Серг Усов

Попаданцы. Мир Таларея

Книга 2

Глава 1

Староста вольного поселения вместе со всей семьёй на время переселился в пристрой к своим рабам, освободив место в доме генералу Ковину и его штабу.

Вообще, командир северного армейского корпуса особой тягой к комфорту во время походов, даже учебных, не отличался, часто не только ночуя возле костра, обходясь без разбивки шатра, но и по примеру императора на сложных участках пути совершая марш пешком во главе пехотных колонн, воодушевляя солдат личным примером — действовало не хуже палок сержантов, хоть телесных наказаний и не отменяло.

Однако, в этот раз бывший уголовник по прозвищу Гнус изменил своим привычкам из-за неожиданного приезда Агленды, его любимой супруги.

— Ты ведь на меня не злишься? — жена, отправив служанку накрывать стол, подошла к стоявшему возле окна мужу и обняла его сзади, — Я ведь не думала, что не застану тебя в гарнизоне, а когда узнала, что ты направился к границе, не захотела возвращаться, не повидавшись с тобой. Я сразу после завтрака уеду.

— Я не злюсь, малыш, — Ковин с улыбкой развернулся к супруге, — а лишь переживаю. Сама знаешь, что в Глаторе происходит. Не нужно было рисковать и сюда приезжать.

— Так со мной почти две трети нашей дружины — полусотня, да ещё и маг впридачу — и детей я не брала. Видишь, какая я осторожная и предусмотрительная?

Да, у них с Аглендой теперь имелись и дружина, и замок — пока баронский, но, в соответствии с введённым государем в действие табелем о рангах, Ковин, получивший звание корпусного генерала, стал и обладателем графского титула, правда ещё без владения, но как только образуется выморочное графство, так будет у него и свой город с провинцией.

— Ты у меня лучшая, — искренне сказал генерал, — Только тебе, и в самом деле, хорошо бы засветло уехать. К тому же, мой учебный поход похоже перейдёт в боевой.

Агленда кивнула. Спрашивать же у мужа подробности не стала. Они давным давно, ещё со времён жизни в вонючих трущобах, научились понимать друг друга, и новоявленная графиня прекрасно чувствовала, когда проявлять любопытство в отношении планов супруга не следует.

На позапрошлой неделе армейский корпус был сильно обескровлен. Не врагом, а псковским генеральным штабом — из пяти полков, имевшихся ранее под командованием Ковина, один, причём, единственный кавалерийский, отправился на юг, а бригада латников лишилась батальона и всех восьми пушек, двинувшихся в том же направлении, к Растину.

По-сути, командующий северным прикрытием имперских границ сейчас мог рассчитывать только на три пехотных полка, поскольку егерский растянулся на всю протяжённость границ с Нерчиром и Дорвингом, батальоны латников держали контроль над основными транспортными маршрутами королевства, а на сформированный ландвер надеяться не приходилось — верность глаторцев и таркских офицеров псковскому императору была весьма сомнительна.

Тем более, не следовало полностью полагаться на дружины многочисленных глаторских феодалов. Ковин для себя определял соотношение лоялистов и потенциальных мятежников среди них примерно половина на половину, но, кто из них кто, сказать оказывалось сложно, точнее, невозможно — улыбались и выражали верноподданнические чувства и те, и другие. Приверить их можно было только в деле.

На всякий случай, командующий корпусом ждал саботажа или даже удара в спину от любого глаторского владетеля. Воровское прошлое корпусного генерала давало о себе знать — в этой жизни он не доверял никому, кроме своей семьи, Собика — бывшего единственного подручного его банды, императора и конечно же королевы Ули Саарон — благодетельницы и покровительницы, однажды пощадившей мелкого уголовника Гнуса и давшей ему шанс на изменение судьбы.

Что тогда подвигло сестру государя на такой поступок, он не знал до сих пор, но делал всё для того, чтобы госпожа об этом никогда не пожалела. И пока у него вроде бы получалось неплохо.

В сложившихся обстоятельствах Ковину приходилось постоянно маневрировать имевшимися силами вдоль всех северных рубежей, чтобы мешать планированию нападений крупных соединений якобы распоясавшихся и никем не контролируемых наёмников со стороны северных королевств. Мелкие группы солдат удачи, совершенно точно оплачиваемые из кошеля оросского императора, продолжали терзать приграничье, но предотвращать большое наступление псковитянам пока удавалось.

Северный армейский корпус испытывал серьёзную недоукомплектованность магами — почти треть должностей оставались вакантными. Надёжно рикрыть войска Сферами во время боя одарённые могли, а вот на их атакующие заклинания рассчитывать не приходилось.

Именно поэтому Ковин последнюю директиву генерального штаба выполнил, стого следуя букве, а не смыслу приказа, разъяснённому фельдъегерем, его доставившим.

Генералу приказали отправить маршалу Торму все пушки, их он и отослал, а, поскольку про мортиры ничего в директиве сказано не было, то эти орудия, числом десять, корпусной генерал оставил у себя. Только передал их из состава бригады в четырнадцатый пехотный.

Лешиковский выкормыш, возглавляющий особый отдел корпуса, пригрозил сообщить о самоуправстве командующего по своей линии, но Ковин лишь пожал плечами — для генерала указаниями послужило лишь то, что отражено строками в приказе, а не слова офицера фельдъегерской службы.

Впрочем, особист был мужиком нормальным, хоть и мутным как все люди графа ри Нерова, и с докладом спешить не станет, а скорее всего вообще постарается упомянуть поступок командующего вскользь. Обстановку в пограничье подполковник знал не хуже других и правоту корпусного генерала понимал.

— Разведчики вернулись, — доложил Собик, присаживаясь к столу, получив перед этим дружеский поцелуй в щёку от графини Агленды, — Я их отправил помыться, чуть отдохнуть и привести себя в порядок. В полдень явятся с докладом.

Завтракать они сели втроём — генерал с супругой и их старый друг. В комнате ещё присутствовала хозяйка дома, вызвавшаяся лично помогать своей рабыне в прислуживании высоким гостям, так что, говорить о серьёзных делах не стали.

Собик щеголял шевроном и аксельбантом майора. Чего стоило Ковину добиться патента на звание старшего офицера для верного, но откровенно тугодумного приятеля, знали только сам командующий и его покровительница Уля Саарон. Без вмешательства последней, и то, успешное, представление на майора вернулось бы с отказом — по линии особого отдела в отношении Собика шли характеристики, препятствующие его карьере. Сведения о деловых качествах порученца командира корпуса были объективные и не учитывали желания корпусного генерала иметь в составе своего штаба доверенного человека.

— Ты жениться-то надумал? — поинтересовалась Агленда у самодовольного майора.

Тот сразу же погрустнел.

— Нет, Агли, — ответил он с набитым яичницей ртом, — Только собирался было, как кавалерию внезапно отправили на юг. Но мы с Троей договорились, как только появится возможность, обязательно отправимся в храм. Пусть Семеро нас благословят.

Собик уже больше года сожительствовал с лейтенантом-магиней из восьмого кавалерийского, но оформить свои отношения оба пока не спешили.

Ковин с любовью смотрел на жену. Несмотря на беспокойство об её безопасности, он всё же был рад, что Агленда нашла возможность его навестить.

Всю прошедшую ночь они провели в жарких объятиях друг друга, не забывая в перерывах между ними обсуждать свои семейные дела. Заодно, супруга поведала о поездке с детьми в столицу империи и похвасталась тем высоким статусом, который она приобрела во Пскове благодаря тому, что была удостоена чести постоянно находиться в свите королевы Саарона, а один раз даже присутствовать среди узкого круга лиц за одним столом с самим государем Олегом. О таком не могли мечтать большинство высших аристократов империи.

Несмотря на радость от присутствия любимой женщины, Ковин всё-таки поторопил её с отъездом.

— Сержант, — позвал Ковин заместителя командира штабного взвода, когда кавалькада графини скрылась из виду на просёлочной улице, — Отправь кого-нибудь из парней в трактир, пусть поторопит Хорста. А ты, — обернулся он к приободрившейся после отъезда графини жене старосты — довольно молодой, около сорока, пышущей здоровьем полнотелой красотке, начавшей вновь строить глазки имперскому генералу, — забирай свою рабыню и до обеда не появляйся. И отмой девчонку. Она у тебя что, без лопаты свинарник чистит?

Разведчики явились быстро, и четверти часа не прошло.

С кадрами из ниндзей, этих удивительных воинов, в обучении которых принимал участие лично император Олег, в корпусе Ковина дела обстояли ещё хуже, чем с магами, и, пожалуй, не только у него.

Выпускники школ ниндзей направлялись в основном в имперские службы разведки и контрразведки, а армии практически ничего не доставалось. Из шестнадцати этих специалистов тайных операций, имевшихся в корпусе Ковина, одиннадцать служили офицерами в егерском полку, а пятерых генерал оставил при своём штабе.

Ведомство генерала Агрия конечно же подкидывало военным информацию, но имперская разведка, в целом, выполняла более широкий круг задач, а командирам требовались сведения, касающиеся конкретных участков, здесь и сейчас. Поэтому, добывать данные о противнике военным чаще приходилось своими силами.

— Докладывай, лейтенант, — Ковин показал явившемуся ниндзе на лавку, стоявшую возле стены, а сам сел за стол, с которого уже убрали остатки завтрака, — Собик, не топчись сзади, или иди по своим делам, или пристрой свою задницу где-нибудь, — сказал он приятелю.

— Подробно, с момента нашего отъезда? — уточнил Хорст.

— Куда нам торопиться? — пожал одним плечом генерал, — Продолжение маневров у нас только с завтрашнего утра. Так что, докладывай обо всём.

Со слов разведчика получалось, что оросские наймиты не только не отказались от своих намерений продолжать грабежи новых псковских территорий, а ещё и обнаглели сверх меры. Их лагерь переместился к Даулаве, большому озеру всего в трёх километрах от глаторской границы. Наёмники на территории королевства Дорвинг чувствовали себя в полной безопасности, а огласки своих враждебных намерений по отношению к южным соседям не боялись — всем и так давно всё было ясно.

Кроме неожиданного приближения отрядов солдат удачи, Ковина неприятно удивила и их резко возросшая численность. Если раньше, как докладывала разведка, в Дорвинге находилось примерно такое же количество наёмников, что и в Нерчире — до двух тысяч мечей — то сейчас уже речь шла о более, чем шести.

— Не только из Нерчира присоединились, — словно бы прочитал мысли командующего Хорст, — Но и новые добавились. Второй наш пленник был из отряда Гнилозуба.

— Этому-то чего в Синезии не сиделось? — скривился Ковин при имени известного своей удачливостью командира большого — до полутысячи вояк — наёмного отряда, — Мародёрил бы по прежнему в лесах возле Ирменя.

— Видно, много больше предложили, — Собик всегда являлся непревзойдённым мастером произнесения банальностей, вот и сейчас не смог молча сидеть на платяном сундуке, — А ведь он когда-то с Кувалдой в наших краях промышлял. Помнишь?

— Помню. Тоже, видишь, изменил свою судьбу, — генерал встал и знаком приказал подчинённым не вскакивать, — Из обычного разбойника в капитаны солдат удачи выбился. Однако, это уже не важно.

Он прошёлся по кабинету. Мелькнувшая у него в голове идея внезапно атаковать врага вначале показалась ему сасому безответственной — вторгаться на территорию другого государства, пусть враждебного и открыто покровительствующего диверсиям против Пскова, без приказов он был не вправе. Вот только, слишком уж удачный момент. Наёмники подставлялись, устроив свой лагерь вблизи от проводившего учения северного армейского корпуса, и, судя по всему, о столь опасном соседстве пока не подозревали.

Однако, долго капитаны солдат удачи в неведении пребывать не будут. Слухи и сведения легко просачивались через границы, и, если всё же принять столь смелое решение, то реализовывать его надо быстро.

— Они на одном берегу Даулавы? — Ковин остановился напротив лейтенанта, — Или размазались вокруг?

— На одном, — Хорст опять попытался встать, но генерал его остановил, положив руку на плечо, — Их в полтора раза больше, чем нас, — напомнил ниндзя, мгновенно поняв, с какой целью командующий уточняет местоположение противника.

Псковские полки численно примерно соответствовали таким же формированием других государств, только, если у противника в полку из полутора тысяч человек воинами являлись тысяча, а остальные представляли обслугу из крепостных и рабов, никогда в сражении не участвующих, то в армии императора Олега оружием учили владеть всех, и своё место в бою мог занять каждый. То есть, Ковин на данный момент имел под командованием четыре с половиной тысячи обученных бойцов. Это конечно меньше, чем у его нынешнего противника, но на стороне псковитян будет внезапность и организованный строй.

Да, наёмники хорошо владеют мечами в индивидуальных боях, только против сомкнутой стены щитов их умения им не сильно помогут.

Генерал понял, что свою идею он уже готов реализовать. А там, пусть королева Гортензия отписывается по своей дипломатической линии. Если что, может свалить на самоуправство командующего корпусом.

Ковину вспомнилась интересная фраза его прекрасной покровительницы госпожи Ули: «семь бед — один ответ», которую та произнесла, когда при исцелении раненых стала расходовать свой магический резерв до самого дна. Побледнела при этом как мел, с трудом остановила кровь, выступившую из её носика, и почти лишилась чувств, а ведь брат категорически запрещал госпоже Уле расходовать более двух третей её магии. Зато ни одного раненого в тот вечер после сражения она не отпустила на встречу со Смертью.

Можно сказать, благодетельница показала, что решения, принимаемые на месте, могут отличаться в более правильную сторону от тех, что когда-то придумывались при других обстоятельствах.

А ещё, государь Олег и сам являлся сторонником внезапных и решительных наступательных действий. Ковин не раз слышал от него, что сидя в обороне войну не выиграть, и ситуация в северном пограничье Глатора полностью подтверждала правоту слов императора.

Постоянно и часто безуспешно отражать многочисленные вылазки со стороны подлых соседей надоело не одному только командующему, а сейчас появился хороший шанс покончить в этих краях с безобразиями надолго.

Упускать такую возможность не хотелось. Государь Олег, особенно в последние годы, стал резко негативно относиться не только к ошибкам и просчётам своих подчинённых, но и к их бездействиям, когда не предпринимались необходимые меры или принимались с опозданием.

Нет, император не рубил головы и даже не лишал званий и титулов, но всегда могло случиться так, как это произошло с бароном Юль-Нисом. Господин лишь посмотрел на него, кивнул своим мыслям, развернулся молча и ушёл. После чего блистательная карьера, начатая бароном, навсегда завершилась. Сейчас Юль-Нис, насколько слышал Ковин, командует каким-то отдалённым гарнизоном в таркской глуши, а ведь вполне мог тоже получить генерала, вовремя ударь он своим полком в спину армии мятежников-инсургентов.

— Так, Хорст, — генерал достал карту приграничья из стоявшего на полу ранца — говорят, что конструкцию такой сумки придумал сам император, враньё это или правда, Ковин не знал — и развернул её на столе, — Покажи, где их лагерь. Говоришь, регулярных частей Дорвинга поблизости нет?

— Нет, — подошёл лейтенант и ткнул пальцем в юго-восточную оконечность озера, — Вот тут наёмники собрались. А насчёт дорвингцев, я думаю, командир, они специально ушли из этих мест. Даже пограничных егерей почти всех убрали. Оставили только в крепости Синьва, на тракте. Поэтому могут на все наши претензии по поводу творимого наёмниками только улыбаться, дескать, королевство тут не при чём. Сами страдают.

— Уроды.

— Ага, — согласился ниндзя и вновь потянулся пальцем к карте, — Только здесь, в самом Удолье-Залесском и возле него, сразу три полка в полной готовности держат. Из них два — кавалерийские.

— Тут почти сотня лиг. Восемьдесят километров, — генерал поправил себя на новую меру измерения расстояний, — Считай, что этих полков нет. Благодарю, Хорст. Иди. Только не далеко. И вызывай своих. Сейчас я шифротелеграмму составлю, отвезёте на узел связи.

Ниндзя обиженно кивнул. Ближайший пункт телеграфа находился в Йоне, до которого было добрых семь часов быстрой скачки, и к лейтенанту закрались подозрения, что до начала похода на территорию соседей он со своей пятёркой не успевают.

Когда Хорст вышел, генерал опять полез в ранец, достал оттуда чернильницу-непроливайку, отрывной блокнот, связку заточенных перьев и шифровальную таблицу. При штабе корпуса имелось отделение спецсвязи, но все его мастер-сержанты остались в Йоне, так что, командующему пришлось самому заняться не только написанием доклада, но и переводом его в цифровой код. Полтора года назад, хоть и с трудом, Ковин сумел освоить науку шифрования.

— Что-то не получается? — поинтересовался Собик, подсаживаясь рядом со своим бывшим главарём, а ныне командиром, — Можно Вирта позвать. Он ловко с тайными значками управляется.

— Какие ещё тайные значки? — поморщился генерал на слова еле выучившего грамоту старого приятеля, — При чём здесь это? Думаю вот, всё же сейчас отправить доклад о своём решении или после сражения?

— И в чём проблема, Ковин? Сделай и так, и так.

Командующему осталось только усмехнуться. Собик в своей простоте нередко оказывался прав.

— Ладно. Воспользуюсь твоим советом. А ты вызывай срочно командиров полков, начальника штаба, особиста, командира мортирной батареи, корпусного мага и наяальников инженерной и тыловой служб. Запомнил?

— Запомнил. А он нужен? Я про особиста.

— Куда же без всевидящего ока графа ри Нерова? — генерал толкнул майора в плечо, — Не тяни. Мы уже в предстоящую полночь должны выступить.

С сочинительством докладных записок у Ковина всегда были проблемы, госпожа Уля не раз смеялась над его неумением преподносить свои действия с наилучшей стороны. «Мало быть хорошим военачальником, — говорила она, — Тебе пора уже стать и умелым сановником».

К мнению покровительницы корпусной генерал всегда прислушивался. Знал, что многое, если не почти всё в её мудрости от государя Олега. А императора бывший вор уважал больше Семерых. Те-то, есть или нет, не известно, а господин Олег творил настоящие чудеса, которые и богам были не по силам.

За Собиком ещё не закрылась дверь, как командующий старательно вывел первые слова рапорта: настоящим докладываю.

Глава 2

Первыми в направлении лагеря наёмников конечно же выдвинулись разведчики — пять групп, по одной на каждый маршрут. У Ковина не имелось на данный момент в войске егерского или кавалерийского полка, а пятёрку своих ниндзей он сам отправил с докладом в тыл, однако, никаких проблем с организацией передовых разведывательных дозоров псковское воинство не испытывало.

Опробованная не в одном походе штатная структура пехотных полков, которую придумал император Олег ещё в те времена, когда был имперским графом, полностью себя оправдала.

Наличие в каждой пехотной роте десятка всадников, в каждом батальоне — взвода, а в полку — роты, и это не считая разведроты полка, позволяло не только выделять полноценные авангардные конные отряды, но и обеспечивать боковое охранение на марше. Иногда и на арьергард хватало. При этом, обеспечивалась большая самостоятельность даже не самых крупных подразделений.

— От инженеров доставили сообщение, что у них всё готово, — доложил примчавшийся вестовой, едва Ковин в сопровождении офицеров своего штаба выехал из ворот поселения, — Полковник Дертий, как вы и приказывали, разделил свои батальоны на две колонны, и первая уже выдвинулась. Он сам с ней.

— Хорошо, — кивнул командующий, — Скачи к барону Кейру и графу ри Цаммеру, пусть их полки тоже начинают марш.

Инженерный батальон корпуса вышел сразу за разведкой, вместе с авангардами трёх из пяти колонн, которым предстояло преодолеть небольшую речку, отделявшую в этих краях Глатор от Дорвинга, и оперативно навёл переправы.

В принципе, солдаты могли бы преодолеть её и вброд, там в самых глубоких местах было по грудь, только, зачем давать вымокнуть воинам, которым вскоре предстоит участвовать в сражении? Генерал с полковниками рассудили, что раз есть возможность установить разборные мосты, то так и нужно сделать. К тому же, хотя тыловые службы корпуса и полков остались на прежнем месте под малочисленной охраной — большинство обозников отправилось с войском в качестве арбалетчиков — но артиллерийский обоз, гружёный порохом и ядрами, шёл вместе с мортирами, а им вода и вовсе противопоказана.

— Я с твоего разрешения присоединюсь к Дертию? — попросился на передний край Собик.

Получивший майора, а вместе с этим званием и потомственное дворянство, приятель норовил теперь оправдать доверие своего друга и его покровительницы.

— Не возражаю, — согласился Ковин.

Все указания уже были розданы, каждый командир колонны знал свой манёвр, а командующий в способности своих подчинённых выполнить поставленные задачи не сомневался. Так что, большой штат помощников генералу на данный момент не требовался.

Одно время у Ковина были весьма сложные отношения с полковником Белом ри Цаммером, который, как и почти все другие урождённые аристократы, очень настороженно и надменно относился к выскочкам, получившим от императора титулы в соответствии с табелем о рангах.

Будучи графом по праву наследования, Бел еле сдерживал раздражение из-за того, что вынужден подчиняться генералу с весьма сомнительным происхождением.

Наверняка до полковника донесли и те досужие сплетни о прошлом командующего, которые всё ещё не надоели армейским кумушкам. Сам Ковин относился к слухам о себе совершенно равнодушно, но признавал, что определённое влияние, причём, не в лучшую сторону, они имеют.

Впрочем, за полтора года совместной службы отношения графов стали ровными, а командиром Бел ри Цаммер оказался толковым.

— Капитан, — Ковин обернулся к ехавшему позади адъютанту, — Поезжай к артиллеристам и будь там. Если какие-нибудь проблемы возникнут, немедленно мне доклад.

На мортиры командующий возлагал большие надежды. Пусть по сравнению с пушками эти небольшие — меньше полуметра длиной — закрытые с одной стороны трубы из Укреплённого железа выглядели совсем не грозно, стрельбу вели не больше, чем на три сотни метров, зато применяли разрывные ядра размером с голову взрослого человека.

В отличие от мощных орудий, сыгравших важную роль в растинской кампании, видеть результаты боевого воздействия мортир в реальном бою Ковину ещё не приходилось, однако, на полигоне он много раз наблюдал тренировочные стрельбы из них, и увиденное его очень впечатлило. Тем более, сегодня мортирам не потребуется метать ядра далеко, на сто — максимум, двести — метров.

Предстоящее сражение не будет столкновением строя на строй, как это обычно бывает, и штурм лагеря, раскинувшегося почти на километр вдоль берега озера, совсем не напоминает захват замка.

Наёмники даже не потрудились выкопать ров и сделать насыпь вокруг своих палаток, не говоря уж об ограждении из заострённых кольев. Окажись сейчас противником псковитян регулярные полки Дорвинга или других государств, картина была бы такой же. Это император Олег приучил свою армию окапываться и строить защитные сооружения вокруг лагерей, если войско вставало на постой хотя бы на пару суток.

На сборах высшего командного состава, которые раз в полгода проводил государь лично, генералы однажды услышали от него, что сражения выигрываются оружием и магией, а войны — лопатами. Император сказал это с лёгкой улыбкой, только вот глаза его смотрели на командиров вполне серьёзно.

— Первые две колонны переправились, — весело и негромко сообщил очередной гонец, — Остальные вскоре тоже будут на другом берегу.

Штаб корпуса во главе с командующим двигался неспеша, как и всё войско. Времени было в избытке, даже с учётом того, что Дертию предстояло сделать небольшой обходной маневр и зайти к наёмникам с севера.

Маршруты выдвижения — широкие лесные тропы и одна наезженная дорога — разведкой проверялись ещё накануне, и никаких неожиданностей возникнуть не могло. Главное требование к псковским отрядам, жёстко поставленное командующим, идти в полной тишине, чтобы не звучало ни громких команд, ни разговоров, а под ноги смотреть внимательно.

Четвёртой колонне нужно было пройти через деревушку сервов, но это нисколько не помешает скрытности движения батальона. Конечно, полурабы услышат в своих хижинах топот многочисленных ног, только высунуть нос на улицу наверняка побоятся, а уж побежать к наёмникам с предупреждением о приближающихся врагах и в голову никому из этих жалких существ не придёт.

Командующий осмотрел редкий лес вокруг — поле уже с давно скошенным и заскирдованным сеном осталось позади — и натянул поводья.

— Торопиться не станем, — сказал он свите, — переправимся последними.

Рассвет ещё только начинал брезжить, как армейский корпус имперцев уже полукругом оцепил место расположения противника.

Командующий для наблюдательного пункта выбрал себе небольшой, заросший смородиновыми кустами холм в центре своего войска. Отсюда он мог хорошо видеть ход сражения.

Сбоку от его временной ставки и чуть позади изготовились к бою артиллеристы. Два костра для пожигания запальных шнуров они устроили в небольшой промоине, углубив её ещё на метр.

Рядом с батареей мортир расположился один пехотный взвод. У командиров северного и южного отрядов при себе имелись такие же небольшие отряды на случай затыкания брешей в наступающем строю или усиления атаки. Учитывая соотношение сил, у имперцев не было возможности выделить более крупные резервы.

Лагерь наёмников не выглядел сонным. Да, часть солдат удачи уже давно спала, зато были и те, кто успел проснуться и бродил среди палаток в поисках живительной влаги. Фыркали опутанные кони, мычал, хрюкал и кудахтал живой запас провизии, а выпавший из фургона возчик разразился нецензурной бранью — не громко, но вполне достаточно, чтобы разбудить одного из лежавших возле потухшего костра вояк и получить от вставшего на ноги наёмника удар кулаком в ухо.

Именно в этот момент на северном фланге псковитян несколько раз размашисто отсигналил яркий факел, и полки без обычных звуков горнов и барабанов, не издавая боевых кличей двинулись ускоренным шагом на врага.

Всё войско псковитян для удобства ведения боя среди палаток, шатров, повозок и загородок действовало в составе взводов, выстроившихся в три шеренги по десять человек в каждой. Между взводами шли арбалетчики из состава обозников, прикрытые конниками рот и батальонов. Кавалерийские и разведывательные роты полков от непосредственного участия в сражении были командующим отстранены. Им он поставил задачу перехватывать тех, кто попытается сбежать из лагеря.

— Тревога! — где-то южнее холма со ставкой закричал первый увидевший появившегося врага наёмник.

Крик оказался подхвачен сразу десятком глоток и покатился по вражескому стану волной.

— Быстро спохватились, — досадливо махнул рукой присоединившийся к командующему его адъютант.

— А ты чего ждал? — генерал на миг отвлёкся от наблюдения за начавшимся сражением и посмотрел на офицера, — Что они дадут себя во сне прирезать? Не те это люди.

Ширина прибрежной полосы, занятой наёмниками, на разных участках составляла от ста до трёхсот-четырёхсот метров. Отряды псковитян не могли быстро преодолеть эти расстояния, оставляя за спиной живых врагов, способных ударить в спину.

Взвода двигались медленно, то рассыпаясь, чтобы рубить и колоть находившихся в шатрах и палатках, либо выскакивающих наружу врагов, то вновь смыкаясь в плотные строи, выставляя перед собой ровные ряды щитов, для отражения атаки приходящих в себя наёмников. Пленных командующий приказал не брать, не из-за своей жестокости, а исходя из здравого смысла — его солдаты не должны отвлекаться от боя связыванием капитулировавших врагов и конвоированием пленников в тыл. Вот по окончанию сражения, можно будет посмотреть и подумать, кого из раненых или трусливо спрятавшихся наёмников добить, а кому сохранить жизнь.

Псковские полковые маги смогли прикрыть своих солдат Сферами. Не очень плотными, однако, вполне достаточными, чтобы нейтрализовать атаки вражеских одарённых. Сейчас бы, подумал Ковин, в самый раз нанести противнику урон боевыми заклинаниями, пока маги врага не пришли в себя и не организовались, да только тогда пришлось бы уменьшить защиту имперских воинов, а терять понапрасну людей генерал очень не любил.

Впрочем, государь Олег за всех своих подчинённых продумал, чем можно заменить боевую магию.

— Капитан, — обернулся командующий к ожидавшему приказа командиру батареи, — Ты понял, куда тебе нужно целиться в первую очередь?

Ряды самых больших шатров, в которых, без сомнения, располагалось главное начальство наёмных отрядов, Ковин с артиллерийскими офицерами разглядели в северной части лагеря сразу же по прибытии.

— Так точно, генерал! У нас всё готово. Ждём только команды.

Мортиры действительно уже смотрели своими жерлами в сторону командного центра солдат удачи. Углы возвышения стволов артиллерийские наводчики выставили с помощью отвесов из нитей и свинцовых грузил, а также пользуясь дугообразными формами в четверть круга с нанесёнными на них рисками.

— По два ядра на центр, а затем распредели стрельбу равномерно по всему лагерю, — скомандовал Ковин.

Он видел, что к главным шатрам начинают собираться группы противника и пытаются организовать строй, так что, удар ядрами именно сейчас окажется как нельзя кстати.

Капитан выкрикнул команду на заряжание, и его бойцы принялись ловко извлекать из больших коробов, сделанных из светло-жёлтого сплава, называемого странным словом негатор, равновесные тканевые мешочки с порохом.

По команде офицеров, для первых выстрелов засыпалось в стволы по шесть пороховых порций. Столько посчитали нужным, чтобы ядра полетели на ожидаемое расстояние.

Отдельным искусством артиллеристов являлось ещё и умение правильно определить длины запальных шнуров у ядер, чтобы взрыв не произошёл в воздухе, но и на земле ядро долго бы не крутилось, позволяя врагам отбежать подальше от угрозы.

— Триста! Тридцать! Три! — громко выкрикнул командир батареи.

После его команды мортиры почти одновременно окутались клубами густого дыма, выплюнув вверх десять ядер.

Противник ещё только начинал приходить в себя и строить оборону, когда первый же залп накрыл самый организованный очаг его сопротивления.

Ковин увидел, как выпущенные снаряды сверху упали на каре из почти двух сотен наёмников, а спустя пару ударов сердца среди сбившихся в строй врагов вспыхнули разрывы, убивая и калеча не меньшее количество людей, чем если бы то каре атаковали маги, сбив перед этим защитную Сферу.

— Молодец, капитан! — командующий махнул артиллеристам рукой, — Всё точно рассчитал.

— Тяжело в учении — легко в бою! — оскалился среди клубов пороховой гари офицер, повторив одно из тех изречений, что по приказу государя Олега вывешивались на плакатах в различных местах войсковых лагерей — от столовых и нужников до плацев и полос препятствий, — Натренировались! Заряжайте быстрее, черепахи неповоротливые! — воодушевлённый похвалой, закричал он своим подчинённым.

Несмотря на стрельбу мортир, усилившую суматоху среди противника, тот продолжал оказывать сопротивление и даже его наращивать. Имей псковитяне сейчас перед собой полки регулярной армии Дорвинга, застигнутый врасплох и подвергшийся ударам невиданного ранее оружия враг, пожалуй, уже бы начал в панике разбегаться. Однако, наёмники отличались не только склонностью к пьянкам, насилиям, грабежам и мародёрству, но и гораздо более высокими боевыми навыками и опытом.

— Вирманс, — окликнул командующий лейтенанта, командовавшего взводом резерва, — У Пелига проблема. Видишь? — показал он рукой в сторону, где тройка магов противника, обнаружив что группа из полутора десятков псковских арбалетчиков неосторожно вышла из-под защиты Сферы, Пламенем и Молниями уничтожили её почти одномоментно, — Бегом туда. Пока враг там прорыв не организовал.

Несмотря на отчаянную попытку наёмников, если не переломить ход сражения, то хотя бы пробиться сквозь не глубокий строй противника в лес, а там уйти к королевскому замку Рохгош — сильно укреплённой твердыни, где они могли рассчитывать на укрытие — псковитяне умело теснили их к озеру. Часть солдат удачи бились уже стоя по колено в воде и увязая в илистом дне. Артиллеристы прекратили стрельбу, иначе ядра стали бы собирать жатву и со своих солдат.

Наёмники видели, что стало с некоторыми из их товарищей, попытавшихся сдаться, и сражались до последних сил. При том, что большинство из них даже не успело надеть доспехи или взять щиты.

К тому времени, когда за спиной Ковина над верхушками деревьев показался диск солнца, сражение подошло к концу и завершилось полной победой имперцев. Потери ещё предстояло подсчитать, но опытным взглядом командующий и так определил, что погибших в этом бою его подчинённых не намного больше сотни, а, значит, и раненых около трёхсот.

Отличный результат, определил он для себя. Три полка псковитян разгромили шесть, если условно перевести численность наёмников, с минимальными потерями. Всё произошло, как говорил государь Олег: воюют не числом, а умением. А ещё, император много раз повторял своим генералам: вы должны научиться одерживать победы над любым врагом без участия меня или моей венценосной сестры.

— Приведи моего коня, — приказал Ковин ординарцу, увидев, что последние сопротивлявшиеся враги побросали в воду оружие.

Какая-то часть наёмников — совсем небольшие группы — успела всё же скрыться в лесу. Так что, будет работа и для рот разведки и кавалерии. Шум, крики и звон оружия из чащи уже доносились.

Первым из полковников к командующему корпусом, продвигавшемуся среди трупов к шатрам штаба наёмников, подъехал Дертий, которого помимо пары его офицеров и десятка кавалеристов сопровождал и майор Собик. Доспехи старого приятеля были забрызганы кровью, а доброе, глуповатое лицо сияло самодовольством.

Полковник же как обычно был спокоен и выдержан. Хотя, Ковин заметил, что пару недель тому назад у Дертия что-то случилось. Нет, лучший из командиров полков никак не проявлял отстранённости от службы, и всё-таки генерал чувствовал, что тот стал погружен постоянно в какие-то мысли, не связанные с текущими делами.

Может, офицер получил какие-то важные известия из своего лесного края, откуда он прибыл? Ответа Ковин искать не собирался. Во всяком случае, пока внутренние озабоченности полковника не влияют на командование вверенным ему воинством.

— Пленных всё же много, — сообщил Дертий, — Что с ними делать?

— Что делают с разбойниками? — равнодушно пожал плечами генерал, — Они на имперских территориях вели себя не как военные противники, а как обычные банды. Часов пять у нас есть — пока своим раненым поможем, пока трофеи соберём, пока определим, кого из обозных рабов забрать с собой, и какую скотину — в общем, за это время решим вопрос и с пленными. Колы и виселицы. Чего-то особо изощрённого придумывать не стоит. Кстати, лекарскими наборами поделись с восьмым полком. Я так прикидываю, что там раненых много больше, чем у тебя. На отряд лучников наткнулись. И через полчаса соберёмся на короткий совет, — он взглядом позвал за собой Собика и послал коня вперёд.

Когда Ковин закончил совещание, вернувшийся из поездки к узлу связи лейтенант Хорст доложил, что в Глатор прибыла королева Саарона.

На миг генералу подумалось, что причиной визита императорской сестры явилось известие об его самоуправстве в отношении похода на территорию соседнего государства, но тут же усмехнулся над столь очевидной глупостью — когда бы кто успел доложить? Да, телеграф — великое дело, только не божественное чудо. Наверняка госпожа прилетела на своём дирижабле, чтобы отстраивать стену вокруг портала. Уже две недели согнанные со всего королевства каторжане и рабы таскали и месили песок с глиной и засыпали полученный состав в опалубку.

Зачем императору — а решение принадлежало точно ему — так срочно потребовалось возводить новые укрепления вокруг площадок древней магии перемещений, хотя они должны открыться для использования только через два года, таким вопросом задавались все, но никто вслух его не высказывал. Привыкли, что государь Олег просто так ничего не делает.

Прибытие столь важной особы, как королевы Ули, требовало встречи её высшими должностными лицами провинции, а командующий северным армейским корпусом к таковым тоже относился. Да и без этого, Ковин всегда был рад видеть госпожу, которой он и его семья были обязаны столь многим.

— Граф, — обратился он к старшему по званию и возрасту командиру полка, — Остаётесь за меня. Мне нужно спешить на доклад. Позаботьтесь о тяжелораненых. Чтобы их постарались довести до корпусного госпиталя живыми. Учебный поход продолжить в соответствии с утверждённым планом. Всем солдатам объявить, что за сегодняшнюю победу им кроме боевых оплат я добавляю по трое суток дополнительного отпуска. Могут к основному добавить, а кто хочет — взять выходными. Майор, — повернулся он к Собику, — ты отправляешься со мной.

Глава 3

Проснулась Вика от тяжести на груди, но глаз открывать не стала. Не отреагировала она и на возникшую боль в левом плече от впившихся в её кожу когтей. Когда же её нос лизнул шершавый язык, далее изображать из себя спящую красавицу стало невозможным.

— Бегемот, я из тебя чучело сделаю, честное слово, — сказала она по-русски, всё-таки поднимая веки, — Ты мне мстить что ли надумал? Восьмой уж день мне поспать по утрам не даёшь.

Несмотря на недовольный тон и грозный смысл своих слов, госпожа Тень взяла голову лесного кота обеими руками и одарила Бегемота ответным поцелуем. Тоже в нос. После чего, толиками Малого Исцеления удалила скрытые под дорогой ночнушкой из шёлка царапины и одарила магией кота, с измальства полюбившего это заклинание.

Только, кроме желаниея получить порции ласк и энергии, Бегемот действительно устраивал хозяйке побудку ещё и из чувства мести — попаданка это точно знала. Кот искренне считал для себя нормальным неделями пропадать в окружающих резиденцию Тени дебрях, а вот длительные отлучки Вики его злили, и это недовольство он открыто и нагло демонстрировал.

— Так, давай-ка, дружок, спрыгивай, — толкнула она Бегемота, — Ты давно уже не малыш, а настоящий слон.

Лесные коты Алернии, вырастая, не сильно уступали размерами рысям, а Викин питомец стал совсем взрослым.

Он послушался хозяйку, соскочил с её груди и несколькими прыжками оказался возле штор. Подлез под них и занял своё место на подоконнике. Кот давно знал, к какому из четырёх окон спальни всегда подходит хозяйка. Бегемот безуспешно пытался удовлетворить своё любопытство и понять, чего она высматривает. А Вике просто нравилось встречать утро в своём замке, глядя на океанские просторы.

Повелительница Ордена раздёрнула занавески и посмотрела на бескрайние водные просторы. Солнце, не видимое ею, ещё только начинало вставать с восточной стороны замка, и океан выглядел сейчас не синим, а суровым тёмно-серым, зато его поверхность дышала спокойствием.

Глядя из окна, Вика вспомнила, как в одной из бесед с Олегом она сказала о том, что на Земле особой везучестью никогда не отличалась и может поэтому ей довелось принять смерть в столь раннем возрасте. Земляк тогда о чём-то задумался, а потом спросил, действительно ли она считает случишееся с ней невезением?

Вика тогда промолчала, но сейчас вдруг отчётливо поняла — ей бы не хотелось вернуться назад, в родной мир. Прав был Цезарь, когда утверждал, что лучше быть первым в деревне, чем вторым в Риме.

Переведя взгляд с океана на внутренний двор своей резиденции, повелительница увидела знакомую картину раннего начала работы дворцовых служб. Только теперь без лишней суеты и толкотни.

Вернувшись с Тарпеции и приведя с собой оттуда спасённых ею сервов-молодожёнов, которых называла тамплиерами по причине того, что тем пришлось вдвоём совершить путешествие на одной лошади, Вика распорядилась Петелии найти им на первых порах работу в замке Тени.

Слова управляющей о том, что куда-либо пристроить новых слуг можно только, если прогнать старых, высветили в сознании попаданки давно сидевшую у неё мысль о чрезмерной перенаселённости резиденции.

Нет, до пяткочесателей, надевателей левого или правого ботинка, держателей зеркал и прочих подавателей ложек дело разумеется не дошло, но праздношатающаяся прислуга попаданке слишком часто стала мозолить глаза.

Поэтому, в первый же день возвращения в резиденцию Вика распорядилась начальнику своей канцелярии Крелану, ставшему довольно сильным магом мужу красотки Петелии, проредить штат прислуги и отправить всех лишних на подготовку глиняно-песчаной смеси на сорокакилометровом участке от Тени до портала.

И сразу же в замке суматохи стало меньше, а порядка больше. Хотя и до этого Петелия старалась госпожу не разочаровывать, держа весь замковый штат в ежовых рукавицах.

Повелительница Ордена не нуждалась в оборонительных сооружениях вокруг обнаруженного ею ближайшего к резиденции портала — пусть об этом графиня Налья заботится, Вике и Ордену площадки пространственной магии опасности не несли — а вот проложить до портала трассу, подобную той, что строил у себя Олег, попаданка сочла нужным. На мопеде, а позже и на мотоцикле, можно будет гонять с ветерком.

— Не кусайся, гадёныш, — Вика потрепала Бегемота по голове, — Сейчас душ приму, и пойдём завтракать.

Она с удовольствием отметила, что хоть её резиденция намного меньше дворца земляка, зато красивее. Единственное, Вика решила подумать насчёт названий. А то, она — Тень, замок — тоже Тень и разросшийся вокруг её резиденции крупный город, и тот — Тень.

Сбросив с себя ночную рубашку на кровать, попаданка прошла в ванную комнату, где увидела, что дежурная девушка, сидя у стены, откинула голову и дремала. Ассасинским навыкам обострённого восприятия никто рабынь не учил, а потому служанка пробуждение хозяйки и её возню с котом прошляпила.

— Не спи — замёрзнешь, — Вика подёргала девушку за ухо, а когда та в страхе, переходящем в ужас, вскочила, то успокоила её улыбкой, — Приготовь мне полотенце.

До встречи с Олегом, вернувшей прежнюю Вику, служанка плетей бы не избежала, однако, теперь её хозяйка изменилась, правда, не очень сильно, и попаданка даже сама не могла себе сказать, надолго ли.

У земляка конструкция душа позволяла смешивать холодную воду с горячей, и нагревание осуществлялось безо всякой магии. У госпожи Тень всё было намного проще — она заклинанием подогрела воду в баке и, открыв кран, встала под струи воды. Сделать погорячее или холоднее она могла опять же лишь магией. Впрочем, Вика давно уже знала необходимую меру заполнения конструкта и сразу же добилась нужной ей температуры потока.

В своём замке, да и не только, попаданка предпочитала носить одежду без всяких вычурностей, весьма скромную, однако, само её положение и огромный достаток предполагали дорогие ткани платьев и костюмов и пошив их самыми лучшими портными. За стоимость же любого из комплектов Викиного нижнего белья можно было прикупить приличный домишко.

Сегодня она выбрала себе облачение из цинарского синего бархата, а из украшений надела только кулон с вложенным в него заклинанием Магического Щита.

На завтраке у повелительницы собрался очень узкий круг. Кроме приехавшего три дня назад из Эритейского султаната Гнеша — Викин брат вымахал в красивого, ладного парня, присутствовали лишь Крелан — канцлер госпожи Тень, его жена Петелия и Бон — адъютант повелительницы.

Когда служанки убрали со стола остатки трапезы, не тронув лишь десертные блюда, Петелия сама налила чай в фарфоровую чашку госпожи и сообщила Вике:

— Эти двое устроились, как вы и распорядились, в крыле для вольных слуг. Познакомились с сослуживцами и рассказали, что прибыли с Тарпеции. Про портал поведали. Разумеется, им никто не верит. В лицо не смеются, но…

— Надо было им языки отрезать, — попаданка подумала и выбрала кусок бисквита, — Но раз никто не верит, то и ладно. К тому же, скоро их болтливость не будет иметь никакого значения.

Все присутствующие относились к близким людям. Не только Гнеш, но и остальные знали о путешествии госпожи на другой материк, совершённом с помощью магии пространств. Никаких подробностей Вика родным, друзьям и соратникам ещё не сообщала, а те и не спрашивали. Понимали, что когда она сочтёт нужным, то каждому доведёт необходимую информацию.

— Людей для изготовления состава под Укрепление я нашёл в достаточном количестве, — сообщил Крелан, — Только тот путь, что вы указали, в нескольких местах идёт через непролазные дебри. Может, лучше делать небольшие отклонения?

— Никаких отклонений, — покачала головой попаданка, — Дорога должна получиться прямой как стрела. Сразу скажу, чтобы больше не мучились вопросами, то место, к которому прокладывается трасса, является порталом. Забытым, но существующим до сих пор. Я через него вернулась. Крелан, попрошу, если нужны будут ещё работники, обратись к Рудию. Пусть он галерных рабов с кораблей, прервавших пока навигацию, возьмёт на время у капитанов. Оплатишь из моей казны. Хорошо?

Канцлер и адъютант переглянулись. Их мысленный разговор попаданка легко прочитала. Её помощники заметили изменения в характере своей госпожи. Если раньше, особенно, в последние пару лет, Вика ставила задачи в достаточно резкой форме, то вернувшись с Тарпеции явно помягчела.

— Госпожа, — Петелия хотела ещё раз наполнить чашку повелительницы, но та знаком отказалась, — Всё-таки, сколько комнат мне готовить? Кто из магистров поселится у нас, а кто в Акульем Зубе?

Вика заранее, ещё до поездки на встречу с земляком, оповестила всех магистров о сборе Совета Ордена для обсуждения важных вопросов. Пока порталы не начали функционировать, путь её соратникам предстоял долгий. Эрне вообще из Фридланда не меньше двадцати дней добираться, даже если не жалея гнать лошадей до Милонега и при плавании по течению Вены безжалостно хлестать галерных гребцов.

Магистр рыцарей Алек, магистры ассасинов Гнеш и Нюра, науки Флемм Орваль и сам великий магистр Лагис граф Акула уже были на орденском полуострове. Вчера прилетел голубь, отправленный с флагманского корабля эскадры Вьежского географического общества, с сообщением, что остальные члены Совета Ордена прибывают одной компанией, и сегодня их судно бросит якорь в гавани Акульего Зуба.

— В моей резиденции остановятся герцогиня Урания и Эрна, — ответила Вика, — У Гнеша с Нюрой есть свои особняки, а виконт Дебор поселится в замке графа. Составит компанию Лагису и Алеку. Так сказать, мальчики — налево, девочки — направо. Герцогине Вьежской предоставишь красные апартаменты, магистру магии — белые. И ещё, Петелия — пока не забыла — чтобы бардак у нас с тобой больше не повторялся, в блокноте распиши все должности замковой прислуги, которые есть на сегодня. И больше никого не покупай. Только взамен, если вдруг кто-нибудь когда-нибудь порой честно жить не захочет и на кого палки должного влияния оказывать перестанут. В общем, надо быть внимательней. Любая структура стремится к бесконечному и бесконтрольному расширению штата, — повторила попаданка фразу Павла Васильевича, самого опытного и мудрого человека в их байкерской компании, и отставила от себя недопитую наполовину чашку, — Так, позавтракали, пора браться за дела.

Госпожа Тень поднялась из-за стола, следом встали и остальные.

— Ты пойдёшь на пристань гостей встречать? — спросил брат.

Вике, оказавшейся рядом с Гнешем, чтобы ответить, пришлось поднимать голову. Парень вымахал под метр девяносто, и когда-то вытиравшая ему сопли сестрёнка теперь еле доставала своему первому ассасину подбородком до плеча.

— Считаешь, не по чину? — улыбнулась она, — Конечно пойду. Не в качестве повелительницы, а просто как подруга. Имею я на это право? Да и Лагис, я думаю, придёт. Всё же на корабле целая герцогиня прибывает. Ты в университет? — уточнила она у брата.

— Нет, — удивлённо поднял тот брови, — Сегодня же выходной в учёбе. Все наши через час будут в лагере. Тренирую с ними маятниковый шаг.

— Получается?

— Давно уже. Но, сама ведь говорила…

— Ага. Повторенье — мать ученья. Ладно. Встретимся в порту.

Предстоящие тектонические сдвиги в жизни Талареи её Орден должен встретить в полной готовности. Вика для того и собирала своих магистров заранее, хотя могла бы дождаться открытия порталов. Тогда той же Эрне не пришлось бы путешествовать тысячи километров — в десятке-двух лиг от магического комтурства, в землях дикарей, имелась своя площадка пространственных перемещений.

Личный бандитский главарь госпожи Тень по понятным причинам не мог быть введён в состав Совета Ордена, при том, что его роль в обеспечении деятельности Викиной организации невозможно было переоценить.

Дело ведь заключалось не в денежных поступлениях в казну Тени от контрабанды или иного преступного промысла — деньги, выручаемые от продажи магических амулетов, составляли главную статью доходов попаданки, и не в перекрытии всякого рода поползновений со стороны уголовной шпаны против орденских школ и госпиталей — рыцари и ассасины, введённые в состав их штатов вполне успешно справлялись с обеспечением безопасности наставников, учеников, лекарей и травников, очень важным являлось то, что через преступный мир проходили огромные потоки интересной и важной информации.

Собственно, после расширения своего влияния на большинство бандитских сообществ, Шторм в основном занимался разведкой и сбором нужных его госпоже сведений.

Бандит — как доложил Бон — вчера вечером прибыл в Акулий Зуб под видом ростовщика и остановился в гостях у местного мэра Рудия, старого и какое-то время единственного друга шлюшки Неллы, превратившейся в могущественную магиню Тень.

— Госпожа, простите меня, что я уснула, — вернувшуюся после завтрака в свои апартаменты Вику встретила стоявшая на коленях утренняя дежурная девушка-засоня, — Накажите. Только, молю вас, не прогоняйте.

— Слёзы и сопли утри, дурочка, — Вика прошла к гардеробной комнате, у дверей в которую вытянулся лакей, с тревогой смотрящий на коленопреклонённую рабыню. Любовники, что ли? — задалась попаданка вопросом, — Я уже забыла о том недоразумении. Главное, чтобы ты запомнила. И, давай, ботинки мне из крокодильей кожи найди. В них отправлюсь.

В особняке мэра, предупреждённые о визите повелительницы Ордена, её уже ждали, и ворота распахнулись перед каретой госпожи Тень заранее.

На крыльце дома Вику встречали оба супруга — Рудий в ратушу сегодня не пошёл.

— Ты чего такой? — спросила у друга попаданка, первой обнимая его жену Желу, — Опять бухать как не в себя начал?

— А кто меня на такую должность поставил? — огрызнулся бывший раб, прижимая к себе госпожу вслед за супругой, — Каждый день ведь с подношениями идут. То купцы, то капитаны, то ростовщики, то корабелы. Сама же велела подарки принимать, а делать по своему.

— Ясно, — попаданка отстранилась и присмотрелась к опухшему от пьянки лицу и красным глазам мэра, — Получить в дар вино или чего покрепче и оставить это в винотеке — не судьба, значит? Надо всё сразу в глотку залить?

Жела сделала короткий шаг к распахнутым рабом дверям.

— Нелла, пожалуйста, не злись на него. Он и сам себя ругает, — попросила она.

— Злиться конечно буду, но друзьям приходится многое прощать, — Вика наложила на мэра Малое Исцеление, наполнив конструкт полностью, и засмеялась, — У тебя такой вид глупый, Руд, когда исцеляешься. Каждый раз. Ладно. Думаю, на год тебе здоровья хватит, а там обращайся ещё. Пошли. Где наш гость? — спросила она входя в обширный холл.

— Я здесь, госпожа, — ответил ей сам Шторм, вскакивая вместе со своим подручным бугаём Дубиной с дивана у боковой стены.

— Привет, ребята, — поздоровалась госпожа Тень, — Рада вас видеть. Рудий, — обернулась она к другу, — тебя в ратуше ждут. Иди, займись делом.

— Сегодня выходной, — как и Гнеш, напомнил повелительнице мэр.

У Вики будни и праздники смешались в одно течение. Попаданка отдыхала или работала, когда ей хотелось. Правда, первое у неё получалось очень редко.

— Тогда здесь поработай, в своём кабинете, — приказала она, — Смотри, какая у нас беда. Акулий Зуб — это и полуостров, и графство, и город, которым ты руководишь, и порт, и замок. Продумай, как нам всё переименовать, чтобы не уточнять каждый раз, что имеется в виду. Жду твоих предложений. А мы с уважаемым ростовщиком Штормом в гостиной о делах поговорим. Дубина нас тут подождёт. Потом все вместе пообедаем. Жела, я очень по твоей стряпне соскучилась, так что, наготовь побольше.

У мэрши теперь имелась кухарка, но она по прежнему любила готовить сама, особенно, те блюда, которым её научила Вика, и в которые Жела привнесла свои кулинарные придумки. Получалось действительно очень вкусно — тут повелительница Ордена нисколько не лукавила. Разумеется, жена мэра словами госпожи Тень была заметно польщена и умчалась из холла впереди всех остальных.

Планировку особняка попаданка знала хорошо, и сама повела Шторма на второй этаж.

— О других делах позже расскажешь, — Вика села за круглый стол гостиной, показала Шторму на стул рядом с собой и прогнала служанку, расставившую на скатерти угощение, — Сначала о моём главном поручении. И не смотри на меня так, Шторм. Ты во мне дырку протрёшь.

— Я скучал по тебе, госпожа.

— Ай, перестань. Как будто бы первый раз встречаемся или расстаёмся. Ты чего, кстати, с Дубиной приплыл? Малёк-то у тебя куда подевался?

Авторитет извлёк из-за пазухи и развернул сложенный вчетверо квадратный кусок плотной ткани с рисунком континента Валания.

— Я его в Алапан отправил. Проблемы там небольшие возникли. Попробует кое-кого усовестить, а не получится, то прирезать. Подручные с ним — ребята умелые и толковые.

— Это ты поторопился с отправкой, — хмыкнула Вика, — Но в том моя скрытность виновата. Скоро порталы откроются. Мальку не нужно было отправляться в длительное путешествие.

— Скоро? — удивился Шторм.

— Ага. Мы об этом позже поговорим. Рассказывай, что твои люди вызнали у валанийских гостей насчёт того, где у них действующие арки есть, а где нет. И показывай.

Глава 4

Жела не подвела госпожу и на этот раз. Вика объелась так, что подумывала уже использовать на себе исцеляющее заклинание, но решила обойтись без магии.

— Наверное, мне надо чаще к вам в гости приходить, — пошутила она, — Буду вес набирать.

Друзья её слова восприняли всерьёз и идею откормить госпожу поддержали с энтузиазмом.

В этот момент прибыл гонец из порта, сообщивший, что к гавани приближается каравелла герцогини Вьежской, и что корабль Урании бросит якорь на внутреннем рейде не позже, чем через гонг.

— Давайте собираться, — скомандовала Вика, — подвезу вас на своей карете. Пусть народ увидит, в какой вы чести у меня, а то забывать начали, доносов на Рудия пишут столько, словно целая канцелярия над ними работает.

— Госпожа, ты же знаешь, что он…

— Я всё знаю, Жела, — не стала выслушивать заступничества мэрши за своего мужа попаданка, — У нас с Рудием друг от друга тайн нет. Так ведь? — подмигнула она насторожившемуся градоначальнику, — Что же касается его участия в капитале Гронской торговой компании, то он счёл это мелочью, не стоящей моего внимания. Так же, Руд?

— Я хотел тебе рассказать, — смутился мэр, — но ты ведь в отъезде была.

— Уверена, что так и есть, — Вика усмехнулась чуть иронично, — Поехали. Постоим на свежем морском ветерке, подышим. Магистры тоже, я думаю, приедут пораньше. Шторм, — обратилась она к бандиту, — с тобой я пока не прощаюсь. Погостите с Дубиной пару деньков. Ты мне ещё здесь понадобишься.

Мэр с супругой без лишней суматохи споро переоделись в парадные облачения и украсились драгоценностями — всё же герцогиню встречать едут. Это госпожа Тень могла себе позволить выглядеть среди своих соратников скромной девушкой. Её величие и могущество никем под сомнение не ставились, и соревноваться в богатстве нарядов у Вики смысла никакого не имелось. Хотя иногда — что называется, под настроение — она с удовольствием наряжалась и украшалась в соответствии со своим высоким статусом повелительницы Ордена.

— Чего надумал с названиями? — спросила Вика Рудия, когда лакей убрал каретную ступеньку, закрыл дверцу, и экипаж тронулся с места.

— Крепость можно называть Орденской Твердыней, а город предлагаю переименовать в твою честь, — ответил Рудий, — В Неллград.

— Он у тебя хороший выдумщик, Жела, — хмыкнула попаданка, — Тогда растущее как на дрожжах поселение вокруг моей резиденции — Викинг? А что, надо подумать.

Находясь в гостях у земляка, Вика было загорелась построить у себя нечто подобное Пскову. Она ведь Олегу по своим строительно-архитектурным возможностям ни в чём не уступает, а то, что Эрна по магической мощи заметно слабее Ули Саарон, помогавшей соотечественнику, лишь увеличило бы время Викиного градостроительства. Однако, ещё в пути по возвращению домой, госпожа Тень к этой идее быстро охладела. Ей это было ни к чему. Орден ведь не государство, а типичная для двадцать первого века Земли сетевая структура.

Да, пока у этой структуры есть главный центр — замок Тени — почти пресловутый сказочный дуб с сундуком, в котором заяц, в котором утка, в которой яйцо с иголкой, и хоть Вика себя Кощеем не считала, но рассудила, что единого пункта управления у Ордена быть не должно.

Псков-два она возводить не станет, а вот несколько других резиденций повелительница решила себе построить. Как минимум, одну ещё надо будет иметь на востоке Алернии, парочку на Тарпеции — Олег ведь не пожадничает для единственной соотечественницы в выделении землицы, у императора территорий полно, это его землячка сирая и убогая, даже титула завалящегося нет — и о Валании попаданка тоже подумывала. Благо, скоро проблем с перемещениями на огромные расстояния не останется. Нужно будет только проложить хорошие трассы от замков Тени к ближайшим порталам. Чем Вика уже конкретно занялась, согнав кандальников и рабов со всей округи и приказав не жалеть для них ни обильной еды и добротной одежды с обувью, ни плетей с висельными петлями для нерадивых.

Попаданка не ошиблась — Лагис, Флемм Орваль и Алек уже находились в гавани, расхаживая вдоль центральной части причалов. Графская дружина, совместно с городской стражей, оцепила значительный участок набережной, оттирая любопытный народ от орденского начальства.

Свою госпожу магистры встретили почтительными поклонами. Толпы собравшихся за оцеплением горожан приветствовали её громкими, радостными криками. Повелительницу хоть и боялись — что не удивительно — но любили и искренне почитали. И причин на то имелось достаточно.

— Так, что там у нас? — ответив кивком на приветствия, Вика взяла великого магистра под локоть и посмотрела в сторону океана, — Белеет парус одинокий в тумане моря голубом? Ага, вижу. Белеет, да не одинокий.

Герцогиня Вьежская скромностью не отличалась, поэтому её большой корабль носил тоже самое имя, что и она — Урания. Флагман флота географического общества шёл в сопровождении десятка боевых галер эскадры герцогства — почти треть Вьежских военных судов.

По прикидкам Вики, примерно через четверть гонга «Урания» бросит якорь на внутреннем рейде Акульей заводи.

— Мне кажется, я уже герцогиню с магистром Эрной вижу, — показал рукой в направлении кораблей Флемм Орваль.

Понятно, что ректора орденского университета больше интересовала любимая подруга, а не Урания. Пожалуй, Флемм и Эрна — усмехнулась в мыслях Вика — станут самыми выигравшими от начала работы пространственной сети. Им вскоре для поездки на свидание будет хватать одного дня.

— Уважаемый Орваль, — отпустив локоть Лагиса, госпожа Тень повернулась к чуть побледневшему в волнительном ожидании магистру науки, — Что у нас с белым тягучим веществом? Алхимики уже начали с ним работать?

Она задала эти вопросы не только, чтобы отвлечь Флемма от переживаний.

— Ты про ка-у-чук? — переспросил ректор, произнеся недавно услышанное им слово по слогам.

— Ого, оказывается, я тебе название этого вещества уже говорила? — наморщила лоб попаданка, — И хорошо. Да. Так что у нас с каучуком?

Буквально за пару-тройку дней до отъезда Вики на встречу с земляком один из парсанских торговых кораблей доставил во Вьеж пять больших двадцативёдерных бочек вещества, в котором Вика признала смолу каучуковых деревьев. Повезло, что однажды она смотрела телепередачу про плантации этих удивительных растений.

Викин названный дядюшка Тугорд, став мэром Вьежа, завёл себе несколько мастерских по производству и пошиву влагонепроницаемых одежд и обуви, и белую смолу доставили по его спецзаказу с одного из южных материков. Попаданка же случайно оказалась в нужное время в нужном месте, приехав на склад дядюшки Ту в поисках кузенов. Свона с Галлом она не застала, зато увидела открытую бочку с нужным ей в хозяйстве веществом. Каучук Вика тут же самым бессовесным образом присвоила себе и, проигнорировав расстроенный вид дорогого родственника, приказала все до единой ёмкости со смолой отправить в университет Тени.

— Как ты и приказывала, три ведра ка-у-чука взяты на исследования, — доложил Флемм, — Это надо в лаборатории уточнить, но пробуют всё возможное — охлаждают, нагревают, смешивают. Полученные результаты записывают и систематизируют.

— Отлично, — похвалила госпожа Тень, — А теперь ещё и будут пробовать экспериментировать с помощью магии. Эрна твоя наверняка прихватила с собой кого-то из своих помощников-исследователей. Будет им чем заняться.

— Хотелось бы конечно узнать всё же, что мы хотим получить.

— Резину, — улыбнулась попаданка.

Умельцы Олега пока безуспешно бились над созданием технологии вулканизации, колдуя над продуктами нефтепереработки. Молодой император честно признался землячке, что в этом вопросе он дуб дубом, и всё приходится делать с нуля методом проб и ошибок.

Признаваться новому долгожданному другу, что у неё есть готовое решение, Вика пока не стала. Решила сделать сюрприз, тем более, что её немного задел отказ Олега от сделанного ею предложения изготовить свечи зажигания на основе магической артефакторики.

Принцип закрепления заклинания Молнии в Оболочку и выдачи амулетом микроразрядов при определённом уровне давления от сжатия поршнем топливной смеси был вполне реализуем. Исследователи Эрны уже создали боевые артефакты на похожих принципах. Только соотечественник с улыбкой отрицательно мотнул головой, пояснил, что его конструктора изготовили обычные электромеханические свечи зажигания и изобретать велосипед не требуется.

Раз так, решила попаданка, пусть тогда технический гений её земляка попробует проявить себя и в создании материалов для колёс. Увы, о том, что в Таларее имеется точный аналог земного каучукового дерева, Олег представления не имел, и мучиться его алхимикам предстояло бы ещё долго.

Не без самоиронии Вика заметила за собой, что мысли о средневековом байке стоят у неё в одном, первом, ряду с размышлениями о будущем её отношений с обретённым соотечественником и Дебором.

— Резину? — влез в разговор Алек.

Магистр рыцарей весь изводился от того, что госпожа общается не с ним.

— Да, её. Но об этом позже и в другом составе надо будет говорить. Смотрите, как ускорились, — перевела она взгляды соратников с себя на море, — Скоро бросят якорь.

В это время сквозь толпу пробились Гнеш и Нюра в окружении пятёрки своих спецназовцев.

Вика, не долго думая, ввела в орденском штате должности сразу двух магистров ассасинов. Работы на этом направлении хватит и брату, и дочери Рудия. К сожалению, Вика своему личному участию в тренировках ассасинов уделяла гораздо меньше времени, чем Олег. Потому и готовых специалистов на данном поприще у неё теперь имелось раза в три-четыре меньше. Правда, по качеству подготовки они не уступали ниндзям.

По поводу относительной немногочисленности своих обученных убийц попаданка нисколько не печалилась. В отличие от Олега, испытывавшего лютый кадровый голод в ниндзях, ей ассасинов вполне хватало. Она же не имела военной разведки, пограничной стражи, а для агентурной работы у Ордена имеется всё увеличивающийся контингент из выпускников школ. Да и люди, приходящие за помощью в госпиталя, за своим языком особо не следят.

Основной задачей Викиных ассасинов являлось обеспечение безопасности орденских учебных и лекарских заведений, в чём им хорошо помогали люди Шторма, везде плотно работавшие с местной всеведущей городской шпаной. Одни поставляли нужную информацию, другие устраняли проблемы ещё до того, как те начинали представлять угрозу.

— Нелла, — Гнеш приблизился и понизил голос, — К тебе приезжал барон Алгис, едва ты уехала к Рудию. Хотел, чтобы ты выслушала того переодетого жреца Единого, которого он снял с брига «Облако».

— Делать мне нечего, — фыркнула Вика, подняв вверх руку и помахав стоявшим на носу входящей на внутренний рейд «Урании» трём фигуркам — двум стройным женским и одной плечистой мужской, — У меня конечно нервы как канаты, и пыток я видела немало, но желания лицезреть результаты работы моих костоломов не испытываю. И сомнений в Алгисе у меня нет. Я лучше его доклад выслушаю. Зачем мне жрец? Жрец не нужен. Рудий! — позвала она напыжившегося от важности друга, — почему бараки для двуногого скота не перенесли ещё за ряды пакгаузов? Я же вроде бы ясно сказала?

— Уже доделываем, — быстро сдулся тот и подошёл к повелительнице, — День или два, с ограждением ещё завершим, и переведём туда кандальников. А эти развалюхи снесём.

— Надеюсь, — кивнула госпожа Тень.

От берега отошли два крупных двенадцативёсельных шлюпа, чтобы доставить с кораблей именитых гостей и их сопровождающих.

Вика на родине любила московскую погоду. И синие метели, в том числе. На юг им с бабушкой часто ездить не получалось, а в те пару раз, что они всё же побывали на Чёрном море, заставали такую жаркую погоду, что у обоих вызывало сильный дискомфорт, тем более, что у бабули были проблемы с давлением. Только в новом для себя мире попаданка ощутила всю прелесть мягкого субтропического климата.

По земному или имперско-псковскому календарю сейчас была середина октября, но яркое солнце и тёплый ласковый ветерок, дующий с моря, дополняли приятными ощущениями радость от встречи с друзьями.

— Вика! — герцогиня первой была перенесена матросами со шлюпа на берег и первой же из гостей обняла подругу.

— Урания! — в тон ей ответила попаданка, — Эрна! — поприветствовала она магистра магии раньше, чем Флемм Орваль, её муж, — Дебор! — улыбаясь, но отведя взгляд, госпожа Тень следом прижалась к виконту, оказавшемуся на пристани без посторонней помощи.

Устраивать длительную церемонию встречи под пристальным вниманием тысяч пар глаз орденцы не стали и почти сразу после приветствий прошли к экипажам. Вика пригласила к себе в карету Уранию с Эрной и Бенту, свою молодую кузину, дочь дяди Тугорда и тётушки Араны.

Абсолютное Исцеление когда-то сделало из увечной девочки идеально здорового человека, готового теперь, по прошествии восьми лет, приступить к усвоению навыков ассасинов, а на следующий год поступить в университет.

Вика, можно сказать, обскакала своего земляка в повышенном качестве спецназа. В отличие от ниндзей, почти треть ассасинов после обучения боевым навыкам получала и университетские знания.

Рудий с Желой, не являющиеся членами Совета, остались на пристани, но были публично обласканы вниманием правительницы Вьежа.

— Рассказывайте, как прошло плавание, — спросила повелительница Ордена, смотря при этом на герцогиню, своего магистра географических исследований.

Чтобы избежать преждевременных вопросов в свой адрес, попаданка весь короткий путь до замка Акулий Зуб сама ими засыпала подруг, участвуя в беседе лишь одной половиной сознания, а другой ещё раз продумывая предстоящие разговоры с Дебором.

Как бы у неё ни сложились дальнейшие отношения с найденным земляком, Вика поняла, что своего бывшего, да, теперь уже бывшего любимого, она больше никогда к себе в постель не пустит.

Переживаний по поводу того, что виконт Карлайтский ради неё официально отказался от наследственных прав на графство, попаданка не испытывала. Его отец Санок был мужчиной в расцвете сил, и с учётом Викиной магии Омоложения мог прожить, пусть не век, но лет семьдесят ещё, точно, а госпожа Тень и не думала лишать понравившегося ей достойного графа возможностей заклинания долголетия.

И чем бы Дебор, не приди он в Викину организацию, все эти семьдесят лет занимался? Был вечным подай-принеси при отце или, хуже того, пустился в кутежи вместе с этими обормотами Фелисом и Никаром?

Сейчас же у ненаследного виконта Карлайтского есть дело, которое ему очень нравится — землянка это видела воочию — и высокое положение главного дипломата могущественной организации, с которым считают за честь свести знакомство — лично или по переписке — все венценосные особы Алернии, не говоря уж о рыбах размером помельче. И что не менее важно для такого деятельного человека, у него теперь в руках большие власть и ответственность.

Живи она сейчас с Дебором на Земле, то могла бы воспользоваться классическим приёмом: «давай останемся друзьями», но здесь Вика решила поступить по-другому — пусть события развиваются сами по себе. В конце концов, её виконт — замечательный мужчина, пожалуй, лучший из родившихся на Таларее, так неужели быть подкаблучником при могущественной магине — это то, чего он заслужил?

— Замок, я смотрю, почти ничуть не изменился, — выглянула в оконце кареты Эрна, когда начался крутой подъём к воротам орденской прецептории.

— Внутри посмотришь, тогда скажешь, — не согласилась с выводом подруги Вика.

Снаружи Акулий Зуб действительно был лишь отремонтирован, зато за его стенами многое кардинально изменилось. И главными отличиями от прежнего устройства замка являлись вовсе не новые здания из магического гранита вместо прежних каменных, кирпичных или бревенчатых, а в появлении здесь канализации и водопровода на основе использования архимедова винта.

До верхних этажей донжона, правда, трубы даже не стали прокладывать, но остальные сооружения недостатка в проточной воде не испытывали.

— Добро пожаловать в наш дом, — добродушно поприветствовал приехавший в первой карете великий магистр своих гостей, сделав широкий жест рукой в сторону крыльца главного здания, где замерли попарно графские дружинники и рыцари Ордена, — Обед уже накрыт.

Вика не оттолкнула Дебора, когда тот взял её под локоть и повёл вслед за графом Лагисом и герцогиней Уранией. Любовь прошла, так разве нужно разрывать ещё и дружбу?

— Что-то случилось, Вика? — поднимаясь по лестнице магистр дипломатии обнял повелительницу за талию, — Ты какая-то… я немного не так представлял нашу встречу, ведь больше пяти недель не виделись.

— Я скучала по тебе, Деб, — попаданка в этом не соврала, — Но я сильно устала. Было много работы, а предстоит ещё больше. Вы все скоро всё узнаете. Завтра, послезавтра — и сколько ещё времени нам потребуется — на Совете обсудим. Не обижайся. Мне сейчас не до твоих ласк.

В главном зале прецептории стол был накрыт с таким изобилием, словно Лагис собрался накормить весь свой замок, а не только прибывших гостей. Обидно только, что графские повара готовили, на вкус Вики, не очень вкусно. Но, раз хозяина твердыни такое устраивает, то повелительница опускаться до советов в мелочах не стала.

Морское путешествие утомляет не физически, а морально. Целыми днями наблюдать однотипные пейзажи очень быстро становится скучно, а развлечений, подобных тем, что предоставляли на круизных лайнерах на Земле, в этом средневековом мире ещё не придумали. И Вика не подсказала. Скорее всего и в этом вопросе Олег окажется шустрей своей соотечественницы.

Уже через гонг гости стали проявлять явное желание отдохнуть.

— Эрна, — перегнувшись за спиной герцогини, Вика окликнула бывшую крепостную, ставшую могучей магиней благодаря своей спасительнице госпоже Тень, — Успеете ещё с Флеммом намиловаться. Сейчас поедешь вместе с нами ко мне в резиденцию. Разместитесь, отдохнёте, приведёте себя в порядок, — это она уже сказала и Урании тоже, — а вечером в университетеидля нас театральное представление. Только вначале у меня будут для вас подарки.

Несмотря на своё богатство, и правительница Вьежа, и магистр магии подарки очень любили, особенно те, которые им презентовала Вика. Обе подруги довольно переглянулись.

Взгляд попаданки упал на Бенту, сидевшую рядом с Нюрой и смотревшую с восторгом и обожанием на красавца Гнеша. Вика рассчитывала, что кузина поселится в особняке дочери Рудия, но, увидев пунцовые щёки этой совсем ещё молоденькой девушки, решила переиграть и тоже разместить в своей резиденции. Пусть Бента до отъезда в учебку ассасинов побудет под присмотром кого постарше. У Нюры ещё у самой ветер в голове гуляет — куда ей за девчонкой присмотреть?

Ненадолго, до вечера, попрощавшись с мужской частью капитула, Вика с подругами и кузиной направилась в свою резиденцию, радостно предвкушая их реакцию на широкий ассортимент и новизну парфюмерно-косметических средств, которыми Олег обеспечил землячку.

Глава 5

Вернувшаяся из Глатора Уля сообщила, что защита от вторжения через портал там полностью готова. Осталось только поставить в башне орудия. И гарнизон для охраны площадки в составе двух рот латников генерал Ковин уже выделил.

Сестрёнка всё сделала сама, без участия императора, хотя такая задача даже для неё была непростой. Королева Саарона рассказала о своих успехах даже без скрываемой гордости — она давно привыкла к своим боевым и трудовым подвигам и стала считать их обыденностью.

За оставшиеся три с лишним недели предстояло завершить возведение стен и башен вокруг остальных площадок, и Олег не сомневался, что они управятся раньше намеченных сроков.

— Может дашь Уле отдохнуть? — спросила Клемения, — Не успела она прилететь, как ты её тащишь на работу.

Фестальский портал находился в королевском парке, и прибывшая на своём зелёном дирижабле королева Саарона с лётного поля сразу же приехала во дворец, где застала брата в компании Винорской государыни и её подруги Прилы ри Неров, болтающих о пустяках в большой гостиной.

— И в самом деле, — посмотрел на сестру император, — Уля?

— Да ну, какой отдых? — засмеялась девушка, — Я и так во время полёта только и делала, что валялась в постели. Бока не отлежала лишь благодаря мудрому совету её мужа, — она кивнула на графиню Прилу, — рекомендовавшему переворачиваться с одного бока на другой. Пошли. Раньше начнём — раньше закончим, — повторила она одну из фраз брата, которые она ловила слёту и которые ей всегда нравились и запоминались.

Если бы Олег решил поручить кому-нибудь написать свою биографию, то королева Саарона стала бы первой кандидаткой на писательницу-мемуаристку.

— Тогда пошли, — сидевший на кресле император легко поднялся и махнул рукой королеве Клемении, — Мы скоро, Клео. Прила, — подмигнул он жене Лешика.

— Нам пойти с вами? — предложила правительница Винора.

— Да зачем? — отказался попаданец, — Мы туда-обратно.

Улина рабыня — шустрая белобрысая девица с плутовскими глазами — подала хозяйке недавно тою скинутую накидку, и в сопровождении двух пятёрок ниндзей — императорской охраны и Улиной — Олег с сестрой пошли по длинным и многолюдным дворцовым коридорам к парадной лестнице.

На улице температура была чуть ниже двадцати тепла, но сильные порывы зябкого ветра выстуживали тела. Олегу было ни по чём, а вот королева Саарона предпочла немного утеплиться.

— Отстань на десять шагов, — бросил император рабыне и посоветовал сестре, — Избавься от неё. Или дай волю и шанс чего-то достичь в жизни, или отправь в свинарник какой-нибудь. Воздай по заслугам. Ещё в прошлый раз хотел тебе сказать, не держи таких шустрых в близкой прислуге. Взгляд слишком умный. Не только много видит, но и многое понимает. Что там в Глаторе? — ушёл он от мелкой темы.

— Тревожно, Олег, — королева улыбнулась кому-то из знакомых Клемениных придворных, — Напряжённо.

— Ну, твой протеже справляется. Нет, какой молодец — быстро и почти без потерь разгромил полных шесть полков, можно сказать, небольшую армию.

— Это только в Дорвинге. А там ещё и Нерчир граничит. Наёмников нашим недругам теперь конечно сложнее будет привлекать и дороже, но они уже, как говорит Ковин, начали своих солдат в наёмников рядить. Они не успокоятся. Агрий же докладывал на Совете, какие деньги Орос этим вечно нищим королям заплатил.

— С долгами расплатились, ещё и на пополнение казны хватило, — кивнул император.

— Да. Только я не про это. В самом Глаторе много наших недоброжелателей. И вообще, если хочешь знать моё мнение, зря ты Виделия оставил регентом при внуке. Лучше бы убил. Чувствую, вся смута там от него идёт.

— Убить? — усмехнулся Олег, — Как ты себе это представляешь? Ты не забыла, что вообще-то он отец нашей подруги.

— Клео сама его не любит.

Сложно было бы объяснить Уле, выросшей сиротой при живой матери-алкоголичке, что нелюбовь дочери к отцу вовсе не подразумевает равнодушие к его смерти, и попаданец просто эту тему закрыл.

— Любит или не любит — дело десятое. Так ты из-за глаторских событий такая грустная? Вижу, не в настроении.

— Не только, — Уля сбавила шаг, взяв брата за руку, — Ты обещал подумать. И молчишь до сих пор.

— Я всё время думаю, — усмехнулся попаданец, — В этом и заключается главная работа императора. Что ты конкретно имеешь в виду?

Олег уже понял, что сестрёнка получила письмо от маркиза Орро ни Ловена, человека в два раза старше неё, и в которого, похоже, она втрескалась уже всерьёз и надолго. Тот явно отвечал взаимностью.

И теперь Уле хотелось узнать, готов ли брат согласиться иметь в зятьях хадонского аристократа, а император Пскова пока не готов был дать окончательный ответ, но уклониться от данного вопроса, судя по молящим глазам Ули, сегодня возможности не представлялось. Зато перерыв в неприятном направлении разговора появился — они пришли к месту своей работы.

Высокая — на две трети от необходимого — опалубка была рабами полностью заполнена глиняно-песчаной смесью.

— Так, как всегда? — Олег прислонил ладонь сестре между лопаток, — Ты налево, я направо?

— Зачем менять то, что работает? — вновь использовала Уля его же слова.

Император и королева разошлись и принялись накладывать конструкты заклинания Укрепления, наполненные на пятнадцатую часть своего объёма. Вначале Укреплялись нижние слои, затем верхние. Четверть работы проделала Уля, остальное Олег.

На всё у них ушло минут десять, не больше. Через пять-шесть дней, когда кандальники смастерят опалубку оставшейся верхней трети стен и башни и заполнят её смесью, Уля вернётся в Фестал и завершит начатое. Теперь им предстояло отправиться к другим порталам — она в Тарк, он в Бирман.

— Ты опять полностью потратилась? — нахмурился попаданец при виде бледности сестры и наложил на неё исцеление, — Хоть кол на голове теши, честное слово.

Порозовевшая после порции лечебной магии Уля пропустила недовольство своего государя мимо ушей.

— А хватит двух орудий на башне? — спросила она, — Может больше бойниц сделать? Вдруг враги в огромном количестве с лестницами и таранами попрут в атаку? Что сделают с огромной толпой всего две пушки?

Император приобнял королеву, и они направились обратно во дворец. Отлёт оба назначили на вечер, так что, оставалось время на общение друг с другом и с Клеменией и Прилой.

— Не нужно убивать толпу, Уля, — пояснил Олег, — достаточно убить мага, который держит портал открытым и должен находиться всё время расходования своего резерва в пределах площадки. Всё просто — грохни одарённого и портал закроется. И можно сразу же перехватить управление, если свой маг добежит до площадки и откроет путь в другом направлении. Невозможно совмещать перемещения сразу в несколько мест. Только в одно. Но даже если не перехватывать, то пусть следующий одарённый врага встаёт на место смерти. Будет как в тире. Тренировалась ведь из арбалета? Примерно тоже самое. Кстати, ты подарок госпожи Тени носи. Я про Динамическую Защиту. Почему опять без амулета?

— Зачем он мне во дворце Клео?

— Уля.

— Хорошо. Он у меня в багаже. Сейчас пошлю.

— И не снимай даже на ночь. Договорились?

Когда они начали подниматься по парадной лестнице, сестра вновь напомнила государю про свой вопрос насчёт маркиза.

На площадке между вторым и королевским третьим этажами Олег остановился.

— Честно, мне очень тудно тебе дать однозначный ответ, — попаданец взял Улю за плечи и внимательно посмотрел ей в лицо, — Я очень хорошо отношусь к Орро, ты знаешь. Это достойный дворянин, профессионал высокого класса и, главное, человек чести. Только вот, все эти его качества служат не нам, а его Божественной императрице. Он ей верен сейчас и будет предан всегда. Вот, что плохо-то. Иметь в приграничном с Хадоном королевстве принца-консорта, служащего интересам Агнии, мне не нравится.

— Ты же с ней в союзе, — опустила голову Уля, не выдержав взгляда брата и заметно от его слов расстроившись.

— Что такое союзы между странами? Сегодня есть, а завтра нет. Уля вспоминай хоть иногда, чему тебя Гора учит. Впрочем, я не хочу и не стану чинить тебе препятствия, если ты решишь связать свою судьбу с Орро. Он достоин тебя. А ты мне дорога. Я приму любое твоё решение, — перевалив ответственность на поникшие плечи Ули, Олег в утешение поцеловал её в темечко, — Пойдём.

— Пойдём, — согласилась та, — Я буду сильно думать. Как королева.

К их возвращению в большую дворцовую гостиную там уже появились музыканты, а компания расширилась за счёт королевского красавца-адъютанта, полковника в восемнадцать лет, при том, что титулом он пока не обзавёлся.

Хотя придворный щёголь-карьерист у Олега не вызывал никаких чувств, кроме лёгкого насмешливого презрения, его присутствию он был рад — находиться одному в женской компании приятно, но утомительно.

— Ты мужа-то бросила, что ли? — шутливо поинтересовался император у графини ри Неров, когда после танца с Клеменией пригласил её на вальс.

— Это он меня, государь, — ответила Прила, — Как с Алернии вернулись, так я его видеть перестала. Мечется по империи из конца в конец. Проверяет, что тут изменилось за время его отсутствия. Пыталась за ним поспевать, да разве за ним угонишься?

— Я ему прикажу не забывать брать краткосрочные отпуска, — серьёзно пообещал попаданец, — Он действительно сейчас сильно занят. Но время для семьи всегда выделить можно. И нужно.

Когда подруги принялись обсуждать и спорить о нарядах к предстоящим с тридцать третьего декабря по десятое января в Пскове Новогодним гуляниям, а на дворе стояла ещё середина октября, Олег решил, что пора прощаться. У него и Ули действительно впереди было много дел, и, увы, на многие годы вперёд.

— Делу — время, потехе — час, — император поднялся и протянул руку королеве Саарона, — Нам пора.

— Ну, вот, — вздохнула Клемения, — Третий раз за последний месяц посещаешь и ни разу не остался погостить хотя бы на пару дней. Я ждала, что ты оценишь мой театр. У меня на этой неделе идёт постановка «Собаки на сене».

— Обожаю Лопе де Вега, Клео. И в следующий раз обязательно сходим. О местах для нас только заранее побеспокойся.

Шутка удалась. Подруги рассмеялись.

На лётное поле император с сестрой поехали в одной карете. Клемения для статусности выделила им в сопровождение целую роту гвардейцев, Олег и не возражал.

Прежде, чем за Улей лакей закрыл дверцу, к карете просочилась её служанка и протянула забытую той накидку.

— Я Вадасию всё же оставлю при себе, Олег, — сказала сестра, когда экипаж тронулся с места, — После Лолиты за последние пару лет это моя первая служанка, кого мне не хочется наказывать. Исполнительна, трудолюбива, чистоплотна и с лёгким характером. Она меня забавляет. К тому же, люди Нечая или Лешика моё ближайшее окружение тоже периодически проверяют на предмет посторонних связей. А Вадасия хорошо знает моё отношение к тем, кто злоупотребляет моим доверием.

— Делай как считаешь нужным, — Олег задёрнул занавесь, лишив возможности добрых фестальцев любоваться ликом своего великого императора, — Что же касается Глатора, наверное, я усилю северное направление за счёт ирменьской военной флотилии. На границы с Линерией и Руанском моих речных моряков или, как называют их морские собратья, ракоедов, не пошлёшь, а в пойме возле Растина от них толку будет мало. Так что, пусть своими десантами усилят группировку твоего протеже Ковина. Всё же, три тысячи абордажных сабель и арбалетов — это три тысячи абордажных сабель и арбалетов. Считай, два полнокровных полка.

— У Ковина с Аглендой до сих пор только титулы, а графства своего нет, — напомнила Уля.

— Значит, будут, — улыбнулся попаданец, — Напомни мне об этом во Пскове. По-моему, у Клейна в реестре земельных владений уже что-то появилось из вновь вымороченного.

Олег видел, что Улю всё последнее время распирало желание поговорить про Вику. Только вот он настоятельно попросил своих друзей пока вопросов об их новой алернийской знакомой не задавать, у императора ещё не было на них ответов, во всяком случае, на большинство.

На лётном поле оба дирижабля находились в полной готовности к отправлению. Фестальский аэродром был значительно скромнее псковского, здесь имелась всего одна причальная башня, и Олег с Улей поднимались на верхнюю площадку вместе.

Обнявшись и расцеловавшись, они направились каждый к своему судну.

— Меня не беспокоить, — сказал Олег встретившей его команде аэронавтов, — Чай только принеси, — приказал он стюарду и занял место в задней части салона, там, где размещались они с землячкой во время их коротких совместных путешествий.

Ускорять движение аэростата и прибыть в свою столицу среди ночи попаданец посчитал не нужным, к тому же, он не прочь был отдохнуть и остаться наедине со своими мыслями, что выпадало ему всё реже и реже.

День заканчивался, но в иллюминатор Олег ещё мог увидеть входивший в Фестал длинный обоз и обгонявший ряды повозок почтовый дилижанс с шестёркой запряжных коней и десятком кавалеристов охраны.

Дирижабль Ули удалялся почти перпендикулярно пути императорского, и Олег почему-то был уверен, что королева Саарона ему сейчас усиленно машет рукой — эта земная традиция сестрёнке очень понравилась. Он прижал ладонь к стеклу, хотя конечно же верная помощница его жеста не увидит.

Встреча с Викой сделала его немного сентиментальным, наверняка, не надолго, но ему понравилось это новое ощущение теплоты в себе. Слишком уж он за последние годы стал каким-то чересчур деловым, а мысли о земном прошлом гнал подальше, потому что они нагоняли на него тоску.

Сейчас же всё изменилось. Олег, глядя на то место, где недавно сидела землячка, улыбнулся, вспомнив, как та перепачкала себе сначала руки, а потом и нос — когда его почесала — возясь с механиками вокруг мопеда. Чем-то она ему тогда напомнила земного автослесаря. Замаранная машинным маслом и с сумасшедшинкой во взгляде красавица мало походила на офицера-особиста, тем более, на величайшую магиню Талареи.

— Государь, ещё что-нибудь к чаю нужно? — поинтересовался стюард, ставя на столик, кроме чашки и небольшого чайника, две вазочки — с вишнёвым вареньем и мёдом, — На борт свежую выпечку прямо перед отлётом доставили. Вам принести?

— Нет, сержант, спасибо, — отказался Олег.

Он пил горячий напиток и смотрел на огоньки, редко появлявшиеся внизу — всё же, до появления электрического освещения пока далеко, и людские поселения ночами в большинстве своём погружались во тьму.

Воспоминания и размышления долго не давали ему уснуть. Задремал он уже заполночь, а проснулся, когда дирижабль начал снижение.

От завтрака на борту император отказался.

Кроме обычного для встречи государя гвардейского караула — телеграф позволял заранее знать о прибытии императора — Олег неожиданно увидел полковника Нирму. Судя по её нарочито бесстрастному лицу, она имела при себе какое-то очень важное сообщение.

— Государь, — склонила она голову перед вышедшим из причальной башни Олегом.

— Не тяни. Что случилось?

— Из Растина пришла шифровка. Маршалы и начальники служб все в отъезде. Мы с Клейном взяли на себя смелость дать команду на расшифровку…

— Короче можно?

— Валанийцы огромными силами высадились в Аргоне. Пять дней назад. Задержка была с отправкой голубиного сообщения в республику. Асер Дениз сразу же перенаправил известие вам. Точную численность десанта, состав и предполагаемые направления действия разведчики выясняют.

Олег, сделавший уже десяток шагов, остановился.

— Вот это сюрприз, — выдохнул он, — В одном месте по носу получили — решили сменить тактику? Так, Нирма, тогда я отправляюсь к Чеку в Растин. Передай Клейну, чтобы разослал телеграммы по списку номер один всем, кроме королевы Ули. И собираемся не здесь, а в республике. За Гортензией отправьте аэростат. Время на сбор даю четыре дня. Встречаемся в пятницу, восемнадцатого, во дворце дожей. И тебя жду. Будешь нужна.

Попаданец развернулся и направился назад к башне. Завтракать сегодня ему придётся всё же в салоне своего аэростата.

Глава 6

Аргон, как и его сосед Отан, находившиеся на южном побережье Тарпеции, были восточными соседями Растина.

У Олега одно время появлялись мысли включить эти королевства в состав своей империи, но основывалась такая идея скорее из жалости, чем в надежде иметь с данных территорий какую-либо выгоду. Потому он с лёгким сердцем и отказался от соперничества за них с Хадонской империей. Раз уж Божественной для укрепления влияния среди своих подданных необходимы внешнеполитические успехи и демонстрация возрастающего после долгих лет смуты могущества её государства, то пусть забирает себе эти чемоданы без ручки.

Псковский император продемонстрировал своё дружелюбие, а заодно выторговал у Агнии изгнание из Хадона сааронских эмигрантов с беглым трусливым монархом. Наиболее одиозных из них при участии маркиза Орро ни Ловена императрица негласно передала новой королеве Уле, и та, по совету Гортензии, приказала смутьянов, не признавших её власть, тихо удавить в подземельях королевского дворца. Остальные бывшие сааронские владетели разъехались по разным странам приживалами к дальним родственникам и угрозы больше не представляли.

— В Камень-на-Ирмени нужно заходить? — подошёл к смотрящему в иллюминатор государю штурман аэростата.

Стандартный маршрут полётов на юг империи предусматривал остановки в Бирмане или Камне. Сейчас Олег спешил в Растин, но посчитал, что пара-тройка часов погоды не сделают, к тому же, он может лично поставить задачу адмиралу речной флотилии. Ковина реально надо усилить, чтобы не столкнуться с серьёзными неприятностями ещё и на севере.

То, что действия недоброжелателей носят скоординированный характер, он не исключал, но считал маловероятными — слишком уж бестолково всё выглядело. Нет, похоже, оросцы с кринцами и парсанцами в общих чертах о чём-то договорились, но совместными планам вряд ли озаботились.

— Да, ненадолго остановимся, — кивнул попаданец, — И скажи, чтобы моих ребят накормили, — он взглядом показал на четверых парней и девушку ниндзя.

Его мысли опять вернулись к Аргону.

И жертва валанийской агрессии, и соседний Отан в военном, политическом или экономическом отношении ничего внушающего уважения из себя не представляли.

Оба этих королевства жили ещё по правилам совсем раннего средневековья. В них почти совсем не имелось свободных поселенцев, а крестьяне сплошь являлись сервами, не имевших ни своего клочка земли, ни домашней скотины и птицы.

Что это за жизнь, Олег знал по шкуре Ингара, в которой оказался при попадании в этот мир. Постоянное чувство голода, когда живот прилипает к позвоночнику, осталось самым ярким воспоминанием от прежнего хозяина императорского тела.

Почти всю океанскую торговлю на юге центральной части Тарпеции забрал себе глубоководный, большой, удобный порт Растина, обеспечивавший перевалку грузов для отправки по главной водной артерии континента. Королям Аргона и Отана оставалось только подбирать крохи и глотать слюни. Города королевств были малочисленны и немноголюдны.

Политически оба государства постоянно искали себе покровителей из тех, кто на данном этапе сильней, и легко их меняли, часто предавая заранее.

Никакой серьёзной проблемы армия Аргона валанийцам создать не могла. Формально под рукой Сертина Третьего имелось одиннадцать полков, вот только некомлект в них был таков, что их общая численность была меньше той, что недавно почти без потерь со своей стороны разгромил генерал Ковин.

Препятствия в наступлении заморского агрессора представляли только многочисленные феодальные крепости. Междоусобные войны владетелей в тех краях велись не прекращаясь, а потому все замки были очень хорошо укреплены. Так что, можно всё же рассчитывать, что простой прогулки у валанийцев не получится.

К крепости дирижабль приблизился в самом начале второй половины дня. Когда началось снижение, вначале попаданец увидел дымящий белыми клубами пароход, весело спускающийся по течению Ирменя, потом ровные линии трассы и рельсовой дороги, а затем башни Камня-на-Ирмени, одна из которых выполняла роль причальной.

— Лейтенант, — позвал он командира пятёрки ниндзей, — Как перекинут трап, пригласи ко мне сюда коменданта и адмирала. И пусть поторопятся. Парадного облачения от них не жду, а вот быстрого прибытия — да.

С включением Фларгии в состав империи значение Камня-на-Имени как приграничной крепости исчезло, тем не менее, город-замок по прежнему был важен для контроля судоходства и в качестве стратегической базы тылового обеспечения. Поэтому Олег посчитал нужным проложить сюда и рельсы, и магический мрамор трасс.

Коменданту попаданец распорядился приостановить отправку войсковых запасов на новые имперские территории за Ирменем, организовав их складирование вблизи растинского тракта, а адмиралу отдал приказ о переводе флотского десанта в состав северного армейского корпуса.

О нежданных гостях, наведавшихся из-за океана к Сертину Третьему, Олег сообщил скупо — подробностей землянин и сам не знал, а строить замки предположений на песке не любил.

— Магов тоже Ковину отдать? — уточнил речной флотоводец.

— Конечно, — хмыкнул император, — кто твоих ребят Сферами прикроет? У генерала на своих бойцов едва хватает одарённых.

— Я не про тех, кто в составы команд входит, а про общефлотский резерв.

Олег раздумывал недолго.

— Нет, — ответил он, — Этих оставь себе. Мало ли что. А вот три орудия с флагмана и боекомплект к ним передай. Генерал, правда, и мортирами ловко управляться умеет. Как оказалось. Но дальнобойное оружие ему явно не помешает. Да, ещё. Мы тут с тобой один момент упустили и даже в корабельный устав не записали. Это касается не матросов, а гребцов. Нормы санитарии им тоже требуется соблюдать. Баня не реже раз в неделю, помывка ежедневно, волосяной покров с них весь сбрить, и гадить они должны не под себя, а в вёдра. Понял? Подсказала мне такую идею одна добрая женщина, — улыбнулся попаданец, — Деньги на покупку рабов под вынос вёдер пока возьми из флотской казны. Потом затребуешь у Армина.

— У Армина? — в один голос скептически переспросили адмирал с комендантом.

— Ты, знай, пиши заявку, а уж я позабочусь, чтобы её исполнили, — засмеялся император, — Всё, больше вас не задерживаю. Новости я вам рассказал. А что надлежит делать, узнаете из директивы генерального штаба.

Когда посетители покинули борт воздушного судна, он дал команду продолжить полёт к конечной точке маршрута.

Глядя сквозь иллюминатор на отплывающий Камень-на-Ирмени, Олег в который уже раз подумал, что как бы он ни старался перекладывать многие решения и ответственность на плечи своих соратников и подданных, количество дел, которые ему приходится выполнять самому, лишь растёт. И конца и края этому не видно. Нет возможности даже хоть сколько-нибудь длительный отпуск себе устроить.

Это Вике хорошо — ни владений, ни границ, которые нужно охранять, ни подданных, ни ответственности за их благополучие. Захотела — озаботилась, не захотела — уехала путешествовать. Молодец — что ещё сказать?

Растина императорский дирижабль достиг до захода солнца.

С высоты город выглядел просто завораживающе. Столица вошедшей в состав Псковской империи разительно отличалась от других городов континента, виденных попаданцем, больше напоминая архитектурой зданий и планировкой улиц эпоху Нового времени Земли.

Да, трущоб здесь тоже хватало, но центральные и припортовые районы выглядели очень богато. В Растине, кроме четырёх храмов Семи, имелся и посвящённый только Торговцу, одному из пантеона. Редкий случай на Тарпеции, если не единственный, когда молельный дворец служил для поклонения единственному богу.

Огромный дворец дожей, красивые здания гильдий, банков, ратуши и префектур, богатые особняки глав кланов, мощёные булыжниками площади и улицы, памятники легендарным морским капитанам и первым дожам, всё это выглядело великолепно, но Растин попаданцу не нравился.

Город был заселён лукавыми пройдохами и интриганами, в большинстве своём льстивыми и лживыми людьми, готовыми одновременно улыбаться и скрывать в складках одежд кинжалы для нанесения подлого удара в спину.

Для землянина до сих пор оставалось загадкой, как растинцы при таких своих качествах стали лучшими мореплавателями Тарпеции, если не всей Талареи. Морская профессия в эпоху парусного флота и отсутствия радиосвязи требовала мужества, упорства, готовности к тяжёлому труду и перенесению множества невзгод.

— Государь, — стюард поклонился, показывая рукой на закреплённый к выходной двери из салона трап.

— Спасибо, друзья, — как обычно поблагодарил император экипаж дирижабля, — Отдыхайте. Думаю, в ближайшую неделю вы мне точно не понадобитесь.

Первыми борт покинули ниндзя, Олег вышел вслед за охраной.

Перед причальной башней государя встречали маршал Чек, генералы Агрий и Лешик, имперский наместник Асер Дениз и верховный дож — молодой двадцативосьмилетний Ивес Воск.

— А почему здесь не весь город? — иронично поинтересовался Олег.

Он обнялся с соратниками и пожал предплечье Ивесу.

Устраивать в республике большую резню и долгие кровавые межклановые разборки Олег не хотел, поэтому в Совет дожей вошли представители всё тех же самых богатых и влиятельных семей, что правили Растином и раньше. А вот персональных состав высшего государственного органа он потребовал полностью обновить.

То, что в результате такой замены Совет дожей возглавил совсем молодой мужчина, которому не исполнилось и тридцати, никого не смущало. Многовековая история этих краёв знала примеры гораздо более молодых правителей. Легенды гласили, что однажды Растином управляла даже великая дожесса, правда, Гортензия считала это выдумкой летописцев более поздних времён. Женщины в республике имели гораздо меньше карьерных возможностей, чем в окружающих феодальных государствах.

— Кого пригласишь с собой в карету? — поинтересовался старина Чек.

В окружении полусотни кавалеристов растинского гарнизона стояли три экипажа. Попаданец рассудил, что для их компании хватит и двух.

— Тебя, Агрия и Лешика, — ответил он, — Местное начальство проедется вдвоём, — улыбнулся землянин тестю своего премьер-министра Клейна и верховному дожу.

А ведь у Олега, когда он утверждал Ивеса Воска на высокий пост, даже ничего не ёкнуло — память у попаданца была хоть и очень хорошая, но не идеальная. Лишь вернувшийся с Алернии Лешик напомнил, что новоизбранный и утверждённый правитель Растина — тот самый парень, который на свою беду повстречал во Вьеже госпожу Тень и навсегда лишился покоя.

Разумеется, менять Ивеса из-за открывшихся обстоятельств император не стал. Много лет прошло. Даже если он великую магиню и не выкинул из сердца, то смирился с суровой реальностью жизни. Олега больше волновал вопрос, помнит ли своего случайного знакомого Вика? Если это так, значит, Ивес ей чем-то сильно понравился.

Мало попаданцу соперника в лице некоего виконта Дебора на Алернии, так ещё и здесь таковой нарисуется.

— Нового, помимо того, что было в шифровке, не появилось, — сев в салон кареты и выкинув мысли о Вике и Воске из головы спросил Олег у Чека.

Маршал помотал головой.

— Ничего. И когда бы? День ещё даже не прошёл, — ответил он, посмотрев на начальника разведки, севшего на диванчик рядом с императором, словно беря его в свидетели.

Снаружи раздалась команда начальника эскорта, и поезд тронулся.

— Агрий, — повернул голову император, — Объясни мне, как голубь летел из Аргона в Растин целых пять дней? Он заблудился или по пути концерты давал?

— Насчёт концертов ничего не могу сказать, не спрашивал, — хмуро ответил генерал, — Но вылетел он на четыре дня позже, чем должен был. Просто мне однажды сказали, что организовывать агентурную разведку во всяком овечьем дерьме не стоит. И так людей не хватает. Вот и получилось, что в королевстве у меня всего двое парней. Под видом скупщиков шерсти. Чтобы поддерживать легенду, они реально ездят по провинциям Аргона и ведут прибыльную торговлю. Как назло, когда началась высадка валанийцев, ребята только возвращались из восточной провинции и узнали обо всём поздно. И хорошо, что голубятня у них на личном хуторе.

— Да уж, — бесстрастно произнёс Лешик, — и кто, Агрий, мог тебе сказать, что Аргон — это овечье дерьмо, в присмотре не нуждающееся?

К нагловатой развязности своего замечательного соратника по вопросам императорской безопасности Олег давно привык и его прощал. Тем более, что решение махнуть рукой на хадонских сателлитов действительно было принято самим псковским государем.

— Ну, да, — усмехнулся землянин, — Это я так говорил. Только ваш государь не один из Семерых, тоже может ошибаться, чему вы неоднократно бывали свидетелями…

— Я такого не помню, — поспешил лестью сгладить непочтительность своего сарказма граф ри Неров, — Ты мудрее всех Семерых.

— Даже если бы это было так, — кивнул Олег, — подсказывать мне всё же нужно. И в советах ваших я нуждаюсь не меньше, чем в исполнительности. Вот и ещё нам один урок. Когда нет необходимости присматривать за каким-то государством по причине его малозначимости, держать под контролем его территорию необходимо — там могут действовать игроки посерьёзней. Ладно. Упущения в агентурной разведке компенсируем военной. Агрий, что у тебя с наличием людей на этом направлении? Дополнительные силы привлекать необходимость имеется?

— Я уже вызвал две группы из Фларгии и отряд из Бирмана, а пока направил в Аргон имевшихся здесь своих ниндзей — четыре пятёрки и одна ещё уйдёт завтра морем на рыбацком баркасе. Маршал тоже обещал помочь, — он посмотрел на Чека.

Тот подтвердил:

— Я Риту с её егерями вызываю сюда. Послезавтра, рассчитываю, они уже начнут переправляться через Ирмень. Если решишь, их можно будет сразу же поротно направлять к аргонской границе, а там по обстоятельствам. Силы, которые мы здесь собрали для отражения десанта парсанцев, я без твоего приказа пока перемещать никуда не стал.

— И правильно, — одобрил император, — Слишком мало информации, чтобы делать какие-либо выводы или предпринимать непродуманные действия. Не исключаю даже, что высадка в Аргоне — лишь отвлекающий манёвр. Там, может, и десантировалось-то несколько полков, чтобы попытаться выманить нас туда. Но к маршу надо готовиться.

— Уже готовимся, — заверил Чек, — Инженерные подразделения завтра будут в походных колоннах. Я их в Паселки хочу переместить, оттуда можно сразу несколькими маршрутами выдвинуться на восток.

Кареты выехали на площадь Капитанов, в двух кварталах от которой располагался дворец дожей. Резиденция имперского наместника была слишком мала, чтобы вместить государя и вызванных им на совещание высших сановников с их свитами, а от строительства собственного дворца в Растине Олег отказался. Подолгу пребывать в этом городе торгашей он не хотел, содержать же ещё одно огромное здание с обширными штатами прислуги и охраны считал нецелесообразным. Поэтому, под императора и его сановников на время их пребывания в республике было зарезервировано южное крыло дворца дожей, охраняемое псковскими пехотинцами и сменяемыми группами ниндзей Нечая.

Несмотря на позднее время — уже начали сгущаться сумерки — площадь шумела многолюдством и освещалась факелами и псковскими керосиновыми лампами.

В оконце Олег увидел, как толпа взрослых и детей пинала и колотила палками голое синюшно-кровавое тело какой-то тётки — или девки, уже сказать было невозможно — которое тащил привязанным за ноги испуганный ослик.

В Сфорце подобную картину давно наблюдать стало невозможным. Смертную казнь в своём императорском домене Олег так и не отменил, однако, публичные изуверства прекратил. Если кого у него и пытали, то делали это исходя лишь из необходимости и под руководством Нурия, личного императорского дознавателя.

В остальных провинциях Псковского государства остались традиционные для каждой из них методы наказания преступников и способы осуществления правосудия.

Эскорт весьма грубо расчистил дорогу каретам императора и глав республики, однако, никакого возмущения в толпе такие действия солдат не вызвали — обычное дело, не что-то новое.

На широких ступенях главного здания Растина императора дожидались остальные восемь членов Совета дожей и ряды псковских пехотинцев, выстроившиеся по обе стороны лестницы.

— Приветствую, друзья, — кивнул в ответ на поклоны дожей государь, — Буду рад вас видеть завтра на своём обеде, а пока не стану вас отвлекать от государственных дел. Дорогой Ивес, — обернулся он к выскочившему из кареты вслед за наместником Денизом верховному дожу, — Тебя я жду после завтрака. Приготовь мне данные по торговле за август-сентябрь. Всей, а не только морской. Договорились?

Следом Олег расстался с Агрием и Чеком — у тех сейчас дел было выше крыши — и в своих апартаментах оказался с одним лишь Лешиком, если конечно не считать верных ниндзей и предоставленных ему Ивесом слуг и служанок.

Адъютант Чека — полковник с сосредоточенным, умным лицом — доставил императору целую стопу документов с описанием диспозиции армии в Растине и боевые распоряжения за последние три дня.

— Составишь мне компанию? — спросил Олег у Лешика, когда они пришли в кабинет, — Или тебе тоже срочные вопросы надо решать?

— Надо, но не срочные, — граф сел на диван после того, как его государь устроился в хозяйском кресле, — К тому же, я питаю надежду, что не всё подаренное тебе нашей будущей императрицей уже выпито.

Рабынь, накрывших столик, они прогнали, все слуховые каналы в этом крыле дворца, обнаруженные Дальновидением ещё в первые дни осмотра, давно были надёжно заблокированы, так что, можно было говорить открыто.

— Ты меня уже собрался женить, что ли? — хохотнул Олег, — Или пытаешься по моей реакции определить положение дел? Так не на того напал. А коньяк действительно остался. Только не ты ли уверял меня, что он тебе на Алернии надоел, и кальвадос — лучшее, что для тебя нужно?

— Так ведь, имея — не ценим, потерявши — плачем, — повторил граф слова Олега, — Садись сюда, мой государь, на диван, — предложил он, — за столиком с закусками работать веселей.

Глава 7

Много, как в прежней жизни, читать у Олега долгое время не было возможности — некогда, да и нечего. Книги стоили безумно дорого и найти их оказывалось не так просто. Зато, став императором и часто совершая путешествия по своему государству — поездом или на дирижабле, попаданец принялся активно компенсировать прошедшие без чтения годы. Возможности же государя по получению нужных ему фолиантов оказались весьма великими — он не стеснялся привлекать даже ведомство Агрия, и разведчики, помимо информации, доставляли в Псков купленные по случаю тома из кожаных и пергаментных страниц.

Чтение не просто позволяло развлечься на досуге или в пути, а добавляло Олегу информацию о мире, в котором он оказался. Предпочтение землянин отдавал историческим описаниям или летописям.

Существенной проблемой для него в изучении таларейского прошлого являлось то, что здешние служители Клио, земной музы истории, совсем не пользовались критическим подходом к осмыслению и перепроверке сведений. Труды писались, как правило, коллективами университетских наставников, реже — жрецов или монахов, и порой на одной странице встречались абзацы, смысл которых противоречил один другому.

Один только раз Олег, именно когда читал историю войны с валанийцами, наткнулся на предположение анонимного исследователя, высмеянного всеми его коллегами.

Тот учёный предположил, что главной причиной столь массового нашествия огромных армий с южного континента явилось вовсе не стремление валанийских властителей захватить себе колонии или организация грабежа.

Аргумент он приводил простой — на том континенте своих земель в избытке, а богатство валанийских государей вызывало зависть. Так не проще ли им было направить своих воинов на соседей и перераспределить земли, деньги и власть в свою пользу? Причиной нападения бронзовокожих воинов на Тарпецию тот летописец как раз и посчитал мудрое желание валанийских правителей избежать междоусобных войн и мятежей.

Над анонимом в множестве фолиантов на тему валанийской войны всласть поиздевались все его коллеги из разных стран и других эпох, а вот попаданец посчитал данную версию вполне правдоподобной. Ведь в истории его родного мира такой подход к спусканию пара из котла применялся не единожды.

Из Олегу известных — те же крестовые походы. Римская курия сначала выпихнула на восток огромные толпы нищих смутьянов и участников восстаний детей освобождать гроб господень — те даже до Босфора не добрались, большей частью умерли по дороге, а оставшиеся обращены в рабство греками и болгарами, затем в Иерусалим отправили и воинственную знать.

Примерно также поступили монголы, когда в их спокойных стойбищах всё больше стало появляться неусидчивых и агрессивных «людей длинной воли». Они им сказали: уходите. Те и ушли, найдя себе в предводители побывавшего в китайском рабстве пастуха Темучина, ставшего потом известным под грозным именем Чингисхан.

Понятно, однозначного ответа, как о причинах прошлой валанийской экспансии, так и нынешней, дать было сложно. Но, оставив историю истории, определить причины нападения бронзовокожих, их намерения, состав и количество сил, направление наступления попаданцу необходимо было как можно скорее.

Отдельного гимнастического зала в императорском крыле дворца дожей не имелось, и для утренней разминки попаданец избрал большую комнату, из которой старую дурацкую мебель уже убрали, а новую паленскую ещё не завезли.

Умения и навыки боевых искусств, полученные Олегом от Сущности, были усвоены им накрепко и навсегда и в поддержании уровня мастерства не нуждались. Ддя того, чтобы взбодрить себя после сна, ему хватило бы микроскопической толики Малого Исцеления. Однако, император при любой возможности устраивал себе тренировки с максимальными нагрузками — в движении ему хорошо размышлялось о насущных делах, и ниндзя охраны, занимавшиеся вместе с ним, получали очередную дозу того, что Олег называл эффектом попаданца.

— Лейтенант, — он завершил тренировку спаррингом с командиром пятёрки, естественно победил и протянул руку, чтобы помочь офицеру встать, — Организуй нам всем помыться. Позавтракаем вместе.

Верной Моны рядом с императором сейчас не было, местные служанки его почему-то раздражали, и Олег предпочитал пользоваться услугами ниндзей, тем более, что те считали это для себя огромной честью. А уж потренироваться с самим государем и после сесть с ним за один стол — для парней и девушек спецназа являлось просто счастьем. Олег видел, как они буквально светятся что те лампочки Ильича, изобретённые Эдисоном.

Дворец дожей водопровода своего не имел, поэтому государю и его бойцам пришлось подождать, пока слуги натаскают воды. Надолго это помывку не затянуло, и уже через двадцать минут Олег с ниндзями ели омлет и пили чай со сладостями.

Верховный дож словно бы подсматривал за ними — о прибытии к императорским апартаментам Ивеса Воска лакей доложил ровно в тот момент, когда государь поднялся из-за стола.

— Проводи его в кабинет, — распорядился Олег, а сам пошёл в гардеробную переодеться — встречать правителя республики в нательной рубахе навыпуск было бы неуважительно, это в компании со своими ребятами можно наплевательски относиться к этикету, — Скажи, я сейчас приду.

Ивес Воск был всего на четыре года старше Олега, но у попаданца создавалось порой ощущение, что на все сорок. Встреча с Викой и последующее расставание явно не прошли для него даром. Парень словно бы потух, став бесчувственным как пень.

Нет, на работе верховного дожа его внутренняя опустошённость никак не сказывалась. Он выполнял обязанности крайне ответственно, но при этом вёл себя что тот пресловутый искусственный интеллект, о котором так любили поговорить политики на Земле в то время, пока Олег ещё жил в родном мире.

Лишь бы опять не загорелся душой при виде утраченного и вернувшегося — подумал Олег, махнув рукой поднявшемуся с гостевого кресла Ивесу, предлагая тому сидеть, где сидел — А то кое-кто кое-кому может чего-нибудь неприятное сделать. Хороша Маша, жаль не ваша. В смысле, Вика не для Ивеса Воска.

— Прочитал вчера докладную записку твоей канцелярии, — попаданец занял место за хозяйским столом, — Меня устраивает, как идут дела в вверенном тебе хозяйстве. Единственное, что мне показалось там мутным — отнесение платы за фрахт речных судов к доходам кланов, а не Совета.

— Так всегда у нас было, государь, — равнодушно пояснил верховный дож, — Совет не участвует в малодоходных делах, ни деньгами, ни страхованием. Какой в этом смысл? Больше потратишься на содержание мытарей, чем получишь прибыли.

— Тогда понятно, — Олег положил правую руку на поверхность стола, — Ладно. Хозяйственные проблемы отложим до лучших времён. Сейчас же я хочу обсудить возможности республики по комплектованию вспомогательных воинских частей.

— У нас мало среди горожан, кто умеет обращаться с оружием, — пожал плечами верховный дож, — а ещё меньше тех, кто горит желанием идти на службу. Разве что, вы прикажете использовать бойцов абордажных команд, но кем тогда защищать порт? Или вы снова хотите использовать эти свои зажигательные судёнышки? Полагаю, государь, что второй раз в ловушку валанийцы не попадутся. Наверняка что-то уже придумали. Неизвестно ещё, сколько у них кораблей.

— Уверен, что в разы больше, друг мой, — землянин машинально простукал пальцами дробь, — И брандеры мы использовать не станем. Абордажников ваших привлекать к сражениям на суше не станем. Но три тысячи арбалетчиков ты мне, как хочешь, в строй поставь. Насчёт воинских качеств славных граждан республики я не обольщаюсь, однако оборонять стены приграничных крепостей или выполнять вспомогательные обязанности — то же сопровождение обозов — уверен, смогут. Казна Совета и арсенал полны, — он кивнул на один из отчётов, доставленных ему накануне вечером, — не жадничайте с назначением платы и нужное мне количество за несколько дней наберёте. Алкашей и бомжей только не берите, и стариков с увечными, а то помню я, как вы требование легата Болза о помощи выполнили — всучили копья отловленной портовой швали и отправили на войну.

— Такого не будет, — пообещал Ивес.

— Вот и отлично. Какие-нибудь вопросы ко мне имеются?

Семафорный телеграф до Растина построили ещё в прошлом году, без использования магии. Также обычным строительством сейчас на северной окраине столицы республики возводился вокзал.

Олег планировал с Улей уже в этом году проложить сюда рельсовую, пока однопутную, дорогу и трассу, но теперь, в связи с появлением на горизонте непрошенных гостей, стало непонятно, когда удастся намеченное осуществить.

В здании растинского вокзала Уля сделала только полы из магического мрамора, зато по всей его площади, а стены местные строители возводили из красного кирпича.

Когда через час верховный дож покидал кабинет, Олег, глядя ему в спину, с некоторым недоумением подумал — чем эта рыба могла привлечь Вику? Впрочем, тут же самокритично вспомнил свои шашни с женой верного Гури, вызывавшие насмешливое отношение друзей, и вопрос к землячке снял. Тем более, что нынешний Ивес действительно мог быть совершенно другим, чем тот, прежний.

Вспомнив о Веде, с которой перестал иметь близость после встречи с Викой, Олег напомнил себе, что сегодня надо будет обязательно направить генералу Бору указания насчёт доносов на герцогиню ре Вил. Масса интриганов, решивших, что герцогиня теперь в опале у государя, принялись строчить на неё кляузы как из пулемёта — и с описанием реальных её прегрешений, и явных оговоров. Причём, наиболее усердствовали те вельможи и владетели, кто наиболее рьяно её до этого вылизывал.

Пойти по пути римского императора Траяна и велеть утопить всех доносчиков в море Олег ещё не созрел, но намеревался приказать имперскому коменданту, чтобы тот не разбирался, где в кляузах правда, а где вымысел, и всю злонамеренную писанину сжигал в камине.

Олег уже собирался выехать в форт, где его должен был дожидаться Чек, как заявился Лешик.

Граф ри Неров вчера поздно одним из тайных ходов покинул дворец и ночь провёл в элитном борделе, которым владела одна из его хороших знакомых. Деньги на покупку весёлого дома Лешик в своё время вытряс из Армина сомостоятельно — начальник имперской безопасности оставался единственным человеком в Псковской империи, кто без участия государя умел быть убедителен в беседах с министром финансов.

В борделе Лешик искал вовсе не ласк, хотя и от них не отказался — Прила в отношении развлечений мужа со шлюхами или рабынями проявляла равнодушие — а информацию о настроениях среди торговцев и судовладельцев, определявших общественное мнение республики.

— Ну что там? — спросил Олег, разбирая поводья.

— Всё в порядке, шеф, — доложил граф, забираясь вслед за императором в седло приведёного и для него коня — до самого форта на карете доехать было проблематично, — Страха прежних времён перед валанийцами уже не осталось. Предавать тебя или, наоборот, вставать на защиту никто не хочет. А вот оживлённые разговоры и споры вокруг поставок тебе всякого дерьма по завышенным ценам — рассчёт на то, что у тебя теперь будет острая нужда во всём — это да. Девчонки хихикают, что часто получают деньги даром — их постоянным клиентам сейчас не до утех, возбуждаются на предстоящие барыши.

— Губу пусть закатают, — посоветовал отсутствующим прощелыгам попаданец, — Гури и его люди заранее обо всём побеспокоились. Запасов хватит на пару лет активных боевых действий. И ещё останется. Главное, решать вопросы логистики.

— Хочешь мира — готовься к войне, — хохотнул граф ри Неров, — Государь мой, не наградишь своего верного соратника исцелением? Всю ночь ведь почти не спал.

— Да уж, не сомневаюсь, — Олег выполнил просьбу графа и увидел, как Лешик зримо взбодрился, — Вот же у тебя работёнка — обзавидуешься.

Форт для защиты гавани от нападения вражеского флота располагался на скальном мысе, выпиравшим на сотню метров в море чуть южнее пригородов Растина.

Раньше на этом мысе ничего, кроме пары десятков хвойных деревьев, не имелось. Растинский маяк был построен севернее — там прорезавший воду кусок суши тянулся почти на полкилометра. Ставить же здесь катапульты смысла не имело — слишком большое расстояние до гавани.

Зато казнозарядным орудиям, тем самым, что помогли Олегу разгромить парсанцев, дальность стрельбы позволяла надёжно, с большим запасом, перекрывать весь проход в порт. Снаряды, стабилизировавшиеся в полёте косопосаженным оперением, обеспечивали точность попаданий по конкретным целям лишь на четыре, максимум — пять, километров. Стволы орудий не были нарезными и на большее расстояние могли вести стрельбу только по площадям. Впрочем, от форта до гавани пролегало водное пространство меньше трёх километров. Так что, сунувшемуся к порту врагу не поздоровится. Восемь длинноствольных пушек своими залпами могут нанести серьёзный урон.

— Так что, зря сюда орудия тащили? — спросил Чек, встретивший императора у высокого вала, защищавшего форт со стороны суши.

— Не торопись, — Олег приветливо махнул рукой выстроившемуся для его встречи батальону латников, наряду с артиллерийским дивизионом составлявшем гарнизон форта, — Здорово, орлы! — крикнул он во весь голос.

От дружного ответного рявка полутысячи глоток у попаданца едва не заложило уши. С иронией подумал, что это не орлы у него, а прямо слоны настоящие.

Возведение форта уже почти заканчивалось. Собственно, Олег и прибыл сюда не столько с инспеционным осмотром, сколько для того, чтобы принять участие в завершении строительства.

Сразу за валом, по краям основания мыса, на полусотне метров друг от друга стояли две широкие башни, высотой около восьми метров. К моменту появления императора материал сооружений состоял из глиняно-песчаной смеси в деревянной опалубке. Через миг заклинания Укрепления превратили состав в твёрдый, непробиваемый мрамор. После этого Олег проделал тоже самое и с тремя подготовленными капонирами, возле которых находились шесть заряжавшихся с дула пушек — шуваловских единорогов.

Теперь тот, кто пожелает захватить форт, зайдя с суши, умоется кровью. Не меньше двух полков здесь положит — прикинул землянин — и то не факт, что достигнет успеха.

— Оставляем всё как есть? — вновь спросил маршал.

— Конечно. Придут ли валанийцы или не сунутся, а наш глубоководный, очень важный порт надо всегда охранять, — ответил Олег и поехал вдоль замаскированных грядой с кустарником батарей, — В принципе, смотрю, здесь уже всё готово. Казарму только надо будет внутри отделать по нормальному, тут не временный лагерь.

Ниндзя и полусотня кавалеристов растинского гарнизона держали свободным пространство вокруг императора и двух его соратников, так что, говорить можно было без обиняков.

— Зная тебя, Олег, — усмехнулся Чек, — и помня обещание твоей новой подруги первого ноября перевернуть наш мир, открыть порталы, не сомневаюсь, что вскоре к парсанцам состоится ответный визит, и вряд ли они когда-нибудь после этого рискнут ещё раз сюда сунуться.

— Никогда не говори никогда, мой старый друг, — попаданец стал заворачивать коня на выезд из форта, — Не факт вообще, что в Парсе есть портал, а даже если и есть, не стоит врага недооценивать. Впрочем, посмотрим. А этот укреплённый пост, он не только против валанийцев. Немало и других любителей лёгкой наживы. Ладно. Как солдатам новые сапоги?

— Быстро привыкли, — усмехнулся король Тарка.

— К хорошему быстро привыкаешь, — подтвердил Лешик.

Первые годы пребывания в новом мире Олег постоянно испытывал неудобство от того, что вся обувь здесь шилась без различия на правую и левую ногу. Для себя лично и для друзей он это средневековое упущение поправил. Постепенно многие обувщики стали точить более удобную обувь и для остальных.

Офицеры и унтер-офицеры псковской армии получали достаточно хорошее жалование, чтобы индивидуально заказывать себе сапоги или ботфорты, а вот простые солдаты у Олега продолжали маршировать в сабо и обмотках.

В начале этого года император утвердил новые виды кавалерийских и пехотных сапог в виде кожаных ботинок с высокими брезентовыми голенищами.

— Я рад, — улыбнулся попаданец, — Поехали к нашим сидельцам в засаде.

В лесах, окружающих Растин спрятались целых девять пехотных, два кавалерийских, два егерских полка и четыре винорского ландвера, которые по замыслу псковского военного руководства должны были ударить со всех сторон в спину валанийцев, когда те увязнут в городе, защищаемом гарнизоном из трёх полков и бригады латников.

Однако, теперь, похоже, планы придётся менять.

— К кому первому поедем?

— Да куда поведёшь, туда и поедем, — хмыкнул император.

Глава 8

К тому времени, когда Имперский Совет собрался на своё выездное совещание в Растине, кое-какие сведения о валанийцах и их действиях в Аргоне уже стали известны.

Среди высших сановников Псковского государства, собравшихся в главном зале императорских апартаментов дворца дожей, отсутствовали королева Саарона, занимавшаяся строительством порталов, а также премьер-министр Клейн, начальник контрразведки Нечай и главный комендант Бор, оставленные Олегом, так сказать, на хозяйстве. Малолетнего малыша Виделия Второго Глаторского представляла его мать Клемения Винорская, обладавшая по такому случаю двумя решающими голосами.

Ещё в состав высшего государственного органа входили Дейрим, король Фларгии, и Ивес Воск, верховный дож, но этих двоих попаданец не пригласил, поскольку указ о их включении в состав Совета вступал в силу только с первого января — данная пустая формальность позволила Олегу видеть перед собой только тех, при ком можно было особо за своими словами не следить.

Даже выглядевшая на сорок благодаря частым императорским Омоложениям деятельная красавица Иргония, королева Бирмана, давно являлась верной соратницей Олегу и смотрела на своего сюзерена с обожанием, хотя он ей без всякого преувеличения годился во внуки.

— Жаль конечно, что больше никаких подробностей, — вздохнул попаданец, оглядев сидящих в креслах за длинным столом соратников, — Однако, ждать, пока получим информацию от недавно отправленных разведгрупп, не станем. Придётся довольствоваться той информацией, что имеем. Агрий, — остановил он взгляд на разместившегося между Лешиком и Клеменией начальника разведки, — Тех двоих, что нас обеспечили сведениями не забудь в наградные листы включить. Прямо сегодня. А то потом за хлопотами забудется.

— Не забудется, государь, — возразил Агрий, — Парни реально постарались, а то, что не так много сообщили, как нам бы хотелось, так голубиной почтой много не отравишь. Кстати, у них ещё один голубь, как я понимаю, в запасе есть. Так что, если что-то очень серьёзное произойдёт, они предупредят.

— Лишь бы были поосторожней, — сказала Гортензия, отпивая глоток разбавленного вина.

— Эти будут внимательными, — уверенно сказал генерал, — Они оба выпускники третьего набора, ещё учебки при замке Ферм. С ними наш государь лично много времени проводил. Хорошо поработали в Синезии, а затем в Нерчире. Я их в Аргон на отдых отправил, — едва заметно и чуть иронично улыбнулся он, — Вот они и отдохнули. Свою деятельность-прикрытие лейтенанты бросили и перешли на скрытное положение.

На дальнем от императора конце стола о чём-то шептались Армин и Гури ре Вил. Муж Веды, ранее располневший сверх меры и облысевший, теперь был фигуристым и волосатым — в винорской столице его пути пересеклись с Улиными, и та его исцелила. Пусть гены, вызывавшие облысение и полноту магия исправить не могла, зато последствия — вполне. Другое дело, что подобную косметическую процедуру надо хотя бы раз в пять лет повторять, ну, тут уж, что называется, сохраняй дружеские отношения с сестрой императора, и она тебя оделить своими милостями не забудет.

— Армин, Гури, вам не интересно? — поинтересовался Олег, — А то, идите, занимайтесь своими делами, раз мы здесь ерунду обсуждаем. Если же есть, что сказать, то говорите громко.

Отрицательные стороны руководящей работы попаданец давно ощутил — иногда приходится даже самых близких и родных людей призывать к порядку не очень дружелюбным тоном. Иначе перестанут реагировать должным образом.

— Мы про выделение средств на строительство кораблестроительной верфи в Нимее говорили, — доложил смутившийся герцог ре Вил.

— Молодцы, — саркастически скривил губы землянин, — Это как раз сегодня самая важная для нас проблема.

— Отруби им головы, Олег, — посоветовала Иргония.

— Где я ещё такие светлые найду? — возразил император, — Ладно. Вернёмся к главному. Чек, твои предложения?

Конечно же, намерений валанийцев пара ниндзей определить не смогла. Зато, посчитав корабли, определили примерную численность десанта в тридцать-сорок тысяч человек, и это вместе с некомбатантами, которые обычно составляли от трети до четверти армии. Для средневековых реалий, сила способная раздавить Аргон как гнилой орех, а заодно и Отан с Геронией, но явно недостаточная, чтобы воевать с империями — Хадонской или Псковской. Но десантные суда после разгрузки поспешили уйти, значит возможна через месяц ещё одна волна бронзовокожего воинства, хлынывшая на южный берег Тарпеции а затем ещё одна, и ещё. Расслабляться явно не следовало.

— Предложение у меня само вырисовывается, — сказал маршал, не вставая — государь распорядился вести себя без соблюдения этикета, — Общая протяжённость границ у нас с Аргоном очень большая. Поставить хоть сколько-нибудь значимые заслоны по всему периметру мы не в состоянии, следовательно, надо оставить незначительную часть сил здесь в Растине, а остальными нанести удар во фланг валанийцам.

— Мы знаем уже, где у них будут фланги? — иронично поинтересовалась у мужа Гортензия, — Вроде бы о направлении наступления гостей наши разведчики ничего не сообщали. Известили лишь, что столица, оставленная королём, пала за два дня.

— Это так, — улыбнулся супруге король Тарка, — Только Сертин не бежал трусливо в соседнюю страну, а вполне благоразумно отправился на север к горской твердыне, отправив приказ своим полкам и вассалам собираться там. Наверняка голубиной почтой требует ещё подмоги от Божественной и от Отанских соседей. Отанцы вряд ли помогут, сами начнут готовиться к обороне, а вот Хадон прислать помощь вполне может. Чтобы не допустить образования мощного вражеского кулака, валанийцам придётся оставить города и замки аргонских владетелей пока без своего внимания и поспешить на север, к границе с Бирманом, — Чек посмотрел на Иргонию, слушавшую его с особым вниманием, — Тогда получается, что если ударим отсюда, из Растина, то как раз попадаем во фланг гостям.

Маршал во многом использовал военные идеи своего молодого друга-императора, высказываемые тем в прежние годы. Олег, читая военную мемуаристику, уяснил, что в войнах чаще побеждает тот, кто владеет инициативой, навязывает противнику свои правила игры. В вольном пересказе государя этот подход к организации боевых действий его соратниками тоже был воспринят как непреложная истина.

— Согласен. В целом, — одобрил предложение короля Тарка император, — Только, считаю, что переход нами в наступление не означает отказ от обороны на угрожаемых направлениях.

Иргония покивала словам Олега, как китайский болванчик.

— Вы у меня весь ландвер забрали сюда и два пехотных полка для Торма, — напомнила она, — А ещё кавалерийский направлен во Фларгию. Я сейчас, даже если призову всех своих вассалов, больше десяти-двенадцати тысяч воинов не наберу. Валанийцев я не остановлю.

— Никто твоё королевство оставлять без защиты не собирается, — успокоил правительницу Бирмана император, — А уж как мы этого добьёмся — атакуя ли врага на территории Аргона или выставив у тебя заслоном большие силы, мы посмотрим. Герцог, ты что-то хочешь сказать? — обратился он к Гури.

Тому всегда было что говорить, только вот, в отличие от своей супруги, он до сих пор не избавился от рабского страха высказать что-нибудь не то, и слова из министра торговли и снабжения Олегу порой приходилось вытягивать клещами.

— Да, господин, государь, — герцог ре Вил приподнял вновь похудевшую задницу от кресла, — Я насчёт того, что валанийцы пойдут в ускоренном порядке на север и не станут штурмовать города и крепости…, — он замолчал.

— И что? — хохотнул Чек.

— Так у них не получится это, — ответил Гури, — Разведчики ведь сообщили, что из кораблей эскадры четыре только были под продовольствие и фураж. Тоннаж этих судов мы не знаем, но даже если это объёмные, самые большие гадары, то своих запасов для тридцати, а тем более для сорока тысяч воинов хватит на три недели, может, чуть больше. Король Сертин Третий, уходя из столицы, продовольственные склады сжёг. Так чем валанийцам питаться? Урожай давно собран и свезён в замки владетелей. Там же нет свободных крестьян или даже крепостных. Грабить некого. Всё у феодалов. Придётся штурмовать замки, хотят валанийцы этого или не хотят.

Олег хмыкнул, привычно уже с уважением посмотрев на своего главного хозяйственника. Сугубо ведь штатский чиновник, но на обеспечении армии всем необходимым собаку, что называется, съел. И может поставить себя на место противника, точно определив его проблемы снабжения.

На пути из Тарка в Растин умница Гортензия, сделав остановку в Пскове, догадалась прихватить с собой в дирижабль Мону с мужем, которые сейчас и прислуживали за столом. Этим верным слугам попаданец доверял полностью, а потому и говорил при них открыто.

— Всё верно говоришь, дорогой герцог, как всегда, — похвалил он Гури, — Но ты не учитываешь того, что эта их задержка продлится на пару недель. Тебе ведь вчера сказали про порталы. Да не все сразу сообразят, что случилось необычайное, и долго ещё никто не сообразит, что возврата к прежней жизни уже не будет, однако, как воспользоваться моментом валанийцы поймут быстро. Не дураки. Порталы не только нам открывают возможности.

Гортензия позволила слуге наполнить кубок и вступила в разговор.

— Всё же, я считаю, что не нужно нам торопиться вмешиваться в аргонские дела, — сказала она, — Не собираюсь рассуждать о военной стороне дела — тут вы больше понимаете — но, исходя из интересов Пскова, надо оставить решение данной проблемы Божественной. Мы ведь предлагали ей решить с югом дела по честному? Геронию нам, а Аргон с Отаном ей в союзники. Так называемые, союзники. Или Аргон нам, а Отан Хадону. И что нам ответила твоя венценосная знакомая? Да, она ничем не захотела поступиться. Так пусть теперь и заботится о своих полувассалах. А не справится, пусть обращается к нам за помощью, а ты решишь, стоит или не стоит помогать, а, главное, на каких условиях, и чем Хадон должен будет отплатить. Вообще, Олег, что-то мне подсказывает, что все последние события дают тебе хорошие возможности. Не сомневаюсь, что ты ими воспользуешься наилучшим образом.

— Твоими бы устами мёд пить, Гора, — хмыкнул попаданец, — Я тебя услышал. Честно говоря, подобные мысли — дать Агнии проявить свои качества аргонского союзника — меня тоже посетили. И всё-таки мы будем готовиться к наступлению сразу по двум направлениям — с запада на Аргон, через порталы на Парс — и к активной обороне на южной границе Бирмана.

— А сил-то хватит? — Гортензия задумчиво посмотрела на друга, — Или ты рассчитываешь на помощь твоей новой знакомой?

— Рассчитываю я всегда только на себя, на вас и на наших людей. Ты же знаешь.

— Придётся у Торма забирать значительную часть войск, — Чек положил обратно в стоявшее перед ним блюдо виноградину, которую крутил в пальцах.

— Постараемся не мешать маршалу выполнять его задачи, — мотнул головой попаданец, — Начнём готовить скелеты ударных кулаков, а уж каким мясом нарастить эти кости, разберёмся по ходу дела.

— У нас здесь сейчас три дирижабля на лётном поле, — напомнил Лешик, — может парочку послать в разведку? Пусть полетают над Аргоном.

— Чего они там высмотрят? — скептически переспросил Олег, — Там сейчас хаотическое движение отрядов по всему королевству. Как ты отличишь с высоты где чей, и куда, с какой целью направляется? Нет уж, надо дожидаться известий от групп. Сейчас бы ещё подготовить ниндзей для перехода на Валанию. Эх, ведь хотел же в своё время подобрать и пригреть у себя детей валанийских рабов, да подумал, что с их цветом кожи будут везде заметны и вызывать вопросы. Сейчас бы пригодились. На будущее всё же надо будет приглядеть себе кандидатов.

— Если хочешь, я этим займусь, — предложила королева Тарка, — Двое — брат с сестрой четырнадцати и тринадцати лет — у меня уже есть. Управляющий моей загородной резиденции недавно купил.

— Буду признателен, Гортензия, — согласился император.

Секретарём Имперского Совета — как-то так само получилось ещё на первом заседании — был Армин. Олег с иронией подумал тогда, что инициатива наказуема. Оказались тогда при казначее при себе перо, чернильница и бумага, взялся он записывать первое решение высшего государственного органа, так теперь до самой, как говорится, могилы и будет исполнять почётную обязанность писаря.

Когда приступили уже к конкретному распределению, кому из монархов, в какие сроки и куда поставить необходимые запасы, Армин достал свой толстый блокнот, изготовленный для него псковской типографией по спецзаказу, и принялся записывать. Отсутствующим правителям потом сообщат решение Совета.

— Ну, всё, друзья, у нас есть ещё масса других дел, — император первым поднялся из-за стола, — Задачи определены, цели ясны, дальше будем изменять порядок наших действий исходя из обстоятельств. Как говорится, бой план покажет. Не прощаюсь, вечером увидимся. Кто считает, что ему нужно прямо сейчас отправляться — дирижабли готовы.

— Олег, я бы хотела с тобой наедине кое-что обсудить, — сказала королева Бирмана.

Это её «кое-что» попаданец хорошо знал — опять попросит Омоложения, хотя выглядит она действительно спелой красавицей не старше сорока. Но давно сообразила, что магия государя не только Омолаживает, а и придаёт привлекательности. Иргония не упустила ещё ни одного случая встречи с Олегом, чтобы не получить желаемого.

У императора на сегодня были другие виды на то, куда потратить резерв магии, однако, отказывать верному вассалу не стал и в этот раз.

— Ты уж извини, что бываю так настойчива, — довольная результатом королева весьма игриво — чуть больше, чем дружески — прижалась к сюзерену.

— Ерунда, мне в радость помочь такой обворожительной женщине, — ответил попаданец.

На пару с Лешиком он отправился в другое крыло дворца дожей, где его дожидался Ивес Воск. Однако, не прошли они и пары поворотов, как идущие впереди двое ниндзей остановили спешившего навстречу лейтенанта войск связи.

— Государь, — громко сказал он и тут же посмотрел на прижавшихся к стенам и зашедшим в ниши склонившихся в поклонах растинских придворных, — Государь, — повторил он.

Олег понял, что у того какое-то срочное сообщение.

— Отойдём в тот альков, — кивнул попаданец на дугообразное пространство с окном в парк, — Ребята, оттесните этих, — обратился он к тройке спецназовцев, показав глазами на троицу пышных дам, пожирающих его глазами словно сочный фрукт, — Ну, что там ещё случилось? — спросил Олег, когда с офицером и Лешиком оказался у мозаичного закрытого окна.

— Известие от егерей с аргонской границы, — лейтенант ещё не отдышался и произнёс эту короткую фразу с перерывом.

Охрану внешних границ своей империи попаданец доверял только своим егерям, правда, было их явно недостаточно, и им приходилось взаимодействовать с местными феодалами. Даже голубятни использовать чужие.

— И что у них случилось? — спросил государь.

Как оказалось, сегодня в первой половине дня отряд из полусотни валанийских кавалеристов, преследующих какого-то аргонского барона, домчался до растинской, а следовательно и имперской границы, где натолкнулся на десяток псковских егерей.

Пограничники барона с жалким остатком его отряда пропустили — он был родственником мэра приграничного городка республики и имел право беспрепятственного проезда — а с бронзовокожими приготовились сразиться. Но те, узнав, что территория Аргона уже закончилась, агрессии проявлять не стали и повернули назад.

Олег давно отметил удобство общения людей в Таларее. Здесь ситуация с языками обстояла, как в Латинской Америке на Земле, когда множество коренных народов Мексики или Перу, Колумбии или Аргентины говорили на своих племенных языках, совсем не похожих один на другой, но при этом все прекрасно знали испанский и общались на его похожих диалектах, а многие индейцы и вовсе забыли родную речь, полностью перейдя на язык бывших колонизаторов.

Видимо, давным-давно, очень много веков назад этим миром овладела одна цивилизация, оставившая после себя и лингвистическое наследие.

В данном случае, это помогло избежать недоразумения между егерями Олега и бронзовокожими кавалеристами. Люди с разных континентов смогли спокойно выяснить отношения.

Другой вопрос, что гости, обладавшие численным преимуществом, предпочли не задираться.

— Думаешь, шеф, ты их в прошлый раз хорошо напугал, и они не желают второй взбучки, или просто ждут удобного момента? — спросил Лешик, когда они продолжили движение.

Телеграф к аргонской границе построен ещё не был — да Олег это и не планировал, считая королевство никчёмным — а голубиная почта с пограничниками в тех местах оказалась односторонней, так что, передавать своим егерям какие-либо указания попаданец не стал.

— Не буду гадать, Леш, — ответил император и вошёл в распахнутые перед ним высокие двери приёмной верховного дожа.

Ивес Воск своего государя не сильно обрадовал, сообщив, что в арбалетчики ему удалось собрать только две с небольшим тысячи человек. Растинцы менять городскую жизнь на солдатскую лямку не стремились, несмотря даже на предлагавшуюся приличную зарплату в восемь лигров за месяц, к которой могли добавиться боевые и трофейные. При этом, арбалетчикам обещали службу в крепостях.

Свою роль в неудачном рекрутировании сыграло то, что брать в солдаты бомжей и нищих Олег запретил, а просто бедные горожане — в этом была особенность Растина — состояли в каких-нибудь кланах, и миска похлёбки с куском хлеба из общака им гарантировалась всегда. Рисковать жизнью они не сильно и стремились.

— Просто удивительно, — разочарованно хмыкнул попаданец.

— Все привыкли давно, что республика достаточно богата и может позволить нанимать себе войска из чужеземцев, — отвернув голову в сторону окна, сказал правитель Растина.

— Сильно вам это помогло? — Олег поднялся с кресла, — Ладно. Где хотите там и ищите. Добирайте оставшихся из наёмников, раз свои не хотят.

— Можно преступников взять, — всё также глядя в сторону, предложил Ивес, — В долговых тюрьмах и на медном руднике за городом у нас их около четырёх тысяч. Одну, я считаю, можно отобрать подходящих.

Олег в изумлении посмотрел на верховного дожа, но возмутиться не успел.

— Осмелюсь сказать, мой государь, — при чужих граф ри Неров был сама почтительность, — Очень неплохая идея. Если позволите, я сам займусь отбором.

Попаданец долго не думал.

— Хорошо, граф, займись, — согласился он, а затем сказал Воску, — Только командирами к этим париям направишь тех офицеров городской стражи, чьи кланы представлены в Совете дожей. И если уголовная шпана что-нибудь выкинет, то командиры будут повешены вместе с преступниками. Честное слово.

Глава 9

Строить на Алернии трассы из магического гранита по примеру земляка Вика даже не думала. У неё ни государства своего нет, ни подданных, так что, заботится об экономике и транспортной связности регионов ей не требовалось. А вот что у неё вскоре должно будет появиться, так это двухколёсный друг, на котором можно будет с ветерком перемещаться от Тени до оминского портала и от винорской столицы Фестала до Пскова по трассе Е — девяносто пять.

Вспомнив нумерацию мраморных дорог у Олега, попаданка не сдержала смешка.

— Что-то не так, Вика? — нахмурился великий магистр.

— Всё у неё так, Лагис, — ответила за подругу Урания, — Просто она продолжает в мыслях путешествовать по Тарпеции, — в проницательности герцогине Вьежской отказать было нельзя.

На осмотр строительства трассы госпожа Тень выехала поздним утром — граф Акула готов был бы сопровождать повелительницу хоть с первыми петухами, а вот Урания, горевшая желанием посмотреть на чудо превращения смеси глины и песка в прочный, ровный и тускловато блестящий гранит, любила поспать подольше.

Втроём — к ним ещё хотела присоединиться Эрна, но видимо Флемм её ночью утомил — они проехали по улицам Викинга — попаданка проявила чувство иронии и так назвала город, растущий вокруг её резиденции — и двинулись вдоль насыпанной и разровненной полосы смеси, протянувшейся уже более, чем на четыре километра.

Кандальники, рабы и гребцы работали споро, и за страх, и за совесть. О наличии у строителей мотивации попаданка позаботилась лично, а её главный лесничий Дубок оказался способным организатором и требовательным руководителем.

Трупы пары негодяев, решивших, что из тюрьмы их привели просто дышать свежим воздухом и отбирать новую одежду у более слабых рабов, уже гнили и разлагались на кольях, как жуки на булавке, почти у самого начала будущей трассы.

Впрочем, трассой, если иметь в виду масштабы строительства псковского императора, Викину дорогу называть было бы не скромно — и длина пути не сравнима, и ширина всего в полторы стандартной для Земли полосы движения. Повелительнице с её байком хватит, и ладно. Хотя и повозки при необходимости легко разъедутся. А большего и не надо — госпоже Тень полки не двигать.

— Всё-то ты про меня знаешь, Урания, — засмеялась попаданка, ускоряя коня.

— Если бы это действительно было так, — нагнала подругу герцогиня и воспользовавшись тем, что великий магистр чуть отстал, что-то выговаривая своим дружинникам, спросила: — Что у тебя с Дебором? И этот союзник Ордена, правитель империи, Олег, не он ли причина охлаждения ваших отношений с виконтом? Смотрю, Дебор, то задумчив, то зол, то надменен, то грустен. Никогда раньше не замечала за ним таких частых смен настроений. Помнишь, ты говорила, что между подругами лишние секреты только мешают искренности отношений?

— Помню, Ура, но именно, что лишние секреты, а кое-какие должны всё же быть. Я ведь не спрашиваю, как твой герцог-консорт смотрит на твои шашни с близнецами.

— Так спроси, — фыркнула Урания, — Я тебе расскажу.

— Прости, подруга, но я пока ничего не могу тебе рассказать. Сама ещё не разобралась до конца. Ни в себе, ни в…, — землянка только вздохнула, не завершив фразу.

Магистрам своего Ордена госпожа Тень не только рассказала обо всех изменениях, которые вскоре произойдут в мире в связи с началом постоянной работы порталов, но и объявила о том, что у их организации теперь есть союзник — правитель одной из трёх империй Тарпеции.

Никого из друзей посвящать в подробности своих взаимоотношений с императором Олегом она не стала, однако избавиться от их любопытства естественно не могла. Приходилось отмалчиваться, улыбаться, отвечать уклончиво или, как вчера с Эрной, грубо посылать лесом.

Там, где заканчивался готовый для магического Укрепления участок, госпожу Тень встречал Дубок, мало изменившийся со времён первых его совместных приключений с нею. Разве что, стал более важным.

— Сделали чуть даже больше, госпожа, — гордо сказал он, подойдя от группы надсмотрщиков, которых перед этим о чём-то инструктировал или, скорее, за что-то распекал.

Он поклонился сначала Вике, а затем и герцогине с Лагисом. С великим магистром у бывшего браконьера сложились приятельские отношения, и попаданка подозревала, что они нередко вместе пируют, когда Дубку удаётся вырваться из-под каблука супруги. Викино изобретение — коньяк оба давно распробовали и относились к нему с уважением.

— Вижу, что постарались, — покидать седла попаданка не стала, — А это кто такие дохлые? — показала она плёткой на два с небольшим десятка тощих, измождённых людей, оттаскивающих впереди поваленные и распиленные деревья.

— Таких прислали, — хохотнул Дубок.

— Это гребцы с алапанских каперов, — пояснил услышавший вопрос повелительницы Лагис, — С трофейных. Выкуп обещали, давно уже, но до сих пор пока не привезли. А кто откармливать их рабов будет?

— Мы и будем, — Вика обратила внимание с каким трудом гребцы ворочают брёвна, — Иначе из них работнички — совсем беда, лупи, не лупи. Слышишь? — спросила она у бывшего браконьера.

— И так не обижаем, — отозвался тот, — но, как скажешь, повелительница. Увеличим.

— Слушай, Вика, — герцогиня посмотрела вдаль, где шла вырубка просеки, — Может мне послать приказ во Вьеж. Пусть отловят голодранцев-дармоедов, и прислать их к тебе сюда? Дело живее пойдёт.

Попаданка недолго подумала и отказалась:

— Не нужно. Пока наловят, пока отберут годных, пока сюда пригонят — много времени уйдёт. Да и лишнее столпотворение — только помеха. К тому же, я не тороплюсь. А вот что тебе потребуется, так самой подумать о строительстве защиты вокруг портала — где-то ближе к границе с Гленом у тебя имеется ещё одна площадка. Не говорю, что оттуда на Вьеж сразу враги полезут, но побеспокойся заранее. Я же магией своей лучшей подруге всегда готова помочь, ты знаешь. Построим настоящую крепость. Смотри, как это примерно будет выглядеть.

В заклинаниях присутствовало волшебство, как давно заметила попаданка. Магия словно бы обладала разумом, и не просто при Укреплении превращала смесь в гранит, но и выравнивала все небольшие ямки и шероховатости.

Для госпожи Тень превратить линию из глины и песка в гранитную дорогу заняло доли секунды. Без каких-либо жестов — этому она научила и Эрну — Вика мгновенно представила нужный конструкт, наполнила его энергией и направила на результаты трудов Дубка и его подопечных.

— Это восхитительно! — герцогиня обрадовалась так, будто бы получила в дар очередной амулет, — Нет, правда, Вика, здорово!

— Вы не видели, герцогиня, как возникали магические стены замка Тени или университетского городка, — произнёс великий магистр, — Вот там действительно было на что посмотреть.

— Я могла бы Укрепить в три с лишним раза больше смеси на одном резерве, — не сдержалась от лёгкого хвастовства перед подругой Вика, — Ну, что, проедемся по магическому граниту? — пригласила она соратников к возвращению в резиденцию Тени.

Давать ещё какие-либо указания Дубку или его подчинённым распорядителям работ и надзирателям повелительница Ордена не стала. Ходом строительства она осталась довольна.

Госпожа Тень с удовольствием бы пустила коня вскачь, благо, поверхность трассы была хоть и идеально ровной, но достаточно шероховатой, чтобы копыта лошадей не разъезжались, как у той пресловутой коровы на льду, однако, высокородная подруга не смогла бы составить Вике компанию — Урания в седле держалась неплохо, но навыками верховой езды владела слабо.

— Лагис, не хмурься, — повернулась к главе своей организации попаданка, — Всё у нас будет нормально. Не грузи себя проблемами раньше времени.

— Какие-то надо сейчас уже решать, — возразил тот, — На следующий год мы, конечно, удвоим наборы — и в университет, и в школу рыцарей, и к твоим ассасинам, но мир-то откроется уже через три дня.

— Через два, — поправила Вика, — В ночь на третий. Первого ноября в ноль часов, ноль минут. Ну, или около того. Ничего сложного. Мы же не кинемся сразу осваивать все континенты, с Алернией бы завершить в ближайшие пару лет. Но для комтурства во Пскове, да, подбирай народ. Новый год они должны уже, по моим планам, встретить в Сфорце. В саму свою столицу тамошний император вряд ли нас пустит. Осторожный он очень. Может предположить, что получится, как с приглашением козла в огород. В общем, ориентируйся по срокам на первое января. Что я смешного сказала?

Сравнение Ордена с рогатым животным насмешило и герцогиню, и чуть расслабившегося великого магистра.

— Не обижайся, Вика, — отсмеявшись, Урания выехала чуть вперёд подруги, — Но с этим твоим новым календарём — или не твоим, а тем псковским — какая-то ерунда получается. Очень неудобно. Даже месяца начинаются, то с седьмого дня недели, то с первого, то с третьего. Вообще никак не связаны между собой. И кроме календаря — зачем сутки на двадцать четыре часа делить? Двадцать гонгов привычно.

Объяснять подруге, что количество месяцев связано с фазами спутника другой далёкой планеты, а деление суток на двадцать четыре части пошло от римлян, Вика естественно не захотела, а почему в неделе семь дней, и сама не знала. Главное, что им с Олегом так удобней, а остальные пусть привыкают.

— Это будет орденский календарь, Урания, — вновь проезжая мимо кольев с телами казнённых Дубком преступников и в этот раз разглядев их застывшие в муке лица, Вика никакой жалости не испытала — получили, что заслужили, — Не собираюсь навязывать новое исчисление никому из владетелей Алернии. Как магистру, тебе придётся в деловой переписке ориентироваться на него, а как герцогиня Вьежская, пожалуйста, пользуйся прежним. Что же касается часов, то вскоре пожалуют мастера, которые изготовят везде очень удобные механизмы по определению времени. Увидишь, как это удобно. Вскоре по другому ты и не захочешь определять сутки. Лагис, — великий магистр ехал с другой стороны повелительницы, — не забудь про места для новых типографий. Думаю мастера-печатники прибудут вместе с часовщиками.

— Даже не верится, что теперь такие путешествия с материка на материк станут обыденностью, — задумчиво произнёс Лагис, — Раньше к открытию порталов готовились заранее, и пользовались периодом их работы в основном правители. Чтобы вот так, туда-сюда начали перемещаться простые мастеровые, а потом, поди, и купцы, и просто путешественники, — он замолчал, а потом коротко рассмеялся, — Представляю, какая беготня начнётся, когда повсюду одарённые увидят, что площадки в рабочем состоянии.

— Ага, — поддержала своего великого магистра Вика, — А что будет после того, как все обнаружат, что они не прекратили работу ни через две недели, ни через два месяца, ни через год?

— Налье повезло, — вздохнула немного завистливо Урания, — У неё портал совсем рядом с её Омином. Быстро сможет добираться, куда пожелает.

— Ну, не куда пожелает, — возразила попаданка, — Порталы не везде есть, а во многие места, где таковые имеются, соваться опасно. Тебе зато спать спокойней будет.

За разговором их кавалькада уже въехала в Викинг — город так назывался уже официально по приказу повелительницы Ордена — и толпы народа, не успевшего приветствовать госпожу Тень, когда она выезжала — теперь торопились высказать ей свою любовь и почтение. Попаданке такое отношение к ней людей нравилось, пусть в их глазах был заметен и страх тоже.

Лагис заезжать в резиденцию не стал. Попрощался до вечера перед самыми воротами и убыл к себе в замок. Дел всем действительно предстояло много.

— Вас ждут господа Флемм с Дебором и госпожа Эрна, — повелительницу и герцониню Петелия встретила у подножия дворцовой лестницы — с башен замка Тени заранее разглядели возвращение хозяйки, — Они в большой гостиной. Был ещё ваш брат, но он уехал. Сказал, что вернётся после полудня.

— Позови ещё в гостиную Крелана, — распорядилась Вика, — А Бон пусть отправляется в порт к Эдорику — адмирал мне будет нужен — пусть пригласит его ко мне на обед.

Грозная и всемогущая магиня Тень, как напроказничавшая девчонка, трусливо уходила от откровенного разговора с Дебором об их дальнейших личных отношениях, но и тот не настаивал на выяснении отношений, видимо, чувствовал правду и не хотел её услышать, надеясь, что у Вики временное помутнение в сознании, и вскоре всё пройдёт.

Поэтому повелительница и её магистр дипломатии при беседах чуть более подробно, чем на самом деле требовалось, рассматривали проблемы посольских служб и погружались в частности, которые госпоже Тень знать было вовсе и не нужно.

Но даже и при этом, попаданка предпочитала разговоры в более широком кругу.

— Сколько я смогу держать портал открытым? — Эрна держала сидевшего с ней рядом на диване своего супруга Флемма Орваля за руку так крепко, будто бы тот мог от неё вскочить и убежать, — Сутки получится?

— И половины не выйдет, — огорчила её госпожа Тень, — Но подавляющее большинство одарённых не сможет и часа, в смысле, гонга. Так что, не печалься. Но главное твоё преимущество — амулеты Магического и Динамического Щитов. Никто не закроет пространственный переход, просто послав в тебя стрелу или атаковав боевым заклинанием. Поэтому, нам нужно больше таких амулетов. Для наших людей, ну, и союзнику Ордена подкинуть.

— Не получится у нас без тебя, — вздохнула магистр магии, — По всякому пробовали. Даже шаманов всех племён твоих добрых варваров пытались привлечь. Не можем, ни напитать само заклинание, ни Оболочку. Контуры не замыкаются до конца. Энергия всё больше и быстрее начинает рассеиваться. Я же рассказывала.

— Рассказывала, — кивнула Вика, сидевшая в кресле между Дебором и Петелией, напротив герцогини и Крелана, — Поэтому, сделаете заготовки из нужных материалов и необходимых форм и передадите мне, — попаданка уже обговорила этот вопрос с земляком, своим людям Олег изготовит защиту сам, — Я постараюсь при возможности их наполнить. И про Исцеления тоже не забывайте. Как откроются пространственные пути, возвращайся к себе в комтурство. Только парня того, курносого, который резиной у Флемма занимается, оставляй здесь.

В этот момент в дверь протиснулся молодой лакей, тот, кому уже не раз Петелией было сказано не прокрадываться в комнаты словно вор, только до того всё не доходило, и, судя по сузившимся глазам управляющей, сегодня нравоучения станут более внушительными.

Хозяйке замка этот раб нравился смазливой внешностью и раздражал её своей тупостью. Потому, в дворовые Вика его не списала, а дать дураку вольную было бы несправедливо. Так и приходилось его терпеть.

— Обед накрыт, госпожа, — доложил лакей, глядя на повелительницу.

Когда хозяйка замка с друзьями прошла в обеденный зал, появились Гнеш с адмиралом.

Брат все последние дни ходил серьёзным и насупленным. Причину этого Вика легко в нём читала — тот хотел, чтобы она взяла его с собой на Тарпецию, и понимал, что убедить сестру не удастся.

Несмотря на то, что заниматься Вике было чем, она немного жалела, что они с Олегом не выбрали более раннюю дату для открытия порталов. Попаданка вся извелась от ожидания назначенного времени.

— Эрна, — обратилась она к бывшей крепостной, ставшей как многие поднявшиеся из грязи в князи гораздо большей аристократкой, чем прирождённые — высокомерной, жёсткой и капризной — не в общении со спасительницей, подругами и друзьями, естественно, — Предупреди своих, чтобы уже начинали собираться. Вам нет смысла тащиться обратно тем же путём, что и приехали сюда. Станете первыми после меня, кто воспользуется наступлением новой эры. Уйдёте в своё комтурство порталом.

— Ты думаешь, я не поеду тебя проводить? — удивилась Урания, — Я тоже со своими людьми поеду с тобой. Посмотрю, как ты и Эрна уйдёте, и отправлюсь к себе через Омин. Заодно, Налью навещу. Расскажу ей много интересного. Эдорик, — обратилась она к адмиралу, — Ты ведь обеспечишь безопасное возвращение моего флота?

— И я тоже с Нюрой поеду, — Гнеш смотрел на сестру так просяще, что у Вики не нашлось сил ему напомнить о множестве поручений, которые она на него возложила.

— Если позволишь, и я хочу тебя проводить, — сказал Дебор.

Так и получилось, что утром тридцать третьего октября попаданку отправилась провожать целая процессия из полутора сотен человек, включавшей всех магистров Ордена, их свит, воинов графской дружины и ассасинов личных десятков Гнеша и Нюры. Даже Рудий с Желой собирались, но тут уж попаданка проявила твёрдость, и мэру Неллграда с супругой пришлось остаться дома.

В пути госпожа Тень и её сопровождение останавливались на короткий ночлег и к порталу прибыли после полудня первого ноября. На Тарпеции в это время сутки только начались, являться в Фестал посреди ночи Вика не хотела, поэтому, нашлось время и для прощального пикника с друзьями.

— Вот теперь мне пора, — сообщила повелительница Ордена, посмотрев на солнце, коснувшееся макушек деревьев, — Не люблю прощальных церемоний, вы же знаете, — Вика поднялась с бревна, обошла всех друзей, наградив их короткими объятиями и поцелуями и направилась к порталу, — Я ненадолго. Теперь мы станем навсегда близко друг к другу.

Глава 10

От процесса перетекания огромных масс энергии из артефакта Смотрителей в портальную сеть Вика ожидала нечто особенного, пусть не салютов с феерверками, но хоть сколько-нибудь красочных эффектов. Однако, всё произошло как-то просто, буднично.

Стоило ей потятнуться своим сознанием к густому гантелеобразной формы сгустку магической плазмы, растёкшейся вдоль всего жезла, и прицепиться к нему своей аурой, как в один миг энергия из жезла, используя попаданку как переходник, ушла в пространство порталов, не вызвав у Вики никаких ощущений — ни боли, ни удовольствия, ни даже щекотки.

Секунда — и госпожа Тень магозрением увидела, что стоит на энергетическом круге, а, приблизив к себе возникшую перед ней голограмму, разглядела все возможные для перемещения пункты.

Эта картина ей была уже знакома, и затягивать со своей отправкой на Тарпецию попаданка не стала. И всё же, первым делом она ушла в Скрыт и лишь потом выбрала себе точкой назначения фестальскую площадку.

Ещё миг, и вот она уже находится в окружении высоких стен из магического мрамора — Олег и Уля о своей безопасности, насколько могли, позаботились. Понятно, что госпожу Тень такая защита удержать не могла.

Оказавшись в столице Винора, Вика сразу прекратила подачу своей энергии в портальную связку и Прыжком ушла за периметр стен.

Она успела заметить реакцию дежурного мага, наблюдавшего за площадкой. Повелительницу Ордена он, разумеется, увидеть не мог, а вот то, что портал стал рабочим и что им кто-то пытался мгновение пользоваться — раз арка сверкнула — об этом маг поспешит доложить, кому следует.

— Разве я виноват, господин? Двести лигров даже для уважаемого Кисваля много. Он сказал, что больше вам ничего не даст, пока старый долг не вернёте! А вы ему ещё и за комнату должны.

Уйдя Прыжком от портала, Вика оказалась возле беседки на самом краю дворцового парка возле высокой — в два человеческих роста — ограды.

Рядом, на тропе, стояли двое — разодетый павлином бледный юноша с тонкими в нить губами и грузный, выше на голову, мужчина в потасканной ливрее. Именно мужчина и пытался втолковать что-то парню.

— Дурак! — у юноши оказался и голос под стать — визгливый, — Где же твоя хвалёная убедительность?!

Дворянчик принялся награждать слугу пощёчинами, хилыми, но обидными — раз, два, три. Мужик не имел ошейника, но в этом мире свободные слуги часто получали взбучку не меньше, чем рабы.

— Кончилась убедительность, господин, — отступил слуга на шаг от разозлившегося хозяина, — Никто больше нам денег не даст. Бросили бы вы подарки баронете Листин дарить, а? Сколько уже с вас вытянула? И ладно бы хоть какой-нибудь толк был. Не дай Семеро, узнает ваша матушка.

— Заткнись, болван!

Юноша занёс руку для ещё одного удара, но вдруг как-то сник и ссутулился.

Извечное женское любопытство чуть укололо попаданку желанием узнать историю влюблённого, но безденежного ромео, однако, Вика тут же усмехнулась над собой — ей нужно совсем другим заниматься.

Повелительница Ордена с временем прибытия рассчитала правильно — стрелки курантов на одной из башенок дворца показывали без десяти восемь, значит, у неё есть целых шесть с лишним часов, чтобы переодеться, пообедать, купить билет на поезд и отправиться к земляку. Можно ещё и вдоволь погулять, посмотреть столицу Винора.

Олег готов был встретить её сразу по прибытии хоть в Фестале, хоть в Бирмане или Саароне — где назначит, но Вика настойчиво отказалась. Три-четыре-пять дней ничего не решают, а ей отвлекать своего соотечественника, загруженного государственными проблемами, да ещё и с войной на пороге, дополнительной вознёй вокруг её персоны было просто неудобно. Об этом она обретённому другу заявила твёрдо и его уговоры отмела.

Теперь жалела. На поезде ей ездить мимо средневековых и девственных пейзажей понравилось, но полёт на дирижабле доставлял несравнимо большее удовольствие.

Скрывать свои знакомство, дружбу и деловое партнёрство от посторонних взглядов — как они оба решили — смысла уже не имеет. Наоборот, Олег собирался её быстрее представить, как основательницу и руководительницу организации, занимающейся просветительской и лекарской деятельностью. Пусть все полюбуются на малахольную молодую тётку — поиронизировала во время обсуждения этого вопроса с земляком Вика. Такое занятие для средневековой Талареи сровни, как минимум, сумасбродству. Но раз сам псковский император объявит о своём покровительстве начинаниям госпожи Вики, то кто осмелится насмешничать вслух? А уж когда с Алернии придут сведения о небывалом магическом могуществе этой особы, то шутники и вовсе языки себе прикусят.

Размышления не отвлекли госпожу Тень от выполнения задуманного. Она переместилась с помощью магии на первый этаж дворца, где нашла подходящее помещение — пустующую спальню служанок — и переоделась из охотничьего костюма, в котором отправлялась к оминскому порталу, в подаренный ей соотечественником лейтенантский мундир.

— Это он тебе за одну ночь столько дал?

— Зато какую, Йелара! И господин будет ждать меня ещё и вечером! Его старуха отъехала в имение по делам.

Вика послушала два женских голоса — один завистливый, второй самодовольный — прозвучавших в коридоре, натянула второй сапог, привычно на сантиметр подпрыгнула, проверяя удобство обувки и переместилась вновь за пределы дворца.

Снаружи резиденция Клемении попаданке понравилась, а осмотреть дворец изнутри госпожа Тень ещё успеет. Олег обещал её познакомить с королевой Винора, своей подругой.

Сколько их вообще у него? — задалась вопросом Вика, осматривая многолюдную большую площадь, на южной оконечности которой она оказалась, — Собрал вокруг себя целый гарем. Придётся отучать.

Пройдя в одну из улочек, попаданка выбрала момент, когда рядом не оказалось никого из горожан, кроме одноногой старухи-нищенки, дремавшей возле бочки с водой, сидя прислонившись спиной к обшарпанной стене доходного дома, и вышла из Скрыта.

Подумала было вернуться на площадь, но сделав десяток шагов увидела перекрёсток сразу пяти улиц и трактир, внешне вполне приличный. Поужинавшая час назад сухомяткой Вика решила, что можно побаловать себя горячим завтраком и чаем.

В тех краях Алернии, где землянке удалось побывать, трактирные наценки на еду были небольшими. По этой причине многие горожане — особенно не семейные — часто предпочитали завтракать не дома, а в заведениях общепита. На Тарпеции, видимо, ситуация была аналогичной, и в зале, куда зашла госпожа Тень, посетителей оказалось достаточно много. Но даже для такого большого — почти две трети занятых мест — количества людей обслуживание попаданки слишком затянулось.

— Слышишь, дорогуша, — Вика крепко ухватила за рукав третий раз пробегавшую мимо неё разносчицу, которой она сделала заказ, — Мне долго ещё ждать? Или лучше разбить тебе нос и заплатить за это твоему хозяину штраф?

— Госпожа, не надо, — забегавшаяся рабыня совсем не испугалась, — У нас второго повара понос с утра прошиб, из уборной почти не вылазит, а один не справляется. Подождите ещё немного. Сейчас Лювиг вернётся из нужника, и всё сделает.

Святая средневековая простота девушки помогла госпоже Тень ощутить, что голода особенно и не чувствуется.

— Нет уж, — встала попаданка со скамьи, чуть подвинув соседку-купчиху, поедавшую густую мясную кашу, — Мне ждать некогда.

Ситуация Вику и раздосадовала, и насмешила. Повелительница Ордена решила, что перекусит на прогулке какими-нибудь пирожками. Не исключено, что пекари тоже маются животом, но она хотя бы знать про это не будет.

Однако, дойдя до дворцовой площади, она передумала гулять по городу. Подумала, что лучше дойти до вокзала, уголка родной цивилизации, и обосноваться там в зале ожидания. Купить себе каких-нибудь книжек, и там почитать, и в дорогу. Благо, они с Олегом хоть и много одинаковых произведений знают, но гораздо больше таких, что она читала, а он нет, и наоборот. Так что, выбрать из творчества Мистера Икса что-либо ранее не знакомое, вполне можно. А на крайний случай, сборник крестословов приобрести. Заодно, там и поесть нормально. В буфете или ресторане.

— Слышали?! Наш портал заработал!

Принёсший эту новость к торговым рядам паренёк пучил глаза, словно при запоре.

— Иди тюки перегрузи, — сварливо сказала ему одна из торговок, — Или ты думаешь, я тебя даром сегодня накормлю? Какой ещё у тебя портал?

— Нет, честно, уважаемая Синильга! Из окон дворца все маги видели! — пропустил слова нанимательницы мимо ушей юноша, — Семафорная башня дворца — посмотри — не переставая огоньки шлёт! — он вытянул руку в сторону резиденции Клемении.

— Портал заработал! — раздалось в паре десятков шагов у другого, мясного, ряда лотков и прилавков.

Вика улыбнулась про себя и двинулась знакомой ей с прошлого посещения Фестала дорогой к вокзалу, зримо наблюдая, как расползается весть о необычайном событии, словно круги на воде от брошенного камня. А ведь сейчас такое происходит по всему миру Талареи — представила она эпохальную картину слома прежнего мирового порядка — и ведь это только начало.

Поддавшись общим настроениям, госпожа Тень купила у бойкой девчонки последний номер газеты «Винорская правда», хотя понимала, что заметка о происшествии с порталом появится в печати не ранее, чем завтра, и то, если цензура пропустит. У Олега в империи со свободой слова было не очень всё хорошо, он сам ей в этом признался.

На площади Трёх колодцев внешне приятно выглядевшая молоденькая девушка — в чистом, аккуратном платье, новеньких сабо на ногах, весёлом зелёном берете и с лицом ангелочка — попыталась проверить содержимое полевой сумки, которую повелительница носила через плечо, и где ничего особо ценного естественно не носила.

— Ой-ой-ой! — тихо, утробно заскулила воровка.

Вика, вывернув ей кисть, заставила упасть на колени вблизи лужи и протащиться по грязи пару шагов. Попаданка хотела ещё и чувтвительно пнуть девицу по заднице, но увидела как с другого края небольшой площади на возникшую ситуацию обратил внимание стражник, двинувшийся к ним огромным пузом вперёд, и воровку отпустила.

За восемь с небольшим лет Вика так и не смогла отучить себя от порой накатывавших на неё приступов жалости и сочувствия. С каждым годом такие приливы становились всё реже, но на конкретно эту девицу хватило.

И всё же, чтобы не оставлять попытку совершения преступления совсем безнаказанной, повелительница Ордена перед тем, как дать прохиндейке убежать, сломала той указательный палец на правой руке. Пусть теперь лечится или вовсе бросает незаконное ремесло.

— Вырвалась? — спросил подошедший толстопуз, — Вёрткая зараза. Второй раз её здесь уже вижу, и опять сбежала тварь.

В голосе стражника слышалось явное облегчение. Что называется, сидит мужик на доле от воровского промысла. Ничего удивительного для попаданки в этом не было, во Вьеже у дядюшки Тугорда половина таких полицейских, да и в родном мире оборотни в погонах имеются.

Но, попадись преступница с поличным, этот стражник без колебаний повёл бы её на казнь или увечье.

— Поймаешь ещё, — усмехнулась Вика, — Держи только крепче.

Дойдя до городских ворот и посмотрев вместе с другими зеваками, как вздёрнули троих грабителей с речпортовской банды — так объявил глашатай — попаданка заплатила пять тугриков, чтобы не месить ногами грязь, и добралась до вокзала в поскрипывавших — того и гляди, развалятся — носилках, которые тащили двое худых, но жилистых мужчин.

С билетами на этот раз никаких проблем не возникло и идти к коменданту не пришлось.

В дорогу госпожа Тень купила себе сборник рассказов «Короли и капуста». О' Генри она когда-то читала, но конкретно про эту книгу только слышала. Выбрала себе сидячее место за столиком буфета, заказала пирожные с чаем, мысленно попеняв земляку, конечно же в шутку, что тот не продумал вопрос с кофе, развернула газету и углубилась в чтение.

На первой же полосе она увидела указ императора о введении военного положения на территории Растина и Бирмана, граничивших с королевством Аргон. Валанийцы всё же пришли на Тарпецию с войной, только не туда, куда ожидали Вика с Олегом.

Является ли это каким-то хитрым планом незваных гостей, решивших сначала захватить себе плацдарм, а лишь затем ударить по Псковской империи, либо они совсем не собираются ещё раз столкнуться с мощью армии Олега и с ним самим, из текста короткого указа было непонятно.

Не прояснилось это и на других страницах «Винорской правды». Никаких сведений о происходящем в Аргоне или о действиях имперской армии попаданка не обнаружила. Зато много имелось колонок с выражениями верноподданнических чувств и обещаниями порвать любого агрессора, буде сунется, как Тузик грелку. Вика ещё в первый приезд в Фестал заметила, что, в отличие от Глатора, здесь действительно хорошо относятся к псковским военным.

От нечего делать попаданка ознакомилась и со светскими сплетнями, и с происшествиями, и даже решила ребус, выложенный на последней странице.

Сидеть ей надоело и до посадки в вагон, Вика прогуливалась по вокзалу, примыкавшей площади и, пару раз, по перрону, где смогла наблюдать прибытие и отправление товарного состава с вооружённой охраной — военные припасы направлялись на юг, видимо, из Тарка.

Со спесивым глаторским бароном, его женой и похожей характером на папу дочерью, доставшимся ей в соседи по купе, попаданка общаться не стремилась. Лежала на верхней полке, читала, сдерживая смех, забавные истории замечательного американца в изложении Олега, ходила питаться в вагон-ресторан, смотрела из окна на пролетавшую мимо убогую жизнь крепостных винорских крестьян, познакомилась с видами Бологого — естественно не российского, а местного, в прошлый раз она проезжала этот городок ночью — и наслаждалась поездкой. Крестословы на вокзале она купить забыла, но проводники её оплошность компенсировали.

На последнюю перед Псковом станцию поезд прибыл рано утром. Пассажиры уже встали, однако, выходить на прогулку, когда на улице ощутимо свежо, никто из ехавших в одном с Викой вагоне не стал. Да и курильщиков в мире Талареи не было, так что, страждущих побыстрее выскочить на перрон, чтобы наполнить свои лёгкие дымом сигарет или стиков, повелительница Ордена увидеть не ожидала. Как не предвидела появление в своём купе мастер-сержанта связи в сопровождении обоих проводников вагона.

— Лейтенант Вика? — вмиг оглядев купе, остановил на попаданке свой взгляд сержант.

— Как догадался? — усмехнулась Вика, садясь и свешивая ноги с верхней полки.

В вагоне топили, было тепло, и она ехала в дорожной пижаме, всё в той же, купленной в Геронии. К некоторым носимым ею вещам Вика привыкала настолько, что в прежней жизни бабушке приходилось их выкидывать с боем.

— Других лейтенантов в этом поезде нет, — голос унтер-офицера был отстранённо-равнодушным, но в его глазах сверкало яркое любопытство.

Вика сразу же определила в мастер-сержанте ассасина, а значит он представлял не просто войска связи, а спецсвязь. И его жгучий интерес к лейтенанту-особисту стал понятен быстро.

— И что тебе от меня нужно? — спросила попаданка.

— Передать распоряжение государя, — он протянул маленький узкий конверт с сургучной печатью шифрооргана.

Барон и его семейка, всю дорогу пыжившиеся перед простолюдинкой, едва выслужившей личное дворянство в соответствии с табелем о рангах, теперь в немом изумлении раскрыли рты.

— Ого, не ожидала, — искренне сказала Вика, спрыгивая на половой коврик и забирая конверт.

«Жду тебя на перроне, — прочитала она на извлечённом листке, — Не вздумай скрываться, всё равно ведь найду.»

Как госпожа Тень и предполагала, телеграф сработал оперативно, а дирижабль вернул императора в стольный град гораздо быстрее, чем туда добралась его землячка.

— Ответ будет? — спросил ассасин или, правильнее здесь — ниндзя.

— Нет, — мотнула головой госпожа Тень, — Какой ответ? Через час уже будем во Пскове.

— Тогда, разреши идти?

Парень явно не понимал, что происходит, знать это очень сильно хотел, но держался достойно.

— Конечно иди, и спасибо тебе, — улыбнулась попаданка, убирая конверт с телеграммой в сумку.

Оставшийся до прибытия в столицу империи путь оказался испорченным. Не из-за ожидания встречи с земляком, а от патоки попутчиков. Словно бы решив искупить весь свой предыдущий снобизм, соседи принялись льстиво угождать попутчице во всём, задавать глупые вопросы и уверять в обожании императора.

Едва поезд при подъезде к конечной точке путешествия принялся снижать ход, старший проводник прошёл вдоль вагона и предупредил всех пассажиров, что по распоряжению императора им предписано оставаться в купе до особых указаний. И тут же успокоил, что задержатся они ненадолго, минут на пять.

— Госпожа, — уважительно обратился седоусый старший проводник, тоже из отставников, если судить по рукам, выправке и шраму от арбалетного болта на щеке, к уже полностью одетой-обутой Вике, — Велено вас проводить первой из вагона.

— Раз велено, так провожай, — улыбнулась попаданка, удерживаясь на ногах при очередном резком толчке тормозившего поезда, — Пошли.

Прощаться с попутчиками она не стала даже кивком — мерзкие людишки, лицемерные подхалимы. К сожалению, вокруг неё таких становилось всё больше.

На перрон она сошла под звуки Встречного марша. Её действительно ожидал сам император во всём великолепии официального одеяния, свита из его соратников и караул гвардейцев.

— Олег, ты с ума сошёл, — тихо засмеялась Вика, когда земляк прижал её к груди, — Зачем это всё? Представляешь, что теперь разнесётся по империи про меня?

— Ерунда, — соотечественник отстранился и с улыбкой посмотрел ей в лицо, — Пусть говорят, что хотят. Не всё ли равно? Да и миру сейчас не до обсуждения новой знакомой псковского правителя. Порталы. Слышала уже?

— Нет. А что с ними?

Земляне снова рассмеялись, и Олег повёл Вику представлять тем своим соратникам, которых она ещё знала только с его слов, и выслушать приветствие от уже ей знакомых.

Глава 11

Олег посмотрел на устроившуюся в императорской карете напротив него Вику и поймал себя на мысли, что без этой замечательной землячки его жизнь была наполовину пустой. И эта незаполненность касалась вовсе не только лет, проведённых в Таларее, но и всей его прошлой жизни.

То, что он жил лишь частью себя, будто бы обрубок целого, Олег понял ещё во время их бесед в её прошлый приезд, но окончательно сформировалась эта мысль у него только сейчас.

О том, что у Вики есть способности суккубы, попаданец прекрасно знал, как знал и то, что на него данное её умение совсем не действует, и его чувства вызваны настоящим родством душ.

— Что ты такого во мне увидел, Олег? — поинтересовалась госпожа Тень, для удобства отставляя чуть в сторону одну ногу, — Гадаешь, привезла ли я тебе подарков и в этот раз? Не беспокойся, я не из тех, кто ходит в гости с пустым конвертом.

Они рассмеялись, и государь через оконце дал рукой сигнал Нирме, что можно начинать движение.

— И мыслей не возникло сомневаться в твоей щедрости, — уверил он соотечественницу, — Расскажи, как добралась, а уж потом я поведаю тебе, что тут у меня происходит.

Вика умела рассказывать. Впрочем, они оба по сравнению с подавляющим большинством таларейцев были настоящими мастерами красноречия. И, разумеется, оставшись вдвоём — попытавшийся было им составить компанию Лешик, отправился в карету к Клейну и красавице Иретте — они перешли на родной русский.

С иронией поведав о своём пути в Псков, землячка вновь, уже более подробно описала ощущения от управления портальной магией.

— Тебе обязательно надо самому попробовать, — завершила она свой рассказ, — Тем более, что ты хочешь найти заброшенные площадки в империи.

— Думаю, Уля их уже нашла и сейчас возводит укрепления вокруг них. Кстати, как тебе показалась моя новая защита порталов?

— Впечатляет очень, — Вика раздвинула задёрнутые другом занавески, как только карета въехала на подъёмный мост к воротам — Олег ещё в прошлый раз с удовольствием заметил, что любоваться Псковом ей не надоедает, — Особенное уважение внушают грозные жерла пушек, смотрящие на тебя в упор. Только это не поможет, ни против нас с тобой, ни против тех, кого мы обеспечим такими вот штучками, — соотечественница извлекла из Пространственного Кармана очередные два амулета с Магическим и Динамическим Щитами и протянула их земляку, — Видишь, я не обманываю насчёт подарков. Вначале мне подумалось, что ядро или поток картечи может хоть и не пробить защиту, так хотя бы сбить с ног, вынести за пределы площадки и прервать работу портала, но, нет. Динамический Щит поглотит энергию летящих снарядов полностью. Надо три-четыре парных залпа в упор, чтобы выбить защищённого амулетом из магического круга. То же самое и с боевыми заклинаниями — их поглотит. Рассказывай теперь ты. Что тут произошло, пока меня не было.

Свои догадки относительно главного мотива валанийской агрессии, то есть то, что она является подобием крестовых походов для выпуска пара из котла, Олег всё же рассказал. Вика к его предположениям отнеслась с должным пониманием и переспрашивала в основном детали о соотношениях военных сил.

— Пока, как видишь, полного знания обстановки у меня нет, — признался император, — От посланных в разведку групп первые голуби уже прилетели, но с ними много информации не передашь, да и передавать-то ребятам пока нечего. Много ли узнаешь из вида движущихся колонн и разроненных отрядов бронзовокожих? Ясно лишь, что Гури мой оказался прав. После неудачи с захватом продовольственных складов в столице Серина — король хоть и молод, всего двадцать два, но голова на плечах имеется, раз догадался уничтожить запасы — гостям ничего другого не оставалось, как искать добычу в других городах и твердынях Аргона. Выясняем, какое направление они выбрали главным.

— Подожди. Гури — это ведь герцог ре Вил? Муж той Веды, что вокруг тебя крутилась? — Вика мазанула взглядом по земляку, словно рентгеном просветила, — Ой, извини, что прервала. Я кажется понимаю, что ты дальше хочешь сказать. Теперь открытые порталы обеспечат снабжение валанийцев, и те смогут не распылять силы, а сразу двинуться на север громить армию Серина Третьего?

Вопрос про герцогиню ре Вил, до недавнего времени любимую, но уже отставленную пышечку, на пару секунд выбил Олега из колеи, однако он тут же отвёл эту сложную тему разговора в сторону. О ней ещё будет время поговорить. Заодно и про некоего магистра дипломатии можно потом пооткровенничать.

— Да, с аргонским порталом им станет проще, — кивнул попаданец, — Только и мы теперь знаем, к какому месту будет привязан хвост валанийской армии. Я создаю два мощных кулака — в Бирмане и в Растине. В зависимости от действий противника, один армейский корпус начнёт проводить активную оборону, а второй ударит во фланг. Гортензия советует не торопиться, дать шанс Божественной проявить себя в качестве союзника Серина. Я же пока в раздумьях. С одной стороны она права — почему я должен для Агнии таскать каштаны из огня? А с другой, давать валанийцам время укрепиться и увеличить свою численность в разы — не самая лучшая идея. Две группы ниндзей сейчас выполняют особую задачу. Они не просто ведут разведку. До четвёртого ноября они должны захватить кого-нибудь из старших штаб-офицеров и ждать в назначенной точке дирижабль. Уверен, что скоро я получу языка, и туман неведения рассеется.

— Туман неведения рассеется? — повторила за ним Вика, совмещавшая беседу с рассматриванием столицы, — Олег, ты ведь у нас там стихи писал? Очень поэтично у тебя иногда выходит. Правда.

Попаданец отрицательно помотал головой.

— Господи, Вика, я ведь так сильно тебя ждал. И говорить с тобой хотел совсем о другом. Даже пару анекдотов вспомнил. А беседуем, будто на служебном совещании.

— Неудобство первых минут после разлуки? — москвичка понимающе кивнула, — У нас теперь много времени говорить обо всём. И о делах тоже. Почему бы нет? Кстати, можем вдвоём отправиться в деловое путешествие. Ты как на это смотришь?

Сначала Олег подумал, что Вика пошутила про их совместный поход. Но оказалось, что нет, она говорила всерьёз. Так, более того, у неё уже имелся готовый план их действий.

Карта Валании, которую она ему протянула, мало чем отличалась от тех, что имелись и у Олега, хотя, на первый взгляд, у землячки карта была подробней в плане большего количества нанесённых на неё городов, видимо, с более свежими географическими данными. Но главное отличие заключалось в изображении на контуре материка порталов. Попаданец сразу догадался, что означают нарисованные красным карандашом кружочки, два из которых были обведены синим.

— Ты уже привязала виденное в магозрении к местности? — на всякий случай уточнил он.

— Ну, да, — подтвердила Вика, — Естественно, лишь примерно. А обведены те, про которые мои люди точно выяснили, что они заброшены и с точки зрения местных не заслуживают внимания — находятся достаточно далеко от населённых пунктов и давно разрушены. Арки, разумеется, разрушены, а не сами площадки. Вот и подумай. Может нам через одну из них — вон ту, что в сотне лиг от Парса — пройти в гости в царю? Шаманы там, не шаманы — вдвоём мы разнесём Парс в пыль, никакие сверхнасыщенные Сферы не спасут. Добраться только надо незаметно, оценить обстановку спокойно, чтобы не дать шансов самоуверенности приготовить нам сюрприз. И бахнуть. Не обязательно Огненным Штормом. Можно и просто царя тихо прирезать — тоже эффектно и страшно для врагов будет. Ну, как, хорошо я придумала? — спросила она.

Похоже, что у соотечественников в некоторых случаях мысли работают в одном направлении, с усмешкой подумал попаданец. У него тоже подобная идея крутилась в голове. Правда, он-то рассчитывал лишь на свои силы. Вариант же, предложенный Викой, заставил эту задумку заиграть новыми красками. В самом деле, почему бы им вдвоём не отправиться в диверсионный рейд? Только он и она, она и он.

— Добраться незаметно и не рисковать — это правильно, — Олег вернул москвичке карту, — Только вот, если ты посмотришь в зеркало, то увидишь, что в нём отражается девушка не просто очень красивая, но и светлокожая. Как нам остаться незамеченными? В Скрыте долго не проходишь.

— Почему нет? Я почти сутки один раз в невидимости пребывала, — попаданка убрала свиток в сумку, — Резерв не пополняется, из-за чего использовать другие заклинания проблемно через какое-то время получается, дискомфорт, но в остальном терпимо. И нам ведь лишь до любого порта добраться, а там полно белокожих абордажников, моряков, торговцев, наёмников, просто путешественников. Какие проблемы выдавать себя за кого-нибудь из них?

— Никаких, — согласился землянин, — Считаю, что твоя идея достойна рассмотрения. Но сразу говорю — я старший, меня слушаться. От колхоза могут быть беды.

Вика хмыкнула.

— В этом мире мне впервые придётся быть подчинённой не для конспирации, а реально, — она забавно наморщила нос, — Ладно. Согласна. Переживу. Зато сделаем полезное дело. Нет человека, в смысле, царя — нет проблем.

— Боюсь, что ты ошибаешься, — император поправил лацкан своего камзола, — Если бы всё было так просто, то все войны бы велись ради уничтожения правителей врагов. Во-первых, парсанцы точно не единственные, кто участвует в нападении на Аргон, слишком большая армия собирается, а во-вторых, все очень быстро поймут, что порталы — это не только новые полезные возможности, но и опасность. Так что, очень быстро предпримут меры, чтобы обезопаситься, типа моих стен или просто переносом своих резиденций подальше от площадок. Да и так, у большинства правителей порталы не в непосредственной близости. Так, Вика мы подъезжаем. Готова предстать перед моим двором?

— Всегда готова, — землячка демонстративно оглядела себя, — Жаль только, что не сообразила переодеться в нормальное платье. Что подумают твои сановники, когда увидят, что ты возишься с обычным лейтенантом, пусть и особистом?

— Мои привыкли, что и сам император — любитель появляться в обычных или офицерских одеяниях, — отмахнулся Олег, — а Уля, та вообще часто под видом простолюдинки прогуливается по улицам городов. Сколько уж раз её за это ругал, говорил: бери хоть охрану побольше. Бестолку. Зря я ей в своё время про Харуна аль Рашида рассказал.

— Который из Тысячи и одной ночи?

— Про него. Какого же ещё? Всё, останавливаемся. Апартаменты тебе приготовили самые почётные.

— Мне?! — госпожа Тень прижала руки к груди жестом голливудской кинодивы, имя которой прозвучало как призёрши Оскара.

Земляки вновь рассмеялись. Олега не покидало радостное чувство от встречи с Викой и видел, что она испытывает такие же чувства.

— Тебе-тебе. Кому же ещё? — подтвердил император — в этот момент один из лакеев распахнул дверцу кареты, а второй разложил лесенку, — Прислуга отобрана лично баронессой Чеппин. Ну, ты её помнишь.

Император перед взорами огромной толпы придворных оказался первым и не погнушался протянуть руку вышедшей следом лейтенанту.

— Ничего себе, сколько у тебя дармоедов во дворце, — переходя на местный язык, негромко сказала Вика, — Надеюсь, мне со всей этой бандой знакомиться не нужно?

— Ещё чего не хватало, — Олег перехватил землячку под локоть, — Кому было нужно, я тебя представил на перроне, — он повёл Вику по коридору, образованному на парадной лестнице гвардейцами и кланяющимися с угодливыми улыбками разодетыми мужчинами и женщинами, — Почти все мои близкие соратники сейчас в разъездах. Сама понимаешь, война и немцы на пороге. Пока только Иретта составит тебе компанию. Приглядись к ней — хорошая женщина и умная помощница своего мужа. Можно сказать, вице-премьер-министр.

— Я заметила. Кажется, у неё и характер как магический гранит.

Правитель с загадочной для псковской аристократии гостьей вошли во дворец и вновь принялись подниматься среди сановников, чиновников, их жён и взрослых детей.

Вика была не права, называя этих людей дармоедами. Когда-то на Земле и Олег считал, что придворные лишь придавали правителям чувство собственной важности.

На самом деле, его дворец служил не только для проживания, проведения различных церемоний, совещаний или приёмов, но и являлся аналогом офиса какой-нибудь крупной земной корпорации.

Несмотря на то, что многие полномочия попаданец делегировал правительству и различным министерствам, оставалось огромное количество вопросов, которые могли решаться только на уровне императорской резиденции.

Сравнивая с порядками в родном мире, попаданец представлял свой двор чем-то вроде аппарата совета акционеров, который, в отличие от исполнительного директората, непосредственное руководство не осуществляет, но всё направляет и контролирует.

При этом сановники и чиновники нуждаются в штатах помощников и обслуги. Попытки сократить количество обитателей своего дворца государь пару раз предпринимал, и ничего хорошего у него из этого не получилось.

— Характер у Иретты, пожалуй, твёрже гранита, — поправил соотечественницу Олег, — Она ведь детство и раннюю юность была увечной. Насмешливые, презрительные взгляды и всё такое. Пока Уля её не Исцелила, она так и закаляла сталь. Вот мы и пришли, — апартаменты предназначенные для Вики находились на втором этаже под императорскими.

— Я не видела Олу. Мою спутницу герцогессу ре Литоль. Ты же её не выдал на расправу несостоявшемуся свёкру?

— Как ты такое могла подумать? Говорил же, с Пскова выдачи нет. Она уехала в Бирман. Королева Иргония будет договариваться об её доходах с герцогства. Геронийскому королю я намекнул, чтобы не вздумал обидеть сироту. Вика, отдыхай, приводи себя в порядок, я за тобой зайду сам. Проведу на торжественный обед и бал в твою честь.

— Бал? — удивилась землячка, — В мою честь? Что, серьёзно?

— А что такого? — пожал плечами Олег, — У тебя надеть нечего?

— Насчёт этого не переживай. Найду что-нибудь. Можно я только попрошу на будущее, чтобы о подобных мероприятиях ты меня заранее предупреждал?

Вика тепло обняла императора и в сопровождении ожидавших её у дверей слуг направилась в выделенные ей комнаты обустраиваться.

— Конечно. Попросить можешь, — ухмыльнулся псковский правитель закрывшимся дверям и развернулся.

Попаданец поднялся к себе. В приёмной перед кабинетом его дожидались Клейн и Лешик с Нечаем. Премьер-министр в руках держал толстую папку с бумагами. И когда уже успел набрать столько, вздохнул попаданец?

— Я их оставлю для подписания, — пояснил Клейн, — Это не к спеху.

— Заходите, — пригласил Олег соратников, а Нирме распорядился: — Никого больше ко мне не пускай.

Войдя, они расселись — император за главный стол, соратники в кресла у стола ддя посетителей — а принесённую с собою папку Клейн положил с краю.

Олег отпустил Мону и посмотрел на Нечая.

— Давай первым докладывай. Новых внутренних угроз у нас за эти дни не появилось? — спросил попаданец.

Нечай последние пару лет ходил сосредоточенным и хмурым. То ли должность главного контрразведчика обязывала быть желчным, то ли разлад любви с Улей тут играл свою роль. Хотя Лешик доносил, что у генерала, кроме смазливых, на всё готовых рабынь, появились для утешения, и молодая вдовая баронесса Белюна, и виконтесса Таля ри Чоссер.

— Новых не появилось, государь, — Нечай положил перед собой небольшой блокнот и грифельный короткий карандаш, — Зато по старым угрозам приходится работать больше. Особенно в Глаторе. Разгром наёмников Ковином снизил шанс на мятеж, зато активизировались заговорщики. Позвольте, господин, я повторно попрошу у вас разрешение на организацию несчастного случая или покушения в отношении герцога Раппи ре Раппи. Сам регент напрямую со смутьянами не общается. Раппи его доверенный человек. Устранив его, со смутой не расправимся, однако, времени выиграем много. И тыл армейского корпуса Ковина обезопасим.

— Давай подробности, — приказал попаданец.

Потенциальных мятежников в империи хватало, и не только потенциальных — в приграничных районах Тарка и Саарона порой вспыхивали и открытые восстания старого дворянства, но отец Клемении был самой глубокой занозой, а вырвать её пока Олег не решался.

Но, если ещё нет возможности расправиться с самым главным интриганом, то почему бы действительно не избавляться от его помощников? В растущем мастерстве своих ниндзей император не сомневался. Всё сделают, как надо.

Получивший разрешение государя на устранение Раппи ре Раппи Нечай ушёл с таким же мрачным выражением лица, с каким и вошёл.

— У тебя что за срочности, Клейн? — чуть наклонившись вперёд Олег притянул к себе папку и похлопал по ней рукой, — Раз это до завтра терпит, значит есть что-то важное и помимо?

— Да, государь, есть. Я ведь понимаю, что тебе сейчас недосуг, но пришло сразу три сообщения. По дипломатической линии, но королевы Гортензии сейчас нет, поэтому я решил непосредственно вам…

— Клейн, — прервал своего премьер-министра попаданец, — Что у тебя за вечная манера кружить возле меня как слепень вокруг коровы? Что за послания?

— Первое от короля Дорвинга. По поводу неправомочных действий нашей северной армии.

— Разродился-таки? Большое?

— Длинный свиток, больше метра.

— Скажешь заместителю Гортензии, чтобы написали не меньше. Смысл — идите в задницу. А остальные про что?

— Сообщения из Саарона и Бирмана. Туда уже прибыли посланники из Хадона и Аргона, соответственно. Направляются сюда. Просят срочной встречи с вами.

— Ага, как жареный петух клюнул, так вспомнили обо мне. Друзья. Ладно. Телеграфируй, что приму. И пусть им не чинят препятствий в пользовании рельсовой дорогой. У тебя всё? Тогда до встречи в зале. Скажи Иретте, что её место будет рядом с нашей гостьей. Бумаги я постараюсь до полудня посмотреть.

Когда кабинет покинул и Клейн, оставшиеся вдвоём Олег с Лешиком пересели на диван и начали обсуждать список командиров бирманских королевских полков.

Иргония, по понятным мотивам, держала на высоких воинских должностях людей, лично ей преданных, и представлявших политически лояльные аристократические семейства. Война же требовала иных критериев в подборе кадров.

К огорчению Олега, из тех характеристик, которые Лешик поедставил на бирманских полковников, менять необходимо почти всех.

— Скотство, Леш, где я столько возьму?

— Как будто бы у тебя толковых офицеров мало, шеф.

— Ты знаешь, для моей армии, её численности, мало, — попаданец встал и прошёлся до окон и обратно, — И я не хочу их уменьшать ещё больше, отдавая людей в королевские полки. Найти бы нужных среди самих бирманских офицеров.

— Может война сама найдёт?

— Тоже верно, — согласился император, хотя утверждение Лешика на его взгляд было очень спорным, но на данный момент для самоуспокоения сойдёт, — Время уже половина двенадцатого. Надо готовиться к выходу в свет.

— Что, государь, сильно рад её приезду?

— По мне не заметно?

Как и обещал, Олег явился за землячкой лично и провёл её, одетую в дорогое длинное платье, к торжественному залу за руку.

Когда гвардейцы распахнули высокие двустворчатые двери, украшенные золотом, оркестр Моцарта грянул Свадебный марш Мендельсона — сюрприз, подготовленный попаданцем своей соотечественнице.

Под гулкими сводами псковского дворца эта замечательная музыка поозвучала лучше, чем в ЗАГСе. А Олег мог сравнивать вполне компетентно, поскольку однажды был свидетелем на свадьбе у рано женившегося друга. Правда, Саня с Алкой потом через год разбежались, но это уже другая история.

Вика, несмотря на свои имбовые способности, от первых аккордов Свадебного марша едва не запнулась.

— Не рано ли нам, Олег? — спросила она, заметно растерявшись.

— Я подумал, что тебе эта музыка нравится, — он потянул Вику за собой в зал, где вдоль столов стоя приветствовали императора удостоенные этой высокой чести гости. Когда государь подвёл свою подругу к прелназначенным им местам, оркестр смолк, и в наступившей тишине Олег громко сказал: — Это госпожа Вика, основательница и руководительница милосердной организации, занимающейся просветительством и лекарством. И она мой друг. Кто обидит её — нанесёт оскорбление мне. А теперь, давайте чествовать нашу замечательную гостью.

Глава 12

Торжественный обед и бал плавно перетекли в ужин и театральный капустник, на котором лучшие актёры псковского театра показывали короткие сценки, не входившие в репертуары трупп по причине их короткой продолжительности, но очень нравившиеся зрителям на таких вот, как сегодня, праздничных мероприятиях или уличных ярмарках. А затем по явно выраженному желанию присутствующих, а, главное, виновницы торжества, танцы продолжились.

Целых восемь раз Вика выходила в центр зала со своим земляком и по паре раз с графами ри Неровом и Клейном. Танцевать госпожа Тень любила и умела.

В отличие от первых встреч землян, прошедших на эмоциях радости от долгожданного знакомства и осознания каждым из них исчезновения чувства тоскливого одиночества, в этот приезд соотечественницы оба ощутили некоторую скованность в общении, потому и разговоры вначале старательно вели о делах.

Шутка с маршем Мендельсона оказалась наверное не очень удачной, подумалось попаданцу, если судить по некоторой настороженности москвички в самом начале обеда, однако, старания поваров и расторопных слуг, музыкантов, певцов, актёров не прошли даром — Олег увидел, что Вике всё очень понравилось, и общение землян между собою вернулось на приятные обоим лёгкость и теплоту. Правда, на круге последнего танца землячка ему сказала: «Что-то вроде пира во время чумы у нас получается. А всё я виновата. Отвлекаю тебя от важных дел. Но я отработаю, честное слово. Пользы от меня будет намного больше, чем проблем».

— Мона, ты больше не нужна, — отпустил он верную служанку, — И дежурную девушку забери с собой. Я хочу побыть один.

Поухаживать за своей второй половинкой — а в данный момент он ожидал скорого появления в своей малой гостиной Вики — псковский император мог и лично. Не аристократом родился, руки есть.

Олег извлёк из Пространственного Кармана стащенные им с праздничного стола нарезки, блюдо с запечёной уткой, фрукты и понравившееся повелительнице Ордена синезийское вино разлитое сфорцевскими оптовиками в бутылки формой как из-под шампанского. Расставил по краям скатерти подсвечники, зажёг свечи и сел в одно из семи кресел, расположенных вокруг стола.

Заклинание Прыжок позволяло перемещаться не только вперёд-назад или влево-вправо, но и вверх-вниз. Через пять минут ожидания он увидел появившуюся в центре комнаты Вику.

— Ничего себе, — посмотрев на приготовленное угощение, с часто присущим ей тихим смехом прокомментировала гостья увиденное, — Ты решил меня откормить? Я поняла, что тебе нравятся женщины в теле.

Она села в кресло напротив.

— Вовсе не затем, — на колкость соотечественницы попаданец постарался внимания не обращать, — Раз уж ты отказалась сопровождать меня завтра в Бирман, так я решил обеспечить тебе запас полезных и питательных веществ в теле. А то, мало ли, вдруг будешь стесняться попросить еды, и умрёшь от голода?

— У меня сзади видишь два горба для хранения, как у верблюдицы? — она приняла наполненный псковским правителем бокал, — Впрочем, спасибо. Нас в этом мире только двое, и мы должны друг о друге заботиться, — серьёзно сказала Вика, делая глоток, — Тем более, что не все рады нашей дружбе, и встречаться наедине нам действительно лучше тайком. Ты заметил, как на меня смотрит твоя охранница?

— А что с ней не так? — удивился Олег, плеснув себе в рюмку на самое донышко коньяк, из той бутылки, что землячка вместе с артефактами презентовала ему сегодня в карете.

— Всё так. И умения ассасинов в ней вижу на самом высоком уровне, и предана тебе как собака. Только вот моё пребывание вблизи твоей венценосной персоны вызывает у полковника незамутнённую, искреннюю злую ярость. И что я ей сделала? — усмехнулась Вика, — Хотя, для меня подобная реакция части твоего окружения вовсе не удивительна. Радует, что у твоих самых близких я всё-таки отторжения не вызвала. Кстати, а что за молодка вместе с Иреттой вокруг меня крутилась и ласково всё улыбалась?

— С Иреттой? Чёрненькая? — Олег быстро прокрутил в голове события на балу, — Ах, да. Это владетельная графиня ри Хольваст. Вдова. Её погибший муж командовал таркским кавалерийским полком. В прошлом году, если бы не его своевременная контратака в центр мятяжников, то Торм мог потерять всех своих стрелков. Граф, увы, в той атаке погиб, но переломил ход сражения в нашу пользу. Я пригрел графиню у себя во дворце, пока в Хольвасте ремонтируют замок. За счёт моей казны. А то графство в глуши и весьма бедное — крохотный городишко и пары тысяч крепостных душ не наберётся.

— Понятно, — Вика отщипнула виноградину, — Как там в Евгении Онегине? — «что муж в сраженьях изувечен, и нас за то ласкает двор»?

— Ну, да, типа того, — согласился Олег, — Не обижай Гаю игнорированием. Пожалуйста. Забота о семьях погибших героев у меня в приоритете. Не всех привечаю во дворце, но без внимания и опеки никто не остаётся.

— Ты большая умница, Олег. Или умник? — Вика дёрнула себя за мочку, — Начинаю забывать некоторые нюансы родного языка. Эту — Гаю ри Хольваст? — я приму в свой круг. Завтра у меня весь день уйдёт на поиски подходящего места для орденских школы и госпиталя — думаю найти в Промзоне, раз уж ты проявил щедрость и пообещал выделить землю под строительство вблизи столицы — а потом с удовольствием возьму в компанию молодую вдову и пока весь Псков, все его культурные заведения с ней и Иреттой вдоль и поперёк не обойду, не успокоюсь. Мастера обещанные когда прибудут?

— Сюда? Чего им здесь делать? Я распорядился, чтобы, и часовщики, и механики-типографы прибыли в Бирман. Ты же всё равно ко мне через четыре дня туда прилетишь? Бирманским порталом и отправишь к себе. И, пока не забыл, мы с Улей можем помочь тебе со строительством защитных сооружений вокруг площадки.

— Мне-то зачем? — отказалась москвичка, — Пусть владетели сами думают — надо им или нет. За мной свой личный аэростат пришлёшь? Я тут вдруг подумала, что ты же можешь дирижабли как бомбардировщики использовать.

— Спасибо, кэп, — хохотнул Олег, — Именно это я и собираюсь делать. Если валанийские друзья сейчас, обрадовавшись, думают, что могут через порталы подмогу и припасы подвозить, то вскоре они узнают, что такое удары по транспортной инфраструктуре.

— Порталы не разрушишь, — напомнила госпожа Тень, — просто площадка окажется на дне воронки.

— Так я и не собираюсь уничтожать портал, — пояснил он, — А вот страха нагоню. Чтобы тот, кто входит на пространственный путь где-нибудь в Парсе, не знал, что его ждёт в точке прибытия — встреча коллег или бомба на голову. Это сильно усложнит противнику использование открывшихся маршрутов. Не откажутся конечно, но подёргаются. Есть только один минус. Чтобы мои бомбардировщики были гарантировано неуязвимы для вражеской ПВО, представленной в виде сильных валанийский магов, необходимо, чтобы Сферу вокруг дирижабля ставили я или Уля. Даже у Доратия или Морнелии плотность защиты от ударов пятью-шестью боевыми заклинаниями недостаточная. Пробьют седьмым и спалят мои дорогостоящие конструкции. Но мы опять о здешних делах, а ты ведь обещала рассказать, как на теплоходе ходила по Золотому кольцу.

Земляки вновь предались понравившемуся им обоим делу воспоминаний о родном мире. Живя на Земле, они и не представляли как много на самом деле вокруг них происходило событий — и лично с ними, и в сознании. Ведь каждая прочитанная книга или просмотренный фильм, телепередача об истории, искусстве или даже о животных — это всё по отдельности содержало порой такое количество информации и эмоций, что превосходило тусклое бытие целых таларейских поселений за десятки лет.

Через какое-то время Олег почувствовал, что их отношения вот-вот перейдут черту, отделяющие зародившуюся дружбу и нечто большее, но Вике потребовалось отлучиться к себе в апартаменты, а когда спустя каких-то пять минут она вернулась, то магия взаимного чувства уже развеялась.

— Тебе наверное поспать нужно перед дорогой, — сказала появившаяся землячка, вместо кресла выбрав направлением окно, подойдя к которому, раздёрнула шторы, впустив в комнату тусклый свет начинающегося утра, — Отдохнуть не помешает.

— Что я, лошадь? — скрывая разочарование от изменения тона разговора, вздохнул попаданец, — Мне ведь в дороге поклажу не тянуть. Высплюсь в салоне. До Бирмана больше семи часов лететь, даже на моём Воздушном Потоке.

— Всё равно, Олег, — она отвернулась от окна, глядя на соотечественника с улыбкой Джоконды, — Наливай на посошок, и я тебя покину. Только вот, — она подошла и выложила перед ним на стол четыре простеньких серебряных колечка с вензелем в виде букв В и Н и наложенными на них четырёхслойными магическими Знаками — Сфорцевский и то был проще, — отдай своим Лешику, Нечаю, Агрии и этому — Бору ри Брогу? — так ведь зовут твоего главного полицейского? — пусть они и их маги ознакомятся. У моих людей будут при себе такие колечки. Ещё и медальоны есть, но они не обязательны. Надеюсь, им препятствия чинить не станут.

— Как мы и договорились, — кивнул Олег и вылил в бокал соотечественницы остатки вина из бутылки, добавил коньяка и себе, — Но твои пусть не лезут туда, куда не нужно.

— Само собой, — Вика потянулась за вином.

Выпив на посошок, земляки расстались. Вика Прыжком отправилась к себе, попаданец всё же решил немного вдремнуть.

В столице Бирмана император задержался всего на пару часов, чтобы пообедать с Иргонией и обсудить с ней текущие вопросы.

О чудовищной жестокости бирманской правительницы слухи широко расползлись чуть ли ни по всей Тарпеции, а вот про её безграничную наглость знали лишь единицы, и Олег был в числе этих редких счастливчиков.

Королева, получившая Омоложение меньше трёх недель назад, намекнула своему сюзерену, что не прочь Омолодиться ещё разок. Вместо этого Иргонии пришлось довольствоваться поцелуем в щёку и улыбкой императора, зато, и то, и другое были искренними.

— Мне доложили, что мои полки уже на месте, — чуть погрустневшая от несбывшихся ожиданий вассал пошла провожать псковского государя к выходу из своего дворца, — А из имперских — только егеря и один кавалерийский подошли. Сведения самые свежие, голубь с запиской только час, как прилетел.

— Жернова войны мелят медленно, — Олег первым начал спуск по лестнице, — Посланнику Сертина скажи, что мне некогда было его выслушать, но пусть приезжает в лагерь. Я там неделю точно пробуду. Туда же пошлёшь и представителя Божественной, как приедет.

Читая в прошлой жизни о средневековых войнах, Олег не сразу заметил, как медленно в те времена развивались события. Между решающими сражениями порой проходили годы, а иногда, как в Столетней войне, десятилетия. Даже небольшие вооружённые стычки, соседствующие в учебниках или художественных книгах на соседних страницах, в реальности разделялись между собой прошедшими месяцами.

В Таларее ситуация обстояла примерно также. Резкое повышение мобильности, которое попаданец добился в отношении своих войск, появление трасс и рельсовых дорог ситуацию улучшило, но не кардинально. Между линиями транспортной сети псковской империи пролегали всё те же большие расстояния раскисавших от осадков дорог или вовсе бездорожья.

Поэтому, и намеченное генеральным штабом сосредоточение двух военных групп — на юге Бирмана и на востоке Растина — оказалось делом совсем не быстрым. И успокаивало землянина лишь то, что у его противников, как, впрочем, и у потенциальных союзников, с этим всё обстояло гораздо хуже.

Несмотря на объективные трудности, Олег настоял, чтобы первая армейская группа к двадцатому ноября была уже собрана в полном составе, включая обозы. Для второй, формируемой на менее угрожаемом, исходя из реалий происходившего в Аргоне, растинском направлении, император задал более щадящий срок — первое декабря.

У самой причальной башни лётного поля в километре от бирманской столицы попаданца нагнали верховой мастер-сержант войск связи под охраной десятка королевских кавалеристов.

— Государь, срочная телеграмма от маршала Торма! — протянул он конверт.

— Спасибо, сержант, — Олег взял конверт и знаком показал Нирме, чтобы та не задерживалась, — Так, что тут у нас, — он прочитал короткое сообщение от герцога ре Сольта, что тем одержана убедительная победа над сборным авангардом Руанска и Линерии, и что псковские полки, оставив блокированную линерийскую крепость Чешт в тылу, начали движение к городу Унту, — Хорошая новость, — сказал землянин, — Ответа сейчас не будет, мастер. Возвращайся.

Войдя в салон дирижабля, император занял своё лежачее место и решил доспать не выспанное.

Увы, задремать у него не получилось. Мешанина мыслей о Вике, пробуждённые ею воспоминания из его прошлой жизни смешались с обдумыванием сложившейся в империи и вокруг неё ситуации и прогоняли сон.

Известия от Торма конечно радовали, но были ожидаемы. Предложение своего генштаба отложить западную военную кампанию на весну-лето следующего года, передислоцировав половину сконцетрированных между Сольтом и крепостью Наров полков в Растин, Олег отверг, посчитав, что угрозу от криских и оросских недоброжелателей лучше отодвинуть подальше, чем ждать удара в спину.

Однако, планы кампании в отношении западных соседей попаданец изменил, поставив своему маршалу ре Сольту задачу ограничиться взятием Унты и выстраиванием рубежа обороны с опорой на этот город.

Идею землячки разобраться с царём Парса индивидуально, совместив военные усилия с диверсией против одного из валанийских правителей, псковский император собирался расширить на государей Линерии и Руанска. К тому же, в столицах этих государств уже легализовались отряды ниндзей, да и заботиться о цвете кожи там не нужно. Всё устроить даже проще, чем на южном материке.

— Начинаем стравливать воздух, — доложил императору лично командир экипажа, — Приближаемся.

Заклинание Воздушного Потока Олег лично использовал, поэтому полёт от столицы до войскового лагеря занял чуть больше двух часов.

Разумеется, никакой причальной башни для аэростатов никто в голом поле не построил, и правителю империи, как и его нидзям, пришлось выпрыгивать на землю с высоты полтора метра. В салоне имелись и бухты тросов, но ловким парням они ни к чему.

Императора встречал генерал ри Крет, муж Риты, давней соратницы Олега. Когда-то разгромленный попаданцем геронийский полководец, попавший в опалу к своему бывшему монарху и пошедший на службу к тому, кто его победил, ри Крет наглядно демонстрировал истинность старой русской пословицы, что за битого двух небитых дают.

Сейчас он командовал второй бригадой латников и до прибытия к месту маршала Чека являлся здесь старшим воинским начальником.

С графом прибыли три его старших офицера и два десятка имперских егерей, не для охраны государя, а в качестве его почётного эскорта.

— Палатки стоят, как будто бы коровы нассали, граф, — после приветствий попенял ри Крету государь, рассмотревший лагерь с высоты.

— Имперские егерский и каввлерийский полки только недавно подошли. Моя бригада в дне пути от нас, — вздохнул граф, — Личным примером продемонстрируем, как правильно должно выглядеть расположение войска. С бирманцами вообще сложно государь.

— Кому сейчас легко? — Олег вскочил в седло подведённого к нему коня и увидел, что Нирма с ниндзями последовали его примеру — граф позаботился о лошадях и для них, — Что, совсем тупые или наглые? — уточнил он, поехав рядом с генералом к высокому крутому холму, где виднелись штабные шатры.

— И то, и то, — скривился муж давней соратницы императора, — Спеси у бирманских полковников много, а опыта и знаний совсем нет. Карьеру делали льстивыми языками или заслугами предков перед короной. Еле заставил прогнать шлюх и маркитантов. Так и то, солдатских потаскух отогнали от лагеря, а своих и офицерских оставили. Официального приказа о моём назначении старшим начальником нет. Вот и приходится уговаривать.

— Это моя недоработка, — самокритично выразился Олег, — Ну, ничего, мы сейчас быстро поправим.

— Вызвать их к вам?

— Зачем, граф? Познакомимся во время занятий по боевому слаживанию.

— Хотите провести занятия? Когда?

— Да прямо сейчас и проведём, — ответил Олег, чувствуя, что закипает — в дополнение к беспорядочно стоявшим шатрам и палаткам он увидел двоих явно выпивших офицеров, волокущих под руку растрепанную хохочущую девицу, — Командуй общий сбор, генерал. Строиться вон там, у той кромки леса, — он показал рукой названное место, — В боевой экипировке. Всадники со своими конями. И пусть приготовят батоги. Может и верёвка понадобится. Королева Иргония будет только рада, узнав о повышении уровня дисциплины в её полках.

Глава 13

Первая армейская группа, которую Олег формировал на юге Бирмана в полусотне километров от границы с Аргоном состояла из второй бригады латников, насчитывавшей с подразделениями боевого обеспечения свыше трёх тысяч человек, четвёртого, пятого и четырнадцатого имперских пехотных полков, общей численностью около пяти тысяч человек, усиленных каждый артиллерийской батареей по шесть пушек каждый, пятого и шестого кавалерийских и третьего егерского, насчитывавших чуть меньше четырёх с половиной тысяч.

Олег уже не раз пожалел, что сразу не ввёл сквозную нумерацию воинских частей, и теперь одинаковые номера могли иметь разные полки, относившиеся к иным родам войск или сформированные в вассальных королевствах и республике.

Теперь что-то менять в этом плане уже было бы не целесообразно — полки получили знамёна с номерами, и эти знамёна успели впитать в себя славу побед и зародившихся традиций.

Кроме имперских частей в состав первой группы входили и шесть бирманских пехотных полков, так что, с учётом отдельного артиллерийского дивизиона из двух пушечных шестиорудийных батарей и одной мортирной с десятью огненными метателями, и подразделений центроподвоза у маршала Чека под командованием будет более двадцати тысяч человек — по средневековым понятиям армия не просто большая, а огромная. И всё же кратно уступающая количественно потенциальному противнику. Не важно, будут ли валанийцы усиливаться, перебрасывая новые подкрепления по морю или начнут пользоваться порталами.

Силы потенциальных союзников Олег в расчёт не принимал, привыкнув надеяться только на себя и своих вояк. А чтобы быть уверенным во всех подразделениях первой армейской группы, взялся укреплять тренировками самое слабое звено — бирманские полки.

Олег в сопровождении ниндзей, десятка егерей, графа ри Крета и полковников — своих и Иргонии — проехал вдоль длинной, не очень ровной линии подразделений, кое-как построившихся, внимательно всматриваясь в каждого бойца.

То, что смотр оказался весьма долгим процессом, попаданца не смущало — есть дела, на которые не нужно жалеть ни сил, ни времени.

По его знаку егеря и ниндзя вытаскивали из строя неряшливых солдат, тех, кто плохо следил за своим оружием или амуницией, и тут же колотили их палками по спинам и задницам.

— А с этими что делать? — спросил капитан егерей императора.

Офицер показал на восьмерых пьяных вояк, которых Нирма плёткой сбила в тесную кучку возле раскидистого одинокого дуба. Среди них имелся даже десятник. Половина вообще не понимала, что происходит и степень нависшей над ними угрозы — настолько алкоголь замутил им разум, еле на ногах держались. А ведь едва только минул полдень.

— Ты уже видел, как правильно на Новый год украшают ели или винорские сосны игрушками и гирляндами? — спросил псковский правитель, — Примерно также укрась этими алкашами дуб. Приступай. Не затягивай.

Конечно, наверное это было жестоко, но Олег предпочёл потерять сегодня восьмерых, чем в боях потом расплачиваться за бардак и недисциплинированность сотнями, если не тысячами лишних жизней.

Подавляющее большинство солдат королевских полков поступили на службу вовсе не из желания прославиться ратными подвигами и даже не планируя разбогатеть за счёт трофеев. Нет, всё было проще — несмотря на наличие в этом мире магии Плодородие, с едой и в здешнем средневековье было весьма скудно. Большинство простолюдинов часто голодали или не доедали. Вот и шли наниматься в солдаты, чтобы иметь гарантированный кусок хлеба.

Качество рекрутов было ужасным, и одними увещеваниями заставить вчерашнее городское отребье или бродяг добросовестно относиться к своим обязанностям никак не получалось. Метод кнута и пряника здесь приходилось сильно смещать в сторону первого инструмента.

Когда все восемь повешенных перестали исполнять на верёвках танец святого Витта, а их штаны намокли от вытекания переработанных желудками выпивки и закуски, император обратился к бирманским полковникам:

— Передадите командование офицерам графа, и до вечера покиньте лагерь. Возвращайтесь к королеве, я ей сообщу о причинах вашего отстранения. И в пути не спешите. Вполне возможно, что некоторые из ваших офицеров вас вскоре догонят.

На мрачных аристократических мордах явно читалось желание возмутиться, однако, репутация Сфорцевского Чудовища наводила их на мысль, что, несмотря ни на какие законы и обычаи в отношении дворянства, император легко прикажет повесить и их. Так что, полковники промолчали и отправились выполнять полученный приказ.

— Если мне надо будет менять своими офицерами и других бирманцев, то с кем я-то останусь? — буркнул ри Крет, — У меня и так из командиров баталий двое — врио. Полгода ещё не исполняют должности…

— Не грусти, старина, — прервал его Олег, — Подойдут наши пехотные полки, я возьму офицеров оттуда, а твоих верну. А пока давай приступим. Начнём с кросса по полной выкладке. Бежать в составе подразделений вдоль леса до реки, затем огибать штабной холм к самому краю болотца, и двигаться вдоль него. После чего через выпас назад. Километра четыре у нас получается? Больше? И так два круга. Кто потеряет что-нибудь из оружия или вещей должны ответить задницей. Уверен мы быстро это стадо в чувство приведём.

Публичные экзекуции произвели должное впечатление даже на самых тупых бирманских солдат, и к тренировкам вояки Иргонии приступили с небывалым для себя энтузиазмом, их лагерь же стал походить на воинское расположение, а не на помесь стойбища первобытных людей с полевым борделем.

Когда на следующий день прибыли первые две баталии бригады латников, Олег организовал учебные сражения — королевские солдаты против императорских. Понятно, что первые были жестоко и позорно биты, хотя пока и превосходили вторых в численности. Но синяки и ссадины, был убеждён попаданец, пойдут разгильдяям только на пользу. Может ещё спасибо скажут, и не раз.

Аэростат командующего группой Олег увидел в небе, когда колонны пятого кавалерийского и четырнадцатого пехотного полков сошли с тракта и принялись устраиваться на отведённых им местах.

Маршал Чек Тарк прилетел в лагерь на том самом дирижабле, который забирал из Аргона группу ниндзей, добывшую высокопоставленого пленника. Самих отличившихся спецназовцев старый соратник императора с собой не взял — ребятам после короткого отдыха предстояло совершать новые подвиги — а вот генерал Агрий и пленённый валанийский штабной полковник прибыли вместе с маршалом.

Соратников император принял в своём шатре. Охрана позаботилась о том, чтобы беседе никто не помешал.

— Рассказывай сначала, что у нас в Растине, Чек, — Олег показал маршалу и Агрию на стулья у походного стола, — Здесь всё было не очень хорошо. Пришлось самому три дня тут кое-кого в чувство приводить.

Король Тарка понимающе с улыбкой кивнул.

— Иного трудно было ожидать, — он по простецки, не спрашивая разрешения молодого друга, плеснул себе в рюмку кальвадоса и выпил, — Там попроще. Обормотов растинских я распределил по приграничным крепостям, а остальное воинство — из наших, так что, объяснять, как нужно готовиться к предстоящим битвам никому из них не нужно. А вот со второй линией — фларгийцы уже начали переправляться через Ирмень — проблемы могут быть. Но там Рита, она справится.

Если в Бирмане первую армейскую группу подпирали оставшиеся полки Иргонии, многочисленные дружины владетелей, отряды городских стражей и преобразованные в полурегулярный ландвер ополчения, то республика, долгое время пользующаяся услугами наёмных армий, предоставить войска для запасной линии обороны не могла. Вот и пришлось императору истребовать подмогу у фларгийского короля Дейрима, своего нового вассала.

Впрочем, и в Бирмане, и в Растине, и на западе Винора, и в Глаторе, везде, где стояла непосредственная угроза начала боевых действий или они уже шли, только императорские части и соединения могли обеспечить успех.

Олег справедливо мог себя похвалить, что созданная им экономика империи позволяла даже без влезания в карманы его венценосных вассалов содержать армию, способную действовать на многих направлениях. Ни Хадону, ни Крину, ни Оросу такое было не под силу, как наверное и империям других материков. И у попаданца ещё при этом оставались огромные финансовые резервы.

— Рита точно справится, — согласился Олег, — Ну, а ты здесь берись за дело. Сам знаешь, я лишний раз вмешиваться не стану. Бирманцы уже всё поняли правильно, но с тактическими навыками пока у них плохо — за три дня многому не научишь, так что, работы тебе предстоит много. Радует, что магов в полках Иргонии полный комплект и слабосилков среди них нет. Я, скорее всего, на какое-то время вас оставлю.

— Полетишь к Торму? — спросил старый приятель.

— Не к нему, но по военным делам, — не стал посвящать соратников в свои диверсионные планы Олег, — Теперь ты, Агрий, рассказывай, что нам на данный момент известно о противнике.

Молодой генерал извлёк из сумки карту, встал и пройдя вдоль стола оказался за спиной государя.

— Я обозначил места расположения и направления действий противника, — Агрий развернул перед Олегом сложенный вчетверо лист с изображением контура Аргона, имевшихся в королевстве дорог, городов и замков, а также войск противника и Сертина Третьего, — Это то, что примерно было на позавчерашний день, — пояснил он, — Ждём, что открытие порталов многое изменит, но не быстро.

Как оказалось, с первоначальной оценкой численности противника пара ниндзей, работавшая в Аргоне, промахнулась. Не в лучшую для псковитян сторону.

Со слов пленного, на Тарпеции высадился десант из сорока двух полков. Поскольку армейские структуры в государствах разных материков Талареи имели примерно одинаковые штаты, то в первой волне нашествия врагов оказалось не тридцать-сорок тысяч, а сорок пять — пятьдесят, если не считать некомбатантов обоза. Правда, кавалерии у валанийцев было всего ничего — четыре полка. Морские перевозки имеют свои ограничения на транспортировку.

Упрёки в адрес ниндзей, не совсем точно определивших размер армии вторжения, попаданец посчитал неуместными. Ребята и так в сложных условиях сделали всё, что могли.

— Закончив выгрузку, транспорты сразу же отправились назад, — продолжил начальник разведки, — В порту Лимстина — это лидер Союза вольных городов — ждут погрузки и переправки ещё восемнадцать полков. Там же продовольственные запасы и фураж. Сейчас, скорее всего, предпочтут воспользоваться порталом. Только есть ли он в Лимстине неизвестно. Полковник Ша-Миор точно не знает. Будете с ним сами говорить?

— Буду, — Олег ещё раз рассмотрел карту, — Это с его слов нанесли стрелки?

— Не только, — Агрий по знаку государя сел с ним рядом, — От наших отрядов тоже поступает информация. Не слишком часто, но регулярно.

Прислуживать в шатрах имперских военачальников и самого государя доставили слуг из ближайшего графского замка. Взяли, можно сказать, напрокат. Они и накрыли стол для прибывших гостей, включая пленника.

О правах военнопленных в Таларее и слыхом не слыхивали, методами эксперсс-допросов ниндзя владели в совершенстве, поэтому бронзовокожий полковник Ша-Миор выглядел совсем плохо. Олег не пожалел для пленника ни толики своего Малого Исцеления, ни еды с императорского стола.

Пётр Первый не гнушался пировать вместе с побеждёнными шведскими офицерами, и попаданец посчитал себя ничем не хуже великого реформатора. К тому же, у Олега имелся простой человеческий интерес к представителю военного сословия иного материка.

— С планами твоих вождей мне и так всё более-менее было понятно, — сказал землянин, когда горячее — и первое, и второе блюда — уже съели, — Теперь расскажи-ка мне о нанятых шаманах и вообще, что знаешь о магических возможностях вашей армии.

Если с численностью валанийцев первоначальные предположения оказались несколько ошибочными, то вот касаемо целей действий и состава сил врага Олег похоже угадал точно.

Парсанский царь Леофир, хоть и принимал самое деятельное участие в организации агрессии на Тарпецию, не являлся главным её зачинщиком, при том, что около трети армии вторжения составляли его полки. Главным подстрекателем начавшейся войны был Союз вольных городов, состоявший из полутора десятков диктатур или республик вроде Растина.

Если Растин, как торговая республика, на континенте являлся скорее исключением — Синезия не без прямого участия псковского императора вновь стала королевством — то Союз вольных городов подмял под себя почти половину торговли на Валании и две трети межконтинентальных океанских перевозок. Города даже основали общий банк, не уступавший по размерам капиталов банкам Парсанского или Меринского — расположенного на юге материка — царств.

Подобно республике, вошедшей в Псковскую империю, Союз не имел своих серьёзных сухопутных сил, зато обладал огромным финансовым ресурсом для найма нужного количества войск и обладал трудно поддающимися учёту флотами военных и торговых кораблей.

Собственно, судами вольных городов и осуществлялась переброска валанийской армии, также как и оплата основных военных расходов лежала на плечах гильдий.

Аналогия с земными средневековыми республиками — Венецией, Генуей, Флоренцией, Малином и городами Ганзы — у Олега напрашивалась сама собой и окончательна утвердило его во мнении, что Тарпеция столкнулась с подобием крестовых походов, хотя на данный момент, как горячо пытался убедить псковского императора полковник Ша-Миор, намерения Военного совета — так назывался высший орган управления армией гостей — дальше захвата Аргона, Отана и Геронии не шли. Воевать с империями — Псковом и Хадоном — валанийцы не собирались.

Лукавство, конечно, чистой воды, определил попаданец. Если ещё Псков мог остаться в стороне, теоретически, то вот Агния при любом раскладе не может не вмешаться.

— Шаманы у нас находятся в одной группе, государь, — наморщил лоб валанийский полковник, — Их два десятка, может больше. Я точно не знаю. Они ни с кем, кроме главных магов царя Леофира не общаются. Дикари же. Сырым мясом питаются.

— Не убиенных ли младенцев? — хмыкнул землянин, зная, как умеют клеветать на первобытные племена цивилизаторы.

— Про детей не слышал, — не понял юмора Ша-Миор.

Валаниец пребывал в смятении чувств — после жестоких пыток, вдруг восстановленное лучше прежнего здоровье и честь сидеть за одним столом с легендарным правителем кого угодно выбьют из колеи.

Когда Нирма увела полковника Олег предложил Чеку:

— Селись-ка ты в моём шатре. Тут семь комнат, тесниться не будем. И я скоро тебя оставлю на хозяйстве, а сам, если и стану тебя навещать, то на короткое время. А в твоём завтра на ночь-день поселится одна очень важная персона — я про госпожу Вику, если что — а потом разместишь там посланников Божественной и бедолаги Сертина Третьего. Пусть не бегают за мной — не догонят, пока я не решил, что хочу их выслушать — а ожидают моего прибытия сюда. Секретов у нас здесь от них нет. Пускай смотрят и завидуют. Но с маркизом ни Ловеном лучше не откровенничать. Орро и по полутону может вычленить нужную информацию.

— Даже если мы сами не знаем планов своего государя? — иронично уточнил молодой генерал, — Можем мы хотя бы в общих чертах понять, к чему готовиться, станем ли мы помогать аргонцам и Хадону, и наше войско перейдёт границу, или станем ожидать врага здесь?

— Если бы я уже решил, Агрий, вы бы знали. Держать в неведении ближайших соратников не стану. Чем вам заняться, вы и без этого понимаете. Давайте вместе пройдём по лагерю. Агрий, ты не торопись с возвращением в Растин. Переночуй здесь, у меня к тебе будет ещё разговор. Связь с ребятами в Руанске и Линерии голубиной почтой дéржите?

— Только в экстренных случаях. А так — обычно по линии торговых агентов.

Выйдя из шатра, Олег с удовольствием оглядел с холма ровные ряды палаток, дымки полевых кухонь — солдаты и офицеры ели горячее из одного котла, поэтому за качество пищи можно было не переживать — плацы, коновязи, ров с насыпью и стеной из заострённых кольев с восточной и южной стороны — на запад и восток лагерь ещё будет расширяться — и две полосы препятствий. Гордиться собой и своей армией попаданец имел полное право.

К императору подскакал гонец и не соскакивая с коня доложил:

— Мортирная батарея и весь обоз артиллерийского дивизиона на подходе, государь!

— Хорошо, коли так, — Олег посмотрел на запад, но за рощей ничего не увидел, — Передай капитану, пусть встают у речки, напротив баталий. Капитана вечером жду у себя в шатре. Выполняй. Нирма, — обратился он к подошедшей начальнице охраны, — скачи к моим пилотам, пусть отправляются в столицу. Доставят сюда госпожу Вику.

Глава 14

И самого себя, и своих подчинённых командиров, да и гражданских руководителей Олег призывал отдавать приказы и распоряжения таким образом, чтобы они не только были понятны исполнителям, но и не допускали двоякого толкования.

Когда полковник Нирма развернулась и отправилась выполнять его указание об отправке аэростата за Викой, то мелькнувшая при получении приказа в её глазах молния вызвала у попаданца понимание пятой точкой, что где-то он допустил оплошность.

Отличительной чертой землянина, полученной с рождения, а не от Сущности, являлась быстрая реакция, поэтому, свою ошибку он осознал сразу же. Олег назвал точкой назначения маршрута столицу, однако не конкретизировал какую именно. Так что, если Нирма сейчас направит дирижабль в Бирман, ближайшую, то будет формально права, и, к гадалке не ходи, как понял землянин, именно это начальница его охраны и собиралась сделать.

Вика ждала бы прибытия за ней аэростата в Пскове, пилоты тщетно и долго высматривали бы пассажирку на лётном поле столицы королевы Иргонии, а императору оставалось бы в войсковом лагере злиться только на самого себя.

— Стой! — скомандовал он полковнику, собравшейся вскочить в седло. Отойдя от Чека с Агрием, Олег вплотную приблизился к Нирме и положил ей руку на плечо, — Место назначения Псков. Уяснила? И ещё. Я всё забываю тебе сказать. Вика — мой самый дорогой друг. Ты понимаешь?

— Герцогиня ре Вил…

— Герцогиня ре Вил была и остаётся моей подругой, — попаданец пристально посмотрел ниндзе в глаза, — Только теперь — просто подругой. А госпожа Вика — это моя вторая половина. Неужели ты сама этого не почувствовала? Ты, с твоим-то сердцем и умом? Можно даже сказать, что она — это я. Тебе, как моей охраннице, близкому ко мне человеку, необходимо это уяснить раз и навсегда. Если ты каким-либо своим действием…, — он чуть помолчал и продолжил, — или бездействием, поступком или даже помыслом причинишь Вике неприятность, значит, считай, ты сделала плохо мне. Ты же у меня большая умница, Нирма. Мы ведь останемся вместе?

Рука Олега, державшая плечо полковника, почувствовала, как девушка дрогнула.

— Прости, государь. Я думала. Я не знала. Я её когда увидела. Я посчитала…

— Но теперь-то всё прояснилось? — землянин ободряюще улыбнулся и обнял охранницу, — И это пройдёт, Нирма, девочка моя. Поезжай. Делай, что нужно.

Нирма сильная, она всё поняла правильно — решил землянин. А вообще, кажется, пора выдать её замуж. Вон Лолита, бывшая Улина бодигард, нашла же счастье в браке. Олег наскоро пролистал в голове список кандидатов в мужья своей верной охраннице и к глубокому разочарованию никого подходящего не обнаружил.

Понятно, что желающих связать свою судьбу со столь значимой в империи персоной было бы много — только намекни, и очередь выстроится как к той сказочной царевне Несмеяне, но вряд ли полковнику сейчас кто-то нужен кроме её государя. Попаданец почувствовал некоторый дискомфорт в душе и решил отдаться работе. Это всегда ему помогало избавляться от неприятных или тревожащих мыслей.

Проводив Нирму, император вместе с маршалом, генералом разведки и подъехавшим к ним графом ри Кретом верхом направились осматривать войско.

Указывать Чеку, что и как нужно будет делать, попаданец не стал. Старина реально уже был хорошим полководцем и справлялся с делом без всяких подсказок со стороны. Единственное, на что Олег, будучи в отличие от Чека одарённым, указал другу, так это на правильную установку дежурных защитных Сфер над важными пунктами лагеря и оптимальные места расположения караульных магов, чтобы те заклинаниями Поиск Жизни перекрывали подступы к расположению войска.

С Агрием император расстался на следующее утро, обсудив с ним действия ниндзей в столицах западных противников. Генерал разведки прихватил с собой на дирижабль пленённого полковника. Олегу валаниец был уже не интересен, а Агрию ещё мог пригодиться при допросах других захваченных врагов.

Когда заклинание Воздушного Потока, управлявшее императорским аэростатом, создавалось не самим Олегом, а магом экипажа, движение судна происходило в два-три раза медленнее, и Вика прибыла только во второй половине дня. Полёт дирижабля туда-обратно занял почти сутки.

Встречать землячку на северный край лагеря Олег отправился один, в сопровождении лишь егерей. Чеку, графу и другим штаб-офицерам он сообщил, чтобы те дальше действовали так, будто бы императора с ними нет.

— Приветик, — сказала Вика по-русски на ухо государю, когда тот обнял её сразу же, как та спрыгнула на землю, — Сильно ждал?

— Очень, — ответил он, целуя землячку в щёку.

С удовольствием оглядев друг друга, они вскочили в сёдла и перешли в общении на местный язык. Они пока старались незнакомую окружающим речь не демонстрировать. Даже самым близким.

— Впечатлена, Олег, — поделилась Вика, — Сверху твоё войско смотрится словно картинка из учебника истории Древнего мира, та, на которой римский лагерь изображён.

— Мой лучше. Покажу сейчас.

Олег повернул коня и поехал с гостьей вдоль ограждающих расположение полков рва, вала и ограждения.

Как это у них при встречах происходило и раньше, земляне торопились и рассказать друг другу новое или интересное, и выслушать, отчего их беседа носила вначале всегда немного сумбурный характер.

Сначала больше говорил император, показывая и объясняя повелительнице Ордена, что и как устроено в войсковом хозяйстве, похвастался полевыми банями и кухнями, рассказал впечатлённой размерами лагеря Вике, что вскоре подойдут ещё полки.

Соотечественнице уже довелось поучаствовать в войне у себя там на Алернии, но масштабы той небольшой заварушки между двумя задрипанными королевствами не шли ни в какое сравнение с тем, что сейчас ожидалось на юге Тарпеции.

Затем, больше инициативы в беседе стала проявлять госпожа Тень. С присущим ей юмором, точнее даже — иронией и сарказмом, Вика рассказала о своей придворной жизни во Пскове, о льстецах и интриганах, моментально прилипших к ней как банные листы к заднице.

— Кстати, я воспользовалась твоим высочайшим разрешением и посетила баню, которую ты для себя построил, — сообщила она, — Очень впечатлило, даже при том, что, сам понимаешь, симпатичные банщицы меня не привлекли совсем.

— Вика.

— Да я же в шутку, Олег, — улыбнулась она и показала рукой на дуб, где до сих пор висели трупы казнённых алкашей, — Это ты к Новому году так готовишься?

— Нет, это лишь принуждение к дисциплине, — пояснил он, — Но про Новый год ты не зря вспомнила. Надеюсь, мы его вместе встречать в Пскове будем? Снега, что порадовал меня на первом праздновании, не обещаю, как и Деда Мороза со Снегурочкой — никому не понятны в этих тёплых краях они будут — а вот что под ёлочку тебе положить, вернее под винорскую сосёнку, у меня есть.

— Неужели сделал?

— Почти, — подтвердил Олег, — Колёса, жаль, пока из Укреплённой древесины, и по просёлкам трясти будет жутко, зато по ровным, гладким трассам сможешь гонять, как на своём байке по Ленинградскому шоссе.

— Буду ждать с нетерпением, — рассмеялась повелительница Ордена, — Не думала, не гадала, что когда-нибудь вновь первого января встречу Новый год. А можно я кого-нибудь из своих родных и близких приглашу на наш праздник?

— Зачем спрашиваешь? Конечно. Империя и Орден ведь друзья навеки. Сестра и брат. Ты это, места-то для школы и госпиталя подобрала?

— Да, и даже получила от твоего занудливого Клейна все необходимые кадастровые документы — в Пространственном Кармане у меня лежат. Нам ещё как-нибудь с тобой надо будет подумать про ассасинов и ниндзей. Я штаты своих заведений хочу заполнить теми, кто может за себя постоять. Промзона — не такое уж и безопасное место, особенно, ночами. Мои воспитанники, в отличие от твоих, не просто убийцы и разведчики. Многие из них еще и лекари, географы, алхимики, историки, грамматики, риторы, законники. Они и станут работниками госпиталей и наставниками в орденских школах на Тарпеции. Весьма скоро твои орлы их вычислят как боевиков.

Попаданец почесал подбородок и согласился:

— Надо будет с Нечаем, Агрием и Лешиком поговорить на эту тему. У меня в империи разберёмся, а вот как бы действительно не получить конфликт между нашими людьми на ровном месте в других странах, это придётся решать отдельно.

Краем глаза попаданец отметил, что Нирма его вчерашнее нравоучение обдумала и приняла к исполнению. Ниндзя была немного грустна, но деловита.

Охрана чётко выполняла приказ — ехала поотдаль и к разговору не прислушивалась.

— Я думала, что мортиры выглядят по другому, — хмыкнула Вика, когда, объехав лагерь полукругом и переправившись вброд через речку, они оказались в расположении мортирной батареи, — Прямо игрушечные какие-то.

— Зато они могут кидать разрывные ядра хоть через самые высокие стены, — обиженным голосом вскрикнул совсем молодой — лет восемнадцати — офицер, услышавший комментарий спутницы государя.

— Тебя кто-то спрашивал, лейтенант? — осадил артиллериста попаданец, — Поехали, Вика, по дороге объясню. Скоро прибудут и большие пушки. У каждого орудия есть свои задачи.

К штабному холму земляне отправились напрямик сквозь ровные ряды палаток шестого пехотного полка. Разницу в обмундировании, вооружении, обеспечении и выправке вояк между имперскими полками и королевскими госпожа Тень заметила сразу.

— Такой впечатляющей армии, как у тебя, на Алернии ни у кого нет, — высказалась попаданка.

— И на Тарпеции нет, — с гордостью заметил Олег, — Подозреваю, что и на Валании не найдётся. Можем удостовериться с тобой лично. Заодно и апельсинами к столу запасёмся. У меня лежат во дворце под Сохранением, но на Валании, говорят, сейчас как раз третий урожай. Прямо с ветки получим. Какой же Новый год без апельстнов, а? Жаль, что здесь мандаринов нет.

— С чего ты так решил? — удивилась москвичка, — В Алапане у нас растут. Правда, кислые, почти как лимоны. Я один съела, так сведённые скулы пришлось исцелением поправлять. Селекция у нас в отстое. Заняться самой ей, что ли, раз тебе некогда?

С насмешкой над собой Олег заметил вдруг охватившее его чувство ревности при взглядах, которыми смотрели солдаты и офицеры на непринуждённо беседующую спутницу императора. Не государем восторгались, а красотой его гостьи предатели.

— Придётся тогда на первый раз обойтись валанийскими фруктами.

— Так моё предложение посетить Парс принято окончательно? — землячка с интересом посмотрела на друга.

— Готов завтра же отправиться. Правда, сначала хотелось бы подробнее услышать твой план. Слишком рано мы начали говорить о праздниках. Ещё только середина ноября. Хотя, одно ведь другому не помеха. Сейчас у тебя во временном пристанище поговорим. Вон тот шатер видишь?

— Зелёный?

— Да. Любимый цвет Ули. Погнали к нему.

С западной стороны холм, на котором располагались шатры начальства и штаба, имел довольно крутой склон, и лошадям пришлось прилагать усилия, чтобы его преодолевать.

— Повезло тебе с сестрой. Её аура слепит в магозрении словно солнце. У моей Эрны скромнее. Хорошо, что на нас Сокрытие, и то, что оно прячет не только нашу суть, но и амулеты. Иначе все твои одарённые ослепли бы.

— Это точно, — согласился попаданец, — Насчёт Ули, так она начала от меня индуцироваться с самого момента как стала девушкой. Эрна-то от тебя много позже. Для меня в этом мире такая передача способностей более даже удивительна, чем сама магия.

Возле предназначенного для гостьи жилья, кроме двух караульных, выстроились две служанки и средних лет крепостной для таскания вёдер.

— Индуцирование людей друг от друга было и у нас, — Вика соскочила с коня и передала повод караульному. Говорить она не прекратила, видимо, рассчитывая, что всё равно никто ничего не расслышит или не поймёт, — У нас в байкклубе однажды появился Илья, который постоянно вставлял «типа». Типа то, типа сё. Так через месяц половина парней стала так говорить. Пока Павел Васильевич не высмеял ребят, и те начали следить за своим языком.

В шатре уже стоял накрытый вином и закусками стол, но Олег сообразил, что землячке надо побыть немного одной — помыться и сделать ещё кое-какие дела.

— Ты немного отдохни полчасика, — предложил он, — а потом уж поговорим.

Задержаться императору пришлось чуть подольше. Вернувшийся с маневров Чек привёл с собой майора-интенданта артиллерийского обоза. Выяснилось, что все бочки наполнены крупнозернистым порохом, а по приказу Олега сюда с четырнадцатым пехотным направлялись две роты мушкетёров, для оружия которых прибывшее огненное зелье не совсем годилось.

Каких-то больших ожиданий эффективного использования мушкетёров в бою у попаданца не было, и всё же испытать новый род войск на практике и отработать для него тактику землянину хотелось. Поэтому голубиным посланием он отправил лёгкий втык Гури ре Вилу и распоряжение в кратчайшие сроки исправить упущение.

Наручных часов Олег ещё не придумал, но Вика и без них определила, что соотечественник пришёл позже, чем обещал.

— Нехорошо заставлять даму ждать, мой император, — шутливо сказала она ему на родном для них языке, сидя за накрытым столом, а когда Олег показал взглядом на служанок, замерших у отделявшей комнату портьеры, то пренебрежительно отмахнулась, — Ерунда. Мало ли из каких мы краёв? Что, каждая рабыня должна знать это? Выйдите, — приказала девушкам Вика, перейдя на местный, — И если увижу ещё раз грязь под ногтями, выпорю так, что долго сидеть на задницах не сможете, — проводив взглядом упорхнувших рабынь, госпожа Тень снова заговорила на великом и могучем, — Ты за мной ухаживал, теперь моя очередь. И, Олег, я больше не желаю лишать нас удовольствия от родной речи. Давай не будем таиться? Я ведь тебе рассказывала, что мои дикари считают меня богиней Смерть? И, ты знаешь, похоже, что и мои ближайшие соратники, включая Гнеша, начинают всё больше подозревать именно это. Так почему бы тебе не быть Воином, другим из Семерых? Я вообще не исключаю, что когда-то Смотрителей было именно столько, и получив бОльшие даже способности, чем у них, мы вполне можем претендовать на место Смерти и Воина. А у богов должен быть свой язык общения. Нам даже не надо об этом говорить открыто. Друзья наши сами за нас всё придумают. Чернь ничего не сообразит, а те, кто образованы и знают, что такой как у нас речи нигде на материках нет, подумают именно это. Тебя могут ещё и за бога Купца принять. А что? Ты реально, что тот Мидас, превращаешь в золото всё, к чему прикасаешься. Вон сколько у тебя всего. Не то, что у меня. Чему ты улыбаешься?

— Не знаю, — пожал одним плечом Олег, — просто приятно на тебя смотреть и слушать. А идея неплоха. Действительно — зачем скрываться? Да и практический смысл есть — никто не поймёт, о чём мы беседуем. Спрошу только, ты меня угощать будешь? Обещала ведь пару минут назад.

Соотечественница кивнула и извлекла очередную порцию гостинцев, которыми часто баловала земляка. Две бутылки коньяка Олег убрал к себе, а третью хотел открыть, но повелительница Ордена забрала у него её из рук и сделала это сама.

— В нашей байкерской компании мужской шовинизм не процветал, — пояснила она, — Мне иногда с Галкой приходилось и за добавкой ездить, а не то, что самих себя обслуживать. Эх, не хотела говорить, а скажу — мои умельцы резину получили. Раньше твоих алхимиков. Пока не ту, что нужно для колёс — на жгуты больше пойдёт — но двигаются в правильном направлении.

Своего земляка госпожа Тень просветила насчёт каучука. Рассказала, где растут нужные деревья и у кого его можно заказать и купить.

Как только разговор свернул на мотоциклы, псковский государь понял, что продлиться беседа на эту тему может долго, и после третьей рюмки вернулся к главной теме.

— Что у нас с Парсом-то? — поинтересовался он.

— С Парсом? — чуть смутилась Вика, поняв, что слишком увлеклась своими байкерскими делами, — С Парсом у нас хорошо. Без Парса плохо, — она достала уже знакомую Олегу карту Валании и раскрыла её между блюдом с виноградом и вазой с грушами и яблоками, — Вот, смотри, что я думаю. Здесь, — она показала пальцем на красный кружок, — имеется неиспользуемая, заброшенная площадка. Отсюда до столицы царства полторы сотни лиг, ну, то есть сотня с гаком километров. Если будем двигаться Прыжками, то это пять этапов с остановками на пополнение резервов. Или ещё и двигаться пешком между этапами — коней-то наша магия не позволит с собой переносить, мы же не как барон Мюнхгаузен лошадей обхватом ног поднимать. Считаю, нам надо, перейдя порталом на Валанию верхом на конях, двигаться в объезд населённых пунктов к Парсу. На магии исцеления они нас быстро повезут. За десять кило от столицы остановиться, отпустить лошадок на волю, а самим в Скрыте направиться в город. Там осмотримся. Кое-какие сведения об охране царского дворца у меня есть, но они требуют уточнения. Ну как? Сойдёт на первый отрезок наших дел?

— Сойдёт, — не особо раздумывая согласился Олег, — Объезжать наверное придётся и всякие караваны и прочее. Кожа у нас светлая слишком для парсанской глуши.

— Где-то объедем, а где-то свидетелей не оставим. Ты куда рюмку отодвинул. Не хочешь что ли больше?

Глава 15

Огоньки, горевшие в глазах соотечественницы, подсказали Олегу, что она ведь не просто так подливает ему коньяк. Уж не хочет ли Вика разбудить в земляке решительность, подумал он? А ведь так и есть, пришло к нему понимание.

Олегу почему-то не было смешно, когда он оценивал сейчас свои действия со стороны. Прошедший в Таларее огонь, воду и медные трубы, будучи и на Земле не робкого десятка, включая и в общении с противоположным полом, с Викой он вёл себя словно стеснительный юнец, и попаданец понимал причину этого.

Неожиданный подарок судьбы, выразившийся в том, что теперь в далёком чужом мире он не один, и компанию ему составила по настоящему замечательная девушка, оказался для Олега слишком дорог, чтобы он рискнул неосторожными действиями разрушить намечающееся счастье.

Однако, пододвинув по просьбе Вики к ней рюмку, он вдруг ясно осознал, что то, чего он опасается, может стать результатом и его бездействия. Почувствовал это, как говорится, нутром.

— Выпьем и, может, потанцуем? — улыбнулся он, поднимая стопку.

— Без музыки? — на лице москвички отразились понимание и согласие, — Ты вроде говорил, военный оркестр придёт сюда со следующим пехотным полком. Кроме маршей оркестранты что-нибудь могут исполнить? — она поднялась со стула вслед за ним.

— Зачем нам музыканты? — император вышел на свобоное пространство, протянул руку, и повелительница Ордена вложила в неё свою, — Я и сам могу напеть. Чего пожелаешь? Вальс?

— Фокстрот, — Вика приблизилась к земляку вплотную, лишь совсем чуть-чуть не прижавшись к нему, — Или ты не умеешь его танцевать?

— Нет, не умею, — тихо признался Олег, — И удивляюсь, что ты где-то такую премудрость освоила.

— Я тоже не умею, — шепнула госпожа Тень, неодиданно крепко обняла земляка и впилась поцелуем в его губы.

Уже через миг они оказались на толстом, грубого ворса церийском ковре и принялись скидывать с себя и друг с друга одежды, которые через минуту оказались в беспорядке разбросаны по всему ковру.

Краем сознания Олег ещё успел отметить, что нижнее бельё Вика прикупила себе недавно в Пскове — такие стринги с кружевами в Таларее больше нигде не шили, и после этого все мысли из головы у него вылетели.

Инициатива в страсти исходила от них обоих одновременно — две равновеликие могучие личности не выясняли, кто из них сильнее, а старались каждый подарить наслаждение партнёру, не забывая и про себя.

Первые связные слова прозвучали лишь после четвёртой близости землян.

— Я наверное весь твой штаб напугала, — хихикнула Вика, садясь и накладывая на себя Исцеление — стоявший одним коленом на ковре Олег заметил, как покраснения на её коленках и локтевых сгибах исчезли, — Хотя, они же у тебя к подобному привычные.

Попаданец тоже воспользовался магией, которая, ко всему, убрала и влияние алкоголя. Правда, трезвее он не стал, просто причина опьянения теперь была другой — он нашёл то, что искал всю жизнь.

Притянув землячку к себе, он спросил:

— Ты историю про величайшего дутариста всех времён и народов слышала?

— Про кого? Дутариста?

— Ага, — подтвердил Олег, — На дутаре который играет. Значит, не слышала. Слушай. В общем, жил всемирно известный игрок на дутаре. Все про него знали, но мало было счастливчиков, кто имел возможность лично послушать его исполнение, — он провёл рукой по волосам госпожи Тень, — И вот однажды собралась целая делегация под эгидой ЮНЕСКО и отправилась искать великого музыканта в бескрайние степи. Месяц искали, но нашли. Тот их принял в своём шатре — ну, вроде вот этого — и даже согласился сыграть. Вынес свой дутар, сел с ним на ковёр — не такой грубый армейский, как под нами, а настоящий персидский — и взял ноту — тумм, — пропел землянин, — потом он немного посидел и снова эту же ноту взял дважды — тум-тум. А потом ещё тум-тум её же, и снова, и опять её. Часа через два один из членов делегации не выдержал и спросил: «Скажите, уважаемый, нет, это всё здорово, замечательно, только вот другие дутаристы, они и прочие звуки извлекают, как-то перебирают пальцами по струнам». На что великий старик, снисходительно посмотрев на спросившего, ответил: «Так это же молодёжь. Они свою ноту ищут. А я давно нашёл.» Понимаешь, Вика? Давай больше не будем друг у друга спрашивать, что было у нас до нас? Я нашёл, что искал. А ты?

От соотечественницы Олег ожидал смеха на свой анекдот, но Вика лишь краешком губ изобразила улыбку.

— Больше всего я ненавижу предательство, — сказала она, — мы ведь всегда останемся верными друг другу? — повелительница Ордена встала на ноги.

— Уверен, что так и будет, — император поднялся вслед за подругой, — Замуж пойдёшь за меня? — неожиданно для самого себя спросил он.

Вот тут она засмеялась. Мотнув головой, наклонилась за своими стрингами, взяла их, но надевать не стала.

— Где будем регистрировать брак? В ЗАГСе? Что-то я не слышала, Олег, чтобы ты и брачные конторы спрогрессорствовал. Храмы Единого на Алернии я разнесла к чертям, а храмы Семерых для нас что дом родной, мы ведь двое из них. Ты же помнишь?

— Помню, моя императрица.

— Пусть я только твоей и останусь, а для остальных — повелительница Ордена.

Оба не торопились возвращаться к повседневности, только вот не всё в этой жизни зависит от желаний.

— Эй, хватит там уши греть! — крикнула госпожа Тень в строну портьеры, отделявшей попаданцев от рабынь и крепостного, чутко ожидавших приказов, но до этого момента слышавших немного иное, — Воду несите и полотенца!

Подобно Олегу, его землячка за годы своего высокого статуса тоже приучилась не стесняться прислуги и даже не подумала прикрыть наготу перед крепостным мужиком, притащившим два полных здоровенных ведра воды.

Оставив ненадолго Вику, Олег отправился в штаб к маршалу.

Император ожидал от старого приятеля скабрезных шуточек по поводу произошедшего в шатре гостьи, но Чек почувствовал, что случившееся между его молодым другом и новой знакомой всё очень серьёзно, и язык придержал.

— Бирманцы меня просто бесят, — пожаловался императору маршал, показав на стол, заваленный листами бумаги и свитками, — Зебий, — обратился он к своему адъютанту, — забери их писанину, пусть переделают всё в соответствии с теми табелями, которые им выдавали.

Адъютант собрал свитки и вышел.

Развитие типографского дела в Сфорце привело к тому, что имперское делопроизводство велось на бумаге довольно приличного качества, а вот вассальные королевства по прежнему достаточно часто пользовались пергаментом. Поэтому, пока на столах псковских руководителей можно было увидеть и то, и другое.

— Менять ещё и интендантов у нас просто нет возможности, — Олег сел на один из стульев для посетителей, — Так что, терпение, мой друг, только терпение.

Попаданец давно на своей шкуре ощутил, что руководить войсками — в первую очередь, это не вести их в бой, а обеспечивать всеми видами довольствия, дело достаточно муторное, и он был рад, что у него есть на кого такое неблагодарное занятие переложить.

— Да я понимаю, — согласился король Тарка, — Но кому мне пожаловаться, если не тебе? Да, разведывательные разъезды я организовал. Ещё взял у местных владетелей крепостных и отправил строить рокадную дорогу вдоль границы. Вряд ли пригодится, но пусть будет.

— Пусть, — Олег взял из вазы грушу и откусил, — Я на пару-тройку недель исчезну по делам. Не отсюда, а вообще из империи. Клейн в курсе, теперь и ты знай. Гору предупреди на всякий случай. Не думаю, что за это время возникнет какая-нибудь военная опасность, но, если что, Уля подстрахует. Главное, организуй, чтобы всегда быть в курсе, где она на конкретный момент находится.

— Мне скажешь, куда собрался.

— Тебе? Скажу. В Парс. Пристыдить царскую рожу.

— Ты…

— С ней, с Викой. Ладно, Чек, я сейчас к артиллеристам ещё раз заеду. Улетаю через пару часов. Провожать не нужно, давай здесь обнимемся, — попаданец положил недоеденную грушу на стол.

Начать своё путешествие на Валанию попаданцы решили с того портала, что был недавно оборудован в нескольких километрах от Камня-на-Ирмени.

Могли бы воспользоваться и бирманским — всё равно, после закрытия магического пути невозможно было определить, куда он открывался — но по времени лететь дирижаблю — что туда, что туда — примерно одинаково, а отбиваться от очередных домогательств королевы Иргонии насчёт Омоложения императору не хотелось.

Командир речной твердыни о прибытии государя знал заранее и подготовил двух хороших коней.

— На охрану портала я выделил людей из своего гарнизона, — доложил он, бросая восхищённые взгляды на спутницу своего императора, — а пушки сняли с флагманской галеры.

— Всё правильно, — одобрил Олег, — Выделить тебе другие силы пока не могу. Обходись тем, что есть. И внимательней досматривай суда с верховьев Ирменя. Как бы оросцы какую-нибудь каверзу не устроили.

Результат Улиной работы по оборудованию площадки пространственной магии землянина впечатлил. Сестрёнка не ограничилась лишь стенами и башней, а восстановила на месте перехода арку, даже более красивую, чем в Виноре.

— Я ведь ещё ни разу не открывал магический путь, — сказал Олег Вике, когда они верхом проехали через ворота к арке.

— С удовольствием уступлю тебе право переместить нас на Валанию, — учтиво склонила голову госпожа Тень.

Они теперь не снижая голоса говорили на родном языке, хотя провожавшие их ниндзя во главе с полковником Нирмой двигались рядом и всё слышали.

Как только земляне оказались на портальной площадке, та, словно живой организм почувствовала одарённых — заклинание Сокрытие Ауры никак ей не помешало — и тускло засветилась в магозрении Олега мягкой синевой.

Ободряюще подмигнув Нирме и махнув на прощание своим ребятам, император потянулся жгутиком чистой энергии своего резерва к центру портала и сразу же увидел перед собой голограмму из светящихся точек. Нужную ему он знал — землячка объяснила — и Олег набросил туда нить энергии.

Летнее тепло Валании ласково обняло его тело, и попаданец разорвал поток.

— Здесь всё ещё лето! — громко и с удовольствием констатировала Вика, посылая коня вперёд, — И никого поблизости нет, кого пришлось бы сейчас устранять. Ты чего встал? Поехали туда, — она махнула рукой в сторону, в которой за высокими лиственными деревьями и Олег рассмотрел Дальновидением лесную дорогу, — Ох, хотела ведь, чтобы ты командовал. Надоело за восемь лет быть всё время начальницей, отвечающей за всех и за всё. Но, похоже, уже привычка гадская в кровь впиталась. Олег, ну?

— Баранки гну, — усмехнулся попаданец, направляя коня за землячкой, — С чего ты взяла, что здесь лето? Из-за того, что так тепло? Может тут, как в нашей Африке, ни зимы, ни лета, а сухой и дождливый сезоны?

Прошлый день и прошедшая ночь превратили связавшую землян леску общей судьбы и совместного будущего в толстенный канат, и оба попаданца от этого пребывали в постоянной эйфории. Как долго она продлится, Олег не загадывал — просто пока наслаждался. Придут другие дни, новые заботы, только зачем об этом сейчас думать?

— Нет здесь никаких дождливых или сухих сезонов, — Вика его дождалась и поехала рядом, — Если не знаешь чего, то не стесняйся, спрашивай. У меня подруга — глава Вьежского географического общества. Кстати, я позаботилась прихватить парсанские лигры. Мой ручной бандитский главарь — Шторм, я тебе о нём рассказывала — в порту их сто семьдесят наменял, в основном серебром. Но ты так мне и не ответил — будешь моим командиром и заботиться обо мне?

— Буду. Никому в обиду не дам, — согласился Олег, — Чего уж. Ну, что, пока без исцеления?

Они поехали резвой рысью, оставляя в стороне, километрах в трёх, какой-то замок и небольшой посёлок или городок при нём — точнее Дальновидение не показывало.

— Ага, таким лошадкам и магия не нужна, — замлячка прямо лучилась от удовольствия — и путешествие и компания ей явно нравились, — Жаль будет с ними расставаться. Обратно, если решим уходить не нагло через парскский портал, а так же незаметно, то придётся новых покупать.

— Покупать? — переспросил Олег с намёком на их светлый цвет кожи, — И не привлечь при этом внимания?

— Ну, воровать.

— Вика, ты почему мне не сказала, что у тебя цыгане в роду были? — засмеялся Олег, — Мотоциклы, поди, тоже угоняла? На байках с перебитыми номерами ездила? Так, сворачиваем в тот прогал, — довернул он коня вправо.

Вокруг попаданцев высились удивительные деревья, наверное, аналог земных баобабов. Такие же высокие и с толстыми стволами. Только земные росли, если попаданец правильно помнил, поодиночке, а тут их таларейских собратьев стоял целый лес. При этом, между стволами были достаточно большие расстояния, а нижние ветви деревьев располагались не ниже трёх метров от земли, что позволяло свободно перемещаться по лесу верхом.

— Ты чего? Я у нас дома паинькой была, — искренне ответила на шутку друга Вика, — Это здесь я уже столько наворотила, что пара уворованных лошадок ничего не добавят к моим грехам. Сам-то ведь не лучше.

Почти до самого вечера они скакали — переговариваясь и перешучиваясь — без всяких помех, всё же, через десяток километров они подбодрили коней заклинаниями Малого Исцеления, совсем по чуть-чуть.

Уже собираясь подыскивать место для ужина, магозрением увидели большую кавалькаду всадников, выехавшую к ним навстречу из расположенного впереди и немного сбоку от их маршрута поселения.

— Забираем влево, — решил Олег, — Встанем на постой пораньше. И путь продолжим с самого рассвета.

Вика оказалась запасливей земляка. Он-то хранил в Пространственном Кармане самую практичную еду — сыровяленное мясо, колбасы, сыры, фрукты, хлеб, а вот повелительница Ордена, оказывается, любила себя баловать в походах более изысканной пищей и имела при себе разные виды паштетов, медовых сладостей, солений, икры, солёную рыбу редких дорогих видов и даже диковинные специи.

Понятно, что для Олега и Вики, познавших радость своей близости друг с другом, гурманство было не главным удовольствием на их ночлегах.

Объезжали земляне не только поселения, но и встречных или попутных людей, повозки и обозы. Иногда просто уходили с дороги и пережидали, когда она освободиться.

Тем не менее, двигались попаданцы быстро. И так сильные кони периодически получали порции магической энергии и бежали без устали.

Всё-таки совсем не встретить препятствий на пути у Олега с Викой не получилось. На третий день путешествия, когда до Парса оставалось по их прикидкам чуть больше пятнадцати километров, и к вечеру они планировали уже быть в столице царства, впереди Дальновидение показало людскую суматоху, похожую на небольшое сражение.

Земляне за три часа до этого и так съехали с хорошей дороги, чтобы не встретиться с длинным обозом, и поехали по влажной тропе посреди заболоченного пространства. Возвращаться им не захотелось.

— Ждать, пока впереди всё утихомирится, тоже желания нет, — высказалась Вика, — И вряд ли там скоро освободят нам путь. Я подозревала, что без проблем не обойдётся.

— Что, накаркала? — пошутил Олег, — Ладно. Может ещё пропустят. В принипе, рядом со столицей встретить белокожих наёмников не сильно удивительно. Пропустят, так и мы никого не тронем.

За обсуждением возникшей проблемы земляне чуть снизили скорость своих коней.

— Не верится мне в такой благополучный исход. Жизнь приучила быть здесь пессимисткой.

— Значит у кого-то будут большие проблемы. И точно не у нас. Магией или боевыми умениями?

— Лучше второе. Не люблю оставлять следы применения своих заклинаний. Впрочем, буду делать как ты решишь. Ты же у нас командир.

Олег увидел, что у землячки в предвкушение близкого боя чуть сузились глаза, а из своего Пространственного Кармана она заранее извлекла второй клинок.

Если попаданец предпочитал в бою меч в правой руке, а в левой кинжал или дагу, то попаданка чаще выбирала два средней длины совершенно одинаковых клинка.

— Точно, резьба по дереву тут шла, — прокомментировал Олег открывшуюся перед ними картину только что завершившегося сражения.

Глава 16

Понять общую картину того, что тут произошло, Олегу оказалось несложно. Два военных отряда — именно военных, а не какие-нибудь разбойники — устроили между собой резню, и победители, уже определились. Вояки, большинство из которых носили сюрко грязно-жёлтого цвета, добивали раненых противников и ловили их разбежавшихся коней.

Судя по тому, что в плен никого не брали, а трупы своих и чужих готовили к сожжению в стороне заболоченного леска, в двух десятках шагов от дороги, огласки произошедшего победители не желали. Их оставалось — Олег быстро насчитал — восемнадцать уцелевших и легкораненых бойцов, и несколько тяжелых, корчащихся от боли на земле.

— Сразу двое одарённых и — обалдеть — три амулета с вложенными Сферами и Замедлениями, — не снижая голоса — всё равно родной язык землян не поймут, а ехали они открыто — сказала Вика, — Или на Валании артефакторика развита сильнее, чем я думала, или это дружинники владетеля, рангом не меньше, чем герцог.

— Вряд ли герцогские, — ответил Олег, — Мало их слишком, да и видок не очень презентабельный.

Попаданцев, ехавших в тени деревьев, растущих близко к дороге по обе её стороны, заметили не сразу. И первым, кто увидел появившихся нежданных свидетелей, оказался не один из ближайших к ним вояк, а крупный мужчина с орлиным носом, что-то объясняющий пышно разодетому бородатому толстяку, единственному в отряде, кто был верхом, и, без сомнений, самому главному.

— Бледные! — удивлённо воскликнул носатый, невоспитанно показав пальцем на гостей.

Его выкрик услышали все, включая и ту пару, что оттаскивала в лес очередной труп.

Олег с Викой продолжали ехать как ни в чём не бывало. Такая их спокойная реакция на увиденное выглядела конечно неестественно — нормальные наёмники, за которых они себя выдавали, сразу бы развернулись и удрали — но разыгрывать спектакль императору и его подруге не хотелось. Лишняя трата времени бы получилась, а результат один и тот же.

— Как вы здесь оказались? — спросил со смешком командир отряда, обернувшись на гостей, и что-то громко сказал на местном языке своим воинам.

Ещё не отошедшие от ярости прошедшего боя дружинники — как Олег заметил, похожие на индейцев из американских вестернов, но, естественно, не наличием оперений в волосах или одеждами, а лицами — бросив текущие дела принялись окружать нежданных пришельцев.

Понятно, что особой опасности от двоих бледнолицых наёмников вояки не видели, оба их мага даже не удосужились поставить Сферы, а владельцы амулетов не собирались ими пользоваться. Впрочем, заряды магических кулонов были почти полностью израсходованы, и артефакты в магозрении выдавали лишь еле заметное свечение.

Однако, чтобы не дать чужакам уйти, ни один из дружинников не остался в стороне от готовящегося нападения.

— Может разойдёмся бортами как те корабли? — предложил Олег.

Ответ на свой вопрос он увидел в продолжении действий вояк — те удобней перехватывали мечи, видимо, каждый хотел отличиться в убийстве лёгкой, как им казалось, добычи.

— Ну, так не честно, — вздохнула Вика, посмотрев на Олега, — Толпой против двоих, даже не поздоровавшись и не предъявив никаких претензий.

— Судьба, — дёрнув плечом ответил император, первым спрыгивая с коня и давая команду повелительнице Ордена: — Твои слева, мои справа. Вперёд!

Перед Олегом оказались сразу трое противников. Будучи уверенными в себе, они радостно скалились, перебрасываясь друг с другом незнакомыми попаданцу словами. Шутили, наверное.

— Умри, бледный, — пожелал шедший в середине.

Он небрежно, даже с какой-то ленцой сделал выпад, целясь острием меча в район живота псковского императора — приём, которым и новичка не поразить. Расслабились придурки.

Попаданец всегда учил своих людей, что недооценка противника — самая глупая из возможных ошибок. Наставник этих вояк явно мудростью землянина не обладал.

— Нет уж, только после тебя, — ответил Олег на предложение умереть, когда из рассечённого дагой горла самоуверенного идиота брызнула кровь, — И после вас, — сообщил он оставшимся двоим.

Гибель товарища те увидеть успели, но осознать нет. Правого попаданец пронзил мечом, а того, что наступал слева, угостил каблуком под челюсть, сломав ему шейные позвонки.

Обострённое восприятие позволяло Олегу видеть действия своей напарницы. Вика первого своего врага вырубила ударами ногой в пах и рукояткой клинка в висок, а второго — ей вначале противостояли только двое — без затей, уйдя чуть в сторону, рассекла мечом от района печени или почек — землянин всё время путался, где какой из этих органов находится — почти до центра живота. От её острых как лазер — лучше, чем у земляка — клинков доспех совсем не спасал.

Обиды из-за того, что боевые умения, полученные ими от Сущности, больше подходили гибкому телу соотечественницы, чем силе его мускулов, Олег не испытывал. Даже наоборот, радовался за землячку. Тем более, что такую микроскопическую разницу никто, кроме них двоих, не заметит и не почувствует.

— Хайа-сеент! — взвыл по-своему что-то оскорбительное следующий, добежавший до госпожи Тень, дружинник и мгновенно лишившийся перерубленной в колене ноги.

Его крик тут же оборвался от вошедшего в горло клинка.

Олег за те пару секунд, что оценивал действия подруги, уже добежал до пары руководителей отряда, растерявшихся от небывалой прыти намеченных ими в жертву белокожих наёмников, отбил по пути выпущенный в него арбалетный болт и расправился с обоими, даже не встретив от них серьёзного сопротивления.

Если бы дружинники на какое-то время остановились и оценили обстановку и силы врага, то наверное попытались бы спастись бегством — не все, но хоть треть. Однако, азарт боя, владевший вояками, и скорость их истребления не позволили им этого сделать.

Оставшиеся четверо противников кинулись в атаку с отчаянием обречённых, выкрикивая жалкие угрозы и пошлые оскорбления. Троих рассекла клинками Вика, одного убил Олег, метнув с двух шагов левой рукой дагу точно в глаз.

Вся бойня заняла чуть больше двух минут. Удары попаданцы наносили смертельные, и добивать никого не потребовалась.

— И что теперь со всем этим делать? — спросила госпожа Тень, оглядывая место побоища, — Добычу собирать будем, командир?

Она вытянула перед собой мечи, мгновенным, но мощным Воздушным Потоком очистила их до идеального блеска и убрала на место — один в заспинные ножны, другой в Пространственный Карман.

Олег, в этот момент как обычно счищавший кровь с даги тряпицей, хмыкнул от своей недогадливости и с клинком сделал тоже, что и соотечественница.

— Не вижу ничего стоящего, что нам бы пригодилось, — ответил он, оглядывая валявшиеся повсюду тела убитых и тревожно всхрапывающих лошадей, — Разве что амулеты снимем.

— Дешёвка, — поморщилась Вика, подойдя к нему и приобняв, — Комтурство Эрны делает достойные вещи, а это какой-то позор. Поехали дальше? Хотя, знаешь, сейчас вот думаю, может производство такого вот простого магического ширпотреба будет более выгодным? Твоему военно-интендантскому ведомству продавать. Со скидкой, естественно — мы ведь земляки.

Вика улыбнулась, показывая, что шутит, и направилась к своему коню. Её спокойствие и ровное настроение после участия в бойне разумеется попаданца не удивило. Он знал, что за её плечами пусть и намного меньше сражений, чем у него, но крови госпожа Тень пролила немало.

— Оставляем как есть, — произнёс Олег вслух ответ на свои мысли, — Пусть разбираются, кто тут кого и за что поубивал. Жаль, что сами не полюбопытствовали, а теперь уж и не спросишь. Некромантией не владеем.

Попаданец устроился в седле, и они с Викой продолжили путь.

— Нам с тобой только некромантии и не хватало, — Вика сместилась от друга подальше, направив коня по обочине, чтобы не ехать по длинному участку грязевого мессива, — И так заклинаний у нас избыточно. Я три четверти из них ещё ни разу не использовала.

— Аналогично.

Земляне проехали по заболоченному лесу ещё около часа, задержавшись пару раз, чтобы скрывшись в зарослях пропустить небольшие крестьянские обозы порожних телег, ехавших за торфом.

Разработку этого примитивного топлива вели рабы, выглядевшие обтянутыми одной лишь кожей скелетами. Такого ужасного состояния невольников ни Олег на Тарпеции, ни Вика на Алернии ещё не видели. Зато деревушки, которые попаданцы со стороны наблюдали, были более обустроены. Тёплый климат позволял возводить из тростника жилища просторней, не заботясь об их прогреве зимой.

Выехав на нормальную почву, Олег с Викой двинулись параллельно дороге среди стволов местных баобабов, объезжая участки густого подлеска. До цели своего путешествия они добрались часам к семи вечера, остановившись в километре от городских предместий возле давно разрушенной башни и остатков сгоревших строений возле неё.

— Жалко, что нет возможности осмотреть Парс с какой-нибудь возвышенности, — попаданец погладил шею коня, ничуть не утомившегося, несмотря на долгую скачку, — Город сам на возвышенности находится.

— Когда-нибудь полюбуемся на него через иллюминатор дирижабля. А так, я тебе и без осмотра всё что нужно про Парс рассказала. Не хочешь получить ещё и эту жемчужину в свою корону? А, Олег? Город крупнее Растина раза в три-четыре. Точнее не сказать.

— Мне ещё этого геморроя не хватало. Дай хоть с делами на Тарпеции завершить. И, потом, кто-то приглашал меня в гости на Алернию. Или я не правильно понял?

— Приглашала, приглашала.

Вика улыбнулась, но Олег заметил лёгкое облачко озабоченности, промелькнувшее на её лице. Понятно, ей нужно будет познакомить своих друзей с псковским императором, вот только, что она скажет тому виконту?

Они расседлали коней, отнесли сёдла со сбруёй к разрушенной лестнице, когда-то уводившей в подземелье башни, и там на последней уцелевшей, третьей, ступене Вика сожгла больше не нужную упряжь заклинанием Пламя. Лошадей отпустили — вблизи людей они прибьются куда-нибудь, обогатив счастливчиков. Главное, что хищникам на корм точно не попадут.

Не только попаданцы могли видеть за Скрытом энергетику друг друга. Заклинание Дальновидения кроме них никто не знал, но и Поиск Жизни позволял обнаруживать находящихся в невидимости для глаз. Вряд ли конечно кто-то станет на улицах или площадях города использовать поисковую магию, а вот при охране дворцов и важных особняков вполне возможно. Так что, уйдя в Скрыт, Олег и Вика направились в многолюдный порт, трижды использовав Прыжок.

Парс действительно выглядел в разы крупнее Растина и размерами с ним точно не мог сравниться какой-либо из земных средневековых городов. Разве что античные Рим или Карфаген, пока не подверглись многочисленным разрушениям и бедствиям.

А вот гавань Парса растинской сильно уступала. Не зная, с чего вдруг, но от констатации данного факта Олегу стало приятней на душе. Кажется, он сам стал жертвой насаждаемого им самим же псковского патриотизма. До землянина понятие верности родине в Таларее не существовало, преданность выражалась лишь по отношению к суверену, личности монарха, но никак не к территории или народу.

— За коричневым пакгаузом вижу подходящий закуток, — не снижая голоса — в портовом гомоне расслышать его никто не мог — сказал император госпоже Тень, — Туда?

— Как скажешь, мой командир, — ответила Вика.

До наступления сумерек было ещё далеко, но Олег хорошо знал свойство южных ночей, они наступали внезапно — ещё буквально пять минут назад свет солнца показывал все краски окружающего мира, и вдруг уже ничего без искусственной подсветки не разглядишь.

Обладателям магии Ночного Зрения глубокая темнота проблем не создаёт, но ходьба по ночному городу — это лишние и не нужные приключения на свою задницу.

Поэтому, земляне долго в порту разгуливать в Скрыте не стали. У одного из причалов нашли подходящий цернский корабль, чей капитан как раз на их глазах поругался с частью абордажной команды и расторг с этими буйными пьянчужками контракт, оставляя искать нового нанимателя в Парсе. Так что, теперь псковский государь и повелительница Ордена знали, за кого себя выдавать.

— Теперь к моим сразу или сходим осмотрим дворец? — спросила Вика, когда оба попаданца, сбросив с себя Скрыт, вышли из-за рыбного вонючего склада вновь на набережную.

— Лучше завтра с самого утра, — решил Олег, — Время у нас есть. Зачем брождением в темноте вокруг дворца привлекать внимание дежурных магов? Пошли в госпиталь. Дорогу хорошо знаешь?

— Примерно. Найдём. Язык до Киева доведёт, — Вика взяла друга за руку.

Она вообще выглядела весьма довольной и радостной. По себе Олег заметил, что должность императора, по-сути, главного государственного чиновника, наложила на него отпечаток бюрократической серьёзности и постоянной погруженности в управленческие дела.

Землячка же, хитро избежав всяких лишних забот на своих плечах, с удовольствием отдавалась приключениям и путешествиям, удовлетворяя интерес к новым землям, городам, людям, к их культурам, обычаям, нравам и привычкам, что нисколько не мешало ей продолжать плести паутину влияния Ордена Тени.

Вот и здесь в Парсе с середины этого лета открылся госпиталь и при нём небольшая — всего пока на один класс — школа. Первый орденский щупалец за пределами Алернии. На Валанию организация Вики проникла ещё раньше, чем к Олегу на Тарпецию. И, как попаданец понял, бандитские структуры землячки тоже уже действуют в царстве.

Деньги открывают множество дверей. Это было верно и на Земле, так устроено и в Таларее, чем Вика пользуется, не стесняясь. Однако, главным её оружием является всё-таки осторожность.

Орденские лекари не лезли с предложениями своих услуг в круги высшей парсанской аристократии или местных банкиров и богатых торговцев, те предпочитают обращаться к магам-целителям. Не пытались адепты госпожи Тень отбивать поляну и у валанийских лекарей, знахарей и травников. Госпиталь Ордена был рассчитан на приём самых беднейших слоёв населения, а потому алернийцы никакой злобы или агрессии со стороны коллег не встретили. Не было предмета для конкуренции.

До того же обстоятельства, что при госпиталях заодно учат нищих детей уходу за больными, грамоте и счёту, незаметно при этом внушая любовь и преданность к далёкой благодетельнице госпоже Тень, никому дела не было.

— Поужинать ещё не созрела? — поинтересовался Олег у подруги, когда они проходили мимо очередного трактира, который в отличие от четырёх предыдущих выглядел прилично.

— Созрела, мой император, — Вика прижалась к плечу земляка и посмотрела на него снизу вверх. Ей явно нравились и забота о ней, и родной язык общения, на котором они так и продолжали говорить, — Только лучше поедим у моих ассасинов. Госпожу Тень и её спутника они голодными не оставят.

В Парсе отделение Ордена было представлено пятёркой Викиных спецназовцев. Остальной штат госпиталя и школы наняли из местных аборигенов. Навестить их Вика решила перед портальным переходом. Спросила разрешения друга, и тот, естественно, возражать не стал.

Олег одно время вспыхнул идеей соотечественницы обучать своих спецназовцев и сугубо мирным профессиям, но очень быстро остыл, как только представил, что в условиях острой кадровой нужды необходимо будет забирать ниндзей у Нечая с Агрием или Лешика с Чеком. Увеличить набор в школы ниндзей Олег не мог, те и так работали на пределе. Если принимать на обучение больше ста — ста двадцати человек в год, то у императора не хватит времени на занятия с ними, а без того, что землянин назвал для себя эффектом попаданца, качество подготовки его бойцов резко снижалось.

Оставалось только молча завидовать повелительнице Ордена.

— Райончик, конечно, твои ребята нашли ещё тот, — хмыкнул псковский император останавливаясь перед огромной лужей грязи, занявшей весь проход между двумя покосившимися заборами из подгнивших досок, — Зато есть повод понести тебя на руках.

— Разве для этого нужна была какая-нибудь причина? — удивилась Вика, — Сказал бы раньше, Олег, я бы и на шею тебе с удовольствием взобралась.

Засмеявшись, попаданец подхватил любимую, единственную в этом мире соотечественницу на руки и перенёс на сухое место.

Госпиталь располагался в одном из бедняцких кварталов, хорошо хоть, что не в трущобах нищих. Идти приходилось внимательно глядя себе под ноги и стараясь реже вдыхать.

— Когда-нибудь мои производства мыла и прочих моющих средств нарастят выпуск продукции до таких размеров, что мы избавимся от этой вони повсюду, — поделился он с подругой видением будущего.

У Вики, правда, его слова вызвали только иронию.

— Такой большой уже дядечка, а в сказки веришь, Олег, — по пути она кинула медяк одноногому мужику, сидевшему позади колодца, к которому выстроилась короткая очередь из двух женщин с деревянными вёдрами и мальчишки с большим глиняным кувшином, — Даже на Земле три четверти населения живёт не сильно лучше, чем эти, — она мотнула головой в сторону людей, оставшихся позади и провожающих бледнокожих гостей любопытными взглядами, — Достаточно просто было выйти за пределы курортных зон Пхукета и Мумбаи или посетить фавелы Каракаса и Рио. Картина один в один.

— Ты так говоришь, как будто там бывала.

— Я нет. Откуда у нас с бабулей деньги на такие путешествия? Но друзья и подруги рассказывали. Похоже, мы пришли, — Вика кивнула на одноэтажное Г-образное здание из почерневшего за долгие годы местами обкрошившегося кирпича, — Ремонт, смотрю, кое-какой сделали. Ставни, во всяком случае, новые и забор. Хоть из горбыля, и расстояния между досками шире, чем сами доски. Всяко получше и престижней глинобитного. О, а вон и мои орлы. Вижу двоих. И они меня.

В небольшом ухоженном дворике на каменной тропинке перед крыльцом стояли парень с девушкой, о чём-то разговаривая. Увидев приближение к калитке двух вооружённых людей, молодые люди характерным плавным шагом ниндзей двинулись навстречу. Свою повелительницу они узнали ещё до того, как Вика толкнула рукой калитку.

— Госпожа! — негромко вскрикнул парень.

— Госпожа?! — не поверила своим глазам девушка.

— Но-но, — остановила их прыть госпожа Тень, — вы ещё мне здесь на колени бухнитесь или на дворцовой площади про меня прокричите.

Несмотря на строгость тона, Вика поочерёдно обняла своих ассасинов. Олег вдруг неожиданно почувствовал укол ревности, когда молодой высокий парень, с восторгом и восхищением глядящий на повелительницу, получил от неё кроме объятия ещё и поцелуй в щёку. Императору показалось, что правильней будет, если землячка в дальнейшем откажется от подобных действий в отношении своих подчинённых мужчин.

— Мы не могли даже и ожидать…, — начала говорить ассасинка.

— О чём вопрос, Видана, я сама от себя не ожидала. Шла мимо — дай, думаю, загляну. Вдруг накормят меня и моего друга?

Глава 17

Ревнивую реакцию своего Олега на её обнимание с парнем-ассасином Вика заметила. Сперва у неё это вызвало усмешку, но попаданка тут же себя одёрнула — не нужно на ровном месте создавать проблемы с тем единственным, с кем она реально почувствовала себя готовой связать узами дружбы, любви и верности на всю жизнь. А это означает, подумала она, что отныне ей необходимо держать дистанцию со всеми мужчинами любого возраста, комплекции и смазливости.

— Извините, госпожа, угощение у нас весьма скромное, — сказала одна из ассасинок.

В составе пятёрки Викиных людей, обосновавшихся в Парсе, было два парня и три девушки. Гутал, старший из них, и Олира всего несколько дней назад в храме Семерых дали друг другу брачные клятвы.

— Сколько можно говорить вам, Видана? — повелительница Ордена первой села в кресло, — Что вы заладили: госпожа-госпожа? Здесь я Вика, а моего друга зовут Олег. На разносолы мы с ним и не рассчитывали. Мечите уж, чем богаты. И рассказывайте, как вы тут живёте.

В самом конце короткого крыла здания в просторной комнате, где когда-то у прежних владельцев располагался склад товаров, адепты Ордена устроили себе зал совещаний. Понятно, всё здесь переделали, кое-как отремонтировали и поставили довольно грубую мебель.

Именно сюда ассасины и привели свою благодетельницу и её спутника. Гутал купил пожилую кухарку, а остальные полтора десятка помощников при госпитале были приходящими — обходились дёшево, практически за еду.

Потоки больных в орденскую лечебницу постоянно росли, и увеличивалось количество помощников. Олира, заведовавшая лабораторией, производившей лекарственные смеси, снадобья, бальзамы и отвары по рецептам Шленлера и Мелины Гронс, деканов Викиного университета, использовала в качестве своих ассистентов наиболее сообразительных учеников парсанской орденской школы — и для дела полезно, и школярам пригодится.

За своими гостями адепты ухаживали сами — и стол накрывали, и вина подливали, и даже бережно хранимую бутылку коньяка хотели открыть, но Вика парням и земляку достала более выдержанный из личного запаса.

— Охрана просто для вида нам и не нужна, — ответил на вопрос повелительницы старший мастер, — Случись что-то серьёзное, мы и сами всех злоумышленников перебьём, а хулиганьё или мелкая шпана к нам не лезет — боятся вызвать гнев настоящих бандитов. Местные воры и грабители стали одними из первых наших клиентов, а уже на третий день после того, как мы начали работу, на рынке к Елисе, — он кивнул в сторону рыжей, конопатой девушки, — двое каких-то пьяных докеров пристали, хотели оттащить её в тупик, так она не успела даже выбрать подходящий момент, чтобы их упокоить незаметно, как с ними рыночные смотрящие разобрались. Одного вообще ножом в селезёнку пырнули. Мы потом его здесь у себя еле откачали. Вроде бы, жить будет. А сейчас у нас сын главаря загорской шайки лежит. Вчера ночью, уходя после грабежа склада, на патруль стражи нарвались. Ушли, но Рачок удар копьём в спину успел получить. Глубокий очень. Не знаю, откачаем ли.

— Откачаете, — пообещала госпожа Тень, — С моей негласной помощью. Ну, а кроме сброда в госпиталь приличный клиент потянулся?

Каким бы скромным и равнодушным к медным трубам человек себя ни считал, тщеславие в той или иной мере присуще каждому. Вот и попаданка, осознавая это, какое-то время не давила в душе удовольствие от восторга, которое выказывали её ребята, присутствуя с ней в одной компании, хотя эмоции ассасинов мешали им отвечать на вопросы повелительницы без сумбура и перескакивания с темы на тему.

Когда ей надоел стереозвук, идущий от адептов, почти одновременно спешивших поделиться информацией по своему направлению деятельности, она их быстро привела в чувство заледеневшим взглядом.

Навык быть не только доброй, но, когда нужно, и злой у Вики наличествовал ещё на Земле. В новом же мире безграничное могущество и власть развили это умение практически до абсолюта — окружающим порой хватало одной поднятой брови госпожи Тень, чтобы понять и осознать все свои ошибки.

— Из царского дворца к нам конечно слуги ещё не приходили, — Гутал укоризненно посмотрел на своих товарищей, слишком рьяно дополнявших подробностями его рассказ о клиентелле госпиталя, — А вот помощник конюха из особняка князя ле Торрага, главы морского ведомства, с сильной зубной болью приходил.

— Помогли? — хмыкнула попаданка, раньше земляка доев вкусную кашу с мясной подливой.

— Конечно. И пригласили приходить ещё, если потребуется. Даже заплатил неплохо. В отличие от других наших посетителей. Ну, кроме бандитов. Те, на удивление, платят исправно. Никакой информации мы пока ни с кого не выуживаем. Только слушаем внимательно. Нам так господин Алгис сказал.

— И правильно, — одобрила повелительница, — Всему своё время. А теперь покажите нам с Олегом нашу комнату. Но сначала — где лежит этот ваш бандитский детёныш с раной от копья?

— Этому детёнышу уже за сорок, госпожа, — засмеялась рыженькая Елиса, — ой, то есть, Вика. Он в моих палатах. Без сознания. Я гной вроде бы весь ему удалила, рану почистила, вытяг-порошок положила, но всё равно жар не спадает.

— Ерунда. Ведите.

Делать бандита абсолютно здоровым госпожа Тень не стала. Чуть-чуть энергии в конструкт Малого Исцеления, и бородатый мужчина, стонавший во сне и потевший на одиноком топчане крохотной каморки, к которой привела повелительницу ассасинша, облегчённо уснул.

— Вот и всё, Елиса, — Вика взяла девушку под руку словно подругу, — Пошли в ваш флигель.

Во внутреннем дворе госпиталя среди инжирных и мандариновых деревьев находилось небольшое здание, в котором проживали орденцы. У каждого из ребят в нём ранее были свои индивидуальные спальни, но после того, как Гутал с Олирой стали мужем и женой, одна спальная комната освободилась. Её и подготовили гостям.

Если желание повелительницы разделить постель со своим спутником ассасинов и удивило, то виду они не показали.

— Простите, Вика, что спрашиваю, — смущённо произнёс старший мастер, вместе с остальными ассасинами проводивший гостей к порогу их комнаты, — Вы у нас надолго? Я могу с самого утра сходить на рынок и купить продуктов, более достойных вашего внимания.

— Не нужно, Гутал, — госпожа Тень прикоснулась к локтю парня, — С рассветом нас здесь уже не будет. Но мы ещё увидимся. И не раз. Порталы такую возможность дают. Вы теперь сможете бывать на родине, я буду рада иногда ответить на ваше гостеприимство своим у себя в резиденции.

— Кто же нас пустит-то к порталу? — улыбнулась Видана, — Там будет очередь из самых знатных и богатых, начиная с ближайшего окружения царя.

— Это первое время. Потом начнётся рутина, и золотой ключик эту дверь сможет открывать без скрипа. Всё, спокойной ночи.

В дверь Вика прошла впереди друга и первой же направилась за ширму, где заботливые хозяева с помощью команды выздоравливающих пациентов приготовили большую бочку, наполненную тёплой водой.

— Ого! — оценил размеры ёмкости Олег, подойдя к землячке.

— Чего ого? — попаданка принялась скидывать с себя одежду, — Раздевайся, мы тут вместе поместимся.

— Честно говоря, я ни разу…

— Я тоже. Но всё когда-нибудь бывает в первый раз.

Вика, успев обнажиться по пояс, принялась помогать расстёгивать куртку Олегу.

Уснули они сильно заполночь, а с утра от раннего завтрака всё-таки не отказались — слишком уж умоляющими были взгляды адептов на повелительницу. Вика решила не лишать ребят ещё одной счастливой возможности общения с нею.

Скрывать своё пребывание в госпитале, таиться от посторонних взглядов попаданцы посчитали не нужным — кому придёт в голову связать предстоящий разгром во дворце с посещением накануне одной из лекарок её братом из далёкой Алернии, оказавшимся с подругой в Парсе по делу? Никто из сильных мира сего совсем не обращает внимания на возню, происходящую в кварталах голодранцев.

Об истинном организаторе предстоящего переполоха в царской резиденции конечно же догадаются очень быстро. Псковский император не только не собирался скрывать своё участие, но и намеревался делать всё демонстративно.

Убийством парсанского царя вторжение валанийцев было вспять не обратить, слишком много в нём задействовано разных сил. Потребовалось бы устранять правителей и Советы других государств и вольных торговых городов. А вот посеять страх и неуверенность Олег собирался.

В отличие от земляка, Вика своё участие в нападении на владыку Парса желала скрыть. Ордену не нужно участвовать в межгосударственных или межконтинентальных разборках на чьей-либо стороне. Только, даже если кто-то и будет знать, что Сфорцевское Чудовище навещал столицу царства не в гордом одиночестве, а как тот Дед Мороз со Снегурочкой являлся с помощницей, то подумают на грозную сестру императора Улю.

— Спасибо, друзья мои, за гостеприимство, — поблагодарила Вика адептов возле калитки, у которой уже собралось два десятка по виду настоящих бомжей разного пола и возраста — имелся даже завёрнутый в грязные тряпки грудной ребёнок на руках измождённой молоденькой, лет восемнадцати, женщины. Госпожа Тень по ходу наделила ребёнка толикой Малого Исцеления. Богатырь вырастет. Или богатырша — пол малыша определить было невозможно, — Уверена, мы ещё увидимся. И я встречу вас лучше. Во всяком случае, подсохшего хлеба вам у меня не предложат.

— Мы…

— Шучу же, Гутал. Прощайте.

Раздражать друга обниманиями и поцелуями парней повелительница Ордена не стала, и девушкам из-за этого такая честь не была оказана. Махнув ассасинам рукой, она с Олегом отправилась по той же улице, что они сюда и пришли.

— Мудра ты, Вика, — земляк взял её за руку, — Так, глядишь, всю Таларею опутаешь раньше, чем я обеспечу безопасность границ своей империи.

— Я тебе помогу, сто раз ведь уже сказала. Ты меньше отвлекайся от прогрессорства. Мотоциклы — это конечно хорошо, но когда уже у нас будет нормальное электрическое освещение? Допустим, вместо пылесосов, утюгов и стиральных машин у меня рабыни есть, холодильники магия Сохранения заменяет, фен — Воздушный Поток, а телевизор я тебе чем заменю?

Они вышли на довольно широкую и оживлённую улицу благополучного района. Здесь на бледнокожих уже редко оглядывались, а возле одного из прилавков Вика увидела и других представителей Алернии или Тарпеции — богато одетого старика в сопровождении вооружённого охранника.

— Тебе у нас дома телевизор разве не надоел? — Олег обнял её за талию и направил в проход между разгружаемой крестьянином телегой и овощным прилавком, — Говорила ведь, что при сотне каналов смотреть было нечего?

— У нас дома надоел, а здесь хочу, — заявила Вика и посмотрела в сторону серьёзного дядьки с повязанным на голову платком, за что-то выкручивавшего ухо мальчишке-рабу, — Хотя, то, что я вижу постоянно, ничуть не менее интересно, чем сюжеты с каналов о путешествиях или истории. На меня иногда накатывает, будто бы я попала в приключенческий фильм. У тебя так же?

Олег мотнул подбородком.

— Раньше. Давно. Когда только здесь оказался. А сейчас уже нет. Рутина засосала. Что же касается электричества, так я уже над этим работаю. Электростанцию, подобную той, что Эдисон под Нью-Йорком построил, я решил не возводить. Попутное тепло для отопления зданий мне не нужно. Так что, ГЭС, только ГЭС. На Псте. У порогов в десяти километрах от моей столицы. Правда, это перекроет речной путь к Рудному, где у меня важные шахты, рудники и прииски. Придётся рельсовой дорогой заменять. Ещё одна стройка, блин. Ладно, вытянем с Улей. Ещё проблема с алюминием для проводов. Чтобы производить этот металл, нужно электричество. Замкнутый круг.

— А разомкнуть никак?

Госпоже Тень стало по настоящему любопытно.

— Можно. На первое время обойтись медью, железом и медью. Или опять же с Улей Цепями Молний в бокситную глину какое-то количество алюминия получить.

— Давай и я поучаствую, — предложила попаданка.

— Спасибо, но у тебя и своих дел полно. Так, а вот теперь нам надо спрашивать дорогу, — Олег остановился, — Эй, уважаемая, — спросил он у продавщицы тканей и простеньких изделий из них, — Подскажи, как к царскому дворцу нам пройти.

Молодая ещё женщина вполне доброжелательно показала в сторону одного из шести проулков.

— Сюда вот идите, — сказала она, — Шагов через сто двадцать поверните налево у колодца. Дальше прямо до трактира «Обжорка Дита». От него направо и окажетесь на улице Четырёх Принцев. Там увидите шпили храма, к нему и топайте. Он неподалёку от дворца. А хотите, десять солигров, и я вам свою рабыню в провожатые дам.

— Нет, спасибо, уважаемая, — отказался Олег, — Ты и так всё доходчиво объяснила. Почём у тебя вот этот рушник?

Вика и сама собиралась что-нибудь купить у приветливой женщины, но земляк мыслил схоже, и ей этого делать не пришлось.

Проулок, в который они вошли, был образован стенами двухэтажных домов из ракушечника. Проход между стен оказался хоть и узким, но его ширина вполне позволяла разминуться с двигавшимися навстречу носилками или пропустить их прижавшись к шероховатой поверхности ракушечника. Однако, сделать это у императора Пскова и повелительницы Ордена не получилось.

Несомый четвёркой белокожих рабов паланкин — здесь белый цвет кожи носильщиков являлся таким же атрибутом статусности, как бронзовый на Алернии или Тарпеции — сопровождало такое же количество одинаково одетых слуг, вооружённых длинными дубинками, которые охранники держали в руках.

Один из пары шедших впереди паланкина мужчин ещё на подходе вытянул дубинку в сторону Викиного земляка и равнодушным голосом потребовал:

— Вернитесь назад. Пройдёте после нас.

Госпожа Тень решила помолчать и предоставить Олегу самому разбираться, что делать.

— И так разойдёмся, — ответил соотечественник.

— Я тебе разве не ясно сказал, наёмник?! — разозлился охранник, — Поворачивай говорю!

Занавески портшеза могли раздвигаться со всех сторон. Раскрылись передние, и показалось весёлое девичье личико, на взгляд Вики, приторно смазливое.

— Проучите этих наглецов, Чоннер, — приказала хозяйка носилок, — И пусть только попробуют за мечи схватиться.

Не успела она договорить, как тот самый Чоннер попытался ударить Олега палкой по плечу, но вместо этого сам получил сильный пинок в живот, а когда начал сгибаться от боли, то ещё и прилетевший крюком снизу кулак в челюсть.

Второго охранника, попытавшегося уже без церемоний огреть противника дубинкой по голове, земляк перехватил за руку, выдернул вперёд и приласкал ребром ладони сзади по шее.

— Да сделайте же с ними что-нибудь, бездельники! — громко вскрикнула, нахмурившись, девица, обращаясь к двоим оставшимся бодигардам, которые протиснувшись между рабами и стенами домов, приближались к Олегу крайне осторожно, — Скажу папе, чтобы он вас сегодня же прогнал! Бейте же его! И её!

Охранники послушались хозяйку, и напрасно. Одного земляк пробил ногой в грудь, а другого в пах.

На земле теперь валялись четыре тела, но все живые. Правда, стонать могло только ближайшее к Вике, остальные были в полностью бессознательном состоянии.

— У вас ещё будут проблемы, бледные животные, — мстительно пообещала госпоже Тень и её другу парсанская девушка.

Страха она совсем не выказывала. Видимо, чувствовала себя в полной безопасности, не из-за присутствия четверых её рабов, спокойно стоявших с носилками на плечах словно лошади в упряжке кареты, а просто потому, что ей нечего было опасаться среди белого дня в центре столицы.

Парсанка ошиблась. Ей не следовало оскорблять землян.

— Кто обзывается, тот сам так называется, — друг перевёл на местный присказку из времён их детства.

Он сделал пару быстрых шагов, неожиданно схватил девушку за нос пальцами и несколько раз повернул в разные стороны.

— Ай-ай! — гундосо закричала хозяйка носилок, — Ты чего делаешь, гад!

— Чего делаю? Так сливу же! — пояснил соотечественник, — Будет чем закусывать. А на будущее, — сообщил он, отпустив нос скулящей от боли девице, — Не груби незнакомым людям.

— Вас найдут! Сегодня же, — она зло расплакалась и зажала пострадавшую часть лица ладонью.

— Угрозы — оружие слабых. Впрочем, всегда буду рад преподать ещё один урок. Так что, ищите и обрящете. Уля, пошли, а то опоздаем, — позвал Олег Вику именем сестры.

На всякий случай земляк решил оставить хвост ложной легенды.

— Я в восторге, — смеясь сказала попаданка, когда изрекающей проклятия девушки уже не было слышно.

— Да ладно, — Олег прижал к себе соотечественницу за плечи, — Не сделал даже тысячной доли того, что могла бы и ты сама сотворить.

— Зато впервые за всё моё нахождение в Таларее, я не участвовала в касавшейся меня заварушке. Выступала зрителем. Это же здорово. Как ты не понимаешь?

— А, в таком смысле. Так ты только скажи, я тебя в хрустальном дворце поселю и избавлю вообще от всех забот. Хочешь?

— Не-а. Вон и «Обжорка Дита».

До царского дворца попаданцы добрались только минут за сорок — в разрыве улицы Четырёх Принцев пришлось ещё потолкаться на широкой торговой площади, где продавцов и покупателей, уличных артистов и экзекуторов, стражей и воров было больше, чем на вьежской осенней ярмарке.

Пройдя вдоль высокой каменной ограды дворцового парка почти до самых главных ворот, Вика решила оценить Познанием Магии артефактную защиту резиденции царя Леофира, и не сдержалась, чтобы не охнуть.

— Ты это видишь, Олег? — спросила она.

— Вижу-вижу, — император кивнул своим мыслям, — Пошли где-нибудь присядем и обсудим увиденное.

С тыльной стороны царского дворца проходила улица с большим количеством приличных трактиров, но Вика уговорила друга на посиделки в кондитерской при пекарне.

— Мне кажется, что тебя тут ждут, — высказалась госпожа Тень, усаживаясь за столик возле окна.

Глава 18

В кондитерской Вика первым делом поинтересовалась у прибежавшего принять заказ мальчишки-разносчика о здоровье пекарей и поваров. Лишь получив заверения молодого раба, что все они чувствуют себя замечательно, заказала себе два медовых пирожных и пирожки с персиковым вареньем — сладкое попаданка любила и в прежней жизни, и в этой. Нелла, бывшая хозяйка её тела, тоже была сластёной, только не могла себе позволить даже объедков — все остатки кондитерских изысков со столов таверны Половинки она отдавала маленькому Гнешу, любимому братишке.

Соотечественник заказал себе мясной пирог. Мужчины часто предпочитают что-нибудь более существенное.

Травяных отваров или морсов, к сожалению, в заведении не подавали. Пришлось пробовать качество и букет одного из сортов валанийского вина.

— Ты чего вдруг о здоровье персонала кондитерской озаботилась? — поинтересовался Олег.

— Не обращай внимания, — усмехнулась Вика, — Это у меня свои тараканы в голове бегают.

Народу в зале находилось прилично, однако попаданцам удалось найти полностью свободный стол, чтобы разместиться за ним вдвоём, жаль, что не у окна или стены.

Хотя в огромном портовом Парсе белокожие гости не являлись редкостью, тем не менее, Вика с Олегом внимание присутствующих привлекали. А капризный мальчишка за соседним столиком и вовсе тыкал в их сторону пальцем, изводя вопросами мать и старшего брата.

— Странно, но похоже, что меня ждут в гости, — сказал Олег откусывая пирог, — Такого количества и разнообразия мощных артефактов я не ожидал увидеть.

— А чего ты хотел? — Вика начала угощаться с пирожных, вино попробовала и нашла его весьма посредственным, — Твои подвиги в Тарке и расправа с королём Плавием произвели впечатление. Времени прошло достаточно много — три года? — четыре? — так что, описания тех событий, да ещё приукрашенные, разошлись далеко. Как видишь, и до Валании добрались.

— Да это-то понятно, — соотечественник, в отличие от неё, посчитал вино плохим, если судить по мимике его лица, — Но не могли же парсанцы знать про то, что начнут работать порталы, и у меня появится возможность внезапного появления у них в гостях?

— Не знаю, Олег, есть ли здесь аналог нашей пословицы, что бешеной собаке семь вёрст — не крюк, но те, кто с головой дружат, давно поняли, что от тебя всего можно ожидать. Ты и без порталов сумел бы сюда добраться. Дирижабль? Корабль? А пирожки жадные.

— Это как? — хохотнул земляк.

— Теста много, начинки мало, — объяснила попаданка, — Бабушкина подруга тётя Валя такие пекла. Однако, слушай, я реально не ожидала от здешних артефакторов такой продвинутости. Эрне много новых идей смогу теперь подсказать — спасибо заклинанию Познания, я теперь все наработки парсанских магов за многие годы, десятилетия или, может, века срисовала себе на перспективу. Что-то точно пригодится. А ведь, не обладай мы помимо магических способностей ещё и боевыми и при этом заявись в одиночку, пожалуй ловушка могла успешно сработать. Ну, частично.

— Не сработала бы, — Олег не стеснялся говорить с набитым ртом — рядом все свои, — Заклинание Познания Магии не дало бы в неё угодить. К тому же, чтобы их нагромождение амулетов возымело бы хоть какой-то эффект, нужно их все одновременно задействовать против меня или тебя точно в миг нашего появления. Такое даже в принципе трудно себе приставить. Валанийцы поняли, что я очень силён как маг, но и близко не сообразили насколько.

Большинство защитных артефактов царского дворца не было в данный момент активировано, что не помешало землянам с их уникальными магическими умениями обнаружить все, понять принцип работы парсанских амулетов и определить вложенные в них заклинания.

Когда псковский император и повелительница Ордена осматривали дворец, то в нём действовали лишь Сферы различных размеров и энергетической насыщенности, закрывавшие весь периметр и два десятка покоев внутри комплекса зданий. Кроме этого, в готовности к использованию в разных точках резиденции царя Леофира размещались амулеты с вложенными в них боевыми конструктами.

— Я уже с такими сталкивался, — помрачнел Олег, — Вернее, не я, а мои ребята-ниндзя. Десяток погиб. Самых лучших. Но такой мощной энергетики артефактов у парсанцев раньше не было.

— Шаманы наполняли, — уверенно заявила Вика, — У меня Эрна тоже использует запитку конструктов стихийной магией. Это несложно оказалось. Достаточно пропускать через заклинание Слияния. Только нужно разделять поток, одновременно направляя энергию и в Оболочку, и в конструкт.

— Не совсем понимаю, о чём ты говоришь, но мне пока и не нужно.

Настроение друга после воспоминаний о гибели ниндзей заметно испортилось, и Вика дала ему время прийти в себя. Она молча доела заказанные угощения, прислушиваясь к тому бреду, что доносился с соседних столов, за которыми обсуждали новость номер один — заработавшие порталы.

Казалось бы, какое дело тем же гончарным подмастерьям и ученицам портних, компанией из восьми человек сидевших неподалёку от госпожи Тень и её земляка? А вот ругались они между собой не на шутку. К драке естественно дело не шло, а вот одна из трёх девиц, обидевшись, вскочила и ушла.

— Закончил с самобичеванием? — сочувственно спросила госпожа Тень, — Тогда может скажешь своей ассистентке порядок наших действий?

Олег допил вино и отставил опустевшую глиняную кружку в сторону, опять поморщившись.

— Да, извини, — он провёл ладонью по лицу, — План простой как кирпич. Идём не спеша от ворот до царских апартаментов и убиваем тех, кто будет пытаться нам помешать. Или представляет угрозу удара в спину. Скрыт не нужен. При том количестве магов, что мы видели во дворце, Поиском Жизни нас всё равно быстро вычислят или действующие сигнальные амулеты в этом помогут, а мы лишимся возможности оперативно восполнять свои резервы. К тому же, я хочу, чтобы свидетелей нашей неубиваемости и мощи оказалось как можно больше. Думаю, Леофира мы застанем ещё в спальне — венценосные особы, как и все аристократы, не любят рано вставать.

— Твои, даже когда ты отсутствуешь, поднимаются в семь-восемь. Сама свидетель.

— Это другое. Понимать надо, — усмехнулся каким-то своим воспоминаниям Олег, — При Таркском и Сааронском дворах, кстати, такая же картина. Чек с Улей стараются мои порядки копировать даже в мелочах. Клемения с Иргонией тоже хотели изменить распорядок жизни в своих дворцах, но им возникшая утренняя суматоха самим стала мешать спать до десяти-одиннадцати, и они эту реформу свернули. Но мы сейчас о Парсанском дворце. Так вот, доходим до Леофира. Его не убиваем. Сначала. Я ещё хочу с ним накоротке пообщаться. Может и оставлю в живых, если в этом увижу хоть какой-нибудь прок. Вот, собственно, и всё. Уходим через дворцовый портал. Есть другие предложения?

У Вики имелся другой, ещё более простой, вариант их действий, который она рассматривала недели полторы назад — не заходя даже на территорию дворцового комплекса, нанести мощные удары Огненными Штормами. Госпожа Тень примерно прикинула в какое количество энергии им такой армагеддон обойдётся. На то, чтобы разрушить самые насыщенные Сферы — до двух третей резерва одного из них, а на полное уничтожение, превращение в пыль и пепел резиденции царя хватит и четверти. Заклинание Огненного Шторма само по себе очень разрушительное.

Такая демонстрация силы псковского императора запомнилась бы на века и оказала бы гораздо больший эффект, чем задуманное соотечественником, но когда повелительница Ордена представила сколько погибнет совсем непричастных людей, то поняла, что на подобное ещё не готова. Таларея её изменила конечно, однако бездушной тварью она не стала и, надеялась, что не станет.

— Нет, других предложений нет. Принимается твоё. Эй, иди сюда! — позвала Вика разносчика, а когда мальчишка подбежал, раскатала стопку медных монет, которые тот приносил как сдачу с трёхлигрового серебряка, — Где ещё два солигра, поросёнок?

Тот посмотрел на медяки с тупым выражением лица, но блеснувшее в глазах лукавство показало Вике, что обсчёт был намеренным.

— Пощадите меня, госпожа, — упал раб на колени, — я ещё плохо считаю. Не губите, не говорите хозяину.

— Выкладывай на стол, что скрысятничал, — нахмурилась попаданка.

Получив от мальчишки недостающие пару солигров, земляне вышли на улицу.

— Могла бы уж и простить прохвоста, не обеднела бы, — заметил Олег, показав рукой направление их движения.

— Ага, сейчас, разбежалась, — буркнула Вика, — Мне не жалко. Я ему пятак хотела дать. Не в пятак поросёнку этому, а именно пятак солигров. Только не люблю, когда меня держат за дуру даже во время моего инкогнито. С какой стороны пойдём в гости? С этой?

— Ты чего? Такие важные особы как мы должны являться исключительно с парадной.

Наверное, Олегу не стоило напускать на себя демонстративно важный вид, потому что с направлением движения её друг, этот величайший государь, маг, боец и мудрец, ошибся. На углу ограды царской резиденции земляне наткнулись на команду замызганных, ободранных рабов, чистивших образовавшийся затор в сточной канаве, выводившей отходы жизнедеятельности парсанских правителей и их обслуги. Разливавшаяся вокруг огромная лужа нечистот воняла как-то по особенному остро.

Мелкий дворцовый распорядитель — если судить по его одежде — со всей дури колотил одного из рабов, вымещая на валявшемся скрючившись несчастном невольнике своё недовольство порученной работой.

Вика искоса посмотрела на соотечественника и решила претензий ему не предъявлять. В конце концов, согласно той же греко-римской, скандинавской, славянской, тюркской или какой ещё иной мифологии богам свойственно часто ошибаться. И Воин Олег тому подтверждение.

Площадь перед дворцом уже наполнилась народом. В самом её центре готовили дрова у большой железной бочки, не догадываясь, что сегодняшнее запекание преступника или преступников не состоится.

— Вы видимо ошиблись, белолицые, — обратился к приближавшимся попаданцам гвардейский десятник у парадных дворцовых ворот, — Трактир на другом краю площади.

Климат во многом диктовал свои моды в одеждах. Вот и парсанские гвардейцы носили вместо обычных штанов укороченные, со штанинами до голеней и шире раза в два привычных Вике. Не галифе, а скорее шаровары, только из магически Укреплённой кожи, как и валанийские солдатские куртки без воротов.

Копья десятник и три рядовых гвардейца держали в руках, а вот щиты сложили у воротных стоек.

— Нет, мы не ошиблись, — ответил псковский император и отсёк головы ему и стоявшему рядом караульному.

Вика одного из своих противников проткнула, а второго разрубила сквозь левое предплечье и вслед за другом перешла в режим ускорения.

Оказавшись внутри ограды, попаданцы оставили за спиной линию первой, самой насыщенной Сферы. Следующая находилась на вершине парадной лестницы. Кинувшихся к ним с мечами наголо от караулки троих вояк и похмельного, но героического дворянина можно было бы прибить и магией, но друзья тратить резерв не стали. Пять секунд и в дополнение к предыдущим четырём образовалось ещё четыре, а Олег с Викой уже поднимались по лестнице, переступая через ступень к очередной паре гвардейцев у дверей, выставивших вперёд копья и не ставших выходить из-под защиты следующей Сферы.

Госпожа Тень легко одним клинком увела копьё солдата в сторону, а другим рассекла караульному пах.

Стоявший рядом с гвардейцами лакей встал на колени ещё до того, как вооружённые гости дошли до подножия лестницы. Рабов войны и сражения никак не касались.

Двери пришлось распахивать псковскому императору лично.

— Прошу за мной, мадам.

— Благодарю, мой командир.

От момента появления Сфорцевского Чудовища со спутницей в периметре дворца прошло меньше минуты — так быстро, слаженно и эффектно сработали гости, но в огромном фойе царской резиденции уже начала подниматься суматоха. Кто-то увидел смертоубийство гвардейцев из окна, и под сводами не слишком длинного, но очень широкого зала раздавались крики и громкие женские визги.

Последнее в качестве оружия противника попаданцы не рассматривали, а зря — у Вики чуть не заложило уши.

В фойе солдат не оказалось, зато несколько придворных щеголей проявили удивительную отвагу, не раздумывая бросившись с дуэльными или парадными мечами на Олега. Скорее всего, их храбрость проистекала из того, что они просто-напросто не осознавали, с кем им придётся иметь дело.

— Вика, на тебе маг, — бросил команду земляк.

Он оттолкнул с дороги вопившую пожилую скво, как землянка в шутку стала про себя называть валаниек, перепрыгнул через уткнувшегося головой в пол лакея и кинулся на дворянчиков, словно газонокосилка на заросший бурьяном палисад.

Был ли оказавшийся перед госпожой Тень маг дежурным или случайно сюда забрёл, но попаданка увидела в магозрении свечение его внушающего уважение большого резерва.

Этот старик не дотягивал магической силой до возможностей Эрны лишь совсем немного. И всю свою энергию он направил в конструкт созданной вокруг себя Сферы. Вика могла его защиту пробить, только пришлось бы затратить добрую половину запасов резерва. Поэтому, использовать заклинания попаданка не хотела.

Её противник, весь вложившись в создание Сферы, решил атаковать гостью с помощью амулета, в котором Оболочка сохраняла Молнию.

И на Вике, и на её соотечественнике имелись Щиты — Динамический и Магический — и никакие одиночные, даже очень мощные удары пробить их не смогли бы, только расслабляться, полагаясь на это, повелительница Ордена и не думала.

Ускорением уйдя от брошенного в неё заклинания, госпожа Тень кувырком оказалась возле старика и, ещё не поднявшись, отсекла клинками обе ноги мага в коленях, а, вскакивая, вонзила меч ему в сердце, превратив истошный утробный крик врага в хрип агонии.

Мчавшийся старику на подмогу молодой, разодетый павлином дворянчик быстро сориентировался и устремился назад быстрее, чем бежал вперёд. Задумавшись лишь на секунду, попаданка решила, что от этого хлыща ждать удара в спину не следует, и вместо того, чтобы пронзить его стрелой льда, лишь слегка подпалила ему Пламенем задницу.

— Ты уже без моей помощи разобрался, — громко, чтобы быть более слышной, чем истошные женские визги, сказала Вика подойдя к соотечественнику.

— Разве тебя удивляют воинские качества того, за кого ты собралась замуж? — Олег очистил меч и дагу сворованным у неё приёмом — с помощью Воздушного Потока.

— А я собралась?

— Разве нет? Ладно, потом это с тобой выясним. Вперёд! То есть, наверх!

Прыжком они оказались на последнем этаже, на лестничной площадке. Переместиться дальше им помешало активированное заклинание очередного артефакта Сферы.

Как бы быстро ни действовали земляне, шум из переднего зала привёл в броуновское движение обитателей дворца. Дураками парсанцы не были и быстро сообразили, кто нанёс им визит.

Главное, Дальновидение показало Вике, что и в апартаментах царя началась суматоха, и следовало поторопиться, чтобы не гоняться за Леофиром по лабиринтам подземелий. Поймать-то царя будет не сложно, только вот время лишнее потратишь и в паутине весь перепачкаешься.

За линией магической защиты уже выстроились с десяток гвардейцев и откуда-то из глубины коридора бежали на помощь ещё.

Ждать команды от земляка госпожа Тень не стала, буквально ввинтившись в узкий промежуток между двумя вояками, разбив им кулаками с зажатыми в них мечами переносицы и вспоров бока.

От направленного ей в лицо меча Вика ушла уклоном влево и отрубила кисть гвардейца, державшую оружие.

Тем временем Олег тоже сбил часть своих противников и вместе с соотечественницей оказался внутри защитного заклинания, чем тут же воспользовался, запустив Цепь Молний.

Попаданцам ущерб от дружественного огня не грозил, и через миг в отрезке коридора они остались одни на ногах.

Погибли почти два десятка вояк, маг, так и не успевший бесполезно использовать артефакт с Замедлением, и раб-водонос, на свою беду оказавшийся в ненужное время, в ненужном месте. Олег, похоже, чуть переборщил с запиткой конструкта. У жертв его Цепи Молний кровь сочилась не только из носов и ушей, но и из глаз.

— Не отставай, — соотечественник прикоснулся к её плечу, — Впереди ещё одна Сфера. Последняя.

Они не стали использовать Прыжок — на тридцать шагов это было бы глупо — а просто пошли ускоренным шагом.

— Не последняя. Крайняя.

— И ты у нас этих глупых суеверий придерживалась?

— Если бы придерживалась, здесь не оказалась.

— Страшная перспектива. Без тебя я бы тут реально однажды крышей поехал.

— А ты уверен, что со мной будет легче?

Ответа она не дождалась, потому что впереди их ждали сразу три одарённых. Не таких сильных, как тот, которого Вика прикончила в фойе, но действующих совместно и весьма слаженно.

Определив её друга как главную угрозу они одновременно нанесли по нему сразу по два удара каждый — личными заклинаниями и амулетами.

Рассчитывая гарантировано убить своего врага, парсанские одарённые полностью вложились в атаку, не оставив ни капли энергии для своей защиты. Они действительно не могли даже представить, против какой могучей силы решили выступить в бой. За что сразу поплатились.

Их совместный удар вряд ли ослабил Магический Щит императора хотя бы наполовину, зато его одновременные Стрелы Льда пробили сердца всех троих, оборвав их жизни.

На этом препятствия на пути землян не закончились. Позади тел убитых магов из дверей показались два здоровенных — хорошо за два метра — одетых в позолоченные доспехи великана. Вика даже охнула от восхищения ими.

Когда на второй день знакомства госпожи Тень с королевой Тарка Гортензия с гордостью продемонстрировала своего огромного лакея, Вика про себя только фыркнула. На Земле мужчины такого роста редкостью не являлись. Любая баскетбольная или волейбольная команда состояла в основном из них. Так что, тщеславие Олеговой наставницы попаданка понимала, однако не разделяла.

Сейчас же, повелительница Ордена подумала, что хорошо бы было на пороге своих апартаментов иметь таких вот высоких и мускулистых красавцев. Рабы-мулаты, которые у неё были — это совсем не то.

Отвлечённые мысли промелькнули в её голове за доли секунды и сразу же исчезли. Во-первых, она теперь не одна, а реакцию Олега на её обнимания с ассасином Вика хорошо запомнила, во-вторых, земляк разобрался с магами, значит правильно будет, если с бронзовокожими гигантами разберётся она.

Подпрыгнув и крутанувшись юлой, госпожа Тень отсекла с плеч головы своих несостоявшихся бодигардов.

— Что дальше, мой начальник?

— Дальше? — вздохнул Олег, будто бы вагон с углём лопатой разгрузил, а не устроил побоище кучке недоумков, — Дальше то, ради чего мы и пришли.

Для большего эффекта двери царских апартаментов он выбил магией воздуха.

Глава 19

— Не смейте сюда входить! Без моего соизволения! — закричал со страхом в голосе тридцатилетний мужчина появившимся незваным гостям.

Он стоял возле огромной как поле аэродрома кровати в одних подштанниках и выглядел довольно нелепо. Густая чёрная шевелюра на голове у него сочеталась с безволосым телом.

Сомнений в том, что это и есть царь Леофир, правитель одного из двух самых могущественных государств Валании, у Вики не возникло. Кроме него в спальне находились только лакей и две служанки, мгновенно бросившиеся на колени и уткнувшиеся лбами в пол — их разборки господ не касаются.

Правда, раб, оказавшийся всего в шаге от попаданки, посчитал, видимо, что опасность слишком близко, и поднял голову, чтобы уползти в сторону, но госпожа Тень несильным ударом ногой в лицо заставила его принять прежнее положение. Она не хотела, чтобы кто-то, пусть даже такое полуживотное, увидел её лицо не в суматохе боя с приличного расстояния, а вблизи.

— Поздно, мой венценосный собрат. Мы уже вошли, — уведомил коллегу земляк, — Ты одевайся. Не нужно тут передо мной голым торсом блестеть. Не волнуйся, я подожду. Уля, сестрёнка, — обратился он к Вике, — позаботься, пожалуйста, чтобы нам никто не помешал.

— Зачем ты пришёл ко мне, Олег?! — Леофир вновь попытался напыжиться и придать себе гордый вид, но его голосовые связки предательски выдавили петушиный вскрик.

— Зачем? — Олег, удивлённо посмотрев на молодого царя, сделал пару шагов в сторону, — Я думал ты меня пригласил, направив на порог моего дома своих гонцов в магически Укреплённых доспехах, со щитами, копьями, мечами и боевыми амулетами. Нет? Я всё неправильно понял? И это, не смущай мою скромную сестру, накинь уже на себя что-нибудь.

Вика, хмыкнув, пинками выпроводила в коридор служанок и лакея, покинувших спальню на четвереньках, по команде землянки вскочивших и пустившихся бежать, как только оказались за порогом.

От большой прихожей перед опочивальней царя в разные стороны вели два коридора. В одном из них, том, что был частью апартаментов, и в комнатах вдоль него Дальновидение показывало паническую беготню придворных и прислуги. Никакой угрозы оттуда ждать не следовало. А вот в восточной части, откуда пришли земляне, начали собираться организованные отряды воинов, усиленные магами. Вика видела только передние ряды, но магия ей подсказала, что там собралось уже почти полсотни врагов.

В мужестве парсанцам не откажешь — участь своих товарищей они наблюдали, с кем им придётся сейчас столкнуться, догадывались, тем не менее, не убегали из дворца, а пытались прийти на выручку своему монарху.

Гвардейцы уже были прикрыты Сферами, слабенькими, правда, зато сразу тремя, выставленными друг за другом.

Вика создала два конструкта Воздушного Потока, напитала их, не израсходовав на оба и десятой части энергии своего резерва, после чего с интервалом в секунду нанесла удары.

Первым Потоком она сбила всю хлипкую, относительно её силы, защиту отчаянных храбрецов, а вторым устроила настоящий торнадо от передней линии гвардейцев и до самого конца коридора вдоль всего восточного крыла дворца.

Устроенный госпожой Тень цунами на локальном участке произвёл катастрофические разрушения. Не только повылетали двери всех комнат вдоль коридора, но и в самих помещениях всё перевернулось вверх дном, а окна выплеснулись наружу осколками мозаик, словно после мощного взрыва внутри здания.

Вояки и маги были разбросаны и унесены изломанными куклами в самый конец дворца. Никто из них не имел ни единого шанса выжить.

Повелительница Ордена могла бы использовать менее разрушительную магию, но ей хотелось присутствовать на беседе земляка с Леофиром, и чтобы больше никто её от этого занятия не отвлекал. После устроенного ею убийственного смерча, парсанцы не скоро придут в себя.

— Там всё нормально, Уля? — задал ей вопрос Олег, когда она вернулась в спальню.

Смысла дальше разыгрывать из себя сестру императора Вика уже не видела. Никого, кроме царя и его гостей в опочивальне больше не было, а оставлять Леофиру жизнь соотечественник вряд ли будет.

Да, Олег не видел решений военных и политических проблем только лишь за счёт устранения вражеских лидеров. Во-первых, их слишком много и не все в зоне лёгкой досегаемости, замучаешься за ними бегать по континентам, во-вторых, на смену одним придут другие, или вовсе возникнут сетевые структуры с множеством руководящих центров, в-третьих, не с кем станет устанавливать условия долгосрочного мира, а, главное, объективные исторические процессы не зависят от воли отдельных личностей. Откажись Леофир участвовать в нападении на Тарпецию, значит, это сделал бы вместо него уже другой царь Парса.

Вика не совсем была согласна с земляком, однако и не спорила. Ей ясно было одно — на данный момент, пока псковским императором не одержаны очередные убедительные победы на полях сражений, договариваться с Леофиром просто бессмысленно. Царь будет не в состоянии выполнить любые свои обещания, даже если очень захочет. Руководство Союза его просто проигнорирует.

Был ещё шанс, что Олег прихватит царя с собой для будущих политических торгов и интриг, но госпоже Тень в это не сильно верилось.

— Всё хорошо, мой любимый брат.

Раз земляк хочет продолжать напускать тумана о своей спутнице, то Вика не стала ему мешать. Она полукругом обошла Олега и успевшего неряшливо одеться парсанского правителя и встала возле окна.

— В ногах правды нет, — сказал император царю, — Давай что ли сядем. О делах наших поговорим.

— О чём мне с тобой разговаривать, Сфорцевское Чудовище? — с надрывом произнёс Леофир, тряхнув своей густой копной волос, и не делая ни шага к стоявшему возле дверей столу, за который уже по хозяйски уселся соотечественник, — Хочешь меня убить? Так убей! Только запомни, с этой поры не будет тебе покоя. Ни от моих вассалов, ни от моих союзников. Мы ничего не предпринимали против тебя!

В окно Вика увидела арку портала, и магическая площадка в этот момент начала работу. Кто-то из царских сановников довольно быстро сообразил, как можно получить подмогу. Наверняка открыли путь в Аргон. Будут пытаться вызвать на помощь боевых магов — без них здешние гвардейцы больше не сунутся сражаться с гостями. Дураки закончились. Только вот, вряд ли валанийские одарённые сейчас поблизости от портала. Поди, на север торопятся, отпинать бедолагу Сертина Третьего.

— А ведь он нас, Олег, за дураков считает, — усмехнулась повелительница Ордена, — Думает, мы поверим, что в их планы только захват нищего Аргона входит. И ещё он кроме одежды амулет со Сферой на себя нацепил. И включил. Убейте, говорит. Лукавый обманщик. Желает смерти на словах, на деле же шкурку свою пытается защитить.

— Я вижу, — ответив землячке, Олег ещё раз показал царю рукой на стул, — Хочешь ты или не хочешь, а ответить на ряд моих вопросов тебе придётся. Ты ведь понимаешь, что амулет тебя нисколько не защитит?

Чтобы его слова были убедительней, император разрушил Сферу вокруг Леофира и Пламенем сжёг до костей левую ладонь царя, расплавив заодно имевшихся на ней три золотых перстня, каплями соскользнувшими на ковёр.

— А-а-а-а, — завопил тонко царь, и тут же смолк.

Долго истязать болью своего венценосного собрата земляк не стал, тут же восстановив утраченную конечность.

Вика имела богатейший опыт исцелений и знала, что лечебная магия такой силы, которая возвращает части тела, вызывает у пациента огромную эйфорию, близкую к оргазму. Так что, у царя получился мгновенный переход от адских мук к большому наслаждению.

Попаданцам для формирования конструктов заклинаний не требовалось помогать своему сосредоточению пассами рук или пальцев. Леофир, не увидев таких движений у Сфорцевского Чудовища, метнулся взглядом к его спутнице, но и та стояла, заложив руки за спину, чуть раскачаиваясь с пяток на носки, и смотрела холодно-равнодушно.

Было видно, как правитель Парса словно бы сдулся. Больше не выделываясь, он подошёл к указанному ему стулу, сел и спросил:

— Что ты хочешь от меня узнать, император?

— Вот, уже лучше, — похвалил царя земляк, — А знать я хочу всё. Знание — сила. Согласен? Для начала расскажи мне о планах союза в отношении Тарпеции, и имеют ли к участию в них наши с тобой коллеги из Крина и Ороса. Если имеют, то какое.

К разговору Вика прислушивалась, но особо в него не вникала и подробности не запоминала. В конце концов, это касается империи, и Олег лучше неё разберётся, что нужно делать. Она же всегда поможет, если потребуется, при том, что у неё и свои дела есть.

Разговаривая накануне со своими ребятами в госпитале, госпожа Тень придумала неплохую идею, как улучшить сбор интересующей её информации. Мысль Вики оказалась очень простой — построить рядом с оминским порталом город для азартных игр.

Люди в Таларее любят рисковать деньгами, так почему бы не предоставить им возможность делать это в комфорте? Да, места вокруг оминского портала заболочены, так и Лас-Вегас строили не в самой благоприятной природной зоне — жара и пески — что помехой отнюдь не стало.

С графиней Нальей договориться проблем не составит, Вика для неё не простая подруга, а очень полезная — по настоящему любимый супруг Нальи, годившийся своей жене в отцы, ведь не просто так выглядит теперь сорокалетним, абсолютно здоровым красавцем. Так что, графиня не только легко уступит госпоже Тень кусок своих болот, но сделает это бесплатно.

Пусть ниндзя Олега из ведомства генерала Агрия бегают по разным странам и континентам, собирая нужные их императору сведения, а ассасины Вики будут получать информацию, работая обычными портье в гостиницах или крупье в казино.

Почему-то госпожа Тень не сомневалась, что её ребята станут получать сведений ничуть не меньше разведчиков земляка.

С рулеткой в Таларее вряд ли развернёшься — одарённые клиенты смогут мошенничать, помогая шарику занять нужную ячейку, но ведь и кроме рулетки есть масса азартных игр, как местных — кости, бобы и прочее, так и земные, которые Вика помнила. В общем, блэк-джеком и шлюхами она аристократов, банкиров и прочих богатеев обеспечит. А строительством фешенебельных гостиниц, мюзик-холлов, спортивных арен и казино утрёт соотечественнику нос.

Псков прекрасен — спору нет, только градостроительные идеи одним только ампиром и имперской помпезностью не ограничиваются. Есть и более современные стили. Неоновые огни реклам пока не реализуемы, но её земляк электричество получит, а значит появятся и световые табло.

Размышления о будущем таларейском Монте-Карло не помешали повелительнице Ордена ни следить за происходящем на улице, где через открытый портал уже появились первые два десятка всадников без мага, ни восхищаться умелым ведением беседы Олегом.

Она шутливо подумала, что он ей соврал про своё студенческое прошлое. Скорее всего, Олег был на Земле следователем — так умело он не давал Леофиру юлить, уходить от вопросов или пытаться что-либо скрыть.

Пусть царь был старше императора на шесть лет, опыт государствннного управления и политических интриг у него имелся поболее, чем у Олега, вот только не средневековому уроженцу пытаться превзойти человека информационной эпохи. Земляк выпотрошил Леофира, как опытный повар рыбу.

— Я сегодня же издам указ и отзову своих воинов и флот с твоего материка! — вдруг заявил Леофир.

У Олега к тому времени уже закончились вопросы, всё, что ему надо было знать, он выяснил, и сидел, явно размышляя — Вика это чувствовала — о том, как ему поступить с правителем Парса. Царь тоже понял, что решается его судьба, а потому и поспешил дать обещание, которое гарантированно не смог бы выполнить.

Зря дурачок так сделал, усмехнулась про себя Вика — вранья и предательства Олег очень не любил. Если у землянина ещё оставались какие-то сомнения в дальнейшей участи венценосного собрата, то после его слов их не осталось.

— Не отзовёшь, — поморщился попаданец.

Короткий, сильный удар Воздушным Потоком остановил сердце парсанского монарха.

Вике этого молодого мужчину совершенно не было жаль. Сам напросился, к тому же, о некоторых его мерзких пристрастиях попаданка имела представление.

И всё же она порадовалась, что по обычаям местной аристократии супруги спят раздельно. Убивать ещё и царицу Хатмиран не пришлось.

За себя и Олега госпожа Тень давно решила, что если им доведётся жить вместе, то у них не будет никаких раздельных спален и оповещений через слуг, что благоверный соизволит вскоре явиться для исполнения супружеского долга. Нет, они станут жить, как нормальные люди.

— Что там за толкотня в дворцовом парке? — Дальновидение позволяло Олегу наблюдать увеличение количества людей, не подходя к окну, — Не иначе ещё не потеряли надежду найти на нас управу?

— Мужественные люди, — подтвердила предположение земляка Вика, — гонят через портал, кого смогли найти поблизости. Нашли немного. Значит меньше очередных трупов после себя оставим. Знаешь, что мы забыли ещё сделать в Парсе?

Олег подошёл к ней и обнял, уткнувшись носом в её висок.

— Что?

— Апельсинов нового урожая набрать, — Вика посмотрела на друга снизу вверх, — В парке несколько деревьев со спелыми плодами. Наберём перед дорогой?

— Ребячество и пижонство, — улыбнулся император, — Лучше купим через торговцев. До Нового года это ушлое сословие разберётся как извлекать прибыли из прихотей владык. Пойдём прибьём врагов, и я провожу тебя на Алернию.

— Не нужно. Не заплутаю. Попрощаемся здесь. Говори мне тёплые слова перед расставанием. Не забудь отметить мои ум и красоту. И добавь, как будешь без меня скучать и ждать с нетерпением встречи.

— Ну, вот. Только хотел всё это сказать, а ты с языка сняла.

Оба попаданца понимали, что ближайшие годы у них вряд ли получится подолгу проводить время вместе. У каждого имелось своё обширное хозяйство, требующее постоянного присмотра и управления. Взаимопомощь сильно поможет и уже помогает в делах, но основную нагрузку всё-таки каждому из них предстояло нести индивидуально.

Из Парса Олег собрался отправиться в Линерию и Руанск, чтобы подстраховать отряды своих ниндзей, которые должны будут совершить диверсии против правителей тех государств.

На взгляд Вики, соотечественник слишком уж зациклен на своём стремлении обеспечить эффективное функционирование всех структур Псковской империи без его личного участия. Логику Олега она понимала, но считала этот его подход преждевременным. Он ведь не завтра и не послезавтра собирается покинуть Таларею.

Как бы то ни было, советовать она ему ничего не стала. Олег отправляется по своим делам, она по своим. Расстаются всего на пару недель. Вика пообещала вскоре вернуться на Тарпецию.

— Я или ты? — спросила она у Олега, — Разреши мне. Всё же я домой возвращаюсь, а ты продолжишь воевать. Эх, мужчины. Нет бы у ног любимых женщин сидеть, так нет же. Война, политика, служба.

— А кто семью кормить станет? — поддержал шутку Олег. Им не хотелось расставаться, вот и говорили друг другу всякие глупости, — Ладно, давай ты.

Он согласился, чтобы с парсанцами, собиравшими силы у дворца, расправилась госпожа Тень.

Уничтожать всех солдат и магов, готовивших штурм дворца, смысла не имелось. Вика ударила по участку парка возле портала Цепью Молний, не пожалев заполнить конструкт заклинания почти половиной энергии своего резерва.

Она сама не ожидала получившегося результата. Наверное сам эллинский бог-громовержец Зевс не мог бы сотворить подобного. От мгновенно вспыхнувших сотен молний ослепли глаза, пришлось мгновенно их исцелять.

— У наших Щитов, оказывается, есть уязвимость, — спокойно сказал Олег, обняв её сзади ладонями за талию, — Только сейчас сообразил. От светового излучения не защищает ни Магический, ни Динамический.

Весь парк был усыпан обгорелыми трупами людей, дымились мгновенно вспыхнувшие деревья — участь апельсиновых, на которые пару минут назад положила взгляд Вика, не была исключением, а в воздухе остро пахло озоном. Запах сожжёной человеческой плоти до окон третьего этажа ещё не добрался.

— Век живи — век учись, — госпожа Тень и сама не подумала, как на неё с Олегом подействует вспышка, иначе предупредила бы о необходимости зажмуриться, или меньше энергии бы использовала, — Путь свободен. Прыгаем?

Олег попытался отправить её первой через портал, но тут Вика упёрлась. Земляк пока ещё не был знаком с ослиным упрямством, порой одолевавшим его соотечественницу, а она не спешила до сегодняшнего дня с таким своим качеством знакомить, но рано или поздно императору всё равно пришлось бы с этим столкнуться.

— Иди уже, — Вика крепко поцеловала земляка в губы.

Когда Олег исчез с портальной площадки, отправилась под арку и госпожа Тень.

После тёплого воздуха Валании родная Алерния встретила вернувшуюся путешественницу порывом холодного ветра.

— Госпожа!

К повелительнице Ордена поспешал Алек. Вика сама распорядилась организовать возле пространственной площадки два поста — один явный из десятка рыцарей с обслугой, а другой скрытный из пятёрки ассасинов, если вдруг понадобится за кем-нибудь тайно проследить, только не ожидала, что сам магистр воинов будет здесь дежурить.

Своё недоумение этим фактом она и выразила:

— Ты-то что тут делаешь? Других дел нет, как меня караулить?

— Я только сегодня приехал, — начал оправдываться Алек, глядя преданно на госпожу, — Проверить, как мои устроились.

Вика хотела было, как раньше, дружески обнять соратника, но вспомнила о данном самой себе обещании и ограничилась пожиманием предплечья магистра.

— Проверил? А теперь мне коня. Полцарства за коня. Поедем в Омин. Ты со мной. И возьми ещё парочку парней для солидности. Навестим Налью. Давно с графиней не виделись.

Глава 20

Одноимённая с названием королевства столица Тарка, некогда известная как Плавий, начала уплывать вниз под дирижабль правительницы Саарона.

Уля некоторое время через иллюминатор полюбовалась видом города, уже накрывавшегося покрывалом сумерек, и посмотрела на свою наставницу, соратницу и друга.

— До сих пор получаю удовольствие от взмывания в небо, — сказала сестра императора с улыбкой, — И не первый год уже пользуюсь дирижаблем, и перелёты делаю часто, а всё равно, как будто бы в первый раз.

— Значит, полюбила небо, — понимающе кивнула королева Тарка, — Теперь и не привыкнешь. Живёшь ведь, считай, здесь, — Гортензия коротким жестом руки показала на салон аэростата, — В королевство к себе хоть изредка наведываешься?

— Почему изредка? Неделю или две каждый месяц провожу, — королева Саарона вновь взглянула через стекло вниз, но уже ничего, кроме пятен костров, на которых сжигали десятки участников очередного заговора, не разглядела, — У меня ведь тоже не спокойно. Хотя бунтовать стали заметно меньше.

Уля до сих пор так и не привыкла к своему монаршему статусу, что нисколько не мешало ей твёрдой рукой поддерживать порядок в доставшемся ей владении. Как ей и говорила Гортензия, без жёсткости править невозможно, но любая суровость должна быть разумной и восприниматься подданными как справедливая.

Иногда, впрочем, правительница Саарона срывалась. Это происходило тогда, когда её предавали те, кому она доверяла ответственные участки работ и обеспечивала всем необходимым, включая личную мотивацию для каждого — деньги, владения, титулы, награды. И всё равно, нет-нет, то один, то другой, начинали воровать или, того хуже, плести заговоры, а иногда и вступали в сговор с иноземными врагами. Тогда она пощады не ведала.

— Олег не написал тебе, когда вернётся? — Гортензия взяла у своего огромного раба завтрашний номер еженедельника «Новости Тарка», но читать пока не стала, положив перед собой на стол, — Нашёл время нас оставить. Он же с Викой вместе отправился?

— Нет, в телеграмме ничего такого не было, — Уля пожала плечом — жест, давно подсмотренный и перенятый у брата, — Написал, чтобы я подстраховала войско на время его отсутствия и чтобы тебя с собой взяла в лагерь первой армейской группы. Там посланники от Серина и Божественной ждут.

В телеграмме Олега указывались также имена представителей Аргона и Хадонской империи, но произносить их Уля не стала, она и так покраснела. От девичьей привычки пунцоветь щеками и ушами при эмоциональных переживаниях Уля так и не смогла избавиться. Всегда по доброму завидовала своей наставнице, которая, наоборот, бледнела.

— Да, мне он тоже телеграфировал про графа ри Щонга и маркиза ни Ловена, — Гортензия при произнесении титула Орро чуть улыбнулась — чувства своей воспитанницы к доверенному лицу Агнии она хорошо знала, — И ни слова, куда, насколько, зачем и с кем опять от нас убежал. Правда, из нашей последней беседы, я поняла, у них общий замысел с Викой. Ну, вернутся, надеюсь, расскажут. Она тебе не нравится? — неожиданно спросила наставница.

— Кто?

Стюард вместе с Улиной рабыней и богатырём Гортензии зажгли все фонари в салоне, поэтому, повернув голову к иллюминатору, сестра императора увидела в нём только отображение своего лица — за бортом уже наступила ночь.

— Я тебя спросила про Вику, Уля.

Прислуга удалилась в центральную часть аэростата, где пятёрка ниндзей охраны королевы Саарона увлечённо играла в нарды.

Уля ребятам разрешала это полузапрещённое развлечение, но только при условии, что их начальство — а личные телохранители всех первых лиц империи подчинялись теперь графу ри Нерову — об этом не узнает.

Лешик, правда, и сам являлся большим любителем нард, предпочитая их полюбившимся королевам Тарка и Саарона шахматам, но подчинённых, если те попадались на участии в этой игре, ругал.

— Я не знаю, Гора, честно, — Уля ответила искренне, — Конечно, нам её помощь будет кстати. Она, она ведь как мой брат. И у неё тоже не видно магической ауры. Мне не нравится другое. Что кто-то, оказывается, может быть таким же сильным, как наш Олег. Наверное я скажу глупость, мне кажется, что Вика ему дорога не меньше, чем мы все его друзья вместе взятые. Почему так? Они ведь недавно только узнали друг друга? Или и прежде были знакомы, но брат от нас это скрывал? Вряд ли. Я помню, ты всегда говорила, что у каждого из нас есть свои маленькие тайны, только это-то ведь не маленькая. Вика настолько могущественна, что, если мы в ней ошибаемся, это может нам…

— Олег не ошибается, — прервала повисшее на пару секунд молчание Гортензия и придвинула к воспитаннице наполненный служанкой перед уходом бокал вина, — Я имею в виду насчёт Вики. Мы же это не раз обсуждали.

Конечно же, никто из близких друзей императора не ставил под сомнение его право хранить в секрете их общие с госпожой Тенью тайны, тем более, Уля, которая всем хорошим в своей жизни была обязана любимому кровному брату. И всё же, как бы то ни было, почти каждая беседа соратников Олега так или иначе возвращалась к теме алернийской гостьи.

Гортензия достаточно убедительно утверждала, что их друг-император и повелительница Ордена родом из одного места. Страна ли это, а может не известный на Тарпеции остров, закрытый пеленой какой-нибудь магии, а не исключено, что и целый континет — не знали ведь долгие века о существовании Игласии и Гретвира, небольших южных материках? — главное, Улина наставница не сомневалась, что Олег и Вика обладают не только одинаковыми возможностями в магии и боевых искусствах, но имеют и общие знания или даже воспоминания. Гортензия умела услышать даже то, что не произносилось, и всегда была внимательна, хотя могла казалатья при разговоре беспечной.

Соратники с доводами самой рассудительной из них согласились. Только не Уля. Потому что королева Саарона совершенно случайно узнала подлинное прошлое своего брата.

— Да, обсуждали, — королева Саарона отпила из предложенного бокала, — И готова стать Вике подругой и помощницей. Только, позволь, я всё же буду немного настороже.

— Ты ещё не хочешь спать? — спросила наставница, — Я пойду почитаю.

Гортензия потянулась, грациозно как кошка, и встала. Её гигант уже приготовил хозяйке постель.

У правительницы Тарка пока ещё не имелось личного дирижабля, его только заложили на аэроверфи в Распиле, так что, она часто перемещалась вместе с Улей, и у неё в этом салоне давно имелось своё спальное место.

Купленные недавно королевой Саарона детские рассказы про Незнайку и его друзей неожиданно увлекли мудрую Гортензию, и она отложила их себе почитать на время полёта, заодно с прихваченными из дворца документами, газетами и книгами по истории.

— Успею выспаться, — улыбнулась Уля.

Лететь им предстояло ночь — день — ночь — и ещё почти целый день. Можно было бы добраться и побыстрее, если бы сестра императора использовала своё заклинание Воздушного Потока, но она этого предпочитала не делать, сберегая ресурс оболочки аэростата. Пусть ткань магически Укреплена, однако перемещаться владетельнице дирижабля приходилось так часто и на такие большие расстояния, что изнашивались даже самые крепкие материалы.

Имелась и ещё одна причина — Уля во время перелётов отдыхала от постоянных трудов. Пусть кто-то думает, что магическая или моральная усталость не сравнятся с физической, она на собственном опыте знала, что это не так.

Будучи вечно недокормленной девочкой-посудомойкой в замке Ферм, Уля чувствовала себя менее изнурённой, чем сейчас, когда стала королевой и главной магиней империи. Зато теперь добрая Билина не хлещет её за проказы мокрым полотенцем по спине или попке. Так что, жаловаться не стоит.

— Не против, что я пока себе возьму? — одна из первых соратниц и главная советница императора повертела в руках очередное его сочинение с изображением на обложке мальчишки в забавной шляпке, — Пару страниц глянула, и затянуло.

— Конечно не против, — легко согласилась Уля, — У меня ещё есть с собой про приключения Незнайки на Луне, ну, в другом мире.

— В другом мире? — Гортензия усмехнулась и качнула головой, — Ох, и выдумщик наш Олег. Зачем бы Семеро создавали ещё один мир? Какой в этом имелся бы смысл?

Она кинула книгу с еженедельником на свою постель и прошла в хвост салона, чтобы привести себя в порядок перед тем, как улечься.

Хозяйка аэростата прижалась носом к самому стеклу иллюминатора и только тогда смогла разглядеть внизу огоньки какого-то городка или поселения. По времени, это, скорее всего, Тир-Линос, где она три месяца назад возводила большую узловую станцию рельсовой дороги. Пока там была всего одна ветка, но в следующем году брат хочет проложить через неё более короткий путь из Глатора в её королевство.

Обернувшись и проводив взглядом и улыбкой вернувшуюся Гортензию, которой Улина служанка стала помогать переодеваться в ночную одежду, сестра императора вновь прижалась к холодному стеклу.

Она вспомнила обстоятельства и редкий случай, которые позволили ей узнать, откуда в её жизни и судьбе друзей появился Олег.

В самом начале сентября она строила дамбу для отвода русла реки Качелма, каждую весну заливавшую шахты, где начали добывать никель, этот совершенно бесполезный металл. Уля думала, что Олегу не стало хватать меди, и он решил чеканить из него тугрики, но никелевую руду стали отправлять к Веде, а уже полученный после выплавки металл — в Промзону, Распил и Рудный.

Зачем это нужно, Уля выяснять не стала. Олег просто так делать ничего не будет. Видимо, никель ему для чего-то понадобился. Если уж брат свинцу нашёл массовое применение, то и здесь будет польза.

Укрепив часть дамбы, королева Саарона приняла предложение распорядителя работ воспользоваться приглашением местной владетельницы погостить в замке. Помыться в бане, попробовать угощения.

Так Уля и познакомилась с баронессой Ганией, а наутро и с приехавшей к ней дочерью баронессой Конерией, владетельницей соседнего поместья.

Обе женщины оказались очень гостеприимными и приветливыми. Почти сразу же, что бросилось Уле в глаза — заметное очень немногим — это то, что старшая из баронесс явно прошла через Омоложение, и обе через Исцеление.

Женщины охотно поделились с известной венценосной гостьей историей своей жизни. О том, как Семеро неожиданно проявили вдруг свою милость, послав им, влачившим жалкое существование сервам, вначале доброго и справедливого хозяина, давшего им свободу, а затем и возможность своей честной службой в провинциальной канцелярии имперского министерства торговли получить дворянство и даже владения с титулом.

История показалась Уле настолько нелепой и удивительной, что придумать такое мог бы только Олег. Однако, врать женщинам не имело никакого смысла, и они в это время воочию находились перед императорской сестрой, являясь зримым, неоспоримым подтверждением своих слов.

Ещё когда Уля делила постель со своим другом детства, Нечай как-то с досадой пожаловался ей, что в условиях острой нехватки ниндзей, ему приходится порой задействовать их в ерундовых заданиях вроде присмотра за безопасностью каких-то двух скромных женщин, только ведь с императором не станешь спорить.

Уля вспомнила свой давний разговор с Нечаем именно в тот момент, когда осознала, что за заноза впилась в её мозг — Гания и Конерия очень сильно походили на Олега!

Когда же женщины проговорились, что у них был сын и брат Ингар, трагически погибший, утонув в Ирмене, последние сомнения в истинности своей догадки у Ули исчезли. Её любимый братик Олег в прошлом жалкий серв.

Уля, хоть никогда и не носила рабского ошейника, всё же хорошо знала по себе жизненную беспросветность, побои и нужду. Теперь ей стали понятны накатывавшие на Олега приступы тоски и боли, отражавшиеся в его глазах. До того, как в Ингара вошёл дух Воина и сделал из юноши-раба величайшего мага, ему пришлось испытать гораздо больше страданий и мук, чем ей.

В сердце Ули любовь к брату, гордость за него и восхищение его делами потеснились, дав место и жалости.

Королева Саарона дала себе слово, что никогда и никому, включая самого Олега, не расскажет о том, что ей стало известно. А Гортензия пусть считает императора приехавшим из дальних краёв чужестранцем. Это никакого вреда не несёт. Насчёт же Вики, нужно будет внимательней присматриваться и делать выводы.

— Хозяйка, постель готова, — доложила рабыня и в страхе отшатнулась, увидев злость на повернувшемся к ней лице госпожи.

Всем была хороша Сигона, но так и не научилась понимать, когда хозяйку можно отвлекать от её мыслей, а когда нет.

Уля на секунду, как учила Гортензия, задержала вдох, потом выдохнула, и желание отхлестать дуру прошло. Служанка ведь хочет угодить.

— Хорошо, — королева Саарона поднялась с кресла, — Убери со стола.

Со временем прибытия Уля рассчитала почти точно. В начале девятого вечера они с Гортензией увидели под собой идеально ровные ряды армейских палаток и шатров. Сверху хорошо были видны дорожки, плацы, столовые с дымками полевых кухонь над ними, тренировочные полосы, конюшни, уборные, защитные сооружения, склады и многое другое.

Если псковская армия где-то останавливалась надолго, то её лагерь превращался в настоящий город, в котором поддерживался образцовый порядок. Шатры и палатки часто изнутри обшивались ещё и досками.

Уля пыталась такого же стандарта добиться и в своём сааронском ландвере, но пока не получалось — плетей и палок оказалось для этого недостаточно, требовалось ещё иметь опытных, умелых командиров, с чем были серьёзные трудности, брат не стеснялся самых толковых забирать в имперские полки.

Аэростат снизился к земле у северных ворот лагеря, куда уже спешил десяток верховых с запасными лошадьми, чтобы встретить гостей.

— Командующему доложено. Он сейчас проводит совещание. Велено вас встретить! — браво отрапортовал молодой — едва за тридцать — полковник егерей.

Обращался он к Гортензии, но полные обожания и преданности взгляды бросал на королеву Саарона.

Уле такое отношение давно было хорошо знакомо. Полковник наверняка из тех, кто и повоевал под её началом, и имел возможность поздороваться со Смертью, пока императорская сестра не оттащила его от той черты своей магией исцеления.

— Полковник? — вопросительно посмотрела на него Уля.

— Олнен, госпожа, — расцвёл тот лицом, — Я не генерал Ковин. Меня вы не помните.

Произнесённая офицером её собственная старая шутка подняла королеве Саарона настроение, а заодно подсказала, что полковник из бывших бригадных латников, иначе ту её фразу он бы ни разу не слышал.

— Не помню, действительно, — засмеялась Уля, — Олнен? Теперь постараюсь не забыть. Почему стал вдруг егерем?

Обе королевы легко вскочили в сёдла, словно бы родились в ахейских лесо-степях. На ниндзей сопровождения привести коней никто не догадался, и им предстояло немного пробежаться трусцой.

Офицер с ответом на вопрос императорской сестры задержался — удивился, как та догадалась, что он из латников.

— Когда был на курсах по совершенствованию командного состава, — он поехал между двумя королевами, на половину лошадиного корпуса чуть впереди них, — начальство заметило, что я неплохо держусь в седле, и отец был лесничим баронства. Вот и предложили поменять алебарду на палаш.

— Что там за совещание идёт? — поинтересовалась Гортензия.

Кавалькада уже проехала ворота и двинулась к высокому холму по усыпанной гравием дорожке. Из палаток выскакивали вояки и с искренним восторгом приветствовали королев.

Конечно, Уля понимала, что солдаты и офицеры радуются не прибытию Гортензии. Присутствие императорской сестры для вояк означало и мощнейшую магическую защиту и исцеление в случае ранений. Олег называл такое рассчётливое отношение иноземным словом меркантилизм.

— Совещание — не совсем точно, госпожа, — поправил свой предыдущий доклад полковник, — Скорее, обсуждение общей ситуации. Там кроме вашего мужа участвуют графы ри Неров и ри Крет, оба посланника — вы ведь знаете, что здесь представители Агнии и Сертина? — и герцог ре Фильнорен. Его направила сюда королева Иргония, чтобы он разобрался с тем, что творилось в её полках.

— Кто виноват, и что делать, — хмыкнула королева Тарка, повторив одну из фраз императора.

В голове Ули принялись метаться мысли о том, как ей лучше предстать перед Орро. Надменной королевой, сильной магиней и сестрой императора или весёлой, дружелюбной давней знакомой.

Когда они подъехали к шатру командующего, оттуда доносилось красивое мужское пение тремя-четырьмя голосами:

— Чёрный ворон, что ж ты вьёшься над моею головой. Ты добычи не дождёшься — чёрный ворон, я не твой.

— Мой, когда перепьёт, всегда эту песню затягивает, — поморщилась королева, соскакивая на землю, — Олег много нового и интересного придумывает, но иногда мне его убить хочется.

— Да ладно тебе, — хихикнула Уля, — Чек всегда меру знает. А с гостями выпить сами Семеро велят, — заступилась она за маршала.

Сумбур в её сознании исчез. Она уже решила, что строить из себя надменную особу не станет. А с Орро нужно поговорить откровенно в ближайшие же дни.

Пусть он считает её слишком молодой для себя, пусть его тянет к себе прошлое — воспоминания об убитой заговорщиками любимой семье, пусть на нём ярмо преданности императрице Агнии, Уля не хочет его уступать никому и станет бороться.

Глава 21

Зря Гортензия хмурилась на своего венценосного супруга. Да, маршал Чек был слегка навеселе, но в полностью здравом уме. А то, что растрогался почти до слёз, как и все сидевшие за столом в штабном шатре аристократы, так песня про ворона к тому располагала.

Лешик вообще смотрел на окружающее абсолютно трезвым взглядом, хотя его лицо и изображало большую степень опьянения.

Единственный, кто из присутствоваших мужчин действительно окосел от выпитого, так это аргонский посланник граф ри Щонг, двадцатидвухлетний напыщенный аристократ, щуплый как воробышек, сверстник своего короля и его близкий друг.

Когда во время представления королевам Саарона и Тарка он подошёл к ним с поклоном и глубоко выдохнул, у Ули сложилось впечатление, что ри Щонг сегодня здесь вообще не ел, а только пил.

Конечно, Уле хотелось бы оказаться за столом рядом с маркизом ни Ловеном, но ей по статусу пришлось занять место между маршалом Чеком и графом ри Неровом.

Она доброжелательно улыбалась всем присутствующим, вежливо смеялась над скользкими шутками Лешика, улыбалась дружеским словам короля Тарка, внимательно слушала разговоры о происходящих в Аргоне и вокруг него событиях, на Орро старательно не смотрела, но обострённым восприятием, которому научил её брат, наблюдала за каждым жестом и мимикой полюбившегося ей сильно-сильно хадонского маркиза.

— Я надеялся, мудрая королева, что с вашим прибытием хоть что-нибудь прояснится относительно планов Пскова, — с грустной улыбкой произнёс посланник Божественной Агнии, — Ваш драгоценный супруг так за эти дни, ни мне, ни любезному Тюру ри Щонгу, ничего конкретного не сказал.

— Дорогой Орро, мы давно уже на ты. Так ведь? — Гортензия чуть склонила голову в сторону маркиза, — И здесь мы в кругу друзей. К чему эти витиеватые официальные обращения между старыми приятелями?

На самом деле наставница не считала Орро ни Ловена другом. Более того, воспринимала его как одного из самых своих опасных соперников на дипломатическом поприще, хоть он и представляет формально союзную империю.

— Ты права, Гортензия, — согласился маркиз, — Тем горше видеть туман недоверия между нами. Я в восторге от того воинства, которое твой супруг маршал Чек собирает под свою руку, оно уже впечатляюще. Даже без тех полков, что ещё на марше. Вот только, нам с графом хотелось бы получить ответ, можем ли мы уже в ближайшее время рассчитывать на помощь этой великолепной армии?

— К сожалению, — улыбка наставницы была сладкой как мёд, — Об этом может сказать лишь сам император Олег. Мы же до его прибытия с тобой и графом должны заранее обсудить различные ваши предложения на тот или иной порядок действий Пскова. Чтобы наш государь мог рассмотреть уже подготовленные варианты и выбрать тот, который больше отвечает интересам срединной империи.

— Враги уже жгут наши города! — выкрикнул Тюр ри Щонг, дёрнувшись и едва не опрокинув рюмку кальвадоса на колени сидевшего рядом бирманского герцога, в основном молчавшего и съедавшего бОльшую часть того, что рабыни подавали на стол, — Сколько мы ещё будем ждать?!

Чек, Гортензия и коллега аргонского графа по посольскому поприщу маркиз Орро уже несколько раз вежливо осаживали бестолкового Тюра, однако тот был слишком возбуждён. Не стоило наливать ему выдержанный императорский кальвадос — подумалось Уле — ри Щонг и без этого особым умом не отличается.

По всей видимости, круг доверенных людей у короля Сертина Третьего крайне узок, раз прислал по важному и ответственному дипломатическому делу столь негодного исполнителя. Такой больше испортит, чем добьётся необходимого. Графу просто повезло, что он сейчас в одной связке с посланником Божественной, иначе Чек его бы ещё четыре дня назад выпроводил. Сестра императора нисколько в этом не сомневалась.

— Ждать будем столько, сколько нужно, — осадил коллегу маркиз Орро.

— Мой король не может долго! — чуть не задохнулся Тюр, — Хватит кормить нас обещаниями. Сначала я ждал во дворце Иргонии. Приехал сюда — и здесь не могу получить ответа!

— Не забывайся, граф, — набычился король Тарка, — Здесь твоему государю никто, ничем не обязан.

— Не обязан?! — возмутился посланник Сертина, — А кто разозлил валанийцев, напав на них в Растине? Ваш император!

— Успокойся, мой друг, — Орро ни Ловен крепко взял ри Щонга за запястье, — Если бы дело было в том разгроме, то гости явились бы в республику, а не в Аргон.

— Я бы посоветовала тебе, граф, — спокойно сказала Гортензия, — Научиться держать себя в руках. Честное слово, если ты позволишь себе при нашем правителе вести себя подобным образом, Аргон однозначно не получит от нас никакой поддержки. Ни военной, ни денежной, ни политической, ни поставкой оружия или продовольствия с фуражом. Вообще никакой.

Слова ли королевы Тарка подействовали или пыл графа остудила железная хватка коллеги, но он замолк и, надувшись как индюк, выпил до дна полную рюмку кальвадоса.

Уле пришлось отвернуть голову к плечу графа ри Нерова, чтобы скрыть смешок, вызванный воспоминанием об одной из фраз брата: наберут детей в армию и не кормят. Эти слова ей показались весьма подходящими по отношению к ри Щонгу.

— Ого, Уля, — изобразил удивление Лешик, — Ты научилась читать мысли, прекраснейшая из государынь? Я не успел произнести придуманную только что шутку, а ты уже над ней смеёшься.

В подготовленный для неё шатёр Уля направилась, когда уже стемнело. Наставница, разумеется, оставалась ночевать с мужем, но вышла её проводить.

— Приходи с утра к нам, — сказала Гортензия на пороге Улиного жилья, — позавтракаем вместе. Потом прогуляемся по окрестностям лагеря.

— Я приду после завтрака.

Главная имперская магиня прекрасно понимала, что королевская чета Тарков, несущая на своих плечах огромный груз забот, ценит любую возможность побыть наедине друг с другом, и не хотела им лишний раз мешать.

— Как хочешь, — улыбнулась мудрый дипломат.

Она поцеловала воспитанницу в щёку, благосклонным кивком попрощалась с парой караульных у входа и направилась обратно. Совещание ещё продолжалось.

Олег добился почти полного отсутствия в войске обслуги из некомбатантов, и воду королеве Саарона для помывки натаскали солдаты хозвзвода. Уля и сама бы могла её нагреть заклинанием Пламя, но парни сделали это в походной бане.

Нежась в тёплой воде, закрыв глаза, в большой лохани тёплой воды и не слушая болтовню глупой служанки, жалующейся на недостаточное оснащение шатра, Уля придумывала повод, чтобы завтра днём зайти в гости к Орро. Он наверняка обрадуется — вон, как ласково на неё посматривал. Любовался поди.

— Рот закрой уже свой, — смыв дорожную усталость, Уля вылезла из полевой ванны, — или я тебе его ниткой велю зашить, — она часто завидовала брату, имевшему такую замечательную молчаливую служанку как Мона, — Полотенце где, дура?

Хотя в голове у королевы Саарона крутилось множество мыслей, уснуть у неё получилось как всегда быстро. Брат давно научил Улю считать барашков до ста. Может это и смешно, но ей действительно помогало. Ни разу даже до восьмидесяти в счёте не доходило.

У сестры императора и его армии давно существовала взаимная любовь. Совместные походы и общие победы только укрепили эту связь. Среди ветеранов многие были обязаны ей не только здоровьем, но и жизнью, не говоря уж о том, что военные успехи часто являлись во многом Улиной заслугой.

В том, как обращаться с офицерами или с простыми солдатами, она брала пример с Олега, держалась просто, но с достоинством. Уля не была добренькой, и трусов или мародёров без сомнений отправляла на виселицу, а разгильдяев, неумех, лентяев или пьяниц — под палки, однако никогда не позволяла себе барствовать, выплёскивая на подчинённых своё раздражение.

А ещё она очень любила приготовленную в полевой кухне кашу. Такую ни во дворце, ни на костре не приготовишь — разваристая, настоящее чудо. И, как говорил Олег, всегда надо знать, что едят твои солдаты.

Поэтому, с утра в сопровождении ниндзей императорская сестра отправилась верхом к ближайшей солдатской столовой.

— Угостишь, Гай? — спросила она, спрыгивая с коня.

Майора-интенданта, в запарке прибежавшего встречать королеву Саарона, Уля помнила ещё лейтенантом. Четыре года назад он был заместителем командира хозроты и отличился со своими кашеварами-арбалетчиками при ликвидации прорыва врага в тыл пехотного полка.

— Конечно, госпожа! Угощу! Как ты любишь, мясной кашей с развара! — покраснел от удовольствия офицер, польщёный, что сестра государя, великая магиня его помнит.

— Не объедим мы с ребятами ваших орлов?

— Да что вы, королева, всё готовится с запасом. В добавке никому не отказываем.

Как раз одним едокам подошла на смену рота других. Это были вояки одного из тех пехотных полков, что входил в войско Ули, когда она ещё носила титул имперской графини. Восторгу солдат присутствию с ними за столами великой магини не было предела. Хорошо, что на их аппетите это никак не сказалось — им ещё сегодня предстояло немало трудов.

Убеждённость императора, что бойцы не должны быть праздными, воспринималась имперскими офицерами как руководство к действию. Помимо ежедневных тренировок и учений, псковская армия на постое никогда не прекращала совершенствовать места своего расположения. Как утверждал великий псковский государь, у совершенства пределов не существует.

Позавтракав — каша действительно оказалась замечательной, как всегда у войсковых поваров — Уля вернулась на штабной холм, где присоединилась к Чеку, с которым отправилась наблюдать учебный штурм полевых укреплений, а затем форсирование реки вброд с переходом в атаку.

Гортензия осталась с посланниками, Лешик тоже, хотя и порывался составить компанию маршалу. Отсутствие с ней графа ри Нерова вызвало у Ули некоторое облегчение — он давно знал об её чувствах к маркизу Орро и их очень не одобрял, если судить по его ироническим замечаниям, бросаемым вскользь. Лешик сегодня тоже не упустил бы возможности опять дать волю своему сарказму, и прибить негодяя было не за что, он всегда пользовался двусмысленностями — хочешь, так трактуй, хочешь, этак.

Одну из рот латников, не уложившуюся в норматив по бегу по пересечённой местности, маршал отправил на копание выгребных ям для пехотного полка, прибытие которого ожидалось завтра утром.

— Тебе наверное скучно будет целыми днями со мной, — Чек подъехал к Уле и успокоил своего закружившегося коня, — Гора занята будет. Олег непонятно, когда вернётся. Слушай, может для тебя охоту организовать? Егеря тут видели следы лосей. Километрах в десяти отсюда.

— Спасибо, Чек, я найду, чем заняться. Да и не так уж мне скучно с тобой, — засмеялась она.

Уля в этот момент придумала повод навестить Орро. У него ведь всегда при себе фолиант или два старинных рукописей. Вот она и зайдёт попросить дать их почитать. Он же не знает, что у неё в багажном отделении аэростата полно книг. А потом можно будет прочитанное обсудить. Мужчины любят объяснять и поучать, а Уля умеет внимательно слушать.

Возможность наведаться к любимому человеку у главной магини империи появилась только за час перед ужином. До этого времени посланники обсуждали с Гортензией всевозможные детали будущих соглашений, хотя, о чём можно было договариваться с графом ри Щонгом, Уля представляла с трудом — дорвавшийся до дармового качественного кальвадоса Тюр уже за обедом плохо владел языком. И в своём дворце, и в императорском она видела много разных иноземных дипломатов, но такого безответственного и глупого — впервые.

Посланники и их свиты разместились в одном большом шатре у южного склона штабного холма.

Ри Щонг прибыл в империю в сопровождении трёх дворян и старого мрачного слуги, а Орро ни Ловен имел при себе пятерых солдат и трёх рабынь. Судя по ладным фигуркам и симпатичным личикам этих девушек, они заодно служили и для телесных утех посланника Божественной.

Уля к такому относилась спокойно — мужики в этом все одинаковые — и ревновать к жалким существам не собиралась. В конце концов, любить-то Орро станет лишь её!

Такому видному, умному, надёжному, сильному и отважному мужчине, как он, мелкие грешки вполне простительны. Она даже не хочет смотреть на то, что Орро годится ей в дедушки, и Омоложение никак не сказалось на выражении его мудрых, всегда чуть уставших глаз.

— Маркиз у себя? — спросила Уля юного аргонского дворянина, стоявшего на входе в шатёр для посланников.

Когда тот повернулся, стало ясно, что он под стать своему начальнику любитель выпить. Просто таким кальвадос не всегда достаётся, а вино, эль или сидр действуют на организм слабее.

— Ик, — от неожиданности икнул он, расширившимися глазами уставившись на красивую гостью, — К-королева? Д-да, он у себя.

Дворянин попытался сделать шаг ближе к Уле, но один, точнее, одна из ниндзей тут же мягким шагом лесной рыси оказалась из-за спины своей госпожи оказалась между ней и аргонцем.

Конечно, великой магине ничто не угрожало, тем более, что на ней теперь всегда висели два подарка новой Олеговой знакомой — амулеты с Магическим и Динамическим Щитами — но у охраны имеются свои обязанности.

— Спасибо, Жу, — поблагодарила Уля ниндзю и вошла в шатёр.

Одна из рабынь проводила её в комнату, где у маркиза был оборудован кабинет, в котором имелись стол, лавка перед ним и вещевой сундук.

— Рад вашему приходу, королева, — маркиз накинул на себя камзол, валявшийся на сундуке и не застёгиваясь отвесил учтивый поклон, — Чем могу помочь такой прекрасной гостье?

— Да ну тебя, Орро, — выдавила из себя смешок Уля и уселась на освободившуюся поверхность громоздкого, обитого бронзой ящика, — Каждый раз встречаешь меня так, как будто бы мы ни разу не общались.

Сердце у неё колотилось сильнее и чаще обычного, а уши и щёки находились в полной готовности предательски покраснеть. Она всегда при встрече с маркизом ни Ловеном наедине очень волновалась. Хорошо, что в комнате царил сумрак — свет шёл только от узкого оконца — и волнение императорской сестры разглядеть было трудно.

— Так положено, Уля, — Орро улыбнулся и сел на лавку, положив локоть на стол, — Я же не знал, в каком статусе ты явилась — моей приятельницы или королевы Саарона.

Она оказалась права — у посланника Агнии имелись при себе труды древних историков. Одному из фолиантов вообще было больше четырёхсот лет, а описывались в нём события пятнадцативековой давности, о временах Норского государства, полулегендарного, включавшего в себя территории нанешних Хадона, Саарона, Геронии, Винора, части Тарка и Растина.

Когда маркиз бережно листал пергамент манускрипта, Уля уже сидела с ним рядом, но не столько слушала, сколько наблюдала за Орро, любуясь его чеканным, мужественным профилем. И он это заметил.

— Может нам лучше поговорить откровенно, Уля? — маркиз закрыл книгу и посмотрел ей в глаза, — С каждым разом ты всё меньше меня слушаешь, а всё больше витаешь в своих мыслях. Я тебе нравлюсь, великая магиня, королева Саарона, сестра императора?

Этого вопроса она ожидала давно. Не задай Орро его сейчас, Уля вскоре сама бы пришла к нему с уже готовым у неё ответом на него. И всё-таки смутилась. Ответить не смогла, только кивнула.

— Значит правда? — вздохнул посол Божественной Агнии, — Я иногда думал об этом, только не мог поверить. Сколько тебе, Уля? Мне кажется, нет и двадцати двух?

Императорская сестра опустила голову. Рой её мыслей крутился вокруг одного столба, и этот центральный стержень содержал лишь одно — наконец-то свершилось. Пусть не словами, а жестом, она призналась Орро в своих чувствах. Её губы смогли разомкнуться:

— Да, — тихо вымолвила она, — То есть, нет. Нет двадцати двух. Но так ли это важно? Что значит разница в возрасте, если есть Омоложение такой мощи, как у моего брата?

Маркизу пришлось чуть наклониться, чтобы увидеть её лицо.

— Своего отца ты ведь вообще не знала? — спросил он.

Уля сразу поняла, что имеет в виду хадонский аристократ. Он думает, что её влечёт к нему чувство девочки, ни разу не видившей, но всегда мечтавшей найти своего папу. А это же не так! Орро нравится ей именно как мужчина. И отец Уле не нужен. Пусть он сдохнет, если ещё не сдох. Выросла она без него и проживёт хорошо.

— Я не…, — Уля нашла в себе силы посмотреть прямо в глаза маркиза, — Нет, не знала. Если ты думаешь, что…

— Прости, Уля, — он накрыл её руку своей, — Я не готов пока к такому серьёзному разговору. Зря я тебя спросил. Ещё раз прости. Давай поговорим о нас с тобой позже. Когда наступят более спокойные времена. Хорошо? А пока, если я тебе действительно нравлюсь, помоги мне.

— Чем, Орро? — неожиданно она почувствовала облегчение от того, что долгожданная, но сложная беседа переносится на потом. Не только маркиз ни Ловен оказался к ней не готов, — Мои возможности не малы, и я готова их использовать, чтобы оказать тебе поддержку.

Хадонец поднялся, переступил через лавку и оказался за спиной королевы Саарона.

— Ты знаешь или догадываешься — Гортензия ведь с тобой откровенна — насколько серьёзны намерения Пскова насчёт королевства Герония. Скажи мне, есть ли надежда у нашей коалиции получить поддержку твоего брата, если моя Божественная государыня не согласится с разделом?

Сказанное маркизом было настолько чудовищно по сути, что смысл его слов не сразу до неё дошёл. Уля повернулась к нему головой и туловищем с растерянной улыбкой на губах. И только тогда, когда она увидела его внимательный взгляд, её накрыло понимание. Он же хочет, чтобы она предала Гортензию, брата, любимый Псков, Саарон, всех своих друзей!

Маркиз ни Ловен в этот миг стоял в шаге от смерти и задумчиво кивнул своим мыслям при виде вспыхнувшей на лице королевы ярости.

Конструкты боевых заклинаний Пламени, Молнии, Стрелы Льда, Мёртвой Петли и Шара Холода, которые Олег научил её создавать без использования жестов и пассов руками, сменялись в сознании Ули одно за другим, но никакое из них она так и не напитала своей магической энергией. Убить Орро у неё пока не хватило сил. И вовсе не потому, что он являлся послом, а из-за того, что слишком уж глубоко пустила в ней корни привязанность к этому омоложенному старику.

Вскочив, она быстрым шагом ушла от того, кого хотела бы видеть рядом с собой всю жизнь. На выходе из шатра на её пути вновь оказался юный аргонский дворянин, машинально протянувший руки к внезапно появившейся королеве.

Уля сделала юнцу подсечку и ударом ладони в грудь отправила его кувыркаться, хватая при вращении пыль и пожухлую траву.

— Госпожа? — встревоженно спросил командир пятёрки ниндзей.

Но императорская сестра ничего не ответила, устремившись к своему шатру, не глядя по сторонам и ничего не замечая.

В центральной комнате её дожидалась Гортензия.

— Что случилось? — вскочила она, увидев состояние своей воспитанницы.

И вот тут правительница Саарона, самая могучая магиня Псковской империи расплакалась на плече наставницы как молодая девчонка. Об отце Уля действительно никогда не мечтала, а вот мать она давно себе нашла в лице мудрой Гортензии. Мать — это самая лучшая подруга, что-то утаивать от неё императорская сестра не стала. Она рассказала и о своей глупости, и о подлости маркиза.

— Уля, девочка моя, — Гортензия, сидя на соседнем с Улиным стуле, прижимала её к себе и гладила по плечу, — Ты действительно ещё ребёнок. В личных делах и вопросах. Как Олег появится, я ему скажу, чтобы он перестал ставить тебе всё новые и новые задачи.

— Не надо. У нас столько всего ещё нужно сделать…

— Что не надо? Надо. Иначе ты никогда не повзрослеешь. А это опасно и для самого Олега. Тебе нужно общаться с людьми не только по делам или на совещаниях. Ты должна знакомиться со сверстниками, дружить, отдыхать, веселиться. И я тоже хороша. Учила тебя всякой ерунде, а о том, что должны понимать и чувствовать любые девушки и слова не сказала.

— Сказала.

— Нет, не то совсем я тебе объясняла. Вот сейчас ты чего так на маркиза возмутилась?

— Говорю же, он хотел, чтобы я тебя предала! И брата! И…

— Уля, послушай. Если бы старый хадонский интриган, опытный дипломат и разведчик действительно этого желал, то неужели ты думаешь, он бы так топорно попросил тебя напрямую? Ну же, девочка моя, ты ведь умница, сама подумай.

Ласковые и разумные слова наставницы, её объятия успокоили Улю, и она действительно задумалась о странности просьбы Орро. Он же давно знал королеву Саарона и не мог не просчитать её реакцию.

— Значит он…

— Да, да, именно. Ни Ловен тебе зримо показал ту пропасть, что пролегает между вами. Дело ведь не только в возрастной разнице. Хотя и она важна. Маркиз уже вряд ли сможет кого-нибудь полюбить ещё. Все его чувства — в привязанности к памяти убитой заговорщиками семьи и к заменившей её этой кукле, простите Семеро, Агнии. На тебя там просто нет места. Это раз. А второе он тебе сейчас и продемонстрировал. Ну, успокоилась? Иди умывайся и пойдём на северный склон. Герцог нашёл среди своих бирманских вояк двух смутьянов. Им колени и локти перед ужином переломают. Посмотрим. Всё хоть развлечение.

Пережитые эмоции от разрушенных надежд на близость с хадонским аристократом не давали Уле нормально выспаться целых четыре ночи.

На пятый день в лагерь вернулся Олег.

Сначала прилетел голубь от королевы Иргонии с известием о появлении в Бирмане государя, а затем и императорский дирижабль.

— Не сильно тут по мне скучали? — спросил он, оглядывая встречающих его у посадочной площадки друзей и соратников, — Уля, ты чего такая грустная?

— Почему? Всё хорошо, Олег, — она улыбнулась и первой подошла его обнять, — А что за новая конструкция у тебя под салоном?

— Высмотрела-таки, — засмеялся брат, расцеловав её в щёки и нос, — Пока меня не было механики сделали держатели для бомб. Это такие штуки — я тебе потом про них расскажу. Кстати, Чек, — он отпустил Улю и раскрыл объятия маршалу, — от ребят Агрия не поступало каких-нибудь известий, которые я должен знать прямо немедленно?

— Таких не было, но новостей много.

— Ты где пропадал все эти дни? — строго спросила королева Тарка.

— Где я только не был, Гортензия. Поехали в штаб, там всё расскажу.

Глава 22

Стольный город графини Нальи имел форму капли, острым концом которой являлся замок, высившийся на не очень высокой, но с крутыми, почти обрывистыми склонами горе, а сам Омин лежал только с восточной от графской резиденции стороны, словно почтительно распростёрся у ног своей госпожи.

Город выглядел довольно мрачновато, и преобладанием в строительных сооружениях тёмно серого камня-песчаника над кирпичём или булыжником, и хмурыми лицами Нальиных подданных. Её граф-консорт отличался крутым нравом и требовательностью к поддержанию порядка. Нарушителей и преступников в Омине карали ничуть не более жестоко, чем в других местах, но неотвратимость наказаний была практически гарантированной.

Госпожу Тень стража у ворот не признала — не настолько уж облик Вики стал узнаваем даже во Вьежском герцогстве, хотя в Нальино город повелительница Ордена пару раз наведывалась во время мора. Здесь имелся один из лучших по качеству лекарей и травников госпиталей. Всё же в отсутствие телевидения, интернета или газет подавляющее большинство подданных не знали в лицо даже своих короля и герцогиню, что уж говорить о грозной, могущественной магине — где они, а где она.

Тем не менее, начальник караула у ворот препятствовать въезду попаданки и её спутников не стал, махнув рукой перегораживавшему собой башенную арку белобрысому детине в короткой, не по росту защитной куртке с мечом-двуручником за спиной, чтобы вояка пропустил подъехавшую четвёрку приличных дворян.

Проезжая мимо альбиноса Вика с интересом посмотрела на его оружие — такое у местных воинов она видела крайне редко, раза два-три.

— Даже не спросил, зачем мы к графине, — неодобрительно заметил Алек.

— Наверное, это не его дело, — ответила Вика, заворачивая коня на улицу, ведущую к замковой горе.

Дорога сразу начинала идти в подъём, поначалу не крутой. Расположение Омина было удобно ещё и тем, что нечистоты не застаивались в сточных канавах, сбегая почти ручьями в реку Омку, протекающую вдоль всей восточной стены вместо рва.

Попаданка вновь заметила уязвимость города, о которой хотела сказать Налье ещё в прошлом году, да забыла — некоторые вещи, не особо лично для Вики важные, часто вылетали у неё из головы. Решётки, перегораживавшие в нижней части стен сточные отверстия, основательно проржавели, и случись под Омином оказаться врагам, они смогут этим воспользоваться для проникновения в город.

— Герцогиня здесь! — магистр рыцарей показал пальцем на вершину донжона, где вместе со штандартом графства сейчас колыхался на ветру стяг Вьежского герцогства.

— Кажется, я знаю, чего вдруг Урания сюда явилась, — кивнула госпожа Тень.

Перед замком дорога резким изломом становилась гораздо круче. Вике подумалось, что выпадай в королевстве Датор снег, здесь можно было бы устроить замечательные горки и кататься, хоть на санках, хоть на дощечках. Она даже вспомнила, как в восьмилетнем возрасте разбила себе нос и губы, перевернувшись с санок и слетев с накатанной колеи склона.

Повелительница Ордена тряхнула головой, выгоняя земные воспоминания, которые после встречи с Олегом слишком часто начинали её накрывать, и пришпорила лошадь.

В замок их тоже пропустили не задерживая. На этот раз по причине того, что двое из трёх графских дружинников, дежуривших на въезде, входили в число тех, кто сопровождал графиню в её поездках во Вьеж и повелительницу Ордена узнали ещё в полусотне метров до ворот.

Когда попаданка с тройкой своих сопровождающих въехала во двор замка и соскочила с коня, не воспользовавшись для этого подставленной спиной дворового, оповещённые гонцом Налья и Урания со стоявшим за их спинами графом-консортом уже приветствовали свою подругу из окна третьего этажа главного здания.

— Мы сейчас выйдем тебя встретить! — крикнула графиня.

— Сама, думаешь, дорогу не найду? — засмеялась Вика, — Не ломайте ноги. Я быстро.

Взяв с собой только Алека, оставив рыцарей на гостеприимство появившегося у крыльца капитана замковой дружины, попаданка в сопровождении лакея направилась наверх.

Урания, естественно, прибыла в Омин не одна. Помимо разместившихся в городе двух сотен герцогской гвардии при ней находилась свита из десятка придворных и магов и такое же количество слуг, нашедших пристанище в резиденции графини.

К тому же, в государствах Талареи, хоть и господствовал тот же принцип, что и когда-то на Земле: вассал моего вассала — не мой вассал, бароны из владения Нальи, как только узнали три дня назад, что в их провинцию прибыла герцогиня Вьежская, поспешили с домочадцами в Омин, чтобы выразить ей своё почтение, а возможно и выпросить какие-нибудь милость или покровительство для своих детей.

Поэтому, в отличие от предыдущих посещений госпожой Тенью Омина, в этот раз замок Нальи показался попаданке чрезмерно суетливым и шумным.

— Не ожидала тебя в гости, но рада твоему приезду, — сказала хозяйка дома, раскрывая объятия перед гостьей.

— А уж как я рада, — засмеялась герцогиня.

— Вообще-то, я по делу, — призналась Вика, после подруг пожавшись за предплечья с графом-консортом.

В очередном Омоложении муж Нальи, крепкий, могучий мужчина, ещё не нуждался, но попаданка находилась в хорошем настроении, её магический резерв был наполнен до краёв, а супруг подруги ей нравился своей основательностью, порядочностью и тщательно скрываемым тонким чувством юмора. Так что, омолаживающего заклинания тут же при встрече Вика не пожалела.

— Спасибо, — поблагодарил он.

— Пустяки, дорогой Гирш, — отмахнулась госпожа Тень, оглядывая главный замковый зал, в котором толпились мелкопоместные дворяне обоих полов и разных возрастов, демонстративно стараясь держаться ближе к стенам, чтобы не мешать беседе важных особ, и при этом напрягая слух и зрение, не желая упустить не малейшей детали встречи легендарной магини. Пригодится потом внукам рассказывать, — Кого-нибудь представлять мне будете или хватит с них чести знакомства с герцогиней? — уточнила она.

— Если ты не возражаешь, — кивнул граф-регент, — Не здесь, конечно. Тут пока столы накроют.

Торопить события и сразу заводить разговор о делах Вика не стала, согласившись на церемониальные мероприятия, включая и пир в её честь.

Налья понимала, что госпожа Тень заехала в гости не для того, чтобы пировать, поэтому, после завершения выступления жонглёров, оставив во главе праздничного стола супруга и орденского магистра Алека, графиня пригласила подруг в свой рабочий кабинет.

— Подожди, Вика, — в коридоре Урания чуть придержала подругу за локоть, заговорщически посмотрела на хозяйку замка и дала пузатому сановнику своей свиты, вышедшему из зала вслед за сюзереншей, какой-то знак, — Сначала я вручу подарок, который везла тебе в Тень.

Вика не любила сюрпризов, даже о приятных предпочитала знать заранее. Вот и на этот раз, чтобы не обидеть герцогиню, пришлось изображать радость и благодарность, хотя ничего, кроме лёгкого чувства досады не испытала, при том, что стремление Урании часто делать ей приятное конечно же ценила.

— Я знала, что тебе нравится всё необычное, — сказала правительница Вьежа, принимая от госпожи Тень объятия и поцелуи благодарности, — Как увидела, насколько они похожи — я такого ещё не встречала — да ещё сразу троих, так тут же про тебя вспомнила и купила.

Подарок состоял из троих юных — лет семнадцати — близнецов, не очень симпатичных, слабых телом, неграмотных, пугливых и явно глупых. Одно только достоинство, что действительно неотличимы друг от друга. Вике они были совсем ни к чему. Штат обслуги в замке и так превосходил нужное количество. Среди слуг имелись те, кого приходилось мотивировать наказаниями, но от откровенных обормотов Петелия уже избавилась. «Отдам Орвалю в университет — решила попаданка — на что-нибудь сгодятся».

— А ты с чего вдруг решила вернуться ко мне? — поинтересовалась у герцогини Вика, когда они остались втроём в кабинете, прогнав даже Хенту, доверенную компаньонку Урании, — Погоди, дай сама угадаю. Хочешь со мной отправиться в путешествие через порталы?

Аристократки расселись на мягкие пуфы вокруг стола. Попаданка не привыкла, когда сзади нет спинки, но у неё случались ситуации и с более неприятными неудобствами.

— Ты не ошиблась, — кивнула правительница Вьежа, — Антор пока последит за делами. Должен же герцог-консорт и чем-то ответственным заниматься? Вон, у Нальи Гирш всё делает, а мой только охотится, и ладно бы лишь за зверушками. Я вот ещё о чём, Вика. Пока никто не знает, что порталы теперь открылись навсегда, а как узнают, то даже позаброшенные в самых глухих местах станут всем нужны. И дороги туда начнут прокладывать и поселения строить. Мне нужно срочно на оминский портал свою руку наложить, иначе король попытается это сделать.

— Не попытается, — успокоила госпожа Тень подругу, — Есть кому подсказать Гричеру правильный подход. К тому же, даторский король ведь никогда своим герцогам подлинным сюзереном не являлся. Но идея правильная. Я ведь, собственно, тоже сюда по такому же поводу прибыла. Нет, на сам портал не претендую, а вот участок землицы неподалёку мне бы хотелось выкупить.

— Зачем тебе болота? Болотное железо там нашла? — удивилась Налья.

— Вот ещё, — фыркнула попаданка, — Я вам что, рудокоп? Нет. Хочу там городок для отдыха и веселья сделать. Заодно и вам, подруги мои, помощь. Вряд ли кто захочет оспорить ваше право на эту площадку, зная, что там и мой интерес имеется. Мне, кстати, до сих пор непонятно, как будет выстраиваться процесс пользования порталами. Раньше — Флемм мне рассказывал — когда они открывались всего на три с небольшим десятка дней, правители продавали торговым гильдиям время переходов. Сейчас, думаю, происходит то же самое. А что будет, когда до всех дойдёт, что пространственные перемещения — это навсегда?

Ответа на этот вопрос ни у герцогини, ни у графини не нашлось, хотя обе честно старались — Урания хмурила лоб, а Налья рассматривала отблески солнечных лучей на поверхности золотого с бриллиантами кубка, который держала в руке.

— На всякий случай мне надо будет у своей площадки расквартировать пару или тройку сотен егерей, — вслух подумала Урания, — Налья, буду признательна, если и ты сотню из своего полка выделишь. А какой порядок допуска установить, мы вместе позже подумаем. Я могу тебе у Вьежа выделить хорошие участки. Плодородные.

— Не, не надо. Говорю же, мне не овощи выращивать. Хочу сделать так, чтобы к нам в гости прибывали не только жалкие, жадные торгаши, но и высокородные аристократы. Со всех континентов. На отдых и развлечения, включая запрещённые, — Вика подумала и достала из Пространственного Кармана императорский кальвадос, пора было начинать знакомить подруг с Тарпецией, всё равно они сейчас начнут пытать повелительницу Ордена насчёт совершённого ею путешествия.

— Бои абордажных команд до смерти будут? — заинтересовалась Урания.

— О таком ещё не думала, — усмехнулась попаданка, — Но не исключаю. Налья, назови сумму за пять лиг своих болот. Могу прямо сейчас заплатить.

Как Вика и предполагала, владетельница Омина брать деньги наотрез отказалась. Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, графиня вызвала начальника своего секретариата и распорядилась подготовить соответствующий кадастровый документ.

Правда, отделять какие-либо земли от феодальных маноров никто не имел права, даже король — попаданка об этом знала, но как-то упустила из виду — зато в неотчуждаемую аренду на пятьдесят лет с возможностью дальнейшего её продления чиновник обещал пергамент представить через гонг.

— Расскажи теперь, как ты в этот раз отдохнула от нашего присутствия, — попросила герцогиня, — Мы беспокоимся за тебя Вика.

— За меня? — хмыкнула попаданка, — Да я особо-то и не рискую ничем. Ты же знаешь мои возможности.

Урания с Нальей переглянулись, и последняя, не глядя на госпожу Тень, пояснила:

— Мы не про угрозу твоей жизни, Вика. Просто, заметили, что у тебя в последнее время с Дебором…

Графиня не договорила. И так было понятно, о чём подруги тут сплетничали, пока госпожа Тень отсутствовала.

Ещё на Земле Вику злило, когда подруги Галка или Светка лезли к ней в душу. Оказавшись в другом мире, она вместо одних надоед обзавелась другими.

Повелительница Ордена изобразила из себя временно глухую и принялась рассказывать о чудесах Псковской империи. Некоторое представление о жизни на Тарпеции Урания с Нальей уже имели из прошлого общения с Викой, но масштабы деятельности Олега были таковы, что о них можно было говорить очень долго.

В этот раз попаданка сообщила подругам о конкретных планах на ближайшее время. Мастера-типографы начнут свою работу при Орденском университете, а вот часовщики — их земляк выделил сразу три артели — одновременно во Вьеже, Викинге и Акульем зубе.

— Как только первая же бригада у меня освободится, — пообещала госпожа Тень Налье, — так я её сразу в Омин отправлю. Спасибо, что даёшь землю даром, но, ты же меня знаешь, я не люблю оставаться кому-либо должной. Часы тебе и здесь, в замке, и в городе, в башне ратуши, установят бесплатно. Эх, девушки, вы просто не представляете, как это удобно, в любой момент узнать, сколько времени.

— Ещё бы тот круг на десять, а не на двенадцать частей был разделён, — хмыкнула Урания.

— Ну, это уже капризы, моя дорогая герцогиня, — Вика сама налила в золотые кубки кальвадоса, совсем по чуть-чуть, — Вздрогнули? В смысле, пробуем? И расскажешь мне, как там мои родственники поживают. Дядюшка Тугорд как всегда честен?

— Честнее не бывает, — подтвердила владетельница Вьежа.

Все три подруги дружно рассмеялись.

О своих подвигах на Валании попаданка ничего сообщать не стала — Урании и Налье это знать ни к чему. Зато всё, о чём соратницы должны были быть в курсе, включая краткое описание ближайшего круга псковского императора, с которым им предстояло вскоре познакомиться, госпожа Тень сообщила.

Они беседовали почти три часа и выпили половину бутылки кальвадоса — напиток подругам понравился меньше коньяка, или просто так сказали, чтобы не обижать Вику — когда в дверь постучался лакей, присланный графом-консортом сообщить, что во дворе замка состоится разрешённая дуэль между баронетом Таким-то и бароном Сяким-то.

— Вот ещё одно наглядное подтверждение преимущества императорского напитка перед вином, — нравоучительно подняв вверх указательный палец, произнесла госпожа Тень, — После употребления кальвадоса на ссору не тянет. Налья, пусть мне покажут мою спаленку и приготовят мыльню. Смотреть, как два дурака тычут друг в друга мечами, мне не охота. Я лучше книжки почитаю, благо, мудрый псковский государь ими меня обеспечил. И завтра я с самого утра убываю. Налья, пошли со мной землемеров. Мы там сразу на месте обозначим орденский удел.

— Я с тобой еду, — напомнила Урания, — Не забыла?

— Куда же я без тебя. Конечно не забыла. Только мы хоть и поедем сначала к порталу, но пространственными путями отправимся чуть позже, дней через пять. Мне ещё кое-какие дела в Акульем надо будет утрясти. Потом уж нанесём визит во Фридланд. Эрна нас ждёт. Может и тамошнюю герцогиню Жагету навестим.

— Кривуля мне хоть и родственница, но я её с десяти лет не видела, и желания встречаться, честно говоря, нет.

— Вы тут все, смотрю, родственники. Во-первых, герцогиня Адайская давно не кривуля, как ты выразилась…

— Ты мне рассказывала, Вика. Только твоя великая магия исцеляет тело. Вряд ли она исправила её мстительный и злой характер…

— Вы все добрые, — не осталась в долгу и тоже перебила подругу попаданка, — Наговариваешь ты на ваше аристократическое сословие. Поверь, Жагета замечательная женщина.

— Для тебя все будут стараться быть хорошими, — улыбнулась Налья, — Разве что какая-нибудь вовсе неблагодарная овца. Но такие редко встречаются.

— Так, похоже, я вас задерживаю, — Вика добавила в кубки императорского гостинца, — Давайте на посошок, как в Пскове принято, и я пойду мыться и в постель.

В коридоре госпожу Тень, кроме провожатого раба ожидали и трое близнецов.

— Вот и что мне с вами делать? — грустно спросила она, когда подруги поспешили уйти на замковый двор.

Понятно, парнишки ничего не ответили, а лишь с опаской смотрели на каменный пол, словно ожидая, что он пойдёт вдруг трещинами.

В этот момент по лестнице поднялся Алек, торопившийся составить компанию госпоже, но вместо этого, получил распоряжение где-нибудь пристроить близнецов до утра и проследить, чтобы их накормили.

— Лошадей им присмотреть? — спросил, не скрывая досады магистр рыцарей Ордена.

— Вы верхом ездить умеете? — спросила Вика у рабов, а когда те, вжав головы в плечи, ответили вразнобой, что нет, вздохнула, — И тут облом. Видишь, Алек, не нужно. Поедут в фургоне с амуницией гвардейцев Урании. Мы возвращаемся в Тень вместе с герцогиней.

Глава 23

С владетелями Омина госпожа Тень и герцогиня Вьежская попрощались за городскими воротами.

Вика сочла нужным весьма благосклонно кивнуть на прощание и сопровождавшим Налью вассалам графства. Тех буквально распирало гордыней от оказанной им госпожой Тенью высокой чести. Вряд ли кто-то из баронов оминской провинции или их домочадцев понимал, что повелительница Ордена уже через пару часов забудет имена и лица представленных ей накануне дворян — Вика не забивала себе голову информацией, которая ей никогда не потребуется.

— Любит тебя народ, Урания, — сказала подруге попаданка, — Видишь, всем городом высыпали тебя провожать.

Вика и Хента, купленная когда-то госпожой Тенью в этих краях тощая девчонка, ставшая важной особой — наперстницей правительницы герцогства, пристроились по бокам от Урании и вместе с ней возглавили длинную колонну из более сотни всадников и шести фургонов.

Хотя прохладные зимние дожди прибили дорожную пыль, всё равно ехать в середине или, тем более, в хвосте огромной кавалькады было бы не очень комфортно.

Безопасность обеспечивал уехавший почти на лигу вперёд головной дозор из десятка гвардейцев и двоих рыцарей вместе со своим магистром.

Заклинания Дальновидение у Вики и Поиск Жизни у магов герцогини делали авангард не особо нужным, но порядок есть порядок.

— Провожают меня, Вика, а смотрят все на тебя, — Урания навыком обострённого восприятия не обладала, однако боковым зрением примечала всё, словно тот локатор — с раннего детства её учили ходить задрав носик, но при этом не запинаться и видеть окружающих, — Хента, смотрю, ты сегодня вкусного в дорогу с собой ничего не взяла, — хихикнула герцогиня и дружески прикоснулась к плечу бывшей рабыни.

Хента по своему влиянию во Вьеже могла соперничать даже с герцогом-консортом Антором, хотя никаких официальных постов не занимала. Дядюшка Тугорд многие вопросы предпочитал решать именно через неё.

Понятно, за прошедшие годы она разительно изменилась характером — власть и влияние всех меняют, Вика это по себе знала — но две её черты остались неизменными: худоба и прожорливость.

Как в Хенте одно могло сочетаться с другим, попаданка не могла понять. Болезнь исключалась, так как Вика ради интереса использовала на наперстнице герцогини мощное целительское заклинание. Наверное, в Таларее помимо магии возможны и чудеса.

— Я взяла много вкусного, моя любимая повелительница, — компаньонка постучала хлыстом по притороченной сбоку к седлу походной суме, обозначая место хранения названного, — Но есть стесняюсь. Госпожа Тень опять над своей, вечно ей благодарной служанкой насмехаться станет.

— И вовсе я не насмехалась, а завидовала. Ты жуй, не стесняйся.

Дорожные беседы скрашивают время в пути, и молодые женщины этим вовсю пользовались. И не только шутили, но и обсуждали серьёзные вещи. Конечно же, много они говорили о порталах, и о тех возможностях, которые благодаря им появились.

Вике пространственные перемещения позволят наладить оперативное руководство своей структурой. А ещё, попаданка теперь может часто навещать магическое комтурство во Фридланде, и Эрне больше не нужно будет отправлять повелительнице за тридевять земель заготовки из драгоценных камней с готовыми Оболочками, чтобы госпожа Тень поместила там самые великие заклинания — Щиты и Абсолютное Исцеление. Никто из орденских магов так и не смог их освоить.

У Олега сестра как-то умудрилась изучить высшее целительство и Дальновиление, а вот-вот, похоже, станет и обладательницей Сокрытия Ауры, но такая удивительная магическая восприимчивость королевы Саарона, как рассуждала Вика, явилась результатом того, что Уля с самой инициации находилась с землянином много времени вместе. И они часто работали плечом к плечу.

У госпожи Тень не было необходимости иметь рядом с собой Эрну, да и из вонючей ямы она свою соратницу извлекла уже совсем взрослой девушкой, поэтому надежды на то, что её магистр магии сможет повторить успех Ули, у Вики практически не оставалось.

Попаданка обдумывала идею подыскать себе девочку или мальчика, едва только инициировавшихся, и таскать за собой, но пока реализацию этой мысли откладывала. Сейчас ей такая обуза ни к чему, а в будущем будет видно. Впрочем, если бы подруга вместо троицы никчёмных существ подарила вчера ей одарённого ребёнка, наверное госпожа Тень всё же взялась бы за его обучение и воспитание.

— Или всё же заедем ненадолго? Вика? — спросила Урания.

По пути следования к герцогине пытались пробиться местные мелкие дворяне, чтобы предложить своё гостеприимство, но Алек и гвардейский капитан их разворачивали, не допуская до правительницы, чтобы не задерживать движение колонны. О приглашении же барона всё-таки сочли нужным Урании доложить.

— Да ну, и так еле тащимся, — отказалась попаданка, — а ещё и сворачивать на десять лиг в сторону. Я вижу в семи-восьми отсюда большую поляну за деревней. Там и встанем на ночёвку.

Горожане и свободные поселенцы у Нальи имели неплохой достаток, а вот её крепостные и сервы жили так, что могли позавидовать самой неухоженной скотине. О том, чтобы остановиться в самом селе ни у кого даже мысли не возникло.

Шатёр герцогини, один на троих — естественно, Вика и Хента были приглашены составить компанию — разбили рядом с речкой на краю выпаса. Рабы натаскали воды, а госпожа Тень лично её нагрела, так что, путешествие проходило в относительном комфорте.

Портальной площадки они достигли к полудню следующего дня, и хотя попаданка предполагала здесь лишь короткий привал на обед, Урания уговорила её продемонстрировать пространственное перемещение.

Герцогиню сопровождали два мага, и она сама была одарённой, хоть и с маленьким резервом, так что, в принципе, в помощи подруги для активации портала не нуждалась, однако оставлять Уранию в таком деле без своей защиты Вика не хотела. У хозяйки Вьежа имелись амулеты обоих Щитов, они в состоянии сохранить ей жизнь, но не спасут от пленения.

— Могла бы и подождать три дня, — изображая досаду, буркнула Вика, ведя к площадке свою высокородную подругу за руку, словно дочь или младшую сестрёнку, — Всё равно ведь нам скоро к Эрне в гости.

— Сама же мои пороки обозначила ещё давно, — засмеялась герцогиня, вставая в центр обозначенного попаданкой на местности круга, — Любопытство и нетерпеливость. Так ведь?

За подругой попаданка числила и другие грешки, но вслух их не озвучивала.

Хента, насупленная оттого, что её в пространственное путешествие не взяли, выместила злость на конюхе, перетянув его хлыстом прямо по лицу.

— Так и есть, Урания, — согласилась госпожа Тень, — и плохо, что ты эти свои недостатки не пытаешься изжить. Ну, давай теперь, переходи на магозрение.

Герцогиня реально взвизгнула от восторга при виде возникшей в её сознании пространственной голограммы.

— А почему часть светлячков синяя, а часть красная? — спросила она, крепко сжав руку Вики.

— Красные — это те, которые сейчас используются другими магами. Да, быстро народ начал пользоваться порталами. Ну, да, дело-то не новое. Кстати, любой действующий путь другой маг может разорвать и перевести портал на себя. Только для этого потребуется энергии в четыре раза больше, чем тратит тот, кто первым успел. Так что, ты можешь пользоваться сейчас лишь синими точками.

По-сути, возможность обрывать пространственные связи имели только очень сильные маги. Не обязательно такие, как Олег с Викой или Уля с Эрной. Тот одарённый, которого попаданка убила в холле парсанского дворца, без труда прервал бы путь Урании.

— Как думаешь, куда мы отправимся сначала? — волнуясь, спросила герцогиня.

— Не сначала, а вообще, — поправила её госпожа Тень, — хватит нам на сегодня и одного раза. Да у тебя и энергии на много не хватит, моя же мне сегодня потребуется. Видишь, огоньки Валании? Да, что ниже тарпецианских. Вот туда и сходим. Есть там никем не используемый. И на другом материке побываешь, и никто нас не заметит, — она объяснила высокородной подруге, какую из светящихся синих точек имеет в виду и сказала: — Не торопясь, по чуть-чуть начинай подавать на неё магию.

Урания всё сделала правильно, и через секунду они вдвоём оказались там же, где начиналось валанийские приключения землян.

— Ух, ты! Какие деревья! — вскрикнула герцогиня, — Видела? Мне их рисунки показывали!

Вика рассчитывала, что они сразу же вернутся назад, да куда там. Пока Урания не пообнималась со стволами исполинских деревьев и не нарвала каких-то ядовито-ораньжевых цветов — на Алернии-то всё давно пожухло — утащить её оказалось невозможным. И трактор бы в этом деле не помог.

Вернувшись, герцогиня и госпожа Тень дали команду приступить к обеду. Это не касалось графских землемеров, которые ушли намечать абрис будущего орденского города.

После привала, оставив на месте людей Нальи, два десятка гвардейцев и фургоны, колонна вьежцев с госпожой Тень двинулась лесными тропами, уже сильно расширенными, и болотными гатями к Викингу. На половине пути они вышли к строителям дороги.

Объёмами сделанного Вика была приятно удивлена.

— Дубок, я бы тебя расцеловала, честное слово, но дала себе зарок больше мужчин не баловать, — соскакивая с коня, с улыбкой сказала она своему главному лесничему, возглавившему постройку дорог, — Ну, как у тебя? Без происшествий?

Лишний раз демонстрировать всем подряд своё умение создавать заклинания без жестов попаданка не стала. К тому же, Укрепление пассами рук смотрелось эффектней. Хотя и так превращение смеси в магический гранит выглядело грандиозно. Урания с Хентой и все остальные вьежцы, впервые наблюдавшие настоящую огромную магическую мощь великой Тени, минут пять не могли вымолвить ни слова.

Бывший браконьер уже присутствовал при преобразовании глиняно-песчаной смеси, поэтому в ступор не впал.

— Всё хорошо, госпожа. Два дурака, правда, пытались сбежать. Но мы их быстро поймали. Надели кандалы и опять пристроили к работам. Жду твоего решения насчёт них.

— Чего решать-то? — пожала Вика плечами, — Задницы надрать, и пусть дальше пашут.

— А может это, того? — спросил Дубок.

— Чего того? Иди лесом, мой друг. У меня что, людей много? — усмехнулась попаданка, — И я сегодня добрая. Благодаря тебе. Люди нам ещё пригодятся. Нам ещё город строить.

Вике понравилась идея земляка насчёт бригадного подряда, вот только в её условиях она была не реализуема. Где столько мятежников взять, чтобы потом их поощрять свободой за хорошую работу? Придётся работать, как и раньше — питательная кормёжка рабов, ноские, относительно удобные обувь с одеждой для них и телесные наказания лентяям. Ещё конечно инструмент исправный, но с этим и без её вмешательства всегда порядок был.

— Дом, милый дом, — вспомнила попаданка вслух слащавую фразу из американских фильмов, когда показались городские рогатки Викинга.

— Как будто бы и не уезжала, — сказала Урания, — Тебя встречают с большим восторгом, чем меня во Вьеже.

Оповещённые глашатаями с башен горожане действительно, побросав все дела высыпали на улицы, чтобы лицезреть возвратившуюся госпожу.

— Нашла чему завидовать, — фыркнула Вика.

— Я и не завидую. Говорю то, что вижу своими глазами.

В резиденции встретившая госпожу с гостями Петелия доложила, что баня уже готова, но Вика первым делом обратилась к её мужу.

— Крелан, пошли двух голубей во Вьеж. Одного во дворец с известием, что герцогиня у меня, второго Шторму. Пусть сюда опять едет.

— Так он же недавно только туда вернулся? — удивился канцлер Тени.

— Да? Послушай, дорогой ты мой человек, ты считаешь, что у меня память как у рыбки, и я этого не помню? Или ты решил оспорить моё распоряжение?

Вика решила использовать в Таларее опыт Земли, где игровой бизнес находился под бандитской крышей. Нет, от идеи, что в её аналоге Лас-Вегаса будут работать разведчики-ассасины, она отказываться не собиралась. Собственно, для этого весь сыр-бор и затеяла.

Однако, одно другому не мешает. Тем более, что повелительница Ордена почти не трогала преступный общак, и Шторм лопается от денег. Пусть теперь вкладывается в строительство гостиниц, весёлых домов, казино и арен для гладиаторских боёв.

К тому времени, когда она вернётся из своего турне по магическому комтурству и Алапану, её бандит как раз явится в Тень, чтобы получить необходимые указания.

А ещё, во время вчерашней поездки Вике пришло в голову, что можно и рулетку организовать. Защитить шарики от магических манипуляций легко с помощью амулетов Сфер. Дорого, правда, но там и доходы будут не маленькие, а расходы пусть на себя вьежская мафия берёт.

— Прости, госпожа, — повинился Крелан.

— Прощаю, — отмахнулась госпожа Тень, первой ступая на лестницу своего дворца.

— Добрая ты, — высказалась идущая рядом Урания, — я бы ему пару пощёчин отвесила.

— Не надо, — мотнула Вика головой, — он у меня хороший. Только иногда забывается. Крелан, — вновь обратилась она к канцлеру, — Вызови ко мне… хотя, нет. Сообщи в университет, что я завтра в первой половине дня буду у них. Пусть подготовят выставку достижений орденской науки. И соври, что я сильно не в духе, иначе старый брюзга Шленлер и пузо не почешет. Семеро, как я ещё терплю этого козла?

— Опять же осмелюсь напомнить, госпожа, не только терпите, но и Омолаживаете, и Исцеляете, и платите много. А недавно декану лекарского особняк размером с дворец подарили.

— Беда, — вздохнула попаданка.

Конечно же они оба — госпожа Тень и её канцлер — иронизировали. Несмотря на скверный характер Шленлера, повелительница Ордена мудрого лекаря очень ценила. Это её отношение к нему за время борьбы с мором укрепилось твёрже магического гранита.

— Ах, какая прелесть, госпожа! — догнала хозяйку немного задержавшаяся во дворе управляющая, — Трое, и так похожи! Если позволите, я их по одному у дверей буду ставить. Представляете, как гости будут удивляться, что им на всём пути следования по вашему замку один и тот же раб открывает?! — Петелия хихикнула.

— Это нашей герцогине спасибо надо сказать, — ответила Вика, — Только для твоего замысла троих мало будет, а других нет.

— Тогда хотя бы на коридор верхнего этажа поставлю.

— Смотри сама, — согласилась госпожа Тень, — Бегемот мой где?

— Пять дней не появлялся, но вскоре придёт. Он вас чует.

Помывшись в бане и немного отдохнув с дороги, хозяйка замка с подругой и Хентой спустились на личный пляж попаданки.

Зимой не покупаешься, зато Вика научила гостий играть в блинчики или лягушки, запуская прыгать плоские камни по воде. Урания, тем более, Хента раньше о такой забаве не слышали. С девушками ещё увязался и Алек, а попаданка не нашла в себе достаточно чёрствости отделаться от магистра рыцарей. Тот активно искал и подавал подругам подходящие снаряды.

Вскоре к ним спустились великий магистр Лагис с магистрами ассасинов Гнешем и Нюрой, получившим известие о возвращении повелительницы, а ещё через полчаса прибыл мэр Неллграда Рудий с супругой Желой.

Вика уже распорядилась, и рабы накрыли столы под открытым небом. Хоть на улице была зима, но температура оставалась плюсовой, осадков не выпадало, все соратники Тени оделись тепло, а она сама пожертвовала ещё три бутылки императорского кальвадоса из своих запасов.

Разумеется, спиртное поставили подальше от Рудия, водрузив перед его унылым лицом морс, целый кувшин.

Рассказы госпожи Тени о Псковской империи вызывали у друзей жгучий интерес, и, казалось, слушать Вику они могли бесконечно долго, задавая по ходу вопросы, иногда толковые, а когда и глупые.

Лишь Хента часто отвлекалась от беседы, бросая на Гнеша томные взгляды.

«Не для тебя я братишку растила, обжора тощая», — подумала попаданка, но вслух наконец-то сказала самую важную на сегодняшний день информацию:

— Император пригласил меня и моих соратников в свою столицу на празднование Нового года. Всех вас я конечно же с собой не смогу взять, но большинство постараюсь. Заодно переговорим после праздника о полезных делах.

Понятно, что попасть в состав делегации хотели все, но Вика сказала, что решать этот вопрос будет позже. И успокоила, пообещав всем дать возможность, пусть не на Новогодние праздники, а позже, познакомиться с Тарпецией.

Засиделись они допоздна и разошлись, когда над океанской гладью взошла Лебедь — полночная звезда.

Будить с раннего утра герцогиню попаданка не стала — та любила поспать подольше — и велела дежурному лакею, тому самому, смазливому, но глуповатому, сложить в сумку выложенные на столик в спальне предметы и отнести их в карету. Это были точные копии эталонных метра, килограмма и литра, хранившихся в псковской палате мер и весов. Вика получила их от самого земляка и носила до поры в Пространственном Кармане.

Образцы изготавливались из прочного металла, да ещё и магически Укреплялись, тем не менее, госпожа Тень, зная необычайные способности красавчика, сочла нужным на всякий случай его предупредить:

— Смотри у меня, сломаешь или потеряешь — шкуру спущу.

Тот вжал голову в плечи, низко поклонился и бочком выскользнул в двери.

— Вы в университет? — спросила вошедшая Петелия, — Даже не позавтракав?

— Я ещё с ночи сыта, — Вика, привстав на носочки, сладко потянулась, — Поем в студенческой столовой. Давно хотела.

Глава 24

В том, что её байк будет иметь покрышки качественнее, чем земные, Вика не сомневалась. Настоящий каучук и магия — чего ещё больше желать, чтобы добиваться требуемых характеристик? И Мелина Гронс — декан естественного факультета, талантливый алхимик — госпожу Тень не подвела. Она представила сразу четыре варианта резины, из которых попаданка выбрала нужный для изготовления цельной шины.

— Спасибо, Мелина, — поблагодарила Вика, — Теперь посмотри на чертёж с размерами, — она раскрыла отрывной блокнот, отобранный для неё псковским императором у одного из учеников своего главного механика Трашпа, и аккуратно по дырочкам отделила листок с рисунком колеса, — Мне нужно, чтобы из материала номер три вы изготовили вот такие обручи. Что указанные цифры означают и с чем их едят, мы с вами сейчас разберёмся. Пошли в конференцзал. И пригласите всех преподавателей.

Неожиданно для попаданки представленная ею идея отныне перейти к единой, не завязанной на анатомии человека, системе мер и весов была встречена в штыки. Полное непонимание продемонстрировал даже проректор Корп Чалик, шестидесятитрёхлетний механик, проректор, на данный момент в отсутствие Флемма Орваля руководивший Орденским университетом.

— Что такое щепотка вещества или порошка, любому понятно, — нахмурившись произнёс он, беря из коробочки, лежавшей перед ним на длинном аудиторном столе, горошинку весом в десять грамм — там имелись ещё и граммовая, и пятиграммовая, — Но вот, что это такое, объяснять людям будет сложно. Также, как и метры вместо шагов, килограммы, а не руды. Пирта — сто глотков. Всем всё ясно. А литр?

Сидевшие за столом по обе стороны от госпожи Тень деканы и разместившиеся на скамьях, расположенных в виде амфитеатра, преподаватели как по команде дружно закивали.

— Шаги, даже средние, у людей разные. И щепотки. И глотки, — уже приходя в раздражение в очередной раз объяснила Вика, — Знаете, за сколько глотков опорожняет кружку эля адмирал Эдорик? — этот её вопрос вызвал насмешливые улыбки присутствующих — орденского флотоводца за его скандальный характер в университете недолюбливали, слишком много он требовал при переподготовке корабельных юнг, особенно, когда хорошо принимал на грудь, — Вот видите, самим смешно. А к новой системе быстро привыкнут. Копии представленных эталонов необходимо будет изготовить в количествах достаточных, чтобы обеспечить все орденские комтурства, госпиталя и школы.

И всё-таки одними лишь доводами разума убедить у Вики не получилось. Пришлось прибегнуть к своему авторитету повелительницы Ордена — делать так, как я сказала, и никак иначе.

Омоложенные старцы и действительно молодые преподаватели спорить с госпожой Тенью, когда та приходила в сильное раздражение, не рисковали. Даже зануда Шленлер за последние пару лет научился чувствовать черту, за которую переступать не следовало.

— Не известно, когда наш ректор вернётся? — спросил Чалик, когда руководство университета с госпожой Тенью направились из конференцзала в театрально-развлекательный кампус.

— Через пару-тройку недель, Корп, — Вика чуть задержалась на верхней площадке ступеней на выходе из главного здания, чтобы лакей накинул ей на плечи отороченную соболиным мехом накидку, — Только не рассчитывай, что у него получится отыграть назад принятое решение. Так что, чем скорее вы перепишите формулы, рецепты, описания под новые стандарты измерений, тем лучше. У вас будет типография с совершенно другими возможностями по книгопечатанию. Больше проблем с учебниками не будет. Помещение только найди нужное, и поскорее. Мастера прибудут со дня на день. И часовые тоже. С секундами, минутами и часами разберётесь. И вот ещё что. Кто у нас в этом году победил на конкурсе КВН?

— Лекари.

— Да, точно, — засмеялась попаданка, вспомнив продемонстрированную студентами сценку сдачи зачёта по анатомии, — Подготовь их к путешествию на Тарпецию во время зимних каникул. Пусть кое-кто посмотрит, что и у нас есть, чем развлекать народ.

По возвращению в свой замок Вика всё же распорядилась Петелии перевести красавчика на работы в конюшню. Страх и мольба в глазах раба конечно будили в госпоже Тень жалость, но и дальше терпеть дурака рядом с собой, который выполнял любое поручение старательно, но через задницу, сил у неё больше не осталось.

Подругу она застала проснувшейся и пытавшейся убедить вернувшегося Бегемота принять ванну. Бесполезное дело. Кот и хозяйку-то игнорировал, а уж герцогия тем паче не являлась для него авторитетом. К тому же, Бегемот не считал себя кому-либо чем-нибудь обязанным. Как и Вика, он свои долги всегда платил. Вот и сейчас принёс задушенной какую-то мерзкую зверушку, то ли крысу, то ли мышь-переросток.

Хента напросилась к Гнешу в ученицы по стрельбе из арбалета и выцеливалась из окна большой гостиной, где гостьи Тени недавно закончили завтракать, в ворон, тщательно изображая восторженную дурочку и тем позволяя себе по поводу и без прикасаться к брату повелительницы.

Вика, неслышно войдя в комнату, с минуту наблюдала эту картину.

— Все при делах, смотрю, — улыбнулась она, поднимая на руки тяжёлую тушу кинувшегося к ней Бегемота, — Гнеш, а ты почему не в тренировочном лагере?

— У ребят до обеда марш-бросок по лесу, — братишка чуть покраснел, — Там Лерин с Товидом сами всё проведут. А Хента вчера попросила научить её стрельбе. Я подумал, почему бы и нет? Чего хочет гость, того хотят Семеро, — напомнил он сказанную ему однажды сестрой перефразированную кавказскую пословицу, — Болты без наконечников, никого не подстрелим.

— Действительно, почему бы и нет, — кивнула попаданка, строго посмотрев на принявшую вид невинного ангела обжору, — Урания, я в Викинг, а потом в Неллград. Поедешь со мной? Рудию заодно авторитет выше небес поднимешь. У кого ещё из простолюдинов сама герцогиня Вьежская бывала в гостях?

Расположившиеся на постой в городе за стенами замка гвардейцы Урании неплохо отдыхали. То тут, то там они попадались в компании местных прелестниц. Такое в общем-то не возбранялось, но Вика, вспомнив свои впечатления от дисциплинированности армии Олега, подумала, что, несмотря на достаточно высокую боевую выучку алернийских вояк, случись псковскому императору напасть через порталы на этот материк, его полки и бригады раздавят армии местных королей и императоров, как асфальтоукладочный каток стекло. Только хруст раздастся.

До Неллграда госпожа Тень с подругой ехали берегом, любуясь океанскими просторами. От кареты они отказались, предпочтя верховую прогулку.

— Ты чего так морщишься, когда Хента вокруг Гнеша вьётся? — спросила герцогиня, — Он у тебя ладный парень стал. Я бы и сама не против была с ним закрутить.

— Только попробуй, — пригрозила Вика.

— Не буду, — хихикнула Урания, — Куда мне старой? — порой она любила жеманиться.

Два последующих дня попаданка почти целиком провела в учебном центре своих ассасинов, занимаясь индивидуально с каждым, хоть и понемногу. Вечерами работала с корреспонденцией, поступающей из орденских организаций и обобщающейся в замке Акульего Зуба. Да, у неё не было почтовой службы и телеграфа, как у земляка, но она сумела организовать бесперебойную переписку сразу по трём каналам — банковском, торговом и бандитском. По времени получалось с задержкой, зато потерь важных сведений или недостоверных данных не случалось.

Пришлось ей много времени уделить и финансовым вопросам. Хозяйство Ордена разрасталось, и Лагис многое без одобрямса от повелительницы делать не решался, хотя бюджет Викиной организации исполнялся с огромным профицитом. Конечно же, в этом была огромная заслуга магического комтурства и Эрны лично.

Впрочем, производство подзорных труб, кружев, коньяка, тканей и прочей мелочёвки тоже вносило свою лепту. И неожиданно высокие прибыли стали приносить каперские патенты.

Адмиралы Эдорик и Ченк взяли под контроль орденских эскадр практически всё западное побережье Алернии. Разумеется, не обходилось и без потерь, но общий итог выходил в их пользу.

В родном мире Вики и Олега страхованием морских перевозок уже несколько веков занимались англо-саксы. И это естественно. Те, кто не пользовался услугами лондонских или портсмутских контор, рисковали тем, что их суда будут атакованы какими-нибудь сомалийскими или малайскими пиратами или столкнутся бортами с ржавым рыболовецким траулером, где вся команда состоит из алкашей и наркоманов.

Вика хотела чуть позже обсудить с земляком создание на Таларее глобальной страховой компании. Эта идея ей казалась весьма перспективной, не менее удачной, как и та, что родилась в голове попаданки после слов Урании, что вскоре владетели, сообразившие о вечной работе порталов, кинутся брать под контроль площадки в необжитых, труднодоступных местах.

Ордену личная портальная сеть совсем не нужна, а вот псковскому императору для поставок во все части света промышленных товаров Сфорца будет очень необходима.

Олег со своей сестрицей наловчились быстро строить грозные укрепления — как блины печь. Почему бы соотечественнику, пока другие царьки-корольки ртом мух ловят, не присвоить себе бесхозные на данный момент площадки? Пусть потом кто-нибудь попробует их отобрать. И госпоже Тень не надо будет договариваться с колхозом владетелей, чтобы переправлять своих людей через магическое пространство — получить у Олега спецпропуска, и дело в шляпе. Псковский император единственной землячке в такой малости не откажет.

— Нелла, можно я с тобой сегодня отправлюсь? — Гнеш, ещё до завтрака явился в спальню к сестре, пытающейся втолковать Бегемоту, что шипеть на рабынь не нужно — девушки и так, входя к могущественной хозяйке, каждый раз впадают в полуобморочное состояние, — Нюра тут сама справится. И этот набор уже почти завершил обучение.

— Вот именно, что почти, — Вика встала с кровати, ловко дёрнула кота за ухо, тот даже не успел укусить её руку, клацнув зубами воздух, подошла к брату и обняла, — Гнеш. Успеешь ещё напрыгаться через порталы. На Тарпецию со мной отправишься, а сегодня нет. И, братик, не моё конечно дело, но плутовка Хента не для тебя. Ты просто её не знаешь, как я. Она всю нашу семью объест. Голыми с тобой по миру пойдём, — улыбкой она показала, что шутит.

В прошлой жизни ей приходилось бывать подушкой для слёз и рыданий подруги, воспитывать же парней не довелось ни разу, зато здесь память Неллы помогла попаданке найти для Гнеша правильные слова. Во всяком случае, после десятиминутной беседы Вике показалось, что брат её увещеваниям внял. Что будет дальше — время покажет, однако, госпожа Тень морально приготовилась к тому, что ей ещё не единожды придётся отгонять от него охотниц за перспективными женихами. Будь Хента королевой или хотя бы принцессой, Вика может и по другому бы посмотрела на её заигрывания, а то приживалка какая-то тощая, а лезет куда не следует.

К портальной площадке повелительница Ордена и её гости прибыли за два часа до полудня.

— Мне бы снова хотелось самой попробовать, — попросила Урания.

— Разве я собираюсь тебе возражать? — усмехнулась Вика, — Только сначала уясни, в какую точку нам надо попасть. В столице Фридланда нам делать нечего.

Герцогиня всё сделала правильно, и её энергии хватило, чтобы через образовавшийся путь прошли все гвардейцы вместе с обозом.

Площадка, на которой они вышли, находилась всего в нескольких километрах от комтурства и уже охранялась не только рыцарями и ассасинами, но и отрядом дикарей. Последние при появлении Вики пришли в неописуемый восторг и несмотря на попытки рыцарей их урезонить устроили жуткие пляски вокруг своей богини.

Попаданке пришлось, дождавшись прибытия Эрны и Флемма, передать супругам герцогиню, а самой отправиться в гости к варварам, где её ожидала ещё более восторженная встреча.

В честь Смерти по приказу вождя были перерезаны глотки полутора десяткам шройтенских пленников из того войска, что в начале зимы попыталось уничтожить все поселения варваров на северо-восточных склонах гор.

Только воевать с Викиными дикарями стало крайне сложно. Они теперь были хорошо вооружены и экипированы. Если вначале их обеспечение Эрна по приказу повелительницы осуществляла в качестве безвоздмездной помощи, то сейчас шаманы племён зарабатывали в комтурстве большие деньги. Попаданка отметила, что у её дикарей вместо шатров из шкур всё больше появляется нормальных домов.

— Мы тебе чем-то не угодили, Смерть? — дрогнувшим голосом спросил вождь Снежных волков, убирая обратно ранее протянутый кубок с кровью, нацеженной из перерезанных глоток врагов.

— Нет, вождь, всем угодили, — вздохнула Вика, — Только кровь этих негодяев для меня паршивая. Свою не предлагай — друзей я не желаю видеть в своих чертогах раньше времени. Поэтому, давай мне сюда всех ваших раненых и больных. Буду исцелять.

Вглубь территории варваров госпожа Тень не поехала. Однако, в стойбище Снежных провела почти три дня, и когда добралась до комтурства её уже там ждал гонец от герцогской четы Адайских, Гертера и Жагеты, пожелавших навестить свою благодетельницу Вику, а заодно и встретиться с кузиной Уранией.

В огромном зале замка Магии было светло и прохладно. Кроме молчаливых охранников у высоких дверей компанию госпоже Тень составляли лишь Эрна с Флеммом и Урания. Хента переела за обедом и сейчас спала, не ведая о возвращении Вики.

— Зачем ты им голубя послала? — спросила повелительница у магистра магии, — Сколько я теперь должна ждать их приезда? — она стояла возле окна спиной к друзьям и смотрела на уличную суматоху.

Магическое комтурство Ордена давно превратилось в настоящий городок. Небольшой, со стенами, башнями, водопроводом и канализацией. Здесь проживали не только маги, рыцари и ассасины, но и всё прибывающая и увеличивающаяся в количестве орденская и городская обслуга, включая ремесленников и торговцев.

Здесь, как и в остальных отделениях Ордена, принимали под защиту даже беглых рабов, нашедших в себе силы и характер с риском для жизни попытаться изменить свою судьбу. Правда, последние два с лишним года, чтобы не ссориться на пустом месте с владетелями и богачами Алернии, Вика приказала выплачивать за беглых откупные. Денег всё равно куры не клюют. Только за сегодня, создав конструкты Абсолютного Исцеления и вложив их в три изготовленные из алмазов заготовки, госпожа Тень заработала для своей организации годовой бюджет Фридланда или Шройтена.

— Недолго, Вика, — уловив раздражение госпожи, Эрна покаянно опустила голову, — Они спешат. Думаю, уже завтра или послезавтра будут здесь. Я же не знала, что ты торопишься. Что-то случилось?

— Пока не ведаю, — попаданка отвернулась от окна, — Малёк пропал в Алапане. По времени уж давно туда должен был прибыть. Но ни голубя не прислал, ни на связь с госпиталем или школой не вышел.

— Кто такой Малёк? — спросила Урания.

— Тоже крупный учёный. Исследователь, — соврала Вика, — Ладно. Подождём. Мне и самой хочется с Жагетой повидаться.

— Да, интересно, как сейчас кривуля выглядит, — усмехнулась герцогиня.

Супруги Адайские прибыли вечером следующего дня и разогрели госпожу Тень теплотой своих слов и искренних чувств благодарности и дружеской любви. И причиной тому являлось не только прошлое превращение гадкого утёнка в красавицу, но и нынешнее материнство Жагеты и отцовство Гертера. Теперь у них было двое детей — оба мальчики-погодки.

А вот кузину Уранию чета местных владетелей принимала явно натянуто. Вика в расклады высокородных аристократов сильно не вникала, хотя и знала, что у одного из дедушек Жагеты была смертельная вражда с его родным старшим братом — прадедушкой Урании, и вроде бы какие-то отголоски того раздора длятся и по сей день. Обе герцогини держались друг с другом холодно, однако, ничего оскорбительного в адрес друг друга не допускали, а через два дня даже стали вспоминать детские проказы и общие знакомства.

От настойчивых приглашений посетить Адай Вика отвертелась, сославшись на занятость. Вроде бы Гертер с Жагетой на это не обиделись.

Попаданка осмотрела все производства заготовок и исследовательские лаборатории. Особое внимание она уделила огранщикам горного хрусталя — от посетившей её на Валании мысли перейти к массовому производству простых амулетов с востребованными заклинаниями Пламя, Замедление, Сфера, Плодородие, Поиск Жизни и прочими, которые не требовали её личного участия, она не отказалась.

— И увеличь оплату нашим дикарям, Эрна, — они вдвоём поднимались по крутой лестнице в покои магистра, — Знаешь, что они с деньгами делают? Монисто. Ну, украшения. А им нужны ткани и продовольствие. Так что, дорогая, переходи-ка ты на выдачу им натуральных продуктов. И перестань строить из себя небожительницу. Забыла, как подолом нос вытирала? Перед обслугой можешь задаваться сколько угодно, но наших добрых варваров не забывай навещать почаще. Они должны видеть не только деньги или еду, а и уважение к себе, и заботу. Поняла?

— Поняла. А ты что, сегодня уже меня покинешь? Я ведь скучаю без тебя. Поговорить даже не с кем. С Флеммом многое не обсудишь.

— Мы ненадолго расстаёмся, — Вика потрепала подругу за плечо, — Жду вас с мужем двадцать восьмого — двадцать девятого декабря у себя в замке. Наряды и украшения подберём, чтобы в Пскове лицом в грязь не ударить. Числа тридцать второго перейдём на Тарпецию. Новый год отмечать. Уранию завтра проводи до Омина. Гвардия гвардией, а маги у неё слабоваты. Зная её авантюрную жилку, боюсь, как бы она не задумала ещё что-нибудь навестить. Хорошо?

— Не переживай, Вика. Всё сделаю как надо.

В Алапан госпожа Тень отправилась в гордом одиночестве, хотя рядом с портальной площадкой выстроилась целая делегация провожающих.

— В Адае я обязательно вскоре побываю, — пообещала она Гертеру с Жагетой, — Теперь ведь это просто.

Вика махнула рукой, ушла в Скрыт и направила свою энергию на красную точку столицы юго-восточной имперскии Алернии.

Через миг перед ней оказался молодой маг растерянный оттого, что открытый им для группы важных сановников магический путь оказался прерван.

— В чём дело, Миниг? — грозно спросил одарённого парня какой-то толстяк с тяжёлой золотой цепью на шее.

— Сам не пойму, герцог.

Вика удержалась от щелчка парню по носу и Прыжком переместилась за огромный дворец, оказавшись на набережной реки, своей шириной и полноводностью превосходящей даже Вену.

— «Так вот ты какая — Алапания» — мысленно произнесла она по-русски.

Глава 25

Река, давшая название городу и империи, действительно впечатляла. Её противоположный берег, где уже располагались земли Цинара, еле просматривался, чем и можно объяснить столь смелое решение древних правителей разместить свою столицу на самой границе с другим государством.

Удивляло и то, что Алапан не имел стен, а императорский дворец находился всего в трёх с небольшим сотнях метров от набережной, так что, совершая Прыжок, Вика чуть не угодила в воду. Такой беспечности тоже имелось объяснение — город потрясал своими размерами и являлся самым крупным на Алернии, а может и на всей Тарпеции. Штурмовать его, что с воды, что с реки, дело практически бесполезное — здешние, относительно небольшие армии просто растворятся в бесконечных улицах и площадях столицы.

— Свежий улов! — неожиданно визгливо и громко закричал мужчина с причалившего к набережной баркаса.

— Кастрат ты, что ли? — буркнула под нос себе попаданка и отошла к стене мясной лавки — уворачиваться от прохожих ей быстро надоело.

Повсюду, куда хватало взгляда, вдоль всего берега шли ряды магазинов, уличных прилавков и таверен. Народа вдоль них сновало едва ли не больше, чем на Никольской улице Москвы вечером праздничного дня. Только здесь, кроме пешеходов продвигалось в качке, словно по волнам, ещё и множество всяких паланкинов и портшезов.

Отметив это, Вика вспомнила, что и на Никольской в самом конце улицы её однажды какой-то придурок на самокате чуть с ног не сбил. Врезался ей в бедро, пробормотал «извини, подруга» и быстро укатил, козёл. Она тогда навыками ассасина не обладала, не успела ни уклониться, ни по башке его чем-нибудь огреть и потом ещё пару дней прихрамывала.

Повелительница Ордена сняла и убрала в Пространственный Карман утеплённую куртку, достав оттуда лёгкую. Вроде Алапан и не сильно южнее Вьежа, а здесь всегда было теплее. Флемм объяснял это тем, что вдоль восточного побережья Алернии имеется южное течение, нагревающее ветра, задувающие с Океана Бурь.

Оценив температуру воздуха градусов в пятнадцать-семнадцать по Цельсию, она только сейчас сообразила, что термометр-то ей Олег в комплекте эталонов мер и весов выдать забыл, а градусники у земляка имелись, причём, сделанные по образу и подобию земных.

Вика сама их с щемящим чувством ностальгии в груди видела возле табло в залах ожидания вокзалов и на улице над входными дверями. Большие, метра три высотой, с красным столбиком посреди шкалы.

Напоминать Олегу про термометры она не станет — решила госпожа Тень — сама сделает. Там ума много не надо. Стеклянную трубочку, Укреплённую магией, наполнить закрашенной водой и поместить сначала в лёд — это будет ноль градусов, а потом в кипяток — это будет сто градусов. Отметить рисками высоты столбика и разделить расстояние между отметками на сто. Шкала получится точь-в точь, как у земляка.

Она не стала искать укромного места, чтобы выйти из Скрыта. В такой суматохе и толчее, царившей на набережной, внезапное появление ещё одного человека никто не заметил.

Алапанский император, как и большинство государей Алернии предпочитал набирать в свою гвардию иноземцев, назначая к ним офицерами мелкопоместных дворян из глухомани, никак не связанных с влиятельными аристократическими семьями. Считалось, что безопасность правителя так обеспечится гораздо надёжней.

Вике данное обстоятельство играло на руку — никому не было дела до чужестранки-наёмницы, по вооружению мало походившей на члена абордажной команды какого-либо судна, речного или морского, поднявшегося с юга по Алапании.

Где искать Малька, она пока не имела представления, поэтому и направление движения выбрала случайно. Вика пошла в сторону, с которой текла река.

Благодаря ассасинским навыкам ей без труда удавалось лавировать в толпе. Часть пути она и вовсе двигалась как по бульвару, пристроившись за носилками с сидевшим в них худым светловолосым мальчишкой и не обращая внимания на недовольные взгляды двух охранников юного аристократа. Те часто оборачивались, показательно хмурились, но что-то против так ей и не сказали.

Когда носилки остановились у ювелирной лавки, Вике пришлось пройти ещё где-то с километр, пока она не оказалась в подходящем месте, там, где она могла не только обнаружить представителей здешнего криминала, но и относительно спокойно, без помех с ними пообщаться.

— Не желаешь провести время с симпатичным юношей, уважаемая? — поинтересовался у неё плюгавый мужичонка с большой бородавкой у левой ноздри.

— Это ты себя имеешь в виду? — брезгливо поморщилась Вика, — Нет, я ищу себе хорька, дрессированного на ловлю крыс. Где их тут продают?

В самом конце набережной, куда покупатели из приличных уже не заглядывают, торговали товарами, имевшими сомнительное происхождение — ворованные или утерянные и кем-то найденные, а также мало востребованными.

— Это тебе ещё дальше надо пройти, — поскучнел сводник, никак не отреагировавший на откровенное хамство чужеземки-наёмницы, — Спроси старика Чула.

Госпожа Тень приметила целую команду воров, готовую в любой момент стать грабителями или вовсе убийцами. Они-то ей и были нужны. Их коллег попаданка видела и на других участках набережной, но в том многолюдстве и при патрулях стражи никто из бандитов на душегубство бы не решился, а именно на это Вика хотела спровоцировать местных разбойников.

Лишь бы Малёк ещё был жив, подумала она — парня повелительница Ордена ценила, несмотря на его чрезмерную вальяжность и наглость.

Причиной, по которой подручному Шторма с лучшими боевиками вьежского криминального мира пришлось пуститься в такую даль, являлся знаменитый алапанский янтарь, поставки которого удалось организовать минуя императорскую канцелярию, по закону обладавшей полной монополией на его добычу и продажу.

У Вики здесь кроме финансового интереса имелся и магический. Людям Эрны алапанский янтарь был необходим для производства амулетов с заклинаниями Молния. Конечно, она могла бы и просто покупать его легально, но император наживался на янтаре как на наркотиках — задирал ценник почти в десяток раз. Пользовался монопольным правом на полную катушку.

Главный алапанский авторитет по прозвищу Рваный, деятельно включившийся в схему с чёрной добычей, неожиданно сообщил, что из-за ссоры с подельником больше не сможет выполнять заказы. Вот только, деньги Рваный уже взял и, по его словам, бывшему побратиму отдал всё до последней монеты.

История мутная, и расскажи Шторм об этом Вике раньше, она бы Малька не отпустила в Алапан. Сама бы явилась. Всё равно попаданка давно спланировала личную встречу со здешним государем, весьма уважительно, хоть и не без опаски естественно, настроенным к госпоже Тень, из-за убийства ею его давнего цинарского врага.

— Говорили, что здесь хорька можно купить, дед, — Вика с сомнением рассматривала степную лисицу, — В доме, который я снимаю с друзьями, водятся крысы, а не куры.

— Не знаю, кто тебе сказал, уважаемая, — прошамкал беззубым ртом старик, — Наверное, это любитель подшутить. Хорьков-крысоловов доставляют под заказ, а могут и лесного кота привезти. Но это тебе надо в гильдию промысловиков обращаться. Если денег конечно не жалко.

— Денег всем жалко, — хохотнула попаданка, — И всё же иногда с ними приходится расставаться. Ну, нет, так нет. Зря сходила получается.

Она подбросила извлечённый ранее кошель вверх, но ловко поймать его у неё не получилось, и он упал ей под ноги. Из развязанного кожаного мешочка, выкатилась в грязь пара монет, одна из которых сверкнула золотом.

Вика подобрала свой денежный запас с земли очень быстро, однако те, кому надо, успели заметить и оценить достаток иноземки.

Покрутившись немного ещё на этом подобии блошиного рынка, повелительница Ордена не удержалась от покупки зажаренной на углях только что доставленной рыбки — в выгруженных к мангалу корзинах улов ещё трепыхался. Весёлый дядька доставал сразу по две кефалины и бросал их на решётку. Запах стоял такой, что вышибал слюну. А Вика, к тому же, находилась под обострённым восприятием.

Помыв после еды руки у колодца и бросив медяк поливавшему ей воду мальчишке, она кратчайшим путём направилась по направлению к видневшимся вдали шпилям императорского дворца. Выбрала проулок не из-за того, что так было ближе, а потому что он вёл через трущобы, напоминающие припортовый район Вьежа, рассадник нищеты и криминала. Своего рода, ловля на живца.

Дальновидением она вскоре определила, что по её душу отправилось сразу шестеро гопников. Понятно, шпана поступала вполне разумно и свою будущую жертву недооценивать не стала. Всё же наёмница — профессиональный вооружённый воин, и взять её, не обладая существенным численным преимуществом, не получится.

Место для перехвата жертвы они подобрали с их точки зрения очень удобное — между покосившейся оградой у старого дома и стеной какого-то склада, густо заросшего кустами вокруг. Тут было совсем безлюдно, если не считать бабки с отсутствующей кистью на правой руке — видимо, старуха из неудачливых воровок в прошлом, пытающейся что-то найти в отвалах отбросов и мусора, протянувшихся вдоль всей улочки среди кустарника. Похоже, сюда сносили отходы с прибрежных трактиров и из доходных домов соседнего квартала.

Все шестеро выскочили ей наперерез из узкого проулка и окружили с многообещающими улыбками.

— Отдай кошель и иди дальше, — предложил госпоже Тень крепкий мужчина, одетый приказчиком.

Он сразу же облегчил Вике задачу по определению главного среди гопников, обозначив им себя.

Отпускать её живой бандиты не собирались. Попаданка сразу это поняла, увидев, как сзади сразу двое кинулись ударить свою жертву в спину тесаками.

Извлечь оба меча — из-за спины и из Пространственного Кармана — для Вики было делом доли секунды. Гопники встали очень удобно, словно манекены на тренировочной площадке. Госпожа Тень крутанула юлу смерти — как она называла своим ассасинам этот приём — и четверо бандитов оказались на земле бездыханными трупами, бьющимися в конвульсиях, а один, которому попаданка вскрыла грудную клетку, хрипел, пуская кровавые пузыри изо рта.

— Мне дальше пока не нужно, — наконец ответила Вика главарю, — Хочу сначала с тобой побеседовать насчёт Рваного. Ты как, готов ответить на несколько вопросов?

Мужчина пятился, оторопело рассматривая убитых товарищей и водил перед собой здоровенным ножом.

— Ты…, — только и смог вымолвить он.

— Эй, алё, гараж. Быстрее приходи в себя, — Вика продвинулась к главарю.

— Ты всё равно меня убьёшь, — он остановился, но своё оружие не опустил.

— Конечно убью, — честно призналась попаданка, — Вы хотели взять мою жизнь. Я возьму ваши. Всё по-честному.

— Тогда зачем мне тебе что-то рассказывать?

— Слушай, ты как маленький. Смерть ведь может быть разной.

Она накинула на мужчину Замедление, а когда он завалился в пожухлую траву возле гнилого забора, принялась хладнокровно наносить удары носками ботфортов в самые болезненные точки тела, глядя, как медленно в беззвучном крике раскрывается его рот, а из глаз проступают слёзы.

Через минуту она прекратила побои и использовала Малое Исцеление, напитав конструкт энергией практически на две трети возможного.

Вот тут главаря по настоящему проняло. Он тут же осознал, на кого их шайка нарвалась. На легенду.

— Госпожа Тень! — воскликнул он, машинально ощупывая себя.

— А вы кого ждали, придурки, когда решили поиграть с людьми, пользующимися моим покровительством? Что с Мальком, сука?! — резко спросила она, вновь пиная бандита в живот.

Пленник Вике достался весьма информированный. Не самый близкий подручный Рваного, но один из помощников.

Слава Семерым, Малёк и его товарищи ещё были живы. Их держали в городских катакомбах, там же, где находилось и главное убежище разбойной организации. Попались ребята Шторма по-глупому. Их просто опоили каким-то зельем, добавленным в вино, в одной из таверен, контролируемых бандой Рваного.

Они были нужны живыми для инсценировки поножовщины между ними и людьми отделившегося от шайки авторитета. Трупы вьежцев и алапанцев из янтарной банды городская стража должна обнаружить совсем свежими. Это позволило бы Рваному свалить всё на бывшего подельника, присвоить себе деньги даторской мафии и с помощью одураченного Шторма единолично завладеть каналом контрабанды янтаря.

— Хитёр мерзавец, — оценила Вика алапанского авторитета, — Только на каждого козла управа найдётся.

— Ты меня убьёшь?

— Уже, — попаданка ударом меча точно в сердце отобрала у бандита жизнь, — Как обещала.

Воздушным Потоком она очистила клинки и убрала их на место. Бросила взгляд на безучастно копошащуюся в свалке бывшую воровку и удержалась от очередного непрошенного благодеяния со своей стороны. Вику раздражало вечное собственное стремление компенсировать злые дела добрыми.

Оглядев устроенное ею побоище, она подумала, что стража сюда не заглядывает, а местные нищие без неё разберутся, как поступить с одеждой, имуществом и телами убитых, так что, можно обойтись и без сожжения трупов заклинанием Пламя.

Повелительница Ордена направилась к южной части Алапана, где находился один из входов в катакомбы. Пройдя два десятка шагов, Вика остановилась и вздохнула.

— Нет, это уже клиника, — сказала она себе, — Интересно, Олег сможет поработать психотерапевтом?

Попаданка вернулась и полностью исцелила нищую старуху, вернув ей не только кисть руки. Затем, подумав, со всей мощью ещё и Омолодила бабку. Осталась с меньше, чем половиной резерва, зато на душе полегчало. После чего опять пошла по улочке.

— Госпожа! — быстро сообразившая, что произошло бывшая старуха, ставшая сорокалетней, привлекательной даже в рванье женщиной, бежала за Викой, — Госпожа!

— Ну, чего тебе? — повернулась попаданка, — Спасибо мне не нужно, а больше с тебя и взять нечего.

— Госпожа!

Тётка упала на колени, заливаясь слезами, будто оплакивая кого-то.

— Иди отсюда, — грубо сказала ей Вика, — И не жди, пока я из хорошей снова плохой стану.

Предупреждать, чтобы бывшая старуха держала язык за зубами, не имело смысла. Во-первых, тётка иного объяснения случившемуся с ней, кроме как встречей с могущественной магиней, не найдёт, а, во-вторых, повелительница Ордена скрывать своё посещение Алапана ни от кого не собиралась.

Всё же женщина решилась ослушаться и робко пошла следом за благодетельницей. Пришлось Вике сначала наорать на неё, а затем и обругать себя. Мысленно. От Омоложенной и Исцелённой бабки госпоже Тень удалось отвязаться. Пусть живёт и славит доброту повелительницы Ордена.

Об алапанских катакомбах Вика знала от Флемма, да и в одном из фолиантов о них прочитала. Славны они были ещё и тем, что в них находили истлевшие кости древних жителей города. Вообще на Алернии, да и на других континентах Тарпеции, покойников сжигали, кроме рабов — тела умерших невольников просто выкидывали за пределы городов и поселений. Наличие подземного захоронения подтверждало версию Орваля, что когда-то здесь существовала совсем другая цивилизация.

Нужный ей вход в катакомбы Вика отыскала быстро и спустилась в них по длинному, изгибавшемуся подобию пандуса. Дальновидение позволяло и легко ориентироваться в подземных лабиринтах, и видеть находившихся в них людей, так что, Малька, его парней и стороживших их людей Рваного она могла бы найти и без объяснений убитого ею сегодня главаря гопников.

— В азартные игры, смотрю, играем? — поинтересовалась она у четверых оборванных бандитских сторожей — трёх пожилых мужчин и молодого парня с бельмом на правом глазе — поочерёдно бросавшим кости на стол между кружками, кувшином с отколотым горлышком и большой миской с остатками бобов, — А как же пленники наши? Не сбежали?

— Ты кто? — удивлённо спросил парень.

— Конь в пальто, — ответила Вика.

Двоих разбойников она убила ещё в одном из коридоров по пути сюда, теперь настал черёд и этой четвёрки.

Госпожа Тень ударила Цепью Молний и прошла к перегороженному толстыми досками отверстию в камне, за которым находились пленники.

Разметав преграду Воздушным Потоком, Вика взяла со стены коптящий факел — хотя ей самой он был ни к чему, Ночное Зрение она сформировала ещё когда начала спуск в катакомбы — и вошла в узкую, длинную пещеру.

— Малёк, вот ты куда пропал. Я тебя всюду ищу, а ты, гадёныш, здесь разлёживаешься.

Она осветила своё лицо, хотя конечно же парни узнали её и без этого.

— Вика! — обрадовался Малёк, — Ты лично пришла! Но как ты так быстро сюда добралась?!

— Э-э, да вы тут в своём узилище всё самое интересное пропустили. Дай, сперва вас развяжу. А что, тюремщики вам про порталы ещё ничего не рассказали?

Состояние её бандитов Вику порадовало. Все были в приличном состоянии. Конечно же, Рваному они для инсценировки требуются упитанными и не оборванными.

— Они вообще с нами не разговаривали, — сообщил Малёк, и едва повелительница его развязала, упал на колени и обхватил Викины ноги, уткнувшись лбом в самый верх её бёдер, — Спасибо, госпожа!

— А ну руки убери! — слегка хлопнула она его по макушке, — Ишь, нашёл повод лапать. Что же у меня за день такой сегодня? Мелодрама, прямо, а не жизнь. Друзей развяжи. Или и это я должна делать? А, приятель? Собирайтесь, и пошли на выход, — скомандовала Вика, когда ничуть не смутившийся подручный Шторма выполнил её приказ, — Здесь сыро. Простудитесь.

На выходе из катакомб Тень рассталась с парнями, велев отправляться в примеченный ранее трактир «Чёрная ослица» и ожидать её там, никаких действий пока не предпринимать. Деньги у Малька местные бандиты забрали, но Вика ему выделила целый кошель серебра.

— И аккуратней там с элем и вином, — напутствовала она.

Не дожидаясь ответа, попаданка ушла в Скрыт и заклинаниями Прыжка отправилась на не назначенную ей аудиенцию к императору.

Глава 26

Дворец алапанских императоров произвёл на Вику неизгладимое впечатление своими огромными размерами и бестолковой расположенностью вспомогательных зданий. А ещё, парк здесь, словно Версаль времён Людовика Четырнадцатого, благоухал человеческими испражнениями. Хорошо хоть, что их не было видно — моча испарялась и впитывалась в землю, а дерьмо рабы убирали — ну, раз она его не наблюдала.

Защитных амулетов попаданка своим магозрением не увидела. Магов во дворце находилось достаточно много, но среди бела дня, когда сановники, чиновники, придворные, посетители, гвардейцы и прислуга двигаются хаотически по всем коридорам, лестницам, залам, комнатам и подсобным помещениям, опознать находящуюся в Скрыте госпожу Тень они никак не могли.

Попаданка не думала неожиданно появляться перед очами здешнего правителя. С ним у неё сложились по переписке дружеские отношения. Кроме посланий на пергаменте и бумаге, передаваемых через капитанов кораблей, они даже отправляли весточки голубиной почтой. Вика, правда, сама не читала ни того, ни другого — ей канцлер Крелан или адъютант Бон вкратце докладывали пустое их содержимое — но ответы диктовала сама, в этом мире красочностью слога и витиеватости выражений никто даже и близко не мог сравниться с представительницей двадцать первого века Земли.

Месяца три назад они во взаимном обращении решили величаться по простому. Сарчер Первый называл госпожу Тень мудрейшей, могущественной и прекраснейшей повелительницей, а она его величайшим, мужественным и справедливым государем. Они ни разу ещё не встречались и не говорили, но зачем это, если им итак всё было ясно насчёт друг друга?

Алапанские отделения орденских госпиталя и школы на сегодняшний день количеством персонала уступали лишь Вьежскому и Милонегскому, и отношение к организации Вики в этой империи было очень лояльным.

Расправа с цинарским правителем, давним врагом Сарчера являлась не единственной причиной благожелательности к Ордену со стороны алапанского двора. В этом имелась и немалая заслуга магистра дипломатии Дебора, сумевшего за полтора месяца пребывания здесь обаять и самого императора, и членов его многочисленной семьи, и высших имперских сановников.

— Дрянь такая, — тихо вымолвила в свой адрес Вика, двигаясь вдоль тыльной стороны здания дворца, когда ей вспомнился её виконт, — Натворила делов.

Очередную волну самобичевания — на этот раз совсем невысокую — попаданка мгновенно усмирила. Ещё до встречи с Олегом, проводя время в обществе и объятиях самого лучшего парня этого мира, в её подсознании крепла убеждённость, что, не важно, станет ли она доброй повелительницей или из неё получится однажды Тёмная владычица, но простого женского счастья с любым из мужчин Талареи ей никогда не видать. Образные выражения из прошлой Викиной жизни — мы люди разных миров или мы с разных планет — имели по отношению к виконту Карлайтскому прямое значение.

Госпожа Тень уже поднялась на лестничный пролёт одного из вспомогательных дворцовых подъездов, когда услышала на втором этаже командный женский голос и увидела его обладательницу.

— Отнеси в апартаменты государя и отдай уважаемой Хейларии, — пожилая придворная дама вручила молодой дворянке какой-то свиток, — Дождись от неё сообщения, смогла ли она это вручить секретарю или нет. Если нет, обязательно забери прошение назад и верни мне. Поняла, Рольда?

— Да, тётушка, — тихо ответила девушка и лёгким шагом направилась по коридору, невольно став провожатой для невидимой посетительницы.

Вика могла бы и без неё обойтись. Особой фантазией таларейские архитекторы планировщики не отличались. Если ты побывал хотя бы в одном дворце правителя, то без проблем разберёшься с расположением предназначенных тем или иным особам апартаментов и в других. Резиденции Олега или самой Вики не в счёт, но и они не пошли наперекор местным традициям, расположившись на верхних, самых жарких этажах.

Конечно, если бы не коньковые крыши и не магия Холода, попаданцы последовали бы примеру древних римлян или греков, селивших своих рабов наверху, выбирая для своего проживания первый этаж. В условиях же магического мира оказалось возможным не менять здешний уклад.

— Графиня, — сидевший за секретарским столом самодовольный и важный молодой мужчина, сверкавший драгоценностями, как записная светская львица, хозяйничавший в императорской приёмной, обратился к надменной аристократке, разместившейся в одном из центральных кресел для посетителей, — Вам придётся подождать. Господина морского советника император примет раньше.

В эту комнату Вика попала Прыжком, не став дожидаться, пока откроются охраняемые парой бравых гвардейцев двери.

Кроме секретаря, упомянутой графини и только что вышедшего из императорского кабинета вспотевшего — видно, хорошо влетело — генерала, одетого в парадную одежду, здесь находились ещё двое чиновников и сонный старый маг, державший в руке свёрнутый пергамент.

— Так адмирала ещё нет! — возмутилась негромко графиня, — Я успею передать императору просьбу моего брата.

— К сожалению, государь до советника никого не станет выслушивать, — почему-то с нотками злорадства сообщил посетительнице сверкающий драгоценностями мужчина, но тут же выпучил глаза и начал наливаться бордовым цветом — он внезапно увидел скромно сидевшую в углу чужеземку-наёмницу, — Это ещё что… Как ты здесь…?! Кто впустил?! Караульные! — заревел он разъярённым быком.

Вышедшая из Скрыта госпожа Тень, глядя на изменения в лице секретаря, с интересом гадала, грохнет его инсульт или обойдётся?

На ворвавшихся в приёмную гвардейцев она кинула чуть-чуть Замедления, и те с мукой, непониманием, растерянностью и нарастающим ужасом в глазах начали двигаться как мухи, угодившие в сироп.

— Не кричи, пожалуйста, так громко, — попросила она секретаря, оторопевшего от вида бессилия часовых, — Весь дворец сейчас на уши поставишь. А, между тем, ничего страшного не произошло. Иди, доложи своему государю, что его навестила госпожа Тень. Я тут проездом. Он приглашал.

Вика улыбнулась весьма ласково, и всё равно это не сильно успокоило присутствующих. Даже дремавший дедок очнулся и сдвинулся в своём кресле подальше от грозной гостьи, как будто бы несчастные пара сантиметров увеличившегося расстояния могли ему чем-то помочь.

— Госпожа Тень?! — из пунцового секретарь стал белым, значит, сделала вывод попаданка, инсульт ему уже не грозит.

— Ну, да, — подтвердила она, — Не похожа, что ли? Иди докладывай. Или так и будешь меня тут на пороге держать?

Некоторое время стояла кладбищенская тишина, пока не прервалась предобморочным писком графини, который наконец-то привёл хозяина приёмной в чувство.

На негнущихся ногах, постоянно оглядываясь на гостью, он прошёл в кабинет императора и там доложил:

— Государь, к вам прибыла госпожа Тень. Говорит, что вы её приглашали.

— Кто?! Баронет, ты выпил?

— Н-нет. Она в приёмной сидит.

— В какой ещё приёмной?

— В моей. В вашей.

Поняв, что выяснение Сарчером Первым адекватности состояния секретаря может длиться долго, Вика переместилась прыжком к распахнутым в кабинет дверям. Снимать Замедление с гвардейцев она не стала — энергии в конструктах было заложено столько, что через пару-тройку минут вояки вновь обретут полную подвижность.

— Что тебя удивляет, мой дорогой венценосный друг? Ты приглашал — я пришла. Воспользовалась порталом. Не терпелось лично с тобой повидаться и познакомиться. Ты позволишь мне войти?

— Вика? Да, конечно, конечно, — закивал он, вскочив и изобразив готовность к дружеским объятиям.

Конечно, император Алапана не мог не испытывать чувства опасения за свою безопасность. Гостья запросто преодолела все многочисленные посты охраны и сейчас могла сделать с ним тоже самое, что некогда она сотворила с его цинарским врагом.

Вика была не против, чтобы её побаивались, но внушать отупляющий страх в кого-либо не хотела. В таком состоянии люди способны на импульсивные, неразумные поступки. Поэтому, когда она осталась с Сарчером наедине, то первым делом сделала ему подарок.

— А я не с пустыми руками, — сообщила она, садясь в предложенное кресло рядом с хозяином кабинета и принимая из рук служанки кубок с вином, — Долго думала, какой дар достоин того, чтобы быть вручённым столь великому государю, как ты. И вот придумала, — она, сделав глоток вина, вернула кубок рабыне и достала из сумки амулет, — Прими, пожалуйста. Это полное исцеление. Даже из-за порога смерти вытащит.

Кроме мага, создавшего амулет, и Олега с Викой, обладавшими заклинанием Познания Магии, никто не смог бы точно гарантировать, какой эффект имеет магический артефакт, пока он не будет применён. Единственная гарантия — репутация создателя. У Вики она была высочайшая. О возможностях её целительской магии по всей Алернии ходили легенды. Так что, жест госпожи Тень император Алапана оценил в полной мере.

Создавать у собеседников приятное впечатление она умела ещё в своей прошлой жизни. Ей не потребовалось даже использовать свой навык суккубы, да попаданка и не хотела — очередной влюблённый ухажёр ей не был нужен совсем. Хватило личного обаяния, эрудиции и бесценного подарка, чтобы Сарчер Первый не на словах и из корысти, а на деле проникся к повелительнице Ордена огромным уважением.

Они беседовали больше часа, и Дальновидением Вика определила, что секретарь о её визите оповестил уже весь дворец. К императорским апартаментам потянулось множество людей, но знакомиться с членами семьи алапанского государя, его высшими сановниками, маршалами и адмиралами она не стала.

— Извини, мой венценосный брат, — за час тот из друга стал братом, не всерьёз конечно, однако обоим так было выгодно, — Позволь в следующий раз. И пир, и казни преступников, и скоморохи, и знакомства. Всё потом. Если честно, я до последнего момента сомневалась, нужно ли мне показываться у тебя…

— Но, как же, дорогая сестра! Я бы был очень огорчён!

— Теперь я вижу, что поступила правильно, — улыбнулась Вика, — Как понимаешь, мне самой не терпелось с тобой пообщаться и вручить свой скромный сувенир. Но у меня здесь ещё есть дела в госпитале и школе. Хочу посмотреть, как мои люди у тебя в столице устроились. Не обижает ли кто.

— Пусть только посмеют, — нахмурился император и стукнул ладонью по подлокотнику кресла, — Я лично прослежу, чтобы твоих лекарей и учителей никто не смел обижать.

Объяснять местному владыке, что её адепты сами кого хочешь могут обидеть, повелительница Ордена не стала.

Прощание заняло ещё минут пять, после чего госпожа Тень ушла в Скрыт, порадовав нового родственника возможностью своими глазами наблюдать способности легендарной магини, и Прыжком переместилась к трактиру «Чёрная ослица», где застала всю компанию Малька, занявшую в едальном зале самый дальний стол и заказавшую столько еды, что, казалось, ею можно накормить целый полк.

Не выходя из невидимости, попаданка села на край скамьи и спросила.

— И как вы угодили в такую примитивную ловушку? — она положила руку на плечо оказавшегося с ней рядом Кувалды, — Стыдобище. Рассказывайте.

Вьежская братва дружно вздрогнула, однако не очень сильно. Свою госпожу они знали давно и к её необычным появлениям привыкли.

— Дураки потому что, — повинился Малёк, — Рваный точно был уверен, что в такую даль никакая наша покровительница из-за пятёрки простых пацанов не заявится, даже если когда-нибудь и узнает про подставу. Мы и сами до сих пор в такое поверить не можем. Госпожа, ты нас прости. Мы и так тебе всем были обязаны, а тут ещё…

— Ладно. Проехали. Что будем с Рваным делать?

— Разреши, мы сами с ним разберёмся, хозяйка, — попросил Седой, молодой парень, поседевший в подземелье Урании от жестоких пыток, освобождённый и исцелённый Викой по слёзной просьбе Шторма, видевшего в нём будущего главу боевиков банды — ножом Седой владел, словно одной из частей своего тела, — Мы знаем, где его логово.

— Угу, сами, — вздохнула Вика, — А я потом ищи ваши тела для достойного погребения.

— Ну, зачем ты так, госпожа? — качнул головой Малёк.

— Затем, — она поднялась, — Хватит жрать. Ведите. Устроим показательную резню. Шестёрок оставим живими. Чтобы рассказали об участи Рваного и его подручных. А уж потом, вы сами доделаете работу. Мне нужен чудесный алапанский янтарь по бросовой цене и в нужном количестве.

С виду необитаемый особняк, в котором проживал главный местный авторитет, находился неподалёку от речпорта в тихом, небогатом районе рядом с западным входом в катакомбы, куда из подвала дома вёл подземный тоннель — этим путём Малька с товарищами отволокли в узилище.

Когда парни привели её к жилищу Рваного, попутно избавившись от наружного наблюдателя, Вика Дальновидением заметила в особняке суматоху. Видимо, за то время, что она беседовала с императором, местным бандитам стало известно о бегстве пленников.

— Займитесь охраной, — дала попаданка команду, — Тренируйте свои навыки, а то они имеют свойство исчезать, если их долго не применяешь, а я не дам сбежать кому не нужно.

Вика переместилась в комнату, где находилось наибольшее количество людей — восемь человек.

— Вы должны найти их как можно быстрее Гош! — шипел мужчина с вырванными ноздрями и без ушей на сильно пожилого лысого мужчину, магически одарённого, хотя и слабосилка.

— Рваный, ты что, совсем ничего не понял? — спросил маг, — Говорю же, Кним и его люди убиты Молниями. Я знаю только одного человека, который способен выпустить столько мощных боевых заклинаний. Это Тень.

— Какая у нас может быть Тень? Заткнись и делай, что вам велено!

Вика вышла из Скрыта.

— Зря ты так, Рваный, — сказала попаданка, — Он дело говорит, а ты быкуешь. И вообще, козёл ты, тупой и жадный. Даже пачкаться о такое дерьмо не хочется. А придётся. Чтобы другим неповадно было.

Она обездвижила всех присутствующих и неспеша отсекла семерым из них головы, оставив в живых только мага.

— Гош? — уточнила она у него, снимая Замедление, — Я правильно расслышала.

— Правильно, — хрипло произнёс тот, медленно опустившись на колени, поочерёдно сгибая сначала одну ногу, затем вторую, — Пощади, госпожа.

Вика внимательно на него посмотрела, отметив и давний след от удавки на шее, и отсутствующий большой палец на правой руке, и вырывающийся при дыхании хрип из лёгких. Банда увечных, что ли? — подумалось — нет, остальные убитые вроде без особых повреждений до встречи с ней были.

— Хорошо, раз ты так вежливо просишь, — улыбнулась она, наложив на мага свою традиционную благодетельную двоечку — Исцеление и Омоложение, — Главное, что мне в тебе понравилось — это твой разумный подход. Надеюсь, он сохранится и впредь. Сейчас сюда войдёт наш с тобой уважаемый Малёк, — магически Вика контролировала работу вьежских парней — те, воспользовавшись неожиданностью, весьма ловко расправлялись с обидчиками и вот-вот должны были появиться в комнате, где сейчас находилась их госпожа, — И ты с ним по новой обговоришь ваши совместные дела. К обоюдной выгоде. Надеюсь, ты понимаешь, что с порталами я смогу появляться здесь в любое время? Не надо мне сапоги мусолить. Главное, не разочаруй меня. Мальку и парням от меня привет передавай. Скажи, что я их видеть не желаю, пока не исправят ситуацию.

Она вновь ушла в Скрыт и совершила Прыжок как раз в тот момент, когда подручный Шторма распахивал дверь.

Дальше они и без неё разберутся. В конце концов, не дети, чтобы она у них постоянно сопли подтирала.

В свою резиденцию Вика вернулась поздним вечером этого же дня.

— Крелан, вызови мне на завтра великого магистра и Гнеша, — приказала она, готовясь к отправке в натопленную баню, на днях построенную по чертежу земляка, точь-в-точь такую же, как у самого Олега, — Буду с ними составлять список, кто отправится со мной на историческую встречу на Эльбе. Ты какой мне халат принесла, дура? — спросила она у рабыни.

— На Эльбе? Вы же собирались в Псков, через фестальский портал, — невозмутимо напомнил канцлер.

— Хм, разве? Точно. Совсем уже старой стала. Деменция или склероз. Отнесись с пониманием к своей госпоже. Где Петелия? Она про берёзовые веники для меня не забыла?

— Всё готово, госпожа.

— Отлично.

Ожидание очередной скорой встречи с соотечественником поддерживало настроение повелительницы Ордена на большой высоте. Даже бегство Бегемота, отшлёпанного тапком за опрокидывание уже украшенной в спальне ёлки, на её предпраздничные эмоции не повлияло.

Конец второй книги.

Content

Серг Усов
Попаданцы. Мир Таларея
Книга 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26