Серг Усов

Попаданцы. Мир Таларея. Книга 3

Глава 1

На лётном поле, оборудованном совсем недавно в сотне метров от границы лагеря, сейчас медленно раскачивались три дирижабля — её, брата и один из боевых аэростатов воздушного флота, рядом с которым лежала странная штуковина, чем-то похожая на дельфина или акулу, тоже округлая и с плавниками. Олег назвал эту железную рыбу бомбой.

— Снаряду, а тем более пушечному ядру с ней не сравниться, — сказал брат, когда они вдвоём подошли к его очередному смертоносному новшеству, — Видишь, Уля? — он похлопал железный бок бомбы и обратился к стоявшим рядом с диковинным изделием молодым механикам, бывшим рабам, давно, за ум и прилежание, получившим волю и достаток, — Ну, что, парни, ввинчиваем взрыватель и крепим эту штуковину к держателю.

Приспособление для навешивания бомбы имелось и на ярко-красного цвета дирижабле императора, но Олег вчера сказал, что демонстрация воздушного удара должна последовать с обычного аэростата. В другое время Уля не отстала бы от брата, пока не получила от него ответа, почему именно так, только вот в последние дни, расставшись со всеми надеждами на близкую дружбу с маркизом Орро ни Ловеном, молодая королева Саарона пребывала в подавленном состоянии, переживала и очень себя жалела.

— А ведь можно же и несколько бомб на одном дирижабле везти? — выкинув из головы очередной приступ тоски, спросила она, глядя, как мастера подкатили на тележке изделие под дно салона аэростата и принялись заводить к корпусу металлической акулы крюки, которые брат назвал держателем.

— Верным путём мыслишь, сестрёнка, — засмеялся Олег, — Для нашей махины вес бомбы в сто пятьдесят килограмм — не критичен. Можно ещё парочку, как минимум. Это если без уменьшения численности экипажа и пассажиров их навесить. А так-то и поболее поднимет, только подвеску нужно будет доработать. Но давай пока одну испытаем. Посмотрим, что и как у нас получится, — он обнял её за плечи, — Не грусти, малыш. Всё пройдёт, — брат понимал причину её печали, — Пошли в салон.

Друзья и соратники остались в штабе армии — так распорядился император — и до лётного поля государя с сестрой проводили только ниндзя во главе с верной Нирмой.

Уля ободряюще улыбнулась полковнику, своей подруге по грустному состоянию. Так получилось, что крах любовных надежд обеих практически совпал по времени. В их компанию можно было бы включить и третью — герцогиню ре Вил, но Веда, как только поняла, что лишилась лишь постели с императором, а не его покровительства, быстро прогнала печаль и с утроенной силой погрузилась в дела герцогства. Железа, меди и олова, главного богатства Вила, псковскому государю требовалось всё больше.

Королеве Саарона тоже всегда имелось, чем заняться, однако Олег и Гортензия, похоже, решили её лечить от хандры противоположным способом. Они, наоборот, хотели снять с неё значительную часть нагрузки, в первую очередь, магической — управление королевством и так не являлось для императорской сестры сильной обузой. Чиновники Гури и Армина под руководством Монса справлялись с делами весьма неплохо.

Не зря брат часто говорит, что у неё чутьё на достойных людей. Не только бывший уголовник Гнус, ставший талантливым военачальником Ковиным, но и Монс, один из тех наёмников, кто однажды подрядился убить Улю и был ею прощён и исцелён, теперь служил императорской сестре верой и правдой. Благо, опыта в различных сферах жизни под руководством Лешика он набрался много.

— Начинай подъём, капитан, — скомандовал Олег, когда закрылась наружная дверь салона аэростата, — Воздушный Поток я сам создам.

Своих служанок Уля оставила в лагере, им с братом хватит и стюарда, если что. Да и пятёрка ниндзей поднялась на борт — есть кому услужить.

Конечно, обычный дирижабль не мог предоставить такого комфорта в полёте, как аэростаты её или брата, здесь даже спальное место имелось лишь одно, больше напоминавшее солдатский раскладной топчан, чем койку, но королеве Саарона приходилось ночевать и на земле, так что, сильно она не расстраивалась. Тем более, раз Олег решил использовать для движения свою магию, полёт долго не продлится — за день и ночь с задачей они управятся и вернутся.

— Олег, расскажешь, о чём ты и Гортензия с посланниками договорились? — попросила Уля, заняв место в центре салона у иллюминатора, — А то я, пока телеграфными башнями занималась, совсем всё пропустила.

Вспомнив проделанную ею за предыдущие три дня магическую работу, она с некоторым злорадством подумала, что планы брата постараться в дальнейшем обходиться без привлечения сестры к строительству новых объектов в империи, просто не осуществимы, как бы Гортензия на этом не настаивала. В одиночку Олегу, при его занятости текущими делами, всего не потянуть, а Вика, их новый друг и соратник, не сможет долго находиться на Тарпеции, у неё и своих задач полно, там, на Алернии.

Других же магов, способных накладывать заклинание Укрепления, необходимой для создания сверхпрочного мрамора мощи, не существует. А кто тогда завершит строительство рельсовой дороги и трассы до Растина? А до крепости Наров? Построит мост через Ирмень ещё и в районе Орежа вместо древнего, еле-еле до сих пор не развалившегося? А летний императорский дворец у Палена? Некому поручить и ускоренное развитие телеграфной сети, пусть даже большинство башен сейчас возводится из кирпичей или камней без использования магии.

Брат сел напротив.

— Конечно, расскажу, о чём договорились, — улыбнулся он, — Только вот наставница твоя, да и моя тоже, убедила, что тебе, как вернёмся, до самого Нового года ни о чём ином, кроме как о предстоящих балах, думать не следует. Она права, Уля, у тебя ведь совсем личной жизни нет. Замучил я тебя. Отдохни хоть немного. С дворянами молодыми познакомься, с аристократами. Не тогда, когда они к тебе на аудиенцию с просьбами или жалобами приходят, а просто потанцуй, повеселись. Ну, сама понимаешь. Поверь, не все из них бестолочи или ищут твоей протекции. Впрочем, такие тоже есть. Да, ещё гости с Алернии будут. Может среди них найдутся интересные люди.

— Я ведь не против, Олег, — пожала Уля плечами, сдержав грустный вздох, — Но мы ещё не вернулись с Аргона, так что, можем говорить о делах, не обманывая ожиданий нашей наставницы.

Государь с её доводом согласился и рассказал в подробностях ход и результат достигнутых с маркизом ни Ловеном и графом ри Щонгом договорённостей. Понятно, соглашение было предварительным, Божественная и Сертин должны их ещё одобрить и сообщить об этом голубиной почтой.

В том, что решение императрицы Хадона и короля Аргона будет положительным, сомневаться не приходилось. Им просто некуда деваться, у Олега очень выгодная позиция, и это они зависят от него, а не он от них.

Псковский император согласился оказывать союзу, в который помимо Хадона и Аргонского королевства вошли Отан и Герония, поддержку, но весьма ограниченную, как и те условия Олега, что в данный момент союзники принимают.

У брата есть время. Как только Агния и её Совет согласятся передать ему контроль над Геронией или хотя бы северными провинциями этого королевства, где проходит одна из рельсовых дорог, так и помощь от Пскова станет полноценной, включая военный поход против гостей с Валании.

— Ты поэтому приютил Олу ре Литоль? — Уля не отказалась от принесённого стюардом любимого угощения в виде орехов с мёдом и ждала ответа от брата уже закинув пару ядрышек себе в рот, — Хочешь не только восстановить её в правах на герцогство, но и дать нечто повыше?

— А простое сочувствие к несчастной сиротке в моём сердце возникнуть не могло? — хмыкнул Олег, — Эх, Уля. Даже ты так обо мне думаешь, будто бы я во всём ищу лишь выгоду. Нет. Не хочу я ре Литоль двигать к трону. Она хорошая девушка, но пуста и ленива. Меня и нынешний монарх Геронии устраивает. Тем более, что я его бил, и он это хорошо помнит.

— Чек готовит армию к походу, — произнесла Уля с вопросительными нотками в голосе.

— Да. Я не допущу поражения Хадонского союза. Даже если Агния упрётся совсем насчёт Геронийского королевства, мне всё одно придётся её выручать. Впрочем, я надеюсь, она проявит благоразумие. Пока же я по просьбе Сертина введу свои войска в Тигольскую, северо-западную, провинцию его королевства. Закрою для бронзовокожих путь в аргонскую житницу. Если валанийцы решат атаковать мою армию — что же, тем хуже для них.

— Всё равно наши союзники долго против южан не продержатся, — убеждённо сказала королева Саарона, — Порталы многое изменили. Сейчас ведь подкрепления с Валании могут пойти потоком.

— Думаю, уже идут, — согласился брат, — Только и союз может ими пользоваться. В Отане тоже есть портал, а в Геронии целых два. Хадонским войскам теперь не нужно проделывать долгие марши. А вообще, конечно, с открывшейся возможностью пространственного перемещения рисунок войн сильно поменяется. Это ещё надо будет обдумать. Как-нибудь отдельно соберёмся по данному вопросу с нашими военными стратегами. Пока же, мы, собственно, для того сейчас и летим к аргонскому порталу, чтобы испортить валанийцам прилив воодушевления от заработавших порталов. Царька парсанского мы с тобой сделали. Теперь вот и пространственную площадку, захваченную нашими южными друзьями, потревожим. Будут воевать с оглядкой. Так что, не всё так однозначно предстоит, Уля, в сражениях на аргонских полях.

Брат уже предупредил её, что в парсанском дворце Вика выдавала себя за королеву Саарона, и все должны считать это правдой. Только врать Уле вовсе не требовалось. Олег сказал: ты лишь молчи на эту тему и загадочно улыбайся. А ведь ей очень хотелось, чтобы она действительно в тот день находилась рядом с императором. Жаль, что так не сложилось.

Они разговаривали почти до самого обеда. Олег пытался ей объяснить про новую электрическую магию, которую он с её участием собирается принести в Псковскую империю, но Уля почти ничего не поняла, хотя словами брат говорил знакомыми. Уяснила только, что это будет нечто по настоящему великое, во что она легко поверила — от Олега другого ждать и не приходилось.

Ещё, по его словам, новой магией смогут пользоваться и люди неодарённые. Как некоторыми артефактами. Только не надо будет что-нибудь разламывать, а просто нажать на кнопку, и появится свет, или потечёт вода, или подует ветер, или ящичек заговорит человеческим голосом.

Последнее Уле показалось совсем необычным, но и тут она полностью доверилась брату.

После обеда император погрузился в чтение очередного историко-географического фолианта, доставленного ему в лагерь Гортензией и извлечённого им сейчас из Пространственного Кармана, а молодая королева, в очередной раз пожалев, что у неё так и не получается изучить заклинание для создания столь удивительного хранилища, вынула из сумки книги про Незнайку, перечитать ещё раз, и детские рассказы, которых открыла первыми.

Друзья и соратники государя, прекрасно осведомлённые, кто на самом деле скрывается под именем автора книг Мистер Икс, ничуть не удивлялись столь большому количеству постоянно издававшихся новых произведений.

Хитрый и мудрый правитель Пскова, хоть и был загружен множеством государственных дел, собрал команду из шести грамотеев-выдумщиков — пять молодых мужчин и одна пожилая женщина — которых назвал странным словом литнегры. Олег рассказывал им сюжет, те с его слов делали более подробное описание событий, затем император проверял, вносил правки и отдавал в издательство. Так он почти не тратил своего драгоценного времени, а людей радовали всё новые и новые книжные истории.

Читая очередной рассказ, королева временами отворачивалась к иллюминатору, чтобы не отвлекать брата видом своих слёз. Только в этот раз она плакала от смеха. Повествование про двух мальчишек, решивших в отсутствии взрослых сварить себе кашу и переборщивших с количеством крупы, соли, времени готовки, было простым, но таким смешным, что Уля даже почувствовала колики в животе.

— Да не крутись ты как на иголках, — усмехнулся Олег, посмотрев на неё поверх фолианта, — Знаешь же про моё обострённое восприятие. Не скроешь ничего.

Она кивнула и, закрыв лицо руками, засмеялась в полный голос.

— Прости, не могу сдержаться? — отсмеявшись, сказала она, — Наверное мне надо что-нибудь серьёзное почитать.

— Зачем? Гортензии с нами нет. Читай, что тебе интересней, — брат взглянул в иллюминатор, захлопнул свою книгу и обернулся к голове салона, где молодые, этого года выпуска, ниндзя прильнули носами к стёклам, — Сержант Дирн, — позвал он не командира пятёрки охраны, а находившегося там же стюарда — воздухоплавание относилось к очень важной части армейской службы, и на дирижаблях даже стюарды, по-сути слуги, имели унтер-офицерские звания, — Позови сюда штурмана. Мы кажется уже подлетаем к цели.

За бортом на земле в различных местах, чуть ближе к дирижаблю или совсем далеко, виднелись дымы от пожаров. Она уже достаточно повидала штурмов, осад и захватов городов, поселений или крепостей, чтобы ясно представлять, что сейчас происходит на тех пожарах.

Да, псковская армия, которую Олег приучил к жёсткой дисциплине, своевольными грабежами и мародёрством не занималась, однако, Уля видела и последствия действий других войск.

Впрочем, у неё самой в прошлом году при подавлении мятежа в Фиреле, северной провинции Саарона, нашлись любители расправ над мирными подданными королевства. Двое ландверовцев, среди которых один был унтер-офицером, после штурма столицы заговорщиков изнасиловали и убили совсем молодую девушку, почти девчонку.

Уля тогда приказала казнить обоих методом ахейцев, когда преступника привязывают за руки и ноги к четырём лошадям и разрывают его тело на части. Зрелище не только увлекательное — ей показалось оно очень интересным — но и весьма поучительное. С тех пор даже сааронские вспомогательные воинские формирования усвоили, как следует себя вести. Что можно делать, а что нет.

— Звали, государь? — спросил штурман, молодой светловолосый лейтенант, украдкой посмотревший на неё и чуть заметно покрасневший, — Доложить, где мы находимся?

— Догадливый. Показывай, — приказал император.

Дворянин тут же положил на стол планшет — это такая специальная плоская сумка, которую брат ввёл в обиход не только у воздухофлотских офицеров, но и у артиллерийских — ткнул пальцем в прикреплённую снаружи сумки карту Аргона.

— Вот здесь, — сообщил он, — Час назад миновали Лекур. Там валанийцев ещё не наблюдали, а сейчас правее нас Шен-Дист. Через двадцать-тридцать минут, если не сочтёте нужным ускорить полёт, будем у столицы. Над целью.

— Спасибо, понял. Нет, ускоряться не станем. Возвращайся. Уля, поставь Сферу, — попросил сестру Олег, — На полную свою мощь. Мало ли, вдруг там много сейчас их сильнейших магов. Сама понимаешь, какая дорогая штука аэростат, поэтому, пока над теми местами, где возможно нахождение групп сильных одарённых, дирижабли смогут летать только со мной или с тобой. Иначе собьют гады. Жаль у нас на Тарпеции нет литена, драгоценного минерала, из которого парсанцы делают свои мощные защитные амулеты.

— Разве из чего-нибудь другого нельзя их сделать? — стало интересно Уле.

— Можно хоть из кирпича. Только вот в него много энергии не направишь, Сфера будет совсем слабой, да и Оболочка долго заклинание не сохранит. Полдня, и всё. Ладно. Не беда. Вика обещала, что её подруга вскоре подберёт нужную огранку какого-то тамошнего вида янтаря. Алапанского, кажется. Говорит, Сферы будут не менее мощными, чем у валанийцев. Тогда бомбардировщики и без нас с тобой работать смогут. Если у Вики не получится, придумаю, как до парсанских копий царя Соломона добраться.

— Не Соломона, Олег, — поправила брата Уля, — Леофира Второго. Первого ты убил. Мы с тобой убили. Ты уже забыл что ли?

— Нет, не забыл. Пойдём покажу прицел для бомбометания, — император поднялся и протянул молодой королеве руку, — Пока примитив примитивный. Но инженеров Трашпа я уже накрутил думать про такой, который станет учитывать скорость аэростата, его высоту, ветер и температуру за бортом. Тогда можно будет сходу, вернее, слёту бомбы метать. Сегодня же придётся зависать над целью. И то, не факт, что точность окажется хорошей. Вроде бы на габаритно-весовых макетах проверяли, но, одно дело на знакомом до пылинки родном полигоне метать, а другое — в незнакомом месте.

Аргонский портал, как и во многих других государствах, располагался рядом с резиденцией правителя. Появление воздушного судна над дворцом незамеченным не прошло, и внизу под дирижаблем Уля увидела людскую беготню, а вскоре она ощутила, что по поставленной ею Сфере ударили мощными Молнией и Ледяным Копьём. Последнее заклинание являлось вообще крайне редким, на Тарпеции поди никто, кроме брата, такого и не знал. Значит у портала сейчас какие-то очень сильные и опытные маги валанийцев находятся. Сфера просела почти на пятую часть своего максимального наполнения.

— По нам бьют, — предупредила она Олега.

— Я понял, — улыбнулся он, наклоняясь над стеклянным зрачком длинной бронзовой трубки и кладя руку на рычаг, управляющий держателем бомбы, — Значит, наши действия — исключительно самозащита. Мы тут, понимаешь, просто летели, никого не трогали, а они? Эх, ничему дураков жизнь не учит. Ну, Уля, смотреть будешь? — предложил он, остановив полёт дирижабля и пригласив её к трубке прицела.

— Буду, — согласилась она.

Уля посмотрела в то, что брат назвал окуляром, и увидела крестик, наведённый на портальную арку, через которую в это время проходил фургон, влекомый парой волов. Ещё с десяток таких повозок уже прошли через портал. Вокруг находилось множество пеших и конных воинов, смотревших вверх на дирижабль и размахивавших руками с оружием.

— Точно навелись? — раздался сзади голос Олега.

— Что? — не сразу поняла его вопрос королева Саарона.

— Я говорю, перекрестие правильно смотрит? На портал?

— Д-да, — чуть заикнулась Уля.

— Ну, тогда огонь. Беспощадный огонь. Ты смотри, не отвлекайся.

Она почувствовала вначале, как император дёрнул за рычаг, затем ощутила, что немного качнулся салон, а спустя секунду увидела падающую на землю металлическую акулу.

Взрыв, многократно больший, чем от снарядов, вспыхнул правее метров на пятьдесят от того места, куда был наведён прицел. Не точно, но опустошение бомба произвела вокруг просто чудовищное.

— Вот это да, — не сдержал эмоций кто-то из ниндзей.

И тут же до салона аэростата дошёл и грохот взрыва. На этот раз салон тряхнуло более основательно.

— Не да, Лиртан, а ого-го, — усмехнулся Олег, — Хотя и промазали, но не сильно. Ну, друзья мои, с первым вас боевым опытом бомбардировочного флота. Капитан! Командуй разворот! Больше нам пока здесь делать нечего.

Глава 2

На празднование Нового года в Пскове госпожа Тень взяла с собой всех орденских магистров, кроме Лагиса, самого главного из них. Его она оставила, что называется, на хозяйстве — жизнь организации не останавливалась и требовала постоянного руководства.

— Эрна, — Укрепив последний участок дороги — с этого мгновения от Викинга до оминского портала пролегала гранитная трасса, уступавшая псковским аналогам шириной, но никак не качеством, Вика отвлекла своего магистра магии от весёлой болтовни с герцогиней Уранией, — Ты помнишь, какая из точек соответствует фестальской площадке? Тогда вперёд.

Осуществить переход на Тарпецию можно было бы и пешком, гостей там наверняка ждал подготовленный к их приёму транспорт, только вот выглядело бы это не очень солидно для представителей столь серьёзной организации, поэтому позади повелительницы выстроилась длинная кавалькада всадников.

Кроме магистров магии, географии, рыцарей, флота — Эдорика, одного из своих адмиралов, госпожа Тень всё-таки возвела в высший орденский чин, а также науки, дипломатии и обоих глав ассасинов — Гнеша с Нюрой, на другой материк отправились и Рудий с Желой — попаданка не могла отказать себе в удовольствии сделать приятное самому старому таларейскому другу и его жене.

Такую представительную делегацию сопровождали десяток ассасинов и столько же рыцарей. Разумеется, никакого подвоха от земляка Вика не ожидала, и охрана выполняла лишь представительскую функцию, не более того.

Замыкали колонну всадников ровно две дюжины студентов, членов команды КВН и отличников учёбы, которых деканы определили как наиболее достойных провести зимние каникулы в увлекательном путешествии на другой конец света.

Слуг госпожа Тень распорядилась с собой не брать — псковский император позаботится обо всём.

— Давайте, лучше я открою путь в Винор? — предложила Урания.

Её желание напомнило Вике друзей Тома Сойера, плативших своим детским богатством — от надкусанного со всех сторон яблока или вырванного зуба до дохлой крысы на верёвке — ради удовольствия участвовать в покраске забора. Совершение пространственного путешествия, а тем более, его организация, являлось пока делом новым и непривычным, даже высокородная аристократка испытывала от него настоящий восторг. Понятно, что когда-то это приестся, но на данный момент недостатка в магах, желающих включить портал, не возникало.

Бывшая крепостная не решилась перечить правительнице Вьежа, а Вика только пожала плечом, ей было всё равно.

Повелительница Ордена подозвала Дубка и распорядилась дать рабам, строившим трассу, четыре дня полноценного отдыха и выделять им на это время удвоенную суточную порцию сидра и вина.

— Все наказания отменить, — распорядилась она, — Слово есть такое — амнистия. Слышал?

— А что это? — спросил вместо орденского лесничего хмурый Дебор, оказавшийся в этот момент вместе с Алеком рядом.

Виконт по понятным причинам последние пару месяцев пребывал не в самом радужном настроении, что не мешало ему, будучи здоровым мужчиной и коренным таларейцем, вернуться к уже было навсегда заброшенным плотским утехам с привлекательными служанками. В иных обстоятельствах москвичка устроила бы виконту Карлайтскому головомойку с битьём посуды, теперь же лишь нашла в этом самооправдание разрыву близких с ним отношений.

— Это прощение для всех подряд, — пояснила Вика, — Друг мой, тебе всё ясно? — улыбнулась она Дубку.

— Почти, — почесал тот в затылке, — С тех дураков кандалы снять?

— Не помню, если честно, кого ты имеешь в виду, но, да. Амнистия же, — подтвердила своё распоряжение госпожа Тень, — Как отдохнут, приступайте к засыпке смеси для проспектов и площадей.

Архитектурно-строительный план, начерченный ею вместе с Флеммом Орвалем и его помощниками, Вика бывшему браконьеру уже отдала. Она посчитала, что вначале нужно проложить прямые широкие улицы, а только потом строить вдоль них здания казино, гостиниц, ресторанов и доходных домов. Её город игр, как и Псков, не будет иметь узких тёмных закоулков или трущоб, где счастливых получателей выигрышей могли бы поджидать злоумышленники с кистенями в руках.

— Вот это да! — не сдержала восклицания правительница Вьежа, увидев открывшуюся перед ней картину округи фестальского портала.

Вика-то выстроенную Олегом и Улей защиту площадки уже наблюдала, поэтому изумление и некоторая тревога соратников её не удивили.

Вокруг арки возвышались стены. Их высота была таковой, что сюда не могли проникнуть прямые солнечные лучи, хотя периметр огороженного пространства превосходил размерами футбольное поле.

Жерла пушек, смотрящие на портал из бойниц надвратной башни, алернийцам не были знакомы, однако угрозу, исходящую от этих странных бронзовых труб, почувствовали все.

— Стоять! Не двигаться! Кто такие?! — прозвучало со второго яруса башни.

— Свои! Свои! — ответила Вика, высоко поднимая золотую пайцзу.

Сбоку башни открылась металлическая дверца и оттуда показались сержант и лейтенант-маг. Подойдя, они внимательно посмотрели на пайцзу и синхронно кивнули.

— Вам и вашим спутникам надо будет немного подождать, госпожа Тень, — приветливо сказал офицер, — Вас сейчас встретят, — он подал на башню условный сигнал и разрешил переход в Фестал всей кавалькаде гостей.

На Алернии сейчас стоял поздний вечер, а здесь только раннее утро, зато погода почти ничем не отличалась. Олег рассказывал, что в первый Новый год в Пскове пошёл снег. На этот раз ждать такого подарка не приходилось — небо было синим и безоблачным, а температура градусов десять тепла, и вряд ли за оставшиеся до первого января три дня в погоде что-то резко поменяется.

— Не надо было мне меха с собой брать, — подъехала к попаданке герцогиня, — Наверное, ни разу не надену.

— А я тебе говорила, — с нотками злорадства согласилась Вика, — Лишний тюк только тащим с собой. Нет, два. Эрна тоже себе ни в чём не отказывает.

О том, как подруги готовили себя к поездке, Олег бы наверное целый сатирический роман мог написать. Даже сама Вика, уж на что не отказывала себе в возможности красиво нарядиться, и то устала от недели мод, что устроили орденские красавицы, включая и Нюру, в замке Тени.

Ожидание долго не продлилось. Урания с Эрной не успели ещё закончить спор, кто из них взял с собой больше лишнего, как ворота башни широко распахнулись, и из них в сопровождении множества придворных показались королева Клемения, герцогиня ре Вил и граф ри Неров с супругой.

Лешик и Прила держались чуть позади местной правительницы и Веды, хотя — Вике было совершенно понятно — именно они назначены соотечественником главными сопровождающими алернийских гостей.

— Рада приветствовать магиню Тень у себя во дворце, — громко сообщила королева.

— Большая честь для меня, — Вика соскочила с коня и вежливо склонила голову, — Благодарю.

То, что земляка она увидит лишь во Пскове, попаданка знала — они так договорились, но появление возле портала самой правительницы Винора оказалось для попаданки неожиданным и лестным.

Остальные гости последовали примеру повелительницы Ордена и спешились.

Церемония знакомства королевы и её спутников с магистрами Ордена долго не продлилась. Представлять Клемении своего старого друга Рудия Вика разумеется не стала.

— Знаю, что ты торопишься к нашему императору, поэтому посетить мой дворец не предлагаю, — сказала в завершении правительница Винора, — За воротами тебя и свиту ждут кареты.

— Спасибо, прекрасная королева, но нам проще будет до вокзала добраться верхом, — отказалась от любезного предложения попаданка.

— Как пожелаешь, Вика. Личный поезд нашего государя тебя ждёт, — ответила Клемения и обернулась к Лешику, — граф ри Неров проводит тебя до Пскова. Я туда тоже вскоре приеду.

Госпожа Тень заметила, как герцогиня ре Вил попыталась тоже что-то сказать, но в последний момент удержалась. Веда смотрела на гостью с искренним восторгом и обожанием. Эта лицемерка далеко пойдёт, если не остановить, подумалось попаданке, только нужно ли это делать?

Наивное, почти детское ханжество бывшей Олеговой любовницы сейчас Вику уже не злило, а забавляло, хотя, если отбросить прошлые ревнивые мысли, приходилось признать, что герцогиня ре Вил действительно очень красива, и пышная полнота ей весьма шла.

Просто, после первой встречи с Олегом попаданка на уровне женской интуиции приобрела уверенность, что ни Веда, ни кто-либо ещё ей не соперницы. Тогда к чему мелочные обиды на прошлых любовниц земляка?

— Я уже отправил сообщение начальнику вокзала о вашем прибытии, — Лешик выдвинулся из-за спины Клемении, — готов сопровождать тебя, госпожа.

Возле арки ворот выстроились, образуя коридор, ряды винорской гвардии. Не садясь в сёдла, взяв своих лошадей под уздцы, алернийцы вышли с хозяевами на дорожку дворцового парка из магического гранита, на которой дожидались семь карет, оказавшиеся теперь не востребованными.

— Император, смотрю, и здесь участвует в обустройстве, — отметила госпожа Тень, показав плёткой себе под ноги..

— Нет, Вика, — пояснила королева, шедшая рядом с попаданкой со шлейфом придворных позади, — Этот мрамор — работа королевы Саарона. Я не просила, Уля сама, когда гостила, решила улучшить мой парк такими дорожками.

Конечно, земляку хорошо с могучей помощницей — позавидовала Олегу Вика в очередной раз — Уля у него большую часть магических работ выполняет на уровне недостижимом Эрне или, тем более, Крелану.

Идею получить себе такую же магическую соратницу или помощника Вика после долгих размышлений с сожалением отложила. Дело в том, что, во-первых, Олегова сестра инициировалась в магини в момент нахождения рядом с ним, а во-вторых, становятся одарёнными единицы из нескольких тысяч, если не десятков тысяч, мальчишек и девчонок. И что, ей постоянно таскать с собой огромное количество детей в надежде, что кто-нибудь из них однажды обретёт магические способности в её присутствии? Это просто нереально. Олегу, как говорили у них на родине, тупо повезло.

Попрощавшись с королевой, повелительница Ордена направилась со своими соратниками и подчинёнными к вокзалу в сопровождении графской четы ри Неровов, получивших себе коней от гвардейцев эскорта.

Слухи всегда живут своей особенной жизнью. Казалось бы, откуда горожане могли узнать о прибытии в их город уважаемых гостей с другого материка? Тем не менее, когда кавалькада алернийцев выехала из дворцового комплекса, то все улицы и площади Фестала по направлению её движения оказались забиты толпами зевак.

В особо узких местах эскорту приходилось пускать в ход древки копий, чтобы расчистить или расширить путь.

Столица Клемении особого впечатления на гостей не произвела — Вьеж был крупнее и богаче, всё-таки один из главных океанских портов Алернии. А вот когда выехав из города, орденцы оказались на вокзале, где на первом пути их уже дожидался исходящий парами личный поезд императора, тут эмоций алернийцы сдержать не смогли, хотя от своей повелительницы знали, какое зрелище им предстоит увидеть.

— Вика, это вот и есть часы? — Урания словно невежественная простушка пальцем показала на большой циферблат вокзальных курантов, — А это паровоз! — уверенно заявила она перенацелив свой аристократический палец на локомотив, — А это ...

— Рельсы, вагоны, перрон, стеклянный навес, проводники, почётный караул, — продолжила за неё со смехом Вика, довольная при виде реакции своих магистров и адептоа, как будто бы это она сама, а не её земляк всё это устроил, — А ещё мы миновали сейчас без остановки привокзальную площадь, зал ожидания, билетные кассы, книжные и газетные киоски, вокзальные ресторан и гостиницу. Так, а вот газеты свежие нам бы не помешали. Лешик.

— Всё уже доставлено в купе, госпожа, — ответила за мужа Прила.

— Вика, — в очередной раз поправила графиню попаданка, — Для тебя с мужем я Вика.

— А я для вас, дорогие графиня и граф, Урания, — добавила восторженно оглядывающаяся вокруг герцогиня, — Просто Урания.

— А я томат, — оказавшийся рядом Гнеш не преминул повторить шутку, когда-то услышанную от сестры и запомнившуюся ему.

В отличие от её брата, соратницы историю про этот рекламный слоган не знали, но на реплику магистра ассасинов засмеялись и герцогиня, и Эрна, и Прила, и Нюра. Если дочь Рудия была незамужней, то вот трём другим молодым женщинам смотреть на братика такими заинтересованными взглядами, которые они себе позволяли, Вика считала непозволительным. Она решила, что как-нибудь поговорит с ними серьёзно.

Кстати, обжору Хенту госпожа Тень не включила в состав орденской делегации как раз исходя из заботы о любимом брате. Попаданка не считала себя моралисткой или цербером, но за судьбу Гнеша испытывала чувство ответственности, и абы кого она к нему близко не подпустит. Пусть пока с рабынями развлекается. Дело молодое, это Вика понимает.

— Да, — подтвердил Лешик, — В вагонах вас ждут и книги, и крестословы, и газеты, и свежий номер "Псковской модницы", тот самый журнал, что графиня Кара издаёт, и кое-какие подарки.

При произнесении двух последних позиций гостьи оживились ещё больше. Какая женщина откажется узнать о новинках иностранной моды? А кто из них не любит даров? Вика ещё на Земле приметила, что богатые люди почему-то дармовщину ценят даже выше, чем простые. И здесь, в Таларее, за Уранией с графиней Нальей или за герцогиней Жагетой она увидела ту же картину — имея возможность купить себе почти всё, что пожелаешь, без заметного ущерба для своей казны, они приходили в восторг получая задарма порой всякую мелочь. Для Вики такая странность высокородных являлось загадкой, но разгадывать её она не собиралась.

— Тогда пойдём рассаживаться по местам? — предложила она, иначе орденцы могли топтаться на перроне ещё пару часов, не меньше.

Вагоны императорского поезда, все пять, были окрашены в ярко-красный цвет, как пожарные составы на Земле.

Ёрничать по поводу того, что в Олеге живёт не состоявшийся огнеборец, попаданка не стала. Не только на родной планете, но и здесь, пурпур, наряду с золотым цветом, очень ценился правителями всех государств. Она сама не отказалась иметь для официальных мероприятий кумачёвую мантию.

— Конечно, — поддержал её предложение Лешик, — Прошу, — вытянул он руку в сторону центрального вагона, — Тебе с герцогиней сюда.

— Думаю, там найдётся место и для Эрны с Нюрой, — уверенно заявила попаданка, — В твоём списке по рассадке гостей есть и ещё одна неточность. Мой магистр флота Эдорик не должен оказаться вместе с мэром Неллграда. Пить ваш кальвадос в дороге я им не запрещаю, но соревнование в этом деле мне ни к чему.

Обострённым восприятием и боковым зрением она заметила, как ниндзя — а в императорском поезде ими являлись все проводники и часть обслуги — быстро вычислили своих коллег, растворившихся среди обычных студентов, и, как говорится, сделали стойку, что те собаки на волков, или, наоборот, волки на собак. Её ассасины тоже мгновенно определили Олеговых выкормышей как угрозу.

— Гнеш, Лешик, — чуть улыбнулась госпожа Тень, — Успокойте ребят. Я этот момент упустила, и ты граф хорош, нечего сказать.

Рыцари Алека у нидзей настороженности не вызвали, так как наглядно демонстрировали себя вооружённым эскортом гостьи императора.

— Сейчас всё будет в порядке, — заверил граф ри Неров и отошёл, как и Гнеш.

Вика кивнула своим мыслям — о лошадях позаботятся, горячие ассасинско-ниндзевские ребята в конфликт не вступят, спутники первые чудеса уже увидели, можно ехать.

Рассадка по вагонам много времени не заняла, хотя шума от подруг было слишком много. Попаданка им это простила.

Малая ли мощность паровоза, либо несовершенство конструкции, но императорский состав в момент начала движения дёрнулся несколько раз так же сильно, как и обычные пассажирские. Алернийские гости, предупреждённые заранее, от толчков не пострадали, а клубы дыма из паровозной трубы, проникшие повсюду, им нисколько не мешали чувствовать радость от начала необыкновенного путешествия.

Подруги быстро сообразили, что Вика достаточно равнодушна к происходящему, привыкла, и своими эмоциями принялись делиться друг с другом, оставив госпожу Тень в гордом одиночестве, которое, правда, долго не продлилось. В императорский салон явился Лешик с парой слуг и вручил всем подарки — плетёные корзины, наполненные парфюмерией и косметикой.

— А что нашим мужчинам приготовил император? — поинтересовалась у графа Вика.

— Студентам, рыцарям и ассасинам — дорогие кинжалы, а магистрам носимые в кармане или на цепочке часы, — ответил тот.

— Ого, — непроизвольно выгнула бровь дугой попаданка, — Даже так? А взглянуть можно?

— Конечно, — хмыкнул Лешик и извлёк из кармана камзола здоровенное, размером с кулак приплюснутое яйцо, — Вот, смотри. Первая партия из трёх десятков штук неделю назад была доставлена из Распила в императорский дворец. Государь распорядился твоим соратникам выделить. Мэру Рудию тоже досталось. Цени.

— Ценю. Спасибо, что с количеством угадали, — она взяла увесистый заводной механизм в руку и открыла крышку, которая при откидывании издала мелодичный звук, — Пока недремлющий брегет не прозвонит ему обед, — вспомнила она цитату солнца русской поэзии, — Твой государь, Лешик, самый великий человек.

— Знаю, — серьёзно, без намёка на иронию согласился граф, — Я всего с запасом взял. Могу ещё принести.

— Не нужно. И так балуете нас. Лучше скажи, где те модные журналы. Девочек надо чем-то отвлечь, а то, не дай Семеро, сейчас из окна кто-нибудь из них вывалится.

Поездка так увлекла орденцев, что они почти позабыли про присутствие с ними рядом их повелительницы. О госпоже Тень вспоминали только во время совместных с ней трапез и когда возникала нужда в третейском судье при очередном споре. Вика нисколько на это не обижалась. Ей даже так было лучше. Она уходила с Лешиком в одну из отдельных комнаток салон-вагона, задавала ему вопросы о происходящих в империи или вокруг неё событиях и внимательно выслушивала ответы.

Олег распорядился начальнику своей службы безопасности от повелительницы Ордена ничего не скрывать, и тот добросовестно выполнял это указание.

Конечно, всё необходимое Вика могла узнать и от самого соотечественника, только зачем им время лишний раз на деловые беседы тратить? У них могут найтись другие темы для разговоров.

Ночью она засыпала с непроизвольной улыбкой на губах. Скорая встреча с земляком поднимала ей настроение, которое не испортило даже необходимость использовать магию исцеления с самого утра.

Сначала пришла расстроенная Жела. Во время одной из стоянок её муж всё же сошёлся с адмиралом Эдориком и отправился к тому в купе обсуждать проблемы стоянки кораблей в гавани Акульего Зуба. Беседовали с кальвадосом. Результат этих посиделок госпоже Тень и пришлось устранять. Затем к повелительнице привели бестолковую девчонку-ассасинку, которая часто высовывала голову из окна во время движения поезда. В Виноре сибирских морозов не наблюдалось, но зима есть зима, и у девушки поднялась температура.

— Тебя бы не лечить надо было, а высечь, — в сердцах ругнулась Вика.

— Простите, госпожа, — повинилась ассасин.

— Простите, простите, — отмахнулась попаданка, — Иди уж.

Как и в прошлый раз, Олег встречал землячку на вокзале лично. Только сейчас с ним была сестра. Вика первый раз увидела Улю не в брючном походном костюме, а в шикарном платье.

Всё было как положено — красная ковровая дорожка, оркестр, исполняющий Встречный марш. Только вместо гвардейцев — мушкетёры с блестящими в лучах заходящего солнца ружьями. "Передай царю-батюшке, англичане стволы кирпичом не чистят", — вспомнилось ей при виде мушкетов что-то подзабытое из школьной пограммы.

Земляне встретились глазами.

— "Скучала?"

— "Очень. А ты?"

— "Ещё больше".

— "Как ты можешь оценивать, больше или меньше? Для этого надо знать, что я чувствовала"

— "Зачем? И так ясно. Я крупнее тебя, значит и тоски во мне больше помещается".

Они одновременно улыбнулись, и Вика первой произнесла вслух:

— Рада тебя видеть, великий император.

Глава 3

На привокзальной площади алернийских гостей ждали не только кареты, но и взнузданные кони для рыцарей и студентов.

Вика, шедшая рядом с земляком, знаком подозвала к себе брата и Алека.

— Наш гостеприимный хозяин любезно берёт на себя обеспечение безопасности, — негромко сообщила она им, — Так что, скажите своим людям, чтобы расслабились и просто отдыхали.

— Могут и найти себе новых друзей, — добавил Олег, — Всё веселее будет. И познавательней. Я уже дал команду показать наши достопримечательности. Госпожа Тень, — официально обратился он к землячке, — прошу тебя и кого-нибудь из твоих подруг или соратников занять места в моём экипаже.

Естественно, ехать вместе с Олегом, Улей и Викой выпало Урании, как самой титулованной из магистров. Остальные орденцы воспользовались другими транспортными средствами. Путь был не долгим — до городских ворот, за которыми на рельсовом кольце гостей с другого материка ждали многоместные кареты конки, собранные со всех маршрутов.

Вика как-то сказала земляку, что не прочь прокатиться на его гужевом трамвае, и ей было очень приятно, что Олег даже такое мелочное пожелание не пропустил мимо ушей и запомнил.

Про общественный транспорт Пскова повелительница Ордена своим адептам рассказать упустила, но те, кажется, уже начинали привыкать к чудесам, которые ожидали их в этом путешествии. Все довольно быстро пересели на конку и вереница рельсовых экипажей покатила по центральному проспекту столицы, уже украшенному к Новогодним торжествам.

— Как красиво! — выдохнула Эрна, севшая с Флеммом позади повелительницы и Ули.

Магистр магии выразила общее мнение. Даже на попаданку, хорошо ещё помнившую новогоднюю Москву, праздничный Псков произвёл сильное впечатление.

Все деревья аллей были украшены гирляндами и большими стеклянными игрушками, имелось множество ламп и светильников, пока не горевших, но готовых к вечернему освещению, стены зданий покрылись разноцветной драпировкой, а у столбов уличного освещения гроздьями раскачивались воздушные шары. Вкупе со строгой и величественной красотой самой Олеговой столицы зрелище было незабываемым.

— Рот только чуть прикрой, Эрна, — в шутку посоветовала подруге обернувшаяся на её возглас госпожа Тень, — Я ведь предупреждала. Держи себя солидней. Ну, постарайся.

Однако, когда конка доставила гостей к дворцовой площади, Вике самой пришлось прикусить язык, чтобы сдержать готовый вырваться глупый вопрос. Она вовремя себе напомнила, что Таларея — магический мир, и построить Ледяной городок при плюсовых температурах хоть и не просто, но вполне реально. Чему попаданка и её люди стали сейчас свидетелями.

— Я собрал со всей империи магов, знающих заклинание Холода, — ответил земляк на неозвученный Викой вопрос, — За два дня с моими архитекторами соорудили, как видишь, это чудо. Спасибо Уле, — Олег приобнял сестру за плечи, — она столько энергии потом в конструкты влила, что дней пять лёд будет держаться.

— Я потом ещё добавлю, — улыбнулась королева Саарона, — пусть долго стоит. Видишь, как всем нравится.

Сравнить построенное псковскими мастерами и магами ледяное развлечение с творениями императрицы Елизаветы Петровны Вика не могла, потому что о них только читала — картинки ей не попадались, зато Олег оказался наверняка более демократичным, чем дочь Петра Великого. По Ледяному городку сейчас бегали, ходили, лазили все кому не лень. Даже простонародье.

— Не желаешь там прогуляться, Вика? — император лично помог землячке спуститься по ступенькам из конки, — Я велю очистить от толпы.

— Желаю, — попаданка задержала свою ладонь в руке Олега, — Только попозже.

До наступления Нового года оставалось ещё два дня, и после его празднования госпожа Тень не собиралась сразу же возвращаться, так что, времени на подготовленные земляком развлечения ей вполне хватит.

Между Ледяным городом и парадным подъездом дворца стояла украшенная исполинская винорская сосна, на макушке которой красовалась рубиновая звезда.

Карета совершала полукруг, когда Олег, заметив, куда направлен взгляд Вики, вдруг произнёс понятное только ему с землячкой:

— Ни одна кремлёвская с ней не сравнится. Ведь правда?

— Можно подумать, ты хоть раз видел наяву кремлёвскую. Но, да. Твоя лучше. А уж по ценности, — намекнула попаданка на стоимость этой ценной древесины за пределами королевства Клемении и тут же озвучила появившуюся у неё деловую, далёкую от праздничной мысль, — А ведь с открытием порталов твои растинские морские торговцы останутся без существенной статьи своих доходов.

— Знаю. Потому уже запретил вывоз винорской сосны пространственными путями. Только сильно это не поможет, думаю. Вообще, трансконтинентальную морскую торговлю ждут тяжёлые времена. Она не исчезнет, конечно. А прибрежный или речной каботаж и вовсе не пострадают, однако, уменьшать количество торговых кораблей придётся. По моим прикидкам, на треть, не меньше. Так, мы приехали. Часик отдохнёте.

— Мы не устали, государь Олег, — произнесла разговаривавшая до этого с Улей герцогиня Вьежская.

— Ну, не отдохнёте, так в порядок себя приведёте, — вежливо кивнул Урании император, — И жду вас на пиру и балу в вашу честь.

По парадной лестнице алернийские гости поднимались в полном составе. Вика сказала соотечественнику, что её студенты и охрана могут расположиться и в городских гостиницах или снять комнаты в доходных домах, но Олег отмахнулся — в его дворце места всем хватит.

Для провода визитёров по предназначенным для них апартаментам и помещениям впереди толпы придворных выстроились в ряд десяток дворецких, все как один с пышными усами и бакенбардами, в дорогих ярких камзолах. Лица и возраст, правда, у всех слуг были разные, на близнецов не тянули. Вике пришла в голову мысль отдать земляку презентованных ей Уранией тройняшек. Всё равно толку от них никакого, и, как она и подозревала, парни оказались совсем бестолковыми, не пригодными ни для службы в её резиденции, ни в университете. Ходят с постоянно поротыми задницами. А вот в таком, часто посещаемом месте, как дворец Псковского императора, они действительно могут послужить развлечением.

— Если позволишь, я сама Вику провожу, — попросила брата королева Саарона.

Было в её просьбе нечто большее, чем обычная вежливость. Госпожа Тень это почувствовала и решила, что Улю заинтересовал статный красавец Гнеш, но королева Саарона спросила о другом:

— Твой магистр дипломатии задержится при нашем дворе?

Шедшая с правой стороны от госпожи Тень герцогиня Вьежская, которой, как и Эрне с Нюрой, предстояло делить с Викой южные гостевые апартаменты второго этажа, хихикнула и искоса с любопытством посмотрела на повелительницу.

— Что смешного, Урания? — попаданка слегка толкнула подругу локтем в бок, — Уля помогает не только брату, но и своей наставнице — помнишь, я тебе про мудрую и прекрасную Гортензию рассказывала? — так что, вопрос королевы объясним. Тем более, что Дебор действительно замечательный человек. Не нужно смущаться, Уля.

Вика оценивающе посмотрела на главную помощницу Олега. Подумалось, что, если та в самом деле заинтересовалась виконтом Карлайтским, то это просто замечательно. Но, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Впрочем, попаданка уже привыкла к тому, что жизнь порой выкидывает такие коленца — нарочно не придумаешь.

Пусть королева Саарона немного наивна и простовата, к тому же, сильно моложе Дебора, зато очень могущественна и магически необычайно сильна. Можно сказать, что они друг другу ровня. Хорошая бы получилась пара.

— Я лишь хотела уточнить, — Уля всё же покраснела — особенность императорской сестры по любому поводу покрываться румянцем Вика заметила ещё в прошлые свои посещения псковского двора, — Гортензия сейчас с мужем, в расположении южной армии. Прибудет только третьего января.

— Магистр её дождётся, прекрасная королева, — улыбнулась попаданка, — Была бы тебе признательна, если бы ты помогла виконту не скучать всё это время. Заметила ведь, что он у меня слишком задумчивый и серьёзный?

— Да, — кивнула Уля, — Мне даже показалось, что он о чём-то очень грустит.

Правительница Вьежа не смогла промолчать.

— Тебе не показалось, королева, — напустив на себя сочувственный вид, ханжески вздохнула Урания, — Разрушенное любовное счастье.

— Урания! — на этот раз толчок Вики локтём был более чувствителен, — Давай не станем уподобляться простолюдинкам и выдумывать всякие небылицы.

По правде говоря, попаданка давно убедилась, что аристократки любят сплетничать едва ли не больше черни, но публично признавать такой факт никто из них не желает, и герцогиня восприняла слова подруги всерьёз. Извинилась взглядом.

Однако, её фраза уже произвела сильное впечатление на Улю. Та буквально вспыхнула любопытством. И причину такой реакции Вика знала. Со слов соотечественника, у него была серьёзная проблема с влюблённостью сестры в Омоложенного им хадонского посланника, покорившего сердце королевы Саарона своими огромными эрудицией, знаниями и простой человеческой порядочностью.

Кажется, Олегу как-то удалось решить этот вопрос, и его главная помощница теперь свободна, выражаясь словами Павла Васильевича, чиновника из их байкерской компании, как трусы без резинки.

Если это так, то всё может получиться просто замечательно. Дебор не только молод, статен и красив, но и бесспорно очень умён. А то, что готов при случае валять смазливых рабынь, так данная черта является неприемлемой и мерзкой лишь с точки зрения уроженки иного мира, коей Уля не является.

— Здесь три комнаты и ванная для кого-то из вас, госпожи, — доложил лакей, когда процессия достигла гостевых апартаментов.

— Нюра, — подмигнула Вика девушке.

Кому, как не магистру ассасинов занять место ближе ко входу?

Следом отделилась Эрна, затем Урания, и в свои помещения госпожа Тень пришла с одной только Улей. Ну, бравых мушкетёров, аккуратно топавших вслед, дворецкого, рабов и рабынь можно было не учитывать.

— Вот здесь всё для тебя приготовлено, — сказала королева Саарона, с удовольствием наблюдая реакцию гостьи на огромные, высотой в полтора человеческих роста, напольные часы.

— Ничего себе! — хмыкнула попаданка, подходя к краснодеревному столбу с раскачивающимся маятником, величиной с футбольный мяч, — Теперь я ни на какое мероприятие не опоздаю. Слушай, Уля, а раньше я такой диковины во дворце не видела.

— Её недавно изготовили, — пояснила императорская сестра, — Доставили вместе с носимыми часами. Это стояло у Олега в кабинете, но вчера он распорядился перенести сюда. За тобой зайдут без десяти пять.

— Спасибо, Уля, — поблагодарила спутницу госпожа Тень.

Она тепло обняла сестру земляка. Вика чувствовала, что Уля относится к ней насторожено, но рассчитывала, что вскоре это пройдёт. У Олега замечательная помощница, хоть немного и простоватая в общении.

Когда королева Саарона ушла, повелительница Ордена увидела и оценила другой знак внимания от соотечественника. Во главе предоставленных в её распоряжение слуг оказались ни кто иные, как сама Мона со своим мужем.

Вика за своего земляка только радовалась, но имелось единственное, в чём она ему по настоящему завидовала, и причина такой зависти молчаливо с полуулыбкой стояла впереди замершей обслуги.

— Мона, ванная и душ готовы?

Та кивнула и показала рукой на правую дверь.

Урания ввалилась в комнаты повелительницы через тридцать минут уже одетой на выход, сверкающей бриллиантами как светлячок в ночи.

— Что-то рано пришла, — Вика расхаживала по спальне, раздумывая над своим гардеробом на бал, в одном только нижнем белье, — Как же ты прекрасно выглядишь, Урания. Впрочем, когда было по другому?

Герцогиня польщённо улыбнулась и села в кресло.

— Скучно стало, вот и пришла, — сообщила она, — Как считаешь, на императора я произведу впечатление в таком одеянии? В карете он на меня только пару раз взглянул — когда садились и когда выходили. Ах, какой мужчина! Вика, ты не рассказывала, какой он красивый. Попробую его сегодня ...

— Ты же замужем, дорогуша! — возмутилась попаданка и тут же по смешинкам в глазах подруги поняла, что глупо попалась в ловушку, устроенную Уранией, — А впрочем, ты уже взрослая тётенька. Делай как знаешь.

— Поздно, Вика, — засмеялась герцогиня Вьежская, — Теперь я совершенно точно знаю причину твоего охлаждения к Дебору. Влюбилась? У вас с ним уже что-то было?

— Любопытной Варваре нос оторвали, — не стала отвечать на вопрос госпожа Тень, — Лучше скажи, какое мне сегодня надеть? — она повернулась к трём девушкам, каждая из которых держала на вытянутых руках по платью.

Подруга отщипнула от кисти винограда, лежавшей с другими фруктами на большом серебряном блюде, одну ягодку, положила её себе в рот, некоторое время рассматривала одеяния, размахивая при этом пальцем, словно музыкальный критик на прослушивании оперы, затем указала на то, что держала девушка слева.

— Предложила бы его, но ты же не любишь слишком пёструю расцветку, зачем ты вообще это с собой взяла? Надевай бордовое.

— Наши мнения совпали, — коротко рассмеялась Вика.

Вьющимся локонам Урании достаточно было помощи гребня, а вот госпоже Тень для достойной причёски на своей голове пришлось воспользоваться услугами приведённого Моной застенчивого мужика-парикмахера. Результатом его работы попаданка осталась довольна.

Пока повелительнице делали причёску, пришли и Эрна с Нюрой. В гостиной они с герцогиней увлечённо принялись обсуждать диковинный механизм отсчёта времени и строить планы на приобретение себе таких же. Башенные часы во Вьеже и магическом комтурстве уже были обещаны, но теперь, понятно, Урании и Эрне этого стало уже мало.

Когда за гостьями в апартаменты явились графиня Прила ри Неров и лично полковник Нирма, все алернийки к пиршеству уже были полностью готовы.

Остальные орденцы, включая взволнованных оказанной честью студентов, заняли свои места за столами, как сообщил премьер-министр Клейн, встретивший с Лешиком госпожу Тень и её подруг перед дверями в пиршественные залы.

— Тебе надо будет подождать государя, — сказал ри Неров, — император желает появиться одновременно с тобой.

В этот раз обошлось без марша Мендельсона, и появление императора с госпожой Тень сопровождалось музыкой из фильма про Шерлока Холмса, том самом, где играли Ливанов и Соломин. Очень красивая и величественная мелодия.

Чтобы попасть в псковский дворец на новогодние праздники необходимо было обладать титулом не ниже герцогского или иметь серьёзные заслуги, и то, канцелярия весьма разборчиво подходила к тому, кто достоин приглашения, а кто нет. И даже при таких ограничениях в огромном главном зале все гости поместиться не могли — нужно ведь ещё достаточно пространства для танцев, оркестра и площадки для развлекательных представлений. Здесь собрались аристократы и сановники со всех уголков Псковской империи.

Поэтому, примерно треть приглашённых расположились в двух залах, следующих анфиладой за главным.

— И это ещё ведь не прибыли твои венценосные вассалы, — произнесла Вика, усаживаясь по левую от императора руку — место справа традиционно заняла его сестра Уля, — Куда их-то поместишь?

— Найдётся куда, — глаза Олега улыбались, — В тесноте, да не в обиде. В конце концов, это проблема баронессы Чеппин. Не будем себе голову забивать.

Сегодня по понятным причинам за столами почти не было военных. Пскову угрожали сразу с трёх сторон, так что, генералам было чем заняться и кроме балов. Зато владетели, чьи дружины Олег почти совсем не задействовал, если не считать переманивания из них наиболее способных вояк, могли предаваться обжорству, танцам, развлечениям, не забывая при этом произносить славословия в адрес императора.

— Тебе льстивые речи ещё не надоели? — спросила Вика у земляка, кружась с ним в первом танце, — Залижут ведь.

— Старый год провожаем, есть повод, чем гордиться — сделанным в четвёртом году от основания империи, пусть радуются, — ответил тот, — А для меня он ещё был самым замечательным из всех, что я прожил здесь. Потому что встретил тебя.

— Сама не нарадуюсь, — Вика откинула голову, глядя в лицо друга, — Ты ждешь меня этой ночью в своей опочивальне?

— Жду и надеюсь, — Олег чуть крепче прижал её к себе, — Придёшь ведь?

— Да, нам ведь надо обсудить много деловых вопросов, — пошутила она.

Госпожа Тень ощущала на себе сотни взглядов.

Не только те, кто остались за столами, но и танцующие вокруг, взирали на своего государя и повелительницу Ордена с жутким любопытством. Такого не было при её первом посещении дворца, всё же столичные аристократы, сановники и их жёны более сдержаны в выражении чувств, чем их провинциальные коллеги.

Она полностью отдала себя удовольствию от обьятий Олега и волшебства музыки.

Когда государь повёл её обратно к столу, Вика приметила у одного из окон компанию богато разодетых дам, к которым пристроилась сбоку с бокалом в руке скромная графиня ри Хольваст, вдова погибшего героя, к которой Олег попросил проявлять больше чуткости и внимания. Раз просил, значит надо делать, подумала попаданка. Тем более, что подруга графини Иретта, жена премьер-министра Клейна, сейчас занята, помогает баронессе Чеппин с ведением бала.

— Олег, ты иди, я задержусь, — сказала Вика, убирая руку от локтя соотечественника, — Привет, Гая, — подойдя к компании она поздоровалась с одной лишь вдовой, проигнорировав остальных пятерых дам, раскрывших от удивления рты — никто из них не ожидал, что всеми обсуждаемая госпожа Тень, подруга государя, вдруг подойдёт к ним.

В этот момент попаданка поняла, что за мысль свербела у неё в мозгу. Веера. Да. Именно их не хватало местным представительницам прекрасного пола, чтобы балы в Таларее походили на те, что были на Земле.

Вместо обмахивания веерами здешние аристократки грызли орехи, как русские селянки семечки на танцах во времена бабушкиной молодости. Скорлупу дамы бросали на пол, а суетливые служанки успевали за ними убирать.

— Здравствуйте, госпожа Тень, — на лице графини ри Хольваст появилось такое восхищённое и благодарное выражение, что попаданку даже немного покоробило, — Я очень рада вас видеть.

— Я тоже, — гостья императора дружески обняла вдову, — Только зачем так официально? Мы ведь подруги. Я что подошла-то. Ты завтра свободна? Составь, пожалуйста, мне компанию на эти праздники? А то моя свита разбивается по интересам, а вы с Иреттой обещали мне показать фирменные магазины в Промзоне. Те, которые прямо с тамошних фабрик товарами напрямую торгуют. И вообще, найдём, чем заняться. Так ты как на это смотришь?

— С удовольствием ..., — графиня чуть замялась, — Вика.

— Отлично! Жду тебя в своих покоях к завтраку, и только попробуй не прийти.

Повелительница Ордена ещё раз обняла Гаю и направилась к столу. Навстречу ей попались Дебор и Уля, выходившие на следующий танец.

— Вика, мы решили, что надо немного размяться, — сообщил ей виконт.

"Он передо мной оправдывается, что ли?" — подумала попаданка, а вслух сказала:

— Давно пора было. А то одно место отсидится.

Ей стало интересно, кто из них первым пригласил на танец — Дебор Улю или Уля Дебора? Конечно, выяснять этого она не стала. Да и какая разница?

Глава 4

— Мона, дежурить ночью оставайся сама, — сказала Вика верной служанке Олега, выходя из душа и прогнав из спальни другую девушку, — Мне надо будет сейчас навестить твоего господина, и я не хочу, чтобы об этом кто-нибудь знал. Хорошо?

Помощница улыбнулась и кивнула. Мона уже многое знала про новую подругу императора и для неё не являлось секретом возможности госпожи Тень мгновенно перемещаться с помощью магии.

Бал закончился в полночь, но повелительнице Ордена пришлось ещё час выслушивать восхищённые впечатления подруг от прошедшего празднования, пока наконец те не угомонились и не отправились по своим опочивальням.

Вика недолго раздумывала, стоит ли ей на свидание явиться, что называется, во всём параде, и решила надеть обычное ночное платье, а вот нижнее бельё подобрала самое откровенное. Всё же встреча с Олегом предполагалась вовсе не деловой.

Подмигнув Моне, попаданка без ухода в Скрыт мгновенно переместилась в императорскую спальню.

Соотечественник её ожидал, сидя в кресле с газетой в руках, тоже переодетый в лёгкие штаны и нательную рубаху — прямо-таки муж, ожидающий появления супруги.

— Привет ещё раз, — Вика подошла к поднявшемуся на ноги Олегу, положила ему руки на плечи, и они слились в долгом поцелуе.

А дальше инициативу в свои руки взял он. В его объятиях краем сознания Вика отчётливо поняла, как ей надоело быть доминой. Женская суть требовала сильного мужского плеча, на которое можно было бы всегда опереться.

Олег снял с неё платье и, уже на кровати, чуть помедлил со стрингами, лаская тело землячки руками и губами.

— Вот оно счастье, — тихо сказал он.

Вика слабо улыбнулась, но ничего отвечать не стала, она дождалась когда Олег приступил к главному и застонала от накатившего на неё чувства блаженства.

На земляков словно бы напало безумие. Благо, магия исцеления позволяла длить это состояние бесконечно долго. Кровати им почему-то не хватило, и госпоже Тень довелось побывать на полу, затем лежать на спине рядом с заваленным фруктами подносом на столе, а после посидеть попой на подоконнике. И так не по одному кругу. Сколько длилась времени эта страсть, сказать было сложно — свои напольные часы, пока единственные в этом мире, соотечественник отправил в её апартаменты — но часа два, точно не меньше, они почти непрерывно провели в объятиях друг друга.

Момент, когда усталость сознания от непрерывного наслаждения накрыла обоих одновременно, всё же наступил. Вика обессиленно сползла с Олега, умышленно не используя Малое Исцеление, чтобы не прогонять приятную истому, и легла на спину, совсем немного не доставая головой подушки.

— Я тебя люблю, — сорвались с её губ такие простые слова.

Олег подтянул подголовник ей под голову и поцеловал повелительницу Ордена в нос.

— Я тоже, — шепнул он.

Вика проигнорировала предложенную подушку, скользнула ужиком вплотную к земляку и прижалась щекой к его груди.

— Через двадцать с небольшим часов наступит новый год, — сказала она, проводя пальцем Олегу возле пупка, — Твой подарок мне под ёлочку я знаю, а вот ты мой нет.

— Нет, — согласился он, — Даже любопытно, что ты придумала.

Ей самой не терпелось порадовать друга, и она решила не ждать. Извлекла из Пространственного Кармана свой сюрприз и положила его земляку на живот.

— Только не хохочи, пожалуйста, — попросила Вика.

— Не буду. Что это? Шарф? Варежки? — он не сдержал смеха.

— Ну, вот, а обещал не смеяться, — изобразила обиду в голосе и на лице москвичка, — Знаешь, как сложно было придумать подарок для всемогущего императора? Что можно преподнести тебе? Золото? Бриллианты? Амулеты? Дорогое оружие? Всё не то. Так что, носи и не выделывайся. Тут ценность в том, что это я сама связала. Этими ручками, — покрутила она одной ладонью перед улыбающимся лицом земляка, — И учти, что Бегемот мне мешал, как только мог. Понравилось ему клубок гаду катать. Я ещё хотела тебе носки связать, но бабушка меня так и не успела научить делать пятку. Как освою эту премудрость, так и носками начну снабжать.

Великий император поднёс шарф с рукавицами к своему носу и вдохнул.

— Твоими руками пахнет, — вымолвил он через дары.

— Да, ну. Не выдумывай.

— Нет, правда. И шерсть очень мягкая. Жаль, что у нас зимы не бывает. Или наоборот хорошо. Не нужно будет носить на себе. Дольше сохранит тепло твоих рук.

Повелительница Ордена потёрлась подбородком о плечо Олега.

— Может и придётся надевать. Ты на север совсем никогда не собираешься путешествовать? — спросила Вика.

— Чего мне там делать?

— Мало ли, — усмехнулась госпожа Тень, — Ты пока не думал захватить бесхозные порталы? Не все, конечно, а находящиеся далеко от людских поселений?

— Ты что-то ещё предлагаешь?

— Я? Нет. Решила, что ты сам сообразил, — Вика вновь начала водить ногтем по груди соотечественника, от шеи до низа живота и обратно, — Пока до народа начинает потихоньку доходить, что порталы не закроются ни завтра, ни послезавтра, ни вообще никогда, и пока у них вызревает мысль, что при таких раскладах есть выгода от владения наибольшим количеством площадок, даже теми, от которых сегодня нет никакого толка, ты со своими магами, ниндзями, армией и Улей уже приберёшь себе к рукам опорные точки в разных местах всех континентов. Построишь там свои стены, поставишь пушки. Явятся гильдейские торговцы или посланники государей, а тут ты такой им: здрасьте, вас здесь не стояло, сей портал оприходован как бесхозное имущество и поставлен на инвентарный учёт в Псковской канцелярии.

— Вика, ты прям мои мысли читаешь, — хохотнул Олег, — Я ведь как раз собирался догадаться о такой идее.

— Вот видишь. Захочешь площадки в северных краях посмотреть и тут же вспомнишь — мне ведь землячка шарф с варежками шерстяными подарила! — наденешь, и любая стужа будет нипочём.

Олег надел на себя подарки. На голом правителе Псковской империи они смотрелись особенно трогательно, Вике результат своего труда очень понравился.

К любовным ласкам этой ночью они больше не возвращались, но разговаривали ещё долго, обо всём и ни о чём одновременно. Такое случается.

Попаданка покинула земляка уже под утро. Одеваться она не стала. Забрала свои вещи в охапку и увернувшись от попытки Олега её схватить, чтобы напоследок ещё раз обнять, Прыжком переместилась в ванную комнату выделенных ей покоев.

На шум полившейся в душе воды заскочила Мона.

— Ты совсем не спала, что ли? — спросила её госпожа Тень, вставая под тёплые струи воды и, дождавшись от молодой женщины лишь очередного кивка, наложила на неё Малое Исцеление, — Иди спать. Мне пришли вместо себя девку. Одной хватит.

Под видом ночной дежурной к Вике с большим полотенцем в руках явилась ниндзя — чуть расфокусированный взгляд и кошачьи движения девушку выдавали. Разумеется, что-то говорить по этому поводу госпожа Тень не стала. Олег ведь ниндзей не шпионить за землячкой приставил, а обеспечивать безопасность гостей. К тому же, работу горничной охранница выполняла хорошо.

Часы в гостиной показывали пять утра, когда повелительница Ордена только ещё соизволила лечь спать. Закрывая глаза она улыбалась.

Урания с Эрной были поздними пташками, а вот дочь Рудия по примеру своей госпожи всегда вставала рано. Вика только приступила к утренней зарядке, как служанка доложила о приходе Нюры.

— Ты уже размялась, как я понимаю, — повелительница Ордена, сделав мостик, смотрела на вошедшую магистра ассасинов снизу, — Садись, жди, пока я закончу. Сейчас вместе позавтракаем.

— Я сытая, спасибо, — девушка осталась стоять, — Хотела спросить твоего разрешения отправиться сейчас в университет.

— Спектакль? — попаданка совершила переворот и поднялась на ноги, — Туда же Гнеш с нашими студентами и ассасинами должен был отправиться?

— Да, госпожа, — покивала Нюра, — Уже отправились. Там им не только студенческий театр покажут. Обещали, что по распоряжению госпожи Кары выступит и труппа императорского театра. Говорят, сама Камина в одной из ролей.

— Ого, а я много вчера на пиру упустила, — засмеялась Вика, — Ты, вон, уже в курсе местной богемной жизни. Даже имена знаменитостей узнала и запомнила.

— Вы всё время с императором общались ...

— Да, выпала из актуальной повестки. Конечно, поезжай. Я не возражаю. Хотя, ты ведь знаешь, что мы первого января приглашены на премьеру в настоящий театр?

— Знаю, — улыбнулась магистр ассасинов, — Я с радостью оба раза схожу.

— Молодец. Хорошо придумала. Как хоть называются сегодняшние?

— Горе от ума и Скупой рыцарь.

— Ну, что же, неплохо. Приобщайтесь к высокой культуре.

Проводив Нюру и не дождавшись к девяти, как договаривались, обеих засонь — герцогиню Вьежскую и магистра магии — Вика села завтракать в гордом одиночестве.

Подруги заявились ближе к десяти часам. Эрна ночевала в северном крыле дворца с мужем, а Урания тоже имела оправдание своей поздней побудки, она накануне допоздна беседовала с двумя сааронскими герцогами, один из которых был вдовцом, а другой ради лёгкого флирта с прекрасной алернийской герцогиней оставил жену на попечении своих свитских и гостиничной прислуги.

Чуть позже явились графини Иретта и Гая, чтобы присоединиться к повелительнице Ордена в качестве её свиты на императорский приём, куда сегодня приглашены прибывшие во Псков правители всех государств, вассальных Олегу.

Тронный зал, где псковский государь принимал своих вассалов, размерами не уступал торжественному, собственно, он и находился над ним, на третьем этаже. В таком большом помещении находились трон императора, высокие кресла для правителей, расходившиеся от трона широким полукругом, и стулья для свиты за ними.

В коридоре верхнего этажа к повелительнице Ордена присоединились дожидавшиеся её магистры Дебор, Алек и Эдорик. Гнеш с Нюрой должны были вернуться только после полудня.

— Госпожа Тень, позволь я тебе представлю глаторского регента Виделия Первого и верховного дожа Растина, — едва попаданка оказалась в тронном зале, к ней обратился премьер-министр граф Клейн, муж Иретты, — С остальными владетелями ты уже знакома.

В ожидании выхода императора высшие аристократы империи расхаживали по залу или и вели беседы. Никто занимать свои места не спешил. Прислуга сновала с подносами, полными различных напитков и закусок. Оркестр, которым дирижировал лично Моцарт, не тот, кто умер на Земле, естественно, а Олегов главный музыкант, играл вальс из кинофильма "Мой ласковый и нежный зверь". Само это кино Вика видела лишь урывками, оно ей не понравилось, а вот красивая мелодия из него запомнилась.

С учётом сопровождающих, народа в помещении оказалось немало, однако, из-за размеров зала пространство выглядело слишком свободным. Во всяком случае, на официальном приёме у императора Вика ожидала увидеть больше толкотни.

— Не надо, Клейн, — к повелительнице Ордена подошёл Чек, до этого о чём-то беседовавший с королевой Саарона неподалёку от входа, и заметивший появление новых посетителей, — Я сам её представлю. Тебе и так есть, чем заняться.

Вика рассталась со своей свитой, ободряюще подмигнув бледной от волнения вдовой графине ри Хольваст и заметив, как двое напыщенных аристократов из сопровождения Ули смотрели на Уранию — видимо, её вчерашние герцоги-кавалеры. Госпожа Тень взяла старого, верного друга своего земляка за локоть.

— Я думала, что Тарк будет представлять твоя супруга, — сказала она, когда Чек повёл её к самому дальнему от входа окну, где пила вино компания из десятка мужчин и пары женщин, — Ты вроде бы на войне.

— Олег прислал дирижабль за мной, — ответил маршал, — Не спорить же с ним по всякому пустяку. Да и за пару дней моей отлучки ничего не случится. Гортензия направилась в Геронию. Тоже аэростатом, так что, может к вечеру сегодня и успеет прибыть.

Регент Глатора попаданке не понравился — высокомерен, желчен и себе на уме. Отец Клемении явно тяготился присутствием на мероприятии и ни с кем из венценосных особ в беседу не вступал, предпочитая компанию своих аристократов. Молодая женщина, напоказ прильнувшая к Виделию Первому, явно мамой королеве Винора не приходилась, а вот мачехой вполне могла быть. Впрочем, с госпожой Тень глаторцы вели себя вполне учтиво.

Расставшись с новыми знакомыми, Вика с маршалом вначале прошли по залу, поприветствовав правительниц Винора и Бирмана — в свиту Клемении затесалась и эта крыска Веда, обрадовавшаяся Вике словно та её родная, любимая сестра — и лишь затем подошли к группе спорщиков, находившихся рядом с оркестром и пытавшихся его перекричать.

— Это представители Совета дожей Растина и их глава Ивес Воск, — произнёс Чек, — А это госпожа Тень, повелительница Ордена и союзник нашего государя, — он коснулся ладонью плеча попаданки.

В обернувшемся в её сторону молодом мужчине попаданка сразу же узнала того парня, с которым на заре своего пребывания в Таларее познакомилась на вьежской набережной и кого позже спасла от бандитов. Возраст, усики и шкиперская бородка не сильно изменили его.

Если Вика от неожиданности лишь слегка растерялась, буквально на секунду, то Ивеса реально затрясло. Он стал белее мела, а рот открывался как у вытащенной из воды рыбы.

— Нелла?! — прохрипел он.

Госпожа Тень сделала небольшой шаг назад, чтобы не дать возможность растинцу броситься к ней с объятиями.

— Ошибся ты, дож, — серьёзно произнесла она, — Вика. Меня зовут Вика. Для друзей. Как ко мне нужно обращаться остальным, король Тарка только что озвучил.

— Нелла, это ведь ты!

Он попытался приблизиться, но на его пути встал маршал империи.

— Верховный дож, видимо, ты утомился в дороге, а здесь чересчур натоплено, — Чек положил руку на плечо Ивеса, — Госпожа Тень тебе ведь ясно сказала, что она не та, про кого ты подумал.

— Нелла ...

В этот момент оркестр по знаку Клейна прервал исполнение "Шербургских зонтиков" и заиграл незнакомый Вике марш, под звуки которого появился псковский государь.

Заняв своё место на троне, он дождался, когда Моцарт прервёт музыку и обратился к присутствуюшим.

— Дорогие мои друзья! Да-да, вас я считаю не вассалами, а именно друзьями, — Олег сейчас лукавил, Вика совершенно точно знала, что того же глаторского регента он надух не переносит и терпит его только из-за своей подруги Клео, — Занимайте свои места, но сегодня я вас здесь надолго не задержу. Выслушаю лишь, как добрались и есть ли просьбы и пожелания. А затем мы с вами направимся в Ледяной город, где предадимся веселью. Проводим по доброму старый год, в котором мы добились много успехов. Благодаря вам. Пиршественные столы накрыты, скоморохи, акробаты, музыканты и актёры готовы продемонстрировать свои таланты. На горке нас ждут санки. Никто ещё из вас на санках не горки не спускался, — тут земляк ввёл всех в заблуждение, его союзница госпожа Тень в детстве вдоволь накаталась со спуска и на санках, и на дощечках, а иногда и просто на пузе, — но уверен, что вам понравится. Регент Виделий, — к бывшему королю, ставшим временным правителем при родном внуке, император обратился в первую очередь, — Как добрался?

Ивес Воск сидел через три кресла от Вики и, позабыв правила приличия, смотрел не на государя или выступавших, а на ту, в которой признал свою давнюю знакомую.

— Его мне ещё не хватало, — вздохнула госпожа Тень.

— Ты про кого? — спросила расслышавшая полустон подруги Урания, сидевшая справа и чуть позади повелительницы Ордена.

— Да так, про старого знакомого. Но, давай потише. Послушаем Иргонию.

Как император и пообещал, беседа в тронном зале надолго не затянулась. Предстояло ведь не только старый год проводить, но и фейерверками и салютами встретить год новый. Не до деловых разговоров, в общем.

Когда все поднялись, чтобы отправиться переодеваться на прогулку, Вика постаралась ускользнуть первой, чтобы избежать выяснения отношений с верховным дожем, к которым она пока не была готова.

— Алек, подойди, — подозвала она магистра рыцарей, оказавшись в коридоре, — На прогулку мне нужны в сопровождение ещё и пара-тройка твоих рыцарей. Побольше размерами. Этот, который как медведь у тебя ...

— Баронет Гонинс?

— Ага, он, — вспомнила она имя самого крупного из рыцарей Ордена, настоящего великана, — Их задача не подпускать ко мне никого из растинцев. Только делать это по возможности вежливо.

Переодевание заняло около сорока минут, всё же женщины во всех мирах женщины. Когда госпожа Тень со свитой появилась на парадном крыльце дворца, то увидела, что Олег с Чеком, королевой Саарона, Виделием Первым и компанией растинских дожей уже смотрит разыгранное перед Ледяным городом представление акробатов. Клемения и Иргония ещё отсутствовали.

У подножия лестницы попаданка увидела дожидавшихся её Рудия с Желой и Гнеша с Нюрой. Брат быстро взбежал навстречу Вике.

— Нелла, выручай, — негромко сказал он.

— Что случилось, братик? — госпожа Тень приобняла Гнеша за талию.

— Дай мне какое-нибудь достойное украшение. Колье, или диадему, или подвески, или ...

— Ключ от квартиры, где деньги лежат. В чём дело? Кого ты так решил одарить?

— Я потом всё расскажу. Нелла, ну, правда, выручай.

— Самому купить не судьба? Только не говори, что денег нет. Ты ведь у меня бережливый.

— Деньги есть. Но сегодня магазины, кроме продовольственных, ни один не работают. И ювелирные тоже закрыты. Мои ребята весь Псков обежали.

У Вики в Пространственном Кармане как у того хомяка про запас имелась всякая всячина. Нашёлся и дорогой бриллиантовый комплект. В другое время попаданка его бы ни за что не отдала, не выпотрошив из Гнеша всю нужную информацию, но в этот праздничный день и с хорошим настроением она не стала мелочиться.

— Держи, — сунула она в руку братика ларчик, — Там то, что понравится любому, точнее, любой. Но учти, с тебя подробный рассказ. Понял?

— Понял, Нелла, — расцвёл Гнеш и, поцеловав щедрую и добрую сестру в щёку, умчался к толпам народа с кем-то из ассасинов.

— Вика, Эрна, — обратился император, когда к нему приблизились орденцы, — Как думаете, чего нам не хватает на нашем празднике? Снега? Правильно! Так что? Устроим снегопад? — он поднял руку вверх, показывая на висевшую над Псковом большую тучу.

Вика быстро поняла, чего хочет земляк. Какой Олег всё-таки выдумщик, ей бы подобное в голову не пришло.

Вчетвером — император с сестрой и госпожа Тень с магистром магии — направили мощные заклинания Холода на низко висящее грозовое облако.

Через несколько минут пошёл снег.

— Как у нас дома, — по-русски шепнул Олег землячке на ухо.

— Наш дом теперь здесь, — с улыбкой ответила ему Вика.

Повелительница Ордена на шаг отодвинулась от любимого соотечественника. Для окружающих они союзники и друзья, а не жених и невеста.

Глава 5

Новогодние гуляния, катания, маскарады, танцы, уличные театральные, скоморошьи и акробатические представления, соревнования, фейерверки и салюты даже у видавших это всё псковитян вызывали восторг. Реакцию же алернийских гостей и вовсе описать было бы невозможно. Глядя на своих соратников и адептов, Вика гордилась земляком, как будто бы это она сама являлась творцом чудесного праздника.

Зазвучал последний аккорд вальса из балета Щелкунчик, пожалуй, самого новогоднего из всех, и попаданка, позволив своему кавалеру на этом танце генералу Бору, главному коменданту империи, поцеловать ей обе руки, присоединилась к зрителям соревнования в лазании по скользкому столбу. Призом там висела на вершине пара красных сафьяновых сапог.

Уже шёл второй час первого января, но от бесчисленных, разных форм и конструкций фонарей, ламп, факелов, светильников, лампадок и частых вспышек петард и салютов было очень светло, а Ледяной город и вовсе сиял как в сказке.

— Загляни-ка под ёлку, — Олег в маске рыси внезапно появился за спиной соотечественницы и положил ладони ей на талию. Со стороны смотрелось, наверное, весьма фамильярно — ни его мордочка рыси, ни её лисья никого не могли обмануть, все конечно же знали, что под этими личинами веселятся император и повелительница Ордена. Впрочем, в такой весёлый праздник допускались и гораздо большие вольности. Замужнюю герцогиню Вьежскую, выбравшую облик тигрицы носили на плечах два медведя — герцоги из свиты Ули, — Пошли же, — потащил земляк её за собой, — Хоровод мои гвардейцы уже разогнали, так что, никто не помешает. Ну, как тебе?

— Ты уже четвёртый раз меня за сегодня спрашиваешь, — засмеялась госпожа Тень, — Всё просто восхитительно. Правда, сейчас пришло в голову, что кое-чего не хватает.

— Чего же?

— Иронии судьбы и Иван Васильевича.

— А, это послезавтра покажу.

— Да ладно?!

— Ага. Только не фильмы, а спектакли. Сюжет, естественно, чуть переделан и сильно сокращён.

На пути к ним подбежали запыхавшиеся волчица с волком под ручку — королева Клемения с магистром Алеком — и Веда, как и повелительница Ордена выбравшая маску лисы, но другого размера и окраски.

Хотела ли герцогиня ре Вил тем самым подольститься к госпоже Тень или досадить, Вика выяснять не стала. Скорее, первое. Слишком уж хитра и пронырлива эта негодяйка. А вот лакея из дворцовой костюмерной, выдавшего тайну карнавального обличья повелительницы Ордена, граф ри Неров по просьбе великой гостьи вычислил очень быстро. Попаданка прощать болтуна не собиралась, и этот дурак, отведавши палок, сейчас встречал Новый год в подземелье столичной комендатуры.

— Вы куда? — спросила Клемения, — Мы хотим с вами.

Олег посмотрел на Вику, и та чуть заметно кивнула.

— Да пойдёмте, — сказал земляк, — Посмотрим, что Дед Мороз нашей союзнице подарил.

В круге, образованном гвардейцами вокруг украшенной и светящейся винорской сосны, прибытия императора и его гостьи дожидался сам главный механик Трашп с четвёркой помощников. Рядом стоял большой деревянный ящик, перевязанный широкой красной лентой, завязанной сверху бантом.

— Ах, как красиво! — восхитилась Веда.

Не только сопровождавшие повелительницу Ордена графини Иретта и Гая ри Хольваст, но и пришедшие с герцогиней ре Вил королева Винора и Алек посмотрели на будущую королеву Линерии как на набитое соломой чучело, а Олег заметно смутился, чем немного насмешил соотечественницу, которой вид покрасневшего государя самой могущественной империи Талареи показался забавным.

— Чего же красивого в деревянном ящике, герцогиня? Доски, что ли? — за всех уточнила попаданка и обратилась к Олегу, — Можно я сама бант развяжу?

— Не можно, а нужно, — ответил он.

Вика сделав пару шагов, ухватилась за конец ленты и дёрнула.

— Распаковывай, уважаемый Трашп, — улыбнулась она механику.

Его помощники быстро вскрыли ящик, откинув стенки, и перед зрителями предстал мопед.

— Что за чудовище? — удивилась Клемения.

— Это чудовище — то, которое надо чудовище, — счастливо рассмеялась госпожа Тень, нежно поглаживая металл руля и бака и похлопав кожу двухместного сидения, — Государь, я не нахожу слов, чтобы выразить тебе свою признательность! Позволь мне тебя расцеловать!

Ей с трудом удалось подавить в себе желание тут же вскочить на мопед и промчаться по улицам Пскова. Сейчас это было не к месту и не ко времени.

— Ну, как? Угодил? — Олег не сдержал в голосе ноток самодовольства, впрочем, с точки зрения Вики, вполне заслуженного, — Не желаешь прямо здесь прокатиться? Бак полон, а вон ещё и две канистры двадцатилитровые.

Попаданка хотела было убрать в Пространственный Карман и свой средневеково-магических байк, и ёмкости с керосином — места в её удобном хранилище хватало, а запахи там не распространяются — но вовремя вспомнила, что вокруг находится множество глаз, которым знать лишнее о её способностях не следует.

— Я завтра опробую подарок, — сказала она, — Не хочу отвлекаться сама и отвлекать других от празднования. И лучше я по трассе погоняю. Надеюсь, дорожно-патрульную службу ты ещё не организовал? А то я без шлема. Штрафанут. Трашп, дорогой ты мой талант, организуй доставку мопеда в гостевые апартаменты.

— Во дворец? — удивился механик.

— Ну, да. А что в этом такого? Он же мне теперь вместо мужа будет, — пошутила госпожа Тень и снова погладила руль, — В одну из подсобных комнат затащите, а там уж я разберусь. Шины-то точно по размеру оказались? — слегка попинала она упругое изделие своих магов и алхимиков.

— Идеально, — закивал Трашп, — Ваши люди их нам в Бирмане передали. Мы только позавчера получили. Слава Семерым, менять величину колёс не пришлось. Иначе наш господин подарил бы вам мопед на колёсах из Укреплённой сосны.

— Ну, хорошо всё, что хорошо кончается. Тащите ко мне, только пусть мои друзья сначала удовлетворят своё любопытство.

О предназначении очередной новинки псковской техники догадаться было не сложно, и спутники Вики с интересом рассмотрели мопед. Им это быстро наскучило, и они с радостью приняли предложение императора вернуться к развлечениям.

— С горки ещё пару раз скатимся? — спросил Олег землячку.

— Хоть три, хоть четыре, — согласилась она, — Только с Лешиком сперва переговорю, он мне только что где-то на глаза попался. А, вон он, у театрального помоста. Гая, если не трудно, пригласи ко мне графа ри Нерова, — попросила Вика молодую вдову.

В эти новогодние дни негласную охрану Пскова кроме комендатуры и военных патрулей осуществляли ниндзя Нечая, а вот места главных праздничных мероприятий и сам дворец сейчас контролировались людьми Лешика. Сам граф, изображая ловеласа и гуляку, постоянно получал доклады и отдавал распоряжения, держа руку на пульсе всего происходящего.

— Вызывала, госпожа Тень? Я поспешил, — подошедший с Гаей Лешик в маске непонятного милого зверька отвесил учтивые поклоны Вике и Иретте.

— Да, мой друг, — попаданка отвела начальника службы имперской безопасности немного в сторону от своих спутниц, — Я хотела только уточнить насчёт магистра Гнеша. С полудня его не видела. Он вообще здесь? На празднике?

— Да, здесь, — ответил граф ри Неров, — Думаю, просто не хочет тебе на глаза попадаться. Сначала с Рудием и Эдориком сидел за уличным столом, но потом все трое перешли пировать во дворец.

— Вот козлы старые, — ругнулась Вика, — Сами пьют как не в себя, так ещё и Гнеша дурному учат.

— Ему уже двадцать, Вика, — усмехнулся Лешик, — И всё плохое он давно знает. Да ты не переживай, твой брат всего лишь словил удар по самолюбию. Скоро у него пройдёт.

— Ты что-то знаешь? Выкладывай.

Как оказалось, брату очень понравилась прима императорского театра некая Камина — Вика её вспомнила по увиденным постановкам — действительно талантливая актриса, такая и на Земле могла бы сделать хорошую карьеру на сцене и в кино. Вот только, она отвергла ухаживания Гнеша, а выпрошенный им у сестры комплект драгоценностей наотрез отказалась принимать в дар.

Проблема оказалась серьёзней, чем могло бы показаться на первый взгляд. Молодой, красивый, сильный и богатый брат повелительницы Ордена пользовался огромным вниманием девушек и женщин и с игнорированием своих ухаживаний столкнулся впервые.

Принцип "чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей", работает и в обратную сторону, Вика на это ещё в родном мире насмотрелась, когда парни порой избегали влюбившихся в них девушек, а тех, кто их откровенно динамил, готовы были носить на руках.

Если верить Лешику, в случае с Каминой речь не шла об её кокетстве или намеренном жеманстве. Актриска давно влюбилась в своего государя, об этом все знали и уже перестали насмехаться. Попаданка тоже не подумала иронизировать. Вспомнила, как сама в детстве после просмотра фильма Адмирал влюбилась в Константина Хабенского. У неё-то чувство прошло через год, а у Камины вот затянулось, хотя актриса совсем ненамного моложе Гнеша.

То, что девушка отказалась от дорогого подношения, говорило о её уме и порядочности. Вкупе с равнодушием к ухажёрам, красотой, актёрским талантом и магической одарённостью — да, Камина была магиней, знавшей к тому же заклинание исцеления и кроме сцены работавшей в псковском военном госпитале — всё это складывалось в образ весьма опасный для брата госпожи Тень. Гнеш, кажется, попался в крепкий капкан. Вика чувствовала опасность. Тут дело могло не закончитья лёгким флиртом, а перерасти во что-то более серьёзное.

Нет, против девушки попаданка ничего пока не имела, но пускать в своё близкое окружение неизвестную ей тёмную лошадку, к тому же, воздыхающую по Олегу, совсем не желала.

— Я тебя услышала, — сказала Вика, — За какими столом они во дворце сидят? Впрочем, сама найду.

— Прямо на первом этаже. Сразу налево от фойе, — подсказал Лешик.

Госпожа Тень оставила спутниц развлекаться, а сама в одиночку двинулась во дворец, хотя без пригляда она не осталась — следом за ней скользнула одетая пейзанкой ниндзя и парень-ассасин. Вика распорядилась Нюре, чтобы её ребята расслабились и отдохнули, но магистр рассудила по своему.

— Правильно, топи грусть в вине, — сказала попаданка, подойдя сзади к троице орденцев, занявших места на краю самого дальего стола — тут в основном пировала публика попроще, — Или в чём вы тут топите? В кальвадосе? Уважаю.

Она протрезвила друзей магией исцеления.

— Нелла! Вика! Нелла! — три голоса слились в один.

— Гнеш, — не обращая внимания на трусливо отводивших от неё глаза Рудия и Эдорика, госпожа Тень обратилась только к брату, — Ты чего меня совсем бросил? Идём, поговорить надо.

Празднование Нового года продлилось почти до самого утра, так что, госпожа Тень успела и с императором накататься, и в жмурки в Ледяном городе поиграть, и с братом серьёзно переговорить. Понятно, за один разговор все точки над и не расставить, но убедить Гнеша не впадать в уныние и не торопить при этом события Вике удалось.

Драгоценности брат ей вернул. Вика не стала возвращать их на место, а подарила Гае. Графство Хольваст очень бедное, и хотя вдова героя была обласкана императорским двором, а её управляющий выжимал из крепостных все соки, позволить себе купить комплект украшений стоимостью больше восьми тысяч рублей графиня не могла.

— Вика, это же безумно дорогой подарок! — на глазах Гаи проступили слёзы.

— Не дороже денег, — отмахнулась попаданка, — Дают — бери, бьют — беги. И нам пора отправляться спать, я думаю. Поблагодарим императора и пойдём к себе.

Вернувшись в гостевые апартаменты Вика первым делом зашла в комнатку, где её дожидался подарок Олега. Она убрала мопед в своё магическое хранилище. Туда же отправилось и запасное топливо.

Наскоро приняв душ и переодевшись в простое прямое платье из ситца попаданка Прыжком переместилась в спальню земляка. Олега там не оказалось, зато из гостиной она услышала голоса.

— Иногда ты ведёшь себя как мальчишка, Чек, — раздражённо выговаривала Гортензия своему мужу, — Я ведь тебя просила пока не провоцировать ре Кутенора. Не время сейчас. Когда освободишься от дел у Олега, тогда и начнём выяснять, кто у нас воду мутит.

— Ты же всё равно перехватила послание, — буркнул маршал.

— Да, но это тебя не оправдывает, — упрямо произнесла королева Тарка.

— Перестаньте, — остановил обоих император, — Нашли место и время выяснять свои таркские дела. Вика! — крикнул он, — Входи! Чего как не родная?

Земляк обнаружил гостью Дальновидением — беспечностью он не страдал, пусть даже охранялся и защищался со всех сторон. Молодец.

Ну, раз Олег сказал входить, значит, надо входить, хмыкнула про себя госпожа Тень, и появилась на пороге гостиной.

Кроме императора и королевской четы Тарков в комнате с пузатым бокалом в руке сидел и граф ри Неров. Викин коньяк Лешик распробовал и теперь часто делал выбор в его пользу. Изумление при виде вышедшей из спальни государя госпожи Тень отразилось только на лице служанки, остальные визитёры об истинных отношениях Олега и повелительницы Ордена давно догадывались.

Она было подумала, что псковский государь собрал друзей, чтобы обсудить что-то важное, но, нет, соратники вели беседу обо всём подряд. Такое часто случается после празднования, когда эмоции возбуждаются и расходиться сразу не хочется.

Супруга Чека порадовалась за Улю, которая после своего фиаско с хадонским посланником ходила мрачней тучи.

— Наши три одинокие королевы отлично провели время с алернийскими гостями, — Гортензия с улыбкой, немного ироничной, посмотрела на повелительницу Ордена, — А может и до сих пор проводят. Что-нибудь будешь по этому поводу делать, Вика?

— Завидовать, разве что? Нет, не стану, — мотнула попаданка головой, — Я и сама нашла на Тарпеции того, кого всю жизнь искала, — после её простых, искренних слов возникла пауза, а Вика только тогда заметила, что вино в бокале королевы Тарка насыщено пузырьками, — Шампанское? — не сдержала она удивления.

— Псковское, — поправил Олег, — Мы тут с моим алхимиком Рингом подумали, что если сделать игристое вино, оно отлично будет утолять жажду. Сегодня, пока мы гуляли, доставили из Распила первую партию.

— Ты ещё не пробовала? — хмыкнула Гортензия, — А ну, налей госпоже! — скомандовала она служанке.

В прошлой жизни Вика не испытывала интереса к любому спиртному, в том числе, и к шампанскому, однако, сейчас, сделав всего пару глотков, зажмурилась от удовольствия.

— "Олег, — мысленно обратилась она к другу, — мы ещё долго будем о пустяках болтать? Это Лешику всё прекрасно — он до халявного коньяка дорвался, и Чек с Гортензией не торопятся расставаться — маршала дирижабль ждёт, ну, а мы?"

— "Намёк понял", — земляк тоже воспользовался мыслеречью, а вслух сказал: — Так, друзья, мне с Викой ещё кое-что обсудить требуется. Мы вас покинем. Вы-то сидите, я вас не гоню.

Понимающе переглянувшись Тарки и Лешик решили откланяться. Недопитую бутылку Викиного выдержанного коньяка граф ри Неров прихватил с собой.

Утром попаданка отправилась опробовать свой мопед в одиночестве, для чего воспользовалась заклинаниями Скрыта и Прыжка.

Олег телеграфом предупредил об испытании на трассе нового транспортного средства, так что, его соотечественнице не только не грозила встреча с представителями дорожно-патрульной службы, которая ещё отсутствовала, хотя об её создании император Пскова уже задумывался, но и встреча с обозами или путешественниками. Егеря получили команду в период с девяти до десяти утра расчистить трассу на маршруте Псков — Лесное от всех людей и повозок.

— Как у алкоголички, — прокомментировала попаданка подрагивание своих рук от волнения.

Мопед она завела с третьей попытки и дала мотору время прогреться, газуя на холостом ходу.

— Поехали! — приказала Вика самой себе и выжала сцепление.

Её мопед имел всего две скорости, но пока и этого хватало. Она не сомневалась, что со временем Олег сделает и настоящие байки, и автомобили, и многое другое. Ему, главное, не мешать, и землянин перевернёт Таларею.

Восторг от скорости захлестнул Вику с головой, и она полностью отдалась ему. В неутеплённой куртке ей стало немного холодно. Попаданка создала Воздушный Поток вокруг себя, чтобы защититься от встречного ветра, а потом придумала направить заклинание по ходу движения. Снизившееся трение воздуха позволило разогнаться ещё больше.

Свидетелями её гонки по трассе стали не только встречавшиеся то тут, то там патрули егерей и дежурные телеграфисты на башнях, но и пассажиры поезда, ехавшего в одном с ней направлении.

Рельсовая и мраморная дороги в километре от Пскова сходились и дальше уже шли параллельно друг другу, разделённые только линией телеграфных высоток.

Вика недолго смотрела на сплющенные об окна вагонов носы и щёки пассажиров, после чего выжала газ на полную и смогла обогнать поезд. Значит, скорость её мопеда, прикинула она, около шестидесяти километров в час. Точнее не определить, спидометр на мотике отсутствовал.

Надолго занимать дорогу Вика не стала, у неё ещё будет время накататься. Через час, заложив очередной вираж и остановившись, она заглушила двигатель.

— Родной мой, — счастливо похлопала она по баку, — Какие бы потом у меня ни будут мощные агрегаты, ни за что тебя не брошу. Потому что ты хороший.

Назад во дворец госпожа Тень добиралась тем же способом, что и явилась на испытательную поездку, мопед она убрала опять в Пространственный Карман.

— Госпожа? — в гостиной вышедшую из Скрыта повелительницу Ордена встретила Мона, — Вас тут подруги потеряли. И ещё королева Саарона дважды приходила. Очень хочет с вами о чём-то поговорить. Я государыне Уле пообещала сообщить, как вы вернётесь. Позволите?

— Дай мне двадцать минут, дорогая Мона, и тогда уж оповестишь всех.

Глава 6

Олег предлагал Вике оставаться на Тарпеции, ведь им обоим не хотелось расставаться. Только вот миссии, которые каждый из них взвалил на свои плечи, сильно мешали землянам долго быть вместе.

Землячка взяла с него клятву, что он найдёт возможность в ближайшие пару месяцев нанести ответный визит. Сказала, что удивить ей особо его нечем, и пошутила строками своего обожаемого Пушкина: "в глуши, в деревне, всё вам скучно, а мы, ничем мы не блестим, хоть вам и рады простодушно", но пообещала встретить с любовью и лаской. А что ему ещё надо от Вики? Ничего. Только её саму — лучшую и желанную женщину на свете.

Однажды Вика его спросила: вот это их явное родство душ смогло бы проявиться, встреться они не в Таларее, а на Земле? Олег уверенно ответил, что да, хотя на самом деле сильно в этом сомневался. Очень уж разные у них были тогда интересы. Значит, надо поблагодарить судьбу за всё произошедшее с ними обоими. Почему-то он был уверен, что без встречи с Викой по-настоящему не смог бы стать счастлив никогда.

— Весь дворец приведён в порядок, — доложила государю стоявшая в императорском кабинете баронесса Чеппин, — Прилегающая территория ещё нет.

Олег отвернулся от окна, через которое наблюдал, как разбирают Ледяной город на глыбы и отвозят к канализационным сливам подальше — пусть там тают, чтобы не устраивать огромную лужу посреди дворцовой площади.

— Вижу, что работы не завершились, но это уже не твоя забота, дорогая баронесса, — попаданец увидел, как сильно вымоталась первая статс-дама, и наложил на неё Исцеление, — Спасибо тебе. Отдохни хоть немного.

— Позже, — улыбнулась Чеппин, — Я сегодня соберу наших провинциалок, пока они не разъехались, и расскажу, как они опозорились перед алернийскими гостями, лузгая орехи во время бала в императорском дворце. Госпожа Вика была права, когда сказала, что такие манеры больше подошли бы невоспитанным простолюдинкам.

Землячка легко завоевала сердце суровой дворцовой распорядительницы тем, что очень хвалила её примитивные стишки и попросила сделать дарственную надпись на купленном сборнике. С подачи Вики, сама того не подозревая, баронесса стала в Таларее родоначальницей традиции автографов.

Повелительница Ордена сказала Олегу чуть позже, что стихи Чеппин хоть и близко не сравнятся с поэзией какой-нибудь Анны Ахматовой, зато станут толчком для появления в их новом мире других поэтесс и поэтов. Заявила это без всякой иронии и выкидывать книжку в ближайшую же помойку не собиралась.

— А я уж думал наладить выпуск щелкунчиков для орехов, — пошутил попаданец, — Но перевоспитание и избавление от дурных привычек, в самом деле, всё-таки лучше. Иди.

Он снова посмотрел на дворцовую площадь, украшения и светильники с сосны уже сняли. Олег первоначально хотел, чтобы всё праздничное убранство сохранялось до четырнадцатого числа, но было бы трудно объяснять соратникам, что такое старый Новый год, да и вчерашний — третьего января — отъезд землячки отбил у попаданца желание веселиться. Погуляли, и будет. Полно дел впереди.

Словно подтверждая его последнюю мысль, в кабинет вошёл премьер-министр Клейн сразу с тремя помощниками, притащившими ворох бумаг.

Олег давно избавился от заблуждений своей юности, что управлять государством — это легкое дело, знай, сиди себе в кресле, отдавай хорошие распоряжения, наказывай негодных исполнителей и поощряй добросовестных. Реальность же, с которой он столкнулся, оказалась совсем иной. Главное, что слишком часто при принятии решений приходилось выбирать не между хорошим и плохим вариантами, а между плохим, очень плохим и совсем негодным. На это ещё накладывалось отсутствие идеальных исполнителей. Он и сам столько грубых ляпов допустил за прошедшие годы, что сбился со счёта.

— Сметы я смотреть не стану, — первую порцию документов Олег отодвинул от себя, — Раз Армин подписал, значит всё в порядке. Пусть секретарь моё факсимиле проштампует, скажешь, я велел, — возможность замены личной подписи её резиново-штамповочным аналогом попаданец подсмотрел в деканате института, в котором обучался в своей прошлой жизни, но на важные бумаги, конечно, накладывал резолюции сам, а наиболее значимые заверял ещё и Знаком Сфорца, — Покажи, что у нас по сверке с законами королевств.

Издание новых распорядительных указаний, касающихся порядка в Сфорце, императорском домене, никаких проблем не вызывало. А вот принятие законов, которые должны действовать на всей территории Псковского государства, осложнялось тем, что часто они вступали в прямое противоречие с существующими в королевствах и Растине.

Поначалу попаданец разрешил возникшую ситуацию весьма просто. Помня, что на его родине любой акт, противоречащий конституции страны, прекращает своё действие, Олег и здесь приказал отменять любые правила, если они не соответствуют тем, которые устанавливает император. Но вскоре он понял, что принятое решение было слишком поспешным и его отменил. Теперь специальный отдел канцелярии премьер-министра находил несостыковки в законах и докладывал государю на его решение.

Мысль создать парламент землянин не отверг, а отложил в долгий ящик. Нужно сперва обучить людей, которые не только разбирались бы в законотворчестве, но и понимали, как правильно реагировать на изменяющиеся в государстве условия жизни. Так что, Олегу пока приходилось самому тащить лямку представительного органа власти.

— Клейн, вот это, так уж и быть, из моего указа убираем, — попаданец пером подчеркнул один пункт своего декабрьского распоряжения, касающегося стандартизации ширины колеи транспортных средств, — А это оставляем. Пусть Совет дожей внесёт изменения в их правила. Ещё что у тебя?

Разгрести накопившиеся документы императору удалось только к обеду. Мона накрыла в небольшой комнате отдыха при кабинете стол, компанию за которым государю составил только граф ри Неров. Остальные соратники разъехались выполнять поручения Олега или вернулись к своим обязанностям.

— Чем Нечай так озадачен? — поинтересовался Лешик, втягивая ноздрями запах мантов, готовившихся по рецепту государя, — Мне он показался расстроенным. Или ты ему нагоняй устроил?

— Ругать его нет повода, — Олег кивком поблагодарил девушку, поставившую перед ним горячее, — В Глаторе он всё очень ловко устроил. И имперскую власть напрямую никак не свяжешь с чередой странных смертей некоторых владетелей, и страх в душах смутьянов поселился. Злятся, интригуют, шепчутся по углам крысы, но хвосты поджали. Да и в остальном контрразведка пока на высоте. А хмурится, потому что я велел ему выделить ниндзей для решения новой задачи. При его-то кадровом голоде, сам понимаешь, радости ему это не принесло.

— Я могу узнать, что за задача?

— Ну, напрямую она тебя не касается, однако, и скрывать не вижу смысла. Я велел в течение недели сформировать четыре поисковых отряда, численностью до пятидесяти человек каждый, для поиска полезных порталов из тех, что пока никем не используются. Егеря, ниндзя и по паре магов в отряде. Можно слабосилков — полчаса даже самый хилый одарённый сможет держать переход открытым, а этого с большим избытком хватит. Присвоим себе эти площадки. Дело нужное. Тот же каучук для резины на колёса проще и выгодней самим добывать, чем у кого-то покупать.

— Кажется, я догадываюсь, кто тебе эту идею подсказал, — ухмыльнулся Лешик, — А Вика не может тебе помочь, выделив на это дело своих ассасинов?

— Да, понимаешь, порталы-то больше нам нужны, чем ей.

— Уверен? Она тоже в накладе не будет. Точно. Так ведь? Помню, ты как-то говорил, была бы шея, а хомут найдётся. Вот и на твою нашлась. Нет, шеф, я не против. О такой императрице, пусть и негласной, можно было только мечтать. Красивая, умная, сильная, а, главное, справедливая — умеет отличать тех, кто добросовестно служит, и щедрая к ним.

Вика перед отъездом подарила графу ри Нерову полтора ящика элитного коньяка, а Лешик дармовщинку уважал — хотя, кто её не любит? Понятно, Олег не стал объяснять своему начальнику службы безопасности, что этот дар госпожи Тень был следствием не её справедливости и щедрости, а желания освободить место в Пространственном Кармане под дополнительный запас топлива для мопеда.

— Конечно, она тоже получит выгоду, если множество площадок будет принадлежать Пскову, но, по большому счёту, она договорится и с другими владетелями. Ей ведь с ними делить нечего. Кстати, её магистр дипломатии убыл уже в Орос?

— Нет пока. Ты же ещё не подписал пропуска на портальные переходы. Он с Улей неплохо время проводит. Чую, с Саароном у Ордена сложатся самые лучшие отношения. Твою сестру прямо не узнать.

— Давай, на эту тему не будем зубоскалить. И Уля сегодня вечером отправится к Чеку. У него хоть мощная армейская группировка и магов сильных достаточно, но и ситуация там непростая. Подстраховка лишней не будет.

— Я считал, что ты сам в Аргон собираешься.

— Собираюсь, — попаданец отодвинул опустевшую тарелку и взял в руку бокал с псковским игристым вином, — Только сначала помогу Торму. А то он совсем забуксовал у Марга.

— Трудно было бы ожидать от маршала чего-то другого, — сказал Лешик, — я прочитал его донесения, которые ты мне давал. Он же остался почти совсем без инженерных подразделений, и твоя идея воевать зимами, раньше приносившая успех за счёт внезапности, теперь работает против него. И руанцы с синезийцами оказались готовы к таким действиям, и обозы с артиллерией у Торма в грязи тонут.

— Решил заступиться за соратника? Не надо. Я и сам всё прекрасно понимаю. Но инженеры больше нужны сейчас в Бирмане у Чека и в Растине у Риты. Потому я отправляюсь сам к нашему герцогу ре Сольту. Постараюсь заменить ему артиллерию с обозами, ну, или хотя бы частично компенсировать их пробуксовку. Остаёшься здесь. Поможешь Клейну и коменданту Бору, если потребуется.

— Может, лучше мне с тобой, шеф?

— Нет, не лучше, граф. Ты поел? Всё, не задерживаю, мне надо собираться. Жди меня, и я вернусь.

Диверсии против правителей Руанска и Линерии, осуществленные группами тщательно подготовленных на выполнение этих задач ниндзей, завершились успешно в плане того, что оба отряда вернулись без потерь, а именно такое условие псковский император обозначил своим ребятам как главный критерий хорошего результата. В остальном же, как Олег раньше и думал, свершившиеся покушения мало помогли армии Торма.

На трон Руанска вместо убитого правителя тут же взобрался его старший сын, оказавшийся гораздо умней, деятельней и острожней своего родителя, а король Линерии, получивший отравленный арбалетный болт в грудь, сумел выжить, так как в магическом мире наличие вблизи трона сильных одарённых, знающих исцеление, позволяло предусмотрительным монархам спасаться и от более серьёзных результатов покушений.

Конечно, диверсии некоторую сумятицу в действия врагов внесли, и всё же без побед на полях сражений привести противника к покорности никак не получится.

— Сообщение пришло, государь. Дирижабль готов, — доложила Нирма, появляясь в гардеробной.

Полковник смирилась с новыми реалиями и больше не предлагала императору ни себя, ни очередных смазливых рабынь. Олег честно спросил себя, огорчает ли его этот факт, и понял ответ — нет, не огорчает. Ему не просто с головой хватает эмоций и удовольствия от ласк землячки, но ещё и прошло всякое желание искать себе утех с кем-либо другим.

— Хорошо, — он взял из рук Моны камзол, критически его осмотрел и мотнул головой. Вернул и показал на куртку. С иронией подумал, что в общении со своей главной служанкой перенял её манеру изъясняться без слов, — Что-то ещё, Нирма?

— Да. Пришли гидротехники.

— Ох, ты. Я уж и забыл за этими праздниками, что вызывал мужиков. Скажи, пусть заходят в кабинет, я сейчас туда приду.

Скрепя сердце, от строительства гидроэлектростанции на Псте он отказался. Эта река была слишком важна для грузового перемещения между Промзоной и Рудным. Олег решил строить каскад меньших по размерам ГЭС на северо-западе от Пскова в полутора десятках километрах.

В качестве утешения попаданец отметил два преимущества принятого решения: во-первых, он опробует конструкции турбин на изделиях меньшего размера, сэкономив на материале, а во-вторых, хоть до столицы и Промзоны линии электропередач предстоит протянуть дальше, зато к Нефтянке, Распилу и Палену ближе. Так что, то на то и получится.

Из-за прогрессорских забот император покинул дворец намного позже, чем планировал, и в салон аэростата поднялся, когда уже начинало темнеть.

Ранний зимний вечер и полностью затянутое дождевыми облаками небо нагнали такой сумрак, что в дирижабле стюард уже зажёг керосиновые светильники.

— Дождь-то — ерунда, капитан, а вот получить разряды молний не хотелось бы, — сказал Олег, устраиваясь в кресле и знаком отпуская Нирму в голову салона к её подчинённым, — Поднимай над облаками, а штурману скажи, что скорость будет постоянная, примерно девяносто-сто километров в час. Пусть сориентируется, чтобы мимо Сольта не пролететь. Лучше будет на пару-тройку часов заранее снизить высоту до наблюдаемой.

Одним из недостатков воздушного флота попаданца на данный момент являлась примитивная навигация. Пользоваться растинскими морскими приборами — аналогами земных квадрантов и астролябий — у штурманов Олега пока не получалось. В их распоряжении имелись лишь компасы — Таларея тоже имела свой магнитный полюс на севере, примерное знание скорости полёта, песочные или водяные часы — механические до пилотов ещё не дошли, и карты местности, по которым они и определяли своё местоположение, сверяясь с пейзажем, наблюдаемым через застеклённый люк в полу кабины аэростата.

И вся эта штурманская техника начинала сильно сбоить, как только земля внизу становилась ненаблюдаемой. Над авиаприборами инженеры и техники псковского императора уже работали, поэтому с внедрением в практику морских приспособлений Олег спешить не стал.

— Поужинаете? — спросил стюард.

— А давай, — согласился император, доставая очередной древний фолиант.

Как только воздушное судно поднялось выше облаков, так стало светло, и попаданец отодвинул светильник, висевший над головой.

Читать труды авторов из далёкого прошлого Талареи было увлекательно, но непросто. Очень уж они любили писать длинными предложениями — пока доберёшься до точки, забываешь, с чего начиналось.

Штурман императорского аэростата был лучшим из всех, и неудивительно, что дирижабль снизился под кромку облаков за три километра до Сольта, города, где начиналась карьера вольного парня Олега, решившего стать наёмником.

— Куда причаливать, государь? — спросил пришедший из кабины капитан.

Оборудованного лётного поля в окресностях не имелось.

— К герцогскому замку правь, — распорядился император.

Часовые ртом мух не ловили, дождь недавно закончился, поэтому, когда дирижабль приземлился на поляну возле пруда в дворцовом парке, Олега уже встречали вышедшие быстрым шагом из вспомогательного подъезда герцогиня Гелла и её с Тормом дочь.

Гайда, некогда исцелённая попаданцем от неизлечимой болезни девочка, выросла в привлекательную молодую женщину, ожидающую рождения ребёнка. Её муж-консорт, один из младших сыновей небогатого графского рода, сейчас служил под командованием своего тестя и находился вместе с ним в походе.

— Государь, как же я, как же мы по тебе соскучились, — громко произнесла герцогиня и с герцогессой подбежала к выпрыгнувшему из салона императору.

Обе женщины с обожанием и преданностью смотрели на человека, которому столь многим были обязаны. В свою очередь, Олег тоже их очень ценил. Говорят, что незаменимых людей нет, и с этим землянин был согласен, но, глядя на Геллу, он понимал, что есть труднозаменимые. Герцогиня ре Сольт была одной из таких.

Псковский император уже спланировал оставить здесь на хозяйстве Гайду — она очень толковая, справится — а Геллу вернуть в Псков, к её обязанностям министра промышленности.

— Я тоже скучал, — он раскрыл объятия и расцеловал обеих в румяные щёчки, — Очень жалею, что у вас не оказалось возможности прибыть на новогодний праздник.

Будь на месте Олега кто-нибудь более тщеславный, он бы не удержался покрасоваться перед хозяином магазина, в котором когда-то работал, или непутёвым дружком-соседом. Но попаданца подобная ерунда не прельщала. А вот поприсутствовать на торжественном приёме в честь своего прибытия всё же пришлось. Заодно, по просьбе герцогини наградил молодого, деятельного мэра Сольта медалью Сфорца.

— Гелла, полетели со мной? — предложил он утром за завтраком, — Повидаешь мужа. Я там останусь, а тебя аэростат доставит через три дня обратно. Гайда тут без тебя справится.

— Я бы тоже с удовольствием полетала, — вздохнула герцогесса, — Но успею ещё. Да, дядя Олег? — по свойски спросила она.

— Конечно, какие твои годы! Ты что-то ещё спросить хотела?

— Хотела. Мама забыла тебе сказать вчера. Мы же, как ты распорядился, за нетяжкие преступления сейчас никого не казним, и у нас все подземелья негодяями забиты. Больше двухсот мужиков и четыре десятка баб и девок. Куда их девать?

— Как куда? На стройки. Раз у вас рабов и подёнщиков хватает для работ, отсылайте ко мне в столицу. Только не сейчас, когда дожди почти не прекращаются. Сдохнут без пользы по дороге. Во второй половине февраля отправите, я как раз начну новые плотины с дамбами возводить. Так, ну, что, Гелла?

— Разумеется, я согласна лететь к супругу, — засмеялась герцогиня ре Сольт, — Ты мне дашь полчаса собраться, мой государь?

— Жду.

Глава 7

— Вы тут ещё жабры не отрастили как у рыб? — спросил император улыбающегося и обнимающего свою жену маршала, — Давно так хлещет?

Как только дирижабль приземлился в центре главного лагеря западной армии Пскова, землянин перенаправил Воздушный Поток вверх, и теперь над прибывшими гостями и встречающими их офицерами во главе с командующим повис купол, по которому стекали потоки воды разошедшегося не на шутку ливня.

— Да, считай, с середины декабря, — ответил Торм, поглаживая плечо супруги, — Хорошо хоть, что с перерывами. Два-три дня дождь, потом пару дней небо просто хмурится, или лёгкая изморось. Иначе, и вправду, как ты говоришь, пришлось бы жабры отращивать. Грязь вымотала, — не стесняясь императора и своих подчинённых он поцеловал в макушку прильнувшую к нему Геллу, и вся компания гостей и встречающих под защитой магического свода двинулась к штабу, — Телеги обозов застряли. Пришлось кавалерию спешивать и вьючить коней самым необходимым. Пушки, понятно, не погрузишь на лошадей, а без них Марг не взять. У меня магов раза в три-четыре меньше, чем у противника. Насыщенность Сферы над крепостью ты сам поди определил. И количественного превосходства у нас нет. Тем более, в пятнадцати километрах отсюда армия Хленка. Правда, они, как и мы, тонут.

— Патовая ситуация, — понимающе кивнул попаданец, — В смысле, ничья. Возможности усилить твою группировку — артиллерией, магами, полками, инженерами — у меня пока нет. Потому и прибыл лично.

— Спасибо, что Геллу прихватил.

— Семеро, да не за что, — подмигнул Олег герцогине ре Сольт, — Она ненадолго. Завтра вернётся в ваше владение. А скоро я её заберу в Псков. Пора нам от точечных производств переходить к широкой промышленной революции, а без твоей замечательной супруги я не справлюсь.

— Ты всё можешь, — не согласилась Гелла, — Со мной или без меня.

— Ну, наверное, — пожал плечами император, — Только, каких это мне сил и нервов будет стоить? Слушай, я не пойму, ты отказываешься, что ли?

— Как ты мог такое подумать? — нахмурилась бывшая и будущая министр сфорцевской промышленности, — Конечно, я буду делать всё, что необходимо.

Этими словами Гелла по-сути подвела черту той беседе, которая у неё была с государем во время полёта, когда тот вводил её в курс предстоящих больших дел.

Новые задачи герцогини ре Сольт никак не были связаны с намеченным строительством первых электростанций, ведь и на Земле промышленная революция началась задолго до того, как учёные открыли энергию заряженных частиц.

У Олега уже многое готово для того, что называется технологическим рывком. Производимые паровые двигатели можно использовать не только для изготовления локомотивов, но и для оборудования различных заводов, в первую очередь по выпуску металлопродукции. Ремесленные училища и университет ежегодно в достаточно большом количестве дают императору специалистов-технарей, разбирающихся в механике. И единственной, но очень сложной проблемой, пока землянином не преодолённой, остаётся менталитет жителей этого мира, привыкших к своему феодальному укладу жизни.

Можно было бы сказать, что в отличие от книжных фэнтезийных попаданцев, Олегу, как и Вике, реально очутившихся в необычайных обстоятельствах, сильно повезло в отсутствии у них каких-либо равносильных противников. В Таларее не нашлось хоть кого-то, кто мог бы сравниться с ними в магической и боевой мощи, не говоря уж про тот набор обширных знаний, имевшийся в головах землян.

Однако, не всё так просто. Их антагонистом,ю по-сути оказался сам этот новый для них мир с его порядками, нравами и предрассудками. Олег вполне неплохо устроился в Таларее, но ждать постепенной эволюции здешнего человечества, терпеть повсеместные нищету, грязь, болезни, смрад и общую неустроенность, примитивизм жизни, у попаданца терпения не хватило. А значит, решил он, придётся кого-то и ломать через колено.

Ремесленные гильдии крайне отрицательно относились ко всем прогрессорским новинкам, внедряемым псковским императором. И это понятно — кустарное производство не выдерживало конкуренции с фабричным даже при изготовлении давно известной в Таларее продукции.

От широкого открытого антиимператорского выступления или тайного саботажа, вроде появления здесь местного аналога английского движения лудитов, таларейских мастеровых и ремесленников удерживал только страх перед Сфорцевским Чудовищем и жестокие расправы, которые устраивали над бунтовщиками его соратники.

Олег с грустью убедился, что на данный момент рассчитывать на активную вовлечённость здешних производителей в становление и развитие промышленности не приходится. И выход из данной ситуации можно найти в создании государственных казённых предприятий, как это когда-то сделали правители России, едва успевшей в последний момент вскочить на подножку проходившей промышленной революции.

Попаданец помнил и про негативные последствия начальной стадии технического прогресса, когда Англия менее чем за полвека почти лишилась всех своих лесов, поэтому его паровые агрегаты изготавливались под работу на ископаемом или смешанном топливе.

Винор богат древесиной, а угольные копи Рудного в состоянии надолго обеспечить заводы сырьём. В Саароне имеются богатые залежи бурого угля, в Тарке есть глубокая шахта, из которой добывается великолепный высокоэнергетический антрацит. Геологический факультет университета, открытый в прошлом году, начал готовить специалистов. В общем, можно было смело рассчитывать, что недостатка ресурсов растущая промышленность испытывать не будет.

Время для ускоренного прогресса пришло. А ещё, Олег вдруг ясно осознал, что появление в его жизни прекрасной землячки, оказалось сильнейшим мотивирующим фактором. Ему нравилось её искреннее восхищение его достижениями и хотелось удивлять и восторгать Вику всё больше, чаще, повсеместней.

— Вот и пришли, — сказал маршал, когда император оказался перед входом в самый большой из десятка центральных шатров, — Отдохнёшь или примешь доклад о сложившейся обстановке?

— Доклад, Торм, — ответил Олег, первым входя в проход, кивком ответив на приветствие часовых, распахнувших перед ним полы шатра, — Когда летишь, не устаёшь. Вон, Гелла подтвердит.

Он отменил заклинание Воздушного Потока — не было больше нужды. Благодаря магии здешний аналог земного брезента обеспечивал отличную водонепроницаемость даже при длительных сильных ливнях.

Прежде, чем совершить посадку, императорский дирижабль под облаками на низкой высоте — чуть больше трёхсот метров — совершил облёт округи, так что, в целом, попаданец диспозицию войск — своего и противника — смог оценить.

В самой большой комнате ординарец быстро накрыл боковой столик — Олег давно привык, что без еды и выпивки не обходится ни одно совещание или просто беседа — а адъютант командующего расстелил за центральным карту Руанска. После чего друзья остались втроём.

— Судя по настроению Нирмы, значит всё правда, что и она, и другие, и даже наша плутовка Веда тобою отставлены, — хмыкнул маршал, последним присаживаясь в кресло напротив своего государя, — Госпожа Тень, видимо, прочно заняла себе место вблизи тебя.

— Торм, тебе здесь заняться что ли было нечем, кроме того, чтобы дворцовые сплетни из Пскова ловить? — с досадой произнёс император, — Хоть языки гонцам отрезай, честное слово. Проехали. Давай к делу.

— Прости, Олег, — повинился старый соратник, — Действительно не время. А ситуация на данный момент выглядит так, — он взял в руку карандаш — к штабной культуре землянин своих офицеров приучил, и пальцем никто из них уже не тыкал, — В Тане я оставил пятитысячный гарнизон — четвёртая бригада латников и два пехотных, — герцог показал на точку рядом с юго-восточной границей Линерии.

Несмотря на то, что западная армия лишилась значительной части своих полков, отправленных на юг Чеку, Торм оказался молодцом. Он не только успешно захватил Тан, перекрыв пути линерийской армии, и в двух локальных битвах нанёс поражение регулярной руанской армии, вынудив её остатки запереться в крепости Марг, но и достаточно быстрым, насколько позволяли погодные условия, побросав в тылах свои обозы, не дал возможность этому войску соединиться с армией маршала Хленка, состоявшей из дружин владетелей и отрядов наёмников.

Ниндзи несколько раз проникали в город. Разведка оценивала общую численность врагов в Марге примерно в десять тысяч с учётом имевшихся там ранее гарнизона, графской дружины и плохо обученного полутысячного ополчения из копейщиков и арбалетчиков. Зато магов сейчас среди защитников было много. Одарённые в прошедших стычках практически не понесли потерь.

Генерал Линозин, командующий обороной Марга, приказал выгнать из города всех, кто не может быть полезен при осаде, а лишь станет потреблять припасы.

— Мы с Геллой видели с воздуха унылое зрелище баб, детей и стариков, бредущих в сторону Дикройна, — кивнул Олег, — Сколько из них добредёт до туда, не заболев по пути смертельно, одним только Семерым ведомо. Им же повозок и лошадей не дали.

— И не факт, что их дикройнцы к себе в город запустят, — Гелла поднялась и прошла к столику с вином и закусками, чтобы лично поухаживать за супругом и государем, — Уверена, что закроют перед носом ворота и скажут убираться.

Нравы средневековья были весьма суровы, и словам герцогини ре Сольт землянин не удивился.

— У меня осталось под командованием пятнадцать тысяч, — продолжил маршал доклад, приняв от жены кубок с вином, — Из них две сейчас находятся вместе с обозами. Не рискую бросать припасы без охраны.

— И правильно, — одобрил император.

У руанского маршала, стоявшего лагерем в полутора десятках километров западнее Марга, имелось под рукой одиннадцать тысяч вояк — ниндзя и это выяснили — то есть враг, хоть и разделённый на две части, количественно превосходил псковитян. Однако, атаковать Хленк не спешил — армия Олега, воюющая не числом, а умением, внушала противникам опасения в исходе прямого столкновения.

Торм считал, что руанский полководец ждёт начала штурма Марга, чтобы ударить в спину. Голубиное сообщение с осаждёнными наверняка у графа Хленка имеется, а атака псковитян ожидается длительной по времени, так что, дружины и наёмники даже при раскисших дорогах сумеют вовремя преодолеть расстояние до города и вступить в бой.

Попаданец помял мочку уха и хмыкнул.

— Если граф считает, что мы будем неделю ломиться в город, то он ох как сильно ошибается, — Олег простучал по столу короткую дробь пальцами, — Для начала нам надо побыстрее подтянуть сюда артиллерию. И я этим уже завтра займусь. А потом пойдём и порвём руанцев на мелкие куски.

— Ты решил сам принять участие в штурме? — с надеждой в голосе уточнил Торм.

— Считаешь без меня у тебя есть какой-то шанс успеха в атаке на равносильного противника? Я возглавлю штурм. Тряхну стариной. Сейчас поедим, и пусть мне дадут коня. Проеду по лагерям, подбодрю наших бравых вояк, а то как бы они не раскисли по примеру окружающей местности.

— Эти не раскиснут. Не ландвер, — уверенно заявил маршал и вызвал адъютанта.

Марг имел форму неправильного пятиугольника. Он был прекрасно защищён и являлся главным форпостом на всём востоке Великого княжества. Псковская армия расположилась севернее города. Размещение её в двух лагерях не имело никакого тактического смысла. Просто, болотистые участки вокруг, увеличившиеся размерами в результате долговременных осадков, не позволяли подобрать площадку под единое расположение войска.

До вечера император объехал оба лагеря, находившихся менее, чем в километре друг от друга. Побеседовал не только с командирами полков и бригад, но и с офицерами, унтер-офицерами и даже простыми солдатами. Олег давно понял, что его внимание люди ценят порой выше всяких наград, и старался поддерживать в своих воинах высокий боевой дух и преданность Пскову.

Утром, взяв с собой Геллу, попаданец на аэростате отправился на восток, где тонул в дорожной размазне армейский тыл. Небо немного просветлело и осадки почти прекратились. Надолго ли, сказать было трудно, бюро прогнозов погоды Олег ещё не спрогрессорствовал, да и, помня эффективность этой службы в родном мире, не торопился с её созданием совсем.

— Капитан, — окликнул он командира дирижабля, когда воздушное судно снизилось до земли у головы артиллерийской колонны, — Как доставишь в Сольт герцогиню, отправляйся в Распил. Спроси у Ринга, готова ли ещё одна бомба, и ..., — Олег немного задумался, — Нет, не нужно. Обойдусь пушками. В общем, отвезёшь герцогиню и возвращайся сюда. Гелла, дай обниму.

— С радостью, — согласилась министр промышленности и, поцеловав своего государя в щёку, помахала ему рукой, когда тот вместе со своими ниндзями выпрыгнул на дорогу.

Повозки и лафеты с орудиями стояли длинной чередой на раскисшей дороге, волы и лошади были выпряжены и отведены в лес, куда возничие носили сено и овёс из расположившихся дальше фургонов и крытых брезентом телег.

Встретившие императора артиллерийский подполковник и майор-интендант выглядели измученными настолько, словно они сами повозки тянули. Помогать им исцелением попаданец не стал. Не только эти офицеры вымотались, и магическая энергия требовалась совсем для другого.

— Государь ...

— Сам всё вижу, подполковник, — отмахнулся от рапорта Олег, — Для того и прибыл, чтобы исправить ситуацию. Как у сына дела, майор? — спросил он у тыловика, двинувшись вдоль дороги, чавкая увязавшими в грунте ботфортами.

На уставшем лице пошедшего слева от него интенданта расцвела улыбка.

— В этом году выпускной экзамен. Начальник училища моей супруге его хвалил, — ответил он.

У землянина всё больше становилось крупных должников. Вот и у этого майора он исцелил сына от увечья стоп и помог с поступлением в офицерскую школу.

— Я сразу понял, что из парня будет толк, — император по-свойски положил ладонь на плечо тыловика, — Ужас. Вот как люди живут? Ведь треть года по многим направлениям не проедешь. Неужели трудно щебёнкой засыпать? Всё равно крепостные зимой вверх пузом лежат. Организуй карьер и заставь бездельников трудиться. На их же благо тоже. Так нет, никому в голову не приходит.

— Зимой и возить-то в этих краях нечего, — ответил интендант, думая, что государь спрашивает его, хотя Олег говорил сам себе, — А торговый тракт идёт через Тан. Но его мы уже оседлали.

— Я в курсе, — попаданец остановился, — Ну, дальше картина мне ясна. Отдайте приказ, пусть впрягают тягло. Подполковник, ты мне порох не намочил?

— Как он в герметичных коробах был, так там и находится. Я не открывал. Инструкция категорически запрещает до подготовки к бою это делать.

— Всё правильно, — одобрил землянин, — Действуйте. И поторопитесь. К вечеру мы должны быть у Марга.

Когда-то Уля проводила своё войско через болота, используя заклинание Укрепления. Она тогда создала гать из тонкого слоя магического мрамора. Некоторые участки той обходной дороги сохранились в целости и по сей день. Об этом ему недавно поведали бим-бомы, ходившие в те края с караваном.

Олег посчитал, что сестрёнка тогда действовала не самым оптимальным способом, и сейчас решил воспользоваться Пламенем или Жаром, просто высушив дорогу. Опробовал оба заклинания и остановился на Жаре.

Через секунду на три с лишним километра путь оказался совершенно сухим, при том, что попаданец не истратил и двадцатой части своего резерва.

— Начинайте движение, чего смотрите? — понукнул он офицеров.

Первыми из грязи на сушь выехали восемнадцать орудий артиллерийского полного трёхбатарейного состава, следом двинулись фургоны с порохом и имуществом пушкарей.

Чтобы ускорить выволакивание повозок из грязи, Олег верхом отправился вглубь колонны, высушивая Жаром участки между тяглом и телегами.

— Не понял, майор, — обернулся он к ехавшему за ним и Нирмой интенданту, — Откуда в обозе моей армии взялись некомбатанты? Рабы, говорю, откуда здесь?

— Так это же не наши, государь, — оправдался тыловик, — Это руанские. Захватили у работорговцев. Учитывая обстоятельства, решили, что лишняя сила по толканию повозок не помешает.

Подумав, Олег согласился:

— Как временная мера сойдёт.

К вечеру, как этого хотел император, артиллерия и колонна повозок достичь лагеря не успели. Останавливаться они не стали, император и один из магов, знающий соответствующее заклинание, зажгли Светляки, и обоз продолжил движение при их свете, благо, что вновь начавшийся дождь никак не действовал на магические огоньки. Каждые три-четыре километра землянин осушал очередной отрезок дороги.

Через час после полуночи из авангарда прискакал гонец с докладом, что впереди их встретил разъезд патрульных егерей седьмого полка.

— Баронет, — обратился император к командиру артдивизиона, — Дальше без меня справитесь. Завтра для всех твоих людей выходной. Послезавтра, я надеюсь, они себя покажут во всей красе.

Глава 8

Войсковая разведка в псковской армии состояла из назначенных подразделений егерей, а вот глубинная велась отрядами ниндзей, придаваемых ведомством генерала Агрия частям и соединениям на время ведения ими боевых действий.

Принцип единоначалия Олег не размывал, тем не менее, пятёрки и десятки ниндзей, оперативно подчиняясь командующему армейской группировкой, параллельно слали отчёты в псковский штаб имперского разведуправления, а иногда и получали оттуда указания, о которых не всегда докладывали своим временным командирам. У глубинной разведки круг задач был несколько шире, чем просто обеспечивать информацией войска.

— Покажи на схеме, Верна, — приказал Олег майору ниндзей, начальнице глубинной разведки, — Она вообще насколько точная?

В шатре командующего вечером накануне назначенного штурма собрались все командиры бригад, полков, артиллерийского дивизиона, двух инженерных батальонов, начальники войсковой и глубинной разведок, а также главный интендант.

Офицерам пришлось немного тесниться, стоя вокруг стола, на котором в этот раз был разложен большой лист ватмана с изображением неправильной пентаграммы города Марг.

— Не совсем, государь. Вот эта южная стена, чуть короче соседней, — девушка, точнее, молодая женщина — Верне было уже за двадцать пять, она из третьего или четвёртого выпуска Фермской школы — чуть подалась вперёд и указала на оба озвученных участка, — На эту сторону магических сил или времени не хватило, и кладка башен и стен здесь обычная, без Укрепления заклинаниями. Можно было бы даже за пару дней обычными требушетами раздолбить. Только смысла нет. С этой стороны сейчас непролазное болото. Было бы лето ...

— Ерунда, — усмехнулся попаданец, — С топью мы справимся. Но стены ломать не будем. У вас всё готово? — спросил он у инженеров, — Проверили лично?

— Так точно, государь, — в два голоса ответили командиры батальонов.

— Не сомневался, — Олег одобрительно посмотрел на офицеров, — Тогда слушайте внимательно, что нам предстоит сделать. Сегодня ночью для начала я осушу топь с южной части Марга. Даже если усилится дождь, он не успеет быстро вновь превратить всё в кашу. Завтра утром пехотные полки здесь атакуют стены. Использовать только сборные лестницы и шесты. Хворост для заваливания рва готов? — спросил он Торма и маршал кивнул, — Возиться с возведением штурмовых башен не станем. Нет времени. Атаку пехоты назначаю на девять утра, через час после первых орудийных залпов. До этого скрываться в лесу. Там густой чащобник, так что, есть весомый шанс до последнего момента оставаться незамеченными. Одна бригада латников — твоя генерал, — попаданец положил руку на плечо стоявшему слева от него графу ри Лерцу, — к восьми утра побатальонно занимает позиции напротив восточных и северных ворот. Баронет, — обратился он к артиллерийскому подполковнику, — Ты там же установишь по батарее. Третью батарею, единорогов, выставишь на западной дороге, вместе со второй бригадой, твоей барон, — уточнил Олег генералу Стельму, — Как только мы начнём готовиться к штурму, так известие об этом быстро дойдёт, долетит до маршала Хленка. Час-два, считаем, ему нужно на сборы и часа три-четыре, чтобы по такой грязище совершить марш. Так что, успеете соорудить защитные укрепления.

— Нам нужно будет в этом участвовать? — спросил один из инженеров.

У псковского императора на совещаниях была достаточно демократичная атмосфера, и задавать уточняющие вопросы по ходу дела или вносить предложения офицеры не стеснялись.

— Обязательно, виконт, — подтвердил император, — Даже усиленная батареей единорогов с большим запасом картечи одна бригада латников удара пятикратно превосходящего противника может не выдержать. Поэтому враг должен встретить и сильные укрепления. Как их делать, не вас учить. Вы у меня офицеры заслуженные, с богатым боевым опытом, так что, не подведёте. Я этой ночью, после южной топи осушу и обе лесные дороги по обе стороны от западного тракта. Это для вас, Гирнерий, Неймас, Фентон , Дехлон, — названные им командиры кавалерийских полков синхронно выпрямились, — Совершите марш в тыл войску графа. Зажмёте Хленка в тиски. И уничтожите. Или пусть разбегаются по лесам. Егерские полки до начала штурма создают суету в обоих лагерях, чтобы со стен не увидели исчезновения из них нашей пехоты. При громе орудий бросаете это дело и занимаете позиции на лесных дорогах. Чтобы руанские вояки, решившие дезертировать из тисков, попали под стрелы и мечи. Не наблюдаю на ваших лицах недоумения и сомнения. Торм?

— А почему мы должны удивляться? — хмыкнул маршал, — Где император Олег, там победа.

— Это хорошо, когда армия верит в своего государя не меньше, чем он в неё. Чтобы добиться победы над численно вдвое превосходящим врагом, я лично возглавлю штурм и поведу в бой колонну латников через восточные ворота.

Офицеры, готовые в меньшинстве биться насмерть, категорически не хотели, чтобы их великий правитель рисковал своей драгоценной жизнью.

— Император!

— Государь!

— Император!

— Олег!

— И ты, Брут? — хохотнул попаданец, когда несогласие с его решением выразил и старый соратник, — Торм, хоть ты не потворствуй подчинённым в их попытке воспротивиться моему приказу.

— Так приказа ещё не было.

— Уже был, считай. Господа офицеры, давайте теперь подробней разберём принятый план. С кого начнём? С самого младшего. Баронет, доложи, сколько у тебя ядер и картечи, — бросил землянин взгляд на артиллериста.

Совещание продлилось ещё почти час, пока каждый из присутствовавших не уяснил и не доложил повременной порядок своих действий. К тому моменту на улице уже стемнело, и император в сопровождении ниндзей и сотни егерей направился готовить местность к предстоящим боевым действиям.

Закончил он свою работу довольно быстро, так что, осталось ещё время хорошо выспаться.

— Государь, позволь нам встать рядом, — в голосе Нирмы звучала безнадёжность, понимала, что получит отказ, — Мы твоя охрана, и должны быть рядом.

— Полковник, ниндзя — это кинжал, а не кувалда, — Олег развёл руки в стороны, чтобы ординарец Торма затянул ремни, стягивающие переднюю кирасу и заспинный щиток, — А сегодня нам надо врага продавить, прежде, чем приступить к его уничтожению. То есть, нужна именно кувалда. Ни твоя группа, ни остальные ниндзя в первой волне атаки участвовать не будете. Маршалу я сказал, когда ввести вас в бой. Могу успокоить, крови ваши клинки ещё до полудня напьются достаточно.

Олег осмотрел свой бронированный вид и остался доволен. Латная защита ничего не добавляла к его Динамическому Щиту, зато теперь он смотрелся, как любой из его бригадных воинов.

Защитный магический купол, накрывший Марг создавался не менее пары недель десятками магов и сейчас держался каким-то очень сильным одарённым руанцем — убей его, и могучая Сфера исчезнет. Вот только, увы, нет дураков ставить такого мага в ряды обороняющих стены. Наверняка он сейчас находится где-нибудь в графском замке, возвышающемся в центре города. Когда псковитяне туда доберутся, то и надобность в рассеивании Сферы минует.

Будь у Олега пара дней в запасе, или сестрёнка рядом, разгром Марга можно было бы осуществить и без штурма. Но придётся всё делать, как говорится, по классике.

Свою атакующую воинскую силу попаданец не переоценивал. Когда идёт столкновение больших масс людей, то сотня-две-три зарубленных им врагов большой роли не сыграют, однако, полная неуязвимость возглавляющего прорыв в город воина, по убеждению землянина, окажет сильное деморализующее действие на противника.

— Господин ...

— Не обсуждается, полковник! — повысил голос император.

Он извлёк носимые часы, откинул стеклянную крышку и подвёл минутную стрелку вперёд. Если башенные временные механизмы настраивались достаточно точно и редко нуждались в коррекции по полуденному солнцу, то компактные ходики могли спешить или опаздывать на пять-десять-пятнадцать минут в сутки. Те часы, которые преподнесли государю, отставали не сильно.

На выходе из шатра его дожидался граф ри Лерц.

— Мои все готовы. Артиллеристы тоже, — доложил он.

— У нас ещё сорок минут, так что, пойдём не спеша.

Город давно проснулся, и его стены были переполнены вооружёнными людьми — копейщиками, арбалетчиками, мечниками. Виднелись и лучники, скорее всего, из мобилизованных наспех поселян округи.

Ночью вернулся императорский дирижабль, и при желании можно было совершить облёт города, но Олег не видел в этом смысла. Он и из лагеря определил, что южный участок стены Марга практически оголён, значит, противник обнаружил только движение бригад, а ночной тайных маневр пехоты остался ещё незамеченным, егеря же вполне успешно имитировали наполненность лагерей, в чём им помогала дымка моросящего дождя и стелящийся вдоль земли лёгкий туман.

— Ну-ка, орлы, пропустите своего императора в строй! — подойдя ко второму батальону громко выкрикнул попаданец под восторженный рёв вояк, узнавших государя, — Граф, — обратился он к бригадному генералу ри Лерцу, — тебе не нужно идти со мной.

— Я знаю, государь, — улыбнулся тот, — Майор, отвечаешь за нашего повелителя головой, — сказал граф командиру каре.

Олег занял место в первой шеренге. По бокам от него встали двое самых рослых воинов, а позади — лейтенант-магиня, девушка молодая, но достаточно крепкая, чтобы носить тяжёлый латный доспех, и носитель штандарта батальона.

Впереди находилось две колонны латников, нагруженных вязанками хвороста и мостками, изготовленными из досок, собранных в разрушенном и сожжёном предместье.

Артиллерийская батарея располагалась левее готовых ринутся в атаку отрядов, среди обгоревших развалин постоялого двора. У орудий, кроме комабата, находился командир дивизиона, ожидающий сигнала от императора.

Тянуть кота за хвост Олег не стал, и подал подполковнику знак, едва занял своё место в строю.

В мире Таларея грохот первого пушечного выстрела прозвучал более четырёх лет назад, и руанцы, наблюдая со стен и башен за приготовлениями псковитян, примерно представляли, что им ждать от грозных железных труб. Тем не менее, они наверняка рассчитывали, что магически Укреплённые дерево и железо ворот смогут какое-то время сопротивляться ударам ядер. Магическая энергия Укрепления против кинетической пушечных ядер.

— Огонь! — разнёсся крик артиллерийского капитана.

Клубы дыма заволокли позицию батареи, и шесть снарядов дружно ударили по железной обивке ворот. Всё попали точно и сильно, что не удивительно — дальность стрельбы не превышала сотни метров.

Нет, разбить ворота в щепки, как это когда-то было при взятии растинской крепости Лан-Дин, не получилось, но с петель обе створки сорвало и унесло вглубь арки, в которой показалась опущенная металлическая решётка.

Пушкари своё дело знали и принялись быстро перезаряжать. В это время, словно эхом, послышалась пальба и у северных ворот. Там тоже приступили к штурму.

— Попытки атакующих заклинаний были? — землянин обернулся к магине, державшей над батальоном Сферу.

— Пару раз. Пока строились, государь, — ответила девушка-крепыш, с обожанием глядя на императора, — Больше не пробовали.

— Понятно. Всё решит честная сталь.

На самом деле попаданец не собирался отказываться от своих магических возможностей. В отличие от одарённых Талареи, определяющих наличие и границы Сфер методом прощупывания слабоэнергетическими заклинаниями, земляне — Олег и Вика — в магозрении видели и саму защиту, и её силу. Так что, тем отрядам врага, которые встретятся на пути Сфорцевского Чудовища и окажутся не прикрытыми заклинанием, придётся не сладко.

— Сержант, тебя только ждём, корова беременная! — разозлился комбат на один из расчётов, — Готовы? Огонь!

Следующий залп выломал решётку — Олег поставил себе мысленную зарубку после боя поощрить наводчиков орудий за меткость — и первый батальон устремился к городскому рву.

— Вперёд! — император взял на себя командование второй колонной, — Надерём руанцам задницы!

Его слова потонули в рёве воодушевлённых латников.

Будь землянин на месте руанского полководца, он бы заранее побеспокоился сложить за аркой баррикаду, но граф ри Марг предусмотрительностью не отличился, и псковские латники, преодолевшие ров по настилу, встретили внутри городских стен обычный строй пехоты, причём, это были копейщики ополчения, солдаты регулярных полков стояли позади вооружённых горожан.

Сразу от ворот отходили три улицы. Одна вела к графскому замку и ратуше, а две другие расходились вдоль стены. Второй батальон во главе с самим императором начал наступление в главном направлении.

— Они все в железе! — громко пожаловался кто-то из городских горе-вояк.

Латники ещё не добежали до копейщиков, как их строй начал распадаться. Последние ряды устремились в находившиеся позади проулок и трактир напротив него.

— Правильно, лучше водку пить, чем воевать, — одобрил Олег действия части ополченцев.

Он мечом увёл в сторону направленное на него копьё и пронзил испуганно пучившего глаза горожанина в сердце. В бою не до жалости.

Копейщики оказались истреблены и рассеяны буквально за минуту. Оглядываться назад и смотреть, как первый батальон, освободившийся от хвороста и мостков, начал наступление вдоль стен, попаданец не стал. У него каждый солдат знает свой манёвр, тем более, офицеры, и в мелочном пригляде не нуждаются.

Раздался очередной залп. Пушкари перенесли стрельбу на стены. Создать проломы также быстро, как вышибались ворота, не получится, но минут за двадцать должны управиться. Тогда фронт наступления бригады латников расширится.

Задачей батальонов являлось по максимуму вытянуть на себя силы защитников города, чтобы пехотные полки могли почти беспрепятственно преодолеть стены и наводнить опустевшие от руанских солдат улицы южной части Марга, подойдя к твердыне местного владетеля.

— Держим строй! — крикнул сзади майор.

Руанские вояки особой славы на полях сражений себе не снискали, но имея значительное численное преимущество сейчас проявляли стойкость и следовать примеру ополченцев не спешили, хотя латники прорубились уже до самого центра глубины их фаланги. Олег лично зарубил около десятка врагов.

— Ещё отряд подходит, — громко сказал сосед справа, отбив щитом удар меча и пнув ногой в живот вражеского пехотинца, — Государь, не вылазь вперёд.

— Ты научи жену бульон варить, — хохотнул попаданец и, увидев, что очередная группа подмоги не прикрыта магом, ударил по ней Цепью Молний, — Получите и распишитесь, — прокомментировал он результат.

Моментальная гибель сразу полусотни своих товарищей навела в рядах руанцев сильную панику. То, что они не обратились в бегство, явилось не результатом действия офицеров, а невозможности начать движение в обратном направлении — оттуда подпирали подходившие новые резервы.

Несмотря на постоянное пополнение сил противника, псковитяне продолжали его теснить. И главная заслуга в этом конечно же принадлежала Олегу.

Землянин как нож в масло прорубался в ряды врагов, а за ним расширяющимся клином давили и остальные латники. Алебарды батальона работали без устали, перемалывая очередной строй руанцев.

Двое защитников города попытались дезертировать и принялись выламывать запертую дверь одного из доходных домов, но были зарублены своим же лейтенантом. Попаданец мысленно похвалил офицера, так и надо поступать с трусливыми шакалами, бросающими своих боевых товарищей в беде.

Динамический Щит отразил только один удар меча и два попадания арбалетных болтов. Землянин сражался крайне умело и от атак уклонялся или закрывался щитом.

— Ещё сильнее надави! — дал команду император, увидев за изгибом улицы площадь с крестообразной виселицей, — За Псков!

Раздалось громогласное ура, и уже пятый по счёту отряд противника оказался смятым резко усилившимся натиском батальона.

Когда псковитяне оказались на краю площади, Олег увидел группу всадников, не прикрытую Сферой, чем тут же воспользовался, ударив заклинанием Пламени. Почти три десятка человек вместе со своими лошадьми сгорели в течение пары секунд.

— Стой! — приказал попаданец, — Выровнять ряды!

Он услышал, как выбивающие на ратушной башне время склянки в неурочный момент принялись безостановочно звенеть. Такой сигнал мог означать, что угодно — пожар, наводнение, появление врагов и всё прочее, являющееся бедствием для города и горожан.

Олегу не требовалось долго размышлять, какова причина нынешнего перезвона. Значит, пехотные полки уже ворвались в город.

Глава 9

Когда раздались сигналы, оповестившие Марг о новой опасности, руанцы в панику не ударились, но тревога и нервозность их всё же накрыла. Олег увидел, как спешившие на подмогу противостоявшей его латникам пехоте графские дружинники остановились, а затем побежали в обратном направлении. Видимо, звучавшие склянки имели и информативную составляющую.

— Была попытка пробить нашу Сферу боевым заклинанием, — оповестила лейтенант-магиня, — Глупость какая.

— Ну, почему глупость? — император обернулся ответить девушке, а заодно определить сплочённость строя батальона, который на узких улицах города вытянулся в ручей. С учётом того, что сливные канавы Марга не справлялись с многодневными дождями, и под ногами повсеместно хлюпала одна сплошная лужа, можно было бы сказать, что стальной поток движется поверх водяного, но только в обратном направлении, — Вражеский маг понадеялся, что его коллеги твою защиту ослабили. В атаку! — прокричал он очередной приказ.

О грозной силе швейцарских баталий, состоявших из закованных в броню воинов, Олег в своей прошлой жизни знал только из книг. Здесь, в Таларее, он уже не раз мог своими глазами наблюдать преимущества латного монолита перед обычной пехотой. Позади первых двух рядов мечников батальона находились алебардщики, и получалось, что руанским воякам не только приходилось одновременно сражаться с противниками, атакующими их напрямую, но и каждый миг рисковать получить секирой сверху по шлему, шее или предплечью, либо встретиться с остриём наконечника, а то и вовсе быть зацепленным крюком за плечо и поваленным под ноги врагам.

Серьёзным недостатком латников, которым землянин в своё время искусно воспользовался, когда столкнулся с наёмными легионами Болза, являлась их низкая подвижность и плохая манёвренность. Но на городских площадях и улицах этой слабости батальонов просто не было возможности проявиться.

Псковитяне начали медленно и неотвратимо продвигаться по площади, убивая и выдавливая с занимаемых позиций слившиеся в общий глубокий строй отряды защитников Марга. Руанцев на этом участке сражения находилось раза в полтора больше, чем воинов Олега, но при невозможности развернуть боевой порядок больше, чем на сорок-пятьдесят человек в шеренге, никаких преимуществ это им не давало.

Олег проткнул в сердце очередного противника, доспех из Укреплённой кожи не спасал от резких и точных ударов меча попаданца, краем глаза император заметил, как под нижнюю челюсть его соседа слева влетел арбалетный болт.

Какие-то доли секунды потребовались Олегу, чтобы выдернуть стрелу и тут же наложить Малое Исцеление, напитав заклинание почти на четверть — меньшим количеством, даже при огромной магической мощи псковского императора, такое смертельное ранение вылечить бы не получилось.

— Про щит совсем забыл, сержант? — спросил Олег у растерявшегося от краткого путешествия в чертоги Смерти воина, делая очередной шаг и отсекая кисть руки следующему противнику, — После боя десять палок получишь, растяпа. Раз головой думать не умеешь, пусть задница подсказывает. Дали мне охранничков, чего уж, — он отвёл нацелившееся на него копьё в сторону, сильно ударил копейщика ногой в пах, а когда тот согнулся от боли, раскроил ему клинком голову, — За вами самими пригляд нужен.

— Государь ...

— Работаем, работаем, — остановил Олег попытку спасённого парня оправдаться.

Доспех и одежда императора покрылись кровью. Олег остриём тарана шаг за шагом вёл своих бойцов вперёд. Мощный и неубиваемый благодаря не столько Динамическому Щиту, спасшему его лишь от пары пропущенных ударов, сколько умениям отражать вражеские выпады, он разил руанцев одного за другим.

Рассчёт попаданца на то, что его действия окажут сильное деморализующее воздействие на солдат противника, увы, не оправдывался. В большой и тесной толпе воинов, при множественных криках и стонах, звоне оружия и лязге доспехов подвиги землянина замечали только те враги, кто оказывались напротив него, а они долго не жили.

Державшие Сферы маги руанцев действовали весьма грамотно, постоянно отодвигая границу защитного заклинания назад, не давая Олегу и его одарённым оказаться внутри магического купола и воспользоваться чем-то из своего арсенала.

И всё же, когда батальон пробился к стоявшей в центре площади виселицы, попаданец увидел, как защитная Сфера над третью оставшихся в строю руанцев исчезла. Или у державшего её мага закончилась энергия в резерве, или он был убит, или оказался одним из первых, кто догадался пуститься в бега.

Разбираться с причинами возникновения окна возможности не имело смысла, Олег сразу же воспользовался предоставившимся шансом и атаковал Воздушным Потоком, опрокинув на землю одномоментно почти две сотни вражеских бойцов — четверть из остававшихся на ногах — и обеспечив большинству из них переломы конечностей. Кто-то, может, и шеи свернул.

— Ох, вот это да, — не сдержала восклицания лейтенант-магиня.

Девушка сама знала Воздушный Поток, поэтому смогла оценить силу императорского заклинания. Олег на мгновение подумал похвастаться тем, что конструкт был им напитан едва на четверть, но тут же устыдился своего неподобающего великому, мудрому и всесильному государю тщеславия.

Руанцы накануне видели императорский дирижабль, и о присутствии в стане псковитян Сфорцевского Чудовища они догадывались. Магический удар Олега сделал то, что не смогли его воинские умения — посеяли панику в рядах противника, и строй защитников города превратился в толпу, начавшую убегать.

— К замку! — обозначил попаданец следующую задачу батальона, — У тебя энергии ещё много? — обернулся он к одарённой.

Ему не хотелось бы, чтобы находившиеся под его командованием воины получили внезапный магический удар на марше.

— Много, — улыбнулась молодая женщина, — До полудня точно хватит. Если конечно не станут сразу десятками атаковать. Но я тогда вам доложу.

Моросящий дождь прекратился совсем, и из-за туч выглянул краешек солнца, словно бы благословившего псковитян на скорую победу.

Батальон в этот момент бодро шагал, как по лужам, так и по телам опрокинутых руанцев. Сверкали мечи и вздымались алебарды, безжалостно добивая поверженных врагов.

Несмотря на то, что граф Маргский накануне штурма распорядился изгнать из города некомбатантов, их оставалось ещё достаточно много. Кто-то не захотел бросать дома и имущество, откупившись или спрятавшись от стражи, а кому-то, тем же голодранцам из нищих кварталов, было наплевать на свою судьбу — фаталисты местного разлива. Дальновидением Олег видел множество людей на соседних улицах, проулках, площадях и внутри зданий, и вряд ли хотя бы половина из них являлись вооружёнными защитниками Марга.

Отвлекаться на уничтожение и ловлю разбежавшихся времени не было, батальон быстро двигался к замку.

Судя по звукам разнобойных артиллерийских залпов, доносившихся с севера, Торм догадался переместить орудия внутрь города. Мощного тарана в виде императора маршал не имел, и вместо меча и магии государя решил использовать ядра и картечь.

Первым человеком на Земле, насколько Олег помнил, использовавшим пушки на городских улицах, был Наполеон, открывший огонь по восставшим парижанам. Теперь вот и в Таларее свой Бонапарт появился.

— Молодец, чё, — негромко сам себе сказал Олег по-русски. После встречи с Викой он при любых воспоминаниях о Земле сразу же начинал думать на родном языке, чьи слова будто бы сами просились наружу, — Майор! — позвал он комбата, когда батальон вышел на ратушную площадь в сотне метров дальше от которой виднелись стены графской резиденции.

— Вызывали, государь?

Офицеру пришлось бежать на вызов из тыла колонны, а в латах это было не так уж и легко. Майор тяжело дышал.

Чуток исцеления, и комбат стал свежим и бодрым.

— Вызывал, — подтвердил попаданец, — У кого из твоих самая лужёная глотка? Зови его сюда.

К неприкосновенности послов и парламентёров землянин ещё только начинал приучать местных владетелей. Проверять, воспринял ли это правило граф Маргский, у Олега желания не было. Ведь, если нет, и предложение о капитуляции противник отвергнет, то парламентёра в лучшем случае изувечат, а в худшем — вывесят за шею на одной из башен. Псковский император очень не любил терять своих людей, тем более, что называется, на ровном месте.

— Лейтенант Йорс! — позвал майор.

На его зов явился довольно тщедушный офицер, которому впору было бы служить в егерях, а не в бригаде латников. Сомнение во взгляде императора исчезло, едва лейтенант открыл рот и доложил о прибытии.

— Слушай и запоминай, — сказал Олег, — Сейчас пойдёшь к воротам замка, внутрь не заходишь. Сообщишь, что прислан лично мною и предложишь гарнизону замка сдаться. Если они откажутся, предупреди, что я там всё и всех перебью, включая свиней, кур и даже крыс в подземельях и мышей в амбарах. Условия сдачи просты. Обещаю всем жизнь, а графу и вовсе сохраню кресло под задницей. Ну, так, напрямую, естественно, не говори — зачем публично оскорблять? — но владение останется за ним. Думаю, руанцы знают, что Сфорцевское Чудовище всегда держит слово. Пусть решают. Время у них до полудня. Затем мы атакуем. Запомнил? Повтори.

Убедившись, что у лейтенанта Йорса хорошая память, Олег распорядился дать ему в сопровождение десяток бойцов, которые должны будут его прикрыть щитами от возможного обстрела со стен, и отправил на переговоры, точнее, на оглашение угроз и условий сдачи в плен.

Посылая офицера, попаданец руководствовался и соображениями гуманности, и нежеланием увеличивать потери своего войска. Враги, хоть и дезорганизованные, менее боеспособные, всё-таки по прежнему оставались в численном большинстве, и просто так отдавать свои жизни они не станут.

Почти час времени, прошедший от оглашения предложения императора, вряд ли потребовался командованию защитников Марга для обсуждения вариантов действий. Скорее всего, в замке с донжона наблюдали развитие событий в городе и смотрели, будет ли подмога от маршала Хленка. Убедившись, что ситуация для обороняющихся сложилась крайне печальная, граф ри Марг решил сдаться.

Сначала Олег услышал шум подходивших к замку с севера и юга колонн, потом заметил, как исчез над графской резиденцией купол Сферы, а затем увидел появившуюся из распахнувшихся ворот небольшую кавалькаду.

Во главе десятка всадников ехал пожилой мужчина, державший перед собой меч остриём вниз. По описанию император сразу признал графа. Немного отставая от владетеля ехала властная женщина в тёмном плотном плаще с медальоном графини на груди поверх одежды. Магозрение подсказало Олегу, кто был тот самый маг, державший над городом и замком столь плотные Сферы. Вернее, магиня. Энергетический резерв супруги владетеля почти не уступал силам Доратия или Морнелии, главных одарённых Винора.

"Такая бы мне пригодилась, — подумалось землянину, — жаль, что у неё лицо конченой стервы".

Граф ри Марг бросил свой меч под ноги псковского императора, и тут же с донжона начали звучать склянки, отбивая приказ о прекращении сопротивления захватчикам. Замку начала вторить и ратуша, повторяя сигналы.

— Ты принял верное решение, граф, — похвалил местного владетеля землянин.

— Надеюсь, ты позволишь нашим детям покинуть город, — раздался каркаюший голос владетельницы-магини.

— На все четыре стороны, — усмехнулся Олег, — Только не вижу в этом смысла. Держать вас в тюрьме до завершения войны я не собираюсь. Живите как жили, только повинуйтесь теперь маршалу Торму, вашему будущему королю. Вассальную клятву назначенному им герцогу дадите чуть позже, когда таковой появится. Буду рад на день-два воспользоваться твоим гостеприимством, граф. Немного позже. Пока же у меня есть незаконченные дела. Вон, и твой суверен едет, — попаданец помахал рукой Торму, показавшемуся на краю ратушной площади с отрядом всадников.

Маршал пришпорил коня и через минуту осадил его между своим государем и графом ри Марг.

— Победа! — констатировал герцог ре Сольт.

— Здесь да, а с войском Хленка ещё неизвестно. Я сейчас туда отправляюсь. Один. Сопровождение меня будет только задерживать. Граф, — вновь обратился Олег к местному владетелю, — Можешь возвращаться в свои покои. Твоей личной дружине разрешаю оружие не сдавать, а вот остальным воинам все колюще-режущие предметы передать моим солдатам. Если кто из них попробует убежать, будет казнён. Скоро ещё раз увидимся и поговорим подробней. Не задерживаю.

По знаку императора спасённый им латник поднял меч графа и вернул владельцу. Аристократ и его супруга-магиня синхронно кивнули и развернули коней к себе домой.

— Ты ко второй бригаде? — поинтересовался Торм, — Не навоевался ещё? Ах, да, забыл. Без тебя же не справятся.

На сарказм старого соратника Олег внимания не обратил.

— Справятся, но сражение затянется и жертв с нашей стороны будет больше, — Олег принялся с помощью майора снимать с себя окровавленные латы, порядком ему надоевшие, — Значит, смотри. Руанских офицеров определи в тюрьмы и подземелья. Торговать ими я не намерен, но присмотрись к ним внимательней. Это твои будущие подданные, и среди них наверняка найдётся немало достойных. Солдатню сгони в лагерь под охраной. Они ещё поработают бригадным подрядом на моих стройках. Позже верну.

— Мои подданные? Не нашей Веды? — уточнил Торм.

— Не, она хочет быть королевой, а не великой княгиней. Значит, Руанск вам с Геллой, а Линерия Гури с Ведой. Но завоевывать и то, и другое, сам понимаешь, предстоит тебе. Видимо, придётся всё же объявлять полную мобилизацию ландверов. И тебе, и Чеку одними регулярными полками и бригадами не обойтись. Надорвёмся. У Ковина ещё на севере тучи сгущаются. Ладно, мне пора. Разошли гонцов, чтобы утихомирили вошедших в раж.

С разных концов города ещё раздавались звуки сражений. Требовалось некоторое время, чтобы с бойцов спала горячка боя.

— А с городским руководством что делать? С гильдиями? Выкуп назначать?

— Это уже твоё дело, Торм. Твоё великое княжество, тебе и решать. Да, не забудь тяжёлых в одном месте собрать. Оставшимся резервом, когда вернусь, попробую вытянуть к жизни, кого смогу. Ну, и лекарям организуй прокипячёной воды в достаточном количестве. Что у тебя с запасами продовольствия?

— С избытком. Я же докладывал, в Нине-Галоре все запасы руанцев захватил.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Олег и Прыжком переместился за городские стены с западной от них стороны.

Тракт оказался правее землянина почти на полкилометра, и смысла на него выходить не было — что тут чавкает под ногами раскисшая земля, что там будет тоже самое. Решив приберечь магическую энергию, император Пскова, словно какой-то босяк, своими ногами побежал в направлении следующего сражения.

Он успел туда ещё до начала битвы. Грома пушечных выстрелов не было слышно.

— Стой! Кто идёт?! — спросил его старший парного патруля егерей и тут же сам ответил на свой вопрос: — Государь!

За рощицей виднелись тыловые подразделения бригады — люди, кони, фургоны.

— Я самый, — подтвердил попаданец, — Давай коня. Видишь, твой повелитель свои ботфорты до самых колен перепачкал? Не ты, нет, — остановил он сержанта, — Патрульный пусть слазит. Проводи меня до генерала.

Баронета Стельма Олег нашёл на одном из пары быстро и качественно возведённых инженерами артиллерийских редутов. Эти фортификационные сооружения, усиленные защитой из нескольких рядов заострённых брёвен и кольев, располагались в промежутках между тремя батальонами первой линии. Ещё два каре латников стояли в полусотне шагов позади.

— Смотрю, у тебя всё готово, — похвалил Олег бригадного генерала, соскакивая с лошади, — Так, а вот единороги пока следует прикрыть чем-нибудь. Эффект неожиданности не помешает. О, вижу, спешат навстречу своей гибели.

В километре от псковитян по тракту двигалась колонна врагов, длинная настолько, что её хвост не наблюдался, теряясь за очень дальним пригорком.

— Сделал всё, как вы и говорили, государь, — баронет забрал из рук императора поводья коня и передал их своему ординарцу, — Я лишь подальше от кромки леса оттянул линию строя. Чтобы больше руанцев втянулось на поляну под залпы пушек.

— Всё правильно сделал, — одобрил землянин, — Осталось только дождаться Хленка. Что-то уж он медленно движется.

Глава 10

Надвигавшаяся на псковитян армия маршала Хленка выглядела очень грозно, как своей многочисленностью — около двенадцати тысяч воинов, идущих почти неразрывной длинной колонной по шесть человек в ряд, так и весьма приличными вооружением и доспехами.

Недостатком этого воинства являлась плохая слаженность между входившими в него отрядами наёмников и дружинами руанских феодалов, а достоинством — намного более высокая индивидуальная боевая выучка по сравнению с обычной солдатнёй.

Псковский император, вновь вскочивший в седло приведённого ему на редут коня, подумал, что в предстоящем сражении, ни недостаток армии Хленка, ни её достоинство никакой роли не сыграют. Битва пойдёт по сценарию, написанному землянином.

Когда между противниками осталось меньше полукилометра, ехавшие по краям руанской колонны всадники — владетели и командиры наёмных отрядов — принялись поторапливать заметно утомившуюся пехоту.

— Фитили можно уже запалить, государь? — спросил командир ариллерийского взвода.

Батарея разделилась по три орудия на каждый редут, её комбат сейчас находился на другом фортификационном сооружении.

— Это тебе решать, лейтенант, — ответил Олег, — Мы с генералом не будем вникать в такие мелочи. Но, да, я думаю, уже пора приготовиться.

При атаке строи баталий увеличивались по ширине примерно на четверть. Такое изменение размеров каре латников не делалось по команде. Интервалы между воинами менялись из-за необходимости обеспечить свободу движений при использовании оружия.

Как когда-то в родном мире Олега и Вики, римские когорты, стоявшие перед сражением в шахматном порядке, к моменту столкновения с противником превращались в единую фалангу, так и батальоны первой линии псковитян готовились встать перед руанцами общей, без разрывов стеной.

Только сначала должна была отработать артиллерия. Вести огонь картечью через головы своих солдат никак не получится — своих положишь не меньше, чем врагов. Офицеры пушкарей это хорошо понимали, поэтому огонь открыли, когда дистанция до руанцев ещё не оказалась оптимальной.

По этой причине первый залп собрал жатву менее обильную, зато до команды генерала Стельма "В атаку! Ура!" батарея успела сделать четыре залпа, превратив передовые отряды противника в кучи разбросанных по сторонам дров.

Магически Укреплённые доспехи часто спасали от летевших раскалённых кусков железа и свинца, но у вражеских бойцов имелись не защищённые части тел, да и удары, не пробивавшие кирасы, латы или кожаные куртки, совсем бесследно не проходили, причиняя жертвам шоковую боль и сбивая их с ног.

— Стой! — подал команду артиллерийский лейтенант, когда баталии первой линии, в движении ускоренным шагом развернувшись в фалангу впереди редутов, встретили напор и не подумавших обратиться вспять многократно превосходивших численностью руанцев, — Картечь отставить! Заряжать ядра!

Маршал Хленк сразу определил, что ему противостят не более трёх тысяч человек, про заходившие ему в тыл кавалерийские полки он пока догадываться не мог, и попытался смять баталии первым же натиском в лоб. Его войско с ходу, отряд за отрядом, дружина за дружиной вливались в свой атакующий строй, с каждой минутой усиливая давление на фалангу латников.

Псковитяне к такому развитию событий были готовы. На многочисленных тренировках и учениях отрабатывались все возможные варианты сражений.

Ширина поля, которое было выбрано Олегом для битвы, не позволит Хленку окружить бригаду, устроив таларейские Канны. Впрочем, маршал и не Ганибалл для таких мудрёных задумок.

— Огонь! — донеслось с соседнего редута, там успели перезарядиться раньше.

Попаданец увидел, как три ядра вылетели из клубов дыма и достаточно удачно проложили бреши в колонне наёмников, спешивших к месту сражения. Тут же последовал залп орудий, находившихся рядом с императором.

Олег поморщился — запах сгоревшего пороха ему удовольствия не доставлял — и отъехал в наветренную сторону. Вмешиваться в руководство сражением он не стал, но и быть простым наблюдателем не хотел.

В двигающейся змее войска руанцев попаданец различил несколько отрядов, не прикрытых Сферами. Или там отсутствовали одарённые, либо они посчитали преждевременным ставить защиту, экономя свои магические резервы до вступления в бой. Если верно второе предположение, то эти маги допустили просчёт, причём, фатальный и для себя, и для своих боевых товарищей.

Удары Пламенем, все восемь, Олег нанёс одновременно, сразу отправив в чертоги Смерти не менее полутысячи дружинников и наёмников Хленка.

Помощи, которую государь оказал магией, псковитяне не видели, жертвы его боевых заклинаний находились в глубине вражеской колонны, а никаких жестов для формирования конструктов он не делал. Олег по поводу отсутствия очередной порции славословий в свой адрес и восторгов не расстраивался. Воодушевлять латников на данном этапе не требовалось, те и так достойно противостояли напору противника, зато по колонне руанцев известие о разящих ударах пронеслось достаточно быстро и посеяло смятение, правда, не перешедшее в панику — в магическом мире гибель от боевых заклинаний дело не удивительное.

— На левом фланге пытаются нас обойти, — генерал Стельм подъехал к государю и успокоил своего недовольно фыркающего коня похлопыванием его по шее, — Я отправил туда четвёртый батальон.

Олег и сам всё видел, но за доклад обстановки комбрига поблагодарил.

— Там топь, как я понимаю, — добавил он, — Хватило бы и половины бойцов. Думаешь, не пора ротировать третью баталию?

Несмотря на огромные потери — размен жизнями шёл один к пяти-шести в пользу псковитян — враг постепенно начинал продавливать и теснить латников, особенно, на правом фланге.

Ничего угрожающего в создавшемся положении землянин не видел. Далеко в тылу противника уже было заметно возвратное движение. Значит, кавалерийские полки нанесли удар по хвосту колонны руанцев, и вскоре Хленк поймёт, что его взяли в тиски. Олег сомневался, что маршал продолжит наступление. Двигаться к Маргу, когда громят твои тылы, было бы верхом глупости и безответственности.

Переждав очередной пушечный залп, генерал ответил государю:

— Я дал команду Яврену, как только Гомм отойдёт к редутам, вводить в бой своих. Он ждёт.

Непрерывно махать тяжёлыми алебардами или мечами больше десяти-пятнадцати минут не могут даже очень выносливые воины, необходимы хотя бы краткие перерывы для отдыха. Поэтому, то тут, то там, на различных участках сражения лязг брони и звон стали смолкали. В этот момент внутри каре батальонов происходила замена воинов из первых рядов на тех, кто находились сзади.

Когда фаланга латников отошла почти к линии редутов, натиск руанцев заметно ослаб — до маршала Хленка и его командиров дошло осознание положения, в котором их войско очутилось. Передовые отряды наёмников и дружинников ещё продолжали атаковать латников, но следующие за ними начали останавливаться, следуя поступающим командам.

Тут удачно одно из ядер поразило мага, державшего Сферу над крупной дружиной, и Олег этим без промедления воспользовался. Цепь Молний не только уничтожила отряд из полутора сотен вояк, но и внесло ясность в мозги руанцев насчёт того, кто лично присутствует на поле боя. О других одарённых, кроме Сфорцевского Чудовища, способных применить такое заклинание, никто не ведал.

— Похоже, что наши "друзья" поняли, в какую задницу угодили, — усмехнулся Олег.

— Даю приказ на общее наступление? — спросил генерал и не дожидаясь ответа поскакал к второй линии баталий, чтобы отправить их в бой.

Положение руанцев оказалось незавидным. Запертые с двух сторон, они оказались под обстрелом пушек, а иногда и под ударами боевых заклинаний псковского императора и его магов. Как Олег и рассчитывал, собранное из разноплемённых наёмных отрядов и дружин эгоистичных владетелей воинство начало разбегаться, уходя группами воинов и поодиночке в заболоченные леса.

О том, что на дорогах, проходящих параллельно тракту, их с нетерпением ждут псковские егеря дезертировавшие руанцы не догадываются. Хотя шансы спастись у беглых отрядов весьма высоки. Император приказал своим воинам пленить или уничтожать при сопротивлении лишь одиночек и те группы солдат противника, которые не смогут дать отпор. Остальные пусть уходят, никакой угрозы они в ближайшем будущем представлять не смогут.

Конечно, захватить маршала Хленка псковитянам бы хотелось, но тот наверняка будет под охраной самых боеспособных и многочисленных подразделений.

— Нирма, — позвал Олег полковника, — Пошли кого-нибудь за дирижаблем. Я пока займусь ранеными.

Сражение с зажатыми между молотом и наковальней руанцами ещё не закончилось, а попаданец вместе с бригадными лекарями уже приступил к спасению жизней своих бойцов, изувеченных в ходе битвы.

Полностью он никого не исцелял, экономя энергию. Напитывал заклинания ровно настолько, чтобы оттащить раненых от черты смерти, а дальше вступали в дело военные эскулапы. С таким подходом попаданцу удалось спасти жизни всем своим пациентам. Полутора десяткам из них без его дальнейшей помощи грозило остаться калеками, но их исцеление Олег отложил до Пскова — там он или Уля найдут время довершить начатое лечение, если госпитальные маги не справятся — его же ждали раненые в Марге.

Путь в захваченный город на дирижабле прошёл намного быстрее и приятней. Приземлились на торговой площади перед графским замком.

— Маршал вместе с ри Маргом поехал к казармам, — доложил пехотный капитан, заранее прибежавший с десятком своих бойцов к месту приземления аэростата, — Там заперлись шесть сотен ополченцев, боятся выходить.

— Ишь ты, опасливые какие, — усмехнулся попаданец. Как раз ополченцам-то совсем ничего не грозило. Будущие подданные великого князя Торма Руанского просто отправятся по домам, вспоминать "минувшие дни и битвы, что вместе продули они", — Ладно. Пусть решают вопрос. Ты мне скажи, где наши пострадавшие в бою герои?

До появления в Таларее Олега и Вики общественных лечебных учреждений здесь не существовало, лекари и маги-целители использовали для приёма больных личные дома или особняки, а стационары заменяло жильё самих пациентов. Так что, раненых псковитян снесли в ратушу, где под временный госпиталь использовали два зала первого этажа. Горячую воду таскали рабы из трактира, расположенного рядом.

— Меня хватило только на троих, государь, — доложила встретившая императора капитан медицинской службы, возглавляющая полевой госпиталь армии, — Дальше уже лечим обычными средствами.

Эта сорокалетняя женщина приятной полноты, как раз такой, которая нравилась Олегу до его встречи с Викой, являлась магиней, знавшей заклинание исцеления. К сожалению, её магический резерв был небольшим.

— Не беда, капитан, — поощрительно прикоснулся землянин к её плечу, — Спасибо тебе за хорошую организацию работ. Санитарок, как вижу, из местных рабынь привлекла?

— Не только, — устало улыбнулась офицер, — Особо не разбиралась, есть ошейник или нет. Кто из купчих или их дочек пытался возражать, напомнила про виселицу. Тряпкой мыть полы и вытаскивать поганые вёдра любая может. Дело не хитрое.

— Согласен. Где у тебя самые тяжёлые? Веди к ним сначала.

Олег сделал то, за что не один раз ругал сестрёнку, вычерпал запасы своей магии до самого дна, почувствовал, как его повело от головокружения. Но исцеление получили не только все тяжелораненые, досталось и пациентам со средней тяжестью.

— Государь, выпейте. Полегчает, — капитан поставила на подоконник перед севшим императором кружку, на треть наполненную медицинским спиртом.

— Проверено? — уточнил Олег, — Нет, уж. Позволь, лучше я тебя своим угощу, — он извлёк из Пространственного Кармана подаренный Викой коньяк, выплеснул спирт и наполнил кружку янтарной жидкостью до краёв, — Не такой забористый напиток, но приятней. Тебе бы самой исцеление не помешало. Серая аж. Как мышь.

— Вы не лучше, мой господин. Извините.

Они оба рассмеялись, и усталость чуть-чуть отступила. Земная шутка, слышанная Олегом от отца, что минута смеха заменяет стакан сметаны, оказывается, не совсем шутка.

Разделив коньяк с капитаном поровну, попаданец не закусывая направился к выходу, где его терпеливо дожидались будущий великий князь и действующий владетель Марга.

На повторные уговоры Торма остаться ночевать в замке Олег вновь отказался и направился к ожидавшему его аэростату.

— Решай сам, нужно ли прямо сейчас идти к столице или дождаться ландвера, — говорил он маршалу на ходу, — Полки подойдут где-то через полтора месяца, раньше никак не получится. Если не ждать, то можешь застать руанцев неподготовленными, а если не спешить, то твоя армия усилится почти вдвое. И так, и сяк можно действовать.

— Я направил ниндзей в разведку, — сообщил Торм, — Определюсь после их возвращения. Артиллерии добавишь?

Олег остановился, подумал и вздохнул.

— Не получится, старина, увы, — развёл он руками, — Разве что к кампании против Линерии, но и это будет зависить от того, как пойдут дела у Чека. Как-то так вот, — император накинул капюшон, спасаясь от вновь начавшегося холодного дождя — магии на Воздушный Поток не было — и продолжил путь к дирижаблю, — Геллу твою я во Псков заберу, без проволочек. Гайда у тебя молодец, хозяйственная, жёсткая. Справится с управлением Сольтом. Ей полезно. Всё же без пяти минут принцесса. Настоящая красавица.

На Земле из всех виденных Олегом фотографий принцесс двадцать первого века или их изображений из более ранних веков ни одна не соответствовала описанным в сказках. В лучшем случае не совсем уродины. А вот в Псковской империи Гайда сможет поддержать реноме.

— Гелла и сама рвётся к делам промышленности, — усмехнулся маршал, — Она всерьёз увлеклась твоими придумками и в Сольте скучает.

— Теперь ей не до скуки будет, — пообещал попаданец, — Советую ещё, зятя отправить на помощь Гайде. Обойдётся войско тут без него.

Тепло попрощавшись со старым соратником и доброжелательно с графом ри Маргом и его стервозной супругой, псковский император забрался в салон аэростата.

Позавтракав в Сольте в компании герцогини и герцогессы, Олег, забрав с собой Геллу, её двух доверенных служанок и старого, но весьма бодрого раба, не сразу направился в Псков. Он сделал остановку в Нимее, где прошёлся ногами по мосту через Ирмень, строительство которого Уля завершила ещё неделю назад.

Попаданец лично оценил высоту центральной арки моста и пришёл к выводу, что даже во время весеннего половодья пароходы смогут здесь спокойно проходить, с большим запасом по высоте.

По реке уже плавали два парохода, а скоро их будет ещё больше. Как закончится война, вернее, войны, землянин хотел бы увидеть на главной водной артерии континента круизные лайнеры. Пусть у Вики в её Лас-Вегасе, или как там она свой притон назовёт, народ развлекается виски, блэк-джеком и шлюхами, а у него всё будет чинно и благородно — семьи с детьми станут путешествовать по реке и слушать красивую музыку и хорошие песни.

— Только тебе, Олег, под силу создавать такие грандиозные сооружения, — высказалась будущая великая княгиня, естественно, не оставившая своего императора в одиночестве при прогулке по мосту.

— Да я-то при чём? — поскромничал землянин, — Это Уля постаралась. Эх, правда, Гелла, какая красота! Скорей бы мне всю империю превратить в прекрасный сад.

— Ты бы сначала с её границами определился, — пошутила герцогиня ре Сольт, — Возвращаемся к дирижаблю?

— А куда ещё-то? К той толпе, что жаждет высказать мне верноподданнические чувства, я не хочу. Некогда, да и предчувствия какие-то тревожные. Поспешим-ка домой.

Предчувствия Олега не обманули. Оповещённые по телеграфу о направлении движения императорского аэростата на столичном лётном поле его дожидались премьер-министр Клейн, генералы Лешик и Агрий, а также старый граф ри Ломер, полный генерал, временно исполняющий обязанности начальника генерального штаба.

Качающийся у третьей причальной башни боевой дирижабль, по видимому, доставил в Псков начальника разведки.

— Что случилось, друзья? — спросил попаданец, шагая по сходням на площадку, где замерли его соратники, — Почему вид такой встревоженный?

Вперёд шагнул Лешик.

— Не встревоженный, государь, — ответил он, первым принимая от своего шефа объятия и похлопывания, — Скорее, озабоченный. Оросцы выступили. Сами, — он отошёл в сторону, давая возможность императору поприветствовать остальных и продолжая говорить ему в спину, — Воспользовались порталами. Пока атаковали не нас, а нашего доброго друга Джеба Синезийского. Подробности сразу? У военных и разведки подготовлен подробный доклад.

— По тем сведениям, что получены на сегодняшний день, — уточнил Агрий.

— Поехали в генштаб, — у Олега немного отлегло на душе, всё же прямой угрозы территории его империи нет, — Надеюсь, старик ещё живой? Гелла, не стой столбом. Поздоровайся с друзьями. Скучала ведь, поди.

Пока герцогиня ре Сольт тепло приветствовала Клейна и Лешика, с которыми её действительно связывала дружба, Агрий начал рассказывать о том, что его люди сейчас сообщали из Синезии.

У подножия башни императора дожидалась его личная карета, стоявшая первой в ряду.

— Поместимся и вшестером, — пригласил попаданец всех встретивших его сановников и Геллу ехать с ним.

Глава 11

В генштабе, склонившись над картой, император выслушал доклады Агрия и полного генерала ри Ломера. Исполняющий обязанности начальника генштаба граф первым доложил о составе, численности и обеспеченности псковских войск в районах, граничащих с Синезией. Кроме армейского корпуса под командованием генерала Ковина, Улиного протеже, для защиты северных рубежей могли быть привлечены глаторские полки, дружины владетелей и ландвер.

— Ну, не всё так печально, как могло бы быть, — резюмировал Олег услышанное от ри Ломера, — Тем более, что там опытный и умелый командующий, — попаданец часто испытывал признательность сестре, имевшей поразительное чутьё на людей и находившей порой настоящие алмазы в тонне грязи. Вот кому бы в голову пришло, что мелкий и озлобленный уголовник Гнус может оказаться столь полезным человеком? — И всё же не следует полагаться лишь на таланты нашего полководца, храбрость и высокую боевую выучку его солдат. Численность тоже многое решает. Поэтому, граф, готовь директиву о полной мобилизации ландвера. Не только Ковин, но и Торм нуждается в подкреплениях.

— Для синезийской компании можно привлечь и нашу западную армию, — не глядя на императора, бросил пробный шар ри Ломер.

Предложение генштаба было понятно. Великое княжество Руанск располагалось южнее Синезии, и маршал Торм, после завершения разгрома руанцев вместо похода на Линерию повернуть свою армию в противоположном направлении, на север.

— Исключено, генерал, — Олег в очередной раз посмотрел на расстеленную почти во весь стол подробную карту Тарпеции, — Мы так ещё больше увязнем в длительных конфликтах. Пусть Торм довершает начатое.

— Герцогиня ре Вил не хочет долго ждать, — вставил Лешик.

Неуместные шутки графа ри Неров, которые тот себе позволял даже во время обсуждения серьёзных дел, Олега иногда забавляли, а иногда, как сейчас, раздражали.

— Дружище, может тебе в цирк пойти работать? — спросил император своего начальника службы безопасности, — Не стоит талант зарывать в землю. Так вот, вернёмся к теме. Полки ландвера из Тарка направим северной армии, а Глатора и Саарона западной. Винорские и бирманские не трогаем, это резерв Чека. Вассальным дружинам объявляем сбор, но задействовать не будем. Агрий, теперь слушаю тебя. Давай в подробностях, что нам известно на данную минуту.

— Порталы, государь. Они открыли массу возможностей для всех, — генерал ниндзей извлёк из сумки потрёпанный блокнот, положил его перед собой на стол и раскрыл, — Чем Орос и воспользовался. Неожиданно быстро. По всей видимости, к выступлению в поход император Альнен и так готовился.

Синезия долгое время являлась республикой, тесно сотрудничавшей с северной империей, однако, когда Олег помог старому принцу Джебу деньгами, тот успешно вернул себе трон отца. С тех пор политическая ориентация Синезии резко поменялась.

В гонениях на сторонников Совета, последовавших после реставрации монархии, пыткам и казням подвергались и те, кого подозревали в сотрудничестве с оросцами. Джеб не забыл, кто деньгами и наёмниками поддержал мятеж гильдий и мелкого дворянства против короны.

Старый принц, водрузивший на себя королевский венец, был совсем не против поделиться его блеском с молодым соседом-императором. Синезийские посланники привозили письма, в которых их правитель чуть ли не открытым текстом предлагал включить своё королевство в состав Пскова.

На троне Джеб утвердился весьма крепко, вернувшаяся вместе с ним аристократия помогла воссоздать вполне боеспособное войско, и единственная причина, из-за которой бывший изгнанник так упорно обхаживал Олега, заключалась в желании стать объектом действия заклинания Омоложения, применённое попаданцем. При синезийском дворе имелись сразу двое магов, знавших это заклинание, но им удавалось лишь задерживать старение великовозрастного короля, а тот хотел вновь стать сорокалетним крепким мужчиной в самом расцвете сил.

Олег в принципе был не против присоединения Синезии, родины лучших на Тарпеции ковров и замечательного вина из винограда горных сортов, только отложил данный вопрос на потом, когда удастся переварить то, что уже захапал, и то, что придётся присоединить по причине острой необходимости.

В своём последнем письме Джебу попаданец пригласил его к себе с визитом, пообещав помочь в обретении здоровья и относительной молодости, однако, оросцы эту поездку отменили.

— Синезийская площадка находится в восьми километрах от столицы, — Агрий ткнул тыльной частью карандаша в соответствующую точку на карте, — Осторожный старик там выставил хорошую охрану. Его магам даже пару раз удалось прервать переправку легионов. Синез успел подготовиться к обороне, и захватить его с наскока не получилось. По моим данным в столице Джеба достаточно войск и запасов, чтобы продержаться, как минимум, два-три месяца. Сам король столицу покинул и собирает войско. Разъезжает по королевству, собирает полки и созывает вассалов.

— Очевидное и правильное решение, — одобрил землянин.

— Над ним ещё одна угроза нависла, с севера, — продолжил Агрий, — Оросцы использовали ещё и адистинский портал. Часть их армии, примерно треть, перешла через него и сейчас движется ускоренным маршем к Хоренбо, пограничному синезийскому городу. Через неделю, а может раньше, у Джеба появится второй фронт. К тому времени при нынешней распутице король вряд ли успеет собрать вокруг себя хоть сколько-нибудь значимые силы. Впрочем, его врагов грязь и дожди тоже будут сильно тормозить.

Начальник разведки был прав в том, что скорого начала масштабных боевых действий ждать не следует. Порталы, конечно, позволяют перебрасывать армии на большие расстояния, однако, площадки расположены далеко друг от друга, а между ними всё те же убитые дороги или вовсе бездорожье, а часто вовсе непролазные дебри и топи.

— А адистинцы, значит, пошли на союз с нашими врагами. Ожидаемо, — коротко рассмеялся попаданец.

Смех его был не очень весёлым, скорее, саркастическим.

Адистиния по отношению к своим соседям всегда старалась сохранять нейтралитет. Королевство не обладало значительными военными ресурсами и кого-то задирать опасалось.

Всё изменилось из-за дикого и глупого совпадения. Когда псковский император организовал на сцене театра постановку пьесы "Женитьба Фигаро", он совершенно упустил из виду, что имя монарха Адистинии такое же, как у героя произведения великого Бомарше.

Нет, одинаковые имена в Таларее случались часто — в охранном отряде ниндзей у Нирмы, к примеру, служили сразу три Влека — и жанр политического памфлета в этом мире не был известен, и всё же король Фигаро, когда до него дошли вести о псковском развлечении, расценил совпадение имён намеренным и оскорбительным.

Гортензия предлагала отправить в Адис спецпосланника, чтобы тот разъяснил случайность ситуации, Олег отмахнулся и, как теперь стало ясно, что зря.

— Фигаро предоставил оросцам только свою территорию и ограниченные запасы фуража, — пояснил начальник разведки, — Его войска участвовать в нападении на Синезию не станут. Сведения достоверные.

— Всё равно я ему потом рожу в кровь и сопли разобью, но потом, — пригрозил Олег, — Обидчивый какой нашёлся. С этим ясно. Что у нас на юге?

Ниндзя, растворившиеся в Аргоне, регулярно докладывали о происходивших в королевстве событиях. Кроме того, когда позволяла погода и в тучах появлялись просветы, два боевых дирижабля совершали пролёты над местами боевых действий. До появления аэрофотосъёмки было ещё очень далеко, но кое-какие сведения для сопоставления с краткой информацией, получаемой от разведчиков голубиной почтой, добывать удавалось.

Война на юге пока сводилась к осадам и штурмам валанийцами городов, крепостей и феодальных замков. Аргонские бароны были хоть и бедными, но не трусливыми, сдаваться бронзовокожим не спешили, и врагам приходилось их выковыривать из твердынь, как черепах из панцирей.

Несмотря на всё увиличивающийся состав армии агрессора — пополнение шло, как через портал, так и морем — продвижение валанийцев шло ни шатко, ни валко. А вот Божественная уже перебросила через геронийский портал восемнадцать полков и многочисленные дружины своих вассалов. К ним добавились кавалерийские полки отанцев и геронийцев. На территорию Аргона союзники ещё не вступили, колонны их войск растянулись на трактах, тем не менее, это уже заставило гостей с юга начать нервничать.

— Король Чек уже занял всю Тигольскую провинцию, — Агрий показал на северо-запад Аргона, — Сопротивления местные не оказали, Сертин их предупредил заранее. Произошли несколько стычек с передовыми разъездами валанийцев. Те быстро отошли, когда поняли, с чьим войском они имеют дело.

— Боятся. Уважают, — хмыкнул Олег.

Он задал графу ри Ломеру ещё с десяток уточняющих вопросов, касаемых финансового и тылового обеспечения, после чего закрыл совещание.

— Я забыл, там Ковин просит полномочий на возможность введения своих частей на территорию Синезии. Вы разрешите? — полный генерал остановил вопросом императора, когда тот уже находился возле двери, учтиво пропуская впереди себя будущую великую княгиню.

— Можно подумать, этот хват нуждается в разрешении, — качнул головой Олег, — Ладно. Пошли ему от моего имени право на все действия, которые пойдут на пользу делу. Гелла, тебе сегодня можно отдохнуть, — взял он за рукав соратницу, — Мы с тобой завтра вплотную делами займёмся. Езжай в ваш особняк, проверь, не ограбили ли за время вашего с Тормом отсутствия. А может рабы там оргии устраивают, — пошутил землянин, — Вечером с Карой и Иреттой в театр сходите. Давно поди не была?

— Давно. Соскучилась. Спасибо. А цирк, где граф ри Неров будет выступать, достроили?

— Пока нет. Но циркачам я разрешил на площадях выступать. Только в Промзоне. Ну, туда съездите. Клейн предупредит Иретту, — император кивнул своему премьер-министру.

Во дворец Олег приехал с Лешиком, Агрий от генштаба отправился на лётное поле, чтобы вернуться в Бирман, ближе к армии Чека. Телеграф позволял временно руководить любым ведомством удалённо.

Государя с графом ри Неров в коридоре перед апартаментами встретила чем-то очень довольная баронесса Чеппин. Такое настроение у первой статс-дамы наблюдалось крайне редко, обычно она всегда имела строгое и деловое выражение лица, вызывавшее у императора и его соратников почтение, а у прислуги страх, иногда переходящий в настоящий ужас, когда у главной управляющей двором бледнели губы и стекленели глаза.

— Хорошие новости, дорогая баронесса? — поинтересовался Олег на пути к личной гардеробной.

— Можно сказать и так, — улыбнулась Чеппин, — Но точнее, хороший подарок от нашей недавней гостьи. Вчера вечером доставили из Фестала. Госпожа Тень действительно имеет замечательный вкус. И не только в понимании стихосложения, но и всего другого. Она удивительная!

Творческие натуры падки на лесть. Вика об этом знала и легко влезла в душу дворцовой помощницы своего земляка.

Тут Олег обратил внимание, что у дверей гардеробной стоит тот же лакей, что и перед входом в апартаменты, а за дверями он же составлял компанию улыбающимся Моне и её супругу.

— Что за дела? — наигранно удивился он, чтобы доставить маленькую радость своим людям, хотя Вика не сделала ему сюрприза — о намерении подарить тройняшек, необычайно между собой схожих, предупредила заранее.

— Это и есть то, что нам прислала госпожа Тень, — рассмеялась Чеппин, — Правда ведь замечательно?

— Ага, — согласился попаданец, — Но твой император тоже неплохо сможет отдариться.

Олег давно забросил перенос в этот мир всяких мелких изобретений, занимаясь в основном чем-то существенным, и всё же ради любимой соотечественницы пришлось вернуться к прежнему прогрессорству. Ведь Вика теперь не просто величайшая магиня, грозная госпожа Тень и повелительница Ордена, но ещё и байкерша.

Какая байкерша без чёрной кожаной куртки-косухи? Никакая. А для пошива такого прикида необходима застёжка-молния. Её-то император и воссоздал в Таларее.

Фасон куртки он нарисовал, Викины размеры графине Каре известны, а вместо примерочного манекена у племянницы Гортензии для этого дела есть одна из рабынь, фигурой схожая с госпожой Тенью. Так что, быть москвичке модницей. Она ему вон какие замечательные варежки и шарф подарила, своими руками связала. Земляк её в долгу решил не оставаться.

Что же касается тройняшек, то тут, как уже понимал соотечественницу Олег, Вика поступила по принципу: на те, боже, что нам негоже. Всё равно, спасибо ей. За внимание. За то, что помнит о нём постоянно.

Аудиенции для желающих обратиться к императору с просьбами, личными или общественными, Олег приказал перенести на вторую половину следующего дня. Обед им с Лешиком накрыли на двоих.

— О чём хотел поговорить? — спросил попаданец, зачёрпывая ложкой, серебряной, понятно, наваристый куриный бульон.

— Всё о том же, шеф, — граф ри Неров супы и бульоны, как и остальные аристократы, дворяне или просто состоятельные люди, совсем не жаловал, поэтому перед ним Мона поставила жареные с овощами бараньи рёбрышки, — Мои ребята все ведь под прикрытием работают. Зачем им светиться и на контроле порталов? Там армия, таможня. Мало? Пусть Нечай ещё ими займётся.

— Нет, Лешик. Порталы — это очень важный элемент нашей жизни. Ими будет заниматься личная служба безопасности императора. То есть, ты. Понимаю, что людей у тебя мало. Обещаю, что в этом году половина выпускников-ниндзей пойдут на службу к тебе. Более того, первым будешь выбирать кандидатов.

— Сколько ещё ждать до мая? Впрочем, я всё понял, мой повелитель. А что с пограничной службой? Ты же хотел отдельную создавать? Им бы и передал контроль за площадками. Та же граница, хоть и магическая.

— И сейчас хочу, — кивнул попаданец, — Только нет сегодня возможности забрать у армии егерей. Вот завершим период войн, тогда и займусь.

Граф ри Неров хмыкнул, выражая всем своим видом скепсис по поводу наступления мира хоть в сколько-то обозримом будущем.

Между тем, Олег всерьёз уже начинал готовиться к неизбежному политическому урегулированию конфликтных ситуаций на континенте. Он даже собирался утром, пока Гелла увлечённо смотрела в иллюминатор, писать пункты своего мирного плана. Правда, к сожалению, даже не придумал с чего начинать.

Первый же вопрос, на который Олег себе не смог ответить, желает ли он установления чего-то подобного Вестфальскому миру, когда уставшие тридцать лет воевать европейские монархи собрались и определились, чья власть, того и вера, или необходимо собрать что-то вроде Венского конгресса или Ялтинской конференции, когда небольшое количество самых сильных государств договорились об общих правилах игры и обязали остальные страны эти правила выполнять.

Портальная сеть по-сути сделала соседями все государства планеты. Значит ли это, что необходимо привлечь к обсуждению не только правителей Тарпеции, а и остальных материков?

Свою записную книжку он тогда закрыл, не вписав в неё ни буквы. Проблему надо обсуждать с землячкой и соратниками. Но в основание новых политических правил по-любому должны лечь военные победы Псковской империи.

— Как там наши гости? Обустраиваются? — поинтересовался император, когда они оба насытились и принялись потягивать вино, — Я про орденцев.

— Понял, что про них, — Лешик немного посмаковал первый глоток, — Синезийское скоро станет дефицитом. Кто сообразит сейчас его скупить, озолотится.

— Не только Монс от тебя, но и ты от него заражаетесь. Так что там со школами и госпиталями Ордена?

— Пока ремонт. Но лекари и учителя уже прибывают. И все как один ниндзя. Ни одного обычного умника. От нашей негласной императрицы я ещё там, на Алернии, слышал фразу "пустить козла в огород". Подумай, шеф, нужны ли они нам здесь? Госпожа Тень-то твой друг, только ты сам ведь говорил, что повелитель — это не человек, а должность, и всегда возможен в будущем конфликт между империей и ...

— Ерунда, Лешик, — прервал его попаданец, — На нас с Викой подобные премудрости не распространяются. Мы исключение из правил. Если ты наелся, то давай расходиться. Я хочу сегодня ещё своих мотоизготовителей навестить. Пора им начинать думать и над автомобилями, и над автобусами. Не знаешь, что это?

— Нет, конечно. Понимаю только, ты говоришь про свои очередные удивительные задумки?

— Так и есть, мой друг, — император ополоснул руки в ароматизированной лепестками роз воде и благодарно кивнул подносившей тазик Моне, — Ты просто не представляешь, как больно мне видеть, когда по мраморным трассам катаются телеги. Нирма, — обратился он к вошедшей на вызов полковнику, — Распорядись насчёт кареты.

Глава 12

Возле оминского портала, который теперь можно было называть орденским — Вика позволила Урании и Налье себя уговорить, приняв эту площадку в дар — уже вырос не очень высокий, метров восьми, бастион, где на постоянной основе несли службу двадцать рыцарей и три мага, завершалось строительство постоялого двора и располагались подсобные здания.

Находившиеся возле портала люди при виде подъехавшей на мопеде госпожи Тень работу не прекратили и рты не разевали. Во-первых, повелительница приезжала на удивительной повозке уже не в первый раз, а во-вторых, надзирающие за работниками бригадиры смогли доходчиво объяснить, что бросать дела не следует.

Попаданка не удержалась выписать крутой вираж перед тем как заглушить мотор..

— Ну, как, Шторм? — спросила она у сидевшего позади неё соратника, — Скажи, круто? Эй, ты чего? — обеспокоилась Вика бледным видом пассажира и, зафиксировав мопед откинутой подножкой, покинула сиденье, — Слазь, мы приехали.

Глава самой мощной преступной организации континента, подмявшей под себя почти четверть контрабанды и треть нелегальных доходов Алернии, на призыв повелительницы Ордена среагировал не сразу. И ладно бы он всё ещё млел от того, что был удостоен чести держать за талию саму госпожу Тень, великую и прекрасную магиню, так нет же, он просто всё ещё не мог прийти в себя от страха. Даже у отчаянных храбрецов имеются фобии, вот и у Шторма нашлась — на скоростную езду. Впрочем, попаданка посчитала, что это лишь его первая реакция, пару раз прокатится и привыкнет.

— Вика, прости. Ты хоть и предупредила, но я не думал ...

— Ерунда, — она взяла соратника за локоть, — Обещаю, ты и на поездах, и на дирижаблях побываешь, и никакая скорость тебя смущать не будет. Пришёл в себя? Тошнит? Это поправимо, — госпожа Тень исцелила соратника и показала рукой в сторону портального комплекса зданий, — Вот это и есть площадка для перемещений через пространство. Здесь для тебя работы нет. А вон там, — потянув Шторма за собой она направилась к стройке будущего Лас-Вегаса, — Возводится город, про который мы с тобой вчера говорили. И куда ты станешь вкладывать не меньше половины своих доходов. Но не переживай, они окупятся сторицей.

— Да я и не переживаю.

К повелительнице спешили на доклад командир рыцарей со стороны портала, и распорядитель стройки с двумя архитекторами, бежавшими навстречу госпоже по центральному проспекту из магического мрамора, по обе стороны от которого измождённые рабы рыли котлованы под фундаменты и канавы для канализационной системы и водопровода.

— Вот и молодец, — похвалила бандита попаданка, — Проспекты, улицы и городская инфраструктура с меня, а вот все здания и их оборудование возьмёшь на себя. Я в Сфорце заказала рулетки — наши криворукие такие изделия делать не могут — и сразу их оплатила, ты эти деньги великому магистру вернёшь.

— Рулетки? Подожди, там же вроде используются шарики, на которые могут одарённые влиять?

— Могут, но не смогут, — Вика отмахнулась от докладов приблизившихся к ней местных начальников, и те молча пошли за ней, — Эрна взялась изготавливать у себя амулеты маленьких Сфер. Недорого. На них пойдут осколки от огранки алапанского янтаря. Безотходное производство. Лерс, баронет, где кони для меня и уважаемого Шторма? — спросила она у распорядителя и лейтенанта рыцарей, — И сами, вы что, собрались за мной бегать ногами?

Госпожа Тень, как оказалось, поторопилась с обвинением подчинённых в непредусмотрительности, от конюшни у портала в этот момент показались трое верховых ассасинов с парой гнедых в поводу, а следом за ними и от бастиона появился рыцарь с тремя лошадьми. Так что, её люди весьма сообразительны и действуют слаженно.

— Укладку труб когда планируете начать? — спросила попаданка у распорядителя, взбираясь в седло, — Их уже все доставили?

Университетские исследователи разработали технологию производства труб из глины, которая после воздействия заклинаниями Укрепления слабой мощности обеспечивала необходимую твёрдость и долговечность изделий. Теперь госпоже Тень не приходилось, как во время строительства своей резиденции, самой всё делать.

Это касалось не только труб. Здания тоже будут возводиться из обычного кирпича, завод для его производства был организован всего в двух километрах на богатом глиной карьере.

Вокруг росли густые леса, хоть и заболоченные, однако, повелительница Ордена категорически отказалась от любых строений из древесины, включая хозяйственных и вспомогательных.

— Пока только доставили для канализации, через пару дней начнём укладку, — вступил в разговор один из архитекторов, — С водопроводом мы не торопим. Подъемную, напорную башню только начали возводить, время есть.

— Время есть, но и тянуть не следует, — сказала Вика, — Пайку работникам увеличили, вот и гоняйте их по полной. А то, смотрю, двигаются еле-еле. Поехали, посмотрим на нашу водокачку.

Вика решила не возводить вокруг своего Лас-Вегаса стен — с разбойниками она разберётся, если они заведутся в этих краях, а владетели не рискнут портить отношения с Орденом. В самом городе страже тоже особо делать станет нечего, люди Шторма сами позаботятся о порядке, разве что, хулиганов и пьяниц утихомиривать.

Помимо Центрального Вика построила и два параллельных ему проспекта из магического гранита — Западный и Восточный — а также строго перпендикулярно дороги между ними. Взяла идею у американцев с их стритами и авеню. Весьма необычно для аборигенов, привыкших к запутанным лабиринтам улиц своих поселений. Площадей попаданка создала числом три — ратушную и две торговых — на каждой из которых будут бить фонтаны, бассейны под которые выложат разноцветной плиткой.

А ещё попаданке пришлось возводить гать из магического гранита, которая вела вглубь болота на двести метров до озера, где уже были установлены архимедовы винты, а на месте будущей водонапорной башни пока имелись только широкая площадка и фундамент.

Два десятка рабов суетились возле трёх осликов с тележками, разгружая очередную партию кирпичей.

— Это она? — спросил Шторм.

— Она. Отсюда в твой город будет подаваться вода. Перед болотом — видел расчищают от деревьев? — будет станция очистки. Флемм хорошие фильтры придумал.

За спиной Вики кто-то произнёс негромкую фразу:

— Глупость это. Надо лбом думать, а не ушами.

Повелительница Ордена, обернувшись, даже не сразу поняла, кто бы мог такое сказать. Прижившаяся в средневековом мире она давно воспринимала рабов как покорную, безропотную массу, а позади неё никого, кроме усталых оборванцев в ошейниках, не было.

Наконец Вика сообразила, что услышанный голос принадлежал одному из них и даже поняла, кому конкретно. Седой с клочковатой бородой мужик быстро отвёл взгляд.

— Ты хоть понял, кого дурой назвал, насекомое? — привыкшая к уважению окружающих попаданка разозлилась, — Баронет, вздёрни его, — приказала она лейтенанту, — Ещё не хватало, чтобы мне всякое животное хамило.

Офицер дал знак своему рыцарю, и оба соскочили с коней. Провинившийся побледнел, что тот Шторм после поездки на мопеде, но принимать участь молча не стал.

— От того, что вы меня повесите, госпожа, фильтры меньше забиваться не станут, — сказал он и упал на колени, подбитый сзади ударом ноги баронета.

Рыцарь возле одной из повозок взял моток верёвки и направился к седому рабу, на ходу мастеря петлю. Остальные невольники, вжав головы в плечи, по команде надзирателя продолжили работу, как будто бы происходящее их совсем не касалось.

— Подожди, лейтенант, — остановила Вика баронета, — Эй, чего ты там бормочешь про фильтры? — поинтересовалась она у висельника.

— Я говорю, что весной и летом это озеро сильно обмелеет, — сглотнув комок в горле, хрипло пояснил раб, — Вода начнёт подаваться с большим количеством тины, и придётся менять фильтры ежедневно. Они станут забиваться постоянно. Надо предварительную очистку делать здесь. Вырыть котлован, укрепить брёвнами из лиственницы. Только делать это нужно сейчас, зимой.

— Иди сюда, ближе, — позвала она седого, а когда тот приблизился и вновь встал перед ней на колени, поинтересовалась: — Это откуда к нам такого умного дядечку занесло? Я так понимаю, ошейник на тебе совсем недавно появился?

— Я из султаната, госпожа.

Он ответил и низко опустил голову.

— Замечательно. И что дальше? Рассказывай.

Кью Пар когда-то владел десятками рабов и занимался строительством оросительных каналов на знаменитых хлопковых плантациях Эритеи, пользовался большим спросом среди владетелей и имел от них множество заказов. Однажды он взялся за работы, где заказчиком выступало казначейство султаната.

Со слов Кью, он всё сделал как надо, лишь задержал немного сроки сдачи объектов. Казначей воспользовался формальным поводом и не стал оплачивать работы, в которые исполнитель вложил огромные средства, не только свои, но и заёмные. Он бы мог выпутаться из сложившейся ситуации, только молодой и горячий сын решил добиться справедливости, обратившись в канцелярию самого султана. Результатом этого обращения и стали ошейники на всех членах семьи Паров. В Акульем Зубе Кью и его сын оказались после захвата корабля, на котором они ворочали вёслами уже два с лишним года.

— Простите меня за дерзость, — выговорившись, эритеец наконец-то повинился.

Видимо, внимание, с которым его выслушала великая повелительница, дало ему проблеск надежды и заставило вновь дорожить своей жизнью.

— Прощу, но позже, — улыбнулась попаданка, чутьём понявшая, что нашла ещё одного толкового человека, — Если делом докажешь свою полезность и правоту критики моего решения. Вообще-то, смысл в твоей идее предварительной очистки воды есть. Лерс, возьми Кью в группу инженеров. Я буду за ним присматривать. Ошейник прямо сейчас снимите. Отмыть, одеть, обуть.

— Госпожа, простите, а Зиора моего? — встрепенулся теперь уже бывший раб.

— Кого? А, сына что-ли? Ладно, и его тоже, — распорядилась Вика, покачав головой, — Погубит меня моя доброта однажды. Возвращаемся, — приказала она и подбодрила коня хлыстом.

Когда госпожа Тень с сопровождающими подъехала к портальной площадке, там её дожидалась магистр ассасинов с пятёркой своих воинов, только что переместившиеся с Тарпеции.

— Быстро ты обернулась, — сказала Вика, обнимая Нюру, — Две недели поди не прошло.

Она отодвинула девушку от себя и осмотрела. Дочь Рудия выглядела вполне довольной путешествием и радостной от встречи с повелительницей.

— Прошло, Вика, — поправила свою госпожу магистр, — Даже больше — пятнадцать дней. Но мы и правда быстро. Поездами от Фестала в Тарк и Глатор доехали, а до Саарона и Растина нам королева Уля свой дирижабль давала. Императора видела вчера, перед отъездом из Пскова, он мне аудиенцию назначал. Передал для тебя подарок.

— Подарок? Это я люблю, — засмеялась попаданка, — Где он? Ага, вижу, — посмотрела она в сторону портала через который в этот момент пара дюжих лакеев в одеждах цветов винорского королевского двора выкатили металлическую столитровую бочку, — У меня как раз топливо опять заканчивается.

Нюра обернулась и почесала пальцем лоб — жест, обычно присущий Желе, её матери.

— Бочку нам ниндзя генерала ри Нерова сейчас перед порталом передали. А подарок у Хемиссы в сумке. Хема! — позвала она ассасинку, взяла у неё свёрток чёрной кожи и протянула госпоже, — Вот.

Вика развернула подарок и ахнула.

— Косуха! Нюра, ну-ка держи, я примерю.

Куртка с косым замком-молнией на груди и молниями на боковых карманах и рукавах села на повелительницу Ордена как влитая. Снимать косуху после примерки попаданка не захотела. Пожалела, что рядом нет зеркала. Мысленно пообещала, что Олегу достанется на десяток поцелуев больше.

— Ты прекрасна, — оценила магистр, наверняка выразив мнение всех собравшихся.

— Знаю, Нюра, — согласилась Вика, с ноткой грусти подумав, что настоящей хозяйке этого тела вряд ли кто-нибудь уже такое сказал, останься та живой. Сейчас бы Нелла превратилась в опустившуюся нищенку, выглядевшую старухой в неполных двадцать пять лет, — Теперь испытаем её в движении. С тобой поговорим в замке завтра утром. Доложишь, как съездила. Пока повидайся с родителями, а у меня ещё другие дела есть. Уважаемый Шторм, ты готов?

Бандит опять спал с лица, но демонстрировать трусость не стал, направившись к мопеду твёрдой походкой, как высокородный аристократ на плаху.

— Вика, — остановила госпожу Тень магистр, — У меня ещё кое-что для тебя есть.

— Я вижу, как ты мнёшься и смущаешься, — усмехнулась повелительница, — Ещё один подарок? До замка не потерпит? А, впрочем, давай сюда. От кого?

— Подарок и письмо, — Нюра достала из внутреннего кармана сложенный вчетверо листок бумаги и золотую коробочку.

Послание от дарителя Вика читать не стала, положив его в сумку, а коробочку открыла и увидела в ней необычайно большой бриллиант.

— Типично торгашеское подношение. Дорогое. Кажется, я догадываюсь.

— Да, это попросил передать тебе тот молодой мужчина, которому мы и ниндзя не давали к тебе приблизиться во время Новогоднего праздника. Он великий дож Растина. Его зовут ...

— Ивес. Я знаю. Хороший парень. Был. А теперь, сама видишь, — попаданка пренебрежительно хмыкнула и вернула коробочку девушке, — Оставь себе. Попроси Лагиса, у него есть хороший ювелир в замке, пусть кулон сделает, а Эрна тебе из кулона амулет.

— Господин Воск ...

— Всё, Нюра. Эта тема закрыта. Письмо, обещаю, прочитаю. Ты своё дело сделала, дальше я решаю. Бриллиант бери и не вздумай спорить. Обижусь, — поцеловав соратницу, попаданка подошла к мопеду и ободряюще хлопнула по спине понурого Шторма, — Ты, главное, не сиди как мешок с картошкой и не пытайся нас выравнивать на поворотах, наклоняйся в ту же сторону, что и я. Как понял?

— Понял, — вздохнул глава преступной организации, без пяти минут градоначальник столицы таларейских азартных игр.

Брать, что называется, с места в карьер первая в этом мире модель мотоцикла не могла, поэтому Вике приходилось довольствоваться пока плавным разгоном. И всё равно, удовольствие от езды она получала неимоверное, тем более, что знала, Олег на достигнутом не остановится.

Байкерша среди средневековых людей и пейзажей смотрелась очень необычно, и всё же население орденского домена постепенно привыкало к виду своей госпожи, проносящейся мимо на огромной скорости.

Заезжать в замок повелительница не стала. Проехав улицами Викинга, она выехала на трассу к университету. Наступило время отлива, и перешеек, соединяющий материк с Акульим Зубом, освободился от воды. Вика сначала доставила к особняку Рудия своего пассажира, а затем направилась к Флемму Орвалю.

Весь ректорат университета она застала в сборе.

— Вы чего как на похоронах? — спросила попаданка, увидев озабоченные лица своих учёных, — Технологию производства резины из каучука подробно описали?

Она не стала проходить к столу, выбрав себе для посиделок подоконник.

— Да, и уже утром отправили в Псков. Только зачем мы свои разработки раздаём бесплатно? — Флемм первый по знаку повелительницы сел на своё место.

— Тебе жалко, что ли? А может решил свой заводик открыть? — поинтересовалась Вика, — Не беспокойся. Плату мы готовой продукцией брать будем. К тому же, за наши амулеты император вполне достойно рассчитался. Ты не находишь? Часы на башнях, типография. Кстати, я так ещё и не увидела первые учебники по алхимии и истории. Кто-то мне их обещал ещё вчера.

Вика видела в окно, как вокруг мопеда опять собралась толпа студентов. Правда, ближе, чем на десять шагов, никто из них не приближался, уже научены. Один из смельчаков, нарушивших позавчера запрет, неожиданно обнаружил рядом с собой возникшую ниоткуда госпожу Тень и получил от неё такую оплеуху по затылку, что потом пару часов, точно, ходил со звоном в ушах.

— Корректоры долго вычитывали. Повелительница, прости, у нас сейчас не об этом забота. Плохие новости из Лейнгарда.

— Да? Почему я об этом ничего не знаю?

Сидевший рядом с Мелиной Гронс, деканом алхимического факультета, Корп Чалик, проректор, ответил вместо своего начальника:

— Мы сорок минут назад только узнали. Голубь принёс известие.

— Фирис один из лучших моих учеников, — проскрипел зануда Шленлер, лекарь и травник от Семерых богов, — Такого результата просто так быть не может.

— Вы меня загадками изводить решили? — разозлилась Вика — из всех её подчинённых учёные мужи и дамы раздражали госпожу Тень больше других, и чаще, — Говорите, что случилось.

— В Лейнгарде пациенты госпиталя после выписки умирают. Фирис пишет, что лечение проводится как положено. Бальзамы, снадобья, отвары используются только нашей рецептуры. И вот такие дела. Там в народе уже всякие гадости говорят про Орден. Якобы, специально людей изводим. Во время мора наших там не было, и хорошего отношения мы ещё не заслужили. Как бы ...

— Я сама с этим разберусь. Как раз собиралась навестить восток Алернии. Вам тут нет смысла гадать, информации всё равно мало. Пойдём, Корп, покажешь, что у тебя с магозажиганием получается.

— Всё хорошо, правительница.

— Вот и посмотрим, что у тебя хорошо, а что плохо. Флемм, послание это, ну, голубиное, мне отдай.

Глава 13

Орденские учёные мужи и дамы уравновешенностью характеров не отличались. Наверное, такими являлись не только Викины умники, но утверждать это ответственно попаданка могла лишь за своих, на Земле она в научных кругах не вращалась. От непомерно раздутых гордыни и самодовольства до уныния и самобичевания у университетских преподавателей и исследователей был всего-то один шаг.

В полученном из Лейнгарда кратком сообщении информации, необходимой для полноценного анализа, почти совсем не содержалось. Голубь не вол, он много на себе не унесёт. Две тряпичные ленты длиной максимум по двадцать сантиметров и шириной в сантиметр-полтора — много ли букв на них уместишь?

Тем не менее, этого хватило, чтобы Флемм Орваль и его команда принялись искать возможные причины неудачных целительских практик в методах лечения и составах препаратов. Как водится, переругались, и повелительнице Ордена пришлось вмешиваться в их споры.

Вика тоже не могла назвать причину странных событий вокруг лейнгардского госпиталя, но в том, что её ребята столкнулись с актами саботажа и диверсии, не сомневалась.

Вечером она в своей резиденции беседовала с Лагисом. Великий магистр привёз ей всю переписку с отделениями Ордена за последние месяцы. В пухлой папке, которую он положил на стол перед госпожой Тень, содержались и подробные доклады, пересылаемые через торговцев различными путями — морскими или сухопутными, и краткие сообщения, вроде последнего, вызвавшего переполох.

Пока попаданка внимательно изучала бумаги, Лагис граф Акула молчаливо сидел на диване, попивал вино и с каким-то грустным обожанием посматривал на свою благодетельницу и начальницу.

— Слава Семерым, похоже, что эта ситуация пока единична, — Вика захлопнула папку и улыбнулась великому магистру, — Предпосылок для подобных событий где-либо ещё я не увидела. В Лейнгарде у нас стандартные пятёрки?

— Нет, только рыцарей. А ассасинов шестеро, поровну лекари и учителя. Как ты и приказывала, в дальние отделения специалистами посылаем ассасинов — выпускников университета.

— Понятно. Впрочем, будь специалисты и охранна отдельно, это мало бы что изменило. Всё же наши ребята воины, а не дознаватели, и за пределами своих учреждений могут убивать, но не находить, кого следует отправить к чертогам Смерти. Зато у меня кое-какие знания имеются, и порталы вовремя открылись. Повоюем. Лагис, пожалуйста, не смотри ты на меня так.

— Я скучаю по тебе, Вика. А ты, даже когда возвращаешься из своих постоянных путешествий, всё реже посещаешь прецепторию.

— Так сам виноват. Отлично справляешься и без моих мудрых указаний. Спасибо. А тебя я всегда рада видеть, сам знаешь. Приезжай ко мне в любое время без приглашения, вон, как Рудий с Эдориком делают. Разве я тебя когда-нибудь прогоняла? А вообще, жениться тебе пора, батенька.

— Да я же не в том смысле! — вскинулся граф Акула, — Вика, ты мне как родная мать или дочь. Не смейся, я сам запутался.

— Кажется, я от тебя нечто подобное уже не раз слышала. Составь мне компанию на ужине, расскажешь, как поживают мои товарищи Барк с Баркой, Миока и прочие, прочие. А то, я ведь и вправду оторвалась от коллектива.

— А про Юнту не хочешь узнать новости?

— Что это чудо опять выкинула? Очередные любовники?

— Понесла от Гричера. Или не от него, — ухмыльнулся великий магистр, — но король считает, что это он отец будущего ребёнка.

Вошедший с поклоном лакей доложил, что стол для вечерней трапезы накрыт.

— Хорошо, мы идём, — попаданка взмахом руки прогнала раба, — Отличная новость, Лагис, — Какие у нас теперь замечательные перспективы в Даторском королевстве! — она поднялась из кресла, — Я на обратном пути из Лирена, — так называлась столица Лейнгарда, — сначала загляну в Милонег. Повидаюсь с Юнтой.

— Она уже во дворец переселилась. Едва этим бунт среди придворных не вызвала. Там Фелис с Никаром ситуацию успокоили.

— Молодцы близнецы. Я в них верю.

За стол вместе с повелительницей Ордена и великим магистром сели Крелан с Петелией, Бон, и прибывшие в резиденцию буквально в последнюю минуту Гнеш и Эдорик. Адмирал, когда не выходил в море, использовал любую возможность посетить замок Тени в надежде на халявный кальвадос из императорской коллекции. Госпожа его хоть иногда и бранила, но не жадничала на элитные напитки, лишь следила, чтобы было без переборов.

— Этот Кью оказался очень толковым, — сказал канцлер, ездивший в строящийся Лас-Вегас и вернувшийся оттуда два часа назад, — Не только с водокачкой помог решить проблему, но и вовремя подсказал насчет канализации. Перемерили высоты, и точно, надо переносить третий каскад стока южнее. И котлован нужно углублять. Иначе в сильные дожди отводы не справятся, и образуются зловонные лужи. Пришлось бы переделывать. Хорошо, что ты эритейца не повесила.

— Вот ещё, — фыркнула Вика, — И не собиралась. Так, только попугала бы, да и заменила верёвку на плётку. Правда, задницу ему приказала бы превратить в кровавую кашу. Не дело было в его скотском положении хамить мне. Всё хорошо, что хорошо кончается. Ты тоже присмотрись к нему. Толковых мастеровых у меня не так много. Может я всё же решу в университете и другие, ремесленные, факультеты открыть.

При этих словах Гнеш посмотрел на сестру.

— А смысл, если ты договорилась с псковским государем, что к нему на учёбу своих ребят будешь посылать?

— Посмотрим. Как бы не получилось, что побывавшие в Пскове всеми правдами и неправдами будут стараться там и остаться. Такие примеры ведь уже есть. Да?

Попаданка отпустила брату толстый намёк на его частые просьбы дать какое-нибудь поручение в столицу империи Олега.

Помимо той беседы, которая состоялась между нею и Гнешем в новогоднюю ночь, Вика ещё дважды обсуждала с братом тему его влюблённости. Кажется, её мысль, что рано или поздно Камина освободится от пут безнадёжного обожания великого императора, и надо просто подождать, братик воспринял с пониманием, однако опасался, как бы освободившаяся актриса, пока он находится вдали от неё, не нашла себе нового кумира или возлюбленного.

Говорить на это Гнешу, что искренне думала: "и слава была бы Семерым", попаданка, не желавшая родному человеку в спутницы жизни актрису, не стала. Пообещала, что в следующую поездку в Псковскую империю отправится не Нюра, а он.

Камина как девушка Вике нравилась — талантливая, честная, приветливая, спокойная, да ещё и магиня, но москвичка примерно представляла, что такое жизнь служительницы Мельпомены. Магистру ассасинов жить с актрисой будет крайне сложно, а театр Камина никогда не бросит.

Засиделись допоздна, слушали рассказы Лагиса и Эдорика, затем по просьбе друзей Вика исполнила полюбившуюся мужчинам песню про чёрного ворона и романс "Гори, гори, моя звезда".

Прежде, чем отправиться спать, Вика посетила баню, точную копию той, что имелась у Олега в Пскове. Уснуть сразу не получилось — вернулся Бегемот, как всегда грязный и с очередной дохлятиной хозяйке в подарок.

Пришлось использовать заклинание Замедления и отмывать гуляку. Зато с котом в обнимку спалось крепче.

С утра Вика посетила лагерь ассасинов и провела там более двух часов. Она теперь использовала для занятий со своими спецназовцами всё свободное время. То, что её ассасины намного образованней ниндзей Олега — это хорошо, а вот чуть меньшие боевые умения её ребят по сравнению с воинами земляка — плохо. Она решила по возможности ситуацию с ассасинскими навыками улучшить.

Вернувшись из лагеря и приняв душ, Вика стала собираться в дорогу, выслушивая явившуюся с докладом Нюру на ногах, расхаживая по своей гардеробной в нижнем белье и показывая служанке, что класть в одну стопку — для Пространственного Кармана, а что в другую — для дорожной сумки.

— Спасибо, конечно, и Уле с Клеменией, и Ивесу, но я не люблю лишний раз быть кому-нибудь обязанной, — Вика приняла из рук вошедшего лакея фридландскую кольчугу, покачала её в руке, поморщилась и вернула, — Уноси, ни к чему на себе лишнюю тяжесть таскать. К тому же, я никак на горскую воительницу не потяну, те крупнее и белокурые. Так вот, Нюра, строить орденские учреждения будем за свой счёт. Деньги у нас в достатке. А Дебор, говоришь, со своими людьми в Орос направился?

— Да, только не напрямую из Бирмана, куда его королева Саарона доставила, — магистр ассасинов, сделав небольшую паузу, многозначительно посмотрела на госпожу, но та сделала вид, что ей не интересно, кто кого провожает, и девушка продолжила: — Он перешёл вначале в Датор, а уж оттуда в Орос. Не захотел, чтобы его сразу же со Псковом связали.

— Мудро, — Вика взяла у рабыни бриджи и стала их надевать сама, — Магистр большая умница и великолепный дипломат. Он знает, что делает. Ну, а как дела у самого императора?

— Он ведь мне ничего не рассказывал. Всё больше про тебя спрашивал. А в конце аудиенции передал тот подарок, и всё. Но я пока в поезде ехала газеты свежие читала. Тревожно у Пскова.

— И не удивительно, — попаданка уже начала обуваться в ботфорты, недавно пошитые под цинарский стиль, с острыми носами, — Взбаламутил вокруг себя болото.

— Пишут о наглых агрессорах, которые мешают мирному государю Олегу в полной мере отдаться заботам о благополучии своих подданных, но войны почему-то идут за пределами его империи.

Вика негромко рассмеялась и заступилась за земляка:

— Ну, так он на то и мудрейший из мудрейших, чтобы громить врага на чужой земле и малой кровью. Про Ивеса меня не спрашивай. Письмо его меня растрогало, и всё же ответа не будет.

— Вы с ним во Вьеже встречались! Я это поняла.

— Ты меня обвиняешь, что ли? Какая разница, встречались или не встречались? Если он тебе понравился, так сама и подружись с ним, я не против. Так, Нюра, Гнеш послезавтра на Тарпецию отправится с моим поручением, я буду отсутствовать где-то неделю. Тренировки в школах на твоих плечах. Ты у меня лучшая. Справишься.

Вика прижала дочь Неллиного друга к себе, хлопнула на прощание по плечу, надела сумку, убрала часть вещей в Пространственный Карман и Прыжком переместилась к замковому гаражу.

Архитектурные критики в Викином родном мире ругались, что возведённый Дворец Съездов испортил исторический вид московского Кремля. Чтобы не нарушать красоты своей резиденции — ей ещё здесь Олега в гости принимать — госпожа Тень вписала ангар для своего мопеда между восточной башней и караулкой. Получилось совсем незаметно, не нарушающе средневековый стиль, хотя размерами гараж был приличный — на четыре автомобиля. Попаданка нисколько не сомневалась, что в обозримом будущем здесь окажутся и мотоциклы, и машины. Соотечественник на достигнутом не остановится.

Прикрепив сумку к багажнику, повелительница Ордена через ворота и по улицам Викинга выехала на свою гранитную трассу, по которой и домчалась до портала.

Лирен, столица королевства Лейнгард, располагался в центральной части восточного побережья Алернии, но не у самой кромки океана Бурь, а в двух километрах от него, соединённый с портом широкой дорогой, по обе стороны от которой располагались многочисленные постоялые дворы, таверны, склады, загоны для скота, рабские бараки, магазины и лавки.

В отличие от земных античных афинян, догадавшихся защитить путь от Пирея, своей гавани, до города каменной стеной, лейнгардские короли сделать подобное не захотели. Видимо, им всегда не хватало средств на строительство, или войск для обороны такого длинного коридора, или считали, что сохранность построек — это проблема их владельцев.

Как следствие, война часто стирала прежние сооружения, и всё возводилось заново, отчего Лирен встречал путешественников новостройками.

Лейнгардский портал, окружённый стеной с единственной башней-воротами, располагался вне пределов столицы в трёхстах метрах от дороги, соединяющей город и порт.

Вика знала эти и другие подробности, потому что к своим путешествиям всегда готовилась.

В момент её пространственного перехода нужная попаданке площадка была задействована и в магозрении смотрелась красной точкой. Для госпожи Тень такая ситуация проблемной не являлась.

Уйдя в Скрыт, она разорвала путь, проложенный неизвестным магом, переместилась в нужную точку и сразу Прыжком оказалась на дороге, почти по её центру.

Она успела сместиться к обочине и встать возле рядя продуктовых лавок, чтобы освободить путь колонне гребцов, которых гнали со стороны порта.

Железом рабы не гремели — кандалы с них снимали на галерах — но кровавые потёртости на запястьях или левых или правых щиколотках, а, главное, тот ужасный смрадный запах, от которого Вика избавилась на кораблях своего флота, не оставляли сомнений в предназначении бедолаг.

Госпожа Тень могла бы и не выходить из Скрыта, раз уж таково её реноме, только вот самой искать в запутанных улочках средневекового города своих ребят ей не хотелось, а спрашивать прохожих, находясь в невидимости — людей пугать.

В сотне метров от ворот, там, где колонну гребцов завернули в сторону бараков, попаданка нашла подходящее укромное местечко между стеной пакгауза и забором постоялого двора, чтобы сбросить заклинание.

У воротной арки, как обычно, происходило столпотворение людей, коней, повозок. Смешалось в кучу. Разве что, залпы тысячи орудий не слились в протяжный вой.

Чем-то повелительница Ордена не приглянулась сидевшему в подвешенной клетке и обезумевшему от жажды и голода преступнику, попытавшемуся с диким смехом швырнуть в неё через решётку камнем, которым его самого кто-то попотчевал.

Понятно, что Вика легко уклонилась, ловко ввинтилась в толпу, протиснулась между приказчиками и их рабом, быстро перебежала через ров по самой кромке моста и оказалась перед стражником, который в этот момент извлёк из-под вороха тряпья на телеге бараний окорок, ударил им по голове крестьянина и присвоил копчёное мясо себе, прихватив его подмышку.

— А говорил, что нет ничего запрещённого, урод! — злобно сказал вояка, — Готовые продукты в город могут ввозить только те, кто купил разрешение. У тебя оно есть?

— Господин, — заплакал мужик, в которого вцепилась худая женщина, явно супруга, не дочь, — Я ведь не на продажу. Самим поесть. Денег на трактир нет.

— Меня это волнует, кретин? — стражник сильно толкнул крестьянина в грудь, и тот ударился бедром о борт своей телеги.

Намечавшееся избиение мужика предотвратил подошедший десятник.

— Гармард! — гаркнул он, — Долго ты с ним копаться будешь? Смотри, какая толпа образовалась. Подъедет кто-нибудь из благородных, опять в морду получишь. Пропускай дурака или заворачивай.

— Вот это правильно, — одобрила слова десятника Вика и тремя шагами оказалась между ним и стражником с копчёной бараньей ногой, — Я пройду? — всунула она медяк в пять гардов унтер-офицеру.

— Иди, наёмница, — хохотнул десятник, не спеша убирая монету в карман, — Откуда ты такая красивая к нам приплыла? И к кому?

— Из Алапана, ищу местных орденцев, просили им кое-что передать по пути. Где их найти?

— Труподелов-то? — вступил в разговор Гармард, всё же разрешивший крестьянину проезд в город, — В Сером районе где-то ищи. Сразу за воротами поверни направо. Там по дороге спросишь ещё.

— За что ты их так? — поинтересовалась попаданка.

— Так уж пару десятков нищих к Единому, то есть, нет, к Смерти отправили. Я-то ничего. Меньше помойных крыс — в городе только лучше. А есть такие, кому твои адресаты просто очень не нравятся.

Поблагодарив кивком за информацию, Вика прошла в арку, а выйдя из неё свернула в указанном направлении.

День был солнечный, но идти попаданке пришлось в тени близко расположенных доходных домов, из которых в любой момент могли выплеснуть всякую гадость вроде той, что хлюпала под ногами. Вика незаметно извлекла из Пространственного Кармана плащ с капюшоном и накинула на себя. Теперь, если польют сверху мерзостью, будет неприятно, но не фатально.

Госпожа Тень хотела как всегда найти себе компас на ножках, только попадавшиеся ей дети выглядели откровенно глупыми и несведущими. Район не очень благополучный, хоть и не трущобы.

Пройдя метров двести, она оказалась на небольшой площади, с краю которой сидели три пожилые торговки овощами и зеленью, живо обсуждавшими событие возле трактира — там двое стражников стащили с крыльца какого-то мужика в потрёпанной одежде и повалив на землю что-то ему говорили. Тот пытался отвечать, но получал за это зуботычины.

— Вон и чужак тот, который кошель у сына уважаемого Лапсора спёр, — злорадно засмеялась одна из торговок, — Завтра посмотрим, как ему кости ломать будут.

— Извините, уважаемые, — прервала беседу Вика, — Мне бы в Серый район попасть.

— Так и иди также, как шла, — ответила самая молодая из троицы, — Всё время не отдаляйся от башен городской стены. Пять кварталов пройдёшь и окажешься перед конным подворьем. Вот там и начинается Серый.

— Спасибо, уважаемые, — поблагодарила госпожа Тень и пошла через площадь.

Краем глаза она заметила, что обвиняемый был ещё достаточно молод, лет тридцати, а то и меньше, просто его старили свойственные местному простонародью плохие зубы, сальные волосы и сероватая от въевшейся грязи кожа. Потрёпанная одежда, когда-то бывшая солдатской формой, только без знаков различия, свежести

Один из стражников схватил бедолагу за волосы.

— Поднимайся, скотина, пойдём с нами, — прорычал он, — Если мы тебя понесём, то только на пинках.

— Да, говорю же, не брал я у него деньги. Обыщите! Нос разбил. А денег не брал!

— Ничего. Дознаватели у тебя всё выпытают, — весело рассмеялся второй охранник порядка, — Вспомнишь и этот кошель и другие. Обещаю.

Попаданка прошла мимо, чуть ускорила шаг и вдруг услышала за спиной:

— Да чтоб вы тут все сдохли, твари! Какие же вы мерзкие уроды! Ненавижу!

Вика встала как вкопанная и без зеркала поняла, что побледнела. Причиной тому явилось то, что схваченный бедолага выругался на чистом русском языке, да ещё расцветил свои слова трёхжтажным матом.

Глава 14

Галлюцинациями Вика никогда не страдала, и в этот раз услышанная от избиваемого босяка родная речь ей не привидилась в воображении, у попаданки сомнений не было. Мгновенная растерянность, овладевшая ею, тут же прошла, и чуть сбившаяся с шага госпожа Тень, подавив в себе желание обернуться, вновь продолжила движение спокойной походкой.

— Сырок? Сметанку? — молочник, всё-таки заметивший лёгкую заминку Вики, подумал, что её привлёк товар на его уличном прилавке, — Совсем не дорого. Масло только сегодня взбили.

— А корову всё ещё доят? — отмахнулась она от навязчивого торгаша.

Дальновидением попаданка наблюдала, что стражники закончили избиение соотечественника и потащили его в том же направлении, которым двигалась и она. А соотечественник ли он? — мелькнул вопрос в поднявшейся буре её мыслей — Может с какой-нибудь параллельной Земли, где и России-то нет, а есть какая-нибудь Русь?

Написанное в книгах жанра альтернативной истории с разумной точки зрения выглядит чушью, так ведь и случившееся с ней и Олегом тоже кажется нереальным. Вдруг этот босяк родом с Земли, имевшей другую историю развития цивилизации?

Как бы то ни было, но попаданка не собиралась бросать на произвол судьбы оказавшегося в трудном положении человека, который говорит на её родном языке и почти наверняка их с Олегом земляк.

Как он здесь оказался? Сущность ничего про третьего переселенца не говорила и — Вика почти была уверена — что не знала. Побочный эффект вмешательства Сущности в межмировую материю? Лес рубят — щепки летят? Вопросов мелькало множество, а получить на них ответы здесь и сейчас было невозможно. Сначала надо вытащить мужика из беды, выбраться сам он не в состоянии.

Возможный соотечественник не являлся магом и не обладал какими-нибудь развитыми боевыми навыками, Вика видела его неумелые попытки уклоняться и защищаться от побоев.

Однажды они с Олегом порассуждали, как сложилась бы их судьба в жестоком средневековом мире, не получи они от Сущности щедрые дары в виде могучей магии и умений самых продвинутых единоборств. Вот на этот вопрос, видимо, она получит ответ совсем скоро.

Прохожих на улице находилось не много, да и те особого внимания на стражников, волочивших избитого голодранца не обращали. Картина вполне обычная и всем знакомая. Горожане отпускали шуточки и шли по своим делам дальше.

Попаданка опасалась, что за схваченным босяком увяжется троица мальчишек, игравших в ножички у мясной лавки, но те, сопроводив стражников шагов на тридцать и бросив в арестованного несколько камней, отвлеклись на рыжую сверстницу-рабыню, показавшуюся на пороге доходного дома с двумя вёдрами в руках.

Вика ускорила шаг, обнаружив магией заросшее деревьями и кустарниками полуразрушенное здание впереди и пустырь, возле которых не наблюдалось какого-либо движения. Подходящее место, чтобы отбить у охранников порядка их пленника.

Скинув плащ, госпожа Тень свернула на узкую тропку среди зарослей, ожидаемо помеченную со всех сторон остатками человеческой жизнедеятельности, и принялась ждать.

— Иди сам, скотина! — злился старший из стражников, нанося очередной удар кулаком по голове уже мало что соображающему голодранцу, — Шевелись!

У арестанта ноги сильно заплетались, но крепко державшие руки мучителей не давали ему упасть. Будь у городских вояк больше мозгов, они не стали бы доводить своего пленника до состояния нестояния. Непрекращающиеся побои лишь замедляли их движение.

Дождавшись, когда цель окажется возле пролома в трухлявом дощатом заборе, Тень магически переместилась за спины стражников и нанесла им выверенный одновременный удар обеими руками по сонным артериям.

Не было нужды будоражить Лирон убийством или исчезновением пары городских защитников, Вика рассчитала силу ударов так, чтобы жертвы пробыли в беспамятстве полтора-два часа. У них и последствий-то для организмов особо не останется. Так, денёк головокружений, и всё пройдёт.

— Ты как себя чувствуешь? — спросила она молодого мужчину, рухнувшего в грязь вместе со своими конвоирами.

Разумеется, говорила она на местном. Бросаться на шею к неизвестному, непонятно как здесь оказавшемуся босяку с криком "земляки!" она и не думала. Вика вообще не хотела выдавать себя. Сначала надо узнать с кем ей предстоит иметь дело и обязательно посоветоваться с Олегом.

— Плохо, — ответил мужчина, еле вставая на четвереньки и не поднимая головы.

Когда он попытался подняться, его неожиданно накрыл спазм, после которого оборванца вырвало коричнево-жёлтой жижей. Стражники, похоже, сильно прошлись ему кулаками и ногами по уязвимым частям тела.

— Посмотри на меня, — жёстко приказала Вика.

Молодой мужчина сел и с трудом выполнил команду.

Вика демонстративно тройку секунд изображала пассы руками, подобные тем, которыми помогают себе таларейские маги формируя конструкты заклинаний, и наложила на голодранца Малое Исцеление, напитанное энергией едва на восьмую часть объёма.

Этого хватило, чтобы убрать все последствия побоев и состояние изнурённого, избитого земляка стало даже лучше, чем было до его встречи со стражниками. Однако ни о каком чудесном полном восстановлении здоровья и речи идти не могло. Как попаданка не хотела раскрываться перед возможным соотечественником общностью их родного мира, так не пожелала выдать ему и свой здешний настоящий статус.

— Ох, ты, — изумился босяк, — Магиня? Целительница?

— Боевая, — ухмыльнулась госпожа Тень, — По форме не догадываешься? Как видишь, и подлечить могу. Ну, пришёл в себя? Помоги перенести стражников в развалины.

Придя в себя, молодой мужчина озаботился и подозрениями в адрес спасительницы. Это было видно по взгляду, который он на неё бросил. Вика земляка понимала — с чего бы наёмнице, как минимум, лейтенанту-магу, хоть и без знаков различия, помогать какому-то неизвестному ей городскому бедняку?

— Почему я должен тебя слушать?

Он не поспешил отрывать задницу от дорожки.

Попаданка подняла глаза вверх и вздохнула.

— Раз ты сопротивлялся аресту, значит жить хочешь, — ответила Вика на вопрос, — Без меня ты из беды не выберешься. Выбора у тебя нет. Так что, бери своих дружков за ноги и тащи в развалины.

Мужчина ещё секунду раздумывал, потом грустно усмехнулся частично беззубой улыбкой и резво вскочил на ноги.

Вдвоём они протащили бесчувственные тела по битым кирпичам в проём забора и далее в полуразрушенный склад с провалившейся крышей.

— Зачем я тебе? — огласил он мучивший его вопрос.

— Помощник мне нужен. Видела, как ты смело спорил со стражниками, и решила, что ты мне подойдёшь в спутники. Если не согласен им быть, скажи, и я уйду, забыв про тебя.

Конечно, попаданка врала. Земляка она не оставит при любом раскладе. Только ей не хотелось бы присматривать за ним исподтишка.

— Я-то согласен. Спасибо тебе, что помогла. И всё же, предупреждаю честно, от меня мало пользы.

— А вот об этом поговорим позже, — улыбнулась Вика, — Жди меня здесь. Я скоро вернусь. Надо прикупить тебе другую одежду. Приличней.

Оставив предполагаемого соотечественника прятаться в развалинах, она отошла от них и, обнаружив Дальновидением в километре от себя, ближе к центру города, безлюдный проулок, выходящий на оживлённую, довольно широкую улицу, Прыжком переместилась в него.

Она не ошиблась, проулок вывел её к рядам магазинов и лавок. В одном месте Вика закупаться не стала. Одельно приобрела поношенную, но добротную и чистую доспешную куртку из Укреплённой кожи, в другой лавке тёплый шерстяной костюм, а в магазине ситцевую рубаху на завязках, штаны из домотканного материала и два комплекта мужского нижнего белья. Сапоги, тоже ношеные, попаданка присмотрела ещё раньше у одного из уличных продавцов.

Вариант, что спасённый её не дождётся и решит уйти, повелительница Ордена не исключала, однако, вернувшись, нашла его там же, где и оставила.

— Ты быстро сходила, — сказал мужчина, с любопытством посмотрев на свёрток в её руке.

— Переодевайся, — попаданка водрузила ношу на полутораметровый остаток от разрушившейся каменной опоры, — У одной торговки — тут неподалёку — одежду её умершего брата выкупила недорого. Тебе должно подойти. Вика. Меня зовут Вика. Можно без госпожа лейтенант-маг. Пока.

Созвучных земным имён в Таларее встречалось не мало. Назовись москвичка Викторией, это могло бы навести земляка на ненужные мысли. А "Вику" он воспринял спокойно.

— Коля, — представился мужчина, посмотрев на свёрток, — Можно без нищий. Уже.

Повелительница Ордена улыбкой показала, что оценила иронию нового знакомого.

— Хорошо, Коля, — она чуть не брякнула "Николай" и мысленно дала себе подзатыльник, — Я жду тебя на дороге.

Мужчина долго ждать себя не заставил и переступил через доски ограды минуты через три.

— Возвращаться к "Селезню" мне не желательно, — сообщил он, — Лучше уйти в другой конец города.

— Серый район тебе подойдёт? — поинтересовалась попаданка, и Коля кивнул, — Тогда веди. Я в Лироне ещё ничего не знаю. Только сегодня приплыла. В Сером у меня есть дела, но сначала надо найти ночлег.

— Откуда ты?

— Поговорим за обедом, — Вика знаком поторопила земляка, — Надо поскорее уходить отсюда.

Николай в обновке походил на наёмника-отставника, немного издержавшегося на длительном отдыхе. По-идее, её спутнику не помешала бы сейчас цирюльня и мыльня, только их посещение в этом районе могло оставить для стражников след. Впрочем, попаданка сомневалась, что беглеца станут рьяно искать. В конце-то концов, он не душегуб какой-нибудь.

В нужный район они добрались ещё до полудня. В казну Ордена стекались монеты всех государств Алернии, а его повелительница к своему путешествию подготовилась основательно, и при ней сейчас имелись лейнгардские монеты в количестве достаточном, чтобы несколько недель снимать намера и кутить в самом дорогом трактире. Естественно, Вика выбрала заведение попроще.

— Номер? — переспросила она хозяина "Тихого приюта", трактира, чьи окна выходили на большую торговую площадь, оживлённую и очень шумную — срели товаров там имелись и скот, и птица, и рабы, — Нет, не номер, а два одноместных. Найдёшь? А пока накрой нам стол, — она положила перед трактирщиком крупную серебряную монету.

Едальный зал был многолюдным, время обеденное, но место, где земляне могли бы сесть вдвоём отыскалось, у противоположной от окон стены. Расторопной разносчице Вика сделала большой заказ. Исцелённый организм Николая вкупе с его опустошённым желудком требовали много пищи.

Глядя на то, как стараясь сохранить достоинство, Коля принялся жадно поглощать еду, госпожа Тень почувствовала у себя комок в горле, возникший от жалости к земляку.

Испытываемое ею искреннее сочувствие было легко объяснимо. В жалком положении земляка она видела возможную участь свою и Олега, окажись они в Таларее без даров Сущности.

Увидев, что спасённый утолил первый голод, Вика отвлекла его от процесса насыщения:

— Ты не торопись, ешь и рассказывай о себе. Всё.

— Прямо всё-всё? — усмехнулся Коля.

— Да. А что, у тебя имеются какие-то страшные тайны?

— Тайн нет, — пожал тот плечами, — Но мои попытки рассказать всю правду прежде приводили лишь к смеху и к обвинениям в том, что я лжец и выдумщик. А ты почему не ешь?

— Ем, как видишь, хоть и не много. Я на корабле хорошо позавтракала. Давай рассказывай, а я уж решу, чему верить, а чему нет.

— Ну, раз ты меня спасла, накормила и готова дать работу, то буду с тобой откровенен. На северо-западе лейнгардских лесов я однажды оказался в чём мать родила.

Николай бросил на Вику взгляд, определяя её реакцию на свои слова.

— А до этого где был? — спросила попаданка.

— Это не важно.

— Важно.

Попаданка думала, что жареная гусятина в Колю уже не влезет, но тот, убрав от себя тарелку с оголёнными им свиными рёбрышками, без колебаний придвинул следующее блюдо.

— Тогда слушай, — сказал он с набитым ртом и отхлебнул из кружки креплёного сидра, — Жил я далеко от этих мест. Очень далеко. Ты даже не представляешь, насколько. Жил, учился, начал работать. Обучал счёту недорослей. Тебе это интересно?

— Рассказывай, рассказывай, — подбодрила Вика.

— Так вот. Как-то ехал я с работы. Скажем, на телеге. Да, на телеге. И на перекрёстке прямо на моих глазах столкнулись две повозки, а ехавшие на одной из них парень с девушкой погибли или сильно пострадали.

— От столкновения телег? — наигранно изобразила скепсис Вика.

— Ну, это были очень быстрые повозки. Одна, та, на которой ехали парень с девушкой, вообще двухколёсная. Слушай, зря я это рассказываю. Говорю же, не поверишь.

Госпожу Тень пробрала дрожь. Похоже, что во вселенной кроме магии имеется и нечто другое, предопределение, и встреча Вики и Николая не была вовсе уж случайностью. Он же сейчас рассказал про аварию, в которой погибли она и Отморозок!

— Нет-нет, я слушаю.

— Дальше интересней. Я выскочил, соскочил со своей повозки и побежал через дорогу посмотреть состояние пострадавших. Может кому-нибудь из них помочь, хотя и так было видно, что там совсем всё плохо. В общем, делаю шаги по дороге, а потом вдруг обнаруживаю, что бегу по лесу совершенно голый. Вот так я и оказался в Лейнгарде. Я много позже узнал название нашего королевства.

Он замочал и большими глотками допил весь сидр из своей кружки. Повелительница Ордена сама ему наполнила её полностью. Незаметно протрезвить земляка она всегда успеет, а пока пусть будет более открытым.

— Голым? — подтолкнула она к продолжению рассказа замолчавшего и погрузившегося в свои мысли немного захмелевшего Николая.

— Ага. Долго рассказывать, как я пять дней в лесу бродил. Оголодал, зато срам прикрыл самодельной юбкой из веток и травы. В таком виде и вышел к деревне. Там выяснил, что ничего не понимаю из того, что мне говорят. Язык совсем непонятный, ни одного знакомого слова. Один мужик, оказавшийся мельником, взял меня к себе. У него я и проработал почти два года. За еду лишь. Мешки таскал, зерно ссыпал, жернова крутил. Боялся, что меня в рабство взяли, но, нет, надеть ошейник даже не пытались.

— За незаконное обращение в рабство могут очень жестоко наказать.

— Теперь я это знаю, — земляк с трудом проглотил очередной кусок мяса и выдохнул, — А тогда переживал очень, видел, как с моими товарищами по работе обращаются. За два года более-менее выучил язык, стал советовать хозяину, как можно его мельницу улучшить, использовать вместо мускулов моих или парней-рабов силу воды или ветра. Дирней только отмахивался. Я ему ещё много интересных задумок предложить хотел, только всё бестолку. А однажды он вернулся из города в дурном настроении, а тут я с очередным предложением. Мельник схватился за палку и принялся меня колотить, я не выдержал, самого его побил. Тут прибежали его сын с зятем, другие работники. Короче говоря, вечером я обнаружил себя избитым на околице. Хорошо хоть, одежду оставили и не изувечили. Работы, понятное дело, я лишился, крова и питания тоже. И в деревне делать больше было нечего, — вторую порцию сидра Коля выпил как и первую залпом, — Извини, — он поднялся со скамьи, — Мне надо отойти.

Вполне твёрдой походкой земляк направился к выходу во внутренний двор, где обычно располагались уборные.

Глядя ему в спину, Вика подумала, что его появление в Таларее могло быть побочным эффектом сделанного Сущностью. Ведь тот, кто забирал сюда Олега и Вику, позаботился о сохранении лишь магического равновесия этого мира, передав двум земным душам энергетику и умения своих смотрителей. Но ведь последние имели ещё и тела. Получается, что кто-то — само мироздание, высший разум, Семеро или проклинаемый теперь Единый, не важно — решил вопрос и о вещественном равновесии. Если догадка Вики верна, то вполне возможно, что и с места гибели Олега кого-нибудь могло переместить сюда.

Если это так, то его или её надо будет обязательно найти. Не дело бросать своих, гнусно. Если конечно он или она действительно оказались в Таларее и до сих пор жив или жива. Можно, как вариант, в газетах Олега внизу последних страниц пропечатывать строки на русском.

От мыслей её отвлёк подошедший к столу трактирщик, который предложил осмотреть и, главное для него, оплатить предоставляемые два одноместных номера.

Отказываться госпожа Тень не стала и поднялась с хозяином заведения на второй этаж. Комнаты её вполне устроили, и она оплатила их сразу на три дня вперёд, немало порадовав владельца "Тихого приюта".

Спустившись вниз, она увидела, что земляк уже вернулся и продолжил насыщаться, правда, теперь без фанатизма.

Садясь, попаданка решила ему помочь и без всяких ненужных пассов послала ему незаметную крохотную толику Малого Исцеления.

— Значит, говоришь, ушёл из деревни.

— Угу, — кивнул Николай, — За два дня добрался до Тодруна, небольшого города в тех краях. Там совсем тоскливо стало. Грубые работы выполняются рабами, а ремеслом я никаким не владею. Вот и пришлось перебиваться случайными поручениями за еду. Постоянный голод замучил, честно. Ночевал в трущобах, спал вполглаза — кому-то и моя рванина могла показаться хорошей добычей. Подходили всякие уроды с предложениями. Только я уже видел, как расправляются с ворами и грабителями. Впечатлило.

— Испугался.

— Можешь считать так, — он с благодарностью принял от спасительницы очередную порцию выпивки, — Оставшуюся часть лета и осень я ещё как-то продержался, хотя отощал до скелета, а с началом зимы не выдержал и завербовался в королевскую армию. Хотел в дружинники или наёмники, но когда видели, как я держу меч, то со смехом прогоняли. Что такое солдатская служба, ты поди хорошо знаешь. Одели, обули и кормили сносно. Толком ничему не учили, особо не нагружали, но и денег почти не платили. Десятники воровали, офицеры, чуть что не так колотили, а могли и повесить или утопить. Через полтора года мой полк направили к крепости Ер-Нуас. Там и тянул лямку, пока не началась война с Кендалгардом. Я думал, нас быстро разгромят. Оказалось, противники такие же неумехи как и мы. Зато наш мудрый король успел раньше призвать вассальные дружины, и мы победили, — Николай раскраснелся и сильно захмелел, — Я в битве при Григе получил ранение в левое бедро. У нас много таких было. Левая нога же чуть вперёд выставляется, когда держишь строй. Вот и не уберёгся. Рана не глубокая оказалась. Загноилась только. Кто будет с простым солдатом возиться? Выдали мне жалование за полгода и пнули под зад. Дней двадцать, точно уже не скажу, приехал с караваном в Лирон. Надеялся, что в столице с работой получше, да куда там. Устроился к одному торгашу в чернорабочие, да тут сынок его с пьяными дружками поглумиться решили. Я им хорошо морды набил. Их было четверо, зато я трезвый твёрдо на ногах стоял. Ну, а остальное ты видела. Никакой кошель я не брал. Веришь? — он посмотрел на Вику помутившимися глазами.

— Верю. Если бы взял, одежду бы сменил.

— Вот я и говорю, — вздохнул Николай, — Мне наверное уже хватит, — решительно отодвинул он пустую кружку, — А теперь твоя очередь, Вика. Скажи, зачем я тебе нужен? Ты ведь красивая очень. И сильная. Я это чувствую. Магиня. Зачем ты связалась с таким убогим как я? Чувствую подвох, но не пойму, в чём дело.

Глава 15

Вика умышленно оттянула разговор со спасённым земляком до обеда в трактире, время пути к "Тихому приюту" ей понадобилось, чтобы продумать до деталей легенду о причинах, побудивших лейтенанта-мага наёмников оказать помощь жалкому босяку, не побоявшись при этом напасть на городских стражников.

Отделаться от Николая наспех слепленным враньём явно бы не получилось. Да, он не обладал суперспособностями, как она или Олег, но Коля родился и вырос в продвинутом технологическом мире, его мозг когда-то обрабатывал огромные потоки информации и был наполнен множеством знаний. То, что это не помогло земляку устроиться в средневековом мире имеет своё объяснение — на Таларее ещё слишком отсталая цивилизация, появись Николай здесь на три-четыре века позже, и мельник бы к его новаторским предложениям прислушался, и другие прогрессорские задумки нашли бы своих меценатов и интересантов.

Вика знала по себе, что, не будь она грозной госпожой Тенью, магиней необычайной мощи, никто бы и пальцем не пошевелил, чтобы взяться за реализацию её идей.

Так что, жалкое прозябание земляка в средневековом окружении — это вовсе не результат его скудоумия или необразованности. Обстоятельства сложились не в его пользу. Ну, и, конечно, Николай не позаботился в родном мире о физической силе или знании приёмов единоборств, что вполне простительно — разве земляк знал куда его забросит?

Исходя из этих рассуждений попаданка решила придумать самую простую историю. Так было меньше шансов, что в легенде обнаружатся неувязки и противоречия.

Что может быть проще, чем выполняющая задание заказчика наёмница? Тут никакого вопроса не возникает. Она приплыла в Лейнгард, чтобы получить здесь небольшой груз и доставить его порталом в Милонег, столицу королевства Датор.

Почему одна? — Потому что у неё серьёзные проблемы с гильдией, о которых новому знакомому слушать ни к чему, да и нет там ничего интересного. Главное, обратиться к своим коллегам до урегулирования разногласий с начальством братства вольных вояк она не может.

Для чего ей тогда нужен помощник? — Заказчик решил, что в одиночестве с заданием лейтенант-маг может не справиться. Она не в состоянии бодрствовать круглосуточно, а во время сна у неё груз вполне могут вытащить, проще говоря, обворовать. Наниматель рисковать не хотел, и Вика с его условиями согласилась.

Именно так попаданка всё земляку и приподнесла. Судя по его реакции, получилось вполне убедительно. Правда, он сейчас в растерянности мыслей и чувств, немного выпивший и сильно переевший, но всё же можно полагать, что в ближайшее время у него сомнений в её правдивости не возникнет.

— Я хочу, чтобы ты знала, — с некоторой тревогой в голосе признался Николай, — В случае какой-либо стычки или заварухи, от меня будет мало пользы. В армии я был копейщиком, да и копьём-то толком меня не научили владеть. Меч же, короткий, из дряного железа, лишь болтался на поясе и мешал двигаться.

Вика ясно читала по лицу Николая, он очень не хочет, чтобы его спасительница передумала и отказалась от своего предложения. Сегодняшний день для землянина, похоже, оказался самым лучшим за все неполные девять лет его жизни в Таларее, хотя и начинался совсем скверно, с огульных обвинений, побоев и ареста. Наверняка Коля здесь и наелся-то до отвала впервые.

Раскрыв истину про свою никчёмность как боевого товарища, он напряжённо ждал её решения.

— Ерунда, — ободряюще подмигнула ему Вика, — Твоя задача всего лишь увеличить численность моего отряда до двух человек, чтобы в таком составе предстать перед нанимателем. И, если потребуется, покараулить груз во время моего отдыха, а в случае чего меня разбудить. Только это наверное не потребуется. Весьма возможно, что адресант письма, — она похлопала себя по груди, якобы во внутреннем кармане имеется некое послание, — он оплатит нам обратный путь в Датор через портал. Ты меня устраиваешь. А я тебя как командир? Уговор, Коля?

— Уговор, — облегчённо выдохнул земляк и стукнул по её выставленному вперёд кулаку своим, — И, спасибо тебе, Вика. За спасение. За то, что даёшь мне работу. Боевых навыков у меня хоть и нет, но, клянусь, готов биться до последнего.

— Я видела, — усмехнулась госпожа Тень, — Стражникам от тебя тоже досталось. Пусть и не сильно. Так, мне пора. Ещё есть хочешь? — поинтересовалась для проформы, а когда он помотал головой и аккуратно, чтобы не демонстрировать отсутствие четырёх зубов на левой стороне верхней челюсти, засмеялся, Вика встала, — Тогда иди в мыльню — я оплатила — и потом к себе в номер, хозяин покажет. Из трактира, как догадываешься, тебе выходить не следует. Жди меня. И вот ещё, — она сунула ему в ладонь серебряную монету, — На всякий случай. Считай, задаток. Меч я тебе сегодня куплю и наверное ещё кинжал. До вечера. Ох, чуть не забыла, тебе нужно изменить имя. На время пребывания в Лирене.

В отличие от местных, считавших, что перемена имени вызовет гнев богов, землянин к предложению отнёсся с пониманием.

— Николай сойдёт? — произнёс он, изобразив перед этим размышления.

О том, что Николай — это полное имя Коли в Таларее знали только три человека. Может, был ещё и четвёртый, но это нужно будет выяснять.

— Вполне подойдёт.

Земляк проводил её почти до самого выхода и свернул к двери во вспомогательные помещения. Отмыться ему точно не помешает. Запасной комплект белья у земляка при себе в узелке.

"Коля, Коля, Николай, сиди дома не гуляй", — промелькнуло в голове Вики и вызвало на её лице улыбку.

— Если тебе к ратуше, то иди прямо, — подсказал вышибала задержавшейся на крыльце повелительнице Ордена, — Видишь две улицы за помостом? В правую.

— Спасибо, но мне не туда, — повелительница добродушно махнула рукой смуглому верзиле, — Похожу по торговцам, а после, может, на дворцовую площадь наведаюсь.

Спрашивать, где находится орденский госпиталь, она у охранника не стала. Пусть в трактире думают, что она ищет найма или просто отдыхает после трудов праведных.

Вика пошла вдоль уличных лотков, пробираясь между покупателями, зеваками и различными мутными личностями, разгуливающими по рынку в поисках доверчивых глупцов или ротозеев.

Не пройдя и трети периметра базара она уткнулась в работорговца и его клиента, спорящих о цене за весьма пожилую и изнурённую женщину.

— Предлагаю, я у тебя её просто заберу, — усмехался покупатель, — Тебе не нужно будет её больше кормить, и это будет моей платой.

— Не слишком медово станет? — скривился продавец, — Четыре с половиной плати, и мы договорились.

Попаданка разумно рассудила, что занятый спором торгаш не станет долго раздумывать над ответом на её вопрос и забудет об их встрече почти сразу.

— Уважаемый, — обратилась она к работорговцу, — Не подскажешь, как пройти к орденскому госпиталю?

— Я не из этого района, красавица, — бросив на Вику короткий взгляд, ответил он.

— Понаехали тут, — буркнула себе под нос госпожа Тень и двинулась дальше.

— Хотя, погоди, наёмница, — сказал ей в спину торгаш, — Где госпиталь, не знаю, но школа Ордена вон на той улице, — показал он пальцем в один из проездов, — Квартал всего пройти. Там увидишь на заборе доску с рисунком стила и свитка. Это школа и есть. Там тебе точно про госпиталь скажут.

А ведь Николай учитель математики, вспомнила Вика, двинувшись в указанном направлении. Если профильные университеты готовили узких специалистов, то в педагогических математик — это не только алгебра и геометрия, но и физика с астрономией. Земная наука о звёздах не очень применима в Таларее, хотя общие подходы к определению местоположения светил должны быть, а вот теория физики — как раз то, чего Олегу так сильно не хватает. Он как-то раз сокрушался при ней по этому поводу.

В общем, Коля, если они решат взять его в свою команду, будет очень полезен. Конечно, у Вики имелись опасения, что спасённого земляка после знакомства с соотечественниками начнут мучить зависть и комплекс неполноценности, всё же в каждом человеке есть крупицы или ушаты плохих черт, вопрос лишь в размерах этих негодных чувств и в умении их в себе подавлять.

Возможность того, что помощь земляков Николаю так и останется негласной, попаданка не исключала. Можно сделать его королём или князем в какой-нибудь глуши, поддерживать Омоложениями и Исцелениями, а к своим делам не привлекать.

С другой стороны, скоро в этом мире не останется мест, глухих настолько, что туда не доберутся внедряемые Олегом и Викой достижения технологической цивилизацией или хотя бы слухи о них.

Не пребывай спасённый земляк на одной из нижних ступенях социальной лестницы, он бы уже встречал знакомые ему по прежней жизни вещи — те же зажигалки или подзорные трубы, а приедь в столицу Лейнгарда на месяц раньше, то услышал бы и об орденский госпиталях. Созвучные земным названия могли навести Николая на правильные догадки о наличие в Таларее кроме него и других землян.

Эти размышления привели Вику к решению не ждать появления Олега к себе в гости, а самой направиться к нему в ближайшее же время. И обсудить вопрос о Николае, и подумать о возможном четвёртом землянине. Вдруг ему необходима помощь?

Орденская школа располагалась в двухэтажном особняке окружённом фруктовым садом с дорожками, выложенными булыжником, и подсобными строениями — двумя флигелями, небольшой конюшней, сараем, домиком барачного типа для прислуги, баней и дровником.

Раб-привратник распахнул калитку, едва Вика показала ему извлечённый из-за пазухи медальон.

Бдительность ассасинов была на высоте, прибытия начальства ребята в свете последних событий вокруг орденских заведений ожидали, а Вика никаких мер для своего тайного проникновения не применила, так что, свою госпожу все три девушки-ассасина школы и дежуривший рыцарь встретили на крыльце.

Кидаться повелительнице в ноги или с объятиями, как-то ещё демонстрировать публично свой восторг от встречи с нею орденцы не стали, но выражение их лиц говорило само за себя.

— Госпожа, вы сами к нам прибыли! — выдохнула директор.

— Как видишь, дорогая, — Вика забыла имя девушки, — У вас что, в две смены занятия идут?

Магически попаданка определила, что в классах сейчас находятся почти три десятка учеников.

— Да, госпожа, — ответила директор, пропуская Вику в особняк, — Желающих очень много. И мы устроили пансион, как магистр Флемм рекомендовал. Ученики проживают и питаются здесь.

Сразу за дверью ассасины и рыцарь попытались склонить колени, но были госпожой Тень остановлены в своём порыве.

Из обширного холла повелительницу провели в комнату, располагавшуюся на первом этаже, оборудованную в учительскую.

— Денег-то хватает на содержание такого большого хозяйства? — спросила Вика, усаживаясь за одним из столов.

— У нас их много, — ответила директор, — Не самих монет, а мелких амулетов, которые хорошо и дорого продаются. Нам их ещё на корабле целую сумку вручили. Мы ещё даже четверти не продали, хотя выкупили особняки, и под школу, и под госпиталь, мебель, слуг. Ремонты сделали. Вексель цинарского имперского банка, который нам великий магистр дал, так у Фириса неабонированным и лежит. Ну, и серебро есть.

— Понятно, — госпожа Тень оглядела комнату, — Вы не стойте. Садитесь и рассказывайте, что у вас здесь происходит. Как я понимаю, школы странности и беды пока не коснулись?

— Нас — нет, — подтвердила ассасин, — а вот у Фириса, вы знаете, действительно проблемы. Но он уже нашёл их корень. Мы вместе организовали слежку и поиски в городе.

— Хорошо, коли так, Ренса, — орденцы представились, и как зовут директора повелительница теперь знала, — Жаль, что вы слишком поздно начали действовать. Не опускай голову, сестра, это моя недоработка. Вы у меня замечательные воины, наставники и лекари, а никак не дознаватели или следопыты. Потому и не сообразили, что безопасность надо обеспечивать не только контролем прилегающих к заведениям территорий, но и настроений людей в тех местах, где вы работаете. Поддержку двора магистр Дебор нам два года назад обеспечил, только вот после недавней внезапной смерти короля ситуация в Лейнгарде, как я понимаю, поменялась. С этим я разберусь на днях. Вам же надлежало на менее высоком уровне наладить контакты. Не обязательно с капитаном городской стражи, а хотя бы здесь, в Сером районе. Продаются городские вояки не дорого. Трудно было сообразить насчёт регулярной мзды? Ну, и самим не зевать, расширить зону контроля за пределы оград особняков. Ладно, мы ещё с вами поговорим, а пока похвастайтесь, что тут у вас есть, да пусть рыцарь меня проводит к госпиталю.

Организация обучения, питания, проживания в школе Вике понравилась, как и принятые меры охраны. Ассасины и рыцари и так были не по зубам любым местным гопникам или бандам, так ребята перестраховались и ещё использовали на периметре двора часть нераспроданных сигнальных амулетов.

Госпиталь располагался от школы неподалёку, надо было пройти всего шагов триста по загибающейся дугой улице, миновав четыре проулка.

Фириса, высокого, ладного парня Вика вспомнила. Он действительно был одним из лучших учеников Шленлера и на выпуске в позапрошлом году получал медальон с перстнем лично из её рук.

Несмотря на многочисленные смерти бывших пациентов госпиталя и злые слухи, которые по этому поводу ходили в Лирене, все койки в стационаре были заняты больными. Попаданку это нисколько не удивило — для бедняков и нищих бесплатно получить тёплый ночлег, мыльню и горячее питание само по себе являлось мечтой, так ещё и лечили, принося реальное облегчение от болей и страданий.

А то, что рассказывают разные страхи об орденских лекарях, так каждый голодранец рассчитывал, что его беда не коснётся. Если же и правда придётся умереть, так хоть сытым и отдохнувшим.

Жуткие условия жизни бедняков в средневековье диктовали особый ход их мыслей. Николай до появления в его судьбе спасительницы и благодетельницы в лице Вики наверняка бы не отказался полежать в орденском лечебном учреждении.

Если в школе ассасины были представлены девушками, то все три лекаря в госпитале являлись молодыми мужчинами.

— Вот теперь поведайте мне, как вы заслужили славу труподелов, — спросила госпожа Тень завершив осмотр госпиталя, одноэтажного вытянутого большого здания, — И поясните, почему вы санитарок себе купили совсем молоденьких и смазливых. Они вам для каких целей нужны? — попаданка не отказалась выпить чая в кабинете дежурного лекаря при стационаре, куда она с ассасинами вернулась после обхода и где задала эти смутившие парней вопросы. Недолго позабавившись румянцем на щеках ассасинов, махнула рукой, — Так, второй вопрос снимаю. Отвечайте на первый.

Несмотря на волнение Фирис и временами дополнявшие его доклад товарищи вполне связно и чётко изложили всё происходившее с ними за время их пребывания в Лейнгарде.

Парни покаянно признались, что не сразу обратили внимания на череду смертей своих бывших пациентов. Во-первых, они узнали об этом достаточно поздно, а во-вторых, решили, что нищие могли уйти из жизни из-за обычных побоев, поножовщины или отравления стухшими объедками. Злой умысел в происходившем ассасины разглядели лишь когда до них дошли порочащие госпиталь слухи.

Отправив сообщение великому магистру и магистру науки, Фирис сразу же усилил охрану госпиталя и школы амулетами и организовал разведку в трущобах Лирена, тайно присматривая за прошедшими лечение бедняками.

Маскироваться ассасины умели хорошо, навыки обострённого восприятия Вика им передала успешно, поэтому результаты наблюдения не заставили себя долго ждать.

Уже на четвёртый день Ариса, школьная наставница, увидела, как была задушена наброшенной на лицо тканью пожилая нищенка, и проследила за душегубцем.

Как госпожа Тень и предполагала, за чередой смертей и грязных сплетен стояли жрецы Единого. Служители храмов днём возносили молитвы Семерым, а ночами устраивали сборища во славу низвергнутого бога. Ассасины установили слежку, но никаких мер до получения указаний из прецептуры Ордена не предпринимали.

Фирис обнаружил духовое отверстие в храмовом пристрое, через которое обострённым восприятием можно было услышать часть бесед, которые вели жрецы и посещавшие ночные молебны лейнгардские аристократы, среди которых иногда появлялся сам регент королевства.

Внимательно выслушав парней, Вика допила чай и пальцами простучала по столу дробь.

— Особой набожности у людей, тем более, у владетелей я не замечала, — сказала она, — Считаю, что жрецы Единого всего лишь ширма. Наверняка мы столкнулись с грязной политической игрой регента. Те неприятности, которые на вас свалились, слишком мелкие. Видимо, интриганы не хотят вызвать гнев Ордена, знают, чем это им может грозить. А вот вызвать наше недовольство правящей семьёй королевства, не способной разобраться с адептами отвергнутого бога, это вполне реально. Жрецов подставляют. Впрочем, теперь это уже не важно. Не потерплю никаких грязных игр с моей организацией. Когда, говорите, у них следующее собрание?

— Каждую восьмую ночь, — ответил Тирнек, самый молодой из ассасинов, — То есть, через два дня.

— Замечательно. Готовьтесь, мы устроим показательную бойню еретикам. Хорошо, если там ещё и регент будет, мы тогда королеву от оков избавим. А потом я наведаюсь во дворец. Познакомлюсь, поговорю. Всё у нас будет хорошо, — Вика встала и направилась к выходу, — Меня не провожайте. Да, учительниц не забудьте предупредить. Вечером второго дня ждите все меня здесь.

Глава 16

Когда Вика возвращалась в "Тихий приют" до наступления темноты оставалось ещё пара часов, однако, большинство торговых заведений уже прекратило свою работу. Закрытой оказалась и примеченная ей по пути оружейная лавка. В Пространственном Кармане госпожи Тень хранились два меча из магического булата, однако наёмникам такие острые клинки великолепной стали были не по карману. Так что, Николаю придётся подождать обещанного оружия до завтра. Зато на прилавке сворачивающего свою торговлю чеканщика попаданка приметила вполне приличный кинжал.

Земляка она застала в его скромном номере, лежавшим в постели с какой-то девицей. Дальновидением Вика определила, что он не один, но стесняться не стала и вошла, предварительно пару раз стукнув ногой в дверь.

— А мы время зря не теряем, — сказала она Николаю, — Выйди, — приказала она девушке, в которой признала одну из трактирных служанок.

— Ты долго отсутствовала, — земляк после бани сильно изменился — посвежел, помолодел и уже стал походить на вполне приличного человека, — Прости, Вика. В довесок с тёплой воде и мыльному раствору предложили, я не нашёл в себе силы отказаться. Ты не поверишь, как давно я не был с женщиной.

— Почему? — хмыкнула повелительница, пожав плечом, — Поверю, — оно осталась у порога, сесть, кроме как на деревянный топчан, на соломенном тюфяке которого сейчас лежал Коля, было не на что, в номере из мебели ещё имелся только шкаф без дверок. Под ложем стояло поганое ведро, а вместо штор на окнах висели закрываюшиеся изнутри ставни, — Приличные женщины не горели желанием оказаться в твоих объятиях, грязные оборванки не привлекали тебя. Так? Ты вправе сам решать, на что тратить задаток. На девок, так на девок, — она кинула ему поверх одеяла из домотканной ткани кинжал, — Возьми. Прицепишь к поясу. Проголодался? Одевайся и спускайся, я тебя внизу жду.

Направляясь в едальный зал, Вика похвалила себя за то, что не поспешила открыться земляку. Прежде необходимо узнать, какой он человек. Сегодня Коля первую попавшуюся рабыню в постель затащил, наверняка потратив на её услуги не меньше половины задатка и даже не поинтересовавшись мнением командирши, а завтра ещё что-нибудь выкинет. При этом, госпожа Тень действительно с пониманием отнеслась к его поступку. Молодой мужик изголодался не только по хлебу насущному.

На ужин попаданка сделала заказ скромнее, да и Николай теперь не так активно набросился на снедь, хотя голодный блеск в его глазах присутствовал и, как подозревала Вика, ещё не скоро пройдёт.

— В Лирене нам придётся задержаться, — сообщила она ему, — К сожалению, посылка, за которой меня сюда направили, ещё не готова. Есть и хорошая новость. Клиент, теперь уже точно, оплатит нам портал. Путь в королевство Датор у нас будет быстрым. Смотрю, тебя теперь почти не узнать. Можешь даже особо не скрываться. Ты цирюльника навещал? Я ведь просила тебя, из трактира ни шагу.

— Я и не выходил, — ответил пережёвывая поджаренную колбаску земляк, — В "приюте" имеется раб, ловко орудующий ножницами, — Николай провёл ладонью по ёжику волос, — Мне нормально. Обойдусь без начёса.

— Без чего? — коротко рассмеялась Вика.

— Начёса, — улыбнулся земляк, — Всё же на крыльцо я выходил, всё равно все смотрели в сторону помоста. Там очередному несчастному воришке дробили кости на правой руке. Как-то по особенному остро осознал, от какой участи ты меня спасла ...

— Ты уже поблагодарил меня, Коля. Не нужно это делать постоянно.

— Да я не про то, вернее, не только про то, — земляк с непривычки довольно быстро хмелел, хотя на ужин Вика заказала им обоим не сидр, а лёгкое вино, — Ты можешь тоже не верить и смеяться надо мной, как раньше другие, но в этой голове, — он ткнул себя пальцем в лоб, — есть много того, что сделает нас богатыми. Очень богатыми. Наша встреча не только мою жизнь может поменять, а и твою. У нас ...

— Никаких нас, — оборвала его госпожа Тень, вспомнив в этот момент пушкинскую строку "но я другому отдана, я буду век ему верна", естественно, вслух ею не произнесённую, — У меня есть любимый мужчина. С тобой же мы расстанемся, как только покажемся заказчику и получим от него вознаграждение. Впрочем, я подскажу тебе, где можно будет найти работу. Если хочешь, пока ждём посылку, я дам тебе несколько уроков боя на мечах, раз уж тебя в армии толком ничему не учили.

— Вика, ты меня не поняла, — поморщился спасённый земляк, — Конечно, ты очень красива, но я имел в виду совсем другое. У меня есть знания, что и не снились вашим учёным ...

— Мне это не интересно, Николай. У тебя скоро появятся деньги, пусть и не большие, ты теперь прилично выглядишь, вот и используй сам себе на благо всё то, что у тебя имеется в голове. Я же, не забывай, магиня, хоть и слабосилок. Повезло выучить исцеление. Могу теперь раз в два дня оказывать помощь людям состоятельным, но больным. Нам с моим мужчиной надо только заработать на особнячок с прислугой и выездом, а уж содержать своё хозяйство, платить подати в королевскую казну и городские сборы я смогу. Как-то так вот. Ну, поел-попил?

— Да, поел. И я хочу, чтобы ты знала. Я обязательно тебе отплачу за всё, что ты для меня сделала, — он поднялся вслед за ней и чуть покачнулся, — Вот увидишь. Ты даже не представляешь, как много я могу.

Попаданка еле сдержалась, чтобы не поморщиться. Она всегда ценила только тех мужчин, кто меньше обещает, но больше делает. Николая она не осуждала. Годы жизни в почти бесправном, унизительном положении не проходят бесследно, и сейчас он пытается вернуть себе основательно потрёпанное чувство собственного достоинства.

— Вот завтра, как куплю тебе меч, так между конюшней и дровником представлю, что ты можешь, а чего нет. Учти, без свежих синяков тебе не обойтись

— Ты так и не поняла ...

— Куда уж мне, — согласилась повелительница Ордена, награждая подбежавшую убрать со стола рабыню медной монетой, — Пошли спать, а то тут драка намечается, — кивнула она в сторону двух компаний помастерий с подругами, чего-то уже не поделивших между собой, — Ещё стража прибежит. Не будем пока проверять, насколько усердно тебя ищут, — они стали подниматься по лестнице, — Надеюсь, ты не собираешься мстить обидчикам?

— Собираюсь. Только не в этот раз. Не считай меня глупым. Пожалуйста. Я обязательно однажды кое с кем встречусь. И не только здесь. Есть у меня на примете и десятник с лейтенантом, с которыми я поквитаюсь. Потом. Тот мельник, с ним я тоже ...

— Это мой номер, — остановилась Вика, не дослушав планы Николая, — Как видишь, мы соседи. Перегородки тонкие. Рассчитываю, что ты мне не будешь мешать спать.

Торговля в городе, прекратившаяся накануне рано, началась почти с первыми лучами солнца, и, когда временный напарник госпожи Тень проснулся, меч его уже ждал. Оружие Вика купила не самое дорогое, уже бывавшее в употреблении, зато кожаную перевязь к нему нашла ещё не ношеную.

Дав Николаю время привести себя в порядок, она провела его на присмотренное место, за ухо, но не делая очень больно, оттащила мальчишку-раба, вознамерившегося вместо уборки лошадиного навоза в конюшне наблюдать за тренировкой наёмников, и достала свой клинок.

— Начинай, — скомандовала она земляку, — Покажи, чему в лейнгардской армии учат.

Николай не соврал, искусством мечного боя он владел весьма скверно. Но, при этом, после нескольких минут парирования его неуклюжих ударов, Вика убедилась, что её современник заметно превосходит средневековых обитателей в скорости — он быстрее соображал, реагировал и двигался. Получается, что если бы Коля в королевском войске не просто отбывал номер за скудный паёк и крохотное жалование, меньше мечтал, как он однажды всех удивит, поразит, восхитит своими знаниями, а начал усиленную прокачку воинских умений, то вскоре стал бы лучшим клинком королевства, без всяких подачек от Сущности. Такого мечника с удовольствием принял бы к себе любой наёмный отряд или хозяин торгового каравана. Земляк не хотел быть солдатом удачи и рисковать жизнью? Это понятно. Вот только альтернативой могла стать жестокая смерть на потеху публике.

Вика думала о Николае без всякого упрёка в его адрес. Она и в родном мире, и здесь знала немало хороших и толковых ребят, слишком инертных, чтобы самим, без мотивации от кого-либо со стороны достигать в жизни чего-нибудь.

— Ну, видишь? — удручённо сказал напарник, когда его меч в очередной раз улетел в сторону.

Госпожа Тень не демонстрировала и четверти своих боевых возможностей. И так Коля вспотел, тяжело дышал, обзавёлся, как и было обещано, синяками, при этом не получив ни одного шанса прикоснуться своим клинком к доспеху наставницы.

— Вижу. Не всё так плохо. За пару дней я тебя многому не научу, но кое-какие финты и приёмы усвоишь. Этого хватит, чтобы выглядеть наёмником. А ты молодец, — похвалила Вика, — Шустрый и резкий. Не ожидала. Только вот силой надо с умом пользоваться. Меч у тебя вылетает не потому, что ты слабо рукоять его сжимаешь. Подними. Продолжим.

Нескольких коротких прогулок по Лирену Вике хватило, чтобы понять, что ничего интересного для неё в столице Лейнгарда нет. Архитектура города или развлечения в нём ничем не отличались от уже многократно ею виденного. Николаю средневековые зрелища тоже не доставляли удовольствия, поэтому напарники за следующие два дня почти всё время посвятили тренировкам.

Повелительница незаметно использовала в процессе занятий целительские заклинания. Делала это очень аккуратно — выросший вдруг заново зуб мог вызвать у землянина лишние вопросы.

Они много беседовали, в основном, за столом. Чтобы не проколоться на какой-нибудь мелочи, Вика рассказывала земляку настоящие истории своих здешних приключений, особенно те, которые с ней случились во время длительного путешествия за артефактом Смотрителей.

Естественно, целей поездок она не разглашала, многое утаивала, зато описания стран, городов, народов, людей — соратников или врагов, обстоятельств и происшествий, всё было правдой.

Николай больше к теме своей жизни на Земле не возвращался. Не хотел вновь видеть на лице спасительницы саркастическую гримасу, но о своём пребывании в этом мире рассказывал такие подробности, что вызывал очередные волны сочувствия и жалости, накатывавшие на землячку как вода в прилив.

— Сегодня лягу спать пораньше, — сообщила Вика, заканчивая вечерний тренировочный бой, — Устала я с тобой. Ты хоть чувствуешь, как подрос в мастерстве?

— Ещё бы! — Коля дышал тяжело, но настроение у него было явно на высоте, — Не ожидал от себя таких результатов. Вика! Я ...

— Всё, Николай. Иди к своей купчихе. С ней сегодня ужинай. Я только вина себе с фруктами в номер закажу.

Во время одной из отлучек попаданки в город землянин свёл знакомство с приехавшей караваном из Тегуниары и остановившейся в "Тихом приюте" торговкой. Чем уж беззубик так глянулся приезжей, госпожа Тень гадать не стала, пусть стосковавшийся по женским ласкам проводит ночи как хочет.

На взгляд Вики трактирная рабыня, с которой она застала Колю, выглядит намного симпатичней тегуниарки, к тому же, вдвое моложе. Зато новая подруга обходится землянину бесплатно, и номер, в котором та поселилась вместе со своей служанкой, настоящий средневековый люкс с большой кроватью и периной.

Едва стемнело, госпожа Тень Прыжком перенеслась в кабинет директора школы, где её дожидались принявшие свой настоящий ассасинский облик — чёрные костюмы, острые кинжалы, метательные ножи, сюрикены и удавки — трое учительниц и столько же лекарей.

Здесь же находился и Ллайг, командир пятерки рыцарей. Куда отправляются ассасины он не знал, но догадывался, что им предстоит бой, поэтому и выглядел мрачно. Пропускать веселье ему не хотелось.

К Ллойгу после приветствий госпожа Тень первому и обратилась:

— Не стой с таким выражением, как будто бы лимон съел. Будет и на твоей улице праздник. Жизнь долгая, а враги не переводятся, — она хлопнула его по локтю, — Пока охраняйте учреждения. Фирис, надевайте балаклавы, и вперёд. Я буду рядом с вами. Посмотрю, как вы тут без меня поддерживали навыки — не разжирели ли не обленились?

— Госпожа, мы тренируемся постоянно.

— Тренируются они, — Вика ушла в Скрыт, — Вот и покажите мне, чего вы стоите.

Школу отряд ассасинов покидал через лаз в тыльной стороне ограды. Даже собственные рабы не должны знать, чем ночами порой занимаются хозяева.

Уличное освещение Лирена обеспечивалось лишь редкими факелами над питейными заведениями, да огоньками свечей и лучин из окон домов. Продемонстрировать перед повелительницей умения скрытно скользить вдоль улиц ребята не смогли, их и без всяких навыков не было бы видно.

До храма предстояло идти около двух километров, с учётом всех изгибов пути по запутанным улицам. Вика пристроилась позади Ренсы и неожиданно подумала с юмором, что директор её школы Тамара Михайловна вот так вот ночами резню еретикам и интриганам не устраивала, предпочитала отыгрываться на балбесах и разгильдяях.

Шестерым ассасинам предстояло преподать последний урок почти полусотне противников, именно столько еретиков приходило на ночные собрания. В успехе своих ребят госпожа Тень не сомневалась. Бой на ограниченном пространстве — их сильная сторона.

Предстоящей резнёй Вика хотела не только отбить охоту в дальнейшем интриговать против учреждений Ордена, но и оказать услугу вдовой королеве Лейнгарда и десятилетнему наследнику. Взамен повелительница рассчитывала получить себе в их лице очередных союзников.

Королеве Штавии ещё нет и тридцати, об Омоложении ей думать рано, и всё же есть многое, в чём она и Тень могут быть друг другу полезны.

— Повелительница, — обернувшись, одними губами позвал Вику Фирис.

Впереди, у ворот ограды храмового комплекса, стояли освещаемые факелами четыре кареты, рядом с которыми спешились полтора десятка королевских гвардейцев и восемь дружинников. Присутствие гвардейцев говорило, что среди прибывших на собрание аристократов сегодня есть и сам регент.

Госпожа Тень поняла, о чём хотел её спросить старший мастер, но отвечать ему ничего не стала, а выражение лица находившейся в Скрыте повелительницы тот разумеется не видел. Пусть сам решает за себя и своих людей, надо ли им вначале расправиться с эскортом или обойти вояк стороной.

Не дождавшись никакого указания, Фирис принял правильное решение, поведя ассасинов к ограде, которую вся шестёрка преодолела без всякого труда. Попаданке перелезать было лень, и она последовала за своими ребятами с помощью заклинания Прыжок.

Собрания почитателей Единого проводились не в главном зале, где сейчас располагались фигуры Семерых, а в цокольном этаже храмового пристроя. В помещении, где Дальновидением Вика насчитала сорок девять человек, имелись два входа. Один вёл из храма, куда и устремились ассасины, а другой располагался со стороны улицы, госпожа Тень направилась к нему.

— Король Блер вёл государство к краху, — громогласно провозглашал кто-то, — Поддержав лжепророков, он обрёк страну на голод и лишения. Но давайте спросим себя, может ли дурное дерево дать хорошие плоды?

И десятилетнему наследнику готовится апоплексический удар, вспомнила попаданка судьбу Павла Первого, которому именно такой диагноз после удушения шарфом и поставили.

— Нет! — раздался дружный крик десятков глоток под сводами зала.

Вступившая в этот момент на порог Вика слова оратора поддержала:

— Нет! — громко провозгласила она не выходя из Скрыта, когда отгремело эхо общего вопля, — От рябинки не родятся апельсинки!

Оратор и все остальные в изумлении повернулись в сторону входа. Само собой, никого они там не увидели.

А вот повелительница благодаря магии заметила, что её славные парни и девушки уже готовы к действию. Воздушным Потоком она погасила все свечи и факелы, горевшие в зале.

— Кто здесь?! — раздался чей-то петушиный вскрик.

Отвечать никто не стал. Ассасины уже устремились в толпу и принялись наносить удары ножами направо и налево. Снизу и сверху. Ночным Зрением они не обладали, но навыки обострённого восприятия позволяли им не только определять местоположение целей, а по дыханию и спокойному сердцебиению отделять своих от чужих. Риска, что ребята в темноте могут по ошибке поранить друг друга, не было.

Среди собравшихся, всего четверо являлись жрецами, остальные присутствующие — это дворяне и аристократы, почти у каждого из которых на поясе висел меч. Вот только пустить оружие в ход интриганам было проблемно.

Поднялась паника, усилившаяся хрипами и вскриками убиваемых ассасинами людей.

Попаданка ожидала, что какая-то часть мужчин попытается спасти регента, но ошиблась. Каждый попытался спасти лишь свою шкуру.

Ночным Зрением Вика увидела отчаяние на лице оратора, сорокалетнего аристократа, в котором легко определялся главный заговорщик. Регент попытался первым кинуться к выходу на улицу, но был опрокинут на пол толстым как колобок сановником.

Мордастый и стал первой жертвой госпожи Тень, ногой нанёсшей ему смертельный удар в селезёнку. Отведённые ею в стороны клинки нашли себе жертв в бежавших за толстяком двоих дворянах.

Ассасины действовали чётко и слаженно, словно единый механизм. Отправляя в чертоги Смерти следующего беглеца, Вика невольно залюбовалась своими ребятами. Её труды не прошли даром, вон каких орлов и орлиц воспитала.

Основная часть бойни завершилась всего за пять или чуть более минут. Ещё столько же ушло на поиски и добивание самых хитрых или мудрых, в числе которых оказался и регент.

— Повелительница, — опять обратился Фирис к невидимой начальнице.

В этот раз она ему ответила, и ему, и остальным:

— Горжусь вами, братья и сёстры, — она говорила это искренне, — Порадовали мать-старушку.

— Какая же вы старушка, госпожа? — засмеялась Ариса.

Следом и остальные ассасины заулыбались — напряжение боя начало спадать, и похвала от Вики была для них, что бальзам.

— По сравнению с вами, — ответила попаданка, — Так, охрану не трогаем. Пусть живут. Возвращаемся.

Вика ногами дошла до госпиталя. Там она попрощалась с ребятами и Прыжком вернулась в свой гостиничный номер.

Глава 17

В родном мире Вика слышала шутку, что утро добрым не бывает. Насколько для горожан славного Лирена оно стало плохим или хорошим после ночного побоища в храме, сказать сразу было сложно. Регента не любили, боялись, но обыватели привыкли, что от перемен во власти им часто приходится страдать или нести убытки.

К тому, что наёмница-магиня Вика ранняя пташка и появляется в едальном зале, когда там никого из гостей ещё нет, персонал "Тихого приюта" уже привык, и предыдущие три дня встречали спускавшуюся по лестнице клиентку добрыми улыбками — обслуга по причине регулярных чаевых, а хозяин из-за целительской услуги, оказанной ею его младшему шестилетнему сыну, страдавшему диатезом и дерматитом.

В этот раз улыбок не было, трактирщик за что-то отвешивал оплеухи стоявшим перед ним навытяжку бармену и одной из разносчиц.

— Я не помешаю? — поинтересовалась попаданка с середины лестницы.

— Нет, что ты, Вика, — даже чуть обиделся хозяин "Тихого приюта", — Проходи, садись за свой стол, — у госпожи Тень уже имелось своё место в зале, — Сейчас я тебе всё принесу, — Идите, рожи умойте, — сказал он провинившимся, — И несите горячий отвар с оладьями и мёдом.

— И вишнёвым вареньем, — напомнила повелительница Ордена.

— Оно тебя уже ждёт, — с видом заговорщика подмигнул трактирщик и перегнувшись через стойку, продемонстрировав при этом потёртый зад своих кожаных штанов, извлёк бронзовую вазочку, наполненную до краёв уважаемым Викой лакомством, — Ох, чуть ложку не забыл.

Он проводил гостью на её место, поставил перед ней варенье и спросил:

— Ты не слышала, какая у нас суматоха в городе?

Хозяин сел напротив госпожи Тень.

— Как же я могу не услышать, если у меня окно на проезд к площади выходит? У тебя ведь самый громкий из тихих приютов, Жол, — Вика не удержалась, и не дожидаясь травяного чая оловянной ложкой вытащила себе вишенку из варенья, — И слышала, и видела, как народ мечется туда-сюда, — ответила она, смакуя ягодку, — Только причину не пойму. Война, что ли?

— Какая война? Хлеще. У нас госпожа Тень в городе!

— Да ладно, — недоверчиво фыркнула гостья и потянулась за следующей вишенкой, — Что ей здесь делать? Где Вьеж, а где Лирен. Тащиться в такую даль ей зачем?

— Про порталы забыла? — Жол, несмотря на свой полувековой возраст, был весьма горячим парнем, и высказанное недоверие его мгновенно возбудило, — Меня десятник Пирп, ну, стражник, которому я приплачиваю, до рассвета ещё разбудил. Так что, знаю всё почти из первых рук. Ночью в храме перебили две сотни еретиков. Но, знаешь, что самое главное?

— Не-а.

Сразу продолжать трактирщик не стал, подождал, пока разносчица поставит перед клиенткой заказ, а перед ним кружку с элем.

Снизив голос, Жол нагнулся к попаданке.

— Среди убитых сам регент, а ещё погибли первый министр, главный маршал и начальник тайной службы дворцовой канцелярии. У них были головы отрублены и выброшены за храмовой оградой.

— Ничего себе, — Вика действительно не знала, что кроме правителя прикончила и всё самое высшее руководство королевства, она просто отсекла самым богато одетым телам головы и велела Фирису их выкинуть за территорией храма, — А при чём здесь госпожа Тень?

— Как при чём?! Ты не слышала, что она в Цинаре устроила? Всё то же самое! С головами.

— Совсем не так. Там их в сточных канавах нашли. Нет?

Трактирщик наморщил лоб в раздумьях, но быстро просветлел лицом, найдя ответ.

— Значит, вина регента и его людей перед Орденом меньше, чем была у императора!

— Железный аргумент, — согласилась Вика, — А теперь-то что? Лучше станет, что регента убили?

Жол хотел было что-то сказать и тут же сник. Обвинения в государственной измене часто выдвигались не только тем, кто что-то делал против власти, а и за неправильный образ мысли.

Регента и его ближайших подручных убили, но во дворце и руководстве провинций ещё наверняка оставалось немало их сторонников, и пока не прояснилась, чья возьмёт — партия регента или партия королевы — благоразумней помалкивать. Лейтенант-маг, конечно, для хозяина трактира замечательная девица, сына его исцелила, совсем не дорого взяв, только полного доверия за несколько дней заслужить не успела.

— Жизнь покажет, — мудро рассудил Жол.

Земляк появился из номера подруги, когда Вика успела прогуляться по площади, послушав удивительные подробности ночной резни. Ядерной физики аборигены Талареи не знали, зато в выдумках и фантазии могли дать фору даже земным бабушкам.

— Тренировки сегодня не будет, — сообщила Николаю госпожа Тень, — Я сейчас пойду по адресу, заберу груз и свиток на портальный переход. После полудня отправимся в путь. Ты чего такой серьёзный? С подругой поругался?

От своей любовницы Коля приходил умиротворённым и выглядел как кот, облопавшийся сметаны. Однако, сейчас был задумчив, даже в сковородке с яичницой и обжаренными колбасками ковырялся трёхзубой вилкой без прежнего энтузизма. Пресытился, и женским телом, и едой?

— Нет, не поругался. Я её предупредил, что мы расстаёмся ...

— И она предложила тебе остаться при ней, напарник? Теперь ты думаешь, стоит ли пристроить свою судьбу при обеспеченной торговке или всё же расплатиться со спасительницей?

— Зачем ты так, Вика? — он с укором посмотрел на повелительницу, — Я же не животное, не ведающее чувства долга и признательности, пусть девять лет и прожил в скотском состоянии. Тем более, у Нии муж дома есть, да и приказчик, который каждый вечер приходит к ней с докладом, смотрит на меня голодным волком. Развлеклись с ней, и разбегаемся, — ты ещё и легкомысленный бабник, Коля, подумала попаданка, поматросил и бросил. Разбегается, видишь ли, — Она мне на память одну вещицу подарила. Вот, — землянин извлёк из кармана и положил на стол перед собой зажигалку, произведённую в Орденской мастерской, — Знаешь, что это такое?

Хмыкнув, госпожа Тень протянула руку, взяла свою подделку под Зиппо, откинула крышечку и колёсиком вызвала огонёк.

— Знаю, — закрыв крышку, она вернула подарок купчихи владельцу, — Это зажигалка. Чуть получше, чем огниво, но в полсотни раз его дороже. Забава для тех, кому уже деньги девать некуда. Хотя, не мне судить. Я в походах, если требуется разжечь костёр, пользуюсь малым заклинанием Пламя. Дорогой подарок. Наверное, заслуженный, — не сдержала она смешка.

В таларейском средневековье, как и в земном, мужчины-любовники, даже из благородных, не считали зазорным принимать от богатых любовниц дары и деньги. От своего же соотечественника Вика ожидала несколько иного отношения.

— Не в этом дело, подруга ...

— Послушай меня, Коля, — ласково улыбнулась повелительница Ордена, прервав спасённого, — Если уж ты не хочешь обращаться ко мне по имени, то называй госпожой лейтенантом-магиней. Договорились?

Чутьё что-то подсказало земляку. Вика, хоть всячески и сдерживала проявление своей подлинной сути величайшей магини и обладание ею почти божественных силы и власти, всё-таки полностью закрыться иногда не могла.

— Прости, я лишь хотел тебе сказать, — Николай сделал паузу, наморщил лоб, словно тот Роденовский "Мыслитель", и махнул рукой, — Ерунда. Неважно, — он убрал подарок в карман, — Ты уже сказала, что тебе мои идеи не интересны. Разберусь сам как-нибудь.

Земляк обласкал взглядом грудь и попу разносчицы принесшей за соседний стол заказ. Рабыня была та самая, которую хозяин утром отхлестал по щекам. Попаданка ещё в первый год пребывания в Таларее приметила, что зависимые люди здесь своими быстрыми сменами настроений очень похожи на детей. Вроде бы совсем недавно девушка заливалась слезами, и вот уже, вытерев кровь и сопли с лица, весело заигрывает с компанией четверых подмастерий.

— Ну, разбирайся, а я пошла, — попаданка поднялась и выложила на стол плату за завтрак для напарника и свой травяной отвар, не забыв добавить чаевые, — Жди. Я не очень долго.

По мере того, как день разгорался, количество стражи на улицах столицы увеличивалось, а вот горожан стало кратно меньше. Видать, прослушав все сплетни про убийство правителя, и те, кто слишком рьяно его восхвалял, и сторонники королевы поспешили укрыться по своим домам. Первые боялись расправы с ними победителей, а вторые ещё не были уверены, что город и королевство уже принадлежат их партии. В такие смутные времена лучше пересидеть где-нибудь в норе, чтобы, как говорится, не попасть под раздачу.

Уйдя в Скрыт и дважды воспользовавшись заклинанием Прыжок, попаданка оказалась в резиденции лейнгардских правителей. Если город замер в ожидании предстоящих арестов, но к дворцу хорошо подходила земная фраза "гудел, как встревоженный улей". Сановники и придворные в немалом смятении бегали за советами друг к другу и торопились выразить лояльность ранее изолированной от двора королеве, перед её апартаментами выстроилась длинная очередь разодетых аристократов и аристократок, еле сдерживаемая сразу десятком гвардейцев при трёх магах.

Похоже, что победитель в борьбе за власть уже определился окончательно, и попаданку это не удивило. В сословном обществе даже самому уважаемому, умному и богатому сановнику, если он не является родственником монарха, невозможно быстро надеть на себя малую корону регента при наличии законной королевы.

Убитый попаданкой регент, являвшийся двоюродным братом умершего правителя Лейнгарда, сам позаботился о том, чтобы никто из родни у него под ногами не путался, и теперь это сыграло против остатков его сторонников.

Для повелительницы Ордена проникнуть за запертые двери королевских апартаментов никакой сложности не представило.

Оказавшись за спинами караула — маги её появление прошляпили, впрочем, вряд ли в большой толпе они обнаружили бы Поиском Жизни невидимую гостью — Вика прошла по коридору до большого зала, где напротив сидевшей в кресле Штавии в три ряда полукругом стояли её доверенные придворные — мужчины и женщины. Рабы никаких угощений не разносили, замерев вдоль стен в почтительных позах.

Рядом с королевой на стульчике сидел раздражённый худой мальчик лет десяти. Наследник.

— Барон, я хочу видеть герцога Тиорского в пыточной! — в голосе тридцатилетней Штавии звучал металл, — Прежде, чем его голова слетит с плеч, я о многом желаю его спросить.

— Увы, прекрасная из прекрасных, — развел руками красномордый дворянин, — Он, как и остальные сторонники вашего кузена, сбежал из дворца ещё утром. Гвардия и стража слишком долго колебались при получении ваших приказов. Ждали подтверждения смерти регента. К тому же, есть сомнения у многих, действительно ли нас навестила госпожа Тень. А без её поддержки силы были всё ещё за узурпаторской партией. Войска и стража определились в нашу сторону всего гонг назад.

— Сомнения у кого-то были? — расхохоталась королева, — И кто же, по их мнению, мог разделать негодяев как скот на бойне? Уж не ты ли, мой верный Цун? Или кузен сам себе голову отсёк?

Мнение о молодой правительнице Лейнгарда, которое у Вики сложилось после доклада Дебора, оказалось не правильным. Штавия раздавала поручения решительно и по делу. Раньше за спиной своего мужа у неё не было возможности себя проявить. Теперь же, свалившаяся на её плечи ответственность за судьбу страны и за маленького сына заставила её действовать как положено коронованной особе.

Попаданка в беседу особо не вслушивалась. И так ясно, что после перехода армии и столичной стражи на сторону вдовы прежнего монарха, вопрос о власти уже решен, а как он будет оформлен, сколько крови прольётся и кому надлежит отправиться в пыточные подземелья и на эшафот, повелительницы Ордена не касалось.

Показываться на глаза целой толпе придворных Вика не хотела.

Она села на один из мягких стульев возле окна и ещё раз прокрутила реакцию земляка на таларейский аналог Зиппо, ничуть не хуже китайского.

Понятно, что Николай быстро узнал знакомый предмет и обзавёлся сильными подозрениями, что является не единственным представителем технологической цивилизации в средневековом мире.

Открывшиеся порталы и изменившееся общественное положение спасённого госпожой Тень земляка вскоре дадут ему доступ и к другим прогрессорским новинкам или хотя бы рассказам о них. Вот только, что это для Коли меняет? На взгляд его соотечественницы, ничего. Всё равно, пока Олег с Викой не решат с ним встретиться, он может идти со своими догадками, куда хочет. Никто его слушать не станет.

Про Олега уже столько баек выдумали, что одной больше ничего не решит. А ещё мудрый и любимый человек очень мало делает своими умом и руками, он лишь подводит к правильным мыслям множество найденных им толковых помощников. Пусть Николай и среди них земляков поищет. При этом, она продолжала надеяться, что Коля всё же войдёт в их маленький коллектив соотечественников.

Наконец, королева прервала разговор и направилась к ширме по естественным нуждам. Вика тут же оказалась рядом.

— Иди не останавливайся, прекрасная Штавия, — тихо сказала Вика государыне, вовсе уж не красотке, — Я Тень, госпожа Тень.

— Я поняла, — также негромко произнесла молодая женщина, — Я надеялась, что ты придёшь, — радостно улыбнулась она, и всё же обернулась, но быстро исправилась, продолжив движение.

— Нам надо поговорить наедине. Как выйдешь, выстави всех вон, включая слуг. Скажи, что хочешь подумать без посторонних. Наследника не забудь. Он у тебя весь извёлся.

— Хорошо, Тень.

За ширму Штавия зашла в приподнятом настроении.

О чём уж подумали придворные, когда королева попросила их удалиться, сложно сказать, зато десятилетний принц обрадовался так, что его наставник и нянька еле за ним поспевали, когда тот рванул к выходу.

Едва последний раб покинул зал, попаданка вышла из Скрыта и представилась:

— Вика.

— Штавия, можно просто Штава. Мы с Уранией Вьежской и Жагетой Адайской кузины, пусть и дальние. Они мне писали про тебя очень много хорошего.

— Вы все, коронованные особы, родня, — рассмеялась госпожа Тень и шагнула вперёд.

Молодые женщины обнялись.

— Как же ты вовремя пришла, Вика, — сказала королева, не размыкая объятий, — Как же я тебе благодарна за наше с сыном спасение.

— Покойного мужа своего благодари, — повелительница отстранилась и без приглашения направилась к стульям, на один из которых и села, — Это он заключил с Орденом договор, хоть и не письменный, в котором был пункт, что мы поддержим тебя и наследника, если с королём вдруг что-то случится. Наверное предчувствовал нечто. Ты ведь не против, Штава, продлить наше соглашение? Хотя, как я вижу, на сегодняшний день моя помощь больше не нужна.

Королева села рядом с госпожой Тень и кивнула.

— Продлим. По другому и быть не может, — убеждённо ответила она.

Женщины пообщались между собой полчаса, ещё столько же времени ушло на оформление в королевской канцелярии свитка на проход через портал, Штавия сама ходила за ним. Естественно, повелительница Ордена добилась от королевы всего, чего хотела.

— Приходи ко мне ещё, когда я разберусь со всеми врагами, — пригласила королева, — И Уранию с Жагетой можно с собой взять. Обещаю, устрою вам восхитительный приём!

"Знаем мы эти приёмы, — чуть сварливо подумала попаданка, — обжорство, пьянка, скоморохи дурацкие и чудовищные казни — как же без них веселиться?", но вслух сказала другое. И сделала.

— Омоложение тебе ещё не нужно, но не помешает. Оно добавит интереса к твоей красоте.

— Ох, Вика! — нагнувшись, Штавия вновь обняла госпожу Тень, — Это, это, это ...

— Здорово, — помогла с подбором слова повелительница, — Ну, всё, мне пора. Уверена, увидимся ещё. А то, сама, как освободишься от кучи дел, навести меня. Теперь путешествия намного проще. В блэк-джек или рулетку сыграем.

Пояснять, что это за игры такие, попаданка не стала. Расцеловавшись с новой подругой, Вика ушла в невидимость и покинула дворец.

В "Тихом приюте" госпожу Тень ожидал развернувшийся в зале скандал.

К сидевшему с вещами за столом в обнимку со своей перезрелой красоткой земляку рвались сразу четверо. Попаданка сразу поняла, кто это. Бывший его наниматель, и правда похожий на жабу, его дебелый сынок и двое приказчиков. Их порыв сдерживали сам трактирщик и пара его вышибал.

— Да говорю, Жол, правильно мне сказали, — орал торговец, — Никакой это не наёмник Николай, а Коля. Коля! Мой бывший батрак. Он у моего сына деньги украл!

— Что за шум, а драки нет? — поинтересовалась повелительница Ордена, — Ты кто такой, чтобы моего напарника слугой называть?

— А ты кто такая?!

— Хочешь знать, кто я такая? Лейтенант-маг Вика, и я не потерплю оскорблений в адрес моего подчинённого.

Попаданка снизу ребром ладони разбила торгашу нос, его сынка ударила носком ботфорта по ребру голени, стоявшему ближе приказчику пробила в солнечное сплетнние, а второму ногой отсушила бедро. Две секунды, и четверо скандалистов лежат на полу, завывая от боли. Хорошо, что они с собой стражников не взяли, впрочем, тем сейчас не до разборок с мелкими воришками.

— Э-э, Вика.

— Всё нормально, Жол. Вот тебе за беспокойство, — попаданка бросила трактищику серебряную монету, — А нам пора. Спасибо за гостеприимство. В следующий приезд обязательно у тебя остановлюсь. Хоть тут и не очень тихо. Николай!

Земляк на прощание поцеловал купчиху и догнал командиршу уже на улице.

— Вообще-то, это ты должен был проучить своих бывших знакомых.

— Их четверо, госпожа лейтенант-маг, — смущённо оправдался он, — А меч в городе извлекать нельзя.

— Действительно, нельзя, — согласилась Вика, — Ну, прощайся, пока идём, со славным Лиреном, да и с Лейнгардом в целом. Ты не скоро сюда вернёшься, если вернёшься вообще.

— Да провались он под землю, этот Лейнгард.

Глава 18

По знаку императора полковник генштаба принялся сворачивать лежавшие на столе карты королевств Аргон и Отан. Бригадный генерал, начальник оперативного управления, докладывавший обстановку на юге, выжидательно посмотрел на государя.

Олег подошёл к окну и посмотрел на перестроенный фонтан. Высокие струи воды били вверх прямо напротив окон его кабинета. В летнюю жару оттуда будет поступать приятная свежесть. С усмешкой попаданец подумал, что пока плескаться в фонтанах у него некому — воздушным флотом он обзавёлся, а вот десантными войсками ещё нет, хотя идея с парашютами сама напрашивалась. Знать бы ещё, как их правильно укладывать.

— Пояснений больше не требуется, граф, — император повернулся к генералу, — Продолжайте держать меня в курсе событий. Рывок валанийцев к столице Отана, надо сказать, был ожидаем, но по его предполагаемым срокам наши аналитики ошиблись.

— Опирались на данные по войсковым запасам у южан, государь. Не учли возможность переброски припасов через порталы и поставку их торговым флотом.

— Не учли, — согласился Олег, — А теперь надо учитывать. Идите. Вечером жду у себя начальника организационно-мобилизационного управления. Пусть прихватит с собой данные по Глатору и Тарку.

Когда офицеры вышли, псковский правитель на какое-то время остался один. Все дежурные секретари — их было трое, сменявших друг друга каждый день — знали, что их господину нужно иногда размышлять без посторонних, и делали перерыв между уходом от него одних визитёров и допуском следующих. Об аудиенции у императора по срочным вопросам решения принимала Нирма.

В последние дни ему плохо думалось о делах. Мысли постоянно переносились на Вику, Олег по ней сильно скучал. Наверное, так и выглядит любовь, когда без родного человека постоянно накатывает тоска, и никакими погружениями в решения текущих проблем её не развеять. Он понимал, что эту ситуацию с долгими разлуками и жизнью на два дома надо будет как-то разруливать.

Олег бы давно отправился в гости к землячке, но чувство долга и ответственность за империю не давали это сделать, особенно теперь в сложившихся обстоятельствах, когда кроме развития государства приходится воевать на трёх фронтах одновременно.

Тревожные известия поступали из Синезии. Несмотря на то, что Ковину удалось, совершив быстрый марш на земли королевства старика Джеба, разбить у Змеиных озёр авангард из двух легионов оросцев, помочь беглому королю он не успел. Собранные Джебом наспех войска вассалов, не всех, а лишь центральных, восточных и частично южных провинций, были разгромлены северянами раньше. Правда, самому правителю удалось бежать, но вместо того, чтобы искать встречи с псковским генералом, Джеб направился в противоположную сторону, и где он находится сейчас, разведка пока не выяснила. Может, набирает новое войско, а может закрылся в каком-нибудь замке и ждёт помощи от союзника.

Протеже Ули после первого быстрого успеха теперь осторожничал, и Олег его действия одобрял. У Ковина слишком мало сил, чтобы дать бой противнику, а соединиться с Джебом он не успел. Теперь командующий северной армией Пскова ожидал подхода полков ландвера и блокировал поставки врагу припасов речными судами по Ирменю.

Всё же, в целом, на севере, как и на западе у Торма, ситуация пока была контролируемая, чего не скажешь о происходившем на юге, где бронзовокожие уже овладели двумя третями Аргона, хотя победы над армией Сертина Третьего ещё не одержали.

Молодой король весьма ловко уклонялся от генерального сражения и даже умудрялся при этом наносить чувствительные удары по отдельным частям противника. Вчера Олег получил сообщение, что Сертину удалось деблокировать находившийся почти месяц в осаде крупный город Чон на востоке королевства.

Однако, гости с южного материка, пока армия Хадона усиливалась геронийскими полками и вступать в боестолкновение не спешила, продолжали быстро наращивать свою численность и высадкой десанта с моря захватили столицу Отана.

Перекрыть поставки валанийским войскам подкреплений и припасов морем Олег не мог — посылать на верную гибель растинский флот он не стал. Пусть моряки Ивеса Воска, опираясь на прибрежные форты, охраняют главную гавань Псковской империи. А вот более активно начать бомбардировки портальных площадок попаданец рассчитывал уже в ближайшие дни.

Из Распила поступила первая серийная партия авиабомб, и осталось дождаться с Алернии обещанные амулеты мощных Сфер. Олег не предполагал от воздушных ударов сильного ущерба врагу, и всё же какой-то материальный и существенный моральный урон противник понесёт.

— К вам герцогиня ре Сольт и господин Трашп, — доложил дежурный.

— Пусть заходят.

— И телеграмма из Фестала, — добавил секретарь, — Прибыли орденцы от госпожи Тень. Старшим там её брат. Завтра вечером будут в Пскове. Поездом Тарк — Камень-на-Ирмене.

— Хорошо, баронет. Внеси их в реестр посетителей и распорядись подготовить гостевые комнаты во дворце.

Стоило только вспомнить про обещанные амулеты — усмехнулся Олег — как они, весьма вероятно, уже доставлены.

С Геллой попаданец сегодня виделся, поэтому из вошедших приветствовал только Трашпа. Министр экономики и главный имперский механик явились к своему государю с подготовленными предложениями о строительстве металлообрабатывающих заводов.

Благодаря внедрённой землянином единой системы мер и весов, а также максимальной унификации деталей для различных механизмов появилась возможность перехода от штучной ремесленной сборки к поточным производствам.

О конвейерах, пока в империи по проводам весело и задорно не побежал электрический ток, думать было рано, но наладить серийный выпуск промышленной продукции можно и без придуманной Фордом научной системы выжимания пота.

— Нужно прокладывать ещё две линии рельсовых дорог, — вопросительно посмотрела на Олега герцогиня ре Сольт.

— Раз нужно — проложим, — землянин ещё раз кинул взгляд на предложенную схему размещения производственных площадок, — В общем, моё одобрение, считайте, получили. Начинайте пока у Распила, а через месяц от твоего мужа пригонят пленных руанцев, и бригадным подрядом ускоренно возьмёмся за остальные объекты. Трашп, я тебя по лицу хорошо читаю, что за сомнения у тебя?

— Это не про строительство, государь, — несмотря на то, что механик был завален почестями буквально с головы до ног, он, когда дело не касалось споров по техническим вопросам, в беседах с императором проявлял чрезмерную робость, низкое происхождение по-прежнему в нём проявлялось заметно, — Где мы мастеров возьмём, ну, на всех заводах этих работать? Ремесленные училища столько никак не подготовят.

— Твой император уже об этом подумал, старина, — Олег поднялся, дал знак собеседникам сидеть и принялся расхаживать вдоль стола, — Нам не нужны будут на каждом рабочем месте мастера-ремесленники. А для этого твои практики вместе с университетскими теоретиками начнёте разрабатывать такие способы производства, чтобы можно было максимально использовать любого неумеху. Понимаешь? Нет? Да, жаль, что университетских исследователей теоретиками можно назвать лишь условно, как и их правителя. Впрочем, на безрыбье, как говорится и рак рыба?

— Рак — рыба? — засмеялась Гелла.

Трашп же лишь поморгал с растерянным видом.

— Прости, господин, я не понял насчёт неумех, — он кашлянул, хотя здоровье в нём, как и у остальных близких соратников псковского императора, просто лилось через край, — У нас есть чернорабочие, но они ведь без обучения не смогут ...

— Всё смогут, — прервал его Олег, — Надо придумать соответствующие технологии, — последнее слово он произнёс по-русски, — То есть мало придумать какую-нибудь условную унифицированную шестерёнку, которая может быть использована в различных механизмах, нужно, чтобы она производилась не умелыми мастерами с помощью магов, а штамповкой или литьём. Ясно? Ну, много надо ума, чтобы дёргать рычаг пресса или парового молота? Или заливать металлом готовые формы?

— Дёргать за рычаг или лить — не много, — чуть подумав, ответил Трашп, — А вот настраивать, готовить и устранять сбои в работе или поломки, тут необходимы умения и навыки.

— Так оборудование же у нас не каждый час ломается, и перенастраиваем мы его на другие режимы не ежедневно и даже не еженедельно. Вот и получается, что пары мастеров на цех вполне хватит. Если, говорю же, вы хорошо подумаете, как сделать так, чтобы меньше сверлилось, обтачивалось или магически Укреплялось. Короче, — император подошёл к своему столу, взял с него блокнот и протянул главному имперскому механику, — Я здесь свои мысли подробно изложил — почитайте, обсудите — немного, правда, сумбурно, но тебе не привыкать. Уверен в ваших талантах, вы меня редко подводите.

Говорят, что в любом деле самое главное начать. У Олега же получалось наоборот. Его всегда захватывали первые шаги при реализации своих новаторских идей. Потом, когда работы становились обычной рутиной, он предпочитал их полностью отдавать на инициативу соратников, вмешиваясь лишь при крайней необходимости. Но держать реализацию своих идей на контроле не забывал.

Когда Гелла с Трашпом ушли, Олег продолжил расхаживать по кабинету, позволив себе немного предаться мечтам о скором развитии в его империи настоящей массовой промышленности, о расширении и совершенствовании транспортной инфраструктуры и об электрификации всей страны.

Он не впервые так улетал в фантазии, благо, что они были вполне реализуемы. Теперь же Олег с огромным удовольствием представлял ещё и то, какое впечатление произведут его успехи на Вику. Знакомство с землячкой подвигло псковского правителя на ускорение прогрессорства, заниматься которым ему в последние пару лет начало уже было становиться откровенно лень.

— Поступил доклад от старшего мастера Вайга, — сообщила вошедшая Нирма, — Шесть орудий готовы к отправке. И сто восемнадцать мушкетов.

— Быстро они в этот раз управились, — попаданец был приятно удивлён известием, — Хорошо. Подготовь приказ. Орудия всё же отправим Ковину. Он хоть и наловчился с мортирами замечательно управляться, и всё же более дальнобойная артиллерия ему требуется. Не забудь и про припасы к пушкам. А мушкеты передать в учебную роту. Нирма, у меня теперь будет целый батальон мушкетёров!

— Вы же не знаете — сами говорили — будет ли от них толк?

— Вот на валанийцах и проверим, — улыбнулся Олег, — Кто следующий в приёмной?

— Нечай только что прибыл. Там ещё таркский герцог ре Донтер, директор театра и представители гильдий, они подождут.

— Разумеется. Не будет же начальник контрразведки в общей очереди толкаться. Пригласи генерала.

Когда полковник повернулась к попаданцу спиной, тот вспомнил, что по сведениям вездесущего Лешика начальница охраны императора после прекращения любовных отношений со своим господином находит утешение в объятиях молодого лейтенанта комендантской службы. Вспомнил, и не почувствовал в себе, ни укола ревности, ни сожаления, лишь желание, чтобы у Нирмы всё сложилось на личном фронте хорошо, пусть даже этот лейтенант из ведомства Бора скорее всего ненадолго.

И всё-таки от положительной оценки взглядом фигуры своей охранницы Олег не удержался.

— Проходите, генерал, — пригласила Нирма главу контрразведки.

Нечай, как всегда, выглядел утомлённым и, как обычно, получил от государя очередную порцию Исцеления.

Он принёс с собой список крупных феодальных владетелей империи — герцогов и богатых или влиятельных графов — в благонадёжности которых у него имелись сомнения. Зная чрезмерное рвение своего главного чекиста, Олег подробно прошёлся по каждому из представленных имён, выслушивая всю собранную информацию, послужившую причиной внесения аристократов в чёрный перечень.

— На каждый роток не накинешь платок, мой друг, — Олег карандашом уверенно вычеркнул больше двух третей перечисленных владетелей, — При любой власти всегда будут недовольные. А есть люди, вроде вот этого графа ри Бюннега, которые вообще брюзжат по любому поводу. Зато средний сын этого графа один из лучших артиллерийских офицеров, а племяннику я совсем недавно в Руанске вручил шеврон и аксельбант капитана раньше срока выслуги. Так что, ты поумерь пыл. Лучше разберись вот с этим, — попаданец бросил перед молодым генералом еженедельник "Тарк обновлённый", — я для чего тебе цензоров переподчинил? Чтобы ты их не контролировал, а они спали на работе?

— Государь, а что здесь? — нахмурился Нечай, разворачивая газету.

— Я там подчеркнул. Полное перечисление всех полков таркского ландвера, имена командиров, сроки мобилизации и пункты передислокации. Ну? Понятно, что пока у наших противников и союзников ещё нет аналитических отделов, но и без этого в потоке похвальбы и славословий в адрес таркских ополченцев выловить нужную информацию враги смогут достаточно легко. И быстро. Не забывай, порталы открылись, и люди теперь активно перемещаются повсюду.

Нечай перелистнул на следующую страницу и увидел пометки императора.

— Я разберусь, — кивнул он, — У газетчиков слишком много прав. Везде суют свой нос.

— Так на то и щука, чтобы карась не дремал. Они суют, а ты прищеми им, когда необходимо. Да, в этом году два десятка твоих ниндзей должны будут начать обучение в университете, — Олег решил у себя реализовать мудрый подход землячки, — И так теперь будет всегда.

— Пощади, господин, — генерал посмотрел на императора с укором, — У меня каждый человек на счету. Пусть лучше Агрий или Лешик ...

— Они тоже своих отправят, — перебил попаданец, — Ты не переживай, ребята потом к тебе вернутся на службу. Только учёными. Всё, я тебя больше не задерживаю. Газетчиков хватать и пытать не вздумай. Пусть с ними просто побеседуют.

Почти весь следующий день попаданец провёл в Промзоне в мастерской, где приступили к созданию деталей и частей для турбин. Пока без магии императора обойтись в этом деле не получалось. Свет в конце тоннеля, когда техно-магическая цивилизация станет способна развиваться самостоятельно, Олег уже видел, но очень далеко.

По возвращении во дворец он пригласил прибывшего поездом Викиного брата к себе на ужин. Естественно, одного. Разговаривать о любимой женщине в присутствии лишних ушей не хотелось.

— За амулеты огромное спасибо, — поблагодарил Олег по окончании застолья, когда с гостем, взяв по бокалу вина, переместились в кресла у окна, — Очень вовремя. У меня как раз дирижабли готовятся к выполнению боевых задач. Ты можешь рассчитывать на мою помощь, обращайся, если потребуется. Скажи, а твоя сестра мне никакого послания с тобой не отправила?

— Нет, государь, — мотнул головой Гнеш, — Собиралась было, но потом передумала. Сказала, что сама с тобой через две недели увидится. Посетит Тарпецию.

— Сама? — Олег немного встревожился, ведь это он обещал землячке до середины марта её навестить, — Что-то случилось? Послушай, ты же знаешь, какие чувства связывают меня и Вику. Если у неё проблемы, то не скрывай.

— Да нет никаких проблем, — пожал одним плечом, как это порой делала его сестра, гость из Алернии, — Она посещала восток континента. Вернулась чем-то озабоченной. Озабоченной, но не встревоженной. А ещё она сказала мне, что через две недели будет двадцать третье февраля, и в этот день тебе будет очень приятно и важно увидеть её рядом с собой нарядной и с подарком.

Магистр ассасинов землячки с любопытством посмотрел на Олега, а тот решил, что раз Вика не посчитала необходимым посвятить своего брата насчёт магии этой даты, то и он не будет.

— Мне приятно и важно её видеть в любой день и желательно каждый. Хоть нарядной, хоть нет. Но, да, Вика права, двадцать третьего февраля будет особенно радостно.

Глава 19

Вторая неделя февраля порадовала Псков солнечной по весеннему тёплой погодой. Уличные термометры показывали семнадцать градусов тепла, и Олег обсуждал с Гортензией проект устава Лиги государств в небольшой беседке у дворцового озера, где на днях нашли себе приют пара белых лебедей.

— Так не хочется, чтобы их что-то спугнуло, — попаданец раскрошил очередной ломоть каравая и подойдя к кромке воды бросил хлеб красивым птицам.

— Они не подчиняются воле императора, — сказала королева Тарка, подойдя сзади к другу, — Зато, как и все, любят угощение. Пусть не забывают хорошо кормить, они и не улетят. У меня целая стая лебедей живёт, а ещё утки каждую весну прилетают, и никто из них покидать моё озерцо не торопится. Только не нужно, Олег, тебе и обязанность птицевода ещё на себя брать.

В своём длинном приталенном тёмно-синем платье королева смотрелась восхитительно, впрочем, как и всегда. Громадный лакей Гортензии, часто её сопровождающий, накинул на плечи хозяйки оставленный ею в беседке шерстяной плед.

— Не перебарщивай, Гора, не такой уж я неугомонный, — император стряхнул остатки крошек с ладоней и, взяв соратницу под локоть, направился обратно к беседке, где на столе лежали кипа бумаг и писчие принадлежности, — Как видишь, теперь я занимаюсь только очень важными направлениями. Давай всё же включим пункт о праве передавать части территорий государств в качестве приданого.

— А как это будет соотноситься с принципом территориальной целостности? Ты же сам этот пункт одним из первых, точнее, третьим, сформулировал? И, потом, это разрушит веками существующий порядок консортства. Не усложняй всё, Олег, — Гортензия села на скамью, взяла в руки свои записи и ещё раз их бегло просмотрела, — Считаю, что с основными положениями мы уже определились. Знаешь, я хочу привлечь к этой нашей работе отца Клемении. Не дело иметь за спиной недоброжелателя, когда его можно перетянуть на свою сторону, да ещё и с пользой. Виделий человек амбициозный и опытный. Если ему намекнуть, что Лига государств не сможет обойтись без главы, а он вполне достойная кандидатура на такое почётное место, ты получишь и хорошего советчика, и лояльного себе вассала на нужной должности.

— Как считаешь, есть ли под нашим небом кто-нибудь мудрее Гортензии, королевы Тарка? — подумав над предложением соратницы, спросил землянин, а когда собеседница улыбнулась, мотнул головой, — Я не хочу, чтобы наши с тобой планы о переустройстве мира после войны стали известны заранее. Это повлияет на политику владетелей, сильно всё усложнит. Каждый начнёт усиливать свои переговорные позиции, стремясь захапать побольше чужого и про запас.

— Олег, я не собираюсь Виделию сразу всё раскрывать. Сегодня отправлюсь в Глатор. Поговорю с ним пока намёками. Уверена, он поймёт правильно, и отец Клео нам действительно будет очень полезен. Не забывай, что новая жена оросского императора приходится Виделию племянницей, хоть и двоюродной. А с Фигаро они старые приятели ещё со времён своего дофинства.

— Делай, как посчитаешь нужным. Я тебе во всём доверяю. Может, всё-таки распорядиться насчёт дирижабля?

— Нет, я поездом люблю. Тем более, ты предоставил мне свой личный. Я поработаю над документами, пока еду. Малыш, — повернулась Гортензия к рабу-гиганту, — Сложи все бумаги в сумку. А ты? — вновь перевела она взгляд на друга, — Полетишь в Аргон? Чек без тебя никак не справится?

— Твой муж хорошо справляется, — ответил попаданец, — Но там намечаются важные события, и я хочу наблюдать за всем лично. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Предстоят бои с использованием нашего нового рода войск. Оценю эффективность ручного огнестрельного оружия в крупных сражениях. Так что, да, в конце февраля отправлюсь к Чеку. А пока займусь строительством дамб. Надоело вот это всё, — он кивнул на огромную толпу сановников, придворных и посетителей дворца, ожидавших императора на дорожках парка за спинами гвардейцев оцепления, — Почти все их вопросы могут решить Клейн, Бор, Кара, Нечай или даже Мариса, а они сволочи хотят иметь именно вердикт государя. Почему так, а?

Королева Тарка усмехнулась и, увидев, что её слуга сложил все записи в кожаный саквояж, поднялась.

— Потому что твоё решение уже никто отменить не осмелится. Всё просто. Пойдём? Мне пора.

— Я тебя провожу до вокзала. Мне всё равно в ту сторону ехать.

Гвардейцы раздвинули толпу, образовав широкий коридор для прохода своему государю и его гостье, а находившиеся среди придворных ниндзя без грубостей, но твёрдо, не позволили никому всучить в руки императору прошение, жалобу или донос. Документооборот должен идти через дворцовую канцелярию, это её хлеб.

Времена, когда Олег по своей столице и за её пределами лихо гарцевал на боевом коне, давно канули в лету. Теперь император предпочитал передвигаться в экипаже. Рессоры кареты и ровная поверхность магического мрамора позволяли в пути читать и даже делать пометки на полях документов.

У Гортензии с Чеком в Пскове имелись и личный особняк, и свой выезд, но, понятно, Олег предложил ей составить ему компанию.

По пути к вокзалу соратники гадали на кофейной гуще, как скоро раздастся гром от прямого столкновения Хадонской армии с валанийцами и через какое время Божественная будет вынуждена попросить военной помощи Пскова, согласившись без оговорок на раздел королевства Герония.

Оба с удовольствием посматривали через оконца кареты на многолюдные проспекты имперской столицы. Ринг, бывший отравитель ставший имперским графом, не пропустил мимо ушей брошенную однажды Олегом фразу и разработал состав, позволивший тонировать стёкла. И теперь подданные не могли видеть, находится ли их государь в экипаже, и с кем он едет, что не мешало народу выражать бурные восторги и почтение.

Высокая стоимость столичной аренды привела к тому, что ремесленные мастерские, кроме государственных исследовательских или опытных производств, давно покинули стены Пскова.

В столице теперь работали в основном правительственные и силовые учреждения, банки, меняльные конторы, большое количество магазинов и салонов, театры, гостиницы, трактиры и прочая сфера обслуживания и услуг. Поэтому на улицах Пскова невозможно было увидеть плохо одетых людей. Даже местные рабы наряжались лучше, чем простолюдины в других поселениях. Свою роль тут конечно сыграло развитие мануфактур и швейных производств, заменивших домоткачество и ручной пошив. Одежда теперь стала намного доступней и дешевле, при заметно выросшем качестве.

Словно бы прочитав мысли Олега, Гортензия спросила:

— Если за такой короткий срок так всё изменилось, то что же ты сделаешь за следующие, скажем, десять лет? Придумаешь нам всем крылья? Мы будем летать без дирижаблей?

— Не считай меня Дедалом, а вас Икарами, — засмеялся попаданец, пару лет назад рассказывавший друзьям и этот древнегреческий миф, — Но летательные аппараты эффективней аэростатов постараюсь создать.

Он проводил наставницу до самых ступеней своего императорского вагона, где они дружески расцеловались и попрощались не на длительный срок. После чего Олег вернулся в карету и отправился к строящимся гидроэлектростанциям.

Использоваашийся им ранее метод бригадного подряда неожиданно принёс и дополнительную пользу. Многие бывшие мятежники, военнопленные и рабы-кандальники, вознаграждённые и отпущенные на волю после честного ударного труда, не захотели возвращаться к прежней жизни, а стали самоорганизовываться в строительные артели и наниматься на государственные работы, благо, количество возводимых в империи объектов только продолжало расти.

У беднейших слоёв населения, не желающих помирать от голода, появилась альтернатива этому, лучшая, чем идти в армию рисковать жизнью под палками командиров, заниматься разбоями, воровством или попрошайничеством, занятиями, от голода спасавшими, но редко позволявшими избежать смерти от жестоких пыток и казней.

На государственных работах артели обеспечивались продуктами и вполне приличным денежным вознаграждением, размеры которого зависели от объёмов, сроков и качества выполненных задач.

Артели попаданец планировал использовать при возведении металлообрабатывающих заводов, но пока на площадках строительства велись землеобмеры и разметка, а пленные руанцы не прибыли, направил вольнонаёмных на сооружение дамб. Туда же привлёк и кандальников. Имперские суды — чиновничьи и владетельные — чаще стали заменять увечья и казни на кабальное рабство.

— Как тут у тебя дела, Деприн? — с ходу, выбираясь из кареты, спросил Олег у главного распорядителя проекта.

— Лучше, чем обычно, государь, — уверенно ответил низкорослый мужчина в заляпанном глиной армяке.

Его команда почтительно склонилась в десятке шагов позади.

Упрекать за неряшливый вид столь ценного и ответственного работника конечно же было бы ненужным барством.

— Вот как? И чем же лучше?

— Да всем, господин, — Деприн двинулся вслед за императором к котловану, возле которого копошились сотни три человек, принимая снизу корзины с глиной — эскаваторы попаданец ещё не изобрёл, — Для меня самое главное, что артельщики сами должны о себе заботиться, и вы меня не станете, как в прошлый раз, драть за дырявые крыши на бараках кандальников.

— Но крыши-то тогда и в самом деле протекали.

— Протекали, господин, — со вздохом развёл руками главный распорядитель.

Чтобы не затягивать время строительства, работы велись сразу на двух площадках. Обходя их, Олег подумал, что, как говорится, сильно гнать лошадей нет смысла. Мало ведь создать источники электроэнергии, нужно ещё поставить на поток производство её потребителей, а у него пока имеются три опытных экземпляра больших ламп, конструктивно чуть различающиеся друг от друга, и проект простейшего электромотора, и вовсе существующий лишь на бумаге.

Отправляясь сюда в поездку, попаданец собирался дать распоряжение о заготовке столбов под линии электропередач, однако теперь передумал. Отложил на потом.

— Вижу, мне ещё рано свой личный вклад вносить, — сказал император больше самому себе, чем стоявшим рядом с ним руководителям стройки, окружившим своего государя, словно туристы гида, — Когда первую ступень каскада под Укрепление подготовите, — посмотрел он на сопровождающих, — сообщите мне. Или я, или королева Уля подъедем.

Со стройки Олег направился в Нефтянку. Для этого пришлось делать внушительный круг, причём, по одной из тех дорог, которые мостились без использования магии обычной трамбовкой и засыпкой гравием. По сравнению с прежним состоянием торговых трактов стало намного лучше, но всё же потрястись попаданцу пришлось. Последнюю треть пути, не выдержав неудобств, он пересел на коня одной из ниндзей, загнав ту в салон экипажа. Девушка еле сдерживала радость, забираясь в карету. Кто ещё сможет похвастаться, что сидел на императорском диване?

Кавалькада гвардейцев и ниндзей с государем во главе миновала несколько деревушек сервов и одно довольно крупное вольное поселение. Олег вспомнил недавнее восхищение Гортензии множеством изменений, которые происходят в жизни империи, и с грустью констатировал, что его новшества почти никак не затронули большинство населения — всё те же нищета и бесправие крестьян вокруг, голодранцы, бредущие вдоль дорог в поисках работы, расправы феодалов над провинившимися, трупы разбойников, украшающие деревья на дорожных развилках. Даже в самом Сфорце мало что поменялось.

Там, где когда-то под руководством землянина поставили перегонный куб, теперь функционировал целый мини-нефтеперерабатывающий завод и отстроился городок не менее, чем на три тысячи жителей.

Сюда от места выхода на поверхность земляного масла вела узкоколейка, по которой лошади таскали деревянные цистерны с сырьём. В последний год кроме керосина и дизеля удалось наладить производство низкооктанового бензина. Получавшиеся после переработки нефти остатки отправлялись в Распил, где мастер Ринг всему находил применение.

Долго задерживаться в Нефтянке император не пожелал, но приглашение на обед от Улиной подруги детства, муж которой совмещал должности начальника мини-НПЗ и мэра городка, не отказался.

В Псков Олег вернулся вечером двадцатого февраля и первым делом распорядился отправить в Фестал свой дирижабль. Кого пилоты должны будут там взять на борт, они знали.

— Госпожа Вика приедет? — поинтересовался пришедший к ужину Лешик, — Я думал, что ты сам туда отправишься.

У начальника службы имперской безопасности настроение было не на высоте. Команда "Неровских коршунов" по регби вдрызг продула на стадии четвертьфинала.

— Ты следишь что ли за моим аэростатом?

— Так должность обязывает, шеф. Подозреваю, что госпожа Тень не воспользуется твоим транспортом. Летать-то ей, может, и нравится, только помпезные торжественные встречи она точно не любит. Я приказал немедленно доложить о малейшем сбое в работе портала. Не только фестальского. Наша прекрасная и обожаемая неофициальная императрица, не исключено, воспользуется бирманской площадкой или той, что возле Камня-на-Ирмени.

Граф ри Неров оказался полностью прав. Утром двадцать второго числа телеграфом из Камня сообщили, что переправка обоза гильдии ткачей в Северный Кланай прерывалась на совсем короткий промежуток времени, а двадцать третьего февраля, когда за окном только начал брезжить рассвет, Олег проснулся от появления в его ванной комнате при спальне желанной, любимой гостьи.

Звук льющейся воды только раздался, как император Прыжком переместился к душу.

— Ага! Попалась, диверсантка? — заключил он в объятия Вику и расцеловывал её лицо.

— Дай мне хоть с дороги ополоснуться, Олег, — смеялась она, отвечая на его ласки своими, — И никакая я не диверсантка. У меня просто сердце кровью обливалось, как только представляла, что мой любимый мужчина останется в свой праздник без носков в подарок. Мучилась, страдала, но кое-как всё-таки связала. По дороге в поезде одеколон купила, а вот с кремом для бритья ничего не получилось — не хватило сил дождаться, пока магазины откроются. Олег, перестань. Дай мне несколько минут для душа.

— Не только дам, но и сам тебе спинку потру.

Из ванной они переместились на кровать и угомонились только через пару часов, когда к ним в комнату тихонько скользнула встревоженная Мона. Видимо, Вика слишком бурно выражала своё удовольствие от встречи с земляком, даже толстые двери из дуба, обитые кожей с наполнителем, не смогли сдержать звуки.

Увидев своего господина с повелительницей, императорская служанка также тихо, как и появилась, вышла из спальни и отогнала от двери лакея и горничную, ожидавших там приказов.

— Ну, где мои подарки? — поинтересовался Олег, целуя груди усевшейся ему на живот Вики.

— Получишь, обещаю, — ответила землячка, положив руки ему на плечи, — Только сначала сделаю себе красивую причёску, надену пошитое специально к сегодняшнему дню платье, а ещё туфельки на шпильке. Хлыст обломала об башмачника, пока добилась нужного. Но у меня для тебя не только подарки. Есть новость. Думаю тебе она будет очень интересна.

Вика неожиданно встала с кровати и направилась приводить себя в порядок.

— Эй, а что за новость-то? — крикнул вслед повелительнице Ордена император.

— Из того разряда, что на ходу не сообщают. Потерпи, — ответила она из ванной, — Может скажешь Моне принести нам чего-нибудь вкусненького?

Когда Олег после землячки принял душ и вернулся в спальню, то увидел сидевшую за накрытым столиком Вику, переодевшуюся в изумительное фиолетовое платье с открытыми плечами и соблазнительным вырезом на груди.

Чтобы не ударить перед гостьей лицом в грязь, попаданец распорядился принести ему парадный мундир, в который переодевался, сдерживая разыгравшееся любопытство.

— Ты догадалась оповестить, что меня сегодня ни для кого нет, включая и графа ри Нерова? — спросил он у своей верной молчуньи, поправляя воротник камзола перед зеркалом, и пояснил Вике, — Лешика порой в дверь гонишь — в окно пролазит.

Служанка в ответ улыбнулась, она и без указаний догадалась, что её господин хочет быть с гостьей вдвоём.

— Дорогая Мона, тебе тоже будет здесь не интересно, — сказала госпожа Тень.

Её реплика вызвала у попаданца ещё больший интерес. Ведь Вика знала, как сильно он дверяет молодой женщине, и всё же не хочет сообщать свою новость при ней. Неужели кто-то из смотрителей вернулся?

Вика, словно бы испытывая его терпение, вначале торжественно вручила ему подарки, затем выслушала его благодарность и только после этого огорошила известием о существовании в Таларее ещё одного их соотечественника и возможно не единственного. Её версия появления в этом мире Николая, так он представился, показалась Олегу не очень убедительной, но предложить свой вариант он пока не мог.

— О том, что я его землячка он не догадался и вряд ли без моей намеренной подсказки догадается, — Вика ничего не ела, а только пила мелкими глотками чай с лаймом, — А вот сопоставить случившееся в Лирене с разговорами в имении Юнты и понять, что его спасительница не кто иная, как госпожа Тень, он вполне может. Николай не глуп, к тому же математик.

— Имение Юнты?

— Ну, да. А куда ещё мне было его девать? Пока мы не решим, как быть с ним дальше, я не хотела приближать его к себе. И предоставить земляка самому себе, после того как в последний миг спасла его от пыток и казни, не решилась. Да, он теперь не голодранец, но мало ли во что может влипнуть? Вот и порекомендавала его начальнику охраны своей бывшей служанки. Я тебе не говорила, но Юнта беременна от даторского короля, уже третий месяц будущего наследника престола носит. Рядом со столицей в группе наёмников, начальник которых понимает, чьим протеже Коля является, ему ничего не грозит. Кстати, как только мы покинули Лейнгард, соотечественник предпочёл вернуть себе прежнее имя. Это для нас, что Коля, что Николай одно и то же.

Олег, слушая подругу, снова и снова прокручивал в голове услышанную историю спасения земляка и обстоятельства его жизни в Таларее.

— Каким тебе человеком показался Николай? — спросил он.

— Сложно сказать, Олег. Честно. Я ведь не психолог, и наше знакомство было не очень продолжительным. К тому же, я осторожничала с вопросами, сам понимаешь, не хотела себя раскрыть. Да ещё и эмоционально сложно выносить оценку, когда жалость накрыла. Он ведь попал в ситуацию не сильно легче той, что была у прежних хозяев наших тел. Полурабское батрачество, солдатчина, бродяжничество, побои, скверная и скудная еда и ни малейшей возможности хоть что-то в такой участи поменять. Мы ведь его не бросим?

— Зачем спрашиваешь, Вик? Конечно нет, — искренне ответил Олег, — Только вот подумать над этой ситуацией нам с тобой действительно надо будет серьёзно. Торопиться с принятием окончательного решения точно не стоит.

Глава 20

Была его очередь стоять в карауле возле ворот имения, и Николай расхаживал вдоль них, ногой откидывая слипшиеся и высохшие комочки грязи. Дожди теперь шли редко и можно было наслаждаться солнышком, подставляя под его лучи своё лицо, наконец-то, как он видел утром в небольшом, но настоящем стеклянном зеркале, вернувшее себе из серого нормальный розоватый цвет.

За деревьями уже несколько минут слышался цокот копыт, и вот появился верхом на хорошем коне Гу Рив.

— Коля, не спишь? — оскалился он, — Приведи себя в порядок. Хозяйка уже скоро будет. А кто второй?

— Добл. Он отлучился, — землянин посмотрел во двор, но среди тех, кто там занимался делами, напарника не заметил, — Поторопи его, как увидишь.

Николай распахнул одну створку ворот, пропустил прибышего с известием товарища и сразу же закрыл, отойдя к калитке. Засунул было руку в карман, в котором у него лежали орехи, однако тут же вытащил — увидит десятник, что он грыз арахис, не поздоровится. Хоть наёмники и не обычная солдатня, а всё же и здесь можно нарваться на побои. Шелуху от ранее съеденных орехов попаданец уже прикопал сапогом.

Прошло больше двадцати дней от той удивительной встречи Николая с лейтенантом-магиней, спасшей его от пыток и, если не от смерти, то от увечий. Впервые в этом ненавистном мире ему тогда повезло. Очень и очень сильно повезло. Его судьба изменилась кардинально. Можно сказать, он оказался в нужное время в нужном месте. Вике требовался временный напарник, и она нашла его в лице простого парня, несправедливо оклеветанного.

Когда надобность в нём у лейтенанта-магини отпала, она не ограничилась скромным вознаграждением, а ещё и помогла найти работу, пристроив его в отряд наёмников знакомого ей капитана Уттона, командовавшего охраной госпожи Юнты, не титульной, но очень богатой и влиятельной особе, любовнице даторского короля.

Землянин всё ещё не мог привыкнуть к своему изменившемуся статусу. Совсем недавно он перестал хотеть съедать всё, что оказывалось перед ним на столе, словно бы как тот верблюд стремясь наесться впрок. Нет, понятно, что своё желание он скрывал от новых товарищей, чтобы не вызвать насмешек и подозрений с их стороны, но это ему было нелегко.

Когда капитан проверял умения Николая во владении мечом, то попаданец к своему собственному удивлению показал очень хорошие результаты — он ловко парировал выпады офицера и оказывался чуть быстрее него. Видимо, у Вики имелся отличный педагогический дар, и в той школе на Земле, где Николай Верищев когда-то преподавал алгебру и геометрию, вполне могла бы быть успешным завучем по внеклассной работе и учителем физкультуры.

А может это у него талант, задавался вопросом землянин? Тогда он зря упустил много времени в королевском войске. За годы его там пребывания можно было стать настоящим мастером-мечником. Впрочем, данная мысль вызывала у Верищева сомнения. В той обстановке, которая царила в армии Лейнгарда, главным было не высовываться. Николай это вовремя понял, потому и выжил, и даже палки получал всего дважды за всю службу. Начни он тогда тренироваться, привлёк бы ненужное внимание, что могло плохо кончится.

К воротам со стороны прачечной прибежала молодая рабыня.

— Коля, я тебе сюрко постирала и погладила, — глаза девушки смотрели на землянина с лаской, — Замени.

— Зачем, Гана? — улыбнулся Николай, — У меня и это ещё чистое.

— Да ты что? Знаешь, как хозяйка не любит даже малейшей неряшливости? А у тебя сзади складки намяты. Ты прямо в одежде спал?

— Гана, ну-ка беги отсюда, — громко низким голосом скомандовал появившийся Добл, — Я вовремя, — констатировал он, кивнув в сторону деревьев, за которыми уже мелькали паланкин и десяток охранников.

Рабыня тоже увидела приближение процессии и, ойкнув, упорхнула в сторону вспомогательных построек.

Проводив девушку взглядом, землянин уступил место у калитки напарнику, а сам встал по центру ворот.

Только что к нему подбегало очередное подтверждение его изменившегося общественного статуса. С момента попадания в проклятую Таларею Николай долгих восемь с лишним лет не знал женских ласк. Рабыни были ему недоступны, свободные обеспеченные женщины им брезговали, а нищенками пренебрегал он сам. Как бы низко он здесь ни пал в своём жалком положении, но преодолеть в себе брезгливость к давно не мытым и дурно пахнущим телам никак не мог.

Сейчас же, понятно, всё изменилось.

— Ты уснул, что ли? — одной половиной рта прошипел Добл.

Верищев вынырнул из раздумий и споро распахнул створки въезда. Спасибо напарнику, до паланкина с эскортом оставалось меньше двух десятков шагов.

К счастью, на его оплошность, как и на чуть помятое сзади сюрко, никто внимания не обратил — госпожа Юнта находилась за задёрнутыми занавесками из плотного шёлка, а десятник Ногир отвлёкся на одного из своих подчинённых.

Попаданец закрывал ворота, когда из носилок при помощи своего управляющего и лакея вышла владелица имения. Молодая женщина была очень красива, почти как Вика. Николай отмечал этот факт достаточно равнодушно. Для него обе молодые женщины представляли примерно такой же интерес, как в прошлой жизни красотки с обложек глянцевых журналов. Первая являлась любовницей короля и будущей вскоре баронессой, а у второй, при первой же попытке землянина допустить фривольность в глазах появился такой ледяной, вымораживающий холод, что он оставил любую мысль иметь с нею отношения большие, чем просто деловые и приятельские.

— Ох, Семеро! Шенир! — вдруг высоким голосом обратилась хозяйка к управляющему, посмотрев на шеренгу выстроившихся к её приезду слуг, — Ты почему мне не напомнил про этого идиота? — она махнула рукой на кого-то слева в строю, — Я забыла, и ты молчишь?

Когда Юнта злилась, тон её речи становился высоким, визгливым и противным.

— Да я ...

— Да, ты, — топнула ногой хозяйка и положила левую руку себе на живот — там ещё толком-то ничего и не выступало, но ей нравилось выглядеть чуть беспомощной, — Наша великая госпожа распорядилась насчёт него. Помнишь? Дурака надо было либо прибить, либо отпустить на волю. Ещё в начале зимы.

— Так какие проблемы, хозяйка? — управляющий подошёл от ступеней подъезда ближе, — Прикажи, и я его удавлю прямо сейчас.

— А есть за что, Шенир? — Юнта поморщилась и позвала: — Эй, галерный — как там тебя? — иди сюда.

Из строя выбежал высокий, сутуловатый парень в холщовых рубахе и штанах и упал на колени в двух шагах перед хозяйкой.

— И что мне с тобой делать, свинья? Ну-ка напомни мне, почему ты решился вызвать гнев повелительницы Вики, и с чего вдруг госпожа Тень решила дать тебе возможность начать новую жизнь? Чего молчишь? Языка я тебя не лишала. Говори!

Парень дёрнулся было поднять голову, но не решился. В кладбищенской тишине, повисшей в обширном дворе имения — даже лошади перестали всхрапывать — послышался его глухой, надтреснутый голос:

— Я, я уже толком не помню ничего, хозяйка. Того восемнадцатилетнего оболтуса, который издевался над бедными простолюдинками и унижал их, его давно не стало. Зачем он это делал? — раб склонился ещё ниже, — Клянусь, хозяйка, уже не ведаю. Он во мне умер через год махания веслом. Почему великая магиня вдруг вспомнила о нём, я тоже не знаю. И что делать со мной дальше, мне всё равно. Умертвите или отпустите — я с радостью приму хоть то, хоть другое.

Госпожа Юнта, по прежнему держа одну руку на животе, второй, склонившись, взяла раба за подбородок, подняла ему голову и посмотрела в лицо.

— Говорить складно ты не разучился, — усмехнулась она, — Сразу видно образованного. Да, Шенир? — обернулась хозяйка к управляющему и отпустив парня, направилась к лестнице, на ходу давая указания, — Принесёшь мне королевский бланк. Напишу дураку вольную, новое имя сама ему придумаю, раз прежний, говорит, подох. Выдай приличную одежду и деньги. Эй, — наступив на первую ступеньку, она вновь посмотрела на теперь уже бывшего раба, — Иди мойся, и чтобы через гонг тебя здесь не было.

Когда госпожа Юнта скрылась в особняке, один из надзирателей, распустив строй обслуги, подошёл к парню, потряс его за плечо и потом повёл в сторону общей для рабов и наёмников мыльни, в которой Николай три дня назад близко познакомился с Ганой.

Сейчас в голове землянина набатом зазвучала безумная мысль: госпожа Тень и его спасительница — не один ли человек? Про легендарную могущественную магиню он конечно же слышал и раньше, просто совпадения имён в этом мире случались часто, и до сегодняшнего дня ему бы и в голову не пришло, что лейтенант-магиня является той самой повелительницей Ордена.

Неужели случайность, что и владелица имения лично знает Вику, госпожу Тень, и сюда его пристроила тоже Вика?

Если его догадка верна, то получает объяснение та странность, когда оба офицера отряда — капитан и лейтенант, его заместитель — а также все четверо десятников проявляют к наёмнику Коле сверхлояльное отношение, ранее списываемое им на поблажки новичку. И даже Юнта, любящая устраивать разнос всем подряд по любому поводу, старательно избегала смотреть в сторону новичка.

Может это просто совпадение, подумал Верищев, и он зря так возбудился? Вряд ли. Особенно, если вспомнить произошедшую в Лирене резню. И странное, загадочное поведение напарницы тогда. Понятно, Николай в те дни пребывал в слишком большом смятении чувств из-за произошедших в его судьбе резких изменений и мало что замечал. Но теперь многое вспомнилось.

Если Вика действительно та самая величайшая магиня, то планы землянина о своём возвышении в этом жутком мире с помощью имевшихся в голове знаний имеют все шансы на успех. Надо просто вернуть к себе внимание госпожи Тень. Найти её. Убедить в том, что он может оказаться ей гораздо полезней, чем она подумала, когда спасала его от стражи. Зря он не был более убедителен во время их бесед, рассказывая про своё прошлое.

— Ворота так и будут нараспашку? — насмешливо спросил Добл, — Да что с тобой сегодня? Два гонга до смены осталось. И отоспишься.

— Всё нормально, — ответил Николай, сводя створки и накидывая запор, — Посплю ночью. Сегодня лучше в "Вепря" схожу. Развеюсь немного.

Помимо одного выходного раз в десять дней наёмники имели право покидать имение до полуночи после смены с дежурства, которая происходила в полдень. В караул на сутки, как и остальные его рядовые сослуживцы, попаданец заступал раз в четыре дня, так что, возможности проводить время в увеселительных заведениях было вполне достаточно.

До Милонега, столицы королевства Датор, идти тут пару часов неспешным шагом, но наёмники предпочитали ноги не ломать, а выбирали один из ближайших постоялых дворов. До одного из них меньше трети гонга добираться, а если пойти к южному тракту, то выйдет чуть подальше.

— Как хочешь, — пожал плечами напарник, — А я лучше отдохну.

Николай ничего не ответил, вновь вернувшись к прерванным размышлениям.

Чтобы при следующей встрече с Викой — а он твёрдо решил её добиться — ему не мямлить, быть убедительным и суметь доходчиво объяснить свою пользу, необходимо будущую беседу тщательно подготовить. Но сначала надо всё же окончательно убедиться в правоте своей версии о том, что он действительно имел дело с легендой Алернии. И помочь ему в этом может только что отпущенный на свободу раб. Тот ведь лично знает госпожу Тень, судя по разговору между ним и его хозяйкой.

Обратиться с таким вопросом напрямую к госпоже Юнте или капитану — ещё один вариант. Землянин оставил его на самый крайний случай.

Впрочем, даже если он ошибается, то ничего старшного в этом нет. В конце концов, он теперь может и сам устраивать свою судьбу. Контракт с капитаном Уттоном Коля заключил на полгода, и может его продлить, а захочет — найдёт себе другого нанимателя. В отличие от солдат, наёмники получали вполне приличные деньги, достаточные, чтобы за десять лет скопить себе на домик в городе и открыть небольшую лавку.

Жаль только, что его знания в основном теоретические, с грустью осознал Николай, когда начал в уме перебирать возможные новинки, которые бы он мог предложить этому миру. Состав пороха? Кому он здесь нужен, когда маги могут сжигать Пламенем целые отряды? Самогон и прочее, что приносили в выдуманные миры книжные попаданцы? Так здесь недавно кто-то уже додумался до перегонки. А что ещё? Законы Ньютона? Не только математику, но и физику он знал отлично. Так что, предложить госпоже Тень открыть законы Кулона для замкнутой или разомнкутой цепей? Закон Ома?

Землянин грустно усмехнулся. Тут даже точных средств измерений нет. Как без минут и секунд определить ускорение? А силу, что есть произведение массы на ускорение? А давление, как силу делённую на площадь?

— Спокойный денёк предстоит, — рассмеялся напарник, когда из окон господской спальни разнеслись крики наслаждения, — Столбу для наказаний сегодня быть пустым. Спорим?

Владелица имения была блудливой как кошка. Её благосклонностью пользовались и оба офицера отряда, и управляющий, и часто по очереди навещающие особняк дворцовые сановники Фелис и Никар.

О происходившем в комнатах хозяйки никто из обслуги особо не сплетничал. Госпожа Юнта получала удовольствие слишком громко и бурно, что и так всем всё было понятно.

В прежней жизни Николай подобных неразборчивых девиц презирал, а здесь относился равнодушно. Тем более, что после особо шумных криков хозяйка долго не показывалась во дворе, пребывала в хорошем настроении и не тиранила окружающих. Это король пусть переживает по поводу морального облика своей возлюбленной, а вчерашнему вечно голодному оборванцу нет до этого никакого дела.

— Действительно, — согласился землянин и отшутился: — Хоть не ходи никуда, оставайся в этом королевстве спокойствия и доброты.

Отпущенный на свободу парень подошёл к выходу из имения за гонг до смены Николая с дежурства. Бывший раб был теперь одет как вполне обеспеченный горожанин, разве что на кожаные сапоги ему управляющий пожадничал — на ногах вольноотпущенника сидели деревянные башмаки. Зато на поясе висел кинжал в потёртых ножнах, а через плечо — небольшая дорожная сумка.

— Подожди, — окликнул парня землянин, когда тот отошёл от ворот на несколько шагов.

Бывший невольник остановился и обернулся. На лице его не проступало никаких эмоций.

— Да.

— Мне нужно будет с тобой поговорить.

— Зачем?

— Ну, скажем так, я хочу побольше узнать про Вьеж. Ты же оттуда родом? Посидим в "Вепре", я угощаю.

Парень скинул с плеча сумку, раскрыл её, извлёк кошель и посмотрел его содержимое. Внушительный мешочек был забит серебром.

— Кажется, я и сам могу всю дорогу всех угощать, — слабо улыбнулся он, — А хотя, да, давай посидим. Мне нужно напиться. Или нет? А где тот "Вепрь"?

— Так иди по дороге. Скоро увидишь. Жди, я через гонг к тебе присоединюсь.

Когда бывший раб скрылся за деревьями, Добл спросил:

— Зачем он тебе?

— Ты же спать собрался, — усмехнулся Николай, — А он всё же какая-то компания. Да и интересно мне, если честно, что за история с ним приключилась.

Напарник оглянулся и подошёл к землянину вплотную.

— Коля, ты неплохой парень, — положил он руку попаданцу на локоть, — Не жадный, не злой, не обидчивый, и десятникам на прегрешения товарищей не доносишь. Послушай моего совета, не суй свои уши туда, где речь идёт о госпоже Тень. Можешь их лишиться.

— Да я же ничего не замышляю. Просто поболтаем и разойдёмся.

— Смотри сам. Я тебя предупредил.

Разумеется, предупреждению Николай не внял и сменившись с дежурства направился на постоялый двор.

В "Вепре" остановились сразу два обоза, и в нём было многолюдно.

Парня он застал за столиком возле окна в компании пятерых возчиков, уже прилично упившихся.

— Давай хоть познакомимся, — предложил землянин, присаживаясь напротив бывшего раба, — Я Коля.

Караванщики спорили о причинах падежа одного из волов и на соседей по столу внимания не обращали. Перед вьежцем стояла еда, но он к ней не притрагивался, налегая на эль, которого, похоже, успел принять не одну кружку.

В отличие от свободных бродяг, каким недавно был Николай, рабы из обслуги, как правило, не голодали. Питались хоть и объедками, но сытно, так что, равнодушие вольноотпущенника к стоявшей перед ним снеди было понятно. Как и причины для потребления местного пива — соскучился.

Новый знакомый нахмурился, опять полез в сумку, извлёк оттуда свиток и прочитал:

— Юнит, — на губах у него промелькнула слабая улыбка, — Действительно, Юнит. Хозяйка так подшутила, дав мне имя созвучное своему?

— Наверное. Может вина закажем?

К землянину уже спешили сразу две разносчицы. Обе уже успели очень близко познакомиться с молодым наёмником. Они ещё не знали, что у их клиента появилась Гана, пусть и не такая симпатичная рабыня как они, зато предоставляющая свои ласки бесплатно, а Николай решил с сегодняшнего дня деньги экономить, они ему могут пригодиться и для поисков Вики, и для реализации каких-нибудь прогрессорских задумок. Это пока ему в голову ничего толкового не приходит, а вскоре он что-то и сообразит.

Почти не притрагивавшийся к закускам Юнит быстро захмелел. Когда землянину надоело выслушивать неинтересные подробности о жизни в крупнейшем порте континента, он наконец спросил о самом для него главном.

— Скажи, я ведь слышал, что ты сталкивался в прошлом с госпожой Викой. Как она выглядит?

Парень хрипло засмеялся и откинулся назад, едва не упав с лавки. Спасла его спина сидевшей сзади дородной красивой купчихи. Та тоже была навеселе и скандал поднимать не стала. Наоборот, предложила наёмнику с приятелем пересесть к ней и её помощникам и помощнице. Николай пообещал присоединиться чуть позже, у него сейчас деловой разговор.

— Как говоришь, выглядит? — переспросил Юнит, — Я сразу догадался, что тебя не Вьеж интересует. Хочешь сменить службу? И зря.

— А всё-таки?

— Я, я знал её как Неру. Нет, Нелу. Или Неллу. Да, точно, Неллу. Теперь она Вика. Какая она? Красивая. Очень. Сильная. Держись от неё подальше, Коля. Она совсем не знает меры. Ни в милости. Ни в жестокости. Какой стороной она к тебе обернётся? Уверен, что хорошей?

— Не уверен. Но ты опиши мне её лицо.

Бывший раб хмыкнул и поднял глаза вверх, словно собрался молиться.

Несмотря на то, что у Юнита язык уже сильно заплетался, через пять минут Николай уже твёрдо знал — спасшая в Лирене оборванца Колю лейтенант-магиня Вика действительно и есть та самая госпожа Тень.

— Спасибо тебе, друг, — поблагодарил землянин собеседника, — Скатертью тебе дорога до самого Вьежа. Пошли с соседками знакомиться?

Глава 21

Дожди ещё случались, но весна просушила дороги на юге Тарпеции. Две вооружённые лавины всё же сошлись, и одна смела другую.

Полководец Божественной объединил свой экспедиционный корпус численностью более шестнадцати тысяч вояк с более чем десятитысячной армией Геронии, к которой присоединились вассальные дружины королевства, о количестве которых достоверной информации не имелось, провёл это союзное войско к Срединному ущелью Отана, где устроил двадцатитысячному восточному крылу валанийской армии мастерскую ловушку.

Бронзовокожие в подготовленный капкан попались и наголову разгромили хадонцев с геронийцами. Яростный напор южных гостей сломал более многочисленного врага, не сумевшего преодолеть неразбериху в своих рядах.

Отличились геронийские феодальные дружины, вместо нападения на кавалерийские полки парсанцев лихо врубившиеся в обоз хадонского войска, перепутав его с вражеским.

Недоразумение быстро прояснилось, противники легко различали друг друга не только по обмундированию или сюрко и знамёнам, но и по цвету кожи, однако правая фаланга войска императрицы, услышав в тылу шум, развернулась и направилась отражать атаку, при этом освободив проход вдоль северного отрога четырёхтысячному отряду валанийцев, который и ударил по штабу союзников, разрушив им управление войсками.

— Я составил схему этой долгой трёхдневной битвы, — сказал Агрий, находившийся вместе с графом ри Неровом позади Олега, рассматривавшего Тиголь, крупный город Аргона, с высоты стены герцогского замка, до сих пор не перестроенного во дворец и представлявшего мощную твердыню, — Жаль, что рисовал я только на основе докладов моих ребят и со слов участников сражения, которые часто противоречат друг другу. Был бы там в это время дирижабль, то сверху ...

— Да, какая жизнь без аэростатов? — согласился император и обернулся к генералам, — По потерям обеих сторон, как я понимаю, ясности тоже нет. Пошли, на башню ещё поднимемся. Лешик, спасибо Агрию, мы знаем, что посланник от Божественной к нам выехал, чтобы передать её согласие на наши предложения. Деваться прекрасной Агнии теперь некуда. Кстати, она почему-то в этот раз не Орро к нам послала, а какого-то графа. Маркиз вышел из доверия?

Все трое прошли в распахнутую толстую дубовую дверь и принялись подниматься по винтовой каменной лестнице на верхнюю площадку.

— Вряд ли, — ответил Лешик, — Ни Ловен слишком дорог Агнии, чтобы она проявляла свои капризы в отношении него. Просто, доставить её капитуляцию может любой.

— Слово-то какое — капитуляция. Нехорошее и неприменимое в отношениях между добрыми друзьями и союзниками, — Олег первым оказался наверху, где вместе с дружинником герцога ре Тиголя нёс службу и псковский пехотинец, — Чтобы хадонская правительница не стала мыслить такими же категориями и не таила на нас обиду, надо её будет немного умаслить.

— Это как, шеф? — Лешик рукой дал знак бойцам, чтобы те отошли подальше и с интересом посмотрел на государя.

— А вот так, граф. Просто. Отправим к ней нашу герцогессу Олу. Для знакомства и получения ею одобрения Божественной на корону Северной Геронии. Отправим морем через Растин. Быстрее получится. С чем ты не согласен?

— Ре Литоль уже герцогиня, мой повелитель, — напомнил Лешик, — И отправлять морем твою ставленницу, когда оно всё кишит флотами валанийских государств, немного рискованно.

— Да нет никакого риска, — пояснил землянин, — Мы ведь её не на растинский корабль посадим, а на какой-нибудь цернский. Эти пройдохи и вашим, и нашим содействуют. Их суда даже не досматривают. К тому же, у Олы на лбу не написано, что она моя протеже. Так что, давай сегодня же отправляй за ней людей. Пусть покажется Агнии. Императрица оценит.

— Будущую королеву там не перетянут на свою сторону? — выразил сомнение всегда осторожный Агрий.

— Пусть попробуют, — усмехнулся Олег, — Мне даже интересно, что у них получится. Ладно. Что у нас по заброшенным порталам?

Идею Вики насчёт основания псковских факторий в отдалённых частях мира он решил реализовать, но подошёл к этому делу крайне осторожно. Олег прочитал все доклады поисковых групп, и отобрал для завладения только те площадки пространственного перемещения, которые не вызовут интереса у соседей в ближайшие годы, а может и десятилетия. Причём, количество захваченных им удалённых порталов составило всего пять. По одному на каждом континенте, включая Тарпецию, в её северо-западной пустоши на берегу океана.

Главным успехом сводных поисковых отрядов явилась найденная по подсказке Вьежского географического общества на малом материке Гретвире площадка, располагавшаяся посреди густых лесов каучуковых деревьев. Резины императору вскоре потребуется много, а поиски технологий её алхимической вулканизации пока успеха не принесли.

В дальнейшем попаданец планировал сильно расширить каучуковые плантации. Магия Плодородия и наличие в империи достаточного количества всякого рода бродяг и преступников обещали высокую производительность таких агропредприятий. Дикарей в том сверхвлажном, гиблом краю обнаружено не было, так что, и с охраной сложности не возникнет. Нападать некому, а кандальникам бежать некуда.

— Гарнизоны я туда отправил. Пока небольшие. Пусть обустраиваются. Я так понял, что и королева Уля поможет с возведением защитных сооружений?

— Поможет, — подтвердил Олег, вчера по прилёту сменивший сестру в Тиголе, — Как я и предполагал, период её светской жизни отменился, едва начавшись. Впрочем, свою роль он уже сыграл.

Кажется, Уля всё-таки нашла своё личное счастье в дружбе с алернийским виконтом, магистром дипломатии Ордена. Как долго оно продлится, сказать было сложно, но в данный момент попаданец мог лишь радоваться за буквально светившуюся изнутри сестрёнку.

Дебор посещал дворы Тарпеции для решения вопросов развития орденских сетей лечебных и учебных учреждений. При этом использовал любую возможность в промежутках между своими путешествиями для встреч с королевой Саарона.

— Да я же не балы имел в виду, — уточнил граф ри Неров, когда они начали спускаться во двор замка, — Ты её к Ковину не пошлёшь?

— Зачем? Он и так замечательно справляется со своими задачами. Улю я отправил на помощь Гелле. При возможности окажет содействие и нашим портальным форпостам.

Просохшие дороги позволили в полной мере реализовать преимущества псковской армии в её высокой подвижности и маневренности, дополнившими хорошо поставленное ведение разведки, продуманные системы связи и управления, боевую выучку, оптимальную штатную структуру и конечно же превосходство в вооружении. Всё это обеспечило череду успешных для псковитян сражений на северном и южном фронтах.

Маршал Торм дважды разгромил руанцев и сейчас осаждал свою будущую столицу. По его последнему докладу Олег понял, что падение Руанска вопрос трёх-четырёх недель, и затем западная армия двинется на территоиию Линерии.

Ещё более удачно для Пскова шли боевые действия в Синезии и Адистинии. Получив подкрепления из восьми полков ландвера и усилив свою артиллерию пушками, направленными ему государем, Ковин догадался привлечь к разгрому врага корабли Ирменьской военной флотилии.

Объединённое войско оросских легионеров, наёмников и полков короля Фигаро генерал маневрированием вынудил прижаться к главной реке континента, а затем атаковал не только с суши, но и с воды, что явилось для противника полной неожиданностью.

Перед отправкой из Пскова в Тиголь Олег получил от Ковина рапорт, что старик Джеб вернулся в свою столицу, откуда в спешке бежал оросский гарнизон и синезийские коллаборанты, а король Фигаро, наоборот, стольный Адис оставил, направившись с остатками разгромленных войск на запад в Трёхгорье, королевство, которым правил его зять. Наверняка тёзка героя великого Бомарше теперь жалел, что позволил своей обиде восторжествовать над разумом и осторожностью.

Добивать этого монарха и лишать трона попаданец не собирался. Гортензия уже отправила одного хитроумного баронета из своего ведомства в Трёхгорье для начала сепаратных, тайных переговоров с королём Адистинии.

Император не умалял полководческие таланты Торма и Ковина, однако без ложной скромности отмечал и свои заслуги. Легко быть стратегом не только тогда, когда видишь бой со стороны, но и когда за твоими плечами стоит прекрасная армия.

На выходе из башни, почти у дверей, императора встретил герцог ре Тиголь.

— Ещё одно послание от моего сюзерена, — сообщил он, — Ему срочно нужна помощь. Гонец привёз и письмо от моего младшего сына. В Лиерской провинции ситуация в самом деле критическая.

Оба отпрыска герцога командовали полками в войске Сертина Третьего, поэтому местный владетель переживал за происходящее и как верный королевский вассал, и как отец.

— А для чего я, по-твоему, сюда прибыл? — подбодрил Олег герцога, — Мы завтра утром выступаем. Так что, готовь прощальный пир. Я к маршалу. Вечером вернусь, да не один. Нирма, — позвал он свою верную охранницу, — где наши кони? Отправляемся к Чеку.

И так достаточно многолюдный Тиголь был заполнен беженцами. Цены на аренду жилья взлетели до небес. Даже лежанка на чердаке или в подвале сдавалась по пять-десять солигров за ночь.

Чтобы не усугублять ситуацию в городе союзника, Чек разместил здесь только один пехотный батальон — роту и кавалерийский взвод в замке владетеля, а две роты в башнях и караулках у городских стен. Войско же находилось неподалёку, в лагерях вдоль реки Гобь.

Горожане встречали выехавшую из герцогского замка кавалькаду императора почтительными поклонами и приветливыми улыбками. Понимали, кому они обязаны защитой от валанийцев. Однако, когда Олег с генералами и ниндзями миновал ратушную площадь, взоры людей переместились с лицезрения псковского государя наверх, где под кучерявыми редкими облаками показались пять дирижаблей.

— Красиво как летят, — прокомментировал Агрий.

— Как журавли, — согласился Олег.

Пять аэростатов, которых теперь в воздушном флоте попаданца насчитывалось семь, не считая личных судов императорского и королевы Саарона, сейчас возвращались с очередной, третьей по счёту, бомбардировки аргонской портальной площадки и её окрестностей.

Атаки с воздуха носили больше психологический эффект, чем приносили практическую пользу. Гибель нескольких десятков, иногда пары сотен, солдат и обозников противника, уничтожение фургонов с припасами на фоне постоянно идущего через порталы и морем пополнения и снабжения сколько-нибудь заметного ущерба врагу не наносили. И всё же Олег жалел, что его запас бомб так быстро закончился.

Отсутствие достаточного количества производственных мощностей, мастеровых и ремесленных кадров сейчас ощущалось наиболее остро. Попаданцу постоянно приходилось перебрасывать людей с одного направления работ на другое, а некоторые изыскания и производства пока вовсе потребовалось приостановить. Так созданный опытный экземпляр двухцилиндрового двигателя под первый в этом мире автомобиль остался ждать своего часа, накрытый брезентом.

Не легче обстояло дело и с новинками в военной области. Создание реактивных систем залпового огня вроде бы само напрашивалось. Китайцы ещё в средние века использовали порох в ракетах раньше, чем в пушках. Олег же с грустью отложил разработку и изготовление этого оружия на долгий срок. Всё-таки производить ракеты — это не ядра лить, а их расход в бою слишком большой. Была бы у него возможность делать и то, и то, вопросов бы не возникало, вот только ему приходится выбирать.

Попаданец утешал себя тем, что после завершения нынешнего военного времени ему удастся установить несколько, хотя бы пару-тройку, десятков лет мира. За этот период у него появится массовое серийное производство, и следующих врагов он попотчует если не "Градами" и "Смерчами", то хотя бы "Катюшами".

— И в этот раз атаки валанийских магов успеха им не принесли, — Агрий приложил к глазам ладонь козырьком, чтобы солнце не ослепляло, — Амулеты Ордена Тени всё же работают надёжно.

— А ты сомневался? — хмыкнул император.

— Ох, генерал, по лезвию клинка ходишь, — предупредил соратника Лешик, — Когда дело касается великой и прекрасной госпожи Вики, возможны только восторги, но никак не сомнения. Я ведь прав, шеф?

— За что я тебя всегда ценю, граф, так это за твоё понимание сути любого вопроса, — согласился Олег, — Действительно, восхищаться госпожой Тенью не возбраняется. Только, смотри, не переусердствуй. Как бы она не расценила твоё подхалимство как сарказм.

Засмотревшиеся в небо горожане не сразу стали замечать ехавшую по улочкам кавалькаду, и Нирме с ниндзями пришлось поработать голосовыми связками и хлыстами, чтобы расчищать дорогу. Наконец показались городские ворота, и Олег приказал ускорить движение.

Командующий армией расположился с относительным комфортом в доме старосты вольного поселения. Император застал у него помимо штабных офицеров всех командиров полков и бригад — Чек как раз проводил расширенное совещание.

— Завтра утром выступаем, — сообщил командованию Олег, не став долго сохранять интригу, — У вас всё готово?

— Давно! — облегчённо улыбнулся старый друг.

Стоявшие за ним офицеры в этот момент напоминали разгорячённых перед скачками коней, разве что ногами не стучали об пол. Наступил момент, которого они так долго ждали.

— Действуем в соответствии с планом номер два. То есть, направление главного удара — столица Аргона, отвлекающий — на Лиер, в тыл парсанцев, зажимающих Сертина.

— Хадонцы смирились? — засмеялся Чек, — Прислали гонца?

— Посол Агнии ещё в пути, прибудет только дня через три, но благодаря ребятам генерала Агрия, кальвадосу и медовой ловушке содержание письма от Божественной мне уже известно. А лично прочитаю на марше. Собственно, это всё, что я хотел вам сегодня сказать. Да, батальон мушкетёров пусть идёт с артиллерийским дивизионом, сразу за егерями и инженерами.

Распорядившись выдать всем солдатам на ужин двойную порцию вина, попаданец передал приглашение хозяина здешней провинции всем старшим офицерам принять участие в пире. Сам Олег с удовольствием бы от участия в этом мероприятии отказался. Если супруга герцога была спокойной милой женщиной, хоть и любившей колотить слуг даже при гостях, то вот его дочь — страшненькой, но очень активной.

Семнадцатилетняя герцогесса вчера и сегодня с самого утра использовала любую возможность, чтобы мозолить глаза великому императору, не смущаясь небрежно расходящихся золотых завязок платья на своей тощей груди.

— Если ты не против, шеф, позволь, я займусь Яридой, — граф ри Неров по мимолетной гримасе государя верно угадал, о ком тот подумал.

Неразборчивость приятеля к противоположному полу Олега удивляла. Иметь в жёнах красавицу Прилу и заглядываться на всяких, мягко говоря, странных особ — это выглядело нелепо. Попаданцу даже приходило в голову сравнение с собакой Сани Суханова, его приятеля в прошлой, земной, жизни. Породистая колли, с хорошей родословной, как бы и чем её не закармливали, всё время тянулась к помойкам.

— Спасибо, Лешик, — облегчённо согласился с предложением император, — Ты настоящий друг.

Пиршество, проходившее до полуночи, ничуть не помешало доблестным командирам псковской армии утром выводить свои подразделения в поход под марш "Прощание славянки", исполнявшимся духовым оркестром.

Первыми шли пятёрки ниндзей и отряды егерей, следом — инженерные подразделения, а лишь потом в строгом порядке остальное войско. Далеко впереди в небе Аргона маячили дирижабли, веером расходившиеся по разным направлением. Вечером капитаны и штурманы дополнят доклады наземной разведки.

— Ты в авангард? — уточнил у своего молодого друга-императора Чек.

— Нет, я с артиллерией и мушкетёрами, — ответил Олег, — Не ухмыляйся. Ружья себя ещё покажут, вот увидишь. А пока посмотрим, как новый род войск чувствует себя на марше.

Глава 22

Батальон мушкетёров шёл в самой правой из четырёх колонн псковской армии, двигавшихся параллельными путями в направлении Арга, столицы королевства, но предполагавшими сойтись вместе гораздо раньше, у захваченного парсанцами города Липы, где император Олег наметил первое крупное сражение с валанийскими агрессорами.

Дорога, то углублявшаяся в лес, то выводившая на ширь пастбищ и ещё не вспаханных полей, то нырявшая в рощи и перелески, была мало наезженной, заросшей зелёной весенней травой, что только радовало попаданца — не приходилось дышать пылью, поднимаемой передовыми отрядами.

На четвёртый день похода, набравшее хорошую скорость движения войско псковитян уже пересекло границы Тигольской провинции и с ходу форсировало Гуриму, не очень широкую, но илистую реку, сразу в двух местах по наведённым инженерными батальонами мостовым и понтонным переправам.

Землянин шёл рядом с бравыми мушкетёрами пешком вовсе не потому, что хотел копировать Александра Васильевича Суворова. Олегу и в самом деле нравилось почти дружеское общение со своими солдатами и офицерами. Это поднимало боевой дух армии, а император узнавал часто новое и интересное для себя. Понятно, при этом никто про статус государя не забывал, и панибратство носило односторонний характер.

— Кто первым додумался, виконт, обматывать замки промасленными тряпками? — спросил попаданец у капитана-мага, с которым только что поделился глотком синезийского вина из металлической фляжки, — Кажется, то не моя идея.

Хотя боевое охранение колонн на марше Чек организовал на отлично, требования бдительности соблюдались в полном объёме, и в каждом мушкетёрском взводе одно отделение шло с заряженными ружьями и засыпанным на полку порохом.

Олег знал простой способ предотвратить отсыревание запального заряда, а вот рассказать об этом забыл. Додумались и без его подсказки. Оставалось только порадоваться за смекалку своих людей.

Батальонный маг пожал плечами.

— Теперь уже и не скажешь, кто был первый, — он окинул взглядом шедший рядом колонной по три строй второй роты, — Само собой как-то получилось.

— Идея витала в воздухе, — кивнул своим мыслям попаданец, — Оставалось только её подхватить. Скажешь комбату, что масло в следующий раз пусть берут не у кашеваров растительное, а у побратимов-артиллеристов техническое. Те не обеднеют. Только не перепутайте бочки, — пошутил он, — и не возьмите зажигательную смесь, — в Нефтянке ученики Ринга в результате многочисленных экспериментов получили смесь, похожую по своим характеристикам на напалм, и теперь в обозе дивизиона имелось по пять полых тонкостенных ядер на орудие для зажигательных бомб. В полевом сражении такие боеприпасы может и не очень эффективны по сравнению с разрывными, зато при осаде городов и крепостей явно пригодятся, — Ладно, удачи, виконт. Мне надо встречать воздушную разведку.

Император с пятёркой ниндзей сошёл с дороги на поляну и стал ждать спуска вернувшегося от Лип дирижабля.

Капитан-маг лихо приложил ладонь к шлему и побежал догонять голову батальона, Олег проводил его взглядом.

Попаданец, обращаясь к офицеру по титулу, опускал слово "младший" перед виконтом, так было короче. А вообще, наследники маноров чаще командовали дружинами своих родителей, служба в армии — удел младших сыновей, иногда и дочерей.

Случавшиеся эпидемии, феодальные распри или участие в антигосударственных заговорах и мятежах временами выкашивали владетельные роды, и у Олега всегда имелись выморочные феоды, которыми он вознаграждал наиболее преданных и заслуженных из своих людей. Капитан-маг, составивший императору сегодня компанию, был как раз из таких. Хоть и молодой, зато достаточно сильно, выше среднего, одарённый и при этом храбрый и толковый офицер. Он и без своих ротных подчинённых лейтенант-магов мог прикрыть плотной Сферой весь батальон, и ещё хватило бы резерва на десяток-другой заклинаний.

— Государь, накиньте на себя плащ, — подошла Нирма и протянула накидку, — Дождь.

— Да какой это дождь? — обернулся Олег, — Пара капель в час. И те сейчас прекратятся.

Он посмотрел на синее небо в редких облаках, а затем перевёл взгляд на проезжавший в разрыве мушкетёрского строя артиллерийский взвод.

Последние годы попаданец возвращался к воспоминаниям о своей жизни на Земле лишь по необходимости, когда надо было своровать из своего прошлого какую-нибудь полезную идею. Однако, после встречи с Викой у него, как и в первое время его пребывания в Таларее, вновь тени прошлого возникали в сознании сами по себе.

Вот и сейчас при виде шедших на битву с врагом солдат в голове землянина вдруг зазвучала песня о подвиге псковских десантников "Высота семьсот семьдесят шесть". Вспоминая слова первого куплета, он подумал, что как-нибудь надо будет адаптировать к местным реалиям текст песни и передать слова и мотив Моцарту, пусть императорский ансамбль исполнит эту героическую композицию.

Из снизившегося к земле дирижабля выпрыгнул генерал Агрий. Начальник разведки лично летал уточнить полученные от ниндзей данные.

— Ну, что, — спросил Олег отходя с молодым графом к краю поляны, — Липы ждут освобождения?

Благодаря хорошо налаженному сбору сведений о противнике штаб армии псковитян знал и так достаточно много, вплоть до имён валанийских командиров.

Ниндзя вплотную приближались к отрядам врага и обострённым восприятием внимательно выслушивали, о чём говорили между собой их солдаты и офицеры, а иногда захватывали пленных и получали более подробную информацию.

Сведения разведчики передавали в аналитический отдел армейского штаба, где десяток толковых выпускников псковского университета, специально привлечённых Олегом для работы с информацией, обобщали данные и составляли ежедневный доклад маршалу и императору.

Агрий лишь сверил нанесённые на карте местоположения подразделений противника с целью уточнения в привязке к местности.

— Липы сожжены и разрушены, государь, — ответил начальник разведки, — Слетал не зря. Похоже, к парсанцам уже идут на соединение дыгейцы, о которых нам поведал вчерашний пленный. Я видел этот сброд в двадцати километрах южнее.

— В двадцати? А нам тут меньше семи. Не успеют, — подумал вслух попаданец, — Поехали к Чеку. План придётся немного поменять. Атакуем сходу. Суеты у парсанцев не заметил? О нашем приближении ещё не проведали?

Им подвели коней, и император с генералом вскочили в сёдла.

— Какой-то тревоги я не наблюдал, — ответил Агрий, — Но, уверен, пропажа и невозвращение их разведотрядов парсанских начальников уже насторожило. Только вряд ли они что-то успеют предпринять до того, как мы подойдём к их передовым дозорам. Тем более, валанийские крысы увлеклись грабежами и убийствами местного населения.

Последствия нашествия бронзовокожих попаданец наблюдал на всём протяжении маршрута. Сожжёные дотла деревни и поселения, разрушенный городок Шот-Марас, пепелища, изуродованные трупы людей разного пола и возраста, забитые падалью колодцы, виселицы и колья. Всё как обычно для средневековой войны, когда одной из её задач является разорение вражеских земель.

Увиденное по настоящему возмущало только псковского государя. Воины Олега не видели в поступках валанийцев чего-то особенного. Псковитяне и сами могли бы устраивать нечто подобное, не будь на то строжайшего запрета их императора. Мораль таларейцев в данную эпоху была проста в своей омерзительности.

Очень хорошо, что средневековые возможности по истреблению людей являлись весьма ограниченными. Дальновидением попаданец видел в лесах много спасшихся крестьян и горожан, успевших убежать от мародёров и даже прихватить с собой лошадей и домашнюю скотину.

Олег с сопровождающими пересёк широкое поле, аккуратно перебрался через неглубокий овраг, въехал в берёзовую лесополосу, где им приходилось двигаться постоянно пригибаясь, чтобы не задевать веток.

Чек находился с кавалерийскими полками. Появлению молодого друга он не удивился, зато обратил внимание на отсутствие Лешика, которого немного ревновал в дружеской близости к государю.

— Как это граф ри Неров лишил тебя своего общества? — поинтересовался маршал, покидая седло по примеру Олега.

— Я его ещё вчера поздно вечером отправил в Псков, — пояснил землянин, пожимая старому соратнику предплечье, — У него там дел полно. Порталы, помощь Нечаю, то, сё. А ты расстроился, что ли? Сейчас будет не до этого. Через пару километров начинай перестроение из походного в боевой порядок. Доставай карту, смотри, где там Калинник. Возле этого поселения, точнее, возле того, что от него осталось и будем разворачиваться. Сообщи начальникам.

Штаб армии находился при маршале, и уже через минуту после указания императора ординарцы погнали коней к командирам полков и бригад.

В Бирмане псковская армия насчитывала девятнадцать тысяч человек, но в Тиголе к ней присоединились ещё семь полков винорского и сааронского ландвера, обеспечив достаточную численность, чтобы развернуть наступление сразу по двум направлениям.

Впрочем, от назначенного командовать северным флангом генерала ри Крета Олег крупных побед не требовал. Граф со своей бригадой, одним кавалерийским полком и всеми резервистами должен был лишь отвлечь на себя часть валанийских сил от давления на войска короля Сертина Третьего.

Оставшимися шестнадцатью тысячами бойцов, усиленных артиллерией и большим количеством боевых магов, включая императора, самого могущественного из них, планировалось до начала лета разгромить весь восточный фланг валанийцев, основу которого составляли полки Парсанского царства, и овладеть Аргом, столицей королевства, взяв под контроль портальную площадку.

Намерения попаданца выглядели довольно самоуверенно, если учесть, что только возле города Липы сконцентрировалось свыше двадцати тысяч парсанцев и примерно четыре тысячи наёмников Эргама, города-республики на востоке Валании, но в своих возможностях Олег не сомневался. Тем более, что две трети южан сейчас находились в Отане, где в хвост и в гриву громили и самих отанцев, и их союзников хадонцев с геронийцами. Последние ещё даже не догадывались, что у половины из них вскоре править станет беглянка Ола ре Литоль.

— Ещё какие-нибудь изменения будут? — уточнил маршал.

— Нет, Чек, я бы тебе сразу сказал. Действуем в соответствии с утверждённой диспозицией. Так, ты давай командуй, я больше не вмешиваюсь. Поеду к передовым отрядам. Может удастся кого-нибудь из бронзовокожих застать врасплох, вне пределов защиты заклинаниями или амулетами и ударить чем-нибудь для них неприятным.

Надежды Олега оправдались. Когда он с ротой егерей выехал к полю предстоящего сражения, в находившемся у небольшой речки сгоревшем поселении Калинник блуждали в поисках наживы около сотни мародёров.

Скрываться уже необходимости не было, валанийцы появившегося с северо-запада противника обнаружили, и сейчас в их стане шла деятельная подготовка к выходу в боевые порядки.

Попаданец ударил по Калиннику сверху Воздушным Потоком, уничтожив всех находившихся в поселении валанийских солдат и маркитантской обслуги. Грабителей Олег не делил на вояк и некомбатантов, все по его мнению вполне заслуживали смерти.

Мародёрами он не ограничился. Хвост двигавшейся с востока колонны парсанских кавалеристов оказался не защищён заклинаниями Сферы, а это примерно треть всех бойцов, свыше двух с половиной сотен, и за эту беспечность тут же последовала расплата. Разнёсся очередной хлопок, и на месте всадников образовался густой клубок пыли.

Следом печальная участь постигла ещё четыре отряда валанийцев. За пару секунд враг потерял почти семьсот-восемьсот человек. Атаковать прикрытых магией император не стал, и так пятую часть резерва потратил. А энергия может пригодиться и в бою, и после боя на исцеление раненых.

— Вот этот холм, где мы стоим, отличное место для расположения артиллеристов, — огляделся Олег, — шагов четыреста длиной. Да, Нирма? Не меньше. Как раз весь дивизион разместится. И, считай, почти в центре боевых порядков будет. А перед склоном встанет батальон мушкетёров. И вообще, эта линия очень удобна. Маршал, думаю, оценит. Сержант, скачи к ри Вангеру, пусть дивизион сюда приведёт.

К четвёртому часу вечера оба войска выстроились напротив друг друга. Псковитяне, в отличие от своих врагов, готовились идти в бой сытыми, спасибо полевым кухням и мастерству кашеваров.

Характер местности — речка с одной стороны поля и густой лес с другой — мешал проведению фланговых обхватов, и победу предстояло добывать столкновением лоб в лоб.

— Пращники и стрелки начали выдвигаться, — прокомментировал командир мушкетёров подполковник Рез действия валанийцев.

Противник встал четырьмя фалангами — три в первой линии и одна во второй, вместе с пятью тысячами кавалеристов по обе стороны её строя. Ещё дальше, между второй линией и лагерем у валанийцев расположились несколько сотен егерей в качестве резерва.

Чек свою армию построил в три ряда батальонных каре, стоявших в шахматном порядке. Понятно, численно каждая линия псковитян вдвое уступала вражеской.

— У нас свои арбалеты и пращи имеются, — усмехнулся землянин, — Огненные.

Едва он это сказал, как раздался оглушающий залп двенадцати пушек и десяти мортир. Если мортиры послали свои разрывные ядра по высокой дуге в фаланги первой линии валанийцев, то вот пушки ударили шрапнелью.

Мастерство Олеговых бомбардиров постоянно росло, что они сейчас и доказали. Лёгкая пехота врага ещё не дошла до позиций атаки, как над нею распушились серые облачка разрывов, из которых вниз пролился дождь из стрелообразных убойных элементов, выкосивших примерно сразу треть пращников и арбалетчиков.

Маги псковитян обнаружили после залпа несколько островков, на которых вдруг перестали действовать Сферы, и ударили по оставшимся без защиты стрелкам боевыми заклинаниями.

Второй залп шрапнели пришёлся уже по убегавшей лёгкой пехоте врага, так и не сделавшей ни одного выстрела.

— Молодцы! — крикнул император своим артиллеристам.

Вряд ли пушкари могли его услышать, Олег находился между строем мушкетёров впереди и каре пехоты позади себя, но эмоционально он не смог сдержаться при виде мастерства артиллерийских наводчиков и командиров.

В прошлой жизни попаданцу довелось читать про басмачей, которые ходили в конные атаки лавой на пулемёты, перед этим чем-то там обкурившись. До окопов красноармейцев добирался едва ли только каждый четвёртый, но при этом часто одерживая победу. Олег поначалу и яростных валанийцев заподозрил в чем-то подобном, даже специальную задачу выяснить это ставил ниндзям Агрия. Те выяснили. Нет, ничем стимулирующим бронзовокожие воины не пользуются — не курят, не колят и не нюхают. Сами по себе такие темпераментные, горячие. Вино конечно пьют, ну, так и остальные вовсе не трезвенники.

— Гурр! Гурр! — раздался злобный вой, и фаланги парсанцев двинулись в атаку, набирая разбег.

— Вот теперь твоя очередь, Рез, — сказал попаданец.

Это не было приказом. Как бы у Олега ни чесалось вмешиваться в руководство сражением, он себя сдерживал. У него есть маршал, огромное количество толковых командиров и умелые, храбрые солдаты. Император им хорошо платит, награждает, заботится о них, пусть отрабатывают.

По сигналу горна три роты мушкетёров, каждая в четыре шеренги, приготовились к бою. Когда до приближавшегося врага оказалось сотня шагов, первые два ряда бойцов по команде капитанов сделали залпы и, опустившись на колено, принялись быстро перезаряжать.

Не все пули угодили в цели, не все, попав в щиты и доспехи, смогли их пробить, но останавливающий эффект летевших с большой скоростью кусков свинца оказался хорошим. Средняя фаланга парсанцев резко снизила темп шага, многие солдаты первых шеренг повалились на землю, создавая препятствия для товарищей.

Через полминуты после первого залпа выстрелили и оставшиеся две шеренги. Густевший пороховой дым мешал Олегу оценивать результаты, но увиденное внушало оптимизм. К тому же, мушкетёрам активно помогали пушкари, работавшие ядрами. Пора шрапнели прошла, а картечи сегодня не будет. Иначе орудия могли бы поразить и стоявшие впереди каре пехоты, и батальон подполковника Реза.

Ружья успели сделать по четыре выстрела, когда противник сумел приблизиться на угрожающее расстояние.

Горны протрубили атаку каре, и император с охраной, и роты мушкетёров отступили в промежутки между пошедшими вперёд батальонами до того, как те, расширяясь, образовали сплошной строй.

Олег поспешил на восточный край увала, где располагался штаб армии, и услышал за спиной громкий раскатистый скрежет столкнувшихся валанийцев и псковитян.

— Какие будут указания? — поинтересовался у друга весело скалящийся король Тарка.

Ожидаемо услышал в ответ:

— Никаких. Я тут в сторонке постою. Подышу воздухом. Правильное место выбрал, пороховую гарь в другом направлении уносит. Если и вмешаюсь, то только магией.

Попаданец смотрел, как его воины смело давят на численно превосходящего врага, не уступая бронзовокожим яростью, а мастерством владения оружия будучи на голову выше их.

Мелькнула мысль, что было бы неплохо, если бы врага вначале встречало минное поле. Конструктивно мины не так уж и сложны в изготовлении. Однако, Олег тут же представил, что это поле необходимо будет защищать Сферами, иначе вражеские маги легко сдетонируют заложенные заряды и уж по любому поймут, что участок опасен для прохода. А как потом самим псковитянам через мины атаковать? Решил, что этот вопрос требует отдельной проработки.

Невозможно долго махать мечами без передышки. Старина Чек точно почувствовал момент усталости сражающихся.

— Замена линий! — скомандовал он горнистам.

Тактика римских когорт в Таларее оказалась даже эффективней чем на когда-то была на Земле. Кроме того, что вместо отошедшей в тыл первой линии каре усталым парсанцам пришлось сражаться со свежим противником, их одарённым также предстояло продавливать Сферы магов с полными резервами. То тут, то там, псковские одарённые расширяли действие своих Сфер за счёт подавления чужих и били боевыми заклинаниями.

Аттиллеристы тем временем перенесли огонь на заднюю фалангу валанийцев и их кавалерийские отряды. Одно из ядер попало либо в мага, либо в амулет, и магическая защита над левым краем четвёртой фаланги исчезла. Император тут же этим воспользовался, ударив Цепью Молний.

— Мы ломим, ломим, гнутся шведы! — произнёс он, наблюдая ход битвы.

— Какие шведы, государь? — удивлённо спросил молодой лейтенант, адъютант начальника штаба армии.

— Обыкновенные, баронет, — улыбнулся Олег, — Я к тому, что пора пускать в бой кавалерию.

— Раз уж здесь я командую, — обернулся услышавший слова государя маршал, — То ещё рано. Посмотри на правый фланг. Или тебе за пушечным дымом не видно? Лейтенант, беги к пушкарям. Пусть перенесут огонь вправо, помогут полковнику Нервину.

Глава 23

Кавалерии так и не довелось принять участие в сражении при Липах. Псковское войско, постоянно проводившее замену сражающихся на переднем крае, начало теснить три передовые фаланги валанийцев, а пушечные ядра, летевшие в фалангу и конные отряды второй линии, несколько раз удачно попали в державших Сферы магов, благодаря чему Олегу удалось нанести пять мощнейших ударов, уничтоживших как минимум половину вражеской кавалерии и почти всю четвёртую фалангу.

Это окончательно сломило боевой дух противника, и он начал отступать, вскоре превратив отход в неорганизованное паническое бегство. Вот тут-то и наступил звёздный час для псковских конников, отправившихся в преследование врага.

Догнать и полностью уничтожить южан возможности не представлялось. Хотя отряды псковских кавалеристов и егерей имели при себе достаточно магов, знавших заклинание Поиск Жизни, одарённые не могли различать между собой врагов и скрывавшееся в лесах и оврагах огромное количество беглых горожан, поселян и крестьян. Зато преследователи сходу разгромили шедшее к Липам пополнение бронзовокожих.

— Да уж, — произнёс попаданец, осматривая переживший сильный пожар дворец герцогов ре Липы, — Какой смысл сжигать и разрушать всё вокруг?

Вопрос был риторический, ни Нирма, ни лейтенант взвода егерей, сопровождавших императора при поездке по захваченному городу отвечать не стали. Никакой пользы от уничтожения захваченного не было, но почему-то грабежи вражеских территорий сопровождались массовыми убийствами, насилием и уничтожением того, что оказывалось невозможным положить в сумки или нагрузить на телеги. Так было на Земле, не лучше обстояли дела и в Таларее.

Более того, если в феодальных войнах между соседними государствами знать предпочитала захватывать представителей своего сословия в плен для последующего денежного выкупа или выторговывания политических и территориальных уступок, то нанешняя война велась валанийцами почти на полное истребление, подобное тому, как европейцы поступали с северо-американскими индейцами или китайцы с населением побеждённых государств в эпоху Семицарствия.

— Вся владетельная семья убита, — доложил Агрий, вернувшийся из дворца, — Сам герцог, его жена и обе дочери.

— Скотство какое, — Олег оглядел заваленное неубранными, уже начавшими разлагаться трупами пространство дворцовой площади, — Зато появилось выморочное герцогство. Почему бы нашей Рите по окончанию войны не стать герцогиней ре Липы? Надо будет Сертину подсказать. Кстати, какие от неё сведения поступают?

— Послезавтра должна быть здесь.

Держать крупную военную группировку в Растине после начала активных боевых действий смысла не осталось, и бывшая винорская охотница, одна из первых соратниц землянина, теперь вела на соединение с Чеком девять полков и, главное, двухбатарейный артдивизион.

Расстояние, которое этому войску необходимо было пройти до Лип, было таким же, которое проделала армия маршала, но у Риты большую часть полков представлял фридландский ландвер, а инженерный батальон имелся всего один. Так что, соратница двигалась медленней. А ещё ей пришлось дважды давать сражения парсанскому корпусу, осаждавшему замки владетелей на западе королевства.

— Вот и отлично, что уже послезавтра, — Олег направил коня на выезд из города, — Чек как раз приведёт своих в порядок и даст отдохнуть.

Попаданец порадовался, что его магический резерв, накануне опустевший почти в ноль после сражения и исцеления раненых, за ночь полностью восстановился.

— Когда поведёте дальше в поход? — поинтересовался начальник разведки.

— Маршал поведёт. Вот как соединятся с Ритой, так и двинутся.

— А вы?

— Оставлю вас на несколько дней. Сегодня ведь уже седьмое марта, а долг платежом красен, — напонятно для Агрия объяснил Олег, улыбнувшись, — Меня ждут. И не кто-нибудь, а самая прекрасная женщина в мире.

Землянин чуть приоткрыл перед генералом завесу тайны, и тот сразу догадался, о чём идёт речь:

— Вы на Алернию, государь?

— Ну, да, — подтвердил попаданец и вернул разговор в деловое русло, — Я Дальновидением вижу достаточно много людей, скрывающихся в подвалах, развалинах и на пустырях. Удивительно, но факт. Признавать в нас избавителей, смотрю, не спешат.

Липы валанийцы оставили без боя, даже не попытавшись в городе закрепиться. Сами разрушили при штурме почти треть стен, а восстановить их времени естественно не было. Пожары уничтожили все бедняцкие кварталы города и основательно повредили районы особняков и доходных домов. Удерживать такое полупепелище представлялось весьма проблемным.

Собственно, поэтому и псковитяне в город входить не стали, отрядив в него лишь разведывательно-поисковые группы для отлова валанийских мародёров и беглецов с поля боя, пытающихся спрятаться в сильно разрушенных Липах.

— Липцы же не знают, чего ждать от нас. Вряд ли кто-то из них вообще слышал, что у нас союз с их молодым правителем.

— Знают или не знают, а город приводить в порядок пора начинать, иначе и до эпидемии может дело дойти. Скажу сейчас Чеку, чтобы выковыривал всех из щелей и вылавливал в лесах. Лопаты, багры, мётла, носилки и прочее — в руки горожанам, и вперёд на субботник.

— Сейчас четверг, — напомнила Нирма.

— Спасибо, полковник. Что бы я без тебя делал, а?

Выехав из ворот, одна башня при которых была разрушена полностью, а вторая на треть, Олег по восстановленному его инженерами мосту проехал через смердящий ров и направился в сторону костров, горевших на поле прошедшего сражения.

Трупы врагов в Таларее оставляли на растерзание стервятникам, а вот своих павших сжигали. Потери псковитян оказались немаленькими — более тысячи погибших. По сравнению с противником совсем капля, но всё равно неприятно. В чертоги Смерти могло бы отправиться втрое больше бойцов Олега, если бы не его исцеляющие усилия, качественная работа военно-полевого госпиталя и полковых лазаретов.

— У меня есть пара часов времени и полный резерв, — сказал попаданец своему маршалу, когда тот распорядился командиру егерей насчёт отлова аргонцев для уборки в городе, — Долечу, кого вчера не доисцелял, и оставлю вас. Пошли кого-нибудь к пилотам, пусть готовятся и ждут меня.

Свой аэростат Олег отправил в Псков с Лешиком, и обратно судно ещё не вернулось, поэтому отправиться к порталу императору предстояло на штатном боевом дирижабле.

— Сержант, ты зачем не дождался товарищей, а? — спросил попаданец полностью исцелённого им сейчас вояку, которого вчера лишь оттащил от черты смерти, — Я видел, как ты чуть ли ни до центра фаланги прорубился и завалил мага. Только твоя спешка вышла тебе самому боком. Короче, тебе от меня выговор за браваду. В следующий раз увижу такое, прикажу выпороть. Понял?

— Так точно, государь! — глаза унтер-офицера, стоявшего навытяжку среди своих перемотанных бинтами сослуживцев, увлажнились от восторга.

Олег где-то в интернете прочитал однажды, что увешанный от шеи до пуза орденами генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев гордился всеми своими наградами гораздо меньше, чем единственным выговором, полученным им от Сталина с формулировкой в точности такой же, что сейчас использовал псковский император. Полковник Брежнев на Малой Земле, чтобы воодушевить солдат, не пригибаясь ходил по брудстверу окопов, за что и получил взбучку от Верховного.

Простой винорский мужик в схожих обстоятельствах испытывал аналогичные чувства и наверняка станет гордиться полученным взысканием всю оставшуюся жизнь.

— Смотри у меня, герой, — пригрозил ему Олег, — Я не шучу насчёт порки.

Он истратил половину своего магического резерва, полностью поставив на ноги наиболее нужных и самых отличившихся в сражении солдат и офицеров. За остальными присмотрят военные лекари.

— К моменту нашего прихода в Арг ты вернёшься? — спросил Чек.

— Хотелось бы ответить да, но скажу: не знаю, — попаданец по очереди обнял маршала и генералов — начальников разведки и штаба армии, — Справляйтесь без меня. Я же, как только, так сразу.

Он Прыжком переместился в салон воздушного судна и приказал взять курс на Арг.

В боевом дирижабле не предоставлялось такого же комфорта, как в его или Улином аэростатах, однако, сколько бы лет ни прошло, Олег не забыл, как ездил в родном городе на маршрутках, так что, по сравнению с земным общественным транспортом салон псковского воздушного судна смело можно было бы считать такси класса комфорт.

— Приближаемся, — доложил штурман и не сдержал ухмылку, — Нас заметили. Внизу паника.

— Жаль, что бомбы пока закончились, — улыбнулся в ответ император, — Сейчас бы угостили бронзовокожих, — он убрал фолиант "Путешествий на восток" анонимного автора и посмотрел в иллюминатор, — Ещё на полкилометра приблизимся, там я исчезну. Потом развернётесь и отправляйтесь обратно. Других задач от меня вам на сегодня не будет.

Портальная площадка располагалась вблизи стен Арга. Когда Олег, уйдя в Скрыт, на неё переместился, там уже все разбежались в разные стороны, опасаясь очередной бомбардировки, и портал не работал.

Зато точка орденской площадки в магозрении предстала красной. Пришлось разрывать чей-то переход, чтобы оказаться на Алернии самому.

Оказавшись на другом континенте, Олег сразу же закрыл свой маршрут и заклинанием ушёл на двести метров в сторону, чтобы больше никому не мешать.

В этих краях уже начал брезжить рассвет праздничного дня восьмого марта. Праздничного для Вики. Остальным женщинам и девицам Талареи этот день никаких дополнительных радостей не принесёт.

— У нас гости! — раздалось со стороны арки перехода.

Это маг, чью работу Олег только что прерывал, поднял тревогу.

Суеты или попыток устроить облаву на неизвестного визитёра не последовало. Значит, землячка своего друга ждёт, о его возможном появлении своих рыцарей и ниндзей — или, как она их назвала, ассасинов — предупредила.

Несмотря на столь ранний час, работы по строительству города игр и развлечений шли полным ходом. Рабы таскали носилками кирпичи, разных оттенков красного и белого цветов, на лесах трудились каменщики, несколько надсмотрщиков сбились в кучу и что-то обсуждали, спорили между собой два инженера, тряся перед носами друг друга свитками, кого-то нерадивого уже наказывали у столба, а от портала двигались вереницей телеги с пиломатериалами из родной псковскому императору винорской сосны. Получается, что попаданец кратковременно разрывал магический путь между Фесталом и Орденом.

От портала по трассе из магического мрамора на большой скорости помчался гонец. Понятное дело, хотят предупредить свою повелительницу о прибытии ожидаемого гостя. Телеграфа-то у Вики нет. Приходится такими вот средневековыми способами пользоваться. А выделить голубей для полёта на короткое расстояние и ради единичного случая, выходит, пожадничали.

Олег хмыкнул и направился по дороге к замку Тени, чередуя заклинания Прыжка с обычной ходьбой. Землянин не торопился. Он бы мог легко обогнать гонца, но решил дать Вике время приготовиться к их встрече.

К Викингу, городу при замке землячки, император прибыл, когда стража освободила проезд от рогаток, на улицах торговцы открывали двери магазинов и лавок, а на площадях ставили прилавки и навесы.

Стен Олег не увидел, и логика госпожи Тень в этом отношении ему была понятна — город ещё расширялся, активно строился и возводить укрепления вокруг него было явно преждевременно.

Викинг даже отдалённо не напоминал Псков. Здесь всё, включая дороги, строилось обычными таларейскими средневековыми способами. Единственное, что соотечественница привнесла своего, так это драконовские требования по санитарии и коммунальным удобствам. Олег сразу увидел это глазами и почувствовал носом. Для дорожного покрытия в своём городе Вика использовать магию поленилась, зато на трубы для водопровода и канализации нет.

На ратушной площади раскачивались трупы каких-то двух бедолаг, значит всё же находятся те, кого страх перед всемогуществом госпожи Тень не удерживает от совершения гадких, мерзких поступков. Олег хорошо знал землячку и понимал, что из-за ерунды она казнить не станет.

В этот момент на ратушной башенке часы — зримое свидетельство сотрудничества Псковской империи и Ордена — пробили семь раз.

— Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро, — тихо промолвил Олег фразу Винни Пуха, — Тарам, тарам, тарам, тарам, на то оно и утро.

Из Скрыта попаданец вышел в полусотне шагов от ворот замка, уже гостеприимно распахнутых.

— Олег! — услышал он сверху, подойдя к выстроившимся в два ряда дружинникам, — Не ломись в дверь, прыгай сразу сюда, — стоявшая рядом с часовым на вершине надвратной башни соотечественница обращалась к гостю по-русски, — Да быстрее же! — засмеялась она.

Миг, и Олег оказался рядом. Хозяйка замка повисла у него на шее и не стесняясь часового впилась в губы соотечественника долгим поцелуем.

Госпожа Тень явно не успела бы сделать праздничную причёску, тщательно накраситься, аккуратно нарядиться в шёлковое длинное платье с золотым пояском и надеть драгоценности, если бы проснулась только после прибытия гонца. Олегу стало приятно, когда он понял, что землячка ждала его и готовилась заранее. Может даже и вовсе спать не ложилась, воспользовалась магией исцеления.

— Дорогая Вика, — чуть отдышавшись после объятий, начал официально говорить он, естественно, на родном их языке, — Поздравляю тебя с международным женским днём восьмого марта. От всей души хочу тебе пожелать ...

— Подожди, — остановила его любимая женщина, — Давай не здесь. Пошли внутрь. Вон, видишь широкий балкон? Нам в комнату за ним. На счёт три. Три! — она исчезла с площадки башни.

Император усмехнулся, взглянул на старавшегося сохранять невозмутимость дружинника и последовал за Викой.

Он оказался в её спальне. Или у повелительницы Ордена она называется будуаром? Госпожа Тень без слов мгновенно скинула с себя платье, под которым совсем не оказалось никакого нижнего белья.

Находившиеся в комнате две девушки-рабыни, увидевшие стриптиз в исполнении своей хозяйки, тут же выскользнули за дверь.

Вика взяла руководство их встречей в свои руки, и через минуту они оказались в постели. Любимая активно помогла Олегу избавиться от одежды.

— Я истосковалась по тебе так, будто бы мы сто лет не виделись, — прошептала она ему, ложась на спину и притягивая его к себе, — Ай, только не в шею. Мне щекотно.

— Так вот она где смерть Кощея?! Всемогущественная повелительница боится щекотки! — изобразил Олег демонический смех, — Ну, теперь держись.

Привести мысли в порядок Олег смог далеко не сразу после их бурных ласк, длившихся не меньше часа. Да и то, ему в этом помогло скрябание когтей в дверь снаружи.

— Это он нарочно так делает, — пояснила Вика, прижимаясь к плечу земляка.

— Бегемот?

— Он самый. Я бы ещё, пожалуй, разок не отказалась, так ведь скотина сейчас не даст.

— Ладно уж. В конце концов, ты ведь обещала нас познакомить. Впускай, а я хоть в душ пока схожу. Ты мне не только торжественную часть с вручением подарка обломала, но и с дороги не дала ополоснуться.

Вика подняла голову, посмотрела на него и хихикнула как девчонка.

— Если бы я хотела девочку, то конечно первым делом погнала тебя в ванну. Чтобы ты принял душ, побрился, надушился одеколоном. А мальчики лучше должны получаться, когда вот так, из сражения и похода ...

— Погоди, Вик. Ты чего? Ты не ...?

— Не, — передразнила она, — А зачем? Подумала, ты мужчина справный. Если даже не захочешь ребёнка, от алиментов бегать не станешь ...

— Вика!

— Иди мойся, неженка, — она поцеловала его в нос и вскочила с постели, — Иди, а я зверя впущу. Пока он дверь не вынес.

Глава 24

Горячего водоснабжения в замке Тени не имелось. Чтобы принять душ, надо было воспользоваться магией. Землячка рассказывала Олегу, как это надлежит делать, и никаких проблем у него не возникло.

Он уже заканчивал мыться, когда слуга помимо полотенца принёс в ванную комнату настоящий махровый халат — Олег даже не поверил своим глазам, протянул руку и ощупал его — а заодно и домашние тапки.

Вика опять его сделала в части приятного напоминания об их прежних жизнях, подумал попаданец одновременно с улыбкой и досадой, а он даже подарки ей не успел вручить.

Олег воспользовался предложенным одеянием, хотя в Пространственном Кармане у него имелось сменное бельё.

Вернувшись в спальню, он застал Вику полулежащей в таком же халате с котом в обнимку.

Её Бегемот реально был огромным, раза в два крупнее своих земных лесных собратьев, почти как рысь размером. Только вряд ли у него характер мягче. Это становилось понятно сразу же по недовольному возмущению, проступавшему на его морде, и бьющему по Викиным коленкам хвосту.

Вышедший за Олегом из ванной лакей поспешил выскользнуть из комнаты.

— Ну что, Бегемот, — сказал попаданец, — Давай знакомиться?

В ответ послышалось злое шипение. Характер этих зверей Олег хорошо знал, у самого в детстве жил кот Жук, умный и упрямый, который приспособился открывать межкомнатные двери, запрыгивая на ручки и отжимая их вниз. Питомец понимал и принцип открывания дверцы холодильника, и лишь недостаток силёнок не позволял ему добираться до его содержимого. Но уплотнительные резинки драл. Трёпка, устраиваемую иногда этому проглоту отцом Олега, только на время дисциплинировала кота.

В общем, псковский император понимал, что нужно сразу показать Викиному зверёнышу, кто здесь сейчас альфа-самец.

Попаданец подошёл к постели, Замедлением обездвижил Бегемота, взял его из рук любимой и переложил растерянного, изумлённого кота на прикроватный ковёр.

— Олег, зачем? — соотечественница Исцелением вернула Бегемоту подвижность и с укором посмотрела на земляка, — Говорю же, он по-русски всё понимает.

— Ну, извини, — попаданец лёг рядом и обнял её.

На самом деле он считал, что всё сделал правильно. Не колотить же кота? И Вика бы обиделась за своего хвостатого друга, и сам Олег не испытывал желания делать больно такому красавцу, пусть тот и считает себя хозяином этой комнаты. Считал. Бегемот обиженно посмотрел на хозяйку и её гостя, фыркнул и в два прыжка оказался на подоконнике. Отвернув морду к окну, он сделал вид, что происходящее его больше не касается.

— Он правда великолепен? — спросила землячка.

— Правда, — искренне ответил Олег, — Но, позволь, я всё же вручу тебе подарки? Может, конечно, лёжа в постели это и не правильно ...

— Выкладывай-выкладывай, — подбодрила друга Вика.

Псковский император и в родном мире мог бы стать хорошим мужем даже в плане того, что у него, как говорится, руки не из задницы росли — гвоздь вбить, шуруп ввинтить, мебель собрать, кран заменить и прочие хозяйственные дела трудностей для него не представляли, но вот ремёслами он к сожалению никакими не овладел, поэтому преподнести любимой женщине что-то изготовленное собственноручно, как это сделала Вика, он постеснялся.

— Вот, это тебе, — Олег извлёк из своего магического хранилища мотоциклетный шлем и держа его обеими руками протянул подруге.

До создания пластмасс псковские мастера ещё не дошли, но заклинания Укрепления позволяли создавать и более прочные, при этом лёгкие, материалы. Алхимики Ринга придумали состав для тонировки стёкол, очень качественный. С опущенным щитком Вика сможет видеть очень хорошо, а её лица никто не разглядит.

— Олег! Ты чудо! — обрадовалась Вика.

И у него отлегло от сердца. Всё же он немного переживал, насколько его подарок окажется хорош. Защищённая Динамическим Щитом госпожа Тень в шлеме совсем не нуждалась, но есть ведь такое понятие как имидж. Какая же байкерша без шлема? Да и привычки с прошлой жизни у неё никуда не делись.

— Подожди, это ещё не всё. Вот, новая коллекция косметики. А этот весенний букет я сам собрал, — псковский император действительно вчера удивил своих верных вояк, когда после посещения полевого лазарета ходил вдоль опушки, срезая бутоны, названия которых сам не ведал, — Нравится? Жаль, не умею венки заплетать.

Что ещё можно было бы поднести повелительнице Ордена, у которой денег куры не клюют? Внимание и любовь. Именно эти два подарка Вика оценила больше всего.

— Ты надолго? — спросила она после очередных жарких объятий.

— На два дня максимум. У меня ведь там война и немцы. Не дают спокойно жить. Демоны. Прости. Как немного освобожусь от дел, так прибуду к тебе надолго. Мне самому интересно посмотреть твои комтурства, особенно магическое. Замок Тени мне очень понравился. Честно. Красивее какого-нибудь королевского баварского или жалкого Лувра. Что хорошего в том Лувре? Разве только размеры.

— Как будто бы ты там бывал, — польщённо улыбнулась землячка.

— На картинках видел. По дуроскопу иногда всякие феодальные красоты прошлого показывали. Кстати, у тебя, смотрю, даже слуги, все как на подбор, смазливые мачо.

— Ревнуешь, что ли? — Вика засмеялась и толкнула его в плечо, — Мне даже обидно немного стало. Нашёл к кому. Это Петелия моя, я тебя с ней сегодня познакомлю, подобрала. Она тут кадровик. Да, мой любимый император не проголодался ещё? Раз ты так ненадолго ко мне, я все встречи отменю. Проведём эти два дня здесь друг с другом. Ты как?

— Я только за. Слушай, а ты, смотрю, Исцелением не пользуешься. Ты насчёт ребёнка, получается, серьёзно?

— Если бы я хотела пошутить, я бы сказала — заходит лошадь в бар, а бармен говорит: ух, какая рожа! — произнесла Вика знакомую им обоим ироничную фразу, — Мне уже давно пора, Олег, стать мамой. Я этого хочу. Быть мамочкой для всех своих людей мне надоело, а вот родить и воспитывать ребёнка загорелась сразу же, как только увидела тебя.

Слова любимой землячки нашли в его душе живой отклик. Раньше он не торопил события и не хотел в дополнение к множеству своих проблем повесить на себя ещё и отцовский долг. Слишком уж это было ответственно. Однако в данный момент Олег понял, что действительно желает того же, чего и Вика.

Влияет ли Исцеление как-то на зачатие? Ни он, ни она этого не знали. Вообще, с каждым прожитым в Таларее годом Олег всё больше обнаруживал пробелов в переданных Сущностью сведений об этом мире. Наверное, многие стороны бытия сверхразум не интересовали.

Завтракать попаданцы вышли в малую гостиную. Хотели в халатах, но вовремя вспомнили, что сегодня праздничный день. Олег познакомился с Петелией и её мужем Креланом ближайшими помощниками госпожи Тень в её замке. Но за столом император и повелительница остались вдвоём.

— Что там у нашего земляка? — поинтересовался Олег, — Отошёл немного от бедственной жизни? Ого! Греческий салат? — он посмотрел на положенную рабыней в его тарелку смесь овощей и сыра. А ты где маслины взяла?

— Места знать надо, — ответила подруга, — В Цинарской империи растут. И масло там оливковое делают. На обед тебя ждёт ещё селёдка под шубой и цезарь. Майонез уже стал популярным соусом. Всё по моим рецептам. Прогрессорствовать — это же не только пушки с ружьями изобретать. Я лично на кухне поваров обучала. Оценишь.

— Обязательно оценю. Так что насчёт Николая?

— Обживается понемногу, — Вика взмахом руки отослала служанку, не ради сохранения тайны, та всё равно не понимала слова русского языка, а чтобы не мельтешила, — Как я и полагала, он быстро сообразил, что его лейнгардская спасительница и госпожа Тень одно лицо. Умный. Ждёт окончания полугодового контракта и хочет отправиться искать со мной встречи. Ему уже несколько раз намекнули, чтобы насчёт меня меньше вопросов задавал, но Коле неймётся. Идеями технического мира, видать, его распирает поделиться. Недавно до него дошли слухи о сфорцевских чудесах. В кабаках сейчас много болтают о происходящем на Тарпеции и об императоре Олеге, Сфорцевском Чудовище. Так что, Коля уже и про тебя начал догадываться. На прошлой неделе он с товарищами ходил в Милонег, столицу нашего королевства, и там в одном из трактиров услышал пару знакомых песен: "Вот кто-то с горочки спустился" и "Выйду ночью в поле с конём". Песни эти пошли в народ с моей подачи, но Николай, похоже, положил их на одну полку с твоими новаторствами. Не исключаю, что он станет меня убеждать в иномирном происхождении императора чужого континента и искать встречи уже с тобой. При моей помощи. А так, наш земляк у меня постоянно под присмотром. Юнте им заниматься особо некогда, но в её охране два моих ассасина. Они за Колей наблюдают и шлют мне вести голубями или, более подробно, письмами.

Олег с удовольствием доел греческий салат — Вика даже мягкий сорт сыра нашла нужный, ну, или научила его изготовлению — отодвинул тарелку и откинулся на спинку стула.

— Время получше его узнать и определиться с нашими отношениями у нас ещё есть, — произнёс он, — Что говорят твои наблюдатели насчёт характера Николая?

— Они со своим мнением крайне осторожны. Просто передают мне факты. И кое-что в Николае мне не очень нравится. Так-то вроде бы нормальный парень, только вот какой-то равнодушный к людям, с которыми сблизился.

— Это в общем-то понятно, — кивнул Олег, — Мы тоже ведь прошли период, когда привычки и обычаи таларейцев вызывали отторжение. А Николаю пришлось испытать на своей шкуре все их негативные черты. Тем более, у него нет наших возможностей. И не было.

— Я о другом, мой император, — Вика почти незаметно нахмурилась, — Понимаешь, он даже не пытается помочь попавшим в сложную ситуацию знакомым. Не очень толково объясняю? Смотри, Юнта приказала капитану своей охраны приблизить к себе Николая, и наш соотечественник теперь, можно сказать, человек в имении со связями и возможностями. У Коли там появилась подруга, ну, в смысле, очень близкая подруга. Рабыня из прачечной. Когда управляющий имением на неё разозлился, наказал и перевёл в скотницы, земляк даже не попытался за неё заступиться. Ведь мог же хотя бы замолвить словечко. Капитан с управляющим приятели, собутыльники, как мои Рудий с адмиралом. Но, нет, Николай про девушку просто забыл и нашёл себе другую. Представляешь? Не, я понимаю, что среди мужиков много козлов ...

— Сексизм, Вика. Как будто бы среди женщин коз меньше.

— Не спорю. Я не об этом. И ты знаешь, о чём. Если бы он просто бросил одну, нашёл другую, то ладно. Бабник, и всё. Но он же бросил друга в беде. Как так можно, Олег? Всего-то и нужно было, что поговорить с капитаном. Это ведь не подвиг, и никаких способностей не требуется.

Такое поведение земляка уважения не вызывало, и всё же попаданец посчитал, что выводы делать преждевременно.

— Значит, не станем торопиться с личным с ним знакомством. Понаблюдаем. Придумай, как после завершения службы у этой твоей бывшей рабыни переправить его на Тарпецию. Пусть ищет со мной встречи, а нарвётся на Лешика. Вот кто вывернет Николая наизнанку совершенно незаметно. Граф ри Неров настоящий инженер человеческих душ. Я наелся. В спальню?

— Остановись, неугомонный, — изобразила возмущение госпожа Тень, — ты учти, что я без исцеления, на одном лишь энтузиазме, вернее, страсти. Я тебе экскурсию по своему замку проведу. Согласен иметь такого гида как я?

Два дня с землячкой пролетели для Олега одним мгновением, и покидать замок Тени ему совершенно не хотелось, но, жизнь есть жизнь, и пришлось расставаться.

— Сколь много ещё нам предстоит таких встреч и разлук? — спросила Вика, обнимая его у края портальной площадки, до которой она его довезла на своём мопеде, впервые щеголяя в лакированном шлеме с тонированным защитным стеклом, — Я буду ждать. Надумаю, так сама к тебе прискачу, как та царевна-лягушонка в своей коробчёнке. И всё же, надеюсь на твоё скорое возвращение.

— Я буду по тебе скучать, — Олег поцеловал Вику и направился к арке.

Стоявшие вокруг площадки орденцы и оттеснённые подальше рыцарями путешественники с интересом смотрели на неизвестного им офицера с незнакомыми знаками различия, так фамильярно обращавшегося с великой повелительницей и пользующегося её откровенной благосклонностью.

— Вам куда, господин? — спросил молодой маг, судя по его ботаническому интеллигентному виду и возрасту, недавний выпускник орденского университета, — В Милонег?

— Я сам себе открою, — ответил попаданец, заметив, как при этих словах у парня изумлённо распахнулись глаза, до этого момента знавшего только одного человека, который обладал магией и при этом не имел бы магической ауры, — Освободи площадку.

Олег ушёл в Скрыт и потянулся сознанием к энергоструктуре пространственного перехода. Он уже было собрался разорвать сообщение Арга с одним из валанийских порталов, как нужная ему точка сменила красный цвет на синий, так что, никому мешать не пришлось, и в Аргоне псковский император своим перемещением переполоха не вызвал.

От площадки отходила длинная колонна какого-то плохо одетого сброда. Попаданец в первый момент даже принял эту толпу за кандальников, но тут же увидел в руках бронзовокожих щиты дрянные мечи, топоры, копья и луки. Создавалось впечатление, что командование южан призывает на войну и обитателей помоек, вооружая их кое-как.

С одной стороны это было хорошо, так как говорило об ухудшающемся качестве мобилизованного контингента у валанийцев, а с другой плохо — при таком подходе к комплектованию парсанцы и прочие любители пограбить соседний материк могут бросать в топку войны бесчисленное количество мяса и воевать очень долго.

Неподалёку от Арга на сгоревшем хуторе размещалась одна из групп ниндзей. Подумав, Олег решил их не тревожить своим посещением. Будь у них при себе радиостанция, то с её помощью он смог бы вызвать для себя дирижабль. Но радиостанции — даже не речевые, а хотя бы сигнальные, передающие информацию азбукой Сфорца — у него ещё существовали только в проекте.

Попаданец знал, как сделать батареи питания и само приёмо-передающее устройство, а вот дальше перед ним был тупик. Он помнил, что частота измеряется в герцах, но с помощью чего измерять эти герцы и каким образом добиться, чтобы приёмник и передатчик были настроены на одну частоту, никак не мог вспомнить или сообразить.

В общем, дать о себе знать в штаб армии император возможности не имел. Оставалось дожидаться, когда один из аэростатов без вызова совершит разведывательный или тревожащий полёт к Аргу, и с помощью заклинания переместиться на воздушное судно.

Бомбы пока, увы, у псковитян закончились, и дирижабли просто пугали валанийцев, совершая рейсы к порталу.

Чтобы не скучать, Олег отправился в порт Арга, где уселся на валун и смотрел, как с океанских кораблей переправляются на берег люди и припасы. Гавань столицы Аргона была мелководной, и крупнотоннажные суда размещались на внешнем рейде. Разгрузка производилась с помощью баркасов, захваченных у аргонцев.

Будь Сертин Третий умнее, мог приказать перед бегством спалить свои кораблики. Врага бы это не остановило, но трудностей доставило много.

Пока смотрел на валанийский флот, пару раз сдержался от того, чтобы устроить непрошенным гостям какие-нибудь пакости. Не стал этого делать, не хотел испортить себе романтическое настроение, овладевшее им после двухдневной побывки в гостях у Вики.

Он поднял голову вверх, навстречу недавно поднявшемуся из-за горизонта солнцу, и так сидел достаточно долго, вспоминая ласки любимой женщины и беседы с ней обо всём подряд.

Дирижабль появился ближе к полудню, наведя панику среди возчиков и охраны очередного обоза бронзовокожих.

Император подождал, когда аэростат окажется от него на расстоянии действия заклинания Прыжок, и тут же появился в салоне воздушного судна.

— Государь! — воскликнул стюард, заметивший неожиданного пассажира.

— Он самый, — подтвердил Олег, — вызови капитана.

Глава 25

После знакомства с Олегом Вика стала гораздо больше уделять внимания своей внешности. Нет, понятно, она и раньше не позволяла себе быть неухоженной или растрёпанной, но теперь старалась использовать все ей известные земные секреты женской красоты, и не скупилась делиться ими с подругами.

Маникюр и педикюр, конечно, так себе прогрессорство на фоне того, что делает соотечественник, однако для женщин это не менее значимо, чем паровой двигатель.

Магия Укрепления позволяла изготавливать нужные инструменты с высоким качеством стали, а уж объяснить, как должны выглядеть ножнички-пилочки, госпоже Тень труда не составило. Также не заняло много времени обучение отобранных толковых рабынь искусству ухода за ногтями.

Вике самой нравились результаты, а уж в какой восторг пришли Урания с Эрной, Жагета с Нальей и даже боевитая Нюра с учёной алхимичкой Мелиной Гронс, деканом естественного факультета, заслуживало отдельного описания. Особенно, когда повелительница придумала технологию надёжного закрепления микроскопических алмазов на псковских лаках. Смотрелось действительно очень красиво.

— Не будем заставлять наших друзей ждать, — сказала Петелии госпожа Тень, — проводи их сюда.

Попаданка находилась в комнете — гримёрной или костюмерной, названием она не озаботилась — где две девушки наводили красоту одновременно на её ногти рук и ног. Процесс этот и на Земле занимал немало времени, а здесь и того дольше — всё-таки мастерство маникюрщиц ещё не достигло нужных высот, да и слишком уж рабыни осторожничали. Случись что, скандалом и отсутствием чаевых девушкам не отделаться.

В большом зеркале отражалась сидевшая в кресле повелительница Ордена, одетая в новое льняное платье, присланное из Пскова графиней Карой, одной из Олеговых соратниц, ведавшей всеми веяниями сфорцевских мод.

Псков вообще слишком заметно начал входить в жизнь попаданки. Даже мебель вокруг неё сейчас была вся паленская, кроме шкафчика, да и тот местные мастера изготовили из винорской сосны.

— Вика, привет, — склонился Лагис, войдя в комнату первым, — Извини, что не вовремя. Думали, не потревожим.

— Доброе утро, госпожа, — вслед за великим магистром появился адмирал Ченк, командующий северной эскадрой, — Это я виноват. Хотел до отплытия обсудить с тобой вопросы страхования судов. А то я надолго убываю.

— Перестаньте извиняться, друзья мои, — улыбнулась Вика, приглашая их жестом присаживаться возле столика и давая знак горничной, чтобы та принесла визитёрам угощение, — Вы мне нисколько не помешали. Выкладывайте, с чем пришли. Я хотела вчера к тебе в замок явиться, Лагис, но поздно вернулась. Зато — могу похвастаться — дорога из магического гранита достроена до самого Вьежа. Прямая, почти как стрела, лишь с небольшим крюком в самом начале. Чтобы Омин зацепить. Так что, теперь по суше до Вьежа будет получаться добираться даже быстрее, чем по морю. А что со страхованием не так, Ченк? Вроде бы там давно всё ясно. Количество покупателей полисов продолжает расти. Судовладельцы и капитаны довольны. Мы тем более.

— Порталы. Теперь вот гранитные дороги. Скоро морская торговля совсем захиреет.

Урания всё же уговорила Вику сделать от портала до столицы герцогства такую же трассу, что и до Викинга. Повелительница Ордена согласилась при условии, что производство глиняно-песчанной смеси и её укладку герцогиня и её вассалы возьмут на себя.

Правительница Вьежа легко согласилась. В бедняцких районах городов герцогства влачило существование множество голодранцев, которых принялись отлавливать и направлять на дорожную стройку. Со строптивыми лентяями, пытавшимися уклониться от работ или сбежать, Урания разобралась очень быстро.

Началось строительство трассы и во Фридланде. Супружеская чета герцогов Адайских тоже проявила настойчивость в желании получить удобный маршрут от портала до своего замка.

Казалось бы, какое дело аристократам до того, насколько быстрее начнут торгаши проводить свои обозы? Объяснение данного факта было простым — и Урания, и Жагета, и графиня Налья, и их мужья загорелись покупкой мопедов, едва только перестали бояться быстрой езды с госпожой Тень и узнали, что удивительный двухколёсный транспорт до конца года поступит в продажу. Правда, пока будет делаться штучно под заказ.

Вскоре у попаданки, похоже, появится и в Таларее свой байкерский клуб.

— Не говори ерунду, Ченк, — Вика внимательно рассмотрела уже обработанные и украшенные ногти левой руки, осталась довольна и благожелательно кивнула рабыне, протягивая ей правую, — Большинству торговцев и путешественников добираться до ближайшего портала не намного быстрее, чем пересечь море или океан. И не забывай про стоимость магических перемещений. Не, я не спорю, часть грузопотока конечно же уйдёт к порталам. Но, по моим оценкам, не более десятой доли. Так что, можешь не переживать. А трассы из гранита я вовсе не собираюсь строить повсюду. Зачем мне это? Подругам уступила, по свойски, так сказать, и на этом всё. Давайте про страховки.

— Да мы не про сами полисы, — Лагис принял от служанки бокал с вином, — Вопрос в том, какая доля от их продажи должна остаться в казне Ордена, а сколько идти флоту.

— Доходы от призовых больше, чем от торговли страховками, — добавил Ченк.

Вика коротко рассмеялась. Она поняла, что адмирал явился к ней с подачи своего друга и коллеги жадного Эдорика. Тот лично в последнее время опасался лишний раз мозолить глаза госпоже Тень после своих загулов с Рудием.

— Это слишком прямолинейные рассуждения, — повелительница вытянула перед собой ладонь, растопырив пальцы и полюбовалась игрой света в бриллиантиках прикреплённых к маникюрному лаку, — Твой командующий большой любитель принципа "всё хорошее в ребёнке от меня, а всё плохое от тёщи". Эдорик считает только доходы от продажи груза, кораблей и гребцов, но совсем не учитывает расходы. Во-первых, посчитай, сколько плаваний у вас проходило впустую, когда недружественные суда не встретились. При этом, снаряжение и содержание наших кораблей обходилось вовсе не бесплатно. А, во-вторых, у призов тоже зубы имеются. Только в этом году мы две галеры потеряли и каравеллу. Хорошо, когда половину добычи берёшь себе, а ущерб полностью покрывает Орден, и на сердце весело. Эдорик замечательно устроился — чтоб я так жила — но вопрос вы подняли правильный. Ответа у меня нет, и давать его сама я не стану. Решим на ближайшем же капитуле. Когда он у нас, Лагис?

— Семнадцатого апреля, в середине следующего месяца, если по новому исчислению.

— Вот там и обсудим.

Она выслушала доклад Ченка о предстоящем походе к землям варварских королевств. Он закончил свой рассказ почти в тот момент, когда и девушки выполнили свою работу.

— Мы снимаемся с якоря в час дня, — сообщил адмирал, — Может будут ещё какие-нибудь указания?

— Пожалуй, что нет, Ченк. Лагис, ты ещё что-то спросить хотел?

— Да. Я насчёт ссудных возможностей. Всё хочу тебя убедить ...

— Не нужно меня убеждать, — прервала повелительница своего великого магистра, — Я уже сказала своё решение. Выгоду от предложения казначея вижу хорошо. Но это не вопрос финансов, а политика. Давать деньги в долг под проценты — это плодить недоброжелателей, а то и вовсе врагов.

Чтение книг в прежней жизни очень помогало Вике в этой. На школьных уроках истории ей не рассказывали то, что она узнала из серии Мориса Дрюона "Проклятые короли".

Художественная литература порой просвещала лучше, чем краткие учебники, и судьба тамплиеров, опутавших долгами множество людей, от ремесленников, торговцев или мелких землевладельцев до королей и германского императора, была попаданке хорошо известна.

Идти по такому же порочному пути, когда все станут заинтересованы в гибели Ордена Тени, его повелительница категорически не желала. Поэтому, казначейство Ордена никогда не будет заниматься ростовщичеством, каких бы выгод этот вид деятельности не сулил.

Вот Олегу свой банк действительно нужен. С его помощью земляк обеспечивает кредитование своих производств и торговли. А ей зачем?

Эритейскому султану, попросившему у неё ссуду, Вика написала трогательное письмо с уверениями, что хоть она и не бедна как храмовая мышь, но свободных денег не так много. Предложила ему сумму в пять раз меньшую, зато без процентов и без указания срока отдачи. В итоге получила в лице правителя султаната не озлобленного заёмщика, а доброжелательного союзника.

Правда, полученные от Ордена деньги помогли эритейцам одержать военную победу над Южным Ойлангом и испортили отношения Викиной организации с королём Вурием. Долго обида короля не длилась. Не только потому, что ссориться с госпожой Тень себе дороже, а и благодаря дипломатическим усилиям умницы Дебора.

После этого случая Вика и беспроцентную финансовую помощь больше никому из правителей не оказывала. Просто не отвечала на такие послания, и всё.

— Ченк, прихвати сейчас с собой парочку беглых, — попросила попаданка адмирала, — Четвёртый раз оставляют в дураках охрану. Если бы не ассасины, давно бы смылись. Казнить жалко, уж больно отважные и смышлёные, а снятия ошейника не заслужили — в плане полезных работ глупы и безынициативны. Они сейчас у меня в подземелье, Крелан приведёт. Думаю, с галеры не сбегут.

Парни, про которых сейчас сказала Вика, были сыновьями гленского торговца, оказавшегося на грани полного разорения и решившего поправить дела пиратством, чем и свою жизнь погубил, и обрёк на рабство собственных детей. Его фелука нарвалась на орденский барк, и торговец оказался не охотником, а дичью.

Внести выкуп за захваченных сыновей неудачливого торгаша и экипаж оказалось некому или нечем, так что, братья оказались в ошейниках.

В воспитательных целях беглецов конечно же требовалось публично пытать и казнить ещё после их первой попытки уйти, но попаданке смелые ребята чем-то приглянулись, и она не смогла лишить Таларею столь великолепных экземпляров бездумной смелости. Жалела искренне, что те никаких иных хороших качеств не проявляли.

Прощаясь с Чеком, Вика намекнула, что она совсем не против, если адмирал даст возможность парням у побережья Варварских королевств улизнуть. В том, что эти неразумные не оставят своих попыток побега, попаданка не сомневалась.

Проводив визитёров, госпожа Тень вновь выкатила свой мопед и отправилась к порталу, чтобы навестить магическое комтурство, узнать, как продвигаются исследования в области маго-электрических механизмов.

Свечи зажигания на основе кусочков алапанского янтаря и заклинаний Молния орденцам создать удалось, хотя изделие при этом получилось весьма дорогим, можно сказать, на вес золота.

Теперь люди Эрны трудились над изобретением аккумуляторных батарей. Пусть Олег совершенствует обычные накопители электроэнергии, а его землячка попробует создать нечто более эффективное и с длительным ресурсом эксплуатации.

На полпути к порталу ей встретился десяток ассасинов во главе с братом, возвращающимся с Тарпеции.

Вика сделала крутой разворот, сняла шлем — подарок Олега и заглушила мотор.

— Нелла! — братишка успел соскочить с коня чуть раньше, чем попаданка слезла с мопеда, и поспешил к ней с объятиями, — Нелла!

— Гнеш, привет, — Вика расцеловала парня, — Я ждала тебя ещё три дня назад. Дела задержали? — подмигнула она, отстраняясь.

Какие его задержали заботы, ей было понятно и так. Имя им Камина, прима псковского театра. Судя по настроению брата, ситуация на его личном фронте начинает меняться к лучшему.

— Да, — немного покраснел Гнеш, улыбнувшись, — Немного дольше побыл в Пскове. Ты разрешила.

— Конечно, — госпожа Тень ещё раз прижалась к брату и приказала ассасинам, — Вы поезжайте дальше. Мы тут немного задержимся, — она посмотрела, как ребята после её слов направили лошадей к Викингу, и сделала шаг назад, — Я к Эрне по делам, вернусь скоро. Вкратце расскажи, как дела у нас в империи Олега.

Попаданка взяла братишку под локоть, и они стали прохаживаться туда-обратно вдоль обочины пустого в данный момент от движения участка дороги.

Гнеш рассказал о развитии сети орденских учреждений, не вдаваясь в подробности.

— Я записал все дополнительные потребные расходы.

Он полез в сумку, но сестра его остановила.

— Отдашь их казначею. Мне не нужно. Пусть посчитают, что удобней оплатить деньгами, а где лучше отправить от нас материалы. Ну, а у самого государя Олега как там проблемы решаются?

— Идёт от победы к победе. Я в Фестале купил свежие номера газет и журналов, не только имперских, но и доставленных из королевств. Почитаешь. А пока скажу, что дела у валанийцев пошли совсем плохо, как император Олег объединил усилия с Божественной Агнией. Ещё, я слышал, северные провинции королевства Герония просятся под его державную руку. И Хадон эти стремления поддержал. Может хоть газеты возьмёшь с собой в дорогу? У Эрны, будет время, почитаешь.

— А давай, — согласилась Вика.

Они подошли к лошади Гнеша, и периодика перекочевала из перемётной сумы в Пространственный Карман.

Попрощавшись, брат и сестра продолжили каждый свой путь.

Сразу к портальной площадке Вика не поехала, свернула на центральный проспект строящегося города игр и доехала до первой построенной гостиницы "Редисон-Славянская", где уже заканчивалась внутренняя отделка, и в которую постепенно начинали свозить мебель. Отель сейчас использовался как временный офис девелоперской компании.

Скоростью строительных работ повелительница Ордена была довольна, при этом, виду не показывала, чтобы люди не особо расхолаживались.

— Как тут Кью Пар с сыном? Оправдывают оказанное им высокое доверие? — поинтересовалась она у главного управляющего про освобождённых ею из рабства гидротехников.

— Более чем, госпожа, — ответил начальник стройки, — Только через несколько дней они свою часть работ полностью завершат. Ещё один коллектор установят, и всё.

— Я им другую задачу найду, — кивнула госпожа Тень, — Покой Пару и его отпрыску теперь будет только сниться. Глядишь, сами обратно в ошейники попросятся, — пошутила она.

Свой мопед Вика оставила у оминского портала, пересев на лошадь, приведённую ей рыцарями.

— Госпожа, — обратился к ней дежурный маг, протягивая конверт, — Утром вам письмо от госпожи Юнты передали из Милонега.

Не только орденцы, но и другие отправители всё чаще стали пользоваться для посланий не свитками, а листами вложенными в конверты. Такая мода пришла с соседнего континента и быстро завоёвывала новых пользователей удобством и практичностью.

— Спасибо, Оринс, — вспомнила она имя одного из лучших выпускников университета позапрошлого года. Попаданка отправила конверт в сумку. О чём это письмо, она догадывалась — еженедельный доклад о Николае, — Я сама путь открою.

Свою благодетельницу Эрна как всегда встретила с искренней радостью. Магистр магии госпожу Тень любила, тем более, что та никогда не появлялась с пустыми руками. Пусть Эрна теперь была богата как Крез, но то, что дарила ей Вика, будь то новинки парфюма и косметики, последний номер журнала псковских мод или что-то из дамских аксессуаров, не так-то просто купить.

У Эрны повелительница застала герцогиню Адайскую. Быстро возникшая дружба между бывшей крепостной девкой и потомственной аристократкой, родственницей как минимум половины монархов Алернии, Вику не сильно удивляла.

Жагета долгое время была одинокой и презираемой, никому из своего окружения доверять не могла, и когда рядом поселилась равностатусная особа, к тому же сверстница, да ещё и соратница исцелившей её от тяжкого увечья госпожи Тень, то тяга герцогини к добрым отношениям с соседкой абсолютно понятна и естественна. А ещё Жагете стало очень интересно то, чем занимались в комтурстве.

После обхода магических исследовательских лабораторий Эрна пригласила герцогиню и повелительницу посидеть в одной из беседок недавно обустроенного возле её замка парке.

Когда они втроём туда пришли, стол уже был накрыт вином и закусками.

— Девочки, у меня к вам обеим есть небольшие просьбы, — сказала Вика, отставляя бокал на стол и поправляя плед, который на неё накинул слуга, — Эрна, поспрашивай у наших добрых дикарей, которые у тебя работают, могут они или нет определять пол будущего ребёнка и, вообще, одного ждать или сразу двух-трёх. Жагета, я помню, ты что-то говорила про опытную повитуху и её дочь. Они ещё живы? Ты их не спалила на костре как поклоняющихся Единому?

Обе подруги повелительницы Ордена, до этого с удовольствием поглощавшие угощение, замерли, уставившись на попаданку. Отмерли обе одновременно секунд через пять.

— Вика!

— Вика!

— Эрна? Жагета? — в тон ответила им госпожа Тень.

— Ты что ..., — закашлялась герцогиня.

— Ты ждёшь ребёнка? — выдохнула магистр магии.

— Уже неделя, как я уверена, что это так и есть, — кивнула повелительница Ордена.

Конец третьей книги.

Content

Серг Усов
Попаданцы. Мир Таларея. Книга 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25