмно от того, что вы даёте деньги. Но это определённо заставляет больше стараться, тыкая пальцами в буквы. В общем благодарю вас всех и ещё раз повторяю, люди, вы офигенные:)

Глава 6

Я в очередной раз сидел на полюбившемся мне месте, смотря на открывшийся горный пейзаж. Только вот на камнях под задницей шкура была овечьей, а не медвежьей. Михалыч изволил гулять по тварному миру, заодно охраняя территорию вокруг лагеря. За последний месяц наши взаимоотношения несколько сгладились и хотя мы не стали друзьями, но он кажется наконец более-менее разобрался для себя в концепции стаи. Для хищника-одиночки это конечно было не самым простым делом, но этот дух всё таки не был дураком. Что уж говорить, я в прошлой жизни встречал людей тупее.

Наш поход на стрелку с камнями номер два увенчался успехом и мы даже сумели унести ноги, благополучно укокошив четыре ходячих булыжника. Это была победа! Но самое интересное для меня, как для шамана, началось после. Во-первых Михалыч чуть второй раз не дал дуба, уйдя на перерождение, чем был страшно недоволен. Энергия в кристалле ходячего камня была где-то между той, что привычна шаманам и той, которой пользуются арканисты. И если по началу казалось, что процесс поглощения идет отлично, то через пару часов выяснилось, что не все йогурты одинаково полезны. Медведь конечно стал заметно сильнее и крепче, окрасившись в цвета серого гранита, живучесть духа на нашем плане тоже выросла. Но изменения были резкими, энергия не совсем подходящей и у бедолаги случилось что-то среднее между отравлением и перееданием. Так что на стоянке не далеко от Сидячего быка в этот раз не Силаниль латал от повреждений великана, а я сидел и камлал перед шкурой пещерного медведя каменного окраса. Дух вернулся в навь, где чувствовал себя комфортнее и лежал, подвывая от неприятных ощущений во всей своей сущности. А я сидел и положив ему руку на лапу изображал из себя капельницу, чрезвычайно медленно вливая в Михалыча свою духовную энергию, которой латал появляющиеся то тут то там повреждения. Ситуация была неприятной ещё и потому, что по хорошему силу в медведя было лучше не вливать вовсе, ведь он страдал в том числе и от её переизбытка.

Оздоровительные процедуры длились до утра, когда я наконец перелил в медведя всё что у меня было. После этого почесав репу, я позвал его в тварный мир вместе с собой. Михалыч этому не обрадовался, но духи в яви расходуют энергию на своё поддержание в реальности, а с проблемой «переедания» необходимо было бороться. Так что шкура передо мной вновь стала пещерным медведем, а я потребовал дать мне пожрать и выспаться. Что и проделал, привалившись спиной к зверю, что продолжил лежать в тварном мире ровно так же, как и в мире духов. Только что больше не подвывал и не ревел от боли, которая всё таки отступила.

Проснулся я только поздним вечером и был вынужден оставить вопросы ма Листа без ответа. Начался новый оздоровительный сеанс, опять затянувшийся до утра. Но зато в этот раз можно было с уверенностью сказать, что я не лишусь питомца из-за неправильной кормежки. Всё таки прежде чем полностью полагаться на слова мага, стоило осмотреть кристалл лично… Только вот кто б мне дал на это время? Но нет худо без добра, в итоге мой дух-помощник определённо прибавил в силе и даже приобрел некую толику материальности, укрепив свой якорь, он же дом духа, он же шкура медвежья, серая, одна штука. По крайней мере энергию на своё поддержание в яви он теперь расходовал заметно медленнее.

Ну а ещё за завтраком мне уже не удалось отмазаться от вопросов Авалия. Ей духам, были опасения, что снедаемый любопытством учёный в меня каким-нибудь заклятием кинется, если я снова спать завалюсь. Так что мы двинули к комфорту юрты, а заодно начались объяснения. Но как не странно первый вопрос задал эр Эдво и звучал он так:

-На медведе-то на твоём ездить можно?

В этот момент я едва не сделал челодлань, но каким-то чудом удержался и просто ответил:

-Нет. И сразу предупреждаю, если попробуешь на него влезть, то я не удержу Михалыча достаточно долго, чтобы ты смог убежать.

Здоровенный рыцарь с вечной проблемой поиска достаточно могучих коней, которые могли бы нести его в бой слегка приуныл, но совсем энтузиазма не утратил.

-А какого-нибудь другого можешь заставить возить человека на спине?

-Эх, другого… Это надо каким-то чудом найти его с характером по покладистей, а потом ещё как-то уболтать, чтоб он на такой договор согласился — почесал я затылок — Может когда сильнее и опытней стану, но пока что я слабоват. Да и такой дух всё равно не сможет пребывать в нашем мире постоянно, максимум будет возможность ненадолго призывать его для битвы.

-Ну мне он кроме битвы и не нужен нигде — хмыкнул ма Гратан и потрепал своего скакуна по шее — В остальное время всё таки есть на чём ездить. Это в галоп подо мной не всякий конь пойдёт. Так что становить сильнее!

-Ха, будто я против — улыбнулся я в ответ. Ну что ж, можно считать что моё выступление с магией не поколебало отношение ко мне представителя военной аристократии. Это было хорошо.

-Кто о чём, а рыцари о скакунах — возвёл очи горе Авалий — Что с теми тремя гигантами-то произошло, когда вы исчезали?

-Мне удалось отправить их в мир духов, а после вернуться назад, причём даже без особых потерь, пара ушибов не в счёт — улыбнулся я опять, запуская пальцы в шерсть на загривке Михалыча, шедшего рядом. Тот недовольно рыкнул и руку пришлось убрать. Медведь не собака, медведь такое не любит, запомним — Там они и сгинули, навь здесь очень опасна.

-А вы и человека можете там, хм — замялся маг — Сгинуть?

-Да, но с ним будет сложнее — пожал я плечами — Разумное существо будет подспудно стараться остаться на своём родном плане, а эти гиганты имеют странную примесь именно нави. К тому же для этого нужно схватить врага, без близкого контакта ничего не выйдет. Опять же концентрация и риск не вернуться самому или покалечиться… В общем в любом ином случае я бы предпочёл просто ударить противника топором по башке, но когда этот способ не работает, приходится идти на отчаянные шаги. Как кстати вели себя булыжники, пока я был занят?

О том, что они как всегда не перешли невидимой черты, я конечно знал. Но мне были интересны подробности. И маг с рыцарем поведали мне их, прежде чем снова начать донимать скромного шамана. Ходячие камни потоптались у Сидячего быка почти сутки. А потом дозорный, отправленный глянуть как они там себя чувствуют обнаружил, что булыжники двинули в обратный путь. Мужик даже слегка проехался на «их» территорию. Первый булыжник повстречался на дороге недалеко от того места, где я огрёб сотрясение и прочие травмы не так давно. Это наводило на некоторые мысли.

Вернувшись в наш базовый лагерь, я наконец с комфортом выспался. Медведь кстати пытался пролезть в общую берлогу, но был отправлен на родной план. Ибо нефиг. Я же на следующий день намылился опять посетить булыжники и усиленно размышлял, стоит ли кормить кристаллом Гектора. С одной стороны конечно следовало бы, мой рысь хоть размером и поменьше медведя, но значительно сильнее сам по себя, потому что уже годы связан со мной. С другой дело было как раз в том, что мы практически являемся одним целым, а значит энергия полупрозрачного камня в итоге накроет нас обоих. Ситуация была из серии и хочется и колется и мама не велит. Но взвесив все за и против я решил вновь рискнуть. Всё таки Михалыч изрядно прибавил в прочности, а мне ещё предстояло очень много схваток с ходячими камнями. Кто поручится, что я снова не получу по голове, если что-то пойдёт не так? Разумеется никто. А накладки определённо неизбежны. В прошлый же раз удары булыжника едва не отправили меня на новое перерождение.

Так что на следующий день наша группа «приключенцев» укокошила только одного «моба», который так и слонялся на дороге. А потом мы резво двинулись обратно даже не выясняя, почуяли ли его собратья в долине, что их стало на ещё одного меньше. Кристалл же я скормил Гектору, нырнув с ним на мгновенье в навь, почти у самой невидимой границы территории ходячих скал. А потом быстренько пошёл в базовый лагерь. Торопился к юрте я не зря, но всё равно не успел. Меня скрутило где-то на двух третях пути и я свалился на землю, трясясь в позе эмбриона.

О как же я материл себя в этот момент! Всё моё тело орало от боли, по жилам вместо крови как будто тёк расплавленный металл, голова горела огнём, каждая кость как будто была готова взорваться, а я понял какого демона Михалыч выл, напоминая волка-переростка, а не рычал от боли. Другие звуки издавать тупо не получалось! К счастью мои спутники были предупреждены о том, что может случится именно так, а потому не удивились. Силаниль же не пытался влить в меня ещё и энергию Света для лечения, что вероятно могло бы меня всё таки угробить. Так что народ просто разложил медвежью шкуру, худо-бедно перекантовал моё тело на неё, а дальше груз потащили волоком. Краем сознания я слышал разговор эра Эдво с Авалием. Рыцарь восхищался крепостью шкуры моего питомца и прикидыал, а реально ли прорубить её с одного удара боевым топором. Маг на это ответил:

-Не советую проверять. Магнус уже сказал, что не удержит медведя, пока ты будешь убегать. Особенно сейчас.

-Думаешь он перестанет быть просто подстилкой?

-Я бы очень постарался перестать, если бы кто-то начал долбить мои останки топором — хмыкнул ма Лист.

Мне же оставалось подвывать вслух и материться про себя, проклиная свой идиотизм. Сильнее захотелось стать, млять, Михалыч выдержал и со мной всё в порядке будет, млять, на двоих всё с тотемом поделим, млять, де@#₽л ё×@ый, млять! Гектор тоже был не в восторге и… В общем он тоже выражал своё неудовольствие вслух в моём разуме, пока я смотрел, как кожа на моих руках то сереет, то возвращает себе нормальный цвет. Но на это в тот момент мне было откровенно насрать. Я был готов стать хоть серо-буро-малиновым в крапинку, лишь бы боль ушла ну или хотя бы получилось потерять сознание.

Пытка длилась три дня и три ночи, как когда-то говорили в сказках. Но к моему великому счастью как раз на третьи сутки мой разум сказал «Закрой за мной дверь, я мухожук» и меня наконец накрыла спасительная тьма. Кажется мне даже что-то снилось, но проснувшись, ничего вспомнить не удалось. Зато пришёл в себя я не от боли, а от всепоглощающего желания жрать, что было отличным признаком. У умирающих и тяжелобольных такого аппетита не бывает!

После того, как я наелся от пуза и поблагодарил Алисанду за вкусную готовку, от чего щеки девушки уже привычно порозовели, настало время расспросить товарищей о новостях. Их правда по большому счёту не было. Я валялся иногда подвывая, они волновались и гадали, когда это закончится, двое воинов ма Гратана снова прокатились в Верхнюю каменку прикупить продуктов, в остальном ничего не произошло. Во мне же были изменения. Кожа к счастью не сменила цвет, оставшись прежней, но вот глаза посерели. Я чувствовал, что прибавил в физической силе, хотя и не слишком сильно. Шкурка у меня не стала прочнее, что до костей… Вероятно они теперь требуют больших усилий чтобы сломаться, но ну нафиг эксперименты в этом направлении. К тому же исходных данных о прочности до усвоения кристалла я не имел. Так что оставалось надеяться, что страдания пришлось терпеть не зря и прибавка значительна.

А дальше началась охота, подозрительно напоминающая работу. Мы ходили в долину, ма Лист кидал заклятие в одного из каменных гигантов. Тот бежал на мага, стремясь уничтожить обидчика, но на его пути закономерно вставали мы с Михалычем. Первый гигант разбирался нами на кристалл, так как выяснилось, что это меньше привлекает внимание остальных. Потом на нас набегали три-четыре ближайших ходячих булыжника, которых я быстро спроваживал в навь. Следующим шагом было дать дёру от толпы, которая неслась объяснить нам всю ошибочность нашего поведения. Пока что схема работала, алгоритм был действенным.

Правда с изучением кристаллов и причин возникновения ходячих камней был затык. На первое было всё таки маловато времени по пути обратно к Сидячему быку. Попытка захватить ещё один полупрозрачный камень на самой дороге, не суясь в долину, тоже ничего не дала. Уже через два часа он начал разрушаться, рассыпаясь в песок и источая не структурированную энергию. Духам стихий их энергия и вовсе не подошла, ни Петр ни Феанор не смогли её поглотить, видимо для этого подходили только духи живых существ. С самими же гигантами понятно было немногое. Их породила некая аномалия магико-духовного типа, отправляя ходячие булыжники в навь или иным способом уничтожая кристаллы-основы, мы высвобождали энергию и тем самым восстанавливали мир духов, где уже не так буйствовали эфирные бури. У меня даже появилась сырая теория, что весь этот беспорядок с бьющими фонтанами силы был аналогом электро-дуги между плюсом и минусом. Что-то разнесло частицы нави в реальный мир, создав разность потенциалов, а дальше началось веселье. Но причины самой аномалии по прежнему было не видать, хотя мы уже очистили первую долину Рирта и сейчас осилили больше половины второй. Увы, мироздание не спешило предоставлять мне какое-нибудь колечко или крестраж, раздолбав который, разом можно было бы решить проблему. Книги или дневника, где создатель аномалии расписал свои действия и идеи тоже как-то в развалинах Риртского замка не обнаружилось. Если что-то такое когда-то и было, то давным-давно сгнило. Там вообще мало что нашлось, хотя мы не теряли надежды раскопать подвалы и найти казну прошлого эра, ведь золото не ржавеет. Вряд ли его там конечно было много в таком захолустье, но всё же это стало бы для меня хорошим подспорьем. Кстати стоило пошерстить с Петром первую долину, где вероятно погибло объединённое войско. Эры и прочие славные воины не редко носят золотые гривны на шее, а порой и не просто драгметаллы. Магические амулеты тоже весьма в ходу у благородного сословия.

Мои меркантильные размышления прервал тонкий визг и громоподобный рёв Михалыча из-за поворота горной дороги. Медведь оценил малое количество потерь энергии в яви и заимел привычку снова носить свою шкуры, так что мне оставалось только его поддерживать, пассивно усиливая нашу духовную связь. Но сейчас что-то похоже пошло не так и я быстро рванул вперёд, чтобы увидеть что именно.

За поворотом дороги мне предстала картина маслом. На высоте двух моих ростов за отвесную скалу пальцами цеплялась леди Суна в охотничьем костюме и с луком за спиной. Прямо под ней вставший на задние лапы Михалыч вбивал когти в камень, начиная лезть наверх и чуть ли не облизываясь. Пришлось вновь признать, что кристалл определённо добавил ему сил и способностей. Пока соседка не стала ужином для духа, я подбежал к медведю, схватил его за холку и оторвал от скалы, заваливая на землю, а потом ещё и отвесил пинка по каменной заднице со словами:

-Михалыч, ёж твою медь, какого хрена ты творишь?!

Медведь на это ответил злым и обиженным рёвом, которым объяснил, что я сам ему нарезал задачу не просто слоняться по округе, а присматривать за всем и особенно за тем, чтобы к нам кто-нибудь незаметно не подобрался. Враги у меня были и неожиданных визитов мокроделов я не хотел, к тому же подчинённым лучше быть при деле. И теперь уже дух интересовался, какого хрена творю я. Нарушитель, значится, к нам тихонько пробирался, был вооружён, даже успел выпустить по нему, охраннику моего покоя, стрелу. А я, вместо того чтобы похвалить пещерного медведя за службу и выдать премию энергией, подло нападаю со спины. Как так?!

-Эм… Извиняй, накладка вышла — примирительно поднял я руки — Это просто свои. Её тоже запомни и защищай на ровне с остальным отрядом в случае чего.

-Ррраааа — вновь издал медведь обиженный рёв.

-Да будет тебе всё, будет! Вымогатель мохнатый — пообещал я премию и компенсацию за пинок под зад. Неловко получилось, косяк надо было замазать.

-Эр Маааа!!! — вдруг раздалось сверху и мне пришлось резко развернуться и ловить сорвавшуюся со скалы девушку, пока она не расшиблась.

-Леди Суна, вы б в следующий раз предупреждали о визитах что ли — неловко буркнул я, держа дочь соседа на руках. Та смотрела то на медведя то на меня глазами, размерами с блюдца.

Глава 7

В общем выяснилось, что леди м'Осколто опять вырвалась искать на свои вторые девяносто приключений и таки едва не нашла их в морде лица Михалыча. Но Великие духи миловали и я успел вовремя. На вопрос же как тут продвигаются мои дела и не приходилось ли Силанилю снова вытаскивать меня из под косы Мрачного жнеца, я ответил с улыбкой:

-Да нет, Сил скучает, иногда поправляя ушибы, за что большое спасибо этому мохнатому шутнику — кивок в сторону медведя — Думаю мы через пару недель пойдём в последнюю долину.

-Вы нашли какую-то горную тропу туда в обход первых двух? — спросила сбитая с толку девушка.

-Нет, просто во второй ходячие камни уже заканчиваются — хмыкнул я, а потом весело рассмеялся, понаблюдав за лицом юной леди.

-Так вы шутите? — насупилась она, не правильно поняв причину моего веселья.

-Да нет, я серьёзен. Нам удалось найти подход к противнику и дело пошло — мне осталось только пожать плечами — Скоро надо будет разбираться с развалинами замка.

-А с ними-то что не так?

-То, что в них жить невозможно. А юрта у меня хоть и хорошая, но уважающий себя эр всё таки должен иметь крепость. Я ж не степной хан какой-то — хмыкнул я — У вас-то что дома творится? Обещал я вашему батюшке прогуляться в гости, когда он за вами в прошлый раз заехал, но всё как-то не вырваться. Уж вам-то знакомо чувство охотничьего азарата.

-Не думала что кто-то будет охотиться на главную страшилку нагих гор, как на диких коз — улыбнулась девушка, но потом возвела очи горе — Ну а у нас зелёная тоска и уныние, главная новость — драка двух смердов за невесту, которую парни не поделили…

В общем в провинциальном владении Суне было скучно в силу того, что жизнь там подозрительно напоминала день сурка. Впрочем в средневековье, пусть даже магическом, она для большинства именно такая. Работа, работа, ещё раз работа и редкие новости, которые иногда привозят купцы вместе с товаром. Разбитая морда у кого-то из соседей становится главной темой обсуждения на недели, а порой месяцы. И я даже не знаю что лучше, такая жизнь или постоянная фильтрация информационного шума в моём прошлом мире, когда интернет или не дай духи ещё не выброшенный на помойку зомбоящик пытается пичкать тебя всякой дрянью.

Так что послушать о наших подвигах девушке определённо было интересно. Тут у нас всё таки идет жёсткая и бескомпромиссная борьба с каменными гигантами, которые действовали на нервы всем окрестным обитателям самим фактом своего существования. Никто ведь не знал механизма, который останавливал их от прогулок дальше Сидячего быка, а потому и не мог с уверенностью сказать, что завтра к ним не придёт беда. С этим конечно жили и даже привыкли, но всё же настроение оно никому не добавляло. Хотя как я понял, такое положение вещей не было чем-то невероятно удивительным для людей в этом мире. Их королевства захватили многие хорошие земли, но так сказать не целиком. Где-то в горах рядом мог без проблем жить дракон, который время от времени не охотится на местных диких баранов, а прилетает к людям сожрать корову. И с таким положением вещей люди обычно мирятся, потому что живёт ящер где-то в пещере, до которой не так-то просто дойти, не будучи сожжённым на каком-нибудь горном серпантине. Да и вообще сие мероприятие вообще грозит крайне серьёзными потерями, а соседи не дремлют. Так что разумней смирится с потерями коров, чем класть в землю десятки рыцарей с их воинами с сомнительным результатом, если дракон не начинает жечь замки и деревни людей.

Мой же рассказ он нашей борьбе с чудовищами по пути к юрте правда получился довольно коротким, так как я старался поддержать образ скромного героя, помятуя об одном хитром комиссаре. Звучал он примерно так:

-Ходим, бьем, потом бежим к Быку, чтобы нас не задавили числом. А затем ждем денёк, пока ходячие скалы снова вернуться к себе и отдыхаем, как сегодня — проговорил я без излишнего пафоса — До сих пор правда непонятно почему они стремятся оказаться в определённых местах Рирта, а не держатся плотными группами, но уж как есть и это нам на руку.

Но вот в лагере развернулись эр Эдво и Глам Серебряный язык, начав живописать подробности. В выходной ребята успели хлебнуть медовухи, поспевшей в Верхней каменке у одного седого старичка, которого я тоже надеялся переманить к себе, а потому опять началось демон знает что и мне приходилось осаживать рассказчиков. А то получался не великан с молотом, а как минимум Тор Громовержец с Мьёльниром. И по три гиганта разом я сносил одним ударом и колотушка ко мне в руки отлетала повинуясь жесту и тайному великаньему слову. В общем мрак и ужас.

Но девушка слушала развесив уши и двух любителей художественных преувеличений и мои комментарии из серии:

-Да тот вообще не считается, его мэтр Авалий пустил по ледяной дорожке, осталось только придержать аккуратно, чтоб развалился.

Или:

-Этого Михалыч считай один заломал, я в основном рядом постоял.

Всё это сопровождалось добродушными смешками мага, который в баснях уже давно перерос всех архимагов вместе взятых и должен бы был с такой силушкой трясти горами, как вениками и кипятить моря, как чайники. Ну а Михалыч видимо являлся царём-медведем этого мира, а то и вовсе медвежьим богом, который чуть ли не каньоны и новые долины создаёт одним ударом когтистой лапы. Но сидеть нам было весело, а медовуха и правда была хороша, да. Только вот ближе к ночи дева-лучница вознамерилась отправиться с нами в следующую вылазку, но была обломана.

-Без доброго коня, который сможет поддерживать темп до самого Сидячего быка, там делать нечего — отрезал я, но потом всё таки подсластил пилюлю — Уговорите выделить вам такого вашего отца, когда он нас вновь посетит, тогда можно будет о чём-то разговаривать. А на плохой лошади и тем паче на своих двоих там смерть. И ладно бы только вам, но и всем, кто попробует вас спасти.

Средневековая пацанка насупилась, но спорить не стала. Опасаясь какого-нибудь фортеля от неё, бойцам эра Эдво был дан приказ глаз с девушки не спускать. И сделано это было не зря, Суна попыталась покинуть лагерь после нас на следующий день, но была схвачена за шкирку и затолкана в юрту на попечение Алисанды с братом и мелкой сестрой. Наша юная повариха испытывала к дочери соседнего владетеля отчётливую неприязнь, которая подозрительно напоминала женскую ревность и потому была более чем бдительной «тюремщицей». А по возвращению в базовый лагерь нас встретил ещё и её отец с несколькими своими воинами, а так же сыном.

-Доброго вечера, эр Хитт — добродушно поприветствовал я его, неся свой молот на плече — Рад видеть вас в своей скромной обители.

-Взаимно, эр Магнус — слегка склонил голову рыцарь — Вижу в этот раз вы возвращаетесь невредимым. Охота прошла успешно?

-Более чем, сегодня наш счет семь — проговорил я, умалчивая, что с удовольствием ограничился и меньшим числом. Но для побега нужна фора, а места, к которому прибежало бы меньше ходячих камней за раз, не нашлось. Так что пришлось покрутиться, как ужу на горячей сковородке, прежде чем давать по тапкам. Ну и немножко огрести по ребрам, не без этого — А вы я вижу решили посетить нас с наследником.

-Сын должен видеть, что происходит вокруг и быть на короткой ноге с соседями — улыбнулся мужик — Кстати спасибо, что присмотрели за моей непутёвой дочерью.

-Пустое, эр Хитт. Тем более я бы не назвал Суну непутёвой девушкой — улыбнулся я, увидев покрасневшие щёки во втором ряду — Скорее уж просто активной.

-Будь она помладше, я бы подумал, что вы прощупываете камни для сватовства — улыбнулся рыцарь, использовав присловье, принятое у горцев, а не жителей равнин, где можно угодить в болото.

-Помилуйте, друг мой, будь она моложе, она бы не была мне интересна — махнул я рукой, памятуя о возрасте, в котором тут принято выдавать дочерей замуж и ммм… своих физиологических особенностях, которые тринадцатилетнюю девочку могут и убить в процессе брачной ночи. Всё таки я вдвое больше человека во всём, включая детородный орган. Хотя тот факт, что на Земле у азиатов прибор раза в два меньше, чем у негров, но азиатки таки "скрещиваются" с чернокожими, давал мне некоторую надежду на семейное счастье не с великаншей, которую сначала надо долго и упорно отмывать (От автора: да, в комментариях опять спрашивают о росте и размерах) — Пожалуйте лучше к «столу», Алисанда наверняка нас сегодня вновь порадует.

-У великанов принято заключать браки позднее? — поинтересовался сосед, когда мы расселись в юрте вокруг скатерти. У меня была мысль «вырастить» из камня стол вместе с Петром, но по здравому размышлению её пришлось отбросить. Место бы он занял немало, а мы тут ещё и спали — К своему стыду я не поинтересовался обычаями вашего народа в прошлые наши встречи.

-Да нет, скорее у нас не принято доставлять боль своей второй половине на ложе — практически открытым текстом объяснил я свою проблему рыцарю — К тому женщины как правило достаются сильным, умелым и богатым членам племени.

-То есть прежде чем к кому-то свататься вы должны разбогатеть?

-Можно сказать и так, хотя я уже и имею довольно богатств в виде своего оружия и снаряжения. Но для полного соблюдения приличий мне всё таки следует добить ходячие камни с построить дом — слегка приврал я о обычаях великанов. Дом, машина, зарплата, перспективы… Это всё было во мне из прошлого мира. Здесь великан имел женщину, если мог постукать всех остальных желающих её иметь. Ну и прокормить, да. Но это уже было вторичным, бабы ведь не безрукие, тоже в лес за едой ходят — После этого действительно можно будет начать думать о продолжении рода.

-Судя по рассказам вашего менестреля осталось недолго — улыбнулся собеседник — Скоро вы должны как раз взяться за замок. Хотя его строительство конечно займет годы.

-Я надеюсь управиться раньше, но да, дело будет не быстрым — дипломатично ответил я, не хвалясь успехами в управлении камнем раньше времени — Тем более мэтру Авалию передали, что эр Килан м'Осато должен будет прибыть через месяца полтора, чтобы отвлечь меня от дел.

-К вам приедет младший наследник? — резко подобрался эр Хитт.

-Ну не лично ко мне — поспешил я его успокоить, пока он чего лишнего себе не на придумывал — Он собирается отправиться отсюда объезжать южные рубежы герцогства по поручению своего отца. Вопрос был только в том начнёт ли он здесь или мне уже на днях придется собирать вещи, чтобы ехать в Осатомон и присоединяться к свите, чтобы двигаться сперва на запад.

-Вы не рассказывали про наследника и ваши близкие взаимоотношения — подала голос Суна.

-Не назвал бы их близкими — отшутился я — Просто юноша оценил в своём путешествии с Севера пользу от великана-телохранителя, а я предпочитаю немного поесть за счёт сюзерена и слегка подзаработать, а не отправлять щитовые деньги в Осатомон. Крестьян-то пока нет, чтоб налоги мне платить.

Так мы и общались в тот вечер. На поход «за каменными скальпами» для своей дочери рыцарь добра не дал, но сам изъявил желание прокатиться и посмотреть на наши подвиги своими глазами. Для возражений особых причин у нас не было, в конце концов мужик имел боевой опыт, а не являлся гражданским шпаком, конь у него был добрым. А главное высказал он просьбу вежливо, не оскорбляя никого из присутствующих недоверием. Так что послезавтра эр Хитт благополучно занял с утра место в группе номер два. Поход в общем прошёл штатно. Мы благополучно добрались почти до второго перевала, где отправили в небытие пятерых каменных гигантов. Михалыч показал себя во всей красе, я в общем-то тоже не подкачал, Авалий как всегда приманил первого, а потом получил в загребущие руки кристалл и помчался в сторону второй группы.

Маг всё не терял надежды что-то открыть, хотя по моему за деревьями не видел леса. Идея с вытаскиванием частицы нави в явь и выкачивания энергии из разницы потенциалов нравилась мне всё больше. Только вот теория требовала проверки, а главное хотелось чтобы можно было резко прибавить силёнок стихийным духам, как это удалось с рысью и медведем. К тому же по взаимодействию с кристаллами хватало вопросов… Было бы неплохо, если бы при их усвоении они не пытались убить «пациента» и действовали на него больше одного раза. Михалыча уговорить на повторную кормёжку оказалось невозможно, но вот Гектора я всё таки дожал в последующие дни, но произошло одно сплошное ничего. Так что положенный каждому попаденцу рояль в кустах, который бы позволил мне стать чудовищно сильно-могучим нагибатором видимо был где-то не здесь.

Эр Хитт в свою очередь убедился в наших успехах лично и я начал обоснованно подозревать, что шутка про сватовство перестала быть такой уж шуткой. Вероятно изначально рыцарь хотел таким способом вправить мозги Суне под лозунгом «Доиграешься, дура, за великана тебя отдам». Но оный великан таки весьма успешно стукал каменных гигантов и вероятно с не меньшими результатами будет стукать орков, а так же любых других недоброжелателей рода Осколто. К тому же имели место быть подвязки при дворе как минимум младшего наследника, а может не только его. Чем не хороший зять? Тем более, что нравы тут были простыми и женщины не редко являлись ходовым товаром и знаком заключения союзов. И за кривых их выдавали, и за косых, и за стариков и демон знает за кого ещё. Так что великан в глазах эра Хитта был не самым плохим вариантом. Если конечно не брешет о младшем наследнике и шею себе в третьей долине случайно не сломает. По крайней мере со стороны мне казалось именно так, когда сосед увёз дочку и сына домой, пожелав нам всяческих успехов. А эр Эдво начал меня подкалывать на тему ещё одного рода с великаньей кровью в жилах. С удивлением для себя я понял что слегка смущаюсь. У меня даже появилось подозрение, что чтоб у ни было с памятью прошлой жизни, а подростковые проблемы с эмоциями на всё положат железобетонного болта и один чёрт придут. Уже пришли, блин, практически!

Мне нравится девочка, но я не знаю как нам с ней начать отношения. Потому что она прекрасное создание с шилом в заднице, а я огромное и страшное чудовище. Для полного счастья ещё и её папаша подкозлил с разговорами про сватовство. Нет в мире такой штуки, что нравится девочке-пацанке, если её навязывают родители. Так что у Суны обязательно будет бомбить и подгорать там, где её спина теряет своё благородное название. Что нашим хорошим отношениям не поспособствует от слова совсем. А я как-то был не готов к завоеванию невесты по средневековому. Тут ведь целая гора браков, где девушка жениха до свадьбы в глаза не видела и уже любила кого-то, за кого её родители не стали отдавать. А потому методика укрощения строптивых отработана и состоит она из регулярных звездюлей и беременностей. С такими раскладами благоверная неизбежно знакомится со всей глубиной фразы «да убоится жена мужа своего», а потом начинает видеть, что суженый их общих детей вполне себе любит. И всё у них как-то устаканивается. Только вот я пока что был как-то не готов систематически бить и насиловать жену на протяжении нескольких лет, пока у неё в мозгах всё не перевернётся. Мне вообще была противна подобная концепция. Хотелось всё таки нести человеку, который мне искренне симпатичен что-то по лучше выше означенных опций. Хотелось дарить радость, счастье, веселье, ласку, да просто удовольствие наконец. И получать тоже самое в ответ. К тому же чисто из прагматических соображений хотелось иметь жену, которая будет меня поддерживать, являясь надёжным тылом и соратницей, а не почти рабыней с тяжеленым камнем за пазухой. В общем я имел чёткое представление о том, какие семейные отношения хочу, и невеста притащенная к алтарю за шкирку в них не вписывалась, даром что гормоны шибали из ушей, давя на мозг.

Но зато у меня был крайне действенный способ борьбы с душевными треволнениями. Молот в руки и вперёд превозмогать аки Танкред Дорнович. До почтенного дредноута космодесанта мне конечно было далековато, но я знал к чему стремиться, как дрищь с гантелями перед фоткой Шварца в его лучшие годы. Так что и месяца не прошло, как каменные гиганты закончились. Последний был разобран нами с Михалычем как-то буднично, уж больно мы навострились в этом деле. Кристалл вновь попал в руки Авалию и благополучно рассыпался через два часа в невесомую пуль. Это был безмерно радостный день, но с каким-то странным привкусом обиды. Я ждал… ну хоть чего-то. Какого-то светопреставления, прихода призраков бывших владетелей Рирта, которые поблагодарят меня за уничтожения тех, кто прервал их род, ещё чего-то в этом духе. Но ни хрена подобного, всё было тихо. Только в мой сон попытался прокрасться Ирбис, но вновь был замечем благодаря знакам, когда-то полученным от Коня. Поняв, что раскрыт, кошак с важным видом сообщил, что дарует мне право на Рирт и быстро свалил, состроив тем самым хорошую мину при плохой игре.

А потом настало время заняться строительством дома, он же Замок Великана. Ну или хотя бы начать, пока Килан не приехал и мне не пришлось отправляться в командировку. В чём-то я всё больше начинал понимать средневековых рыцарей, которые любили положить болта на приказы своих соверенов. Живёшь ты, занимаешься своим феодом, собираешь налоги с крестьян, которые время от времени пытаются припрятать часть урожая от твоих проверяющих, следишь за порядком, чтобы не завелись какие-нибудь разбойники и не начали собирать ништяки с твоих смердов вместо тебя, трясёшь коммерсов на дорожный налог, они же средневековые купцы, которые кстати ездят с охраной порой не менее зубастой, чем твоя дружина и могут встать в позу… А потом к тебе является гонец и заявляет что-то из серии «Нашему царю показали фигу! Умрём все до последнего!». И тебя вынуждают бросить все дела и мчатся невесть куда убивать незнакомых тебе людей, а возможно и умирать самому. Блеск! Хорошо хоть пока что в Осато ничего подобного не творилось и нас ждала просто инспекция приграничья, за которую мне заплатят «командировочные». Но один демон, осознание того факта, что строительство замка придется бросить чуть ли не едва начав, меня бесило.

Глава 8

Что я знал о средневековых замках? С одной стороны казалось, что не мало, но с другой почти ничего. Я бывал не раз в Петропавловской крепости, которая имела «звездную» архитектуру и могла успешно сопротивляться даже огню пороховой артиллерии. Был я и в Старой Ладоге и в Орешке на экскурсиях. А моя дача была в Приозерске, так что Корелу я облазил вдоль и поперёк. Приходилось мне не только видеть своими глазами фортификационные сооружения, но и читать о них. Я даже вполне представлял, что значат стрёмные слова барбакан и машикули.

Но при этом понимал, что любой средневековый замок — это не только стены с башнями. Это некий живой организм, внутри которого обитают разумные существа. То есть он нёс не только чисто защитные функции, но и вполне себе являлся хозяйственным объектом со спальными местами, столовой, кухней, кузницей, конюшней, продуктовыми складами, колодцем, отхожими местами и ещё кучей всего, что с первого взгляда не бросается в глаза, но обязательно должно быть. Иначе сидеть в осаде не получится.

А возможность выдерживать длительные осады превосходящими силами противника является едва ли не главным, ради чего замки вообще строят. Следующим пунктом, ради чего существуют эти сооружения является защита неких территорий. Петропавловка запирала Неву. Затем Кронштадт и его форты переняли эту функцию. Замок Рирта когда-то запирал перевал в три долины. Сплошной стены вроде Черных Ворот Мордора здесь конечно не имелось, но проход был достаточно узким, чтобы простреливаться до скал со стен твердыни у перевала. Так что незваным гостям оставалось либо садиться в осаду либо пытаться брать Рирт штурмом. Под огнём за добычей особо не походишь и уж тем более её не вывезешь.

Так что посовещавшись со сведущими людьми, я принял решение о восстановлении замка на прежнем месте. Хотя идея о крутой стене с башнями на весь перевал осталось в моём большом и нежном сердце мифического чудовища. Саурону такое инженерное сооружение конечно не особо помогло, но я ведь не собираюсь вкладывать свою силу и жизнь во всякую бижутерию. Это никогда нормально не работает, особенно у мифических чудовищ!

Строительные же работы начались с геологоразведки, если её можно так назвать. Я сел камлать на развалинах и вместе с Петром мы перешерстили всё, что было ниже уровня земли. Нашлось там не так чтобы мало. Во-первых самым глубоким оказался семейный склеп местных владетелей, хорошо хоть не такой обширный, как у Старков в Винтерфельске. На кой ляд они его выкопали оказалось для меня загадкой, но на пару с духом земли мы смогли организовать спуск в не обвалившиеся секции и получить доступ для Влара в обвалившиеся. И мне пришлось попросить парня извлечь останки, для их перезахоронения в соответствии с ритуалами церкви Света, благо свой карманный жрец у нас был. Я же при этом сослался на великаньи обычаи разделения жилья и мест захоронений, но в голове держал немножко другое. Тут всё таки царило магическое средневековье, в котором встречаются милые сердцу каждого геймера мобы вроде малефиков и некромантов. Кем нужно быть, чтобы при этом держать кладбище у себя в подвале внутри защитных стен? И плевать мне на то, что тут уже какие-нибудь божественные погребальные ритуалы проводили, я верю в таланты труповодов. Я сам за труповода даже Диабло несколько раз нагнул и унизил!

После склепов и перезахоронения костей, мы перешли к остальным подвальным помещениям. Винный погреб разочаровал, содержимое бочек превратилось в отвратительную дрянь, шибающую в нос запахом уксуса, который порождал у меня «вьетнамские флэшбэки» про компресс на голове, закрывающий глаза. Ей духам, я жалел о остроте своего обоняния, когда эр Эдво пытался найти хоть что-то годное к употреблению. И даже несколько новых речевых оборотов от рыцаря не смогли отвлечь меня от вони. Но зато вокруг нас стали крутиться духи воздуха. Им запах, к моему удивлению, отвратительным не казался, просто необычным. Оно в целом было не мудрено, уверен, что на многие дни пути вокруг последние лет сто нигде не воняло так же сильно. Зацепить одного из духов в свою свиту правда не получилось, хаотичные создания оставались такими же свободолюбивыми, лишь дразня меня, то проявляя интерес к моим предложениям, то улетая. Но три из них вполне стабильно возвращались в последующие дни, согласные на разовые поручения за энергию, так что я не терял надежды сделать ещё один шажок на пути своего становления истинным шаманом. Всё таки иметь в свите духов четырёх основных стихий, два из которых являются антагонистами двух других — это обязательный пункт Пути, а так же очень весомый показатель того, как много твоё слово значит в мире нави. Слабак или балабол никогда не соберёт под своей рукой противоположности, ни хватит ни сил, ни авторитета.

Ровно так же нас не порадовали и продуктовые подвалы. Всё там давным-давно сгнило к демоновой матери. Но зато три воздушных сущности поработали на приточно-вытяжной вентиляции и вдоволь вкусили необычных запахов. Извращенцы конечно… Но я давно смирился с тем, что духи всё воспринимают не так, как мы. Кстати в этот раз хоть нашлось что-то полезное в виде горсти монет в остатках кошелька. Похоже кто-то при жизни держал тут ухоронку и так и не успел потратить. Кем бы ни был предыдущий владелец денег, я мысленно поблагодарил его, а Силаниль помолился о душе бедняги.

Следующим пунктом оказались развалины донжона. Тут удача нам наконец улыбнулась. После изучения ржавых остатков оружия, амуниции и предметов быта, которые за двести лет пришли в полную негодность, мы наконец наткнулись на гнилую деревянную труху с монетами внутри. Моей добычей стали полторы сотни золотых кругляшков, две сотни серебрушек и почти столько же меди, которую вероятно держали для мелких расчётов. Лучше всего, как и при прошлой находке, конечно выглядел солнечный металл, а остальное пришлось аккуратно чистить от окислов. Но всё равно это было чертовски немало! Ма Рирты были не бедными людьми, светлая им память. А я получил стартовый капитал для закупки овец, которых потом можно будет стричь… Оставалось только привлечь людей на свою землю, которые будут этим заниматься. У меня конечно ещё приличный срок без налогов, но о источниках дохода стоило думать уже сейчас, а в былые времена Рирт славился именно руном. Если это работало раньше, почему бы ему не сработать и в этот раз? Не говоря о том, что бараний шашлык я весьма уважал. Духи великие, кем вообще нужно быть, чтобы не смотреть с наслаждением на то, как правильно замаринованное мясо подрумянивается над углями, роняя на них капли сока, что испаряются и дразнят твой нос божественными запахами амброзии, что уже скоро будет снята с шампуров… В общем разведению баранов быть, даже если тут под долинами золото с самоцветами.

Закончив с подвалами и завалами, я разделил рабочие дни на две части. В первой мы с Петром гуляли по окрестностям замка в поисках костей и украшений из драгоценных металлов, которые остались от погибшего два столетия назад объединённого войска. Останки извлекались для Силаниля и его погребальных церемоний во славу Света. Что кстати весьма одобрялось эром Эдво, эром Хиттом и всеми остальными соседями. Всё таки народ тут был весьма религиозен и подобные жесты ценились. Я только удивился, что в погибшем войске почему-то не было никого из соседних владений… Возможно конечно прежде попробовали что-то сделать сами, потеряли бойцов и унесли ноги, не потеряв ни одного эра. А может дело было и нечисто. Только вот спустя две сотни лет об этом уже было не дознаться. Но зато все побрякушки оказались моим законным трофеем, который никто не жалел оспаривать. И это было хорошо. Отдавать честно настуканное я желания не имел, а с ближайшими соседями стоило иметь хорошие отношения и не иметь глупых конфликтов. Из дальних же владений к нам пока никто не торопился ни благодарить за то, что свершилась месть за их родичей ни предъявлять права на какой-нибудь амулет, что передавался в семье много поколений.

Во вторую же часть дня я сначала ворочал камни в ручную, а потом потихоньку сращивал их в стены и потолки. Мы с Петром конечно могли заставить булыжники перетекать друг в друга силой своей общей воли, но обычно перенести что-то физически на нужное место было быстрее и проще. И дело пошло! Сначала подвалы снова стали подвалами, а не аварийными катакомбами, способными свалиться человеку на голову от любого чиха. А потом стал расти новый фундамент круглого донжона, за ним же вверх потянулись и стены. В день мне удавалось немного в абсолютных цифрах, всего сантиметров тридцадь-сорок. Но по факту это было прорывам в скоростном строительстве замков, не меньше. Возведение этих сооружений занимает годы, а тут бело шло к тому, что я управлюсь за месяцы. Да, пусть в долине, которая продолжала «дышать» энергией после уничтожения ходячих камней, но тем не менее.

Так что к приезду Килана первый этаж донжона был вполне себе возведён и даже имел крышу, которая не должна была стать полом этажа за номером два, а представляла из себя времянку из материалов, купленных по соседям. Всё таки высушенный лес не та штука, которую можно быстро сообразить на месте. И естественно это строение было рассчитано на мой рост, а не скромные габариты людей, которые смотрелись бы в моём доме, как дети… Если бы в нём была мебель. А с ней пока как-то не сложилось. Я заказал в землях Осколто у плотников кровать, стол и стулья, но пока что ничего не было готово, так что спать приходилось практически по походному. Михалыч был недоволен, всё таки я по его мнению мог бы и иначе обращаться с его бренными останками, а не отдавливать их своей тушей по ночам. Но так как более подходящей шкуры у меня не было, духу приходилось терпеть.

Сегодня же его гранитно-серый мех был не моей постелью, а выполнял представительскую функцию. В моё скромное владение прибыл наконец Килан м'Осато со свитой и я встречал его при параде, в броне и со шкурой пещерного медведя на плечах. На поясе ещё должен был бы висеть шлем, снятый с головы в знак добрых намерений, но эту часть моего защитного снаряжения нормально восстановить так и не удалось, хотя кузнец эра Хитта старался. Так что вместо этого кое-как выгнутого металла, я решил обойтись без аксессуара вовсе, чтоб не позориться. Это почти как в двадцать первом веке на дипломатическую встречу приехать на тачке с царапинами или с дыркой на локте пиджака.

-Алисанда, хватит пританцовывать — в очередной раз шикнул я на девчонку, которая изнывала от ожидания — Глам ещё не играет на свой лютне, а гости выедут из-за поворота через пол минуты.

-Да, господин Магнус — протараторила она, приняв благообразный вид. Хотя бы на время.

Девочка нервничала и я её понимал. В конце концов сам род м'Осато ещё совсем недавно был для неё кем-то вроде небожителей. А теперь она с посильной помощью своего брата, сестры и нескольких дам из Каменки наготовила еды для наследника герцогства и его свиты. Да, наследник младший, а от эрства на окраине известного мира не ждут чего-то вроде пира, который был в Осатомоне на свадьбе Килана. Но Алисанда боялась ударить в грязь лицом, опозориться и вообще… Что под этим «вообще» подразумевалось не знала и она сама, но оно определённо было.

Не хотелось опростоволоситься и мне. Так что мы сделали пожалуй всё возможное для того чтобы выглядеть представительно и разместить гостей с приемлемым уровнем комфорта. Сейчас за моей спиной стоял круглый недодонжон и не менее круглая юрта орочьего хана, в которой предполагалось разместить гостей рангом пониже. А я смотрел, как из-за поворота, за который не так давно с ещё целым шлемом на бестолковке заглядывал я, выезжают люди. Впереди двигался Килан и эр Блом, компанию им составлял эр Хитт, заодно исполняя роль проводника.

-Приветствую вас на земле Рирта… — начал я традиционное приветствие вассала для сюзерена, поклонившись, но был прерван.

-Полно тебе, Магнус! — весело сказал Килан, спрыгивая с коня и протягивая мне руку — Пусть церемонии идут к демонам. Веди нас к столу и рассказывай, что ты опять учудил.

Я ответил на дружеское рукопожатие, обхватив по местному обычаю запястье юноши свой лапой и ответил, чувствуя недовольные взгляды свитских:

-К столу так к столу. Ты не представляешь какая тут медовуха, парень. Только ради неё стоило прийти в земли людей.

-Эдво на тебя плохо действует — проворчал эр Блом, недовольный нарушением этикета и неписаных правил своим молодым воспитанником — Так скоро в веселые дома будешь предлагать ходить.

-Ну ты палку-то не перегибай! — возмутился не молодой, но всё ещё весьма крепкий рыцарь — Да и где в этой глуши взять приличный весёлый дом?

-Только если построить, но я вместо него уже обещал Силу храм Света — осталось мне только хохотнуть, поддерживая разговор.

Было заметно, что воспитатель младшего наследника ворчит больше для порядку. Сам же молодой парень явно задался целью побесить четверых свитских, которые напоминали больше чиновников, чем воинов. Владетельный папаша вероятно продолжал преподавать младшему сыну жизненные уроки, но юноша похоже стойко сопротивлялся. Впрочем может когда журналы снабжения войск лопатить придётся, будет толк от всего этого. Если конечно меня самого бюрократы не выбесят… Ещё с прошлой жизни их не люблю, аж кушать не могу. От последней мысли я снова улыбнулся, лишний раз вспоминая, что великанам тут порой приписывают людоедство.

Мы расселись в донжоне на козьих шкурах, одолженных заранее у эра Хитта, который к счастью не отказал в такой малости. К тому же возможно потом всех их его управляющий продаст на ярмарке, заявляя что на них сам наследник герцогства спал. Как не странно такие вот товары из категории б/у стоили дороже и пользовались спросом. Без столов и лавок конечно пировать было не так удобно, но кто хочет выпить-закусить, тот с этим делом обязательно справится.

А дальше начался рассказ о борьбе с каменными гигантами, который плавно перетёк в балладу Глама Серебряного языка «О великане и ходячих скалах». В эпичность наш менестрель умел, так что сага вышла не хуже, чем о самом Килане и его пути с невестой на юг. Закончилась она кстати тем, что я свой замок строю из частей тел поверженных моим молотом ходячих булыжников, так что всем срочно осознать, где вы вообще сидите и что вокруг вас! Прежде это произведение барда я не слышал, так что с трудом давил в себе смех, смотря на лица гостей. Мне трудно было представить, кто бы мог совершить подобную глупость, ну может кроме труповода, собравшего себе хижину из костей своих врагов… Но Глам менестрель, он так видит. Точка.

Килан же вовсю веселился, вспоминал злоключения в пути на юг, смеялся над своими и чужими шутками и вообще вёл себя, как и положено подростку, дорвавшемуся до хмельной медовухи. Похоже парня сначала утомили отец с женой, потом необходимость соблюдать максимальный официоз во всех городах и замках, в которых юный младший наследник останавливался в пути на юго-восток, а теперь он оказался рядом с прямым, как его меч эром Эдво и простым, как дубовая дубина эром Магнусом. Один на этикет регулярно клал свой рыцарский болт, другой был вчерашний дикарь, несколько раз посмеивался над глупыми людскими обычаями и уж в своём доме точно не стал бы требовать их строгого соблюдения. А на замечание эра Блома был дан высочайший ответ:

-Наставник, вы сами не раз говорили мне, что входя в чужой дом следует соблюдать его обычаи и не огорчать хозяина без нужды. Почему же сейчас вы хотите от меня обратного?

Когда Килан это говорил, лицо у него было простодушное-простодушное, а глаза хитрые-хитрые. Эр Эдво держался секунд пять, а потом заржал не хуже своего коня. Ученик по всем признакам превзошёл эра Блома, уж в искусстве демагогии точно.

Глава 9

Килан, под пристальным и холодным взглядом эра Блома, двинул вперёд пехоту, стремясь ударить моим войскам во фланг. Парень всё таки не вытерпел, видя как мои бойцы вырезали его кавалерию, лишённую манёвра. Рыцари и их копья, которые подразделения, а не которые с наконечником на древке — это весьма недешёвое удовольствие. Пехотинец всё таки готовится быстрее, жрёт меньше, не имеет под собой скотины, которая так же потребляет еду, а кроме того в любой момент может заболеть, сдохнуть и потребовать замены. С людьми без волосатых мопедов как-то по проще, хотя конечно таранный удар конницы обычно бьёт строй пехоты.

Но то таранный удар. Когда кавалеристы скачут сапог к сапогу ровным строем и врезаются во врага сплочённой шеренгой с разгона. Сейчас же моя пехота умудрилась прижать кавалеристов к лесу и режет их, не давая вырваться из-за тактической ошибки Килана. И юный младший наследник не выдержал, как я и ожидал.

-Вот теперь пора, эр Эдво — произношу я и мановением руки отправляю уже свою кавалерию для удара.

Да, мои пехотинцы сейчас несколько огребут с фланга, когда в них врежется вражеский строй, но почти сразу в него влетит моя конница, топча несчастных, ломая их строй и хороня надежду рыцарей Килана вырваться из западни. А так же лишая юношу последних шансов на победу. Лишь бог удачи может помешать такому исходу. Мы с Киланом берём по глиняному стакану, трясем их и выкидываем кости.

-Пять четыре в вашу пользу, юноша — говорит эр Блом, а потом ехидно добавляет — Но это не меняет ровным счётом них@ена. Только пехота Магнуса помесёт чуть большие потери из-за задержки в фазе перемещения. А потом нашим кнехтам наступит конец, как впрочем и рыцарям с их воинами. Кто-то конечно спасётся в лесу, но организованной силой они уже не станут.

-Ну а что мне, оставить рыцарей умирать надо было? — огрызнулся на это парень — Добили бы их, а потом всё равно принялись за оставшуюся пехоту.

-В ловушку идти не надо было — наставительно произнёс учитель наследника — Твои дальнейшие действия?

-Организую отход резерва и выживших магов — буркнул Килан — Пусть хоть они не умрут, а однажды возможно отомстят.

Эр Блом на это лишь кивнул. Мы в очередной раз играли с наследником в Полководицу. Идея подарить этому миру его первый настоящий варгейм родилась у меня на вторую неделю нашего путешествия. Обязанности в нём у телохранителя были довольно не обременительные, а развлечений кот наплакал. Это на пути в Рирт мы с честной компанией были предоставлены сами себе, имея возможность побухивать с гарнизонными бойцами, к которым нас зазывал эр Эдво. Теперь же и я и он числились на службе наследнику сюзерена. И пока Килан проводил инспекцию, мы ходили за ним для внушительности, подозрительно смотря на всех встречных-поперечных. По понятным причинам такое времяпрепровождение нам быстро наскучило, а потом я увидел в одном из замков, в котором мы остановились настольную игру навроде нард. Изучив правила и даже сыграв с эром Эдво перед сном, я заодно выспросил у него всё, что он знал о подобных развлечениях. И, о ужас, здесь в принципе не было варгеймов! Даже чего-то вроде шахмат никто не придумал. И я загорелся Идеей. Пусть путь на север к мамонтам мне закрыт, а к Михалычу некуда прикрутить командирскую башенку, но зато я могу подарить этому миру его шахматы, а может быть даже целый вархаммер.

Если до этого в дороге на привалах я ложился спать, то теперь от меня начали страдать сначала эр Эдво, потом эр Блом, а затем и эр Анс ма Велби. Последний был высоким и худом мужиком с изрядно поседевшими волосами и являлся главным среди крючкотворов, которые лопатили амбарные книги. Как следствие уж кто-кто, а данный чиновник благородного звания знал о снабжение всё и ещё немного сверху, а так же мог аргументированно пояснить за прокорм и подготовку всех от сопливых ополченцев до тяжёлой кавалерии. Кто ещё мог бы лучше помочь в определении стоимости юнитов? Почесав репу, я решил брать за основу всё таки не шахматы, а вархаммер. Первое конечно было бы проще, но всё же хотелось большего реализма. А где этот самый реализм, если пешка, которая изображает пехотинца, может в одно рыло задоминировать аж целого слона и чуть ли не половина фигур способна мгновенно телепортироваться с одного края поля боя на другой, если на пути ничего нет? Правда и от самой вахи мало что осталось. Там мелкий гоблин, он же грот, имел не нулевые шансы грохнуть генномодифицированного суперсолдата с парой столетий боевого опыта и в мегатехнологичной броне, просто затыкав его острым куском железа. Уж очень многое отдавалось на волю игральных кубиков и мне это не нравилось. К тому же я подозревал, что если я скажу, что при броске шесть к одному зелёный ополченец грохнет закалённого в боях рыцаря, на меня в лучшем случае посмотрят как на идиота. Шансы тут были в лучшем случае один к ста, а по мнению представителей рыцарства так наверно один к… Да демон его знает, насколько возможным местные считают божественное вмешательство в бой рыцаря и простолюдина на стороне последнего.

В общем в итоге получилось, что все юниты имели фиксированную шкалу атаки и стойкости, которая правда зависела от боевого духа. Кубик же кидался на скорость перемещения. Ну и на итоговое значение мог налагаться штраф, означающий усталость. Сами же юниты покупались за равное для игроков количество очков. Условно говоря можно было брать либо мало, но зато элитных воинов или много, но мяса. Ну и плюс разнообразие войск конечно, от пехоты до катапульт. В итоге всё вышло довольно вырвиглазно и мне даже пришлось записать в свой талмуд правила, чтобы самому не путаться в них. Но зато когда я расстелил на привале кусок кожи, означающий поле боя и мы с эром Эдво на глазах у остальных сыграли первую партию грубыми деревянными фигурками, стало ясно, что народ поплыл.

Всё таки скромное количество развлечений в средневековье сказало своё слово. Каждый вечер в дороге народ начал играть перед сном, а Килану было велено шлифовать свой полководческий талант и в обед. Довольно быстро выяснилось, что делать это лучше в паре со мной. Всё таки это было моё творение, к тому же я пока что был лучшим игроком ещё и потому, что имел больший опыт сражений в подобных играх.

А поднаторев в схватках со мной и другими своими спутниками, Килан сыграл первую показательную партию в Пашлю. Город это был относительно не большой, приграничье всё таки. Но благородная публика там была и она, демоны её побери, прониклась! Сначала самой игрой, где эр Блом и его ученик меряются силами своих разумов, чередуя атаки и отступления, обстрелы лучников и фланговые удары кавалерии. А потом крутостью Килана, когда он планомерно нагнул всех местных рыцарей, пожелавших с ним сразиться. Мне с ним играть прилюдно было нельзя, всё таки было бы неприятно подмочить авторитет парня, к тому же я изображал не очень умного, но очень сильного великана-телохранителя. Однако в душе я обоснованно гордился своим протеже, который крушит более опытных воинов, решивших, что они уже достаточно разобрались в правилах.

А они по мере нашего движения потихоньку уточнялись в следствии споров с благородными людьми. Не все из них конечно приводили достаточно весомые доводы в пользу утверждений, что в реальности в такой-то ситуации всё было бы вот так-то и так-то, а не как-нибудь иначе. Некоторые просто ругались, призывая богов в свидетели. Но однако же при толковом «обоснуе» правила менялись или получали уточнения. Менялось так же и «поле боя», усложняя игру и делая её интереснее. Ровная, как стол, степь стала дополняться оврагами, холмами, ручьями, а при желании целой рекой, которую нужно форсировать одному из игроков, а второму соответственно не дать противнику перебраться на противоположный берег и закрепиться там. А сами фигурки уже не были грубыми деревяшками, превратившись в изящные изделия из кости. Пока что не очень детализированные, так как мы нигде сильно не задерживались, но чувствую в Осатомоне резчики сотворят настоящие произведения искусства.

Были в игре и великаны. Для начала я ввел две условные ипостаси себя, то есть дикаря с дубиной и бронированного воина с башенным щитом. Но в нынешней «редакции» правил в распоряжении игроков были уже небольшие отряды моих сородичей, которые стоили довольно неприличное количество очков армии, но зато могли весьма качественно уделать войска противника. Пока что это конечно было сделано на перспективу, но мне нравилась идея приучить людей к мысли, что иметь в своей армии великанов — это круто, имба и вообще атас. Вроде бы даже получалось. К тому же уже не было сомнений, что игра скоро покинет Осато, отправившись в другие владения как минимум Ахитского королевства, уж очень она захватывала умы благородных людей, которых я видел. И наличие гигантов в правилах может натолкнуть некоторых на мысль, что «эти хитропопые южане с ними договорились» или что-то вроде того.

Сейчас же я заканчивал нагибать армию Килана, мешая его войскам эвакуироваться с поля боя и стремясь нанести максимальные потери. Отступивший враг вновь становится проблемой, а вот дохлый обычно смирненько лежит в земле. Парень правда сопротивлялся как мог, а потому почти все маги таки свалили живыми. Наконец последние бойцы м'Осато утратили боевой дух и начали паническое бегство, закономерно получая удары в спину.

-Партия — констатировал я и протянул лапу для рукопожатия — С каждым разом всё лучше, юноша.

-Но всё равно проигрываю — буркнул Килан.

-Это потому что я не поддаюсь и постоянно стремлюсь придумать что-то новое — улыбнулся я — Ты ведь хочешь честной победы?

-А кто её не хочет — махнул мой соперник рукой, начиная собирать фигурки бойцов.

-Вот и хорошо. К тому же играя со мной и своим наставником, остальных ты и вовсе уделываешь, как бог черепаху. Кстати эр Блом, может тоже сыграете партейку перед сном?

-Аааа, давай — махнул рукой рыцарь после пары секунд раздумья, а Килан стал менять топографию местности, передвигая куски кожи по полю боя. Лес отъехал севернее, появилась река на юге, к которой войска тоже могут быть прижаты… — По маленькой можно.

-Ну по маленькой, так по маленькой — кивнул я, прикидывая какие войска взять на условную «приграничную стычку малых сил» — Из Осатомона кстати ничего не передавали?

-Нет, Эсто пока ничего не получал — проговорил эр Блом, мотая головой в сторону отрядного мага, пьющего травяной сбор из объёмистой чашки. Старик любил отвары, особенно полезные для здоровья — Желаешь выбрать сторону, Магнус?

-Пусть будет случайно — хмыкнул я — Килан, поможешь.

-Ага — кивнул юноша, беря четыре пластинки со знаками сторон света и тасуя их за своей спиной — Но скоро Дыс должен наконец добраться. Ох и устроит ему отец головомойку…

-Да уж — покачал головой эр Эдво, сидящий рядом и пристально следящий за играми. Не молодой рыцарь весьма деятельно помог мне в создании Полководицы и к тому же был весьма искусен в использовании кавалерии. Бы у него на неё прям почти фетиш — Подкинул твой старший брат проблем.

Речь в данном случае шла о Дэсе, он же Дэсентэ, старшем брате Килана и соответственно старшем наследнике. Во время моего пребывания в Осатомоне я с ним не пересекался по весьма уважительной причине, парень в родовом гнезде отсутствовал. Дэсе был в Милмэнском королевстве, которое граничило с Ахитом на западе, посещая родню своей жены с официальном визитом. Отношения между странами были хоть и натянутые, но не враждебные. То, что м'Осато породнились с ма Кердумами их пожалуй даже улучшило, а заодно дало лишний повод королю Ахита не придавливать юг слишком сильно. А то так глядишь одно герцогство может вдруг попроситься к соседям по родственному али ещё какую пакость учинит. Но один засранец умудрился недавно знатно поднасрать в эту идиллию.

Дэсентэ был женат на Орее, по рассказам милой и скромной девушке, которая пару лет назад разродилась здоровой дочкой. По мимо прочего её как возили показать деду с бабкой по материнской линии. В дороге молодые супруги правда не скучали и темноволосая Орея вновь оказалась на сносях. А её муж оказался то ли похотливым козлом, то ли конченным идиотом. Была у его жены рыжеволосая сестра-бастардка Сатин, которую папаша по доброте душевной держал во дворце в должности служанки, даром что законная жена вряд ли была в восторге от этого. В общем Дэсе и рыженькую спалили в одной постели и слава духам, что не буквально. Могло ведь и до такого дойти!

На сколько я понял новости, там творились лютые трэш, угар и карамба. Мать обманутой жены прилюдно грозилась оторвать зятю яйца, а шлюховатой девке отрезать сиськи тупым ножом, брат Ореи Каристан бесхитростно набил «родственничку» хлебало, хорошо хоть не мечом приголубил, и только отец проявил благоразумие и не стал рубить с плеча. Он просто заявил, что зятю здесь больше не рады и ему стоит ехать домой. Без жены и детей. Это был не развод, но близко к тому, а до кучи ситуация подразумевала, что дети старшего наследника Осато будут воспитываться не им, а в другом государстве… В России-матушки подобное описывали ёмким словом пNздец. И я сильно сомневался, что батюшка Кайлос ограничится для непутевого сына головомойкой.

Мне даже было сложно представить, что вообще будет дальше. С одной стороны может быть жена и её родственники всё таки остынут, случится примирение и в итоге всё будет как раньше. Чай у герцога, который там вообще-то главный, бастардка тоже не от святого духа случилась, сам над этим поработал. А вот с другой может быть полный облом и крушение надежд, так даже до изменения порядка престолонаследия может дойти. Так что мы все были в ожидании встречи блудного сына и гадали о силе отцовского гнева. Ну а ещё о подробностях истории. Всё таки было бы неплохо знать, это брат Килана не удержал своего дружка в штанах или девка его коварно соблазнила, пользуясь тем, что её сестра не в форме из-за новой беременности.

Правда знания эти мы получим уже в Осатомоне, а сейчас за играми в варгейм по вечерам после полного дня пути, мы двигались к Кемпло — одной из самых южных сторожевых крепостей. Это был не один из острогов, в которые мы заезжали по пути в Рирт, а именно серьёзное такое сооружение, где кроме прочего квартировали пять сотен конных воинов. Именно эти ребята должны были, получив сообщение от острогов южнее, выдвинуться навстречу орочьей орде и начать портить ей жизнь, замедляя её продвижение. А потом запереться в крепости и вынудить хана, предводительствующего походом, оставить значительную часть своего войска для блокирования гарнизона крепости, чтобы не получить удар в тыл. Ну или кровопролитно штурмовать Кемпло, вместо того чтобы идти дальше в тучные земли людишек, чтобы пограбить и захватить рабов.

Сами мы двигались с отрядом в сотню всадников, которые должны будут сменить часть гарнизона. Ротация войск штука важная и скоро мужики отправятся домой бражничать и валять жён по простыням. А может и не жён. Так же мы сопровождали обоз, который вёз в крепость продукты, бытовые мелочи и пятерых маркитанток. Военно-полевые шлюхи меня изрядно напрягали… С одной стороны хотелось им вдуть так, чтоб дым из ушей пошёл, с другой я видел, что здоровых среди них нет ни одной. Конечно магия Света или шаманизм и не такое вылечат, но при мысли запихнуть в «гнилое» дупло… В общем я брезговал и посматривал, как солдаты посещают Гристо, жреца, двигающегося с обозом. Мужик в исцелениях был по хуже Силаниля, но мой товарищ остался в Рирте, присматривая себе место под храм и возможно пытаясь научить Суну магии Света, если та ещё не бросила попытки. Кстати должен сказать, что это наверняка гораздо более интересное занятие, чем стоять за плечом Килана и внушать монументальность.

Глава 10

В Кемпло мы прибыли при параде, насколько это конечно возможно для кучи людей и одного великана, которые уже несколько дней в пути в средневековье. На лошади ехать или пешком идти — это далеко не то же самое, что ехать на машине или поезде. Хотя на Земле и после такого люди чаще всего выглядят не совсем чтобы опрятно. Это без дождей, снега, ветра в харю и дорожной пыли-то везде и всюду.

Комендант Кемпло, эр Белиа ма Фэрр, со свитой встречали нас по обычаю у ворот. В целом мужик производил неплохое впечатление, с сединой, но ещё не старый, не высокий, но в ширине плеч почти не уступающий эру Эдво, с вертикальным шрамом на лице и повязкой, которая похоже закрывала пустую глазницу, он походил за свирепого бойцового питбуля, прошедшего через множество схваток. Те тоже не высокие, но чертовски крепко сбитые. Свита в целом не шибко отставала от начальника, да и я сомневался, что такой человек будет держать у себя в сотниках жеманных юношей. Вокруг главного бугра на районе стояли его бригадиры с кровожадными лицами, которыми пытались изобразить верноподданнические чувства. Отмеченная шрамами, а у одного мужика ожогом, кожа сопротивлялась, но они честно старались. Увидь я такое зрелище в прошлой жизни в тёмной подворотне по дороге дамой, наверно бы стал лицом белее снега и был рад сам отдать всё ценное. Сейчас же я внимательно смотрел на них и прикидывал, как если что буду защищать Килана от этих отморозков.

К счастью для всех нас младший наследник был мальчиком умным, а не мажором подвида «уху евший», а потому с представителями силовых структур был предельно вежлив и корректен. Сейчас они с Белиа в соответствии с этикетом раскланивались и пели дефирамбы друг другу. Юноша выражал радость от того, что видит столь достойных и опытных воинов, а комендант сообщал, что принимать младшего наследника — это честь для него и его подчинённых. Всё таки тут не мой прошлый мир, где генерал своего сынка пихнуть в проверяющие, а боевые офицеры будут терпеть его снобизм и задранный в потолок нос. Здесь же воины могут за подобное и сына герцога на поединок вызвать, размотав его в фарш булавой или ещё чем. И если всё было по делу, то папаша вынужден будет проглотить ситуацию, чтобы вассалы от него не отвернулись. По мне это было куда как более правильным. Меч порождает власть, вышестоящим нужно считаться с мнением вооружённых поданных, если они планируют и дальше оставаться вышестоящими. А принцип заимствованного авторитета пусть лучше лежит на дальней полке, чем стоит во главе угла.

Закончив положенное традициями расшаркивание, мы двинулись внутрь крепости. Сам Кемпло был довольно крупным сооружением, семь сотен рыл гарнизона, из которых пятьсот человек на конях — это не шутка. К тому же кроме воинов здесь обитали и слуги от золотарей, до кузнецов. Да, людей и коней много, они гадят и не выходят для этого за пределы стен. Собственно удаление отходов вообще в средневековье было проблемой, особенно если вы сидите в осаде и вокруг вражеское войско. В некоторых замках правда сортиры были устроены прямо на стенах, чтобы «не совсем шоколад» вываливался сразу наружу, но от ма Гратана я знал, что парочку твердынь взяли именно через комнаты раздумий, как несколько раз случилось и на Земле. Ночью часовые были не слишком бдительны в отношении участков стен, загвазданных фекалиями, а среди осаждающих нашлись ловкие и не брезгливые, которые влезли через отверстия для помещения задниц и скинули товарищам верёвки. Ну да не золотарями едиными, конюших, поваров, истопников, скорняков и прочих тоже хватало. Кучу бойцов и их снаряжение надо обслуживать и обихаживать.

Сам Кемпло имел четырёхугольную стену с башнями по углам. Сама стена имела по моей прикидке в высоту метров восемь-десять. Ещё одна башня была надвратной. Сами ворота были метрах в четырёх в глубине строения, проходя по ним я успел рассмотреть машикули над своей головой, через которые предполагалось лить кипящее масло или просто воду, скидывать камни и просто гвоздить осаждающих стрелами, поясняя, что вызываться нести таран было крайне тупой идеей.

Внутри замкового двора находился плац, вокруг которого находились остальные постройки. Самой здоровой по понятным причинам был донжон или детинец, где гарнизону следовало укрыться, если внешние стены будут сданы. В нём же находился продуктовый склад и один из колодцев. Так что даже взяв первое препятствие вторженцы встанут перед дилеммой идти ли им на новый кровопролитный штурм или оставить обороняющихся в покое. Всё таки конюшни были не в донжоне, а без волосатых мопедов в рейды по тылам особо не организуешь и с добычей уйти не помешаешь. А внутри для штурмующих было припасено немало неприятных сюрпризов. Так что шанс отсидеться у гарнизона был и это было хорошо. Квалифицированного и опытного воина в средневековье тяжело заменить, их потеря не ведёт ни к чему хорошему. Добрые соседи могут просто не дать восстановить войско.

Заходя внутрь донжона мне уже пришлось пригнуться. Тут всё таки уже не крепостные ворота, через которые рыцари ездят на рослых конях, здесь двери для пешеходов. Хорошо хоть потолки не особо низкие, только за балками следить надо, мать их растак. Нас пригласили в главный чертог, где предложили отобедать с дороги. Отказываться никто не стал, после дороги по приграничью вообще мало кто отказывается от хорошей горячей еды. Утолив первый голод, Килан начал расспросы о делах в крепости и окрестностях.

-В целом всё неплохо — ответствовал ма Фэрр — Тем более с вами прибыло свежее пополнение, а главное дрова. Зимы нынче холодные. Конечно людей могло бы быть и по больше, но что уж тут.

-Ожидаете крупных набегов? — осведомился эр Блом.

-Моя служба состоит в том, чтобы их ожидать, когда не отбиваю — улыбнулся одноглазый. Или оскалился, поди разбери — Но сейчас более вероятны визиты мелких банд. Наши крестьяне собрали урожай, но ещё не успели его подъесть, орочья молодёжь пойдёт его отнимать под приглядом опытных воинов. Им ведь скотину зимой кормить надо, да и сами они лепёшки не из своего колдовства пекут. Скотину они уводить тоже не брезгуют. Так что нужна плотная сеть патрулей.

-Кстати о скотине, давно ли тут стали разводить овец? — спросил уже Килан.

По пути в крепость мы и правда видели овчарни и их обитателей. Да и другую живность тоже. Постройки находились на некотором удалении от стен твердыни и не влияли на боеспособность, но всё же от дальней приграничной крепости на опасной территории не ожидаешь, что вокруг неё начнёт расти город.

-Второй год уже как, нашёлся тут один рисковый малый. Я его честно предупредил, что чуть что пущу его стадо на провиант для гарнизона, а все постройки вокруг будут сожжены перед осадой, но на что торгаш не пойдёт ради звонкой монеты? Налогов тут нет, холода приходят по позже, так что мужик развернулся.

-И что, даже вам не платит? — эр Анс. Кто о чём, а крючкотвор о деньгах.

-Нет, но зато продаёт нам мясо на провиант со скидкой, что отражено в учётных книгах — хмыкнул ма Фэрр и посмотрел на проверяющего, как на идиота, как бы спрашивая «Ну ты же не думал, что я настолько тупой, чтобы заиметь проблем на ровном месте?»

В целом так и общались. Ещё один пункт, который я для себя подметил здесь и который выгодно отличался от Земли — это личности проверяющих, в частности самого Килана. Довольно трудно давать взятку представителю семьи, которая владеет бизнесом, под названием «герцогство Осато». В царской России правда представители дома Романовых погрязли в коррупции, даром что тоже были хозяевами Всего и воровали сами у себя, но эти вырожденцы совсем другая история. Да и там в конце концов благодаря дедушке Ленину с присными их частью перестреляли, а часть была вынуждена бежать за бугор, чтоб им всем в аду икнулось за то что страну до гражданской войны довели.

После обеда все отправились отмываться и отдыхать после дороги. А на следующий день комиссия начала свою работу. Крючкотворы лопатили приходные и расходные книги, Килан и Блом общались со старшими офицерами, Эдво развлекался, ему разрешили проверить уровень подготовки гарнизона. Так что рядом с крепостью народ демонстрировал выездку, стрелял на скаку и стоя ногами на земле, сшибался на тренировочных копьях и рубился на затуплённом оружии. Мероприятие приобрело характер массового, а младший наследник пообещал, посмотрев на это, что выдаст лучшим ценные призы. Оными были назначено копьё, меч, пластинчатый лук и добротный щит, которые сыну владетеля Осато успели подарить в предыдущих пунктах нашего путешествия. С одной стороны это были не взятки, а с другой нормальный благородный человек дары обычно запоминает, как собственно и дарителей. А кто знает, когда и что понадобится в Осатомоне провинциальным дворянам? К примеру у кого-то может отправиться покорять столицу герцогства их отпрыск… И заодно повезёт письмо своего троюродного дяди к младшему наследнику, где тот напишет, что до сих пор с теплотой вспоминает посещение Килана и пир в его честь в их славном городе и пожелает здоровье. Ну и как бы между делом сообщит, что гонец его троюродный племянник. Вдруг поможет парню устроиться или хотя бы не свернуть себе шею по дурости.

Я же почесал репу и попросил у Килана дать мне вечерком немного покамлать со щитом. Юноша резонно поинтересовался, станет ли щит волшебным. На что я ответил:

-Ну волшебным это прям сильно сказано. Но возможно получится что-то стоящее. В худшем случае выкуплю его у тебя, а победитель получит какой-нибудь другой, их в телеге уже пять штук дарёных лежит.

-Это да — хмыкнул младший наследник — Лучше б хоть кинжалы дарили.

-Что ж сразу не мечи?

-Ну за совсем-то дурака меня не держи, каждому проверяющему мечи дарить никаких денег не хватит — хмыкнул парень — Ладно, бери и развлекайся на здоровье. Только не в ущерб службе.

-Ну и кто тут кого за дурака держит — хмыкнул я в ответ, забирая щит. Отношения у нас были не формальные и Килан позволял своему ближнему кругу вольности в общении, но без свидетелей со стороны, понятное дело. Сын герцога есть сын герцога, рядовым рыцарям не положено с ним панибратствовать. Так что при свидетелях у нас сплошной официоз, хорошо хоть не уставщина.

Со щитом же я решил проверить одну идею, которая не давала мне покоя в последнее время. Раньше я улучшал вещи одним единственным способом, вливал свою энергию в их тень и отражение в мире духов, тем самым делая их прочнее. Изменения, которые происходили в изнанке трудно описать, как и само понимание того, как я осознавал что именно нужно сделать своей силой. Думаю это можно сравнить с несимметричностью какого-то объекта, бросив на такой взгляд, сразу видишь, что что-то в нём не так, какая-то его часть не такая, как другие. Так и тут, я инстинктивно ощущал некую неправильность и исправлял её, делая отражение предмета в мире духов более сильным и совершенным. Оба этих слова верны и оба они не отражают сути явления… Но как описать процесс лучше, я не придумал, так что нужная страница в моём талмуде ещё не была заполнена до конца. Однако медленно, но верно, я продолжал над ним корпеть, записывая дельные вещи.

Сейчас же я решил попробовать подселить в щит не обретшего до конца свою форму духа земли. В нави я не раз встречал предтеч сущностей стихий, они уже были не просто сгустками определённой энергии, но определённо ещё не являлись духами. Иногда процесс доходил до конца, иногда начинал идти вспять сам по себе на «ветрах» изменчивой изнанки мироздания. Одну из таких сущностей я и подхватил, начав камлать, а потом постепенно стал сливать её с отражением щита в мире духов, заодно поддерживая своей энергией, чтоб не деградировала и не развеялась. Дело на удивление пошло неплохо, в умбоне вообще хорошо, наверно потому что железо в залежах — это часть земли, в дереве и коже хуже, но определённо неплохо. А вот дальше началось самое сложное. Я стремился научить сгусток энергии откликаться на желание будущего владельца щита. Для самого недодуха тут не было ничего сверхъестественного. Что более всего свойственно земле? По мне так быть непоколебимой, на то она и земная твердь, а не вечно движущийся и изменчивый воздух с его ветрами. И по желанию человека, щит как раз и должен был стать на секунду этаким несокрушимым бастионом, за которым человек всем своим естеством и эмоциями желает укрыться от удара, спасая своё тело от повреждений. То есть это была не какая-то сложная программа, а простая как палка система «почувствовал толчок=стал собой». Ну или «нажал на рычаг=сдвинул что-то с места».

Времени и сил у меня это дело отняло изрядно, но через два дня вечерком мы стояли с эром Эдво в углу замкового двора у манекенов для отработки ударов и начинали проверять щит. Так что я передал рыцарю своё творение и произнёс:

-Держи. Удобно, надёжно ухватился?

-Ага — ответил рыцарь — Чем бить-то бу… Млять!

Эмоция должна была быть максимально яркой, а такие часто следствие неожиданности. Так что я без предупреждения резко пнул щит ногой. В худшем случае мой товарищ бы получил им самим и сел на задницу, сбитый на землю. Но всё сработало как надо, я будто булыжник лягнул, а не каплевидный щит из высушенных досок.

-Мля — согласился я с эром Эдво, шевеля ступнёй — Камень штука твёрдая. Ты как?

-Как будто мой друг мудак — ругнулся ма Гратан и сплюнул — Предупредить не мог?! Я думал сейчас верхним краем щита по зубам огребать буду.

-Ну вообще не мог, он у меня от максимально искренних эмоций должен был сработать. Так что извини — развёл я руками, умалчивая что посмотреть на офигевшую рыцарскую морду было приятно. И пусть тот, кто безгрешен, первым кинет в меня камень — Переходим ко второй части испытаний?

Ма Гратан сначала отошёл на несколько шагов и только потом сказал:

-Давай. В чём они заключаются?

-Запомнил, что чувствовал, когда закрывался от пинка? Отлично, приготовься испытать тоже самое, когда я в тебя булыжник кину — поднял я заранее найденный камень с земли и метнул в собеседника. Звук от столкновения булыжника с досками был, будто я скале зарядил — Ну как?

-Я даже удара не почувствовал — недоумённо ответил воин, выгляну из-за щита — Только звуку и понял, что ты попал. Он даже не дёрнулся!

-Дай глягуть — подошёл я, к счастью пока что не стемнело и света хватало — Ну неплохо. Видно, куда я попал, но щит определённо стал прочнее. Хотя мой молот его наверно расколет. Проверять мы это конечно не будем.

-В смысле? — странно посмотрел на меня ма Гратан.

-Да в коромысле, щит-то килановский, меня жаба душит за него деньги отдавать если что — проворчал я — Можешь свой мне подарить, вот его вместе без проблем разломаем.

-До моего дома доедем, отдам тебе старый. Всё равно он меня бесит.

-Это чем? — поднял я бровь.

-Жена его втихаря индиго выкрасила, типа подарок. Цвет не нравится, а сказать что он дрянь мне совесть не позволяет. Она ж от всей души, а яркая краска штука не дешёвая. Так дома в оружейной и висит.

-Аааа — протянул я — Да, ситуация. Ну да ладно, ради того чтоб у тебя потом волшебный щит был можно им и пожертвовать. Только смотри чтоб новый в нужный цвет теперь красила.

-Не сыпь мне соль на рану, а… Что там дальше?

-Разбегись на меня, а потом на бегу укрывайся от удара — ответил я, беря оглоблю.

Эдво выполнил мои инструкции и отойдя, бодрым кабанчиком рванул вперёд. Я занес деревяшку, делая вид, что сейчас его от всех щедрот встречу ударом, он укрылся за щитом, ожидая прилёта, а потом зачал замедляться, как будто толкал щитом что-то тяжёлой. Выглянув и увидев, что я так и не ударил, мой друг чуть не упал вперёд. Сопротивление, которое создавал щит очень уж резко пропало.

-Мда, пехоте он хорош, но вот всаднику с ним будет не легко. Конь так может и дальше пробежать, а наездник останется — глубокомысленно проговорил я.

Глава 11

Поздняя осень в степи время неприятное. Сам по себе сезон не сахар, когда дожди красят всё в серое и дарят непередаваемое ощущение промозглой сырости, а настроение падает куда-то ниже плинтуса. Вокруг уже холодно, но снега ещё не видать. Но к прочим радостям в степи добавляется дикий ветрище, который не останавливают ни деревья, ни горы ни что либо другое. Поверхность тут ровная, естественных препятствий нет. И сейчас долбанный ветер кидал мне мелкие капли дождя прямо в харю. В такую погоду надо сидеть дома, где натоплена печь, пить горячий взвар, а лучше глинтвейн и смотреть на улицу через окно. В худшем случае можно ехать на машине, но не слишком давя тапку в пол на мокрой дороге, чтобы потом не было мучительно больно от осознания собственной тупости. Только вот автомобилей здесь ещё не изобрели, а потому мы двигались не в уютных салонах, слушая музыку из динамиков. Гламу же не радостнее всех остальных и петь он желанием не горит.

Я топал на своих двоих, остальные двигались вперёд на лошадях. Эр Блом время от времени подтрунивал над Киланом, напоминая, что предлагал ему ехать в карете. Но младший наследник Осато решил, что будет правильнее двигаться верхом, как и все остальные воины. Он ведь не жеманная барышня, а такой же мужчина, как и прочие. Парень переносил подтрунивания наставника стоически, к тому же время от времени шутил в ответ уже над рыцарем. Язык у Килана подвешен был неплохо, этого было не отнять. Когда он награждал эра Янэла ма Хамах щитом, я аж заслушался.

-… так будьте столь же несокрушимым защитником ворот этой крепости и своего дома, как она уже более столетия непоколебимо стоит на страже покоя народа Осато и всего Ахитского королевства…

Возможно пафоса было слегка многовато, но местным зашло, а значит всё в порядке. Надеюсь моё творение сослужит добрую службу рыцарю, который командовал лучниками и пешими бойцами гарнизона. Эр Янэл мужиком был крупным и носил звание страж ворот, то есть был замом коменданта именно по обороне стен и входа в крепость. Надо заметить, что своих соперников в пеших поединках он натурально размолотил, не оставляя им шансов. Оно наверно и не удивительно, Хамах это одно из самых северных владений в Осато, холмы и горы там покрыты густым лесом, так что коннице разгуляться особо негде. Но зато в чести пехота.

После вручения награды, я провёл для рыцаря инструктаж по обращению с его новой игрушкой. Освоился Янэл быстро, щит ему понравился. Он даже пообещал мне черкануть письмецо о его эксплуатации, назовём это так. Всё таки штука была новая и я честно предупреждал о возможных подводных камнях, в том числе и том, что скорее всего со временем энергетическая сущность, подселённая мной в щит, развеется и он станет обычным или почти обычным элементом снаряжения. Была всё же надежда, что часть энергии материал впитал навсегда. Но однако это была проблема. Мне-то ладно, я могу своему снаряжению регулярные техобслуживание и зарядку проводить, а вот остальным придётся довольствоваться тем что есть или ездить в «Риртский сервисный центр». Но оно может и к лучшему, если делать слишком хорошие вещи и регулярно их кому-то отдавать в качестве подарка или за что-то полезное для себя от золота до услуг, то ко мне возникнут вопросы у местных магов-артефакторов. Это только во влажных фантазиях либеральных экономистов, если появляется новый мелкий производитель, который делает привычные вещи лучше и дешевле имеющихся на рынке, то он быстро богатеет и расширяет производство, вынуждая конкурентов снижать цены и улучшать качество продукции. В реальности серьёзные люди, давно поделившие рынок между собой, быстро давят борзого щегла, используя накопленные деньги и связи. На Земле к такому для начала зачастят проверяющие из всех возможных и невозможных надзорных ведомств, которые найдут до чего додолбиться, не прикрывая лавочку, так топя штрафами. Здесь же времена более бесхитростные, а проблемы чаще решают силовыми методами. Новый производитель может резко развернуться во всю ширь только если у него есть крыша, крутая как варёные яйца и готовая отрубить любую шаловливую ручонку, которая потянется к их протеже, причём по самую голову. Так что всё таки да, даже хорошо, если мои возможные поделки будут по хуже того, что создают местные маги. Этакий нишевой китайский ширпотреб для тех, кто победнее, стерпят, учитывая то, что меня если что может прикрыть от наезда младший наследник герцогства, да и сам я довольно опасная скотина и на поединок меня желающих вызывать не много. А вот что-то сравнимое с продукцией артефакторов, но дешевле… Вряд ли отец Килана захочет из-за такой мелочи как я ссорится с уважаемыми магами, скорее Кайлос м'Осато передаст мне, чтоб я заканчивал страдать фигнёй и мутить воду почём зря. Максимум на что я смогу рассчитывать — это начать тихоничко работать на его гвардию, отдавая вещи ниже рыночной цены. А оно мне надо?

-Магнус, а ты можешь создать самогреющую одежду навроде непоколебимого щита? — отвлёк меня от размышлений вопрос Килана — А то старые кости моего наставника совсем продрогли и он вскоре разжалобит самих богов своим нытьём.

-Увы, но мои начинания на этой стезе пока что терпят крах. Что? Я тоже люблю тепло, а погода и правда дрянь — хохотнул я, увидев лица своих спутников.

-А есть шансы, что всё таки получится? — уже с настоящим интересом спросил юноша.

-Ага, по крайней мере я на это надеюсь. Видишь ли какое дело, огню сложно «объяснить», что он должен греть, но не гореть — махнул я лапой, вспоминая свои опыты.

В общем попробовав закамлать одну из запасных рубашек, я её в итоге спалил к бемоновой матери. Ну не тянут предтечи духов огня концепцию подогрева, у них всего два положения «на выключателе» , «гореть» и «не гореть». Сейчас я раздумывал над тем, чем их заменить. Пока что мой разум склонялся к духу инфракрасного излучения. Как и любое другое распространённое явление, к примеру обычный свет, данное излучение имело свои «тени» и «отражения» в мире духов. Только вот как выглядит его зачаток, я в душе не… не знаю в общем. А потому мне нужно было во время очередного камлания зацепить состоявшегося духа, внимательно его изучить, а лучше успешно пригласить в свою свиту. И тогда с смогу находить зачатки его собратьев, которых будет можно сливать с материальными якорями. Правда помучится с настройками всё равно придётся знатно, чтоб согревающие рубашки не несли вред здоровью пользователей. А они могут. Уж ожоги-то организовать вообще как два пальца об асфальт.

-Но шансы есть?

-Есть шансы найти ему замену — уклончиво ответил я — Вернусь в Рирт и плотно засяду за это дело. Не рубашки, так хоть магический подогрев для залов замка придумаю. Что-нибудь да выйдет.

-Ну и то неплохо — согласился эр Блом — Придумать бы ещё, как хоть самую завалящую юрту в чистом поле наколдовать.

-Понеслось — сокрушённо проговорил ученик рыцаря, возводя очи горе. Да, идея про телегу с юртой тоже была, но юноша её отмёл. Степь без юрт патрулируют и ничего, никто не помер.

С последним можно было поспорить, всё таки наверняка были те, кто отправился на тот свет из-за тех же воспалений лёгких и среди порубежных воинов. Но эр Блом решил пойти навстречу желанием ученика ощутить романтику службы дальних застав, а теперь тыкал его в нос фактами в воспитательных целях. Потому что юный падаван должен учиться на своих ошибках и набивать шишки. Я же время от времени вспоминал парочки учитель-ученик, которые попадались мне на глаза в прошлой жизни. Оби-Ван Кеноби и будущий Дарт Вэйдер, Утэр Светоносный и Артэс Менетил… В общем мне в голову всё лезли неудачные примеры, где наставники завалили свои обязанности. Да, можно было много чего сказать о том, какие они все из себя хорошие ребята, но именно как учителя двое названных выше лажанули по самые гланды. А вот Весемир молодец, Весемир красавчик, он свои функции и обязанности выполнил как следует, даже Ламберт мочил нечисть, а не долбился с ней в дёсны, даром, что вредный йух. И пока что по ощущениям Блом больше походил на старого ведьмака со здравой долей цинизма и троллинга, чем на светлого джедая или паладина, который бы больше напоминал икону, чем живого человека. Что не могло меня не радовать. Ещё не хватало оказаться в фэнтази, где юный наследник всех подведёт под монастырь из-за ошибок в своём воспитании. Не надо мне такого счастья.

Тем более, что дорога вела нас как раз по землям, граничащим с орчатиной. После Кемпло, Килан решил проехаться по дальним острогам малых гарнизонов до следующей опорной крепости, Аидноса. Едва я подумал об этом, мои ноздри уловили новый запах. Немытое тело, грязная шкура, немного дыма и что-то незнакомое… Дождь отбивал нюх, но кое-что мне духи воздуха всё таки донесли. С ними бы на свиту всё таки договорится, цены бы им не было, раздолбаям ветреным.

Впереди у нас было два небольших холма, между которыми мы должны были проехать, что могло стать местом возможной засады.

-Эр Блом, не желаете ли вы устроить привал и пообедать? — проговорил я.

-Так рановато вроде — ответил рыцарь, насторожившись.

-Рановато. Но я бы между холмами ехать не торопился, попахивает мне чем-то нехорошим — ответил я.

-Ну давай постоим и перекусим — ответил рыцарь, а потом крикнул -Встаём на днёвку!

Ехали мы вперёд колонной в пятьдесят с небольшим человек. Этого конечно было мало, чтобы попытаться бодаться с каким-нибудь степным ханом, но в нынешнем сезоне в набеге ходила разве что молодежь, да и та малыми группами. Два десятка орочьих рыл, считай уже много. Для того чтобы разграбить какую-нибудь приграничную деревеньку такого количества хватит с запасом, а на большую толпу там уже добычи маловато. Предприятие просто теряет свою рентабельность. В охране Килана сопливых мальчишек не было, тут уж скорее каждый отважный герой, да ещё при маге со жрецом. Так что эр Блом чувствовал себя вполне уверенно, когда решил согласиться с идеей Килана проехаться по самым южным острогам. По идее достаточно опасного противника мы тут встретить были не должны, а мелкую банду размотали бы, дав Килану вновь «нюхнуть пороху» и слегка подняв его авторитет. Чай не просто с проверками людям головы сношает, сам тоже гоняет зелёных овцелюбов. Хм, тут вообще у осатцев было принято подозревать орков в излишне тёплых чувствах и действиях по отношению к своей скотине. Дикари-с, что с них взять.

Но не смотря на весь шовинизм и презрение к зеленокожим, настоящий предводитель нашего отряда считал, что бережёного свои боги берегут, а чужие не трогают. Так что вместо того чтобы ехать длинной колбасой между холмами, мы стали вставать на днёвку, не отпуская лошадей далеко и не расслабляясь.

В степи, даром что вроде бы ничего не мешает ехать в любую сторону, всё таки есть вполне себе определённые дороги. Трава — это хорошо, но лошадям ещё и вода нужна, а родники тут не на каждом шагу. По такой транспортной артерии мы и двигались к одному из последних острогов в зоне ответственности Кемпло. Но здесь и рисковые купцы ездят, снабжение за счёт герцогской казны конечно неплохое, но кто ж от пополнения запасов откажется? Особенно если это запасы той же медовухи или вина. На такого вот коммерса и могли устроить засаду зеленомордые. Но если так, то рядом с ними встал хищник по крупнее и сейчас настороженно водит носом. Если западня есть, то у орков должны сильно сжаться круговые мышцы немного ниже спины. А остановкой мы нагнетаем атмосферу, заставляя врага нервничать ещё сильнее. Захочет ли их предводитель остаться на занятой позиции? Или предпочтёт попробовать атаковать нас, пока мы обедаем? Встали мы достаточно далеко, чтобы успеть вскочить на коней. Но ведь может быть так, что нас что-то насторожило и перед выдвижением вперёд мы отправим передовой дозор в разведку.

В общем душа зелёномордого степняка не выдержала и когда похлёбка начала доходить на огне, раздался крик дозорного:

-Орки!

Народ вскочил на ноги, запрыгивая на неразсёдланные волосатые мопеды. Я же смотрел на то, как из-за небольших холмов выезжают два орочьих отряда, набирая ход. Расстояние было приличным, но быстро сокращалось, так что я одел шлем и взял со своей вьючной лошади пращу с первым булыжником. В Израиле этим оружием пастух убил великана, здесь я настало время вернуть должок овце…любам. Я прикинул поправки на движение врага и ветер, раскрутил пращу и отправил булыжник размером со свой кулак в орков.

-Стаааааайк!!! — раздался мой крик над полем боя, когда я увидел, как мой снаряд расплескал чьи-то мозги и сбил с лошади орка, скакавшего за первым неудачником.

Вслед за первым камнем, полетели остальные, пока время позволяло вести обстрел этими эрзацами ядер. Первые пороховые пушки конечно наверняка давали боеприпасам большее ускорение, но я был куда как по скорострельнее.

-Магнус, Эдво, вы с Киланом! — крикнул эр Блом, наконец организовав людей и отправляя их в атаку.

В целом всё было понятно без лишних объяснений. Ма Краман разделил отряд на две примерно равные части. Орков было рыл семьдесят, то есть на условных четверть сотни в каждом нашем ударном кулаке приходилось лишь чуть больше зеленокожих. Иди мы длинной колонной у них был бы шанс, а вот во встречном бою степнякам сейчас придётся солоно. Но это был не повод оставлять юного наследника на месте лагеря в окружении нескольких конюхов с магом, игравшими роль последнего резерва на крайний случай и наших вьючных лошадей. Так что Килан сейчас поскачет в тылу строя отряда Блома, а мы с ма Гратаном присмотрим, чтоб его никто не обидел, как и положено средневековым телохранителям. Они же палатины, паладины, хускарлы, ближники и прочее.

Отряд двинулся вперёд на встречу поредевшей банде орков, которую я причесал камнями. Подопечный был справа от меня, прикрывать его сбоку щитом, который я держал в левой руке, было довольно удобно. Эдво с позицией повезло немного меньше, но зато он есть что мог лучше отвести опасность с фронта. Зеленолицие степняки уже поняли, что дела дрянь и стали отклоняться в бок, стремясь ударить во фланг и тыл второго нашего отряда стрелами, когда тот столкнётся с их сородичами в халатах и странных войлочных шапках лоб в лоб. Осатцы под крики эра Блома пришпорили коней, стремясь ударить в копья уже фланг наших противников, закрываясь щитами от стрел. Наши кони оказались быстрее.

-Акхес!!! — раздался боевой клич, прославляющий бога войны и кавалеристы столкнулись.

Как сказал классик всё смешалось, кони, люди… На меня выскочил орк с ошалевшими глазами, погоняющий коня и занёсший для удара изогнутый меч, но напоролся на моё копьё, прервавшее его земной путь. С кишками и лёгкими наружу не живут. Конь трупа побежал дальше, а я принял на щит удар копья следующего противника, а потом сбил его на землю своим башенным чудовищем вместе с лошадью, которая начала молотить воздух копытами с диким ржанием, едва не задев мои ноги. Килан пустил своего коня боком и добил орка, чью нижнюю конечность его транспорт прижал к земле.

-Ааарррр!!! — заорал я медведем, которому прищемили всё что можно и нельзя, отпугивая от нас с юношей вражеских коней, которые и так не горели желанием давать своим всадникам направлять себя в мою сторону.

На том собачья свалка вокруг нас как-то и закончилась. Самых смелых орков быстро добили, самые умные нахлёстывали коней, сваливая куда по дальше. Наш второй отряд ещё рубился, так что эр Блом двинул нас на помощь, чтобы сократить возможные потери. Килан скакал рядом со мной, но больше смотрел не вперёд, а на остриё своего копья, заляпанное кровью зеленокожего.

Глава 12

Подкрепление добило только самых смелых, ну или самых глупых орков. Остальные осознали всю глубину той задницы, в которой оказались, атаковав противника в тщетной надежде, что он не успеет вскочить на коней и сбить строй. Так что самые везучие орки сейчас нахлёстывали своих лошадей, бросив своих товарищей. Эр Блом отправил два десятка проводить их и заодно завернуть за холмы, глянув на место их предполагаемого лагеря.

Килан, а соответственно и я, как телохранитель, остались на месте. Гоняться за недобитками и ходить в разведку — это дело всё таки не для младших наследников. Уж молчу про старших сыновей или и вовсе целых герцогов. Так что мы были вынуждены наблюдать, как люди добивают раненых орков, раскладывая относительно целых для полевого допроса. Время для конвенций, защищающих жизни и здоровье военнопленных ещё не пришло. Хотя они и в двадцать первом веке не работали нормально, что уж про местных говорить. Нормально будут обращаться только рыцари с рыцарями при феодальных разборках, потому что друг за друга можно выкуп получить. А если от живого пленного нет пользы, то живым ему быть не долго. Убьют и хорошо если быстро, а не каким-нибудь заковыристым способом. Тут и афоризм «через жопу в левый глаз» может заиграть новыми красками благодаря плохо отёсанной палке. Мог ли я винить за такое поведение людей, если увижу, как они орка садят на кол? Да. И даже дал себе слово, что постараюсь дать зеленокожим быструю смерть. Но сомневаюсь, что буду высказывать кому-то за негуманное отношение к пленным вслух. Люди и орки пролили не одно озеро крови друг друга, у каждого есть предок, родственник или просто боевой товарищ, которому не посчастливилось умереть сразу. Можно ли переломить эту ситуацию? Я не знаю. На Земле в двадцатом веке в немецком плену было очень разное отношение к европейцам и всяким унтерменшам типа евреев или славян, хотя конвенции вроде подписывали все. А тут ведь даже не о одном биологическом виде речь.

Орки ведь не недочеловеки, а люди не недоорки. Различия между нами шире и глубже, даром что совместное потомство в виде полукровок вроде как иногда бывает. Можно ли убедить два вида, что все разумные братья и на войне стоит резать пленных по возможности безболезненно… Я уж молчу, что по хорошему бы не резать вообще, а держать в плену до конца войны, а потом менять по формуле всех на всех. Но это уже совсем несбыточная мечта. На дворе средневековье, еда достаётся всем не легко, по весне животы липнут к спинам от голода у многих, кормить врага сейчас демона с два кого убедишь. Враг для этого должен быть очень сильно выгоден именно живым.

-Вы все сдохните! Сдохните, с#@и бледнокожие! — орал тем временем один из орков, пока с ним «работали».

-У великанов не принято получать информацию от пленников? — поинтересовался эр Эдво, видимо что-то прочитав у меня во взгляде.

-По всякому бывает, но по мне в бою убивать веселей — отмахнулся я — Пойду лучше с нашими ранеными помогу.

Немолодой жрец впрочем неплохо справлялся и без меня, так что ограничившись тем, что помог некоторым добраться до «медпункта» Гристо, я отправился в поле, собирать камни и трофеи. Булыжников я в полёт успел отправить семь штук, восемь орков этого не пережило. Девятый был ещё жив. Молодой зеленолицый воин получил булыжником в район таза и сейчас пытался ползти. Я вздохнул и прервал его страдания аккуратным ударом копья в затылок.

-Пусть Великие духи будут милостивы к тебе, парень — произнесли мои губы. Постояв несколько секунд, я решил, что на том последние почести можно закончить, орк бы для меня и такого не сделал, а может ещё и съел.

Настало время собирать лошадей моих крестников и лечить тех из них, кому я так или иначе повредил. Зычный свист сработал лучше всяких похвал, договор с младшим духом коня по прежнему соблюдался обеими сторонами. После осмотра и обихаживания девяти копытных настало время сбора трофеев с трупов. Обеспеченных парней с хорошими «ятаганами» и добрыми луками в богатых стёганых халатах оказалось только три. Четвёртый ждал меня в месте, где я закрывал Килана. Правда его халатом я наверно побрезгую, после моего копья и его внутреннего мира там та ещё дрянь. Но вот с остальных навар выходит неплохой. Орочьи изогнутые клинки ценятся меньше схожих по качеству человеческих мечей, но не на много. Халаты степняков — это вообще-то вид лёгкой брони. От хорошего рубящего удара топором или прямого копьём они конечно не особенно спасут, но тут и кольчуга спасует. Тем паче, если будет бить кто-то вроде ма Гратана, не говоря обо мне. От великаньей дубины и поздне-миланский доспех бы скорее всего не помог, сил у нас не меряно, а человек существо довольно хрупкое. В общем халаты тоже продадутся. Составные луки и вовсе стоят дороже людских, как и кольца лучников, уж в этих штуках степняки поднаторели. Сами лошадки тоже имеют все шансы уйти за хорошую цену. Нашлись на телах и кошели с украшениями, но тут было не богато. Был один защитный амулет из клюва кондора на шее немолодого зеленолицего, который получил булыжником в грудь. От магии эта поделка могла защитить, от кинетической энергии снаряда нет, рёбрам наступил капут. Но и данная игрушка стоит денег. В общем получалась, что я весьма прилично подзаработал, даром, что куском пирога придётся поделиться с Киланом, как официальным предводителем нашего маленького войска. Мы ведь тут не погулять вышли, в свите младшего наследника состоим.

Он кстати как раз избавлял от ценностей своего покойника, которого пришпилил к земле копьём. Можно было конечно заявить права на свою долю и с этого орка, но я забил. Пусть парень порадуется первому собственноручно убитому врагу и первым трофеям. Да и когда ему ещё удастся пустить кому-то кровь? Из-за его статуса к нему никто противников близко подпускать не будет, на то мы в охране и состоим. Эр Эдво тем временем руководил процессом, заодно разъясняя нюансы.

-Давайте быстрее — прервал идиллию эр Блом — Потом бегом есть и в путь.

-Случилось чего? — поинтересовался я.

-Пленные говорят, что пощипать приграничье решил не только их род — ответил хмурый рыцарь — Хан Ратла ведёт или вот-вот поведёт большой набег. Эти умники из орды хана Ычмы, между собой они не ладят. Вот и полезли чуть по раньше взять добычу, пока мы не насторожились, а заодно подложить свинью соседям, которых будут встречать не расслабившиеся по осени гарнизоны. Глядишь больше потеряют ратловцы, чем возьмут и можно будет по весне подвинуть их с привычных кочевий.

-Скандалы, млять, интриги и расследования — сплюнул я — Много хан-то привести должен.

-Демон его знает, мы никого важного живым не взяли, а рядовым воинам старейшины не докладывают.

-Ладно, но это всё таки лучше, чем ничего, к тому же наш кудесник может сходу послать весть своим коллегам — ответил я, шагая к костру, где меня ждала каша.

Пока я уплетал еду за обе щёки, эры Эдво и Блом обсуждали, что делать дальше. Мы были примерно по середине между Кемпло и Аидносом, в которых были крупные гарнизоны и которые стояли на самых удобных дорогах из степи на север. Здесь-то можно было со скрипом пару-тройку сотен всадников провести, но не больше. Табунам лошадей нужно не малое количество воды, которую не смогут дать мелкие и редкие ручьи. У нас не было точной информации ни о составе орды, которая должна была «удивить» большим осенним набегом, ни о её пути за добычей. Не знали мы и времени, когда именно прибудут гости. Так что уматывать на север теряя тапки рыцари не захотели. Это было бы паникёрством, позором и вообще проявлением трусости. Назад поворачивать тоже не стали. А очень по рыцарски решили продолжать путь, просто уходя севернее после следующего острога.

Так что пообедав и прихватив трофеи, которые не будут нас сильно тормозить, мы двинулись в путь на крепость Аиднос, что стояла на речном утёсе Каланты, довольно крупной реки, которая правда не была судоходной из-за нескольких порогов и бродов. А жаль, тогда можно было бы иметь какой-никакой военный флот на ней. Сама же Каланта по слухам текла до самого южного океана через степи орков. Только вот на карте я видел лишь схематичные изображения. Сами зеленокожие картографией не заморачивались, а никто из людей на их земле этим вопросом по понятным причинам заняться не мог.

Всё таки тут вообще с картами дела были так себе. В Осатомоне была более менее подробная карта герцогства, хотя масштаб на ней наверняка плавал. Карта всего королевства уже была скорее схематичной с условными изображениями самых крупных герцогств и их столиц. На карту всех людских земель без слёз смотреть было сложно. Особенно огорчали надписи по краям из серии «леса эльфов», «горы гномов», «дикие земли» и тщательно прорисованные изображения богов по углам. Как будто небожители помогают смертным с топографическим кретинизмом!

Первые пол дня марша прошли у нас нормально. Но вечером у костров народ обсуждал и прикидывал, как всё таки и куда двинут орки. Понятно, что на север в земли людей и либо через Кемпло либо через Аиднос. Иначе конкурент Ратла не решил бы поднимать шум здесь. Но возможно мы двигались как раз наперерез орде.

Следующий день подтвердил эти предположения. Мы по словам проводников подъезжали к Летнему острогу, когда от передового дозора примчался вестовой, сообщивший, что укрепление штурмуется степняками. Их тут правда было рыл сто и они плотно наседали на острог, так что эр Блом принял решение бить им в спину. Вовремя нанесённый удар с тыла может переломить численное превосходство, а боевой дух и вовсе втоптать в грязь. Так что колонна перестроилась для боя и начала потихоньку погонять коней.

Орки вскоре заметили нас, но похоже походный вождь немножко затупил в свете вновь открывшихся обстоятельств. А может он сейчас рубился на стене острога, ведя своих воинов вперёд, решение же принял кто-то другой. В общем нас попытались остановить три десятка резерва орков и жестоко поплатились за это. Я даже никого не достал, оберегая Килана. Всех без меня размотали! А следующей целью стали зеленокожие, метающие стрелы и дротики со спин коней в бойницы небольшой деревянной крепости, где на стенах уже шла рубка. Увидев нас и гибель своего резерва, противник переключился на нового врага. Лучников у нас было немного, но они ответили своим визави взаимностью, я не мог воспользоваться пращёй на бегу, да и вьючная лошадь с боеприпасами меня в бою не сопровождала. Но вот три дротика великанского размера были на моей спине и два из них кроме резервного полетели в двух наиболее представительно выглядящих воинов врага. Металлические шлемы, поблёскивающие на тусклом осеннем солнце и самые яркие халаты слегка намекали, кто тут важные шишки и опасные противники. К своему удивлению попал я оба раза, правда одному орку в грудь, а второму в ногу, заодно ранив бок его коня, прочертив вдоль него алую полосу. Однако же ещё один из самых опасных лучников выбыл из строя. А мы начали нагонять врага. Степняки вероятно недавно крутили свою карусель перед стенами и их лошади устали по более нашего. Так что спины врага, который огрызался стрелами были всё ближе и через сотню метров, за которую я поймал десяток оперённых гостинцов в щит, двигаясь впереди юноши в самом богатом доспехе, мы нагнали уродов. При этом правда пришлось оставить уже за своей спиной штурмующих крепость, потому что у нас было слишком мало сил, чтобы их разделять. Но конных лучников надо было валить без вариантов, иначе они бы стреляли уже в наши спины, когда мы полезли помогать защитникам Летнего. Они вообще на свежих лошадях противник до безобразия неприятный, как тот спортсмен-бегун. Ты сильнее, так хрен догонишь, он сильнее, так хрен убежишь. Повезло подловить, повезло, что у меня есть какая-никакая власть даже над степными копытными.

А теперь мы порубили их, развернулись и двинули к острогу. Орки там активно сваливали со стен и садясь на лошадей погоняли их на юго-запад. Преследование начинать мы не стали. У степняков, штурмовавших Летний на своих двоих, кони были отдохнувшими, наши же прошли пол дня и изрядно напряглись, догоняя лучников. Спасибо духам, что короткий боевой лук хоть штука дорогая и у орков дротики гораздо больше в ходу.

В самом же Летнем нас встретила безрадостная картина. После открытия ворот на ногах стояло девять человек, остальные были кто мёртв, кто ранен. Запариваться протоколом и даже своими обязанностями телохранителя я не стал, благо не чувствовал среди валяющихся орков живых. Так что вместе со жрецом рванул к самым тяжёлым раненым. Хоть стабилизирую их и не дам умереть, прежде чем у Гристо руки дойдут до каждого. А Килан пусть получает почести спасителя гарнизона, в конце концов, если бы не он, никого из нас здесь бы не было, а значит все в Летнем бы погибли. Может быть даже Глам потом и об этом песню сочинит, где защитники держались из последних сил и их спас принц на белом коне.

-Приветствуем вас в Летнем остроге — тем временем проговорил седоусый мужик в кольчуге — И спасибо. Рад, что…

Дальше я уже ничего не услышал, сев с бубном и начав камлать. Картина материального мира сменилась верхним слоем нави, стоило мне закрыть веки. С каждым разом шаг за грань для меня был всё проще, сопротивление моего собственного физического тела всё меньше. Правду старый Йар говорил, всё приходит с опытом, а настоящие шаманы и вовсе всегда одной ногой в мире духов. Меня правда сейчас интересовали не они, а люди вокруг меня. Жрец Света призывал свою силу, вытаскивая первого бедолагу из под косы Мрачного жнеца, слегка слепя меня чуждой энергией. Я же запрещал умирать остальным, не давал духу молодого парня со стрелой в предсердии выскользнуть из тела, мешал течь на землю крови из ран, особенно из шей здоровенного мужика, которому её рубанули ятаганом, но воин упрямо цеплялся за жизнь вопреки всему. Не знаю, как Гай Юлий Цезарь умудрялся хорошо делать несколько дел одновременно, у меня получалось довольно паршиво. Наверно так же чувствовал себя Сизиф, упираясь в долбанный камень, но всё равно чувствуя, что он соскальзывает вниз и вот-вот неудержимо понесётся с горы к самому подножью.

-К чему всё это? — раздался вдруг мягкий голос — Ты веди по себе знаешь, что их путь не закончится здесь, они просто ступят на новую дорогу.

-Но их дороги тут ещё не пройдены до конца — ответил я, не желая оборачиваться — Им нужно ещё немного времени.

-Ты ведь сам понимаешь, что это не правильно — в голосе звучали нотки отеческой мудрости, так объясняют прописные истинны неразумным детям — Что они должны идти, как когда-то ушёл ты сам.

-Не сегодня — упрямо проговорил я, помня свою нелепую смерть — Не сейчас. Не когда можно что-то изменить.

-Конец всегда неизменен — вновь раздался голос и я услышал шелест шагов. Сердце молодого парня со стрелой билось через силу, организм боролся всё меньше, а на мою волю ложилась всё большая нагрузка — Ты видишь это и сам.

Гектор, что стоял рядом со мной, сделал два шага, оскалил клыки, вздыбил шерсть на загривке и издал предупреждающий рык. Мрачный жнец или кто-то до безумия на него похожий поравнялся со мной и я почувствовал, как левая половина моего тела немеет от холода, а мой собственный сердечный ритм в яви замедляется.

-Я вижу, что пока мы стоим на твоём пути, ты не пройдёшь — ответил я, собрав в кулак остатки своей смелости. Смерть не та сила, с которой стоит спорить. Это не может закончится безнаказанно. Но и мне что-то мешает поджать хвост и отойти в сторону.

Фигура в плаще из первозданного мрака повернулась ко мне, но я не поднял глаз на её лицо, смотря на сердце парня, которое всё ещё не перестало биться, сквозь дымку его рёбер.

-Ну что же, если не он, то сначала… — вдруг голос из под капюшона прервался, а Гристо упал на колени перед молодым воином, вновь разжигая свой Свет. Потом раздался лёгкий смешок и жнец продолжил — Тебе повезло. Но лишь сегодня.

Глава 13

Я бодро шёл по степи, поспевая за лошадьми свиты Килана и недобитков из передовых острогов и размышляя о том, что я видимо какой-то неправильный шаман. Уважающий себя говорящий с духами должен искать себе всё новых и новых помощников и расти над собой, полировать грани своего таланта в тепле и уюте, спать на удобной лежанке и с аппетитом уплетать то, что ему приносят охотники. В конце концов с кем делиться самыми вкусными и сочными кусками, как не с шаманом, который спасёт тебя от хворей и ран, а в трудную минуту поможет советом и наставлением?

Я же, с тех пор как выбежал на тут дорогу в восточных лесах с дубиной наперевес наносить добро и причинять справедливость, мчусь по жизни с языком на плече. Сначала был забег на юг в Осато, пока не нагнали милые северные ребята с острыми железками. Потом, едва я вкусил благ цивилизации, начался путь на восток в Рирт. Прибыв туда, пришлось браться за молот и изображать из себя камнедробилку. А едва я выдохнул и сел камлать с Петром на пару, строя свой дом, как приехал Килан и мы двинулись в инспекционный тур, людей посмотреть и дать младшему наследнику лицом дать поторговать.

Вот и выходило, что больше всего я прогрессировал, когда меня старый Йар учил и стоял над душой с духом молнии. Вот уж кто умел в мотивацию подопечных! Не умеешь — научим, не хочешь — электрифицируем.

Потом я отправился в своё путешествие на запад почти как Царь Обезьян, который Сунь Укун. Охотники больше не делились добычей, пропитание пришлось добывать только самому, а так же больше не было надежной пещеры, в которой можно было укрыться от непогоды и не бояться, что проснёшься от того, что кто-то хочет тобой подхарчиться. Темп моего прогресса упал, но он по прежнему двигался вперёд быстрее, чем когда-то шёл у Ыгха.

Необходимость — мать всех изобретений. Так же она стоит за обретением навыков, без которых не прожить. Именно в пути, охотясь и выживая, мы с Гектором стали единым целым, научившись жить в подлинной гармонии с собой и друг другом. В том путешествии расширилась и углубилась моя связь с Феонором. Если многим шаманам нужно сосредотачиваться и настраиваться, чтобы призвать духа в материальный мир, то я мог полыхнуть огнём в морду врага лишь на одном мысленном желании это сделать, как мой наставник, будучи седым ветераном общения с потусторонними сущностями, мог угостить разрядом своей любимой молнии. Мы добились огромного взаимопонимания с Петром, раз за разом я обращался к его силе и делился своей, чтобы иметь какое-никакое жильё. И в Рирте уже не было вопроса понимания, скорость строительства моего дома зависела только от того, сколько энергии в тварный мир могут направить подросток-великан и дух земли.

Но вот с началом забега по людским землям стало резко не до саморазвития. Только и радости, что Михалыча заарканил и со снаряжением своим работал, чтобы оно было прочнее, легче и совершеннее. И то во втором случае надо признать, что получалось у меня средне-паршиво. Тот же самый шлем башку мою бедовую хоть и спас, но погнулся. А я чувствовал потенциал в этом направлении и нутром ощущал, что могу больше! Научить сапоги ходить бесшумно и не оставлять следов, рубаху греть в стужу и дарить прохладу в жару, оружие резать щиты и брони… Но мне вечно не хватало на это времени в последние месяцы. Как не хватало его на толковую работу с Авалием. Волей-неволей начнёшь завидовать вот этим вот типичным просветлённым людям, которые постоянно в чём-то самосовершенствуются. Уж один-то из них наверно давным-давно на моём месте был натуральным богоубийцей. Может быть даже, млять, с гаремом.

Я же к своим скромным годам достиг только того, чего сумел и сейчас дело кажется шло к тому, что и меня и всех окружающих будут немножко убивать орки. После Летнего острога мы двинули на максимально допустимой волосатыми мопедами скорости к Аидносу. В первый день с нами были полтора десятка недобитков, но вскоре это число выросло. Сейчас к крепости на берегу Каланты скакала сотня с небольшим воинов. Не все остроги степнякам удалось взять, некоторые гарнизоны отбили натиск, а потом рванули на прорыв, понимая, что дело дрянь. Ну или им дали рвануть, если по хорошему выбить из крепких мест не получилось. Не смотря на бескрайность степи, дорог в ней ограниченное количество, а потому отряды отступающих объединялись вокруг нашего ядра. А на закорках у нашего маленького войска сидели степняки и было их сотни полторы. Недостаточно, чтобы смять нас в открытом бою, но всё же многовато, чтобы мы развернулись и задали им жару или что-то вроде того. Тем более, что они тоже могут развернуться и не принять боя, а нам бы хотелось объединиться с основными силами Осато или хотя бы гарнизоном опорной крепости, а не встречать орду в нынешнем составе. Чай суицыдников среди нас нет.

Только вот идея с Аидносом кажется не выгорела, а точнее выгорела сама крепость. Ночью на севере мы видели красное зарево пожара, а сегодня там наблюдался дымок. Видимо что-то ещё продолжало тлеть. Так что у отряда, который уже предвкушал отдых, богатый стол и относительную безопасность, наметились некоторые проблемы с боевым душком. А меня потянуло на всякие экзистенциональные размышления из серии «А чего я успел добиться в этой жизни?». Всё таки вполне возможно, что информация степных конкурентов нашего разлюбезного хана была не совсем верной, на Аидноском броде стоит сильный заслон степняков, а то и солидный кусок их орды, а значит нам всем кабзда. Эр Блом правда в пессимизм не впадал и считал, что поджог крепости это не более чем диверсия, потому как гарнизонный маг отдал бы рапорт о приходе орды, а значит и наш престарелый мэтр Бэлинэль был бы в курсе дела.

-Эр Килан, вы же понимаете, что ваш наставник ведёт нас на смерть? — раздалось рядом со мной. К младшему наследнику подъехал эр Сомэ ма Либве, молодой рыцарь, спасшийся из одного из острогов. С утра светловолосый и веснушестый парень агитировал за то, чтобы резко уходить на восток, а не продолжать путь к уже явно разрушенной крепости. Но эр Блом решил иначе. Теперь этот юноша видимо решил попытать судьбу в разговоре с своим сверстником. Всё таки хотя фактически сводным отрядом руководил ма Краман, но официально все подчинялись м'Осато. Причём не могу сказать, что Сомэ был трус, не знал с какой стороны браться за меч или не имел своей счастливой звезды. Неудачливые и неумелые да паникёры в острогах сгорели или были орками скушаны и уже высраны, если информация о обычаях зеленозадых верна. Но парень явно нервничал и невольно нагнетал без того нервозную обстановку.

-Мой наставник ведёт нас туда, куда считает нужным, опираясь на свой опыт, знания и разум, эр Сомэ — внешне спокойно ответил Килан, хотя уж я то, чувствовал, что и ему не легко — И я полностью одобряю его действия. Вам это понятно?

-Это не правильно. Да даже вашему дикому телохранителю наверняка понятно, что надо поворачивать — упрямо ответил молодой рыцарь.

-Духи говорят дикому телохранителю взять топор и дать те по еб@лу, если ты его не закроешь и не вернёшься в строй — предупредительно прорычал я, пресекая дальнейшую дискуссию. Хорошо иногда быть большим и страшным великаном с кровавенькой репутацией.

До Аидноского брода добрались мы только к полудню. Погода для разнообразия улучшилась и из-за свинцовых облаков даже выглянуло осеннее солнце. Крепость на крутом берегу рядом с переходом через реку и правда сгорела к чёртовой матери. Но к счастью на том берегу нас встречали не орки, а люди. Пройдя брод мы попали в импровизированный лагерь погорельцев, где нас поприветствовал седой мужик с ожогом на лице и попорченной бородой:

-Приветствую вас, эр Килан, а так же вас эры и славные воины — проговорил он с поклоном.

-Доброго дня и к демонам в зад церемонии — отозвался младший наследник — Как вас зовут и что случилось ночью?

-Десятник дружины эра Венда Алфан — отозвался «жжёная борода», разгибаясь — Вампиры у нас случились, Акхес их, с@к таких, прокляни.

В общем выяснилось, что ночью произошло нападение нечисти. Кровососы забрались на стены, тихонечко вырезали часовых, а несколько самых невезучих похоже ещё и очаровали. По крайней мере иначе было тяжело объяснить, что им без проблем удалось проникнуть в донжон, где спали благородные и вырезать почти всех. Шум поднялся только на самом верху, где обитал маг, там же начался пожар. Точнее один из пожаров. Но в любом случае гарнизонный волшебник был дядя серьёзный и сумевший взять весьма солидную цену за свою жизнь. Он же и переполошил всех спящих в крепости. Драться с вампирами при свете луны тяжело, ещё тяжелее это делать, спросонок выбираясь из казарм в замковый двор, который отлично простреливается со стен и башен. В общем ночь в Аидносе была кровавой. Люди победили, но в живых их осталась меньше сотни. Старшие командиры, маг и два жреца погибли. Из десятников Алфан был самым авторитетным. Мужик рассказывал всё скупо, рублеными фразами, но морозец от мысли, что люди передо мной испытали, слегка заползал под кожу.

-Дерьмо — констатировал ма Гратан.

-Полное, эр рыцарь — согласился старый воин с оценкой ситуации — Орда-то чай за вами по пятам идёт?

-Ну пока не орда, а скорее её передавая часть — проговорил Килан — Но ждать основную наверняка не долго. Сомневаюсь, что нападение кровососов не бьётся по времени с её прибытием.

-По крайней мере у нас есть свой маг, чтобы сообщить в Осатомон о ситуации с павшей крепостью — высказался эр Блом — Да и о вампирах тоже.

-Странно это — пожал я плечами — Мне казалось кровососы у вас не лезут в разборки людей с другими расами и не стремятся подорвать, эм, кормовую базу. А не задержавшись здесь, орда хорошенько пройдёт по югу герцогства, вырезая и уводя в рабство всех до кого дотянется.

-О странностях можно подумать позже — вставил свои пять медяков эр Либвэ на правах одного из благородных — Нужно уходить, пока есть такая возможность.

-А брод кто держать будет, сопляк? — хмыкнул «пол бороды», который похоже как раз вознамерился оставаться тут — Даже лишний день, который удастся удержать здесь орков — это, млять, десятки не вырезанных деревень и хуторов.

На тему выигрыша времени с ним трудно было не согласиться. Калантэ здесь долго с востока на запад течёт, вода по осени уже холодная, как я только что проверил. До ближайшего брода неделя пути, берега кроме этого самого места весьма круты, сам-то кое-где залезешь, а вот коня спустить и затащить наверх — задача не из простых. Как там в песне старой пелось:

Ходят кони над рекою

Ищут кони водопою

А к речке не идут

Больно берег крут

Ни тропиночки убогой

Ни ложбиночки пологой

Ни помню дальше ни черта…

Собственно потому крепость так и поставили, она с крутого берега должна была с помощью своих трибушетов устраивать похохотать пытающимся переправиться оркам. А на последнем этапе и стрелами защитники уже доставали поди. Только вот от твердыни осталась груда камня, а от камнемётов одна зола.

-Ты отве… — что там хотел молодой рыцарь сказать простолюдину мы так и не узнали, потому что его прервал Килан.

-Молчать! Ещё одно слово и я велю казнить вас за трусость. Мы остаёмся. Все.

-Разумно ли это? — осторожно спросил эр Блом, вставая на тонкий лёд. Тут всё таки было феодальное общество, а не просвещённый двадцатый или двадцать первый век, где папа-генерал из ставки мог организовать для своего сынка личный приказ об отступлении. Тут всё держалось на авторитете семьи суверенов. И если Килан решит отступить с малым отрядом, оставив остальных помирать, задерживая орков в стиле советских пограничников в сорок первом году, то это даже не пятно на репутации м'Осато. Это натуральный ушат дерьма на всю семью. Соверены должны быть безупречны в глазах вассалов, если они хотят продолжать оставаться наверху общественной пирамиды. Ну или иметь коронное войско, способное забить недовольство поданным в глотки вместе с зубами. Но в южном герцогстве такого нет. Килан сказал своё слово. И отступать ему уже нельзя. И эру Блому нельзя. А ещё рыцарю ни в коем случае нельзя выживать, если младший наследник здесь сыграет в ящик. После этого если не получится умереть в бою, то придется броситься на свой собственный меч.

-Других вариантов нет, наставник — как-то даже иронично усмехнулся парень — Долг нашей семьи беречь юг Ахита, если поступлю иначе, то меня предки просто на том свете не примут.

-Глупо всё как-то вышло — буркнул эр Сомэ не весело, но успокоившись что ли. Сюзерен решил, варианты отпали, наше дело стрелять да помирать, зачем и почему полковник знает. Видимо парень резко перешёл от стадии отрицания в стадию принятия. А ещё поинтересовался у меня — Что на это духи-то говорят?

-Что нас конечно маловато, но они помогут нам сравниться с царём Леонидом и его тремя сотнями, что встали против двухста тысяч — хмыкнул я, как-то тоже приняв, что вариантов сбежать особо нет. Степь не лес, не те, так эти убьют, уж больно я приметный. Ни как врага, так как дезертира грохнут. А сама смерть… Ну она оказалась не такая уж страшная в прошлый раз, разговаривать с Мрачным жнецом было как-то даже страшнее. Главное в плен не попасть, а то у орков и плохо оструганная палка может найтись, а то и чего по интереснее. Ну нафиг такие штуки проверять — Если конечно мы покажем им славный бой, а не будем верещать как монашки, впервые в жизни член увидавшие.

-Ну орков чай по меньше, и двадцати тысяч не наберётся. Хорошо если десять есть — хохотнул эр Эдво. Вот всё таки отбитое существо — А что за история-то с царём?

-Древняя и славная легенда моей родины — улыбнулся я — Царь Леонид и три сотни его спартанцев выступили навстречу армии врага и преградили ей путь стеной своих щитов в Фермопильском ущелье, давая время остальным подготовиться к обороне. Долго шла битва, но один хитрозадый урод показал персам тайную тропу. Они зашли в тыл войску Спарты и уничтожили его. Но заплатили за это двадцать тысяч жизней, а заодно потеряли драгоценное время из-за чего в итоге проиграли.

Конечно это была очень ретушированная версия событий. В прошлой жизни я поинтересовался вопросом и с удивлением выяснил, что три сотни были личной охраной спартанского царя. И хотя ничто не способно умолить подвига самых крутых бойцов Спарты, оставшихся прикрывать отступление, кроме них в Фермопильском ущелье со стороны греков было каждой твари по паре от Фокийцев до Периеков и от Аркадцев до Матинейцев всего тысяч так на пять-семь. Про персов правда можно сказать ещё больше, а главное не ясно сколько же их было. Вроде историки сошлись на двухстах тысячах и том, что греки привирают о несметных полчищах, потому что оные полчища надо как-то кормить и перевозить с места на место. Но Геродот называл цифру в два миллиона шестьсот сорок тысяч воинов и столько же обслуживающего персонала.

-Хм, а чего стеной щитов-то, почему крепости у этого ущелья не было? — задал важный вопрос эр Блом.

-А уже х@ен его знает, давно дело было — честно ответил я, потому что к своему стыду этим вопросом как раз не озадачился. Потому что действительно как-то странно получается, что у греков в точке, где можно ТАК держать врага даже просто войском, не было самой захудалой стены — Тоже наверно сгорела.

-Ну будь у нас три сотни великанов, я бы вообще о десяти тысячах орков на узком броде не особо переживал — хмыкнул Килан.

-Если не сдохнем, они у тебя однажды будут — махнул я рукой. Легко давать обещания, когда уже собираешься на перерождение — А пока надо поработать. Эдво, ты мне утверждал, что хуже подковообразной баррикады в мире беды нет?

Глава 14

У вечерних костров проходит много разговоров. О женщинах, о конях, о охоте, о магии и божественных чудесах, но в среде воинов больше всего их всё таки о войне. Говорили мы во время путешествий с эром Эдво и о штурмах городов. Мероприятие это было непростым, а главное весьма кровопролитным. Средневековый город самой своей природой создан, чтобы отражать нападения. Потому что в это суровое, но по своему прекрасное время, всегда найдутся те, кто захочет завладеть богатствами, сосредоточенными именно в городах.

Стены городом не зря стараются сделать как можно выше и прочнее, не зря городская власть вменяет в обязанность жителей определённых кварталов содержать те стены и башни на них в должном порядке, а сами жители имеют ополчение, что обязано уметь защищать свой дом. Потому любой враг вынужден заранее смириться с мыслью, что взять любой город будет нелегко, если конечно его ворота не откроет осёл, гружёный золотом. Стены придётся штурмовать большой кровью. Можно попытаться выбить ворота, но нигде более нет такой жёсткой и жестокой фортификации, как вокруг них. Рой стрел там будет самым злым, а кипящего масла выльется больше всего. Можно попытаться штурмовать стены, приставляя к ним лестницы. Воины будут лезть по ним наверх, ловя стрелы и камни, а добравшись до самого верха их будут ждать удары защитников, когда как минимум одна рука штурмующих вынуждена быть на долбанной лестнице. А ещё можно использовать осадные орудия или устроить подкоп, чтобы обрушить часть стены и организовать пролом. Там, в узком проходе столкнутся лучшие силы штурмующих и защитников, пока за их спинами будет создаваться подковообразная баррикада.

Если нападающим удастся потеснить обороняющихся, то они ступят внутрь городских стан и начнут получать стрелы и прочие гостинцы со всех сторон. Сверху с уцелевших участков стен будут приветствовать камнями, а возможно и доплеснут чем-нибудь кипящим. С боков же будут стены подковообразной баррикады, где найдётся место и лучникам и пращникам. С фронта же, поверх голов своих бойцов защитники тоже найдут чем угостить дорогих гостей. Войдя внутрь города штурмующие окажутся под огнём со всех сторон. Под таким можно худо-бедно стоять, укрывшись за щитами, но и то придётся нести потери, да и деревяшку тяжело удержать, если с десятиметровой стены в неё падает камень размером с конскую голову, а каждый опущенный щит — это брешь, в которую влетят стрелы, расширяя её. А ведь под градом смерти, что бьет не переставая надо лезть на баррикаду, молясь не получить гостинцев в спину от защитников с противоположной её стороны. Эр Эдво дважды был в такой ситуации и, с его слов, дважды просил потом Акхеса, чтобы этот раз был последним и больше в такую кровавую дупу попадать не пришлось.

Сегодня же мы решили устроить её для орков. Крутые берега Каланты это конечно не стены, но однако там малыми силами можно сбрасывать в воду большие. Не говоря о том, что саму реку по осенней воде придётся переплывать рядом с лошадью, лова стрелы патрулей защитников, а не ехать по броду верхом на коне с собственным луком в руках. В общем мы испытывали обоснованную надежду, что зеленомордые всё таки полезут через брод, а в других местах в лучшем случае попытаются переправить малые отряды для удара в наши спины. Да и те не сразу, а когда получат по клыкам.

Определившись с типом и размером укреплений наш коллектив дружно начал таскать камни от развалин Аидноса. Крепость эта уступала Кемпло, здесь из камня была построена дай бог половина защитных сооружений, остальное было деревянным или глинобитным, как мне сообщили те, кто видел её до пожара. Сам же я сел по середине будущей «подковы», взял в руки бубен и начал камлать вместе с Петром, приводя земную твердь в движение. Из нави были заметны люди в яви и слышны обрывки их чувств. Поначалу большая часть людей не оценила того, что самый здоровый из возможных грузчиков отлынивает, стуча колотушкой по дикарскому инструменту и тяня странный горловой напев. Но когда глинистая земля речного берега, в соответствии с первичной разметкой, начала заметно для глаза расти вверх, проглатывая камни, настроения резво переменились. А ещё заметно подрос боевой душок. В конце концов странный великан пообещал, что духи будут помогать и по всем признакам не набрехал. А с поддержкой потусторонних сил воевать как-то веселее. Лучше бы на суеверных средневековых вояк подействовало только личное появление Акхеса, который сообщил бы, что пришлёт свою личную дружину выбить из орков всё дерьмо. Но духи это тоже неплохо.

Я же обливался в это время метафизическим потом на пару с Петром. В Рирте я выращивал каменные стены своего будущего донжона в более спокойном темпе, напрягаясь как на хорошей тренировке, но не на износ. Здесь оборонительный вал рос из земли и глины, которая в разы проще в обработке, чем гранит с базальтом, но зато масштаб постройки был куда как по крупнее, а сама она шла в формате «умри, но сделай». В общем вал рос и рос быстро. Когда я выпал из транса и закашлялся надсаженным горлом вечером, «подкова» уже была почти в рост взрослого человека. Да, вал земляной, но и на такой попробуй заберись, когда тебя со всех сторон пытаются нашпиговать стрелами и закидать камнями… Жаль только чанов с чем-то кипящим нет.

-Ты как? — обнаружился рядом эр Эдво, задавший вопрос.

-Как будто сам всю эту землю перетаскал — сипло ответил я и снова закашлялся — Пожрать есть чего?

-Есть даже выпить! — обрадовала меня эта неунывающая морда. Ей духам, его энтузиазм начинал меня пугать — Некоторые подвалы уцелели в огне.

-Туда хоть не по одному…

-От не учи батьку детей делать, жрец с магом всех проверили, а потом и в сами подвалы сходили. Обошлось без кровососов.

-Ну тогда веди к жратве. Мамонта бы сейчас сожрал.

-Так они ж говорят на вкус дрянь, только хобот более-менее.

-О чём и речь, о чём и речь…

В общем сожрал я свою тройную норму, молотил так, что за ушами трещало. Рад был бы и больше съесть, но что-то ещё в себя запихнуть уже не получалось. После еды клонило в сон, но пока солнце ещё не село, было одно важное дело. Я взял пять копий для оберегов, а компанию мне вновь составил рыцарь.

-Как орки-то? — поинтересовался я, втыкая первое в землю не далеко от воды и начиная чертить на земле вокруг ритуальный узор.

-Да подошли к броду, посмотрели, что нас две сотни и отошли назад, наверняка недалеко лагерем стоят. Блом разъезды отправил, чтоб ночью нигде не переправились. Ты-то чего творишь? Это дальше вал растить поможет?

-От кровососов это — хмыкнул я, направляя энергию в копье и в землю через него — Ну точнее изначально от злых духов и одержимых ими, но вампиров тоже должно пронимать. А заодно дать мне знать, что у нас гости.

-А если скажем орк его вытащит?

-Ничего особо принципиального не поменяется, оно во-первых в землю уже вошло, а во-вторых всё равно убогий эрзац. Такой надо к живым деревьям привязывать, тогда будет действовать, пока стоят они. А с сухими деревяшками… Дай бог пара недель.

-Всё равно для нас за глаза и за уши, уже через несколько дней с Акхесом пировать будем.

-Потому переживать по пустякам смысла нет. Пошли, надо ещё четыре сделать, пока солнце не зашло — буркнул я. Хм, даже как-то вспомнилась видяшка из прошлой жизни, где имперский комиссар отправляет бойца на передовую порадовать сослуживцев тем, что к вечеру прибудет космодесант. А сам стряхивает пыль с фуражки и иронично замечает, что астартес будут подкреплением для врага, но какая впрочем разница, если он и его подразделение сыграет в ящик уже к обеду?

Вот и у нас всё было примерно так же. Сейчас орда Ратла-хана, чтоб ему икнулось, идёт сюда и соотношение сил мягко говоря не в пользу наших скромных двух сотен. Мы просто выигрываем время для сбора и исполчения наших коллег и даём возможность жителям деревень и хуторов получить вести и разбежаться. Килан тут потому, что честь не позволяет наследнику герцогства убежать, поджав хвост. После такого ему только в петлю лезть или на свой меч прыгать. Алфан сам из этих мест, у него в тех деревнях родичи, как и у доброй половины недобитков. Свита не может бросить соверена. Ну а я… Мне в общем тоже некуда деваться, да и была бы возможность сбежать, наверно я бы отмёл её так же, как отмёл возможность отступить, когда мудаковатый жрец хотел принести в жертву своему мудоковатому божку троих детей на моих глазах. Трудновато мне было бы спать по ночам, зная, что я мог бы спасти людей, но засцал и сбежал. Что же до смерти, то остаётся надеяться, что Мрачный жнец на меня не сильно обиделся и не даст мне уж больно злого подсрачника на дорожку в новую жизнь, какая бы она не была.

Обереги установились штатно и круг замкнулся. О прибытии кровососов и любой другой тёмной дряни они мне сообщат точно. А если я всё понимаю правильно, то тех же вампиров должно очень заметно ослабить. Так-то по рассказам они до безобразия сильные, быстрые и живучие уроды. Ну насколько термин «живучие» применим к ходячим трупам. А должны стать даже слабее человека.

Придя обратно к костру, я завернулся в шкуру Михалыча и почти мгновенно вырубился. Медведь ещё один мой резерв, ещё один сюрприз, который должен дать возможность продержаться нашей баррикаде подольше. Степняки предпочитают воевать не пешком, а их лошади и так не будут в восторге от противостояния со мной. Появление внутри «подковы» пещерного медведя, который ревёт и режет всех вокруг должно добавить копытным паники. Да и оркам тоже. Был ещё один сюрприз, в котором я хотел использовать Феонора, но он уж совсем на крайний случай, потому что дух огня меня после этого может и не простить. Эх, жаль вообще с помощью Петра нельзя тут дноуглубительные работы провести, духи воды не терпят вмешательства в свою вотчину, а река это как раз она.

Ночь прошла на удивление спокойно. Орки не попытались напасть на нас, неожиданно преодолев брод, хотя именно так было бы разумнее всего сделать. Но впрочем разумность разумности рознь. Полторы сотни, которые сидят на противоположном берегу, возглавляет вождь какого-нибудь рода или союза нескольких малых родов. Поведёт он своих зеленокожих в ночную атаку, в схватке с двумя сотнями, даже при успехе, они потеряют большую часть воинов. Что будет после? Верховный хан орды конечно поблагодарит и обласкает выживших, только вот не факт, что поредевшие рода это спасёт, соседи имеют все шансы их задавить, забрать сначала кочевья, а потом и всё остальное. Ослабевшие тейпы в степи живут плохо и как правило не долго. Так что вождь вполне разумно не лез загребать каштаны из огня для кого-то другого. Тем более если вспомнить, что на все кочевья орды Ратлы облизываются те, кто под рукой хана Ычмы.

Проснулся я лишь один раз, почувствовав от оберегов что-то на самой грани ощущений. Выбравшись на недостроенный вал и частично обратившись, ночным зрением рыси я в нужной стороне ничего не разглядел, а ощущение успело пропасть. Может кто-то и хотел к нам заглянуть, да почуял защиту и отошёл назад. А может просто показалось… В общем я плюнул и отправился дальше спать. Утром в той стороне обнаружились следы волчьих лап, причём весьма крупных. Может кроме вампиров тут трутся и оборотни. А может кто-то из орочьих шаманов послал материального духа на разведку. Если у орков конечно шаманы.

О волшебстве зеленокожих вообще известно было мало, особенно мне. Если с человеческой магией я более или менее разобрался благодаря Авалию, то тут был мрак. Орки могли в боевые заклятия, хуже арканистов конечно, но по лучше великанских шаманов. Наша магия вообще другая, более созидательная и более оборонительная. Может быть потому, что убивать мы можем без всякой ворожбы. Зеленокожие могли в исцеление, но эдакое а ля Тёмная сторона силы, когда для спасения одной жизни надо взять другую. По крайней мере иногда освобождённые пленные рассказывали, что видели, как клыкастый колдун иссушал одного из них до состояния мумии, но зато раны на каком-нибудь орке зарастали на глазах. Орки практиковали контроль животных. Иногда птиц для разведки, иногда какой-нибудь крупной и опасной скотины для того чтобы сделать её ездовой. Южнее у них встречались малые группы на гигантских варанах, вроде бы даже были огромные скорпионы. По слухам, которые по хорошему бы на два делить надо. Но то сильно южнее, тут таким скотинкам было холодновато. К тому же их количество наверняка сдерживалось их аппетитом. Это не лошади, их мясом кормить надо. Да и тех же коней соседство с хищниками наверняка нервировало, что не шло на пользу делу.

Позавтракав и совершив обход, мы все начали повторение вчерашнего дня. Народ подрядился носильщиками, я бригадой землекопов. А после обеда, когда подкова стала высотой в полтора человеческих роста, к нам таки пожаловала орда. Пыль правда была видна давно, но явились орки к броду только когда мы набили животы. Конечно на пустой желудок ранение в брюхо менее опасно, но бой ожидается затяжной, на него силы нужны. А если баррикаду возьмут, раненым, кого Гристо в строй не вернёт, всё равно конец. Да и кого вернёт, тоже не минует чаша сия.

-Много их, тысяч пятнадцать наверно — протянул Алфан, рассматривая длинную прибывающую колонну степняков. Всадники, заводные кони, телеги для припасов и добычи… Я своим острым зрением даже рассмотрел девок, как зелёных так и нет. Похоже местные ханы, вожди и батыры любит ходить пограбить с комфортом. С@ки.

-По семьдесят пять зелёных рыл на брата, если глаза нашего старика не обманывают — хмыкнул эр Эдво, скосившись на предводителя недобитков Аидноса. Всем конечно официально руководил Килан м'Осато, а фактически эр Блом, но среди местных ветеран-десятник был самым авторитетным, так что он и остался главным. Здоровенный рыцарь же руководил резервом благородных с лучшим оружием, снаряжением и навыками, которые должны будут подпереть защитников там, где будет жарче всего.

-Хорошее число, мне нравится — сказал я просто чтобы не было неловкого молчания — Глам наверняка сочинит потом об этом славную песню.

-Двести на Аидноском броде. Наверняка будет звучать неплохо — хмыкнул стоящий рядом Килан — Вовремя бард решил в Пашлю, что трястить по степи, отбивая зад — это не его.

-Ну вообще я его попросил по герцогству проехаться и в кабаках попеть о том, какой Рирт замечательный надел, да ещё и без налогов — мои губы сложились в ухмылку — Будет Влару и его сёстрам сюрприз, если дело выгорит.

-Владение без владетеля и налогов во главе с пажом покойника. Это войдёт в летописи — буркнул эр Сомэ. Парень был опять мрачен. Не могу его винить, но дать подзатыльник всё равно хочется. Тем более, что мелкий засранец из-за разницы в росте не кажется взрослым.

-Нишкни, молодёжь, войдёте туда героями, я своим коллегам вести передаю — шикнул мэтр Бэлинэль.

-Как там кстати идёт исполчение? — поинтересовался эр Блом.

-Хорошо идёт — ответил маг — Нам бы недельку продержаться.

Я конечно был оптимистом по жизни, но всё таки не настолько. В три дня поверить было можно, но вот больше ох сомнительно. Впрочем чем только духи не шутят и чего только в жизни не бывает. К тому же надежда, она умирает последней. Иногда даже одновременно с тем, кто её питает. Правда неделя тут до того, как соберётся адекватное войско для отбития набега. До нас ему ещё пилить и пилить.

-Ха, они решили поболтать — хохотнул эр Эдво.

От степняков и правда выехал пяток всадников на брод, один из них держал над головой на пятке копья белую овечью шкуру, знак переговоров.

-Ну пойдём послушаем — сказал на это Килан.

Отправились мы тоже впятером. Младший наследник, его наставник, ма Гратан, Алфан и великан, одна штука. Воды на броде было ниже конского брюха, но с избытком, чтобы заливаться мне в сапоги. Во главе прибывшей делегации был вероятно хан Ратла. Крупный степняк имел типичное орочье тёмнозелёное лицо с носом, более напоминающим воландемортий, чем человеческий. Ноздри слегка вертикальной формы отталкивали, как и слишком крупные клыки. Орки всё таки достаточно похожи на людей, чтобы имелся эффект зловещей долины. Желтые глаза смотрели зло, но казались умными. На коже лица были татуировки, вероятно обозначающие его высокий статус. Рядом с ним было три богато одетых воина, тоже с татуажем на лице, но по проще. Последним видимо был колдун, от не молодого зеленокожего тянуло силой и всякими костяными висюльками он был покрыт, как новогодняя ёлка игрушками.

Мы остановились друг напротив друга. Люди и я молчали, как вызванная для переговоров сторона. Не дождавшись от нас мольбы о пощаде или чего-то вроде того, орк наконец провозгласил:

-Я Ратла-хан. Убирайтесь с моего пути и я дам вам день чтоб уйти. Будете упорствовать, отдам ваши тела на поживу зверю, а из черепов сделаю чаши.

-Я эр блом ма Краман.У нас нет веры орочьему слову — сказал наставник Килана.

-Могу поклясться перед духами предков — хмыкнул орк.

-Предки простят потомков, особенно если сами они не всегда были честны — ответил на это младший наследник.

-Тем паче, что они тоже оскверняли останки, а потом обычно сидели на колу — хохотнул Эдво, явно пытаясь побесить хана.

-Ну вообще быть чашей и вкушать питьё не хуже своего победителя не худшая судьба — решил я присоединиться к рыцарю, переводя взгляд на колдуна — Уважаемому врагу можно такую честь оказать — взгляд обратно на хана — Но некоторые годятся только на ночные горшки.

У богатых орков такие тоже были, я это знал. И даже были специальные рабы, которым положено такие выносить из юрты на мороз, сразу как хозяин справит нужду. Так что хан меня отлично понял. Я честно говоря ожидал, что он только разозлиться, но не проявит этого внешне, как и положено серьёзному правителю. Однако видимо при свидетелях честь горячего степного парня была задета слишком сильно.

-Вы все сдохните ещё до заката! — гаркнул он, развернул коня и поскакал на свой берег, поднимая тучи брызг. Его спутники быстро к нему присоединились. Мы же поспешили к своим.

-Ну и нахрена это было, орясина? — буркнул Алфан, когда я помогал переправить его коня через вал.

-Нехай прямо с марша в бой идут — проворчал я в ответ, наконец справляясь с лошадью. Тяжёлая, зараза.

Степняки же пришли в движение. Битва за Аидноский брод началась.

Глава 15

Первыми в воду ступили копыта коней орков орды Ратлы из его собственного рода, о чём говорил бунчук из дерева и конских волос с перьями, напомнивший мне индейские ловцы снов из прошлой жизни. Была у меня когда-то подруга, любившая такие штуки, а так же всякие разные музыки ветра... Духи, как же она задолбала меня в своё время всякой изотерической чушью и фэншуем, даром что мы даже не встречались. Тем более, что это перерождение убедительно мне доказало — чушь земных шарлатанов не работает.

Мотнув головой и выгнав из неё дурацкие мысли, ни с того ни с сего опять лезущие перед боем, я наконец добежал до своего места внизу подковы почти на самом стыке с берегом. Его здесь удалось сделать почти отвесным, а на кромке земляного вала расположить щиты, сбитые на скорую руку из несгоревшего в крепости дерева. Их бы ещё в красный покрасить и наше укрепление приобрело бы сходство с постройками вархаммеровских орков. Хвала Богу-Императору, что тут зеленокожие по жиже в коленках.

Заняв позицию, я вложил камень в пращу и отправил его в полёт. Прицельно тут было бить почти невозможно, уж больно далеко. И наши лучники и зеленокожие пока что хранили молчание, экономя стрелы. Но уж чего-чего, а булыжников от развалин крепости мне отсыпали с запасом, так что я начал изображать артиллерию, бьющую по площадям. Первый камень лёг с недолётом, подняв брызги перед копытами коней, а вот второй уже прилетел как надо, отправив на тот свет орка не далеко от бунчука. По идее слабые бойцы «знамя» охранять не должны, так что я продолжил садить в его сторону лишь выкрикнув во всю мощь лёгких:

-Первая кровь за нами!

Люди дружно поддержали мой воплю своими криками, а некоторые начали бить древками копий и дротиков о щиты. Я же метал камень за камнем. Орки подходили всё ближе и жатва булыжников начала становиться всё обильнее. Но в какой-то момент у орков не выдержали нервишки и в меня начали стрелять из луков. Тоже неприцельно. Я конечно парень крупный, но цель всё таки не площадная. Так что продолжил отправлять камни в ответ, просто высовываясь из-за укреплений и собственного щита по минимуму. Пару раз стрелы чиркнули по наручу, одна особенно удачливая попала в шлем, но не пробила его, остальные воткнулись в дерево. Кажется несколько ранили людей на «подкове» за мной, по крайней мере крик и мат-перемат за спиной на это очень сильно намекали. Но я смотрел только вперёд, продолжая засылать в колонну орков камень за камнем так быстро, как только могу, пока у меня вообще есть такая возможность. А в какой-то момент раздался звук рога, который вытянул высокую ноту. После сигнала «приготовится» послышался басовитый рявк с вершины подковы из под знамени Килана и в полёт отправились стрелы людей.

Определённо воин на укреплении, пусть и не за каменными зубцами с узкими бойницами, а за деревянным эрзацем, куда лучше защищён от обстрела, чем его коллега на лошади в воде с малым кавалерийским щитом. Оркам пришлось не сладко, как и их коням. Да и правду говорят, что есть психологический эффект от сосредоточенного залпа, когда убитыми и ранеными в одну секунду вдруг падает куча народа. Орков это пронимает ровно так же, как и людей. Когда стрелы нашли свои цели, ударив по голове колонны зеленокожих, идущих по броду, раздался многоголосый вой и дикое ржание раненых коней.

Но Ратла-хан по всем признакам не зря предводительствовал над прочими. Воины из его тейпа не повернули назад, когда раздались приказы командиров, эти орки двинулись вперёд не смотря ни на что, включая своих раненых. Да, это было жестоко, но отступить сейчас значило бы сделать все уже принесённые жертвы бессмысленными. Орков можно было ненавидеть, но не уважать их стойкость под огнём у меня не получалось.

Впрочем эти чувства не мешали мне кидать камень за камнем. Расстояние сократилось, так что каждый булыжник, брошенный мной так, чтобы разбивать чую-то зелёную голову, потом калечил следующего рядом с первой жертвой степняка. Брод был всё таки довольно узким, наступать зеленокожим приходилось скученно. Но несмотря на все наши усилия копыто первого степного коня ступило на наш берег.

Буквально через секунду его всадник получил стрелу в шею с правой стороны, пока прикрывался щитом в левой руке с другого фланга, но это ничего не меняло. Степняки прошли брод и вступили на землю людей. Стачала один конь, потом второй, а затем ещё и ещё… Орки пёрли вперёд, чтобы вцепиться в наши глотки и отомстить за своих товарищей и за свой собственный страх на реке. Я же продолжал угощать их камнями, добавляя к ним теперь ещё и свой ор, пугающий коней.

«Ставка» Килана находилась на вершине «подковы», в месте, куда степняки дойдут в самую последнюю очередь. Предсказуемо, попав на берег орки попытались разойтись в стороны и атаковать ближайшие валы, заодно освобождая дорогу товарищам, чтобы тем могли миновать проклятый брод, ступая на твёрдую землю и заодно отвлечь на себя часть стрел и добавившиеся к ним дротики. Они кстати были куда как неприятнее оперённых подарков, всё таки палка там по солиднее и тянет щит к земле, а острие порой и вовсе может расколоть деревяшку. Хуже пожалуй были только мои булыжники, которые правда пришлось теперь отложить в сторону и взяться за свои дротики, которые в девичестве были копьями.

Скученность степняков так и просила отправить несколько штук в полёт, накалывая на них сразу парочку тел. В один раз кажется даже получилось три, хотя последние было представлено бедром очередного орка. Но всё равно такие гостинцы создавали ещё большую сутолоку и не поднимали боевой дух противника. Духи, да я бы наверно на месте степняков был в панике! Мы же по ним со всех сторон садим метательным железом, убивая одного за другим. Они уже по трупам своих товарищей наступают! Безумие, сущие безумие…

Впрочем пока мой разум пребывал в шоке от того, что видели глаза, мои руки продолжали работать. Степняки начали лезть на стену. Первый орк подскакал к валу, вынул ноги из стремян, сел на седле на кортах, а потом как лягушка переросток прыгнул к нам, пока его товарищи из-за спины метали уже свои дротики и отправляли в нас стрелы, в просветах между голов впереди стоящих орков. Прыгуна с места с седла я наколол на своё копьё и стряхнул обратно, но он был только первой ласточкой. Вскоре многие орки последовали его примеру.

Наш первый ряд стоял на валу с копьями и щитами, готовясь выхватить мечи, если зеленокожие где-то смогут отвоевать пятачок земли. Второй ряд воинов продолжал стрелять из луков и метать дротики. Проблема была в том, что нас тут всего на два полных ряда. Нет отдыхающей смены, есть только три десятка резерва эра Эдво, да и те похоже вот-вот понадобятся, чтобы сбрасывать орков в реку. Зеленокожие не влезают в узкий брод, часть из них уже плавает рядом с конями. Уж больно плотно степняки на нас прут колонной. Копытные на крутой глинистый берег не заберутся, но вот их всадники теоретически могут. А нам это как серпом по яйцам. Сейчас всё зависло в шатком равновесии, оркам тяжело вбиться в подкову, лошадей в ней уже кажется больше, чем живых зеленокожих, они мешают родичам своих бывших владельцев, паникуя и дурея от запаха крови и смерти. Но если нам в спину хоть где-то ударит хотя бы десяток степняков, которых не остановит резерв, то это можно будет считать концом всего.

Пока же орки лезли на нас, метая стрелы и дротики, а мы сдерживали их натиск, отвечая полной взаимностью. Я наколол очередного степняка на копьё, рядом со мной боец получил оперённый подарок в плечо, на моих глазах занёсший руку с дротиком для броска зеленокожий получил метательный снаряд в грудь… Каждую секунду кто-то умирал в поле моего зрения. Орки больше, люди меньше, всё таки укрепления спасали от очень многого. А сыны степи всё никак не могли на них забраться. И наконец произошло то, чего я подспудно ждал. Один из орков полыхнул силой и ударил магией отправив струю огня в меня и моих ближайших товарищей. Мой щит, над которым я давно и усердно камлал, выдержал удар, ещё двоих воинов спасли амулеты, хотя один из них начал тушить бороду, но четверо обратились в факелы и с животным криком упали, начав кататься по земле и в панике пытаясь сбить огонь. Только вот колдун обнаружил себя и в него мгновенно полетели стрелы всех ближайших лучников. Тот, кто владеет магией — это всегда ценный актив. Часть стрел отразил магический щит, а часть вполне материальные деревянные преграды и даже тела охранников ворожея. Только вот чтобы остановить брошенный мной в следующую секунду дротик этого оказалось мало. Наповал врага я кажется не сразил, но вполне неплохо попал по бедру через чей-то щит, пришпилив воющую конструкцию из двух орков к лошади одного из них, которая начала бесноваться от боли, что добавляло всем непередаваемых ощущений.

Увидев недееспособность раненого колдуна, его «нукеры», продолжая прикрывать подопечного, стали проталкиваться на выход, что было замечено окружающими их боевыми товарищами. В мирное время убегающий колдун вызывает настороженность, а в военное панику, так кажется это должно звучать? Мэтр Бэлинэль же, удостоверившись, что обнаружив его, ещё какой-нибудь орк не шибанёт чем-то совсем уж убойным, хорошенько вдарил огнём сам. «Подкову» огласил вой чудовищной боли, которая бывает, когда кто-то горит заживо. И орки сломались.

Ещё секунду назад я крутился как уж на сковородке, работая за себя и тех, кого у нас подожгли. А враг лез на наш участок, чуя, что слабину после потерь в строю. Теперь же степняки начали бегство. Любому живому существу, будь то человек, орк или кто-то ещё, страшно видеть, как вокруг него падают мёртвыми и ранеными боевые товарищи. Иногда этот страх гонит воинов вперёд на врага, чтобы разорвать его к демоновой матери и тем обезопасить себя. Убивай или будь убитым! Но порой страх толкает на паническое бегство. Иногда достаточно чтобы один солдат бросился наутёк, чтобы за ним последовало парочка его ближайших товарищей, а потом процесс начал нарастать лавинообразно. Сейчас я видел, как происходит второе, а орки, набившиеся в «подкову», как кильки в банку, пытаются вырваться из неё иногда даже пуская оружие вход против своих боевых товарищей. Враг, обращённый в бегство — это славно, но вместе с тем ужасно.

Пока я осознавал картину, остальные не теряли времени даром и продолжали отправлять в врага смерть в виде стрел и дротиков. Через несколько секунд из ступора вышел и мой великанский мозг, а руки вновь взялись за пращу. Орков слишком много, чтобы пренебрегать возможностью нанести им дополнительные потери. А потому в полёт со свистом отправился первый камень, а за ним ещё и ещё, пока зеленокожие не вышли за пределы дальности моего оружия, которая оказалась практически у самой кромки противоположного берега. Правда туда камни я засылал уже на удачу и из пяти последних бросков попал только пятым, да и то не насмерть, а по плечу по касательной. Орк даже с лошади не упал, просто схватился за ушибленное место, дернув узду и напугав коня ещё больше, чем есть.

Люди же проводили последний булыжник взглядом, потом установилась странная тишина, которую вдруг прорезал, как ножом, первый радостный вопль. Через секунду же орали все, включая меня.

-Выкусили!!!

-Ааааа мать вашу так!

-Выстояли! Выстояли, чтоб меня!

-Победа!

-Х#@%₽ по всему %#₽^!!!

-Аиднос стоит!!!

Может быть последнее на волне эйфории даже орал я. Правда сразу после этого мне пришлось отвлечься на две стрелы в своих конечностях. Одна застряла в бедре, вторая прошла руку на вылет чуть выше локтя, правда не глубоко, а чуть ли не под самой кожей. Обе кстати были с бронебойными наконечниками и одинаковым опереньем, что указывало на какого-то крутого степного снайпера. Надеюсь он сдох, а не отступил. Но в любом случае пришлось заняться своим здоровьем, а потом быстро топать к Гристо, чтобы помочь ему с другими ранеными. К моему удивлению и счастью Мрачный жрец не приходил, видимо был слишком занят теми, кто уже был мёртв.

А таких хватало. У нас правда в безвозвратные потери попали всего пятнадцать человек, а вот орков мы, как показал подсчёт, покрошили пять сотен с лишним. Воистину перекрёстный обстрел — это страшная штука даже до изобретения огнестрела. А ведь ещё кого-то на самом броде ухайдокали, что я камнями, что остальные стрелами… В общем первый спонтанный и неподготовленный штурм обошёлся орком дорого. А я порадовался, что занялся нашими ранеными, вместо того чтобы добивать орков в «подкове», хотя в нави всё равно чувствовал отголоски их смертей. Трудно сравнивать физические ощущения с теми, что испытываешь в мире духов, но пожалуй это напоминало раз за разом проезжающие мимо машины, чью колёса отправляют грязную воду из мелкой лужи на тебя. Капли не большие, но противные, а автомобили летят почти сплошным потоком… В общем вроде и нечего ужасного, уж по сравнению с парнем в плаще из ночной тьмы точно, но противно и неприятно.

Закончив с ранеными, я вернулся на стену и… снова сел камлать с бубном. Внутри подковы осталось несколько десятков степных коней, которые не поддались общему порыву и не умотали со своими четвероногими товарищами, на спинах которых сидели живые орки. Так что пришлось быстро организовать «пандус» на боковой части «подковы» и не менее быстро его ликвидировать, когда лошади были выведены, пока часть обобранных зеленокожих трупов выкинули в реку. После этого удалось ещё немного помочь росту нашего укрепления и слегка увеличить крутизну с обрывистостью скользкого глинистого берега. Правда сантиметрах на десяти меня прервали.

Степнякам не сиделось на месте, всё таки их хан пообещал перед лицом своих младших коллег и колдуна, что мы тут все кончимся ещё до заката, а пока что получилось, что орки просто огребли крепких звездюлей. Так что наши зеленокожие оппоненты двинулись нас убивать всё под тем же «ловцом снов». Но в этот раз без коней. Вероятно главная жаба на болоте получила информацию о том, что лошади без всадников мешали подойти к валу и сделала соответствующие выводы. Тут всё таки не анимэ, где даже сопливые подростки и по веткам деревьев и по пустым седлам могут бегать, как по твёрдой земле. Степняки шли пешим строем, каким как бы и стоит идти на укрепления. Но малая высота «подковы» и огромное численное преимущество сыграли с ними злую шутку в стиле Джокера. Да, шапкозакидательские настроения — это вредно для здоровья и благополучия.

Орки кстати вполне себе умели сражаться и пешими, так как даже маленькие города довольно проблематично брать верхом, им пришлось этому научиться. Но однако о чем-то вроде щитов римских легионеров речи не шло, они остались кавалерийскими, так что для стрел степняки были более уязвимы. К тому же я встречал гостей не стрелами, а весьма солидными булыжниками, а строй сейчас у орков был весьма плотным, так что промахнуться было невозможно, начиная с того момента, как зеленокожие сделали первые шаги в воде. Только один снаряд к моему стыду просто упал в воду рядом с колонной… Это определённо был какой-то неудачный бросок.

А я вновь, второй раз за этот день, вынужден был поразиться не то стойкости не то отмороженности орков. Камни били в них раз за разом, убивая или калеча кого-то, но они продолжали идти вперёд, стягивая прорехи в стене щитов над своими головами. Бить я старался по передней части колонны, где судя по более богатой одежде шли более серьёзные вояки. Что ж, это было орочьей ошибкой, в первых рядах следовало бы пустить наименее ценных юнитов в зерг-раш, чтобы занять нас… Хотя жизнь не игра, у каждого из молодых воинов орды есть родичи и они вероятнее всего не одобрили бы такой подход. Да и другие факторы есть типа бегства новобранцев навстречу наступающим ветеранам.

Дурацкие мысли по своей странной привычке лезли мне в голову, возможно так моё подсознание замещало страх, но руки раз за разом отправляли камни навстречу оркам, которые были всё ближе. Пешие воины преодолели брод медленнее, чем их конные товарищи, из-за этого и из-за более плотного строя потерь от камней они понесли заметно больше. А вот от наших лучников толку в этот раз было меньше, хотя воды Каланты вновь окрасились в красный цвет.

Но как бы то ни было орки вновь вступили на наш берег. Теперь правда предпочитая не луки, а дротики, которые метаются одной рукой, пока вторая держит щит. Только продвинуться зеленокожим удалось не слишком далеко. Внутрь подковы зашло где-то с сотню степняков, когда мэтр Бэлинэль решил, что пора вновь бить магией. Наши гости прошли по яйца в воде в своих степняцких халатах, которые намокли и обильно полили берег. Тот был хоть и относительно пологий, но всё же с заметным наклоном. Это и так не добавляло оркам хорошего настроения, глинистая земля штука скользкая. А теперь холод натурально превратил её в каток, заодно вморозив в лёд реки нескольких зеленокожих, которым не посчастливилось оказаться рядом с вожделенным берегом.

В общем картина была маслом, первая сотня оказалась слишком немногочисленна, чтобы долго выжить под обстрелом, не говоря о том, чтобы влезть на вал и поубивать нас. А остальные застряли на броде, не в силах продвинуться вперёд. Лишь некоторые смеличаки пытались обходить по грудь в воде своих пойманных в ловушку товарищей, но их жидкий ручеёк был не опасен. Я метал пращёй камень за камнем, пользуясь остановкой атакующей колоны врага и честно говоря ждал, что сейчас очередной орочий колдун развеет заклятие. Но этого всё не происходило. Орки держались. Стояли в воде, получали булыжники. Видели, что продвижение вперёд остановилось и всё равно держались. Но всё имеет свой предел и во второй раз за день враг отступил даже быстрее, чем в первый.

Опустошённо смотря на «орочий» берег реки я даже как-то отстранённо анализировал произошедшее. Степняки шли под тем же бунчуком, значит это снова были личные воины Ратлы-хана, остальные в штурме нашего берега опять не участвовали. Много ли у нашего врага тех, кто может в ворожбу? Вряд ли в степи ситуация лучше, чем в людских землях, по крайней мере в Осато никто не предполагает иного. Значит в лучшем случае у главного хана один колдун и парочка оперившихся учеников. Которые сейчас вероятно латают патрона. Пробитие бедра насквозь копьём — это вам не фунт изюма, такое и магией света лечится не мгновенно, а орки от человеческих жрецов отстают в деле врачевания весьма заметно, хотя и в противовес им могут долбануть атакующей магией. Другие ханы своих воинов и колдунов в атакующую колону не выделили. Почему? Скорее всего потому, что Ратла сам понтонулся, что мы до заката умрём. Сказал — отвечай, в степи слово значит если и меньше, чем среди людей, то ненамного. И судя по тому, что солнце красит небосвод в красный цвет, старший хан облажался. Придя к этому нехитрому выводу, я заржал в голосину не хуже коня эра Эдво, который как раз подскакал ко мне.

-Ээээ, Маг, ты в порядке?

Отсмеявшись и вытерев выступившие слёзы, я наконец ответил:

-В полном, в этот раз даже не ранен. Просто думаю о том, что на том берегу сейчас творится будет.

-Ааа, тоже заметил. Вожак много воинов потерял, теперь доли в добыче могут резко поменяться — хохотнул рыцарь, а потом добавил с солдатской прямотой — А если сильно повезёт, то у е#ного шакалья вообще случится естественная убыль.

-Ну это пожалуй как-то слишком, но ночька у них определённо будет веселей, чем у нас. Хотя спать конечно придётся по сменам — слегка помрачнел я.

-Придётся. А я с своими ещё вдоль берега покатаюсь, чтоб где не залезли. Без коней они конечно не так опасны, но один демон не надо нам удара в спину.

-Твоя правда — согласился я и снова сел камлать, пока у меня были силы. Чем выше вал, тем дольше мы проживём. Да, первый день остался за нами почти в сухую, но это только начало. А заодно я проверял свои знаки, складывающиеся в защитный пентакль. Не надо нам тут ни вампиров, ни злых духов, способных заглянуть на запашок стольких смертей, ни дистанционных проклятий от орочьих колдунов. До нас далековато, да и между нами и зеленокожими текущая вода, но ну его нафиг на практике проверять их возможности, не озадачившись мерами противодействия. А ну как принесут какие-нибудь жертвы на алтаре тупым ножом и наложат на нас массовый боевой понос или чего похуже? Нет уж.

Перед сном удалось поднять вал ещё на пол метра, пока орочьи трупы кидали в реку. Прибавка была конечно неплохой, но явно недостаточной для уверенности в завтрашнем дне. Так что прежде чем отрубиться, завернувшись в медвежью шкуру, я успел поразмышлять о необходимости спеть «великанскую песню войны» по металличнее. В прошедший день я тупо не успел этого сделать. Сначала орки атаковали с марша, потом раненые и всё тот же вал, который должен быть выше. Впрочем и так всё прошло неплохо. Но завтра за нас возьмутся в серьёз, а потому боевой дух должен быть выше гор.

К моему удивлению ночь прошла спокойно, какие-нибудь недобитые вампиры не появлялись, злые духи не лезли, защита не трещала под тяжестью проклятий. А вот в предрассветных сумерках меня ждал сюрприз. Когда я встал, то спросонок обнаружил, что вокруг царит какое-то нездоровое оживление. Продрав глаза, я им даже слегка не поверил. На всякий случай пришлось поинтересоваться у боевого товарища:

-Что это, Эдво?

-Это полуголые девки, Магнус — ответил мне рыцарь, но понятнее от этого не стало.

-Я, млять, вижу, что не горные тролли. Какого демона они тут делают?

-Под утро мы их выловили, когда они ниже по течению на берег залезть пытались — наконец объяснил рыцарь.

Я же продолжал смотреть на означенных девок, как баран на новые ворота. Четыре молодые орчанки, пять человеческих девушек, две блондинки, две брюнетки, одна рыжая, две эльфийки или полуэльфийки. Я в сортах не разбираюсь, а уши острые у тех и у других бывают. Все кроме орчанок красивые. Степнячки определённо были не в моём вкусе, не смотря на то, что имели вполне благообразные черты лица. Но выпирающие клыки всё портили. Конечно зубов бояться — в рот не давать, но всё же имеет разумные пределы. Я мотнул головой, стараясь не думать, как выгляжу для наших внезапных гостий. Физиология-то у великанов ровно такая же, как и у людей, с утра всё в боевом положении, а броню я снимал, как и большую часть одежды. Сегодня силы нужны.

-Так, ладно — махнул я рукой и обратился к пленницам на орочьем, как сумел — Что ваша на наш берег делать?

Глава 16

-Сбежали мы — переварив мои потуги в языке зеленокожих, который я пытался подучить на уровне «военно-полевого разговорника» на случай допроса пленных, наконец ответила орчанка с чёрно-красными волосами. У людей таких не бывает, как не бывает естественной растительности повторяющей полосатость кошек или просто их трёхцветность. А вот у степняков это дело обычное, всё таки другой биологический вид. Как и я впрочем, о чём не дурно себе иногда напоминать. А потом добавила по человечески — Чтоб под жертвенный нож не лежать.

-А х#енли молчали? — поинтересовался я уже на более привычном мне, хотя он вызывал затруднения уже у орчанки. Остальные пока молчали. По ощущениям зеленокожие боялись людей, остальные просто боялись говорить без разрешения… Рабство. Ненавижу, млять, рабство.

-Воины сказали заткнуться и бегать — кивнула она на эра Эдво, видимо имея ввиду «бежать».

В общем после недолгих расспросов выяснилось, что попытки переправы на наш берег принесли тейпу Ратлы-хана не только убитых, но и раненых. Вот ведь неожиданность! Как говорилось выше, целительская магия орков имела привкус Тёмной стороны, причём такой, что сам Палпатин бы сказал «Ну ладно в экстренных случаях, когда без крайних мер никак. Но зачем постоянно-то такую дичь творить?!». Ну или волшебства из сериала про Ведьмака от Нетфликса, где стрёмная баба поднимала камень телекинезом, заставляя для этого завянуть цветок, прокляни духи сценаристов этого безобразия вместе с продюсерами и шоуранерами. В общем чтобы излечить раны одного живого существа оркам нужно испортить здоровье другому, причём значительно сильнее. Вероятно метод подразумевает большие паразитные потери или просто по иным причинам далёк от совершенства.

Но так или иначе, для спасения раненых воинов нужно было кого-то пускать в расход. Рабов в набег взяли мало, пленных как-то не случилось. И в общем в качестве бурдюков с жизненной силой пустили в дело так же нескольких рабынь и даже одну наложницу, которая вызвала раздражение своего мужика. В общем вторые девяносто у девок хана и его приближённых орали семиэтажным забористым матом об опасности. А после вечерних переговоров на повышенных тонах один статный молодой орк осторожно сунул «черно-красной» Грэхе узелковое письмо, сообщая, что «род Серого орла добр». Почесав репу и прислушавшись к своей зелёной попке, наложница, взятая Ратлой после победы над её родом в степных разборках, пошла советоваться с подругами по несчастью. Из тех, кому могла более менее доверять, а ещё держа в голове, что им неплохо бы уметь плавать. Всё таки перебираться надо на наш берег, на своём изловят и будет вообще не хорошо. А умение не идти на дно топором среди зеленокожих не слишком распространено. Впрочем оно и не удивительно, не так и много родов у крупных рек кочует, да и в моём прошлом мире жители степей плавание не особо любили-умели-практиковали, как мне было известно. Поговорив о своей нелёгкой доле и о том, что «бешенные юдишки» похоже живыми пленными становиться не собираются, а значит новым жертвам колдунского произвола быть и Ратла скорее всего их сам предложит, чтоб приподнять свою пошатнувшуюся репутацию, коллектив решил таки рискнуть и проверить доброту рода Серого орла.

По всем признакам у Ратлы в орде вполне себе цвела и пахла крамола, по крайней мере его женщинам помогли выскользнуть из лагеря, чем его не слабо так опозорили. Не говоря о совете, где ругань стояла до небес. Причём кое-кто, со слов эльфийки-подавальщицы, таки действительно грешил на Небо, которое помогает белокожим, а значит нетипичный осенний поход и тем более сговор с «нечистыми» вообще были дерьмовой идеей. Ну а хан стало быть тоже не шоколадный заяц. Девки же в свою очередь воспользовались помощью «несистемной оппозиции» и «свалили за бугор». Реку правда преодолели не без потерь, ещё одна девушка, помогавшая плыть одной из орчанок, была утащена на дно какой-то тварью. Хотя подробности от свидетельниц несколько разнились, так что может у бедняги просто свело ногу от холодной воды и ей не повезло, так бывает. А может и пошла кому-то на корм, тут всякое водится, вроде даже речные змеи есть, хотя убей духи не понимаю, как достаточно крупные гады в довольно холодной климатической зоне живут. Магический мир-с, пора бы привыкнуть… Но так или иначе в крутой глинистый берег беглянки вцепились намертво и не стали пытаться тихо отсиживаться, услышав копыта на нашей стороне. Вода дубовая, а речные обитатели нашими стараниями похоже не до полной сытости откормлены, могут и ещё кого-нибудь на дно забрать под настроение.

Дальнейшее уже было понятно. Полуголые девки, скинувшие лишнюю одежду чтоб ко дну не тянула и плыть не мешала, получили конец аркана, по которому влезли на крутой и скользкий глинистый берег и были доставлены в наш лагерь по средствам согревающего забега босиком. Информацию мы с них сняли, подтянувшиеся на огонёк его святейшество Гристо и мэтр Бэлинэль подтвердили мои выводы о том, что они не повампирины и вроде как даже верят в то, что говорят. И теперь встал вопрос, а что с ними делать-то? Нет, в другой ситуации, скажем захвати наше войско чужой лагерь, участь орочьих подстилок была бы понятна. А оно вон как всё неловко сложилось.

-Может просто зарежем не больно? — внёс конструктивное предложение эр Эдво — Что? Если обратно к своим попадут, то молится всем богам о таком счастье будут.

-А на другое у нас времени нет, орки скоро снова пойдут, а до вечера мы вряд ли доживём — кивнул эр Блом.

-Ну нахер — плюнул я на землю — Духи не любят, когда режут безоружных баб.

-Ну а ты чего предлагаешь? — скрестил рыки на груди эр Блом — Оружие им дать?

-Да пускай моих трофейных коней берут и ведут на север к нашим.

-Так их там всё равно тоже самое ждёт, орочьи девки же.

-Девки, моими быть хотите? — поинтересовался я и увидел быстрые, резкие и частые кивки. Как только головы не оторвались от энтузиазма — Ну вот проблема и решилась, теперь вы великаньи девки. Коней и трофеи отвезёте по дороге до Мирэнэ, где войска собираются. Там подскажут, где мой Рирт и как туда добраться. А в нём уж пусть у Авалия с Силанилем и Вларом головы болят. Мэтр Бэланэль, вы не соблаговолите предупредить наших товарищей о моих подопечных, чтоб не прибили не разобравшись?

-Эээ! Охолони! Мои ж их взяли, с хера ль они вдруг твои стали? — возмутился рыцарь наглым отжатием трофея.

-С того, что ты их в расход списал. Считай как мусор выкинул, а я у земли подхватил — хмыкнул наглый великан в моём лице — Лучше своё всё лишнее им передавай, чтоб оркам не досталось. Наши уж в твой Гратан как-то переправят.

-Моё знамя им тоже отдайте — вдруг выдал Килан — Не хочу чтобы какой-нибудь зелёный ублюдок потом им хвастался.

-Нет, Килан — веско произнёс эр Блом — Знамя должно остаться с войском до конца. Это символ. А вот перстень лучше и правда отдай.

Речь шла кольце наследника, которое юноша носил на пальце и которым запечатывал письма, оставляя свой герб на воске. Идея урезать оркам трофеи нашла отклик не только у Килана, так что небольшой захваченный табун был быстро нагружен и отправлен в путь. Девки вид при этом имели ошарашенный. Попали они к нам в почти похоронном настроении, только и радости было, что убивать если что будут не мучая, а в худшем случае вдуют перед боем по быстрому. Но хоть так, а не страшный колдовской ритуал, который по всеобщему мнению калечит саму душу. К таким тонким материям тут относились очень ответственно, жизнь коротка, посмертье вечно… Я бы что-нибудь сказал про религиозно-мистическое мышление, но не буду. Всё таки тут есть боги, которые могут надавать по шапке, убедительно доказывая тезис о своём существовании.

Рассвет же разгорался и быстро закинув в себя еду, мы начали занимать позиции, провожая взглядом уезжающих девок. Я гнал из башки дурные мысли о том, что похоже только что бездарно пролюбил свой шанс закончить эту жизнь не девственником. Ведь можно же было по быстрому-то! В какой из следующих жизней мне эльфийка может дать? Аж пришлось головой мотать, гоня от себя картинки, усердно рисуемые воображением.

Рядом, пока мы не разошлись по «подкове» из ставки Килана, дулся эр Эдво. Да, трофей был нафиг никому не нужен и его собирались утилизировать, но я как-то прям тоже не совсем по местным понятиям поступил. Аж самому неловко.

-Эдво, помнишь ты меня песню допеть просил? — по дружески слегка пихнул я рыцаря в плечо, соизмеряя силу.

-Помню — односложно буркнул он.

-Думаю сейчас самое время — ответил я, садясь на задницу и примериваясь к бубну.

К моему удивлению боевой дух нашего маленького, но очень отмороженного войска был весьма высок. Потусторонние силы были за нас, орки вчера получили по самое не балуй, народ аж трупы задолбался в речку кидать, после смерти каждого будет встречать в дверях Крепости-на-Горе лично Акхес, говорить «Молодца!» и жать руку дорогому гостю. Сомэ и тот не портил настроение своим кислым хлебальником. А кое-кто и вовсе имел даже слишком лихой вид, не иначе стадия принятия перешла во что-то из серии «А я так на последок отожгу, что мне бог войны ещё и лично за своим столом нальёт!». Что отчётливо констатировало с настроениями на другом берегу, где кое-кто уже высказал мысль о том, что мы де что-то не то затеяли и Небо не довольно.

И сейчас я планировал ещё сильнее увеличить эту разницу настроений, а заодно даже временно прибавить нашему войску не душевных, а вполне себе физических сил. Конечно до старого Йара мне по прежнему как раком до Шанхая. Он практически всю очень долгую жизнь был шаманом и предсказуемо достиг больших высот, в том числе и в ритуальных песнопениях. Вряд ли ошибусь, если скажу, что после Весенней Песни Охоты и без того чудовищная сила моих сородичей возрастала на добрую треть, а эффект держался чуть ли не неделю. Хотя я тренировался, особых успехов мне достигнуть не удалось. Песнь Войны из своего прошлого мира теперь конечно удастся пропеть до конца, а не охрипнуть после пары четверостиший. Да, я сумею пережать максимум своих чувств и воспоминаний о том, как металл будоражит кровь на концертах, когда кажется сама твоя душа резонирует в такт со звуком, что ревущим потоком бьёт из могучих динамиков, а ты орёшь припев вместе со всем остальным залом в унисон и перед твоими глазами на огромном экране или просто в памяти проносятся величайшие кинематографические битвы. Однако даже не смотря на то, что люди куда восприимчивее великанов, дай духи воздействие продержится до вечера, а сильнее и быстрее мы все станем всего лишь в десятую часть. Однако и это чертовски немало, а боевому духу, который не сломить до самой смерти и вовсе нет цены. А потому моя колотушка ударила о бубен, горло затянуло напев, а дух стал вплетать в них магическую энергию, что обращается не к ушам, а к самой душе слушателя не требуя перевода слов с русского или английского или пояснений образов, что встают перед глазами.

Здecь coбpaлиcь вce, вce вoины Зeмли,

Oни вcтaли в cтpoй, ждут kлич, пpизывa — в бoй!

Зaмepли вoйcka, пoбeдa тak близka,

И звуk нaпoлнит зaл, вceлив вepу в иx cepдцa!

Mы имeeм пpaвo, пoгибнуть зa мeтaлл!

Здecь kaждый этoгo xoтeл, oн вepил и мeчтaл.

Пokляниcь, чтo мeч твoй мoжeт жaлить kak oca!

Tak cмeлo вcтупим в бoй, взмывaя k нeбecaм!

Bpaг тpeпeщит,

Пoдними cвoй мeч и щит!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Лишь вcтaв плeчoм k плeчу,

Злo пpeдaв мeчу!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Mнoгиe пытaлиcь, у нac вcтaть нa пути,

Oни нe мoгут ocoзнaть, чтo им нe пoбeдить!

Hecя лишь paзpушeньe, пуckaя kpoвь из paн,

Mы мoлoт яpocтныx бoгoв, мы гpoм, мы уpaгaн!

Oни cтoят, уcтaв, oпуcтив cвoи kлинkи,

И чтoб cтaть kopoлём, нужнo жить злу вoпpekи!

Зa лoжь ту чтo нecли вceм, oднa нaгpaдa — cмepть,

Oни пokaютcя бoгaм, пpeд тeм kak умepeть!

Bpaг тpeпeщит,

Пoдними cвoй мeч и щит!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Лишь вcтaв плeчoм k плeчу,

Злo пpeдaв мeчу!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

И ecли я умpу здecь, тo бpaтья пpидут в тoт миг.

Boзьмут мoй мeч, ceмьe мoeй pacckaзaв тo, kak я пoгиб,

Ho дo тex пop я в cтpoю, вpaгa ниckoль мнe нe жaль!

И вcex kтo вcтaл нa пути пpoнзит мoя cтaль!

Bpaг тpeпeщит,

Пoдними cвoй мeч и щит!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Bpaг тpeпeщит,

Пoдними cвoй мeч и щит!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Лишь вcтaв плeчoм k плeчу,

Злo пpeдaв мeчу!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Bpaг тpeпeщит,

Пoдними cвoй мeч и щит!

Mы вoины!

Boины вceй Зeмли!

Когда я открыл глаза, возвращаясь из духовных чувств к телесным, в мои уши ворвались удары оружия о щиты и кулаков и нагрудники. Не было нужды интересоваться у кого-то, подействовали ли Песнь войны так, как ей и положено. Каждый здесь ждал тех, в кого можно будет вонзить острый кусок доброй стали куда больше, чем молодожён первой брачной ночи или наркоман дозы. Я же почти бегом отправился на свой край «подковы» к кучке камней для пращи. Мои руки чесались не меньше, чем у остальных и этот зуд был почти непереносим.

На том берегу орки снова встали в пеший строй, а перед ними судя по всему гарцевал по кромке воды Ратла. Может от песни у меня и не прибавилось меткости и по движущейся цели на таком расстоянии мне не попасть, но уж мотивирующую речь в стиле Теодена Роханского я зеленомордому сейчас испорчу. Рука взяла округлый камень, который выглядел более или менее аэродинамично, праща раскрутилась и булыжник со свистом полетел в воздух, провожаемый взглядами кажется всего нашего войска, закончив свой путь на месте головы богато одетого воина в первом ряду. Шлем неудачника не спас, а мозги орка похоже забрызгали его товарищей. Над рекой же полетел мой рёв на орочьем:

-Мы весь день ждать будем?!!! Сюда иди!!!

Звук над водой распространяется хорошо, так что мой хриплый после песнопений бас отлично услышали. Конечно я не Эд Бун с его бессмертным скорпионьим «Get over here!», но получилось неплохо, а напутственная речь Ратлы-хана пошла насмарку. Смятая в кашу голова одного из слушателей вообще не способствует успешной мотивации остальных. Ещё меньше ей поспособствовал командир, который не слез с коня и не встал в общий строй, а освободил своим подчинённым дорогу, оставшись в сторонке.

А я продолжил угощать наступающих по общему броду булыжниками, радуясь, что для стрел врага пока далековато. Да и экономить их оркам приходится, даже не пытаясь садить по площадям. В степи, что логично, всё не очень хорошо с деревом, как впрочем и с крупными ремесленными центрами в виде городов у кочевников. Ещё в прошлой жизни я читал, что Тимур, который Тамерлан, отправляясь в поход требовал, чтобы у его лучников было хотя бы двадцать стрел. И это как бы не в самом бедном регионе, который ещё и активно торговал. У орков же с торговлей с теми же людьми всё было и вовсе грустно, так что затрудняюсь сказать, какова норма боеприпасов на одного степного лучника. Но явно она слишком мала, чтобы метать стрелы на удачу. А вот у нас в крепости на семь сотен бойцов гарнизона даже после пожара всё таки уцелело достаточно стрел для одной неполной сотни лучников, да и часть орочьих оперённых подарков после вчерашнего использования в негодность не пришли. Камней же и вовсе было без счёта, чем я активно пользовался.

Утренняя атака у орков как-то не задалась. Сначала они получили «гол в раздевалку» ещё до начала матча. А потом вновь дойдя до берега под огнём, они опять вынесли на себе достаточно воды, чтобы мэтр Бэлинэль устроил локальные заморозки с катком. Сегодня в составе атакующей колонны колдун имелся, может на его выздоровление как раз та самая наложница и пошла. Заклятие нашего мага он быстро развеял, но просиял при этом в моём духовном мироощущении, как прожектор в ночи. А при личной встрече камня из «осадного орудия» и магического щита кого-то слабее архимага, побеждает обычно камень. То что колдун был со своей охраной ближе к тылу, а не лез опять вперёд, ситуацию поменяло мало. Просто пришлось использовать пращу, а не дротик и прямое попадание случилось лишь на третий выстрел. Однако после камня лечить там уже нечего, да и пытающийся сбежать колдун боевой дух сородичей не поднял. А потом мэтр Бэлинэль опять ударил лютым морозом и проход в «подкову» вновь оказался затруднён. В этот раз орки, искушённые опытом ловли булыжников на кавалерийские щиты, отступили даже быстрее, чем вчера. Оставшихся внутри маг сжёг молниями и порезал ветреными лезвиями, руки у него чесались похоже не меньше, чем у остальных.

Только вот это к сожалению было ошибкой, энергию стоило поэкономить. Уже через пол часа орки построились вновь и двинулись вперёд. Я уж не знаю, что там им Ратла за новую речугу задвинул или чего хлебнуть дал, но в этот раз лезли зеленокожие вперёд, как дурные. Я вновь и вновь метал сначала камни, потом дротики, а вскоре взялся за копьё, отбивая натиск на свой участок вала.

И чем больше я бросал взглядов по сторонам между выпадами, тем сильнее сжималась кольцеобразная мышца чуть ниже моей спины. Потому что натиск орков был действительно бешенным! Зеленокожие лезли вперёд как безумные по друг другу, пытались хвататься за древки копий, которыми их закалывали лишь бы дать товарищу возможность подобраться к врагу ближе. А наши силы редели. То один дротик, то другой выхватывал кого-то на валу, некоторые орки переставали перекрываться щитами, чтобы успеть сделать несколько выстрелов из лука, прежде чем самим упасть со стрелой, как приоритетной цели наших стрелков… И тут я натурально зевнул.

Непростительное мгновенье отвлечения стоило мне не очередной лёгкой раны, а того, что крупный орк схватился за моё копьё, которым я его пронзил, а другой умудрился закинуть на мою шею демонов аркан. В другой ситуации я бы самого этого пастуха к себе затащил и свернул шею, как курёнку, но пока скинул тело с копья, пока схватился за верёвку, на неё навалились все кто мог и потащили меня вниз. И я не устоял!

-МляяяААА, ₽#@@₽!!! — только и получилось выдать, падая вперёд.

На моё счастье шкура Михалыча всё ещё была на моих плечах и вместо того, чтобы запинать, а точнее зарубить меня толпой, оркам пришлось иметь дело с пещерным медведем, чью гранитную шкуру не желало брать оружие. Дух зверя дал мне время стянуть с шеи долбанную петлю, а так же встать, закрываясь щитом и сходу пуская в дело свой топор. Хотелось бы сказать, что дальше всё походило на омоновца в полной выкладке, ворвавшегося в толпу первоклассников с резиновой дубинкой наперевес, но дело было несколько сложнее. Первоклассники обычно не вооружены и не опасны. Но однако мы с Михалычем по началу справлялись, а заодно просто волшебным образом снизили натиск на сам вал. «Пламенную любовь» орков ко мне в воздухе казалось было можно пощупать и с тем упорством, с каким они только что лезли на «подкову», теперь они насели на меня с духом. Только вот великан — это не стена, его завалить трупами проще, даром, что он пытается двигаться боком вдоль вала, который прикрывает его спину. Через несколько минут меня натурально засыпало орками и болью от ран. А потом на глаза упала кровавая пелена.

В себя я пришёл от ломоты всего тела, отвратительного вкуса во рту и того, что что-то бьётся в мою ногу. С трудом разлепив один глаз, я увидел одного из воинов, осторожно тыкавшего в мою конечность тупым концом копья и говорящим:

-Да живой вроде.

-Не дождётесь, млять. Тьфу! — сплюнув, я увидел красное в слюне и ощупал свою грудь, почувствовав, что брони на ней нет — Что за дерьмо?

-Орочье — раздался рядом отвратительно радостный голос эра Эдво — Ты нескольких мало что пополам не перекусил. Ох они и визжяли!

-Я вообще про броню свою спрашивал — тупо выдал я, переваривая информацию и садясь.

-Порвалась она, когда из тебя дух зверя наружу пошёл — просветил меня эр Блом, облегчённо выдыхая. Наверно от того, что я адекватен и больше не хочу ни на кого кидаться.

А обнаружившийся рядом Килан добавил:

-Кисточки на ушах и хвост на месте, всё нормально.

-Это тут причём?... — захотел задать вопрос кто-то за моей спиной, но раздался звук леща.

-Кисточки и хвост — это самое важное — наставительно проговорил эр Блом, повторяя мои давние слова, после чего спросил меня — Ты как вообще?

-Как будто меня через мясорубку пропустили, а потом накормили навозом — описал я ощущения — Дайте хоть рот чем прополоскать. Медведь-то где?

-Ещё раньше рыси ушёл, вон шкура лежит.

-Ага — всё так же заторможено ответил я, принимая из чьих-то рук баклажку с водой, разбавленной вином для вкуса и дезинфекции, а заодно пытаясь почувствовать своих духов. К моему счастью и Гектор и Михалыч были «живы», хотя и не очень целы. А потому пребывали во сне, восстанавливаясь и переваривая то, что получили от резни орков. Убийство разумных существ опасный путь для усиления духов, но теперь назад не отыграешь. Нужно будет только смотреть, чтобы каких-то последствий от одного разочка не вылезло — Что орки?

-Сбежали на свой берег, ты их здорово напугал. Да и нас тоже — проговорил Алфан — Если б благородные господа не объяснили, что ты не оборотень, то могли и зарубить, пока не очухался.

-Вечно вы люди так — хмыкнул я немного обиженно, но тут это скорее было притворством. Себя-то я тоже продолжаю скорее человеком воспринимать, чем чем-то другим — Эдво, помоги подняться и до Гристо доковылять.

То, что жрец Света подлечил мои многочисленные, но неглубокие раны, окончательно убедило всех в том, что «блахародныя» сказали правду, а не звездят, как дышат. И следовательно я всё таки не оборотень. Оно вот просто у великанов так бывает, что сама орясина в мир духов немножко уходит, а его дух-покровитель дает всем прикурить. Или что-то вроде того. Мне было немножко не до разъяснений, так что бытовало даже несколько версий. Сам же я озадачился тем, что все раны на мне были неглубокими и поинтересовался, а какого цвета вообще рысь была. Оказалось что никто особо не придал значения серому цвету, медведь вон такой же, да и осень на дворе поздняя, скоро снег, сейчас всё зверьё цвет менять будет на зимний.

В общем пришлось задуматься о изменениях в Гекторе, которые раньше не бросались в глаза, потому что было как-то не до обращений. То строительство, то дорога эта с инспекцией, то орки… А изменения были, бронированная шкура — это итить колотить бронированная шкура, а не просто рост силёнок. Меня, судя по рассказам эра Эдво, почти ничем не пронять было, просто внимания не обращал на всё что слабее клевца бьёт. К тому же габаритами мы с Гектором не уступали Михалычу, который в холке даже немного выше человека.

Так же заставило задуматься моё небольшое помешательство. Раньше всё отлично помнил в зверином обличье, да и был я скорее гибрид гуманоида и животного, которому примерно одинаково удобно и на двух и на четырёх ногах ходить. Тут же была полная форма лесной кошки и случилось бешенство берсеркера… рысьсеркера… рысьхеднера? Впрочем в демону в зад термины, гораздо важнее то, чем это дело мне может грозить. Тут ситуация была практически идеальной, в «подкове» как в загоне были только враги, свои стояли сверху. В другом бою может быть иначе. Буду ли я различать друзей и врагов? Конечно сейчас меня натурально закидали с трёх сторон метательным железом и погребли под телами, такое может случиться только если меня уже не прикрывают союзники, а значит вокруг будут одни мишени для когтей и клыков, но всё же. Нет, Гектор очнётся и нужно будет разбираться. Одно радовало, рысь преследовать никого не стал и в воду не полез. Хочется верить, это потому что он у меня адекватный, а не потому что воду не любит.

Орки же убрались на свой берег, подгоняемые стрелами и пока активности не проявляли, а в строй для новой атаки не строились. В целом могу понять их, точнее их пока ещё главного хана. Шли во внезапный набег. Передовые остроги должны были быть быстро захвачены, а прежде чем в опорную крепость прибудут недобитки, она сама должна пасть усилиями кровососов. В худшем случае её маг передаст, что напали вампиры, а это приведет к отправке специалистов по клыкастым от церкви при поддержке от ближайших эров. Которые наткнуться на орду, вместо любителей соснуть крови и часть осатских войск будет перебита. Можно будет идти и смело грабить, убивать, насиловать и заниматься другими средневековыми развлечениями. Новое войско против кочевников людям ещё надо собрать, ближайшие-то замки ослаблены походом на вампиров. И собираться оно будет дольше, несколько более дальние эры прийти должны. В общем пацан к успеху шёл, но обосрался по пути.

В нужное время и в нужном месте появляется младший наследник земли Осатской, который встречает не в меру жадных орков из конкурирующей фирмы «Ычма-хан и Ко». У Килана есть маг и он передает информацию о готовящемся осеннем набеге, но пока что без сроков. Однако эры и должностные лица в коронных городах делают стойку. А потом мы натыкаемся на передовые отряды орды, мэтр Бэлинэль передает, что набег уже начался и войско начинает сбор. Но пока ещё не шаткий и не валкий, потому что опорная крепость не фунт изюма, она позволяет иметь выигрыш по времени. Однако Асатомон падает, но опять же на следующий же день своевременная весть уходит куда надо, а мы закрепляемся на броде. Теперь осатцы за нашими спинами бегают как наскипидаренные, а «Асатомон стоит», аки Кадия уже два дня.

Понимают орки, что эффект неожиданности ими бездарно пролюблен, а мы время выигрываем? Они не тупее нас и два да два сложить для зеленокожих не проблема. То есть внезапный набег уже заранее перестал быть внезапным. Его преследуют неудачи за неудачами. Кто в этом виноват? В целом никто, но так не бывает. В таких случаях всегда в итоге виновен главный начальник. Тем более, что он ещё и слово прилюдно и приорчно дал брод взять в первый же вечер, но облажался. А ещё потерял кучу воинов и уже не выглядит таким непоколебимым авторитетом, у младших ханов уже бойцов не на много меньше. Что самое поганое, скорее всего личные воины Ратлы-хана тоже им не шибко довольны, после таких-то потерь.

Удержит ли наш враг власть? Да вот демон его знает. И за меньшие оплошности правителей резали в куда более цивилизованных и устойчивых государствах. И в более тяжёлых ситуациях правители удерживали свои троны и скручивали в бараний рог недовольных. Так что я всё таки старался не тешить себя надеждой на то, что орки сейчас набросятся друг на друга, устроив резню, а последний выживший утопится с горя. В истории конечно и не такое случалось, как-то раз стотысячная австрийская армия из-за спора пехоты с бухими гусарами уничтожила сама себя при Карансбеше, если мне приятель-рекон не врал. Но подобное было бы слишком большим подарком судьбы, чтобы в него поверить. Пока же орки не лезут к нам и это хорошо. Можно пожрать и заняться поисками своего оружия со снаряжением. Второе правда в итоге оказалось в хлам. Но хорошо хоть топор со щитом нашлись.

Зеленокожие же, не смотря на моё волнение и ожидание худшего, простояли на своём берегу весь оставшийся день. А потом всю ночь, пока я в темноте возводил на берегу перед бродом новую стену, потому что на «подкову» у нас уже просто не хватало людей после сегодняшних потерь.

Утром же, когда солнце осветило мир своими лучами, я с неверием смотрел, как орки снимаются с лагеря и идут на юг. Рядом со мной в смешенных чувствах стояли выжившие бойцы нашего маленького войска. Вроде бы в Игре Престолов была битва при Квохре, где двадцать пять тысяч дотракийцев размотались о три тысячи безупречных в чистом поле, чью плотную фалангу пехоты безуспешно пытались стоптать своими конями. И в итоге выжившие лошадники отрезали себе волосы в знак поражения и уши в степь. Орки нам никаких почестей не воздали.

Лишь позже, благодаря разведке, мы узнали, что творилось на южном берегу. По большому счёту нам просто тупо повезло. Зеленокожие и так начали грешить на Небо, которое карает их за сговор с вампирами, от чего весь набег идет через одно место с самого начала. Бледнокожим же по мнению орков Небо благоволило, ведь нельзя без его помощи столь малыми силами устоять перед столь многими. Оно даже «послало юдишкам большого юдишку». А орков видать просто послало. Последним гвоздём в крышку гроба хоть какой-то надежды на удачу в их безнадёжном предприятии стало появление двух гигантских зверей. Орки чай рода-то свои тоже от огромных животных ведут. А почти сразу после боя орочьи колдуны приняли весть от оставшихся в стойбищах коллег, что орда Ычмы собирается, чтобы пойти в гости не к людям. До вечера шли дебаты о том кто виноват и что делать. Виновным кстати в итоге назначили орка-колдуна, что насоветовал своему хану всяких гадостей, редиска зелёная. Тот выхватил от меня камень, умер и возразить уже не мог. Ратла-хан остался жив-здоров и даже сохранил свой пост. Опасность для стойбищ не способствовала междоусобицам, каждый воин всё таки на счету. Но когда опасность миновала, случилось странное. Ратла-хан, один из искуснейших наездников степи, упал с лошади головой на единственный камень на день пути и скончался на месте. Впрочем так бывает, причём куда чаще, чем уничтожение кучками пьяных гусар собственных стотысячных армий.

Но это было после. Пока же мы просто охреневали от произошедшего. Особенно мэтр Бэлинэль, который через два дня, когда стало понятно, что орки прям совсем ушли и это не уловка или попытка пройти вдоль берега вне пределов видимости к другому броду, объяснял коллегам, что более десяти тысяч зеленокожих сбежали от сотни с небольшим людей. И что он не захвачен в плен. И его разум не порабощён. И он не пьяный. Ну разве что чуть-чуть. И что великаньих девок надо встретить со всем почтеньем. Даже грязных орчанок. Потому что великан в гневе страшен и может откусить кому-нибудь е#ало, если тронут его собственность. Да, так и сказал между вторым и третьим бочонком. Нет, тоже не особо пьяный, на такую орясину вообще не ясно сколько вина извести придётся.

Глава 17

Я вновь шагал по улицам Осатомона, сопровождая младшего наследника южного герцогства под всеобщее ликование толпы. Броня моя в последнем противостоянии на Асатомонском броде пришла в негодность, так что пришлось приборахлиться по пути, чтоб не выглядеть голодранцем, когда папаша отозвал Килана в столицу. Всё таки инспекция пошла не по плану. Да и судя по всему другие резоны придержать младшего наследника имелись.

Впрочем за дела и я и все остальные взялись не сразу. Мы честно простояли на броде «до подхода основных сил», собиравшихся у Мирэнэ, ближайшего южного города. Подвальные запасы вина в развалинах крепости разграбляли, но в меру и по вечерам, не теряя бдительности. Днём же я сначала был занят попытками восстановить сгоревшую твердыню. Конечно деревянные перекрытия и постройки в массе своей выгорели, но каменные части Аидноса было можно и нужно спасти. А так же подрастить, заодно попрактиковавшись с Петром, тренируясь и накачивая метафизические мышцы.

В общем прибывшая делегация застала меня с бубном и колотушкой во дворе донжона, предварительно уже слегка выпав в осадок от вида стен. Мы с духом земли наконец определились с тем, что такое ровная, зеркальная поверхность, а «полировать» камень значительно легче, чем «проращивать» его в высоту в плане затрат энергии, так что тренировку я добивал именно этим занятием. Оно шло нам на пользу и не грозило переутомлением, которое будет замечено слишком поздно. Так что в стене опорной крепости теперь любой желающий мог посмотреть на своё отражение, которое портили только стыки между камнями с раствором, а вокруг ворот всякий входящий мог прочесть двести одиннадцать имён живых и мёртвых защитников брода от Килана м'Осато до младшего конюха Гага. То что наш славный вождь тоже младший, только наследник, добавляло в моих глазах ситуации пикантности, но похоже эту шутку никто не выкупил. В слух же я объяснять ничего не стал.

Но едва ли не больше стен войска осатцев добил мой вид и стоящие рядом бойцы. Один с полотенцем, второй с кувшином разбавленного вина, третий с подносом еды. Было б жарко, был бы ещё кто-нибудь с опахалом, потому что эр Блом решил, что безделье разлагающе действует на личный состав и всем стремился найти занятие. А так как я тут работал за бригаду каменщиков и подавал всем пример, то самые косячные бездельники отправлялись нести рядом с моим рабочим местом эдакий почётный караул в наказание за свои проступки. Переквалифицироваться из воинов в слуги и слушать немудрёные шутки боевых товарищей никто не хотел, но наш «начштаба» однако каждый день находил, кому впаять этот странный наряд. Самым страшным кстати считался кувшин вина, который надо держать в руках, но не пить. Контрольным выстрелом в голову передового разъезда прибывших был вопрос бедолаги с подносом, попадавшим в замковый двор уже в третий раз за распитие спиртных напитков во время работ:

-Мужики, вы ведь его девок назад привезли, а?

Как оказалось с дамами случился облом. Брать их в войско никому в голову не пришло и они сидели в казематах мирэнской крепости. Но к счастью любителя выпить слишком слабо разбавленное водой вино, задерживаться мы не стали и двинулись на север в город. Видят духи, все здесь заслужили отдых за крепкими стенами и здоровый крепкий сон, который невозможен там, где орки снова могут внезапно появиться.

Хотя меня столь скорая отправка скорее огорчила. Во-первых я как-то вошёл во вкус, занявшись строительством. А во-вторых через несколько дней камлания с Петром, очнулся Гектор и мы стали решать нашу проблему с бешенством котсеркера. Рысь прибавил сил после пожирания кристалла и в отличии от Михалыча этот процесс оказался несколько растянут во времени. Не берусь утверждать наверняка, но с высокой вероятностью дело было в том, что медведь уже чистый дух, а вот Гектор обитает в моей физической оболочке и до кучи связан с моей душой. На ситуацию наложилось ещё и то, что я довольно давно не оборачивался. В дороге проблематично этим заниматься без свидетелей. Пружина сжималась, а потом на грани смерти меня по уши залило адреналином или что там у великанов в магических мирах вырабатывается в экстремальных ситуациях. И звериная свирепость взяла верх над разумом и всем остальным. Так что едва Гектор очухался и мы с ним разобрались в чём было дело, я начал кормить внутреннего зверя, бегая по ночам в обличье серой рыси по степи. Но это тут всё так сказать свои, в пути вновь придётся не светить тем, что я подозрительно похож на оборотня. Репутацию тут очень легко подмочить, но чудовищно трудно восстановить. Второй же причиной моего не желания ехать так быстро были девки. Я их своими объявлял, не особо думая о будущем, потому что не знал, удастся ли вообще дожить до вечера. А теперь с этим придётся разбираться. Никулин трёх жён опасался и хотел холостым султанов быть, что с любой стороны очень неплохо. А тут одиннадцать!

Впрочем дело решилось куда проще, чем я ожидал. Не так страшен чёрт, как его малюют. Прибыв в Мирэнэ с частью возвращающихся войск, которые не остались новым Асатомонским гарнизоном и пройдя рядом с Киланом все положенные геройски победившим орков мужам церемонии, я поинтересовался, а собственно где наше имущество. Коней-то с трофеями мы отправили богато, девки должны были всё довезти, уж орчанки-то в перегоне копытных точно секут. Где хабар? Конечно орки по беднее людей в массе своей, но тем не менее заколбасили мы весьма приличное количество серьёзных воинов с неплохим снаряжением. Даже оркские халаты стоят денег, что уж говорить о их ятаганах из хотя бы неплохого металла или составных луков, которые часто превосходят человеческие образцы. Копья с железными или тем паче стальными наконечниками и дротики тоже были товарами весьма ликвидными. Я уж молчу, что орки, как и люди, любят обозначать свой статус золотыми украшениями на шее, перстнями и прочей мишурой, а так же кольцами лучников с каменьями да узорами. Понятное дело, что такого добра на них висело поменьше, чем в скифских курганах на Земле откопали, но однако прибарахлились мы знатно. И теперь встал вопрос где трофеи первого дня и мелочевка с той банды, что у острога повстречали. Килан мой интерес поддержал, как и положено предводителю дружины, хоть и юному. И дальше начался цирк с конями.

Девки прибыли с трофеями, их взяли в оборот. Допросив, почесали репу, посадили под замок и отправились разбираться что ж там всё таки на берегу Каланты творится. А всё добро оказалось на попечении чиновников администрации города. Причём уж ладно, что эти ухари что-то украли. На то они и чиновника со снабженцами. Генералиссимус Суворов не зря говорил, что «всякого интенданта через три года исполнения должности можно расстреливать без суда. Найдётся за что». Но мало того что часть честно взятого нами с боя прилипло к шаловливым ручонкам, так взяли они не стесняясь и не догадались положить обратно даже когда стало ясно, что мы всё таки не сдохли и едем сюда. Берёшь ведь чужое, а как отдавать, так оно уже вроде как своё, жаба душит, внутренний хомяк протестует… Даже не знаю чего тут было больше, жадности или тупости. Но Килан наконец напал на то, ради чего вообще-то формально ехал в инспекцию. Хищение, да ещё и в том числе у него лично! В общем эр Анс ма Вэлби доказал свою полезность не только как лучник, чья рука всё ещё тверда, но и как стремительный следователь с воистину бульдожьей хваткой. Всё находящееся на складах было быстро учтено, выявлены недостачи, мои девки вытащены из холодной и отправлены в замок, чтоб помылись и готовились подавать мне еду на пиру. А уже к вечеру виновные были определены и воины Осато лишний раз доказали, что тут вам не двадцать первый век. Чиновник против воина тут должен молчать в тряпочку и кланяться пониже, а не наоборот. В общем любителей скрысятничать чужое добро вытащили из домов вместе с семьями и пинками пригнали в городскую крепость, где ради такого дела был отложен пир. Домочадцев казнокрадов сходу изгнали из города в чём были, нашлось кому плетями погонять до ворот. А с самими чиновниками получилось не хорошо. В своё время в дороге я имел глупость рассказать Килану историю о Сулеймане-паше, так же известном как Сулейман Великолепный, которую услышал от Клим Саныча Жукова на ютубе. Мол он с пойманных на воровстве крючкотворов велел содрать кожу, сделать из неё кошельки и хранить в них казённые деньги, так сказать навечно соединив жадных тварей с объектом их вожделения, чем доставил богу сердечную радость, а войску веселье. Килан, находясь в своём праве младшего наследника, велел поступить так же. Тут это в общем дело обычное, дикари-с… Хотя духи его знают, может это мой прошлый мир сошёл с ума, а тут как раз поступают с коррупционерами единственно верно?

Но в любом случае зрелище мне не понравилось. Килану, стоявшему рядом по моим ощущениям тоже. Легко отдать приказ на казнь, когда ты едва выжил, а тебя обокрали те, кого ты в числе прочих защищал. Смотреть на то, как с людей, которые воют, плачут и умоляют о милосердии, заживо снимают кожу начиная с лодыжек, оказалось сложнее. Но уж кто-кто, а наследник Осато знал, что отдав приказ нельзя давать слабины. Так что кровавое представление пришлось досмотреть до конца. А потом мы начали пить. Причём большая часть бухала вполне себе весело и задорно, для них только что произошла ещё одна победа их вождя над очередным врагом Осато. Казнокрад ведь ничем не лучше орка, а может даже опаснее, потому что притворяется человеком. Да и сам наследник довольно быстро отошёл от переживаний, начав провозглашать здравницы и тосты в честь силы осатского оружия. Другой менталитет, другое мироощущение. Не такое, как у меня, к добру уж или к худу.

Я же предпочёл просто нажраться и требовал от подавальщиц тащить мне всё больше вина, подливая в самый большой пиршественный рог, который нашёлся в замке города Мирэнэ. Бывшие наложницы хана подчинялись с энтузиазмом, время от времени сменяя друг друга. Дитя виноградной лозы брало меня слабо. Но цели достигает упорный. К утру я всё таки поднакидался. Собутыльники правда оказались по жиже в коленках и не смогли меня перепить, даром что ночью процесс превратился в соревнование. Даже вроде ставки делали. Осмотрев тела вокруг, я потребовал вести меня в спальню. И ещё вина. В отведённой мне комнате, которая раньше вероятно предназначалась для малых приёмов или чего-то вроде того, я начал пить с девками. А следующим днём очухался с ними на огромной постели с трещащей по швам головой. Забавно, в прошлой жизни так же было, конечно с той разницей, вместо одиннадцати девушек, была одна.

Пока мои… женщины спали, я восстановил в памяти события прошлого вечера. В спальне я начал говорить за жизнь, девки стали жаловаться на свою тяжкую бабью долю, я шутил, стремясь их подбодрить и следил за тем, чтобы они не забывали запивать свои горести красным вином. Дальше всё было предсказуемо, только вот самой смелой оказалась зелёнокожая Грэха с красно-чёрными волосами, которая и сподвигла товарок на побег на броде. Правда когда мы целовались, я уже был слишком бухим, чтобы думать о клыках и прочих мелочах. Степнячка зато сходу доказала, что она наездница от бога. Потом были две эльфийки, Мэлисана с ярко-голубыми глазами и жемчужного цвета волосами и сереневоглазая блондинка Алрия, которые с их слов даже не помнят как вообще выглядит лес, потому что в рабство попали ещё в младенческом возрасте и не видели иного, кроме степи. Потом были человеческие девушки. Рыжеволосая Клео, захваченная во время набега, когда готовилась её свадьба. Тёмноволосые сёстры Азала и Ялни, старшая на невольничьем торге так жарко убеждала хана, что всё что угодно сделает, лишь бы он и младшую сестру купил, что тот усмехнулся и махнул рукой. А первой же ночью употребил их обеих. Блондинки Грэхэн и Васла. Если первая была бывшей крестьянской крестьянкой с воистину выдающейся грудью, на чью деревню налетели степняки, то вторая оказалось дворянского рода. Ма Киды жили далеко на западе в южных землях соседствующего с Ахитом человеческого королевства. Однажды случился большой набег, их маленький замок не устоял. Потерявшая всю семью благородная девочка была захвачена в рабство, а потом подарена Ратле на каком-то курултае в знак дружбы. Потом снова пошли орчанки, сестры-близняшки Зара и Кара, Правая и Левая, если по человечески. Один их младших ханов отдал за Ратлу двух дочек от наложницы, но не в жёны, а тоже в «содержанки» с урезанными правами. Хорошо хоть не в рабыни, как Фриму, темноволосую и короткостриженую орочью девушку, чьи клыки были чуть меньше, а кожа заметно светлее, что выдавало примесь человеческой крови. Сейчас последняя лежала, положив голову на моё бедро щекой и я видел следы от плети на её спине. Свалилось счастье на мою бедовую голову…

Впрочем встав и невольно разбудив своих подруг, я начал немного иначе оценивать ситуацию. Какому мужику неприятно, когда вокруг него разворачивают бурную и приятную деятельность? И помыться организовали, и поесть горячего и вина притащили. Хорошо хоть разбавленного. Пьянству бой, да.

Завтракая я поразмыслил и решил махнуть на всё рукой. Грэха руководит, механизм бабского коллектива работает, как часы, рукоприкладства в процессе не замечено, так что нефиг трогать устоявшуюся систему своими кривыми руками без острой нужды. Я же уже повалял всех одиннадцать по простыням и теперь вроде как должен взять на себя ответственность. От воспоминаний подростковый организм начал реагировать соответствующим образом и это было даже слегка… Натёр-с походу. Подумав об этом, я вспомнил и о физиологии дам. А потому придя в адекватное состояние сначала начал осторожно камлать со своим здоровьем, после чего занялся… Ну наверно наложницами, как их ещё назвать. Они к лечению отнеслись с энтузиазмом и после него начали стрелять глазками, как вчера. А я вспомнил, что лев может спариваться до сорока раз в день. Мой тотем правда рысь, но похоже у всех кошек было что-то общее. Правда это всё как-то попахивало использованием своего положения в личных целях или чем-то таким… Но ведь если дамы не против, то всё в порядке, не так ли?

Правда девушки комплексами человека двадцать первого века не страдали, для них картина мира была куда как попроще. Прошлые мужчины и господа, что встречались им на жизненном пути были не сахар. Я же выгодно отличался от всех них тем, что ещё никого не ударил и ни разу не повысил голос. Даже когда Кара оступилась и разбила полный кувшин вина ей не прилетело! Уже за это они были мне благодарны, чуя доброту. Альтернативы же при этом просто не было. В степи им всем смерть. В человеческих землях смерть в первую очередь орчанкам. А остальным во вторую. Народ на границе со степью простой, бесхитростный и с достаточно длинным списком обид на зеленокожих, чтобы забить их подстилки камнями. От этого даже Васла не отмоется, даром что дворянка. Может только не камни будут, а на красивом шнуре помогут повеситься, тем более что землёй её рода наверняка уже владеет кто-то другой.

По пути в Осатомон отношение девушек к одному скромному великану только укрепилось. Свободная женщина в этом мире может существовать только как достаточно сильная магесса. Таких среди бывших наложниц и рабынь не водилось. Нынешний же господин был хорошим защитником, не брезгующим дать в морду огромным кулаком даже за худое слово о своих наложницах любому идиоту, посмевшему оскорбить их, а значит и его самого. А при нужде великан мог пустить в ход и оружие. К ним самим же он был по прежнему добр, не бил и не требовал ничего сверхъестественного. Готовь и подноси еду, стирай одежду на привалах у рек, радуй ночью. Последнее вообще было боязно только по началу. Всё таки гигант мог магией унять любую боль сначала после соития, а потом и научился делать так, что в процессе осталось одно удовольствие. А что иногда животные черты обретает и обрастает серой шерстью прямо на них да похотлив без меры, так кто ж в этом мире идеален? Орчанки так и вовсе и от этого в восторге были, надеясь по скорее понести и стать матриархами нового могучего рода Серой Рыси, патриарх которого не остался где-то в легендах, как у всех остальных, а ходит по земле рядом с ними.

Так что пока я шёл к замку Осптомона, изображая монументальность и зорко смотря, чтобы никто не вздумал нанести вред Килану, как и положено телохранителю, мои женщины как наскипидаренные носились внутри твердыни, готовя мою комнату и не стесняясь спорить с местными слугами. Наложница могучего воина — это всё таки более высокий статус, чем слуга хана людей. Так что это им должны бояться возражать, а никак не наоборот.

Глава 18

Прибытие в столицу герцогства ожидаемо закончилось великим пиром, достойным не менее великой победы. В представлении местных. Ну или огромной пьянкой на три дня, как определил её я. Всё таки дефицит развлечений страшное дело, а потому имеющимся отдаются со всей страстью. Хотя возможно это на Земле я и окружающие меня люди зря тратили время и деньги на всякие компьютерные игры, дурацкие фильмы и сериалы, глупые постановки в театрах и прочее. А секс, рок-н-рол и алкоголь это всё таки покруче.

Тут правда с любимым мне направлением музыки дела не задались, но зато хватала разного рода фолка. А среди прочих бардов и менестрелей ожидаемо нарисовался и Глам по прозвищу Серебряный язык. Который выкатил мне с эром Эдво претензию. Он значится отправился решать крестьянский вопрос, не смыкая губ поёт песни и объясняет людям, как им хорошо будет житься под рукой могучего великана. А что же те, кого он считал друзьями? А они прутся в степь, бьют морды всем встречным-поперечным оркам, собирают их вокруг себя в каком-то абсурдном количестве, а потом выбивают степи клыки в Великой Битве На Асатомонском Броде! Без него! А в довершение всего эр Магнус, ради которого несчастный менестрель расшибается в лепёшку, захватывает у главного хана орков гарем! И бард снова всё пропускает! Что вообще подлость несусветная и вообще не ясно, как боги такое могли допустить.

В общем Глама пришлось заливать вином по самую макушку, заодно рассказывая в подробностях как дело было. И про дальние остроги, и про великое травяное море осенью, и про стычки, и про то, как неслись к броду и крепости, но нашли её сожжённой вампирами, и про подготовку к встрече орды, и про бой, и про то, как мои наложницы ночью переплывали Каланту в ледяной воде, и про всё остальное. Если бы палачи в местных пыточных подвалах хотя бы в половину так настойчиво стремились разговорить пленников, то им никогда не понадобились их инструменты и настойки правды. Так бы досуха всех выжимали.

Но баллада конечно Глама получилась знатная и пели её долго. Только вот у меня от неё порой дёргался глаз. Нет, в целом всё было по делу, разве что опять по местному обычаю всё было абсурдно преувеличено. Трава зеленее, небо выше, орки могучее, люди прям паладины из легенд, смертоносные и безгрешные, Килан великий полководец и справный воин и так далее. А великан комический персонаж, который конечно врага бьёт не хуже прочих, но при этом постоянно страшно оскорбляет зеленокожих, делает неприличные жесты и машет всяким над рекой, обещая всех того… страстно любить во всех возможных и некоторых невозможных позах в общем. Да так машет, что орчанки освобождают других наложниц ханов и дружной толпой ломятся на наш берег. Народ над незадачливыми орками, их похотливыми зеленокожими подругами и бледнокожими подстилками, а так же великаном, что между атаками был вынужден исполнять все свои обещания прямо на берегу, ржал со страшной силой. Оный великан с не меньшей силой желал разбить о голову одного барда его же лютню. Обиделся он, млять, что всё мимо него прошло. Скотина. Хорошо, что хоть не он один о всём этом песни сочинял, у Эхва Сладкоголосого получилась вполне достойная героическая сага. Но в кабаках по всему герцогству всё равно охотнее пели скабрёзные частушки о злостном перетрахе орочьих баб на глазах их стенающих мужей. Кто бы сомневался. Дикарям чуждо высокое искусство, им пошлятину подавай! Очень надеюсь после моей смерти тут никто не сочинит местный вариант песни про деда Максима.

Впрочем я на тот момент о грядущей подлости не знал, а потому весело пил на пиру, правда всё же соблюдая меру. Четыре из моих подавальщиц имели зелёный цвет кожи, а потому в любой момент могли стать мишенью какого-нибудь идиота. И хорошо если словами дело ограничится. По пути трёх альтернативно — одарённых пришлось приласкать кулаком, а одного топором. Я великан терпеливый и проблемы местного менталитета понимаю. Но есть оскорбления, которые в здешнем обществе смываются только кровью, так что выбора у меня в общем-то и не оставалось. Был конечно вариант держать орчанок под замком… Но его бы тоже не поняли, на этот раз те, кто стоял на броде рядом со мной. Все одиннадцать девок по сути военная добыча, а тот кто прячет и зажимает трофеи — презренный трус, не меньше. Дурацкое время и дурацкие обычаи. Тут и если кто дракона завалит, то его голову в обязательном порядке придётся вешать на самое видное место. Примерно как в Вайтране, люби его Таллос. А что либо иное — верный признак страха перед летающими ящерицами. Которые таки да, разумные. И обязательно придут отомстить тому, кто оскверняет останки их сородича, когда узнают об этом.

Впрочем к моей радости большая нажираловка прошла без чрезвычайных происшествий, а случившиеся драки обошли меня стороной. Зато посмотреть на дерущихся эров было весело. К моему некоторому удивлению здесь имелись некоторые проблемы с искусством рукопашного боя. Благородное сословие решало свои затруднения с помощью оружия, а кулачные бои считало делом для всяких сиволапых крестьян. Хотя в Европе в средневековье вроде бы дело обстояло примерно так же, а всякие кунг-фу и карате практиковали в Азии. Наверно схожие условия диктуют схожие решения… Но в любом случае кулаками эры махали потешно. Может быть им стоит подарить не только идею настолок, но и бокса? Я конечно не большой специалист, но поставить человеку хук и добрый кросс не так чтобы невероятно сложно.

Ночи же я проводил в компании своих женщин. В дороге у них была выработана очерёдность посещения моего ложа, но там мы двигались в компании своих людей. Здесь же, как и в других городах, я опасался оставлять своих наложниц без присмотра надолго. Вроде всё конечно весьма благостно, но ну нафиг искушать судьбу. Лучше перестраховаться даже ночью. Так что стараться снова пришлось для всего коллектива разом, потому что сидеть рядом и просто смотреть никто не считал правильным. Что кстати само по себе несколько напрягало бы… Как-то оно всё таки не ловко со зрителями. Правда наложниц определённо было не мало для систематических игрищ подобного рода. Нет, я это дело очень люблю, но спустя три дня мне думалось, что всё должно иметь какие-то свои разумные пределы, тем более что собутыльники ко мне имели привычку приходить уже к полудню, зазывая на продолжение банкета, большая часть девчонок оставалась дрыхнуть. На разлив вставали только две дежурные. Недосып от вина и женщин… Пытка прям. Кому рассказать, не поверят.

Но к счастью три положенных дня закончились и у меня появилась возможность отдохнуть от такого вот отдыха. А потом пришло время браться за дела. Его высочество Кайлос м'Осато в этот раз не расщедрился мне на новые земельные наделы, что было даже хорошо. Это старику Алфану было в тему получить благородный статус и владение, тем более что мужик заслужил. И не он один. А вот мне надо было разобраться с уже имеющимся Риртом, который необходимо заселить и наладить в нём экономику. Зато меня осыпали золотом, на десять лет продлили безналоговый период и даровали «право завоевания». В общих чертах это означало, что на восток мне расширяться нельзя, там врага нет, но зато на юг к оркам и на запад, в случае войны с соседями, ради всех богов. Собственно само Осато когда-то появилось из-за такого права, которым воспользовался не то просто младший сын короля, не то его бастард. При некоторой поддержке папаши, понятное дело. Но вот с частностями предстояло ещё разобраться, чтобы не опростоволоситься, если я вдруг решу прирезать себе немножко степи к югу от гор. Потому что есть у меня не слабое подозрение, что не всё тут так просто, особенно если твой отец не носит корону.

Ну а пока я об этом размышлял, эр Кайлос, хозяин и хранитель юга, предавался своим не лёгким думам. Нет, с одной стороны всё было не просто хорошо, а прямо таки замечательно. Его младший сын не только не погиб во время большого и внезапного побега из степи, но пресёк попытку орков пройтись огнём и мечом по его герцогству, прославившись. Это ли не радость? Но как известно у монеты всегда две стороны и вторая всегда отличается от первой. В данном случае неприятным было то, что успех был… чрезмерным. Килан великолепно показал себя во время этой поездки. Работе сведущих в проверках людей не мешал, почувствовав свою власть и стремясь самоутвердиться, как порой поступают юноши. Наоборот был в меру уважителен и вникал в суть действий, хотя и не проявлял излишнего энтузиазма. Ну да чтоб в бумажках копаться особый склад характера с умом нужен. Изрядно удивил всех новой игрой, Полководицей, где всех побеждал. Злые языки правда твердили, что игровой стол — это вам не поле боя, там вообще всё по другому. Но потом случился Аидноский брод и все резко заткнулись. Остановить с двумя сотнями пятнадцать тысяч, пусть и на удачной позиции — это подвиг достойный легенд. После него на любого, кто отрицал талант младшего наследника, как полководца, смотрели как на идиота. Некоторые вовсе утверждали, что Килан благословлён побеждать самим Акхесом.

В противовес этому старший наследник не радовал. Дэсе был без сомнения умным малым, сам Кайлос уделил немало времени его обучению тому, как править герцогством и сын вполне неплохо всё схватывал. В своё время старший наследник тоже понравился народу в приграничных городах и крепостях своей вдумчивостью, холодным расчётом, а где надо разумностью с хитростью. В глазах людей это был вполне надёжный будущий правитель, который не растеряет созданного его предками, а будет скрупулёзно приумножать. Килан же запомнился им харизмой, энергией и полководческим талантом, а так же суровым нравом. В другой ситуации сдирание шкур с проворовавшихся идиотов было бы воспринято насторожено, казнь-то не самая лёгка, но не тут. Все эры дружно заключили, что младший наследник «наш человек и вообще с подобными скотами только так и надо». В противовес этому Дэсе, которому не представилось ещё случая совершить свой подвиг, в гостях у тестя вздул сестру своей беременной жены. Это пытались удержать в секрете, но слух просочился. Это ещё не было династическим кризисом семьи осатских герцогов, но опасно близко подобралось к данной черте.

Слава всем богам, что сам Килан не рвётся к власти, вот тогда бы дело было воистину поганым. Но к радости отца, его младшего сына гораздо больше интересовали молодая жена и воинские премудрости. Так же внушала некоторый оптимизм обстановка вокруг герцогства. В степи пока что переваривают последствия битвы с Киланом и о новом большом походе в этом году речи скорее всего идти не будет. Орки собираются собачится между собой. А их малые банды в приграничье отобьют без особого напряжения сил, лишь бы не зевали. Король вроде бы удовлетворился тем, что Кайлос отступил от идеи посадить младшего сына на севере, хотя это как раз решило бы все проблемы одним махом. К тому в центральных провинциях случилась замятня с Гервинацилианом Красным, в чьи горы попытался влезть герцог Ацилотский, прельстившись идеей завладеть сокровищами дракона. Летающая ящерица появление армии в своих охотничьих угодьях расценила однозначно и пожгла людей на горных дорогах, а потом полетела на запад учинять разор. Дракон может был и не великий специалист по геральдике, но уж флаг ближайшего герцога знал отлично. Там рептилии правда пришлось ограничится деревнями и парочкой мелких замков. Укрепление это всё таки не горная дорога, баллисты в собранном и боеготовом виде стоят, а не в разобранном перевозятся. Так что центральные провинции сейчас переваривали последствия и думали над дальнейшими действиями. Вроде и дракона покарать надо, деревень-то он пожёг богато и с налогами теперь будут проблемы, а с другой стороны Гий Ацелотский сам к Гервинацилиану полез, да и его опыт в горах повторять никому не охота. Дороги-то там всё так же уязвимы для атаки с воздуха. В самой Нагайе шла вялая возня. Партия «помолвки» была слишком велика, чтобы Вилло рискнул перейти к силовым действиям, но недостаточно сильна, чтобы его сместить. Да и король с центральными провинциями может создать проблемы с торговыми караванами, которые везут на север в том числе и продовольствие. Так что дальше фронды дело не шло, но и дяде невестки было не до козней далёкому югу. В Милмэнском королевстве поступку Дэсе огорчились, но недостаточно для большой ссоры. Слава богам, что ма Кердум продолжил переписку с Киланом и герцог верил, что со временем сын помирится с невесткой. Тем более, что парень утверждал, что его прям демон попутал, а по шее ему отцовской рукой прилетело знатно. Ей Акхесу, не хотел бы побольше внуков, бил бы сапогом и по другому месту! К тому же вампиры пошалили не только на юге. Так что сейчас всем было не до идей о активном вмешательстве в осатские дела, своих хватало.

Дверь в кабинет Кайлоса отварилась и в неё заглянул секретарь со словами:

-Ваши сыновья с сопровождением и брат прибыли.

-Хорошо — кивнул владетель, встав из-за рабочего стола и идя к диванам — Зови.

Слуга молча поклонился и вышел. Вскоре вошли гости, герцог только успел подумать о новом распоряжении, но секретарь сам внёс поднос с вином и лёгкими закусками. Когда у тебя толковые слуги, то желания исполняются порой ещё до того, как ты их выскажешь.

-Приветствую, дети мои. Канп — кивнул Кайлос брату, а потом повернул голову к ма Кроману и ма Гратану — Эры.

Пришедшие поклонились и расселись. Завязалась дежурная беседа о погоде и здоровье, которая порой предшествовала серьёзным разговорам.

-Ну не великанское, но три дня пить ещё могу — хохотнул на дежурных вопрос эр Эдво.

-Кстати о великане я и хотел бы с вами побеседовать. Друг мой, вы провели с ним больше всего времени. Что скажите?

-Думаю вы зря переживали — махнул рукой рыцарь — Магнус нам не враг и не какой-то там шпион из неведомого великаньего королевства. По крайней мере никаких злых намерений я в нём точно не заметил и к измене из-за мнимой опалы он меня не склонял.

Герцог смежил веки в согласии. Ма Гратана оказалось не тяжело сыграть почти в тёмную, попросив об услуге. Всё таки суверен должен опасаться всякого, а простому служаке не сложно проехаться с новым странным вассалом просто на всякий случай, тем более что за это заплатят, как за службу. А в итоге всё вон как обернулось, получилось в летописи попасть, золотом осыпан и меч из личной герцогской оружейной в дар получил. Это ли не радость для честного рыцаря? Впрочем как раз из-за честности особых успехов владетель от своего подданного и не ждал. Но хотя бы некоторые вещи удалось исключить и то хлеб.

-Спасибо, эр Эдво. Эр Блом?

-Опасности от эра Магнуса я тоже не чувствую, но то что он не дикарь, как мне кажется, можно считать фактом. Слова, идеи, манера держаться, да даже та же Полководица — хмыкнул рыцарь и наставник его младшего сына — Он ведь ещё две игры мне в общих чертах объяснил, сказав что в них у него дома играли. Тут уж либо считать его великим умом нашего времени, либо признать, что он всё таки и раньше был цивилизован.

-Ну а ты, сын мой, что скажешь? — обратился герцог к Килану.

-Думаю мой наставник прав. Что же до великаньего королевства, то оно вероятно чрезвычайно удалено от нас. Можно конечно предположить, что он некий дальний разведчик, но я сомневаюсь в этом. Тогда бы эр Магнус по крайней мере пытался быть как-то… Понезаметнее что ли. К тому же на броде он мне говорил, что если выживем, то будет мне три сотни великанов. А когда после победы я поинтересовался его словами, то оказалось, что к своему «племени» он не собирается обращаться — употребил юноша великанское слово — До него годы пути. Но обещал попробовать навербовать для начала немного молодёжи в лесах поближе.

-Было бы кстати неплохо — улыбнулся эр Камп — С тремя сотнями таких бойцов мы бы и сами в степь ходили, как на свой задний двор и Валахида Пятого слать хоть дракону в зад могли.

-Ну а ты что скажешь? — обратился Кайлос к старшему сыну.

-Думаю для проверки ты и дал эру Магнусу право завоевания — пожевав губами, ответил Дэсе — Если у него есть связь с своими сородичами, то весьма вероятно, что великан ей воспользуется, чтобы заполучить некий кусок земли в степи. Если же нет, то мы продолжим наблюдать. Иногда планы реализуются неспешно, а интриги длятся годами и целыми десятилетиями.

-А потом рушатся за жалкие часы — хмыкнул герцог, напомнив сыну о его позорном конфузе. Что ж он, зараза, в гостях такой рассудительный не был. Ведь даже мага о помощи попросил, не было ни алхимического воздействия ни ментального, сам решил гульнуть, пока жена не в форме. Но хоть на младшего не смотрит, как солдат на вошь, а значит зависть не застит разум. Хоть тут всё неплохо — Но в целом верно. У нас нет причин желать эру Магнусу зла, от него мы видели только добро. Но мы будем присматривать за ним на всякий случай. Эр Эдво, вам вероятно уже не терпится сбросить с себя эту не совсем рыцарскую обязанность и наконец посетить жену?

-Трудно с вами не согласиться, эр Кайлос. Дома я давно не был, а присматривать за боевым товарищем, пусть и просто на всякий случай, мне не по нутру.

-Понимаю вас. И так, кто что может предложить?

-Думаю у меня есть дельная мысль, отец — произнёс Килан — Эр Магнус заранее уплатил щитовые деньги за будущий год, сказав, что ему нужно наконец заняться своим леном как следует. Среди прочего он говорил мне, что собирается строить свою крепость и намерен пообщаться с нашими архитекторами. Всё таки, по его словам, опыт строительства у него не богатый. Думаю мы могли бы попросить мастера, который поедет в Рирт, держать глаза и уши открытыми.

-Это не боевой товарищ, но тоже вариант вполне рабочий — благожелательно кивнул герцог сыну — Ещё что-нибудь?

-У него есть соседи — пожал плечами Дэсе — Думаю среди них найдутся желающие на всякий случай почаще навещать героя Асатомонской битвы с вином. А оно, как я понял, немного развязывает даже его язык.

-Тоже не идеально, но приемлемо.

Я же о делах, которые вокруг меня крутятся в это время не знал, хотя в целом и догадывался, что интересую местную власть. Но всё таки считал это внимание гораздо меньшим, полагая себя слишком мелкой деталью пейзажа, чтобы герцог лично мной так сильно интересовался. Всё таки где маленький великан, а где огромные горы других герцогов и королевской власти? Однако же меня держали под колпаком, а заодно преподавали урок младшему наследнику, показывая, что даже простодушные и благородные люди вроде эра Эдво могут быть наушниками, если подойти к поручению им дела с должной стороны. Это на прямой приказ шпионить гордый и честный рыцарь может встать в позу. Совсем другое дело, если доверительно попросить его присмотреть за кем-то и развеять опасения суверена. Тем паче сберечь репутацию боевого товарища, на которого возможно кто-то из герцогских советников напраслину возвёл из-за своей непомерной подозрительности. Почти каждого можно накормить этодругином, главное подобрать правильную форму и дозировку.

Я же в этот день употребил замечательных молочных поросят днём, а вечером двух эльфиек, которые хоть и уступали орчанкам, как наездницы, зато были лишены клыков во рту и весьма искушены в сладострастии. Всё таки их с самого начала растили в рабстве для постели, а не для выпаса стад своего будущего господина, так что умели те многое. Следующим же утром я перестал морально разлагаться и направился в город, взяв с собой Мэлисану и Алрию, благо эльфийки не вызывали у местных отторжения, а по пути я ещё и озадачился гардеробом для своих наложниц. Из лесов их народа тряпок конечно не было, но и традиционные человеческие платья с массивными поясами на тонких талиях выглядели на них великолепно. А вместе мы смотрелись весьма гармонично… Наверно нас могли бы принять за двух иноземных гостий с экзотичным охранником, но о истории на броде уже знала в городе едва ли не каждая собака. Если ей конечно было хоть что-то интересно за пределами её конуры.

Добравшись до ремесленной слободы, я нашёл нужные мне ворота и взявшись за знакомое кольцо, попытался повторить ту странную дробь, которую отбил несколько месяцев назад ма Гратан. Но похоже вышло у меня не совсем верно. По крайней мере в ответ послышалось:

-Эдво, ты, чтоб тебя, всё таки опять сломал мой меч и нажрался для храбрости, чтобы сказать мне об это… — тут Гвазирин наконец вышел из кузницы в приснопамятном фартуке на голый торс и остановился. Мою улыбчивую рыжебородую физиономию, которая торчала над забором, было трудно не заметить — Магнус, млять, ты меня такими шутками до кондратия доведёшь! Забыл что ли свой стук?

-Нет конечно — хохотнул я — Но так получилось веселее. Впустишь?

-Да куда от тебя, орясины, деться, ты ж скоро мой забор перешагивать будешь — махнул рукой полуэльф и двинулся к воротам.

-А я вырос? — приподнял я бровь в вопросе.

-Не сильно, но из-за забора заметно хорошо. Плечи торчат чуть больше. А ты по доспеху не ощутил? — поинтересовался кузнец в ответ, доставая запорный брус своими руками. Деревяшка была внушительной, но привычный махать молотом мужик справлялся без труда.

-Да не особо, разве что в плечах прибавил в ширь — хмыкнул я. Дети разницу в сантиметров пять, прибавившиеся за лето, не особенно чувствуют, я мог и десять не заметить. А вот профессионал намётанным глазом сразу разглядел, чай у него и на молодёжь богатые люди доспехи наверняка заказывают — К тому же с бронёй тут недавно неприятность случилась.

-Что ещё за неприятность? Ты что с ней, ё#₽^₽ в ₽т… — начал Гвазарин матерную тираду на тему моего не очень бережного отношения к его работе, но открыл ворота и резко замолчал. Закрыл глаза. Через долгую секунду открыл. А убедившись, что две эльфийки рядом со мной никуда не пропали, сделал замысловатый жест с руками, совмещённый с поклоном и произнёс какую-то певучую фразу, видимо являвшуюся неким приветствием. Острые уши у него при этом были красными, как маков цвет.

От автора

Стоянка у Кильдина закончилась, я задолбался, а пароход загрузился и пока двинулся на Гибралтар. Если ничего не поменяется, то пойдём в Китай через Суэцкий канал. Время придётся толкать вперёд, так что вероятно график прод останется таким же. Раз в два дня то есть.

Север кстати прекрасен, словами это трудно описать. Интернет меня тут на три буквы посылает при попытке загрузить фотографии, но я постараюсь сделать это в Египте, если береговую сеть поймаю. Пусть будет что-то типа записок о море и берегах с картинками.

Что же до этой книги, то я безмерно рад, что мы добрались до тысячи лайков. Это прям безумно круто. А вы офигенные:)

Спасибо вам за это.

Глава 19

В тот знаменательный день, когда я заглянул к Гвазарину в компании двух эльфиек, он вероятно вел себя приличнее, чем когда-либо в этой жизни начиная с младенчества. Уж не знаю, какое там воспитание мамаша вложила в его голову в целом, но к чистокровным эльфам кузнец испытывал изрядное почтение и даже как-то робел. Конечно практически сходу выяснилось, что Мелисана и Алрия по эльфийски и двух слов связать не могут, не говоря о знании каких-то норм «лесного» этикета, но даже это не поменяло отношение кузница к моим очаровательным спутницам. Да что говорить, он мне скидку сделал, больше чем эру Эдво. Тот кстати когда узнал, пошёл к родственничку разбираться с весьма решительным настроем.

Всё таки семейственность в этом мире была чудовищно сильна. Каждый в любой ситуации стоял за членов своего рода, каждый пытался протолкнуть их наверх. Исключения бывали, но крайне редко и порицались весьма сурово. Это не милая и добрая поттериана, где рыжие предатели крови живут и здравствуют в целом не намного хуже других. Тут людям с таким клеймом никто руки не подаст, потому что если они способны аж на кидок своих, то в принципе нет другого греха, на который подобные твари не пойдут ради малейшей выгоды или при ничтожнейшей опасности. Для них же вообще ничего святого нет, они конченные! По крайней мере так всё это выглядит в глазах обитателей этого мира.

Так что Гвазарину пришлось напрячься, отвечая перед родичем на вопрос, почему он сделал мне более выгодное предложение, чем «своим». Но тот всё таки справился, мотивировав свои действия тем, что великан теперь является защитником аж двух его дальних сродственниц, которые до кучи повторяют судьбу его же матери. Так что ему конечно попеняли на то, что не все эльфы между собой связаны кровью, но в целом поняли. Могло и иначе быть.

Мы же с кузнецом-полуэльфом занялись моим снаряжением и оружием. Бригантине наступил кабздец, причём местами она просто исчезла во время спонтанного превращения, а не разорвалась. С этим тоже надо было разбираться, я подозревал, что её куски полетели в мир духов. Возможно был способ отправлять одежду и снаряжение туда не далеко, а на ближайший слой, когда я обращаюсь, а потом возвращать... Ну, если конечно всё делать аккуратно, а не в состоянии близком к бешенству берсеркера. Вообще идея была заманчива, это ведь и возможность не терять броню при превращении, и возможность стать весьма бронированной и шипастой рысью. А может и вовсе вариант создать некий подпространственный карман для вещей. Так что надо будет заняться этим делом, когда я вернусь домой и у меня будет время на исследования.

Ну а сейчас снова начался процесс подгонки размеров брони под мои слегка подросшие габариты. А потом Гвазирин взялся за ковку бронепластин, на которую я напросился в кузницу, не забыв Феонора. Похвастаться полуэльф был не прочь, тем более что дамы как обычно были со мной, а потому даже комментировал свои действия, заодно подгоняя подмастерьев. Среди прочего речь зашла о температурах горна и заготовок, которые нельзя недостаточно нагревать перед ударами молотом, но и перекаливать тоже смерти подобно. Где я приложил свои пять копеек, сообщив, что температуру в горне мог бы регулировать не хуже мехов, с духом огня-то на пару.

-Ну продемонстрируй, умник — хмыкнул оружейник, почуяв дилетанта. И собственно не без причин, в ковке я профан. Но вот в контроль температур мы с напарником всё таки можем весьма неплохо.

Так что пока один из мужиков, работавших на Гвазарина отдыхал от качания кузнечных мехов, Феонор давал жару. Нам с духом повезло с тем, что по металлу можно отслеживать температуру исходя из его цвета и мне не было нужды «объяснять» Феанору чего я всё таки от него хочу, получая в ответ отчёты о скорости движения молекул в отражении нави. Сам цвет, понятное дело, у нас был не тёмно-вишнёвым и не доведённым до белого каления, а вот прям таким, каким надо. Пусть я не художник, но нужный оттенок запомнил. Полуэльф в свою очередь буркнул что-то про то, что я не совсем пропащая душа и мог бы даже пойти к нему в помощники, что за горном следят. Хотел наверно ляпнуть что-то другое, но присутствие дам мешало. А потом мастер решил проверить пластину на прочность, выясняя не навредила ли ей магия. Всё таки колдовство это дело такое, лучше перестраховаться. По результатам краш-теста клевцом на деревянной колоде, бронепластина, которой перепало лучшего температурного режима и похоже просто магической энергии, которая шла от Фэонора паразитными потерями, показала себя заметно лучше обычной, откованной Гвазарином перед ней. На что полуэльф закатил глаза и выдал:

-Ну чего ты смотришь, орясина? В кузню давай шагай, всё по новой ковать начинаем.

Вариант, что я откажусь не рассматривался. В том числе и мной, потому что броня — это такая штука, которая будет находится между острыми предметами в недобрых руках и моим нежным организмом. А значит ей лучше бы быть максимально прочной, да ещё и при минимальном весе. Я всё таки не каменная башня, в бою двигаюсь и это лучше делать как можно шустрее. Не говоря о том, что ситуации с бодрыми забегами от преследователей могут и повториться. Так что я сел у горня и начал тихонько направлять Феонора камланием в соответствии с указаниями Гвазирина. А полуэльф вообще кажется забыл обо всём, что происходило за пределами его рабочего места. Фанатик, что сказать. Хорошо хоть у меня есть специально обученные наложницы, которые вовремя напоминают, что пора есть или просто идти уже спать.

Закончив с бронёй, мы взялись за шлем. Почесав затылок, я решил, что бацинет мой выбор. Всё таки в кольчужную бармицу может прилететь стрела с шиловидным наконечником и мне резко станет больно и обидно. А тут забрало целиком металлическое и только щели для глаз являются уязвимыми, да и над ними теперь небольшой козырёк. Правда полуэльф меня долго агитировал за изображение доброй улыбки на забрале, видя которую противник должен понять всю пагубность желания со мной драться и проникнуться пацифизмом. Но я порешил, что идея это так себе. Можно ведь таким макаром дойти и до шлема в стиле Саурона Морготыча. А я и так целюсь на что-то вроде его булавы.

Не то что бы я опасался перейти на тёмную сторону силы чисто из-за печенек и стильной униформы тёмных властелинов, но вот просто ну его нафиг. А то сначала ты строишь башню в труднодоступных горах, потом у тебя появляются орчанки, потом всё как-то лихо закручивается само собой и вот тебе уже приходится бить по головам шестопёром толпу людей и эльфов со светлыми лицами, которые за каким-то лысым чертом припёрлись к тебе домой нести свет демократии и общечеловеческих ценностей. Ну нахер. Булава ладно, она штука функциональная, я её даже буду Грондом ласково называть в честь колотушки из Среднеземья, а вот шипастые шлемы и доспехи пусть идут демону под хвост. Те, кто их носят проигрывают, а мне нужен позитивный настрой.

С оным настроением мы и взялись с Гвазарином за изготовление шлема с гладкой поверхностью без украшений. Работа была довольно муторной, по крайней мере для меня. Сиди себе, камлай да ценные указания специалиста слушай. А вот у полуэльфа глаза горели ничуть не менее жарко, чем уголь в его горне. Ушастый раскрыл новую грань кузнечного искусства и Остапа что называется понесло, причём как раз в тот день, когда я не взял с собой эльфиек. Пришлось признать, что дамы сбивали мастера с панталыка и начать ходить одному, слушая рабочий матерок. Правда пообещав всем барышням Большой поход на рынок, когда я закончу с доспехами и оружием. Да, с большой буквы Б. Потому что женщины одинаковы во всех мирах и похоже во всех биологических видах. По крайней мере мои дамы начинали подвывать от скуки во дворце, отдыхая от долгой дороги и вкушая еду с герцогской кухни. Всё таки женщинам нужны развлечения, мужское внимание и шоппинг.

А я из кузницы в очередной раз вылез задолбавшийся в край и с наслаждением вдохнул свежий воздух, которым мне задуло в лицо, стараниями трёх духов, так и крутящихся рядом, но не идущих на соглашения. Гвазарин же подошёл к бадье с водой, специально оставленной у входа, взял её в руки и опрокинул на себя.

-Уф, хорошо — выдохнул он.

-Жить вообще хорошо — потянулся я, разминая затёкшее от долгого сидения на месте тело.

-Не поспоришь — хмыкнул полуэльф — Ладно, завтра можешь отдыхать и не приходить. А вот на следующий день займёмся перчатками и сапогами. Если ты конечно не передумал и не хочешь заняться в первую очередь мечом или шестопёром.

-Давай лучше закончим сначала с защитным снаряжением — махнул я рукой — Тем более, что с шестопёром всё вообще похоже будет непросто.

-Это с чего бы? — приподнял бровь Гвазарин, принимая у служанки кружку холодного кваса.

-Как бы тебе объяснить — ответил я, тоже беря тару с питьём — Дух у него похоже будет, уже сейчас нарождается.

-О как! Я значится за молот ещё даже не взялся, а у будущего оружия уже дух нарождается — развеселился полуэльф — Это как вообще?

-И такое бывает — пожал я плечами — Идея иметь такое оружие живёт в моей голове давно, сейчас она близка к тому чтобы стать реальностью. Навь реагирует на это, энергия как бы сгущается в ней, закручиваясь чем-то вроде вихря, что ли… Такое не объяснить, самому чувствовать надо. А что самого предмета нет, это вообще дело десятое. Истину вон тоже руками не пощупать, а её дух есть и так может вдарить за нарушение клятвы, которую свидетельствовал, что даже богу поплохеет.

-Тебя послушать, так в мире никто обещания вообще нарушать не должен.

-Чтобы великий дух свидетельствовал и был гарантом клятвы вообще-то надо неслабо постараться — хмыкнул я — Да и опасно это. Пообещаешь что-то выковать к определённому сроку, тебе не подвезут материалы вовремя и ты труп, причём вероятно с проблемами в посмертии.

Поболтав ещё немного с кузнецом, я двинулся обратно в родовое гнездо Осато, где продолжал квартировать. Ночь прошла относительно спокойно. Девчонки, благодаря выделенным дополнительным комнатам, вернулись к «графику дежурств», так что к утру я успел выспаться. Хотя четыре орчанки старались, устроив скачки с соответствующими комментариями о талантах друг друга, от которых я не знал, наслаждаться ли мне процессом или ржать. Нет, юмор это конечно хорошо, но всё таки всему своё время и место!

А вот на следующий день мы двинули «по магазинам», а я старательно отыгрывал роль щедрого папика, заодно присматривая за Киланом, Алаидой и присными. Конечно был вариант пойти одним, но я предпочёл дождаться подходящего дня, когда вокруг нас будет свита младшего наследника и его благовредной. Конечно в Осатомоне все в курсе дела, что я в качестве трофеев и четырёх орчанок взял, но у меня нет ни малейшего желания отбиваться от возможных идиотов одному, водя своих наложниц компактной группой. В прилегающих к степи землях у зеленокожих уж слишком много кровников, наверняка найдутся среди них в Осатомоне те, кто не побрезгует бросить из толпы нож или иным способом омрачить этот день, хотя бы даже ругаясь на чём свет стоит и плюясь вслед. Но помимо прочего здесь весьма велико почтение к герцогской власти, так что в присутствии Килана всё должно обойтись. Ну и опять же цену при нём в небеса никто задирать не будет. Мне конечно хорошо монет отсыпали, но не настолько, чтоб я вещи по их весу в золоте покупал.

Но к счастью для меня всё прошло на удивление неплохо. Девушки не долбили мне мозг по обычаю своих коллег с Земли, а просто внимательно рассматривали товары, предлагаемые в лавках. Платья их заинтересовали скорее как образцы, всё таки в этом времени дамам полагалось быть рукодельницами и они планировали пошиться сами, напомнив мне знакомых по прошлой жизни девушек-фаерщиц, любивших-умевших-практиковавших создание сценических костюмов.

Собственно после шмотья настало время тканей и нитей. Всё щупалось руками, прикладывалось к себе, смотрелось на свет, обсуждалось с подругами… Я постарался отключить слух, смотрел по сторонам и просто платил. Наверно потому и пролюбил момент, когда была куплена красная ткань для стяга и нити, чтобы вышить геральдическую рысь, а так же серый материал для моих будущих дублетов. Среди покупок дам серых отрезов ткани вообще хватало, так что дело шло к тому, что это станет чем-то вроде корпоративного цвета. Впрочем против я ничего не имел.

После тканей девушек потянуло к ювелирам, но туда они шли скорее просто посмотреть, а не покупать, так что моя жаба выдохнула с некоторым облегченьем. А я почесал репу и купил всем своим наложницам по монисто на шею и изящному браслету из серебра на руку. Всё таки внешний вид женщины указывает на статус её самой и её мужчины, а мне не нужно, чтобы меня считали жадным скрягой или просто голодранцем. А то что на меня бросали жалобные взгляды тут вообще не причём.

После ювелиров настало время оружейных рядов. Не все конечно горели желанием туда идти, но четыре орчанки и белокурая Васла твёрдо были намерены отметится и в этой части торга. Результатом стало то, что барышни пересмотрели настоящую гору кинжалов под пристальным взглядом меня и Килана, который отправил жену и часть свиты обратно во дворец с уже сделанными покупками. Алаида по понятным причинам была этим вполне довольна и не горела желанием идти со своими фрейлинами в этот рай милитариста. Собственно скатертью дорога, благородные дамы уж очень «добрые» взгляды бросали на моих женщин. Молча конечно, но я то понимал, что такое соседство нервирует наложниц.

В итоге девочки твёрдо определились какие короткие клинки желают видеть на своих поясах, но по здравому размышлению, я решил заказать их Гвазарину. Так и они сами будут лучше и ценник дешевле. Фрима же робко попросила меня зайти ещё и к мастерам лучникам, для отказа причин в общем-то не нашлось. Там и состоялся пожалуй единственный по настоящему неприятный эпизод за день.

-Ты хороша с луком? — интересовался я, пока полукровка натягивала тетиву на очередное орудие войны.

-Получше некоторых мужчин — ответила та с гордостью.

-А кто учил?

-Я была старшим ребёнком. Отец тренировался перед появлением сыновей на свет, обучая меня — внешне почти безразлично ответила та, пробуя силу натяжения лука. Но я чувствовал через навь отголоски скорби. Мало радости, когда твой род вырезают почти целиком, а ты становишься рабыней и постельной игрушкой победителя. А может и не только постельной, уж слишком много у девушки шрамов от хлыста на спине.

-Похоже у него неплохо получилось — улыбнулся я, пытаясь перевести тему — Кстати думаю стоит взять тебе ещё пару колчанов со стрелами на седло.

-Дорого.

-Деньги есть, да и тут они дешевле чем в степи. Кстати сколько? — обратился я к торговцу.

-Для орчанки сто золотых — буркнул тот — Дешевле не отдам.

-Килан, передай пожалуйста подданному своего отца, что вира за его жизнь дешевле, а на сто жёлтеньких монет я и его семью по стенам размажу к демоновой матери — процедил я сквозь зубы, смотря охреневшему торгашу в глаза.

-Люди, да вы посмотрите шо деется… — попытался заголосить тот, но нарвался на командный рявк младшего наследника.

-Молчать! Ещё слово и ты всей семьёй у самого дальнего степного острога обживаться поедешь, там возможностей досадить оркам будет выше крыши, причём по настоящему, а не девку подарка лишить. Ясно? Вот и отлично. А теперь называй нормальную цену, а то я действительно отвернусь и на юг твоя семья переедет без тебя.

Выпендриваться торговец больше не стал и слава духам. Убивать дурака не хотелось, мало ли какой у него к зеленокожим счёт. Хотя в чём-то Килан определённо прав, хочешь мести — возьми в руки оружие и иди мстить, а не сиди в тепле и уюте, портя жизнь тем, кто перед тобой в общем-то ничем особенно не провинился. Фрима же в набеги на север явно не ходила, молоко у неё для этого на губах ещё не обсохло, когда она свободной была. Да и не берут своих женщин орки в походы, не слышал я о таком.

После лука наши блуждания по рынку наконец закончились и мы двинули во дворец. Я валяться на кровати, наложницы рыться в покупках, пересматривая то одно то другое. Никогда не понимал этой женской страсти. Всё ж вроде осмотрено-пересмотрено и ощупано-перещупано ещё при покупке, зачем повторять процесс дома, да ещё несколько раз? Впрочем раз так всё устроено, то какая-то причина у этого есть. Хотя ночь все эти размышления быстро вылетели у меня из головы, когда девочки начали показывать насколько они мне за всё благодарны. И до молока на фрименых губах дело тоже дошло, эльфийки развратили степную девочку и научили её плохому… Точнее хорошему. Пусть продолжают в том же духе. Надо бы их кстати как-то отдельно поощрить, за то что несут культуру в массы.

На следующий же день я вернулся к работе с Гвазирином. Потихоньку закончилось защитное снаряжение. Затем настало время сделать клинок. Поразмыслив, я остановился на полуторнике. Если придётся ломиться через чужую стену щитов, то будет актуальна булава, которой эти деревяшки в общем-то не сильно помешают. Но вот в индивидуальном поединке лучше бы иметь что-то полегче, что-то чем можно наносить более быстрые удары и уколы. Хотя меч под мою руку конечно получился той ещё рельсой с соответствующей инерцией. Хорошо что я силой не обижен, человек такую дуру сможет разве что поднять, но на том и всё. Ну может ещё на ногу врагу специально уронит, если он вплотную подойдёт.

Правда как раз вечером, когда мы закончили клинок, со мной случилась досадная неприятность. По пути в замок, ко мне подошёл человек в плаще с капюшоном, скрывающим лицо и проговорил:

-Доброго вечера, эр Магнус. Мой господин очень просил вас о встречи с ним по интересному вам обоим поводу. Завтрашней ночью у рассветной башни.

Сказав мне это, мужчина развернулся и сделал шаг, чтобы уйти, но получил от меня удар в бубен и опал, как озимый.

-Ночью, у башни, без официального приглашения, как принято у честных людей, инкогнито — ворчал я себе под нос, бегом таща это чудо к замку и внимательно смотря на всех встречных-поперечных — Наслушаются тупых баллад, млять, а потом друг друга в ночи ждут, млять.

Страже же на воротах сердца Осатомона я без лишних кривляний сказал, что этот человек предлагал мне встретится с недоброжелателем герцога. Всё таки в любом ином случае мне могли написать письмо или подойти на улице без этого мляцкого цирка с конями, назначив встречу в приличном месте. Да какой вообще адекватный член охраны серьёзного и высокопоставленного аристократа попрётся на тайную встречу непонятно с кем, ведомый нездоровым любопытством? Или расчёт был на то, что великан дебил, великан схавает? Да демон побери, это вообще может быть проверка от компетентных товарищей из окружения герцога. А то вдруг великан действительно достаточно тупой, чтобы вестись на подобное, а до кучи ещё и денег возьмёт за какую-нибудь информацию. Такого в ближний круг семьи пускать определённо нельзя. Впрочем положить уже, я сделал всё от меня зависящее, пусть теперь или палач работает яичными щипцами с зельем правды или служба собственной безопасности, как бы она тут не называлась, своего сотрудника лечит от сотрясения того места, где должен быть мозг. Всё таки умный человек великана бы провоцировать не стал. Мавр же сделал своё дело, мавр может идти.

В этом убеждении я прибывал до следующего утра, когда ко мне наведался эр Блом и сообщил, что солнце ещё высоко, а значит негру надо поработать.

Глава 20

Я тихо ступал своими кошачьими лапами по земле и чутко нюхал звериным носом прохладный воздух. Ночь благодатное время для многих хищников. Тех, чьи клыки и когти остры. Тех, кто видит и чувствует добычу во тьме. Тех, кто похож на меня. И ей духам в степи не так уж много тварей, которые могут поспорить в смертоносности с огромным гибридом рыси и великана. Но всё же я двигался максимально осторожно и тихо, стараясь сделать так, чтобы единственными издаваемыми мной звуками были приглушенный шум дыхания и сердцебиения. Потому что во тьме впереди меня ждала встреча с теми, кто тоже считает себя ночными хищниками.

Подбирался я этой ночью к Рассветной башне потому, что мужик, притащенный мной во дворец, отказался колоться. Его обрабатывали всю ночь, вливали в глотку зелья, чтобы развязать язык, пытались доверительно говорить, объясняя его нелёгкое положение, даже пытали. Но передавший мне приглашение молчал, как рыба об лёд. Точнее выл, божился, что всё это ошибка, орал, рыдал, но не сказал ни слова о том или тех, кто должен меня ждать. Специалисты по дознанию бы поняли, если бы их клиент наводил тень на плетень, сказал, что не знает или пытался бросить подозрение на кого-нибудь непричастного. В конце концов невосприимчивость к алхимии быстро стала понятна опытным специалистам, а в таких случаях обычно узники стремятся увести дознавателей по ложному следу. Потом это им конечно аукается, но это потом. Но тут надёжно зафиксированный пациент тупо отказывался говорить, хотя по всем признакам должен бы был хотеть петь соловьём.

Дело в уютном подвале закончилось тем, что пришлось пригласить придворного мага, сведущего в том числе и в телепатии. Старик через пару минут материл всех вокруг, прижимая тряпку к носу, из которого хлестала кровь. А на дыбе был труп с глазами, полными полопавшихся капилляров. В итоге штатный мозгоклюй земли осатской вынес вердикт: вампирское очарование. Хотя я бы его так не называл. Это в няшных Сумерках кавайный Эдвард Педовка Кален очаровывал старшеклассницу с вечно приоткрытым ртом. Здесь кровососы натурально порабощали еду. В целом «очарованный» вёл себя как обычно, повторяя привычные себе действия, но при этом был по уши влюблён в Господина и не слабо тупел, а так же терял инициативность и штуки вроде креативности. Потому собственно даже в пыточной не мог придумать никакой толковой лжи. Но и субъекта своей большой и чистой «любви» сдать тоже не мог. А потому выл белугой и плакал. Маг же едва не нарвался на ловушку для любопытных, но всё таки отделался лёгким испугом. Ментальный капкан его лишь слегка «поцарапал». А мог и в овоща превратить.

Мне же эр Блом обрисовал ситуацию и сообщил, что к башне, которая первая встречает рассвет и земля перед которой первой же погружается в тень и темноту, ночью всё таки сходить придётся. Вампиры в последнее время изрядно активизировались, одним из доказательств этого был тот же соженный Аиднос. Но о причинах, побуждавших, до недавнего времени невероятно осторожных, представителей нежити так нагло нападать на людей, никто не знал. Они конечно остальных двуногих за еду считают, а себя не долбиться альфа-хищниками и львами среди ягнят. Только вот те из них, у кого есть мозги понимают, что люди тоже ничерта не беззубые травоядные с кротким нравом. Если их наибольшие отвлекутся от насущных задач из серии «взлети по выше, клюнь ближнего, нагадь на нижнего» и возьмутся за кровососов, то им настанет звезда, да не небесная. Пусть не за один день, пусть с потерями, но найдут все лёжки и выжгут кровососущую заразу калёным железом, а «выживут» только те, кто свалит в дикие земли Востока или Севера к великанам да магнатаврам.

Но кто ж из кровососов готов несколько десятилетий жить вдали от цивилизации, как дикарь и давиться кровью животных, а так же полуживотных вроде меня? Среди паразитов, которые имеют мозги, таких найти тяжеловато. В первую очередь потому, что они прекрасно понимают свою паразитскую природу. И как не трудно догадаться старые, сильные и опытные вампиры интеллектом не обделены, тупые отсеиваются в первые десятилетия или их отсеивают их господа, чтоб не учудили чего, подставив их под удар. Как следствие вампирская «молодёжь» находится под контролем и не предпринимает попыток построить еду ровными рядами, показав кто тут главный. Точнее так обстояли дела до недавнего времени, а сейчас любители соснуть в ночи стали вдруг не с того не с сего борзеть и резать людей. Эх, лучше б педовками были и девочкам затирали, что те их личные сорта героина. Но имеем, что имеем.

Правда услышав от эра Блома со спутником, представившимся как Ришэ м'Эглиз, лекцию на тему вампирской угрозы и нашего долга, как благородных эров — защитников людей, я задал резонный вопрос:

-Они что, идиоты? Я их подсыла прямо на улице по голове отоварил. Наверняка они в курсе дела и сняли засаду.

-Ну вообще не обязательно — дежурно улыбнулся тонкими губами сухощавый и успевший поседеть эр — Вампирам всегда была свойственна некоторая самоуверенность и толика презрения к своим слугам, а так же людям вообще. Так что отловив этого пройдоху и отправив к вам, они могли перестать о нём переживать и всё же будут ждать. Хотя да, если бы вы просто согласились, а потом сообщили эру Блому, вероятность встречи была бы выше.

-Ага. И пошёл бы я туда при минимальном прикрытии поговорить с каким-нибудь лишенцем, который младшим наследником интересуется, знать не зная ни о какой засаде нежити — хмыкнул я.

-Иногда риск необходим — пожал плечами по всей видимости помощник герцога по оперативной работе.

-О, вы конечно же готовы рискнуть вместе со мной этой ночью у Рассветной башни? — приподнял я бровь.

-Внизу ждут вас одного, но на самой башне я буду — заверил меня сухощавый «особист».

-Ну не то что я хотел, но и то хлеб — осталось мне только хмыкнуть. Конечно в пасть вампирам шею буду совать только я, но и этот фуфлыжник будет не в кабинете сидеть с секретуткой — Что по прикрытию?

-Вечером дежурных стражников на башне сменю я со своими людьми и Брэмэном, учеником придворного мага. Галдрин после попытки допроса к сожалению не в форме, но его протеже вполне хватит на несколько огненных заклятий, а мы будем с арбалетами. Наконечники болтов — освещённое серебро.

-Ну а мне останется только подать сигнал для светопреставления, если их окажется слишком много или они будут слишком сильны. Годиться в принципе.

-Сначала было бы неплохо с ними поговорить и узнать…

-Хочешь с нежитью разговаривать, так иди сам — перебил я Ришэ, пользуясь местными культурными особенностями. Это на Земле солдату пришлось бы слушать агента ФСБ и брать под козырёк. Здесь благородный воин может слать таких деятелей в пешее эротическое путешествие, если их указания противоречат законам чести или его религиозным убеждениям. А общение с нежитью или демонопоклонниками в какой либо иной форме кроме боя насмерть тут в общем-то тот ещё зашквар — Я этих тварей согласен только на куски рвать.

Возможно такая жизненная позиция конечно не совсем верна. Стоило бы поиграть в шпионские игры, выведать побольше у кровососов, согласиться с ними посотрудничать, покормить дезинформацией и так далее. Но по мне это порочный путь. Он отвратителен для меня тем, что наверняка ведь попытаются шибко умного великана замазать в чём-нибудь кровавом и с душком после вербовки, чтоб с крючка не соскочил. И придётся таки замазаться под чутким руководством куратора м'Эглиза, который тоже будет владеть информацией и держать мои яйца железной хваткой в бархатной перчатке. Даже если я паранойу, ну нафиг. Ну а ещё мне просто не нравились шпионские пляски, в которых компетентные органы не ловят предателей, а играют в хитрые оперативные игры с двойными агентами и сами постепенно приобретают двойное нутро, позволяя кому надо вредить собственной родине, чтобы потом этот «кто надо» скормил врагу ложь или что-то типа того. И в итоге дело кончается тем, что вокруг бегает куча предателей под руководством циничных кураторов, которые пока что вредят, но вот потом обязательно помогут. Хрень это. Полная. Предатели должны висеть в петле, предварительно всё рассказав о тех, кто их склонил к измене. Точка. А в хитрые игры пусть играют другие, если охота.

Потому я в зверином обличье сейчас тихо крался рядом с крепостными стенами столицы герцогства, пытаюсь вынюхать или увидеть нежить, держась тени и низин среди пожухлой травы, а не шёл в полный рост, напевая что-нибудь о том, что чёрный вурдалак — это человечий враг, а так же краснорылый, лупоглазый, злой ночной мудак. И моё обострённое обоняние наконец учуяло запах человеческой крови с лёгким оттенком тухлятины. Вампиры всё таки решили ждать клиента, а не как разумные существа отказаться от затеи, потеряв связника. Хотя не стоит исключать и тот вариант, что всё они о провале своего человека понимают, но надеяться всё же, что я приду в надежде на встречу и они меня тупо завалят. И не без причин. Благодаря м'Эглизу всё таки припёрся ведь.

Первый кровосос обнаружился у самой крепостной стены близь сухого рва. Воды в нём не было, но к моему счастью не было и мусора с нечистотами, которые могли бы перебивать запах. Герцогская власть следила за этим, честь ей и хвала. Пока я подбирался к любителю выпить, закусывая чужой шеей, он пошевелился и моё тело замерло, перестав дышать. Неужели заметил? Но кровосос меня разочаровал, он просто слегка повернулся и похоже почесал живот, на котором лежал. Это вызвало у меня улыбку. Вампиры конечно нежить, но практика показывает, что они не какие-нибудь там скелеты, лишённые плоти и многое человеческое им по прежнему не чуждо.

Я же подождал ещё немного и продолжил осторожное движение вперёд. Лев днём может без особых проблем подобраться к добыче метров на тридцать для финального рывка. Ночью вампиры видят не хуже, чем днём, но трава тут не сострижена до состояния образцового газона и у меня есть все шансы смертельно удивить подлунного охотника, который станет жертвой. Ещё через десять метров ночной ветерок донёс до меня запах ещё одного кровососа, который был метрах в сорока от рва, устроив лёжку на полосе отчуждения вокруг городской стены со стороны посада. Это было хорошо, он не успеет прийти к своему товарищу на помощь. Я надеюсь, что не успеет. Было бы неплохо, если бы духи воздуха привели ко мне запахи остальных, если они есть, но три ветреных создания летали сверху, забавляясь нашей «игрой». Подняв взгляд к небу, я заметил некую неправильность на стене. Приглядевшись, я понял, что с ней почти сливается ещё один кровосос. Позиция выгодная, правда висеть, прижавшись спиной к кладке и держась разведёнными в стороны руками за выступы наверняка неудобно, но мёртвым неведома усталость, а данному кровососу хватает выдержки терпеть неудобства. Хм, вероятно этого кадра стоит считать самым опасным. По крайней мере подобраться к нему сложнее всего, а занимая господствующую высоту, он не даст мне подкрасться на минимальное расстояние к своему коллеги у рва. Атаковать стенолаз опять же должен последним, когда жертва будет занята двумя своими коллегами в лёжках на земле, а это привилегия вожака.

В общем мне пришлось мысленно плюнуть и двинуть к кровососу со стороны посада. Возьму его после короткого рывка, а потом буду брать двух вампиров со стороны рва. Для этого конечно придётся удалиться от башни с группой поддержки, но уж лучше так. Начался новый долгий путь, но успешный охотник — это терпеливый охотник. Тем более что у новой жертвы номер один страхующего не оказалось.

Наконец осторожно подобравшись на дистанцию, дальше которой тихо двигаться было слишком рискованно, я осторожно выдохнул. Лучшее враг хорошего, дальше просто спугну. И так уже нервничает поди, чуть ли не пол ночи прошло, а великана не видно. Выдыхая и медленно погружая когти в землю, для лучшего сцепления при первом прыжке, я чувствовал, как по крови струится адреналин и сердце бьёт набатом в виски. Сейчас родной, ты меня почти дождался, могли бы мои губы прошептать, если бы не опасность выдать себя добыче, которую наше с Гектором естество вожделело больше всего на свете.

Первый прыжок, мои когтистые лапы выбросили назад землю, а тело почти бесшумно полетело вперёд, раздвигая собой прохладный воздух. Добыча почуяла опасность и повернула голову в мою сторону, когда мои лапу уже вновь вбивали когти в землю для нового прыжка. Я лечу вперёд, жертва осознала что видит хищника, в её глазах страх и она встаёт, одной рукой отталкиваясь от земли, а другой нащупывая на поясе свой железный клык. Поздно, мои лапы вновь коснулись земли, я вновь делаю прыжок, на этот раз финальный. Добыча почти встала в полный рост, его железо наполовину извлечено, но мои когти разрывают плоть его руки, а пасть смыкается под подбородком жертвы. Мои челюсти мощны, зубы остры, а шея такая тонкая, что я перекусываю её, одним движением головы отрывая башку врага от торса.

Тело ещё падает, а я уже делаю следующий прыжок к новой жертве. Она встала, её железный коготь направлен в мою сторону. Но в её холодных глазах непонимание, а ночной ветер доносит аромат страха хищника, который столкнулся с тем, для кого он сам еда. Мои лапы вновь ударяются о землю лишь для того, чтобы опять отправить тело в прыжок. Ещё одна жертва, та что наверху, извлекла что-то из своей одежды. Шерсть на загривке встаёт дыбом от предчувствия опасности и я прыгаю не прямо, а по диагонали. Рядом со мной о землю ударяется флакон с чем-то отвратительным и разбивается, но лечу вперёд слишком быстро, чтобы брызги задели мою гранитно-серую шкуру, лишь за спиной слышно шипение. Лапы снова касаются земли, опять прыжок по диагонали. Так должно бежать при обстреле. Я ещё не бывал под ним, но знаю, что нужно двигаться зиг-загами. И приближаюсь к добыче, в которой страх возобладал над разумом. Рука с железным когтем дрожит, глаза выпучены, она хочет бежать, но воля её вожака не даёт ей сделать ни шага от меня, выигрывая время. Сейчас это ощущается невероятно чётко. Но не имеет значения. Я добежал. Одна моя лапа сбивает оружие в сторону, а другая разрывает плоть на груди жертвы, бросая её на землю. Я по инерции движусь вперёд, падая на добычу, мои челюсти смыкаются на её голове, пока лапа стоит на груди, погрузив вновь когти в плоть. Моя спина распрямляется, а тонкая шея не выдерживает рывка. Голова из моей пасти вылетает вверх в сторону последнего зверя из этого стада.

Он тоже напуган, я чувствую в воздухе его страх. Жертва развернулась и быстро лезет наверх, но не к башне, а стремится к стене, чтобы перемахнуть её. А я стремлюсь за добычей. Мои когти заставляют камень кладки подаваться хуже, чем дерево, но всё же он подаётся, а сама моя природа более приспособлена к тому чтобы взбираться куда-то вверх. В башне открываются двери, люди с железом и факелами выбегают на стены по обе стороны. Вампир почти успевает запрыгнуть наверх. Врешь, мясо, не уйдёшь! Когда верхняя половина добычи перегнулась через зубец на глазах арбалетчиков, мои когти вбились в поясницу кровососа.

-Ыыыииии! — тонко взвыла жертва, когда я сдёрнул её из света факелов обратно во тьму, которая сегодня моя союзница и сестра.

Мясо падало вниз, а я летел вслед за ним, чтобы вбить его своим весом в землю. Удар о неё разорвал ночь хрустом рёбер, а я быстро начал драть добычу, стремясь растерзать её конечности. Кровосос пытался сопротивляться, но это длилось не долго и через два десятка спокойных ударов сердца у него были оторваны моей пастью руки, а ноги разорваны когтями моих задних лап. Каждый видел, как коты зарывают после себя. Сегодня я разрывал, не оставляя целых мышц. Суставы на коленях врага тоже стали жалким зрелищем, голени с стопы держатся чуть ли не на одной коже. Осмотрев результат своей охоты и убедившись, что больше не на кого нападать, я встал в полный рост и смирил в себе зверя, славно потешившего сегодня дух охоты.

Сверху же раздавались крики, а ученик мага подвесил наконец над нами огненное заклятие для подсветки. Пока на стене решали как спускаться к нам, я рассматривал кого подрал. На поверку вампир оказался девушкой на вид лет четырнадцать-пятнадцати, миловидное лицо, сейчас искажённое страхом, светлые волосы, плоская, еще не сформировавшаяся грудь… Вероятно она одним куском имела трогательный и беззащитный вид, на которой многие купились чтобы стать едой. Сколько ей на самом деле лет? Не берусь судить точно, но вряд ли меньше сотни. Вампиры живут долго, а желторотых птенцов не назначают старшими над двумя бойцами. Но вряд ли больше двухсот, иначе бы так просто ничего не получилось. Впрочем она кидалась алхимической дрянью, может просто лабораторная крыса, а не боец. Скольких она сожрала? Одни духи ведают, эта-то тварь наверняка давно сбилась со счёта. Я сплюнул её стылую кровь изо рта ей же в лицо и хмыкнул:

-Знай своё место, мясо — а потом проорал на стену — Скиньте, мать вашу, мне уже одежду, а то сейчас сам за ней полезу!

Глава 21

Как оказалось упыриху звали Шайлиста ма Фалэн. То, что она принадлежала к одной из благородных фамилий стало для меня неожиданностью, но ещё больше я удивился тому, что м'Эглиз о ней оказывается знал, причём не так уж мало.

Полтора столетия назад юная младшая представительница ма Фалэнов поступила ученицей к мэтру Бриду м'Агрину, слабому магу, но довольно толковому алхимику, а так же вероятно довольно мутной личности. Впрочем я не совру, если скажу, что половина алхимиков ребята своеобразные. Профессия накладывает свой отпечаток и попахивает лёгким криминальным душком. Что говорить, если одно из самых востребованных зелий на рынке — это зелье приворота и оно вне закона. Кто ж вообще сделает законной штуку, которая на мозги людей влияет? До кучи в алхимии хватает ингредиентов, которыми нельзя торговать без санкции властей, а некоторые нельзя даже просто иметь на полке в лаборатории. То же человеческое сердце и выжимки из него как раз относятся к запрещёнке и используются в зельях откровенно тёмной направленности. А когда у людей столько препон от власти, неизбежно формируется чёрный рынок и появляются подпольные лаборатории. Такова уж людская природа, некоторые вещи в человеческом обществе практически невозможно изжить целиком, можно только загнать в рамки. Если конечно представители власти на местах заинтересованы в том, чтобы работать над этим.

Шайлиста же была примером того, что иногда власти проще пользоваться услугами нелегального специалиста, чем раздавить его за нарушение закона. В конце концов зелья она благодаря богатой практике в полтора столетия варила выше всяких похвал, брала не дорого, чтоб её не трогали, иногда делилась информацией и не доставляла проблем. Кто будет считать проблемой пропадающего раз в месяц человека в большом городе и его окрестностях? За тот же срок тут естественным образом умирает гораздо больше людей в тех же пьяных драках по трактирам да кабакам. И вообще вампирша была женщиной трудной судьбы, её род вырезали полтора столетия назад, а учитель продал её упырям. Но она молодец, отомстила и обидчикам семьи и схарчила Брида-алхимика, а потом жрала людей только в целях выживания. Я пока эту дурь от м'Эглиза слушал, выпадал в осадок. А когда мы подошли к площади перед замком Осато и сделали первые шаги к нему, я наконец спроси:

-Эр Рише, вы, как бы это помягче сказать… Дебил?

-Магнус, ты бы по осторожнее — подал голос присутствующий здесь же эр Блом.

-Да х#ли Магнус? — рыкнул я — У вас тут в городе упырь и нелегальный алхимик в одном хлебале живёт не первый год, а те кто должны ему подобных мочить без всякой жалости, чуть ли не с руки эту тварь кормят. Блом, вот ты жизнью и честью поручишься, что она не собиралась после силовой акции свалить, а потому не потравила все колодцы в городе какой-нибудь медленно действующей дрянью, которая через неделю сработает, когда её из организма хер выведешь?

-Эр Магнус, вы забываетесь — холодно проговорил м'Эглиз — Но в любом случае мы всё выясним и примем соответствующие меры.

-Х#етствующие — сплюнул на я брусчатку в сердцах. Моя лесной дикарь, моя можно — Ты мер уже напринимался на сколько трупов, которые твоей кровососке на корм пошли?

В общем разговор у нас не задался, но к счастью до прямого конфликта дело не дошло. Эр Блом постарался, дипломат фигов. Впрочем с эром Ришэ мы друг друга запомнили и я ожидал, что наверняка ещё пободаемся. Он со мной, потому что я быковал на него, как на слугу герцога, ставя его методы под сомнения. Я с ним, потому что в гробу видал таких «царёвых слуг». Ещё в прошлом мире насмотрелся на ментов, которые прочно срослись с криминалом. И видел дрянь, к которой это приводит. Для мента всё удобно, он контролирует теневых дельцов, которых вроде бы может взять в любой момент и имеет с этого барыш. А заодно страж закона вместе с подопечными не даёт появляться на своей территории новым дельцам. Уже имеющиеся мгновенно сдают патрону конкурентов. Только вот для обычного человека это значит, что вокруг него всегда будут действовать преступники. И если «свои» уголовники совершат преступление в отношении этого самого обычного человека, то менты своих протеже прикроют, а не посадят. Наказания для них можно надёжно добиться только своими руками с помощью суда Линча и такой-то матери. Потому что даже в той части органов, которая вроде бы ловит нечистых на руку коллег, все понимают полезность мента, пойманного на горячем. Он ведь теперь зависит от них и будет стучать на других, чтоб не сесть самому. Гнилая система, где преступников ловят и сажают не потому, что они преступники, а потому что надо уже кого-то посадить в этом месяце для отчёта и поставить нужное количество палок, порочна с ног до головы. В противном случае не было бы дурацкой ситуации, когда всем известны преступные авторитеты, но… Они один чёрт на свободе. Потому что на словах не верят, не боятся и не просят, а на деле тоже чьи-то протеже.

Там, в прошлой жизни, я не мог ничего сделать с существующим положением вещей. Не на то учился, не так жил, не настолько высоко взлетел. Но здесь у меня такая возможность была, да и само общество было другим. Оказалось достаточно просто не молчать и у эров появились вопросы к суверену. А у суверена вопросы к м'Эглизу. Конечно по большому счёту не потому, что эр Ришэ выстроил такую систему, а потому что вовремя не осознал, что она идёт в разнос. Надо было брать известную вампиршу за жабры и колоть сразу после того, как началась вся эта свистопляска с кровососами, а не просто поинтересоваться у неё неофициально, какого рожна собственно происходит, после чего удовлетворится ответом, что она сама в недоумении и не понимает, кто и зачем решил рушить выгодный всем уклад, но постарается сыскать концы по своим каналам.

В итоге доверенное лицо герцога на собственной шкуре почувствовало, что подписки о неразглашении на данном этапе общества не котируются и скоропостижно повесилось с горя. Не всех вассалов стоит подвергать опале. Скользкий «оперуполномоченный» был как раз из таких. Из упырихи же вытрясти удалось мало, хотя специалисты Красного писания церкви Света очень старались. Мне же эр Блом ситуацию обрисовал и вовсе в общих чертах.

-Она сказала, что Эдужинсий потребовал твоей смерти за то, что ты помешал его планам.

-Уродское имечко — хмыкнул я и сделал глоток вина из чаши, поданной Грэхой. Орчанка очень ответственно относилась к роли старшей наложницы и во время сколько-нибудь официальных визитов в мою конуру обычно была моим личным виночерпием, внимательно слушая разговоры и мотая их на красно-чёрный локон. А ещё заставляла ма Кромана морщится — Почему меня, а не Килана или парней с Асатомона?

-Ну вообще и младшего наследника тоже — ответил рыцарь — Магу накрутили хвост, да и сам он был на взводе, а потому почувствовал какую-то хитрую отраву в бокале. Со слов Галдрина, не всматриваясь до рези в глазах, ничего бы не заметил.

-Узнали кто подсыпал? — поднял я бровь.

-Капнул — хмыкнул наставник младшего наследника — Молоденькой служанке помогли поверить, что чудеса случаются и сын герцога её полюбит, если выпьет этой дряни. Глупо вышло.

-Пожалуй — кивнул я, понимая, что молодой дуры уже нет в живых. Не сложилась карьера любовницы одного из первых лиц герцогства — А что за Эдужинсий? Или кроме имени ничего не известно?

-Строго говоря это даже не имя. С вампирского оно примерно означает «имеющий право повелевать». Больше из неё про хозяина ничего вытянуть не удалось, сдохла окончательно.

-А у них свой язык есть?

-Как не странно да, правда владеют им только их старшие. Молодняк рылом не вышел секреты знать.

-Блеск. Ну да демон с ним. Однако кем бы ни был этот кровосос, мы можем судить по делам и картина безрадостная.

-Ну не сказал бы. Конечно приятного во всей этой истории мало, но когда вампиры лезут на свет, дело всегда заканчивается тем, что они на нём горят.

-Боюсь не всё так просто — покачал я головой — Раньше, насколько я тебя понял, упыри вылезали так только где-то, где один из их старших на почве собственной мании величия с ума сходил. Или где стариков не было, а молодым кровососам сила шибко здорово в голову давала. Сейчас вампиры борзеют по всему королевству, время от времени подыхая в процессе. Хороши бы конечно этот их «Эду» был просто древней тварью, которая сошла с ума и отдаёт вымлядкам ночи ниже по иерархии дурацкие приказы. Но здравый смысл говорит, что если действия врага кажутся дурацкими, то возможно ты просто не осознаёшь его замысла.

-Понял, но пока никакой другой логики событий не просматривается — кивнул рыцарь — Жаль, что тебе придётся уехать.

-Не особо. Осатомон не для меня. Я вообще чем дольше живу, тем больше понимаю, что лучше места по спокойнее, где не встретишь яда в чаше и не получишь удар из темноты — ворчу больше для вида конечно, но есть в моих словах и доля истинны — Эр Кайлос-то сильно обижен?

-Сам-то как думаешь? Ты этим своим «А я не знал, что у людей оказывается принято кормить кровососом другими людьми. А оно во как у вас в герцогстве устроено!» изрядно шума наделал — хмыкнул рыцарь — И авторитет герцога подмочил.

-Оно того стоило — сказал я — Так быть не должно и теперь не будет.

-У вас, великанов, всё иначе?

-Разумеется — честно ответил я, вспоминая маленькое племя, где каждый на виду, а излишне хитрозадого могут не комплексуя забить дубинами. Хотя тяжело представить одного великана, подставляющего другого под клыки хищника — У нас подобная ситуация в принципе невозможна. Бросить вызов и убить в бою — да. Не помочь другому великану против хищника — нет, даже если он твой злейший враг.

-Хорошо наверно живёте.

-Не мне судить — обтекаемо ответил я. Более развитое и многочисленное сообщество обычно имеет значительно больше благ цивилизации, но часто теряет дух взаимовыручки, который помогает выживать малым группам дикарей. Только вот я ногами за блага цивилизации проголосовал, а не за дикость, пусть и в сплочённой общине.

На следующий же день я отправился к Гвазарину для создания Гронда. Тянуть дальше было нельзя, мне непрозрачно намекнули, что сейчас я в Осатомоне нежеланный гость. Прямо конечно герцог мне вредить не будет, но у правителя всегда есть способы испортить жизнь любому из поданных. Иначе это тряпка половая, а не правитель. Эр Кайлос же по всем признакам мужик был серьёзный и жёсткий, так что нефиг его дразнить. Интеллигентно пользуемся обговоренной с эром Бломом отсрочкой для завершения дел и валим в свой медвежий угол. Всё таки есть у моего Рирта неоспоримый плюс, дальше него фиг сошлёшь. Просто некуда. А ещё есть плюсы от расположения Килана и воинской славы, без них бы настоятельной просьбой дело могло и не ограничиться.

Гвазарин утром встретил меня как всегда с дежурной руганью, но пожалуй всё таки настроение его было по выше, чем он пытался показать. Полуэльф любил свою работу, стремился делать каждую вещь настолько совершенной и безупречной, насколько это вообще возможно. А потому возможность создать сегодня что-то лучшее, чем то, что он творил вчера, добавляла ему огня в глазах.

На рассвете его горн в кузнечной слободе ярко пылал, а я стучал в бубен, направляя Феонора, что вновь оправдывал своё имя Пламенного Духа и одного из величайших творцов прекрасного своего мира. Так же приходилось краем глаза следить за тремя сущностями ветра, что чувствовали подрагивающую пелену энергии нави и водили хороводы вокруг огня. А Гвазарин начинал творить, помогая доброй стали, которая когда-то лежала в земле невзрачной рудой, стать оружием, чьё предназначение сокрушать и повергать. Не взирая на щиты. Не взирая на броню. Не взирая на магию. Не взирая не на что.

Полуэльф оковывал массивную цельнометаллическую рукоять, а перед моими глазами была сцена из бессмертной трилогии Питера Джексона, где таран, носящий имя Гронд, разносит врата Минас-Тирита. Гвазарин присоединял кузнечной сваркой лепестки-лезвия, а я видел своим мысленным взором, как Властелин колец отправляет своих врагов в недолгие полёты схожим оружием в битве при Роковой горе. И уже сейчас всё моё естество жаждало пустить будущую булаву в ход против своих противников и ощущало, что дух Гронда желает того же. Врага, которого можно будет раздавить, препятствия, которое можно будет проломить, боя, в котором можно будет победить.

Лучший кузнец Осатомона работал быстро. Горн и наковальня, наковальня и горн. Жар и удары молотом, удары молотом и жар. Закалка и клубы пара. Нормализация. Заточка лепестков шестопёра, которые стали напоминать мне клыки хищного зверя. Оружие не имело узоров или орнаментов, дело было не в том, что времени мне дали мало и необходимо было быстро покинуть Осатомон. Я изначально не хотел лишних деталей. И Гронд получился именно таким, каким я видел его своим мысленным взором. Простым и тяжёлым, но одновременно изящным в своей смертоносности.

Когда я взял булаву в руки, то моя душа пела, как будто нашла что-то давно потерянное. Тело как будто само знало что делать, когда я совершил первый взмах, проверяя баланс. Рассекаемый шестопёром воздух загудел. Замах, другой, подшаг и удар, сбивающий в сторону древки и наконечники копий воображаемых копейщиков. Гронд описывает по инерции быструю дугу над моей головой и я вновь бью с быстрым шагом вперёд, чтобы вскрыть чужой строй. Дальше удары и боковые взмахи, сбивающие копья сливаются в танец. Быстрый, резкий, непредсказуемый, но по своему гармоничный. Финальный удар я наношу по дубовой колоде для рубки дров и та разлетается в щепки с вспышкой пламени.

-Б#₽₽@ь! — эмоционально выдаёт Гвазарин, наблюдавший за мной с крыльца кузницы, присаживаясь на корточки и закрываясь руками.

-Я же говорил, что в Гронде будет дух! — отвечаю я, но потом давлю в себе эйфорию — Ты как, не задело?

-Чуть в лоб не получил — хмыкает полуэльф, а потом глубокомысленно добавляет — Не думал, что создам магическое оружие случайно.

-Ну по мне всё вполне закономерно. Я тебе кажется уже объяснял.

-Так оно выглядит для тебя. Для меня эти все материализации не материальных штук — тёмный лес.

-Ну любой лес для полуэльфа вообще должен бы быть понятен для последней веточки — пошутил я, окончательно вернувшись в реальность. Ей духам не знаю, чтобы было, если бы на меня напали, пока я рассекал воздух Грондом. Каждое движение и каждая мысль в этот момент казались мне как будто уже завершёнными где-то в прошлом. Наверно я просто продолжил бы танец с ещё большим счастьем, ведь воображаемые враги обрели бы плоть и кровь, став ещё прекраснее.

-Много ты в полуэльфах понимаешь — фыркнул кузнец тем временем — У тебя кстати как вообще во владении, лес есть?

-Есть, хотя и маловато, да и какой лес… Скорее уж рощи — махнул рукой я, а потом приподнял бровь, видя сосредоточенное лицо кузнеца — А ты с какой целью интересуешься?

-О переезде я думаю. А то скоро одна орясина, что металл магией напитывает, из Осатомона уедет.

-Эээ — тупо промычал я — Ты шутишь что ли? Мне там вообще работать не покладая рук, я в кузнице, как сейчас, целыми днями сидеть не буду.

-Понятное дело, но тебе один демон надо будет на что-то жить. Ты ж голодранец, у тебя ни замка ни крестьян, но зато одиннадцать девок на шее. А оружие с бронёй денег стоит не малых — поманил меня полуэльф барышом — За такими же, как на тебя получились, эры хоть на край света поедут и не будут считать, что прогадали.

-Замок я построю. И давай это… Через год поговорим. Обживусь спокойно и если не передумаешь, то езжай. Надеюсь вы там с Авалием меня напополам не порвёте — только и осталось мне хмыкнуть. Год — это большой срок, глядишь за него либо шах сменится либо ишак помрёт. А может и заговорит, кто его знает.

От автора

Приветствую уважаемых читателей. Всем огромадное спасибо за то, что купили мою книгу, это был офигительный старт продаж, а вы круты. Так же всем не меньшее спасибо за лайки, награды и комментарии. Всё это безумно мотивирует продолжать. Ну и персональное спасибо товарищу Алексу Штейну за то, что с помощью нейросети и такой-то матери слепил новую обложку. Мне она понравилась, а потому теперь заняла своё законное место.

За сим прощаюсь. До следующей главы:)

Глава 22

Отъезд из города получился немного скомканным, да и двинулись в путь мы ещё до рассвета. Конечно было бы неплохо провести в городе по больше времени, но не судьба. Так что кое-какие вещи я похоже буду прикупать уже по пути, а кое-что вероятно закажу в той же Валиле, если не удастся и вовсе нанять там плотников. Я двинулся в своё время в путь на Запад для того чтобы жить, пользуясь благами цивилизации, в частности хорошей мебелью. Тем более что кровать-траходром это, так сказать, вещь остро необходимая мне ныне в хозяйстве. Но всё же я сделал в Осатомоне два важных дела на последок перед выездом. Купил юрту. Она была по скромнее размером и оформлением, чем та, что осталась в Рирте, но тем не менее позволяла ночевать в относительно комфортных условиях. Это было крайне актуально, ведь мной было принято решение идти не самыми торными путями, где меньше людей, а значит меньше будет и трупов из-за моей видовой принадлежности и моих зеленокожих спутниц. Младшего-то наследника, которого я охраняю, теперь рядом маячить не будет, а мир по прежнему полон агрессивных идиотов.

Вторым важным делом было посещение Осатомонского храма Света. Я и так там появлялся несколько раз по значимым для верующих дням, так же как и в храме Акхеса. Не столько конечно по духовным надобностям, сколько из желания показать местным, что ответственный и легальный эмигрант, который старательно ассимилируется в их общество, а не дикое полуживотное, лишь внешне похожее на человека. Однако и Свет, чем или кем бы он ни был и бога войны я уважал, не держа фиги в кармане. Мистические силы тут вполне реальны и ходить в их храмы с эдакой конструкцией из пальцев чревато проблемами со здоровьем. Да и вообще мне нравилась концепция общества, где все уважают веру и убеждения друг друга, а не враждуют, так что я некоторым образом «начинал с себя».

Правда последний визит в храм имел сугубо практическую цель. У меня не было ощущения, что я подхватил вампиризм. Да и судя по всем трактатам исследователей этого богомерзкого явления, для заражения маловато хлебнуть упыриной крови, нужно ещё чтобы сам кровосос желал и предпринял некие магические усилия для обращения человека в себе подобную тварь. Но тут уж лучше проверится, чай вампиризм не простуда и даже не ковид, будь он неладен. У кровососов же помимо проблем с солнечным светом, который оставлял на их бледных шкурках ожоги куда как быстрее, чем солнце Сахары на коже мурманчанина, имелись проблемы со светом, который Свет с большой буквы «С». В храмах им резко плохело, благословения и молитвы, которые лечат раны живых, развеивали плоть и кровь мёртвых. Собственно так и лечили заражение на начальных этапах, жрец давал благословение света, вся вампирская дрянь выводилась из организма заражённого естественным путём с тем или иным уровнем неприятных ощущений. Правда если процесс заходил слишком далеко, развеивалась уже плоть и кровь пациента, претерпевшая изменения, что бедолага переживал не всегда. Да и боль там должна была быть просто адская.

К счастью для меня, я спокойно отстоял вечернюю службу, не испытав неприятных ощущений ни во время богослужения, ни когда жрец благословлял прихожан, а значит всё было в порядке. После вечерни правда меня попросил задержаться храмовый служка и пришлось побеседовать с представителем Красного писания. Но разговор прошёл в целом в приятном ключе, меня вежливо поблагодарили за помощь в борьбе с упырями на «ведомственной территории» и закинули удочку на тему привлечения сверхтяжёлого юнита к силовым акциям против нечисти. Я не менее вежливо поблагодарил рыцаря-храмовника за тёплые слова, а на тему дальнейших акций сказал, что в принципе не против, но мне владение надо обустраивать, храм Света опять же сам себя не построит, да и сам я вообще как бы из другой конфессии… В общем меня поняли правильно и сообщили, что церковь естественно будет благодарить меня в случае чего не только на словах, но и материально, строительство храма-то дело хоть и светоугодное, но не дешёвое. В общем расстались мы вполне довольные друг другом.

Дорога же по началу шла вполне себе спокойно. Я не стал сильно мудрить и дёрнул на юг сначала теми местами, где мы ехали к Осатомону из Аидноса, благо на запад забираться почти не пришлось. Знакомые места это всегда хорошо. А потом пошли малоезжие дороги и ночёвки у деревень, где мы прикупали припасов и столовались, благо денег хватало.

Две телеги, одна с юртой и походной мелочёвкой, другая с моим снаряжением и некоторыми покупками для владения, запряжённые каждая двумя лошадьми, великан и девушки разных рас вызывали интерес, а иногда и неприятие. Всё таки среди дам четыре орчанки. Но эрский статус и большая дубинка естественным образом ставили на место смердов, а краткое объяснение о том, что зеленокожие проходят по категории говорящих трофеев, снимало напряжение во взглядах людей, ну или хотя бы большую его часть. В конце концов все были в курсе, что орки берут человеческих женщин в рабыни и творят с ними всякие непотребства, а тут гигант творит с орчанками тоже самое. Была в этом какая-то кармическая справедливость.

Я впрочем вопросами кармы и прочего дзена озадачивался мало. Девчонки были вполне себе довольны жизнью, будучи под моей зашитой, сыты, одеты, не загружены работой до синяков под глазами от недосыпа, как порой у девушек и в двадцать первом веке на Земле бывало, а бодро тряслись в сёдлах или на телегах, двигаясь к новому дому. Я был рад это видеть, а так же счастлив вкусно поесть и понаслаждаться своими женщинами в юрте перед сном, где они проявляли всё большую сноровку. Да и какой мужик был бы не счастлив? Так что всё было хорошо.

Но некоторые неприятности всё таки случились, как оно вообще обычно и бывает на средневековых дорогах, где даже солидные купеческие караваны предпочитают ездить с внушительной охраной. Собственно у торгашей проблемы и нарисовались. Мы как раз недавно проехали небольшую рощу и дорога должна была нырнуть в низину, когда мои чуткие уши услышали звуки боя. Удары метала о металл трудно с чем-то спутать, как и крики раненых.

-А ну стой — тихо крикнул я, хватая лошадь под уздцы, а потом быстро подскочил к телеге и стал натягивать бригантину, заодно ставя задачу старшей наложнице — Грэха, разворачивай телеги, езжайте в рощу, прячьтесь там и ждите меня. Если не дождётесь, то где золото ты знаешь. Быстро!

-Да, муж мой — отозвалась та непривычным словом, но я был слишком занят затягиванием ремней, чтобы обращать внимание на что-то кроме доспеха.

В непобедимой и легендарной солдат должен одеваться в форму, пока успевает догореть спичка. Здесь доспехи были несколько похитрее хэбэхи, но зато возможность получить в организм остро заточенный кусок металла мотивировала куда как лучше сержантских подзатыльников и лосей. Так что облачился я быстро и вскоре нёсся вперёд бодрой, целеустремлённой рысью, надеясь успеть до конца боя или хотя бы до того момента, как возможные разбойники снова соберутся с силами после победы. А ещё прикидывал, что же творится.

Нападают скорее всего на торговый караван, в Черноголовке говорили, что они выехали за день до нас, но две телеги двигаются быстрее двадцати. Мы и загружены меньше, и лошади наши свежее, к тому же есть заводные, которых мы меняем после каждого дня, да и на стоянки мы устраиваемся быстрее, как и снимаемся с них, чем выгодно отличаемся от толпы торгашей. Спасибо орчанкам, которые шарят и в лошадях и в юртах. Напасть могли и орки, степь близко, и обычные разбойники, которые сбились в крупную шайку и даже какой-нибудь охреневший в край владетель, к сожалению порой встречаются те, кому мало налогов. Нападающие не идиоты. Торгаши проехали рощу, где наверняка повысили бдительность, а потом естественным образом расслабились и были подловлены в низине. И бой, судя по звукам, к сожалению затихает.

Когда я наконец добежал, оставшиеся в строю пешие караванщики отбивались, прижатые к телегам, конных защитников вероятно уже всех выбили. Разбойники в свою очередь уже не лезли на рожон, а больше дразнили выживших жертв, издевательски предлагая сложить оружие и заодно дожидаясь, когда лучники подойдут поближе. Зачем рисковать, вот-вот вот делёжка добычи начнётся. И вот в это великолепие влетел я с здоровенным щитом, булавой на поясе и «дротиками» за спиной, один из которых тут же на ходу метнул в лучников, спускающихся с холма весёлой группой. Плохо на господ бандитов близость победы подействовала, похоже даже те, кому положено на шухере было остаться, вниз пошли, пока грабёж не начался. И это хорошо.

-Ваааааахгх!!! — раздался мой трубный глас, как только дротик влетел в стрелков, что вызвало эффект, как от взрыва и слегка ввело почти всех в ступор. Один из «сторожей» даже обернулся и получил лезвие копья под ухо от какого-то широкоплечего караванщика.

А я пользуясь моментом помчался на стрелков, стремясь разобраться с ними как можно быстрее. Всё таки хорошо иметь длинные ноги и широко шагать. Разбежаться и истыкать меня стрелами со всех сторон уроды не успели, а вот Гронд, создающий огненные вспышки при ударах впечатлил всех по самое не могу. Удары щитом были не столь красивы, но тоже вполне работали, люди всё таки по сравнению со мной существа довольно хрупкие. Стрелки с другой стороны низины начали метать в меня стрелы, но на этом склоне я к счастью закончил, а потому побежал к телегам, закрываясь щитом. Хорошо всё таки иметь добрую броню и шлем, один из наконечников как раз по забралу ударил.

Вокруг выживших караванщиков боевой душок у романтиков большой дороги пошатнулся, но всё же часть из них повернулась в мою сторону и попробовала выстроить стену щитов, ощетинившуюся копьями. Но два ряда по семь человек… Это даже не смешно. Тут не море орков, тут всё и правду больше похоже на взрослого мужика, налетевшего на детей, строй которых был с разбега пробит мои щитом. Самый невезучий в процессе хрустнул рёбрами под моим сабатоном. А потом я начал раздавать во все стороны удары, стремясь не дать копейщикам снова собраться или попасть по уязвимым местам брони. Движение сейчас было жизнью. Не дать себя окружить, нападать, а не защищаться, не давать лучникам с другой стороны телег стрелять по огромной неподвижной мишени. Но нанося очередной удар, я услышал стук лошадиных копыт и увидел то, из-за чего заорал во всё горло:

-С₽#@ ёб*₽#₽' рот!!!

В низину на коне с луком в руках скакала Фрима. Та, которая дочь вождя, полукровка и лучница не хуже, люби их в ср@ку, орочьих мужиков. Которая лишена доброй брони, огромного щита, крепкой шкуры и толстого слоя мяса на костях, который может помешать стреле добраться до жизненно важных органов. В общем пришлось с матом-перематом сначала бежать в сторону телег, снося разбойников, которым не посчастливилось оказаться на моём пути, потом сбить с ног щитом и размазать голову булавой каким-то бандитам из тех, кто сдерживал приободрившиеся караванщиков, а затем переть вверх по склону к лучникам, привлекая к себе внимание криками из серии:

-Убъю, с@ки!!!

Оные самки собаки от Фримы кстати отвлеклись, но долго по мне стрелять не захотели и просто бросились наутёк. Двух я догнал, чтоб остальные бодрей бежали, но за остальными гоняться не стал. Они уже вряд ли развернуться, чтобы поддержать своих товарищей огнём. Полуорчанка же не стояла на месте и активно портила жизнь пехоте, опрометчиво подставившей спины. Разогнанные мной копейщики ситуацию правда попытались исправить, прикрыв товарищей, но щиты у них были не ростовые. А потом кто-то увидел, что я бегу обратно и это стало для бандитов концом всего. Сначала побежал один, а потом за ним рванули все остальные. Лучница же продолжила развлекаться расстрелом опрометчиво подставленных спин. А я пошёл к караванщикам, которые и не думали пока опускать оружие, настороженно смотря на мою фигуру.

-Приветствую вас, люди — максимально добродушным голосом проговорил я, снимая шлем со своей рыжей головы в знак добрых намерений — Кто из вас старший?

-Я, господин. Меня завут Витовт Растас — вышел вперёд солидный мужик с небольшим брюшком и раной на плече — Спасибо вам за помощь. Можем ли мы узнать ваше имя?

-Эр Магнус, милостью Килана м'Осато, владетель Рирта — ответил и увидел возвращающуюся Фриму с пустыми седельными колчанами. Изнутри вновь поднялась злость на дуру, которая могла по глупости выхватить стрелу. Я крикнул — А ну быстро сюда, мать твою! Что ты творишь, демон тебя забери?!

Девушка взбодрила коня ударом пяток, подскакав ко мне, спрыгнула с него и упав на колени, уткнулась лбом в землю. Глаза у неё ещё в седле оказались на мокром месте, а в своей позе, которая в орочьей культуре наверняка что-то значит, она проговорила:

-Покарай меня, господин мой, за самоуправство, но прости.

Голос у неё дрожал. Млять. Ненавижу долбанные женские слёзы. В конце концов девка вообще-то жизнью рисковала, чтобы мне помочь, а я с ней так вот вместо спасибо. Но и спускать это нельзя, непедагогично будет. Наложницы же мне все нужны целыми, а не с лишними отверстиями от острых железок в фигуристых организмах. Млять. Трижды млять.

-Встань, женщина — наконец сказал я после долгой паузы — И не смей повторять подобное, пока не дам тебе толковую броню. Ты мне нужна живая и здоровая. Это понятно? Вот и славно. А теперь скачи к остальным, пусть подтягиваются суда — подождав пару секунд, пока она встала на ноги вскочила в седло, я добавил — И Фрима. Ты хорошо стреляла.

Слёзы на этом окончательно высохли, а девушка ускакала улыбаясь. Как мало кому-то для счастья надо. У меня же начались объяснения с караванщиками. Всё таки орчанки людей на позитивный лад тут редко настраивают, у ночных костров вообще порой страшные байки рассказывают о том, как те пленных своими клыками истязают в лоскуты. А может и не совсем байки. Но к моему счастью сплетни и слухи тут распространяются едва ли не со скоростью звука, а потому мои собеседники знали и о великане, что служит младшему наследнику и о том, что оный великан отбил у орков их баб, помимо прочих трофеев. Так что странности людей конечно напрягали, но не так чтобы сильно, а помощь с ранеными окончательно расставило всё по нужным местам. Я хоть и не жрец Света, но шаманизмом тоже можно лечить.

А пострадавших хватало. У многих всё было относительно неплохо, ранения конечностей это не самое худшее, что может случится со средневековым воином. Тут лишь бы не были повреждены самые крупные сосуды и человек быстро не умер от кровопотери. А вот с ранами корпуса и головы было сложнее. Одного парня даже пришлось погрузить в сон и натурально вскрыть. Стрела пробита желудок и осталась в нём своим зазубренным наконечником. Мои лапы были слишком велики для тонких манипуляций в человеческой требухе, но Зара и Кара поассистировали, сидя слева и справа от пациента в соответствии со своими именами, пока я находился в его изголовье с бубном и давал ценные указания, заодно запрещая крови течь наружу из сосудов, а желудочному соку разъедать внутренние органы, пока орчанки его не промыли, заодно продолжая держать бедолагу в беспамятстве. Правая и Левая же сноровисто надрезали что и где надо, осторожно извлекли стрелу, а потом прижимали края ран друг к другу, давая мне возможности срастить их примерно так, как они бы они сами заживали дня два, удерживаемые в таком положении швами. Конечно пациенту потом был предписан жесточайший постельный режим, ниток то нет, а мои наложницы его плоть больше не держат, особенно внутри брюшной полости. Но завтра я с ним ещё покамлаю, глядишь на телеге лёжа ехать сможет. Остальные пациенты были по проще, но закончил я всё равно уже ночью. Зато на орчанок люди теперь смотрели несколько иначе. Не сильно правда, но и то хлеб.

Грэха же поинтересовалась у меня во время позднего ужина наказанием для провинившейся наложницы, а заодно видимо решила расставить точки над «Ё» в плане разрешённого и запрещённого для них.

-Не произошло ничего такого, что достойно строгого порицания. Фрима помогла мне в бою своим луком и принесла хорошую добычу, это даже достойно похвалы и награды — хмыкнул я. Конный лучник — это рок несчастных, что убегают от него на равнине, так что полукровка набила богато мертвецов — Но она нарушила мои указания сидеть в рощи и поставила свою жизнь и здоровье под угрозу там, где в этом не было нужды. Это всё же должно быть наказано. Долг мужчины защищать своих женщин, а ваши раны — это мой позор. Так что Фрима — посмотрел я на полукровку — Все наши котелки после готовки до Рирта твои. А пока пойдём в юрту, я тебе трофеев насыплю.

Глава 23

Луч солнца золотого туч не скрыла пелена, а потому он упал мне на глаз и заставил проснуться. Впрочем на улице уже слышалась возня, а потому определённо пора было взбодриться и вставать. Правда последнему действию несколько мешало два светловолосых обстоятельства. Одно звали Грэхэн, а второе Васла и обе они лежали сейчас на мне. Есть всё таки в женщинах что-то от кошек, причём пожалуй этого чего-то в них даже больше, чем во мне. Я бы вряд ли смог спать на чём-то что находится в движении, а эти две мартовские любительницы помурлыкать дрыхнут и пофиг им, что с каждым вдохом и выдохом моя грудь то поднимается, то опускается. Лежат себе в обнимку и улыбаются чему-то во сне.

Картина двух блондинок, одна из которых имела выдающуюся грудь и широкие бёдра, а вторая была стройной и гибкой словно лань, была до невозможности приятной. Но я всё таки поборол умиление и положил ладони на упругие попки девушек, разминая мышцы, которые вчера славно поработали. Всё таки из-за разницы габаритов поза наездницы в нашей странной ячейке общества была самой актуальной, я сверху в порыве страсти девочкам мог случайно навредить, а потому был вынужден держать себя в руках и даже несколько осторожничать. Что по понятным причинам снижало градус и накал удовольствия, не давая отдаться процессу целиком. Так что как правило дамы устраивали скачки, а я наслаждался процессом. Конечно и тут были нюансы, к примеру я не мог дотянуться до груди партнёрши губами, чтобы приласкать её соски, но это до той, которая в данный момент «в седле». Прелести второй были в моём полном распоряжении, чем я пользовался и несказанно радовал девушек. У меня вообще сложилось впечатление, что их прежде особо как-то не ласкали. Видимо не зря Камасутра является важной частью всемирного наследия ЮНЭСКО, тяжко тут разумным без подробных инструкций о том, как всем побольше удовольствия получить, заодно достигнув внутренней гармонии. Даже эльфийки, которых готовили в именно постельные рабыни не сказать чтоб прям чем-то смогли удивить. Орки же вероятно и вовсе придерживаются концепции раздел-вставил-кончил и не пытаются творить что-то за её пределами.

Пока я размышлял, девушки наконец разматрунились и открыли глаза. Васла быстро подтянулась и чмокнула меня в губы, после чего проговорила:

-Доброго утра, Магнус.

Грэхэн слегка отстала от товарки, девушка из благородного рода не обладала столько аппетитными формами, но зато была сметливее и инициативнее крестьянской дочки. Но замялась вторая блондинка ненамного, проговорив после поцелуя:

-Доброго утра, господин.

-Имени вполне достаточно — с улыбкой ответил я, ласково проведя Грэхен и Васле ладонями снизу вверх по спинам, а потом опять легонько хлопнул по упругим попкам — Доброго утра, красавицы. Вставайте и одевайтесь, время как всегда не ждёт.

Дамы слегка зарделись, выполняя мои указания. Дело тут было не в невинных шлепках по ниже спин, ночью то они и от вещей куда как по веселее только улыбались, закусывая губы. Как не странно всему виной один из обыденных комплиментов, которыми я сыпал довольно регулярно, но девушки всё не могли к этому привыкнуть. Я же ещё в прошлой жизни вывел для себя правило, что свою девушку нужно хотя бы трижды в день радовать такими мелочами. Сейчас правда у меня оных девушек одиннадцать штук, но язык чай не сотру. Зато как сыр в масле катаюсь и греет мою попаденческую душу тот маленький нюанс, что я крайне выгодно отличаюсь от практически всех местных мужиков. По крайней мере по моему скромному мнению регулярные улыбки моих женщин указывают мне именно на что-то такое. Даже если вверх ползут уголки губ, показывая клыки Кары, несущей мне завтрак.

Со сборами мы закончили быстро и двинулись из очередной деревни в путь в составе купеческого каравана, не так давно спасённого мной, Грондом и Фримой. Можно много чего сказать о безрассудстве полуорчанки, но больше десятка трупов разбойников это больше десятка трупов разбойников. Поразмыслив, я даже действительно отсыпал девушке все её трофеи, хотя тут так делать было мягко говоря не принято. Мужчина в семье старший и всем имещуством владеет он, исключения лишь подтверждают правило. Но мне было интересно посмотреть, как Фрима ими распорядится и она меня не огорчила. Лучница посоветовалась с товарками, выказав им уважение, заодно правда напомнив, что окончательное решение за ней. В результате часть снаряжения бандитов теперь носили мои дамы и у нас стало на одну телегу больше. Купцы как-то очень быстро сдались перед напором двух эльфиек, которые твёрдо были уверены, что трофеи надо везти, не перегружая транспорт. Заодно тем же купцам часть оных трофеев была сбыта по сходной цене, а на деньги мои дамы все сплошь обзавелись луками, щитами, кольчугами и коническими шлемами в ближайшем городе, куда караван завернул пополнить «естественную убыль» персонала. На всё снаряжения бандитов конечно не хватило, не настолько те были богаты, но я без раздумий добавил. Мне мои девочки нужны живые и здоровые, а раз бандиты повстречались нам один раз, то могут повстречается и снова.

Для Витовта Растаса же моё появление стало чуть ли не материальной милостью от всех богов разом. Мужик весьма прилично вложился, собирая караван, успешно торговал по югу герцогства, где жить несколько опасно из-за близости степи, но зато земля такая, что если в неё воткнуть сухую палку, то и она попрёт в рост. Обмен зерна и прочих вещей, которыми богато крестьянство на железные изделия, шёл бойко и добравшись до восточных пределов герцогства, купец собирался переждать весеннюю распутицу да двинуть на север трактами на новоколонизированной землице. Сезон-то чай для продажи еды будет хорошим, причём чем северней, тем лучше. А в той же Нагайе можно и то же южное руно выгодно сбыть. Но бандиты чуть не пустили доходное предприятие по одному месту заодно с его учредителем. Однако вовремя появился большой и громкий великан-матершинник, который лихих людей частью поубивал, а частью разогнал, да к тому же согласился дальше попутешествовать вместе, благо ехали мы в одну сторону, к Валиле. Компания эра в пути кстати была актуальна ещё и по причине того, что местные владетели могли остричь караван с повыбитой охраной до самой шкуры. Прямого грабежа бы конечно не было, но свои услуги по обеспечению безопасности за звонкую монету навязали бы обязательно и о прибыли можно было бы забыть. Но великан с эрским званием юнит представительный, а потому помогал дипломатии. Как-то так мы и двигались, а я в дороге доставал купца расспросами.

На моём жизненном пути повстречался и жрец Света, и благородные эры и даже маг, от которых я многое узнал. Но вот купец мне повстречался впервые. А вопросы были в немалых количествах. И о товаропотоках, и разнице цен среди различных регионов королевства, и о наиболее выгодных товарах, которые стоит везти за тридевять земель и о многом другом. Да даже о тех же тонкорунных овцах, которых я хотел купить для разведения в Рирте, благо вакансии пастушек у меня ныне закрыты с запасом. Это с луками девушки с массе своей обращаются неуверенно, хоть и тренировались при каждом удобном случае, но вот не разбирающихся в выпасе скота в степи не найдёшь.

Отвечал мне купец охотно. А на тему овцеводства посоветовал не мудрить и просто купить животинок на валильской весенней ярмарке. С виноградом дела обстояли хуже. Я был бы не против начать выращивать его на солнечных склонах, вроде даже почвы с климатом позволяли, но Витовт сообщил, что без толкового специалиста лучше вовсе не браться за это дело. Ну да будем искать. В конце концов после замка можно потихоньку заняться «копанием» пещер для винных бочек, а с Авалием соорудить толковый перегонный куб, чтобы гнать что-нибудь по крепче. Тм глядишь и толкового специалиста где-нибудь сманить удастся… Если же нет, то искусственные пещеры в любом случае в хозяйстве сгодятся, пусть даже как склады и укрытия. А что перегонять на самогон я найду. Русский я или нет?

Путь же наш шёл вперёд на восход, дорога стелилась под копыта коней и мои сапоги, а погода поворачивала на весну. Я вёл счёт дней, как впрочем всегда. И в положенное время раздал наложницам указания и ушёл с ночной стоянки в степь. Переход в навь не любит многих разумных вокруг, а сегодня мне предстояло погулять.

Найдя подходящее для камлания место на небольшом холме, я сел под звёздами и позвал Михалыча. Приказ охранять был отдан мной гранитношкурому медведю беззвучно. В ответ он вальяжно рыкнул и уселся в нескольких шагах от меня. Что ж, о безопасности физического тела можно в целом не беспокоиться. Мой ворчливый партнёр если и не порвёт кого угодно, то по крайней мере даст мне время вернуться в явь. Сейчас же пора бить в бубен, ночь не бесконечна.

Переход был привычным, Гектор как всегда стоял рядом, но было одно важное изменение. Гронд не остался в материальном мире, точнее не был там целиком, его часть последовала за мной, вися на поясе. Я взял оружие в руки и взмахнул им на пробу. Остро заточенные лепестки шестопёра с гудением рассекли «воздух» нави, оставив за собой красноватый след в нём, вес же отсутствовал. Здесь оружие будет двигать настолько быстро, насколько его будут вести духи. Мой и его собственный.

-Славно — проговорили мои губы. Гектор согласно оскалил клыки.

А дальше мы вновь понеслись через навь на «запах» охотника, которому суждено сегодня стать добычей. Тёмный дух, который спрятался недостаточно хорошо, обнаружился быстро, хотя искали мы его долго. Такова специфика нави с её временем, которое шутит странные шутки, порой одновременно сжимаясь и растягиваясь. В этот раз к моему удивлению передо мной предстал не уже привычный бесформенный сухопутный спрут, а что-то вроде богомола. Несколько конечностей внизу, две косы и пара жвал наверху, фасетчатые глаза, распространяющие дымку мрака с ароматом боли… Боль, вот аспект моего врага. Что же, нам есть что на него ответить, особенно Гронду, сама природа которого нечувствительна к ней.

Шестопёр и повёл нашу партию. Там где мы с рысем могли пострадать, он принимал удары твари, что была в половину выше меня, на себя. Там где мы могли, отвлекали и терзали «богомола». Гронд же, направляемый моей рукой, развеивал духовную плоть там, где касался её своими лезвиями, просто отрицая само существование такого явления, как боль.

И это быстро стало приносить плоды. Сначала дух стремился нападать на нас, стремясь реализовать свою концепцию, но почти сразу был вынужден перейти к обороне. Только это его не спасало, нас было два, но три, он один. Мы сильны, он слаб. В условиях численного превосходства наша природа взяла верх над ним и вскоре его нижние конечности оказались разбиты в суставах и укоротились, а острые косы, существовавшие, чтобы терзать жертв, погружая их в агонию, сломались и развеялись. Остались лишь жвалы на голове, но я не спешил наносить по ней удар, а вместо этого направил свою волю с предложением.

-*Договор и продолжение существования или отказ и небытие*

-*Согласие* — размышлял дух не долго.

-*Иди. Ищи. Терзай. Уничтожь* — направил я приказ, передавая образы и имена трёх ма Жарэ, одного мужчины и двух женщин.

Дух, получив привязку, сделал шаг покалеченными ногами и исчез из того «места» где мы били. В том, что сущность боли убьёт моих врагов, которые наверняка лелеют планы мести и рады видеть великанью голову на стене в гостиной, я не особо верил. С одним шанс бы ещё был, особенно и так покалеченным мной, но о троих побитый дух просто сточит себя, потому что приказ я не отзову. А трое дворян начав страдать от боли начнут бегать по храмам и святым местам, а так же пить эликсиры и скорее всего вино. Сразу их это от неприятных ощущений по всему организму не избавит, но надёжно займёт, не давая слишком активно портить мне жизнь. Ну или как минимум не давая делать это хладнокровно. Боль вообще туманит разум. Да и глядишь нынешний градоначальник Валилы воспользуется промахами конкурентов, продолжая подкидывать им проблем. Всё мне проще, тем более что положение ма Жарэ и без того было неустойчивым, а мажор после поединка со мной по слухам так до конца и не оправился, не смотря на все усилия лекарей со жрецами.

В нави же у меня было ещё одно дело. Сделав долгий шаг и перенесясь в место по чище лёжки духа боли, я потянулся к перьям воробья, что я подобрал по дороге. Сама птица была мертва, судя по всему нарвавшись на пернатого хищника, но мне был нужен дух и сев и расслабившись, я начал его звать, чтобы сделать то, что давно следовало. Мои чувства остры, я могу многое увидеть, услышать и почуять вокруг. Но мне нужен был дальний разведчик, причём добровольный. Это тёмного духа можно напрячь на разовую акцию и он согласиться чтобы просто продлить своё поганое существование. Добровольного помощника же нужно подкреплять положительно, делясь энергией, а со мной в симбиозе и так было не очень-то мало духов для моего возраста и силы. Потому выбор и пал на воробья, а не какого-нибудь гордого беркута, который наверняка заломит цену.

Воробей явился довольно быстро, но выглядел так себе. Был он не особенно могуч изначально, а время в нави ещё больше подточило его силы. Теперь же птица была бледна и практически готовилась идти на перерождение. Я дружелюбно протянул руку и сконцентрировал за кончиках пальцев энергию, предлагая духу перекус. Отказываться от дармовщины птица не стала и подкрепилась, становясь всё бодрее прямо на глазах. А энергия быстро подошла к концу.

Воробей повернул голову на бок, вопросительно посмотрев на меня своим глазом. Я повернул руку ладонью вниз, предлагая запрыгнуть на её тыльную сторону. Теряться дух не стал. Я же поднял руку с ним и поинтересовался.

-*Дружба и взаимопомощь?*

-*Как много взаимопомощи?* — ответил вопросом на вопрос этот наглец, а рядом раздражённо рявкнул Гектор. Кот вообще был не в восторге от того, что мы берём в команду птицу, но насекомые не подходили, слишком тупы их индивидуальные духи. Брать же кого-то вроде виверны… Нет, оно конечно хорошо бы, но я пока что не великий шаман, чтоб такую дуру кормить. О драконах и вовсе речи нет, они что-то запредельное, а главное полностью разумное. Так что рысь признавал, что на что-то другое мы с ним пока рассчитывать не можем. Но всё равно был недоволен.

-*Существовать и расти в силе хватит. Или за тобой тут шаманы стадами с предложениями бегают?*

-*Раздумье. Согласие. Опасение за свою целостность и то, как долго продлится партнёрство*

-Не гадь от страха — хмыкнул я, почувствовав состоявшуюся привязку — Своих не кидаем и не жрём. А теперь пошли, в яви скоро рассвет.

Вскоре я вернулся в тело, а воробей влез в свои перья и начал нарезать круги над моей головой, стосковавшись по полёту в настоящем воздухе. Мне же осталось двинуться к стоянке. Время от заката прошло продуктивно, но тем не менее было жать, что сладенького мне не обломилось. Ну да ничего, завтра будет ночь и будет юрта, а так же двойная норма. Сегодня меня собирались оседлать эльфийки, однако к ним прибавятся темноволосые сёстры Азала и Ялни, чья очередь завтра. Будет весело.

В лагерь я вернулся перед рассветом, из хулиганских побуждений тихо просочившись по остаткам темноты мимо часовых и приземлился рядом с Грэхой, сидящей у догорающего костра.

-Ты чего не спишь?

Орчанка вздрогнула, хотя должна бы привыкнуть, что я умею ходить по кошачьи тихо. А потом просто ответила:

-Волнуюсь.

Слово это у неё получилось очень ёмким, прям сразу от него веяло тем, что без меня она с товарками в землях людей быстро ляжет в землю. Я положил ей руку на плечо и прижал к своему боку, говоря:

-Не переживай, никуда я от вас не денусь. Не дождётесь.

-Хорошо бы — ответила она слегка улыбнувшись и приобняв меня, насколько хватило длинны руки. А на моё плечо сел воробей, вызвав закономерно расплывчатый вопрос — А это?

-А это познакомься, тут у нас Джек-воробей. Джек, это Грэха-старшая, слушай её, как меня.

Глава 24

Дорога всё так же ложилась под копыта коней, колёса телег и мои сапоги. Валила, а с ней и Рирт были всё ближе. Я же в свою очередь шагал и размышлял о том, что сделал с тёмным духом и правильно ли вообще поступил.

Говоря в целом, быть шаманом, значит работать с потусторонними сущностями. С одними заключать постоянные договора, как с Гектором, Петром, Феонором, Джеком или тремя по прежнему безымянными воздушными духами, которые формально не в моей свите, но фактически не отлетают ни далеко ни надолго и пожалуй даже охотнее отзываются с тех пор, как в нашей дружной компании появилась одна наглая птица. С другими заключая разовые сделки. Так можно что-то сделать для духов, которые стоят выше меня в иерархии нави, чтобы получить знания, которые в моём деле сила едва ли не более, чем в любом другом, но не попасть в постоянную зависимость от существа, чья логика и образ мыслив корне отличны от моих. С третьими остаётся только драться, потому что они воспринимают тебя как что-то вроде еды. Вероятно моё происхождение из яви даже делает меня особенно интересным и пикантным блюдом в их глазах.

Но недавно я не развоплотил злого духа, как делал это обычно, а заключил с ним договор. От меня он требовал не делать ничего, особенно не наносить по твари добивающий удар, от него же требовалось причинять зло только трём определённым существам и ни в коем случае не трогать никаких других. Да, Рысь и Лес могли бы не согласиться с моими трактовками, для них всё есть часть гармонии нави и гармония нави есть часть всего, в том числе и таких вот духов. Но я не они и моя мораль однозначно определят духов боли, болезней и прочей дряни, как злых. Некоторые шаманы конечно ушли так высоко и далеко, что их система ценностей уже соответствует нави, а не яви, но надеюсь, что мне вовсе не придётся стать одним из них, утратив человечность. Правда из-за неё родимой договор и находился на границе серой морали, что портит мне настроение не первый день.

Вообще злых духов надо давить, но если очень нужно, то можно и исключение сделать. Звучит лицемерненько… Что ж, может я и лицемер. Леман из Руссов имел смелость произнести это, не стоит быть хуже того, часть чьего имени взял себе. Но так же, как и он с его сыновьями, я стараюсь помнить о пределах, за которые нельзя заходить, если не хочешь кончить, как Магнус Рыжий. А потому дух, выбранный мной слишком слаб, чтобы убивать и должен скопытиться сам, выполняя мой приказ, а не стать частью моей свиты. Сущности нави воздействуют на того, с кем связаны, а я не горю желанием стать маньяком, кайфующим от чужой боли. Осторожным охотником, свирепым хищником, надёжным, как камень, яростным, как огонь, свободным, как ветер… Можно быть разным. Но не жестоким, как агония или безжалостным, как сама смерть. Такое уж точно не по мне.

Однако это не значит, что я откажусь вовсе от одной из самых значимых ветвей своего пути, которая заключается в использовании обитателей нави против обитателей яви. То есть во зло им. Это часть искусства шамана и отринуть её, всё равно, что отринуть свою руку или ногу. В конце концов Феанор моими усилиями обжог в своё время морду Михалыча, когда медведь был жив, а Гронд и вовсе в сути своей злой дух. С чего бы вообще духовной сущности оружия, срисованного в моём воображении с булавы аж целого Тёмного властелина, а так же созданного убивать, сокрушать и уничтожать, быть доброй? Мой шестопёр — это самое что ни на есть настоящее зло, выполненное в металле. Я контролирую позывы своего создания без труда, но вот кому-то другому будет куда как тяжелее сдерживать суть этого орудия убийства в самом прямом смысле этих слов. Так что надо либо передавать его кому-то, кто справиться, либо требовать похоронить вместе со мной, закопав поглубже. И радоваться, что Гронд хреновина здоровая и человеку с ней не управиться. Люди и без булав со скверным нравом более чем жестоки по своей природе.

Мне же следует следить за собой и быть осторожным, как Цой завещал. И возможно даже завести кого-то, с кем можно советоваться на тему своих планов… Правда тут всё упиралось в менталитет местных жителей. Что для меня за границей даже серой морали, для них порой явление обыденное и будничное. Убивать людей, которые ничего плохого тебе не сделали к примеру плохо, но чем больше народу рыцарь покрошил, тем лучше. Хорошо хоть я на границе с орками трусь и тут междоусобиц не так чтобы много. Хотя хрен редьки не слаще, орки в лице моих наложниц оказались разумными существами без фундаментальных отличий от людей, если внешность не считать. Нет, конечно обычаи и жизненный уклад у степняков другой, но они прекрасно живут и не пьют кровь девственниц, как те же вампиры, чтоб им там в процессе икалось.

Грэха кстати как раз закончила выговаривать Ялни о недосоленном обеде и судя по стуку копыт двинулась в мою сторону. Возможно она несколько перегибает палку, когда делает остальным наложницам внушения, тем более, что всё сегодня умяли с аппетитом, не так уж там мало соли было… Но тем не менее я предпочитал не лезть в механизм, который работает. Старшая физическую силу во время управления коллективом не применяет, на личности во время выговоров не переходит, других наложниц под настроение не чмырит, так что не нужно и ломать сложившийся уклад. Лучше девушки будут в ежовых рукавицах на нежных ручках старшей наложницы, чем я офигею от одиннадцати баб, распоясавшихся из-за того, что тупой великан их разбаловал со своими идиотскими либеральными идеями. Нафиг-нафиг.

Орчанка тем временем догнала меня на своей кобылке и пристроилась рядом, спросив:

-Я не помешаю, Магнус?

-Нет — ответил я и осторожно взъерошил красно-чёрные волосы девушки — В нашем хозяйстве всё хорошо?

-К счастью да — улыбнулась золотокожая, оскалив небольшие клыки в улыбке — О хозяйстве я кстати и хотела поинтересоваться.

-Спрашивай, на что смогу, я отвечу.

-Каким будет наш дом? — задала орчанка свой первый вопрос — Ты рассказывал нам о том, что это будет замок из камня, но… Просто все интересуются, как там всё будет устроено, какими будут комнаты. А я не знаю, что отвечать.

-Ох, женщины — рассмеялся я — Оказывается вас снедают вопросы, но вы молчите. И ведь каждая же со мной и ночи проводит и вечерами у костра сидит.

-Ну у костров и чужие слушают, а ночами как-то неправильно подобные вопросы задавать, когда мужчина другого хочет — слегка смутилась орчанка, а кожа на её щеках стала чуть темнее, напомнив мне, что девушке дай духи двадцать вёсен.

Я хмыкнул. Ну да, всё как-то не до того, вечерами чужих людей много слишком близко, а внутренняя планировка замка — это информация лишь для своих, ночами подростковый организм «другого» активно требует, после скачек как-то быстро наступает сон, а утром мы уже собираемся в дорогу. Вот только сейчас настал черёд наших повозок быть во главе каравана, «торя лыжню», а старшая наложница решила, что пора бы уже решить назревшие вопросы. Может быть даже хорошо подумав и придя к выводу, что если она сама всем будет пересказывать мои слова, то это ещё немного упрочит её авторитет, как старшей. А то после пассажа Фримы, он мог слегка поколебаться. Котелки-то после готовки по прежнему её, но она трофеев принесла, одеться в брони помогла, как с лука стрелять объясняет, я полукровку тоже некоторым образом выделяю и так далее. Мда, ох уж эти женские коллективы. Кстати с луками у девочек идёт не особо. Хотя может и в недостатке практики дело, всё ведь на ходу учить приходится, а в Рирте ситуация поменяется. У меня в конце концов две эльфийки, уж им-то сами эльфийские боги велели стрелы метко пускать.

-Наш дом будет большим и светлым, Грэха. Я начал его строить, прежде чем отправится в поход, где встретил вас, но боюсь всё придётся переделывать — проговорил я, вспоминая одноэтажное каменное строение, из которого должен был появиться донжон — Раньше предполагалось, что народа будет по меньше. Но теперь есть вы и надо будет расширяться.

-Может не стоит так… — потеребила девушка поводья.

-Стоит — вновь нежно потрепал я ее по волосам, а потом начал объяснять что примерно хочу получить.

Идея просто поселить всех своих наложниц на одном этаже в моём разуме отклика не нашла. Я уж не знаю как там всё в гаремах мусульман устроено, но по мне так человек, а так же эльф или орк, имеет право на кусочек личного пространства. Без него разумные существа могут и озвереть, а на кой мне аж одиннадцать моих озверевших женщин под боком? Хуже только одиннадцать тёщ, не к ночи будут помянуты. Так что я рассчитывал выделить каждой девушке по комнате у стен, а в центре оставить свободное общее пространство для общения, рукоделия, сплетен… Ну и чем там ещё женские коллективы должны заниматься. А за основу брал коллегию Винтерхолда в Скайриме, где была башня с Залом Достижений, устроенным как раз примерно так. Только вот при попытке впихнуть в имеющийся метраж донжона одиннадцать комнат по кругу получалась полная фигня. Индивидуальные апартаменты наложниц не тянули даже на чуланы. Так что ширину строения предстояло увеличивать. Можно было конечно два или даже три этажа дамам выдать, но такими темпами башня донжона имела все шансы вытягиваться и вытягиваться в высоту… Как знать, возможно изначально Барад-Дур тоже должен был быть пониже, но потом всё как-то завертелось и у Саурона вышло, что вышло.

-Своя комната, большое окно, чтобы светло было. Мои женщины достойны лучшего — улыбнулся я — Со стеклом только надо будет дело решить, тут ценник какой-то неадекватный ломят.

-Везде так, господин — ответила наложница — Да и мало его.

-Ну это у других мало, а мы что-нибудь придумаем — ответил я, вспоминая добрым словом химичку в школе. О том, что стекло состоит из кварцевого песка, поташа и мела, она в свою очередь рассказала куда как более интересно, чем о том, как это всё выглядит в химических формулах. Ну или мои троишницкие мозги виноваты, что только первую часть объяснений запомнили. Кварцевый песок можно добыть на дне рек. Поташ белая часть золы. Мел можно купить, он тут к счастью продаётся по бросовой цене. Чай не хороший, прочный известняк для строительства и тем более не благородный мрамор. Конечно наверняка придётся подолбиться с экспериментами, но нет сомнений что на пару с Авалием мы стекло получим. Тем более, что вроде бы в древности главной проблемой стекольных дел мастеров были примеси в песке, а Пётр может их удалять без особых проблем. Так что стёклам быть и возможно даже на продажу. Но второе только после того, как я крепко встану на ноги и обзаведусь могучей дружиной, возможно даже частично из своих юных сородичей. Потому что стекло и правда очень дорогая штука в средневековье, пусть и магическом. Тут все как-то бычьими пузырями, слюдой и прочими эрзацами обходятся. За огромными деньгами в Новых Васюках на краю обитаемого мира могут прийти злые дяди и немножко убить маленького великана. А я собираюсь жить долго, счастливо и с комфортом — Всё у нас будет, дай только срок.

Следующим вопросом Грэхи была организацию труда. В степи бездельников в принципе не бывает, все члены общины работают, даже наложницы и жёны ханов не исключения. Разве что их труд обычно полегче. С орчанками в свете предстоящей покупки овец всё было понятно, уж они-то в содержании животин шарят. А вот остальных я надеялся пристроить немножко на другие должности. В идеале в моём разуме оно смотрелось чем-то вроде полного цикла производства некого готового продукта, который держит моя семья. Одни пасут, вторые, возможно вместе со мной, стригут, третьи прядут шерстяные нити, четвёртые что-то из них создают. В идеале бы что-то прям дорогое типа персидских ковров, но то дальняя перспектива и тоже сопряжённая с наличием своей бригады отморозков, способной отвадить любых борзых рэкетиров до наместника края включительно. В реальности хорошо бы изобрести ткацкий станок и гнать просто ткань. Правда о таких станках знал я прискорбно мало, а видел пожалуй только в фильме Особо опасен. Кажется там было что-то вроде двух гребёнок, которые тянули продольные нити то вверх, то вниз и челнока, который летал туда-сюда с поперечной ниткой между оными действиями… Но это был прям какой-то крутой, современный вариант. Моя поделка, сотворённая в имеющих условиях, наверняка будет куда примитивнее и возьмёт только общий принцип. Впрочем какая бы корявая не была, лишь бы работала. А пока ничего этого нет, не зеленокожим наложницам придётся трудится с шерстью в ручную. О станках Грэхе и вовсе раньше времени знать не обязательно. Может ничего дельного и не получится, а быть в глазах своих женщин балоболом — это удовольствие на любителя.

Мой рассказ старшей наложнице о планах на ближайшую пятилетку, которую никто не собирается впихивать в три года, прервал мысленный посыл от Джека. Воробей носился по небу, осматривая местность вокруг нас, а особенно впереди и заметил приличную группу людей у моста через небольшую речушку. Водная артерия конечно была не чета Каланте, но однако телеги по ней было так просто не протащить, глубина там всё таки немногим менее человеческого роста, а значит мимо моста не проедешь.

Сами люди при этом не производили впечатление разбойников. В лесу квартировала примерно половина бойцов, остальные же вольготно расположились на бережку, разбив два шатра, а главное у них были знамёна. Серебряный лев на чёрном фоне и красный бык на зелёном. Я напряг память и выудил из неё информацию по ближним и дальним соседям. Ма Лидионы и м'Абришты, причём что, млять, характерно и те и другие вассалы ма Жарэ. Похоже не только я подумал о том, как бы порешать свои мелкие трудности, не светясь лично. Только вот гуманизмом здесь кроме пападенцев, склонных к самокопанию, никто не страдает, а потому моё выживание вряд ли подразумевается. Попросив Джека снизится и сунуть клюв в лес, наросший в лесостепи из-за близости воды и вероятно частично пошедший на тот самый мост, я убедился в своих предположениях. Когда собираются вызывать противника на бой до первой крови, желая ранить, а не убить, не располагают в лесу арбалетчиков. Наверно даже в деревнях наушников держали, один из которых заранее сообщил, что я иду в составе каравана. Интересно кстати, все болты приготовлены для меня или благородные эры решили заодно пограбить торгашей, раз уж пошла такая пьянка?

Почесав репу, я оставил Грэху и отправился к Витовту сообщать об увиденном. Купец меня выслушал со всем вниманием, чай две рыцарские дружины это вообще сомнительная радость на пути. Либо разбойников ищут и растрясут тебя как минимум на провиант, либо просто растрясут за проезд. Рады купцы эров видеть только на торге или когда действительно тати напали. В принципе дальнобойщики ментов на Земле тоже не шибко любят и останавливаться на постах не особенно счастливы. А узнав о том, что у меня большие проблемы с сувереном этих конкретных рыцарей и вовсе погрустнел.

-В общем вставай ка ты тут на ночевку, не доезжай до реки. А я уж сам схожу с благородными эрами вечерком пообщаюсь.

-Может к владетелю земли обратится? — спросил купец.

-Ма Вэринэ наверняка в курсе о том, что у него на земле творится, чай сам недавно в той же партии состоял. А может и снова состоит, до меня новости и слухи в последнее время не очень хорошо доходили — хмыкнул я — Так что толку не будет. Лучше по свойски поговорю.

-Так а если с охраной двинем? — не сдался человек.

-По дороге пойдём под арбалетные болты, а по лесу, так мы получается и шли нападать, любой окрестный следопыт подтвердит под присягой и клятвами на суде у наместника. Так что лучше сам. И это, если что не так, то довези моих женщин до Валилы и помоги до Рирта добраться нормально. В долг жизни — закончил я свою речь. С орчанками разные варианты были возможны, но я купца от смерти спас, так что ему стоило выполнить мой наказ. Хотя я надеялся, что всё обойдётся.

-Чего тут тебя невзлюбили-то так?

-Суверен их в поединке до первой крови меня магией сжечь живьём попытался, формально находясь в рамках правил. А я ему дубиной руки, ноги и хребет раздробил, тоже не проливая крови на ристалище. А стало быть и правил не нарушая.

-Подобным за подобное. Но умеешь ты врагов находить, эр великан. Лучше б убил, может меньше проблем бы было.

-Ну враги не друзья, с ними вообще как-то по проще, а без них скучно — осталось мне только хохотнуть, демонстрируя позитивный настрой.

Почесав репу, я решил играть эту партию от противного с самого начала. А потому собрался идти не с запада, где меня ждут, а с востока. Чай совершить небольшой забег мне не тяжело. Вскоре я сделал крюк, обойдя засаду ниже по течению и перешёл реку вброд, держа сапоги с портянками и штаны в руках, благо сам никого поблизости не чуял, а Джек не видел. Выставлять наблюдателей далеко по сторонам и с восточного берега эры не стали, что было не очень умно с их стороны и грозило проблемами. Только вот их масштабы я осознал, когда вышел на дорогу и двинул к мосту.

Сначала ветер принёс мне едва уловимый, но чем-то знакомый запах, от которого волосы на загривке начали вставать дыбом. Порывшись в памяти и перехватив щит поудобнее, я наконец допёр, что душок напоминал дихосичий. Захотелось рычать от досады. Как всё хорошо в голове было. Весело выхожу с востока на закате, эры вот они, при шатрах у моста, арбалетчики далековато и их обзор перекрыт. Слово за слово, шестопёрам по головам и нет благородных, способных свидетельствовать, что это я на двух рыцарей при дружинах напал, а не они на меня. А потом обратно на восточный берег или вовсе сразу в лес. Сразу-то болтами не истыкают, а ночью от дистанционного оружия против меня толку мало. Это я их в свете костров в могу камнями с пращи бить на выбор. Им же за ночным хищником из освещённого круга лучше не выходить.

Только вот наличие тёмных тварей дело осложняет. Млять, ну что мне мешало Витовта уговорить повернуть южнее, имели же шансы до земли наместничьих вассалов доехать, если на ночь не останавливаться. Нет, выпендриться захотел и показать заодно всем, насколько вредно для здоровья на меня засады ставить. И теперь даже купцу просто так не объясню, что потусторонняя дрянь сама по себе появилась и я тут совсем не причём. Уж слишком удачно пошёл договариваться один с двумя дружинами. Но надо прибавить ходу, пока заварушка не началась, а то уже эры на меня нехорошее думать будут, только в храме Света может отмажусь, но до него как-то живым дойти надо. Страх же перед малефиками такой, что их предпочитают или доставлять мёртвых или бежать, чтоб не умереть, заодно пролюбив свою бессмертную душу.

К счастью на дороге меня увидели издали, но из-за широкого шага не успели поднять из леса замаскированных арбалетчиков, чтобы поставить расстрельную команду в три ряда. Как гость, прибывший на стоянку, я громко проговорил, воспроизводя старомодную осатскую просьбу о гостеприимстве:

-Приветствую, благородные эры. Горяч ли огонь ваших костров и мягок ли хлеб?

-Прости путник — мрачно ответил высокий детина с изображением быка на щите — Огонь наш греет лишь друзей, а хлеб чёрств для недругов.

-Ба, и когда же верный воин герцога м'Осато стал недругом остальных его вассалов? — задал я вопрос, переходя мост и демонстративно одевая шлем на голову в знак того, что мои добрые намеренья презрели.

-Без обид, эр Магнус — произнёс ма Лидион со львом на котте — Но сегодня присяга ма Жарэ нам важнее. Однако вы можете сделать этот вечер проще.

Рыцарь по умнее определённо закинул удочку, чтобы потянуть время. Всё таки я явился с не той стороны, что настораживало, а стрелкам нужно было дать возможность подойти. Поговорить было и в моих интересах, по моему опыту и информации Авалия тёмные твари очень слабо пахнут, раз вообще учуял, значит они близко. Долго эти ненасытные создания сидеть в стороне не будут, странно что вообще до сих пор не…

-Аааааа!!! — раздался истошный крик из леса, а я спрятался за щит, выхватывая шестопёр и принимая максимально грозный вид, чтоб в меня с дуру чем-нибудь острым не влепили.

Млять, занёс же демон на эти галеры. Мне бы с моими женщинами быть надо, а не с идиотами, которые меня убить хотели и хотят. Но дёргаться поздно, по лесу с нечистыми тварями вечером ходить опасно для жизни даже великану, а против различного малифического дерьма здесь принято объединяться даже злейшим врагам.

Глава 25

После вопля бойца из леса, события начали развиваться стремительно. Я стоял у моста, приготовившись к возможной атаки, два рыцаря и их дружинники закономерно заподозрили, что великан как-то связан с нападением на их товарищей из засады, а потому выхватили оружие и смотрели на меня с явно не добрыми намереньями. На несколько неприятно долгих мгновений всё зависло на очень тонком волоске, но к моему счастью тёмные твари показались на глаза раньше, чем мы с людьми сцепились в схватке.

-Демоны!!! — проорал выбежавший на дорогу арбалетчик, но больше ничего не успел, будучи зацепленным паутиной отвратительного гибрида членистоногого и гуманоида.

Преследователь взобрался на крупные нижние ветки дуба, выгнул брюшко и выстрелил в спину беглецу толстой нитью, которая заканчивалась чем-то вроде неширокого паутинного конуса, облепившего спину жертвы. Масса «кентавра» была значительно больше, чем у человека, так что несчастный резко остановился, лишь ноги убежали вперёд тела, заставив беднягу упасть на задницу. А ловец быстро стал подтягивать жертву к себе, как рыбак тянет рыбу спиннингом.

В секунду всё переменилось и ма Лидион, м'Абришт с присными развернулись уже в сторону дороги, готовясь встретить опасность. Я же быстро кинул булаву на пояс и достал из-за спину дротик, который запустил в стык гуманоидного и членистоногого тела «рыбака». Времени было маловато, но то что я успел разглядеть в новоявленном противнике, было отвратительным. Пауки по мне и так не были эталоном эстетического совершенства, вызывая брезгливость с гадливостью, а никак не умиление. Сейчас же к и без того неприятной картине добавился почти человеческий торс, росший из голова-груди и покрытый жёсткой паучьей шерстью. Глаз у создания было больше двух и они располагались в два вертикальных ряда, рот заменяли отвратительного вида жвала… В общем красавчик, всё как в Мензоберонзане матроны, млять, любят.

Бывшее рыцарское копьё полетело ровно туда, куда я его направил, пробив нижнюю часть пресса и войдя в том числе и в паучье тело, вызвав у создания крик боли, от которого меня аж передёрнуло. Трудно описать словами, как орёт человеко-паук ростом почти с всадника на лошади, но это точно не то, что хочется услышать дважды. Духи Великие, да я и один раз бы с удовольствием не слышал!

-Паутину жги! — заорал тем временем м'Абришт, быстро сообразивший, что зверюга хоть и орёт, перестав тянуть нить, но подыхать не спешит, а его человек по прежнему в опасности. Про огонь кстати замечание было дельное, а наличие вечерних костров радовало. В прошлой жизни я слышал, что паутина до одурения прочный материал, если здесь всё как на Земле, то рубить её занятие не очень-то перспективное. Хотя на счёт прошлой родины конечно мысль спорная, там все твердо знали, что кентавро-пауки невозможны. А тут вот бодро бегают и сноровисто людей уничтожают, кладя мохнатый болт на законы биологии.

Впрочем приступ посторонних мыслей, который часто настигал мой разум, перед жаркой дракой, вероятно замещая страх, не мешал моим рукам работать. Остальные дротики я решил поберечь и взялся за пращу, раскручивая камень с поясного подсумка. Булыжник предназначался, чтобы кошмарить ночью людей, а сейчас полетел спасать одного из них. Восьминогий кентавр нагонял очередного арбалетчика, успевшего выбежать на дорогу и держал в руках примитивное копьё с наконечником из обломка косы. Снаряд попал преследователю ровно в жвала, голова откинулась назад, как-то противоестественно повиснув на шее. Восемь ног правда продолжили бежать ещё несколько шагов, лишь потом запутавшись сами в себе. Слава духам, всё таки башка у этих тварей важный орган. Были опасения, что ничего сильно нужного кроме глаз в ней нет. Если на биологии мне не врали и память не подводит, у пауков нет мозга, вместо него широко распространена нервная ткань по всей тушке. Но тут похоже в наличии был центральный процессор, который было можно и нужно ломать. Тем более что восьмиглазые бестолковки отвратительных тварей солидно возвышались над людьми и я мог бить поверх пехоты.

Но вообще тактическое положение конечно было так себе. В обычной ситуации воины со щитами, копьями и прочим контактным оружием встречают натиск врага, а стрелки метают гостинцы из-за спин своих товарищей. Здесь бойцы первых линий запирали мост, а арбалетчики готовились ударить с двух сторон дороги то ли по мне одному, то ли по всему купеческому обозу. Теперь имеем, что имеем. Стрелки бегут под защиту контактных бойцов, но не успевают, а я не пулемётчик, чтоб кардинально решить членистоногую проблему. Да и в подсумке уже почти ничего не осталось, камни — это не патроны, их много не потаскаешь, а на бережок сейчас не сходить, чтоб поднабрать ещё.

Тем временем дружинники рыцарей выстроили у моста стену щитов, оставив по центру проход, в который вбегали выжившие стрелки. Следовало признать, что у вассалов ма Жарэ и их воинов определённо есть и яйца и отличная выучка, тем более, что оба рыцаря встали в первый ряд, как раз готовясь закрывать проход в строю. Поступок не трусов, что тут ещё сказать. Я же отправил последний булыжник в очередного арахнида, в этот раз правда попав в его верхнюю грудную клетку, а не голову, а потому к сожалению не убив урода наповал, после чего матернулся и двинул боком по проходу. Нашему жидкому строю нужен был волнолом от надвигающихся тварей и я годился на эту роль куда больше, чем два обычных человека, пусть они и рыцари, с детства натасканные на войну. Хотя от перспективы получить с флангов двух эров, которые хотят мой смерти, а с тылу выживших арбалетчиков, для которых моя спина идеальная мишень, седалищный нерв явственно чесался. Но все остальные варианты были ещё хуже.

-Двиньтесь, млять — буркнул я, установив свой щит между ма Лидоном и м'Абриштом, закрывая спину, протискивающегося у моих ног последнего арбалетчика и по удобнее перехватывая дротик. Это конечно было не моё копьё, которое я не посчитал нужным брать для драки в лесу, но в стою можно и таким обойтись, тем более, что мои руки длиннее человеческих и я в любом случае имею фору.

А через несколько секунд в стену щитов ударили «пауки». Набежавшего на меня восьминогого кентавра я встретил ударом копья в шею, но он всё равно навалился на мой скуттум, заставив крякнуть от натуги. Тварь была тяжёлой, разогналась прилично, а пятку дротика я в землю не упирал. Извлечь копьё быстро возможности не было, так что я взялся за Гронд, натурально замесив двух нечистых существ, насевших на рыцарей по бокам от меня. А потом размазал голову твари, полезшей с фронта по трупу своего товарища, что ещё подёргивал мохнатыми лапами.

Маленький полукруглый строй же держался, хоть и нёс потери. Всё таки осатские воины свой хлеб с маслом и икоркой кушали не зря и драться умели очень хорошо. Другие на границе с орками давным-давно бы умерли или примерили рабские ошейники. Здоровенные же пауки напали безумной ордой, более напоминающей стаю диких животных, чем дисциплинированное войско. По сути на их стороне были только физические параметры и внезапность, которая уже была утрачена. А дисциплина, навыки и доброе, стальное оружие на нашей. Арбалетчики же стреляли из-за спин передних рядов, благо эти кентавры были тварями высокими. Хоть какое-то, млять, положительное отличие от дихосов, которые и мордами посимпатичнее и такими стадами не ходят. Лишь пахнут подозрительно похоже.

Вдруг картина боя резко изменилась. Ещё мгновение назад членистоногие наседали на нас, бойцы кололи их копьями и рубили мечами, а я месил шестопёром очередного урода с дубиной, истыканной кусками сельскохозяйственных инструментов на манер лезвий. Но вдруг твари отступили, отойдя за деревья, как будто беспрекословно исполнив чью-то команду. Вслух я правда озвучить эту мысль не успел, потому что по передней линии выстрелили несколько нитей, начав споро утаскивать бойцов в лес. Ударили две такие и в меня, но почти мгновенно сгорели в пепел. Феанор был духом неглупым и защищал своего непутёвого товарища из яви. А вот на паутину, настигшую остальных бойцов, его пламя пришлось направить. К счастью далеко никого утащить не успели, лишь один бедолага был захвачен новой нитью, но я спалил и её, выйдя на пару широких шагов из строя и прикрыв на всякий случай невезучего солдата щитом. Сейчас каждый боец маленького войска был на счету, ночь ведь только начиналась.

Однако мои действия возымели неожиданный для меня самого эффект. Огненные вспышки от Гронда не спешили поджигать нечистых созданий, но вот пламя Феанора очень резво перекинулось с паутины на шерсть трупов перед строем и они почти мгновенно запылали. Бойцом пришлось отойти от жара назад, уплотнив арбалетчиков, но по крайней мере в нас пока никто больше не пытался стрелять долбанной склизкой паутиной из задниц.

-Ха-ха-ха — вдруг прорезал едва начавшуюся ночь мелодичный женский смех — Как благородно и как глупо с твоей стороны защищать тех, кто хочет убить тебя.

-Покажись, демон — рявкнул «львёнок» рядом со мной.

-И что это изменит, о благородный рыцарь? Если я подойду к вам по ближе и предстану во всём блеске, ты передумаешь поступать так, как хотел? — мягкие дамский голос спросил с насмешкой, после чего добавил — Сам воздух здесь отлично помнит, как ты хотел привезти голову великана своей госпоже.

Из под шлема рыцаря раздалось рассерженное сопение, а потом он всё же нашёлся с ответом:

-Здесь нет тех, кто поднимет оружие на товарищей, с кем стоял в одном строю.

-Слова, всего лишь слова, смертное существо — снова ответил голос, чьё направление я никак не мог определить, хотя повесил шестопёр на пояс и приготовил дротик — Ты и сам в них не веришь. Сегодня может и не ударишь в спину, но завтра долг заставит тебя выполнить приказ. Так благородно, так глупо, как вы и любите. А потому могучий воин рядом с тобой размышляет, возможно не стоит ждать нового дня?

-Х@ёво у тебя с чтением мыслей — громко сказал я со всей солдатской прямотой, а потом добавил, памятуя о том, что любители человечины обычно жутко бесятся от идеи, что их самих будут жрать — Я думаю о том, чтобы запечь тебя с чесноком и запить винцом.

-Знаешь, а я ведь хотела предложить тебе уйти живым — тембр голоса едва уловимо изменился, но мои чуткие уши поймали и неверную ноту и наконец-то определились с направлением. Тварь была слева, почти у реки, вероятно маскировала своё присутствие магией и возможно готовила гадость для наших стрелков, пустивших не мало паучьей крови, метя в отвратительные головы — Меня ведь интересуют лишь они. Впрочем если ты меня хорошо попросишь, я возможно и сделаю тебе подарок. В обмен на будущую услугу.

Подавив смешок, я ответил:

-Ага, всего-то надо наобещать тебе с три короба и выйти из строя в лес, где меня можно будет задавить числом. Я может и здоровый, но не тупой.

-Я могу поклясться самой Вла…

В последней фразе тон мелодичного голоска вновь слегка изменился. Некоторые мои знакомые порой так говорили, объясняя прописные для них истинны и даже иногда закатывали глаза. Так что я не удержался и в надежде на то, что тварь слегка потеряла бдительность за болтовнёй и поддержанием маскировки, которая вероятно давалась с трудом, метнул дротик на голос. Через мгновение резкий визг, напоминающий звук работы циркулярной пилы, ударил по ушам. Похоже можно было утверждать, что я попал. Жаль конечно, что не насмерть, но угодить копьём прямо в глотку твари было бы уж слишком хорошо.

Любительница же ночных разговоров продолжала визжать и её подопечные похоже воспринимали данный звук вполне однозначно. Как сигнал к немедленной атаке. Так что членистоногие вновь попёрли на нас. Но опять опираясь лишь на то, что дала им природа, свою ярость и паршивое оружие. Впрочем чем больше я думаю о этих противоестественных гибридах, тем больше склоняюсь к мысли, что природа тут как раз не причем.

Только вот времени на подобные размышления у меня вдруг не стало и мир сузился до полукруга передо мной, в котором я могу кого-то ударить Гроном или сжечь с помощью Феанора. Оба духа неистовствовали, плоть отвратительных созданий провоцировала сущность огня сжечь её к демоновой матери, булава же пела в моей руке, наслаждаясь каждым ударом, который сокрушал кости и рассекал плоть отточенными лепестками. Это была настоящая феерия уничтожения, не тренировочный танец с воображаемыми партнёрами во дворе кузни и не жалкие топталки уровня сельской дискотеки с бандитами у купеческих телег, но истинный концерт разрушения, во время которого моя душа пела в унисон с духами. Гронд, Феанор и Гектор буквально утащили мой разум в какое-то странное состояние, где нет ни страха, ни мыслей, ни сомнений. Лишь танец, каждый шаг и каждое движение в котором направлены на уничтожение. Взмах булавой, что гудит лезвиями, рассекая воздух, а затем разносит в труху башку арахнида. Затем короткий подшаг с началом нового замаха Грондом и одновременный удар верхним углом щита в подмышку кентавра, замахивающегося копьём. Опять удар шестопером, обрывающий жизнь новой нечистой твари во вспышке бардового огня и резкий пинок сабатоном по суставу лапы нового врага, что заставляет его на мгновение потерять равновесие и получить удар копья в лицо от война из строя. Арахниды в пределах досягаемости Гронда заканчиваются, я издаю разочарованное рычание и направляю огонь Феонора вперёд и сам иду следом. Туда где есть те, с кем модно продолжить танец, что не должен прекращаться. Моя кровь кипит, а шлем давил на подросшие уши.

И так длилось до тех пор, пока шестопёр не опустился на голову последнего паука, сокрушив и её и часть «человеческого» торса. Поняв, что танцевать больше не с кем, я был почти готов заплакать, но усилием воли взял себя в руки. Хорошо хоть из-за забрала выражения моего лица никто не видел. Великан, что моськой напоминает ребенка, у которого только что отняли конфету — это наверняка зрелище не для слабонервных. Особенно для тех, кто хотя бы в теории похож на «конфеты».

Люди же в данный момент вид имели побитый, но несломленный. Я посмотрел на них долгим взглядом, а потом с некоторым трудом выдавил из себя:

-Надо найти тварь, что говорила с нами.

-Ночью гоняться за ней по лесу будет опасно — заметил «львёнок».

-Готовьте факелы, не дадим демонице уйти — «бык» же сомнений похоже не испытывал. Нечистая тварь ранена, нечистую тварь надо добить, пока не оклемалась. Красное писание одобряет и говорит «Молодца!».

А вот я вернулся в адекватное состояние и у меня опасения с сомнениями были. Погоня по ночному лесу за тёмной тварью и правда была не самым безопасным в мире занятием, тем более, что пауки продемонстрировали умение лазать по деревьям. Впрочем о дамочке мы знали вообще одно большое ничего, в местном «фольклоре» демоны были весьма разнообразны. Силаниль с Авалием, которые владели несколько более достоверной информацией, тоже утверждали, что видов у нечестивых разумных созданий немало. Косвенно это подтверждалось ещё и тем, что о кентавро-пауках при мне вообще не упоминали, может мы даже первооткрыватели. В общем наша противница в теории вообще может выглядеть как угодно. Впрочем какая разница, встанем на след и будет видно паучьи у неё лапы, раздвоенные копыта, щупальца или что-то другие.

Факелы дружинники организовали быстро, хотя их стоянка конечно оказалась разгромлена в хлам. Но как известно хороший солдат достанет всё что угодно, если его правильно замотивировать. Так что мы быстро выдвинулись в лес вдоль реки, пытаясь сохранять строй среди деревьев и держать выживших арбалетчиков в его центре. Оказалось таковых семь штук, контактных бойцов же уцелело двенадцать, включая обоих рыцарей. К моему удивлению раненые были только легко, паук либо слегка задевал свою жертву, либо бил насмерть. Середины как-то не случилось.

На берегу обнаружился мой дротик, древко которого было сломано и заляпано кровью. Натекло последней субстанции тут немало, попал я похоже всё таки довольно удачно. Так что дальше кроме следов восьми лап нас повели вперёд и кляксы на земле. Я втягивал ноздрями воздух раз за разом, всматривался в темноту и наконец увидел тварь, которая сделала крюк и подбиралась к месту битвы по дуге.

Говорить словами о том, что вижу, я опасался, духи его знают насколько острый слух у этого создания. Может и не хуже моего быть. Само же оно по лесу двигается на удивление тихо. Знаками общаться было тоже тяжеловато, но я более менее дал понять, что уже разглядел тварь и попытаюсь напасть на неё один, а остальным следует продолжить идти по кровавому следу. Капало с неё здорово, тут было не сбиться наверно даже в свете лун. После секундного размышления ма Лидион кивнул, его товарищ спорить не стал, просто зыркнул на меня. Может даже опасался, что я свалю по тихому.

Последнее в мои планы не входило, хотя некоторое искушение конечно наличествовало. Загнанный в угол зверь самый опасный, было бы неплохо оставить его вассалам ма Жарэ. Но… У меня аж в носу свербело от желания убить эту тварь. Дело тут было даже не в том, что из разговоров сначала с жрецом, а потом с магом, я вынес, что демонов стоит уничтожать без сомнений и компромиссов, уж слишком это поганые твари. Природа духов желала раздавить тварь, а учитывая то, что Гектор был по сути частью меня, это была и моя природа. Именно она гнала меня вперёд.

Тварь же держалась верхними конечностями за грудь и доковыляла наконец до остатков лагеря, где быстро схватила труп неудачливого арбалетчика, убитого в спину и впилась в него зубами, а небольшим жалом в конце паучьего брюшка проткнула живот ещё одного тела, лежавшего рядом. Что будет дальше, я дожидаться не стал и метнул дротик, подобравшись наконец на расстояние, с которого не особо боялся промахнуться.

Собрат рыцарских копий пошёл хорошо и пригвоздил тварь к дереву у обочины, рядом с которым создание стояло. Наконечник пробил грудь примерно там, где у людей находятся нижние рёбра и заставил паучиху дёрнуться от боли, выронив тело, которое она грызла. Не теряя времени даром, я рванул вперёд, стремясь добить врага, пока кентаврица не снялась с копья и не выкинула что-то ещё. Хватит и экспресс-трапезы для восстановления сил.

Тварь заметила меня, трудно было этого не сделать, когда такой лось ломится через подлесок. В свете догорающих костров и паучьих останков, можно было разглядеть, как она повернула голову. Краем сознания я отметил, что жвал на женском лице нет, а торс не покрыт шерстью. В целом девка, как девка, если бледную кожу, восемь глаз и огромную, отвратительную паучью тушу вместо ног не считать. К счастью у меня не было времени, чтобы задумываться о том, кем надо быть, чтобы создать такой гибрид. Я просто влетел на дорогу у моста и пустил в ход булаву, круша лапы членистоногого, которым оно попыталось от меня отбиться с криком:

-Нет! Нет, тварь!

Голос у существа уже был далёк от бархатистого, напоминая надтреснутую ржавую пилу, возможно дротик повредил диафрагму… Если конечно в этом теле вообще есть лёгкие. Но в любом случае я не удержался от реплики:

-Да, тварь! Да!

С последним словом Гронд доломал лапы и ударил в стык двух половин, а я закрылся щитом от потока крови, вплеснувшегося из рта противоестественного создания. Лезвия рассекли смятую брюшину, а новый удар булавы под подбородок поставил точку в жизни твари. Я же развернулся к наконец добежавшим до остатков своей стоянки людей.

-Тьфу, мерзость — сплюнул м'Абришт, рассмотрев нелицеприятную картину.

-Кто б спорил — хмыкнул я, а потом добавил — Слова о мире между теми, кто стоял в одном строю по прежнему в силе?

-Да — буркнул «бык», его не столь крупный товарищ просто кивнул.

-₽@#= — вдруг заорал один из дружинников — Он шевелится!

Вторая реплика относилась к животу трупа, недавно познакомившегося с паучьим жалом. Брюхо мертвеца стало вздуваться и действительно явственно шевелиться под одеждой. Зрелище было специфическим, так что извращённое богохульство из уст воина было более чем оправдано. Внезапно ткань одежды арбалетчика и вероятно плоть под ней пробили паучьи лапы. Оказавшийся ближе всех боец с хеканьем рубанул мечом по пытающейся выбраться из живота твари и трупу заодно, а потом добавил ещё несколько ударов на эмоциях да и просто на всякий случай. Я передёрнул плечами и посмотрел на жало, которое видимо было яйцекладом или чем-то вроде него.

-Вот это была мерзость. Одиннадцать мерзостей из десяти, что их — выговорил я, вдруг почувствовав лёгкое онемение кожи там, где мелкие капли крови из пасти паучихи, попали на мою кожу — Надо проверить все трупы на всякий случай.

-И сжечь их — дополнил мысль ма Лидион.

-Эры, у вас вино есть? — спросил тем временем я.

-Зрелище оказалось слишком даже для великана? — хмыкнул м'Абришт.

-В крови у этой твари что-то было, у меня кожа, млять, немеет и мне это ни хрена не нравился — буркнул я в ответ, стягивая перчатку с правой руки. Доспех это штука хорошая, но он не герметичный костюм химзащиты — Надо обработать кожу, может поможет.

Все резко засуетились, а я попросил Феанора выжечь имеющуюся кровь на коже. С этим дух без труда справился не причиняя мне особого вреда. С тем, что проникло к организм было сложнее. Созданию огня просто так не разъяснишь какую часть химических соединений, которые уже являются частью моего тела, нужно уничтожить. Он меня и целиком может развеять в пепел, тем более, что онемением дело не ограничилось, яд похоже начал свою работу.

Я прислонился спиной к ближайшему дереву и сполз по нему на землю, ноги становились ватными и лучше было сесть контролируемо, пока просто не упал. Тем временем вино мне притащили. Я всё хуже слушающимися руками стянул шлем, просто присосался к фляге и выдохнул:

-Поздновато уже что-то протирать, тело всё хуже чувствую.

-Жреца надо — выдал кто-то мысль из задних рядов.

Правда ближайший не близко, а дышать всё тяжелее. Хм… Но сознание по прежнему оставалось ясным. Я зацепился за эту мысль, пытаясь снова вдохнуть поглубже. Ещё в прошлой жизни слышал о каком-то ярком австралийском осьминоге, чей яд вызывает паралич и жертва в итоге просто задыхается, но до последнего всё понимает и чувствует. Просто не может вдохнуть, а тем временем сердце перестаёт биться и мозг умирает. Неприятная смерть. Но из меня по крайней мере не вылезет долбанный паук великанских размеров с шерстистыми лапами.

Глава 26

Сознание медленно, но неотвратимо уплывало от меня из-за недостатка кислорода. Лёгкие всё с большим трудом делали каждый новый вздох, который захватывал из атмосферы меньше воздуха, чем предыдущий. В глазах темнело, все цвета от углов зрения сливались в один серый. И я решился на отчаянный шаг.

Если нельзя никак помочь себе в яви, то следует попытаться сделать это из нави. Была конечно опасность потерять дорожку к своему вместилищу, ведь возможности войти в медитацию, начав стучать в бубен колотушкой, не было. Но по логике вещей мне не должно понадобится удаляться от физического хоть куда-то, работать я буду именно с ним. Да и хуже чем есть вряд ли будет.

Мой дух почти привычно выскользнул из тела и я восмотрел на себя со стороны, находясь в ближайшем к тварному миру слое нави. Видок был так себе, моё лицо посинело, глаза закатились, а с губ на бороду подтекала слюна. Но к демоновой матери внешность, следовало заняться работой. Всё упиралось в дыхание, за него я и взялся. Большим знатоком биологии или анатомии меня не назвать, но о том, что лёгкие не имеют своих мышц, а расширяются за счет диафрагмы и изменения объёмов грудной полости, мне было известно. Заставить сократиться межрёберные мышцы или оную диафрагму я не мог, они приводились в движения электрическими сигналами от нервной системы, которые я не мог взять и подделать, даже заимей внезапно электрического духа, вроде того, который достался старому Йару от молнии. Вместо тонкой манипуляции можно было получить выжженную до состояния золы нервную ткань и большую часть тела. Собственно по той же причине я не мог воспользоваться помощью духов воздуха для искуственной вентиляции лёгких, они могли, перестаравшись, резко взять и надуть мою грудную клетку так, что она лопнула бы на манер мясного воздушного шарика. Подобные вещи надо очень хорошо тренировать в спокойной обстановке и на подопытных, которых не жалко.

Потому я просто взял и положил свои призрачные руки на грудь физического тела и надавил, выпуская скопившийся углекислый газ. А затем потянул грудь на себя, делая новый искусственный вдох. И потом повторил цикл. Это было не идеальное решение, но оно работало. Был у такого способа пожалуй единственный минус, он отнимал силы, как любое действие в нави. И было не ясно, что закончится раньше, они или паралич. К тому же выяснилась ещё одна неприятная деталь, сердцебиение моего тела замедлялось. Я надеялся, что яд затронул только обычную мышечную ткань, но похоже досталось и особой поперечно-полосатой из которой состоит главный насос в моём организме. Это было дерьмово. Через какое-то время я уже одной рукой поднимал и опускал грудную клетку, а второй, прошедшей внутрь тела, сжимал и разжимал сердце, заставляя его качать кровь. Начав процесс я опасался, что просто угроблю кровяную помпу, но к счастью в нави большое значение имеет не только само действие, но и стремление. А потому пока что моё сердце работало.

-Всё так же противишься естественному ходу вещей? — раздался вдруг ироничный голос, от которого я покрылся бы холодным потом, если бы пребывал в своей тварной оболочке.

-Не вижу ничего естественного в смерти во цвете лет — ответил я, стремясь сохранить концентрацию, но не имея возможности смолчать. Если мрачный жнец вдруг обидится на то, что я его игнорирую, то вряд ли это приведёт к чему-то хорошему.

-И всё же твоё тело умирает, но ты с упорством, достойным лучшего применения, заставляешь его прожить ещё немного, вместо того чтобы пойти дальше.

-Да — не стал я отрицать очевидного — Заставляю и буду заставлять, пока у меня есть силы. Возможно меня дотащат до жреца. Возможно найдётся противоядие или какое-то зелье на крайний случай в загашнике у рыцарей. Я не сдамся просто так.

-Даже если именно так и будет лучше? — ответила фигура в площе из антрацитового мрака, войдя в поле зрения и присев на труп паучихи.

-Кому лучше? Моим друзьям? Тем, кто рассчитывает на мою помощь? Моей семье, которую скорее всего поубивают? — проворчал я в ответ

-Наложницы уже стали семьёй? — из под капюшона раздался лёгкий, ироничный смешок.

-Мне плевать, как тут таких принято звать. Я сказал, что думаю — осталось мне буркнуть, вновь сокращая сердце и давя на грудь в очередной раз.

-Это порочный путь — произнесла безликая фигура.

-Защищать тех, кто тебе дорог?

-Защищать их любой ценой. В том числе и нарушая естественный ход вещей.

-Звучит притянуто за уши. Без обид — добавил я. Вести дискуссию с собственной смертью о философских вопросах, одновременно чуть ли не пиная своё тело, чтоб не смело сдохнуть. Было в этом что-то сюрреалистичное. Особенно в том, что Мрачный жнец поддерживает беседу. Какой я у него по счёту, сколько в моём порядковом номере цифр, насколько мы все задолбали работника косы и балахона… Способен ли он вообще задолбаться, ведомо ли ему профессиональное выгорание?

-Нет, не ведомо — ответил Жнец, вновь напомнив, что мои мысли для него, как открытая книга — И нет, не притянуто. Собственно столь нежно любимые тобой вампиры появились похожим образом.

-Нарушали порядок? — невольно приподнял я призрачную бровь.

-Чтобы защитить тех, кого любят. Один талантливый маг нашёл способ создать гибрид живого и мёртвого. Не тупой скелет, сшитый из мертвой плоти кадавр или даже лич. Он сотворил внешне живого человека, который сохранял память, навыки, характер и большую часть набора мотиваций, что имел при жизни. Но при этом после смерти стал много быстрее, сильнее, выносливее и живучее, чем был при жизни. Причём для поддержания существования ему всего-то и надо было, что немного жизненной силы тех, кого он защищает. Некроманты, личи и их костяки в той войне пали перед благородными Рыцарями крови. Рассказывать, что было дальше?

-И так понятно — не радостно ответил я — Сначала упокоиться не дал страх новой войны, потом просто страх смерти. Затем родилось нежелание видеть, как стареют и умирают их близкие. А сейчас имеем что имеем. Расскажи только, что в итоге стало с тем магом-изобретателем?

-Был убит ещё до конца войны и не увидел того, что получилось в итоге.

-Повезло — ответил я, не представляя какого бы было мужику, узнай он правду. Создать не защитников людей, а паразитов, расползжихся по многим мирам… Это не «хотели как лучше, а получилось как всегда», тут всё куда как паршивее.

-Не передумал?

-Я ни у кого ничего не краду и не рассчитываю на вечную молодость ни для себя ни для кого-то ещё. К тому же может действительно не довезут меня ни для какого жреца и я с тобой уйду, а наш диалог станет бессмысленным.

-Диалог всегда осмыслен, юноша — раздалось иронично-наставительное замечание из под капюшона — Некоторые вещи оставляют более глубокий след, чем некоторые думают. К тому же вас уже начинают грузить на телегу, а мне пора проводить этих милых созданий до мест, где их никто не дозовётся.

С последними словами Мрачный жнец встал с туши паучихи, блеснула в ударе коса и в её лезвие засосало в себя дух странного создания. Рассмотреть кисти рук, державшие инструмент, я не успел, наверно оно и к лучшему. Сделав своё дело Незваный гость исчез и я почувствовал, как пропало давление, оказываемое его присутствием и его силой. Это было приятно, но вместе с тем делало ситуацию опасней. В присутствии подобной сущности не один тёмный дух не мог бы мне помешать работать, падальщики сидели бы по норам, пока чуяли присутствие альфа-хищника. Теперь приходилось оглядываться через плечо в навь.

Моё же тело общими усилиями грузили на уцелевшую телегу, скинув с неё провиант. Рыцари были людьми предусмотрительными и путешествовали с комфортом, даже жаль, что этой ночью их шатры сгорели. Я же продолжил работать, заставляя сердце качать кровь, а грудь вдыхать и выдыхать. Было странно смотреть на свою полупрозрачную руку, погружённую в свою же грудь, но это пожалуй была меньшая из проблем.

А вот слова Мрачного жнеца заставляли напрягаться. Его история появления вампиров на свет выглядела вполне правдоподобно. По крайней мере я не видел причин с чего бы такой глыбе заморачиваться, чтобы пытаться обмануть кого-то незначительного вроде меня. И готов был поверить, что благородное начинание скатилось в лютый трэш, угар и содомию. Не оно первое, не оно последнее, так как раз чаще всего и бывает. Только вот я скатываться до состояния «кровосос обыкновенный» не хотел. То, что я не жру для выживания людей и вообще не стремлюсь к вечной жизни в имеющемся теле — это конечно хорошо. Но Рыцари крови тоже вероятно начинали неплохо. Так что мне похоже стоит следить за собой и быть осторожным. Если конечно сейчас не сдохну от яда паучихи, который она выхаркнула вместе с потоком крови из пасти, когда я ей желудок с кишками Грондом в позвоночник вбил. Если у этого гибрида в «человеческой» половине на месте присутствует положенная требуха, а не что-то другое.

Путь до ближайшей деревни запомнился мне смутно, я качал и качал, телега ехала, вокруг что-то происходило, но я был слишком занят, чтобы отвлекаться. Как всё таки приятно, когда твоё тело работает так, как ему положено и насколько же погано, когда что-то в нём выходит из строя. То, что ещё недавно воспринималось как должное, теперь кажется божьим даром.

К счастью для меня дозу божественной силы сегодня утром получил и я. Меня затащили в часовню Дисы, когда мои призрачные руки уже отказывались меня слушаться. Духам неведома усталость мышц, но мы теряем энергию на действия. У нас с моей свитой таковой осталось чертовски мало, но я выжимал себя, как половую тряпку и тоже самое делал со своими подопечными. Жизнь ведь только наладилась, семья появилась, дом стоить надо было на собственной земле, беспокоить из Осатомона меня должны были перестать и я мог бы наконец отдохнуть от волнений с опасностями. Но почти у калитки в родной двор случилось это гнусное дерьмо. Я очень хотел жить, мне было ради чего и кого это делать, а вот умирать не осуществив свои планы и не оставив после себя детей уже во втором мире до зубовного скрежета не хотелось. Так что волшебное сочетание морковки спереди и морковки сзади творило чудеса, заставляя прыгать выше головы. И я дотянул до жреца.

Диса была покровительницей животного мира, навроде земной Артемиды, а так же родовспомогательницей. Конечно храм света или бога врачевания с соответствующими жрецами могли бы помочь больше, но я явно был не в том положении чтобы перебирать, а потому радовался имеющемуся счастью. Особенно когда почувствовал, как божественная магия буквально выжигает постороннюю примесь в моём теле, развеивая её в ничто. После того, как это произошло, сам организм начал сначала робко, а затем всё сильнее бороться за жизнь. Прикладывать усилий к сокращению сердце и работе лёгких приходилось всё меньше, а потом они наконец заработали сами и я натурально упал в своё тело на остатках силы воли. Всё таки счастье быть шаманом, что стоит между двух миров, имея возможность воздействовать на оба.

Приходя в себя и возвращаясь из беспамятства в реальность, я смутно помнил, что между путём в храм и этим моментом было что-то ещё. На периферии памяти смазались глаза с вертикальными зрачками, но воспоминания о снах ускользнули от меня, едва я понял, что всё таки проснулся. Приоткрыв веки, я увидел, что нахожусь в небольшом зале с каменными стенами на весьма немаленьком матрасе, укрытый шкурой Михалыча. Поинтересовавшись у духа где мы, я получил в ответ недовольный ментальный рык, который можно было перевести примерно так: я к тебе, мудаку, в шпионы и дойные коровы не нанимался, разбирайся сам. Похоже кое-кто был обижен выкачиванием из него сил и пока я всё не возмещу собирался всячески выражать своё недовольство. И ведь не докопаешься же до него, по договору поток энергии должен был идти от меня. Черпать медведь из своего колодца разрешил, все таки был заинтересован в моём выживании и продолжении нашего партнёрства, но радости ему ситуация не добавила. Проверка остальных духов показала, что они пока и вовсе в ауте, а Джек вообще чуть не развоплотился.

Вдруг дверь приоткрылась и в неё осторожно протиснулась рыжеволосая, веснушестая девушка с какой-то крынкой. Правда увидев мои открытые глаза и повёрнутую в её сторону голову, она ретировалась с умопомрачительной скоростью. Я даже сказать ничего не успел! Но к счастью не прошло и минуты, как в зал ввалилось знакомое лицо.

-Очнулся наконец! — вполне радостно сказал ма Лидион, одетый в что-то вроде камзола с вышивкой своего герба на груди и имеющий припухшие веки — Мы уж опасались, что так и помрёшь.

-Не дождётесь — как-то почти привычно буркнул я, садясь. Тело слушалось с трудом, но слушалось — Долго я валялся без чувств? И где мы вообще?

-В Валиле мы, ты две недели уже провалялся.

-То-то жрать хочу как не в себя — пошутил я — Караван-то вас нагнал?

Рыцарь на несколько секунд задумался, а потом похоже сообразил о чём его спрашивают.

-Торгаши-то с твоими бабами? В купеческом дворе сидят, что им будет. Ты сам как вообще?

-Для того кто чуть не скопытился от демонического яда на удивление неплохо. Что с демонами кстати, мы никого не пропустили?

-С демонами не хорошо получилось. Ну точнее как. Хорошо, что мы их перебили, включая главную тварь, хреново что они часть пленных утащили ещё в начале.

-В смысле?

-В плохом — буркнул рыцарь, было видно, что тема ему неприятна — В каком ещё, млять, смысле демоны могут кого-то в плен брать? Часть арбалетчиков за деревьями в кустах спеленали и эта тварь их тоже того, пауков в брюхи в общем подселила. Только те не так быстро зрели. В общем мы тебя на телегу и к ближайшей часовне. И соратника спасти и самим проверится, чтоб вдруг тоже падать не начать. А бедолаги оказывается висеть в коконах на ветках остались.

-И вызрели уже после вашего ухода?

-Ага. Причем вырезали на следующую ночь целую деревню. Те, что на нас тогда пёрли это оказывается так, задохлики были. А вот эти восемь тварями по серьёзнее оказались. И главное поумнее.

Слушая рассказ рыцаря, я утверждался во мнении, что исходный материал, так сказать, имел значение. А паучиха шла на воинский отряд как раз с целью получения «улучшенных юнитов». Выяснилось, что одна деревня в округе оказалась вырезана, а мы судя по всему отбивались от тех, кто вызрел внутри её жителей, а потом вылупившись, отожрался на останках всех остальных. Из воинов же получились твари по крупнее, а главное сообразительней, чем из крестьян. Не уверен на счет именно интеллекта, возможно дело в передачи некоторых навыков или воспоминаний от «донора», но в тактику пауки версии два точка ноль могли, что доказали, потрепав отряд охотников, спешно собранный местным эром. Причём это были ещё не выкормыши с рыцарей. И слава духам не с магов или меня. Так же всем в округе повезло, что матка сдохла на дороге и членистоногие кентавры в ближайшей деревне не восстановили свою численность. Могло получиться очень не весело. Теперь я понимал, почему тут все до бурления говен ненавидят и боятся демонопоклонников. Подобные твари могли бы и целый край опустошить, заодно очень неприятно нарастив свою численность. К тому же главпаучиха похоже могла управлять скоростью созревания плодов. В начале боя были подсажены будущие качественные юниты, в конце она вероятно хотела по быстрому наплодить хоть кого-то, кто займёт нас, дав ей время сбежать подальше. Ну и подхарчится в процессе трупами с дороги само собой. Своё здоровье-то ей надо было поправить, чтоб бодрей бежалось. В общем Красное писание занималось архиполезным делом, охотясь на всё, что хоть слегка похоже на демонятину или культистов. Хоть свечку им ставь или пожертвование делай… Только вот в этот раз работу церковников совершили мы, за что нам всем кстати причитается.

-А м'Абришт где?

-Помер Чес в дороге к той часовне.

-Тоже яд? — приподнял я бровь.

-Ага. И острое отравление сталью — хмыкнул рыцарь.

-В смысле? — как-то даже не сообразил я смысл шутки, голова после отлёжки вообще варила не идеально.

-В смысле везти он тебя предлагал очень неторопливо, чтоб ты живым не доехал, вот и помер сам. От ран в бою с пауками, если вдруг какие вопросы — разъяснил рыцарь, а поймав мой взгляд добавил аргумент — У меня на гербе серебряный лев, а не обосранный шакал.

Глава 27

Пробуждение утром следующего дня было куда как по приятнее. Тело уже более или менее пришло в норму после долгой неподвижности, а на мне как кошка спала старшая наложница. Или всё таки жена. С одной стороны я уже вполне однозначно воспринимал своих женщин семьёй, а с другой вроде как нет свадьбы, нет и жены, только подруга… Последнее заставляло задуматься о дальнейших жизненных планах. Всё таки окружающий мир в очередной раз напомнил мне, что я хоть парень и опасный, но не отнюдь бессмертный. И если за своих друзей и знакомых вроде Силаниля, Авалия или тех же Килана с наставником и Эдво я переживал мало, то вот девчонок после моей внезапной кончины ждало мало хорошего. Чай ни благородного происхождения, ни родственников ни принадлежности к какой-то влиятельной организации нет. Даже сейчас, пока я просто пребывал в беспамятстве они вынуждены были сидеть как мыши под веником, благо Витовт нашёл способ их тихо подселить в одну комнату и не светить в купеческом дворе. Но после моей смерти за жизнь орчанок я и ломаного медяка бы не дал, а с ними в комплекте могли огрести и «орочьи подстилки». Впрочем тут суровое средневековье, женщинам вообще без крепкого мужского плеча и идущего в комплекте острого меча живётся тяжело. Как и на земле цветет да пахнет право первой брачной ночи, но и помимо него любой рыцарь может задрать подол понравившейся ему крестьянке, наплевав на то что она чья-то там жена. Нет другого вооружённого и хорошо обученного мужика, который за такое спросит, значит можно развлекаться.

Так что мне нужно было как-то менять статус моих женщин и что-то придумывать в плане их защиты на случай если меня грохнут. Пока что на роль защитника годился только Сил, который мог бы укрыть девчонок в бедующем храме Света и своей властью жреца объявить их послушницами. Всё таки трогать служителей и служительниц культа — это железобетонное табу здешнего общества. Потому что от высших сил вполне может прилететь по самые гланды. Вторым защитником мог бы стать Михалыч, но пока он явно не расположен к расширению договора. Да и кто его будет держать в форме, подкармливая энергией, если я уйду дальше по дороге перерождений? Собственно такова проблема использования любых духов после смерти. Мы, шаманы, конечно выгодно отличаемся от магов тем, что и после своей смерти можем успеть наделать дел или как в моём случае вообще взять и не дать своему телу сдохнуть, но во всём есть свои пределы. Я не могу авансом оплатить духам защиту тех, кто мне дорог. И не могу игнорировать смерть физической оболочки, как по слухам способны высшие демоны. Если Силу с Авалием верить, то им и в собственного убийцу вселиться как два пальца об асфальт, если у него особой защиты нет и запас специальных тел они у себя в цитаделях держат, чтоб случись что одеть стильный мясной костюмчик, который сами же свояли. А уж случаев, когда они в разрубленном пополам виде и с дырой в голове продолжали драться вовсе хватало. И волшебники склонялись к мысли, что высший чёрт может поддерживать свою тушку работоспособной пока у него магия есть, а уж что у неё с требухой и мозгами ему в целом положить. Были бы конечности, чтобы драться, а остальное мелкие трудности. Хвала Великим Духам, что этот мир такие гости почти не посещали. Меня в них даже не сила сама по себе смущает, а её контроль. Это ведь не за дыханием и сердцебиением следить, ни на что не отвлекаясь. У них в соответствии с моей прикидкой тело просто механизм и скафандр, которым управляет духовная сущность. Пусть оно будет хоть трижды мертво, а она всё равно будет заставлять мышцы сокращаться и заодно шибать магией, рогами и когтями. Как дойти до чего-то подобного я не представлял… Можно научиться играть на рояле, но как музицировать сразу на целом филармоническом оркестре инструментов, имея всего две руки?

Ну да пусть их, демонов и других невероятно могущественных сущностей. Потёршаяся о мою грудь щекой девушка вернула меня к реальности. Надо организовывать некую брачную церемонию и юридически определять своих женщин и будущих детей, как наследников. А на детей я надеялся. Раз уж орки с людьми хоть и редко, но скрещиваются, имея жизнеспособное потомство, то и у нас уж что-то да получится. Тем более если вспомнить семейное приданье ма Гратанов. Тут конечно иметь одиннадцать жён не принято, но можно сослаться на великаньи обычаи. Да и в этом мире многожёнство само по себе встречается, всё таки христьянство, топившее за моногамию, тут не отметилось, просто возникают естественные проблемы наследования разных детей, за которыми стоят родственники со стороны жён. Хотя и в земной Европе прецеденты были, особенно после чумы и других средневековых развлечений, когда надо было увеличивать популяцию. Так что как-то выкручусь и чего-нибудь придумаю. И организую тех, кто сможет защитить мою семью. Если надо, то клятвами перед духом Истинны хоть наёмников повяжу так, что не дёрнутся.

Грэха же тем временем проснулась и чмокнула меня в губы, клыки ей не помешали. А я шлёпнул жену по упругой попке и отправился умыть лицо да завтракать. Организм настойчиво требовал жрать, всё таки я довольно долго получал в беспамятстве только бульон и молитвы жрецов. Хотя за последние в любом случае спасибо, вероятно именно из-за них у меня не случилось пролежней и прочих радостей. Просто схуднул и теперь заново отъедался.

Кстати о молитвах, сегодня мне как раз предстоял визит в городской храм Света. Вчера день выдался уж очень суматошным. Продрав глаза, поговорив с рыцарем и даже слегка офигев от его принципиальности в вопросах чести, а потом поев жиденького супа, который мне прописали, я без промедлений двинул к купцу, а точнее своим дамам. К моему великому облегчению всё было в целом в порядке, но нервы и даже довольно небольшая физическая нагрузка «после больничного» меня как-то резко вымотали. Пока спешил и волновался ещё ничего, а потом силы как-то закончились. Так что я просто послушал о мытарствах моих женщин и Витовта, чей путь до Валилы был не так чтобы прост, наелся очередным супчиком на курином бульоне и завалился спать на медвежьей шкуре. Добирался караван кстати непросто, демонов у них на пути не случилось, но зато было до известного органа аристократов, которые искали нечистых тварей и демонопоклонников. Караван не раз обыскали и в некоторых моментах жизни орчанок висели на волоске. Хвала духам, что о моём участии в выпиле арахнидов все уже знали, так что тот факт, что это «великановы орчанки» спасал ситуацию. Народ конечно крутил пальцем у виска, был здесь такой вот интермировой жест, означающий лишнюю дырку в голове, но списывал всё на чуждые обычаи. В конце концов в разных местах с женщинами врага поступают по разному, мало ли у кого какие предпочтения. А вот право собственности тут уважали, разумеется когда оно подкреплено железным дрыном поострее.

Сейчас же я отправился в храм и отстоял обедню с вполне себе одухотворённым лицом. Всё как жрец прописал, так сказать. А после службы ко мне подошёл послушник и сообщил, что меня ждут. Как выяснилось, ожидал меня ни много не мало Вальг ма Багда, командор Красного писания наместничества. Не то чтобы я удивился, что местный главный «инквизитор» возжелал пообщаться с убийцей демонов, но всё таки ожидал кого-то рангом по ниже. Но однако передо мной у витража с изображением Святого Стигия, основателя прихода, стоял одноглазый мужик с проседью в редких волосах и оплывшем шрамом на лице, о котором тут не слышал только совсем ленивый.

-Доброго дня, эр Магнус. Как самочувствие?

-Доброго, эр Вальг — отозвался я, рассматривая витраж. Рост и фигура на нём у мужика были внушительными, прям атлет на закате карьеры. Хотя Стигий им в некоторой степени и был, перейдя в жрецы из рыцарей Красного писания и отправившись на юго-восток на своеобразную пенсию. Наверно старикан был той ещё занозой, раз отправили с глаз долой подальше, как Сила — Стараниями ваших братьев неплохо. Буду рад, если вы передадите им мою благодарность.

-Всенепременно — кивнул храмовник — Не могли бы вы по подробнее рассказать о той ночи, когда вас ранили и вечере перед ней?

Скрывать мне было особенно нечего, так что я вполне честно пересказал события, разве что приуменьшив возможности духов, особенно в том, что касается наблюдения. Всегда полезно иметь пару лишних козырей. Да и не всем приятно знать, что воробей, который сидит рядом с окном их кабинета может быть не совсем обычным воробьём. Впрочем ма Багда больше интересовали не наши дела с рыцарями, до определённых пределов миряне могут развлекаться как хотят, а непосредственно демоны.

-Ругнулась на вас?

-Тварью назвала — хмыкнул я — Дальнейшее вы вероятно знаете, остальные добрались по лесу как раз к финалу нашего общения. Известно кстати, что это за вид демонов?

-Честно говоря нам даже не известно, а демоны ли это в привычном понимании — проговорил «инквизитор» — Даже ваша собеседница оказалась на поверку человеком.

-Не припомню у вас, людей, паучих частей тел — приподнял я бровь.

-И тем не менее нам удалось установить, что вы столкнулись с сударыней Эфией, знахаркой деревни Левобережная, которая и была вырезана тварями первой. Точнее с чем-то, что раньше было знахаркой.

-Я не слишком подкован в вопросах одержимости, но вроде бы таких сильных изменений плоти при ней не случается. Ну или по крайней мере не так быстро.

-Мои знания говорят о том же — пожал плечами не молодой уже рыцарь Света — Но имеем что имеем.

-Жаль, что не взял тварь живой. Впрочем духи его знают, что бы она выкинула. Вряд ли отравление было единственным её козырем в рукаве.

-Понимаю вас. Но если, чисто теоретически, будет возможность пленить кого-то подобного, мы будем очень благодарны. А сейчас примите это на строительство храма на своей земле. Дело всё таки хлопотное и недешевое.

-Благодарю — ответил я, беря в руки тугой кошель — Забавно, обычно на храмы жертвуют церкви, а не наоборот.

-Обычно церковь их и строит — слегка поднял угол губ с целой стороны лица в пародии на улыбку Вальг — Но сейчас ситуация не обычна, да и я в курсе вашего устного договора с моими коллегами в Осатомоне. Сейчас мы вас конечно не привлекали, но мёртвые демоны есть мёртвые демоны.

-Кстати почему за них вообще нет награды? Официальной я имею ввиду.

-Когда-то такая практика была, но она оказалась порочной. Некоторые ушлые рыцари вступали в договоры с предприимчивыми магами или даже демонопоклонниками и начинали выкачивать из церкви деньги. Вызвали демона, убили его, а дальше в ближайший храм за наградой. Естественно от этого в наш мир начало проникать гораздо больше нечистых созданий, регулярные призывы ослабляли некую защиту, что хранит нас. Так что с наградами за головы демонов пришлось завязать. Официально.

-Сочувствую. Сложно с такой… хм, сообразительной паствой.

-Ну долг церкви её облагораживать. Кстати хотел поинтересоваться у вас вашими духами. Нет ли среди них кого-то из-за кромки?

-Пожалуй что нет — покачал я головой. Врать высокопоставленному жрецу в его храме глупо, но мне и не нужно кривить душой — Духи, с которыми имеем дело я и мои сородичи плоть от плоти этого мира. Строго говоря я вообще не встречал в нави никого, кто был бы «извне». Ну кроме Мрачного жреца разумеется, уж он-то, как я понимаю, существует во всех мирах одновременно.

-Вы виделись с самой Смертью? — поднял бровь над единственным глазом мужчина.

-Дважды. Кстати очень интеллигентный и мудрый собеседник.

-Какую же мудрость он вам открыл?

-Что цель оправдывает не все средства. Иногда стоит быть воздержанным, даже умереть и потерять тех, кто тебе дорог, но не запятнать себя какой-то скверной.

-То, что я знаю о шаманах, говорит мне, что вы можете призывать различные сущности? — продолжил инквизитор разговор, начавший напоминать допрос.

-Я не самоубийца, чтобы призывать подобные силы — хмыкнул я — Одно дело встретить Жнеца, когда удерживаешь раненого на тонкой нити в этом мире или сам висишь на волоске. Другое позвать, отвлекая от работы. В общем ну нахер — повторил я фразу одного экзорциста, а потом добавил — Свет прости.

-Свет прости и воздержитесь впредь от подобных слов в храме — дежурным голосом повторил присловье и сделал мне втык воин-жрец — А что до вашего собеседника, то оно и к лучшему. Рад, что вы понимаете, что с некоторыми силами лучше не заигрывать. Что планируете дальше делать?

-Передохнуть, закупить строительные материалы и двигать домой — пожал я плечами — Кстати у храма есть какие-то свои поставщики? Ваше содействие наверняка сэкономило бы мне кучу времени и сил.

-Думаю мы сможем прогуляться до храмового казначея, что ведает данными вопросами. Боюсь я мог бы помочь вам только с оружием или бронёй. Даже кони и провиант сейчас проходят мимо моего поля зрения. Работы в последнее время стало заметно больше.

-Сочувствую — кивнул я — Сам уже мечтаю отдохнуть и восстановить силы дома.

-Верю — улыбнулся рыцарь — После долгого похода всегда хочется расслабиться в родных стенах. Хотя скучать вам вряд ли придётся. Стройка, новые подданые…

-Ну последних у меня немного — улыбнулся я, медленно шагая рядом с собеседником, чтобы случайно не обогнать его — Собственно раз два и обчёлся.

-Ооо, вы ещё не в курсе, что ваши будущие крестьяне аж двумя общинами в городе живут.

-О как — склонил голову я набок в вопросительном жесте.

-Красное писание следит за приезжающими в нашу зону ответственности — почти весело хмыкнул мужик — И нам было трудно пропустить две сотни человек с небольшим, которые обосновались на зиму в Валиле, занимаясь отхожими промыслами, чтобы весной двинутся на великаеью землю, где молочные реки, кисельные берега, а главное нет никаких налогов.

В общем со слов «инквизитора» выходило, что Глам с моей просьбой справился как бы даже слишком хорошо. Серебряный язык у парня был подвешен всем на зависть, так что осенью приличная часть вторых и следующих по списку сыновей, которым не шибко-то грозило папашино наследство, решила собрать манатки и двинуть в Рирт попытать счастье. Причем большая часть из них уже была с семьями, женились-то тут рано. И сейчас они расселились в городе, скучковавшись вокруг двух лидеров. Гард и Мэлз были мужиками постарше и похоже по амбициозное. Без амбиций люди вокруг себя сторонников вообще обычно не собирают. У себя старостами деревень стать вероятно не вышло, но тут всё к тому шло. Только вот судя по описанию фрукты это были те ещё, к тому же между собой как-то скооперироваться у них не особенно получилось. Так что я невольно задумался, а нужны ли мне такие деятели на моей земле. Нет, общины-то они в кулаках держать будут, но жёсткий руководитель — это не всегда хорошо. Так что пообщавшись с храмовым казначеем и передав ему в присутствии «инквизитора» его кошель на стройматериалы, повысив тем самым лояльность церковников к своей скромной персоне, я задумался над одним из извечных русских вопросов. Что делать?

Использовать или слать дракону в зад? И что вообще на своей земле делать? Понятно, что организовывать хозяйство, но как и какое. Строить привычный местным феодализм? В конце концов это точно жизнеспособная в данных реалиях система с большим запасом прочности. Замахнуться на что-то вроде просвещённого абсолютизма в отдельно взятом владении, не со старостами общин, а с моими людьми во главе деревень на эрской зарплате? По идее это был следующий шаг развития общества, с концентрацией власти в руках правителя, то есть меня. Всё таки сразу попробовать прыгнуть в капитализм, который стоит на лестнице эволюции общества ещё выше? В конце концов по лично моим прикидкам я мог бы это потянуть. Дома, которые строит обычно община, я мог построить и сам, причём сразу из камня ещё до переезда людей весной. Мог селить у себя людей по отдельному договору аренды земли с каждым из них, точнее с каждой семьёй. К тому же я в любом случае собирался устраивать маленькую техническую революцию с ткацкими станками, а это уже точно что-то, что должно иметь отношение к капитализму. Или стоит вообще отбросить устаревшие формации? Феодализм — это ужас и дикарство, что лишь на шаг ушло от первобытно-общинного строя, абсолютизм есть одна из самых отвратительных диктатур, кровожадный оскал капитализма был мне отлично знаком ещё по жизни на Земле. Может быть сразу стоит строить коммунизм и общество социальной справедливости, где каждый отдаёт по способностям, а получает не сапогом по лицу, а по потребностям?

Глава 28

Я со спокойствием осматривал поле, покрытое трупами. Противник предпринял попытку спровоцировать пехоту к атаке обстрелом лучников, но у меня были крепкие бойцы, которые продержали строй щитов достаточно долго, чтобы пройти вперёд и заставить стрелков отступить за спины своих копейщиков. Враг предпринял попытку фланговой атаки кавалерией, но мои конные рыцари устроили встречный бой. После чего наконец передовой полк закончил обход по лесному массиву и предпринял атаку на тыл и фланг лучников. Это спровоцировало панику, стрелки перестали быть организованной силой на поле боя. Разогнав их, пехота ударила в тыл копейщикам, сцепившимся с моими бойцами, понёсшими потери от обстрела в начале боя. Удар в спину, как это часто бывает, решил дело.

-Не вижу смысла продолжать, эр Магнус — произнёс наместник Валилы, рассматривая остатки своей кавалерии, которая расцепилась с моими рыцарями и отступала к обозу — Эта партия ваша.

-Вы почти победили, чуть-чуть не хватило удачи во время обстрела — пожал я плечами, намекая на броски кубиков полководицы, когда моя пехота дружинников-ветеранов, наступала под обстрелом. Чуть больше урона лучников, чуть ниже боевой дух рубак и они не дошли бы до рубежа, где стрелкам пришлось отходить через проходы в строю своей пехоты.

-Однако юноша вполне отстоял свою точку зрения — поддел эра Бира ма Амалэ храмовник, который выступал нашим судьёй и следил за проходом моих пехотинцев по лесу — Количество определённо было побито качеством. Даже великанов не понадобилось.

-Мы спорили о человеческих воинах и талантах полководцев — хмыкнул я — Так что применение фигур моих сородичей было бы за рамками спора и ничего бы не доказало.

-Не уверен, что имею доказательства и сейчас — проговорил бодрый старикан, рассматривая получившеюся диспозицию — Просто не хватило немного везения. А при прочих равных более опытный и талантливый полководец с худшим войском одержит верх над бездарем, какими бы великолепными воинами тот не руководил.

-Ну вы совсем-то всё на изнанку не выворачивайте — рассмеялся я — Разговор был не о том, как умный дурака победит.

Мы уже не первый вечер сидели довольно забавной компанией за игрой в полководицу, в которой эр Бир оказался весьма серьёзным соперником. Как выяснилось он сам некоторым образом изобрел свою «настолку» задолго до меня. У мужика была подробная карта Валилского наместничества и сопредельных земель, где был отмечен каждый мост, речка, деревня, село и всё остальное. Даже крупные овраги были нанесены особой пометкой. Ма Амалэ любил игру ума, прикидывая где и как могут пойти орки и как их ловчее перехватить или потрепать засадой. Так же наместник имел настоящий макет самой Валилы со стенами, с которым тоже порой развлекался, как ребёнок. Но с некоторых пор таки вот развлечения стали модными и для взрослых с подачи младшего наследника.

А я, пока восстанавливался и отъедался, решая заодно некоторые вопросы перед дальнейшей дорогой, стал частым гостем во дворце градоправителя. В конце концов о том, кто изобрёл полководицу эр Бир знал и нашёл во мне практически родственную душу. Это даже если не считать того, что мы с ним были естественными союзниками против ма Жарэ и их партии, сильно утратившей свои позиции в том числе и моими стараниями. Эр Вальг же общался с первым лицом города, где квартирует Красное писание в регионе, не только по долгу службы, но и по вполне человеческим причинам. Эти два кадра знакомы были лет двадцать и не то чтобы прям дружили, но вполне себе приятельствовали, что на мой взгляд весьма благотворно влияло на наместничество. Кризис отношений духовных и светских властей это вообще не фунт изюма, как и любая «война» между власть имущими. Паны дерутся, а чубы трещат у холопов.

-Ладно, демоны с вами — отмахнулся наместник, не желавший продолжать спор — Партию в осаду, Вальг?

-Давай — отозвался воин-жрец, вставая и переходя к макету — Эр Магнус, окажите любезность.

-Без проблем — проговорил я, беря кубик.

-Чёт — выбрал «инквизитор» на правах входящего в игру.

Я бросил шестигранный дайс, храмовнику повезло.

-В таком случае я защищающаяся сторона — проговорил эр Вальг — Пусть Бир сегодня удивляет.

-Сомневаюсь, что орки додумаются хотя бы до десятой части того, что наш почтенный наместник придумал для взятия собственного города — хмыкнул я на это. Да, ма Аламэ регулярно что-то изобретал. Кстати иногда после таких игр разума на стенах производились строительные работы, перекрывающие некоторые неочевидные лазейки в обороне.

-Зря, молодой человек — проворчал старикан — Врага никогда не стоит недооценивать. Как кстати у вас с планами на строительство фортификаций в Рирте?

-Они есть — проворчал я — Честно говоря моя голова сейчас больше занята тем, что с будущими поселенцами делать.

-А чего делать-то? Посадите две общины на землю в разных долинах и пусть платят вам налог тем, что вырастят — приподнял бровь храмовник, заодно прикидывая как будут стоять резервы его гарнизона.

-Самый простой путь не всегда самый правильный, к тому же я привык к другим порядкам. В человеческих крестьянских общинах почему-то всегда есть и зажиточные семьи, которые отдают весьма добрую долю в налог и голодранцы, которые мало что могут дать по причине своей бедности. Без последних я бы хотел обойтись.

-Не уверен, что такое возможно — проговорил эр Бир — Это были бы прям Сады Света на земле, но такого и церковь в своих владениях не добилась.

-В рамках всего общества такое пожалуй и правда невозможно, но в отдельно взятом владении попробовать, как мне кажется, стоит.

-И каким же образом? — спросил жрец. Интереса в его словах было правда мало, не очень-то он верил в возможность таких вот божественных чудес.

-Не связывать с общиной, а заключать договоры ренты с отдельно взятыми семьями — пожал я плечами — Трудолюбивые и умелые без труда будет платить положенное, лентяи и неумехи будут изгнаны.

Каким бы ни был строй, а формула «Кадры решают всё» работает всегда. В двух жизнях я видел разных работников и работодателей. Все бывали разные, как и положено людям. Кто-то трудился честно и на совесть, стремясь делать то, что делает безупречно. Кто-то ходил на работу, как на каторгу, стремясь просто «отбыть там срок» и наконец уйти. Работодателей я тоже видел всяких. Были откровенные ебобо, вроде всеми любимых торговых сетей, где к работникам относятся, как к скоту, гнобя переработками, долбя штрафами и сношая мозг, чем создают бешенную текучку кадров. Потому что никто такое отношение долго терпеть не будет. Там как раз и создают тип работника номер два, у которого в голове сидит, что работа это каторга, где надо извернутся, получив минимум «плетей», а не сделать дело как можно лучше. Потому что как ни старайся, в итоге больное на голову начальство всё равно трахнет. Но встречались мне и те, кто старался аккумулировать хороший человеческий капитал и заинтересовать работников выгодой. У них собирались хорошие специалисты, с которыми можно было браться за сложные проекты и реализовывать их, будучи уверенным в результате. Первый подход конечно тоже рабочий, раз та же Пятерочка жила и здравствовала, а не обанкротилась. Но если дело хоть немного сложнее расстановки коробок на полках и криков «Свободная касса!», я был склонен опираться на вторую модель, как более надёжную. Так что желал иметь на своей земле сметливых, трудолюбивых и инициативных работников. И не хотел видеть общины, где общим гуртом собирают лорду налог, но самые лучшие их представители будут вкладывать в него больше под взгляды раздолбаев, которые вложат меньше. А главное при этом они будут считать себя умнее других, потому что всех напарили, но завидовать тем, кто богаче и зажиточнее… Ну нафиг такую порочную практику. Заодно кстати с круговой порукой и прочей дрянью, которая может затруднять исполнение моей воли, как владетеля.

-Не думаю, что у вас получится. Крестьяне никогда не откажутся от общины — хмыкнул наместник — Они скорее пойдут жить в свободные восточные земли. Защиты эров там нет, но нет и таких вот идей.

-Ну о моём приложении они будут узнавать только по прибытию в Рирт по весне — хмыкнул я — А заодно о том, что в первый год оброка не будет вообще. Некоторые наверно уйдут, но будут и те, кто попробует прижиться. Не знаю, сколько их будет, но такие определённо найдутся. А две сотни человек прям сразу — это по мне так многовато.

-Боюсь вас ждет разочарование, но земля ваша, вам виднее — иронично улыбнулся наместник, как старший младшему, что по своей неопытности мелит чушь.

Я правда скепсиса местных больших дядей не разделял. Потому что знал, что и без общины крестьяне прекрасно могут жить. На земле фермеры отлично себя чувствовали, почувствуют себя так же и здесь. Нужно просто сделать так, чтобы одна фермерская семья имела всё необходимое для жизни. Если Маслоу не врал, то для этого надо чтобы были закрыты хотя бы базовые потребности. То есть имелась вода, еда и крыша над головой. Ручьёв у меня в долинах хватает, даже один небольшой водопад есть. Будет мало, что-нибудь придумаем с Петром, дух земли чай хоть артезианские скважины пробурить может, тем более водоносный слой точно есть. Еду крестьяне должны выращивать сами, они ведь не заводские рабочие и даже не ремесленники. Но однако провианта на случай неурожая я закуплю. Передохшие с голоду подданные — это плохой пиар. А ещё построю дома из камня «как у барьев». Чай толщина и высота как у крепостных стен там не нужны. Каменные коробки на надёжных фундаментах переселенцы получат, а с крышами полами и всем остальным худо-бедно справятся сами. И это всё равно будет лучше, чем было бы в общине.

Провентилировал я вопрос с обычным переселением на восток. Как правило группы людей выдвигаются в конце зимы — начале весны и по прибытии на разведанное место титаническими усилиями поднимают поле, чтобы осенью снять первый урожай и не скопытится до следующей весны от голода. Летом же живут в землянках и шалашах, а к осени ставят один здоровый дом на всех, где пребывают в скученности и спят вповалку. В тесноте, зато толпой теплее и меньше надо топить печи.

Так что я собирался дать переселенцам, что не развернутся у перевала, узнав условия входа в три долины на ПМЖ, больше, чем они ожидают. Но при этом хотел требовать беспрекословного выполнения договора каждой ячейкой общества, а не разброда и шатания в общинах. По крайней мере в моей голове это выглядело так. Будет ли оно работать? Практика покажет. Возможно развернутся на сто восемьдесят градусов вообще все и в итоге первый год я проведу только со своими женщинами. Готов я был и к этому.

В конце концов стадо овец мы всё равно купим, как и зерно. На Земле два солдата и лопата заменяют экскаватор, думаю великан с духом земли одно поле уж как-нибудь поднимут. Опять же лошади, чтоб пахать имеются, а так же есть три крестьянки, две из которых понимают в сельском хозяйстве. Ялни к сожалению по малолетству увидеть и осознать успела не так много, а потом в её жизни случилась степь. Но в любом случае мы не пропадём и я точно закончу замок, не отвлекаясь на чтоб накамлать домов крестьянам. А на следующий год можно будет не выпендриваться и сделать всё как местные. Но я всё же надеялся на то что идеи с более прогрессивными общественными отношениями сработают. На Земле же оно действовало, а люди здесь ничем по большому счёту не отличаются. Определи правила игры, соблюдай их и требуй того же от остальных, покажи морковку спереди и подошву своего сапога сзади и они пойдут в нужную сторону. Туда где у них просторное индивидуальное жильё, столько земли, сколько они поднимут, пока не упрутся в соседский участок, регрессивная шкала налога, где надо отдавать тем меньший процент урожая, чем больше ты вообще его собираешь и надежная защита от любого, кто покусится на их жизнь, здоровье и имущество. Главное чтоб согласились попробовать. Впрочем должны. По весне им уже особо податься будет некуда, а первый год в Рирте будет манить сладким словом халява. А дальше война план покажет. Стать типичным феодалом, гнобящим своих смердов, всегда можно. Это вообще никогда не поздно, но хорошо бы вовсе не пришлось. Руссо туристо всё таки обязан быть облико морале, кто бы там что не думал о забивании болта на подданных, пока они платят налоги и праве первой брачной ночи.

Я же, как восстановился и разобрался с закупками всего необходимого, двинул домой во главе небольшого каравана телег, отары овец и маленького табуна лошадей. В Рирте был лес, но не так чтобы много, так что я предпочитал его поберечь. К тому же дерево стоило сушить, прежде чем пускать в дело. Так что везли не мало дерева. Зерна мы тоже купили не скупясь, целая телега получилась. Так же позже из Амалэ мне должны были доставить саженцы плодовых деревьев, наместник поспособствовал в этой мелочи. Апельсинов тут не случилось, но яблони и груши вполне себе были, причём тут они вырастали слаще и крупнее, чем росли дичком на востоке. Были видны уход и селекция. Я правда не был уверен, что все приживутся, но надеялся на лучшее. К тому же у меня имелись целых две эльфийки, которым я планировал поручить будущий сад. Должно же в них проснуться что-то при уходе за деревьями, ушастые они или нет?

Дорога прошла на удивление спокойно, что было даже как-то удивительно. В последнее время неприятности меня едва ли не преследовали. Не орки, так вампиры, не вампиры, так бандиты, не бандиты, так демоны… Для полного счастья не хватало только дракона, который прилетит в Рирт и заявит, что это теперь его дом и он будет тут жить. Но в дороге нам попадались только деревеньки с крестьянами. А на подъезде к Рирту не случилось никаких огнедышащих ящеров, только Суна, которая возвращалась с добычей в сопровождении одного из воинов его отца, который вероятно имел несчастье найти беглянку. И теперь тащил на себе горную козу.

-Доброго дня добрым людям — поприветствовал я их.

-И вам, эр Магнус — ответила девушка, а боец скинул козу и схватился за меч, увидев зелёную кожу Фримы. Орк на лошади с луком вызывал тут однозначную реакцию вне зависимости от своего пола.

-Спокойней, парень. Это моя наложница — проговорил я, положив ладонь на булаву. А потом пояснил — С боя взял, когда с младшим наследником орков воевали.

В общем пришлось в сокращённом виде рассказать о своей поездке и пообещать заехать в гости в Осколто для более подробного рассказа. Вид девушка правда имела пришибленный, что и понятно. С одной стороны её отец рассматривал идею нашего брака, от чего она была мягко говоря не в восторге. Я как бы здоровенный великан, что чуть красивее обезьяны, а не златоволосый принц на белом коне. Но девушка видимо как-то переварила эту мысль и может быть даже нашла плюсы. Всё таки телохранитель младшего наследника, к которому Килан в гости ездит — это статус. Но тут случилось одиннадцать наложниц, часть из которых орчанки. Это определённо сделало меня ещё менее привлекательным в глазах Суны, но главное с вероятностью процентов так в девяносто девять я перестал быть желанным зятем для её отца. А девочки пацанки и бунтарки имеют привычки желать чего попало вопреки воле родителей. Так что в милой светловолосой головке сейчас похоже бушевало маленькое торнадо.

Перевал встретил меня легким ветерком в лицо и криком Влара:

-Стой, кто идёт!

-Здорово, мелкий — рассмеялся я, смотря как парень поднимается из-за камней с луком в руках — Бдишь?

-Ну вообще охочусь, просто услышал звуки из-за поворота дороги — признался юноша. Было бы странно, если бы он целыми днями лежал тут в засаде. А овцы да, шли не молча.

-И как успехи?

-Две куропатки есть — гордо поднял он с земли тушки и повесил на пояс.

-Молодец, добытчик. Тем более от дома считай не отошёл — похвалил я парня.

-Так тут вообще дичи видимо не видимо, кроме меня только Суна бывает в наших местах охотится — отмахнулся тот, а я сделал себе пометку, что леди м'Осколто оказывается наведывалась сюда в моё отсутствие.

-Ладно, пошли к дому — махнул я рукой, а потом добавил со смехом — И смотри моих орчанок не подстрели. Они моя добыча.

Великие Духи, я и правда был дома. Не сдох в степи на чёртовом Аидноском броде, не пошёл на корм вампирам, даже не скопытился от яда демоницы, чтоб ей в следующих перерождениях вечно быть лобковой вошью. А теперь вернулся в Рирт живым, здоровым и с прибытком. Осталось встретится с остальными и пересказать им свои приключения. Разгрузить телеги да отведать доброй медовухи, бочонки которой я везу от самой Валилы. И можно будет подумать о том как организовывать свадьбу и приносить клятвы перед лицом духов. А крестьяне и вампиры, демоны и драконы, эры и короли, а так же весь остальной мир может подождать. Видят Предвечные Силы, я заслужил немного отдыха.

От автора

Привет уважаемым читателям и спасибо за то, что дочитали книгу до конца. Чертовски приятно, когда людям интересно твоё творчество.

Надеюсь этот том вам понравился и подарил приятные моменты. Я старался, честное пионерское. Но тут тоже решил, что пожалуй надо отдохнуть. Благо товарищ Магнус прибыл домой и книга на мой вкус закончилась вполне логично. Ведь каждое путешествие должно заканчиваться у порога собственного дома, не так ли?

Мой вик за баблом кстати пока продолжается, так что медовуха и женщины не могут отвлечь меня от написания следующего тома. Я как-то рассчитывал на трилогию, но пока что в неё определённо не влезаю. Вампиры не биты, демоны не изгнаны, малефики не пойманы, драконы вообще не отметились. А фэнтази без драконов — это как неправильные пчёлы с неправильным мёдом, сплошное разочарование. Так что если вам интересно что будет дальше, то подписывайтесь на серию.

За сим прощаюсь и собираюсь теребить редактора, которая ведёт войну с ошибками и очепятками на уничтожение. Так что скоро будет исправленная версия, а после неё я и до выкладки третьей части доберусь.

Вроде всё сказал. Всего вам самого лучшего и приятных праздников:)

Nota bene

С вами был Цокольный этаж, на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Мелкие трудности

Content

Мелкие трудности

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Nota bene